Аррантарра: другие произведения.

Фанфик по "One Piece": Этот странный мир

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Peклaмa:

  • Аннотация:
    Хочешь жить - умей вертеться. Не симпатизируй пиратам, если работаешь в Дозоре. Не имей собственного мнения, если не хочешь выйти в море раньше, чем это положено. А ведь там приключения, которые, впоследствии, сами за тебя решат - быть им или не быть.
    ЗАВЕРШЕНО


   Начало
  
         -- Эй, осторожнее! -- меня толкнули в плечо, оттесняя с проезжей части в сторону тротуара. Опять уйдя с головой в свои мысли, я и не заметила, как пошла на красный свет. Мимо, обдав горячим ветром и запахом бензина, пролетел тонированный джип. 
      -- Извините, спасибо! -- не особо напрягая голосовые связки, отозвалась я. Привычка уходить в мысли с головой, однажды меня погубит...
      -- На дорогу смотри или вообще не выходи из дома! -- тетенька средних размеров, воодушевленная наличием толпы на переходе, начала бушевать. -- И это такие потом рожают!..
      -- Заткнись, -- вызверилась я. Женщина подавилась воздухом, а толпа, до этого укоряюще скалившаяся в мой адрес, не смогла сдержать смешков. Не люблю людей за это: сначала на одном краю кантуются, а когда ветер переменится -- на другом. -- За машину спасибо, остальное не твоё дело. 
      Квартира встретила тишиной и напряженным мерцанием пары желтых глаз. Кот. Обычный кот, рыже-белого цвета. Подозреваю, что он мне вообще от предыдущих жильцов достался, не пожелавших тащить животное с собой. Просто так евнухи кошачьего рода на улице не встречаются... 
      Животина решила дать о себе знать, довольно-таки мелодично мурлыкнув и тронув меня лапкой. Откормленная туша, непонятно как, раз за разом умудрялась взбираться по росшему с наружной стены дома винограду и открывать окно на кухне. Кстати, его не мешало бы сменить: я даже деньги уже насобирала на новое. 
      Быстро закинув шмотки в стирку, и одевшись по-домашнему, я прошествовала на кухню под оптимистичное мельтешение под ногами. Поставить чайник -- минутное дело, которому пушистая тушка не уделила и грамма внимания. А вот открытие холодильника произвело настоящий фурор: замерев подобно гончей, котик выжидающе уставился вовнутрь, впрочем, не делая резких движений -- в прошлый раз, будучи пойманным за воровством палки колбасы, задумчиво мяукнув, он вылетел в окно. Холодильник был сменён на новый, не поддающийся на ухищрения мохнатой задницы, а котик, получив жизненный опыт, более не пытался совершать кражи съестного. Как он выжил при полете с третьего этажа, я не знаю, но вернувшись на следующий вечер в подбитом состоянии, начал жрать вообще всё, что предложат, чуть ли не двумя лапами запихивая содержимое своей мисочки, которую, под конец приема пищи, полировал как зеркало. 
      -- Я властелин сарделек, ха-ха, -- зловещим голосом бормотала, укладывая их на дно кастрюльки и заливая водой. Запевший к тому времени чайник был заменён на кастрюлю, а на просторы микроволн отправились вчерашние макароны. К тому моменту, когда заваренный чай уже можно было пить, а микроволновка приветливо дзынькнула, оповещая о конце процедуры нагрева, сосиски были готовы. Кот, исполняя танец победителя, воинственно задрав хвост, бросился к своей миске и укоряюще посмотрел на меня, как бы спрашивая: еще не положила?
      Когда, наконец, все заняли свои места и приступили к позднему ужину, раздался телефонный звонок. С учетом того, что был вечер пятницы и, как следствие, начало выходных, то позвонить мне могли только одни люди -- родители. Пожевывая еду, отстраненно слушала грустные мамины вздохи и вопросы о том, как там её дитятко. Дитятко в ответ силилось прожевать и что-то неразборчиво сказать. Мама не расстраивалась, а только удовлетворенно отмечала, что я не голодаю. Выслушивать подобные речи в двадцать три несколько неприятно, ведь кажется, что уже прожил жизнь и знаешь, что, как и почём. Но маман была непоколебима, и каждый мой визит к ней с папой в гости оканчивался тем, что я везла с собой килограммы еды. Кот был счастлив -- я нет. Везла же я. Мама, зайдя однажды в мою квартиру, долго находилась в ступоре. Папа, зашедший следом, постоял немного, а потом испарился в неизвестном направлении. Найден был в дальней спальне, за рассмотрением старославянского меча. Оружие -- моё увлечение, в доме все стены были увешаны им, а где нельзя было вешать колюще-режущие игрушки, висели картины или чертежи с ним же. Мама решительно не понимала такого повального увлечения и более официально не заявлялась ко мне домой. Хотя пару раз я отмечала, что пыль волшебным образом исчезала с моих любимцев, а в холодильнике появлялся свежий борщ. 
      И вот теперь, горько сетуя на то, что папа в очередной раз оказался занудой и грубияном, маменька жалобно просила внуков. Казалось, именно за этим она мне и звонила каждый раз, ибо разговор, так или иначе, всегда скатывался к этой теме. А что поделать-то, если мне просто не были интересны отношения. Сейчас, не вообще. Я только-только нашла себе работу после окончания университета, и не просто работу, а по специальности. И теперь, приходя домой уставшая как черт, я и думать не могла ни о чем ином, кроме как поесть и завалиться спать. Кузнечное дело выматывало сильно, а на накаченных мальчиков и дядечек в кожаных фартучках заглядываться можно было только по началу: потом была интересная и увлекательная работа, которая оттесняла всё остальное на задний план. Ребята, сначала удивившиеся такой работнице как я, потом лишь ободряюще улыбались: на инженера-механика я пошла только из-за мечты стать кузнецом. И теперь, когда она сбылась, я просто наслаждалась жизнью. 
      И с таким увлечением о поисках второй половинки не шло и речи: девушка, легко поднимающая средних размеров молот и увлекающаяся отнимающими жизнь орудиями, интересовала, в большинстве своем, только каких-то тронутых персонажей. Иного обозначения и не придумаешь. Мама вздыхала, папа хмурился, но новые железки посмотреть прибегал. На том и расходились.
      Вот и сейчас, услышав грохот на заднем фоне, мама шепотом сообщила, что папа-таки разбил последний кофейник. И, от того, сильнее всего любимый. Пожелав родительнице удачи в успокоении горемычного, я положила трубку. Чай безнадежно остыл. Быстрым глотком осушив чашку, я задала себе цель -- душ. Там меня и настиг второй звонок. 
      Дядя был персоной странной. Именно он заразил меня любовью к железкам. Но, именно он, узнав, что я стала страстным поклонником мечей, ножей, и иже с ними, заставил меня день ото дня тренироваться с ними. Спать с ними. Жить с ними. "Без умения пользоваться, ковать не будешь!" -- таковы были слова дражайшего. Так что, еще в школьные годы нет-нет, да и находила у меня мама новые шрамы и порезы. Про ножи под подушкой вообще молчу. А ведь дядя, решив, что этого мало, и просто драться меня заставлял. Истерика у моей родительницы вообще стала непроходящей. Спасало то, что папа был полностью на стороне дяди, да и я не высказывала ничего против. Впрочем, какой-нибудь Ларой Крофт я не стала: мне были интересны, скорее, истории, связанные с возникновением и развитием этих искусств и приемов, чем сама практика. Так что, немного из одного места, немного из другого, и я была собой вполне довольна: выжить смогу, а там уже посмотрим. 
      А потом дядя начал брать меня с собой в путешествия в дальние страны. На лето. И, что самое интересное, забывать в самых разных местах. Нет, это не было тренировкой или чем-то похожим. Совсем не было. Просто дядя, по натуре являющийся человеком одиноким, но крайне общительным, никого кроме меня и не воспитывал. А так как в каждом городе у него встречалась пара десятков знакомых, с которыми просто в обязательном порядке нужно было пропустить по стаканчику-другому чего-нибудь горячительного, то в итоге, будучи в пьяном состоянии, он про меня просто забывал. Ну, не привык человек к ребенку, а попробовать себя в качестве родителя хотелось. А я, будучи крайне любознательной, только и искала повод, чтобы сбежать из этих компаний, где каждый почему-то считал своим долгом потрепать меня по щечке, приговаривая, какая красавица у дяди растет. Не знаю, что они красивого могли заметить в красных под конец пары таких посиделок щеках, но для себя я уяснила одно: не хочешь каждый вечер пародировать хомяка -- беги гулять. Дня через два-три дядя, конечно, вспоминал обо мне, но я-то была уже далеко. Так у меня самой появилось множество знакомых, научивших еще десяткам других премудростей, в том числе и тому, как выживать на улицах незнакомого города и страны в целом. С тех пор в моем внутреннем каталоге прочно уместилось знание многих фраз на иностранных языках. Ну, а в дурных ситуациях помогала хитрожопость -- русский человек, он на смекалку быстр. 
      В этот раз дядя лишь оптимистично заявил, что я, всего лишь, приючу у себя пару ребят, которые будут учиться на полиглотов в местном университете. И он уже всё решил. Я чуть в душе не утопилась, до жути напугав кота, сунувшего любопытную мордочку внутрь. Хитрая задница под названием "дядя" быстренько прочирикала мне, чтобы я приготовила на завтрашний вечер еды и две свободные комнаты. На том беседа и окончилась, оставив меня, стоящей в душе и тихо рычащей в динамик погасшего телефона. Дядя, свет его!.. Чтоб тебя Мироздание хранило!
      Утром следующего дня в ближайшем к моему дому магазине ранние посетители удивленно оборачивались мне вслед. Злая и не выспавшаяся, я злобно метала взгляды по сторонам и искала пищу для готовки. Знакомые кассиры лишь меланхолично провожали меня взглядами да продолжали листать газетки: свежая пресса поступила лишь полчаса назад, и узнать что-нибудь новенькое, не просочившееся в мировую паутину интернета, было более чем возможным. Поэтому, когда я взмыленная, с полной кошелкой подъехала к кассе, мне пришлось еще пару секунд настойчиво сверлить прилизанную макушку девочки-тажерки. С ленцой оторвавшись от газетки она, бросив на меня взгляд, тут же зашевелилась в ускоренном темпе: ни мне, ни ей не хотелось, чтобы я задерживалась дольше, чем это было нужно. Злая я, расплатившись за покупки, лишь благодарно улыбнулась -- девочка решила больше не читать на рабочем месте, несколько нервно обернувшись к следующему в очереди. И вот чего я ни в чем не повинное создание пугаю? Впрочем, уже давно работающие там женщины, лишь одобрительно улыбнулись мне в след: понтовую молодёжь с тонной штукатурки на лице, километрами накладных ногтей и гонором -- папочками -- связями здесь не любили. Были бы мозги, работать на кассу не пошла бы.
      Дом вновь встретил мертвой тишиной и разозленной мокрой тушкой кота. Имени у этого гаврика не было. У меня дома имена были у чайника, у кактусов, у, чёрт возьми, носков. Только не у кота. Рыжее создание было и Ричардом, и Рыжиком, и Леопольдом и, даже, Бабаем. С учётом того, что мне было лень, а коту поровну на имена, он так и остался Котом. 
      При детальном осмотре квартиры стало известно, почему тушка была мокрая: вероятно, в поисках еды Кот залез на печку и попал под чайник, который я неустойчиво поставила. Нахалюга был наказан за то, что лазил там, где не надо, а я за то, что не усмотрела и не подумала наперед. 
      Ужин из борща, макарон с мясным гарниром и пирога был готов к пяти часам вечера. Осенью темнело рано, и сейчас уже начинали сгущаться сумерки -- ноябрь. Почему я должна ютить у себя непонятно откуда взявшихся студентов, я не знала. Дядя так решил? Что ж, посмотрим на это его "решил". Я не лучший сожитель. Прождав еще некоторое время, я решила пойти спать. А ну нафиг этих человеков -- звонок на двери есть, если в тепло захотят, сориентируются. 
      Так, где-то часов в восемь, дверной звонок ожил. Впрочем, раздавшийся следом скрежет в замочной скважине разрешил проблему -- вероятно, дядя отдал им свои ключи, предугадав дальнейшее развитие событий. Скрип возвестил о том, что проникновение прошло успешно. Переглянувшись с котом и прихватив последнего подмышку, я на цыпочках прокралась в коридор и высунула любопытный нос наружу. Кто-то активно стучал по стенам в поисках выключателя, сдавленно ругаясь на непонятном языке. Не выдержав шлепков и непонятного бубнёжа, я выскользнула в коридор и нажала на язычок сама. Яркий свет озарил прихожую, заставив всех нас на мгновение сощуриться: после темноты теплый свет лампочки слепил. Когда я, наконец, смогла открыть глаза, то моему взору предстали два парня. Искавшим выключатель оказался темноволосый пацанёнок, с довольно-таки миловидными чертами лица. За его спиной маячил второй, блондин, примерно моего возраста и на голову выше ростом. Усталые серые глаза всё еще щурились от яркого света, но уже с интересом рассматривали помещение, меня и зажатого подмышкой кота. 
      -- Кажется, ему не есть хорошо, -- постарался как можно дружелюбнее произнести он, с легкой жалостью поглядывая на Кота. Тот, без жалости во взгляде, смотрел в ответ, явно подсчитывая количество еды, которое сможет съесть этот человек. Второй парнишка, сел на пол и принялся расшнуровывать высокие ботинки. Я, с удивлением посмотрев на него, перевела взгляд обратно на блондина. 
      -- Лучше его не отпускать: он не любит посторонних. 
      -- Мы тут надолго, ему придется привыкнуть.
      -- С чего ты взял, что задержишься тут? -- парень лишь фыркнул в ответ и принялся стягивать кроссовки. Второй, наконец, закончив со своей обувкой, встал и, кивнув головой, представился:
      -- Мар. 
      -- Странное имя для русского, -- отметила я, чувствуя поднимающуюся волну неприязни.
      -- Это псевдоним, -- шмыгнул он носом. -- О, я чувствую запах еды! Покорми меня, а?
      У меня задергалось веко. Кот, поймав момент, вывернулся из рук и подскочил к светловолосому, принявшись, подобно собаке, обнюхивать его. Тот, нагнувшись, безбоязненно погладил животное по спине, не получив в ответ лапой. А я, прежде чем найти общий язык с этим хвостатым, успела заработать множество царапин от когтей. Предатель.
      -- Меня зовут Эл. Тоже псевдоним, -- качнув головой, отозвался блондин, на мгновение, переставая гладить кота. 
      -- Так меня покормят или нет?! -- возмутился Мар, изгибая бровки и упирая руки в бока. Я тебе что, швейцар и работник общепита?
      -- Сам разберешься, не маленький, -- буркнула в ответ, несколько ошарашенно наблюдая за тем, как котик, немного помурчав, запрыгнул к Элу на руки и принялся ластиться. Мар, не обидевшись на мой ответ, подхватил свои сумки и, подвинув меня с прохода, прошел внутрь квартиры, вертя головой во всех направлениях.
      -- Эл, давай сюда! Ощущение, будто в оружейную лавку попал! -- раздался его восторженный крик со стороны зала. 
      Эл, придерживая кота под живот, встал и, взяв свою сумку, пошел на голос, по пути ободряюще мне подмигнув. Не поняла?! 
      Ужин прошел в напряженном молчании. Напряжение организовывала я, остальные довольно-таки радостно жевали предложенную им пищу, на ходу перебрасываясь какими-то одним им понятными терминами. Котик, объевшись, валялся на подоконнике, задрав все четыре лапки к потолку, и пытался мурлыкать, периодически булькая. Мара, который, в общем-то, и перекормил его, это сильно смешило, и он, отрывался от еды, дабы почесать объемное брюшко кота. Тот, пытаясь благодарно мурлыкнуть, икал, чем еще сильнее смешил парня. Эл, снисходительно поглядывая на него, аккуратно доедал свой кусочек пирога. Чай был уже допит и, доев, он собрал всю грязную посуду и под моим насупленным взглядом отправился к мойке. Я лишь продолжала сверлить его спину взглядом, пока он отмывал тарелки, чашки, ложки, вилки. 
      -- Ну, где мы спать будем? -- вытирая руки полотенцем, повернулся ко мне он. Мар, наигравшись с котом, также уставился на меня. 
      -- В зале. Вдвоем на кровати, -- выдало моё сознание. Я отсутствовала, соображая, как бы его еще к уборке дома призвать, а то с пылесосом в выходной день бегать не всегда весело.
      -- Прошу учесть, что два парня в одной кровати это не есть хорошо, -- опять ввернул он свою формулировку. 
      -- А вы валетиком, -- моё сознание решило само вести нить беседы, пока я витала в облаках.
      -- Эй, твой дядя сказал, что есть две свободные комнаты! -- темноволосый возмущенно уставился на меня, умудрившись по-турецки усесться на стуле. 
      -- В одной живу я, в другой кот. Одна свободная, -- пожала плечами я.
      -- Тогда, всё нормально. Кот подвинется, -- мягко улыбнулся блондин и, прихватив котейку, скрылся в дальней спальне. И, почему я уверена, что Кот не будет возражать? 
      Разметавшийся по кровати брюнет, храпящий на весь зал, доставшийся ему в единовластное пользование, свернувшийся калачиком блондин, нос к носу спящий с котом-предателем, остатки приготовленной еды на кухне, которой мне, в обычной жизни, хватило бы на неделю, налитая на пол вода, после шумного купания в душе одного и ругани там же другого, когда он переборщил с кипятком -- долго ли я выдержу подобное соседство?
      Утро воскресения встретило меня запахом чего-то вкусного и мелодичным пением на японском языке. Пелось что-то про путешествия, море, ветер и саке. Заинтригованная и, что главное, выспавшаяся, а от того в хорошем настроении, я выползла из своей обители и поплелась в сторону ванной комнаты. Умывающийся на пороге Кот приветливо мурлыкнул мне, на секунду отрываясь от процесса. Кивнув ему в ответ, я заперлась в ванной и мимолетно глянула на своё отражение в зеркале: оттуда на меня взглянула темноволосая особа с синяками под глазами. Кажется, нужно перестать перегружаться на работе и поздно ложиться спать. 
      Душ утром это роскошь или лишнее свободное время. Утром выходных оно у меня было, и я, блаженно сощурив глаза, наслаждалась отдыхом под теплыми струями, барабанящими по телу. Однако долго так тоже не могло продолжаться: желудок дал о себе знать, недовольно забурчав. Но на кухне, под тихий напев той же песни, появилась бодрая и почти счастливая. Напевающий блондин приветливо кивнул и положил на тарелку яичницу с сыром и колбасой, придвинул её поближе ко мне. 
      -- Оригинальный метод приручения, -- оценила я.
      -- С дикими зверями только так, -- улыбнулся в ответ он. Я не смогла сдержаться и фыркнула: путь к сердцу через еду не только у мужчин и котов срабатывает.
      -- А мелкий где? -- между делом поинтересовалась я, откусывая кусочек и поражаясь вкусу. -- Ммм, офигенно вышло! 
      -- Спасибо, -- польщено улыбнулся он. -- Спит ещё. До полудня точно не покажется. На пары, чувствую, на себе носить буду. 
      -- А почему вообще так поздно жильем обзавелись, и откуда дядю знаете?
      -- Да пересекались с ним пару раз. Он вытянул нас из одной неприятной ситуации, теперь вот, в институт устроил, помог, в общем. А жить, сказал, тут будем. И не обращать внимания на то, если начнешь шипеть. 
      -- На тебе забота о доме и еде, и я вообще забуду о том, что ты мне никто, -- мгновенно отозвалась я, приканчивая завтрак. Парень сыто прищурился в ответ, но ничего не сказал. Вот и договорились.
      День прошел относительно мирно. Лишь Мар пару раз пробегал мимо меня, читающей книгу, размахивая то заряженным арбалетом, то катаной, то тем самым древнерусским мечом, висящим над кроватью в комнате Эла. На мою попытку узнать настоящие имена ребят, они лишь весело оскалились в ответ. 
      -- А тебя-то как называть? -- запыхавшийся Мар плюхнулся носом в подушки на моей кровати. Я недовольно зарычала, однако, он был настолько непосредственным, что просто не обратил внимания. Моя кровать!
      -- Анта, -- прикинув в уме и вспомнив один из ников в соц. сетях, отозвалась я. Ребята дружно кивнули и после обращались только так. Ролевики, что ли?
      Арбалет, кстати, всё же выстрелил, и теперь у нас была прекрасная дыра в двери в ванную комнату. Рябят это не огорчило, странно, да.
      Утро понедельника мне запомнилось надолго.
      Бегающий в одних трусах, а поначалу и без них, Мар, пытающийся отнять у успешно удирающего кота свой бутерброд с колбасой. Эл, изображающий жест рука-лицо и закрывающий другой рукой, остолбеневшей мне глаза. Кот, пойманный за хвост и заднюю лапу, висящий вниз головой и не желающий отдавать добычу. Эл, на секунду отвлекшийся на пригорающий завтрак и медленно летящий в голову брюнета тапок, брошенный мной. Утро, мать его...
      На работу я опоздала, чем вызвала сильное удивление со стороны коллег. 
      Неделя прошла как один день, будучи для меня ужасной по части настроения и потраченных нервов. Пару раз, уронив молот и чуть не загнав под монастырь пресс, я точно дала понять окружающим, что меня лучше не трогать, когда я что-то пытаюсь мастерить. Меня и не трогали, отправив в отпуск, на две недели. Я восприняла это как личное оскорбление и ушла, высоко поняв голову. 
      Домашний дурдом теперь был мной, как провожаем, так теперь и встречаем. Добрая улыбка Эла начинала бесить похлеще финтов выдаваемых Маром. Кот хранил нейтралитет, уходя спать к блондину, кормясь у меня и подставляясь для почесываний Мару. Зараза пушистая. 
      Вечером пятницы неугомонная компания собиралась гулять. Я лишь поглубже вдохнула воздух, стараясь не афишировать свою радость от ожидания предстоящей тишины. Не тут-то было: Эл, что-то надумав, схватил меня в охапку и, прихватив с вешалки куртку и ботинки, унес на лестничную клетку. Отбиваться было невозможным, кричать -- бессмысленно. Хорошо хоть, не успела переодеться по-домашнему после магазина. Получив ботинки и куртку уже за пару улиц от дома, одевшись, я решила отомстить обидчику. Мар, участвовавший в данном спектакле, также попадал под раздачу, поэтому бежал впереди вместе с Элом, периодически выкрикивая что-то обидное в мой адрес. Я разозлилась. И всё было бы прекрасно в тот вечер. Погонявшись, уставшие, мы бы вернулись домой, отомщенные и покаранные. Опять сели бы пить чай под мой сосредоточенный взгляд, мягкую улыбку Эла и шумные рассказы, о каких-то компьютерных играх, Мара. Под мелодичное мяуканье рыже белого недокота-обжоры. Мне бы позвонили родители, как всегда, волнующиеся о своей единственной дочери с несносным характером. Мы бы... 
      Забежав на стройку, что была рядом с домом, мы начали носиться, перепрыгивая через строительные сваи и перелезая через блоки, и забираясь выше по этажам. Резко остановиться пришлось из-за неизвестно откуда выскочившего Кота, с распростертыми объятиями наскочившего на бежавшего впереди всех Эла. Я и Мар резко налетели на них, образовав кучу-малу. Крик сверху "Осторожно!.." помочь не успел. 
      "... не стоите и не прыгайте, не пойте, не пляшите, там, где идет строительство или подвешен груз!" вспомнилась мне песенка из детства. Я успела увидеть только огромную, стремительно приближающуюся прямоугольную тень да услышать хруст ломающихся костей вперемешку со звуком рушащейся кладки. Странно. Даже не больно. 
  
