Anid: другие произведения.

Интервью со смертью

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
Оценка: 6.72*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Есть много способов покончить жизнь самоубийством - этот самый оригинальный.

  Интервью со смертью.
  
  "Я смотрел, как медленно он уходил прочь и не знал радоваться мне или плакать. Эта, последняя наша встреча, четвертая по счету, была самой безобидной. Но я, почему-то чувствовал себя выпотрошенным до дна, до основания. Словно мне передался весь груз, что нес в себе этот... Язык не поворачивался назвать "это" человеком.
  В моей истерзанной душе напрочь сейчас отсутствовали желания и соблазны. Все чувства были притуплены страшной исповедью, что довелось мне только что выслушать.
  Страха не было. Мне почему-то вдруг невольно вспомнилась наше знакомство. Господи, если только знать с кем меня сведет судьба, то я бы...
  Мне стало смешно. Стоит ли сдерживать себя, если ты едва не сорвался в пропасть безумия? Мой собственный истеричный смех отрезвил меня.
  Нет, я бы все равно еще раз прошел бы весь путь, даже зная финал этого ужаса. Слишком велика притягательная сила тайны, в кою я стал посвящен. Три встречи, первое знакомство не в счет, путь длиною в двадцать лет, и я проник в самую сокровенную тайну мира - в тайну смерти.
  Пройдет немного времени, и я превзойду всех: людей, мнимых демонов и всесильных богов, даже самого творца, ибо я знаю, в отличие от них всех, что такое смерть. И только она - смерть, в своем многоликом образе, будет упорно охотится за мной, но теперь наши шансы как минимум будут равны...
  Все началось в Париже. В этом вечном городе несущим на себе явственный отпечаток культуры запада... Наша встреча произошла на улице Шанзэлизе в кафе "Максим". Был вечер. Я не знаю, зачем меня тогда занесла судьба в этот ресторанчик. Я просто сидел, заказав апельсиновый сок, тогда мне было плохо, очень плохо. Внезапно мой взгляд, до этого бесцельно блуждавший по посетителям кафе, наткнулся на него. Нет, в нем не было ничего особенного на первый взгляд. Одежда, манеры, даже облик - все это было как бы безликим, растворяющимся в толпе. Но вместе с тем, он притягивал к себе взгляды, или нет, он скорее манил к себе, как пламя свечи притягивает глупых мотыльков. Он выделялся. Оставаясь в тоже время незаметным.
  Продолжая наблюдать за незнакомцем, я почему-то решил, что понял, в чем его притягательность. Вокруг царила суета, бешеный ритм большого города. И все крутились в этом скоротечном жизненном вихре, кроме него. Двигаясь вместе с нами, он не куда не торопился. О как бы пронзал всю суету, оставаясь этаким островком спокойствия и невозмутимости.
  Взгляд - я не успел его отвести и незнакомец, словно почувствовав, а может, увидев, кто так пристально его разглядывает, поднял свой взор на меня.
  Между нами было метров семь. Мне никогда не забыть тех мгновений. Я, словно это было вблизи, рассмотрел каждую черточку его лица. А затем увидел зрачки - черные, не имеющие дна...
  Нет, этот взгляд не пригвоздил меня на месте. Он лишь обжег израненную душу, быть может, это и спасло меня. Я стряхнул оцепенение и спешно бросился вон из кафе.
  В беспамятстве я пешком прошелся по Шанзэлизе до Елисейских полей, свернул на Русевел и вышел к Сене, на мост Инвалидов.
  Остановившись прямо посредине моста, я наклонился через перила, и со страхом всмотрелся в серые воды реки. Сейчас или никогда. Я воровато оглянулся, словно замыслил преступление, и неуклюже занес ногу на перила, собираясь перелезть.
  - Не делай этого. Смерть не любит глупцов. - Я от неожиданности, еще секунду назад рядом со мной не было ни души, пошатнулся и накрепко схватился за чугунное ограждение моста.
  - Если хочешь, я могу предложить тебе более интересную забаву со смертельным исходом.
  - Какую, черт возьми. - Я развернулся, отыскивая взглядом обладателя столь неожиданного появившегося голоса.
  - Это игра, где на кону твоя жизнь. - Я не удивился, увидев, кто заговорил со мной. Это был тот самый незнакомец из кафе "Максимз".
  - Это ваше хобби? Поздним осенним вечером, на пронизывающем ветру делать дурацкие предложения незнакомым людям. - На меня вдруг накатила волна бешенства. Так часто бывает, если у тебя тяжелейший приступ депрессии.
  - Мне показалась, что вы желали покончить жизнь самоубийством. Возможно, я ошибся, что поверьте, очень редко бывает. - Незнакомец оскалил зубы, обозначая улыбку. - Впрочем, извините и один вопрос. Это случайно не ваше? - И он протянул мне вчетверо сложенный листок. Я развернул его и тихонько изумился. Это была записка, моя записка, что я написал, перед тем, как покинуть отель. По идеи, она должна была стать предсмертной запиской самоубийцы:
  "Я сбился с ритма своей жизни. Двигаясь по инерции, я начинаю совершать ошибки, ломающие весь мой дальнейший путь. Наверное, я заболел, той детской болезнью, когда хочется всего, много и сейчас. Прежние цели уже кажутся глупыми и никчемными. Но как остановить свой разогнавшийся локомотив, не устроив аварию?
  Сейчас уже трудно судить мог ли еще продержаться немного мой ослабленный противоречиями разум. Давление со всех сторон сломало меня. Я сдался. Запутанный узел моих проблем так и остался нерешенным, а я оказался погребен серой повседневностью. Прилагая массу сил и искусств, скрывая свои проблемы, я пропустил слишком сильный удар и теперь тону.
  Простите меня люди. Прощайте".
