Баронов Антон : другие произведения.

Вождь: идеология страха

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Мрачноватый рассказ...


Вождь: идеология страха.

  
  
   Повинуясь нажатию кнопки, тяжёлые чёрные шторы медленно разъехались в стороны, открывая вид на тёмные пики башен, врезающихся в грозовые тучи.
   Город теней. Город вечных огней. Город мрака.
   Сидящий на вертящемся стуле вполоборота от собеседников мужчина туманным взором впивался в окно. Он с жадностью поглощал каждое движение за окном, будь то силуэт пролетающего автомобиля, или тень спешащего по своим делам прохожего.
  -- Так зачем вы хотели нас видеть?
   Скривившись, мужчина медленно повернул голову. Но его опередили. Один из немногочисленных приглашённых советников бросил на говорившего гневный взгляд:
  -- При всём уважении господин посол, но при обращении к главе необходимо говорить "Вождь"!
  -- Прошу простить меня... Вождь, - с плохо скрываемым сарказмом сказал посол и осёкся.
   Потому что позади вождя неслышными тенями возникли два охранника в полной боевой амуниции. Откуда они появились ни посол, ни его помощник так и не поняли. Оно и понятно, ведь для жителей Той Стороны освещение кабинета должно было казаться едва различимым полумраком.
   Посол судорожно сглотнул. Видимо до него стало доходить, что паясничество ни к чему хорошему не приводит.
  -- Я официальный представитель Светлой Стороны!... - срывающимся от страха голосом начал он.
  -- Ну что вы, господин посол, - Вождь наконец соизволил повернуться к собеседникам, - я не собираюсь вас убивать... Пока.
  -- Что это значит?! - вскочил более молодой и менее сдержанный помощник посла.
  -- Сядьте... Джеральд, если не ошибаюсь? - холодный беспристрастный голос Вождя, казалось, оставлял за собой морозный ветер, заставлявший судорожно ёжиться всех присутствующих.
   Взгляд его тёмно-зелёных немигающих глаз пронизывал представителей Той Стороны насквозь и просто обжигал какой-то холодной яростью.
  -- Значит так, я вас пригласил, чтобы сообщить, что мы больше не нуждаемся в вашей протекции. Я хочу, чтобы уже в начале следующей недели полог начал рассеиваться.
   В кабинете повисла напряжённая тишина. Посол, казалось, потерял дар речи.
   Первым опять не выдержал помощник.
  -- Возмутительно! Да как вы смеете!...
  -- Заткнись, Джеральд, - грубо оборвал его посол. - Вождь понимает, что повлекут за собой его слова? Я надеюсь, что Вождь просто не так выразился. И после принесённых им извинений, мы сможем продолжить наши переговоры.
   Посол говорил уверенно и надменно, он снова вспомнил, представителем какой силы является. И снова некстати.
   Вождь медленно поднялся и вышел из-за стола. Его высокая внушительная фигура была облачена в облегающий чёрный костюм.
  -- Отнюдь. Вы всё поняли правильно. Я хочу, чтобы к весне над моей землёй снова светило солнце.
  -- Это звучит, как ультиматум,... Вождь, - выдавил поражённый такой наглостью посол.
  -- Если вы так считаете, мне плевать.
  -- Вам известно постановление Совета? Полог над вашей проклятой землёй будет развеян лишь после того как ваш народ полностью расплатится за причиненное им зло и докажет своё исправление. Но при всём уважении, Вождь, ваше поведение лишь оттягивает конец этой кары. Кроме того, всем известно, что Совет относился к вашему предшественнику более лояльно. А ваш насильственный приход к власти, установленный тоталитарный строй и открытая неприязнь к представителям нашей нации сильно пошатнула веру в исправление вашего народа.
  -- Свою вину, мой народ искупил десятки лет назад.
  -- Совет другого мнения... - сухо сказал посол.
  -- Конечно. Кто же добровольно откажется от целого государства рабов? Ведь как удобно! Обменивать все добытые на нашей стороне ископаемые и минералы на хлеб с таким расчётом, чтобы хватало лишь на три четвёртых населения. А как только возникают вполне предсказуемые волнения народа, огнем и мечём наводить свой порядок, попутно продлевая срок наказания.
  -- Мне очень жаль, что вы так думаете, - закусив до белизны губу, протянул посол. - Значит, вы предлагаете нам войну?
  -- Лишь как крайнее средство. Я думаю, вам хватит благоразумия не допустить столь губительной для вас ошибки.
  -- Что? Вождь, настолько самоуверен? Ваши солдаты не способны воевать при свете дня! Как только они ступят на нашу территорию, они станут беззащитнее младенцев.
  -- Господин посол, не показывайте вашей неосведомлённости. Вашей разведке уже давно известно о подготовке специальных отрядов привычных к солнечному свету.
  -- Вы правы, я ничего об этом не слышал, но раз меня не сочли нужным предупредить, значит, эти ваши отряды не представляют какой-либо весомой угрозы нашей безопасности.
  -- Что ж, у вас есть шанс проверить это в самое ближайшее время. На данный момент более четырёх тысяч солдат находится на вашей территории, и они готовы выполнить любую диверсионную работу. Так что даже если вы окажитесь, мы выключим полог сами.
   На этот раз посол позволил себе улыбнуться:
  -- Вы утверждаете, что смогли найти путь сквозь барьер и незаметно для нас провести через него четыре тысячи солдат? По-моему вы блефуете, Вождь.
  -- Я понимаю ваше недоверие. Поэтому счёл нужным подготовить небольшую демонстрацию.
   Вождь кивнул на выдвинувшуюся панель 3D-визора.
  -- Это ваш независимый информационный канал. Узнаёте, надеюсь?
   По визору шла трансляция чего-то ужасающего. Взрывы, хаос, испуганные лица людей.
  -- Что это?
  -- Это последовательная череда взрывов произошедших сегодня утром на ряде ваших оборонных заводов. Не беспокойтесь, никто из людей не пострадал. Пока не пострадал.
  -- Вы! Вы чудовище!
  -- Да, я такой. Итак вы передадите Совету мои требования?
  -- Мы раздавим Вас. Мы сотрём вашу жалкую державу с лица земли!
  -- Не выйдет. Ваши люди даже при самой интенсивной тренировке не смогут ориентироваться в темноте, так как это умеем мы, рождённые во тьме.
  -- Мы снимем полог и под лучами солнца перебьём вас, как котят.
  -- Опять нестыковочка. Полог постепенно рассеивается в течение трёх месяцев. За это время мои люди уже привыкнут к свету.
  -- У нас есть авиация! Ракеты дальнего радиуса действия!
  -- Хм. А как же Конвенция о всеобщем Разоружении?
  -- К чёрту Конвенцию! - сорвался на визг посол.
  -- Что ж, тогда должен доложить до вашего сведения, что ваши ракеты уже давно превратились в груду ржавого металла. Не без посторонней помощи, конечно.
  -- Всё равно. Я буду настаивать на немедленном вторжении! И после того, что вы сделали, думаю, Совет меня поддержит!
  -- Зря. Очень необдуманный и крайне опасный шаг. Наоборот, вам, как честному гражданину вашей страны, необходимо всячески препятствовать началу военных действий. Вы же политик! Должны понимать, что это погубит вашу цивилизацию. Кроме того, считайте это моей личной просьбой!
  -- Никогда!
   Зрачки Вождя сузились от вскипающей в нём ярости. Его терпению подходил конец. Медленной походкой Вождь встал сзади посла, положил ему руки на плечи и, наклонившись, прошептал на ухо:
  -- Тогда зачем ты мне нужен?
   Миг, и вот уже голова посла с неестественно вывернутой шеей повисла с плеч, а Вождь уже отступил на шаг назад от остывающего тела.
   Лишь через секунду послышался вскрик. Это до мальчишки-помощника, наконец, дошёл смысл происходящего. До этого он сидел тише мыши.
   Узурпатор подошёл к окну и невидящим взором уставился в даль.
  -- Джеральд? - не оборачиваясь, обратился он к помощнику посла, - ты свободен. Только у меня к тебе одно поручение. На выходе получишь запись с камеры слежения и передашь её своим. Понял? Иди.
  