  
   Глава 1. Решили за меня
  
         Солнышко припекало. И букашка какая-то, вероятно, посчитав меня за аналог Эвереста, а себя за опытного скалолаза, упорно карабкалась по мне на кончик носа. Щекотно. Взмахнув рукой, я отправила несостоявшегося чемпиона в полет, одновременно принимая сидячее положение. Хм, травка, деревья, птички... Жарко, лето, что ли? Стоп. Как там, в классике жанра? Где я?!
      -- Оп-па, приплыли... -- протянул мужской голос. Мар. Повернувшись на голос, я с удивлением уставилась на парня, пытаясь сообразить, как бы корректнее и без мата узнать, где мы сейчас находимся. Сидящий рядом, Эл меланхолично курил невесть откуда добытую сигарету, наблюдая за Котом, резвящемся на солнышке и пытающемся поймать бабочку. 
      -- Мы умерли, -- будничным тоном отозвался он, стряхивая пепел с сигареты. Я кивнула головой в ответ, припоминая последние мгновения перед отключением. Мар съежился на месте, обхватив голову руками. 
      -- Угу, а что дальше? -- отозвалась я, наконец-то совладав с голосом. Состояние ненатуральности происходящего окутывало с головы до ног.
      -- Вероятно, жить, -- усмехнулся сказанному собою Эл. -- На Рай не похоже: там, вдалеке, я вижу дым. Вероятно, город или что-то в этом роде. За деревьями море или океан: противоположного берега не видно. Чайки летают туда-сюда. Нужно что-то решать, иначе с голодухи околеем.
      -- Вариант с Адом ты не рассматриваешь? -- усмехнулась я. Эл криво улыбнулся.
      -- Ты так просто об этом всём говоришь... -- на Мара было грустно смотреть. 
      -- А что поделать? -- пожал плечами блондин. -- Сглупили мы, на стройке погибли. И не соберут уже наших косточек целыми. Теперь здесь оказались. Давайте дальше крутиться. 
      -- Ага, и Кот в качестве белки в колесе, -- нервно пошутил брюнет. Я несколько отстраненно посмотрела в его сторону. Перед глазами поплыло. Нет, так не дело, нужно что-то решать, что-то делать, просто что-то, лишь бы не думать. 
      Резким движением поднявшись на ноги, огляделась по сторонам: какая-то полянка с цветочками, деревья по бокам и далекий шум. Вероятно, прибоя. Травка зеленая, кузнечики и еще какие-то насекомые скачут туда-сюда. Крутанувшись еще раз на месте, я поймала себя на мысли, что что-то во мне не так: мне на глаза падала чёлка белого цвета. Схватив все волосы в пучок, и перекинув их вперед, я удивленно уставилась на их цвет -- белые. Не седые, а именно белые. Как будто, отбеливателем простирали пару раз. 
      -- Ага, а еще помолодела и пару кило сбросила, -- добавил Эл, наблюдающий за моими манипуляциями.
      -- Да я и так не особа старая и толстая была! -- огрызнулась в ответ, пытаясь понять, откуда у меня волосы длиной до колен. Белые волосы. 
      -- Ну, а теперь лет на семнадцать выглядишь, -- пожал он плечами. -- И глаза желтые, как у совы. Ресницы только черные, прикольно получилось, однако.
      -- Сам ты прикольный! -- истерично крикнула на него я, отворачиваясь, скидывая куртку и задирая майку до горла. Шрамы, что до этого были в наличии, исчезли. Впрочем, я не особо и расстроилась, хоть и счастья не ощутила: непонятно мне было все происходящее. Паранормальщина какая-то. Опустив майку и повернувшись обратно к ребятам, вопросительно уставилась на них. 
      -- У меня все наколки пропали, -- поделился еще более погрустневший Мар. Эл согласно кивнул головой. 
      -- Ладно, давайте немного изучим территорию, а потом пойдем в город или что там вдалеке есть, -- предложил он. 
      Никто не отказался от его предложения и, спустя пару минут, я брела куда-то вверх по склону, навстречу кусту с незнакомыми ягодами. Вероятно из-за стресса, очень сильно захотелось кушать, но помня о том, что в незнакомой местности есть незнакомые плоды нельзя, я лишь прошла мимо. Кот, увязавшийся следом, задрав хвост, наоборот остановился возле куста и, помедлив и что-то выслушивая, нырнул внутрь, перепугав щебечущих там птиц. Через пару минут вылез обратно, прижимая уши, но уплетая плод с дерева, за обе щеки. Странная груша, с непонятными завитками, быстро провалилась в бездонное нутро котика, а он, облизнувшись, выдохнул почти, что с человеческими интонациями. Я помотала головой, сбрасывая наваждение, и пошла дальше. Остановилась возле вишни, на которой висели спелые ягоды и, понаблюдав минуту за тем, как воробьи склевывают плоды, присоединилась к трапезе. Место было для всех. Котик, сидя в сторонке, начал умываться, поглядывая по сторонам хитрыми глазами. Вишне на десятой я удивленно остановилась: у меня в руке была сорванная ягода, на порядок больше в размере и уже со знакомыми мне завитками. Как на груше, которую слопал котик. Обернувшись на него и не заметив никаких конвульсий или чего другого связанного с отравлением или аллергическими реакциями, я отправила добычу в рот. И, только прожевав и проглотив, поняла, что ничего ужасней не ела. Вкус, непередаваемый словами, заставлял сжиматься все внутренности. Кот, и ты это сожрал?! Набрав в руку пригоршню вишен и быстро, но дотошно проверив их на наличие подобного узора, я принялась заедать эту гадость, не обращая внимания на косточки. Сладко-кислый сок, вскоре, забил неприятное послевкусие, оставив на память красные разводы под ногтями. Уф, правы были те, кто говорил, что есть нужно только проверенное и свежее!
      Полазив еще по окрестностям и не заметив ничего примечательного, кроме полоски синевы вдалеке, я вернулась обратно на поляну. Мой пуховик, никем не потревоженный, валялся посреди поляны в окружении курток парней. Сев рядом, уныло проверила содержимое карманов: пара завалившихся монет, складной нож да зажигалка, на всякий случай. Рассовав все по штанам, я принялась ждать остальных. Часа через пол они показались. Эл, по обыкновению задумчивый, шел со стороны, где виделся дымок. Мар со стороны моря-океана и, напротив, был несколько взбудоражен. Быстро пересекшись, они начали что-то выяснять, время от времени делая круглые глаза и неосознанно улыбаясь. Нахмурившись, я встала и подошла к ним. 
      -- Эй, поделиться не хотите? -- скрестив руки на груди, поинтересовалась я.
      -- Ты не поверишь! -- резко обернувшись ко мне, воскликнул Мар. Вкупе с лихорадочно блестящими глазами, видок был еще тот. -- Это другой мир. Мир аниме!
      Я удивленно подняла брови. При чём тут японские мультики?
      -- Он имеет в виду, что это мир одного из произведений аниме продукции, -- пояснил подошедший ближе Эл. Не видя в моих глазах ни тени понимания, он постарался объяснить еще понятнее: -- Мы попали в реальность одного из мультфильмов-манги. Мир пиратов и путешествий. Тут весь сюжет в том, что был один крутой пират, казненный в самом начале, который фишку кинул, мол, мои сокровища на одном из дальних островов этого мира, Рафтеле. Доплывёте и станете богатыми и знаменитыми. Королями пиратов. А плыть фиг знает куда, сколько и как. Мир тут крайне опасный и своеобразный. И, сюжет начинается с того, что один пацаненок стартует от своей деревни в качестве пирата, по ходу дела набирает себе команду и получает в подарок, как бонус, корабль, а дальше приключения-бои-накаматерапии. Накама -- это что-то типа друга, но еще ближе. Брат по духу, где-то так. 
      -- А... ага... -- выдавила я, во все глаза глядя на него. Сумасшествие? Нет, у всех сразу не бывает. Тогда почему? Почему нельзя было просто умереть? Зачем сюда? Что вообще происходит?!
      -- Анта, пойми, мы в мире Ван Писа! -- засмеялся Мар и начал вываливать на меня уйму информации, непонятной по началу. Со временем картина стала более понятной и чёткой, кусочки мозаики, поначалу, разбросанной как попало, вставали на свои места. Вот бы и мозги так же поступили бы. 
      Еще не детально написанная карта мира. Совершенно другие материки, острова, климат. Страны, находясь в одном поясе, не следуют логике вещей -- там могут быть совершенно разные в одно время года периоды. На одном острове лето, на соседнем зима. 
      Морские державы, где единым органом центральной власти является Морской Дозор, командует всем этим главнокомандующий Сенгоку Будда, а выше только Гаросеи, о которых ничего не известно да Тенрьюбито -- высшая дворянская власть, которой можно вообще всё. Боги.
      Противоборствующая сторона пираты, герои аниме повести, в большинстве своем добрые ребятки, и всё такое, просто желающие свободы, моря и приключений. Правда, и плохие попадаются, но для это есть всё тот же Дозор, да и другие пираты не прочь скрестить сабли, или что там у них еще есть. 
      Есть сильнейшие пираты, Йонко -- четыре императора морей. Они одна из ведущих сил мира, но не сотрудничающие между собой: Флот старается не допускать их встреч. Есть Шичибукай, их семеро. Не такие сильные и работают на Правительство, в то же время, оставаясь пиратами. А вдалеке еще революционная армия сидит, и лапки потирает в желании нанести удар по зарвавшемуся Правительству и дворянам. 
      А еще дьявольские фрукты, дающие своим владельцам определенную силу, но взамен лишают возможности плавать и переносить такой камень как кайросеки. Эти фрукты являются диковинкой, которую еще найти нужно на рынке. А зная эти места, нужно отвалить огромную сумму и потолкаться локтями с огромной толпе желающих. А еще есть рабство и русалки, Морские Короли и Воля. А еще... 
      Мне стало дурно. Дядя, прости, я согласна хоть весь курс этих психов у себя дома поселить, только верните меня обратно!
      -- Анта, ты, главное, не нервничай, -- приговаривал Мар, взяв меня под руку и ведя по направлению к городу. Эл, вернувшийся с той стороны, согласно кивнув головой. -- Не волнуйся. Там мы мертвы, а тут еще живы. Можно начать жизнь с чистого листа, поступать, как хочешь. Вернее, в рамках разумного. Тут, кстати, оружие носить не запрещено, -- попытался приободрить меня парень. Кстати, у него это прекрасно получилось: я на время отвлеклась от мыслей о смерти.
      -- Правда, со стрелковым у них напряг, -- прикинул что-то в уме Эл, идущий по другую сторону от меня и несущий Кота. -- Но, думаю, револьвер тебя сможет утешить. Я его в одном фильме видел.
      -- Угу, -- кивала, как болванчик, головой. Кот насмешливо фыркнул, отвернувшись в сторону города. 
      -- Хм, странно, -- посмотрев на него, протянул парень. После, рассмотрев со всех сторон, резко перевернув, уставился тому под хвост. Обалдевший кот, на автомате прикрыл причинное место лапами и лишь потом сообразил, что что-то не так. Офанаревший взгляд всех нас троих ясно говорил, что точно что-то. Котик, посмотрев на нас, решил сам заглянуть себе под хвост. 
      -- О, бубенчики вернулись! -- радостно подвел он итог и посмотрел на нас. -- Вы из-за этого так остолбенели или что? Тут же радоваться надо, а не... -- конец фразы потонул в нашем слаженном вопле, после которого кот полетел в одну сторону, а мы побежали в другую, по направлению к городу.
      -- Что за фигняяяяяя?.. -- на ходу кричала я.
      -- Кошак говорит!!! -- в ответ кричал Мар.
      -- У него часть тела вернулась!! -- не унималась я, ускоряя темп. 
      -- Он что-то съел, пока вы гуляли? -- деловито интересовался Эл, не спеша останавливаться.
      -- Ага, -- кивнула головой я и чуть не споткнулась, налетев на какой-то корешок. -- Грушу.
      -- Тормозим, -- скомандовал запыхавшийся блондин. -- Всё норм, он фруктовик.
      -- Норм?! Где ты тут "норм" видишь? -- истерически выдохнула я, пытаясь отдышаться и выпутаться из упавших вперед волос.
      -- Хм, значит груши, всё же, вещь вредная. Не правы были те пташки, ой, не правы, когда из-за неё драться начали, -- задумчиво раздалось у нас под ногами. Вздрогнув, мы обнаружили кота, деловито перепроверяющего наличие "бубенцов" на месте. -- Уф, всё еще поверить не могу, они вновь со мной! -- радостно поделился он. 
      -- Он теперь все время будет таким? -- немного побаиваясь, поинтересовалась у парней. Те кивнули головами, рассматривая зверька, как будто только сейчас увидели, что он с нами. Тот немного стушевался и попытался спрятаться за моей ногой. 
      -- Что значит "всё время"? Вы опять хотите меня?.. -- котик слезливо на нас посмотрел. Я отрицательно покачала головой.
      -- Что ты, что ты, нет, конечно. Ты, только, от меня отойди, а? -- нервно посмеиваясь, попросила его я. На меня грустно посмотрели, однако исполнить просьбу не спешили.
      -- Хм, фрукт "человек-человек" у Тони, что тогда кот съел? Как думаешь? -- с ленцой ученого-медика спросил Эл у Мара. Тот так же отстраненно пожал плечами, продолжая буравить взглядом представителя кошачьего рода. Даже боюсь узнавать, кто этот Тони. И что это за человек-человек...
      -- Анта, а давай я тебе косу заплету, -- неожиданно предложил пушистый. Я окаменела. Кот, плетущий косу. Спасите. 
      -- Нет, спасибо, не стоит, -- отказалась я, пятясь от него в сторону. Котик надулся. Вместо него подошел Эл и, развернув меня к себе спиной, разделив волосы на три пряди, принялся увлеченно плести. 
      -- Не спрашивай, а делай. Тогда у тебя больше шансов на успех, -- просветил его он. Взяв откуда-то резинку, он закрепил заплетенное внизу. Получившаяся толстой, коса заканчивалась ниже ягодиц, ощутимо прилетая по оным во время движения. Чёрт, с волосами по плечи было куда удобнее!
      -- Идем в город, заодно узнаем новости и то, в какой период попали, -- Эл, как всегда, был образцом собранности. 
      Благодаря недавней пробежке, идти было не долго, и, вскоре ступив на городские плиты, я с удивлением отметила то, как интересно совмещаются между собой вроде бы средневековый стиль построек и современные магазины и одежда. Неотличимый от нашего, стиль с джинсой и яркими логотипами соседствовал со шляпами-цилиндрами и костюмами старого покроя. Девушки в коротких мини и дамы в шикарных платьях до земли спорно смотрелись рядом, однако окружающие воспринимали это нормально. Магазин со сладостями на углу, ларек с другой стороны, откуда приветливо выглядывал пожилой седеющий мужчина и призывал окружающих к чтению книг. Пробегающий мимо мальчишка, во весь голос, рекламирующий какую-то газету и выкрикивая взятые из нее новости, не договаривая самого интересного. Пара женщин несущих корзины с овощами и мило беседующие друг с другом. Джентльмен с тростью и зажатой в зубах сигарой, неторопливо шагающий мимо. Повседневный шум города, столь привычный, но перенесенный в другую реальность. Не хватало только рева машин, который тут заменялся криками чаек и далеким шумом моря. У многих действительно виднелось оружие на боку. Рыночная площадь, до которой мы в скорости дошли, удивляла наличием овощей и фруктов разнообразных форм и мастей. Ценники удивляли своими ценами.
      -- Тут всё в белли измеряется. По типу японских йен -- десятки, сотни, миллионы. Не удивляйся, в случае чего, -- шепнул мне Мар, вертя при этом головой по сторонам. На темноволосого милашку многие оборачивались но, увидев рядом блондина с ледяным взглядом и меня, с очень хмурым лицом и несколько сумасшедшими глазами, прохожие поспешно удалялись по своим делам. 
      -- Мы как какие-то гангстеры, -- пожаловался Кот, сидящий у Мара на руках. Тот недовольно шикнул на него, призывая к тишине. Кот-то замолк, но проблемы от этого не исчезли, только прибавились. 
      Тётка, идущая рядом с нами, удивленно воззрилась на кота, споткнувшись о камень, выпирающий из мостовой, попутно переворачивая стоящий рядом лоток с какой-то хурмой и помидорами. Тот, в свою очередь, зацепил стоящий рядом, и понеслась: меньше чем за две минуты рынок представлял собой какое-то побоище, на котором в качестве тел погибших выступали те самые овощи и фрукты, да высыпавшиеся на мостовую рыбины из лотка, радостно прыгающие в тщетных попытках добраться до моря. Крику было... 
      Мар меня за шкирку вытащил оттуда, попутно отвешивая оплеуху коту. Эл бежал впереди, вероятно, одним выражением лица распугивая прохожих и тем самым расчищая нам путь. Я, уже совершенно ничего не понимая и не соображая, бежала позади, испуганно оглядываясь по сторонам -- окончательное осознание того факта, что я в другом мире, пришло только сейчас, выразившись в подгибающихся ногах и трясущихся конечностях. Было чертовски страшно. Рассудок кричал, что нужно успокоиться и оценить ситуацию, в которой я теперь оказалась, оценить, как это делала раньше на соревнованиях, в драках на улице, расчетах на работе. Да вот только сознание было явно не здесь: смерть или что-то типа неё, после перенос на поляну рядом с лесом, чужой город, чужие лица -- страшно. Я не люблю людей, не люблю их стадное чувство и то, как они любят издеваться над себе подобными, любят предавать и не выполнять обещания. Я могу долго перечислять их плохие стороны, пусть, и акцентируя внимание только на них, не учитывая светлое и доброе. А тут, люди еще и чужие, с непонятными законами и порядками. Я остановилась, прислонившись к стене и чувствуя, что больше не могу бежать. 
      Эл, обернувшись, мигом оценил моё состояние, развернулся и, подхватив меня, бросился по тому же маршруту.
      -- А ты стала легче, -- прокомментировал он, видимо, пытаясь меня как-то растормошить. Я истерично хихикнула в ответ, не делая никаких попыток пошевелиться или слезть. 
      Так мы и врезались во что-то белое, неожиданно появившееся на дороге. Мар, за шкирку вздернутый одной рукой, испуганно и восхищенно бросал взгляд то наверх, где было лицо человека, держащего его, то на Эла, явно пытаясь что-то сказать, но только беззвучно раскрывая рот. Я посмотрела туда, где в отблесках света терялось лицо исполина. Старик, высокий и мощный, с чуть седеющими волосами и дугообразным шрамом с левой стороны лица, тянущемся с верхней части, через бровь и висок к щеке. Костюм, чем-то напоминающий форму военного. Впрочем, он и был военным: погоны на плечах и офицерская выправка были тому подтверждением. Встав с земли, Эл не доходил ему и до плеча, будучи на голову выше меня и Мара. А что говорить про меня? Разрываемая изнутри истерикой, рядом с таким человеком меня начинало трясти еще сильнее. В нашем мире таких высоких людей было не много, таких волевых -- еще меньше. Наконец, не выдержав, я заплакала, шагнув вперед, я просто уткнулась носом ему в грудь, в белый пиджак. Старик удивленно выдохнул, я почувствовала, как от теплого дыхания задвигались волосы на макушке, и положил руку мне на плечо, приобнимая. Рядом на землю шлепнулся Мар, впрочем, не выразив ни грамма возмущения по этому поводу, вероятно, продолжая всё так же смотреть на него. Вцепившись обеими руками в ткань, я зарыдала сильнее прежнего, отстраненно чувствуя, как меня начали гладить по голове. 
      -- Господин, Монки Ди Гарп, простите нас за то, что попытались снести вас с дороги, -- Эл, казалось, вообще не умел удивляться или бояться.
      -- Сэр, а не господин, -- поправил его посторонний тихий голос. 
      Я затихла, прижимаемая горячей рукой и, чувствуя, как намок пиджак старика. Повернув голову, я увидела еще одного мужчину, чье лицо скрывалось под полями широкополой шляпы. Эл отступил на шаг назад, а потом и вовсе отошел в сторону и вздернул за шкирку Мара, который так и не поднялся на ноги.
      -- Ха-ха, зелены еще, чтобы меня с ног сбивать, -- беззлобно засмеялся старик, немного отстраняя меня в сторону. 
      Я, наконец, начала приходить в себя, правда, после истерики в теле ощущалась ужасная слабость. Эл назвал его по имени и назвал верно -- они, похоже, действительно не бредили, когда рассказывали мне об этом мире. Старик, придирчиво рассмотрев меня, удовлетворенно потрепал по макушке, тем самым окончательно растрепал начало косы. 
      -- Что вы с девчонкой сделали? -- сурово поинтересовался он, внимательно на них глядя. 
      -- Ничего. Она просто испугалась. Нелюдимая у нас сестра, -- выкрутился Мар, наконец, сумев обрести дар речи и проявив недюжинную смекалку. 
      -- Чего, если не секрет? И почему это я слышу крики с главной площади? -- строго продолжал допытываться он.
      -- Там лоток перевернулся и соседние зацепил, -- тихо сказала, видя, что парни не спешат с ответом. -- Мы были рядом с тем местом, поэтому постарались уйти поскорее...
      -- Мелкая, очухалась уже? -- старик громко засмеялся. -- Где твои родители?
      -- В другом мире, -- прежде чем осознать, ляпнула я. Впрочем, это прокатило -- старик рассудил по-своему.
      -- И что, вы теперь втроем живете? Чем зарабатываете на жизнь? Воруете? -- грозно раздалось сверху. Мы четверо, включая Кота, отрицательно замотали головами.
      -- Из леса недавно вышли, -- Эл легко выдавал недавние события за что-то более монументальное, не говоря и слова лжи. -- До этого там были.
      -- Хм, значит, беспризорники... -- задумчиво протянул старик, обмениваясь взглядом со вторым мужчиной. Мы молчали. -- Так, идите за мной! Без возражений. Проследи, -- кивнул он ему. 
      -- Мы не собираемся бежать, -- пробубнел Мар, первым направившись за офицером.
      Мужчина лишь фыркнул в ответ, зорко следя за нами. 
      Место, в которое нас привели, Мар назвал Базой Дозора. Мне это напоминало форпост прошлого времени: высокие стены, пушки, направленные в сторону моря, большая площадка внутри стен и пара зданий в дальнем конце. Охрана на массивных воротах, отдавшая честь при виде входящих в ворота офицеров. Фонтан возле дальнего здания, пара деревьев и лавочек рядом с ним. Каменная кладка двора, по которой мы шли, мелкие и, в общем-то, непримечательные детали, но почему-то, запомнившиеся еще на очень долгое время.
      -- Главное здание, казармы и склады, вероятнее всего, -- тихо поделился Эл, поудобнее перехватывая Кота и указывая на здания кивком головы. Кот, наученный горьким опытом, молчал, строя из себя обыкновенное домашнее животное, которым до этого и являлся.
      -- Совершенно верно, юноша, -- тихо, но четко раздалось за нашими спинами. А у мужика хороший слух. 
      Тренирующиеся в тот момент на площади, люди, одетые в подобие той же одежды, что и старик, любопытно провожали нас взглядом. Эл, подозрительно посмотрел в их сторону, первым заходя под каменный свод самого большого здания, окрещенного им как главным. Мы последовали следом под прохладу камня.
      -- Курсанты, -- совсем уж неслышно шепнул парень. Сзади раздался хмык. Эл зло скрипнул зубами: поправка -- у мужчины, следящего за нами, был потрясающий слух. 
      Поднявшись на второй этаж и встретив еще парочку таких же курсантов, одетых в белые безрукавки, повязанные на шее синие платки, черные штаны и какие-то армейские ботинки -- мы прошли в большой кабинет. Курсанты, при виде старика и его, скорее всего помощника, вытянулись в струнку, усиленно выпучивая глаза и, кажется, не дыша. Я лишь презрительно посмотрела на такое дело, чем вызвала странное удивление со стороны мужчины, идущего следом за нами.
      -- Что-то не так, девочка?
      -- Не важно, -- передёрнула плечами. Мужчина лишь наклонил голову, полностью закрывая лицо шляпой.
      В кабинете старик важно прошел к столу, что стоял возле окна и, плюхнувшись в кресло, принялся нас рассматривать. Мар, безотчетно, спрятался за Эла, оставшегося стоять на месте, и с вызовом глядящего старику в ответ. Я любопытно рассматривала окружающее меня убранство: пара столов, пара стульев, диван возле стены да стоящий напротив него, у другой стены, шкаф, заваленный бумагами, книгами и чем-то напоминающим карты. Ковер на полу стертый и серый, белые накрахмаленные гардины на окнах. Люстра на потолке, покрытая некоторым слоем пыли. На столе, за которым сидел старик, куча бумаг, печенье, улитка. Улитка? 
      Совершенно невежливо вылупившись в сторону последней, я начала лихорадочно соображать, зачем старику флотскому улитка. Да такая большая, с циферблатом на боку...
      -- Чем тебя так заинтересовала моя Ден-Ден Муши? -- старик повернулся ко мне, наблюдая за тем, как я во все глаза рассматривала меланхолично жующую какую-то растительность улитку. 
      -- Эм, а что это? -- чувствуя себя полной дурой, поинтересовалась я. Старик, мгновение молчавший, разразился громким хохотом. 
      -- Чёрт, теперь верю, что из леса! -- поделился он со своим помощником. Я надулась, но ждать ответа не перестала.
      -- Это средство связи. Мы по нему звоним и получаем звонки от других Баз, кораблей и просто людей, понимаешь? -- мужчина, видимо, решив, что убегать мы не собираемся, вышел у нас из-за спин и плюхнулся на диван.
      -- Да, -- тряхнула головой я. Правда, как именно это делала улитка, я себе не представляла.
      -- Потом объясню, -- уже особо не таясь, Эл устало потер переносицу. -- Простите, там, откуда мы, не было подобного.
      -- Читать-писать, хотя бы, умеете? -- скептично выгнув бровь, поинтересовался отсмеявшийся старик.
      -- У нас хорошее образование, -- Эл хмуро посмотрел на старика. -- Проблемы возможны лишь с историей и географией. И такие вот казусы, наподобие улиток.
      -- Ясно, -- уверенно кивнул головой старик. -- Итак, давайте познакомимся друг с другом. Меня зовут Монки Ди Гарп, ты, блондин, меня знаешь. Я Вице-Адмирал Морского Дозора. Вы?
      Я внутренне порадовалась тому, что парни успели хоть немного, но поведать мне о том, что в этом мире и как.
      -- Мар.
      -- Эл.
      -- Анта. Он Кот, -- вовремя успела кивнуть я головой на кота, уже готового было раскрыть рот.
      -- Хех, мышей ловить будет, -- удовлетворенно кивнул головой Вице-Адмирал. Мужчина на диване участвовать в беседе явно не хотел. -- А фамилия у вас какая? 
      Мы отмолчались, насупившись и уставившись в пол. Старик, видимо, счел это стеснительностью или еще чем. А мы, на деле, просто не знали, какой представиться.
      -- Ладно, малышня, радуйтесь: с сегодняшнего дня вы курсанты Морского Дозора! -- громогласно сообщил нам Гарп, явно радуясь своему решению. Я резко вскинула голову. Только не это.
      -- Я против, -- парни, что до этого удивленно посмотрели на старика, повернулись ко мне.
      -- Ты чего? -- ошеломленно пробормотал Мар. -- У нас дом будет, одежда, еда...
      -- Ненавижу жополизов, -- упрямо кивнув головой, ответила я, гневно глядя на старика. -- Терпеть не могу, когда за меня решают моё будущее. Или вообще подчиняться и выполнять тупые приказы.
      -- Перетерпишь, -- откинувшись на спинку кресла, непререкаемым тоном ответил старик. -- А быть жополизом, как ты выразилась, или нет -- тебе решать.
      -- Я не согласна быть в Дозоре! Лучше на...
      -- Цыц! -- рявкнул старик. -- Я решил, так и будет. И точка! Проведи их в казарму, пусть найдут себе комнаты! -- его помощник, кивнув, направился следом. -- Выполнять! -- гаркнул он уже нам. Эл и Мар, вытянувшись, кивнули и последовали за мужчиной, прихватив меня с собой.
      Решил он, как же.
      -- Анта, не бузи, -- пытался достучаться до меня Эл, пока мы стояли где-то в подвале у завхоза и получали одежду. Мужчина, коротко объяснив нам, что где и как, исчез в непонятном направлении. -- Всё обернулось как нельзя лучше: попав в этот мир, мы сразу нашли сильного защитника, крышу, еду, одежда вот будет. Анта, пока не освоимся, это вообще лучшее, что может быть!
      -- Я не хочу быть собакой Дозора, в гробу я всех военных видела, -- пробубнила я. Однако, зерно истины в его словах было. А если есть зерно, то и побеги скоро нагрянут...
      -- Поживем -- увидим, как дальше события сложатся, -- пожал плечами Мар, получая одежду и отходя в сторону. 
      Мы, так же получив свою, отправились в здание казармы, где нас развели по разным комнатам, быстро и доступно объяснив, что с нами будет за шум, грязь, извращения -- стандартный набор общаги, только военной. Парням тонко намекнули, что с ними будет, если их поймают возле женских комнат. Или внутри. Те, перемигнувшись, хором шепотом выдали: "Если да кабы...". Я лишь закатила глаза, грустно рассматривая унылое убранство своей комнаты. Напротив входа, вправо в стене окно, под ним кровать. Рядом тумбочка, и еще одна. Возле входной двери шкаф. Напротив кроватей еще одна дверь, на проверку оказавшаяся проходом в совмещенный санузел. Скинув одежду на кровать, я уныло уставилась в окно: первый этаж, залазь, кто хочет. На улице, под жаркими лучами солнца, курсанты отрабатывали удары деревянными мечами и бегали по кругу. Возле фонтана кто-то беседовал, время от времени потрясая бумагами в воздухе. Как же все уныло.
      Так и началась моя жизнь в Дозоре. Ужас, да.
  
