Анна Егорова: другие произведения.

Аш

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь] [Ridero]
Реклама:
Читай на КНИГОМАН

Издавай на SelfPub

Читай и публикуй на Author.Today
Оценка: 10.00*5  Ваша оценка:
  • Аннотация:
      Каких-то шесть лет назад Лейтон превратился в самостоятельный город-государство, закрытую территорию со своим законодательством. Часть граждан переехала, часть - осталась, привыкая к новому укладу жизни. Я относилась к первой категории, но однажды мне пришлось вернуться в родные края, и меньше всего я желала встретить там бывшего мужа.
      
       P.S. от автора-любителя: история пишется в подарок и пишется очень долго. Обещала написать и выложить, а обещания надо выполнять. Главы короткие, но не могу иначе. Выкладываю по кусочкам, иначе я могу забросить это дело и оставить все на бумаге. Повествование идет от первого лица, поэтому я застряла в "я, ты, он, она, вместе целая страна". Государства, города, правила выдуманы, не имеют никакого отношения к реальности.


  
1.
  
   Я искала его во всех городах. Не знала ни имени, ни внешности, ровным счётом ничего, кроме того, что запомнило обоняние. Иногда казалось, оно обмануло меня и усилия направлены на поиски того, чего в природе не существует. Я уверовала в это, пока однажды не почувствовала знакомый аромат в супермаркете. Оглянувшись по сторонам, увидела десятки мужчин, подходить к которым с вопросом о названии парфюма было бы глупо даже в рамках выдуманного соцопроса. И вот сейчас, находясь в кабинете замначальника пограничной службы Лейтона, я наслаждалась терпким ароматом, витавшим в воздухе. Мда, а я искала его во всех городах.
   - Рин, ты позвонила, чтобы подышать в трубку?
   - Нет, мам, прости.
   - Как ты?
   - Встретила его.
   - Кого? - послышалось с другого конца провода.
   - А ты как думаешь?
   - Перестань говорить загадками.
   Я улыбнулась и покачала головой. Неужели за столько лет невозможно запомнить, о ком идет речь? Ведь "он" всегда был один, даже когда я собрала себя по кусочкам, даже когда вышла замуж во второй раз. Всё тщетно. Чем больше бежала, тем сильнее хотелось назад, в ту жизнь, которую сама же и разрушила. Я запуталась, блуждала в лабиринте уже который год, и не было у пути ни конца ни края. А еще я устала, страшно устала от любви на вырост.
   - Тебе дали разрешение на выезд? - переключилась мама на другую тему.
   - Нет еще. Ладно, мамуль, мне пора. Позвоню, когда всё решится.
   - Береги себя и заканчивай уже со всем этим.
  
   Я нажала на отбой и поздоровалась с вошедшими в помещение мужчиной и девушкой. С ними мне предстояло подписать разрешение на работу и документы на выезд. Мужчина коротко кивнул и уселся за стол. Девушка оказалась приветливее и, представившись Юлией Александровной, принялась задавать стандартные вопросы, касающиеся моей автобиографии, жизненных целей, позиций, причин переезда на новое место жительства. Когда она коснулась личной жизни, мне безумно захотелось остановить допрос. Аргумент был весомым: вряд ли в моих бывших отношениях есть тайны, о которых нельзя распространяться за рубежом.
   - Вы видитесь со вторым супругом?
   - Иногда. С ним я была самой собой. Абсолютно, на все сто процентов. Не боялась быть нелепой, непонятой. Никогда ему не лгала. Знаете, он был...
   - Свой человек?
   - Можно и так сказать.
   - Но всё же развелись.
   - Ну, карма у меня такая.
   Я засмеялась, а тело начала сотрясать мелкая дрожь, будто в помещении стало холодно.
   - А вообще не стоит связывать себя брачными узами с другом, - продолжила я. - Сначала все кажется слишком простым, естественным. Никто не давит. Но однажды просыпаешься и понимаешь, куда себя загнала: чувств нет, лишь ипотека на двоих.
   - В первый раз было иначе?
   - Давайте закончим с самокопанием.
   - В первый раз было иначе?
   - Да.
   - Тогда почему расстались?
   Вопрос ударил под дых, словно я не ждала его. Казалось, время замедлило свой бег и встало в очередь за откровением. Покаяние, вот что должно было быть ответом на вопрос. Мне стоило рассказать всё здесь и сейчас, выплеснуть наболевшее и еще раз столкнуться с ошеломляющей реакцией.
   - Просто, - я сглотнула подступивший к горлу ком, - он меня не знает.
   Коллега Юлии, задумчиво рассматривавший до этого какие-то графики и чертежи, оторвался от своего занятия, резко встал и, схватив меня за руку, вывел из кабинета.
  