  
   Темные силуэты огромного мегаполиса. Огни гигантских зданий, в которых уютно расположились мегакорпорации. Неуклюжее нагромождение жилых домов. И всё это ярко освещено "дневными" фонарями.
   Тщетно. На освещение улиц в дневное время суток уходит масса энергии и куча денег. Отброшенные искусственным светом тени зданий становятся ещё темнее и таинственнее, как бы отыгрываясь за отнятое у них пространство.
   Ну, невозможно с нынешними технологиями хорошо осветить стомиллионный город! Тем более во времена острого экономического кризиса.
  -- Вождь, простите мою дерзость. Это было необходимо? - старик хмуро взглянул в глаза очнувшемуся от своих мыслей правителю.
  -- Что именно? - Вождь сделал вид, что не понимает о чём идет речь.
  -- Убивать посла. Вам не кажется, что вкупе со взрывами это может перегнуть палку?
   Узурпатор помолчал. Старый Винсент, как всегда задал больной вопрос. В отличие от остальных приближённых он никогда по-настоящему не боялся правителя. Возможно это из-за его преклонных лет: старик попросту перестал бояться смерти; а может быть, это из-за того, что Винсент знал вождя ещё до того, как тот стал кровавым диктатором.
  -- Было ли это необходимо? Нет. Но это было приятно, - правитель плотоядно сверкнул глазами.
   Подействовало. Старик, хоть и остался недоволен, но продолжать разговор не решился. Остальные советники побоялись даже заикнуться о чём-то подобном. Все понимали, что все милости на сегодня кончились. Под оставшуюся раздачу не хотелось попасть никому.
  -- В любом случае, - снова подал голос Винсент, - я бы посоветовал Вождю усилить охрану замка. На всякий случай.
  -- Советуй. - Криво улыбнулся тиран. - На то ты и советник, чтобы советовать...
   Развернувшись, Вождь, чеканя шаг, направился к выходу.
  -- Значит, я удваиваю охрану? - спросил командир Личной Безопасности, самый преданный пёс в этой своре.
  -- Зачем? - удивился Вождь.
  -- Как, ну вы сами сказали, что советник...
  -- Советник вправе говорить всё, что думает, но пока ещё я правитель Этой Стороны! И я решаю, что делать. Оставьте всё как есть.
   Усиливать охрану, в понимании узурпатора означало, показать свою слабость, свой страх, а этого он допустить не мог.
   Оставив советников в некотором недоумении, Вождь направился вниз к выходу из здания.
   Он любил прогуливаться вокруг замка, рассматривая его ужасающие очертания. Замок был старым. Даже старинным. Выполненный в готическом стиле, со множеством остроконечных зубьев, торчащих из стен, каменными горгульями, примостившимися под карнизом главной башни, и огромными высокими главными воротами выполненными в виде черепа. Замок был облицован чёрным мрамором с белыми прожилками, что довершало общую картину ужаса.
   Отблески настенных факелов хаотически танцевали на стене. Именно чтобы не нарушать атмосферу этого здания вождь приказал развесить по стенам газовые факелы, стилизованные под старину.
   Этот замок не был самым высоким и красивым строением в центре города. Многие близлежащие небоскрёбы легко могли укрыть его в своей тени. Но где, как не здесь, должно обитать кровавому диктатору?
   Вокруг замка был разбит искусственный сад. Выращивать растения в условиях постоянной ночи - дело неблагодарное, но биологи Этой Стороны добились потрясающих успехов. Этим растениям вполне хватало света излучаемого "дневным" освещением. По количеству кислорода они не уступали обыкновенным растениям, но их листья, к сожалению, при ближайшем усмотрении были мерзкого бледно-зелёного, почти белого, цвета.
   Вокруг этого сада и любил прогуливаться Вождь.
   Его прельщала мрачная красота этого места. Танцующие блики факельных огней, тихий могильный шелест листьев, корявые силуэты похожих на ночные кошмары деревьев, - всё это навевало на людей тоску и беспричинный первобытный страх, но почему-то затрагивало какие-то нотки в душе диктатора.
   Вождь был полностью поглощен своими мыслями. Его задумчивый туманный взгляд рассеянно блуждал по парку.
   Тихий, почти не заметный уже с двух шагов шелест, послышался откуда-то сзади. В трёх метрах от правителя прямо из придорожных зарослей выросли два облачённых в чёрное силуэта. Как и следовало ожидать, правитель ничего не заметил. Переглянувшись, тени мягким кошачьим шагом, стали приближаться к Вождю. Они почти стелились по дороге, умело используя в качестве маскировки смутные тени деревьев.
   До тирана оставалось не больше метра, когда один чуть отступил в сторону, уступая место второму.
   Внезапно душу второго наёмника впервые в жизни охватила нерешительность. Слухи, ходящие вокруг темной личности Вождя, защищали его лучше всякой охраны, в которой он никогда не нуждался. Наёмник понимал, что слухам доверять нельзя. Но ведь он и сам видел все эти казни, посмевших восстать против его воли, все эти решения унесшие жизни десятков людей, но подвинувших страну к выходу из кризиса. Кроме того, на наёмника угнетающе действовали забальзамированные головы, висевшие в специальных ёмкостях на стене окружающей замок. Это были головы его товарищей, тех, кто когда-то посмел покуситься на жизнь тёмного диктатора. Каждому на Этой Стороне было известно, что тиран не приемлет личной охраны, а это означало, что со всеми наёмниками он расправлялся сам.
   В который раз человек в чёрном пожалел, что взялся за эту работу.
   Проклиная эту вечную темноту, эти грозовые тучи, этого диктатора, непонятно как убивающего лучших охотников за жизнями и этого труса-напарника предоставившего ему право действовать первому, наёмник в нерешительности остановился в шаге от тирана.
  -- Ну что встал? Глубоко вздохни, и давай... пробуй.
   Тихий уверенный голос с нотками ледяного презрения прозвучал в ночи подобно раскату грома. Уверенный в собственной незаметности наёмник оторопело замер, с удивлением наблюдая, как намеченная цель медленно поворачивается к нему лицом.
  -- Тебе совет, унимай сердце, стучит на всю округу. За километр слышно, - диктатор говорил с ленцой, как будто отдавал приказ о завтраке и это, наконец, вывело наёмника из состояния шока. - У тебя есть выбор: развернуться и уйти, молясь всем богам, подарившем мне сегодня хорошее настроение или попробовать атаковать, в тщетной надежде отработать полученные деньги. Сколько хоть дали-то?
   Такая наглость просто вывела наёмника из себя.
   Да что он себе позволяет? В конце концов, перед ним один из лучших наёмных убийц города мрака!
   Выдавив из горла злобный рык, наёмник решительно шагнул вперёд. Вождь скривился в презрительной ухмылке. Через мгновение оба силуэта как-то смазались и растеклись. Безумный обмен ударами был подобен вихрю. И рассмотреть его в деталях со стороны было невозможно. Впрочем, бой продолжался недолго. Буквально через пару секунд один уже лежал на земле без малейших признаков жизни. В свете факелов было видно, как на горле у мертвеца растекается тёмно-бурое пятно.
  -- Ты, - не оборачиваясь, сказал Вождь второму убийце, - иди и скажи всем кого знаешь, пощады не будет. Этот был храбрым человеком, а потому я даровал ему быструю смерть. Впредь на такую милость можете не рассчитывать.
   Оставшийся в живых наёмник, уже понимая, что скрываться нет смысла, хмуро смотрел на спину кровавому тирану. Отразить атаку со спины сложно даже опытному воину, но почему-то убийце не хотелось испытывать судьбу. Он развернулся и пошёл прочь.
  -- Стой, - остановил его властный окрик.
   Мгновенно обернувшись и перекатившись в защитную стойку, наёмник встретился с усмехающимся взглядом правителя.
   Вот он этот знаменитый холодно-яростный взгляд, которым взрослые пугают детей, не в силах признать, что и сами по ночам вздрагивают от него. Вот он взгляд кровавого тирана, чьё имя давно уже забыто, но чьи деяния будут греметь ещё века.
   Великий человек. Страшный человек.
  -- Вот, лови, - что-то маленькое и липкое осело на ладони убийцы. - Покажешь это остальным, в доказательство правдивости своих слов.
   В руке наёмника лежал вырванный из горла кадык. Кадык его неудачливого товарища.
   Страшный человек. Великий человек.
   Медленно, не делая резких движений, убийца поклонился правителю и, развернувшись, растворился в темноте...
  