  - Где вы это взяли? - Я, даже для агрессивно настроенного человека, потребовал ответа слишком энергично.
  - Что? - Незнакомец развел руками и удивленно посмотрел на меня. Я готов был взорваться, но черт меня возьми, в моей руке ничего не было.
  - Как вы это сделали? - Агрессия прошла, уступая место страху.
  - Говорят, что человек, в момент приближения смерти, вспоминает свою жизнь.... Хотите, проверим, как обстоят дела у вас? - Незнакомец захохотал, видя мой испуг, и вдруг сильным толчком швырнул меня вниз, с моста.
  Врут, боже, как врут, все эти безнадежные писаки-романтики, сочиняющие всякие небылицы о красоте смерти. Я летел с моста вниз и не думал ни о чем, кроме как о жажде жизни. Жить - вот единственная мысль, метавшаяся у меня в мозгу в тот миг. Словно огромные колокола, не переставая, били в набат: Хочу жить!
   Я не умел плавать. А волны Сены стремительно приближались, казалось еще секунда и все...
  Эта секунда не наступил. Вдруг все кончилось. Время замерло, как замер и я, в полуметре от волн штормовой Сены.
   - Убедились? - Мой дьяволоподобный незнакомец успел возникнуть и тут, беспечно шагая по воде.
  - В чем? - У меня теперь почему-то в голове стучала только одна мысль - "Спаситель гулял по воде".
   - Быть самоубийцей незавидная участь. И не надо вспоминать, как правильно креститься - щепотью или тремя перстами. Я не ваш спаситель и не новая мессия христианского мира. И даже не Люцеферн. Я сам по себе...
  - Что вам от меня надо? - Висеть вверх ногами было неудобно, и я заворочался, пытаясь, что-то предпринять. Вышло как всегда еще хуже. Сила, удерживающая меня, вдруг исчезла, и я рухнул в ледяную воду осенней Сены.
  - Вам лучше? - Участливые нотки, казалось, едва проскользнули в вопросе моего собеседника. Было видно, что спросил это он так, между прочим. Складывалось ощущение, словно незнакомец каждый день топит в Сене дюжину нерешительных самоубийц, если не больше.
  - Мне холодно. - Я, пару раз уйдя с головой под воду, вдруг обнаружил, что неплохо держусь на воде.
  - Отлично. Тогда восстановим статус-кво. - Я так и не понял, как все произошло. Мы вновь оказались на мосту "Инвалидов". Моя одежда была суха, и только озябшие руки, да озноб, сотрясавший меня, подтверждал, что не более чем минуту назад, я принимал речные ванны.
  - Как вы это сделали?
  - Неважно. - Незнакомец, я только сейчас обратил на это внимание, был во всем черном. - Я прибегаю к подобным вещам не по прихоти или желанию. Подчас это просто экономит время. Я повторюсь, я предлагаю вам сыграть в игру, где цена проигрыша ваша жизнь. Выигрыш оплачивается немедленно. Три тура. После каждой тура вы вправе отказаться от дальнейшей игры. Но тогда вы лишитесь права на супер приз....
  - Каковы правила и условия?
  - Их нет. Я тем или иным способом пытаюсь вас убить. Не бойтесь никаких снайперов и наемных убийц. Все честно, вы и я. Один на один.
  - Кто вы? Садист, получающий наслаждение от вида распотрошенной жертвы или вы настоящий убийца, несущий смерть?
  - Нет. Я не убийца, несущий смерть. Я хуже. Я лишаю жизни. Подумайте и оцените разницу....
  - Да вы..., - я позволил бешенству почти полностью овладеть мной и грязно выругался.
  - Вы торопитесь и не следите за моими словами, а ведь так много можно почерпнуть из простых слов.
  - К черту! Каков выигрыш?
  - Он больше чем, путь по Сене, в морг, с раздувшимся животом, а затем на кладбище, где безымянное надгробье будет венчать ваш земной путь.
  - Когда начнется игра?
  - Прямо сейчас. Первый тур. Итак, да или нет?
  - Да, да, ДА!!!
  - Хорошо. Подойдите ко мне вплотную. Ближе. Дайте мне ваши руки. Закройте глаза, сделайте глубокий вдох и теперь, открыв глаза, всмотритесь в мои зрачки...
  Скажу честно. Я ожидал поначалу большего. Но нет, мир не взорвался в тот миг. Я не ухнул в бездну или куда-то еще. Просто-напросто эти черные зрачки вдруг стали огромными, и я понял, что они полностью поглотили меня.
  То место, где я очнулся, нельзя было описать словами. Невозможность и нереальность происходящего были понятны сразу.
  Я не испытывал боли в ее прямом смысле. Мне было гораздо хуже. Словно призраки, из ниоткуда, выплывали все мои потаенные страхи, самые жуткие кошмары и воспоминания. Словом все то, что избирательная человеческая память умеет забывать...
  Сейчас мне трудно вспомнить, как я смог уцелеть, точнее не сойти с ума, под напором самых гнетущих своих воспоминаний.
  Все кончилось также внезапно, как и началось. Я просто осел на пешеходную дорожку моста, не в силах, что-либо сказать.
  - Первый раунд завершен. И вы выиграли. Поздравляю. Теперь вас ждет второй раунд. В надлежащее время я явлюсь к вам и задам один вопрос: "Готовы ли вы?". Мой бесплатный совет, готовьтесь...
  Когда я смог подняться с пешеходной дорожки, на мосту никого не было. Часы показывали половину третьего ночи. Вначале мне показалось, что все произошедшее просто пьяный бред или бред наркомана. Но я неожиданно отчетливо вспомнил свой первый день рождения. Мне год. Вокруг меня родственники. Их много. Отец, держащий меня на руках. Мать, молодая и ослепительно красивая.