   Будни
  
         Ну, и какой из меня дозорный, а?
      Правда, это я так монументально назвала себя. До дозорного мне было еще далеко: курсант, не более. А о том, сколько раз за свои выходки я попадала в карцер, уже шептались по углам. Я реально отказывалась делать что-либо: приносить чай, перебирать бумаги, мыть полы. Гарп, поначалу смеялся, потом начал молчать. А потом я пару раз загремела в лазарет: кулак у него действительно был тяжелый. Даже слишком. Правда, переломов не было, дело ограничилось ссадинами и синяками. И карцером. В общем, сокрушенно качая головами, офицеры начинали возмущенно коситься в сторону Вице-Адмирала. Тот сохранял молчание, шумно отсёрбывая чай из кружки и закусывая пончиками. Поначалу казавшийся глупым и слишком шумным и непоседливым, старик явил собой образец выжидания, что было для него крайне нехарактерно. Форт предвкушающе замер. Что-то должно было рвануть или новый способ приручения? 
      Ну, а я заработала дурную славу мрачной и упертой особы, в чем мне прекрасно помогали окружающие, постоянно действуя на нервы и раздражая. Впрочем, чего таить, я не без удовольствия совершала очередную пакость, натягивая веревки на уровне ног или неустойчиво складывая бумаги на шкафу. 
      -- Курсант, принеси мне бумаги из папки двадцать четыре, живо! -- офицер не стеснялся, явно ожидая от меня чего-то характерного. Пожав плечами, я отправилась в направлении шкафа, где покоились пухлые папочки с документацией. Шлепнувшуюся перед ним на стол папку, он смерил презрительным взглядом.
      -- Курсант, подай мне папку так, как надлежит младшему по званию. -- Широкая улыбка с его стороны. Ну что ж, дождался.
      -- Мне было очень приятно работать с вами, сэр капитан третьего ранга! -- вежливо улыбаясь, я покинула кабинет, оставив позади согнувшегося в три погибели мужчину. Недоуменно сунувшиеся посмотреть причину моей неожиданной вежливости, дежурные, что были на тот момент в коридоре, меня поймать уже не успели: кухня была одним из немногих мест, где я могла спокойно отсидеться. Объемная повариха, с огромной поварешкой в руках, неожиданно приветливо приняла меня в первый мой побег, тихонько суя мне в руки то яблоко, то пирожок. Поэтому, если мне и назначали наряды вне очереди, что было практически постоянно, она, как могла, затаскивала меня к себе на кухню. Да только не всегда так удавалось выкрутиться.
      Карцер был сырым. То ли где-то тут была подземная река, то ли все было гораздо приземистее и просто труба, идущая под кладкой, протекала, я не знаю -- понять причину было трудно, особенно, когда, привыкая к одним порядкам и условиям, попадаешь в другие. Кто знает, что в этом мире еще отличается от моего? Любимая дальняя камера радовала маленьким окошком-бойницей в стене напротив входа, разваливающейся койкой у стены да парой крысиных нор в стенах. С крысами, почему-то, было проще всего соседствовать: они доедали ту скудную трапезу, что доходила ко мне с кухни. Боявшиеся по началу, на раз, эдак, пятый, они уже радостно выбегали ко мне, карапкаясь по штанинам вверх и легонько кусая за ухо, как бы жалуясь на что-то, и говоря, что скучали. Две маленькие товарки часто дрались за место на мне, громко пища и становясь на задние лапы, передними "ручками" толкая друг дружку. Приходилось их разнимать и притягивать к себе, пытаясь удобнее устроиться на холодном ложе и грея теплом ладоней холодные лапки и хвосты. И кто сказал, что они ужасны? Наблюдая за ними часами, я удивленно заметила, что крысы, сами по себе, являлись довольно-таки чистоплотными созданиями: постоянно останавливаясь, чтобы расчесать-пригладить вздыбившуюся шерстку, они старательно обходили наиболее грязные и сырые места нашего импровизированного жилища. Имена я им не давала, не хотелось привыкать еще сильнее -- крысиная жизнь коротка, а скучать по существу буду очень долго. Хотя, кого я обманывала? Уже привыкла.
      Крысы зализывали ранки на руках, когда меня отправляли в карцер после очередной драки. Крысы своим настойчивым писком не давали мне уснуть, когда, сильно порезавшись, я некоторое время не могла остановить кровь. Крысы, возбужденно бегая по мне, что-то рассказывали и тут же играли, требуя и моего участия. То, что за мной шли, дабы выпустить в свет белый, они знали задолго до того, как можно было услышать шаги кого-то из дозорных, которых посылали за мной. Именно там, в сыром полутемном карцере, рядом с бегающими туда-сюда грызунами, помойным ведром в одном углу и покосившейся койкой в другом, я начала учиться чуять. Не знаю, как нужно было точнее это объяснить, кажется, на какой-то из обязательных лекций это назвали Волей Наблюдения, но спустя месяц таких вот вынужденных тренировок, уже я, а не крысы, знала, что за мной идут. Что стремящийся к моей голове кулак Гарпа, что в который раз вспылил, вот-вот ударит, и надо присесть, чтобы уйти от удара. Что нужно куда-то спрятаться, когда ночью, на кухне, ты тихонько ешь вкусняшку, найденную в огромном холодильнике, так же быстро командуя спрятаться сидящим рядом Элу, Мару и Коту под столом, ныряя следом. 
      Сам Вице-Адмирал, решив, что раз Воля у меня заработала, при каждом удобном случае начал нападать на меня, называя это тренировкой и просто "курсом молодого бойца". Было больно. Приседать получалось до поры до времени, потом все стало гораздо страшнее, пришлось учиться отбивать несущиеся в мою сторону удары, время от времени врезаясь в стены. Старик явно не умел сдерживаться, от чего страдали вообще все окружающие. А я стала параноиком.
      Почему ко мне было такое внимание? Нет, не пуп земли и не что-то выдающееся, это уж я точно знала. Просто, наверное, все дело было в том, что я единственная из всего Дозора не хотела быть солдатом. Я была букой, злюкой, стервой, да только никого это не пронимало. Поначалу фыркающие в мою сторону дозорные, потом стали удивленно приглядываться -- я не сдавалась, каждый раз высказывая свое мнение по поводу того, что предстояло сделать. Я спорила с офицерами и командующим, я обращалась к ним на "ты" и игнорировала устав. Мне прилетало, я давала сдачи, совершенно не думая о последствиях, которые не заставляли себя ждать. Каждый становился сильнее по своему, и, вероятно, у меня это было так. 
      Удивляться я стала тогда, когда за мной хвостиком начали виться пара серых и неприметных личностей, то и дело, вздыхая и что-то приговаривая.
      -- Фан клуб, не знала? Ты становишься довольно-таки популярной личностью, с таким-то поведением, -- просветил "братик" Эл, стоя на заднем дворе и куря сигарету. Покрасневшую от злости меня он проигнорировал, отведя взгляд в сторону и довольно щурясь на заходящее солнышко. 
      Тренировки были изнуряющими, а для городского жителя просто убийственными: с нашими тренерами приходилось выживать в экстремальных условиях. Таща на себе огромный рюкзак, набитый камнями, под дождем, мы общей группой бежали из одного места в другое. Было ужасно тяжело, холодно и почти ничего не видно. Тащась в конце цепочки и придерживая еще одного отстающего, что время от времени смотрел на меня щенячьими глазами, я грустно размышляла над тем, сколько еще нужно бежать. Два месяца в этом кло... месте пролетели как один день, если не считать непонятно, сколько проведенных часов в одиночной камере, в полной темноте. Скинув еще несколько килограмм и набрав некоторую мышечную массу, я вообще перестала быть похожей на ту себя, что в одиночку жила в квартире в обществе кота и металлолома, имеющего форму мечей. Только тут я поняла, что настоящие клинки у меня выходили лишь пару раз: оружие, что создано для выполнения долга, читай убийства, выглядит иначе. И теперь, в свободное время, отлучаясь за ворота Форта, я первым делом бежала к обнаруженному мной в начале службы кузнецу, что встречал меня с распростертыми объятиями и огромной улыбкой на лице. А я задалась идеей создать себе собственное оружие, со всеми нюансами и условиями. И кайросеки туда заковать, мрачно улыбнулась тогда я, наблюдая за оружием с его примесью и тем, что оно делало с фруктовиками. Правда, меня терзали смутные сомнения насчет меня самой -- на одном из обязательных занятий, нам принесли пару осколков этого минерала и наручники, для ознакомления. Мар, перемигнувшись с Элом, тихонько стащили один кусочек. Как всегда, отказавшись идти в общее стадо, что громко вскрикивая, толпилось у стола, я стояла в конце классной комнаты, куда они и направились. Продемонстрировав мне этот минерал, они вкратце объяснили, что данным камешком можно поставить на колени самых крутых фруктовиков мира сего. Даже Йонко. 
      Положив его на стол, они повернулись к преподавателю, пытаясь расслышать его, пока тот искал пропажу. Я же, любопытно протянув руку и коснувшись кончиками пальцев кусочка, ощутила в теле невыносимую слабость. И всё прекратилось в тот же миг, как только я убрала руку от кусочка. Парни, обернувшись обратно, моей минутной слабости заметить не успели, тут же приватизировав реквизированный накануне кусочек. Я фруктовик? Когда же я успела?
      Мне было не понятно, радоваться или грустить от такого положения вещей. Списывая до этого момента всю слабость при приеме водных процедур на обычную усталость после тренировок, я не задавалась подобным вопросом и вообще не считала себя кем-то из этого рода племени. Теперь же, окончательно удостоверившись в том, кем являюсь, я начала более детально вспоминать о том, какие изменения во мне произошли. Сравнивать пришлось со своей прошлой жизнью. Что имеем? У меня улучшились слух и зрение, причем последнее на столько, что ночи для меня превратились в Питерские белые. Приняв это за обычные климатические условия, я и не спрашивала о том, почему ночью ребята, при тайном походе на кухню, постоянно врезались и практически не ориентировались, по началу, в пространстве. Слух позволял услышать чужие шаги задолго до проявления человека. А про обоняние вообще молчу, если запахи с кухни привлекали, то после тренировки было буквально нечем дышать. Скорость и реакция так же стали на высоте: по показателям я очень быстро достигла тех, кто был уже не первого года службы. Впрочем, если рефлексы у меня и были буквально звериные, то опыта и навыков не было почти никаких, если не силой и изворотливостью, то техникой меня с легкостью укладывали на обе лопатки. Казавшийся неплохим опыт и знания, набранные дома с подачи дяди, тут практически ничего не стоили. Это крайне расстраивало. Дралась я пока без оружия: боккены, которые до этого мне вручил молчаливый помощник Гарпа, разлетелись при первых же ударах, их замена ушла в небытие следом за ними. Помощник, как его шепотом окрестил Мар, Богарт, ничего не сказал, что, впрочем, было ожидаемо. Только вот оружие мне больше не давали...
      -- Анта, тебе нужно стать более дружелюбной, хватит уже на всех так зло смотреть, -- вздыхала моя соседка по комнате, придирчиво рассматривая себя в зеркале. Я лишь приподняла бровь, наблюдая в дверном проеме за ее манипуляциями с кисточкой и тенями.
      -- Ужас, -- прокомментировала результат я, когда она, закончив, вышла из ванной комнаты.
      -- Ты просто ничего не понимаешь! -- фыркнула Сачи, надув ярко накрашенные губки.
      -- То, что я сейчас вижу, больше похоже на девицу легкого поведения, чем на просто девушку, которая хочет выглядеть красиво. -- Оторвалась от книги по истории я.
      Два густо накрашенных глаза обидчиво блеснули, а их обладательница, звонко топая высокими каблучками и фыркнув, вышла из комнаты, напоследок громко хлопнув дверью. Из коридора раздались возмущенные причитания по поводу моего вкуса. 
      Отвратительно же накрасилась, что тут поделаешь?
      -- Анта. -- В комнату вошла более старшая девушка, которая в нашем взводе была за главную. Присев на край кровати, она укоряюще посмотрела в мою сторону. С мученическим выражением лица, я во второй раз оторвалась от книги. -- Перестань так делать, ты же ее обидела своим высказыванием.
      -- Я не хотел ее обижать, просто сравнила. Впрочем, вероятно, если я заинтересуюсь тем, как она проводит свое время, я могу оказаться правой, -- легко пожав плечами, ответствовала я, мысленно послав всех в далекое далеко, и вновь принявшись читать. Повествование о небесном острове Скайпии и его обитателях, и самом происхождении данного места, было крайне интересным. Однако книгу вскоре отобрали -- обладательница пары карих глаз укоряюще смотрела в мой адрес. -- Мира, я не интересуюсь жизнью обитателей этого заведения, и вообще мне не интересно общение с людьми, -- вздохнув и проводив грустным взглядом отобранный фолиант, пояснила я. -- И, кажется, я прекрасно теперь уяснила, что общение вообще нужно прекратить: пары моих слов хватило, чтобы ты сейчас устроила мне промывку мозгов.
      -- Анта, достаточно. Ты постоянно нарушаешь режим. Ты хочешь, чтобы тебя выгнали?
      -- Неужели, понятно стало только под конец второго месяца моего пребывания тут? -- я действительно удивилась. Мира не менее удивленно посмотрела на меня.
      -- А зачем тогда вообще пришла?
      -- Меня Гарп притащил, сама бы я ни за что не согласилась быть цепным псом Дозора. Помолчи, -- остановила я ее, видя, что она готова возразить моим словам. -- Ты хотела поговорить, так вот умей и слушать: мне совершенно не интересна служба, я терпеть не могу устав и его глупые рамки, форму и построения. Мне не интересна такая жизнь, но как ты, я думаю, успела заметить, меня не хотят исключать, чтобы я для этого не делала. Гарп не пробиваем, а командование слушает его. Бежать не хочу, хочу просто уйти, не оставив долгов и недомолвок. Не отпускают. Значит, нужно действовать на нервы. -- Опять пожала плечами я, глядя на то, как округляются глаза девушки.
      -- Ты побила рекорд пребывания в карцере. Дозорные уже начинают смеяться в ответ на заявления офицеров, когда те обещают их в одиночку посадить, а если их сажают, то просятся именно в твою камеру, а потом хвастают этим. Анта, это анархия. -- Мира укоряюще посмотрела на меня, устало вздыхая.
      -- Ага, я знаю. И мне это нравится. Я не терплю отштампованных людей, мне нравятся индивидуальные личности. Хотите, чтобы я начала общаться с коллективом -- перестаньте быть однородным тестом. Только вот, я не пуп земли, а у вас мозгов мало. Всё, хватит. -- Устала объяснять я, спрыгнув с кровати и направившись к выходу, попутно отняв свою книгу.
      -- Ты похудела с этими своими боями ни за что, -- тихо бросила мне в спину девушка.
      -- Они за свободу жизни и мнения. И, если ты не заметила, у меня все это есть. А у вас? -- огрызнувшись, я оставила ее наедине с собой. 
      Чёрт подери, она действительно заставила меня с ней разговаривать. Вот же, умничка дозорная. Решив немного погулять по городу, всё равно сегодня у начальства был какой-то важный слет, и поэтому, мы были предоставлены самим себе, я, выйдя за ворота, направилась в город. Задумчиво позвякивая парой монет в кармане, что остались от крайне скудного армейского пособия, урезанного у меня итак в крайность, я остановилась напротив магазина с мороженным, размышляя над тем, быть или не быть. Впрочем, какая кому разница? Дозорные тоже любят холодные сладости. Вот-вот, поэтому два вкуснейших кружочка, обильно политых шоколадом и прочно сидящих в вафельном конусе, перекочевали в мое полное властвование. Читать книгу приятно под вкусности. Облюбовав лавочку, находящуюся на аллее неподалеку, я принялась за дело. Жаль, всё хорошее быстро заканчивается, эх. А мороженное в этом мире шикарное.
      Попав сюда летом, сейчас я опять встречала осеннюю пору, отстраненно слыша, как, шелестя, с деревьев опадают листья. Ковер из красных, желтых и местами зеленых одеяний засыпающих деревьев густо укрывал землю парка, на которую и выходила моя аллея. Тихие шаги в моем направлении. Наверное, не стоит показывать, что я слышу его. Пока не стоит. Не знаю почему, но я посчитала, что если я дам кому-то понять о том, что фруктовик, то меня из Дозора не выпустят. Видела я, как они утягивают к себе тех, кто владеет этой странной силой. 
      -- Редко тебя увидишь такой умиротворенной. -- Легко усмехнувшись, я перевела взгляд от книги в сторону Эла. В отличие от меня, парень на самом деле решил следовать совету Мара: жить тут, пока не разберемся в ситуации мира. И теперь, спустя всего лишь два с хвостиком месяца, Эл, став более сильным и опасным, еще и прокачался в планировании и стратегии, за удивительно короткий срок, дослужившись до лейтенанта. Время от времени он носился со своим капитаном, к которому теперь был приставлен, по всей территории этого острова, на котором нам повезло очутиться. Поговаривали, что в скором времени и Мара повысят в звании, и тогда наши пути разойдутся: их капитаны поплывут в разные стороны этого мира, патрулировать, защищать, карать -- нести справедливость.
      Успевший подзагореть под здешним солнцем, парень похорошел, на тренировках приковывая к себе взгляды девушек, что занимались тут же, рядом с парнями. Мар, впрочем, не отставал по количеству зрительских симпатий -- милое личико не оставляло равнодушными слабый пол, что были как внутри Форта, так и за его пределами. Впрочем, ни он, ни Эл не пользовались этим, полностью посвятив себя тренировкам и службе. Чего нельзя было сказать обо мне, их сестре, по нашей легенде. 
      -- Тебя прозвали зверьком, знала? -- усмехнувшись в ответ, он взлохматил мне волосы, падая рядом на лавочку. Коса моя так и осталась длинной, почему-то парни, упершись всем, чем можно, запретили мне ее состригать, пообещав, что перестанут со мной общаться или вообще Кота натравят. Последняя угроза возымела действие, и теперь, ругаясь утром, приводя образовавшееся за ночь кубло на голове в порядок, я искренне мечтала о том, чтобы командование выпустило хоть какое-то правило на тему длины волос у девушек. Ну, неудобно же, совсем. Командование моих молчаливых стенаний не слышало, а я продолжала воевать по утрам.
      -- Мне не интересно, знаешь ли, -- сморщилась я, демонстративно скрещивая руки на груди и откидываясь на спинку лавочки.
      -- А ты знала, что из-за своего характера имеешь кучу поклонников? -- продолжил парень, задумчиво наблюдая за тучками на небе. -- Образ плохой девочки многим импонирует. 
      -- Так почему же сами не подойдут и не познакомятся? -- ехидно оскалилась я, повернувшись к нему. -- И вообще, ты уже говорил мне об этом.
      -- Повторение -- мать учения, -- усмехнулся он. -- Они слишком боятся тебя. Вспомни, что ты вначале учудила, -- Эл, вероятно, имел в виду случай, когда ко мне в комнату, на тот момент, когда я еще одна жила, завалился один из здешних мальчиков. О том, что я хорошенько отделала и скинула со ступенек без пяти минут офицера, я узнала только на следующее утро, когда мне устроили допрос на тему ночного происшествия. Правда, мне за эту выходку ничего не сделали, тихо попросив, чтобы я больше так не калечила парней. Однако событие пришлось на руку: ко мне больше не лезли, хоть и бросали заинтересованные взгляды.
      -- Я не просила его приходить ко мне. Да и вообще, это растление несовершеннолетней было бы, вспомни, что тут никто не поверил, когда я сказала, что мне двадцать три.
      -- Ага, теперь тебе семнадцать. Впрочем, Мару тоже, это я у вас старший братик. Сестренка... -- Резко схватив меня в объятия, Эл принялся меня тискать, считай, душить. -- Ты же у меня такая милаха, сама того не замечаешь. Не, правда, -- резко перешел на серьезный тон он, заглядывая мне в глаза, -- у тебя необычная для здешних аборигенов внешность и цвет глаз. Да и вообще, климат, питание и тренировки тебе на пользу пошли, считай, мечта мужика. Только вырастить надо.
      -- И приручить, -- смеясь, подошел к нам Мар. -- Смотри, не задуши ее, вон, уже бледнеть начала.
      -- Это она от радости, -- миролюбиво пояснил ему Эл, сжимая меня руками, как питон кольцами. 
      -- Эл, мои фаны сейчас слюнями изойдут от счастья, тут довольно-таки странные проявления чувств, -- моему негодованию не было предела, когда я увидела радостную улыбку душителя. -- Не стыдно, а?
      -- Ну, мы же семья, -- пожав плечами, пояснил он. -- А то наших родственных чувств и не видно. Внешне-то не похожи.
      -- А еще очки симпатии нарабатываем, -- подмигнув, Мар плюхнулся по другую сторону от меня. -- То, что мы тебя сейчас обнимаем и всё еще живы, может в будущем помочь тебе в отношениях с, как ты выразилась, коллегами. О, историю читаешь? Молодец, полезное дело! -- одобрительно закивал головой брюнет, листая страницы отнятой у меня книги.
      -- Нафиг мне эти очки нужны?! -- возмутилась я. -- Кстати, куда вы моего Кота дели?
      -- А, он у нас теперь корабельный, не говорил тебе, что ли? -- удивленно вскинул брови Эл, -- он проговорился-таки, и теперь его хотят припрячь к работе в разведке. Крайне полезное, знаешь ли, приобретение. Впрочем, я заберу его с собой: так спокойнее. 
      -- Это хорошо. А какой у него фрукт оказался? -- заинтересовалась я, давно планируя вызнать все возможное о фруктах.
      -- А фиг его знает, если честно. -- Отмахнулся Эл, наконец, выпуская меня на волю. -- Такого еще не фиксировали, поэтому они решили, что это один из новых, что-то типа "Ум-разум-сознание". В общем, котику повезло.
      -- Он его с таким аппетитом ел тогда, -- поделилась я своими воспоминаниями. И, тут меня накрыло понимание того факта, когда я сама успела съесть эту гадость. -- Эл, а все дьявольские фрукты имеют завитки?
      -- Да. Это их отличительная черта. Второй идет непередаваемый ужасный вкус. Кстати, съев один фрукт, второй есть уже нельзя.
      -- Да, я помню это из лекции, -- кивнула я головой. -- Съев второй фрукт, живой организм тут же умирает.
      -- Открою тебе страшную тайну, -- Мар склонился ко мне, -- неживой тоже. Ну, или разрушается, что точнее. Они научились объединять оружие и фрукт. Так что, если встретишь, например, собаку-пушку, не удивляйся.
      -- Какой, всё же, странный мир, -- простонала я, отбирая литературу и вставая с лавочки. -- Ладно, тут дождик собирается, пойду в сторону этих ненавистных пенатов. 
      -- Заведи себе друзей: мы скоро уплывем, и ты останешься одна. Это не то, к чему нужно стремиться, просто поверь. -- Эл был сама сосредоточенность.
      -- Когда? -- Уже отходя от лавочки, остановилась я, обернувшись к нему.
      -- Через неделю. Причем, на разные Базы. Так что, милая моя, тебе волей-неволей придется последовать моему совету. Тем более, там сейчас начальство обсуждает ваш первый рейс в море. Ты уж их слушайся, ладно? -- с грустью и надеждой в глазах посмотрел он на меня. Мар на заднем фоне тоже загрустил.
      -- Посмотрим, -- по привычке огрызнулась я. -- Мне не хотелось бы иметь связей с ними. Скучные и плоские.
      -- Эх, смотри, твои фаны сейчас от счастья умрут, услышав твои слова.
      -- Мазохисты или идиоты, раз не понимают, что мне просто наплевать на них.
      -- Врешь ведь, -- усмехнувшись, блондин лукаво на меня взглянул.
      -- Почему это? -- я даже вновь подошла к ним, удивленно уставившись на парней.
      -- Ты часто, вероятно, не отдавая себе отчета, помогаешь другим курсантам. В тех же тренировках на выносливость, когда сама с языком набок висящим, ты тянешь за собой отстающих. Они это запомнили, ведь ты не раз им помогала. И то, что ты пару раз отдавала часть своего пайка другим, когда это было необходимо. Весь Форт в курсе того, что ты бездонный желудок на ножках.
      -- Достаточно, -- поморщилась я. -- Эти придурки умудрились где-то посеять свой провиант при марш-броске, вот и все. Не забывай, мы намного старше их, и тут даже не в прожитых годах разница. Мы из времени техники и прогресса, когда ценится жизнь и есть понимание того, что такое взаимопомощь. Тут все иные нравы, они привыкли выживать, наступая на других, лишь бы выбраться. Тем мы и разнимся.
      -- Анта, ты опять видишь только плохое. Поверь, тут гораздо больше добра и света, чем там, откуда мы пришли. И запомни это. Пригодится потом. -- Эл упрямо качнул головой.
      -- Достаточно. Сейчас пойдет дождь -- я в казарму, -- развернувшись на носках, я пошла с аллеи.
      -- Хм, интересно, где она его тут узрела, -- удивленно закрутил головой Мар, глядя на небо. Оборачиваться к нему и сообщать, что просто чую приближающуюся непогоду еще с утра, я не стала. Наверное, обычные люди так не умеют. Я же не умела раньше.
  
