Anid: другие произведения.

Отступники 2

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
Оценка: 6.35*7  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Ты слаб и немощен, твоя новообретенная сила спит. А вокруг есть только мнимые друзья и многочисленные враги. И расчитывать ты можешь только на себя, не считая ОТСТУПНИКОВ обновленно 25.10.2015

  Пролог
  
  'К бою' - гортанный выкрик одного из личных телохранителей стал полной неожиданностью для маленького путешественника, с комфортом развалившегося на мягких подушках своей кареты. Но многоопытная няня сориентировалась мгновенно. Обхватив мальчика, она укрыла его своим телом, скользнув на дно экипажа. Вторая спутница юного принца - магесса Диана ни от кого прятаться не собиралась. Радужная оболочка воздушного щита возникла вокруг кареты едва ли не быстрее звуков зарождающейся тревоги.
   В своих силах несравненная Диана не сомневалась, тем более что телохранители действовали не менее слаженно. У замершей кареты тут же возникла стена из щитов, за которой встали бойцы с огненными жезлами и арбалетами. Челядь, побросав поводья, поспешила укрыться за повозками, принявшись взводить припасенные арбалеты и самострелы.
  Нападавшие, числом почти четыре десятка, уже успели осознать свою ошибку, но избежать сшибки с разгоряченными королевскими гвардейцами, разбойникам было не суждено.
  Слитный залп обрушил на незадачливых головорезов целый ворох огненных шаров и зачарованных арбалетных болтов. Затем дюжина гвардейцев, мгновенно распавшись на двойки, пошла в атаку.
  Превосходство гвардии было во всем, в доспехах, выучке и, разумеется, в магии.
  А когда на дороге показалась целая сотня конных стражников, уцелевшие душегубы прекратили попытки прорваться по дороге и бросились врассыпную в лес.
  Маленький Людвиг, сын незаконнорожденного принца крови был счастлив - вот это приключение. А завтра ему исполняется целых пять лет. Что сулило новые невиданные приключения и такую желанную новизну.
  В честь этой круглой даты отец приказал привезти сына к нему в летнюю резиденцию Гроф из деревни, где все эти годы Людвиг и жил.
  Путь был не близкий, поэтому кавалькада, состоящая из кареты, пяти подвод и трех повозок, полутра десятка королевских гвардейцев и четверки личных телохранителей молодого принца, не считая обслуги, выехала затемно.
  Но видимо добраться без ночевки - было не судьба. Шум сражения стих. Следом последовала новая команда: 'Отбой'. И все обитатели кареты поспешили выбраться наружу.
  Вокруг царила суета. Сновали разгоряченные боем солдаты. Лихие кавалеристы успокаивали разгоряченных лошадей, выхаживая их по кругу. Рядышком провели несколько окровавленных и связанных разбойников. Тут же оказывали первую помощь раненым. А вдалеке спешно стаскивали тела убитых, прикрыв их плащами и накидками.
  Магесса Диана первой выслушала рапорт ошарашенного сотника королевской стражи, обнаружившего, на кого посмели напасть разбойники.
  Банда известного в округе душегуба Хромого из Тарка рискнула и атаковала королевского мытаря и его сопровождающих. Засада удалась, но бандиты не учли, что из-за праздника, организованного отцом маленького Людвига, округ наводнили отряды стражи и личные дружины приглашенных высокородных гостей. Банду обложили и затравили, как стая собак травит медведя. Поспешное бегство разбойников, точнее уцелевших душегубов, закончилось именно здесь, когда удирающие от погони, натолкнувшись на отряд юного принца, приняли его за очередной заслон и с ходу попытались его сбить.
  На разбивку лагеря и обустройства ночлега у опытных воинов ушло чуть меньше двух часов. За это время юный Людвиг затерроризировал своих нянек и охрану. Он совал свой нос всюду. Неугомонный мальчишка не смог добраться только до пленных, туда его просто не пустили, не смотря на его возмущенные вопли.
   Но наконец, усталость взяла свое и Людвиг угомонился. Выпив на ужин кружку свежего молока, с вкусной булкой и куском копченого мяса мальчик отправился в свою палатку, разбитую в самом центре лагеря. Вокруг двумя кольцами расположились сначала королевские гвардейцы, затем стражники, решившие сопроводить принца и его спутников до королевской резиденции Гроф.
  Чуть поерзав, мальчик закрыл глаза и попробовал уснуть, но осторожное покашливание нарушило плавное засыпание.
  - Ты кто? - Людвиг ничуть не удивился, увидев в свой тщательно охраняемой палатке незнакомого мужчину неопределенного возраста который внимательно разглядывал мальчика.
  - Гость. - Тихо отозвался мужчина. Людвиг непонимающе потер рукой нос, страха он не испытывал, сложно испытать то, чего в силу возраста лишен начисто.
  - А зачем ты пришел ко мне?
  - Сделать подарок.
  - Но мой день рождения завтра. - Людвиг заулыбался, представив, что это может быть очень интересный подарок.
  Но мужчина осторожно покачал головой: 'Это очень необычный подарок. И я не знаю понравиться ли он тебе'.
  - Где же он? - Мальчик вскочил, откинув прочь походное одеяло, которое было вдвое тяжелее обычного и намного длиннее.
  - Держи! - Незнакомец едва ощутимо дотронулся до лба мальчика своей левой рукой и Людвиг, словно натолкнувшись на невидимую стенку, упал обратно в постель, провалившись в глубокий сон.
  Кто знает, что ты сейчас увидишь. - Незнакомец поспешил растаять, не дожидаясь появления обеспокоенной магессы, что почувствовала творимую волшобу и спешила проверить своего подопечного.
  А маленького Людвига ждало грандиозное потрясение. Словно черт из табакерки в голове бедного ребенка возник каскад чужих воспоминаний. Чужая память мгновенно заполняла пустоты в детском мозгу и Людвиг, не понимая, что с ним происходит, попытался всмотреться в бесконечной поток информации, что сейчас лился прямо на него:
  'Нас взяли на рассвете. Охрану сняли без единого выстрела. Что, скорее всего, свидетельствовало о банальном предательстве. Я ни чему не удивлялся. За эти два года, проведенные за подробнейшим анализом преступлений, совершенных высшим эшелоном власти этой планеты, я понял многое.
  Сгнило все. До основания, до корки. Здесь с легкостью переступали по трупам, возникни даже намек на незначительные осложнения. Мерилом человеческих ценностей были даже не деньги, а связи и умение двигаться в фарватере идей нашего наиподлейшего генерал-губернатора.
  Редкостная мразь, сумевшая не только удержаться на верху, распихав всех конкурентов, но и создать чудовищно коррумпированный аппарат управления, связавший всех одной круговой порукой. Внешне все было благополучно: суды исправно осуждали преступников, фискальные службы бились над повышением собираемости налогов, процветал бизнес, но все это работало только до определенного уровня.
  Впрочем, все это детали. Мое секретное убежище теперь, после удара гипноизлучателями превратилось в отличную ловушку. Из всех здесь присутствующих, только я сохранил способность кое-как двигаться. Спасибо моим военным психологам. Кодировка сознания помогла сохранить, хоть подобие, ясного ума. Остальные мгновенно превратились в слюнявчатых идиотов, с остекленевшими глазами и скрюченными руками и ногами.
  Но даже шанса уничтожить архив мне не дали. Разумеется, меня брала Эстер, эта породистая сучка, возглавлявшая ударный отряд быстрого реагирования, подчиненный начальнику личной службы безопасности генерал-губернатора напрямую.
  Они были профессионалами, во всем. Проплавленная дверь бункера рухнула на ступеньки в зал, спустя считанные секунды после начала нападения. Элитные бойцы, словно призраки, возникали то тут, то там, блокируя все подступы к кнопкам самоуничтожения.
  - Один еще трепыхается. - Бесстрастно доложил кто-то из них, пребольно пнув меня ногой. - Прикажете вырубить? - И после мимолетной паузы добавил: 'Есть отставить'.
  Мы были не на равных - бойцы в броне и с шокерами, способными свалить и слона. Я же был одет в штатский костюм и с мышцами завязанными в узлы под непрекращающимся воздействием излучения.
  Поэтому я и не трепыхался, когда меня рывком подняли с пола и выкрутив руки, надели силовые наручники.
  - Можно, - сказал кто-то над моим ухом, развернув к дверному проему мое скрюченное от боли тело. Излучение пропало, а следом в бункер вошли еще двое: сама Эстер и ее шеф - Джино Гольдини.
  - Здравствуйте господин тайный советник. - Слащавый голос Гольдини был полон торжества. - Как видите, наша встреча не замедлила состояться. Молчите. А зря. Вы можете сильно облегчить себе судьбу, если скажете коды доступа к своим базам данных. Так сказать заработаете себе тихую старость. И этот самовлюбленный ублюдок затрясся в припадке смеха. Ему было весело...
  Я промолчал. Эстер же, лениво приблизившись ко мне, цепко ухватила меня за подбородок: 'Ты полон сюрпризов мальчик, и поверь, мне жаль, что ты поставил не на ту карту'.
  Я прохрипел: 'Пить'. - После такой встряски я чувствовал себя, словно провел в пустыне неделю.
  - Коды. - Уже требовательней заявил Гольдини.
  В ответ я даже не смог улыбнуться.
  - Он не скажет, - Эстер отступила на шаг и внимательно посмотрела на меня, закуривая свои неизменные сигареты. Выпустив струю дыма мне прямо в лицо, она добавила: 'Его кодировали звездные торгаши и так просто нам его не расколоть'.
  Гольдони досадливо поморщился: 'Ну хорошо, поработаем дома. Эстер доставь мне его в лабораторию и подготовь. Я еще поработаю здесь и чуть позже присоединюсь к вам'.
  - Хорошо босс, - лаконично согласилась Эстер и добавила: 'Ребятки в машину господина советника. И не забудьте обыскать его и полностью обездвижить. А лучше и вырубить его... - после этих слов меня как то резко охватила абсолютная ночь.
   Очнулся я уже на операционном столе, точнее стол был пыточный. В этом сомневаться не приходилось. Я был полностью обнажен и крепко прикручен к ложу, а надо мной стояла Эстер, успевшая переодеться. Сменив нанопластиковую броню на белоснежную униформу, она была просто неотразима.
  Ее литые груди буквально выпирали из униформы, балансируя на той самой грани, что отделяют красивую грудь от просто больших титек.
  - Ну, здравствуй мальчик. - Эстер с любопытством рассматривала мою фигуру. - Вот уж не думала, что господин советник так сложен. - Мне оставалось только саркастически улыбнуться. Говорить я бы все равно не смог, горло просто пылало.
  Кажется Эстер это поняла. Через мгновение ее прохладные пальцы, приподняв мне голову, вложили в рот таблетку.
  - Разгрызи. - Я подчинился. И сразу стало легче. В горле взорвалась маленькая бомбочка, наполненная прохладной питьевой водой. - Странно, что я тебя не приметила раньше, мы смогли бы подружиться. - Рука Эстер отпустив мою голову скользнула дальше и замерла, где-то в районе живота.
  - Эти два года я был несколько занят. - Все мышцы тела сейчас болезненно ныли. И прохладные пальцы Эстер приносили мимолетное облегчение.
  - Неужели ты на что-то рассчитывал. Торгаши никогда не вмешаются во внутренние дела своих сателлитов.
  - Скажи Эстер, ты считаешь меня идеалистом? - Я тихо ойкнул, когда ее пальцы коснулись моей мошонки.
  - Нет, мальчик. Я читала твое дело, точнее то, что удалось нам найти. Ты прагматик, до мозга костей. И поэтому я ни как не могу понять твоих мотивов.
  - А это непонимание тебя пугает?
  - Отдам тебе должное. Только твоя энергия и предприимчивость позволила вам продержаться так долго. Но вы перешли грань, за которой теперь для вас только смерть. - Эстер смолкла, отвлекшись на какие-то манипуляции.
  Скосив глаза, насколько позволяла фиксирующая повязка, я рассмотрел, как Эстер неторопливо принялась выкладывать несколько ампул на маленький столик, накрытых марлевой тканью.
  - Будешь пытать?
  - Можно сказать и так, ты смог доставить нам немало хлопот. Ущерб, нанесенный твоей группой велик. Гольдони нужны доказательства, что с твоей смертью вся эта препоганая история наконец закончиться.
  - Ты очень откровенна со мной.
  - Знаешь, Евлампий, я не сторонница пыток. Это Гольдони будет рад запытать тебя до смерти.
  - И потом хвастать, как он сломал психоблок кадрового диверсанта?
  - У тебя железные нервы и отменная выдержка. Ты страшный противник. И я рада, что тебя смогли взять. Поэтому предлагаю честную сделку - ты мне пароль доступа, я гарантирую тебе легкую и приятную смерть. Для тебя это лучший вариант. - Эстер, покрутив одну из ампул, вложила ее в иньекционный пистолет и щелкнула крышкой.
  - Ты знаешь мой ответ.
  - Жаль, мальчик. Тебе будет очень больно в эти последние часы жизни...
  - Пока ты не вколола мне этой дряни, я хочу тоже кое-что предложить тебе, Эстер.
  - Это интересно, мальчик. - Эстер приблизилась ко мне вплотную и, приложив к плечу иньекционный пистолет, приказала: 'Говори'.