  Память! Сомнений не было. Я стал обладателем совершенной памяти. Я мог с легкостью вспомнить любой миг своей жизни. Не напрягаясь, я мог припомнить, что говорил официант, принимая заказ за соседним столиком, в тот самый первый раз, когда я вообще попал в ресторан с родителями. Мне тогда было пять лет.
  Это волшебное обретение памяти на мосту "Инвалидов" произошло ровно двадцать лет назад. С тех пор моя жизнь разительно изменилась. Я забросил все: мнимых друзей, пылких любовниц, даже работу. Я остался один на один со своей новой страстью - с ИГРОЙ!
  Ей, точнее предстоящему второму раунду, я посвящал все свободное время. Учеба. Это были упоительные годы! Я с яростью поглощал знания во всех областях, кои считал полезными для себя: философия, медицина, психология, социология, религия, оккультные науки, история, археология, криминалистика, химия, логика, физика - все не перечислить. За десять лет я достиг небывалого уровня знаний. Я овладел искусством рукопашных единоборств, разработав даже собственный универсальный стиль, основанный на смешении культур востока и запада.
  Я сделал себе имя в научных кругах. К исходу десяти лет обучения я стал автором сорока научных трудов и десятка открытий. Мое имя стало известно повсеместно, но я не останавливался на достигнутом.
  К исходу двенадцатого года от моей "встречи", я понял, что полностью реализовал себя. Мое тело напоминало целый оркестр, готовый играть в едином порыве по любым правилам и в любых ситуациях. Разум превратился в отточенный инструмент для анализа и действий. Короче, я для себя решил, что я готов!
   Так очевидно считал и мой визави. И встреча не замедлила состояться. В древнем русском городе Оболенске, где проходила конференция по разработкам в области генной инженерии. В самом городке, обветшалом и едва сводящим концы с концами гостиниц не было, но городишко располагался всего лишь в ста километрах от Москвы и поэтому все участники симпозиумов и встреч после обширных научных программ возвращались в Москву.
  Автомобиль, выделенный мне, внезапно сломался, и я остался в богом забытом месте на продуваемой всеми ветрами площадке. Шофер убежал куда-то звонить, и не вернулся.
  Вдруг из-за поворота выползла огромная легковая машина. Чем-то она мне напоминала линкольн или машины американского производства 60-х годов. Плавно затормозив около меня, она гостеприимно распахнула двери, и я услышал голос, не дававший мне покоя вот уже двенадцать лет: "Садитесь в машину...".
  Мой таинственный собеседник начал разговор без предисловий: "Я вижу, что вы не теряли времени даром. Знаете, вы разительно отличаетесь от того юноши, на мосту Инвалидов двенадцать лет назад. Тогда, кроме запала и безграничной самоуверенности, в вас ничего не было. Теперь вы зрелый муж. Впрочем, я отвлекся. Не люблю лирики. Итак, мой традиционный вопрос - Да или НЕТ?".
  - ДА!
  - Ожидаемый ответ. Прежде чем мы начнем, небольшая лекция. И вам многое станет понятно. Смотрите на мою руку...
  - Пламя. - Я не смог сдержать своего удивления. - На вашей ладони горит пламя.
  - Ваше предположение верно и не верно. Не смотрите так на меня. Я знаком с основами вашей науки - логики. Закон противоречия - никакое высказывание не является вместе ложным и истинным. Но часто материальные законы не срабатывают там, где в действие вступает сила разума. Попробуйте коснуться пламени.
  - Больно. - Я отдернул руку, действительно обжегшись. - Как такое возможно?
  - В том мире, куда вас сегодня заведет наша встреча возможно все.
  - Магия? - Мой собеседник расхохотался, как сумасшедший, услышав мое предположение.
  - Неверная теория. Вам больно, хотя эта боль иллюзорна. Пламя на самом деле существует и подпитывается только силой моего разума. Я проецирую его вам. А ваш разум кричит от ужаса и выдает желаемое за действительное. Отсюда и реальная боль, и настоящий ожог. Переборите себя,
   и представьте, что это пламя - иллюзия, фантом.
  - И что тогда? - Я вновь потянулся к дрожащему язычку пламени, но в нерешительности замер.
  - Тогда ваш разум столкнется с моим, и тот, кто сильнее, одержит верх.
  - То есть его иллюзия станет доминирующей?
  - Верно. С одной поправкой. Это будет уже не иллюзия для проигравшего, а реальность и худший его кошмар...
  - Я понял. - Моя ладонь легла на ладонь незнакомца, и пламя пронзило мою ладонь, не обжигая и даже не нагревая ее.
  - Отлично. Тогда за дело. Правила те же. Возьмите меня за руки и закройте глаза..."
  Щелк.
  - Это все? - Спросил Голос.
  - Да, сэр. - Четко. По-военному доложил собеседник. - Пленка на этом заканчивается.
  - Занятное интервью... - Голос задумчиво и многозначительно кашлянул.
  - Да, сэр - вновь заученно повторил его собеседник.
  - Вот что, инспектор. Вам надлежит забыть все то, что вы услышали на этой кассете.
  - Но, сэр...
  - Молчите, не стоит оспаривать мои приказы. Просто исполняйте. Этого будет вполне достаточно.
  - Есть, сэр. Разрешите идти?
  - Идите. Пропуск оформите у секретаря.
  Дождавшись, когда дверь за инспектором полиции захлопнется, Полковник нажал кнопку селекторной связи и жестко приказал: "Инспектору полиции организовать несчастный случай, он молодец, конечно, что обнаружил утерянную пленку, но утечки информации быть не должно. Продумайте план материальной помощи семье. Если она у него есть. И сообщите министру, что завтра в три, я, с группой экспертов, прибуду к нему на доклад.
  - Сэр, разрешите заметить... - Чувствовалось, что на другом конце провода собеседник заметно нервничал.
  - Да. - Рявкнул Полковник.