   Фантом
  
          Накрапывающий дождик нагнал меня в последнем переулке по направлению к Базе Дозора. В его конце я заметила группку людей, с которыми мне вскоре нужно было поравняться. Запах алкоголя был слышен далеко, и я бы прошла мимо, если бы не заметила свою соседку по комнате среди них. Вернее, девушка была прижата к стене, а четверо парней, что стали вокруг нее, как-то пошловато улыбались. Все в стиле жанра, однако. Эх, дура-девка. И, откуда во мне столько героизма, из-за которого я потом еще и страдаю?
      -- Что, допрыгалась, курица? -- поравнявшись с ними и приостановившись, не особо ласково поинтересовалась у нее я. Ответом мне были зажатая зубами нижняя губа да текущие по щекам слезы, перемешанные с тушью. 
      -- О, я смотрю, бравая дозорная, решила к нам присоединиться! -- радостно протянул кто-то там. Уговаривать их отчалить восвояси не представлялось возможным, уж в слишком невменяемом состоянии были эти придурки.
      -- Иди в дали, проспись, чувырла. -- Я приподняла бровь, унижающе глядя в глаза одного из них. Пареньки разозлились. Решили побить меня. И почему на свете так много непуганых идиотов?!
      К воротам подошли уже под проливным ливнем, что было даже на руку, ибо била отморозков не сдерживаясь, желая, как следует отбить у них желание приставать к девушкам помимо их воли, а еще просто скидывая напряжение и то отчаяние, что последнее время прочно уместились внутри меня. Какое же всё чужое и нереальное. Какое все дикое и одновременно схожее. Как же хочется забыться... Теперь дождь смывал кровь с испачканных рук: Воле Усиления, хоть какой-то, меня обучить смогли. Соседка рыдала, что есть силы, но, вцепившись в рукав, быстро шла следом, удивительным образом не подворачивая ног на шпильках. Мне было хреново -- вода методично выбивала из меня силу.
      -- Анта, тебя хотел видеть Гарп, -- доложил дежурный на входе, заинтересованно окидывая меня и Сачи взглядом. Испепеляюще посмотрев в ответ, я добилась того, что он вернулся на свой пост.
      -- Вали в душевую, отмойся от всего этого дерьма и нормально оденься. Не дай боги, простынешь, -- грубо велела я, отдирая девушку от себя и направляясь обратно под дождь в сторону главного здания, а там к кабинету Вице-Адмирала. Судя по тому, что пока я шла, встретила нескольких офицеров, совещание уже закончилось. 
      -- Курсант, почему не отдаете честь? -- останавливая, строго поинтересовался один из них. 
      -- Вы хотите забрать мою честь? -- состроив невинные глазки, тоненьким голоском поинтересовалась я. Мужчина густо покраснел, а я, состроив оскорбленную невинность, вновь устремилась к нужному мне кабинету. Иногда напряжение можно скидывать и таким образом.
      Уже стуча в дверь, почувствовала, что в кабинете четверо. На разрешение войти, быстро юркнула вовнутрь, плотно прикрывая за собой. 
       "Справа, слева, сверху..." тихо пронеслось в голове и прежде, чем осознать случившееся, тело рефлекторно дернулось в сторону. Пролетевшее нечто сначала мимо левого уха, потом мимо правого и после над макушкой, заставило крайне сильно удивиться и чуть позже разозлиться.
      -- Какого, Морского Короля, позвольте узнать?! -- кипя праведным гневом, прорычала я, поднимаясь с пола, усиленно подбирая боле-менее подходящее окружению ругательство. 
      -- Как видите, что, хоть у нее и ужасные показатели по строевой подготовке и дисциплине, реакция отменная. Поэтому я наставительно рекомендую взять ее с собой на патрулирование. В конце концов, учить ее чему-либо, на данном этапе, пока не представляется возможным, -- офицер по имени Гвёрн, что обычно проводил тренировки и разминки, развел руками и сел обратно в кресло, скручивая цепь с шипастым шаром на конце, которым до этого меня атаковал.
      Гарп согласно кивнул головой, Богарт его поддержал, и все повернулись в сторону еще одного мужчины, что сидел в дальнем кресле.
      С ещё более видным морским загаром, жилистый и подтянутый, передо мной в кресле сидел не диванный офицер, а настоящий морской волк. Взгляд водянистых глаз прошелся как рентгеном, заставляя опустить голову и настороженно посмотреть в ответ. Странно, что даже у старика так не получалось -- Гарп чувствовался как большой, грозный медведь, что в своей ярости может лапами разодрать противника. Но этому медведю еще нужно было дойти, чтобы исполнить свое желание. Этот же был смертоносен -- моментальный бросок, удар и всё, закончился противник. Морской змей.
      -- Зверек, значит, -- тихий голос заставил легонько вздрогнуть и выпрямить спину.
      -- Курсант Дрого Ди Анта, сэр, -- отрапортовала я, прикладывая руку козырьком к голове. Мужчина вскинул бровь, легонько прищурив глаза.
   ***
  

      -- Эл, пока опять не спросили, какую фамилию берем? -- Мар любопытно вертя головой сновал по моей комнате, рассматривая убранство.
      -- Не знаю даже. На ум ничего путного не приходит, -- почесал в затылке светловолосый сидя в изголовье моей кровати.
      -- Давай Хедвиг, -- весело усмехнувшись, предложил брюнет, развалившись на пустующей кровати.
      -- Будешь носить фамилию совы? -- Кот, запрыгнув на подоконник, выглянул наружу, наблюдая за обстановкой.
      -- Не, не хочу совы, -- помотал головой Мар, закинув ногу на ногу и рассматривая потолок. Я скромно сидела в углу кровати, пересматривая книги, которые нужно было прочесть. Заглянув в учебник географии, ужаснулась и, закрыв, принялась внимать.
      -- А давай, что-нибудь с частичкой "Ди"? Чтобы круто было! -- брюнет, перевернувшись на живот, просительно уставился на блондина, принявшись болтать голыми пятками в воздухе. Я удивленно приподняла брови, посмотрев на Эла.
      -- Хм, тебе проблем мало? Вспомни, что говорили тогда: там, где Ди, там неприятности. Ди -- враги Бога. Монументально звучит, знаешь ли. Да и вообще, вспомни горе-авторов с фанфикшена, что ни попаданец, то приставка Ди. Как-то заезжено, не?
      -- Но ведь такая загадка, интересно же! И народ сразу предупрежден будет на тему нашей неадекватности, -- усмехнувшись, мелкий раскинул руки, носом плюхнувшись в подушку. -- Давай, а? Интересно же, что там за тайна такая, с этими приставками. 
      -- Мар, народ специально скрывает эти частички в своих именах, -- укоризненно посмотрел на него парень, кажется, используя последний довод.
      -- Ну, пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! -- заканючив брюнет.
      -- Эх, что ж с вами делать, -- грустно выдохнул Эл, но устоять перед парой карих глаз, что, по-щенячьи, выглядывала из-за подушки, не смог. -- Анта, ты как на счет эксперимента?
      -- Я всё равно ничего не понимаю, -- пожала я плечами, наблюдая за тем, как кот пытается прыгнуть за птичкой. Не смог -- с матом рухнул куда-то за пределы подоконника.
      -- Я жив, цел, спасибо, что волновались за меня, -- глухо донеслось этажом ниже.
      -- Молчи, идиотина! -- крикнул в открытое окно Мар, приподнявшись на кровати. -- Ну, придумал?
      -- Ну, пусть будет Дрого Ди, -- выдал, наконец, Эл.
      -- Мы что, ацтеки? Это оскорбительно, знаешь ли.
      -- Что тебе братья ацтеки сделали? -- любопытно поинтересовалась я.
      -- Ну, они практиковали жертвоприношения...
      -- Цыц! Ты просил -- получай. 
      -- Ладно, Дрого Ди, так Дрого Ди. Дел-то, -- понуро кивнул головой Мар, впрочем, тут же продолжив весело болтать ногами. -- Интересно, что же там за тайна...
      -- А что значит это имя? -- интересно, откуда эти двое ацтекские имена знают? Впрочем, не стоило удивляться, Эл и Мар выходили за рамки представлений о современной молодежи.
      -- Призрак, фантом -- то, что нужно для тех, кто взялся из ниоткуда, -- несколько невесело улыбнулся Мар.
      -- Я буду Дрого Ди Эл, ты -- Дрого Ди Мар. А ты, -- Эл повернулся ко мне, -- Дрого Ди Анта. Идёт? 
      -- Я же сказала, мне все равно, -- опять пожала плечами я.
      -- Кот, ты слышал? Мы семейство Дрого Ди, -- обернулся к, прыгнувшему на подоконник, хвостатому блондин.
      -- Ага, понял, не дурак. Был бы дурак -- не понял бы. А я ваш кот, -- облизнувшись, он вяло потянулся.
      -- А родители? -- Мар был сама стратегия.
      -- Редко виделись, Анта, ты вообще практически их не видела, впрочем, как и ты, Мар. Вас воспитывал я, пока они были в разъездах по неизвестным делам. Чем занимались, вы не знаете, даже сколько лет им было не в курсе. Мать была светловолосой, с прямыми волосами и светлыми глазами -- я и Анта в неё. Отец брюнет -- Мар в него. Можете, для убедительности сказать, что батя носил очки в грубой, темной оправе -- типа запомнился. Больше ничего, ни имен, ни привычек. Показать место, где жили, не сможете, скажем, потому что на самом деле мы очень давно оттуда ушли, долго жили сами в лесу, не смогли найти дорогу обратно и вот -- мы тут.
      -- Все склеено на соплях, Эл, -- вмешалась я в разговор. -- Мы в практически чистой одежде вышли, сами тоже были чистенькие, не худые -- такие точно не в лесу жили. -- Парень согласно кивнул головой, подтверждая правильность моих слов. -- Скажем проще: родители не вернулись, а нас, подождав для проверки пяток лет, выставил наш дальний родственник, заявив, что дом его. А кто, что, где и как мы откажемся говорить -- захотели нас в Дозор, принимайте сирот бесприданников. На этом всё. Я все равно не буду рассказывать ничего о себе, пусть полем идут, а вы как хотите.
      -- А я притворюсь наивным мальчиком, у меня это хорошо получается. Так что, Эл, мы на тебя рассчитываем! -- Мар, встав с кровати, потянулся.
      -- А я буду...
      -- Кот. И, ты будешь молчать, если не хочешь для своей кошачьей тушки дополнительной нагрузки. Понял?
      -- Мяу.
      -- Молодец. А теперь, мы пойдем. Мало ли, какие тут дневные правила...
   ***
  

      Вынырнув из так не вовремя нахлынувших воспоминаний, я угрюмо уставилась на мужчину. Впрочем, быстро вспомнив о цели визита в кабинет, я развернулась к старику.
      -- Разрешите...
      -- Достаточно, Анта. Мне не по себе становится, когда ты начинаешь так обращаться ко мне, ва-ха-ха! -- Старик был в своем репертуаре. -- Говори прямо, что такое.
      У меня нервно задергалось веко -- ты же, блин, сам дисциплину заказывал! 
      -- Я избила пьяных в хлам придурков, что приставали к моей соседке по комнате. Если они умрут в переулке напротив главных ворот в Форт, моей вины не будет, -- философски пожав плечами, я уставилась на Вице-Адмирала. Тот, на секунду замерев, разразился небывалым хохотом. Мою мокрую кепку сдуло с головы в момент. 
      -- Молодца, девка! -- смог выдавить из себя в перерывах между приступами смеха старик. -- Отошли к ним помощь, -- обратился тот к своему помощнику. Богарт, кивнув, тихо вышел из комнаты. 
      -- Я могу идти? -- несколько обескураженно поинтересовалась я, глядя на задыхающегося Гарпа.
      -- Нет, не можешь, -- ответил мне мужчина из кресла, которому я представилась. 
      -- Сэр? -- Я вновь повернулась к нему лицом. Стоять напротив него в мокрой и холодной одежде было унизительно, но что-то заставляло меня не двигаться, по своему обычаю, куда хочу, а примерзнуть к месту.
      -- Почему ты не выполняешь приказов? -- Глаза молча приказывали отвечать.
      -- Не желаю выполнять бессмысленные и глупые приказы, а так же просто прислуживать, -- зло сощурившись, ответила я. Опять двадцать пять. -- Меня затащили сюда против моей воли, так что миритесь с тем, как я мыслю и что вообще умею, или выгоните!
      -- Зверек, -- теперь уже с нотками согласия и каким-то одобрением протянул он, все так же не сводя с меня пристального взгляда. -- И, позволь узнать, что для тебя является глупым, а что прислуживанием?
      -- Глупо то, что я должна выполнять все указания вышестоящего чина, особенно, если он приказывает в желание расквитаться за причиненный ранее ущерб. Заслуженный.
      -- Это она про тот случай с Ремой, помнишь, мы рассказывали, -- пояснил ему Гвёрн. Ремой звали того охламона, которого я в начале знакомства спустила с лестницы. Только на том история не закончилась -- таки став офицером, младшим лейтенантом, он пытался отыграться на плацу, издеваясь над всем взводом и надеясь, что потом те отыграются на мне. Только вот не проканало: моё терпение лопнуло раньше, чем терпение остальных курсантов. Рема загремел с десятком переломов, а меня отправили в карцер, продержав там, впрочем, меньше суток: курсанты нажаловались на обидчика с лихвой. Не одной мне он успел насолить.
      -- Верно, -- кивнула я головой. -- Я считаю, что если вы, дозорные, носите на спинах надпись "справедливость", то не стоит ей прикрываться, причиняя вред другим или отыгрываясь на них, тем самым злоупотребляя своей властью. Тварей много не только среди пиратов, как вы это активно вбиваете в пустые головы курсантов, а и среди вас самих. Не стоит искать проблему на стороне и переводить туда стрелки, если не можете разобраться со всем тем дерьмом, что перед вами. -- Я активно надеялась, что прямо сейчас меня не прибьют. Слишком вольные слова перед тремя офицерами, слишком. Впрочем, как там сказала Мира, анархия? Будет вам анархия. -- Так же я не собираюсь приносить кофе, газеты, печенье, -- уничтожающий взгляд с моей стороны в адрес Гарпа, -- надо -- нанимайте секретарш. Я бегаю марш-броски не для того, чтобы потом диванным офицерам прислуживать, на какой-то дальней Базе. Нет, старик, это уже не в твой адрес. Ты крут всегда, -- честно предупредила я Гарпа, что готов был, кажется, обидеться. А это чревато пробитыми стенами. Угадайте, кто в качестве снаряда?
      -- Хм, интересно, крайне интересно, -- подавшись вперед, неназванный, но уже порядком надоевший мне офицер, скрестил руки под подбородком. -- Довольно вольный взгляд в жизнь. Но, не побоюсь этого сказать, достаточно честный и, что страшнее, правдивый. Гарп, отдай её мне. Она же вас не слушается, а мне как раз такие и нужны, не болванчики, а понимающие головы. -- Если бы я умела испепелять взглядом, передо мной сейчас бы лежала кучка пепла. Однако офицер попался огнеупорный. Или просто пофигист, каких поискать.
      -- Не-а, -- отрицательно покачал головой старик. -- Мелкая еще. Пока только рейс, а там посмотрим.
      -- Ладно, я подожду. Никуда не убегай, хорошо? -- Веселый прищур водянистых глаз бесил. Не ответив, я направилась к своему головному убору, а после, подняв его, к двери.
      -- Завтра в шесть, чтобы с вещами была на плацу. Выходим в море в любую погоду. Не будет тебя вовремя, выдерну из кровати в том, в чем спишь, -- донеслось мне в спину.
      Обернувшись назад, я долго смотрела ему в глаза.
      -- Извращенец. -- И скрылась за дверью. Веселый ржач старика был слышен еще далеко.

      -- Анта, нам нужно поговорить! -- причитала моя соседка по комнате, наворачивая, вероятно, сотый круг перед дверью ванной комнаты, где сейчас откисала я. Мало ли, сколько я в этом рейсе пробуду, хоть чистой выйду. -- Анта, ты меня слышишь?
      -- Слышу, слышу, -- голосом зайца из "Ну, погоди!" ответила я в который раз. Как же она достала за последние полчаса, кто бы знал. Настоящая блондинка с голубыми глазами и одной извилиной, что соединяет уши. 
      -- Ну, что тебе? -- выйдя в комнату, поинтересовалась я, пытаясь вытереть все то непотребство, что росло на голове. Может, во время рейса их тихонько отрезать и сказать парням, что так приказали? Нужно будет попробовать.
      -- Я хотела бы поговорить с тобой о том, что сегодня произошло, -- заламывая руки, начала причитать она. -- Я так виновата перед тобой! Из-за меня тебя сегодня Мира отчитала, а сейчас ты к начальству ходила! Это все из-за того, что я втянула тебя в неприятности! Прости-прости, из-за меня у тебя проблемы!
      -- Мира меня не отчитывала, а просто поговорила со мной. А к старику я сходила, потому что он меня искал. И вообще, я завтра в рейс иду, -- попыталась отмахнуться от неё я, закончив вытирать голову и вешая полотенце на батарею. Отопление не только было, но еще и работало. 
      -- Ах, тебя наказали и отправили в рейс? Прости-прости! Я сейчас же пойду и всё им объясню! -- Я мысленно представила себе то, как это будет выглядеть и, зарычав, бросилась оттаскивать блондинку от двери.
      -- Всё нормально! Меня Гарп и Гвёрн рекомендовали, всё хорошо! -- пыталась убедить её я. Сачи оказалась крайне непробиваемой: выпутавшись, она рванула к двери на первой крейсерской. Делать было нечего, рванув следом и коротко замахнувшись, я подхватила обмякшее тело подмышки и отправила в кровать. -- Достала.
      -- Зверек, ты неподражаема! -- с придыханием раздалось со стороны окна. Удивленно обернувшись в ту сторону, я обнаружила сидящего на подоконнике темноволосого мальчишку со спутанными длинными волосами, что закрывали лицо. Как это я его не почувствовала?! Опять Воля барахлит...
      -- Ты кто? -- подозрительно сощурившись в его сторону, поинтересовалась я, сжимая кулаки.
      -- Нет-нет, не надо! Подожди, сейчас, а то увидят, -- перейдя на бормотание, он аккуратно спрыгнул в комнату, перемахнув через мою кровать, и прислонился к стене рядом с окном, а после и вовсе сполз на корточки. С длинных волос капала вода. -- Я вместе с тобой завтра иду в патрулирование. Вот, давно уже хотел познакомиться, но духу не хватало. А сейчас, вроде бы, на одном корабле плывем, -- неуверенно улыбнулся он.
      -- Так, я плыву с вами, но отдельно от вас! -- чувствуя, что зверею от всего происходящего, прорычала я. -- А ну выметайся отсюда!
      -- Зверек, подожди, ну, пожалуйста! Позволь мне хоть немного побыть тут, там такой ливень -- ужас. Ты на нашей Базе уже легенда -- такого неподчинения здешним офицерам, и столько походов в карцер еще никто не проделывал. Это же офигеть, как круто! -- взлохматив волосы на голове, тем самым показав себя и широкую улыбку, освещающую немного вытянутое лицо, радостно пропел он. Аккуратный нос, черные глаза, тонкие брови над ними -- ни у каждой девушки получится так ровно их выщипать. А поднявшись с пола, он оказался еще и на голову выше меня, весь такой тощий и мокрый. 
      -- Ребенок, я спать хочу. Давай завтра поискришь, а? -- зевнув, сдулась я. Дождь начал утихать.
      -- Конечно, хорошо! Можно я с тобой завтра на построении буду стоять рядом? Это же так круто! Можно я скажу, что мы друзья?
      -- Нет, -- резко перебила его я. -- Мы не друзья. Завтра я увижу тебя второй раз в жизни и мне вообще ничего не интересно о тебе и твоем быте. И рассказывать о себе я тоже не хочу. Всё, вали отсюда, а то Мару позову! -- я указала на окно. Парень, немного погрустнев, перелез обратно через кровать, залез на подоконник и, свесив ноги наружу, обернулся обратно, и с абсолютно серьезным выражением лица спросил:
      -- А вообще, в будущем, мы можем стать друзьями?
      -- Посмотрим. Вали спать. Завтра рано вставать, -- огрызнулась я. Парень спрыгнул наружу, а я, наконец-то, завалилась в кровать. Мокрая и сырая, чёрт. Ненормальные тут какие-то люди. Ты их прогоняешь и оскорбляешь, а они пищат от восторга и называют это крутым и милым. Извращенцы?
      Поднявшись на кровати, я закрыла окно, из которого шла сырость, и занавесила его шторами. Сачи мирно спала на соседней кровати, свернувшись в калачик. Переодевшись в пижаму, мало ли, а вдруг, просплю, я нырнула под одеяло, прижимаясь спиной к батарее, проходящей под окном и, соответственно, рядом с моей кроватью. Тепло навевало воспоминания о доме. 
      Мама, я почти не скучаю, я привыкла быть сама. Быть далеко. Но, папа, береги ее там. Я теперь только фантом.
  
   Бой
  
          Быстро подбежать к двери, открыть её и попасть в комнату, сплошь и рядом увешанную дверями на подобие этой. Открыть следующую, и услышать тихий смех позади. Обернуться, но никого не увидеть и вновь потянуться к ручке двери, чтобы за ней увидеть новый калейдоскоп. В бессильной ярости ударить по одной из них, разбив в щепы и наблюдая, как проем затягивается новой деревянной шкурой. Что за бессмыслица? Двери совершенно разные, но похожие одним: за всеми ними были новые. 
      -- Не нравится? Не нравится бегать? -- тихий шепот пробивал.
      -- Свали нахер, -- зло выплюнула я, на проверку выбивая стену. За ней ничего не было. Совсем. Открыв стоящую рядом дверь, я вновь полюбовалась разномастными никуда не ведущими деревяшками. А за стеной, однако, все так же стояла тьма.
      -- Я, на твоем месте, поосторожнее была бы с этим делом. Кто знает, какие твари у тебя в подсознании скрываются? -- стена заросла. Обернувшись, я увидела. Я.
      -- Анта, проснись! -- Меня резко подбросило на кровати, и, открыв глаза, я ошалело уставилась на соседку по комнате. Всего лишь сон...
      -- Ты кричала во сне, я очень сильно испугалась, -- трагическим шепотом поведала мне Сачи, беспокойно заглядывая в глаза. Скосив глаза на будильник, я отметила, что было пол пятого утра. Черт, пора вставать: в шесть уже нужно быть на месте. 
      Стянув одеяло и морщась от липнувшей к телу пижамы, я пошла в душ. Нам повезло с ребятами: на нашей Базе были личные душевые. В других вообще одна общая, и туалет ничем не закрытый от посторонних. Наверное, именно поэтому здесь встречалось столько странных и неподготовленных к жизни личностей -- та же соседка по комнате, думающая только о красивых тряпках и парнях. Не жила она в общежитиях студенческих, ой, не жила.
      А дальше все быстро и еще быстрее -- забежать на кухню и перехватить скудный завтрак от зевающих и только-только вставших поваров. Получить маленький вещмешок, с наказом не съедать все в первый же час. Забежать к завхозу и получить дождевой плащ и новые ботинки -- старые разлезлись и обещались сыграть в ящик. Так же, в нагрузку, получить щербатый клинок с побитым эфесом и кукиш, бросив алчный взгляд на револьверы. Ну, что за несправедливость! 
      Ровно в шесть, прикрывая лицо от мороси, что активно сыпалась с неба, и, чувствуя, как сильно режут лямки тяжелого рюкзака и холодит бедро железяка, носящая гордое имя "меч", я терпеливо ждала погрузки на судно. Таки нашедший меня в общей толпе вчерашний парень, сейчас радостно топтался рядом, время от времени бросая на меня восторженные взгляды и гневно-гордые на других. Я, честно, вообще не понимала в чем дело и молча продолжала ненавидеть это утро. Команда подниматься на борт, прозвучала как гром среди ясного неба -- гуськом, мы прошли по мостику на корабль, а там выстроились в шеренгу, ожидая дальнейшей участи. Быстрая проверка явившихся, и, разделившись на парней и девушек, мы прошли в трюм. И только там можно было спокойно вздохнуть и доспать: общее построение перенесли на обед, сейчас настраивая курс и воюя со стихией. 
      Найдя подвешенный в углу гамак и повесив рядом с ним вещмешок и мокрый дождевик, я радостно завалилась внутрь с намереньем доспать. Только вот всё рухнуло в бездну -- повернувшись спиной к общему шуму, и только-только пригревшись, я услышала тактичное покашливание.
      -- Отвалите, я сплю, -- вяло огрызнулась я, понимая, что осуществить задуманное мне уже не дадут.
      -- Не груби, -- обладательница мелодичного голоса, отдающего какими-то нотками стали, не пожелала меня слушать, продолжив стоять над душой.
      -- Что? -- повернувшись, я недовольно уставилась на брюнетку, с высоким хвостом на голове, заплетенным в косу. Тонкие брови гневно сошлись на переносице, а сверкавшие в отблеске ламп глаза и недовольно сжатые губы явно говорили о том, что девица была не в духе. Красивая, что уж говорить -- отчерченные высокие скулы и правильный овал лица дополняли ладную фигурку, обтянутую в стандартную форму курсанта Дозора. Я знала её -- Лада, одна из ведущих паинек, любящая быть всегда и во всем первой, в правильной интерпретации этой фразы. Это я, по карцерам и нарядам финалист.
      -- Здесь есть несколько курсантов с других баз Дозора -- мы знакомимся. Тебе следует быть со всеми. Никаких возражений. -- Повернувшись спиной и посчитав, что последнее слово за ней, Лада направилась к середине трюма, где собрались остальные девочки. Пожав плечами, я опять улеглась на свое место, поудобнее устраиваясь и закрывая глаза. Я и не возражаю, просто не иду. Резкий рывок за плечо неожиданностью не был, но вот звонкая пощечина была верхом удивления. Лада, потирая ладошку, презрительно вскинула бровь.
      -- Не удивлюсь, если ударишь в ответ -- это вполне в твоем стиле. Только ничего не изменится -- иди к остальным, -- холодно глядя в глаза и, вероятно, ожидая мести с моей стороны, отчеканила она. 
      Медленно потянувшись, зевнув и протерев глаза, я плавно выбралась из гамака, улыбаясь в адрес девушки. Та, нахмурившись, попыталась отступить в сторону, но резко себя одернула, видимо, переборов минутную слабость. 
      -- Я просто подожду, не в первый раз, знаешь ли. Не пытайся что-то просчитать, -- вежливо улыбаясь, прошептала я, проходя мимо. Девочки в центре не заметили потасовки, что произошла. Там вообще что-то непонятное творилось -- шум, гам, смех, красные щеки и весело блестящие глаза. 
      -- Смотрю, знакомство полным ходом идёт, -- пробормотала я, садясь на удивительно незанятый стул и мрачно разглядывая щебечущий цветник. Девочки, не замечая никого и ничего, активно обсуждали последние новинки в одежде, косметике, парней и командиров посимпатичнее. Интересно, это я тоже должна это обсуждать или, всё же, могу пойти поспать?
      -- Анта, Анта, расскажи о своих братьях! -- кто-то, заметив мою скорбную тушку, закричал на весь трюм. -- Они у тебя такие красавцы! -- сверкая охочими до подобных рассказов глазами, девы повернулись ко мне. У меня начал дергаться глаз от всего этого внимания.
      -- Не робей, тут все свои, -- кто-то из толпы весело засмеялся, -- давай, зверек!
      -- А почему зверек? -- несколько девочек любопытно повернулись в ту сторону, вертя головой от меня к говорившей.
      -- Потому что нелюдима и огрызается, -- Лада, тихо подойдя со спины, положила мне на плечо руку.
      -- Убрала, быстро. -- Не поворачивая головы, напряглась я.
      -- Что, откусишь?
      -- Оторву, -- мрачно пообещала я. После, дождавшись выполнения, повернула голову к любопытным, вероятно, новеньким, продолжила. -- Меня зовут Анта. Дрого Ди Анта, и я не особо жалую род людской и военных в целом. Но, если вы не будете меня доставать и надоедать, думаю, мы как-нибудь сживемся.
      -- Это она просто бука, -- кто-то опять засмеялся, -- достаточно, Анта, все прекрасно помнят то, как ты нам помогаешь. Не отнекивайся. Расскажи о братишках -- мы недавно видели, как вы на лавочке обнимались, такие милые были! Мне б таких братишек... -- мечтательно замолк голосок.
Чертовы Мар и Эл!
      -- Мар скоро получит звание лейтенанта и уплывет на какую-то Базу. Эл уже в звании, и тоже скоро покинет нас, -- несколько грустных вздохов разорвали тишину. 
      -- Так быстро?! -- раздались удивленные голоса. 
      -- Ох, они такие молодцы, -- вторили им другие.
      -- А вообще, какие они? -- любопытно зажглись глаза одной из новеньких. Пошарив во внутреннем кармане, я протянула ей фотографию, где были запечатлены я, эти психи и Кот, жующий сосиску. 
   ***
  

      -- И, зачем, позволь узнать? -- гневно вопила я, пока меня тащили куда-то за город. Кот, которого Мар зажал под мышкой, двумя лапами держал пару связанных вместе сосисок, предварительно засунув первую, или последнюю, из них в пасть.
      -- Фото на память, -- весело отозвался тянущий меня вперед блондин, уверенно сворачивая с одной улицы на другую и выходя за пределы города. -- Тут красивое место есть, как раз сейчас осень, все цветное и красочное. Вот, тут! -- немного запыхавшись от быстрой ходьбы, оповестил он.
      Ряд из красных с золотом каштанов, еще зеленая трава на земле и виднеющееся вдали море. И все это под ясным осенним небом. Красиво? Да. Безумно.
      -- Вот, это сюда, это сюда, -- выставив кончик языка наружу, блондин что-то ладил со средних размеров ден-ден муши, вероятно, заводя таймер. Улитки со способностью говорить, с большими глазами и вообще с зубами вводили меня в состояние немого шока. С тем, как они активно следят за тобой своими глазами можно паранойю словить, мне так вообще недолго осталось...
      -- Вот, все сюда! -- Расправив руки и ловя упирающихся нас, Эл быстренько утянул "семью" под сень деревьев. Обняв одной рукой Мара, другой меня, и притянув поближе к себе, он обезоруживающе улыбнулся улитке, что отсчитывала таймер. Кот, прочно зажатый в руках Мара, двумя лапами запихивал себе в пасть последнюю сосиску, одновременно с этим пытаясь делать вид, что совсем ни при чём. Парень так же улыбался тому глазастому чудовищу на пеньке, выставив напоказ все тридцать два зуба. А я? Глядя на них, почему-то вновь вернулась тоска по дому. По маме, по папе, по дяде. По работе и, почему-то, по кактусам, что остались на подоконнике. Интересно, их поливают?
      А теперь я тут. У меня нелюбимая работа-отбытие, у меня навязанные плохие отношения с окружающими, но у меня есть то, чего не было до этого -- свобода и два брата, пусть и совершенно не родные. Странное для меня понимание и размышление, но в момент, когда мы стояли под сенью цветной листвы, с шумящим на заднем фоне морем, именно эти мысли посещали мою голову. И, в последний миг, я радостно и любяще улыбнулась этому монстру на пеньке. 
   ***
  

      -- Какие вы тут... -- говорившая запнулась, вероятно, не зная, как охарактеризовать увиденное. 
      -- Теплые, -- подсказала Лада, что заглядывала ей через плечо. Фотография пошла по кругу, вызывая уйму комментариев и вздохов.
      -- А они ничего у тебя. -- Общее мнение было таковым. Фотографию вернули, и я упрятала ее на место. Странная частичка. Но очень важная.
      -- Я знаю.

