# 38. Исход нолдор

Норэмэлдо Арандур

1.


Солосимпи плакали, а Валар очищали всю равнину Валинорэ или сидели подавленные под разрушенными Древами: великая эпоха прошла и было время мрака, и за это время народ нолдор претерпевал самые величайшие злые беды, и все недоброе в мире осаждало их (XLV).


Записано, что из всех нолдор Валинорэ, которые к тому времени выросли до великого народа, только одна десятая отказалась отправиться в путь: некоторые из-за любви, которую они питали к Валар (и к Аулэ не в последнюю очередь), некоторые из-за любви к Тириону и многому, что они сделали; и в любом случае, ни один не остался из страха перед опасностью. Ибо они были действительно доблестным народом (XXVII). Но другие говорят более развернуто, что 'некоторые нолдор остались: и те, что были на Таниквэтиль в день судьбы, и сидели сейчас с ванйар у ног Валар, разделяя их горе и бдение; и те, которые не оставили бы прекрасный город Тун и его богатство вещей, сделанных искусными руками, даже если бы тьма опустилась на них (XLII).


Большая часть народа ванйар ушла на охоту [на Моринготто] с Валар, но некоторых из тех, что остались, нолдор уговорили связать свою судьбу с ними, как это уже сделали некоторые ванйар*(1), но никто из инвир не внял словам нолдор*(2) (XLV). И тэлэри не захотели присоединиться к Исходу нолдор и отправили обратно их посланников. Они никогда не прислушивались к Мэлькору и не привечали его в своих владениях (XLII).


2.


Великий поход нолдор долго подготавливался. Валар, 'узнав о намерении нолдор, послали известие, что они запрещают поход, ибо час был злой и приведет к горю (XXXXII), но они не мешали, ибо Фэанаро обвинил их в том, что они держат эльфов в плену против их воли*(3) (XXXV). К тому же "Манвэ и Валар не разрешалось мешать нолдор, кроме как советом, но не силой*(4) (XXVII). Валар свободно привели эльдар на свою землю, чтобы они жили в ней или покинули ее; и хотя Валар могли бы счесть покидание Валинорэ безрассудным, было бы незаконным удерживать эльфов от Исхода, разве что эльфам было бы достаточно мудрого совета (L).


Нолэмэ (Нолофинвэ), видя, что его совет возобладал*(5), не стал отделяться от своего народа, пошел с ними и помогал им во всех их приготовлениях (XLV). Наконец, в 2992м году Валар*(6), войско выступило, но под разделенным руководством, так как дом Нолофинвэ считал его королем*(7) (XXXV).


И действительно, когда Фэанаро начал выстраивать нолдор для их исхода, тут же поднялись распри. Ибо хотя он объединил собрание идеей уйти, ни в коем случае все не были настроены признать Фэанаро королем. Большая любовь была дана Нолофинвэ и его сыновьям, и его домочадцам, и большая часть жителей Тириона отказались отречься от Нолофинвэ, если он пойдет с ними*(8). Так, наконец, нолдор выступили, разделившись на два отряда. Фэанаро и следовавшие за ним были в авангарде (XXVII). Фэанаро и его сыновья шли с меньшим войском, но они были полны безрассудного рвения (XLII); но большее войско под предводительством Нолофинвэ отстало*(9). И Нолофинвэ шел против своей мудрости, потому что Финдэкано, его сын, убеждал его поступить так, и потому что Нолофинвэ не хотел разделяться со своим народом, который стремился уйти, чтобы не оставлять свой народ на произвол опрометчивых советов Фэанаро*(10). Вместе с Нолофинвэ отправился и Арафинвэ, и по той же причине*(11); но он больше всех не хотел уходить (XXVII). Другие говорят, что 'с Нолофинвэ были Арафинвэ и Инглор, хотя им и не хотелось идти*(12) (XXXXII).


3.