  - Я хочу предложить тебе работу... - Эстер захохотала: 'На тебя? Кем ты себя вообразил? Бессмертным?' Но меня смутить было трудно. - Ты умная сучка Эстер, подумай, в чем причина моего поведения? И когда вдруг ты поймешь, что проиграла, успей найти меня.
  - Ты был не убедителен, мальчик. - Игла пистолета вонзилась мне в плечо, а Эстер дождавшись, когда лампочка индикатора загорелась красным, отложила пистолет, пояснив, - Это легин, синтетический наркотик избирательного действия, он подготовит твое тело к боли, нам ведь не надо, чтобы ты умер, от пыток раньше времени.
  Сразу после укола в глазах у меня все поплыло. Боль стала отступать. Нет, она не пропала, просто стала глуше. Тело вдруг стало легким и неосязаемым. Следом Эстер еще два раза вколола мне какие-то препараты. И продолжала вещать ровным спокойным тоном: 'Блок кодировки, заложенный в подсознании сломать тяжело. Для начала я выпотрошу твою память, ну а затем Гольдони займется твоим подсознанием. У тебя будет шанс убедиться в его мастерстве.
  - Как ты это сделаешь? - Плечо начало быстро неметь, а мне вдруг нестерпимо захотелось болтать.
  - Сам расскажешь, мальчик. Конечно, сначала будешь нести всякую чушь и словесный мусор, но потом еще пара уколов и ты образумишься.
  - Расколюсь, что ли. Ты это зря Эстер. Препараты класса 'В' не подавляют волю, а только притупляют. Считается, что человек в состоянии продержаться при определенной подготовке достаточно долго.
  - Тебя этому торгаши научили?
  - Нет Эстер, торгаши здесь вообще ни причем. Я жалею только об одном... - Звонок мобильного прервал наш незатейливый разговор. Звонил Гольдони. Крайне раздраженный, он поведал, что никто из выживших в бункере кода доступа к головному серверу не знает. Специалисты рекомендуют взломать один из компьютеров и попробовать обойти защиту. Я не удержался и влез в разговор: 'Не получиться, вся информация закодирована тремя защитными системами. А нарушение защиты автоматически запускает систему низкоуровневого форматирования. Или даже мгновенное самоуничтожение.
  - Это наш господин советник? Ну и как он? - Эстер хмыкнула: 'Не очень, я только начала'.
  - Поторопись, шеф требует результаты. Да и на душе как-то неспокойно...
  - Я постараюсь, Джино... - Эстер отключилась. Я, подхлестываемый чудовищной дозой вколотых препаратов, встрял опять: 'Скажи, ты с ним спишь?' - Эстер молча хлестко заехала мне по лицу. Боли я не почувствовал и продолжил: 'Значит спишь, вернее спала, сейчас он явно не в форме, наверно нервное'. - Эстер криво улыбнулась.
   - Что-то ты, мальчик, слишком хорошо себя чувствуешь. - Она вновь вколола мне какую-то смесь. На этот раз меня проняло всерьез.
  - У вас будет мало времени Эстер. - Я еле выговорил эти слова, язык стал одеревеневшим, а в памяти стали возникать какие-то фантасмагоричное фрагменты бреда.
  - Мало для чего мальчик? - Но меня уже понесло. Слова полились из меня потоком, и я из последних сил заставлял себя вспоминать всякую ерунду: 'После того как я зачистил целый штат полномочного посланника одной из планет... Ты слышала об этой истории. Они спелись с местной мафией и горно-обогатительными корпорациями. Так вот однажды утром меня вызвал мой шеф и предложил пройти стандартный тест службы собственной безопасности.
  - Когда это было? - Голос Эстер звучал набатом. Он буквально парализовал волю и заставлял отвечать.
  - Два с половиной года назад. Но там не было никого из ССБ...
  - А были оперативники управления спецопераций? - Эстер сразу ухватывала суть. Но я лишь замотал головой: 'Торгаши слабаки на такие дела. Они были в шоке от моей выходки. Меня ждали два человека.
  - Фамилии?
  - Да откуда я знаю. Их я видел первый и последний раз. Вот там меня и завербовали.
  - Кто, кто? - Требовательно вопрошала Эстер.
  - Я тебе скажу это, но позже. - Эта фраза тянулась по времени невероятно долго. Язык встал во рту колом. И на последних морально волевых я смог замолчать. Эстер грязно выругалась. И вновь возобновила расспросы.
  Сколько она меня мучила, я не помнил. Все также балансируя на грани безумия, я водил ее за нос, неся всякую правдивую чушь. Откуда ей было знать, что блоки мне ставили не на подсознание, а на отдельные участки памяти.
  Появление Гольдони я прозевал. В голове стало немного проясняться от зловещего звона хирургических инструментов и торопливого доклада Эстер.
  Гольдони был явно навеселе. Успел так сказать отметить свою 'победу'.
  - Губернатор приказал уничтожить бункер со всем содержимым. Единственное, что его интересует, кто стоит, за столь хитроумным господином советником. Так что он нам еще нужен. Ты Эстер, побудь пока здесь. Вдруг понадобишься. Ну а вы господин тайный советник, значиться упорствуете, ну да ладно. Скоро вы голубчик мой дрожащий умолять меня о смерти будете.
  Я хотел было что-то возразить, но не смог. Мне впервые стало страшно. А ведь мои спасители могли и не успеть. Конечно, репутация моих нанимателей говорила сама за себя, но и Гольдони не был призрачной страшилкой. Он был рядом живой, озлобленный и вполне готовый запытать меня до смерти.
  - Эстер, сколько ты ввела ему легина?
  - Пять кубиков. Стандартную дозу.
  - Многовато. Подождем еще пол часика и приступим. Хотя нет, я пойду перекушу пока, с утра маковой росинки во рту не было, а ты вгони ему пока иголки под ногти. Вот эти с большой насечкой.
  Я икнул. Блок блоком, но ведь действительно боль могла сломать любую хитроумную защиту или даже убить.
  Дверь за Гольдони захлопнулась. Эстер брезгливо взяла двумя пальцами одну из иголок и повернулась ко мне: 'Вот такие дела мой мальчик. А ведь я тебе предлагала...'
  - Эстер, - я судорожно решил потянуть время, - почему ты все время называешь меня мальчиком.
  - Шесть циклов омоложения. Я действительно старая сука со стальными нервами. Извини ничего личного... - Но вогнать иголку мне под кожу она не успела.
  - Эстер, это Рико, срочно отзовись. - Голос на личной волне Эстер оттянул ожидаемую пытку по крайне мере на длину разговора.
  - Да, Рико. В чем дело? - Рико был заместителем Эстер по боевой подготовке.
  - У нас проблемы.
  - Говори.
  - Только что отрубилась спутниковая связь. Вся! - Вот оно!!! Я прикрыл глаза и позволил себе расслабиться, продолжая внимательно слушать разговор.
  - Это нереально!
  - Знаю. Но это еще не все. Три минуты назад смолкли все информационные каналы и станции дальнобольной связи. Молчат радиорелейные линии и нет связи с орбитальной группировкой.
  - Откуда ты звонишь?
  - Это не защищеная линия. Обычный уличный видеофон. Тупо кабель, старая надежная кабельная связь.
  - Все подразделение сюда, в офис. Сконцентрироваться по периметру и ждать указаний.
  - Эстер я буду в офисе через пять минут.
  - Подожди, Рико. Твое мнение.
  - Ты спрашиваешь меня?
  - Не придуривайся.
  - Подавить все средства связи и коммуникационные линии планеты и орбитальной группировки в состоянии только флот.
  - Эскадра 'возмездия'?
  - Нет Эстер, это флот. - Эстер от волнения несколько раз дернула себя за косу, а затем мертвым голосом приказала. - Действовать по плану 1 цель 12.
  На этот раз засопели на том конце провода: ' Ты уверена?'
  - Нет. Но если это флот, у нас нет и полшанса.
  - Повтори приказ.
  - План один цель двенадцать, пароль ' господин советник'.
  - Я буду у тебя в офисе через двенадцать минут. - Связь оборвалась.
  - Эстер, - позвал я свою мучительницу.
  - Да, господин тайный советник?
  - Что ты решила?
  - Я не знаю...
  - Если я прав, то Гольдони мне нужен живым.
  - Тебя будут спасать?
  - Будут, Эстер.
  - Мои люди, они не должны пострадать.
  - Я надеялся спасти своих...
  - Именно поэтому тебе нужен Гольдони?
  - Да, Эстер.
  - Ты его получишь. - В этот момент скрипнула дверь. Несмазанные петли противно завизжали и в камеру зашел Гольдони. На этот раз в сопровождении двух телохранителей. Прежде, чем он успел что-то сказать, Эстер вскинула руку. Два луча вырвавшиеся из хитроумного пистолета сразили наповал его телохранителей.
  - Закрой дверь, Джонии. - Гольдони шокированный случившимся безропотно подчинился. Эстер сейчас превратилась в хищника, готового в одно мгновение броситься на свою жертву. И матерый Гольдони не рискнул обнажить свои 'клыки'.
  - Ты делаешь ошибку Эстер. - Гольдони опасливо косился на меня, пытаясь понять, что же произошло, в те мгновения, пока его не было в камере.
  - Мы все ошибаемся, Джонии. Только одни учатся на своих ошибках, других эти ошибки загоняют на кладбище.
  - Значит, ты решила, что этот мальчик спасет тебя от флота империи?
  - Они высадились?
  - Две минуты назад, по всей планете. Численность около десантного корпуса.
  - Сказать тебе Джони, почему я тебя предала?
  - Потому, что ты тварь неблагодарная...
  - Нет Джони, свой хлеб я отработала сполна. Я решила предать тебя потому, Джони, что ты предашь меня. С этим я бы еще смирилась. Я бы ушла. Имперцы не мастера полицейских облав. Но ты предашь всех моих ребят. Они преданно выполняя твои приказы. Жгли, взрывали и убивали мирных граждан этой зачухонной планеты. А ты даже трахнуть меня не мог по настоящему, как мужик.
  Вновь зазвонил видеофон. Голос говорившего был полон паники.
  - На атакуют. На помощь...- Изображение перепуганного чиновника пропало, а вместо него мелькнул знакомый мне по утренним событиям черный силуэт в нанопластиковой броне. Затем связь оборвалась.
  - Код 'Винипух', Эстер. - Я выгнулся дугой стараясь рассмотреть, что делает моя спасительница.
  - Эстер. Одумайся. - Теперь Гольдони испугался. Но Эстер для себя все уже решила.
  - Рико. - Она не сводила глаз с Гольдони и тот обреченно поник.
  - На связи. - Мгновенно отозвался ее подчиненный.
  - Код 'Винипух' для друзей с орбиты.
  - Принято. - Рико не подвел, ударный отряд подразделения достиг камеры пыток ровно через двенадцать минут.
  Гольдони к этому времени сидел на корточках, заложив руки за голову. Эстер не сводила с него глаз. Я медленно приходил в себя, чувствуя, как растворяется наркотический дурман.
  - Здравствуй Эстер. - Рико отстегнул шлем и брезгливо обтер заляпанное кровью бронестекло.
  - Где имперцы?
  - Берут под контроль все объекты в столице. Код их убедил. Нас не тронули. Только блокировали все подступы. И с нами двое из них, они хотят убедиться в безопасности господина советника.
  - Пропусти их сюда. Как обстановка в городе?
  - Почти спокойно. Бой идет только в резиденции Генерал-губернатора. Он бросил свою гвардию в прорыв. Но их скоро подавят.
  - Господин тайный советник! - Я сразу узнал этот голос. - Как вы себя чувствуете?
  - Если бы не Эстер и ее люди мне было бы значительно хуже.
  - Это не будет забыто. Господин лейтенант Эстер Райс, вашим людям придется сдать оружие и временно подвергнуться процедуре проверки.
  - Я обещал им неприкосновенность. - Я вновь завертелся, пытаясь увидеть своего нанимателя.
  - Да отстегните вы его, наконец. - Эстер энергично кивнула, подтверждая приказ и меня наконец-то освободили.
  - Ваше обещание останется в силе, господин тайный советник.
  - Эстер останется со мной. - Мне вновь стало нехорошо. И я обессиленно откинулся на пыточное ложе, от которого меня отстегнули секунду назад.
  - Как скажите...
  Эстер положила руку мне на лоб и тихо сказала: 'Рико, прикажи нашим сложить оружие'.
  - Что делать с этим. - Рико не стал пререкаться и указал на Гольдони изумленно таращившегося на двух имперцев.
  - Мы забираем его. Эстер позаботьтесь о господине советнике...
  Спустя минуту пыточная опустела. Трупы унесли, все остальные также удалились, оставив нас с Эстер один на один.
   - Эстер. - Позвал я свою спасительницу. - Да мой мальчик. - Она старательно прилаживала мне на живот экстренную аптечку из комплекта снаряжения отряда специального назначения.
  - Я сейчас вырублюсь. Пообещай мне... - Я смолк собираясь с силами
  - Что пообещать? - Она наклонилась ко мне почти вплотную и я отчетливо рассмотрел сквозь ее белоснежную униформу коричневые пятна ее сосков.
  - Что ты будешь возле меня, когда я очнусь и обязательно одна.
  - Зачем? - Эстер была действительно удивлена.
  - Я хочу поиметь тебя. Я всегда этого хотел. С того самого приема у твоего бывшего шефа. - Эстер пристально всмотрелась в мои глаза. Почти в забытие я сумел уловить в них, что-то теплое и понял, что вправе верить ее энергичным словам. 'Я обещаю'...'
  Евлампий очнулся. Теперь не было никаких сомнений. Обхватив своими детскими тонкими ручонками голову, он, скрючившись на постели, силился не сойти с ума и разложить по полочкам весь тот ворох памяти, что сейчас ухнул и распаковался в его детском мозгу.
  