      Пробежки по палубе, попытка понять, где и какой узел нужно завязать на канатах -- нас время от времени кидали на паруса; мытье досок палубы, отработка на камбузе и отмывание грязной, после еды, посуды там же. А как кричал старпом, когда кто-то отвязал и не удержал лисель, и он, весело паря на встречном ветру, развевался над морем, канатами уходя куда-то в морские глубины. Добавочный парус это вам не шутки -- от руки старпома один из курсантов улетел за корму, откуда его уже доставали матросы, с мольбами не швыряться студентиками, если те провинись. Мелкие ведь, еще. Взгляд старпома Блэка заставил всех сжать задницы и убежать в указанных вахтой направлениях. Вот так вот, порядок, строгость и никаких пререканий. Может, нужно было согласиться на секретаршу? Эту, уже ненужную, мысль я обдумывала за шваброй, которой уверенно возила по палубе, явно решив содрать верхний слой досок. Правда, только так можно было избежать гневного рыка местного зла -- мне повезло, прячась в тени и не высовываясь, я пока избегала его внимания, стараясь как можно лучше делать выданную мной работу. Та же Лада, пару раз поспорив с ним, сидела сейчас в трюме и латала местные тряпки, что уже давным-давно перестали считаться за одежду, но все еще были в здешних закромах. 
      -- Судно по правому борту! -- Вперед смотрящий ответственно подошел к своей роли -- хоть и высокие были мачты, вопль с марса был сшибающий. Отставив швабру в сторону, я с интересом смотрела за тем, как с достоинством пройдя на капитанский мостик, Блэк и Нильс -- тот самый офицер, перед которым я отчитывалась в кабинете Гарпа, и по совместительству капитан этого судна, что-то обсуждая, смотрели в подзорные трубы. Отставив свою, капитан бросил пару слов помощнику, тот мичману, а тот, во всю силу своих легких, прокричал на весь корабль фразы, что заставили меня всплакнуть, скучая по оставленным в моем мире фильмах о пиратах.
      -- Аврал, все наверх! Приготовить пушки, зарядить ружья! Перестать стоять столбом, дура! -- Последнее было уже мне и, быстро метнувшись к кладовке и закинув туда ненужные сейчас швабру и ведро, я помчалась в трюм за своим подобием меча. Сталкиваясь с такими же снующими и спешащими туда-сюда людьми, уже оттуда я услышала столь волнительный крик все того же вперед смотрящего:
      -- Пираты!
      Надеюсь, не затопчут. Да и вообще, надеюсь, они испугаются и уплывут: драться с ними, а уж тем более убивать, не хотелось. Людей моего мира, в большинстве своем, вообще с детства учат, что отнимать чужую жизнь -- грех. Тем, кто плюет на веру и иже с ней, просто сообщают, что очень и очень плохо отнимать чужие жизни. Короче, мандраж был не слабый -- руки не смогли с первого раза закрепить перевязь с мечом, и пришлось прислониться лбом к стене, прежде чем продолжить начатое. 
      -- Ой, мамочки, не хочу, -- тихо раздалось из враз затихшего, после крика о пиратах, трюма. Обернувшись назад, я увидела десятерых перепуганных девушек, что просто стояли на своих местах и не могли двинуться. 
       "Мне не так страшно, как им, я же сильнее". -- Постаралась настроить себя я. Я знаю, что такое война и смерть -- мне уже не были страшны взрывы снарядов и свист пуль. Единственное, что будет новым, это море и мечи. Как ни странно, мне стало легче, и, закрепив-таки оружие на поясе, я прошла мимо них на выход. 
      -- Зверёк, тебе не страшно? -- тихий шепот в спину заставил остановиться, и, обернувшись, широко улыбнуться.
      -- Пусть попробуют показать мне что-то новенькое, чего я еще не видела. -- Девочка испуганно прижала ладонь ко рту, округлившимися глазами глядя на меня. -- Лада, ты же тут главная -- не стой столбом, мало ли, какой снаряд трюм протаранит. Идем наверх, -- издевательски ей улыбнувшись, я развернулась обратно и вышла на палубу. Сзади послышалось быстрое шуршание и лихорадочный топот ног -- перепуганные девочки выскочили на палубу быстрее, чем сообразили, в чем дело. Нильс укоряюще посмотрел в мою сторону -- я лишь недоуменно пожала плечами и указала взглядом в сторону приближающегося судна. Не сворачивает, мать его!
      -- Итак, курсанты, сегодня нам предстоит сражение с пиратами, в котором вы обязаны победить: в битве никто вам не будет помогать, оступитесь -- вас убьют. Не забывайте, те, кто плывут нам навстречу, бандиты и убийцы, что не будут колебаться, чтобы убить вас. Каждый раз шанс будет только один и, желательно, один противник -- один удар.
      -- А как же суд и всё такое... -- под взглядом капитана спрашивающий стушевался и попытался стать меньше ростом. Однако любопытные взгляды в адрес командующего судном устремлены, все же, были.
      -- У них есть шанс прийти в Дозор и сдаться. Если они сейчас плывут сюда, значит, ни о каком суде и не мыслят. Повторяю, они колебаться не будут, выбирая, убить вас или нет. Еще вопросы есть? -- Нильс пытливым взглядом обвел сгруппировавшихся в кучу, и уже давно сломавших строй, курсантах, почему-то опять задержав взгляд на мне, стоящей с краю от всех.
      -- Никак нет, товарищ капитан! -- Ну, а что, он же задал вопрос? В результате, из всех проходящих практику, одна я была бодрячком, да все тот же темноволосый парнишка нарисовался за плечом, вытягиваясь в струнку и прикладывая руку к голове козырьком. Взметнувшиеся вверх брови Блэка были лучшей наградой. 
      -- Отлично! Приготовиться к бою! Пушки, ружья, пистолеты, сабли наготове! -- Старпом взял бразды правления в свои руки, принявшись отдавать приказы. Матросы, что в отличие от студентов, не тряслись, быстро расставили нас по местам.
      -- Бей первой, не медли! -- тихо напутствовал главный кок, с которым у меня, пожалуй, сложились хорошие отношения. Кажется, находить общий язык с повелителями кастрюль и сковородок стало моей традицией.
      -- Знаю. Лучше сразу напасть, как будет момент, пока противник не сориентируется. -- Кивала я головой, во все глаза рассматривая судно, что было уже на подходе. Гордо развевающийся парус с нарисованной вольной интерпретацией черепа с костями становился все ближе и ближе -- стало видно снующих туда-сюда людей, что, вероятно, как и мы, готовились к бою. Почему-то мысль о том, что можно тихо переждать в трюме, пока будет общая буча, так и не пришла в голову. Неужели, постепенно этот мир начинает заражать меня своим геройством? Или, наверное, что точнее, та я, что была где-то глубоко внутри, та, что из этого мира, что теперь изредка снится мне по ночам, все же не любит отступать. Только вот, кто нам все-таки дал право убивать? Тут же еще дети, какие из них бойцы, зачем? Кто мы вообще такие, чтобы решать чужие судьбы...
      Началось "приветствие": суда начали стрелять друг по другу из пушек. Быстро нырнув за постройки помонументальнее, мы начали ждать, когда закончатся снаряды у противника. Ясно было, что так быстро они бы не ушли в небытие или в нас, но, кажется, наши канониры знали свое дело: несколько наших снарядов смогло угодить в чужие орудия, тем самым выведя их из строя.
      -- Два попадания в правый борт, повреждена мачта и брам-стеньга! Пробито крепление паруса, дыра в жилом трюме! -- со всех сторон послушались крики и началась беготня по кораблю. А потом все опять, как по команде, резво скрылись за пристройками -- корабельные обитатели начали щедро поливать друг друга свинцом.
      -- На абордаж! -- Послышался чей-то крик. Глухо клацнули абордажные крюки, вгрызаясь в борт нашего судна. Как полоумные, я и парнишка, чьего имени я так и не захотела узнавать, бросились вперед, с разбега перепрыгивая на палубу вражеского корабля и наскакивая на первых попавшихся противников. Нас резво встретили, отбивая атаки и ударяя в ответ. Надежды нашего кока пали крахом: противник ожидал подобного. Крутанувшись на месте и увернувшись от просвистевшего над головой клинка, я со всей силы ударила наискось по пирату, со страха вкладывая в удар больше силы, чем то было нужно. Булькая кровью в горле и пытаясь зажать огромную рану от основания шеи до живота, просвечивая сломанными ребрами, он рухнул на палубу, как компенсацию, забрав с собой мой меч -- железяка, вероятно, и в лучшие годы была не очень хороша, а сейчас вообще развалилась на глазах, оставив в руке обломок рукоятки. Схватив выпавшую саблю убитого, я обернулась к толпе сражавшихся, выискивая себе новую цель и невольно отмечая происходившее. Как в стоп-кадре, я увидела маленького по росту курсанта, что подхватив оброненный кем-то пистолет, стреляет в находящего рядом пирата -- алое облачко поднимается у того из-за спины, и он грузно оседает на палубу, открывая дозорному место для следующего выстрела. Как зажимая рану в боку, из которого струйками сочится кровь, другой парнишка отбивается обломком меча от сабли, безрезультатно пытаясь пробить чужую защиту, но еле удерживая свою. Как к нему спешит испачканный, непонятно в чьей крови, матрос с нашего корабля, на ходу доставая клинком горло другого пирата, что заносит меч над упавшей девушкой. Как разозлившись и не замечая ничего вокруг, вертится на месте Лада, пытаясь прикрыть собой лежащее на палубе тело юноши, с которого натекает кровь. Я успела увидеть мелькнувших Нильса и Блэка, что как вихрь промчались наверх к капитанскому мостику и столкнулись там с кем-то из более сильных противников. Успела почувствовать, как затихают голоса, что до этого тепло и нежно отзывались внутри сознания, шепча, что с их обладателями всё хорошо. А потом разозлилась уже я.
      Резко прыгнув вперед, с размаху обрубив чью-то голову напополам, я рванула дальше, сталкиваясь с очередным пиратом, что не спеша крутил головой по сторонам, в поисках нового противника -- у его ног лежало подрагивающее тело одной из новеньких, с дальней Базы. Зло ему улыбнувшись, я наотмашь рубанула его по руке, отсекая конечность, держащую клинок, а следующим ударом перерубая горло. От скорости движений закладывало уши, и единственное, на что я могла ориентироваться, было то самое чутье, которое говорило, куда нужно идти и кого бить. Удар вправо, влево, прыжок, подсечка, еще один прыжок, увернуться, ударить свободной рукой и не услышать больше биения чужой жизни -- трудно было запомнить что-то объемное, но одно точно могла сказать -- когда я, наконец, остановилась, стоящих на ногах противников не было. Некоторые курсанты добивали раненых, в запале, вероятно, не понимая, что просто вершат что-то страшное; другие уже спешили на помощь раненым. Ко мне не подходили, почему-то обходя по большой дуге. Носа коснулся запах горелой плоти -- обернувшись к источнику, я удивленно обнаружила несколько обгоревших тел моих противников, представляющих сейчас из себя груду горелых костей да пару тряпок. Что за?
      -- Зверек, почему ты раньше не сказала, что фруктовик? -- с нотками укора в голосе, ко мне подошел прихрамывающий паренек, со слипшимися на виске волосами. Ранка была не глубокая, и кровь уже перестала идти, но все равно, наверное, следовало обработать.
      -- Это было не важно, да и пользоваться способностью я не умею. -- Повернувшись к нему, я мрачно осмотрела его висок. -- Давай-ка к медикам, тут и без нас разберутся.
      -- Хорошо, -- кивнул он головой, и мы отправились к нашему судну, которое все еще было пришвартовано к пиратскому абордажными крюками. Проходя мимо убитых, взгляд невольно зацепился за знакомое лицо -- уставившись остекленевшими глазами в небо, лежала Лада, в тщетной попытке закрыть рваную рану на горле. Паренек, которого она тогда так рьяно защищала, лежал рядом, так же, без движения.
      -- Вот и не стало семьи, -- тихо прошептала конопатая девочка, с которой Лада часто о чем-то разговаривала. В ответ на мой недоуменный взгляд, она, сглатывая слезы и пытаясь сдержать всхлипы, пояснила, -- он ее брат, младший. Она что только не делала, чтобы его в рейс не брали, а он... -- Девочка не выдержала и разревелась в голос. Сидящие рядом с ней так же не могли сдержаться -- из одиннадцати девушек курсанток, вместе со мной осталось пятеро. Из пятнадцати парней -- десять. Кивнув ей, я обернулась обратно к Ладе -- главная за наш маленький экипаж и ответственно подходящая к дисциплине, она теперь лежала мертвым телом, что быстро остывало на осеннем морском ветру. Так почему же тогда я, практически полная ее противоположность, не заработала ни одной раны? Это и есть справедливость? И ведь никто из нас не прятался, все вылезли наружу, хоть и было жутко страшно. Посмотрев на мертвого парнишку, вероятно, моего, теперь уже, одногодку, мне стало тошно -- не стань Эла или Мара, что в отличие от этих, мне не родные, а названные, каково будет мне? Тошнотворный ужас накатил волной, сбивая с ног и заставляя подбежать к ближайшему борту -- завтрака еще не было, и пустой желудок начали сотрясать сильные спазмы, буквально выворачивающие наизнанку. Сколько не говори и не петушись, под конец боевой накал схлынет, оставив после себя тошноту, слабость и бессильную ярость -- только сегодня утром я видела их живыми, а сейчас они лежали на грязных досках чужого корабля, чьи обитатели получали удовольствие от чужих смертей. Чьи обитатели, кто грудой обугленных костей, кто просто тряпочной кучей, лежали тут же, даже мертвые, даже сейчас, неприкрыто ухмыляющиеся и посылающие всё к праотцам.
      -- А ну, вас к чёрту! -- хрипло выдохнула я, отрываясь от борта и с ненавистью глядя на тела пиратов. Вот, значит, зачем меня потащили сюда -- чтобы увидела, что бывает с анархией. Чтобы поняла, как просто можно сдохнуть. Да вот только, нихера у вас не получилось, господа военные, -- по тому же сравнению с Ладой. Твари, за что вы детей так?!
      -- Курсант, всё в порядке? -- Капитан судна удостоил меня своим вниманием? За что же такая честь? За то, что жива?
      -- Да, капитан, более чем. -- Вытянувшись в струнку, я холодно взглянула в водянистые глаза напротив. Мы с ним почти одного роста оказались, нужно было лишь чуть-чуть приподнять голову. Никакого напряжения или чего-либо, я просто смотрела на него, мысленно топя за бортом. 
      -- Точно? -- склонив голову на бок, он попытался спрятать вспыхнувшие искорки... веселья?
      -- Пожалуйста, умри, -- широко улыбнувшись, ответила я, отстраненно ощущая, как во рту стало тесно. Миг, и только благодаря чутью, я успела уйти в сторону, от промелькнувшего мимо меня клинка. Удар в то же место, не поворачивая корпуса -- капитан судна прыгнул вверх, метя в голову. Отскочить назад, на борт, и непонятно как прыгнуть чуть выше, метя непонятно откуда появившимся хвостом. Столкнуться им с мечом капитана, но не расстроиться -- огненные брызги заплясали на стали, плавя и проедая в ней дыры. Капитан, приземлившись на палубу, резко скинул свой плащ, теперь уже пропаленный в некоторых местах. Защитился шмоткой, сволочь... 
      -- Курсант, отставить! -- громко приказал мне Блэк, возникая на нижней палубе.
      -- Все нормально, Брай, я справлюсь, -- отозвался капитан, вновь поворачиваясь ко мне. Рывок вперед, подсечка, опять прыгнуть следом за добычей, чтобы, клацнув зубами на вытянувшейся морде, приземлиться на палубу уже на четыре лапы.
      -- О, Боги, -- протянул Нильс, с восхищением рассматривая меня. -- Какая красота. Курсант, я приказываю остановиться, иначе я буду вынужден применить силу! -- Теперь уже и он начал отступать назад, прикрываясь подобранным с палубы мечом. Я так же не спеша шла следом, плавно переступая с лапы на лапу. Тело чувствовалось уверенно и легко, гораздо лучше, чем человеческое. А сила, которой я теперь располагала, пьянила и радовала. Опять рывок вперед, но, вопреки ожиданиям, не найти цель, отстраненно чувствуя, как что-то быстрое приближается сбоку. Понимая, что не успеваю развернуться и попытаться выиграть время, ударяя длинным хвостом рядом с предполагаемым местом атаки противника. Не попасть, но, улучив момент, ударив лапой и сломать смешную железку в руках, теперь уже маленького человечка. Однако резкий удар в бок блокировать не успела -- пробив доски борта, я полетела в воду, пытаясь, в последний момент, расправить неизвестно откуда взявшиеся крылья. А дальше слабость, отсутствие воздуха и темнота.
      Тихо и спокойно. Располагающая к дремоте качка и мягкий матрац под расслабленным телом. Мягкая подушка. Удивительно стерильный запах помещения, лишь далекие отголоски соли и чего-то, напоминающего ветер, витают вокруг. Вдалеке шум волн за бортом. Чуть ближе голоса, много голосов, десять или двадцать. Слов не разобрать, и вообще не понятно, в одном они месте находятся или в разных. Как же не хочется вставать. Как же не хочется на работу. А какой сегодня день недели? А?
      Резко подорвавшись с кровати, я удивленно оглянулась вокруг: четыре стены, пол и потолок, дверь в одной из стен, иллюминатор в другой. Я сижу в кровати, одетая в форму дозорного, мои ботинки стоят рядом с кроватью. Недоуменно нахмурившись, я принялась вспоминать недавние события. Лучше бы не вспоминала... Интересно, за нападение на капитана, что мне светит? Встав с кровати и обувшись, я уныло поковыляла к выходу, на ходу почесывая копчик, откуда рос теплый хвост. Хвост?
      Крутнувшись на месте, я удивленно уставилась на длинный, серебристо-белый хвост, на подобие львиного, что заканчивался роскошной кисточкой на конце. Необычная часть тела не вызывала каких-либо отрицательных эмоций, да и вообще ощущалась как что-то само собой разумеющееся. Просто, она была. Поэтому, отставив пока в сторону размышления о том, что я теперь такое, я, задумчиво помахивая отпущенным на свободу хвостиком, пошла к двери. За ней было слепящее солнце, слепящая гладь моря и слепящие белые паруса. Полдень на корабле, в общем. Крики чаек немного раздражали, а если прислушаться, то можно было услышать, как они говорят о какой-то рыбе и непогоде. Помотав головой и отгоняя наваждение в виде говорящих пернатых, я удивленно огляделась вокруг. Никого. Прислушавшись, я уловила присутствие капитана в его собственной каюте. Что ж, нужно идти и говорить по душам: причина моего поведения, конечно, была легко объяснима, но, всё же...
      -- Войдите, -- спокойно раздалось из-за двери, стоило мне только поднять для стука руку. Пожав плечами, я вошла вовнутрь, отмечая про себя некоторую скудность обстановки -- справа одинокая кровать в углу, под окном. Напротив нее, у стены, большой стол, заваленный бумагами и стул, на спинке которого висело несколько одёжек. Шкаф у стены на входе, рядом с кроватью, так же сверху заваленный бумагами, что обещали вот-вот рухнуть. Капитан, сидящий на стуле, сейчас устало повернулся в мою сторону.
      -- Я по поводу произошедшего события, ну, недавно, -- ощущая неловкость и стеснение, пробормотала я, глядя на него. Тот лишь устало вздохнул, снимая очки, в которых до этого был, и бережно кладя их в чехол на столе. 
      -- Это было первое обращение? -- пытливо взглянул на меня мужчина, заставляя на миг удивленно нахмуриться, прежде чем понять, о чем он вообще говорит. Лет сорок-сорок пять, короткие волосы, что начали седеть от висков да множество морщинок, лучиками разбегавшиеся в разные стороны от столь неприятных мне глаз. Ну не нравится мне этот серо-голубой, практически прозрачный цвет. Вода, что видит сквозь сокрытое. 
      -- Ау, дитя, выйди из сумрака, я к тебе обращаюсь, -- ехидно оскалился он. Всё же -- бесит.
      -- Прикидываю, как бы легче было бы вас во сне придушить, -- мило улыбнулась я, отходя в сторону от входа и прислоняясь к шкафу -- почему-то кружилась голова. 
      -- О, у тебя на почве голода уже язык заплетается, как я посмотрю, -- прищурился он, все так же не отводя пытливого взгляда. -- Перестань артачиться, вечно с тобой никто носиться не будет.
      -- Тогда отпустите меня на вольные хлеба? -- Сползая вниз по шкафу, скорее для проформы проворчала я. Было лень. -- Отвечаю на вопрос номер один: да. 
      -- А я что, успел задать вопрос номер два?
      -- Ага. Только что, -- криво улыбнулась я, совершенно наглым образом подмигивая и расслабленно приземляясь попой на пол. -- Этот хвост не мешает, но бесит. А вообще, это нормально? -- Совсем по-детски распахнув глаза, я уставилась на опешившего мужчину. Тот, пару мгновений на меня смотрел, а после весело фыркнул.
      -- Чёрт морской! Я всё-таки выпрошу тебя у Вице-Адмирала!
      -- Я не вещь. Заруби себе на носу! -- резко обозлилась я, опять чувствуя, как во рту тесно. Отвлекшись от мимолетной вспышки гнева, я удивленно начала ощупывать языком удлинившиеся зубы. А клыков-то прибавилось.
      -- Смотрю, ты начинаешь учиться подавлять вспышки гнева, -- одобрительно кивнул он головой. -- Ну, как тебе сказать, фруктовики -- это люди на вес золота -- думаю, ты знаешь, что, таких как ты, по всему миру собирают, а сами дьявольские фрукты скупают за любые деньги. Удивительно, что за два с лишним месяца, они так и не смогли тебя раскусить. Просто удивительно. Но, точно отвечая на твой вопрос -- да, это нормально. И то, что у тебя есть видимый всем остальным хвост, и уши лишь добавляет тебе веса, как курсанту и будущему дозорному. -- В конце его слов я стала лихорадочно ощупывать свои маленькие и милые ушки. Ага, наивная -- что-то наподобие эльфийских лопухов теперь возвышалось на месте привычных органов слуха.
      -- Кто я хоть? -- обреченно откинувшись на стенку шкафа, простонала я.
      -- Ну, наверное, если ты читала мифы и предания, ты не удивишься, -- начал издалека он, совсем по-мальчишески почесав в затылке. Я заинтригованно приподняла бровь, садясь в по-турецки и складывая руки впереди.
      -- Возможно, я пойму, о чём ты.
      -- Давай, немного начнем издалека, -- дождавшись моего нетерпеливого кивка, он продолжил. -- Ты же знаешь о таком существе как Феникс? 
      -- Да, в мифологии это огненная птица, символизирующая перерождение, так как, умерев, снова возрождается из собственного пепла. Она символ бессмертия, а по факту, это просто солнце. Умирает, садясь и возрождается, вставая над горизонтом. По идее, обладателем фрукта, дающего такую силу, сейчас является Марко Феникс, командир первого дивизиона пиратов Белоуса, -- последнее даже не пришлось особо вспоминать -- ребята долго мне вбивали в голову имена и способности известной части команды Йонко. Запомнить всех так и не вышло, а изображений у парней не было. Стоит ли говорить, что то, что они нарисовали в качестве примера, заставило меня еще полдня смеяться?
      -- Хм, неплохо. В таком случае, ты знаешь, кто такой Симаргл? -- вопрос заставил меня замереть.
      -- Это я? -- удивленно раскрыв глаза, потянулась я вперед.
      -- Да. Так знаешь?
      -- Да. Это Хранитель между миром людей и богов. -- Он утвердительно кивнул, заставляя говорить дальше. Удивительно, что в этом мире знают о мифологических существах и легендах, связанных с ними. -- Чаще крылатый пес с золотистой шерстью, иногда изображается как волк с орлиной головой и крыльями. Так же символизирует огонь и очищение. В принципе, это всё.
      -- Что ж, образование тебе дали хорошее, -- довольно кивнул головой Нильс. -- Ты первый вариант -- огненный полу-пёс, полу-волк, с львиным хвостом и крыльями. Серебристо-золотая шерсть, огромный размах крыльев, который тебя, в принципе, не спас в прошлый раз, большие размеры, потрясающая реакция и, кажется, довольно-таки неплохо развитая Воля Наблюдения. Когда успела?
      -- Гарп, -- лаконично ответила, кажется, полностью удовлетворив его любопытство. -- Что мне будет за нападение на тебя?
      -- Спишем на состояние аффекта после боя. И на полностью открывшуюся способность. Если, конечно, ты перестанешь желать мне смерти или лично пытаться проводить на тот свет.
      -- Ну, мифология обязывает... -- Что-то прикинув в уме, я весело на него посмотрела. Мужчина картинно закатил глаза.
      -- Идём обедать. Тебе так вообще пора, двое суток без довольствия. Не порядок! -- Ну почему, даже у серьезных поначалу личностей, в конце просыпается неистребимое желание шутить и юморить?!
  