Но когда запела труба, и Фэанаро вышел из ворот Тириона, наконец пришел вестник от Манвэ, говоря*(13):


- Против безумия Фэанаро будет дан только мой совет*(14). Не идите вперед! Ибо час недобрый, и дорога ваша ведет к скорбям, которые вы не предвидите. Валар не окажут вам помощи в этом отважном деле*(15); но се! Валар не будут вам мешать; ибо это знайте: как вы пришли сюда свободно, так свободно и уйдете*(16). Но ты, Фэанаро, сын Финвэ, по твоей клятве ты изгнан*(17). От обманов Моринготто ты отучишься в горечи*(18). Вала он, ты говоришь. Тогда ты поклялся напрасно, ибо никого из Валар ты не можешь победить ни сейчас, ни когда-либо в чертогах Эа*(19), даже если Эру, которого ты назвал, сделал тебя в три раза более великим, чем ты есть*(20) (XXVII).


Но Фэанаро рассмеялся и обратился не к герольду, а к нолдор, говоря:


- Итак! Тогда этот доблестный народ отправит наследника своего Короля в изгнание одного, только с его сыновьями и вернется в свою подневольность? Но если кто пойдет со мной, им я говорю: горести предвещают вам? Воистину, в Амане мы видели это. В Амане мы прошли через блаженство к горю. Другое сейчас попробуем мы: через горе найти радость. Или по крайней мере: свободу! *(21) (XXVII)


Затем, повернувшись к вестнику, Фэанаро воскликнул:


- Скажи это Манвэ Тулимо (Thulimo), Верховному королю Арды: Если Фэанаро не сможет свергнуть Моринготто*(22), по крайней мере, он не медлит с нападением на него и не сидит без дела в скорби. И Эру, возможно, зажег во мне огонь сильнее, чем ты знаешь*(23). Такой вред, по крайней мере, я причиню Врагу Валар, что даже могущественные в Кольце Судьбы удивятся, услышав это. Да, в конце концов они последуют за мной*(24). Прощай! (XXVII).


В тот час голос Фэанаро стал таким громким и могучим, что даже вестник Валар склонился перед ним*(25), как перед давшим полный ответ*(26), и удалился; и нолдор взяли верх. Поэтому они продолжали свой поход; и Дом Фэанаро шел быстро перед ними вдоль берегов Элэндэ: и ни разу они не обратили свой взор назад на Тирион на Туне (XXVII).


Как уже говорилось, 'Фэанаро стал самым могущественным во всех частях тела и разума: в доблести, в выносливости, в красоте, в понимании, в умении, в силе и утонченности в равной степени: из всех Детей Эру, и яркое пламя было в нем . Чудесные дела во славу Арды, которые он мог сотворить в противном случае, только Манвэ мог бы в некоторой степени зачать в себе. И те ванйар, которые держали бдение вместе с Валар, записали, что, когда посланники доложили Манвэ об ответах Фэанаро герольду, Манвэ заплакал и склонил голову*(Это очень странный момент: Фэанаро говорил с нерольдом Манвэ, но почкму-то не герольд принес Манвэ ответ Фэанаро, а некие посланники рассказали Манвэ о чем говорили Фэанаро и посланный Манвэ герольд. Известно, что аинур общаются меж собою без млов, со скоростью мысли, так что Манвэ давно должен был знать об ответе Фэанаро, но заплакал, когда услушал об этом ответе от неких прсланников (как впоследствии запакал, видя бунт част Валар, о чем будет сказано позднее.). Так быть может Манвэ заплакал из-за слов и действий неизвестно кем отправленных посланцев, а не из-за слов Фэанаро.). Но при последнем слове Фэанаро о том, что нолдор, по крайней мере, срвершат такие дела, что будут жить в песне вечно, он поднял голову, как тот, кто слышит голос издалека, и сказал:


- Так и будет! Эти песни, купленные дорого, будут оценены, и все же они будут куплены хорошо. Ибо цена не может быть другой. Таким образом, ровно как Эру говорил нам, красота, прежде не задуманная, будет пренесена в Эа, а зло все равно обернется ко благу*(Таким образом видно, что Фэанаро не нес в себе искажения и его поступки не несли зла, но платя цену которую нельзя не платить, нолдор должны были оьернуть зло добром.) (XXVII).


- И все же останется злом, - сказал Мандос. - Ко мне скоро придет Фэанаро*(То, что Фэанаро будет убит Нвмо называет злом, которое не исправит никакое добро.) (XXVII).


Но когда наконец Валар узнали, что нолдор действительно покинули Аман и вернулись в Средиземье, они воспряли и начали воплощать в жизнь те советы, которые они приняли в расчет для исправления зла Моринготто*(Так ноллдор Превого Дома, а впоследствии и другие Дома, стали исправлять зло Моринготто и делать работу Валар, от которой сами Валар устранились.) (XXVII).