  
  -- Значит, всё-таки перегнули палку?
  -- Нет, вряд ли. Скорее это кто-то из внутренних.
  -- Вождь, хочет сказать, что среди нас очередной бунтарь?
   После этих слов все присутствующие судорожно переглянулись. Невозмутимыми остались лишь сам правитель и высказавший эту фразу Винсент.
  -- Да, именно это я и хотел сказать. Подготовить это нападение, мог лишь кто-то из присутствующих в этой комнате. И если к завтрашнему обеду я не узнаю, кто это, то казнят вас всех.
   В кабинете повисла напряжённая тишина. Каждый осмысливал только что сказанное, не желая понять смысл этих слов.
  -- У кого-нибудь есть возражения? - Вождь обвёл взглядом советников, стараясь увидеть их глаза.
  -- Нет, вождь... - неуверенные голоса дрожали от страха.
  -- Почему? Вы не боитесь смерти? Или вам нечего терять? - хищно улыбнулся тиран.
  -- Нет, вождь, не в этом дело, - как всегда уверенный голос старика Винсента не излучал ни капли страха или почтения, - просто мы уверенны, что вождю не придётся прибегать к крайним мерам. И виновник, если таковой имеется, понесёт заслуженное наказание. Мы надеемся на это.
  -- А что вам ещё остаётся?
   Весь сегодняшний день пролетел необычайно быстро. После утреннего нападения, события завертелись с головокружительной быстротой. Как всегда, поздно очнувшаяся охрана прочёсывала местность, тайная полиция забрала к себе труп, для опознания, а многочисленные политические подхалимы довели тирана до белого каления своими насквозь фальшивыми приторно-сладкими увещеваниями о его здоровье.
   Уже после обеда был казнён молоденький паренёк из службы внешней охраны, которого подкупили убийцы. По словам солдатика, который раскололся на первом же допросе, убийцы уже неделю, почти круглыми сутками наблюдали за замком. Им был необходим беспрепятственный проход на закрытую территорию, и зелёный паренёк оказался идеальным вариантом. Но так как он дежурил только полдня, должен был быть ещё один подкупленный страж, из другой смены. Кто он, сейчас узнавали агенты тайной полиции.
   Когда заливающегося слезами юнца-солдата увели на плаху, разъярённый Вождь приказал высечь кнутом начальника караула, за нерадивое отношение к службе и пренебрежение обязанностями.
   Закрытый совет приближённых состоялся уже вечером. По усталым лицам, было видно, какой нелёгкий день выдался у этих людей, но никто не посмел выразить своего неудовольствия. Каждый из них всем своим видом выражал понимание в необходимости подобного собрания.
   И всё же среди них есть предатель. Многоопытный в политических интригах тиран был уверен в этом. А потому, счёл своим долгом поставить совету ультиматум.
   Готов ли Вождь действительно одним махом избавиться от всех своих ближайших соратников, никто не знал. Но проверять не хотелось.
   Оставив своих приближённых за столь тяжкими раздумьями, правитель направился в свои покои, только сейчас в полной мере ощутив, насколько он устал.
   Раади уже ожидала его там.
  -- С вождём всё в порядке? - с нескрываемой тревогой спросила она, едва тиран переступил порог своей комнате.
   Раади была его личной служанкой. В её обязанности входило убирать его спальню и прислуживать вождю, когда он у себя. Эта была молодая девушка с вытянутым лицом, бледной кожей жителя Тёмной Стороны, прямыми тёмными волосами и изумительными ямочками на щёчках. Вождь, мало разбиравшийся в женской красоте, тем не менее, находил её симпатичной. Раади была невообразимо наивным и добрым существом, что тоже притягивало давно разучившегося выражать свои чувства кровавого тирана. А ещё она была единственным человеком в мире, кто действительно любил его. Не превозносил, не отдавал почести, не восхвалял, не поклонялся, а именно любил. Любил самозабвенно, искренне. Это по неволе вызывало у Вождя ответное чувство... Чувство благодарности что ли?
  -- Успокойся, - холодно прервал он её, - всё в порядке...
  -- Но на вас же напали! - глаза девушки наполнились слезами.
  -- Не в первый и не в последний раз...
   Как и другими подчинёнными, правитель разговаривал с Раади тихим холодным голосом, начисто лишённым всех эмоций, но в глазах его в это время появлялась какая-то теплота незнакомая никому из его приближённых.
  -- Я волновалась... - совсем тихо сказал девушка, потупив взгляд.
  -- Я знаю, - он осторожно поднял её за подбородок, заставив посмотреть на себя и медленно приблизившись, поцеловал. - Я знаю.
   Дрогнувшая было Раади, быстро сломалась и отдалась на волю подхватывающему её течению. Она сама подалась ближе к нему, к своему правителю, своему господину, своему Вождю. Ей хотелось, чтобы эти мгновения длились вечно. Её всегда посещала эта мысль, когда он целовал её. Но тиран, чуть помедлив, как напившийся вампир, также не торопливо отстранился от девичьих губ.
  -- Мне сегодня так одиноко, - сказал он, с трудом подбирая слова. - Я прошу, тебя не уходи. Останься со мной этой ночью.
   Раада с удивлением вскинула брови.
   Зачем он спрашивает её? Ведь достаточно его слова и она уже никогда не уйдёт от него!
  -- Как прикажет Вождь, - удивлённо пробормотала она.
  -- Я не хочу приказывать. Если не хочешь, можешь уйти. Это не приказ, я просто прошу...
  -- Я некогда не покину моего господина... Если он этого не прикажет.
  -- Тогда останься.
   Ещё один долгий поцелуй, вновь и вновь заставляющий пережить головокружительные взлёты и падения. Как-то незаметно пол качнулся под ногами и провалился куда-то глубоко, уступая место мягкости перин и обжигающего холода стылой простыни. Так же незаметно исчезла вся одежда, мешающая телам наслаждаться друг другом. Осталась лишь зудящая плоть, требующая утолить свою жажду и страсть...
   ...Свернувшись калачиком, Раади уткнулась носом в плечо своего господина.
  -- Вождь ещё не спит? - осторожно спросила девушка.
  -- Нет.
  -- Можно я задам вопрос Вождю?
  -- Задавай.
  -- Вождь меня любит? Как мужчина должен любить женщину.
   На какое-то время он задумался. Что ответить? Любит ли он? Может быть, это тепло возникающее в груди при виде девушки и есть любовь? Может благодарность за столь тёплые и нежные чувства и есть любовь? Тогда он действительно её любит.
   Но сказать так, значит взять на себя ответственность, некие обязательства за свои слова.
   И тут Вождь испугался. Впервые за долгие годы. Он, каждым своим поступком решающий тысячи судеб, каждый день вынужденный отвечать за целую страну, понял, что боится взять на себя обязательства перед этой девушкой. Боится не оправдать надежд. Боится не обмануть в своих чувствах. Давно забытых чувствах, чувствах отодвинутых куда-то далеко, на самый край души, куда в суете политических будней просто некогда заглядывать.
   Что же ответить? Пауза затягивалась.
   Закрыв глаза, диктатор на секунду задержал дыхание:
  -- Вождь любит тебя... Я люблю тебя.
  