  
  Часть первая
  Стальные джунгли магического мира.
  
  1
  
  Не лишенный доли изящества, хищный, с бронированными стеклами глайдер с выверенностью и плавностью многотонного звездолета очень точно затормозил напротив замерших истуканами швейцаров. Водительская дверь неторопливо отъехала в сторону, и чуть придерживая юбку-клеш, из катера спрыгнула на тротуар ослепительная Эльвира.
  Ее ноздри сейчас усиленно вдыхали оплавленный запах маневровых дюз. Женщина на секунду закрыла глаза, пытаясь продлить очарование динамичной езды на предельных скоростях над самой поверхностью земли.
  Трудно описать чувства, когда ты летишь без автопилота и страховочных систем безопасности в метре над поверхностью, закладывая виражи. А телом буквально ощущаешь тугие вихри воздуха и накатывающаяся волна адреналина 'срывает крышу'.
  Но краткий миг наслаждения мигнул и сгинул. И вот перед парадными дверями высоченной башни в самом центре делового квартала столицы центральной планеты Торговой Федерации, целиком принадлежавшей корпорации 'Мицуми', уже стояла ведущий специалист корпорации по особым вопросам, заместитель начальника контрольной службы и отдела перспективных исследований. Матерая и прожженная интриганка, со стальной хваткой и вымораживающим взором.
  Молодая поросль хищников-управленцев уверенно приходила на смену доживающим свой век в уютных креслах забронзовевшим боссам.
  Едва цепкий взгляд Эльвиры внимательно прошелся по обеим сторонам улицы, оценивая ситуацию, как верный киборг телохранитель уже стоял за спиной, ожидая команд.
  - Машину в гараж. Жди меня там. - Женщина уже практически шагнула в распахнувшиеся двери, как вызов по мобильной связи заставил ее притормозить.
  - Госпожа Эльвира, частная клиника доктора Загера. Меня зовут Ирен. Вам удобно говорить?
  - Слушаю Вас. - Не смотря на внешнее спокойствие пульс у Эльвиры непроизвольно участился. Именно там, в этой клинике лежал отставной полицейский Ричард Ли, получивший множественные ранения в битве на далекой и теперь засекреченной планете, обладающей лишь безликим номером в звездном каталоге.
   - Я заместитель главного врача по экономическим вопросам. И хотела обсудить дальнейшее наше сотрудничество.
  - Изменений нет?
  - Мы не обсуждаем состояние больного по средствам связи. Для этого Вам надо приехать лично.
  - И тем не менее.
  - Состояние по-прежнему стабильно тяжелое. Средств на счете осталось приблизительно на десять дней.
  - В течение этих дней я приму решение. Есть основание считать, что за указанный срок возможны позитивные изменения?
  - К сожалению, мы вынуждены констатировать, что предпринятые нами меры результата не дали. Больной из комы не выходит. Боюсь, что после истечения срока начнутся необратимые изменения в коре головного мозга.
  - Тогда больной будет переведен на лечение по общим основаниям. - Эльвира выговорила эти слова совершенно без эмоций. Словно сейчас не она подписала замершему в коме Ричарду Ли смертный приговор. На другом конце трубки продолжали что-то говорить, но тайный эмиссар владыки мироздания оборвала разговор. Что-то едва уловимое, недоброе проскользнуло в этот самый момент. Сложно объяснить, что встревожило женщину. Но интуитивные рефлексы ожили и постарались предупредить о надвигающейся угрозе.
  Войдя в холл, Эльвира задействовала весь свой богатый арсенал наблюдения и анализа. Внешне это выглядело очень невинно. Женщина лишь расслабленно мотнула головой. И картинка увиденного крепко отпечаталась в ее памяти.
  Странностей было предостаточно. В холле было немноголюдно. И это в разгар начала рабочего дня. У большой стойки-ресепшена толкалось целых трое охранников и все незнакомые, что на памяти Эльвиры тоже случалось не часто.
  Помимо них в зале присутствовало еще семь различных сотрудников департамента охраны, что в разы превышало разумное количество безопасников на квадратный метр.
  'Внимание, ведется принудительное сканирование, угроза вирусной атаки, обнаружено воздействие системы подавления связи'. Заверещавший новомодный ИИ, вмонтированный в изящный золотой браслет, заставил Эльвиру от созерцания перейти к решительным действиям.
  Играючи выбросив ментальный щуп, Эльвира, мило улыбнувшись двум рослым охранникам, безжалостно хлестнула своим щупом по третьему маленькому, с колючим злобным взглядом, представителю департамента охраны.
  Для считывания поверхностных данных ушло не более десяти секунд. И новости шокировали. Газ!!! В лифте был приготовлен сонар с сонным газом. Ее хотели изолировать временно, пока не будет принято какое-то ключевое решение.
  Чертыхнувшись про себя, Эльвира продолжила свое движение к лифту. Толку от своего ИИ сейчас было мало. Связь была надежно блокирована, а электронный помощник подвергался чудовищной вирусной атаке и тратил все ресурсы на свою защиту.
  Выяснить, что за собрание или совещание состоится в ближайший час, помог, как ни странно подскочивший бодигард. Стройный, слегка накачанный и чуть смазливый.
  - Госпожа. - Через десять минут в главном конференц-зале состоится экстренное заседание, вы приглашены. Прошу за мной в лифт номер один.
  На таких мальчиков матерый управленец не реагировала еще с института. Эльвира про себя отметила - эту операцию готовили явно не профессионалы. Слишком все аляписто было задумано. Исполнено вполне на уровне, но вот планирование...
  Дошагав почти до лифта, Эльвира так и не придумала, как нейтрализовать газ, не прибегая к своим экстра-способностям.
  Выход подсказал посыльный. Видимо как человек малоопытный в таких вот играх, он украдкой трогал свой правый карман брюк. И Эльвира без труда прочитала его поверхностные мысли. Там лежал портативный респиратор.
  Когда створки лифта разошлись Эльвира, как и полагается леди, первой шагнула в лифт. Короткий взгляд на камеру видеонаблюдения и хрупкая электроника сгорела, не выдержав целенаправленного высокочастотного импульса. Затем, не дожидаясь когда створки лифта сомкнуться, она ухватила своего незадачливого спутника за запястье. Разряд сгенерированного переменного тока привел к резкому сокращению мышц последнего и подавлению управляющих мозговых сигналов. Придерживая обмякшее тело, задержав дыхание и нащупав респиратор, Эльвира принялась размышлять - зачем стоило городить такой огород?
  
  ***
  
  Главный конференц-зал потихоньку заполнялся начальниками отделов, советниками и главами департаментов. Адан Лим с высоты тридцатого этажа молча обозревал панораму утреннего пробуждения столицы. Сегодняшний день должен был стать днем его триумфа. Из начальника департамента финансового контроля сразу прыгнуть в вице-президенты. Стать фактически десятым человеком в иерархии корпорации.
  Эмоции и чувства переполняли душу белого воротничка. Да и вид из окон захватывал. Центр метрополии утопал в зелени. И эта сверкающая башня из бетона и пластика раскинула вокруг, как щупальца-ответвления, удивительно гармоничные архитектурные шедевры, включающие в себя офисы, многоэтажные подземные стоянки и научные центры.
  Многоходовая комбинация, труднейшие переговоры и вот как финал предстоящее собрание.
  От власти сегодня будут отстранены наиболее агрессивные и предприимчивые управленцы, нацелившиеся на слишком рискованный курс слияний, поглощений и присоединение конкурирующих предприятий и компаний.
  И сильней всех должна пострадать самая наглая и циничная среди выскочек - Эльвира Сати. Приказ о ее переводе в богом забытую колонию уже был готов и завизирован в отделе правового обеспечения.
  Тварь! Адан Лим вздрогнул и дотронулся до своей левой щеки. Хлесткий удар этой суки сломал ему челюсть и сильно подмочил репутацию. Да он тогда прилично выпил на очередном корпоративном празднике и позволил себе лишнее. Но за это сломать челюсть и потом еще и донести на него в контрольную службу. С каким удовольствием он будет наблюдать ее падением.
  - Адан ты готов? - Голос председателя правления, многоопытного интригана который славился своим холодным безразличием к чужим карьерам, а если необходимо то и к жизням, оторвал высшего менеджера от личных переживаний.
  - Конечно. Треть голосов у нас в кармане.
  - Только треть? Я предоставил тебе неограниченный кредит, свои связи и время, искусно оттягивая принятие ключевых решений.
  - Надеюсь, что решение правления будет нужным нам.
  - Надеюсь - очень не уместное слово. Я был бы очень признателен, если ты избавишь нашу беседу от этих слов.
  - Коэн и его люди. С ними не получилось договориться.
  - Безопасность, у них сильные позиции, но они не вмешаются в схватку, если мы не станем угрожать процветанию корпорации. Что остальные?
  - Болото. Выскочек будем увольнять прямо сейчас. Самые опасные изолированы или просто не оповещены.
  - Не подведи меня, если Коэн промолчит, то препятствий я не вижу.
  Тем временем в зал спешно проходили последние опоздавшие. Распорядитель собрался было уже захлопнуть дверь, как в самый последний момент в дверях возникла Эльвира.
  Ей хватило и двух взглядов, чтобы оценить диспозицию предстоящей схватки. Обмен взглядами председателя правления с Аданом Лимом и спешно отведенный взгляд от нее Коэном, возглавлявшим службу безопасности корпорации.
  - Как хорошо, что вы соизволили явиться на собрание правления, уважаемая Эльвира Сати. - Адан Лим решил сразу расправиться с ненавистной ему женщиной, преподав всем прочим урок. - Позволю себе зачитать небольшую справку о состоянии дел вашего проекта, осуществленного по заказу наших партнеров из правительства.
  За последние две недели под вашим руководством в чистый убыток было списано семь миллиардов. Правление вынужденно объявить вам, что больше не нуждается в ваших услугах...
   - Итак, Адан. Ты меня увольняешь? А с акционерами этот вопрос согласован?
  - Конечно. - Адан Лим, приободренный успокаивающим взглядом председателя правления, насмешливо улыбнулся.
  - А вот у меня другие данные. - Эльвира ни чем не выдала своей растерянности.
  - Это не имеет никакого значения. Прошу выслушать Мэт Смита из юридической службы.
  - Учитывая специфику занимаемой вами должности правление должно принять меры предосторожности, которые могут показаться вам слишком жесткими. Надеюсь, учитывая, сколько лет вы проработали в нашей компании, вы понимаете, что данные меры никоим образом не являются отображением отношения правления к вашим заслугам или к вам лично.
  Ваш корпоративный электронный адрес, доступ к базам данных и серверам компании заблокирован. Вы лишаетесь пропуска в наши здания и вам отключат корпоративную галактическую связь, как только выйдете за пределы этого зала. Согласно условиям личного контракта, для предотвращения утечки стратегической информации вы назначаетесь исполнительным распорядителем, без права решающего голоса в колонию-поселение за номером, впрочем это не важно. Охрана сопроводит вас до вашего кабинета, что бы вы смогли собрать ваши личные вещи. Звездолет зафрахтован. Ваш вылет через час.
  - Вопросы? - Председатель правления довольно улыбнулся, и уже набрал воздух в легкие, чтобы скомандовать охране вывести вон неудачницу.
  - Прошу прощение. - В этот момент голос невзрачного и безвкусно одетого клерка вызвал недоуменный гомон собравшихся.
  - Что у вас? - раздраженно спросил председатель, припоминая, что этот клерк вел реестр акционеров корпорации и являлся абсолютно неприкасаемым лицом.
  - Увольнение высшего менеджера из особого списка акционеров требует утвержденного большинства владельцев и держателей акций нашей корпорации.
  - Да, да я знаю. Правление распоряжается 25% акций корпорации. Считайте что решение утверждено.
  - Вынужден не согласиться. - Клерк невозмутимо протер свое чудаковатое пенсне.
  - Хорошо. - Председатель, чуть резче, чем следовало, приказал: 'Прошу оставить нас, за исключением владельцев и держателей акций'.
  После трех минутной паузы в зале осталось семеро человек. Одной из них оказалась Эльвира.
  В этот момент Адан Лим почувствовал, что музыка, играющая в его душе смолкла.
  - Подтверждаю. Присутствующие здесь могут распоряжаться 89% акций корпорации.
  - Тогда давайте закончим этот балаган. - Председатель встал: 'Как глава правления голосую 25% и как председатель совета акционеров распоряжаюсь контрольным пакетом 50% плюс одна акция. Этого достаточно?'.
  - Нет. - Безымянный клерк походил сейчас на бездушную машину, лишенную каких либо эмоций.
  - Повтори? - С угрозой произнес председатель, но клерку даже не пришлось отвечать.
  - Не стоит Эдвард. - Эльвира впервые позволила себе так назвать могущественного председателя, допустившего роковую ошибку. - 50% и одна акция голосуют за твое увольнение. Как там сказал этот мальчик - 'учитывая специфику занимаемой вами должности и для предотвращения утечки стратегической информации'. Надеюсь, глава службы безопасности сумеет выполнить столь тщательно проработанное распоряжение правления?
  - Конечно. - Лицо Коэна было безмятежным. Как и лицо клерка, ответственного за реестр акционеров, подтвердившего, что Эльвира может распоряжаться контрольным пакетом акций корпорации 'Мицуми'.
  - Надеюсь всем здесь присутствующим хватит ума сохранить услышанное здесь в тайне? - Эльвира уже собралась перенести свое внимание на Адана Лима
  - Эльвира. - Председатель с трудом выдержал такой удар. - Я прошу о снисхождении. Мне не выжить в этой дыре. Куда мы хотели тебя сослать...
  - Правда? - Эльвира одарила раздавленного человека презрительным взглядом. - Я думаю, мы сможем пойти тебе на встречу. Твой пакет акций корпорации - ты получишь за него честную цену. Или звездолет с билетом в один конец.
  - Я... - Председатель побагровел и схватился за сердце. Но Эльвиру такая показная игра ни сколько не тронула.
  - Звездолет или сделка?
  - Сделка... - С ненавистью просипел бывший теперь уже председатель.
  Дождавшись, когда охрана выведет его из зала, Эльвира обратила свой взор на второго бунтаря - Адана Лима.
  Тот, в отличие от старика, держался мужественно. Все уже поняв и прочитав приговор в глазах Эльвиры, он ждал решения своей судьбы.
  - У тебя одна сотая процента акций корпорации?
  - Да. На кого переписать?
  - Не стоит. Как будущему председателю правления тебе отойдет четверть пакета Эдварда. Запомни, каких ошибок не стоит здесь делать.
  - Почему я?
  - Ты такая же сволочь, как и я. Умный расчетливый и амбициозный. И потом именно я тебе сломала челюсть. Все ясно?
  - Да, но как же семь миллиардов убытка?
  - Никак. Военные возместят два. Еще десять будет выделено на разработку новых видов вооружений, на основе реализации моего проекта. Также нам отдадут три контракта на оснащение флота общей стоимостью семьдесят миллиардов. А теперь необходимо придумать, что мы будем говорить всем остальным...
  