  - Утечка уже произошла, кто-то же выкрал кассету...
  - Плевать. Мне важен не наш гипотетический похититель. А возможные домыслы и слухи, исходящие от инспектора. Это ясно?
  - Да, господин Полковник!
  - Отбой. - Отжав кнопку селекторной связи, Полковник четким и единым движением извлек кассету из магнитофона, и на кресле развернулся к сейфу. Проделав сложнейшую манипуляцию по снятию всевозможных защит и паролей он небрежно швырнул кассету на среднюю полку и так же небрежно взял другую. Ту самую, с которой и началось это расследование:
  "Возможно, вам покажется странным, но я в тот момент испугался. Испугался, нет, не смерти и даже не увечья, я испугался самой мысли о проигрыше. То, что вначале начиналось, как игра самоубийцы с садистом, теперь превратилось в нечто большее. Я чувствовал это. И мне до безумия захотелось увидеть финал этой истории.
  Впрочем, я отвлекся. На этот раз я никуда не падал и не проваливался. Мир вокруг нас вдруг изменился. Ниоткуда возникло огромное здание. Мой собеседник отпустил мои руки и с усмешкой произнес: "Вы любите компьютерные игры?"
  - Нет. - Я ответил машинально. Пытаясь сообразить, как подле дороги, в заснеженном лесу вдруг возник огромный небоскреб.
  - Ну, это и не важно. Задача проста. Вы входите через главный вход и поднимаетесь на крышу. Там я и буду вас ждать. И помните, - незнакомец коснулся своего виска, - все, что будет там происходить, рождается здесь, в мозгах...
  Я тоже усмехнулся. Это я отлично помню. В тот момент, когда я открыл дверцу автомобиля и начал вылезать из него, я усмехнулся. Нет, не то чтобы я не поверил словам незнакомца. Кстати странно, я так и не узнал его имени. А зачем? Просто я переоценил себя.
  Наступил вечер, сумерки уже объяли мир, и я с трудом брел по колено в снегу к входу в небоскреб, ощущая, как скрепит на морозе снег под моими ногами.
  С трудом, пробившись к входу, я схватился за ручку, и тут же получил приличный удар током. Ручка была под напряжением. Проклятье! - Как я ругался в тот миг, отлетев метра на полтора от дверей. Пришлось идти в обход. Но, полностью обогнув здание, я убедился, что кроме этих дверей нигде нет даже намека на вход.
  Пришлось думать, как попасть вовнутрь. Мороз крепчал, и пробравший меня холод свидетельствовал, что я очень прилично замерз.
  Похлопав себя по карманам, я только убедился, что ничего такого, чем открыть замок у меня нет. Я еще раз внимательно осмотрел дверь. Она была сделана из углепластика. Такую - с одного удара не сломать.
  И если честно, то я растерялся. Сердцем я чувствовал, что есть другой путь, совершенно иной, но в тот момент, мной вдруг овладело бешенство. Сам не понимая, что творю, я принялся наносить сокрушительные удары по двери. Это было кошмарно. Как заведенный, я долбил по двери, пока она жалобно не треснула, и не рассыпалась на тысячи мелких осколков.
  Успокоившись и восстановив дыхание, я первым делом осмотрел остатки дверей. Естественно там не было и в помине никаких проводов, подававших напряжение на ручку.
  Это должно было послужить мне первым уроком. Но я остался глух к гласу своего рассудка.
  В холле небоскреба никого не было. Где-то наверху звучала музыка, и раздавались крики. Шахта лифта была выворочена взрывом. Впрочем, я не собирался пользоваться лифтом в любом случае.
  - Стоять. - Мое тело среагировало быстрее, чем я осознал, что выкрик предназначен мне. Частая автоматная дробь запаздывала, я уже метнулся за колонну и торопливо сорвал с себя куртку и пиджак, сковывающие мои движения.
  - Прекратить огонь. - Вновь подал команду голос. Выстрелы стихли. Теперь я слышал только возбужденное сипение двух или трех человек в десяти метрах от меня и звук падающих гильз. Еще один очевидно засел где-то на балконе.
  - Первый, я седьмой. Здесь человек. Жду указаний.
  Седьмой - следовательно, есть шестой, пятый и так далее. В каждой группе по пять или шесть человек. Если это спецназ, значит, действует группа, тогда их около пятидесяти.
  - Брать живым. Эй, ты, даю на размышление пять секунд. Затем тебе просто прострелят ноги.
  - Я выхожу. - Громко крикнул я. Выбора у меня не было.
  - Руки за голову, на счет три. Раз, два, три...
  Я медленно вышел из своего укрытия. Ко мне подбежали двое. Но я тем временем устремил свой взгляд на командира группы. Первое - у него не было рации, ни в руках, ни на униформе. Второе - взгляд, я слишком хорошо запомнил взгляд незнакомца, тот первый в кафе "Максим". У командира бойцов было подобие такого взгляда, правда, жалкое и неумелое. Тем не менее, это был взгляд приговорившего, обращенный к приговоренному. Я ускорился. Кто-то на балконе закричал: "Падайте, сволочи, падайте". Но прежде чем кричавший открыл огонь, я ладонью разбил одному из солдат гортань и схватил второго. Расположив его между стрелками и собой.
  Линия огня - красивое слово. Но тогда мне было не до красоты. Сотни огоньков понеслись ко мне, собираясь отнять мою жизнь. Трассеры - всплыло откуда-то непонятное слово. Судорожно нащупав на теле трупа, который я так сильно прижал к себе, автомат, я открыл ответный огонь.
  Только представьте, весь забрызганный чужой кровью я медленно пятился, моля всех богов сразу, чтоб у моих противников не хватила ума кинуть гранату.
  Ума у них хватило и даже не на одну. После того, как дым рассеялся, я осмотрел себя. Осколки задели меня в двух местах и раны были очень скверны.
