Анирикка: другие произведения.

Лучница. 1-2 главы.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Название пока не придумала да и правки как таковой не было. Что можно ожидать от девченки-полуоборотня с воровскими наклонностями, да и с мечтой стать лучницей во время явного патриархата? А от Дарящей Смерть, потерявшей место работы, и эльфа, приплетенного к этому балагану? Разрешение предстоящего вопроса быстро теряет перспективу на удачу... Хотя, с чем черт не шутит... ОСТАВЛЯЙТЕ КОММЕНТАРИИ, Я Ж ДОЛЖНА ЗНАТЬ, ЧТО ЗА ФИГНЮ НАСТРЯПАЛА ;))


Вместо пролога...

   Сотворил Старший Творец Иннилаен прекрасный мир за рекордный срок. Ровно пять дней и ночей трудился он над созданием сего чуда. Красота природы поражала глаз. Величественные горы вздымались на многие километры ввысь, пронзая голубое небо с пушистыми облаками. Плодородные равнины стелились густым травяным ковром. Огромное количество рек и озер несло с собой чистейшую воду. Аромат трав и цветов пленил своей чистотой и неповторимостью. Все было прекрасно, но не было здесь жизни. И создал Творец различных представителей фауны, всех видов и мастей. Теперь в воде плескались рыбы, в воздухе парили птицы, а в горах и равнинах обитали разнообразные животные. Мир стал еще прекраснее - раздавалось пение птиц, стрекот сверчков и кузнечиков. Улыбнулся Иннилаен, но тут же его улыбку сменил разочарованный вздох... Не хватало еще чего-то. Но чего? И тут творца озарила идея. Махнул он рукой и соткал из нитей Силы двух существ, по образу и подобию своему. Но лишил он их своего таланта и даже малейшего намека на магический дар, чтобы его творения не превзошли своего Создателя. Теперь картина была полной. Вздохнул Творец облегченно и назвал сей мир Телларией. Обернулся Иннилаен и увидел своего непутевого ученика, который ехидно ухмылялся. Не обратил он внимания на эту усмешку.
   --Учись, мой друг. Вот так вот надо. - сказал он ученику, который не достиг еще совершеннолетия, а значит не имел права создавать свои миры и называться Творцом. Потрепал он его по макушке, но мальчишка вывернулся из рук наставника, и скорчил недовольную физиономию.
   -- Иди, Онельеран, готовься к уроку. - черноволосый парень скривился, но противиться приказу учителя не смог. Только не готовиться к уроку он пошел, а делать нечто интереснее. Ведь практика всегда была интереснее, чем теория.
   "Разве это мир?" - думал Онельеран. "Скукотища какая-то. Вот создам я сейчас свой мир и через год, когда удостоюсь права называться Творцом, удивлю всех своим Творением. Подумаешь год... никто ведь не узнает...". Трудился юный Онел около недели над созданием мира в тайне от своего всемогущего наставника, применяя полученные знания и совмещая их со своими собственными экспериментами. И получился мир красивый и прекрасный, может немного и хуже, чем у Старшего Творца Иннилаена, но жить в нем было определенно можно, а это уже многого стоило. Оставалось преступить к самой интересной части. Первым делом несовершеннолетний Творец населил мир всеразличной фауной. Потом предстояло самое сложное - сотворить разумных существ. Парень хотел создать нечто большее, чем "по образу и подобию своему". Поэтому вдохновленный своей идеей и собственной гениальностью создал он первую расу.
   Сплелись из нитей силы два существа, даже близко не напоминавшие Онельерана или наставника его. Созданные мужчина и женщина имели кожу серебряного оттенка и по их жилам текла кровь цвета расплавленного серебра. Глаза существ не имели зрачков. Радужка была тоже серебристого цвета. У женщины светлее, а у мужчины более темная, будто потускневшее от времени серебро. Длинные, острые, как клинок меча ногти украшали руки. Были они того же оттенка и переливались на солнце мириадами блесток. Экзотично-красивые получились существа, залюбовался их гениальный создатель. Ведь до него никто таких не создавал! Теперь нужно было даровать им души. И вплеснул создатель в эти два бездушных, словно серебряные сосуды, существа души, переполненные чувством ответственности и завышенным понятием о справедливости. Подумал творец и даровал в подарок своим творениям огромный магический потенциал. Ведь что же за жизнь без магии и что за бред говорит наставник о том, что Творения могут превзойти своего создателя? Они же не умеют создавать и отнимать жизнь! Улыбнулся самодовольно Онельеран и назвал он эту расу Керхами.
   Следующими были два прекрасных создания с заостренными ушами и длинными густыми волосами, красивых оттенков. Мужчина имел высокий рост, мускулистый торс, и идеально ровную, гордую осанку. Его волосы цвета свежевыпавшего снега идеально контрастировали с фиалковыми глазами. В женщину Онел вложил все представления о идеальной красоте с кукольным лицом и золотыми волосами, переливающимися на солнце. И даровал он обоим средние магические способности, основанные на природной магии. Душа же этих красивейших существ была чиста, возвышена и благородна. Назвал Онельеран сию расу Эльфами, которые стали олицетворением света и чистоты.
   Подумал юный творец, ведь свет без тьмы не может существовать, поэтому создал он еще пару подобных существ, только с темной кожей и черными глазами. Прозвал он их эльфами Дроу, которые олицетворяли ночь и тьму. Мстительны и коварны были создания.
   Призадумался Онел, прилег на траву и задремал на часок. Приснилась ему зеленоволосая дева, которая звала и манила его в свои объятия, но стоило подойти к ней, как превращалась она в стройный древесный ствол с гладкой корой. Подскочил молодой творец, осененный идеей. Призвал он нити силы и сплел из них стройный древесный ствол, какой он видел во сне. И оживил его. Принял ствол облик красивой зеленовласой девушки. Наделил он ее добрым отзывчивым сердцем с неприступным, гордым характером. Даровал Творец дриаде дар повелевать всей флорой. Соблазнился творец пленительной красотой девушки, но тут же красавица превратилась в древесный ствол и ее руки стали ветвями. Да, да, забыл молодой творец, что эти девы из-за своего характера будут сами выбирать себе спутников жизни. Хмыкнул Онельеран, не больно, то и надо было.
   Далее сотворил парень созданий, напоминающих его самого, но решил поэкспериментировать. А что если они буду иметь вторую ипостась? И оборотился мужчина по велению Творца в волка, который обладал человеческим разумом. Женщина с густыми каштановыми кудрями приняла облик рыси со смешными кисточками на ушках. Рассмеялся Онел, своей забавной выдумке и подарил своим творениям хитрость и остроту ума, с которой они смогут найти выход из любой ситуации. Забавные вышли оборотни.
   На этом иссякли идеи у гениального Онельерана, создавшего четыре различных расы, которых никто до него не сотворил. Но и этого ему было мало. Поэтому, плюнул он и создал существо по образу и подобию своему. Соткалось из нитей силы обнаженное женское тело с большими бедрами и мягкими чертами лица. Наделил он ее душевной мягкостью и заботливостью, даровал он девушке скромный магический дар. Глянул Онел на свое создание, напоминающее его самого, и соблазнился он этой симпатичной девушкой. И зачем создавать мужчину? Чем же он хуже? Вобрало будущее дитя этой женщины всю материнскую мягкость и чужеродную наглость с неимоверным любопытсвом, жаждой власти и знаний его отца. Так и пошла раса человеческая...
   Заново вдохновленный парень, спешил создать еще одну расу. Он считал, что она станет венцом его творения. Но на этот раз Онел глубоко ошибся. Оставалось мало времени до прихода Наставника, поэтому юный творец очень торопился. Как известно вдохновение и хорошая работа не терпят спешки. Сначала парень напутал в пропорциях и вышли непонятный существа с зеленоватой кожей и страшной мордой с длинными острыми клыками. Вздох огорчения вырвался из груди парня. Ну что ж не всем гениальным и разумным быть красивыми. Только собрался Онельеран вдохнуть душу с неимоверной стихийной магической силой в своих созданий, как в его мир ворвался взбешенный наставник. Ярость, злость и страх перед наставником смешались в его душе и это передалось страшным существам....
   Долго бушевал Старший Творец Иннилаен. Когда гнев его немного утих он решил посмотреть, что за мир создал его нетерпеливый, но несомненно талантливый ученик. И что он увидел? Неплохой мир, пригодный для жизни, видовое многообразие флоры и фауны. Но потрясло его не это. Шесть различных рас населяли этот молодой мир. И кого тут только не было.. Рассматривая каждое Творение своего ученика, наставник дивился его таланту и умению. И тут непонятное, страшное зеленокожее существо с острыми клыками чуть не убило человеческую женщину, грозно зарычав и повалив ее на землю. Толкчом Силы Иннилаен прогнал это страшное создание. Заглянув в его душу он увидел одну злость и ярость с притупленным чувством страха. Это было дикое существо, не имеющее толком разума, живущее на стадных инстинктах убивать. Присмотревшись внимательней Старший Творец увидел, что и остальные расы не слишком то и ладят между собой. Этот жестокий мир был обречен на постоянные войны и внутрирасовые противоречия. По-хорошему надо было бы уничтожить это опасное творение, но он не имел на это право. Уничтожить его мог, только тот, кто создал.
   Ясное дело, что несмотря на все угрозы наставника Онел не в какую не соглашался погубить свое Создание, на которое ушло все его силы и вдохновение. Жалко было. Он клялся и божился, что сам во всем разберется, нужно только время. Разозлился наставник еще сильнее.
   -- Время говоришь? - грозно прорычал Старший Творец, - будет тебе время, бездарный мальчишка! Я вижу, что ты уже научился создавать жизнь, так иди и научись творить мир во все мире! - с этими словами Иннилаен запер своего ученика в созданном им же мире, как джина в бутылке, до тех пор пока тот не наведет там порядок.
   Прошло уже пять тысяч лет с того дня. Варвары (так прозвали зеленокожих существ другие расы), приобрели огромные аппетиты в завоевании новых земель и установлении своей собственной власти над миром. Непутевый ученик, давно достигший своего совершеннолетия и получивший бессмертие и право называться Творцом так и бродит по своему единственному Творению. Онельеран изменил свое имя и стал обыкновенным лучником на смотровой башне в одном из городов. Он уже много добился. Например, сплотил пять рас, так что перестали существовать междурасовые конфликты и предрассудки. Или же до этого не было времени. Варвары захватывали все новые и новые территории, не останавливаясь на достигнутом. Они не знали поражения и сметали крепости и города не профессионализмом и умением вести войну, а многочисленностью и неимоверной упрямостью. Дикарям были чужды всем известные моральные ценности и устои. Эти Создания подчинялись только своим каким-то кровавым культам, основанным на жертвоприношениях.
   Онелу пришлось наделить некоторых представителей разумных рас особым даром, которым обладал он сам - отбирать и даровать жизнь. Только вот получилось, что дарить жизнь было его созданиям в тысячи раз сложнее, нежели отнимать. Казалось, что осталось еще немного, и он исполнит волю своего наставника.
   Такова правда создания мира, названного Кетхаллой, которая в корне противоречит легендам, которые воспевают своего Создателя.
  