  ***
  
  Бархатный голос стюардессы оповестил, что круизный лайнер вышел на расчетную траекторию торможения и капитан звездолета приглашает пассажиров занять свои места в каютах. Сообщение повторялось на нескольких языках, но степенный господин, неторопливо раскладывающий пасьянс в опустевшем лобби баре, позволил себе очнулся только от легкого прикосновения симпатичного офицера верхней палубы.
  Платиновые запонки, неимоверно дорогой костюм тройка, тончайшей выделки кожаные перчатки белого цвета - одного взгляда было достаточно, что бы понять, это был не просто богатый пассажир первого класса. Эльвира Сати преданно бы назвала его - экселенц.
  На самом деле раскладывание пасьянса было просто ширмой. Руки на уровне рефлекса уверенно раскладывали карты, а сознание, привычно разделенное на десятки потоков, усиленно усваивало принимаемую информацию. Его агенты - сотни тысяч всевозможных существ щедро делились со своим господином вестями. Неимоверный объем фактов, событий и происшествий аккумулировался тремя гигантскими центрами по обработке и анализу информации и сжато, пакетом передавался в условленную точку, где как раз случайно величаво проплывал круизный звездолет с владыкой на борту.
  Но сейчас эффектные прелести мулатки, ладная гражданская форма звездолетчика, заставили всемогущего чародея вновь почувствовать себя породистым, холенным самцом и среагировать вполне ожидаемо, наконец, придя в себя.
  - Сэр, вам необходимо покинуть верхнюю палубу. Мы начинаем торможение.
  - Это так необходимо? - Мужчина вдруг лукаво улыбнулся и пристально посмотрел прямо в глаза офицеру. При этом в его руках как по волшебству возник изящный золотой браслет, украшенный очаровательной жемчужинкой.
  - Да, сэр. Ведь через десять минут... - мулатка не договорила. Поймав более чем откровенный взгляд, девушка опустила глаза и удивленно вскинулась, правильно оценив нежный мягкий блеск золота.
  - Он придаёт вашей руке особую утончённость. Не стоит его ронять на пол. Чародей, как заправский фокусник, одним движением застегнул браслет на правой руке ошарашенного офицера.
  Та совсем по-детски, воровато оглянулась. Но в лобби-бар был уже пуст.
  - Нет, нет нельзя... - заметно порозовевшие щечки выдали ее смущение с головой.
  - Брось малыш, служба безопасности, сейчас уже отключила все камеры верхней палубы. Им уж точно будет не до нас. - Рука мужчины едва уловимо коснулась лица мулатки, убрав с глаз непослушную челку. Для уверенности повелитель продемонстрировал ей свой портативный детектор.
  Мулатка колебалась секунды. Миг и они поцеловались.
  - Идем ко мне. - Проворковала она, с трудом отрываясь от объятий мужчины.
  Ее можно было понять. Офицерам были строжайше запрещено иметь хоть какие-то личные взаимоотношения с пассажирами класса - люкс. Для этого существовали особые стюардессы и стюарды.
  Но запретный плод сладок. И лишь во время утомительных многочасовых маневров разгона и торможения, офицерский состав мог получить то, что по прихоти хозяев этих роскошных лайнеров получали только специально подготовленные люди. Обученные и отобранные профессиональными психологами и врачами. Ничего лично, только бизнес, и сервис люкс-класса прежде всего.
   - Мой господин доволен мной? - Владыка мира откинулся навзничь и исподволь наслаждался обнаженным телом своей случайной возлюбленной.
   - Да, - прошептал он, пробуя теперь дотянуться своей рукой до выпуклой груди Никиты. Мулатка беззвучно рассмеялась и отстранила руку мужчины.
  Любовники слились в поцелуе. Но тут сердце владыки стремительно сжалось от страха, предупреждая его о смертельной опасности.
  Тонкая перегородка каюты пошла изломом, готовая лопнуть под напором неведомой силы. Но владыка мироздания успел раньше. С его рук скользнуло выверенное до последней буквы заклинание, заморозившее саму суть времени.
  Мироздание застыло, подчиняясь воле своего хозяина. Физические законы были попраны с такой легкостью и наглостью, что владыка постарался даже не сломать тело Никтиты. Он, уронив застывшую мулатку на пол, пинком вынес дверь каюты и вихрем ворвался в коридор.
  Среди трех застывших силуэтов нанятых убийц, повелитель разглядел своего главного врага. Тот был таким же магом, умеющим играть с тканью времени. Киллер, осознав свою ошибку, вскинул руки, материализуя два заряженных магических жезла. Яростное пламя, исторгнувшееся из жезлов слизало все: внутреннюю обшивку, застывших людей, даже скудную одежду повелителя. Но владыка второго шанса атаковать врагу давать не собирался.
  Хлесткий гравитационный хлыст прочертил борозды по потолку, а затем ушел в перегородки, сминая и корежа пол, на котором стоял убийца. Один из жезлов распался на двое, не пережив такой удар.
  Но убийца устоял. Его щиты легко отразили удар, показав истинный уровень владения магическим искусством. Кинув ненужные половинки сломанного жезла, киллер взял на изготовку свой второй жезл. Но Владыка смог опередить, жезлу не хватило времени на перезарядку.
  Последовала порция стремительных выпадов ударов, только на этот раз из магии холода, крайне неудобных для парирования. И пока маг-оппонент нейтрализовал сковывающий движения холод, Владыка неотразимо применил целую серию хитрых заклинаний. Маленький вакуумный взрыв позволил из воздуха выжать, а затем и сформировать сотни микроскопических льдинок, целиком состоящих из воды. Следом прозвучало заклинание ускорения и на душегуба обрушился ураган из частичек льда, способных пробить даже зачарованный доспех.
  Убийца использовал для защиты жезл, но сила заряда была не бесконечна. А Владыка, пользуясь замешательством умертвителя, в два прыжка покрыл расстояние, отделявшее его от убийцы, и с силой нанес тому удар, метя в челюсть.
  Но последний сумел вывернуть руку и отбить удар. Отшвырнув иссякший жезл, он попытался выхватить кинжал, но еще один выпад владыки заставил его схватиться с жертвой на кулаках.
  Мастерство наемного душегуба не вызывало сомнений. Он храбро дрался, изо всех сил стремясь исправить свою оплошность.
  Но слишком хорошими были учителя у Владыки мироздания. За такую прорву времени, что жил на свете повелитель, выучиться драться без оружия на достойном уровне смог бы любой.
  Оценив мастерство своей жертвы, киллер вновь сменил тактику. С его рук сорвалось новое заклинание, теперь уже не замедляющее, а ускоряющее течение времени. Здесь в этот миг, на краткий момент. Владыка оказался не готов к этому. Он подумал, что маг-убийца хочет сбежать, и необдуманно рванул следом.
  Встречный удар оказался роковым. Физическая оболочка не устояла. Владыка был вынужден срочно перекинуться в энергетическую фазу существования. Позволив посчитать душегубу, что задание выполнено.
  Осознав это, владыка исторг жуткий рев. Боевые жгуты, необратимо разрывающие ткань мира беспорядочно окутали формирующийся энергетический кокон, силясь достать убийцу...
  
  2
  
  Ветер безжалостно трепал ставни маленького трактира, неизвестно как приютившегося в отрогах сумеречных гор. Мороз крепчал, и мелкий снег кружил с бешенной скоростью, предвещая приход настоящего бурана.
  Пожилой человек неторопливо стелил свою походную постель на скромной дощатой кровати этого захолустного гостиничного номера. Немного подумав, он аккуратно положил на полку, у изголовья, заряженный самострел. Под подушку, он сунул один из многочисленных клинков, что висели у него на поясе, напоминавшим, правда, сбрую лошади, чем обыкновенный ремень, из-за огромного числа всяческих приспособлений и отводов, а затем еще раз проверил крепость запоров на двери. Убедившись в их прочности, он для верности сунул еще один кинжал прямо в пол, вогнав лезвие по рукоять, заблокировав дверь намертво. Потом, неудовлетворенно хмыкнув, прочитал коротенькое охранное заклятье.
  Свечи тихо вздрогнули, но не погасли. Путник, что нашел здесь ночлег, был не глуп и применять, что-либо из запрещенной магии не собирался. Пусть эта корчма и считалась краем света, но и здесь могли оказаться жрецы великих пяти орденов или их прислужники.
  И только потом он позволил себе немного расслабиться. Он отстегнул всю свою сбрую и горкой сложил ее в центре комнаты. Со стороны могло показаться, что вещи и оружие сложены в хаотичном порядке, но это было не так. Все было продумано до мелочей. До любого предмета или оружия странник мог дотянуться без всяких усилий. И только затем, он принялся неторопливо разоблачаться.
  За неброскостью его плавных движений любой опытный наблюдатель сразу же почувствовал колоссальный опыт. Так ведет себя убеленные сединами ветераны, осознающие свою силу и одновременно слабость.
  Внезапно комнату озарило слабое свечение багровых тонов. Мужчина отреагировал мгновенно. Дернувшийся было к сложенной в центре комнаты перевязи с оружием, он вдруг грязно выругался и без сил упал на кровать.
  - Здравствуй Кан. - Голос исходил из едва сформировавшийся фигуры обнаженного человека, лишь тонкий нимб багрового цвета над головой свидетельствовал о непростом происхождении гостя.
  - Не могу тебе пожелать того же, бог заката. - Кан старался не смотреть в ту сторону. Прошлое, он бежал от него всю свою жизнь, но это проклятое прошлое цепко держало его в своих лапах.
  - Я и не жду от тебя пожеланий Кан. Сколько ты еще будешь бегать? На сколько у тебя хватит сил?
  - Сил нам не занимать. Как ты нашел меня?
  - Ты неправильно спросил, Кан.
  - О чем ты? - Кан насторожился и развернулся к мерцающему призраку.
  - Если нашел я, найдут и другие. Твоих грехов хватит на бесконечное развоплощение души.
  - Я что-то не понял тебя. - Кан попытался изобразить удивление, но у него это плохо получилось.
  - Ты знаешь, о чем я. - Голос бога был неумолим.
  Кан от отчаяния закрыл глаза. Ну почему он не может раз и навсегда избавиться от этого надоедливого пугала... - Вопрос был риторический. С этим пугалом в свое время не смогли справиться даже все небожители разом.
  - Что ты предлагаешь? - Кан отбросил показную наигранность и рывком поднялся с кровати.
  - Искупление.
  - Для того, кто потерпел самое сокрушительное поражение, бог заката, ты слишком самонадеян.
  - Я проиграл битву, а не войну.
  - В одиночку тебе не победить.
  - Я знаю Кан.
  - И что же ты хочешь?
  - Грехи надо смыть кровью.
  - Мои руки не знают отдыха со дня предательства, бог!
  - То были бессмысленные жертвы невинных, теперь ты послужишь мне!
  - Что ты обещаешь мне?
  - Искупление!
  - Ты повторяешься, бог заката. Мне нужна клятва!
  - У меня нет сил произнести ее, ибо выполнить ее я не смогу. Но уже рожден тот, кто принесет тебе мою плату!
  - Когда?
  - Десять лет.
  - Ему будет десять лет?
  - Ему сейчас пять и это не обычный ребенок...
  - Что я должен делать? - Кан выдавил из себя эту фразу. У него не было другого выхода. Он был на пороге безумия и лишь выучка и могучая сила воли удерживали его рассудок от чудовищной участи. Нет, не от простой гибели. Об этом Кан мог только мечтать. Его ждал настоящий кошмар послесмертия.
  - Мир вновь должен услышать о боевых магах. - Кан содрогнулся от ужаса услышанного.
  - НЕТ! Они канули в небытие. Их всех повывели как самую отвратительную заразу. Именно эти безумцы поставили весь мир на грань катастрофы.
  - Спорное утверждение. Ты ныне последний, кто еще помнит о них.
  - Послушай бог. Я сам когда-то был боевым магом. И ты отлично знаешь об этом. К чему ворошить мое прошлое?
  - Ты был лучшим боевым магом своего поколения.
  - Спасибо. - Сварливо отозвался Кан. - Я также видел смерть предпоследнего боевого мага и поверь, то что с ним сотворили не вызывает у меня желания вновь принять облик боевого мага. Уж лучше послесмертие...
  - Ты отказываешься? - Кан бросил бешеный взгляд и едва сдержался, чтобы не закричать от ярости.
  - Если бы хоть кто из магистров большой пятерки мог предложить мне половину того, что пообещал ты, я бы плюнул тебе в лицо.
  - Это слова, Кан.
  - И они ничего не стоят. У совета пяти нет такой силы, какой обладаешь ты, бог заката.
  - Ты говоришь об узурпаторах?
  - О них, бог заката, о них.
  - Я сразу хочу предупредить Кан. Узурпаторы будут твоими главными врагами.
  - Ты испугал меня бог заката. Я думал, что воевать мне придется с припортовыми шарлатанами, именующими себя магами погоды.
  - Грядет передел мира. Наша каверна скрыта от прочих миров. Но ребенок разрушит это хрупкое равновесие. Пятерка расколется, и тогда появишься ты с возрожденным орденом.
  - Я так полагаю, что тебе важен сам момент возрождения ордена?
  - Мне нужен полноценный орден. С уставом, боевыми школами и крепостями.
  - Это сложнее..., - Кан отчаянно загрустил, - проще говоря, невозможно...
  - Я подстегну твое воображение Кан. Через час в двери этой гостиницы постучится твой самый страшный враг. - Инстинктивно Кан схватился за припрятанный нож в складках одежды, а затем, скорчив злую гримасу, нервы действительно были у него ни к черту, пробормотал: 'Хочешь напугать меня?'.
  - Нет, Кан. Я дам тебе шанс выиграть.
  - Ты не бог заката, ты змей искуситель.
  - Если бы я им был, то я бы пообещал тебе вернуть к жизни...
  - Молчи!!!! - Что было силы воскликнул Кан. В этот момент он был страшен той сокрушительной силой, что сейчас проступила наружу.
  - Что ты решил? - Неровный силуэт спросил это мягко, так и не договорив свое предыдущей фразы...
  - Я почти старик, бог заката и мне будет не страшно умирать. Я принимаю твои условия и поступаю к тебе на службу.
  - Тогда слушай. Ровно через неделю, ты должен явится в Гдов. Там, где всевидящее око пяти слабее, я вновь явлюсь к тебе. А пока вот мой первый дар.
  В мозгу Кана яркими буквами вспыхнула сложнейшая магическая формула.
  - Что это? - Кан с трудом вчитывался в сложнейшие знаки заклинаний. Магия была невообразимо странной и одновременно крайне запутанной.
  - Твой шанс, Кан. Заклинание абсолютного щита, временной порог зависит от силы заклинателя. Мой предел час. У тебя, думаю, будет несколько меньше. Магистр канувшего в небытие ордена 'Святого Дория' конечно уже не тот устрашающий адепт черной магии, но в чистом магическом поединке тебе не устоять против него. Это заклинание нейтрализует почти весь его магический арсенал и вред, который он может принести этому миру. Он сжигаем злобой и отчаянием, лишь месть удерживает его полуразвоплащенную душу в нашей каверне. А с его слугами тебе поможет справиться трактирщик. Ты узнаешь его. Вспомнишь, если захочешь.
  - Значит, сам магистр Дука спешит мне на встречу?
  - С тех пор, как ты неосторожно подорвал его могущество, у тебя нет страшнее врага, Кан.
  - Я знаю. Но ты уверен, что заклинание сработает? - Бог заката не ответил, он лишь печально покачал головой и медленно истаял.
  Несколько мгновений, после исчезновения бога заката, Кан тупо смотрел на кучу своего снаряжения сваленную в центре комнаты. Затем словно очнувшись, Кан медленно опустился на колени и принялся медитировать. Для такого поединка требовалось основательно подготовиться.
  Плавный взмах рукой и даже мельчайшая пыль, вместе с прочим мусором улетела по мановению руки. 'Пустая ладонь' - как давно он не пускал ее в ход. Проверив, таким образом, свой внутренний настрой и очистив пол перед собой, Кан закрыл глаза и тихо начал шептать слова молитвы сосредоточения. Но что-то не получалось. Заученные наизусть слова оставались просто словами, не принося необходимой уверенности перед погружением в себя. А ведь когда-то ему было достаточно пары слов, чтобы мир сузился до тонкой линии на уровне глаз. Слишком тяжко было на душе у бывшего боевого мага. Велики были его прегрешения. Крайне запутана была его душа в липком слое предательства и грязи, вперемежку с ненавистью и огромной усталостью.
  Более полутора века назад пути 'безумного ангела смерти', так тогда прозывали Кана пересеклись с могущественным орденом 'Святого Дория'. Ордену не повезло, в те годы Кан оставлял за собой только пепелища и целые кладбища, существ рискнувших встать у него на пути. Его путь напоминал путь кровавых чудищ из хаоса времен сотворения мира.
  До сих пор место битвы Кана с адептами ближнего круга ордена считается проклятым местом. Человеческому сознанию трудно вообразить как посреди целительных рощ Ахара и его чудных виноградников могло возникнуть это уродливое пятно из серой вязкой жижи убивающей любого, кто рисковал дотронутся до этой субстанции.
  Бесконечные стычки и поединки закалили могучий магический дар Кана. Свое черное искусство лишать жизни, сеять смерть и разрушение боевой маг довел до совершенства. Тогда он убивал за деньги, убивал из-за ненависти или просто так по собственной необъяснимой прихоти.
  Его нравственное падение было долгим. Столь длительным, что заработанное им призрачное существование послесмертия пугало даже владык БЕЗДНЫ.
  Наконец настал такой миг, когда охоту на 'безумного ангела смерти объявили все: бывшие собратья по ордену, уцелевшие боги, демоны и разумеется пятеро великих.
  Но Кана это не смутило. Хоть воевать со всем миром - это было слишком круто даже для него. И Кан придумал гениальный план. Он изменил свою личность. Перерождение было полным. Вместо могучего отверженного мага-воителя миру явился дряхлый телом, но не душой старик лишь с зачатками былого искусства.
  Смена личины происходила на самом глубинном подсознательном уровне, позволив Кану обмануть всех, кроме самого упорного своего врага - магистра Дука.
  В своем новом облике Кан пережил страшный конец ордена боевых магов. Закат власти богов и абсолютного воцарение пятерых, укрепивших стены магической каверны, отделяющие этот мир от прочих...
  Уходили в небытие империи и королевства рушились горы, меня облик континенты, а невзрачный старик с демонами в душе продолжал свой бесконечный поход, пытаясь убежать от самого себя.
  - Так не пойдет - Кан открыл глаза и попытался вспомнить, что в таких случаях советовали ему наставники. Темноту души необходимо развеять воспоминанием о хорошем, чистом и светлом. Кан с трудом подавил собственную усмешку, ведь как давно это было. И он решил вспомнить прямо сейчас, как это началось.
  Ведь когда-то он был магом и не последним в целой плеяде блестящих и талантливых, сгинувших в огненном водовороте войн равновесия. Заклинание было не сложным, но очень действенным.
  