4.


Медленнее и менее рьяно шло за Фэанаро воинство Нолофинвэ. Из них Финдэкано был первым (XXVII). Жена Нолофинвэ Анаирэ отказалась покинуть Аман, в основном из-за ее дружбы с Эарвэн, женой Арафинвэ (хотя Анаирэ была нолдэ, а не одна из тэлэри)*(27). Но все ее дети пошли с отцом: Финдэкано, Турукано, Аракано и Ириссэ, его дочь и третий ребенок; она находилась под защитой Турукано, который очень любил ее, и Эленвэ, его жены (XXXI).


В тылу шли Арафинвэ и Инглор, и многие из прекраснейших и мудрейших из нолдор; и часто они оглядывались назад, чтобы увидеть свой прекрасный город, пока светильник Миндон Эльдалиэва не затерялся в ночи*(28) (XXVII). Более всех других ушедших в Исход они унесли из Тириона воспоминания о блаженстве, которое они оставили*(29) и даже унесли кое-что из того прекрасного, что они там сделали, они взяли это с собой: утешение и бремя в пути (XXVII). И они взяли с собой драгоценности и предметы одежды; но все свои книги по их знаниям они оставили позади, и действительно, в них было не так много того, что мудрецы среди них не могли бы сличить по памяти (XLV). Так случилось, что, когда свет Валинорэ померк, навеки, как думали нолдор, Налтариэль присоединилась к восстанию против Валар, которые приказали им остаться*(30) (XXXI). Арафинвэ оставил свою жену (Эарвэн) в Валинорэ и не имел детей в изгнании (XXXI).


5.


Поход начался, хотя Валар запретили его (и все же не воспрепятствовали), но под разделенным руководством, ибо Дом Нолофинвэ считал его королем*(31) (XLIV). И Фэанаро 'сказал с некоторой справедливостью*(32):


- Притязания моего брата основаны только на декрете Валар*(33); но какая сила в этом для тех, кто отверг их и стремится бежать из их страны-тюрьмы?


Но Нолофинвэ ответил:


- Я не отверг ни Валар, ни их власть во всех делах, где они должны ее использовать*(34). Но если эльдар был дан свободный выбор покинуть Средиземье и отправиться в Аман, и они приняли предложение из-за красоты и блаженства этой земли, то свободный выбор покинуть Аман и вернуться в Средиземье, когда страна станет темной и оскверненной, не может быть отнят*(35). Кроме того, у меня есть поручение в Средиземье: отомстить за кровь моего отца Моринготто, которому Валар дали свободу среди нас. Фэанаро же сначала ищет свои украденные сокровища*(36) (XXXI).


6.


Нолдор спустились с холма Кор, освещенного пламенем факелов, и так, быстро двигаясь вдоль ручья*(37) и берегов того рукава Сумрачного моря, что вторгался здесь в холмы, они пришли к обращенным к морю жилищам Солосимпи (XLV).


Войско не ушло далеко, как Фэанаро пришло в сердце, что все эти могучие отряды, как воины, так и другие, и огромный запас вещей, никогда не преодолеют огромные лиги на север, кроме как с помощью кораблей*(38). Теперь они пошли на север и потому, что намеревались идти к Моринготто, и потому, что к северу Разделенные Моря сужались; ибо Тун под Таниквэтиль находится на поясе земли, где Великое Море было безмерно велико (XXXV).


Но только у тэлэри были корабли, и они не отдали их и не одолжили против воли Валар*(39) (XLIV). Теперь, нолдор, имея почти столько же девушек и женщин, сколько мужчин и мальчиков (хотя много, особенно маленьких детей, были оставлены в Коре и Сирнумэне)*(40), были в растерянности, и в этой крайности, обезумев от горя и смутившись разумом*(41), нолдоли совершили те деяния, о которых они впоследствии горше всего раскаивались, ибо из-за них тяжкое недовольство легло на весь их народ, и сердца даже их родных на некоторое время обратились против них*(42) (XLV).