   Глава 1.
  
   Полдень. Солнце стоит высоко в зените. В этом году выдалось на редкость жаркое лето. И этот день не стал исключением. И плевать небесной канцелярии было на то, что именно сегодня должно было, состоятся решающее сражение между представителями разумных рас и варварским отребьем, которое претендовало на заселенные уже земли.
   Жара выматывает и без того уставших воинов. Раскаленные доспехи кажутся неподъемной ношей, руки отказываются поднимать этот тяжеленный меч и мысли о смерти посещают голову таких, в основном молодых не прошедших еще боевого крещения воинов все чаще... Что поделаешь - такова правда жизни.
   Эльфы, люди, дриады, оборотни и даже древние керхи сплотились воедино, чтобы противостоять миллионной толпе дикарей, которую то и армией было назвать сложно. Разумным расам, во что бы то не стало, было необходимо отстоять дорогу, ведущую на Онтаро, крупный смешанный город. Широкий тракт, по которому могла, смело пройти целая армия находился прямо за Лощинным полем, на котором собственно и происходила битва.
  
   Главнокомандующий эльфийской баталией мечников Ньеллин-эль-Тарвилен Астэлиэль вел свой отряд в бой. Белоснежный с голубым отливом породистый эльфийский скакун несся прямиком в самую гущу битвы, неся на себе своего хозяина с развевающимися белоснежными волосами. Он был без шлема в одной кольчуге, серебряный меч уже наготове. Слышен свист рассекаемого воздуха. Вот и первый варвар, отправившийся на тот свет от прямого удара мечом. Лицо эльфа забрызгало каплями крови. Весь немногочисленный отряд, всего то в три сотни эльфов, смешался с бессчетным потоком дикарей. Легион лучников, в котором смешались многие расы, целил резные луки на приближавшегося врага. Короткий приказ и на варваров обрушился смертоносный дождь из заговоренных стрел. Кланы оборотней, уже сменивших ипостась тоже не остались в стороне. На дикарей неслось около стрех стай разномастных крупных животных с ярко выделенными вожаками-волками.
   Ряды армии разумных рас пустели,... а варваров не становилось меньше. Воин за воином складывали свои головы на поле битвы... Люди, эльфы, дроу, оборотни, дриады и даже керхи, сражались насмерть, но их сил было недостаточно... Пела свою последнюю песню тетива лука, чтобы в следующий миг лучницу-дриаду поразил варварский топор... Отзывался прощальным звоном клинок юного эльфа, которому суждено было остаться на этом поле... Оборотень, в последний раз высвобождающий свою рысью ипостась, чтобы ринуться на верную смерть в самую гущу битвы...
   Ну где же они? Ведь Лига Равновесия обязана была выделить из своего резерва самых лучших во всем мире воинов, Дарящих Смерть. Она была создана еще 500 лет назад, после объединения рас. Что-то вроде огромной школы, куда брали детей с особыми талантами. Например, самые лучшие воины, выпускники этой школы, Дарящие смерть славились редким талантом отнимать жизнь одним прикосновением или же дарить ее, что происходило единожды на миллион раз. И не каждый мог подарить жизнь. Много... очень много было таких случаев, когда Дарящий Смерть вместо того чтобы подарить умирающему жизнь, отнимал ее...
   Внезапно ясное небо заволокло свинцовыми тучами... и появились ОНИ. Тринадцать чернокрылых коней мчались по небу. Резким залпом ровно тринадцать молний пронзили грозовое небо. Запахло озоном, и к этому запаху - предвестнику дождя примешался терпкий запах полыни... Тринадцать всадников в черных одеяниях, восседавших на крылатых скакунах спикировали прямо на варварскую армию, делая солидные бреши одним мановением руки. Дарящие Смерть не только лучшие воины, но и превосходные маги с практически неисчерпаемым резервом сил.
   ******
   Упрямая керхийка летела во главе дюжины Дарящих Смерть. Она видела насколько велика варварская армия в соотношении с армией разумных рас. Черные с синевой волосы развевались на ветру, губы цвета серебра кривились в усмешке, от которой волосы вставали дыбом. Серебряные глаза без зрачков хищно сузились. Аиойель уже предвкушала жизни скольких варваров она заберет сегодня. Темная эльфийка Эн'Хелэн, летевшая позади сереброглазой керхийки, впервые видела своего командира в таком состоянии. Не секрет, что вымирающая первораса древнейших керхов обладает слишком завышенным по мерках остальных рас чувством справедливости, граничащего с безразборной и жестокой местью, но чтобы настолько, чтобы уже в полете видеть, как будут умирать от твоего взмаха руки варварское отродье...
   -- Снижаемся - воскликнула керхийка, первой уводя в пике своего чернокрылого коня. Взмах ладонью - и небо затянуто тучами, так будет проще тем, кто сражается сегодня. Легкое мановение пальцами и ровно тринадцать молний пронзают небо - знак того, что Дарящие Смерть прибыли для того, чтобы пролиться смертоносным потоком на варварское войско. Легкий пас рукою всего лишь одной Дарящей Смерть - и небольшая брешь на огромном теле варварской армии. Оставив метать смерть во вражескую силу на своих подопечных, Аиойель, собрав длинные волосы в хвост, достала из ножен два острейших клинка. Надо разделиться, есть и такие, которых можно взять лишь прикосновением руки, или меча, полыхавшего ярким призрачным пламенем, словно на кузнеце... Взяв с собой самых сильных собратьев по силе, она ринулась в битву. Несколько раз пришлось забрать жизнь и у представителей разумных рас, вложив в прикосновение силу и нежность, с которой бледная тонкая рука касалась смертельно раненого воина. И с каждым разом желание уничтожить противника раз и навсегда становилось все сильнее. Два стальных клинка, не причиняющих вред своей жертве, но отбирающих душу с еще большим остервенением рассекали воздух и тела подвернувшихся под руку дикарей, показывая на миг черноту и грязь, обитавшую в душе варваров. Она несла надежду в ряды воинов разумных рас и ужас представителям варварского отродья...
  
   Варвар прищурил глаза, и как учил его наставник-шаман, сконцентрировал свою силу на стреле, которая должна была усмирить навсегда зазнавшуюся кехрхийскую девчонку, изничтожившую четверть армии. Эта проклятая Лига Равновесия, наслала свое демоново отродье. Вот доберутся варвары до нее, и тогда смерть уже будут дарить не эти не имеющие право на жизнь проклятые ... как их там, Дарящие Смерть, а они. Звон тетивы, и заговоренная стрела полетела в сереброглазую керхийку.
  
   Резкий толчок сбил Аиойель с ног и, скатившись со склона, она оказалась прижатой чьим-то телом к земле. Зверская ярость, накатила внезапной волной. КТО ПОСМЕЛ? Сдавленный рык рвался из ее груди, одновременно сбросив с себя посмевшего свалить ее с ног и направив клинок к горлу нахала, девушка резко остановилась и в недоумении отвела смертоносное оружие. На прогретой солнцем земле лежал эльф с белоснежными волосами. Из его груди торчала варварская стрела. Глаза цвета морской волны широко распахнулись, и красивое лицо эльфа с запекшимися каплями крови скривилось в вымученной улыбке. Воин взял ладонь керхийки в свою руку.
   -- Ты здесь нужнее, Дарящая Смерть... Прошу тебя, подари и мне легкую смерть...- на последнем слове эльф чуть сильнее сжал руку девушки.
   Дарящую Смерть захлестнула, так не вовремя нахлынувшая буря эмоций. Что ей стоит коснуться мужчины, спасшего ее от заговоренной варварской стрелы, в смертельном прикосновении? Ведь она это уже делала и не раз... Но Аиойель была слишком молода чтобы даровать смерть тому, кто подарил ей жизнь. Керхийка не может жить взаймы... Это не в правилах ее народа, все должно быть СПРАВЕДЛИВО.
   -- Как тебя зовут, сереброглазая? - прохрипел эльфийский мечник.
   -- Аиль... зови меня так - Дарящая смерть склонилась к нему и вместо смертоносного паса впилась в его губы с каплями стекающей крови, чтобы подарить жизнь... Радужка серебряных глаз, будто расплавилась, выливая расплавленное серебро в глазницу и резко вспыхивая фосфоресцирующим огнем. Ее кожа серебристого оттенка, черные волосы с синим отливом, все ее тело засияло мириадами блесток, будто было соткано из этого непонятного блестящего танца светляков. В приоткрывшийся от внезапного, довольно жесткого поцелуя рот влился луч яркого света. Тело эльфа приподнялось в воздух на два сантиметра и его окутало столб света, дарующего жизнь и исцеляющего раны. Мгновение спустя керхийка и исцеленный воин упали без чувств на прогретую солнцем землю. У Аиойель впервые получилось подарить кому-то жизнь, ценой собственного неисчерпаемого магического резерва. Только не знала она, что когда Дарящая Смерть дарит жизнь, она связывает свою судьбу с тем, кому даровала сей дар.
  