  3
  
  'Грохот волны бьющей о борт корабля очень нервировал королевского посланника. Откинувшись навзничь он тихо стонал, с завистью рассматривая своего личного телохранителя. Ни сумасшедшая качка, ни жалобный скрип просмоленных досок не мог согнать довольной улыбки новоявленного мастера меча.
  Бегер Лек - полномочный посол королевства Лаг, придворный, обличенный высоким титулом фаворита и ближайшего советника короля, никогда до этой злополучной миссии не покидавший пределов столицы с ужасом вспоминал события прошедшего дня. Увеселительная прогулка превратилась в настоящий живой кошмар.
  Все было, как в тумане и лишь чужая кровь в изобилии забрызгавшая его походные одежды свидетельствовала, что этот кошмар был не сном.
  Только незаурядная отвага, да выучка бойцов королевской гвардии, спасли посланника от безрадостной участи попасть в плен к пиратам Серого Эмира. В жаркой схватке с морскими стервятниками, рискнувших на двух десятках юрких и стремительных флигах атаковать величественный корабль-исполин в узкой горловине Касмийского пролива, где у защищающихся не было и полушанса.
   Место нападения было выбрано не случайно. Большой королевский плавар, лишенный маневра в узких водах опасного пролива был беззащитен перед пиратами, обладавшими тройным превосходством в людях, не говоря уже о слаженности и опыте. Даже могучие балласты и катапульты, установленные на корабле, смогли выстрелить только четыре раза, потопив три суденышка нападавших. Затем сотни абордажных крюков впились в высокие борта плавара и на палубы хлынула звенящая железом морская вольница.
  Вначале матросы и немногочисленные солдаты, сопровождавшие посольство стойко держали удар. Выстроившись в каре, они методично отбивали все наскоки пиратов, прикрывая верхнюю палубу, где в два ряда выстроились арбалетчики, выкашивающие с каждым залпом десятки нападавших. Ибо промахнутся с такой дистанции, было не возможно.
  Но к обреченному плавару подтягивались все новые и новые флиги, высаживая свежие призовые партии пиратов. И вскоре ход схватки поменялся. Во-первых, буквально завалив оба верхних трапа своими трупами, нападавшие смогли прорваться на верхнюю палубу, заставив арбалетчиков взяться за мечи, а затем каким-то образом расковались рабы сидевшие на веслах плавара.
  Такого не ждал никто. И когда почти две сотни озлобленных людей с голыми руками исступленно стали бросаться на мечи, Тагир, так звали личного телохранителя посланника, решил действовать, логично полагая, что участь корабля, равно и посольства решена.
  Кинжальный удар десяти великолепных мечников, составлявших личный десяток Тагира, на голову превосходивших рядовых бойцов Серого Эмира, разрезал волну нападавших, как нож режет масло.
  Пираты предпочитали не связываться с маленькой группой отчаянно дерущихся воинов, оставлявших за собой только трупы. Они уже победили. Последние очаги сопротивления вот-вот должны были угаснуть. Так стоило ли умирать, когда впереди маячила фантастическая добыча...
  А Тагир укрыв посланника в центре своей 'ладони' прорубился к левому нижнему-кормовому трапу плавара и на плечах удирающих пиратов ворвался на палубу подтянутого к самому борту флига.
  Пока пираты приходили в себя от подобной наглости, в захваченный флиг успело спрыгнуть еще пяток солдат, двое придворных из посольства и около двадцати матросов.
  Если бы существовали соревнования на скорость, то этот разобщенный экипаж установил бы явный рекорд по рубке абордажных канатов, поднятию всех парусов, развороту и улепетыванию куда глаза глядят.
  Беглецам повезло. Пираты с дуру перерезали глотки двум рулевым, державших курс плавара и исполин, лишенный управления с ходу врезался в скалы перегородив собой весь пролив.
  И вот теперь в начинающийся шторм, вырвавшись на просторы родного моря на утлом суденышке, где качка чувствовалась особенно сильно, посланнику оставалось только молиться, да наблюдать за невозмутимым спокойствием своего телохранителя. На расстоянии ста двадцати, ста тридцати полетов стрелы висела погоня, а на линии горизонта клубился едва заметный дым от сожженного плавара.
  - Тагир. - Посланник вновь застонал от сводящей с ума головной боли и поспешно прикрыл глаза. Не смотря на то, что он практически ничего не ел, его буквально выворачивало наизнанку с каждой волной, ударявший в корпус флига.
  - Да, повелитель? - Телохранитель вопросительно посмотрел на своего господина.
  - Расскажи, что удалось узнать? - Бегер Лакла в этот момент поклялся, что никогда больше не отправится ни в какое путешествие, даже если ему прикажет его король!
  - Их предупредили. Они ждали нас месяц в этих водах. За вашу голову Серому эмиру обещали пять тысяч золотых монет Кашира.
  - Кто заказчик?
  - Я не знаю. Никто из пойманных нами пиратов не был даже офицером. Один сброд.
  - Казнить. - Жестко выдавил посланник, про себя испугавшись своих слов. Это у него просто вырвалось, как плата за те унижения, что он пережил.
  - Повиновение. - Тагир неловко припал на одно колено. Нога была прострелена случайной арбалетной стрелой. Но на лице телохранителя не дрогнул, ни один мускул. Он, мужественно сдерживая боль, поднялся и вышел из каюты.
  Тагиру теперь стоило доверять. Несмотря на все страдания, вельможа не потерял способность ясно мыслить. Когда король буквально заставил его взять молодого мастера меча и его десяток гвардейцев в это путешествие, он Бегер Лакла лишь презрительно усмехнулся и почти всю дорогу безжалостно третировал различными придирками своего телохранителя. Теперь все будет по-другому. Ему необходимо как можно крепче привязать к себе безродного мастера меча. Людьми умеющими совершать такие поступки разбрасываться не принято.
  В это момент дверь крошечной каюты приоткрылась и вместе с брызгами соленой и ледяной воды в каюту проскользнула единственная женщина на всем флиге. Имени ее посланник не помнил. Единственное, о чем он знал, так это то, что она входила в личный десяток Тагира и слыла непревзойденным мастером метания ножей. Гибкая и стремительная она походила своей грацией на черную пантеру, что обитали в королевском зоопарке столицы. Утонченный баланс между силой и женственностью иногда дает неплохой результат. Бегер Лакла вопросительно посмотрел на девушку, успевшую одной рукой закрыть задвижку двери, а другой сдернуть промокший плащ. Под которым обнаружилась короткая кожаная юбка и такая же безрукавка.
  - Тагир просил меня помочь вам, мой господин.
  - И чем же, мастер летающей смерти. - Бегер невольно залюбовавшись прекрасным телом, вдруг понял, что головная боль понемногу отдалилась. Нет, не пропала, просто стала дальше и глуше. Все-таки желание обладать женским телом было не так сильно, как страх и боль от случившегося.
  - Вам надо справится со страхом мой господин. - Воительница приблизилась почти вплотную к посланнику, мягко опустилась на колени и потянула шнуровки, державшие завязки плаща вельможи.
  - Я ничего не боюсь. - Слова прозвучали слишком фальшиво, но девушка даже не подала вида. Она мягко коснулась головы Бегера своими прохладными руками и неожиданно сильно сдавила шею где-то на затылке.
  Вельможа не успел ни испугаться, ни вздрогнуть. Он обмяк и беззвучно опустился на свою койку, придерживаемый сильными руками девушки.
  В этот момент в дверь каюты постучали. Воительница легко вскочила и торопливо распахнула дверь. В проеме стоял Тагир и с любопытством заглядывал в каюту.
  - Не беспокойся командир, он уснул тихим и безмятежным сном. - Девушка немного нервничала, что сразу бросалось в глаза.
  - Хорошо Ласка. - Тагир помедлил самую малость, и, дождавшись когда очередная волна с грохотом обрушится на флиг, спросил: 'Хочешь остаться?'
  - Мне всегда нравился этот изнеженный красавчик. Он молод, умен и немного наивен, в том, что касается нас, женщин.
  - Дело твое. - Тагир помедлил еще мгновение и добавил. - Только не забудь меня, когда станешь именитой леди.
  - Все, кроме жизни. - Отрешенно отозвалась Ласка. Тагир присвистнул про себя. Девушка явно знала, зачем она хотела остаться в этой каюте с королевским фаворитом.
  - И даже честь? - Если честно Тагир ждал удара в лицо, как всегда поступала Ласка, слышавшая непристойное предложение в свой адрес.
  - И даже честь. Девушка лукаво улыбнулась и захлопнула дверь перед изумленным командиром.
  Очнулся посланник уже утром. Шторм утих, а обнаженная Ласка спала рядом, укутавшись в ворох его одежек. Тонкий изгиб бедра, соблазнительная половинка ягодиц и небольшая овальная грудка необычайно возбудили вельможу. Одним рывком он преодолел разделявшее их расстояние и развернул спящую девушку к себе лицом. Она мгновенно открыла глаза, и нисколечко не удивившись, сонно раздвинула в стороны ноги. Пахнувшая теплом, уютом и сводящей с ума сексапильностью она была доступна и необыкновенно желанна в этот миг.
  Он взял ее два раза. Для изысканного вкуса столичного повесы девушка была необычайно хороша. Позволив в первый раз взять инициативу мужчине, во второй раз она все сделала сама. Ни чуть не уступив Бегеру в опыте и мастерстве любовной игры.
   Чуть позже вновь откинувшись на покрывала койки его светлость, посол и полномочный представитель 'всего и вся' мучительно пытался найти внятное объяснение случившемуся. Особенно тягостно ему было представить будущий разговор с Тагиром.
   Но Ласка, до этого прикидывавшаяся спящей вдруг нежно обняла мучащегося сомнениями вельможу: 'Мой господин, не жалейте о случившемся, что произошло, то произошло. Мне представился шанс и я не колеблясь обманула Тагира. Теперь дайте мне еще полшанса и я не разочарую вас'.
  Бегер с удивлением понял, что юная чертовка права, тем более что молодой и полный жизни организм уже вполне оправился от вчерашнего и жаждал большего. Не стоило забывать, что его скромный гарем так неудачно остался на сгоревшем плаваре...
  Ласка вновь не разочаровала своего господина. На смуглую девушку снизошло вдохновение. Она не солгала Тагиру, ей действительно нравился этот шалопай, так свысока смотревший на всех в эту поездку и даже, что было особенно неприятно молодой чертовке, не замечавший в ней женщину. Теперь же он млел от ее ласок и в запале шептал всякие глупые нежности...
   Когда, тихо одевшись, она собралась было выскользнуть, Бегер раскрыл глаза и сонно спросил: 'Ты куда?'.
  - Пойду, распоряжусь насчет завтрака... - Ласка неопределенно махнула рукой, внутренне напрягшись. Если сейчас вельможа промолчит, то эта ночь и утро прошли в пустую. Но в ответ она услышала две чудные фразы:
  - Как твое настоящее имя?
  - Лайма, мой господин.
  - Чудное имя, я хочу, что бы ты перенесла свои вещи ко мне в каюту, Лайма. - Большего и не скажешь. Скромно потупив свой взор, Лайма как можно покорнее ответила: 'Конечно'.
  - И еще пригласи ко мне Тагира. - Эти слова Бегер произнес уже в спину своей новой пассии.
  Тагир ждал за дверью каюты, будто чувствовал. Судя по хмурому виду, дела были не очень. Впрочем, Лайма это видела сама. Настырные парусники пиратов не отставали, державшись теперь вдвое ближе против вчерашней дистанции.
  - Тебя можно поздравить? - Тагир спросил это без намека на иронию. Получив утвердительный кивок, Тагир крепко пожал ладонь своему бывшему бойцу и толкнул дверь каюты.
  - Как наши дела? - Посол, завернувшись в покрывало, выглядел посвежевшим и слегка пресыщенным.
  - Скверно, мой повелитель. Пираты не отстали за ночь. Им нужна ваша голова.
  - Каковы наши шансы?
  - Их мало. Скоро мы войдем в воды Хамшарского залива. Там сложная навигация. А у нас нет ни одного опытного лоцмана, способного лавировать среди рифов и течений залива. Мы приспустим паруса и наша скорость неминуема упадет.
  - Надеюсь, пираты тоже сбросят скорость...
  - Нет, мой повелитель. У них преимущество. Они моряки, в отличие от нас. И хорошие.
  - Значит нас догонят?
  - Догонят. Это лишь вопрос времени.
  - Будет еще одна схватка?
  - Все зависит от того, в каком состоянии им нужна ваша голова.
  - Ты умеешь приободрить Тагир.
  - К сожалению, мой повелитель, вопросами вашей безопасности ведали другие люди. О мертвых нужно говорить хорошо или ничего.
  - Ты хочешь сказать они были некомпетентны?
  - Отнюдь. Кто-то предал вас. И самый главный вопрос не кто.
  - А почему?
  - Именно, мой повелитель.
  - У тебя будет вопрос это выяснить, Тагир. Возьми это. - И вельможа протянул своему телохранителю стальную цепочку на которой болталась личная печать Бегера Ласкала.
  - Иногда наши мнения будут не совпадать, мой повелитель.
  - Если я снова смогу предстать перед королем, Тагир, - посланник вдруг смолк, осознав как призрачен этот шанс.
  - В любом случае, мы будем биться до последнего... - Тагир четко отсалютовал рукой и было развернулся, но голос Бегера остановил его
  - Еще один вопрос, Тагир. Ласка... Мне важно твое мнение.
  - Каждый человек совершает и отвечает за свои поступки сам. В моем десятке, за любой намек на непристойность, она била в челюсть или в скулу.
  -Откуда она родом?
  - С Севера, из вольных. Когда там свирепствовала 'черная смерть' люди вымирали целыми областями. Ее привезли в монастырь бродячие монахи из ордена 'Пилигримов-целителей'. Это все, что я знаю...
  Большего договорить Тагир не успел. Истошный крик вахтенного заставил его сорваться и мгновенно вылететь из каюты.
  