   Звание
  
          В порт возвращались в молчании. Притихший после того боя экипаж, молча пришвартовался, сделал все необходимое с парусами и канатами, и сошел на берег. Нескладный паренек, чье имя оказалось Уил, остаток плаванья не отходил от меня ни на шаг -- в туалет и душевую нужно было пробиваться с боем. Оставшиеся девочки больше не пытались собираться в компанию и что-то обсуждать -- молча мыли палубу корабля, молча готовили есть и ели сами, кажется, даже не чувствуя, что именно жуют. Добродушный кок слег в лазарет и до конца плавания ушел в отпуск, предоставив всю работу по кухне им. 
       С парнями было легче, да оно и понятно, они сильнее. Быстро привыкнув к окружающим условиям, они проворно сновали по кораблю, беспрекословно выполняя указания мичмана. Кто сильнее, тот и дальше улыбался, и смотрел на окружающих теплым, подбадривающим взглядом. Сломавшиеся были серы и неприметны. Порой, мне казалось, что они и не чувствуются даже -- Воля Наблюдения с трудом могла их отыскать, настолько им было безразлично окружающее. Бедные дети... 
       Форт встретил нас гостеприимно распахнутыми воротами и шуточками некоторых вояк, что были на входе. Впрочем, все быстро заткнулись, когда курсанты посмотрели на них. А потом вновь была перекличка -- кто-то из пришедших встречать в слезах убежал прочь, наверное, родители. Наверное, мне повезло, что никого у меня нет тут. Некому волноваться. Впрочем, уже потом, вечером, поймавшие меня в коридоре, Эл с Маром буквально затискали меня в объятиях. Даже Кот, ревниво их оттеснив, запрыгнул ко мне на руки, обнимая за шею лапками и плачась, что волновался. Как же бессмысленна вся эта злость, что скоплена в пиратах и Дозоре. Не люблю людей, вечно с ними не все в порядке. Одни войны.
       Новый день встретил теплыми лучами ноябрьского солнца и замерзшими окнами, на которых вырисовывались замысловатые узоры. Лежа лицом к окну, я расслабленно размышляла о событиях дней минувших. Один большой и странный мир, пираты и Дозор -- мой кругозор начал сужаться, акцентируя внимание на этих двух проблемах. 
       Утром этого дня Гарп, получив отчет Нильса, отбыл в море -- говорили, что в том районе видели еще несколько пиратских судов. Что ж, нам спокойнее, сегодня-завтра отдых, а там и на патрулирование города. Мы сдали экзамен, и теперь полноправные Дозорные.
Вояки, мать вашу.
       Потом мысли плавно перешли к погибшей девушке Ладе и размышлению о том, что в отличие от меня, даже будучи "холодной леди", она была довольна-таки заботливой и ответственной. Образец Дозорного. А что у нас я? Непонятно откуда выпавшая злюка, с ужасным характером, головой полной мыслей, которые не по делу, не от мира сего, да отказом принимать окружающее меня в полной мере. Страшно? Да. Не признаваясь до сих пор ни парням, ни, что хуже, самой себе, я просто не могла до сих пор осознать, что не дома. Ну почему, а? Почему я тут? Это у меня такие последние мгновения жизни, да? Агонизирующее сознание выдаёт всевозможную тарабарщину, пытаясь ее хоть как-то связать воедино? Нет, не думаю... Смерть людей была более чем реальной. Боль от осознания того, что их больше нет, тоже. 
       Резко поднявшись на кровати, я постаралась как можно объемнее рассмотреть окружающий меня мир. Семь утра на будильнике, сопящая Сачи, уткнувшаяся носиком в подушку на соседней кровати. Шершавая ткань одеяла под пальцами. Пылинки, танцующие на лучах утреннего солнца. Далекие голоса снаружи. Тепло чужих... душ? Не знаю. Воля Наблюдения, после того боя, кажется, стала еще лучше -- очень уж сильно я ощущала чужое присутствие. Да и могла теперь почувствовать чужаков, что, кажется, пришли в Форт по каким-то делам. 
Пора вставать. 
       В переходе из одного блока в другой, меня в четыре руки утянули в ближайшую кладовую. Эл и Мар, одетые в форму младших лейтенантов, посадили меня на стул и обступили с двух сторон, принявшись меня рассматривать. Стало несколько неуютно. 
       -- Так, значит, фруктовик? -- грозно спросил, нависший надо мной, старший братец.
       -- Ага, -- кивнула я головой. -- Представляешь, я Симаргл. Удивительно, что здешние используют те же мифологические термины, что и мы.
       -- Да, удивительно, -- даже не пытаясь скрыть гнев, кивнул Эл, продолжая смотреть на меня. Я поёжилась под свинцовой тяжестью взгляда и попыталась ему улыбнуться. Вымученная улыбка превратилась в пугающий оскал -- от волнения у меня опять увеличились зубы, клыками выступая наружу, как у вампира. Парень никак не выразил свои эмоции. 
       -- А ну, признавайся, когда успела? -- В отличие от него, Мар, не сдерживал себя, буквально-таки выпрыгивая из формы. Эл, устало выдохнув, разогнулся, прикрывая глаза и, вероятно, мечтая оказаться подальше отсюда. А может, он просто задумался о бабочках, а?
       -- Не знаю, -- признаваться не хотелось.
       -- Знаешь. -- Мигом просек старший, ощутимо прихватывая ухо и вытягивая на себя. Мой скорбный взгляд его не пронял.
       -- На дереве вишню слопала, в первый же день, когда территорию осматривали. О том, что нельзя есть непроверенное, давайте не будем: я все итак знаю, -- устало выдохнула я, от нечего делать, создавая маленький белый огонек у себя на руке и только после, удивляясь тому, что сделала. Ухо отпустили.
       -- Хм, круто. -- Мар, присев рядом на корточки, удивленно провел рукой над ним и тут же отдернул. -- Уф, жжется. Намного сильнее, чем обычное пламя, -- поделился он своими наблюдениями. Странно, а мне больно не было. Где-то в глубине подсознания билась мысль о том, что огонь -- враг. Но, боли не было. Было умиротворение. Немного задумавшись, я переменила цвет огня на иной. Вышел кислотно-зеленый, странный такой...
       -- Хм, довольно-таки интересная способность, скажу тебе. -- Почесал в затылке Эл, украдкой заглядывая мне за спину. -- О, хвост!
       -- Он не пропадал. Я просто его прячу. Он, после того случая на корабле, не хочет исчезать, как бы я не пыталась, -- напряженно ответила я, меняя цвет огня на оранжевый. 
       -- А крылья как объяснишь? -- Мар, протянув руку ко мне за спину, подергал за маленькое крылышко, что неожиданно пробилось сквозь одежду. -- Мягкое.
       -- Осторожнее, оно, по ходу, моё, -- вяло отозвалась я, напряженно дергая ухом в сторону коридора. Суета какая-то...
       -- О, а уши точно волчьи! -- радостно закончил Мар, хватая меня за ухо. Да сколько можно-то?! Убрав огонек с ладони, я бросилась спасать орган слуха, отмечая, что сейчас это реально пушистое ухо, вероятно, как и сказал Мар, волчье. Вот же: от волнения началась трансформация...
       -- Вот же, теперь я чувствую себя неправильным, -- с грустью отозвался Мар, вставая с пола. -- Младшая сестренка умудрилась обогнать нас не только в бою, но еще и в умении находить интересности.
       -- Это тебе интересности, -- пробурчала я. Эти двое уже ходили в морской патруль, да вот только пираты их не трогали, предпочитая не попадаться в поле зрения. А у меня все не как у людей...
       -- Блин, ты крута! -- восхищенно протянул брюнет, прислушиваясь к шуму. -- О! Нам пора.
       -- А? -- Я встала со стула, удивленно переводя взгляд с отошедшего от меня Мара на Эла и обратно.
       -- Неделя прошла -- нам пора. Мы, в принципе, попрощаться пришли, -- Эл грустно выдохнул и, подойдя, аккуратно обнял меня. -- Береги себя, зверёк. Пожалуйста, береги.
       -- Не вздумай убиваться и помни, вода и камень кайросеки твои враги! -- Мар, не выдержав, обнял меня с другой стороны.
       -- Конечно, да, -- бормотала я, пытаясь не заплакать. Не вышло. Рыдающая я смогла проводить их только до выхода из Форта: дальше нас не пустили, утреннее построение и всё такое. Эл и Мар ободряюще мне улыбнулись, прежде чем выйти за ворота. Откормленная тушка кота, на миг прижавшись к ноге, поспешила следом за ними и вскоре скрылась из виду.
       -- Ребята, берегите себя. Мы же одни на целом свете. Одни, -- только и смогла я выдохнуть, глядя им вслед. 
       -- Не плачь, с ними все будет хорошо, они же твои братья, -- укоряюще раздалось сзади. Оглянувшись, я обнаружила там Уила, что так же грустно смотрел вслед уходящим.
       -- Конечно, эти засранцы откуда угодно выкарабкаются, -- улыбнулась ему я, вытирая слезы и направляясь на построение. Он, как обычно, следом. 
       А дальше? Что можно рассказать, об одинаковых буднях дозорного, где много работы, тренировок, теперь еще и личных, с силой фрукта? По началу, летать было страшно, однако потом, я надолго уходила в небо, смотря на землю оттуда и понимая, что теперь искренне счастлива. Небо, это то, чего мне всегда не хватало. Теплые и ласковые потоки воздуха, или же, наоборот, стремительный северный ветер, что, теперь уже до весны, обосновался в этих краях. Первый снег, встреченный мною в небе, первый рассвет и попытка как можно дольше не прощаться с солнцем, стремясь в высоту. И маленькие огоньки земли там, далеко внизу, где были маленькие домики, улочки и люди. Такие хрупкие...
       А бег на четырех лапах оказался не таким и трудным -- было весело. Труднее всего было обуздать стихию огня, перестав поджигать все вокруг, оставляя копоть и сажу. Этому тоже научилась, создавая новые для себя техники. 
       Гвёрн, почувствовал слабину в моем сопротивлении окружающему, принялся еще усиленнее меня муштровать, из-за чего в комнату я буквально приползала, тем самым пугая Сачи, что ожидаемо, выбрала направление секретаря. Карцер был заменен на бег, отжимания, тренировкам Воли Наблюдения, да марш-броскам. Наш взвод, из оставшихся после боя, состоял теперь из одиннадцати человек: многие ушли, поняв, что это не для них. Гоняли всех не щадя сил, на месяц превратив в гончих, что спали стоя и реагировали по едва заметному шуму. Богарт, в один из приездов Гарпа на Базу, погонял нас пару дней, без труда расшвыривая по сторонам, в бою на боккенах. Грустно стало всем, особенно когда поняли, что мужчине тоже не доставляет удовольствия отражать бездарные атаки детишек. Взвод номер сто пятьдесят семь начал заниматься активнее, не желая быть посмешищем Дозора. Стоит ли говорить, что в этот раз и меня "на слабо" взяли?
Гарп оказался тем еще зверем -- оно и понятно, Гранд Лаин, это море для сильных. Но, дайте же хоть немного отдышаться!
       Тренировкам Воли Наблюдения, Гарп придал особое значение, а мы отдувались -- вставая, часа, эдак, в три утра, выходили в местность полную только поднимающегося тумана. И, играли в прятки. Основная проблема состояла не в том, что нельзя попадаться водящему, в роли которого были Гарп и Богарт, нет. Эти два гада решили провести особую тренировку -- напихали по всей местности кучу капканов, ловушек и волчьих ям. 
Хорошо, что я итак, почти седого цвета.
       А потом, нас решили обучить одной из техник Рокусики. Для той же цели, к нам прибыл еще один взвод, издалека, что с усмешкой смотрел в адрес потрепанных и загипсованных нас. Аура ненависти и, что больше, злого предвкушения, активно обосновалась в нашем крыле казармы. Зачем старик начал учить нас одной из техник, что, по легендам, использовалась только в специальных подразделениях Дозора, таких как, например, легендарный СП 9, мы не знали. Звучало-то оно круто, но, не мелковаты ли мы?
       Гарп, весело смеясь, громко нам сообщил, что к концу недели тот, кто не сможет, хотя бы на пару прыжков Геппо возвыситься над землей, пойдет к нему юнгой на корабль. Не понявшие, по началу, прикола, ребята вылупились в его сторону, недоумевая о том, как мечта многих -- работа на корабле одного из сильнейших офицеров Дозора, может быть наказанием. Поняли лишь тогда, когда мной пробили пару стен, когда я попыталась улететь с полигона. Встав, отряхнувшись, я вернулась обратно в строй, мимолетно отметив вытянувшиеся и побледневшие лица коллег. Монки Ди Гарпа можно было любить только на расстоянии -- находиться рядом с этим ураганом, если ты не был обладателем сверх твердого черепа, или, хотя бы, крайне умелым бойцом, было практически невозможно. Уил картинно закатил глаза, гордо возвышаясь рядом со мной. С ним вообще было что-то непонятное -- фруктовик, что не пользовался своими способностями. С возможностью контролировать и обездвиживать противников, он всеми правдами и неправдами выбивал себе место рядом со мной, используя кулаки, часто приходя в столовую в синяках и кровоподтеках, молча садясь рядом, предварительно поздоровавшись в своей, неизменно вежливой манере. Зачем он добивался этого, я не знаю, понятно было лишь то, что не из-за дел сердечных. "Сынок аристократа", как тихо отзывались о нем -- Уильям действительно был кем-то там из верхов. Кем мне было неинтересно, о чем я вновь ему напомнила, когда он предпринял еще одну попытку поговорить со мной по душам. Не знаю, из меня плохая подушка для слезливых рассказов о прошлом, мне было не интересно прошлое других, я помнила своё, еще более далекое, одновременно близкое и, наверное, уже недосягаемое. Но он, все же, своего добился -- мы стали друзьями. Молча помогали друг другу, поддерживали, когда было нужно -- нас часто можно было встретить вместе. Ума окружающим, все же, хватало, чтобы не называть нас парочкой. Но, с их же легкой подачи, у меня появился еще один брат. Уил был счастлив. Я лишь грустно вздыхала в ден-ден муши, когда меня вызвали на короткий разговор с Элом -- тот сумел выторговать пару минут звонка. 
       Недели хватило не всем, в том числе и мне. Однако за нас неожиданно вступилась одна из барышень лазарета. Гневно тыкая наманикюренным коготком в сторону старика, она быстро и доступно объяснила ему, почему побитые и полудохлые детишки-дозорные не пойдут с ним в плаванье. Даже на недельку. Попытки возразить были удавлены в зародыше, а ужас и гордость медблока, махнув рукой, отправила нас по койкам лазарета, бросив напоследок еще один угрожающий взгляд в сторону старика. Тот, кажется, даже немного присмирел. 
       И, как подарок к Новому Году, что тут тоже праздновали, были окончены мои клинки. Кузнец доделывал их сам, выгнав меня наружу, в зал, заставив простоять за прилавком весь свой свободный день, обслуживая покупателей. Однако, подарок, который мы выковали вдвоем, мне очень понравился -- две катаны близняшки, легкие, прочные и с примесью камешка в середине клинка, приятно оттягивали руки. Ножны, украшенные парой красных нитей с причудливыми узелками, в тон нитям на рукоятках, иссиня-черных, радовали не меньше зеркального блеска оружия. Кузнец сердечно меня обнял и благодарно принял в подарок маленький серебряный кулон в виде наковальни, что шутя, я как-то выковала. Однако как подарок, вещь подошла идеально -- растроганный дядька умиленно утирал слезу и искренне душил меня в объятиях, говоря, что я ему как дочка. Я и не отнекивалась: чем-то он был похож на моего отца. 
       В Дозоре, крутившийся в канун праздника, Нильс, шустро, для своего ранга, стянул у меня оружие и принялся его удивленно рассматривать, крутя со всех сторон и проверяя в руке.
       -- Кто ковал? 
       -- Основу и протяжку я. Старик-кузнец с заточкой и шлифовкой возился. Рукоять и ножны так же его работа, -- пожав плечами, ответила я, отмечая, как вытягивается лицо мужчины.
       -- Ты умеешь ковать?
       -- Конечно, -- кивнула я головой. -- Я этому долго училась. А что такое... -- несколько замедленно поинтересовалась я, глядя на то, как Нильс еще сильнее удивляется.
       -- И твой брат тебе разрешил? Стать кузнецом? Девушкой-кузнецом? -- Мужчина был крайне удивлен.
       -- Да кто его спрашивать будет? -- фыркнула я, понимая, что сболтнула лишнего.
       -- Ладно, считай, ты смогла в который раз меня удивить. -- Мужчина отправил, рассматриваемые катаны, обратно в ножны и передал их мне. -- Вечером загляни к Вице-Адмиралу, он желает с тобой серьезно поговорить. 
       -- Хорошо.
       -- Дрого Ди, как ты обращаешься к старшему по званию? -- Выжидающе уставился на меня он.
       -- Так точно, сэр, -- скорчив постную мину, звонко отозвалась я. Идущие мимо курсанты дружно споткнулись и удивленно посмотрели в нашу сторону.
       -- Оно того стоило, -- почти шепотом отозвался мужчина и, весело подмигнув, скрылся по направлению к главному зданию. Я осталась стоять на месте, ошарашенно глядя ему вслед. 

       Новый год с толпой полупьяных дозорных в местном подобии общаги -- мощно. Где бравые бойцы за справедливость умудрились найти такое количество выпивки, для меня осталось тайной. Однако это не было большим удивлением. Оно, удивление, ждало меня в офицерской, где пьяный в дрезину Гарп, с непонятно в каком состоянии Богартом, Гвёрном, Нильсом, Блэком и кучей совершенно незнакомых или редко ранее встречаемых мною офицеров, поднимали объемные посудины под очередной тост. Рискуя заработать косоглазие, я попыталась ретироваться обратно в коридор, дабы не заработать опьянение воздушно-капельным путем. Однако, перехваченная мощной рукой, непонятно кого, была явлена пред светлые очи Вице-Адмирала. И даже тот факт, что количество выпитого алкоголя плескалось в глазах напротив где-то на уровне зрачка, самому носителю это еще позволяло мыслить относительно трезво.
       -- Итак, мы тут долго совещались, -- дружный хохот сзади заставил резко усомниться в его словах, -- и решили, что хватит тебе протирать штаны в здешних казармах, вахаха!! -- Старик зашелся в приступе пьяного смеха, уловив что-то смешное в своих словах. Народ сзади поддержал, заставив усомниться в адекватности руководящих чинов. Новый Год? Приходи к нам, в Форт, и захватывай голыми руками! Если, конечно, сумеешь не захмелеть по пути... 
       -- Так вот, ты, девка молодая, видная -- вали в море! -- Я удивленно вылупилась на Монки Ди, пытаясь вспомнить что-то, что я могла пропустить за минувшее время. Старик продолжил неожиданно трезво, -- мы решили, что не стоит тебе мучать кого-то, находясь у него в должности лейтенанта, и возводим тебя в звание капитана-лейтенанта! Радуйся! -- Я остолбенела.
Что за бред?! Нет, это реально бред, ибо я отказывалась понимать происходящее. После боя и за отличия в нем, через месяц, меня повысили до старшины, заменив Ладу. Было неприятно, однако я прекрасно понимала, что больше некому -- офицеры разъехались, а командование, что осталось, не без помощи Нильса, заставило меня работать. Они нашли другой подход ко мне и теперь, я носилась по этой самой Базе, строя, распределяя и указывая в свободное от тренировок время. На меня повесили весь тот взвод, что был, скажем так, моим поколением, дав только одно направление. И, мы весь последний месяц, после лазарета, патрулировали улицы города, предотвращая беспорядки и неразбериху. Но, чтобы за то время, что я здесь, точнее пять месяцев, на капитан-лейтенанта? Да на него несколько лет нужно вкалывать, и, это не считая того, что уровень воинской подготовки у меня был ниже среднего -- тот же Нильс, находясь в звании капитана первого ранга, с легкостью размазывал меня по тренировочной площадке, не прилагая почти никаких усилий. Нельзя выехать только на одном гоноре и чуть большей смекалке, чем у остальных. Нельзя так. Не правильно. Что за хрень, а?
       -- А? Аааа... Ага... -- Вылупив в его сторону глаза, я рисковала удариться челюстью об пол. Гарп, вероятно, посчитав мое блеянье за радость, вручил мне пару бумажек и объемный коробок.
       -- Форма и пистолет. Гвёрн рассказывал, что ты давно вьешься вокруг оружейной. Вот, в пару твоим катанам. Поздравляю, офицер!
       Вероятно, от меня требовалось что-то сказать, ибо в помещении все притихли и дружно уставились в мою сторону. От алкогольных паров у меня начали слезиться глаза, да еще Нильс больно пнул ногой под столом.
       -- Служу на благо справедливости и народа! -- Вытянувшись в струнку, приложила руку к голове я, радуясь, что не сняла кепку и сейчас находилась в полном обмундировании.
       -- Интересная интерпретация, -- фыркнул капитан, протягивая мне маленькую стопочку с чем-то непонятным. С чем-то непонятным и явно алкогольным. Пить с офицерами?!
       -- Давай, за новое звание! -- Гарп легонько ударил меня по плечу, едва не посадив на пол. Быстро подняв мелкую посудину и отсалютовав ею собравшимся, я одним глотком опрокинула стопку внутрь. Ром. Что ж, этого стоило ожидать, мы же на море. Перевернув посудину, и явив миру пустое дно, я еще раз отсалютовала и практически сбежала из помещения. 
       Дружный хохот грянул уже где-то вдали за спиной, когда я пробегала мимо дежурного на входе. Тот радостно крикнул мне в спину поздравления с Новым Годом и новым званием.

       -- Гарп, оно того стоило? -- Нильс утомленно подпер голову ладонью, глядя в след девушке. -- Слишком рано.
       -- Иногда нужно позволять этому свету увидеть что-то новое, -- удивительно глубокомысленно выдал Вице-Адмирал. -- Возможно, она не пойдет по стопам моего внука и сына. Эти Ди, одни проблемы...

       По приходу в общагу меня ждало последнее удивление этого вечера -- все были в курсе повышения. И, крайне радостно, бросились меня поздравлять, причем, каждый пытался лично обнять и пожать руку. 
Спасите, я не хочу.
       -- Кстати, Уильям тоже повышен в звании! -- Кто-то повернулся лицом к пареньку, что с красными щеками сидел на дальнем диване и пытался что-то рассказать своему, не менее красному, соседу. Время от времени они радостно обнимались и поднимали кружки.
       -- Лейтенант, -- шепнула мне на ухо Сачи, что была тут же, отбирая у меня коробку и всучивая кружку с ромом в руки. На порядок хуже по вкусу, чем в кабинете у начальства, со временем, янтарная жидкость начинала радовать, уводя сознание куда-то вдаль. 
       -- Ну, с Новым Годом и с повышением в званиях! -- громогласно объявила Мира, сидя у кого-то на коленях и поднимая свою кружку вверх. Громкие голоса поддержали ее и все дружно приложились к выпивке. В звании повысили не только меня, но и еще нескольких, более старших ребят, которые скоро должны были покинуть нас. 
       А дальше был кутеж, и пьяная вылазка в город. Удивительным образом, смешавшись с толпой таких же пьяных отмечающих, мы дружно потопали на площадь, смотреть новогодний салют и участвовать в дальнейшем веселье. Если бы не форма, можно было бы почувствовать себя самым обыкновенным студентом, самого обыкновенного института. Эх, как там мама и папа? Скучают ли? Наверное, да...
       Утро следующего дня было морозным и болезненным -- как я оказалась на крыше ратуши, никто рассказать не мог. Однако Уил, который, почему-то, сидел на крыше соседнего здания, взмахом руки показал не волноваться. Ну и ладно, не буду. И не хотелось. А остальные-то где?
  