***

   -- Аиойель, как ты могла поступить столь безрассудно? Ты, Вожатая Дюжины, одна из лучших Дарящих Смерть, мало того, что спустила весь свой резерв на какого-то эльфа, так еще оставила свою дюжину без Вожатого! - Арнон, не молодой оборотень, начавший свою карьеру с рядового Дарящего Смерть и дослужившийся до Трехдюжинника, отчитывал нижестоящую по рангу. - Ты, зазнавшаяся керхийская девчонка, хоть понимаешь, что натворила?
   Густое молчание и взгляд направленный на рассмотрение деревянного пола штаба Лиги Равновесия была ему ответом. Аиль все прекрасно понимала и даже осознавала, что грозит за такой безответственный поступок, как оставление дюжины без Вожатого не по причине гибели или ранения. Ссылка в лучшем случае. И это если Арнон, сославшись на старое знакомство, не настучит вышестоящему чину. Кто ж знал, что дарение жизни требует СТОЛЬКО магии. После падения на землю в бессознательном состоянии, Эн' Хелэн и Раот подобрали свою Вожатую Дюжины, пристегнули к чернокрылому фертхалу, приказав тому лететь в штаб Лиги Равновесия. К исцеленному эльфу тоже подоспел полевой маг-целитель, перенесший того телепортом к лекарю. Руководство дюжиной взяла на себя эльфийка дроу, под командованием которой была добита еще часть варваров, а вторая позорно бежала с поля боя, гонимая разумными расами.
   -- Что молчишь, я тебя спрашиваю? Даже для оправдания слов не находишь? - рыкнул оборотень сверля глазами невозмутимое лицо керхийки. И эта невозмутимость раздрожала его еще больше. Ей суд тринадцати грозит, а она в пол смотрит! Надо же, какой рисунок дерева красивый!
   -- Я не могла иначе, просто поступила по справедливости. Жизнь за жизнь. - девушка посмотрела прямо в глаза старому оборотню. Хотя, что может понимать в справедливости существо с рождения наделенное хитрость? Только то, что это большая глупость.
   -- Справедливость, ну надо же! Отряд без вожатого воюет как хочет, а она вместо того, чтобы свой долг выполнять справедливость вершит! Миротворка сопливая! - Трехдюженник аж сплюнул со злости - что возьмешь с этих керхов, которые помешаны на справедливости!
   -- Арнон...
   -- Сэр Арнон! Чтоб этим же вечером уехала в Онтаро, там требуется одна Дарящая Смерть в резерв сил на случай обороны города.
   У Аиль с души, словно камень свалился. Пронесло, как карету над Эльраном. Старый Арнон, друг ее матери, даже и не собирался стучать на нее в суд тринадцати трехдюжинников, а скандал был затеян для того, чтобы вправить ей мозги немного. Конечно же, оставить проштрафившуюся Дарящую Смерть здесь, в резерве сил Лиги Равновесия он тоже не мог, слишком велика была ее вина. Чтож ссылка не самый худший вариант, тем более, что хитрюга Арнон, наверное, уже и весточку о прибытии в штат воинов Онтаро Дарящей Смерть черканул.
   -- Что стоишь, глазки тупишь, как девица на выданье! Я уже обо всем позаботился, вон с глаз моих долой, ненормальная! - прикрикнул оборотень и сделал вид, что изучает какой-то особо важный документ. Аиойель хмыкнула и удалилась в казармы собирать свои немногочисленные пожитки.
   Две сменные одежды, ветчина, буханка черного хлеба и пара яблок, стащенные заботливой Эн' Хелэн с трапезной лежат на дне видавшей виды потрепанной сумке. Два клинка в ножнах и еще пара кинжалов припасенных "про запас" пристегнуты к походной куртке и обтягивающим черным кожаным штанам. Ну и в придачу ко всему кошелек с золотыми монетами, припасенными на "черный день". Из конюшни, вместо крылатого своенравного фертхала, выделили замученную серую клячу, на которой придется плестись дней шесть не меньше. Все. Привет, новая жизнь, кто ж знал что ты придешь так быстро!
  
  