   Утро встретило диктатора круговоротом событий. Первыми в покои постучались агенты тайной полиции. Им удалось вычислить второго солдата.
   Даже не интересуясь, кто это был правитель, не глядя, подписал приговор. Казнь - единственное надёжное средство от предательства. Точно так же, как страх от недовольства. Лишь следуя этим двум правилам, диктатор создал себе репутацию кровавого тирана, о котором боятся вспоминать перед сном и о всеведении которого в простонародье ходят легенды.
   Поинтересовавшись у агентов насчёт организаторов покушения, тиран узнал, что в течение получаса к нему должен будет зайти ответственный представитель, отвечающий за ведение данного дела.
   Удовлетворившись таким ответом, диктатор выпроводил полицейских и приказал подавать завтрак. Его одежда - чёрный облегающий костюм, подчёркивающий его точёную фигуру, - была принесена заботливой Раади, которая уже давно успела проснуться и убраться в покоях.
   К середине завтрака подоспел ответственный представитель.
   По его плохо скрываемой улыбке можно было догадаться, что он собой доволен. Впрочем, встретившись с пустым холодом правительского взгляда, агент как-то сразу поник и ссутулился. В конце концов, в его обязанности входило не расследование, а предотвращение подобных заговоров и покушений.
  -- Всё выяснил?
  -- Да, Вождь.
   Разговор длился довольно долго. Когда через полтора часа Вождь и агент буквально выскочили из личной спальни правителя, в приёмной уже скопилось множество самых разных людей ожидающих тирана. Не обращая никакого внимания на оживившихся было чиновников, диктатор быстрым шагом прошёл мимо них. Следом так же уверено прошествовал агент. Вдвоём они спустились в подземелье замка, служившее тюрьмой и по совместительству резиденцией тайной полиции.
   Увидев правителя, стоящий на входе стражник подобострастно поклонился, всем своим видом показывая готовность услужить.
  -- В 203, - лаконично обронил ответственный агент, и стражник понятливо кивнув, вежливо указал куда-то вглубь подземелья.
  -- Сюда, мой Вождь.
   После недолгих переходов все трое оказались перед тяжёлой железной дверью с табличкой "203".
  -- Камера 203, мой Вождь, - открывая замок, сказал стражник.
   Агент пропустил диктатора вперёд, а сам дал знак охраннику остаться снаружи у прикрытой двери.
   Внутри почти совсем не было света. Даже для привыкшего к полутёмному существованию жителя Этой Стороны.
  -- Свет, - тихо сказал правитель.
   Система внутреннего контроля распознала голос говорившего, и потолок камеры загорелся тусклым светом, постепенно увеличивая яркость.
  -- Хватит, - остановил электронику тиран.
   Он уже вполне отчётливо видел в углу чью-то массивную фигуру, скрючившуюся в неудобной позе. Это был человек невысокого роста с обрюзгшим животом, облачённый во франтовской наряд со множеством рюшек и бантов. Руки его были связанны, а на голову надет мешок.
  -- Сними, - кивнул агенту Вождь...
   ...Срок ультиматума истекал к обеду. Без десяти двенадцать в кабинете Вождя уже собрались все приближённые, с угрюмым видом выражая свою покорность. Все нервные истерики прокатились ещё вчера вечером, а сейчас на их лицах отражалась лишь усталость.
   Вождь перешагнул через порог своего кабинета ровно в полдень. Его приход был встречен дрожащей тишиной и не менее дрожащими взглядами.
   Правитель медленно прошёл к своему столу и, облокотившись на него с ухмылкой, от которой становилось не по себе, посмотрел на советников.
  -- Запомните этот день, советники. Это день вашего второго рождения.
   Среди собравшихся прошелестел плохо скрываемый вздох облегчения. Казалось, что они только сейчас вспомнили, что значит дышать.
  -- Я узнал, кто виновник. Тайная полиция опознала труп. Это был один из лучших наёмников Синдиката убийц. Вам конечно известно, что я закрывал на его существование глаза, лишь потому, что иногда сам пользовался его услугами. Однако в свете новых обстоятельств этой ночью мои люди хорошенько потрясли главаря этого Синдиката и теперь нам известно имя заказчика... К стати Синдикату теперь придётся искать нового главаря. Старый был слишком жадным.
  -- Вождь скажет нам имя заказчика? - спросил Винсент
   Правитель яростно вскинул брови. Он не любил, когда его перебивали. Но, посмотрев на трясущихся от неизвестности людей, был вынужден согласиться со стариком. Пора переходить к делу.
  -- Советник Винсент, сколько получают ваши слуги?
  -- Ну, в среднем где-то около десяти монет в день, - ничуть не удивившись, ответил Винсент.
   Вождь улыбнулся и подошёл к старику.
  -- Старый ты скряга, Винс. Бери пример с советника Тозара, - кивнул диктатор на оказавшегося теперь по правую руку от него высокого худощавого мужчину.
   Тот едва заметно вздрогнул.
  -- Его слуги никогда на него не жалуются, - продолжал тиран, глядя в глаза Винсента, - Он им хорошо платит. Так хорошо, - мгновение и стоявший спиной правитель уже вперил взгляд в побледневшего Тозара, - что его писарь даже смог как-то скопить семьсот пятьдесят тысяч монет, для моего убийства. Что более чем в двести раз превышает годовую зарплату любого твоего слуги. Вот такой он добрый человек, этот советник Тозар.
   Их взгляды встретились. Холодная ярость, бушевавшая внутри Вождя, вдруг наткнулась на проснувшуюся ненависть в глазах Тозара. Тот понял, что проиграл и теперь уже не считал нужным скрывать свои эмоции.
  -- Что скажешь в своё оправдание?
   Советника окружила неторопливо вошедшая в кабинет стража, но он даже не обратил на это внимания. Тозар был на полтора десятка лет старше молодого Вождя и был один из главных претендентов на трон бывшего правителя Короля Сзуона, которого сверг этот наглый выскочка, тем самым, обскакав многих более достойных людей на политической арене.
  -- В конце концов, ты сдохнешь, - прошипел он сквозь зубы, - кто-нибудь обязательно достанет тебя. Твой труп выкинут в выгребную яму, и никто никогда больше не вспомнит о твоём правлении.
   Зрачки Вождя сузились, сжатые зубы заскрипели от напряжения, а тело напряглось, как у хищника перед прыжком.
  -- Достаточно.
  -- Ты позор нашей цивилизации. Ты убийца и бездушный маньяк. Число загубленных тобой жизней быстро приближается к числу убитых во всех воинах Падения!
  -- Я сказал достаточно.
  -- Что неприятно слышать? Кнут правды ожигает сильнее первородного огня? Ты зверь, бешеный зверь, обезумевший от запаха крови. Для тебя убийство давно стало необходимой потребностью, подобно испражнению или удовлетворению плоти! Не перебивай меня, щенок! Ты...
   Казалось, ничего не изменилось. Вождь всё так же стоял, спрятав побелевшие кулаки за спину. Никто из стражи занявшей круговую оборону вокруг мятежника не шевелился, и всё же в какой-то момент Тозар заткнулся на полуслове, а из его открытого рта медленно потекла струйка крови. Молниеносного удара двумя пальцами между рёбер мятежника никто не заметил.
   Не дожидаясь, пока тело, в котором уже нет жизни соизволит упасть на пол, Вождь отвернулся от того, что раньше называлось Советником Тозаром и, чеканя шаг, вышел из кабинета, лишь бросив прислуге на ходу:
  -- Уберите эту падаль.
  