  Возможно, на этом месте мое повествование и закончилось. Ведь у каждого есть свой предел сил и мне показалось, что такой момент наступил и у меня. Но я вдруг отчетливо вспомнил последние слова незнакомца: "Все, что будет там происходить, рождается здесь, в мозгах".
  Разгадка. Вы даже не представляете, с какой скоростью заработал в те мгновения мой мозг. Мысли не просто ускорились, они понеслись вскачь. В том, что мой путь ошибочен, я не сомневался теперь. Даже пройдя сквозь этих громил, я на следующем этаже наверняка встретился бы с еще большими проблемами или трудностями.
  Ключ. Вы знаете, обычному человеку требуются годы, чтобы разгадать задачу средней тяжести. Специалист потратит дни. И лишь гении тратят на все мгновения. Тогда в моей голове действительно возник ключ к спасению. И я поверил в собственную гениальность. Это важно обрести уверенность в своих силах.
  Незнакомец никогда ничего не говорил мне напрасно. "Пламя на самом деле существует и подпитывается только силой моего разума. Я проецирую его вам. А ваш разум кричит от ужаса и выдает желаемое за действительное. Отсюда и реальная боль, и настоящий ожог. Переборите себя и представьте, что это пламя - иллюзия, фантом".
  Перед моими глазами стала выстраиваться целая система. Итак, все, что сейчас со мной происходит иллюзия. Кто мой противник? Незнакомец? Нет. Игра. Он ведь говорил о компьютерной игре. Следовательно, я воюю с какой-то программой, созданной силой его разума.
  Древние говорили: "Узнать - наполовину выиграть". Но только наполовину. Я по-прежнему был ранен, а вокруг слышались выкрики неведомых врагов, стягивающих подкрепление.
  Оружие - вот о чем я подумал первым делом, переключившись на происходящее вокруг. Вы не поверите, мне вдруг стало жутко, словно по волшебству в моих руках возник автомат. Сначала, я было схватил его, но затем мне вдруг почему-то подумалось о чем-то помощнее. Базука!
  Сердце мое застучало под двести ударов в минуту, как мне захотелось пустить ее в ход. Но я сдержался. Сейчас мне кажется, что именно тогда я сделал первый шажок к победе. Я заставил себя отказаться этой иллюзии.
  Наш разум подобен узнику. Он всегда пребывает в оковах наших комплексов, заблуждений и табу. Задача раскрепостить разум, вырваться из узилища - вот задача достойная любого человека.
  Мне это удалось. Скрипя зубами о натуги, все приходилось постигать путем проб и ошибок, я, вначале меленькими, затем уже семимильными шагами понесся вперед. Туда, где маячили неограниченные просторы моей фантазии.
   Мой дух вспарил над холлом небоскреба. Он смотрел, а может, это смотрел и я, как падают бойцы пытающиеся достать оставшееся внизу тело, и грезил. Грезил наяву. Внизу кипела жаркая схватка, а я (он) зачарованно смотрел на медленно влетающие снежинки, в разбитые двери. Это трудно было понять, но я (он) испытывал радость и непреодолимое чувство любопытства к кружащимся снежинкам. Пьянящее чувство восторга открывало совершенно новые миры, заставляя глядеть на мир абсолютно другими глазами. Сознание пропускало мимо иллюзорную картину происходящего, и жадно стремилось вперед. В какой-то момент все здание небоскреба просто растворилось, и я увидел заснеженное шоссе.
  Это был апофеоз. Мой разум добрался до запредельного и теперь его было не остановить. С трудом, заставив себя нырнуть вниз, я вновь оказался в холле небоскреба.
  Бой подходил к концу. Мое тело, оставленное без присмотра, прекрасно справилось со всеми иллюзорными врагами.
  Наверное, так становятся богами, подумалось мне. Движение мысли и мое тело исцелилось. Затем возникли доспехи: бронежилет, шлем-сфера, наколенники, перчатки и все такое прочее. Теперь оружие...
  И вот я, точнее мой иллюзорный двойник, был готов. Незнакомец был прав. Это была самая примитивная компьютерная игра, только с очень высокой степенью реалистичности.
  Я не буду описывать вам мой путь на крышу.
  Это скучно и не представляет интереса.
  Интересно другое - в самом конце, когда от небоскреба остался только полуразрушенный остов с доброй сотней трупов, я, стоя на крыше в ожидании незнакомца, страстно пожелал, чтоб этот остов обрел материальную сущность.
  Прихоть. Но когда я увидел незнакомца, то понял, что прямо сейчас совершил нечто очень важное.
  Незнакомец возник в шагах пяти от меня и долго молчал, внимательно изучая меня. Его поза свидетельствовала о его крайнем напряжении.
  Затем он отвернулся, и, не глядя на меня, сказал: "Следующая встреча будет последний для одного из нас. Совсем последней..."
  Щелк...
  - Итак, господин Полковник огласите совету ваш план!
  - Назначить встречу и взять его.
  -Бред. Да вы соображаете, какой вы бред несете сейчас. - Взорвался один из присутствующих на заседании генералов.
  - Сядьте, господин генерал. - Взгляд Полковника буквально парализовал седого генерала. - Не вам тут изображать из себя эксперта. Русские до сих пор никого не пускают в район города Оболенск. А пресловутый небоскреб накрыт огромным куполом, от спутников-шпионов.
  - Что говорят эксперты? - задал свой вопрос представитель одного очень авторитетного военно-научного института.
  - Что они могут сказать? Мало информации. Но общие оценки благоприятны. По самым скромным прикидкам вероятность полезности операции оценивается в сорок процентов. - По залу сразу же пошел гул возбужденных голосов.
  - Тише прошу вас. Хорошо, господин полковник. Не все присутствующие знакомы с ходом этого дела. Напомните, прошу вас, вкратце суть дела. - Министр от волнения протер очки, будто они запотели.