****

   День клонился к вечеру. Погода выдалась на редкость отвратительной. Жаркий и засушливый липень (июль) сменился заревом (август), последним летним месяцем, который второй день радовал крестьян обильным дожем и промозглым ветром. Может урожаю от этого беспрерывного низвергания воды и была какая-то польза, но для путешествий сия непогода никак не подходила.
   Насквозь промокшая керхийка сидела в корчме "У дубка" и уныло ковыряла вилкой в плохопрожареном курином боку. Неплохо было бы стребовать за это с корчмаря серебрушку в качестве морального ущерба, но настроение болталось где-то на нулевой отметке. Сейчас внешний вид керхийки вызвал бы только жалость и денег дали бы разве что на паперти, а светить своими способностями в качестве доказательства, что приходишься уважаемым гражданином, не хотелось. С одной стороны бояться будут и даже ночлег за счет заведения предложат, но с другой стороны повышенного внимания охотников за силой, обвешанных разномастными амулетами не избежать. Это товарищи такие, ведь не посмотрят, что перед ними не простой маг, а Дарящая Смерть, только обрадуются что магический потенциал огромный.
   Посетовав на злодейку судьбу, Аиойель накинула так и не высохший до конца черный плащ и кинув три медяка в тарелку направилась к выходу. Сейчас бы девушке не помешала бы лохань с горячей водой и мелиссой, натопленная комнатка с теплой кроватью, но вместо подобных прелестей жизни Аиль вынуждена ехать на замученной еще лет цать назад серой лошадке Фиалке часть оставшегося вечера и всю предстоящую ночь. Путь до Онтаро не близкий, а уже через неделю надо прибыть под распоряжение военоначальника смешанного города. Уже стоя на пороге сего негостеприимного заведения девушка поймала задумчивый взгляд странной фигуры с ног до головы обвешанной амулетами, сидящей за столиком в правом углу корчмы. Ну вот, только чрезмерного внимания не хватало, надо поскорее ноги уносить. Дождь припустился еще сильнее постепенно перерастая в ливень. Как по велению пресловутого закона подлости срок действия чар наложенных на плащ от не промокания у знакомого мага стихийника закончился именно сегодня. Поэтому он промок в доли секунды. Порывы ледяного ветра, пробиравшиеся под одежду заставляли девушку идти быстрее. Огромных усилий стоило вытащить в такую непогоду серую кобылу Фиалку, до этого неприхотливо жевавшую тюк сена.
   Аиойель не успела отъехать от села и версты, как девушку окружили пятнадцать небритых морд, вооруженных не хилыми сабельками и топорами из черной стали.
   -- Далеко собралась, красавица? - из толпы разбойников нарисовался странный тип обвешанный амулетами. Ну почему если не везет, то по полной программе? Вот только охотника за силой не хватало для полного счастья, талисманы которого блокируют магию любого уровня и направления, в том числе и силу Дарящей Смерть!
   -- Что надо? -небрежно спросила керхийка таким грубым тоном, из которого бы ослу стало бы понятно, что живой Дарящая Смерть не сдастся. Уж что, что, а упрямство, с которым сражаются в заведомо проигранной битве Дарящие Смерть стало по истине притчей во языцах.
   -- Тебя, дорогая, а точнее твою силу. Ты ведь стихийница? Мои талисманы показывают, что у тебя ее не хилые запасы, поделиться не желаешь? - по губам охотника расплылась едкая улыбочка, как бы предвкушающая предстоящую наживу - Да и керхийки сейчас ценятся в борделях, если ты не в курсе, - скучающим тоном добавил мужчина, натягивая зачарованный плащ. Небритые морды разбойников заухмылялись, но с места не двинулись. Приказ еще не был отдан.
   -- А не обломишься, засранец? - В запале от такой наглости прошипела керхийка.
   -- Ой, ты знаешь, деньги и сила некогда не бывают лишними. Ладно хватит растрачиваться на болтовню. Взять девчонку живой и желательно невредимой, в бордель покореженных не берут! - отдал приказ охотник за силой наемникам, приказным тоном, которого тяжело было бы ослушаться.
   В мгновения ока Аиойель вытащила два серебряных кинжала, но не спеша пока что демонстрировать клинки и силу Дарящей Смерть. Иначе этот тип точно не отступит, пусть лучше недооценивает. Наемные разбойники накинулись на девушку с таким азартом ее изловить, с каким голодный кот преследует воробья, не как не желающего пойматься.
   Охотник стоял в сторонке не вмешиваясь в происходящее и наблюдая за тем, с каким умением разделывает керхийская девчонка разбойников, которых он нанял всего за три серебрушки. Его, несомненно, радовал тот факт, что ему в мышеловку попалась крупная мышь, да и на лицо симпатичной добыча оказалась. Мадам Ди денег не пожалеет за керхийку. Конечно же после проведения обряда по отбору силы у ее владельца. Вот только девчонка не спешит демонстрировать свою силу... Значит ее нужно взять во что бы то не стало.
   Удар, поворот, рубящий сверху, десятый разбойник готов. На протяжении всей схватки с этими неудачливыми наемниками Аиль не покидала мысль, что все эти разбойники всего лишь показуха и желание выяснить, на что способна керхийка. А вот и фиг, не увидит этот проклятый охотник ее магию, на что он, несомненно, рассчитывает. Блок, удар, отбила, еще удар - увернулась, и резкий выпад. Еще на двух разбойников меньше. Аиль поудоубнее перехватила кинжалы и нанесла серию ударов подряд.. Последний оставшийся из наемников оказался здоровенным детиной, с которым пришлось повозиться, пока прямой удар кинжалом не упокоил и его.
   -- Браво, Грация достойная кошки, пластика и умение драться внушают уважение. Кто же ты, детка? На стихийного мага ты не похожа... они бросаются своей силой на право и налево, тогда кто? Огромный потенциал силы, которым от тебя разит за версту, пластика и умение превосходно владеть оружием и ... хм - охотник оценивающе прошелся по фигуре девушки - черные одеяния... Где же ты свои цацки и ферхала потеряла? А, Дарящая Смерть?
   Серебряные глаза керхийки сузились. Что скажешь, достойный охотник. Не каждый так просто ее раскусит. Только вот силой с ним все равно делиться не хочется. А магия против него не действуют. Ее его талисманы надежно блокируют. Зато ему ничто не мешает использовать магию.... Малы шансы, ой как малы... Но не была бы Аиль Дарящей Смерть, если бы упрямо не вскинула кинжалы, приняв боевую стойку.
   -- Значит, я не ошибся. Что, большой мышке тесно в маленькой мышеловке, да выбраться не получается? - усмехнулся маг.
   Аиль хотела уже нанести первый выпад, как ее сбила с ног волна силы. Девушка упала на спину прямо в раскисшую от непрерывных дождей грязь, чудом не напоровшись на собственный кинжал.
   -- Зачем же размахиваться этими ненужными железками? - еще один пас ладонью, и кинжалы отлетели в сторону. Что ж, придется доставать клинки, только вот вряд ли они помогут. Но просто так Дарящие Смерть не сдаются. Гордость не позволит пасть ниц перед каким-то жалким вором, обвешавшемся амулетами. Рывком поднявшись и вытащив из наспинных ножен светящиеся в темноте призрачным светом клинки Аиль бросилась на охотника. Один из клинков все-таки успел нанести незначительный порез охотнику, но душу, как и полагалось бы такому клинку, не забрал. В следующее мгновение на керхийку обрушился мощный поток силы, втоптавший обратно в ту же лужу грязи.
   -- Ах ты, зараза! - прошипел маг, поднимая ладонь для того, чтобы накинуть на девушку заклинание Адской боли, которое причиняет жертве нестерпимую боль, не оставляя не единой царапины. Но в следующее мгновение охотник непонимающе уставился на клинок меча, торчавший из его груди и медленно осел на мокрую землю, тщательно поливаемую хлеставшим ливнем. Путник, столь вовремя появившийся на тракте, брезгливо отер меч об одежду охотника за силой.
   -- Недоносок... - зло сплюнул путник и взял за поводья серого от дождя скакуна.
   -- Вставай, давай, - мужчина протянул девушке руку в черной кожаной перчатке, - навоевалась уже... Странно, но этот голос показался керхийке знакомым. Девушка вложил свою озябшую узкую ладошку в протянутую конечность и путник одимн рывком выдернул ее из грязи. Н...да.. промокший, изгвазданный в грязи и рваный в нескольких местах плащ придется выкинуть. В ливень. Ветер. Бррррр.
   Мужчина окинул задумчивым взглядом хрупкую, похожую на намокшего воробья, фигурку керхийской девушки. Такое ощущение, что он ее где-то видел. Ах, ну конечно, эти серебряные глаза он никогда не забудет!
   -- Везет же мне на тебя .... Аиль, Дарящая Смерть. - Хмыкнул путник, снимая с себя плащ. Порыв ветра подхватил белоснежные пряди длинных волос, обнажая заостренные уши. - Держи, тебе это нужнее, а то простынешь еще. - улыбнулся эльф и накинул на девушку сухой плащ эльфийского покроя, затянув завязки потуже. На миг его пальцы задержались на ледяной, обветренной коже керхийки, но, столкнувшись с немного ошеломленным и усталым взглядом серебряных глаз, мужчина поспешил отвести взгляд. У керхов красивые глаза, словно серебряные бусины, светящиеся при лунном свете, которые поражают в самое сердце незадачливых поклонников. Но потрясли эльфа не глаза, которые, несомненно были красивы. Его, сотника онтарской баталии мечников, поразило то, с каким умением одна хиленькая девушка, кутающаяся в промокший плащ и вздрагивающая при каждом порыве ветра, уложила пятнадцать крупногабаритных разбойников. Если бы он не видел этот танец смерти, который танцевала керхийка, Ньеллин-эль-Тарвилен бы никогда не поверил, что это сделала юная девушка, которая едва доходит ему до плеча.
   -- С чего бы такая забота? - с некоторой долей ехидства в голосе спросила Дарящая Смерть.
   -- А ты некогда не слышала о благородстве эльфов, которые равно ценят и уважают детей, женщин и стариков?
   -- Ага, и я по-твоему девочка-подросток за которой нужен глаз да глаз? Между прочим я два года назад достигла своего совершеннолетия по керхийским меркам и вправе называться полноценным воином, если ты намекаешь на то, что мне не место посреди разбушевавшейся стихии от которой я могу раскиснуть, как последняя.. Ап...чхи - воодушевленный монолог, разозлившейся керхийки прервал оглушительный чих.
   -- Что и требовалось доказать,- хмыкнул путник - пошли уже, о храбрейшая! До корчмы с версту еще ехать, да и ночь уже. Или ты серьезно собралась идти на ночь глядя?
   -- Почему идти? Во-первых, я, как все нормальные странники буду скакать на лошади, а во-вторых, времени лишнего у меня нет. И в третьих.. А где моя Фиалка? - уже не так уверено закончила Аиль, оглядываясь по сторонам и выискивая свою флегматичную кобылу.
   -- Смылась твоя Фиалка, так что, леди, вы теперь без средства передвижения - скучающим тоном констатировал факт эльф, который бы с большим удовольствием объяснил непонятливой керхийке, каким ребячеством выглядит ее поведение. Не дожидаясь пока эта ненормальная найдет слова для возражения, он ловким движением вскочил в седло своего породистого эльфийского жеребца и рывком усадил перед собой керхийку, придерживая ее одной рукой за талию.
   -- Кстати, забыл представиться при нашей первой... хм... встрече. Ньеллен, можно Ньел. - нагло ухмыльнулся эльф, не обращая внимания на зло сверкающую глазами девушку. - А ты, кажется, Аиль?
   -- Аиойель, - прошипела Аиль, растягивая гласные звуки. Сказать, что Дарящая смерть была в гневе, это ничего не сказать. Она была в бешенстве. Приходит какой-то наглый эльф, оказавшийся тем самым из-за которого она потеряла хлебосольную должность и сейчас вынуждена ехать к черту на кулички по промозглому холоду и сырости, строит из себя "благородно рыцаря", а теперь еще и тащит куда-то за собой, как несамостоятельную барышню!
   Эй, подруга, ты бы гром и молнии потише метала, а то мне и во-о-о-н той тучки хватает. - флегматично заметил Ньел и как бы в доказательство сего факта небо расчертила яркая вспышка.