  
   Глава 2. Новая цель
  
         Февраль встретил нас оттепелью и гололедом по утрам. Поплотнее запахиваясь в плащ, я спешила к главному зданию, куда меня вызвал Джек. Капитан, кстати. Время от времени сознание так и выдавало "Капитан Джек Воробей", что, вскоре, привязалось к нему. Мужчина недоумевал, почему я угораю каждый раз, когда он представлялся, но ничего не говорил. Работы было много: патруль города, разбор документации и еще дополнительная работа в канцелярии -- не все умели нормально составлять отчеты, приходилось переписывать, со скрипом вспоминая школьные сочинения и изложения. Не думала я тогда, что мне это пригодится для таких дел. 
      Ребята из отряда подтянулись в успеваемости. Всё же, Геппо смогли обучиться единицы. У меня работало через раз, достаточно часто отказывая на высоте, от чего я камнем падала вниз. Командующий нами на тот момент Нильс, был заменен на молодого Джека, а сам отбыл в дальние края -- Маринфорд затребовал сбор командиров с дальних Баз, заменив тамошних новыми. С чего вдруг произошло подобное, никто не знал, однако слушок о том, что в море начинает происходить что-то серьезное -- в Новом Мире дали о себе знать несколько новичков, чьи награды сейчас резко увеличились. Старик Гарп, наставив нам напоследок уйму синяков, уплыл восвояси, в родные пенаты. Выдохнув посвободнее, ребята отправились на привычные места. Патруль...
      В городе было слякотно. Февраль был еще довольно-таки снежным и холодным, но иногда, днем, яркие лучи солнца грели снег на брусчатке улиц, от чего тот превращался в грязное месиво, на котором было очень легко навернуться. Ребята, разбившись на тройки, разошлись по кварталам, придерживая друг друга, начав обычный обход. Поплотнее запахиваясь в длинный плащ с надписью на спине, я уныло брела по улице, краем уха слушая беседы прохожих. Сквозь бандану, скрывающую уши, было слышно не очень, но даже этого хватало.
      -- ... купила сегодня платье... 
      -- ... нет, закончу как обычно...
      -- ... а он мне говорит, "нет, и не пытайся меня..."...
      -- ... пираты, говорят, сейчас везде. Вот, недавно видели их флаг у нашего залива... 
       На последней фразе я резко остановилась и, как можно безразличнее, окинула взглядом площадь, на которой находилась в тот момент, ища говоривших. Две кумушки, эдакое местное радио, склонившись друг к дружке жарко обсуждали данную тему.
      -- А флаг-то чудной был, череп, как у всех пиратов, да с полумесяцем! 
      -- Да это ж Белоус, мать его, раз этак! Он один из самых ужасных пиратов! Говорят, -- заговорщицки склонилась первая, -- он младенцев живьем ест, а их матерей своей команде отдает!
      -- Брешешь! -- Недоверчиво уставилась на нее вторая. Первая, почуяв слабину, зашептала еще усерднее -- мне пришлось подойти поближе, успешно делая вид, что изучаю свежую прессу, которая мирно покоилась на прилавке киоска.
      -- То, собаки брешут, а я тебе правду-матку говорю! Зло, оно и есть зло. А он пират, будь он проклят, а век его и команды -- краток! -- Припечатала первая, уверенно кивая головой и поправляя шляпку. Ее кумушка в ужасе прижала руку ко рту, отстраняясь на скамейке, и резко покрутила головой по сторонам.
      -- А куды ж Дозор смотрит? 
      -- Да там, в Дозоре, одна малышня сейчас, верхи уехали по делам. Защищать нас некому, вот и пираты к нам частят. Ох, чую, беда грядёт... -- Знающе покачала головой первая и осеклась. Мой красноречивый взгляд мог поведать ей уйму интересного.
      -- Ой, поспешу-ка я, мне еще в хате убраться надо! -- Зачастив, первая ласточкой вспорхнула с лавочки, устремившись, вероятно, в сторону выше обозначенной хаты. То, что мы малышня, я и не отрицаю, а вот то, что весь город в курсе того, что почти без охраны остался -- плохо.
Пираты, говорите? Нет, я утром облетала остров -- никаких кораблей не заметила. Опять слух? Не нравится мне это.
      Я задумчиво продолжила перебирать имеющиеся на прилавке газеты. Статьи о правильной и здоровой пище бесили еще дома, а тут они буквально захватывали все свободное пространство. Еще пара была о празднествах знати на Сабаоди и одна, очень маленькая, но интересная статейка о некоем Портгас Ди Эйсе, новом члене пиратов Белоуса. Награда рядом с конопатой, ухмыляющейся моськой впечатляла, заставляя задуматься о его силе. Огненный Кулак, да? Было бы интересно посмотреть на его огонь. То, что я могу владеть этой стихией, не означало, что интерес к другим, с похожими способностями, должен пропасть. А парень в оранжевой шляпе казался довольно-таки задиристым. Сколько ему там лет?
      -- "... один из новых командиров пиратов, Йонко, Эдварда Ньюгейта, по прозвищу Белоус -- Портгас Ди Эйс или Огненный Кулак, как стало нам известно, потопил множество судов Дозора, после чего скрылся в неизвестном направлении. Любая информация о местопребывании данного...". В неизвестном направлении, да? Насмешили, блин. 
Ничего интересного, в общем.
      -- Эм, леди, вы будете что-то брать? -- Неуверенно улыбаясь, поинтересовался продавец. Оторвавшись от размышлений, я купила понравившуюся газету, про себя удивляясь тому, что работая в Дозоре, о Портгасе Ди Эйсе я узнаю из прессы. А ведь, кажется, я уже слышала где-то это имя. Где же?..
      -- "... да у меня внуки и то послушнее были! Тому же Эйсу как наподдам -- сразу шелковый становится! А ведь этот мальчишка вообще никакой власти не признаёт!.." набатом прозвучало в моей голове. Стойте, ну не может же внук Гарпа стать пиратом? 
      Вспомнив способы преподавания старика, я вынужденно признала, что если бы могла, сама убежала куда глаза глядят. Хм, наверное именно из-за этого Гарп в Маринфорд и поехал. Внук же, так ведь?
      Обход города ничего интересного не принес -- пара драк, да встреча с несколькими пьянчужками в подворотне, которые, заикаясь и разя перегаром на десять шагов в окружности, непристойно выразили восхищение в адрес моих "прекрасной кормы и форштевня". Мужественно не краснея, я угрожающе обернулась и показала им кулак.
      -- Извини, милашка, я принял слишком много рома на борт, -- икнув, мужичок картинно опрокинулся на спину.
      -- И спасти его может лишь... -- затянул его товарищ, окидывая меня хитрым взглядом.
      -- Пятнадцать суток на общественных работах, -- четко припечатала я.
      -- Побойся дьявола, леди, я не напиваюсь до такого! -- Резво вскочил пьянчужка, тут же хватаясь за голову.
      -- А до какого? Мне чисто чтобы знать, сколько в человека влазит, -- прищурилась я.
      -- Ну, тут все от выпивки зависит, уж ежели ладная да пригожая...
      -- Эй, мы о выпивке, -- поправил его сосед, вскинувший брови, когда говоривший начал руками обрисовывать в воздухе очертания женской фигуры.
      -- Так, о ней и говорю! -- Рассердился первый, гневно поворачиваясь к товарищу.
      -- Нет, ты о бабах начал, да простит меня милая леди, -- не преминул польстить мне более трезвый товарищ.
      -- Нет, о выпивке...
      -- Говорю же, о...
      Я отошла в сторону, наблюдая за начинающейся дракой. Мужички, пошатываясь, схватили друг друга за грудки, пытаясь доказать, о чем же говорил пьянчужка. Решив, что эту драку разнимать не стану, я тактично покинула поле боя, оставляя за спиной разгневанные пьяные крики.
      -- Ай-яй-яй, капитан-лейтенант, не стыдно народ на драки подговаривать? -- Вынырнувший из подворотни Джей стал для меня полной неожиданностью. Рыжий и зеленоглазый парнишка, казалось, был образцом дозорного, прилежно выполняя порученные ему задачи. Выбрав направление навигации и картографии, он ответственно подошел к задаче, ориентируясь по малейшему дуновению ветра и смене цвета облака. Во всем остальном он был той еще юлой -- хитрец и проныра, зная всё обо всём и всех, Джей частенько встревал в неприятности, на удивление лихо выкручиваясь из них и успевая спрятаться под крылышком более сильного, в качестве кого обычно выступал его большой, во всех смыслах этого слова, друг Мартин. Он, отдуваясь после пробежки, вышел из той же арки. Русая голова, стриженная под горшок, карие глаза, добрые, как у коровы, да два с хвостиком метра роста -- паренек был эдаким танком, что сметал всё на своем пути. Наверное, именно после знакомства с ним я перестала удивляться возможностям людей этого мира -- парень легко отжимал от груди офигенного размера и объема штангу. Мартин не занимал никаких особых должностей, был крайне молчаливым и застенчивым. Но, своих не бросал, грудью вставая на защиту. Добрый малый.
      -- Разрешите доложить! На отведенной территории никаких нарушений не замечено! -- Вытянувшись в струнку, Мартин, отчитываясь, устало прикрыл глаза. Ответственный, что факт.
      -- За исключением пьяной драки позади вас, капитан-лейтенант, -- елейным голоском продолжил Джей. -- Скажите, это какой-то новый способ борьбы с преступностью? Или просто время убиваете?
      -- Ты хоть понял, о чем сейчас спросил? -- Сощурила я глаза, продолжая свой путь по направлению к верфи. Гарп оставался верен своему слову -- реквизированный у какого-то купца корабль по типу тяжелого фрегата с тремя мачтами, сейчас активно перекрашивался и перестраивался под корабль Дозора -- наше судно. С какого бодуна он решил скинуть меня и весь мой курс в море, когда у нас еще ветер в голове, непонятно. Однако, все остальные, более старшие ребята, начали тихонько разъезжаться по другим Базам, дополняя чьи-то корабли и составы. 
      -- Смотрю и ужасаюсь -- нам, на этом, еще и плыть надо? -- Рыжик не унимался, брезгливо осматривая сверкавшее на лучах солнца судно -- недавно нанесенная краска, еще не успела засохнуть и отбрасывала блики. Весело колыхающиеся канаты, что удерживали спущенные сейчас паруса, скрипели под порывами февральского ветра. Что не так?
      -- Интересно, сколько ему на морозе сохнуть? -- Прогудел позабытый всеми Мартин. Вздрогнув, я обернулась в его сторону, поймав грустный взгляд побитой собаки.
      -- Что такое, солнце? -- Моя привычка обращаться в ласкательных формах к окружающим уже не раз ставила меня в неловкое положение -- Гвёрн, на ком впервые проявилось данное, крайне сильно краснел и после, запинаясь, тихо просил, чтобы я перестала -- у него жена и дети. Тут наставала пора краснеть мне и, извиняясь, пояснять, что не имела в виду что-то дурное.
      Парень вздрогнул, повернувшись ко мне корпусом. Вяло изучив мою маленькую тушку, он опять перевёл взгляд на судно.
      -- Мне б домой, к родне сбегать -- мамка рада будет, -- прогудел он. -- Весь город тихонько треплется о том, что не вернемся мы, слишком зеленые, -- под конец фразы меня взяла злость.
      -- Кеп, не злитесь, -- примиряюще поднял руки наблюдательный Джей, -- мало ли, о чем треплются дурные головы? Есть же еще время подтянуться и разузнать как можно больше о том, куда нам и как.
      -- Джей, колись, что узнать успел? -- Пройдя вглубь верфи и зайдя в крытое помещение, откуда и брали материал для отделки судна, я рухнула на ближайший табурет, что в будущем, должен был покоиться на судне. Ребята расположись рядом, вытягивая ноги и откидываясь на стену. Рыж, поудобнее поерзав, принялся рассказывать. Я и Мартин, который, оказывается, тоже не был в курсе наших дел, удивленно слушали его.
      -- Командование отбыло в Маринфорд по причине того, что у них появилось несколько, очень важных тем для обсуждения -- пара человек скоро станет Адмиралами Флота, несколько Баз Дозора будут переведены в более обустроенные места, да еще новички-пираты в мире появились. Неуклонно растущая награда за их головы, обещает сделать их "худшим поколением" морей. Да, я тут случайно подслушал разговор Главнокомандующего Сенгоку и Монки Ди и узнал, что тот самый Портгас Ди Эйс приходится не только внуком последнему, но еще и сыном Гол Ди Роджеру! Представляете? -- Округлив глаза, шепотом закончил рыж. Мартин удивленно охнул, ударив себя по коленям. -- Только о последнем -- ни-ко-му! -- Раздельно произнес Джей, внимательно глядя на меня и Мартина. После, вероятно, не увидев особого удивления на моем лице, непонимающе вскинул брови.
      -- Я знала, -- созналась я. -- Я знала, что Эйс внук Гарпа, он пару раз обмолвился о нем. О том, что он сын великого пирата нет, не знала.
      -- Великого пирата? Вы шутите? Он преступник, из-за которого в морях полным-полно пиратов! -- Джей неверующе на меня посмотрел, после нахмурился еще сильнее.
      -- Нет, я верно сказала -- Гол Ди Роджер великий человек. И я не изменю своего мнения о нем, -- покачала я головой. Эл и Мар в свое время много мне поведали из того, что знали сами. -- Он, пусть и был пиратом, был человеком слова, никогда не поворачивался спиной к противнику и умел оставлять в живых тех, кто просто попер на него из-за своей дурости. Однако я даже представления не имею, что представляет из себя его семя. Если он пошел в пираты, даже зная о том, кто его отец, он не многого стоит. А я думаю, что знает -- Гарп не стал бы скрывать. Не такой он.
      -- Хм, есть в ваших словах что-то эдакое, -- нахмурился Джей. -- Но, как я и сказал, о том кто кому кем приходится, лучше помалкивать. 
      -- Заметано, -- кивнули мы с Мартином.
      -- Ладно, с данной темой закончили, -- устало выдохнул рыж. -- Все дело в том, что нас, молодняк, сейчас разбрасывают по разным Базам, в спешном порядке расформировывая и перестраивая. Почему так происходит, я пока не смог понять, хотя есть вероятность того, что это все именно из-за вышеуказанных событий, -- Джей вновь посмотрел на судно. -- Флот, обычно, не опускается до того, чтобы забирать чужие суда -- купцы платят, если были нарушения, что, опять же, крайне редко. Сейчас же, Дозор не останавливается, отбирая любые корабли, если есть такая возможность.
      -- Ахах, а про деньги налогоплательщиков лучше не вспоминать, -- из темного угла помещения выскользнула долговязая тень, что выйдя на свет оказалась Анко -- смуглым пареньком, пронырливым и гибким, как змейка. Большие карие глаза смотрели на мир с усмешкой, заставляя сердца девушек трепетать от восторга и замирать, когда их обладатель подходил ближе. Лентяй еще тот, любую возможность избежать работы использовал по полной. -- Я тут интересный разговор услышал, вот, хочу поучаствовать, -- усмехаясь, Анко подошел к нам, небрежно разваливаясь на трехногом стуле и удивительным образом не падая с него. -- Вероятно, мне стоит так же пообещать, что не буду никому ни о чем рассказывать, -- поиграв бровями, изрек он многозначительно глядя в мою сторону. -- Пусть, это будет нашей маленькой тайной.
      -- Просто закрой рот, -- с другого угла отделилась еще одна тень, явив полутемному помещению Уила, несколько разозленного или, если быть точнее, взбешенного. Отвесив мне подзатыльник, он навис надо мной, зло щуря глаза и чуть ли не рыча.
      -- Прежде чем заводить подобные разговоры, думай о последствиях! Пирату она симпатизирует! Язык прикуси, ты -- дозорная. Капитан!
      -- Ага, а то мало ли, -- радостно закивал на заднем плане головой Анко, мгновением позже полетевший на землю. Рыж, тихонько пнувший ножку его неустойчивого стула, как ни в чем не бывало принялся рассматривать видимый нам борт судна, на котором рабочие начали выводить надпись " Правосудие". 
      -- Джей! 
      -- Ничего не знаю.
      -- Перестаньте, -- повернулся к ним Уил и, еще раз испепеляюще взглянув в мою сторону, стал рядом, прислоняясь спиной к стене. Между делом, форма лейтенанта шла ему гораздо больше формы юнги. Да и за прошедшее время он возмужал, перестав казаться хлипкой тростинкой, что широко раскрыв глаза с внушительными ресницами, бегал следом за мной, следя за каждым движением. Быстро вырос, скинув всю ненужную шелуху, превратившись в пса, что неустанно ходил попятам или просто наблюдал. 
      -- Повторяю еще раз -- хочешь что-то сказать, что не укладывается в общепринятые рамки, проверяй местность! Ты Волей Наблюдения не для гонок за мышами владеешь! -- Уже сдаваясь, отчитал меня он. Анко весело подмигнул мне с пола, садясь в позу лотоса и откидывая прядь волос с глаз. 
      -- Кэп, удача -- приходящее и так же легко уходящее. Не дай бог, вы те же слова при Маришке произнесете. Она за это в бочке законсервирует, -- поёжился он, вероятно припоминая что-то из прошлого. Маришкой звали девушку, что была ярым идеалистом по теме Дозора. Эдакий воин с мечом правосудия в руках. Маленькая и тощая, она владела поистине неукротимой волей к творению правды и справедливости во всем, до чего могла дотянуться. Естественно, что как фанатично преданный Дозору солдат, всех пиратов она ненавидела. И за любое, более-менее лояльное отношение в их адрес могла начать драку. Верхи это подкупало и ей делали поблажки, время от времени освобождая от нарядов и патрулирования. Маришка знала, что почем. Вообще, девушка была права -- бои с пиратами показали, что добра от недоносков ждать не стоит. Но, характер у девицы был ужасен, что и заставляло обходить ее стороной. Стоило ли упоминать, что народ ее побаивался, а я, имея крайне свободные взгляды на некоторые вещи касавшиеся устава, и подавно с ней не ладила?
      -- В общем, как бы то ни было, корабль будет готов через неделю -- первого марта мы выходим в море.
      -- А ты откуда в курсе?
      -- Я же лейтенант, -- легко пожал плечами Уил. -- Анта, не дуйся, ты была на патрулировании, потому и не узнала. 
      -- Знаешь, про нового сына Белоуса я тоже из газет узнала. Ничего не объяснишь? -- Поморщившись, я встала со стула. Уил, вздохнув, поплелся следом за мной на выход из верфи.
      -- Эй, а мы что, крайние? -- Обиженно раздалось вслед и троица ринулась догонять. 
      -- Я подумал, что тебе эта информация будет не так уж и важна. Какое нам дело до того, что в мире появился еще один пират. Нам их бить, а не считать. Даже если он внук Вице-Адмирала, то теперь он враг -- сам так решил, -- поравнявшись, зашагал он рядом со мной. -- У меня для тебя есть другая новость, которая может тебя заинтересовать куда сильнее.
      -- О, заинтриговал, -- кивнула головой я, сворачивая по направлению к Форту. Ребята задержались позади, рядом с прилавком со сладостями, на удивление бойко торгуясь с продавцом. 
Эй, мы все еще патрулируем город. Впрочем, есть у меня мыслишка на ваш счет...
      -- Твоя родня прибудет завтра. Ненадолго -- их опять переводят куда-то вдаль но достаточно, чтобы пропустить по чашечке чая и паре-другой сплетен, -- лейтенант был само очарование.
      Новость меня порадовала -- за ребятами я успела сильно соскучиться. Да и то, что теперь и я в плаванье уходила, так сказать, вдаль от гнезда, несколько пугало -- другие земли, другие ветра, другие люди. Впрочем, последние везде были одинаковы. Что не мешало им, иногда, меня ставить в тупиковые ситуации. Уил, краем глаза наблюдавший за моим лицом, легко улыбнулся.
      -- Знаешь, я всегда хотел, чтобы у меня была сестричка или брат, -- он перевел взгляд вверх. Белые облака невесомо плыли вдаль, пытаясь закрасить еще зимнюю голубизну неба. -- Но, мама не смогла -- мой брат так и не увидел этот мир, придя мертвым и забрав ее с собой. Грустно звучит, да, -- парень перевел потяжелевший взгляд на приближающиеся ворота Форта. -- Отец нашел себе новую, но она так и не согласилась подарить ему ребенка. Сказала, что любить двоих не сможет. Эх, прости, тебе это не нужно.
      -- Просто не вспоминай, -- ободряюще улыбнувшись, я легонько толкнула его локтем. -- Плохое должно оставаться в прошлом, смерти -- там же. Мне помогает.
      -- А кто у тебя, если не секрет?
      -- Я, -- улыбнувшись шире, я поймала искру недоумения в его глазах. Однако пояснять не стала, первой шагнув в темную арку прохода. 
      Легка на помине. Расставив ноги на ширину плеч и скрестив руки на груди, глядя поверх огромных очков, что совершенно не шли меленькому и круглому личику, Маришка, угрожающе раздувая ноздри, поджидала нас в центре двора. Гневно блестящие карие глаза с уверенностью гончей следили за нами. Метла, прислоненная к ведру, всеми силами делала вид, что является простым элементом инвентаря. Только, не возможным орудием возмездия во имя Справедливости, как это уже было не раз. И куда пропадает ее учёность и знание порядка, когда она, вооружившись метлой, гоняет нас за плохо помытые полы и несданную вовремя документацию?!
      -- Вот же, вляпались, -- расстроенно пробормотал подоспевший Джей.
      -- Не мы, а я, -- поправила его я. -- Она вас обычно не трогает, все шишки мне летят. Причем, довольно-таки прицельно. У меня отчеты не написаны, вот она и сердится.
      -- Удачи, капитан-лейтенант. -- Хлопнув меня по плечу Джей, а следом за ним, Мартин с Анко ретировались в сторону казарм. Я и Уил обреченно поплелись к девушке, что все так же, как изваяние, стояла посреди двора.
      -- Может, просто обойдём её? Скажем, что не заметили, -- выдавил измученную улыбку погрустневший парень.
      -- А потом еще долгое время слушать о том, что мы не подчиняемся? Вообще странно, что она все еще не повышена в звании... -- Задумчиво склонив голову, я подошла к девушке, несколько насмешливо глядя на нее сверху вниз. Кроха, всего метр шестьдесят, а столько эмоций.
      -- Тебе нужно не улыбаться, а бежать к себе в кабинет и разбирать бумаги пока начальство не приехало, -- мрачно улыбаясь, девушка подняла подбородок, -- иначе, нам всем нагоняй устроят. Ты же не хочешь, чтобы твой взвод был наказан за неуспеваемость? -- Криво улыбнулась она. 
Вот же, совесть. Хорошо, что такая маленькая, пусть и зубастая как та пиранья.
      -- В таком случае, не стоит указывать мне на то, чем занять себя -- лучше бери-ка ты метелку и полируй территорию. Это приказ. Как старшего по званию, -- не преминула напомнить ей я. Уил легонько усмехнулся, следуя за мной по направлению к главному зданию. Скрежет зубов мы слышали, пока не скрылись за дверями корпуса. 
      -- Вот и буду! -- Грозно раздалось уже в окно, когда мы вошли в маленький кабинет. 
      -- Ну, желаю удачи! -- Хлопнув меня по плечу, оставил меня лейтенант и быстро выскочил из кабинета. Да-да спасибо тебе, друг, за поддержку. Пара объемных стопок бумаги погрузили меня в пучину отчаяния, а глазастая ден-ден муши, меланхолично жующая выданный ей листик салата, только усугубила положение. Ну, фобия у меня с этими улитками, что тут поделаешь?

      Начальству было глубоко положить на все те бумаги, что были в моем распоряжении. Просто взять и положить. Нет, они их просмотрели, важно покивали головами да, на том весь спектакль и закончился. Мар и Эл, что удивленно разглядывали мои погоны (я им не рассказывала о повышении), двумя соляными столбами маячили на заднем фоне, глазами поедая разношерстное начальство. Начальство, коротко осведомившись о благополучии на Базе и в городе и, получив положительный ответ, махнув рукой, отпустило всех восвояси, забрав лишь листочки с отчетами, что скопились за время отсутствия глав. Маришка печально качала головой, бурча о том, что даже верхи филонят. И как они тогда защищать будут, если им даже отчет прочесть лень?
Ребят я отправила по домам. Пусть с родней побудут напоследок, а то, мало ли. Да и просились они, я помню.
      -- Ты знаешь кто ты? -- Запинаясь и заикаясь, выдал покрасневший Мар, удивленно-обиженно рассматривал меня, даже за золотистые ниточки погона подергав. Эл, будучи более сдержанным, так же удивленно меня осматривал, вскинув брови и о чем-то думая. И, только один Кот радостно мяукнув, кинулся ко мне на руки, что-то неразборчиво мурлыкая, попеременно сбиваясь, то на человеческий, то на кошачий. Впрочем, я его итак прекрасно понимала. 
      -- Как же я рада тебя видеть, пушистый ты зад, -- зарывшись носом в густую шерсть у него на грудке, протянула я.
      -- А нас нет? -- Мар отступил на шаг назад и скрестил руки на груди.
      -- Рада, но он в отличие от вас, не на одежду смотрит, а на меня! -- Вынырнув из шерсти котейки, показала я парню язык. Сгребшие меня сзади в объятия руки были неожиданностью, из-за которой я уронила Кота на пол. Тот не обиделся, отходя в сторону и глядя на меня радостными глазами. Эл сильнее прижав меня к себе, пробурчал на ухо:
      -- Дура ты, сестренка. Конечно, рады. Просто удивились таким обновкам, -- Мар бросив строить из себя обиженку, обнял спереди, грозя задушить. -- Теперь у тебя и забот больше и опасностей. Почему же так быстро?
Я пожала плечами, стараясь не вспоминать слова Гарпа, которые он тогда сказал Нильсу за закрытыми дверями. Хороший слух не всегда радует.
      -- Эх, семья, -- Кот довольно облизнулся, принявшись умываться и расчесываться. 
       -- Так ты у нас, с подачи Гарпа, теперь капитан-лейтенант! Надо же, обогнала на один пункт, -- уже бормоча, закончил Мар, отходя и разваливаясь на кровати Сачи, пока та бегала где-то по городу, отдавая важные бумаги мэру и, наверное, по пути зависая со всеми встречными кумушками. Эл, зеркально развалившийся уже на моей кровати, расслаблено выдохнув, раскинул руки в стороны, прикрывая глаза. Я мрачно посмотрела на него со своего стула, что стоял возле стены напротив кровати.
      -- Какой же кайф лежать на не шатающейся поверхности, -- тихонько простонал он, удобнее устраиваясь на матраце. -- Так, говоришь с первого марта в море? И, что творить-то там будешь?
      -- Как написано в приказе, который вы привезли, я и четырнадцать курсантов отправляемся на специальное задание -- контроль Баз Дозора. Естественно с нами поплывет опытная команда, но дело делать будем мы -- сражаться, если встретим пиратов, работать на Базах, проверять города, что под их влиянием и писать отчеты, -- скорчившись, я поникла. 
      -- Бюрократия, плавали -- знаем. Попроси, чтобы тебе в нагрузку дали секретаря, звание позволяет, -- лениво зевнув, Эл перевернулся набок, позволяя увидеть грустное лицо с синяками под глазами. Сколько же у вас забот?
      -- Из тех, кто остался? Не смеши. Сачи явно не подходит для того, чтобы бороздить просторы морей. Слишком легкий характер -- сломается. Да и...
      -- Кто тут не подходит? Это значит, что я некомпетентна как работник? Ах так?! -- Возникшая на пороге обсуждаемая бестия, яростно набросилась на меня, сверкая голубыми глазищами и потрясая кулачками. Внявшая моему совету и, переставшая выглядеть как представительница одной из древнейших профессий, девушка расцвела естественной красотой, срывая уже откровенно завистливые взгляды соперниц. Ей бы еще мозгов, ну хоть капельку...
      -- Всё, подаю заявление! Я плыву с вами и, меня не волнует мнение посторонних! -- Топнув ножкой, она упрямо сложила руки над четвертым размером. Восхищенные взгляды Эла и Мара она проигнорировала и, закончив испепелять меня взглядом, развернувшись на каблуках, убежала в коридор. Стенания по поводу того, что я не принимаю ее всерьез и то, что она еще докажет, что хороший работник, были слышны еще долго.
      -- Анта, ты опять за старое? -- Уныло сунувшаяся ко мне в комнату Мира удивленно ойкнула, увидев "морских котиков", что встретили ее хищными улыбками. Покраснев, отдав честь старшим по званию и извинившись, она выскочила в коридор и там повторно извинилась за недопонимание. Пришлось вкратце объяснять ей причину стенаний блондинки. Мира, сокрушенно закрыв ладонью лицо и простонав что-то невразумительное, попросила сильно не шуметь и отбыла восвояси. 
      -- Эх, какой тут цветник, задержаться бы, -- мечтательно протянул Мар, перекатываясь на спину и закладывая руки за голову.
      -- За честь наших девушек ребята будут сражаться до конца, -- весело донеслось со стороны окна. Уил, запрыгнув на подоконник, отсалютовал моим братишкам, а после спрыгнул в комнату.
      -- Лейтенант Уильям Моркрафт к вашим услугам, господа, -- поклонился он. Подскочившие с кроватей Эл и Мар так же кивнули ему в ответ.
       -- Дрого Ди Эл, лейтенант, рад встрече.
      -- Дрого Ди Мар, рад знакомству. 
      Пожав друг другу руки, это трогательное семейство уже втроем расположилось на кроватях, оставив меня в гордом одиночестве. Непорядок...
      -- Так значит, это ты теперь наш братик? -- Улыбаясь, Мар подвинулся на кровати, позволяя упасть рядом.
      -- Ну, так вышло, -- смущенно почесав в затылке, выдал порядком покрасневший, Уил. 
      -- А родня-то прибывает! Молодец, сестренка! -- Одобрительно поднял большой палец вверх Эл. Я картинно закатила глаза. Ребята весело посмеялись и успели перекинуться парой фраз о том, что вообще происходит в мире.
      -- Ладно, извините, но я ненадолго заскочил -- мне нужно разобраться с парой дел. Так что, рад был с вами познакомиться но, простите, вынужден откланяться, -- встав, пожал руки ребятам Уил. Кивнув мне, он вышел из комнаты. Через окно. Интересно, он вообще догадывается, что в помещении есть дверь?
      -- Ладно, а мы с тобой поговорим на более важную тему, -- резко посерьезнев, Эл выглянул в окно, проверяя обстановку. -- Чисто.
      -- Ага, нет никого, -- кивнула я, прислушиваясь и принюхиваясь. -- Так, что ты хотел рассказать?
      -- Ты уже в курсе того, что внук Гарпа стал частью команды Белоуса?
      -- Эйс? Да, конечно. И, что с того? -- Непонимающе уставилась на него я.
      -- Дело в том, что в той самой манге, Эйс сыграет одну из важнейших ролей, -- Эл был мрачен. -- Мы с Маром долго думали на эту тему и пришли к выводу, что теперь уже все равно, изменится ли общая картина этого мира или нет. Мы появились, вызвав отклонение от общего сценария. 
      -- Эффект бабочки, -- все еще не до конца понимая его, отозвалась я. -- И, что с того? 
      -- А то, что как я и сказал, вмешаемся мы или нет -- история пойдет иначе. А значит, мы можем повлиять на нее, приведя к другому итогу и в корне изменив сюжет. Ну, или, по крайней мере, спася множество жизней.
      -- Эл, при чем тут Портгас?
      -- Его, года через два, поймает правительство и пойдет казнить. Из-за этого разразится война, в которой многие погибнут. Дозор не отступит. Будет бросаться в бой прямо по телам раненых товарищей. А Белоус не позволит кому-то обижать своих детей и тоже в долгу не останется.
      -- Нам бы такая верность. -- Отвернувшись в сторону, промямлила я, почувствовав некоторую зависть в адрес его команды. Ведь могли же нас тогда старшие прикрыть. Могли. 
      -- В общем, если есть такая возможность, ни в коем случае не убивай Эйса -- ты это можешь, как и мы, раз не являемся персонажами сюжета. Остальные, по идее не будут отходить от общей линии сюжета. Лучше наоборот, подружись и... 
      -- Ты меня в пираты хочешь отправить? -- Шипя, привстала я.
      -- Она точно волко-пес, а не кошка? -- Недоуменно обратился Кот к Элу. Тот лишь отмахнулся, оставаясь столь же серьёзным, как и в начале. 
      -- Слушай меня.
      Эл вкратце поведал о жизни Портгаса и его окружении. Из рассказа стало понятно лишь то, что Гарпу стоило сочувствовать, а не этому утырку -- верить портовым шлюхам и пьяницам, кто же его умным после назовет? Мелкий ублюдок, что кидался на всех подряд с обрезком трубы и бил, бил, бил. Нет бы, попытаться понять и поверить рассказу куда более бывалого старика-пирата, которому тогда помогал корабль строить? Не захотел, уже сам всё себе решил и додумал. И то, что не нужен, и то, что демон, а не любимое дитя. Ремнем бы его. Знал же, что своей выходкой-пиратством Гарпа подставит. Знал, сволочь. И то, что сейчас старика могут отдать под трибунал.
Встречу -- убью. Хотя нет. Выпорю. Цепью из кайросеки, чтобы неповадно было подставлять тех, кто рискует всем ради него. 
      -- Если ты надеешься, что после твоего рассказа я проникнусь к нему теплым и светлым, ты глубоко заблуждаешься -- он подложил огромную свинью дедуле. Такое не прощается.
      -- Хех, неожиданно от тебя такое слышать, -- Эл вскинул брови. 
      -- И, что там случилось? Почему он Правительству попался? -- Перевела я разговор в другое русло. Не хочу обсуждать.
      -- Еще не попался, -- усмехнулся Мар. -- Еще не...
      -- Убийство накама, вот что. Одному из них попался дьявольский фрукт, который жаждал найти другой человек. А там, как закон -- кто нашел, тот и владелец. Жаждущий убил нашедшего и сбежал. 
      -- Эл, не тяни кота за хвост.
      -- Кстати, он так пару раз делал, -- заметил Кот, отрываясь от вылизывания.
      -- Сатч, командир четвертого дивизиона, был убит Маршалом Ди Тичем, подчиненным командира второго дивизиона -- Портгаса Ди Эйса. Вот Эйс и отправился мстить, да только логия тьмы сильнее всех известных фруктов, хоть сама по себе и не логия-то вовсе. Контроль пространства и фруктовиков, подчинение и поглощение. Как местности, так и просто чужих способностей -- вероятно из-за этого, Тич так и желает заполучить себе этот плод. Он победил Эйса и в обмен на титул Шичибукая, отдал того в тюрьму.
      -- Ну и поделом его пиратскому обществу. Сами знали о том, кто на борту живет, -- ехидно отозвалась я.
      -- У них слаженная и сильная команда, братья и сестры. Отец капитан. Предательства никто даже не предполагал. А Тич в команде около двадцати лет пробыл. Его в последнюю очередь можно было подозревать. 
      -- Даже палка раз в год стреляет. Пираты на то и пираты, им жажда наживы ближе. 
      -- В таком случае, у меня к тебе будет крайне неприятное поручение, касающееся будущего. Тича и Эйса, -- печально раздалось с кровати.
      -- Ты хочешь, чтобы я, если будет возможность, попала на борт Белоуса и убила Тича? -- Высказала я неожиданную догадку.
      -- Нет, даже думать об этом не смей. Вся команда ополчится против тебя, а иметь во врагах тысячу шестьсот человек это как-то.... Недолго. Они не поверят тебе и твоим словам пока сами не убедятся. Так что, тебе лишь нужно вывести его на чистую воду и прижучить в момент нападения. Тогда точно не отвертится. Но будь осторожна -- его команда будет рядом, да и дождь тогда прогнозировали... -- Парень что-то прикинул в уме.
      -- Эл, я не спецназ и не диверсант -- мне такое не по плечу, ты же знаешь. Там пираты. Те, кто показал мне, что представляет собой эта, скажем так, фракция. Отбросы и дерьмо, которые своим глотку перегрызут за золотой. Они убивают невиновных, слабых. На моих глазах они убивали детей. Эл, я не герой. Я не смогу простить их за пролитую кровь. Да и параноик я.
      -- Там свой есть. Пойми, это необходимо. Во всяком случае, ты теперь в курсе того, что может произойти и что нужно предотвратить.
      -- Эл, -- спустя долгое молчание, позвала его я. -- А может не стоит менять историю? Не зря же все должно произойти?
      -- Да, не зря, -- глядя в потолок ответил он, слушая ровное дыхание Мара. -- Только вот справедливость, она же должна быть? Почему должен умирать тот, кто, будучи несчастным, наконец-то нашел своё счастье?
      -- Ты всё еще о нем печалишься? Не пытайся перетянуть меня на другую сторону забора, мне и тут хорошо. Я не верю пиратам. Скажи лучше, а что будет, если мы просто потопим весь флот Белоуса? Ты же знаешь, какие острова под его, как ты сказал, защитой. Впишем их в список защищаемых, и сами будем охранять. Я не хочу верить в добро с той стороны. Хорошие люди не идут в море, чтобы грабить и убивать.
      -- Баланс. Если не станет Йонко, нарушится мировой баланс. Произойдет еще один всплеск преступности, так как вся та гниль, что сейчас трусливо прячется в тени, осмелеет и выйдет наружу. Нельзя трогать Йонко. Да и не по силам защитить все те земли, что под его флагом. Не пытайся, -- сухо отозвался Эл.
Вот мы и разошлись во взглядах, братик.
      -- Ладно, что дальше-то? Нам нужно как-то действовать. Я не знаю, последую твоему плану или нет но, обещаю еще раз подумать. Ты же сказал, что время есть. Вот и покумекаю. Вы-то сами не боитесь пулю схлопотать со своими геройствами?
      -- Есть немного. Но, мы сейчас вместе плаваем, прикроем друг друга как-нибудь, -- зевнул он. Мар уже давно дрых, забив на диалог.
      -- Ладно, спи, -- кивнула ему я, и вышла из комнаты. 
      Совсем он мне голову забил. А то, что мы теперь по-разному думаем, в будущем может сыграть плохую шутку.