   Мы шли по длинному узкому коридору. Точнее, не шли, а бежали. Ты крепко держал меня за запястье, не больно, но так, что невозможно было вырваться и сбежать туда, где максимально безопасно. Остановившись и открыв картой-ключом массивную железную дверь, ты втолкнул меня в просторную комнату. Голые серые стены давили не меньше стоявшей в воздухе духоты. Лишь огромное окно в полстены и то, что ты меня отпустил, давало ощущение свободы. Было приятно избавиться от оков мужской ладони, и я тут же сняла браслет и принялась растирать кожу, озираясь по сторонам. Везде могли быть скрытые камеры, записывающие происходящее в досье или, лучше сказать, компромат.
   - Их нет, - произнес ты, прочитав мои мысли.
   Сразу стало спокойнее. Мы были вдвоём, и я могла без стеснения рассматривать тебя. Одно дело - Интернет, другое - реальность. Да, странно, но мы до сих пор подписаны на страницы друг друга в социальной сети. Я даже заходила к тебе по несколько раз в год. Не знаю, что хотела найти там. Следы нашего неудачного брака или твои новые связи? Последних было в избытке. Маши, Кати, Лены, Светы - лишь малая часть несравненной коллекции миниатюрных брюнеток. Вы мило переписывались под фотографиями и загружали картинки с надписями "Скучаю". Лента новостей пестрила "сладостью", на которую, как мне казалось, ты не был способен. Хотя она и не нужна была мне ни тогда, ни сейчас.
   Зверь в клетке - именно таким ты теперь предстал передо мной, жадно впитывающей каждую чёрточку образа. Похудевший, с легкой щетиной на лице, потухшим взглядом ты привлекал меня так же сильно, как и раньше. Ты был моим до мозга костей. Или не был?
   - Значит, он тебя не знает?
   Смелость тотчас же покинула меня, и я отвернулась к окну. Даже жаль тебя, Артём, ведь я всегда так делала: уходила от разговоров, избегала встреч, молчала, когда нужно было говорить.
   - Значит, он тебя не знает? - повторил ты, подходя ко мне чуть ли не вплотную.
   Я закрыла глаза, чтобы не видеть в стекле отражение: не видеть, как расширяются зрачки твоих глаз, бьется жилка на шее, как пробуждаются чувства, которых я опасаюсь. Меня трясло даже на расстоянии метра от тебя, и всё горело медленно, но верно.
   - Тём, ты слишком близко.
   - Повтори.
   - Ты слишком близко.
   - Не это, другое.
   - Тём.
   - Ещё.
   - Тём.
   - Ещё.
   - Тём.
   - Как же я тебя ненавижу, - выплюнул ты, со злостью ударив кулаком по подоконнику. - Да, хочу. Всю. Со всеми мыслями, чувствами, эмоциями. Но также сильно ненавижу.
  