  
  -- Никогда!
  -- Тогда зачем ты мне нужен?
   Одно движение и вот уже лучший дипломат Светлой Стороны, личный наблюдатель от Совета на Тёмной Стороне, да к тому же ещё и племянник светлого Эдгара, превращается в кожаный мешок с костями.
   Запись кончилась, и Зал Светлого Совета опустился в леденящую душу тишину. Это был момент, когда рушатся устои. Уверенные в своём превосходстве светлые мира сего, вдруг обнаруживают, что те, кого они презирали и над кем смеялись, выходят из-под их контроля.
  -- Я же говорил, что этого Вождя надо было убирать сразу же.
  -- Успокойтесь, Светлый Эдгар, Мы понимаем ваше горе и ваши чувства, но прошу, давайте оставаться верными голосу разума.
  -- Светлый Дориан, замечу, что именно вы настаивали на политике невмешательства!
  -- Я не хотел смерти вашего племянника. Я знал его хорошим человеком и скорблю вместе с вами. И любые выпады и обвинения попросту оскорбляют меня!
  -- Тихо! - властный тяжёлый голос эхом покатился по залу, - не время выяснять личные отношения. Как глава Совета, я напоминаю, мы собрались для решения важнейшей внешнеполитической задачи. Как отреагировать на поставленный нам Тёмной Стороной ультиматум?
  -- Войной, - мрачно буркнул светлый Эдгар.
  -- Ещё раз прошу, будьте более благоразумны! - светлый Дориан укоризненно глянул на своего соседа.
   Глава Совета пресветлый Рембург лишь устало покачал головой. Это был невысокий кряжистый человек с широкими плечами длинными усами толстыми узловатыми пальцами присущими какому-то молотобойцу, чем первому человеку в стране. Но в противовес его не презентабельной внешности стоял его цепкий ум и интуитивная житейская мудрость.
  -- Тихо! - Рембург вновь позволил себе повысить голос, - Тело посла уже привезли?
  -- Да, пресветлый, - с болью отозвался Эдгар.
  -- А парнишка, как его? Джеральд? С ним всё в порядке?
  -- Да, его выезду с Тёмной Стороны никто не препятствовал. Сейчас он уже дома, с ним всё в порядке, если не считать сильного нервного истощение.
  -- Позаботьтесь о нём, Эдгар.
  -- Конечно, пресветлый.
  -- От имени всего Совета, светлому Эдгару и его семье выражаются глубочайшие соболезнования. И давайте, наконец, перейдём к делу. Каковы последствия взрывов? Есть серьёзный ущерб военной промышленности?
   Светлый Вертас, отвечающий за промышленную индустрию неторопливо поднялся со своего места. Было видно, что он обдумывает свой ответ. Рембург не торопил.
  -- Как ни странно, но невосполнимых потерь нет. В целом складывается ощущение, полностью совпадающее со словами Вождя. Это всего лишь демонстрация возможностей. Взрывы прогремели одновременно в семи точках нашей страны, с расхождением в десять-двадцать секунд. Между самыми близкими точками порядка ста семидесяти километров. Между самыми - дальними четыре тысячи тридцать девять километров. Но в целом эти точки особого стратегического значения не несли.
  -- Что скажет наша разведка?
  -- Профессионалы. Действовали, скорее всего, отдельными группами по пять-семь человек. План скоординирован по предварительной договорённости, скорее всего, между собой группы связи не имеют.
  -- А есть ли у вас, светлый Кунц, проверенная информация? Без ваших домыслов?
   Светлый Кунц если и обиделся, то виду не подал. В том, что его ведомство действительно почти ничего не накопало, он боялся признаться даже самому себе.
  -- Найдена бирка-штамп свидетельствующая, что взрывчатка была сделана на одном из наших заводов. Мы сверили номера. Эта партия считалась утерянной.
  -- Как утерянной? Вы что с ума сошли? Терять военную технику?
  -- Ну, я неправильно выразился. Помните, то дело о растрате месяц назад? Тогда ещё троих смотрителей складов осудили. Так вот, взрывчатка была с тех складов.
  -- Это невыносимо. Достаньте списки утерянного оружия. Сколько боевых единиц можно вооружить им?
  -- Списки уже у меня. В целом складывается скверная картина. Малых лазерных излучателей было утеряно три контейнера - это четыре тысячи двести сорок пять штук. Немногим меньше похищено винтовок - три девятьсот семьдесят. Сто двенадцать ручных гранат разной модификации. Девять взрывпакетов.
  -- Итак, господа светлые, подведём итоги. На нашей территории находятся около пяти тысяч хорошо вооружённых и обученных солдат противника слившихся с местным населением. Мало того, что они неизвестно как пробрались сквозь нерушимый барьер, единственный проход через который мы днём и ночью держим под контролем, так судя по всему им ещё известно расположение генератора полога! Что там со старыми ракетами?
  -- Информация подтвердилась. В бункерах один, два и четыре все боеголовки облиты коррозоидом и на данный момент представляют собой железо-пластмассовую труху. Там же были найдены тела агентов камикадзе выполнивших эту диверсию. Расконсервация бункера номер три осложнена неисправностями в защитных системах. Остаётся надеяться, что туда они не добрались, хотя надежда эта призрачная.
  -- Чёрт!
  -- Да что же это творится?
  -- Тихо! Тихо! - на этот раз даже уверенный голос Рембург с трудом восстановил порядок.
   Зал Совета был наполнен чувством, не обитавшим здесь уже несколько веков со дня основания Светлой Стороны. Зал был наполнен страхом. Страхом существ привыкших опираться на своё превосходство, которого они в одночасье лишились. Страх был непривычным, пугающим, он пробирался по телу каждого из присутствующих, парализуя и наводя ужас. А за всем этим страхом стоял лик кровавого диктатора. Теперь Вождь перестал для них быть просто человеком, прорвавшимся к власти, в сущности таким же, как они, теперь он стал мифическим существом, вышедшим из новых легенд Тёмной Стороны.
  -- Итак, - пресветлый Рембург снова взял слово. - Что мы имеем? Как я понял, у повстанцев ещё осталось два взрывпакета. Это очень нехорошее совпадение, если учесть, что для отключения полога требуется одновременно взорвать именно два связующих узла. Террористы хорошо подготовлены и выслеживание их по одиночке займёт слишком много времени. Когда они поймут, что их травят, они такое устроят! Так что воевать на своей территории мы, видимо, не можем. Теперь о вторжении. Думаю, и здесь диктатор Тёмной Стороны во многом прав. Конечно, мы не так беззащитны в ночное время суток, как он думает, В конце концов, наша наука не стоит на месте, мы восстановили почти половину знаний утерянных во времена Падения, в этом наше превосходство. Но с другой стороны, это их территория, там они у себя дома, там им привычно. И никакие приборы не помогут нашим войскам чувствовать себя на Той Стороне так же уверенно. Нет, вторжение отпадает.
  -- Но,... - светлый Эдгар бессильно открывал рот, силясь сказать что-то вразумительное, - как же это?...
  -- Какие ещё есть предложения, господа светлые?
  -- Покушение, - пожал плечами светлый Кунц, - мои люди смогут это сделать, наверное. В конце концов, от ножа в спине никто не спасёт.
  -- Если бы всё было так просто, то Вождя с его политикой свергли бы ещё года два назад и без нашей помощи. Наш агент в его Замке докладывает, что вчера на их правителя было совершено очередное покушение. И снова неудачное. Семнадцатое только за этот год.
  -- Постойте, - встрепенулся Кунц, - Разведке ничего не известно о резидентах в замке.
  -- Это мой личный агент. Из ближайшего окружения. Именно благодаря ему вам в руки попались документы о создании спецотрядов привычных к свету. Но почему-то вы не смогли должным образом использовать эту информацию.
   Пристыженный светлый Кунц обиженно сел на своё место под градом обвиняющих взглядов. Видимо, с поддержкой пресветлого, Совет нашёл виновного в сегодняшней ситуации. И если в глаза Кунцу никто об этом не скажет, то за спиной.... Его политическая репутация сегодня сильно покачнулась, и ещё долго придётся восстанавливать их доверие к себе. А сейчас лучше сидеть и не привлекать к себе внимание.
  -- Самое интересное в этой ситуации то, что Вождь полностью отказался от личной охраны. Это известно каждому на Той Стороне. Соответственно все покушения он предотвращает самолично. Что заставляет задуматься... Покушение не поможет.
  -- Я считаю, что надо подчиниться, - со вздохом сказал светлый Дориан, - У нас нет выбора. Мы должны откинуть позывы к мести и выбрать то, что реально лучше для нашего народа...
  -- Вы говорите, у вас есть связь с человеком из близкого окружения Вождя? - задумчиво протянул Вертас. - Тогда почему мы знаем о нём так мало? Пусть он передаст как можно больше информации о правителе. Вождь побеждает нас тем, что мы видим его сильные стороны, но понятия не имеем о слабых. Он же всего лишь человек. У него должны быть слабости. Именно зная о них, мы сможем понять, как нам действовать дальше.
  