Так случилась в этот год ужаса, 'примерно в 2992-м валианском году (XLIV), прискорбная битва при Алквалондэ и братоубийство, порочно прославленное в песне, в котором обезумевшие нолдор содействовали делу Моринготто*(43) Но нолдор одолели тэлэри, взяли их корабли и медленно поплыли вдоль скалистых берегов, подвергаясь большой опасности, 'лишениям (XLIV) и среди раздоров. Многие шли пешком, а другие управляли кораблями (XXXV).


Примечания.


*(1) В этом тексте ванйар названы тэлэри, но это ранний текст, когда имена еще не были полностью открыты.


*(2) Инвир - это ванйар Дома Ингвэ. Некоторые ванйар пошли в Исход, но никто из Дома Ингвэ.


*(3) Со слов внутреннего автора получается, что Валар не препятствовали Исходу потому, что Фэанаро поймал их за руку, и начни они мешать эльфам уйти, стало бы видно, что Фэанаро был прав, и Валар держат эльфов в Амане насильно. Однако, хотя и это могло быть причиной, так же Валар не препятствовали уходу нолдор из Амана еще и потому, что Единый запретил им навязывать Детям свою волю.


*(4) Валар в принципе не должны принуждать эрухини силой, но Исход был настолько важен для воплощения Замысла, что Единый отдельно обратился к Валар, запрещая им мешали силой Исходу. Ведь кто кроме Единого мог запретить Валар и Манвэ?


*(5) Не понятно, о возобладании какого совета идет речь, ведь изначально Нолофинвэ настаивал на том, что вообще не надо уходить из Амана, и только когда увидел, что его народ уйдет без него под рукою Фэанаро, решил тоже идти в Исход.


*(6) Сказано, что нолдор долго готовились к Исходу - согласно хронологии прошел один год Валар, то есть около десяти солнечных лет. Таким образом любые попытки выставить Исход бурным и стремительным, а нолдор околдованными речами Фэанаро - не более чем навет. И разумеется нельзя называть "Бегством" то, подготовка к чему длилась более десяти лет; как нельзя и назвать Изгнанием то, что Валар хотели предотвратить - изгнанников прогоняют, а не стараются удержать.


*(7) Таким образом, мы видим, что те, кто считал Нолофинвэ королем, были в меньшинстве - только его Дом, в то время как остальные нолдор признали Нолдораном Фэанаро. Нолофинвэ же упорно пытался узурпировать трон теперь уже у полубрата, не взирая на свою клятву следовать за ним, как за старшим.


*(8) Большая часть не всех нолдор, но нолдор Кора, тех, кто был из Второго Дома. И так как сказано, что только Второй Дом считал Нолофинвэ Нолдораном (XXXV), мы узнаем, что только часть нолдор Третьего Дома жила в Тирионе, остальные, видимо, как и Арафинвэ, в Альквалондэ. Когда нолдор шли в Исход, Третий Дом отставал (из-за того, что нес большой груз сокровищ) и шел в конце. На основании этого обычно негласно заключают, что Третий Дом следовал за Нолофинвэ, коль скоро из-за своего промедления он оказался ближе к войску Нолофинвэ, чем к войску Фэанаро. Но в действительности это вряд ли связано. Мы знаем, что Нолофинвэ поддерживал Второй Дом и Финдарато с Алатариэль. Но пока Третий Дом возглавлял Арафинвэ, Третий Дом не признавал Нолофинвэ Нолдораном. Однако, когда Третий Дом возглавил Финдарато, то он примкнул к Нолофинвэ. И этим обусловлены слова Маитимо, что выбор большинства (но не всех) среди Младших Домов все равно бы пал на Нолофинвэ.


*(9) Здесь впервые в текстах появляется противоречие: всегда говорилось, что Нолофинвэ признали только нолдор его Дома, а здесь говорится, что его отряд был больше, чем отряд Фэанаро. Вполне возможно, что данный текст написан в ретроспективе, когда уже было известно, что после ухода Арафинвэ Третий Дом примкнет к Нолофинвэ.


*(10) То есть Нолофинвэ шел в Исход не чтобы мстить за гибель отца, а потому, что если бы он остался, то те, кто называл его Королем, бросили бы его и пошли бы за Фэанаро.