Глава 2

   Непогода разошлась настолько, что это буйство стихии суеверные крестьяне обязательно бы окрестили не иначе, как "гневом божьим". К ледяному дождю, усиливавшемуся с каждой секундой и стылому, пронизывающему до костей ветру добавилась яростная гроза, вселявшая поистине первобытный ужас. Все живое на улицах небольшой деревеньки Кетки, будто вымерло, предпочтя схорониться до лучших времен в теплых натопленных сенях или придорожной, уже известной нам корчме "У дубка" с кружкой бодрящего дух пива или крепкого местного самогона. Два насквозь промокших путника на одном скакавшем во всю прыть жеребце с серой от дождя шерстью, подгоняемые раскатами грома и то и дело озарявшей ночное небо молнией, спешили добраться до единственного заведения в этой деревушке, чьи двери были открыты для всех в любую погоду. Если бы кто увидел эту странную парочку, то был бы сражен тем, каким огромным запасом нецензурных слов обладает низенькая, кажущаяся беззащитной девушка. Все таки жизнь в казармах оставила свой отпечаток на Дарящей Смерть Аиойель. Эльф с с прилипшими к шее и спине мокрыми, ставшими серыми волосами придерживал изрядно матерящуюся, закутанную в эльфийский плащ девицу, чтобы та ненароком не свалилась с лошади в запале описаний своих матерных рулад.
   -- ...... !!! - напоследок ругнулась керхийка, выражая свое отношение к разыгравшемуся ненастью. Аиль спрыгнула с жеребца, по-кошачьи приземлившись в раскисшую грязь и обрызгав, расседлавшего жеребца эльфа. Мужчина только тяжело вздохнул и подумал о том, на какой черт ему пришла в голову идея потащить за собой эту ненормальную керхийку. "Она же не абы кто, а Дарящая Смерть, чай не пропала бы ночью в лесу. И во всем этом виновато, разыгравшееся столь не вовремя пресловутое эльфийское благородство. Доброе дело, называется, хотел сделать. А сейчас, Ньел, иди и терпи эту наглую, матерящуюся, как сапожник девицу" - укорял эльфа внутренний голос.
   Как известно, закон подлости вещь великая. И если он вступает действие, то работает до самого конца, портя все, к чему прикоснется, и некогда не делая исключений. Вот и сейчас эта злополучная корчма, которую Аиль покинула пару часов назад, оказалась переполненной, будто все мужское население этой деревни решило скрыться от дождя, за кружечкой пенистого пивка. Дарящая Смерть, хотела, было выругаться еще раз, но ненавязчивый толчок в спину, заставил ее прикрыть рот и продвинуться в глубь корчмы. Пара свободных мест нашлось у столика у самого окна с хлипкими ставнями, из-за которых сквозил ветер. Одно место было уже занято вдрызг пьяным селянином, уткнувшимся носом в тарелку и тихонько похрапывающим. Аиойель жалостливо глянула на эльфа, но тот только хмыкнул и, отодвинув ей стул, жестом пригласил садиться.
   -- Ты пока что подожди меня здесь, а я пойду узнаю насчет комнат и ужина. - тоном не оставлявшего возражений с каким говорят бывалые военоначальники, сказал эльф. Аиль горемычно кивнула, уже практически смирившись с необходимостью коротать ночь в этой заезжей корчме, проводила взглядом эльфа, направившегося к барной стойке. В конце концов, ночь можно провести и здесь, если конечно найдутся свободные комнатки, а наутро уже наведаться в конюшню и выторговать себе лошадь. Пьяный мужик во сне причмокнул и попытался перевернуться на другой бок, едва не свалившись со стула. Аиль окинула его брезгливым взглядом, но ее отвлекла подошедшая разносчица. Молодая девица с двумя жидкими пепельными косами вяло улыбнулась и поставила на стол две тарелки с дымящимся картофелем и ароматно пахнущими котлетами. Настроение сразу немного приподнялось. Но и эти крохи сбил, подошедший эльф с озадаченным выражением лица. Ньел отодвинул стул и присел напротив керхийки.
   -- У них тут завтра праздник урожая намечается и понаехала куча народу с окрестных сел... - как-то вяло начал Ньеллен - короче мне удалось снять одну комнатку, да и то самую маленькую.
   -- И что, ты хочешь сказать, что нам придется спать в одной комнате? - разъярилась Аиль. - Может, еще и на одной кровати предложишь, благородный ты наш? - со всей своей прямолинейностью заявила девушка, расставаясь с мечтой поплескаться в лохани с горячей водой.
   -- Ну если ты так хочешь, то можешь ложиться на полу! И все же это будет лучше, чем ночевка на таком холоде! - не сдержался эльф, указывая пальцем на окно, из которого доносились завывания ветра.
   Керхийка прикусила свой язвительный язычок и подумала о том, что эльф все же прав, как бы ей этого не хотелось. Сейчас идея продолжить путь на ночь глядя, и тем более без лошади не казалась девушке столь привлекательной. Бедный эльф, страдающий чрезмерным благородством... КОГО спас этим вечером? Языкастую стерву, которую ему придется терпеть всю оставшуюся ночь. Сам спас на свою симпатичную белокурую головку, значит сам и виноват. Его уж точно об этом никто не просил. Так, что пусть эльфенок набирается терпения - немного осталось, утром их пути разойдутся. Наверное. Остаток позднего ужина прошел в полном молчании, нарушаемом похрапыванием пьяного соседа по столику. Когда тарелки были пусты Аиль достала серебряную монетку и хотела было оплатить свой ужин.
   -- Не стоит, я угощаю, вас, леди Аиойель - чуть насмешливым тоном объявил эльф и махнул рукой, подзывая пышнотелую разносчицу, которая не замедлила подойти. Девица уставилась на Ньеллена взглядом, полным телячьего обожания. Мужчина только вежливо улыбнулся и расплатился двумя серебрушками. Разносчица зло сверкнула светло карими глазами в сторону керхийки и удалилась за стойку к корчмарю. Аиль только многозначительно хмыкнула и с ехидной усмешкой посмотрела на невозмутимого эльфа, который с грациозным величием объяснял что-то еще одной подскочившей молоденькой девушке. Когда сия девица убежала плакаться подружкам о неудачной попытке окрутить красавца-эльфа, Ньел пихнул в спину, едва сдерживающую свои едкие насмешки, керхийку.
   -- Что, герой-любовник, та красотка на сеновал зазывала? Что ж ты отказался то? Было бы место, где тебе переночевать... - разочаровано вздохнула Дарящая Смерть.
   -- Скажи на милость, моя языкастая подруга, керхийки и в особенности Дарящие Смерть все такие стервы или они притворяются? - ледяным голосом спросил эльф и до боли стиснул руку девушки, заставляя подниматься по лестнице. Аиль еще раз окинула зал корчмы и натолкнулась на пару взоров полных зависти и ревности, то и дело бросаемых в ее сторону селянскими девками и перевела взгляд на эльфа, на лице которого застыла бесстрастная маска. Ну хоть бы подмигнул тем девицам, что ли... Аиойель огорченно вздохнула, прощаясь с надеждой спровадить на ночь упрямого Ньела под теплое женское крылышко.
   Отсчитав тринадцатую комнату эльф отвесил Аиль издевательский поклон, приглашая войти первой.
   -- Дамы, вперед. Прошу, вас леди Аиойель - с явным сарказмом написанным на лице отчеканил эльф, на пример дворецкого.
   -- Благодарю вас, миссир. - Аиль сделала грациозный реверанс и гордо прошла в приоткрытую дверь. Каков привет, таков ответ. Вон, аж поперхнулся бедный.
   Сказать, что комната была маленькой - это ничего не сказать. Чуланы для всякого барахла и то больше, но не смотря на сей факт хозяин этого заведения каким-то судом умудрился внести в комнатушку кровать, а точнее узкую лавку, застеленную одеяльцем, на котором проще было посчитать заплатки, чем показать целое место. Отсутствие окон наводила на мысль, что когда-то эта комнатка и вправду была чуланом. Тусклый свет, постоянно мигающий и грозящий погрузить все во тьму, изливал старый магический кристалл, кое-как пришпиленный к стене.
   -- Н...да, и в этом произведении архитектуры неизвестного мастера мне придется ночевать? Да в казармах и то получше было!
   Эльф ухмыльнулся, довольный произведенным эффектом и флегматично добавил:
   -- Что вы, леди, все для вашего удобства - и, не обращая внимание на кислую физиономию его случайной попутчицы Ньеллен присел на краюшек и так хлипкого столика.
   -- Кто первым пойдет мыться? - добавил Ньел скучающим тоном и ненавязчивым жестом провел по своим уже высохшим длинным белоснежным волосам. Аиль посмотрела на наглую физиономию эльфа, скрывшего за своей спиной главное достоинство этой комнатки. Серая от частых стирок занавеска прикрывала ванную комнату о которой Аиойель так мечталось уже два дня, проведенных в пути. Не на секунду не задумываясь девушка объявила о своем решении:
   -- Я конечно же, - и вприпрыжку побежала к ванне бросая перед кроватью дорожную сумку.
   Ньел, дождавшись пока эта наглая керхийская девчонка скроется за занавеской, улыбнулся своим каким-то мыслям и начал расстегивать рубашку, которая неприятно липла к коже. Волосы цвета свежевыпавшего снега спутались до невозможности, что расчесать их было большой проблемой. Мужчина устало вздохнул, и в который раз подумал о том, что неплохо было бы их немного укоротить, но по эльфийским традициям обрезанные волосы считаются знаком позора. Повесив мокрую рубашку сушиться на спинку стула, эльф откинулся на лавку заменяющую кровать и принялся дожидаться своей очереди. Ньела, разморенного усталостью начало было клонить в сон, как вспомнилась одна забавная вещь. Да, интересной должна предстоять картина, и этого он просто не может пропустить. Девчонка по своей резвости забыла прихватить сменную одежду, и он не стал ей об этом сообщать. Пусть это будет его маленькой местью за все едкости керхийки. С волком жить - по-волчьи выть, не так ли гласит старая мудрая пословица?
   Как только Аиль увидела недавно приготовленную горничной для клиентов лохань с горячей водой, пахнущей мелиссой, девушка забыла обо все на свете. Дарящая Смерть кое-как стянула с себя влажную, грязную одежду, отдающую затхлостью той лужи, в которой ей довелось искупаться. Н..да, это будет проще выкинуть чем отстирать. Недолго думая девушка, брезгливо морщась, засунула сей комплект одежды в небольшую печь-обогреватель топящуюся рядом. Пламя счастливо затрещала, поглощая принесенный "дар", а керхийка с чувством выполненного долга погрузилась в ароматную воду. Тепло, хорошо, что еще для женского счастья надо? "Красавца-эльфа под боком"- подсказал ехидный внутренний голос. "А не много ли ты хочешь, а? Пускай это остроухое дополнение к красивой жизни спит себе где-нибудь на полу и мне не мешает" - возразила девушка, расслабляясь в животворящей воде. Вдоволь наплескавшись часа с пол, Аиль с сожалением вылезла из остывшей воды, с удивлением наблюдая, как вода самоочищается, становясь кристально чистой и горячей, как и была до нее. Уж что, что, но дорогущую магическую лохань девушка не ожидала увидеть в обыкновенной захудалой придорожной корчме. Не иначе, как какой-то заезжий маг-стихийник был в хорошем настроении и наложил сии чары. Аиойель насухо обтерлась небольшим махровым полотенцем и глянув на крючек на который обычно вешалась сменная одежда, вспомнила одну важную деталь....
  