  
   Вот уже три дня Вождь находился в напряжённом состоянии. Сегодня истекал срок ультиматума Светлой Стороне. Его солдаты в тылу врага, докладывают о готовности начать операцию, но правитель медлил. Он понимал, что если начать штурм генератора многие из его солдат погибнут, а Вождь, как это ни смешно звучит, ценил жизни людей. Жизни верных ему людей. Но ещё больше он ценил такие слова как свобода и независимость. И если придётся, он поступится людскими жизнями, но добудет свободу для своего народа.
   Нервы тирана были натянуты до звона. Последние дни никто не выдерживал в обществе правителя больше пяти минут из-за опасения сорвавшейся лавины диктаторского напряжения. Отправляться на плаху раньше времени никто не хотел.
   Всё было бы ничего, если бы Раади оставалась в замке. Ей, как никому другому, удавалось снимать его напряжение. Её ласковые нежные пальчики, скользившие по его накаченной государственными заботами спине, заставляли забыть буквально обо всех проблемах. Но именно сейчас, когда она ему так нужна, Раади уехала куда-то на север навестить приболевшую мать. Временно заменявшая её служанка не вызывала у вождя ничего, кроме брезгливости и раздражения. Эту Катрин буквально начинало трясти при виде приближающегося могучей поступью диктатора. Она боялась его, как первородного огня. Что тоже настроение Вождю не улучшало.
   Наконец настал последний час. В кабинете Правителя было пусто. Все советники под какими-либо предлогами отказались участвовать в сегодняшних переговорах. Все кроме Винсента, старик уверенно открыл дверь и вошёл к диктатору.
  -- Связь с Той Стороной установлена, - доложил он, отступая под тень восточной стены, откуда и намеревался обозревать переговоры.
  -- Отлично, - улыбнулся Вождь, щёлкая панелью 3D-визора.
   Тотчас же половину кабинета заслонило трёхмерное изображение зала Совета.
  -- Здравствуйте, господа светлые, - почти миролюбиво улыбнулся Вождь.
  -- Приветствуем вас, Вождь, - ответил за всех пресветлый Рембург.
   Лица остальных членов Совета выражали плохо скрываемое злорадство, что совсем не понравилось кровавому диктатору.
  -- До вас дошло моё послание?
  -- Какое послание, Вождь?
  -- Моя просьба об отключении полога, - не давая вывести себя из равновесия, улыбнулся тиран.
  -- Так вы говорили это серьёзно? А Совет решил, что это всё удачная шутка.
  -- Пресветлый, вы начинаете меня утомлять. Мы перейдём, наконец, к делу?
  -- Перейдём, вождь. Как не перейти. Только прежде мне хотелось бы вас представить одному нашему гостю. Кажется его имя Раади, если не ошибаюсь.
   Девушку ввели в зал. Связанная, грязная, одетая в какие-то лохмотья девушка грозно смотрела прямо в глаза членов Совета.
  -- Мой Вождь покарает вас, - хмуро буркнула она.
   Покрытые кровоподтёками руки и огромный синяк под глазом, давали понять, что схватить девушку, было не простой задачей.
  -- О каре, пока речь не идёт. Речь идёт о твоём спасении, - хмуро ответил пресветлый Рембург, - можешь поздороваться с твоим Вождём.
   С той самой секунды, как девушку ввели в зал Совета, лицо диктатора превратилось в камень. Все мускулы лица наряжено застыли. Было видно, как дрожат от ярости скулы. Взгляд холодных яростных тёмных глаз из-под бровей не сулил членам Совета ничего хорошего.
   Раади повернулась и мигом потеряла всю свою воинственность. Глаза заблестели, наполнившись слезами, и она торопливо опустила голову. Вид замершего, словно мраморная колонна, правителя довёл её до грани истерики. Кому, как ни ей лучше всего понимать чувства Вождя?
  -- Мой господин. Просите меня, я виновата.
   Плотно сжатые губы правителя побелели. Он с трудом контролировал себя. Вся усталость ожидания последних дней невыносимым грузом давила на его сознание, требуя отпустить очистительную лавину гнева.
  -- Судя по твоему виду, Вождь. Мы не ошиблись с выбором цели. Эта девушка действительно дорога тебе.
  -- Дурак. Я не просто дорога ему. Вождь любит меня.
  -- Сейчас, девочка, у тебя будет возможность это проверить. Вождь, ты готов к переговорам?
   Диктатор едва заметно кивнул.
  -- Итак. Мы не требуем от тебя невозможного. Ты должен выполнить три пункта. Во-первых, приказать своим людям, находящимся на нашей территории сложить оружие. Обещаю, им всем сохранят жизнь. Во-вторых, ты должен показать путь, которым пользовались твои диверсанты при переходе через барьер. И самое главное, ты должен передать страну под протекторат нашему человеку.
  -- Это всё? - безлико спросил Вождь.
   Он уже давно не смотрел на пресветлого и лишь крем уха слушал его. Можно было бы и самому догадаться, что потребуют эти кретины. Правитель смотрел на неё. Девочка всё так же боялась поднять голову и увидеть глаза своего господина. Раади понимала, какую высокую цену требуют с господина за её жизнь.
  -- Что скажешь, Вождь? Стоит ли эта девчонка, и её настоящая любовь к тебе, такой платы? Что скажешь?
  -- Тебе, пока ничего, а вот ей...
   А ведь пресветлый прав. Чего стоит её любовь? Чего стоит её любовь для того, кого никто никогда не любил. Для того, кто сам никогда не любил. Для того, кому её чувства стали единственной отдушиной в жизни. Рядом с ней затихал его гнев. Рядом с ней он чувствовал себя спокойно. Он был благодарен её за её любовь. Но любил ли он её в ответ?
   Несколько дней назад, он сказал что любит.
   Любовь. Запретное, неизвестное для него чувство. Любовь к одному человеку. Любовь к одной девушке. Это чувство делает людей слабыми. Это чувство заставляет их делать глупости и совершать ошибки...
   Спасти страну. Увидеть рассвет из своего замка. Помочь своему народу встать на ноги. Вот о чём мечтал он долгое время. Вот к чему стремился. Вот зачем жил и зачем убивал.
   Так что же важнее?
   Раади, словно почувствовав смятение своего возлюбленного, подняла глаза. Их взгляды соприкоснулись. Страх стальными оковами охватил сердце девушки. Как же так? Вождь же любит её! Тиран открыл рот и тихо прошептал:
  -- Я отомщу за тебя... любимая... обещаю.
  