*(11) Слова, что Арафинвэ шел по той же причине, что и Нолофинвэ, выглядят странно, поскольку у Нолофинвэ было несколько причин (чтобы его народ не присоединился к Фэанаро; чтобы не потерять власть; потому что поддался уговорам Финдэкано уйти). "По той же причине" это по всем трем? Но в действительности ни одна из этих трех причин не подходит и не актуальна для Арафинвэ. И даже если Арафинвэ шел в Исход, чтобы его народ не оказался без него под властью Фэанаро, то получается, что, когда Арафинвэ, решил в Арамане вернуться в Валинорэ, он бросил свой народ, ради которого вроде как и решил уйти в Исход, на "произвол" Фэанаро. Таким образом мы видим, что мотивация Нолофинвэ и Арафинвэ никак не связаны.


*(12) Ранее говорилось, что Инглор хотел идти из-за своего друга Турукано и ради новых собственных владений. То есть, в отличие от отца (да и дяди), Финдарато действительно хотел уйти в Эндорэ, и когда получил главенство над Третьим Домом, стал поддерживать Нолофинвэ, хотя и знал, что Нолофинвэ узурпатор. Возможно это было сделано из-за дружбы с Турукано, но так или иначе, это было беззаконно и укрепляло вероломство меж нолдор.


*(13) Стоит отметит, что Вестник не обращается отдельно к Нолофинвэ, чтобы он удержал народ как Король этого народа - отсюда видно, что Валар тоже не воспринимают Нолофинвэ как Нолдорана. В этом Валар сохранили свое обещание, что Фэанаро, несмотря на второй брак Финвэ, будет наследником Финвэ. И Валар своим обращением через вестника показывают, что есть народ и есть Фэанаро - как раньше был народ и был Финвэ.


*(14) Внутренний автор говорит "наконец пришел вестник Манвэ", словно его все ждали давным-давно или Манвэ, "запретивший Исход" должен был прислать его давным-давно - но нолдор готовились к Исходу 10 лет, и за это время Валар, хоти они того. могли бы прислать гонца много раз, как могли бы призвать к себе народ и говорить с ним. И хотя сама фраза о том, что Манвэ не может останавливать Фэанаро иначе, чем словами соответствует духу Валар и тем отношениям, что должны быть установлены меж ними и эрухини, но все же сама фраза вряд ли принадлежит Манвэ, ибо Фэанаро вел нолдор в Исход согласно Замыслу Единого, а Манвэ якобы назвал это "безумием". Либо же Манвэ очень крупно ошибся и виновен в бедах мира еще более, чем известно на сейчас.


*(15) Здесь использовано слово emprise - "отважное дело, рыцарский подвиг". Очень странно, что Манвэ об одном и том же говорит как о безумии и как о рыцарском подвиге. Получается, что идти в Эндорэ и воевать с чудовищем (Моринготто), спасая от него тысячи жизней, это подвиг, но совершать такой подвиг, идти спасать жизни - это безумие, и надо остаться, так как Валар не окажут помощи в подвиге, и рыцари в награду за доблесть получат лишь скорбь. И в отношении к Первому Дому так и стало. Создается ощущение, что это обращение Манвэ было рассмотрено в ретроспективе, и здесь приведены не слова герольда, а его слова в общем духе, через призму произошедшего впоследствии. Так говорится о награде за подвиг; а о том, что Валар не станут помогать ушедшим, стало известно лишь после создания Солнца и Луны.


Еще один момент в обращении вестника - предупреждение, что нолдор уходят в недобрый час. Если это слова Манвэ, то из этого следует, что он вообще не был против Исхода, не считал его ничем неправильным. Только дело, которое в принципе считают правильным, могут назвать несвоевременным.


Однако Первый Дом и так пришел в Валариандэ в последний момент - когда Морингото уже убили и пленил многих мориквэнди и заканчивал захват Валариандэ. Если бы Фэанаро внял Манвэ и отложил Исход на еще неизвестно сколь долгое время (Исход длился 17 лет, и за этот период, по мнению Валар, время так ине стало "добрым", то есть подходящим для войны с Моринготто), то Замысел был бы отвергнут, а Моринготто мог бы уже захватить все Эндорэ.


*(16) Здесь Манвэ обещает, что Валар не будут мешать нолдор, что еще раз подтверждает, что фигура, которую многие приняли за Намо, лишь Темная тварь, но об этом будет написано позже.