  
  
  ***
   - Всё ещё утверждаешь, что он тебя не знает?
  - Какая разница, Артём?
   Я ждала реакции на выпад. Хотелось чего-нибудь саднящего, царапающего душу, чтобы можно было легко вернуться в тщательно выстроенную реальность без тебя.
   - О чём думаешь?
   - Мне нужно в душ.
   Ещё один выпад, и слова попали точно в цель. Ты решил, что мне потребовалось смыть каждое твоё прикосновение, каждый отпечаток, оставленный пальцами, губами, колючей щетиной. Но никакая вода не растворила бы то, что давно проникло в кровь и медленно растекалось по венам.
   - Пошла вон, - прошипел ты, продолжая удерживать меня в своих объятиях.
   Что я должна была сделать? Оттолкнуть мучителя, поправляющего подол моего жаккардового платья? Потерять равновесие в борьбе с тем, кто намного сильнее? Я уже стреляла в тебя однажды и расплачивалась чувством вины и страхом перед козырной картой в твоем рукаве. Воспоминания о событиях двухнедельной давности резали сердце без ножа. Перед глазами вновь и вновь всплывали картины того злополучного вечера, когда я оставила тебя одного и трусливо сбежала с места преступления. Ты справился. Ты всегда справлялся со всем, что я вытворяла.
  - Ты меня когда-нибудь простишь? - спросила я, вывернувшись из сладостного плена рук.
   Может, со стороны это и выглядело, как признание моего падения, но хотелось знать, когда мы станем друг для друга... Кем? Просто бывшими, друзьями, знакомыми, никем?
   - А ты как думаешь?
   Я больше не была твоим счастьем. Став катализатором ненависти, потеряла всякое право находиться рядом и боялась, что его обретет кто-то другой. Быть последней - лишь моя прерогатива, как бы эгоистично это ни звучало. Я понятия не имела, как избавиться от чувства собственничества. Оно разъедало изнутри, превращало чувства к другим в кремень. Ни к кому не тянуло. Ты был единственным, кто мог вознести до небес, за секунды опустить до земли и давить, эмоционально давить всем своим существом.
   Прищурившись, ты наблюдал, как я попятилась к двери и выскочила в коридор. Я слышала, как ты звал меня по имени, спускаясь следом по лестнице и преследуя на плацу. Я не собиралась оборачиваться и в спешке села в такси. Мы бесцельно колесили по городу до самого вечера, пока на радость водителя я не назвала адрес твоей бывшей холостяцкой квартиры. Ты запретил мне там появляться, но так и не забрал ключи. Это был шанс не остаться сегодня одной в доме дяди или в безликом гостиничном номере.
   Ты сидел в полумраке кухни и потягивал из бокала какой-то напиток.
   - Разве я разрешил приходить?
   - Нет.
   - Иди сюда.
   Я сделала шаг вперёд, но тут же осеклась и остановилась.
   - Ты должна подходить, когда я прошу, - произнёс ты приказным тоном и, увидев моё замешательство, добавил: - Не волнуйся. Никому не позволено тебя обижать.
   - Кроме тебя самого.
   - Кроме меня самого, - нехотя согласился ты.
  
  
   ***
   - Будешь уходить, возьми в холле пиджак.
   - Боишься, замёрзну?
  Ты хмыкнул и бережно ссадил меня с колен. Потребовалось собрать всю волю в кулак, чтобы не прильнуть обратно, не почувствовать, как под тонкой материей бьётся сердце, не услышать прерывистое дыхание, не любить тебя вновь и вновь.
   Никогда не думала, что можно застрять в человеке и долго искать выход. Раздражали все подсказки, все доводы разума, особенно чужие. Знакомые заделались психологами. Они щедро раздавали советы, считая их истиной в последней инстанции. Не зная и толики происходящего, расписывали алгоритм моих действий, но я не реагировала. Ну или старалась не реагировать, скрывая подлинные чувства под улыбкой. До меня вдруг дошло, что я не хотела от тебя избавляться и мысли об обратном - самообман. Я простонала вслух от осознания того, что ты не нужен был мне лишь наполовину.
   - Что это у нас в карих глазах? Позднее сожаление? - прервал ты ход моих мыслей.
   Нежность вновь сменилась холодностью, издевательской насмешливостью. Я заметила, как ты разрывался от желания задать следующий вопрос и одновременно сомневался в его правильности.
   - Может, у тебя кто-то есть?
   Я рассмеялась тебе в лицо. Как же мы были похожи, знали, что спросить и как, методично причиняли боль и с презрением к себе наблюдали за последствиями.
   В носу защербило, и я почувствовала, как слёзы быстро скатились по щекам. Ты никогда не видел, чтобы я плакала. Моя слабость была для тебя в новинку, но не лишала главного оружия: едких слов.
   - Иди умойся. И если это очередной трюк...
   - Я больше не играю в игры, - бросила я через плечо, направляясь в ванную комнату.
  