  
  -- Сколько их осталось в живых?
  -- На данный момент двадцать четыре, мой Вождь.
  -- Я хочу, чтобы их доставили сюда живыми! В самые ближайшие дни!
  -- Но, мой Вождь!
  -- Какие-то проблемы? - правитель понизил голос до зловещего шепота.
  -- Нет, мой вождь, - стушевался командир.
  -- Выполняйте.
   Повинуясь нажатию кнопки, тяжёлые чёрные шторы медленно разъехались в стороны. Тиран глубоко вздохнул и, подперев руками подбородок, посмотрел в открывшееся окно. Бывшие когда-то чёрными едва заметными силуэтами небоскрёбы, сейчас превратились в пепельно-серые очертания. Генератор полога был взорван полтора месяца назад, и прочный занавес грозовых туч постепенно стал рассеиваться. Иногда Вождю казалось, что он видит, как с каждой секундой небо становится всё светлее и светлее.
   Неделю назад стало появляться явление уже прочно забытое на Этой Стороне - смена дня и ночи. И хотя естественно синего неба ещё не было видно, зато появилось грязно-мутное пятно солнца, равномерно движущееся по небосводу. Всё это вызывало неописуемый восторг у населения. Популярность Вождя резко возросла. Теперь значительно реже можно было услышать "кровавый диктатор", зато чаще "благодетель". Впрочем, тиран не обольщался. Люди быстро забывают добро, но долгое время припоминают зло. Такова их натура.
   Кроме того, число проклинающих его в мире не уменьшилось, а скорее увеличилось, за счёт жителей Светлой Стороны. Военные действия там продолжались уже на протяжении двух месяцев. Вождь справедливо решил не оставлять недобитым раненного озлобленного врага, и после взрыва генератора, продолжил боевые действия. Он не ставил себе цель захватить города или власть на Той Стороне. Он всего лишь хотел повергнуть ненавистную ему цивилизацию в хаос. И ему это удавалось.
   Большая часть Совета была уничтожена, армия противника разбита в первом же и единственном крупном сражении, а большинство стратегических объектов полностью разрушены. На данный момент его солдаты занимались тем, что пресекали любые попытки восстановить порядок в стране.
   Правитель понимал, что до бесконечности так продолжаться не может. А потому поставил перед своими людьми конкретную задачу - найти и захватить живыми оставшихся членов Совета. Лишь старый опытный Винсент догадывался, что в этом приказе есть личная подоплёка.
   Через три дня члены Совета были доставлены в замок Вождя. Только вместо обещанных двадцати четырёх их было двадцать один. Остальные до этого дня не дожили.
   Поздно вечером, связанных цепью идущих друг за другом пленников привели в один из церемониальных залов Замка. Сломленные и подавленные эти люди ни чем не были похожи на тех светлых мира сего, что ещё полгода назад держали в ежовых рукавицах всю Тёмную Сторону. Первым в Связке стоял пресветлый Рембург.
   Кроме заключённых и встретившего их холодным безучастным взглядом тирана в зале было несколько охранников и советник Винсент.
   По всему периметру помещения были установлены 3D-камеры, позволяющие фиксировать панорамное изображение зала. С момента, когда закованный в цепи пресветлый Рембург перешагнул через порог этой комнаты, началась прямая трансляция с камер на все каналы страны. Вождь хотел, чтобы каждый житель по эту сторону барьера мог видеть происходящее здесь.
  -- Снимите с них цепи.
   Привыкшие к безоговорочному подчинению солдаты, моментально освободили пленников от оков.
  -- Жители Тёмной Стороны. Все кто меня сейчас видят и слышат. Запомните этот день. День, когда мы окончательно освободились от влияния этих людей. Эти люди прокляли нас за грехи наших предков. Эти люди превратили нас в рабов и державших в страхе на протяжении трёх веков. Посмотрите на них. Они слабы и жалки. Они полностью сломлены нашей волей. Они уже ни на что не рассчитывают. Они уже мертвы. Но я дам им шанс. Я дам им шанс уйти отсюда живыми. Всё что им надо будет так это пройти через меня. Капитан, приказываю выйти из зала и занять оборону у входа. Если кто-нибудь из этих людей сможет прорваться к двери, выпустите их и не мешайте им преодолеть барьер.
   Стража слаженно развернулась и быстро скрылась за дверью. Из-за своего стола медленно поднялся Вождь и встал у выхода.
  -- Вас двадцать человек. Неужели все вместе не справитесь со мной одним? В зале полно оружия. Те топоры и мечи на стенах хорошо отточены и сбалансированы. Вам надо только убить меня. Не стесняйтесь. Вы ведь хотите это сделать?