  - Ровно год назад одно из наших подразделений проводила спецоперацию по обезвреживанию банды наркоторговцев из Колумбии. В ходе этой операции, разумеется, в соответствии с установленными нормами, нами было организовано прослушивание одного из номеров в гостиничном комплексе "Хилтон".
  К сожалению, наши информаторы, внедренные в ряды колумбийской наркомафии, ошиблись, предоставив неверную информацию. Когда мы настроили аппаратуру, то услышали разговор с пленок только что прослушанных нами.
  У руководителя операции не было никаких зацепок. А тут явно выраженный бред наркомана. Во всяком случае, так он аргументировал свой приказ задержать лиц находящихся в номере.
  Но произошла трагедия. Трое бойцов из группы захвата погибли, был схвачен только один из находившихся в номере.
  Им оказался журналист скандально известного журнала "Шпигель" Отто Кранц. 1949 года рождения. Уроженец Мюнхена. В журналистских кругах считается маститым писакой, специализирующимся на собственных расследованиях и сенсациях. Обладает врожденным нюхом на разного рода тайны.
  Второго взять не удалось. Он ушел, издевательски убив трех наших людей. Убил неизвестно чем. Эксперты так не смогли определить причину их смерти. Отто Кранц тут же был нами отпущен. Назревал скандал, обстоятельства незаконного ареста попали в печать, и нам тогда было не до него.
   Гораздо позже, начав проверять пленку, мы обнаружили, что все, что относится к России и конкретно к городу Оболенск - правда.
  Тогда же было принято решение о подключении к этому делу моей группы. Вот собственно и все.
  - Ну, это если вкратце. Полковник много не договаривает. - Министр от волнения вновь принялся теребить свои несчастные очки.
  - Где сейчас журналист?
  - Изолирован. Он, к сожалению, отказался с нами сотрудничать. Нами так и не раскрыт канал выхода Отто Кранца на интересующий нас объект. Но мы смогли завязать игру от имени Отто Кранца. Используя, наших друзей из АНБ (агентство национальной безопасности - США), да, да господин министр, система "ЭШЕЛОН", мы смогли взломать пароли, и по электронной почте договориться о новой встрече.
  - Где?
  - К сожалению, объект назначил свидание в России. Наши возможности там очень сильно ограничены и поэтому нам нужен вход на МИД, и ваше ходатайство, господин министр.
  - Как вы это представляете?
  - Совместная операция. Я знаю, что их официальный представитель делал осторожные намеки нам касательно событий под Оболенском. Я уверен, они пойдут на контакт.
  - Хорошо. Но я должен доложить все президенту.
  - Господин министр, мне нужно ваше принципиальное решение. Одно только слова. ВЫ ЗА? - Все в зале смолкли. Даже перестали "дышать". Все, как один, сейчас смотрели на министра. Он просто ощущал эти взгляды. Предательская капля пота медленно ползла по лбу, и у министра просто не было сил смахнуть ее.
  - Один вопрос, господин полковник. Кто будет на встрече вместо Отто Кранца?
  - Я, господин министр. - Все только выдохнули от удивления и вновь устремили свои взгляды на министра.
  - Да, господин полковник. Я - ЗА! Совещание закрыто...
  "Осознав в своих руках силу, я собрался покорить мир. Нет, конечно, не в буквальном смысле этого слова. Просто мне стало казаться, что весь мир предо мной.
   Разочарование наступило утром. К своему стыду, я осознал, что не умею контролировать свою силу. Лишь гнев и неистовость давали мне тот импульс, кой отделял обычное я, от я - бога.
  Вновь мне было необходимо учиться. Только теперь наука была самой сложной - постигнуть самого себя. Я ушел в монастырь. Семь лет поста, воздержания и покаяния. Медленно, шаг за шагом я открывал себя, читая словно книгу.
  Я научился и понял истинное значение слов: смиренность, терпимость, воздержание. Годы, проведенные в монастыре, довершили мое образование. Теперь я мало походил на восторженного мужа семилетней давности, упивающегося своей силой и неуязвимостью. Осознание собственного могущества заставляло меня мыслить совершенно по-особому. Вы не поверите, но все семь лет я не думал о мирской суете. Я совершенствовался. Быть может, судьбой было уготовано провести мне там всю свою жизнь. Вряд ли после стольких лет я бы решился выйти в мир и начать, что-либо исправлять.
  Если бы не вызов. В один прекрасный момент, спустя 19 лет, после нашей первой встречи в Париже, мне принесли послание. Оно было кратким. Франция. Аэропорт "ORLY". К записке был приложен билет авиакомпании AIR FRANCE на Сидней, с датой на неделю вперед.
  Я принял вызов. Не буду утомлять вас скучными пересказами своих мытарств. Ровно в установленный срок я стоял почти посредине Австралии, совершенно один. Безжалостно палило солнце, и на многие тысячи километров не было ни единой живой души. Если вы были когда-либо в Австралии, вы поймете меня. Вся жизнь там сосредоточена на побережье. Центр материка представляет собой ад. Пустыни и голые скалы, где не рискуют появляться даже аборигены.
  - Вы очень хорошо подготовились. - Как ни старался я, появление незнакомца все-таки застало меня врасплох.
  - Почему здесь? - Я попытался перехватить нить разговора. Но куда мне было тягаться с таким соперником.
  - Перед тем как мы начнем, я кое-что скажу вам. Точнее расставлю все точки над i. Тогда на мосту, я обманул вас. Нет не во всем. А чуть-чуть. Сейчас вы не можете отказаться от схватки со мной. Игра закончилась. Вы превратились в достойного противника, против которого мне придется применить весь свой арсенал. Вы не поняли - поясню, сейчас все решится: или же вы совершите качественный прорыв или вас постигнет неудача. Это будет поединок - вы и я. Больше никого нет.