   Заскучавший эльф уже и не надеялся дождаться керхийку, когда из-за занавески раздался приглушенный мат, оповестивший о том, что девчонка обнаружила отсутствие сменной одежды. Ньел нагло ухмыльнулся в предвкушении того, что сейчас должно произойти. Интересно, она в грязную одежду залезет или полотенцем закутается? Второй вариант эльфу был как-то больше по душе. И его возлагаемые надежды оправдались. Через минуту серая шторка откинулась и вышла Аиойель, зло сверкавшая глазами. Сотник онтарской баталии мечников даже на локоть приподнялся, чтобы получше рассмотреть представшее перед ним зрелище. Стройное тело девушки слегка прикрывало банное махровое полотенце. Капли воды на коже серебряного оттенка казались драгоценными камнями, переливаясь мириадами блесток. Худенькие обнаженные ножки уже начали покрываться пупырышками. Прохладно тут. Узкие ладошки придерживают полотенце, дабы не слетело и не обнажило самую интересную часть, столь тщательно скрываемую от посторонних глаз. Влажные длинные волосы черным пологом рассыпались по плечам и спине Аиль. Маленькая, женственная, несомненно красивая. Вот только на узком личике читается явное недовольство происходящим. Грубая реплика, небрежно брошенная эльфу, заставила его спуститься с небес на грешную землю:
   -- Что уставился? Ванна свободна. - Аиль повернулась к эльфу спиной, показывая, что больше не намерена это обсуждать, и принялась рыться в дорожной сумке, выуживая из ее недр сменный комплект одежды.
   Да, хороша была девчонка. Ньел даже залюбовался, но, как известно хорошее слишком быстро кончается. Еще раз пробежав взглядом по точеной фигуре девушки, эльф привстал, намериваясь отправиться в ванную комнату. Капли на холодном паркете, напоминавшие расплавленное серебро привлекли внимание мужчины. Ему хватило и доли секунды, чтобы понять, что это такое. Кровь керхов была необычной на вид и даже немного завораживающей своими переливами. Серебряные капли тянулись по всему полу от серой занавески, прикрывавшей ванную комнату до лавочки, на которую присела девчонка.
   -- Снимай полотенце, быстро! - приказным тоном объявил эльф, дотягиваясь до своей сумки, чтобы достать необходимые для промывки ран снадобья.
   -- Что-о-о???? - раздраженно прошипела керхийка, сузив серебряные глаза-бусины.
   -- Я сказал живо! У тебя вся спина в крови и на паркете капли, если ты еще не заметила! - разозлился Ньеллен, привыкший к четкому исполнению отдаваемых приказов. Девушка недоверчиво коснулась одной рукой до позвоночника, а другой, придерживая драгоценное полотенце. Выражение лица Дарящей Смерть переменилось на удивленно-растерянное, когда она увидела на кончиках пальцев серебристую жидкость.
   -- Сиди тут, я пока некоторые мази и заживляющий отвар достану. - Бывая в десятках сражениях, эльф уже наизусть выучил рецепты заживляющих эликсиров и способы их применения, поэтому ему не составило особого труда найти пару нужных баночек. Подойдя к Аиойель, испуганно хлопавшей густыми ресницами Ньеллен немного приспустил полотенце, слегка обнажая спину девушки. Так и есть. Охотник за силой не преминул воспользоваться шипом Ахтанго, тайным оружием подобных темных личностей, вонзив его в спину девушки специальным заклинанием. При попадании в тело, он обезболивает поврежденный участок, но выпускает яд, содержащийся в капсуле внутри шипа. Таким образом, получается, что противник постепенно слабеет и теряет силы, даже не догадываясь о наличии в своем теле такого вот тайного оружия. Аиойель повезло больше, шип не до конца проник в тело девушки, застряв под левой лопаткой, так и не выпустив свой яд
   -- Что там? И почему я не чувствую боли? - не вытерпела Аиль, вертя любопытной головешкой.
   -- Да не вертись ты! Шип Ахтанго под лопаткой застрял. Не шевелись, я его попробую вытащить. - Сказал Ньел и резко дернул, вытаскивая шип и прикладывая льняную тряпочку, смоченную очищающей травяной смесью.
   -- Ой! Какого черта ты так резко? - взвизгнула Аиль вздрагивая всем телом.
   -- Ты бы предпочла, что бы я выкручивал его постепенно? - уточнил Ньеллен - Я конечно догадывался, что ты садистка, но что бы еще и мазохистка! - добавил он с ложным удивлением, приподняв левую бровь. Дарящая Смерть только что-то неразборчиво прошипела в адрес отдельно взятого эльфа, но тот пропустил сии заявления мимо своих острых ушей.
   -- Терпи, терпи, Дарящая Смерть, сейчас еще мазью софийника помажу, которая останавливает кровь, и можешь гулять. - невозмутимым видом бывалого лекаря сказал эльф.
   -- Софийник???? Ты... А-а-а-а-а-а-а-а-а!!!! Садист!!! - резкая боль охватила поврежденную область после того как холодные пальцы эльфа нанесли мазь на спину девушки. Да, коварная эта мазь. Обладая хорошим заживляющим эффектом, она в первые секунды после нанесения доставляет раненому дикую боль.
   -- А, что ж ты хотела то? Здоровье, как и красота требует определенных жертв. - хмыкнул наглый эльф.
   -- Гад ты, хоть и благородный - обижено буркнула керхийка. Ньеллен только пожал плечами и, взяв смену одежды из своей дорожной сумки, направился к ванной комнате.
   Аиойель переодевшись и расчесав длинные влажные волосы свернулась калачиком на довольно широкой лавке, закутавшись в шерстяное одеяльце с кучей заплаток. Что ж, если ночевать в таких условиях, то надо вовремя занять лучшее место! Эльф вышедший из ванны устало зевнул, думая о том, что неплохо было бы и поспать. Но тут его эльфийский взор узрел непринужденно дрыхнувшую керхийку, нагло развалившуюся на всю небольшую лавочку.
   -- Эй, красавица, я что-то не понял! А уступить или поделиться ..хм... кроватью с бедным уставшим путником не желаешь? - громко воскликнул Ньел, опешивший от такой наглости.
   -- Не желаю. Ты же у нас благородный рыцарь, так будь добр уступить даме ... эм... кровать, как ты выразился. - сонно промурлыкала Аиль нежным голоском, переворачиваясь на другой бок и натягивая одеяло на голову.
   -- Вот и сделай леди доброе дело, век благодарности не дождешься - проворчал Ньеллен и вышел в коридор, хлопнув дверью. Пухленькая горничная с рыжеватыми, подвязанными лентой кудрями, выслушав просьбу эльфа о том, что он желает еще одно одеяло и подушку, мигом умчалась выполнять господскую прихоть. Вернувшись в комнату, Ньеллен застал Аиль сидящую на кровати и нервно потирающую порез на спине.
   -- У тебя обезболивающее есть, а то болит жутко и заснуть не получается? - спросила Аиойель у эльфа.
   -- Есть, сейчас еще раз помажу, - согласился Ньел и полез за снадобьем в сумку.
   Керхийка, решив, что за всю свою жизнь Ньеллен видел и не такое, беззастенчиво сняла рубашку и повернулась к эльфу спиной, подставляя пострадавшее место. Ньел только пожал плечами и нанес на льняную тряпочку обезболивающую смесь. Как только лекарство соприкоснулась с раной, то Аиль сдавлено пискнула. Свет в который раз мигнул и окончательно погас. В этот самый момент отворилась дверь, рыжая горничная ойкнула и пробормотала извинения и выбежала из комнаты. Дарящая Смерть раздраженно бросила силовой вспышкой в магический кристалл, заставляя тот загореться снова. Эльф же прыснул со смеху и повалился на кровать не в силах сдерживать рвущийся хохот.
   -- Чего ржешь, как лошадь? - нахмурилась Аиль так ничего и не поняв. Наконец вдоволь насмеявшись эльф кое-как сел и со смешинкой в глазах цвета морской волны посмотрел на керхийку:
   -- Стонать надо было поменьше, может горничная бы и не подумала, что мы все таки уместились на одной кровати. - Ньел ожидал, что сейчас последуют громы и молнии после его заявления, но Аиль вопреки его ожиданиям только улыбнулась и тоже захихикала.
   -- Она подумала, что мы ну... любовью занимались? Я с тобой? Ой не магу.... - выдавила девушка в приступе смеха девушка, держась рукой за живот и утирая выступившую слезу. - Иди забери свои одеяло и подушку у той девушки, которая от испуга забыла их оставить. - напомнила Аиль эльфу. Дождавшись когда дверь за ним закроется Аиойель все же откинулась на узкую кровать, напоминающую лавочку и решив, что список гадостей, подкинутых злодейкой судьбой на сегодня окончен и следующий день обязательно будет лучше. Ой, зря она так думала, ведь эта самая злодейка судьба только начала входить в свои права...
  