  4
  
  Хамшар - второй по величине город королевства Лаг медленно просыпался от сна. Рассвет едва только озарялся, а на улицах города уже кипела жизнь. Еще бы, казалось только вчера город тихо жил размеренной жизнью, как прибытие одного королевского глашатая перевернуло все верх дном.
  В честь рождения второго наследника короны, милостью счастливого отца объявлено о великом празднике. Три дня город должен отмечать это великое событие. Люди, не смотря на касты и сословия должны праздновать рождение королевского отпрыска за счет щедрого короля и его казны.
  Наместник, суровый и неподкупный Алан Бур, еще вчера молча сжег двести обвинительных приговоров и лично открыл все камеры городской тюрьмы, выгнав даже закоренелых преступников в три шеи из города. Прощение получили все, даже беглые рабы, пойманные во время недавней городской облавы. Лишь несколько одиозных пиратов, да трое наемных убийц из Касры, обвинявшихся в покушении на наместника остались в своих камерах, как и все сидельцы долговой ямы, обвинявшихся в неуплате долгов, налогов и несостоятельности.
  С вечера были развешаны праздничные знамена и флаги. Задолго до рассвета наемные бригады плотников начали сооружать праздничные столы на центральной площади. Во всех городских кварталах с ночи были выставлены усиленные караулы городской стражи, перекрывшие вход в центр города.
  Стук плотницких топоров, скрип телег, везущих снедь и огромные котлы поваров, начинавших готовить угощение. Вот те звуки, которые могли услышать спозаранку жители города, вместо обычной тишины и покоя.
  На первый день был запланирован грандиозный пир! Городская площадь при всем желании не могла вместить всех желающих. Но методика таких массовых гуляний была отработана в совершенстве. В центр пускали партиями, такими же партиями отвозили бесчувственные тела на дальний мол в порту под охрану и надзор врачей, специально нанятых для подобной работы.
  На второй день был также запланирован пир! Недвусмысленный приказ короля напоить всех от мала до велика предусматривал смены городской стражи, поваров и врачей. Все они тоже жаждали приобщится к намечавшимся торжествам и веселью.
  На третий, заключительный день праздника, наместник и вовсе обещал невиданные зрелища: морской парад лучших судов военной эскадры Хамшара. Показательный абордаж пиратской шхуны и высадка бойцов городского ополчения с лодок на защищаемый мол пристани. Также были обещаны представления лицедеев, выступления шарлатанов-фокусников, акробатов, и учеников магов, а на закуску ночной фейерверк.
  И лишь малая толика горожан по настоящему горевала, осознавая, что праздник проходит мимо них. Тайные сыскари, шпионы и королевские доглядчики, владельцы таверн и их работники, не желавшие упускать барыши.
  Одним из таких бедолаг был молодой офицер портовой стражи Кан по прозвищу 'Сирота'. Как самый молодой офицер, по сложившейся традиции он был безжалостно определен в караул на целых три дня старшим по всему порту.
  В обычное время это было необременительное занятие. Знай себе сиди в казарме с двумя десятками солдат наемной дружины и особо ни о чем не думай. Во время же праздника на начальника портовой стражи благополучно перекладывали еще и функции старшего лоцмана, досмотрщика, мытаря и дежурного офицера особой сотни, расследующей наиболее опасные преступления против короны, а также старшего крючкотвора порта.
  И сейчас молодой повеса отчаянно жалел, что внял уговорам родственников, и согласился надеть форму офицера морской стража города. На это теплое место его устроил родной дядя - главный казначей влиятельного клана 'Береговых'. Изначально 'Береговыми' прозывали три или четыре семьи, обосновавшихся на левом крутом берегу залива еще в первые дни после взятия города войсками королевства, оборвавшие тем самым власть местных олигархов правящих вольным городом, лет так шестьсот или семьсот подряд.
  Было это почти три поколения назад. Ныне 'Береговые' владели почти всем левым берегом порта. Многочисленные склады, пристани и пирсы, таверны, ночные дома и притоны и вместительные доки - всем этим заправляли люди клана. В ведение 'Береговых' находилась почти половина легальных грузоперевозок и немалая толика контрабанды. Клан, на собственные деньги содержал небольшую частную стражу, для патрулирования и защиты собственных владений.
  Разумеется, таким влиятельным людям просто был необходим собственный человек в портовой страже. Им и стал Кан, единственный отпрыск своего незадачливого отца. Папаша сгинул в море на собственном судне еще до рождения Кана. Мать тихо отошла сразу после родов. Так что еще при рождении он заработал свою кличку 'сирота', что впрочем, не помешало мальчику беззаботно провести детство. В дальнейшем получить пристойное образование в одной из лучших частных школ города.
  Впрочем, особых талантов за Каном не водилось. К магии он был равнодушен, хотя поговаривали, что его дед имел несколько скрытых талантов. Математикой и финансам он тоже не увлекся. Мечом владел поскольку постольку, как это полагалось обычному купеческому сынку.
  К чужим языкам Кан относился как к неизбежному злу. Мог внятно изъясниться на двух наиболее распространенных диалектах империи и не более.
  Зато в полной мере овладел нелегкой наукой светского прожигателя жизни. Легко цитировал наизусть вирши наиболее значимых поэтов. Недурно сочинял, пел и неплохо жульничал в карты.
  При распущенных нравах царящих в королевстве, успел прославиться соблазнением своей замужней двоюродной сестры и как утверждала молва, переспать с родной теткой, что вполне укладывалось в рамки необходимого приличия.
  Ныне, по утверждению негласного надзора, приставленного к Кану 'заботливым' дядюшкой, имел бурный роман с одной весьма симпатичной милашкой из вольноотпущенных.
  И дядя, немного переживая, даже не за своего непутевого родственника, а за честь клана, постарался выхлопотать ему непыльное назначение. Надеясь, что три дня на казарменном положении слега прочистят мозги влюбленному юноше.
  Так Кан оказался первый раз командиром доброй полутысячи вооруженных головорезов. И номинальным капитаном трех патрульных галер, ежедневно курсирующих в прибрежных водах Хамшарского залива, не ведая, что за злая судьба определила ему потеть от духоты и удушающего смрада тухнувшей на складах рыбы, а не забавляться с рыжей девчонкой весьма недурственно сложенной и без памяти влюбленной в молодого развратника.
  Но Кан не отчаивался. Ему в голову пришел великолепный план. Нет удрать в город, даже в разгар праздника он не рискнул. Такой поступок - государственная измена, а с этим в королевстве не шутили. Просто юноша решил воспользоваться своим правом номинального начальника и немного поплавать на боевой галере.
  Решив оставить свой пост на опытного Кахара, своего помощника, бывалого ветерана, дослужившегося до предводителя полного щита в королевской гвардии. Тот не возражал, так как был занят очень важным делом - он спал.
   Кан тут же приказал посыльному привести к нему Маркуса по кличке 'Угорь', командовавшего малой боевой галерой 'Палантир', что сейчас была пришвартована к пустому пирсу береговой стражи.
  Кахар, невозмутимо дремавший на лавке, приспособив под голову парадный плащ, особо не заинтересовался, куда засобирался Кан. Услышав только одну фразу, он лениво кивнул и неожиданно рявкнул: 'Глох'. В дверь тут же постучали и через мгновение на пороге стоял разбитной парень с явно бандитской рожей.
  - Будешь тенью господина. - Кахар скосил взгляд на офицера и видя, что тот безмолвствует, добавил. - Со своим десятком. - Затем седой ветеран демонстративно переложился на другой бок и прикрыл глаза, что свидетельствовало о немалом опыте бывалого рубаки.
  Так впервые за два года службы Кан вырвался в море. Патрульная галера хищное вытянутое судно с двумя рядами весел, высокими бортами, килем, обитым медными полосами, кормовой площадкой с катапультой и мощным тараном-носом представляла собой уникальный класс особых боевых кораблей. Стремительная, способная бежать как под парусом, так и на веслах, она была просто предназначена для маневров в заливе, изобилующего отмелями, рифами и скрытыми течениями.
  Экипаж галеры составляли только воины. Никаких простых матросов или рабов. Восемь десятков отлично вооруженных наемников, готовых порвать к черту любого врага, за вожделенное гражданство и клочок земли близ Хамшара.
  Капитан галеры Маркус, пират в отставке, получивший свою кличку во времена бурной молодости, за умение ускользать из самых изощренных ловушек морской стражи, теперь с успехом ловивший своих бывших коллег по братству, с отрешенностью самого спасителя взирал на ребячество Кана. А разбитной десятник Глох, ненавидевший любые морские путешествия и определенный безжалостным Кахаром в эту экспедицию за давешнюю провинность смотрел на офицера с едва заметной улыбкой, присущей молодым родителям умилявшимся своим отпрыскам, учившимся делать первые шаги.
   Поводов для беспокойства не было. Погода стояла преотличная. С моря дул устойчивый легкий бриз и галера шла на веслах. Маршрут следования выбирал сам капитан, за исключением трех обязательных для посещения точек, где им было необходимо встретится с двумя другими галерами, следующими своими маршрутами и дальним фортом, выстроенным на обломке скалы.
  Поговаривали, что некогда еще в прошлую эпоху тут был остров разнесенный в магическую войну безумными колдунами на сотни крохотных островков и отмелей.
  - Кан, может порыбачим? - Маркус позволявший себе обращаться к старшему по званию на ты, указал рукой на стайку резвящихся тунцов.
  - Ух ты. - Одобрительно смог выдохнуть Кан, совсем не коробившись от такого панибратства. Здесь в море он вдруг почувствовал себя совершенно другим человеком. Не стыдясь, он прямо на корточках справлял нужду на носу-таране. Наравне с прочими целый час ворочал неподъемное весло, разгоняя галеру.
  Рыбалка удалась. Кан как мальчишка вновь закричал от восторга: 'Попал!', когда тонкая нить бечевы, в руках молодого офицера, дернулась тугой тетивой и задрожала от напряжения.
  Это была уже третья рыбина, длиной в добрых полтора метра, подстреленная Каном из рыбацкого арбалета. Короткая зубастая стрела была намертво вплетена в веревку бухтой сваленной у борта. Выстрел и стальной дротик со свистом вспарывал воду, вонзаясь в туловище тунцу. Затем свободные от вахты солдаты хватались за канат и втягивали обессиленную рыбину на борт. И казалось, ничего в целом мире не могло омрачить его хорошего настроения.
  ***
  - Еще немного и они сбросят скорость. - Предводитель пиратской эскадры, так упорно догонявший флиг, не был ни безумцем, ни смельчаком. Безошибочный расчет и вера в провидение. Опустив свою подзорную трубу, прозываемую в экипаже 'волшебный глаз', он устало оглянулся назад, отыскивая взглядом своего первого помощника.
  - Ты бывал в этих местах Сид? Где морская стража держит свои первые посты наблюдения?
  - Я был тут трижды капитан. Два раза это заканчивалось кандалами и галерным рабством, третий раз меня выбросили за борт со стрелой в пузе. И только благодаря случайности я еще жив.
  - А без метафор. - Капитан поежился, он, словно чувствовал, как негодует сейчас Сид, прекрасно понимая, что развернутся и бросить этот никчемный, удирающий флиг ему не дано.
  Даже семь самых боеспособных кораблей, все, что смог собрать капитан, растянувшихся вереницей в погоне за сбежавшим послом, не спасут, если на горизонте покажется патрульный флот Хамшара.
  Морская стража не прощала столь наглые вылазки у себя под боком. Но не это страшило морского волка. Серый эмир простил бы, даже если он вовсе вернулся бы без добычи, после месяца засады. В конце концов, они были побратимы, начиная этот нелегкий промысел вместе почти три десятка лет назад, сбежав с галеры работорговца двенадцатилетними мальчишками.