*(17) Фэанаро изгнан не Манвэ и не Валар, но Фэанаро изгнал сам себя своей клятвой, ибо теперь он не может не отправиться ее исполнять. Однако не один Фэанаро дал эту клятву: многие нолдор не только Первого Дома приняли на себя клятву Фэанаро, и даже кто-то из Лордов Младших Домов. Настолько многие сделали это, что впоследствии нолдор, как народ, называли себя изгнанниками. Изгнавшими сами себя, своею клятвой, то которой, видимо, многие потом сожалели.


*(18) Но Фэанаро не говорил ничего из лжи Мэлькора, и если какие-то из его слов совпадали со словами Мэлько, то только потому, что это была правда. Фэанаро говорил, что Валар привезли эльфов в Валинорэ ради своего удовольствия, и это было правдой; Фэанаро говорил, что Валар собрали в Амане весь свет, лишив света Эндорэ - и это тоже было правдой; Фэанаро говорил, что эльфы питомцы Валар - и в главе о возвращении нолдор в Валинорэ из Арамана будет видно, что это действительно так. Но как видно из речи Фэанаро на квэнйа - он не говорил того дурного о людях. что ему приписывают. Таким образом, Манвэ не мог говорить, что Фэанаро повторяет обманы Морингото. Однако многие нолдор действительно поддались обманам Моринготто - с этим связаны раздоры между Домами, и часть нолдор учились у Мэлькора и "узнавали тайны". Но первое касается многих в народе нолдор (и Фэанаро одним из последних, а не первых), а во втором Фэанаро вовсе не участвовал. В данном диалоге Манвэ говорит все это именно к Фэанаро, но это не настоящая речь Манвэ, и потому те вещи, что Манвэ в действительности мог говорить для всех, здесь внутренний автор сделал обращенными только к Фэанаро.


*(19) Однако, нолдор измотали Моринготто, лишили его силы, и если бы не отказ Турукано в решающий момент сражаться против Врага, о чем будет рассказано в свое время, нолдор своими силами победили бы Моринготто, пусть он и Вала.


*(20) Очень сомнительно, что данная речь хотя бы наполовину принадлежала Манвэ, хотя, несомненно, она построена на реальном послании от Манвэ. Потому что данная речь слишком во многом противоречит Замыслу, предсказывает ложное и обвиняет несправедливо.


*(21) Здесь Фэанаро называет себя наследником Короля и говорит - если вы идете за мною, то... И никто не возражает ему и не говорит, что он не наследник, или что они идут не за Фэанаро. Как мы помним из абзаца выше, если бы Нолофинвэ не пошел в Исход, то те, кто называл его Королем, оставили бы его и пошли бы за Фэанаро.


*(22) Это довольно странный момент - Фэанаро называет Манвэ королем Арды и при этом говорит, что попробует свергнуть Моринготто, словно узурпатора (ведь Моринготто тоже называл себя Владыкой Арды, зная, что это титул принадлежит Манвэ), хотя вообще-то этим должен заниматься сам Верховный король, обладающий властью и силой.


*(23) Учитывая, что сам Исход, который организовал и собрал Фэанаро, был согласен с Замыслом, и то, что, как будет показано позднее, Единый помогал Фэанаро и верным ему прибыть в Эндорэ, вполне возможно, что Фэанаро знал о своей особой и избранной судьбе и силе. Так же не стоит забывать, что Фэанаро единственный из населявших Арду, кому Единый дал создать творения, наделенные душой, что просто немыслимо по своей мощи, даже несмотря на то, что это творение было разовым и с содействием самого Единого. Но несомненно, у Фэанаро было основание говорить, что Эру дал ему куда больше, чем то, о чем можно догадаться, глядя глазами.


*(24) И так и стало. Исход был необходим, без него Моринготто захватил бы всю Арду, и в конце концов Валар отправили войско закончить дело Фэанаро, хотя должны были сделать это еще раньше.


*(25) В последствии, когда Улмо говорил через Туора, голос атана стал громким и могучим, так что все поняли, что это говорит не Смертный. А здесь Фэанаро заговорил так... что даже вестник Валар склонился перед ним. И поскольку ни один из Валар не говорил через Фэанаро, то вполне возможно, что через него говорил Единый - это объясняло бы и слова, что Манвэ даже не знает, какую мощь Единый дал Фэанаро, и предсказания, данные Фэанаро.