***

   -- Иди отсюда, девка, по-хорошему! Где ж это видано, чтоб человеческая баба вместо того чтобы есть варить да детей рожать в армии служила! - заржал толстый лоснящийся мужичек, заведующий в приемной комиссии, в то время, как его собеседница зло сузила глаза и сжала ладошки в маленькие кулачки.
   -- Если у меня между ног ничего ходить не мешает, то это не означает, что я не могу стать лучником на смотровой башне! Эльфийкам и дриадам же можно, чем я хуже? - прямо воскликнула невысокая шестнадцатилетняя девушка в запале нахлынувшей злости от такой явной несправедливости. Лицо мужика на минуту нахмурилось, отражая упорную работу мысли. Анири устало закатила темно-карие глаза, поражаясь тугоумию данного субъекта, но тут выражение его лица сменилось на гневно-яростное.
   -- Ты, девчонка, еще и дерзить мне смеешь? - возмущенно провопил начальник приемной комиссии, видимо сочтя ту реплику оскорбительной для его высокого достоинства. - Да я тебя... - замахал руками мужик, пытаясь изловить окаянную девку, которая оказалась на удивление верткой, - Вон отсюда, ведьма проклятая!!!! - прокричал он убегающей вприпрыжку девице.
   -- Ведьма, значит! ну нечего, они еще все заговорят о лучнице Анири, как о герое! - тихонько пробормотала девушка, идя по одной из узеньких улочек Онара, маленького городка с мощной крепостной стеной, которая, кстати, и привлекла юную лучницу своими бастионами. Покинувшая Степной Край ради осуществления мечты всей жизни стать воином в легионе лучников какого-нибудь из городов объединенного царства Разумных Рас, Анири уже месяца два скиталась из города в город, в который раз получая в ответ принципиальное "нет" в военной приемной комиссии. Вот не повезло же женщиной родиться! Больше всего девушку раздражало то, что в такое страшное время, когда угроза нападения со стороны варваров висит свинцовой тучей над городами Разумных Рас, делают различия между мужчинами и женщинами при наборе добровольцев в резерв сил обороны крепостей. Конечно если женщина расфуфыренная барышня, привыкшая к ватаге служанок и красивой жизни в хоромах, то и не место ей на смотровой башне. Но ведь она, Анири, выросла в Степном Крае, месте для тех, кто имеет хоть каплю оборотневской крови в своих жилах. И там всех детей обучают с детства стрельбе из лука и владению холодным оружием! С этими мыслями девушка добралась до базарной площади, где как раз проходила какая-то ярмарка. Анири искоса глянула на торговые ряды и решив, что не плохо было бы и едой раздобыться. Вот только из денег всего один медяк.... Но это не проблема для оборотня-полукровки в третьем поколении, утратившим вторую ипостась, но не природную верткость и ловкость рук. Встряхнув темно-каштановыми волосами, едва достигавшими лопаток, девушка глубоко вздохнула полной грудью и уверенной походкой направилась к рынку. Если воровать, то воровать уверенно и с достоинством!
   Ярмарочные торговки на разные лады зазывали покупателей не хуже диковинных птиц. И каждая уверяла, что ее товар самый лучший, да и цена самая низкая. Только вот за качество никто поручиться не мог. Кругом шныряли рыночные шустрые воришки, норовившие стащить кошелек у зазевавшегося путника. После того, как один взъерошенные парнишка попытался "незаметно" залезть к Анири в карман и пошарить там, на предмет завалявшейся монетки, но нарвавшись на оплеуху, к девченке-оборотню, сумевшей изловить самого шустрого карманника на этом рынке, больше не лезли. "Хм.... Не видели эти неудачники настоящего мастера воровского дела в действии" - пронеслось у девушки в голове и едкая улыбочка расплылась по ее губам. Выросшая в степях и с детства ведя кочевой образ жизни, Анири не понаслышке знала, что такое голод и где можно раздобыть себе еду в этот период. В близлежащих деревнях редко случались неурожаи в отличии от родного девушке поселения кочевников, и поэтому там амбары и рынки были всегда переполнены различными овощами, зерном и прочими съестными запасами. Сначала Анири просто ходила со старшими братьями на такие ярмарки и набиралась у них воровского опыта, наблюдая со стороны за тем, как Крет и Айран открыто и непринужденно улыбаясь торговкам украдкой клали в заранее приготовленную сумку с потрясающей ловкостью стащенные с прилавка продукты. Если не знать, что практически все оборотни и неважно полукровки они или нет наделены таким даром, то можно было бы подумать, что здесь замешана магия. Девушке вспомнился свой первый подобный опыт, когда она будучи еще шестилетней девчонкой стащила свое первое яблоко и с гордым видом продемонстрировала свой трофей Крету под ободрительный присвист Айрана. Где ж сейчас ее любимые братья, в компании которых прошла большая часть ее детства? Крет сбежал в неизвестном направлении с дриадой, которой он приглянулся под анафему родителей, не признававших этого брака. Айран по исполнении семнадцати лет покинул отчий дом, вознамерившись поступить добровольцем в военный резерв сил какого либо города. Между делом девушка добралась до продуктового ряда, где народу было больше всего. Что к лучшему - проще будет затеряться в случае неудачи. Что нужно прежде всего? Правильно, хлеб. Подойдя к лавке с хлебобулочными изделиями, оборотень-полукровка окинула продукты своим зорким взглядом, намечая цели. Так, сейчас главное отвлечь торговку, мощную дородную тетку. Состроив самое жалостливое выражение лица, на которое была способна девушка, она обратилась к тетке.
   -- Уважаемая госпожа, вы не видели такого рыженького мальчишку проскочившего куда-то в этом направлении минут пять назад? - с большой долей трагизма в голосе спросила Анири, указывая пальцем направление, куда смылся вымышленный "братец". Тетка, польщенная таким высоким обращением, посмотрела в сторону куда указала Анири и поглядев по сторонам упустила момент, когда хитрая девушка запихнула в дорожную сумку здоровый каравай.
   -- Не расстраивайся, милая, - обратилась торговка к Анири, решив, что та сейчас расплачется, - иди к кондитерскому прилавку, в-о-о-он там он, и поищи может там твой братик и затесался. - показала пальцем доверчивая тетка на прилавок с различными вкусностями, который потерялся в толпе детворы. В этот момент девушка не удержалась и закинула в сумку еще и толстенький румяный пирожок.
   -- благодарю вас, добрая госпожа, вы очень помогли - всхлипнула Анири и выдавила натянутую улыбочку. Под умиленным взглядом дородной тетки, которая даже и не подозревала о пропаже, хитрая девчонка удалилась в указанном направлении. Подобным образом девушка облапошила еще нескольких торговцев, набрав полную сумку провизии. Хитрость, сестра таланта. А если еще это смешано нечеловеческой пронырливостью и коварной натурой, кроющейся в шестнадцатилетней девчонке.... С чистой совестью выполненного дела девушка пошла с рынка быстрой походкой к выходу из города. Осталось забрать только лук со стрелами да ездовую рысь, которые пришлось оставить стражнику-эльфу, отказавшемуся пропускать вооруженную до зубов девицу, да еще и с дикой кошкой в придачу. Объяснять, что киска не дикая, а ручная эльфу было бесполезно, поэтому, недолго думая, Анири оставила оное животное на нарвавшегося, сам не ведая на что стража.
   У крепостной стены города Анири застала такую картину. Эльф с черными волосами, убранными в хвост, пытался отделаться от ластившейся не хуже котенка к его ногам рыси, привязанной к слишком длинной веревке. Это наглое животное настолько облюбовало бедного стража, сто при приближении своей хозяйки спряталось за ногами эльфа, что означало "сама иди к черту на кулички, а мне и тут не плохо". Вот и корми это неблагодарное животное стащенными мясными вырезками.
   -- Да, милый у тебя котик, - усмехнулся эльф, вручая девушке ее лук и колчан со стрелами, - Что такая кислая то? Не приняли в легион лучников? - Анири кивнула, вспомнив, что при входе в город сообщала цель своего визита.
   -- Да ты, девчонка, не расстраивайся! Езжай в Онтаро, там всех принимают, и женщин тоже. Гляди, может там возьмут. До него около недели трактом. А вообще оно тебе надо? Ты же девушка.... - как-то тихо закончил мужчина.
   -- Надо не надо, это мое дело. А за информацию спасибо! - улыбнулась девушка на прощание, запрыгивая на рысь.
   -- Удачи тебе, юная лучница, думаю, она тебе пригодится... - задумчиво сказал страж в спину удаляющейся девчонке, но Анири этого уже не слышала. Выехав на тракт, девушка покрепче вцепилась в кошачью спину, приготовившись к лихой скачке.
   -- Ну что, Фельк, в путь!- Поджав ногами бока кошки, крикнула девушка. - Как же это я сразу-то про Онтаро не вспомнила? Там же положение ИНОЕ... поэтому туда действительно БЕРУТ ВСЕХ. - продолжила она, обращаясь неизвестно к кому.
   Пегая рысь несла на своей спине девченку-полукровку, в лицо которой хлестал ветер перемен. У нее тоже начиналась новая жизнь.
  