  Капитан до дрожи в коленях боялся своего гостя - таинственного колдуна и двух его телохранителей. Слишком хорошо он запомнил, что сотворил колдун с тем самым капитаном флига, который они вот уже вторые сутки пытались догнать. Бедолага заживо лишился всей своей кожи, которая сползла с тела, как гнилая ткань рвется под напором ветра. Крики умирающего еще долго преследовали капитана эскадры, который теперь, после такой демонстрации и помыслить не мог об ослушании приказов.
  Впрочем, люди на флиге капитана свое дело знали крепко. А абордажная команда совсем не пострадала, так как свой флагман капитан так и не послал на штурм сгоревшего плавара.
  Флагманский флиг преследовал убегавших в тройке первых. Изредка выстреливая малой катапультой, скорее нервируя несущегося сломя голову первым 'Мрачного буйвола' и его команду, чем беглецов.
  Безумная затея достать, во что бы то ни было, голову посла стократ провалилась, если бы не колдун. Он мастерски указывал направление и всегда поддерживал попутный ветер.
  - Какие новости капитан? - Колдун появился как всегда неожиданно. В плотном плаще с бритой головой, он производил отталкивающее впечатление своей манерой общаться и говорить.
  - Они обречены! - Капитан позволил себе поднять взгляд на грудь колдуна, где болтался жуткий амулет мага - ожерелье из отрубленных пальцев.
  - Вы уверены капитан? - Свистящий шепот колдуна вызывал настоящую дрожь пиратов находившихся на рулевой площадке.
  - Есть!!!! - Вопль впередсмотрящего стал лучшим ответом ненавистному колдуну. Флиг с послом, управляемый неумелой рукой вдруг заложил резкий разворот и беспомощно затрепыхался, потеряв попутный ветер.
  - Впереди отмель. Они почти напоролись на нее, и теперь они наши. К бою волки. К бою. - Боцманы флигов сейчас отчаянно заколотили в абордажные колокола, а пираты, бросая все дела, спешно вооружались, готовясь к решающему штурму.
  Первые четыре флига несли почти полторы сотни пиратов. Их должно было с лихвой хватить для горсточки измученных людей застрявших на потерявшим ход паруснике. Три других растянулись почти на целый час хода, из-за чего последний флиг был виден только макушками своих мачт.
  - Голова посла это главное, капитан. - Колдун ни как не высказал своей радости. Он уже давно не верил в случайности.
  - Будет вам голова. Только, - капитан замялся, - если не наткнемся на патрульные галеры Хамшара.
  - Не наткнетесь. Я отведу глаза любому кораблю. Действуйте. - Колдун не был самонадеянным чародеем. Цена риска была ему слишком хорошо знакома. И мощь чар невидимости была подкреплена немалой толикой искусства колдуна. Сам он был давно готов расправиться с беглецами, если бы не одно но! Рядом с послом находился интуит. Человек владеющей, а точнее, хранящий немало магических сил, не подозревая об этом. Самоучка или 'дикарь'. Одним своим присутствием он мешал колдуну расправиться с послом на расстоянии, сбивая тонкую вязь заклинаний. Нужен был визуальный контакт, подобраться на расстояние трех десятков шагов к жертве и тогда послу не поможет никакой 'дикарь'.
  Беглецы, предварительно убедившись, что парусник прочно увяз в песчаной отмели, бросили на произвол судьбы свой корабль.
  Они спешно выстроились в три неровные ломанные линии на небольшой возвышенности и принялись ждать преследователей. Убегать было некуда. Островок был крохотным. И шансов спасть, практически не осталось. Три неполные дюжины, столько насчитал колдун и облегченно изогнул свои тонкие губы в презрительной гримасе. Задание как никогда близко к своему завершению.
  Но триумф пришлось отложить. Из-за мыса, едва подгребая своими веслами, показалась хищная и стремительная боевая галера империи. Патруль.
  Колдун обуздал мгновенно нахлынувшие эмоции и, обхватив кончиками пальцев виски, сосредоточился на маскирующем заклинании.
  Вначале все шло просто замечательно. Галера королевства Лаг, словно не замечая пятерки нарушителей в своих водах, скользила мимо. От крайнего флига галера прошла практически на расстоянии арбалетного выстрела.
  Но затем что-то сбилось в цепочке магических пасов колдуна. Выступивший обильно пот и неразборчивый речетив, местами гневный, наполненный силой и решимостью делу не помог.
  Патрульная галера, сбросив оцепенение, мгновенно начала делать боевой разворот под грохот ожившего сигнального барабана и частый перезвон сигнального колокола.
  Пираты еще не осознали, что произошло. Одинокая патрульная галера не представляла серьезной угрозы для четырех пиратских парусников. Но колдун досадливо застонал, он не справился, растратив в пустую немалу толику сил. Неведомый соперник подтачивал его полог невидимости исподволь, исподтишка, дергая то там, то здесь, а потом резким усилием содрал завесу невидимости, как ненужное покрывало.
  Через мгновение недалеко от патрульной галеры вспыхнуло марево формирующегося портала. Уж на магии в королевстве Лаг не экономили. Через десяток ударов сердца здесь развернется пятно пространственного прокола, способного вместить целый военный королевский галеас. А затем несколько грозных морских исполинов одним за другим проследуют в этот портал из столичного военного порта...
  Пираты будут обречены. Но это не слишком заботило колдуна. Посланник должен умереть. Значит, требовалось закрыть портал. Еще никогда колдун не работал с такой поспешностью и виртуозностью. И он почти справился, границы пятно дрогнули и под напором колдовства стали сокращаться, грозя превратить могучий галеас в груду щепок.
  Но тайный противник вновь сумел помешать колдуну. Разрушать всегда легче, чем созидать. Чары переподчинившие портал были слишком уязвимы для ответного удара.
  Колдун понял, что настало время для экстраординарных действий. Небрежный взмах левой руки и левый телохранитель без колебания своим коротким клинком пробил горло рядом стоящего пирата.
  Энергия смерти, расплеснувшаяся вокруг, взбодрила черного чародея. Прежде чем кто-то успел что-либо сделать, колдун окутался пеленой серого тумана и люди вокруг стали беспомощно валиться на выбеленные от ветра и соли доски палубы.
  Пелена серого праха - против этого заклятья устояло четверо пиратов, включая пиратского вожака. Видимо слишком хорошие у них амулеты защиты. Но колдуну теперь было не до них. Заемная сила, почерпнутая из умерших, теперь переполняла его. Новый взмах руки и телохранители послушно вступили в схватку с выжившими пиратами. А сам колдун рывком перенесся на берег островка, самолично довершать охоту на королевского посланника.
  ***
  Кан был оглушен случившимся. Прямо перед ним огромный боевой галеас королевского флота, едва пройдя портал, с ходу протаранил один из пиратских парусников, а второй принялся брать на абордаж. Морская гвардия из столичного гарнизона работала на загляденье.
  А следом уже показался корпус следующего морского исполина, уверенно набирающего ход в сторону делавших разворот пиратских суденышек.
  На галере сейчас царила этакая рабочая суета. Замерев левым бортом напротив пиратского флига, галера методично расстреливала все, что показывалось на верхней палубе корсара. Не давая возможности пиратам поставить паруса и убраться от засады прочь. Острожный капитан флига приказал только подобрать и подтянуть к реям паруса, чтобы можно было срочно их поставить в случае надобности. Но сплошной ливень стрел выкашивал смельчаков забирающихся по вантам на мачты.
  Наблюдая гибель десятков людей, Кан осознавал - это именно из-за него. Только ему удалось сквозь зыбкую пелену колдовства разглядеть присутствие обнаглевших пиратов. Пять парусников и еще три в пределах видимости, были достаточным основанием активировать амулет 'паники'.
  Внезапно Кан к своему ужасу почувствовал, что его тело зачем-то со всего разбегу кинулось в море. Ни крики, пытавшиеся его предостеречь, ни попытки перехватить успеха не принесли. Молодой шалопут, не успев толком осознать, что плавать он не умеет, мастерски вошел в воду и, вынырнув, мощными частыми гребками направился к берегу.
   Пока тело сотрясалось от нагрузки и соленых брызг, летевших во все стороны от взмахов рук, Кан пытался понять, что с ним.
  Но внятного ответа не было. Достигнув островка, тело продолжило свой невероятный забег. Практически сплошными прыжками он взобрался на пригорок широкой песчаной косы, и чуть было не сбил с ног непонятную фигуру, закутанную в омерзительный плащ. От фигуры веяло запахом тлена и гниения.
  - ТЫ... - Завыла фигура и широко распахнула руки.
  - Знаешь, что бывает, когда оказываешься между двумя источниками силы? - Это вопрос задала неведомо как появившаяся очень симпатичная смуглая девчонка в форме королевского гвардейца.
  Фигура дернулась на голос, но тут между Каном и девушкой образовался искровой заряд, превратившийся следом в огненную дугу. Центром этого магического удара оказался незадачливый колдун, забывший самый актуальный постулат знаменитого на весь этот мир наемного убийцы Ромона: 'Работу надо поручать профессионалам'.
  - Происходит частный случай четвёртой формы состояния вещества - плазмы. - Кан услышал собственные слова, но вообще не понял о чем это он. Огненная дуга погасла, оставив на месте колдуна только горстку черной сажи.
  Затем из Кана натурально вытащили стержень. Неведомый захватчик тела отпустил его. И повеса банально упал на песок. Рядом рухнула девушка. Прежде чем потерять сознание, до них обоих донеслось последнее мыслепослание: 'Школа боевых магов, на острове Дурга ждет вас, до конца этого года. Потом предложение потеряет свою силу'.
  Яркие воспоминания первого в его жизни магического заклятия и начала зыбкого пути к постижению тайны волшобы умиротворили мятежного мага. Теперь слова сосредоточения читались легко и непринужденно. Кан без лишних мгновений скользнул в боевой транс и начал меняться.
  Внутренняя сила позволявшая долгие годы сохранять ясность ума и жажду к жизни сейчас щедрыми порциями выплескивалась наружу преображая тело боевого мага. Как ненужная кожа старая личина сползала клочьями, готовя явить миру того, кого опасались сами боги.
  Когда дверь крохотного гостиничного номера распахнулась, то на пороге комнаты стоял зрелый мужчина в полном расцвете сил. Взгляд его был собран, лицо представляло собой застывшую маску, сквозь которую проступал гнев и решимость.
  Лишившись маскировки, Кан теперь не был связан условностями и ограничениями. Сложнейшие линии магических узоров брызнули во все стороны от боевого мага с невероятной быстротой. Боевой маг плел вязь заклинаний с непостижимой сноровкой. Многослойные защитные редуты сейчас стремительно набирали силу, за ними приходил черед и чар нападения.
  Когда Кан только начал произносить первое заклинание, хозяин трактира по возникшей ауре силы, сразу догадался, кто пожаловал к нему в гости.
  Это почувствовала и его стая. Оборотни, составлявшие здесь большинство постояльцев и обслуги, состояли не просто в кровном родстве, все они были его детьми и их потомками.
  - Стоять. - Голос вожака, скорее похожий на рык, приморозил, было дернувшихся, вышибал и даже разбитных подавальщиц, на ходу попытавшихся принять свой звериный облик.
  - Узнал? - Кан, появившейся на лестнице, только сделал вид, что все происходящее здесь часть давно задуманного и осуществляемого плана. Встретить здесь в дикой глуши одного из воинов-оборотней боевого крыла своего ордена Кан конечно не рассчитывал.
  Хозяин трактира, неловко припав на одно колено, стараясь не завыть от восторга, негромко бросил спускавшемуся боевому магу: 'С возращением господин'.
  