   Фреска в виде разноцветного дыма всё ещё украшала одну из стен. Я наносила её по твоему заказу, а потом по твоему заказу вышла за тебя замуж. Лучше бы мы никогда не узнали взаимной лжи, ведь понять правду нам было не под силу. С тех пор, как она выплыла наружу, наше совместное проживание превратилось в муку. Каждый день был похож на молчаливую битву эмоций. Я плохо соображала, когда ты находился рядом, да и вне дома никак не могла стать собой и в конце концов подала на развод.
   Получив повестку, ты рвал и метал, бросался фразами, большинство из которых я пропускала мимо ушей. Казалось, ещё чуть-чуть, и ты сотрёшь меня в порошок. Мой затуманенный мозг подкидывал яркие картины расправы, но реальность оказалась гораздо прозаичнее: ты просто уехал.
  
   - Арин, открой, - настойчивый стук в дверь оторвал от воспоминаний. - Арин!
   - И?
   Я впустила тебя и присела на краешек ванны в надежде, что комната перестанет ходить ходуном.
   - Шмелёва, - ты опустился рядом со мной на корточки и несколько раз нервно провёл по своим светлым волосам, - что-то болит?
   - Ты.
  
  
  

  
2.
  
  
Шесть лет спустя.
   ***
   - Ушибы, царапины, перелом дистального отдела голени, вывих запястья, - ты с силой захлопнул медкарту и откинулся на спинку кресла. - Где взяла байк?
   - В прокате.
   - Давно гоняешь?
   - Пару лет.
   - Много же я пропустил.
   - Переживаешь?
   - Нет. Больше нет, - и, по-хозяйски устроив мою ступню на своем колене, добавил: - Ни по отношению к тебе.
   Я сползла на край кушетки, когда ты, не прерывая зрительного контакта, принялся массировать затекшие мышцы. Блаженное тепло проникло через хлопковую ткань носка и плавно поднималось выше.
   - Я не хочу тебя в своей жизни.
   - Уверена?
   - Определенно.
   - Смело. И что теперь делать: не впускать в свой дом, отказаться?
   Я лишь пожала плечами, всем видом демонстрируя, что это не мой выбор. Не по своей воле я вернулась в родные пенаты, от прежнего существования которых мало что сохранилось. Не по своему желанию попала в эпицентр аварии, а затем - в местную больницу. Откуда мне было знать, что пребывание в Лейтоне не ограничится обычной командировкой? Единственное, в чём сомнения равнялись нулю: неизбежность нашей встречи. Я опасалась её, когда самолёт совершал посадку в аэропорту, когда проходила паспортный контроль, когда оглядывалась по сторонам на привокзальной площади, когда электричка уносила меня на окраину города. Если бы ты только знал, как я не любила возвращаться в прошлое. В нём много меня, той настоящей, верящей в искренность чувств, в вечность "Мы". Каждый раз, когда удавалось избавиться от груза воспоминаний, они удивительным образом находили дорогу назад.
   - Ничего не ощущаю, - выдохнула я, наблюдая, как ловко и быстро ты опустил закатанную штанину моих джинсов.
   - Ибупрофен действует.
   - Я о другом.
   - Думаешь, не понял? Вставай, мы уходим.
   Ты резко отпустил мою ногу и с холодным безразличием заметил, как сложно мне приподняться. Равновесие - не самая сильная моя сторона, и я понимала, что глупо выгляжу, размахивая руками в воздухе, балансируя на грани между самостоятельностью и твоей поддержкой.
   - Поможешь?
   - Не сейчас.
   Ты странно смотрел на меня: сначала просто жёстко, предостерегающе, а потом так, словно ухватил что-то новое, неизведанное. Открытие ошеломило тебя, оглушило, обездвижило. Кажется, и я затаила дыхание, пытаясь разгадать в какой плоскости бродят твои мысли. Затянувшееся молчание было прервано чирканием спички. Ты закурил.
   - Через минуту сработает сигнализация.
   - Поверь, это меньшая из проблем.
   Я завороженно следила за тем, как ты выпустил тонкую струйку дыма, потушил зажжённую сигарету о кожаную обивку подлокотника и, встав, поравнялся со мной.
   - Ты стала красивее, желаннее, и...
   - И?
   - В тебе мой ген.
  