  Но схватка будет несправедливой без представления друг другу. О вас я знаю все. Вы же не знаете обо мне ничего. Только догадки и предположения, на этих самых догадках. Уравновесим шансы, хотя должен вам сказать, что большинство не проходило даже первого тура, единицы второй. И никто еще не выигрывал третий.
  Меня зовут СМЕРТЬ! Теперь приступим...
  Он был великодушен. После столь громкого заявления. Он дал мне время прийти в себя и, лишь потом, атаковал, атаковал, так как умеет это только смерть!
  Я не буду описывать нашу битву. Скажу лишь одно. Это было мудрое решение - устроить такую схватку вдалеке от людей. Да и вообще от всего живого. Мы выжгли землю почти на сотню километров вокруг. Мы сражались везде - во всех измерениях и пространствах. Вели мысленные битвы и обменивались выпадами, сопоставимыми по мощи с термоядерными взрывами.
  Почему я выиграл? Не знаю. Просто внезапно он пропустил удар, а я сумел зацепиться за эту ошибку. Когда он падал, мне показалось, что мироздание замерло. Грохот от упавшего тела был сокрушителен. Я знал, что мой удар был смертелен. Но, тем не менее, он еще жил. Прежде чем умереть, он снял со своего пальца кольцо и прошептал: "Увидимся"...
   Мне трудно сейчас сказать, насколько я поверил последней фразе погибшего. Впрочем, теперь это не важно. Слова погибшего оказались пророческими.
  Спустя год перстень ожил. Точнее ожил багровый рубин на перстне. И я вспомнил, что, протягивая перстень, мой незнакомец был жив. Еще жив, но как только он умер - погас и рубин...
  На этот раз я нашел его сам. Точнее это сделал перстень. Я просто закрыл глаза и отдался настроению, нет, не своему, а настроению своего камня в перстне.
  Я попробую описать, как это произошло. Ты закрываешь глаза, и нечто мягко несет тебя куда-то вдаль. Так бывает на море. Ты заходишь в воду, ложишься на надувной матрас и закрываешь глаза. Ты чувствуешь тепло и ласковые солнечные лучи, что скользят по тебе. Волны слегка качают тебя, и сам океан несет тебя куда-то вдаль, ты знаешь, что это не опасно. И поэтому не открываешь глаз.
  Так вот все и произошло. Глаза заставил меня открыть до боли знакомый голос: "Здравствуй!".
  - Здравствуй и ты, Смерть. - Сомнений не было, прямо передо мной стоял тот самый незнакомец.
  - Я позволил себе выбрать это место для нашей последней встречи. - И он показал рукой на ослепительный красивый закат, что стремительно падал за линию горизонта необъятного океана.
  - Тихий океан?
  - Залив Петра Великого. Остров Рейнике. Наверное, у тебя есть много вопросов. Не торопись, скоро ты постигнешь все, чем обладаю я. Это и есть тот суперприз, что был обещан тебе в самом начале пути. Но прежде выслушай меня. Быть может ты сможешь почувствовать то, что обычно ускользает от простого смертного жаждущего приобщиться к тайному...
  - О чем ты? - Я пребывал в растерянности. Но дальше я ничего сказать не успел. Незнакомец больше не раскрывал рта, но "это" вдруг окружило меня со всех сторон и зазвучало как оркестр.
  - Я "смерть"! Одушевленная "смерть", если хочешь. Рост чуть выше среднего, вес слегка избыточен. Лицо ничем не примечательно. Волосы русые, жесткие и прямые. Не знаю, имеет ли сама смерть материальный облик, но я выгляжу именно так.
  Обладая рядом врожденных талантов, я всегда остаюсь незамеченным для большинства простых людей. Кроме способностей, доставшихся мне по наследству, я обладаю еще одним талантом, самым опасным и главным для меня. Я - всегда убиваю!
  Поясняю: Я, если решу кого убить, выполню это обязательно. Меня недаром прозвали одушевленной "смертью".
  Я убивал бессчетное количество раз: воинов, магов, правителей, женщин, детей, стариков - и, поверь мне, никто не выжил. В моей скромной коллекции скальпов имеются: парочка творцов сущего, один спаситель бытия, трое владык ночи и одиннадцать бессмертных богов-небожителей. И, конечно, как в каждой коллекции, жемчужина венчающая ее, так сказать самый ценный приз - Губитель времени. Существо столь могучее и столь же странное, повелевающее такими необъяснимыми силами, что я, было, чуть не проиграл. Скажу по секрету, битва с Губителем заняла почти треть моей жизни.
  Разумеется я не бессмертный и не злобный чародей, крадущий жизненную силу у своих жертв, хотя маг я довольно неплохой. Если задуматься, то, наверное, я бы смог состряпать нечто этакое и пить силу поверженных врагов, но я не нуждаюсь в этом. Я неуничтожим. Как, очень просто, да я могучий маг и великолепный боец, но ведь враги частенько бывали сильнее меня и тогда, когда они думали, что низвергли меня, в действие вступало "СЛОВО". Мое слово!
  Слово - это кодированная субстанция моей памяти, способностей и умений. Стоит только произнести его, и я восстану из небытия. Мои враги могли убить меня сто, двести, тысячу раз, но я был фениксом, восстающим из пепла. Вы удивлены и начинаете примерять мою неуязвимость на себя? Зря! Цена "СЛОВА" высока, даже по моим меркам. Я раб, раб того, кто произносит слово!
  Горька правда, СМЕРТЬ - это обыкновенный раб.
  Очень давно на заре самого бытия я допустил просчет, будучи простым смертным и моя судьба, казалось, была предрешена, и жить мне оставалось совсем немного. Но тут случилось пришествие. За мной пришли. Никто не знал, кто они такие и откуда приходят.