*(26) В переводах на русский часто можно увидеть "словно получил достойный ответ" (распространенный перевод Н.Эстель) или даже "как если бы получил учтивый ответ". Однако в оригинале сказано "herald of the Valar bowed before him as one full-answered", то есть как получивший полный, исчерпывающий ответ, что несет иной смысл; в данной фразе нет и оттенка "как если бы", "словно бы". Склонился как перед давшим полный ответ - признавая правоту Фэанаро. Но в оригинальной фразе видно, что поклон маиа, вестника Валар, вызван не тем, что ему исчерпывающе ответили (словно это редкость), а той силой, что звучала в голосе Фэанаро.


*(27) Удивительно, но для Анаирэ дружба с Эарвэн была важнее ее любви к мужу и детям. Как для Нэрданэль служение Аулэ было важнее мужа и детей.


*(28) Как мы помним из главы "О Третьем Доме", Лорды Третьего Дома (Арафинвэ, Финдарато, Налтариэль) названы каждый наипрекраснейшим, наимудрейшим, наиблагороднейшим и наилучшим, при том, что не сказано, чем именно обусловлены такие термины (не приведены деяния мудрости, славы, благородства и т.п.); зато сказано о недостатках (например, властолюбие Финдарато и Налтариэль). Сейчас же внутренний автор пишет, что шедшие в конце, так и не могущие решить, уходят они или нет, делающие все наполовину и несущие с собою больше всего сокровищ, но не книг, эльфы Третьего Дома, были наимудрейшими и наипрекраснейшими. Скорее всего это объясняется тем, что сам автор был из Третьего Дома и славил то, что ему мило, не по справедливости, а по своим предпочтениям.


*(29) Из этих слов мы можем понять, что Третий Дом не хотел уходить и оставлять земли, в которых им когда-то было так хорошо, в надежде на то, что блаженство однажды еще вернется. Финдарато и Налтариэль шли в Эндорэ, чтобы получить свои владения, Аиканаро и Ангарато шли сражаться с Врагом, но зачем шел Артарэсто и народ Третьего Дома - не известно, и многие впоследствии повернули назад.


*(30) Валар не приказывали нолдор остаться. Даже если брать известное нам послание Манвэ слово в слово, то это был совет, но не приказ.


*(31) Во-первых, Валар не запрещали Исход, но советовали не уходить - не понятно, почему раз за разом поздние летописцы говорят о "запрете". Во-вторых, в очередной раз повторяется, что только Второй Дом признавал Нолофинвэ Нолдораном.


*(32) Даже внутренний автор, поддерживающий Нолофинвэ, не мог не признать, что Фэанаро говорит справедливо, но признать слова полностью справедливыми, значит признать притязания того, кто тебе нравится, незаконными, чего допустить нельзя. Поэтому о словах Фэанаро сказано что в них есть "некоторая справедливость".


*(33) Имеется в виду декрет об изгнании Фэанаро из Тириона, так как о других декретах Валар нигде и ничего не сказано.


*(34) Но Валар не должны и не имели права проявлять власть в установлении правителя над эльдар. Так что они не могли вручить власть над нолдор Нолофинвэ, как он утверждал это.


*(35) В одном из вариантов пересказа речи Фэанаро, ему приписаны слова: "Когда-то здесь был свет, которого Валар пожалели для Средиземья, но теперь тьма сравняла все" (XXVII), по объясненным ранее причинам, эти слова не принадлежали Фэанаро, но они, как видно сейчас, соответствуют словам Нолофинвэ - видимо, таково было настроение многих во Втором Доме: раз в Амане больше нет света и красоты, то нам здесь и делать нечего. Словно привязанность к земле и к ее обитателям ничего не значили.