  
  
   ***
   Я не умела пользоваться костылями и направлялась к выходу из больницы с черепашачьей скоростью. Если честно, безумно боялась упасть на скользком паркете и заработать дополнительную парочку травм. Ты несколько раз оборачивался, закатывал глаза и напоминал об отказе от кресла-каталки. Даже не знаю, где был мой мозг, когда я решила, что справлюсь сама. С каждым шагом усталость брала верх над рисованной невозмутимостью, и я окликнула тебя по имени. В два счёта преодолев расстояние между нами, ты взял меня на руки, предупредив, что идешь на подобные уступки в первый и последний раз. Я слабо представляла, что значит "в последний раз", если нам предстояло жить вместе как минимум три недели. Если бы не злосчастная авария, не новые правила родного города, ты бы не стал моим смотрителем.
  
  Смотритель - какое странное слово, какая необычная миссия, всех сторон которой я пока что не знала и могла лишь догадываться о возложенных на тебя обязанностях. С первого дня была приятно удивлена: мы заехали в гостиницу за вещами, прибыли к тебе домой, и ты оставил меня до конца недели в одиночестве, контролируя происходящее через плазменные экраны, которыми было напичкано помещение.
  
   Меня не напрягали твои неожиданные появления то тут, то там, поскольку я прислушивалась к организму, ожидая изменений, последствий того, что во мне чужеродная часть ДНК. Кажется, я думала о случившемся двадцать четыре часа в сутки, изводила себя десятками вопросов, прокручивала в голове все события с момента приезда в Лейтон и делала выводы.
  
   Самое разумное объяснение - я стала экспериментом, чьей-то лабораторной работой. Кто-то собрался исследовать наше искусственное единство? Жаль его разочаровывать, но он выбрал неподходящее время. Ты больше не болел во мне. Больше не нарывали раны, не пронзала печаль, от которой трудно вздохнуть, не покалывало кожу. Шесть лет назад твоё признание в том, что я уже никто, накрыло горячей волной, оголило нервы, раскрыло потаённые уголки души. И тогда мы растоптали друг друга, превратили в пыль, сломали, разорвали всё окружающее в прямом и переносном смысле. Я ощутила мощный выброс адреналина в кровь, когда любовь стремительно полетела в преисподнюю, а на её месте образовалась безмерная пустота. До этого мне никогда не было так хорошо и так плохо одновременно. До этого я никогда не просила меня отпустить, не умоляла, не требовала, не кричала столь громко, что сел голос и подрагивали от напряжения губы. Я просто выдохлась от собственного бессилия, от невозможности вернуться назад и безжалостно вычеркнуть каждый момент нашего супружества.
  
   Меня должна была тревожить зияющая дыра в сердце. С ней я стала холоднее, жёстче, циничнее по отношению к чувствам. Слово "любовь" потеряло истинное значение и превратилось в оболочку, за которой ничего не скрывалось. Меня не раз пытались свести с молодыми людьми, да они и сами подходили знакомиться, но никто не проходил отбор. Попытки построить отношения заканчивались на первом свидании, максимум - на втором. На самом деле в каждом поражении потенциальной второй половины было сосредоточено лишь мое фиаско.
  