  Мы называли их Странниками небес. Когда странники шли по заоблачным дорогам богов, последние уступали им путь. Сила их была неимоверна, возможности безграничны.
  Горек был миг мой тогда. Я против воли и с молчаливого одобрения совета старейшин стал их рабом. Затем последовали годы тренировок и сотни хитроумных заклятий, нацеленных укрепить мою плоть. И в результате всего этого я превратился в "Одушевленную смерть".
  Лишь однажды в ту проклятую пору мне улыбнулся миг удачи. Будучи полностью подчинен своим новым хозяевам, я сумел уберечь собственный разум от сумасшествия. Я видел, как мои руки убивали невинных людей и отъявленных злодеев. Я лишал жизни святых, праведников и таких грешников, что впору было их объявлять слугами дьявола.
  Временами мой рассудок впадал в отчаянье, видя, как льются реки крови по моей вине. Потом я привык. Мастерство мое совершенствовалась раз от раза, а разум огрубел. Чувства умерли во мне, осталось только тупая боль и память. Я помню их всех, своих убиенных. Меня часто мучили кошмары. Самый страшный - это безмолвная вереница моих жертв.
  Спасение было лишь в черном забвении, где я пребывал после очередной своей миссии. Но слишком часто меня призывали, и вновь я шагал по трупам к намеченной жертве, через цепочки перерождений. Стоило мне оступиться и хозяева, чувствуя это, вновь возрождали меня, неумолимого и беспощадного демона смерти. Имя мое превратилось в легенду. Поэтому я не называюсь, я ненавижу свое имя. Им пугали детей, им пугали непокорных...
  Казалось, так будет длиться вечно! Но однажды, убив очередного несчастного, я почти почувствовал себя свободным. Мои хозяева исчезли. Не ушли или умерли, я бы понял, а просто исчезли из этой реальности. Казалось, я обрел долгожданную свободу. Но чары крепко держали меня в обличии "Смерти". "СЛОВО" имело надо мной полную власть, и я не мог, был не в силах разорвать магические путы. Ад - так можно выразить мое дальнейшее существование, я не хотел вечно находиться в черной пустоте забвения. Зная свое "СЛОВО", я сообщал его кому-нибудь, кого считал более или менее достойным и становился его рабом.
  Ты разочарованно вздохнешь, все вернулось на круги своя? Нет. Мои новые владыки были слабы и соответственно с каждым перерождением слабели чары. Хоть я не мог вырваться из силков небесных странников, мне была дарована относительная свобода. Все время, что я мог делать то, что захочу, я искал ответ на один вопрос - как стать свободным?!
  Ради этого я творил зло и насилие. Я знал, моя цель оправдает все! И вот, когда я было совсем отчаялся обрести заветное знание, мне открылся путь. Представьте себе - путь к свободе. И я обрел свободу. Только представь - смерть гуляющая сама по себе.
  И началась новая жизнь. Я появлялся повсюду, избороздив всю вселенную. Я миловал и карал, так как считал нужным. Возможно, это и сгубило меня. Сильные мира сего решили, что я слишком мешаю им править мирозданием.
  Поначалу это было забавно. Меня пытались убить. Жалкие попытки неумех. Правда, надо отдать им должное, они быстро учились. И я знал, что этим все кончиться. Однажды я столкнулся с себе подобным - со смертью.
  Тупик скажешь ты. Нет, я не стал глупо биться головой об стену. Я перехитрил владык. Они властвовали над живыми. Я же решил принести в мир бессмертие.
  Трижды я освобождал моих коллег - смертей от рабских оков сгинувших Странников небес. И с ними я составил план. Мы разделились и отправились в путь.
   Там где была жизнь, мы начинали поиск достойного и ему передавали свое знание. И он должен был разнести это учение по своему миру. До того как владыки обрушат свой гнев на родную планету избранного.
  Теперь ты знаешь все. Решай, получив знание, ты обречешь себя на бесконечную схватку, где нет победителей. Ибо смерть не может никогда выиграть".
  Щелк...
  - Плюс. - Громко, почти на весь отель, раздался голос, многократно усиленный динамиками. Специальная операция началась.
  Отель был тут же окружен тройным кордоном войск. Элитный спецназ блокировал все ходы и выходы из отеля. А трое самых подготовленных бойца-волкодава ворвались в номер отеля, где происходила сама встреча.
  - Всем отбой. - Старший группы захвата устало убрал свой именной пистолет в кобуру и поправил микрофон. - В номере только один человек. Объект ушел.
  - Как полковник?
  - Он мертв. - Тихо отозвался старший и кивнул головой, когда его подчиненный прикрыл расширенные от ужаса зрачки мертвого полковника иностранной разведки.
  Это был полный провал операции. Через несколько минут в номере было не протолкнуться от большого числа ответственных чинов и просто людей в штатском. Среди них всех выделялись двое. Один полный спокойствия и невозмутимости тихо что-то сказал старшему охраны, и вскоре в номере осталось минимум людей: эксперты, охрана и трое непосредственных участника операции.
  Второй, закончив опрос штурмовой группы, подошел к первому.
  - Вы сообщили? - Он кивком головы указал на тело полковника.
  -Да. Кстати, они сказали, что почти то же время, в тщательно охраняемой камере, скончался некий Отто Кранц. Несмотря на все усилия, причину смерти так не установили.
  - Он обрубил все концы. Как ты думаешь, почему?
  - Слишком рано. Мы не готовы принять то, что он хотел нам сказать.
  - А он не готов приять нас, такими, как мы есть.
  - Парадоксально, это как предложение дружбы, которая никогда не состоится.
  - Мы слишком влюблены друг в друга?
  - Да. И он, и мы ждали от этих встреч слишком многого.
  - И какой выход?
  - Ждать. Придет время, и он объявится. Он не может не объявиться...
Оценка: 6.72*4  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"