****

   Утром Дарящая Смерть Аиойель проснулась рано. Наверное, это сказывалась жизнь в казармах Лиги Равновесия, где побудка происходила с первым лучом солнца. Потянувшись, девушка открыла глаза и села на кровати, напоминающей лавку. Поскольку в комнате не было окон, стояла кромешная тьма и понять, что на дворе ранее утро можно было только по суете горничных в коридоре, чьи нервные шаги то и дело проносились мимо двери. Девушка прищурилась, как кошка, разглядывая обстановку. Если бы кто видел ее со стороны, наверное, испугался и выскочил с воплем из комнаты. Особое устройство глаз у керхов, выраженное отсутствием зрачков в человеческом понятии, позволяло рассмотреть мельчащие подробности даже в самую темную ночь. Если очертания Аиль в темноте угадывались с трудом, то на месте ее глаз светились две серебряный точки. Аиойе6ль обвела стены комнаты задумчивым взглядом, сфокусировавшись на эльфе, мирно посапывавшем на спальнике, расстеленном на полу. Словно ощутив на себе пристальное внимание, Ньеллен перевернулся на другой бок и натянул повыше одеяло. Девушка поднялась с кровати и на носочках тихонько подкралась к мужчине и присела около него. Ее распушенные длинные волосы защекотали лицо эльфа, но тот вопреки всем суждениям о нечеловеческой чуткости эльфов, способных уловить даже шорох издаваемый мышью за за версту, даже не пошевелился, продолжая умиротворенно спать. Хотя его лицо выглядело настолько серьезным, что казалось достаточно сделать неверный шаг, как окажешься под клинком серебряного кинжала эльфа, рукоять которого он зажимал в правой руке.
   -- Эй, ушастый, ты дрыхнешь? - прошептала Аиль. Но мужчина с расплатившимися по подушке волосами цвета свежевыпавшего снега даже не пошевельнулся.
   -- Ну это и к лучшему, - девушка наклонилась к лицу эльфа и легонько чмокнула его в шоку, - Спасибо тебе... за все. - как-то грустно добавила Аиль и схватив свою дорожную сумку, приготовленную с вечера тихонько прокралась к двери на ходу заплетая волосы колоском. Хлипкая дверь на прощание скрипнула, но девушка не оглядывая пошла к лестнице. Обеденный зал уже кипел жизнью. Как оказалось утро было не совсем и ранее, петухи пропели еще где-то около часа назад. Разносчицы спешили отнести завтрак первым посетителям. Из кухни разносились ароматные запахи, пекущихся в печи булочек. Пожилой корчмарь, громко отчитывал девку-разносчицу за ночные гуляния на сеновале. Каждый был занят своим делом, поэтому практически никто не заметил Аиль проскочившую к выходу.
   Пронизывающий холодный ветер, остаток ночного буйства стихии, обжег своим ледяным порывом лицо девушки. Аиль вздрогнула и натянула капюшон поглубже. Сейчас она была похожа на нахохлившегося воробья, и ничто не навевало мысли о том, что эта хрупкая девчонка некогда являлась Вожатой Дюжины грозного клана Дарящих Смерть. На деревенской дороге, изрядно поливаемую ночными ливнями, образовались колдобины пополам с размокшей грязью, которую месили проезжающие мимо повозки с торговцами, спешащими занять себе место для предстоящего ярмарочного торга. Дождь прекратился еще ночью, оставив на последок мелкую морось, смешивающуюся с легким утренним туманном. Даже не сказать, что сейчас начало зарева (августа), все это напоминало скорее середину осени, разве что кроны деревьев еще не успели пожелтеть и скинуть листву. Сырость, грязь и холод, пробирающий до костей, заставили керхийку ускорить шаг. И тем более Аиойель не хотела продолжить свой путь на своих двоих до самого Онтаро. А что для этого надо сделать? Правильно. Купить лошадь. Только вот денег не шибко много, придется торговаться.
   По пути до центральной площади, где не свет ни заря начинал свою работу Живой Закуток, Аиль отметила, что не смотря на столь ранний час деревенька начала свою повседневную жизнь. Конечно же, по утру не стоял такой гомон, какой обычно бывает в выходной день на деревенской ярмарке, но все же деревенька начинала свою повседневную жизнь. Купцы выставляли свой товар, зорко вглядываясь по сторонам в поисках воришек, которые как известно не дремлют. Были слышны разочарованные вздохи и приглушенная брань торговок, заметивших такие же предметы обихода, выставленные на прилавок с подписанным ценником, у своего соседа по торговому ряду. Ремесленник с крупными чертами лица и кудрявыми русыми волосами с повышенной аккуратностью выставлял на продажу различные хрупкие плетенки из бересты. Мужчина безразлично окинул взглядом, прошедшую мимо Аиль, не узрев в ней своего клиента. Наконец пробравшись к концу еще практически пустынного ряда Аиойель приметила прилавок с уже разложенным оружием. Что может быть интересней для воина, чем блеск мечей, ножей и кинжалов, отливающих серебром? Поэтому керхийка сама не заметила, как ноги сами принесли ее поближе к прилавку. Стройная дриада, увидев интерес девушки, принялась рекламировать якобы эльфийские мечи, отлитые из чистого серебра. Аиль еще раз прошлась взглядом по мечам и разочарованно вздохнув, напомнила себе, что денег едва хватит на покупку самой хиленькой лошаденки. Живой закуток находился ровно за углом и представлял собой что-то вроде навеса, под которым в ряд стояли жеребцы, привязанные к деревянным столбам. Аиль восхищенно застыла, любуясь выставленными, как на подбор, самыми лучшими конягами со всех близлежащих городов и деревенек. Были тут и белоснежные эльфийские лэй'энги с шикарной кудрявой гривой, и Антерхи дроу угольно-черного с окраса короткой остриженной гривой и длинными сильными ногами, чистокровный верховой специально предназначенный для людской расы жеребец ковырял копытом настеленное сено. Гордо глянув на подошедшую Аиль, темно-каштановый жеребец тряхнул гривой и разочарованно устремил взгляд куда-то вдаль, разве что не сплюнул. Жаль, не было тут фертхала, который обязательно бы раскинул вороные крылья, как бы демонстрируя свое недовольство тем, что такое высокое животное находится в общем стойле с бескрылыми конягами. Пройдясь еще раз по ряду с жеребцами Аиль остановила свой взгляд на человеческом верховом, который заметно выделялся своей простотой на общем фоне красавцев-скакунов. Жаль денег мало, иначе можно было бы позволить такое дорогое удовольствие, как антерх. Великолепный смоляной скакун, мог выдержать и продолжительную дикую скачку. Только вот и стоят они под триста золотых монет. Не слишком то и дешево, особенно в условиях, когда каждая монетка на счету. Но и темно-каштановый жеребец не выглядел клячей. Довольно крупный конь, только, что низенький, специально рассчитанный на человеческий рост. Да и стоит сравнительно дешево. Всего сотня золотых. "Сотня! Золотых! Разве это "дешево"???" - вопил внутренний голос Аиль. Но что делать, приготовив кошель, керхийка позвала продавца. Толстенький мужичек незамедлительно соизволил явиться.
   -- Отличный выбор, госпожа. Вы не пожалеете об этом. Этот жеребец на удивление вынослив, может проскакать без остановок около 300 верст! - несколько запоздало принялся он нахваливать жеребца, то и дело бросая алчный взгляд на кошель Дарящей Смерть. Кому скажи, что благородная керхийка опустилась до обыкновенного верхового жеребца - засмеют ведь. Хотя, это лучше, чем вообще беспородная кляча Фиалка. Девушка обреченно вздохнула и потянулась за золотыми монетами. Как раз в этот момент что-то юркое промелькнуло под носом керхийки и воспользовавшись растерянностью Аиль выбило из ее рук кошель. Рыночный воришка хотел было скрыться, как неожиданно негаданно оказался зажатым в чьих-то жестких руках. Взъерошенный пацан продолжал верещать и брыкать ногами, норовя вырваться, но тем не менее продолжая зажимать в руке свой воровской трофей, кошелек Аиойель. После того, как пленник попробовал укусить своего противника, железное кольцо рук сжалось еще крепче. Далее в ход пошли всевозможные ругательства, но и они не слишком то и помогли, поэтому рыжий веснушчатый паренек понял что вырываться бесполезно, выкинул кошелек и приподнял голову с самым жалостливым видом пытаясь рассмотреть того, кто его держал. Белоснежные длинные волосы, гладко уложены и открывают острые уши. Глаза цвета морской волны зло сощурены. Лицо с тонкими аристократическими чертами лица застыло в гневной гримасе. Эльфы никогда не любили воров, расправляясь с ними как можно жестче нежели, чем люди или прочие расы. Аиль никак не ожидала увидеть здесь Ньеллена. Он же еще пятнадцать минут назад тихо мирно сопел на постеленном матрасе! Эльфы, чтоб их.... Но тут мысли девушки прервал тонкий жалостливый голосок.
   -- Господин, пооожааалуууйстааа, отпустите меня..... Я ведь не со зла, меня матушка больная дома ждет, а есть нечего.... Принялся давить на жалость малой, но не сильная затрещина, отвешенная эльфом свободной рукой прервала эти рулады, рассчитанные на сердобольных дураков.
   -- Ты, что меня, воровское отродье за идиота принимаешь? Это ты будешь страже говорить. - прошипел эльф. Пацан уже заливался слезами, проповедуя о тяжкой воровской доле. Тут Аиль не выдержала. Даже будучи Вожатой Дюжины, Аиль не переносила, когда на ее глазах плачут дети. Пускай они оборванцы и воры, но все же это дети. Еще свежа была в памяти та страшная ночь, когда будучи еще десятилетним ребенком юная Дарящая Смерть рыдала на развалинах города, который смела дикая варварская сила. Там были погребены под развалинами смотровой башни близкие Аиль люди, друзья, отец... Именно он в момент нападения запер ее в погребе, а сам ушел на крепостную стену, как и все мужчины, для того чтобы не вернуться... А потом появились Дарящие Смерть во главе с Вожатым Двух Дюжин, оборотнем Арноном. Но было слишком поздно.
   -- Ньел, отпусти его. Пожалуйста.
   --Что? - от такой неожиданности эльф на секунду ослабил хватку и незадачливый воришка вырвался из стальных объятий, метеором выскочив на торговую площадь, где благополучно затерялся в толпе. Лицо Ньеллена приобрело поистине страшное выражение. Нет, его черты лица так и остались прекрасными в своей утонченности и неповторимости. Не один мускул не дрогнул, но глаза приобрели такой ледяной взгляд, казалось, что даже выцвели немного, став похожими на кусочки льда. Эльф был настолько зол, что у Аиль даже проснулся померший смертью храбрых лет так цать назад инстинкт самозащиты. Внутренний голос керхийки, некогда молчавший даже в самых накаленных ситуациях сейчас вопил хуже взбешенной баньши о том, что нужно схорониться где-нибудь до лучших времен. Где? Да хоть за в-о-о-он за той каурой лошадкой. Пойди разбери этих эльфов, что у них на уме. Сейчас стоит вроде бы спокойны с виду, а через минуту дубинкой какой-нибудь огреет.. Но тут Аиойель взяла себя в руки вспомнив, что не абы кто, а вроде как Дарящая Смерть, правда без звания, но это не суть как важно.
   -- Дырку просверлишь. - буркнула керхийка и расплатившись с продавцом, отвязала через чур резвого коня и направилась к выходу.
   Эльф прошипел какое-то заковыристое ругательство на эльфийском (кстати ошибочная информация, что в эльфийском не имеется ругательств, очень даже и имеется, правда звучат они красиво и от комплимента, не зная сего языка, не отличишь), проклиная тот день когда встретил эту ненормальную девчонку. Из-за нее это воровское отродье улизнуло. Но открыто обвинять девушку было ниже его благородного достоинства. Кстати куда делась эта оторва? Ведь секунду назад же вышла с Живого закутка, а уже и не видать. А ну и альерх с ней. Ньел встряхнул своими белоснежными волосами и направился в сторону продуктового ряда. Путь предстоял еще довольно длинный.
   Аиойель пересчитала золотые монетки в кошеле, оставшиеся после покупки жеребца и съестных припасов. Н..да, не густо.
   --Всего пять золотых и три серебрушки! Если на дорогу в лучшем случае и хватит, то на месяц службы в Онтаро точно нет. Эх, не пропадать же - придется оформлять новые условия работы. Услуги Дарящей Смерть требуются? Пожалуйста, только будьте добры жалование вперед предоставить. Правильно, Урен? - пожаловалась Аиль жеребцу, которого вела за поводья. Урен, таково теперь было его новое имя, естественно промолчал, только недовольно фыркнул.
   -- Эх ты, лошадь, чтоб ты понимала? - вздохнула девушка, подходя тракту, ведущему на смешанный город. Погода меж тем начинала распогоживаться. Ветер стал менее резким и холодным, морось прекратилась. Однако жары не наблюдалось, но оно и к лучшему, наверное. Кое-как забравшись в седло жеребца (хорошо конь попался низкорослый и объезженный ) Аиль сжала конские бока ногами. Урен пустился легкой рысью по тракту. Но не успела она отъехать от Кеток и полверсты, как услышала цокот копыт за ее спиной. Лучше бы керхийка не оборачивалась, так как там был все тот же белобрысый эльф.
   -- Ты меня что, преследуешь? - воскликнула Дарящая Смерть.
   -- Хм... сдалась ты мне - Ньеллен прошелся оценивающем взглядом по хрупкой фигурке - мне через полторы недели приказом главнокомандующего нужно прибыть в Онтаро.
   -- Мне тоже... - обреченно промямлила Аиль, а в мыслях продолжила: "О милосердная Ирина за что ж ты так? Ты же богиня мира и справедливости! Зачем же ты мне подкинула этого? Ну разве это справедливо? Хотя чего я тебе молюсь... тебя же все равно в нашем мире нет."
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   .
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Б.лев "Призраки Эхо"(Антиутопия) Ю.Кварц "Пробуждение"(Уся (Wuxia)) Д.Игнис "Безудержный ураган 2"(Уся (Wuxia)) Н.Александр "Контакт"(Научная фантастика) Н.Самсонова "Отбор не приговор"(Любовное фэнтези) Е.Азарова "Его снежная ведьма"(Любовное фэнтези) В.Пылаев "Видящий-5"(ЛитРПГ) А.Робский "Охотник: Новый мир"(Боевое фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"