*(36) Нолофинвэ говорит, что Фэанаро сначала ищет свои сокровища и только потом мстит, но и разве Нолофинвэ не назвал месть за Финвэ второй из своих причин, чтобы идти? И разве Нолофинвэ не остался бы в Валинорэ, если бы там оставался свет, и Нолофинвэ смог бы сохранить свою власть над нолдор, которые готовы были уйти в Исход без него? Нолофинвэ призывал нолдор остаться в Валинорэ, и только видя, что его народ готов уйти без него за Фэанаро, Нолофинвэ пошел в Исход - где тогда было его желание мстить за отца, которое вдруг появилось 10 лет спустя? Так же крайне странно выглядит мотивация Нолофинвэ в плане того, что он претендует на титул Нолдорана, опираясь на Валар: "Я не отвергаю Валар, хотя пользуясь своей свободой воли, покидаю их землю, коль скоро она больше ничего мне не может дать; к тому же мне надо отомстить Моринготто, в делах которого виноваты эти же Валар. Но так я не отвергаю их власть и они, конечно же, назначили меня королем тех, кто уходит из этой земли".


*(37) Это не совсем ручей, это creek - поток, который то становится полноводной рекой, то пересыхает вплоть до полного исчезновения. Этот ручей упоминался в описании Кора и соединял город и Море. Видимо, этот ручей был соленый и становился полноводным во время приливов.


*(38) В первую очередь стоит отметить, что мысль пришла не в голову Фэанаро - то есть не сам он ее подумал, а в сердце Фэанаро - то есть, эта мысль была послана Единым. И таким образом, у нас есть еще одно из множества подтверждений того, что Исход происходил согласно Замыслу Единого, и Единый вел Фэанаро. Во вторую очередь нужно отметить, что о Фэанаро везде говорится как о гиганте мысли, сверходаренном, прозорливом и мудром (не книжными знаниями, как Нолофинвэ, а живым умом) - так неужели за десять лет подготовки к Исходу ни Фэанаро, ни кто другой ни разу не подумал о том, как они доберутся до Эндорэ и не подумали, что им будут нужны корабли (особенно учитывая, что все эльдар попали в Аман по морю). Представляется невозможным, чтобы этот вопрос не поднимался ранее, а следовательно, не был ранее же решен. Скорее всего у нолдор Исхода были договоренности с тэлэри, ведь у многих нолдор среди тэлэри были родичи и друзья (Мириэль по матери была из тэлэри, жена Куруфинвэ Атаринкэ была из тэлэри, у уходящего в Исход Арафинвэ женой была дочь правителя тэлэри и его собственный дом был в Альквалондэ) - есть все основания предполагать, что вопрос с кораблями; за 10 лет был каким-то образом решен (например у части тэлэри, присоединившихся к народу нолдор, обязательно были собственные корабли). К тому же тэлэри были многим обязаны нолдор, ведь каменщики Дома Финвэ и Фэанаро построили для тэлэри Альквалондэ - возможно, договоренность была в то, что в качестве ответной доброты тэлэри обещали перевезти нолдор в Эндорэ.


*(39) Таким образом, даже если у нолдор исхода были договоренности с тэлэри (а они, скорее всего, были), тэлэри отказались помогать нолдор из-за того, что Валар были против Исхода. Таким образом, Валар все же смогли отчасти помешать Исходу.


*(40) Видимо, одну десятую часть от всех оставшихся в Амане нолдор занимали так же оставленные маленькие дети - это показывает, что многие нолдор как Младших Домов, так и Дома Финвэ, а может, и Дома Фэанаро, не собирались уходить из Амана насовсем, не искали себе владений в Эндорэ, но шли, чтобы отомстить за гибель Короля, вернуть Сильмарилли Первому Дому и возвратиться в Валинорэ самим. И Валар, закрыв Валинорэ, фактически похитили этих детей у родителей.


*(41) Говорится, что нолдор были в крайней нужде и обезумели от горя - тэлэри видели это состояние, но вслед за своим владыкой Ольвэ не испытали сочувствия или хотя бы жалости к тем, кого называли братьями. Это будет видно в разговоре меж Фэанаро и Ольвэ.


*(42) Я думаю, что у тех нолдор, что обладали сердцем, в первую очередь тяжелое раскаяние было связано со скорбью о содеянном и недопустимости этого содеянного, но, быть может, у остатков Младших Домов, писавших летописи, раскаяние было связано только с тяжестью последствий за содеянное.


*(43) Сказано, что было злом, порочно прославлять эту битву в песне (evilly renowned in song), и это правда - такая песня еще больше разделяет эльдар, что было на руку Врагу. Но несправедливо считать, что лишь деяния нолдор, но не тэлэри были злы и способствовали делу Моринготто - это будет видно из описания битвы и ее причин.