# Hl 2, глава 13

Андрей Ака-Арыкъ Андреев

[Предыдущая глава]

## Глава 13. Большой Брат


1.


Консул Уоллес Брин был испуган. Сильно. Такого страха он не испытывал, наверное, с того дня, когда разразилась Семичасовая война. И виной тому был - смешно подумать! - лишь один человек. Впрочем, Брин уже сомневался, человек ли это...


Свой кабинет на острие цитадели Уоллес Брин обставил почти что так, как было когда-то в 'Черной Мезе'. Он бы не признался, если спросили, но по 'Мезе' тосковал. Главным виновником последовавшей за инцидентом на 'Мезе' катастрофы Уоллес Брин себя не считал - чему суждено случиться, того не миновать. Однако, все вышло, мягко говоря, не совсем так, как он мечтал.


Когда в кабинете появился посторонний, Консул на несколько секунд впал в ступор, а потом узнал энергокостюм, и воспоминания хлынули одно за другим, одно за другим, будто порталы при резонансном каскаде. Из одной такой 'червоточины', что вели в прошлое, Уоллес Брин вытянул имя: Гордон Фримен.


Вопреки ожиданиям, Альянс не воспринял угрозу всерьез - Советник лишь рассмеялся с экрана. Впрочем, в чувствах этих жукоподобных уродцев Уоллес Брин по-прежнему разбирался плохо, и речь, быть может, шла об озабоченности. Как бы то ни было, когда в Городе 17 стали один за другим вспыхивать бунты, что вылилось в итоге в масштабное восстание, Советники смеяться перестали. Нет, они по-прежнему говорили, что ситуация под контролем, что Фримен сам идет в руки, что угроза будет устранена раз и навсегда, вот только напоминало это хорошую мину при плохой игре. 'Они тоже боятся, - думал Брин, - и не могут, как и я, понять, почему'. От этих мыслей Консулу становилось еще страшней...


2.


Первый из двух проектов Уоллеса Брина носил название 'Трепет'. В ходе него удалось не только 'нащупать' точку входа в Пограничную реальность, но и пробить канал. То, несомненно, были мгновения его триумфа: сам организовывал первый контакт, вел переговоры с лидером расы ворт, названном впоследствии Нихилантом. Работа кипела ключом: под новые нужды срочно переоборудовались сектора V и X, была сформирована группа 'Лямбда'. Потом произошел самопроизвольный портальный шторм - вернее, они тогда так подумали, что самопроизвольный. Несмотря на то, что зону бедствия удалось локализовать своевременно и последствия были минимальны, проект 'Трепет' пришлось заморозить, а затем и закрыть.


Для того, чтобы исследования были возобновлены, сил и терпения потребовалось много, но Уоллес Брин справился. Новый проект получил имя 'Процветание'. У Уоллеса Брина появились влиятельные союзники, поступали огромные средства, предлагалось не останавливаться ни перед чем. Они и не останавливались: в рекордно короткие сроки был возведен 'Биодом', переоборудованы сектора F и G, запущен телепортер на 'Лямбде'. Лучшие головы 'Черной Мезы' погрузились в изучение Пограничной реальности, необычного мира Ксен. Все они, включая и самого Брина, увлеклись, заигрались, за что и были наказаны. Сначала в западню угодили ученые комплекса, за ними и все человечество.


3.


Не случайно кристаллы аномального вещества дали нестабильность, не случайно вызвали направленный резонансный каскад. Уоллес Брин следил за ходом эксперимента вплоть до момента, когда разлетелся на части спектрометр антиматерии. Лишь тогда понял, что они проиграли, лишь тогда осознал всю глубину крушения. Именно в ту нескончаемо долгую секунду Уоллес Брин полностью поседел, именно тогда постарел на сотню, если не тысячу лет.


Он не помнил, как бежал к персональному телепортеру, не помнил, как его перенесло в один из подземных бункеров, не помнил, как провел там первые часы. Но потом шок прошел, вернулась трезвость мысли, Уоллес Брин стал искать выход, и когда по всему миру стали вспыхивать окна портальных штормов, он решился. Бункер имел связь с военными базами, расположенными почти на всех континентах, и Уоллес Брин вещал, Уоллес витийствовал. Он призывал сложить оружие, убеждал, что только так человечество сможет выжить, сумеет спастись. Как узнал позднее, многие вняли его речам - сдались без боя. Неизвестно, насколько бы дольше продлилась Семичасовая война, если бы оружие не было сложено, но Уоллес Брин искренне верил, что именно его обращение даровало человечеству жизнь. Следовательно, кресло Консула занято им заслуженно.


4.


Место расположения основной цитадели, с которой были синхронизированы все остальные, конечно же, Уоллес Брин выбирал не сам, потому обрадовался, узнав, что находиться она будет не где-нибудь среди льдов Антарктиды, а в Прибалтике. Он искренне верил, что этот орешек окажется повстанцам не по зубам, но выяснилось, что ошибался. И вот теперь Уоллес Брин сидел перед экраном и завороженно наблюдал за продвижением Гордона Фримена по цитадели. Он готовил речь для этого феномена, расставлял фигуры на доске, но складывалось впечатление - гнетущее, неприятное - что партия заведомо проиграна.


'Что, если все мы, включая и сам Альянс с его синтет-технологиями, лишь пешки в какой-то большой, невероятно сложной игре? - размышлял Консул. - Что, если все произошедшее с планетой за последнее время - лишь один гигантский эксперимент, направленный на то, чтобы из человека, прозванного Свободным, получить нечто большее, чем человек?'


Уоллес Брин усмехнулся своей фантазии - может же такое прийти в голову! Верно говорят: у страха глаза велики. Гордон Фримен лишь человек, следовательно, будет уничтожен. Консул нажал кнопку на переговорном устройстве и ровным, даже каким-то бархатным голосом, произнес:


- Подготовьте Илая Вэнса и его дочь. Обеспечьте канал с Советником, а также начинайте прогрев телепортера.


На краткий миг Уоллес Брин умолк, побарабанил по столешнице, но закончил тем же ровным голосом:


- И будьте готовы ко встрече с Главным Нарушителем.

[Следующая глава]