   На уставших лицах светлых отразилась вся гамма захвативших их чувств. Недоверие, изумление, страх, решимость, раздражения. Несколько человек неуверенно потянулось за оружием, внимательно следя за реакцией Вождя. Тот, криво ухмыльнувшись, демонстративно повернулся к ним спиной.
  -- Ну, вы будете нападать? Всё мне надоело. Считаю до пяти, а потом нападаю сам. Один.
   Вооружившиеся светлые неуверенно переглянулись. Их было больше, они были вооружены, но непоколебимая уверенность в себе тирана ужасно давила на нервы.
  -- Три.
   Повинуясь кивку светлого Кунца, люди рассредоточились по всему залу.
  -- Четыре.
   Правитель плавно повернулся лицом к соперникам. Улыбка исчезла с его губ. Зато глаза его загорелись неудержимым яростным вихрем. Слегка согнув ноги и склонив голову, он стал подобен хищнику перед атакой.
  -- Пять.
   Вождь бросился в атаку. Бой был кровав и быстротечен. Не успело ещё эхо под потолком отгреметь слово "пять", а всё уже было кончено. Светлых не спасло ни оружие, ни численное превосходство. Тиран дрался, словно дикий зверь, голыми руками неся за собой смерть. Его расплывшийся смутный силуэт, казался неуязвимым для оружия, которое уже более сотни раз должно было положить конец этой кровавой жатве. Наконец, Вождь остановился. В зале остались стоять только два человека. Ссутулившийся расставивший в стороны окровавленные руки диктатор, словно пожиратель падали, возвышающийся посреди кучи мёртвых тел и молодой длинноволосый светлый, по какой-то причине решивший не участвовать в общей мясорубке.
   Вождь огляделся вокруг и, поймав взглядом фигуру уцелевшего, стал стелющейся походкой приближаться к ней. Светлый невозмутимо следил за приближением смерти.
  -- Ну, здравствуй, друг. Вот ты теперь какой, да? - тихо сказал он, когда посчитал, что Вождь приблизился достаточно близко.
   Правитель в нерешительности остановился.
  -- Дориан, брат! Не могу поверить. После стольких лет. Ты... у них...
  -- Выбился в верха.
  -- Давно ты...
  -- Давно. Видишь, как судьба сложилась. Кто мог такое предположить десять лет назад. Я ведь, как услышал про великого и таинственного Вождя сразу про тебя подумал.
  -- Девушка, которую вы похитили...
  -- Она умерла быстро. Это единственное чем я мог тебе помочь. Поверь, я был против этого.
  -- Я тебе верю...
   На какое-то время оба замерли, глядя друг на друга. Потом губы Дориана прошептали что-то вроде: "Не тяни..."
   Быстрая смерть. Услуга за услугу.
   Отвернувшись от тела старого друга, Вождь принялся искать среди мёртвых Рембурга. Вскоре поиски увенчались успехом. У пресветлого были сломаны руки и пробита голова. Тело оставалось ещё тёплым, но Вождь знал, что это не надолго. Схватив труп за волосы, диктатор волоком потащил его к балкону
   Балкон выходил на широкую площадь, которая сегодня была до отказа заполнена народом. Уличные 3D-визоры, продолжали транслировать огромный трёхмерный макет залы в три раза превышающий оригинал.
   При виде появившегося Вождя толпа мгновенно затихла.
   На тёмной одежде правителя играли блики настенных факелов. Стук каблуков о мрамор разносился над площадью.
   Вот и всё. Вот она сбывшаяся мечта. Вот она осуществившаяся месть. Вот он достигнутый смысл жизни. Вот он великий подарок родному народу.
   Тиран хотел что-то сказать. Что-то подходящее для данного момента. Что-то значимое и важное. Но почему-то никакие слова не лезли в голову.
   Устало вздохнув, Вождь просто поднял руку которой держал за волосы труп высоко на головой, показывая народу самый главный свой трофей.
   Толпа, словно обезумев, взорвалась криками и овациями...
  
  
  -- Вы меня звали, мой Вождь? - спросил Винсент, заходя в личный кабинет диктатора.
   Тиран встретил его улыбкой. Не хищным оскалом, к которому все давно привыкли, а настоящей искренней улыбкой. Правитель был счастлив. Только что в его окно ударил первый солнечный лучик. Пробившись сквозь разрыв между тучами, он, улыбаясь, запрыгал на лице диктатора.
  -- А, советник Винсент! Заходи. Хочу задать тебе один вопрос... Ты действительно считаешь, что я не знаю, кто сливал Совету секретную информацию?...

5-26.12.05

  
  
  
   12
  
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"