  5
  
  Тем временем буквально в часе быстрой ходьбы от трактира, по ускользающей под напором снежной вьюги горной тропе, спешил маленький отряд из пятнадцати человек.
  В центре походной цепочки возвышалась мрачная фигура, закутанная в черный плащ с капюшоном. Чуть поодаль держались десять отчаянных головорезов-горцев. Посулившись за приличный аванс - семь серебряных на брата помочь нанимателю расправиться со своим кровником. Сейчас они были готовы убить кого угодно, лишь бы побыстрее оказаться в тепле. Изредка они бросали жадные взгляды на своего номинального предводителя. И скупо перебрасывались друг с другом на своем языке единичными словами и фразами.
  Вместе, с укрывшим свое лицо, загадочным нанимателем, следовала пятерка его слуг. Они представлялись горцам закаленными бойцами. Отлично вооруженными и обученными, что являлось одной из главных причин, что горцы не попытались просто прирезать нанимателя и украсть все его деньги. Второй причиной был банальный страх. Горцы боялись. Этого своего нанимателя.
  В самом начале пути треск камнепада вызвал живой ужас горцев. Стоило представить, что сейчас сотворят с ними камни на этой узкой тропе, но предводитель отряда лишь отмахнулся рукой и неведомым образом камнепад ухнул мимо.
   Сотворить такое мог лишь чародей, маг или колдун. Это ужасно пугало суеверных детей гор. Так всю дорогу их жадность боролась со страхом.
  Но горцы ошибались - магистр Дуку уже давно перестал быть магом или даже колдуном. Лишь сила воли и черная злоба держали его душу в полуистлевшем теле. Еще не лич, но уже не некромант. Магистра Дуку не волновал пронизывающий холод. Он не испытывал жажды и не нуждался в еде. Им двигала только месть. Сейчас он чувствовал только своего самого ненавистного врага, за которым так долго охотился.
  Другой бы просто выдал беглого боевого мага пятерке узурпаторов. Но магистр Дуку хотел насладиться местью сам.
  - Впереди трактир. - Радостно воскликнул один из проводников горцев, указав рукой на зыбкий огонек показавшийся сквозь снежную метель.
  - Хорошо - Проскрипел своим тягучим голосом магистр Дуку и без всякого предупреждения ткнул заостренным обломком кости в горло горцу. Никто не успел и толком ничего предпринять, как могучий воин, сын гор осыпался прахом, а магистр следующим движением скинул пропахший тленом и гнильем свой плащ.
  Его плоть, насытившись украденной жизненной силой, на глазах из полуистлевшего трупа превращалось в тело молодого статного мужчины.
  - Умри - Самый отчаянный и проворный из горцев ужом скользнув мимо застывших слуг, нанес удар в спину магистру Дуку своим здоровенным кинжалом.
  - Глупо. - Магистр, восстановив эластичность голосовых связок, заговорил обыденным хоть и раскатистым басом. - Я неуязвим для вас.
  Плоть волнами забурлила в месте удара и спустя мгновения кинжал выпал, не оставив даже следа на теле.
  Магистр ткнул в сторону смельчака своими пальцами левой руки и неслышно прошептал заклинание. Смельчак горец со стоном схватился за грудь, где, словно от удара мечом или кинжалом, открылась рана и кровь густо хлынула на снег.
  - Отложенная смерть. Я просто передал тебе свою смертельную рану. - Магистр Дуку повинуясь своей извращенной логике, счел нужным прокомментировать свой поступок.
  Часть горцев, после случившегося, бросилась бежать прочь, но слуги нежити незримыми тенями кинулись следом, обнажая свои мечи. Оставшиеся, устрашенные скорой гибелью своих собратьев, испуганно попадали на колени, причитая о пощаде.
  Магистр, развязав свой кошель, милостиво кинул замершим людям несколько золотых монет.
  - Убирайтесь, вы мне больше не нужны. - Слишком много смертей не входило в планы магистра Дуку.
  Обостренным, после впитанной энергии чутьем, магистр Дуку всмотрелся в мерцающий огонек. Это был фонарь, установленный перед входом в трактир. За ним неясно угадывались деревянные стены, а там дальше чувствовались люди.
  Много живых людей. Больше двух десятков. Вместе с людьми, магистр Дуку ощущал присутствие лошадей и прочей домашней живности. Отдельно пятнами виделись нежити так ненавистные ему собаки.
  - Будем ждать рассвета. - Приказал магистр своим слугам. Те не отозвались. 'Погребенные' были лишены возможности говорить. Смерть дала им вторую жизнь. Их тела послужили отличным отправным материалом для создания универсальных бойцов, способных проявить себя в ратном деле, в разведке и в тайных убийствах.
  'Погребённые' в прошлой жизни сильные и умелые воины, заключившие с магистром Дуку сделку. Каждый из пяти 'Погребённых' имел полное право отомстить своему врагу, даже после смерти. А затем перейти в вечное служение своему создателю.
  Магистр Дуку очень основательно подходил к ритуалу мести. И теперь был готов подождать еще чуть-чуть и оборвать цепочку бесконечного поиска и разочарования.
  Резкий волчий вой отвлек магистра от наблюдения за трактиром. Повернув голову на раздавшийся густой, с очень редким взлаиванием вой, очевидно матерого волка, магистр постарался напрячь свои воспоминания. Нечто важное колыхнулось в его памяти. Такой одиночный вой ему уже доводилось слышать. Перебирая в уме свои воспоминания, похожие скорее на видения, магистр Дуку сделал неприятное открытие. Этот вой служит для связи между членами семьи-стаи оборотней, определения местонахождения одиночек, для созыва стаи и сигнала тревоги.
  Оборотни. Ненавистное племя верных слуг боевых магов. Измененные - симбиоз разума, скорости, ярости и неуправляемого животного гнева нуждались в боевых магах, умеющих забрать излишки гнева и ярости, позволив сохранить ясность ума для молодых и нестойких особей.
  'Что же ты задумал? Последний боевой маг'. Магистр Дуку смог даже сквозь мысли, источавшее злобу и ненависть, испытать нечто вроде любопытства. Схватка между ними двумя могла стать непредсказуемой. Некромант поменял свое мнение относительно смертей. Для дополнительного обряда ему потребуются человеческие жертвы. Горцы не могли далеко уйти в такую страшную пургу. Отдав приказ своим рабам догнать сбежавших горцев, магистр стал готовиться к ритуалу. Ему будет, чем удивить презренного боевого мага. Совсем рядом он чувствовал присутствие старого захоронения.
  ***
  Утренний рассвет в горах всегда незабываемое зрелище. Величие и необъятный простор, исполинская сила гор - окутывали с головой, особенно кто видел эту картину в первый раз.
  Но вряд ли созерцание заиндевевших скелетов, выстроившихся позади пятерки воев могла порадовать самого неисправимого романтика. Глаза поднятой нежити горели ровными черными провалами, в которых угадывалась БЕЗДНА.
  И даже посвященный жрец пяти победителей вряд ли рискнул проверить силу поднявших их некроманта.
  А магистр Дуку стоял у края обрыва, наблюдая, как розовеют облака от начинающегося всходить солнца.
  Все что отделяло его от пропасти, это толстая железная цепь, вбитая неизвестно как, в скальную породу, прорву времени назад. Ритуал поднятия нежети, насильственный призыв бесплотных демонов, их подчинение порядком утомили магистра. Но теперь он был уверен в успехе.
  Скрип снега от приближения слуги прервал размышления некроманта. Обостренные чувства позволили ему догадаться, о чем его хотел предупредить раб. В трактире началось движение.
  В пропасть полетел ненужный теперь плащ. Незримые щиты защиты, одним за одним, стали окутывать могучего чародея. С губ магистра легко срывались слова силы и приказаний. Переполненный впитанной эманацией смерти, он раскручивал маховик давно заготовленных убийственных сюрпризов для самого ненавистного врага.
  За спиной взметнулись два полупрозрачных отростка увенчанных головами костяного дракона. Белесый пар окутал грозных стражей потустороннего мира, от нетерпения щелкавших своими усеянными зубами пастями.
  В левой руке магистра рождалась огненная плеть. Обвив руку своего хозяина, она могла послужить и щитом и орудием способным разорвать любую жизненную нить. Правая рука оставалась свободной, только обзавелась латной перчаткой из древнего металла, название которого было утеряно, как и секрет производства такой ладной вещицы.
  Внезапно правый костяной дракон самопроизвольно дернулся вперед и с силой врезался в скальную породу. Тупой удар о камни сменился пронзительным визгом ликори, маленькой птички обитающей в местных горах. В холодные ночи эти пернатые впадают в оцепенение, сводя таким образом к минимуму расход энергии на обогрев тела, за что теперь ликори и расплатилась своей жизнью.
   А магистр, полностью раскрутив маховик приготовлений, почувствовал то забытое чувство могущества и власти, что сейчас разливалось по телу. Не было никакой нужды экономить так тщательно сберегаемую силу. И магистр как никогда сейчас стал похож на человека просто одержимого жаждой мести.
  Взмах руки и послушные его воле, заточенные в мертвую кость, демоны двинулись к трактиру. Следом направился и сам колдун, прикрываемый со спины своими безмолвными телохранителями.
  Расклад схватки радовал четкостью и продуманностью действий. Одержимые сдержут любых оборотней. А уж с магом он разберется. Не жалкому ремесленнику от магии тягаться с подлинным кудесником волшебства.
  Но реальность оказалась не так приятна. От трактира к перевалу вела извилистая утоптанная тропа, по которой могло пройти только трое в ряд, да и то если очень постараться.
  Это сводило на нет преимущество поднятых скелетов. Одержимые сильны толпой, навалом, аурой страха и подавлением воли к сопротивлению.
  Здесь на тропе им было не развернуться. Магистр Дуку даже засомневался, может стоит подождать там на перевале. Но потом, испугавшись, что боевой маг просто сбежит, послал свой расходный материал - одержимых в атаку. Творения магистра Дуку бросились вперед молча. Только пульсация магических печатей, скрип снега и скрежет костей присоединились к ауре ужаса и страхе, что волной обрушилась на притихших оборотней.
  Кан криво усмехнулся. Некромант не удивил. И принялся творить волшобу. Первая тройка скелетов сразу нарвалась на огненный вал. А за ним следом на одержимых обрушились струи багрового пламени земли.
  Потоки раскаленной лавы, в полете вытягиваясь в импровизированные копья, с легкостью пробивали хрупкие скелеты, разметая их в пыль. Лава светилась ярким голубым пламенем, насыщенная горючим газом, усиливавшим эффект разрушения. Зрелище было завораживающим, но совершенно не устраивала колдуна. Пришлось ему вмешиваться. Снежный буран упругой стеной встал на пути раскаленной лавы. Лишенное подпитки огненное заклинание угасло, уступив место снежному вихрю, выдавливающему боевого мага и его спутников назад в долину.
  А в шаге от беснующегося ветра вновь зашагали одержимые. Противостоять рукотворной стихии Кану было намного сложнее, чем магистру отразить его первый пробный выпад. Магистр пользовался подручным материалом снегом и ветром. Своим черным искусством выплавляя из этих двух компонентов настоящую снежную бурю.
  Молодые оборотни, призванные старым вожаком начали роптать, не понимая, зачем им все это надо. Недовольство зрело. Кан чувствовал это, продолжая отступать. Но лишенный какого нибудь приемлимого выбора, он выжидал, надеясь, что магистр не почувствует его закладки-сюрпризы заложенные на тропе, под покровом снежной вьюги.
  Так и вышло. Дрогнула земля и два направленных всполоха-лезвия магической силы разорвали удерживающие заклинание снежного бурана. Следом бабахнул импульс ураганного ветра, прочь срывая снежный покров и лишенную сил бурю.
  Не давая колдуну опомниться, Кан сам перешел в атаку. Целая связка боевых заклятий обрушились на магистра, заставив его перейти не просто к обороне, а буквально пятится под напором разнообразных магических ударов.
  Некромант, связанный по рукам и ногам лихим магическим натиском, без раздумий, вновь кинул в бой своих уцелевших одержимых. Мертвая кость, в которую были заточены демоны, жгла их души нетерпимым пламенем. И одержимые навалились на оборотней всей жуткой потусторонней мощью.
  Сама БЕЗДНА была готова вырваться из одержимых и недоуменный вой оборотней засвидетельствовал - они впервые встретили достойного врага. Их когти и клыки, нечеловеческая реакция и скорость восстановления от ран оказались равны возможностям демонов, заточенных в оболочки давно умерших людей.
  А потом по сигналу магистра в бой вступила его импровизированная гвардия - 'Погребенные'. Вооруженные короткими клинками, сделав ставку на скорость, быстрые и безжалостные они с ходу проломили строй молодняка перевертышей и обратили свой взор на застывшего Кана, скованного магическим поединком с магистром Дуку.
  Боевой маг уже давно ушел в глухую оборону, истратив все свои заготовки. Некромант значительно превосходил его в резервах магической силы и теперь поединок, превратившийся в схватку на истощение, грозил закончиться еще раньше.
  Ситуацию выправил предводитель стаи перевертышей. Его секира, выкованная еще в эпоху воюющих богов, была все так же остра и стремительна. Приняв удар одного из 'Погребенных' на щит, старый оборотень, не взирая на жалкую попытку заблокировать удар небольшим клинком, нанес свой самый простой и размашистый вертикальный удар. Сверху вниз, начисто отрубив воину некроманта левую руку. А следом плавно сместившись с линии атаки, пропустил впавшего в шоковое состояние, от боли, соперника мимо себя. Секира успела вернуться и новый удар, зацепивший шлем и дергающий по ходу движения довершил начатое. 'Погребенный' умер, бесповоротно и окончательно...
  - А саул та рахм! - Некромант скривился. После гибели первого бойца сразу погиб и второй, сорвавшись в пропасть с кем-то из молодых оборотней. И неожиданно тяжелый магический поединок здорово вымотал нестойкую человеческую сущность магистра Дуку.
  Злость и ярость на мгновение затмили разум колдуну и он ошибся. Устав давить неуступчивого мага, некромант активировал заранее начертанной портал вызова в БЕЗДНУ.
  Это был абсолютный козырь, крыть который не под силу было даже архимагу...
Оценка: 6.35*7  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"