   Я пала перед привлекательностью одиночества и не заметила, как выстроила высокую стену изо льда. Помнишь, ты говорил, что мне не хватает упорства в достижении целей? Знай, в деле "как остаться одной" я стала мастером, отточившим свои способности до идеала. Я холила и лелеяла тишину и покой, возвела их в ранг ценностей. Я ни в ком не растворялась без остатка, хотя в глубине души желала вырваться из заточения, в которое себя загнала.
  
  Однажды у меня почти получилось выйти на свет: второй брак стал соломинкой, маленькой надеждой на полноценную семью. Я старалась, честно старалась открыться Александру, поверившему в то, что я вновь смогу полюбить. Его вера была столь сильна, что и меня, пусть и ненадолго, захватила в плен. Саша отличался огромным терпением, пониманием. Он умел слушать и слышать.
  
   Проявила ли я глупость, потеряв такого мужчину? Возможно. Да нет, точно. Теперь можешь меня осудить и будешь прав. Я запуталась и затянула в пучину искреннего человека. Запуталась я, а винила тебя. Особенно ночами, когда ты без спроса врывался в сновидения и с лихвой компенсировал свое отсутствие в реальной жизни. Я смеялась, говоря о богатом спонсоре снов, ведь ты приходил не единожды и всегда по-разному. Когда я успокаивалась, думая, что закончилось наваждение, исчерпаны все локации, показаны все действия, испробовано на вкус каждое слово, ты удивлял и демонстрировал нечто свежее, небывалое.
  
   По утрам я желала, чтобы и твоё пробуждение граничило с исступлением. Ты часто фигурировал там, где по определению не должен был находиться: в каждой подлунной мысли. Ночное послевкусие раздражало, дразнило, манило. Испытывал подобное? Я солгу, если скажу, что не поинтересовалась бы прямо сейчас, когда ты зашёл в гостиную, бросив ключи на журнальный столик.
  - Можно узнать, ты привёз, что я просила?
  - Так узнавай.
  - Привёз?
  Ты кивнул и махнул головой в сторону террасы.
  - Возьмёшь в машине.
  - Тогда я пойду? - робко спросила я.
  - Да ради Бога. Ноут заждался тебя. Только весь трафик не скушай.
  - Я заплачу.
  В комнате повисло молчание, но оно было настолько говорящим, что в ушах стоял гул.
  - Чем заплатишь? - хрипло произнёс ты. - Деньгами, которые получила за наш брак?
  - Мы оба знаем, что я их не брала.
  - Мы оба знаем, что сначала взяла, - парировал ты со злостью.
  - Своим грехам поёшь ты оду, меня же уничтожаешь.
  - Хватит врать, - рявкнул ты, резко подняв меня с дивана. - Я хоть раз уничтожал тебя по-настоящему? Показать, каково это?
Оценка: 10.00*5  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Н.Королева "Не попала, а... залетела! Адская гончая" (Юмористическое фэнтези) | | E.Maze "Секретарь для дракона" (Приключенческий роман) | | Д.Данберг "Элитная школа магии 2. Факультет Защитников" (Попаданцы в другие миры) | | М.Эльденберт "Поющая для дракона" (Любовная фантастика) | | М.Боталова "Академия Равновесия. Охота на феникса" (Попаданцы в другие миры) | | Н.Любимка "Власть любви" (Приключенческое фэнтези) | | А.Тьюдор "Сертификат" (Романтическая проза) | | А.Миллюр "Сбежать от судьбы или верните нам прошлого ректора!" (Любовное фэнтези) | | Н.Мамлеева "Я подарю тебе верность" (Любовное фэнтези) | | С.Волкова "Жена навеки (И смерть не разлучит нас...)" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.
Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
М.Эльденберт "Заклятые супруги.Золотая мгла" Г.Гончарова "Тайяна.Раскрыть крылья" И.Арьяр "Лорды гор.Белое пламя" В.Шихарева "Чертополох.Излом" М.Лазарева "Фрейлина королевской безопасности" С.Бакшеев "Похищение со многими неизвестными" Л.Каури "Золушка вне закона" А.Лисина "Профессиональный некромант.Мэтр на охоте" Б.Вонсович "Эрна Штерн и два ее брака" А.Лис "Маг и его кошка"
Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"