   План и подготовка
  
         Первое марта нагрянуло еще быстрее, чем могло бы быть. Провожать на пристань высыпала половина города, если не весь: рыдающие родители в последний раз перед отправкой обнимали своих детей, не обращая на просьбы прекратить и замечания того, что стыдно перед начальством. Меня эта участь стороной тоже не обошла: старик-кузнец, смахивая скупые слезы, в сердцах помял мне пару ребер, бормоча, чтобы я берегла и себя, и экипаж. То, что он в меня верит, он кричал еще долгое время, пока наш кораблик уплывал в лазурную даль. 
      -- Знаешь, скучать ведь буду, -- невесело заметила я подошедшему Уилу, сращивая переломанные ребра. Регенерация была одной из самых желанных моих способностей, хоть и работала крайне медленно, забирая внутренние ресурсы. Проще говоря, есть начинало хотеться невыносимо. Чем более я сытая, тем быстрее все залечивается. 
      Крики чаек над головой, переговоры команды на заднем фоне да зычный голос мичмана, что громко отдавал приказы. Ворчание моих малышей, что расползались по кораблю и пытались огрызаться. Борзые они у меня, ага. Даже с воинской дисциплиной борзые... 
      -- Ну, это нормально, -- выдохнув, парень плотнее закутался в плащ, сощурившись глядя на, далекий теперь, берег. -- Твой старик нагрузил тебя, как я посмотрю, -- кивнул он на мешок с различными примочками для мечей, который я так и не выпустила из рук. Расшнуровав тесемки, нашла еще пару тонких ножей и перевязь к ним. 
      -- Он не мой старик. Просто, привыкли друг к другу, -- поморщившись, принялась рассматривать подарки. И зачем, спрашивается, если у меня есть когти и клыки? Метнуть в кого-нибудь, разве что...
      -- Не стоит так говорить, -- укоризненно скосил глаза в мою сторону Уил, -- он в тебе души не чает, своих детей ему Бог не послал.
      -- Ага, и в результате у меня есть старик-отец-кузнец, три брата-охламона и дед дозорный, ибо в один из светлых дней Гарп приказал называть его дедушкой, предварительно настучав мне по чайнику. 
      Парень сморщился, слушая меня.
      -- Анта, ты -- представитель закона. Не пора бы немного свою речь сдерживать? Не все любят фамильярность и грубость. А эти словечки -- я теперь понимаю, почему ты так легко общалась с портовыми бродягами и прочей шпаной.
      -- Но они давали мне уйму полезной информации! -- вскинула я брови, принявшись горячо отстаивать честь своих информаторов. -- Они прекрасно справлялись со своими обязанностями, сообщая о различных портовых махинациях. Это нам очень помогло, разве забыл? 
      -- О работорговцах забыть не получается, -- нахмурившись, Уил отвернулся от исчезнувшей вдали кромки земли. Этот эпизод был глубоко нелюбим и одновременно незабываем: Гарп лично разбирался с командой этих тварей, рискнувшей пристать к нашему берегу в поисках живого товара. -- Идём, нужно разобраться с маршрутом, построить глаза Этернал Посу и просмотреть документы, связанные с тем местом, в которое лежит наш путь.
      -- Знаешь, из тебя вышел бы куда лучший капитан, чем из меня. Даже шутить умеешь.
      Парень усмехнулся, разворачиваясь лицом к палубе. 
      -- Еще успеется. Да и это работа лейтенанта приносить тебе документы и вводить в курс дела.
      -- Это работа моего секретаря, что сейчас где-то бродит по судну и явно нарушает все возможные правила и устав. Зря, что ли, взяли ее с собой? Мне срочно нужна Маришка для поддержания порядка.
      -- За что ты нас так? -- картинно схватился за сердце Уил. -- Говорят, ее даже мичман стороной обходит...
      -- Не стоит х... гениталии пинать, и всем будет счастье, мой дорогой, -- промурлыкала я, отправляясь к каюте капитана. Ребята из команды насмешливо проводили нас взглядами, вновь возвращаясь к работе на корабле: старшие наставляли и поправляли, если молодняк в чем-то ошибался. А он ошибался и еще как: насупившиеся поначалу от того, что им не дали высоких должностей, с течением некоторого времени, буквально пары минут, как показала практика, детки смирились с участью юнг и помощников. Сели в лужу быстро, по горло, и теперь, переодевшись в повседневную одежду, сновали по кораблю, выполняя указания старших по опыту. И все это за то время, пока я и лейтенант предавались ностальгии, провожая землю взглядами. Корабль был полностью под крылом старших. С этими парусами и кучей канатов вообще мозгами тронуться можно, столько непонятных названий -- явная насмешка над несведущими. Так что на судне мы играли лишь роль назойливых селедок, которым только предстояло вырасти во что-то крупное и зубастое.
      Если не съедят по дороге. 
      Команда попалась нам хорошая. Конечно, трудно судить по двум другим, с которыми мы выходили в море до того, но дядечки морячки отнеслись к малышне с пониманием, не шпыняя почем зря. Ответственные места заняли лишь я, лейтенант, кок да медики. Последние, правда, всё равно сидели под надзором судового медбрата, проходя экспресс экзамен. Не знаю, как у них там обстояли дела, но пару раз из их каюты тянуло чем-то горелым. У нас точно врачи, а не пиротехники?
      Команда привычно обходила дверь каюты стороной. Они явно что-то знают... 
      Галантно открыв передо мной дверь капитанской каюты, парень шустро скользнул следом. Обстановка в стиле минимализм: три стола, три стула возле них, кипы бумаг на одном, пара папок на другом. Мой, стоящий рядом с иллюминатором, мог похвастаться только чернильницей и набором перьев. Большая карта мира на стене справа от входа, над столом лейтенанта. То, что на ней показывали, просто сносило крышу -- после обоснованного строения моего мира, здешняя реальность казалась бредом сумасшедшего. 
      На стене напротив, над столом секретаря, несколько приколотых листовок пиратов, что появляются в этой части моря. 
      Возле стены, рядом с дверью, пара больших тумб с ящиками, полными бумаг. Что в них было написано, даже узнавать не хотелось: это больше по части Сачи и Маришки. 
      -- Ну, и где мой секретарь? Разве он не должен быть здесь и предоставить мне бумаги относительно нашего задания?
      -- Кажется, картограф заставил ее что-то писать, не уверен. Она говорила, что у нее успехи в каллиграфии. Может, из-за этого? -- задумался Уил, однако пустующее место Сачи смерил хмурым взглядом. Так-то, нафиг раздолбайство. Меня вполне достаточно.
      -- Итак, что готовит нам день грядущий? -- потирая ладошки, я повернулась к столу. 
      -- Бумаги, капитан-лейтенант, бумаги. Наша команда создана специально для того, чтобы проверять базы Дозора, контролировать выполнение их полномочий и устава. К нам поступила информация, что некоторые командующие злоупотребляют своими полномочиями и...
      -- А у нас ротик-то не мал, чтобы такую рыбку заглатывать? -- удивилась я, падая на стул.
      -- Я спрашивал на эту тему перед отплытием.
      -- И как? Впрочем, дай угадаю: тебя культурно послали, -- оскалилась я. Кажется, нас просто хотят слить. Или же я чего-то не понимаю в делах Флота.
      -- Не совсем, но почти, -- фыркнул Уил.
      -- Ладно, смиримся на время со судьбой-злодейкой. Рассказывай, что да как. Можешь в лицах.
      -- Не язви. Я не виноват в том, что нас не посвящают в курс дела, -- терпеливо отозвался парень, подходя к карте и показывая на ней береговую линию одного из островов. -- Городок Лилия, Гранд Лаин. Мы выплыли отсюда и поплывем вот по этому маршруту, одновременно выполняя патрулирование местности и продвигаясь сюда, -- проведя по голубому пальцем, Уил остановился на другом острове, довольно-таки далеко располагавшемся от нашего. 
      -- И это сколько займет? -- уныло рассматривая ничего не выражающую голубизну карты, которая означала море, протянула я, растекаясь по столу.
      -- Две недели по нашим подсчетам: нам нужно переплыть через Калм-Белт. И это если в пути не будет никаких форс-мажоров: пираты, шторма, Морские Короли... 
      -- Хочу! -- разом оживилась я, почти требовательно глядя на парня. -- Хочу, чтобы нам встретились Морские Короли!
      Проблемы? Да пофиг, покажите мне эту странную зверюгу, о которой так часто рассказывала пьяная матросня в порту! 
      -- Чёрт, я совсем забыл, -- отстранившись от карты, он потер переносицу, -- ты же никогда их не видела. Ладно, -- встряхнулся он, -- если мы встретим, тебя обязательно позовут.
      -- Смотри мне, -- скорее для проформы, пригрозила ему я. 
      -- Ага. Итак, курс намечен, -- передо мной легла толстая папочка в желтой обложке. -- Вот тебе стопа -- знакомься: Франц Бутер, капитан и начальник Базы Морского Дозора на острове Елены, -- я весело прищурила глаза.
      -- Не святой, случаем?
      -- Да нет, кажется, -- на несколько секунд замешкался Уил. -- Так, не забивай голову! Он командующий этой Базой. До этого командовал его отец, Франк Бутер -- офицер слова и дела. Когда-то давно он хорошо себя зарекомендовал, отличившись в нескольких боях своей верностью Дозору и желанием бороться за него до конца. В награду был возведен в звание Контр-Адмирала, а когда состарился, отправлен на эту Базу, на почетный отдых. Несколько лет назад старик покинул мир и его место, за неимением на тот момент замены, получил его сын. Тут-то и начались странные сообщения с той стороны. Пара оборвавшихся, практически ничего не значащих звонков, из которых удалось услышать только что-то типа "помогите" и "не верьте Бутеру, он предатель...". Установить, кто звонил, не удалось, но на всякий случай туда отправили запрос, с целью выяснить всё ли у них нормально. 
      Пришедший ответ содержал в себе отчеты и подтверждение того, что дела у них в порядке. Звонки с той стороны на время прекратились. Однако через пару месяцев, примерно тогда, когда мы поступили на обучение, в штаб-квартиру позвонил неизвестный мужчина, представившийся одним из офицеров Дозора на Елене и, хрипя и срываясь, доложил, что капитан Франц Бутер продает людей работорговцам и вообще, ведет незаконопослушный образ жизни. На том его звонок и прекратился: раздался звук выстрела, после шаги и кто-то положил трубку Ден-Ден Муши на место. На последующие звонки никто не отвечал. Командование было занято проблемой с Йонко, так некстати возникшей, а потому проблему отложили в сторону. Тогда действительно было страшное время: Шанкс и Белоус пересеклись. Для чего неизвестно, но для Правительства это стало пугающим событием. 
      Где-то к празднику Нового Года с Елены позвонили, и сам Бутер доложил, что произошли сбои в системе связи: кто-то запустил вирус, выкосивший почти все поголовье улиток. На вопросы о том, кто звонил до этого, он сказал, что из местной больницы для больных душевно сбежала группа лечащихся, что и устраивала звонки. Командование поверило и больше не беспокоилось на тему Елены. 
      -- А почему тогда мы туда плывем? Ведь всё разрешили, -- любопытно навострила я ушки, пока парень наливал себе воды из графина, промочить пересохшее горло. Как интересно...
      -- Вот, смотри, из-за этого, -- перелистнув пару страниц, он вытащил упакованный в прозрачный файл лист, крайне помятый и испачканный бурым.
      -- Кровь, -- принюхавшись, констатировала я.
      -- Да, это она. Читай, -- парень приложился к стакану, краем глаза наблюдая за горизонтом, что был виден в открытом иллюминаторе. Я нагнулась над листком, с трудом разбирая неровные, скачущие строчки и потекшие чернила.
       "Не знаю, дойдет ли до вас моё послание или нет, но всеми известными мне молитвами... чайка, которая несет его... препятствия на своем пути и доставила его вам..."
      Мда, проблема с этими авиаперевозками... 
       "Если же вы это читаете, то знайте -- Бутер преступник! 
      Да, я прекрасно понимаю, что говорить подобное в адрес офицера Флота самоубийство... это спасет жизни... он жестокий человек, что верит лишь в деньги и собственную власть. Притворившись добряком, он обманом занял пост командующего этой Базой, ответственно подходя к выполнению обязанностей. А потом, потом начали происходить страшные вещи. Мне трудно об этом писать... женщины, а после мы находили их мертвыми в дальних частях острова. Стоит ли упоминать, что... прежде чем убить? Потом начали пропадать дети. В порту... суда скрывали за своими бортами мольбы и крики о помощи. О повысившихся почти до небес налогах мы уже не говорим, тех, кто не может в срок выплатить, забирают на Базу и, если и возвращают, то их уже не узнать.
      Нам всем очень страшно. Несколько наших, тайно пробравшись к Ден-Ден Муши дальнего действия... не справились с этой задачей.
Пожалуйста, помогите нам. Спасите наши души!"
Потекшие чернила мешали, но общий смысл уловить можно было. Работорговцы? 
      -- Хм, и что, командование только сейчас отреагировало на все это? -- недоуменно наморщила я лоб и прижимая уши. -- Тут же с самого начала было видно, что людям нужно помочь.
      -- Ну, кто знает, чем это командование думает, -- позволил себе отозваться в подобном тоне Уил. -- Нас направил Гарп, лично рекомендовал. Также его помощник тихонько посоветовал не пользоваться Ден-Ден Муши, когда мы будем в том районе и вообще, незаметно высадиться у острова и тихо его обследовать. И только потом что-то предпринимать.
      -- Ну, что и ожидалось от него, -- кивнула головой я, дочитывая бумаги. Всё, как и сказал Уил: документы на тему острова Елены были чисты и пахли альпийской свежестью. -- Думаю, придется придумывать план. Ладно, пока ничего особого не происходит в море, командуй общий сбор -- будем думу думать.
      -- Слушаюсь, -- поклонившись, лейтенант выскользнул за дверь, оставив меня в одиночестве. Ну, или почти: тихонько сверкая глазками, из угла с незаметной дырочкой вынырнули две маленькие тени -- карцерные крысы не пожелали оставаться в одиночестве, сопровождая теперь и в море. Договорившись с ними, что они не будут пакостить и проследят за тем, чтобы другие крысы не повадились захаживать к нам на судно, мы мирно соседствовали друг с другом. Два теплых комочка радовали глаза. Так, а вот бумаги есть не нужно: они мне еще пригодятся!
      Отвесив по легкому щелчку разыгравшимся барышням, я закинула их в капюшон плаща и вышла из каюты. Напряженная возня сзади еще долго не давала сосредоточиться, а Сачи чуть не лишилась чувств, увидев две пары сверкающих черных бусинок глаз. Барышни были довольны, тем более, вокруг было много всего нового и интересного, что они и принялись рассматривать, усиленно фыркая и вдыхая соленый воздух.
      -- Хм, крысиная капитанша, -- сидящий на фальшборте Джей заливисто рассмеялся, опасно накреняясь над морем. 
      -- Разговорчики в строю! -- рыкнул на него Уил, возникая рядом. На палубе корабля места хватило всем и даже впередсмотрящий Синица спустился на нижнюю рею, прислушиваясь к разговору. Маленький и, скажем так, серенький, мальчишка был крайне незаметным в толпе, умело маскируясь практически в любой местности. Выловила я его на улице случайно и, буквально с первой секунды испытав в его адрес несвойственную мне доселе симпатию, утащила в Дозор, мотивируя это тем, что воровать плохо и однажды он обязательно попадется. Живущий независимо был не очень рад такому трудоустройству, однако быстро влился в коллектив, став его незаменимой частью. У своих не воровал и, кажется, позже просто начал наслаждаться происходящим. Сейчас, явно желая отделаться от неинтересной работы, он сбежал наверх, приняв на себя должность впередсмотрящего и почитывая книгу. 
      -- Что-то случилось, капитан? -- тихий голосок заставил вздрогнуть, отрывая от размышлений о пареньке и перевести взгляд на нашего практикующего кока Эмму, ужас и гордость камбуза. Чуть полноватая и розовощекая, девушка напоминала мне славянскую деву, что раньше одевались в сарафаны и носили косы до пят. Сарафана, в данном случае, не было. Была форма кока, практически ничем не отличавшаяся от формы рядового, разве что был еще фартук с эмблемой Дозора и крайне любимый поварской колпак. Коса была, до талии, толстая и светло-русая. 
      -- Ну, нужно ознакомить вас с нашей миссией, за выполнением которой мы собственно и плывем, -- пожала плечами я, облокачиваясь о мачту. Народ тихонечко подобрался поближе, любопытно сверкая глазами. Я вкратце пересказала им слова Уила и послания, чем вызвала недовольный ропот. Замершие старики матросы зло покивали головами, сетуя на нынешнюю молодежь и на то, что старое поколение о подобном себе даже думать запрещало.
      -- Итак, план таков: мы выгружаем одну группку людей, которая притворившись ветошью, тихой сапой ползет в город. Там, они аккуратно выведывают информацию, всеми силами стараясь не попадаться на глаза солдатам Дозора и каким-нибудь подозрительным личностям, что вполне могут работать на тот же Дозор, -- начала я лекторским тоном, скрещивая руки на груди и задумчиво глядя на собравшихся. Уил страдальчески поморщился, но перебивать не стал.
      -- Мы что, на другой стороне играть будем? -- послышался вопрос от Анко. Парень сидя на ступенях, ведущих на капитанский мостик, жевал бутерброд и с видом полнейшей незаинтересованности смотрел куда-то вдаль. 
      -- Можно сказать, что да, -- кивнула я, мимоходом взглянув в ту сторону. А ну, Морской Король?
      -- Хм, понятно, -- так же меланхолично протянул он, продолжая жевать. Стоящий рядом матрос отвесил ему несильный поджопник, принуждая стать на ноги и слушать со всеми. 
      -- Я еще не определилась с тем, кто точно идет на данное задание, но хочу сразу всех предупредить -- ни в коем случае не пользуемся этими улитками. Нас могут и, скорее всего, так и будет, прослушать, а это прибавит ненужные проблемы.
      Вторая группа, где буду я, Уил, Сачи. -- Девушка вздрогнула и во все глаза уставилась на меня. -- Маришка. -- Очкастая зазнайка удивленно посмотрела в мою сторону. -- И еще три-четыре человека экипажа, направится прямиком в Форт Дозора, для отвлечения внимания и проверки самого комплекса. Господа бывалые матросы, -- обратилась я к старикам, которые почтительно кивнули в ответ, до этого заинтересованно слушая меня, -- вы останетесь на корабле, и будете вовсю создавать видимость полноценного экипажа судна, каковым вы, в принципе, и являетесь, -- задумчиво почесала я в затылке. 
      Старожилы уверенно кивнули, перемигиваясь между собой. 
      -- Итак, далее все очень просто: рассчитаем все так, чтобы прибыть рано поутру, пока все сонные. Зайдем к острову с задней части, мимоходом высадив десант, и величественно-медленно причалим к главной верфи, создавая впечатление откормленных диванных офицеров, что ленивой гурьбой отправятся в главное здание, по пути создавая как можно больше шума и видимости работы. Скорее всего, к нам попытается кто-то пробиться из местного населения, чтобы сообщить о бесчинствах, происходящих на острове. Мы должны помнить, что Правительство первоначально поверило в то, что на острове проблема с психбольницей. Так что, скорее всего нам скажут, что это очередной сбежавший из больнички или что-то в этом роде. Все дружно помним о том, что нас дурят, но вежливо соглашаемся. Наша цель -- накопать как можно больше компромата на руководящих и, при этом, остаться в живых самим и других спасти. 
      -- Хм, неплохой расчет, хоть и несколько наивный, -- обращаясь ко мне, старый матрос уважительно покивал головой. -- Капитан-лейтенант, у вас не было, случаем, военных в роду?
      -- Нес, сэр, не было, -- отрицательно помотала я головой. -- Просто, я немного разбираюсь в психологии человека и не жду приятных сюрпризов. Да и сам план чисто наметка белыми нитками: все равно придется импровизировать. Человеческий фактор -- штука дрянная, уж поверьте.
      -- Да, я в курсе. Однако странно видеть столь молодую деву со столь тяжелыми мыслями и, вероятно, опытом?
      -- Всё нормально. Привыкните. Тем более, для меня на первом месте стоит команда, а только потом все остальное. Я не хочу, чтобы кто-то пострадал. Приходится просчитывать.
      -- Похвально-похвально, вы далеко пойдете, леди, -- моряк одобрительно покивал головой, однако в его глазах была сталь. -- Если не разочаруетесь раньше.
      -- Эй, держи язык за зубами, старик! -- Маришка гневно поправила очки, вероятно желая продолжить. Однако я ее перебила.
      -- Я не смогу разочароваться в Дозоре, я в него не верю, -- очаровательно улыбнулась я, отмечая вытянувшееся лицо матроса. -- Поэтому я и просчитываю как можно больше. Верить нужно только в себя и свои силы. И в команду. 
      -- С "Ди" вечно какие-то проблемы. Тут верь не верь, а дождешься, -- уже себе под нос пробормотал моряк, разворачиваясь к кнехтам. Наверное, не стоит обострять. Хотя за Гарпа обидно.
      Возможно он и прав. Да вот только я не "Ди". Я просто из другого мира... Лучше ли это?
      -- Капитан, а кого вы куда назначите? А можно мне с вами? А почему я? -- Последнее принадлежало Сачи, что недоуменно смотрела в мою сторону.
      -- Ну, ты же у нас красавица, -- подмигнула ей я. -- А что нужно мужчине, чтобы отвлечься от работы? Мужчине, что практически безвылазно сидит у себя на Базе в окружении опостылевших лиц?
      -- Ох, ну раз так, то ладно, -- польщенно улыбнулась блондиночка, поправляя прическу.
      -- А я тогда зачем? Не справитесь, да? -- Маришка так же выступила вперед опять стоя в обнимку с метлой. 
      -- Нам нужно профессиональное знание всех правил и сводов, законов и указов. Если мы хотим взять его официально, то ты точно не должна быть в стороне, -- повернулась к ней я, отмечая некоторое удовлетворение на лице девушки. -- Короче говоря, нам нужен кто-то, кто в сфере законов плавает как рыба в воде. Из таких людей у нас только ты, тем более что себя ты уже успела проявить.
      -- Хорошо, думаю, справлюсь, -- уверенно кивнула она головой.
      -- Так, давай сразу, кого еще берем? -- Уил скрестил руки на груди опираясь о фальшборт. 
      -- Думаю, одним из неназванных будет Мартин -- чисто из-за габаритов. Мне кажется, что он не сможет незаметно бегать по подворотням под носом у Дозора, который привык ловить несогласную с местными порядками шпану. -- Здоровяк грустно опустил голову, соглашаясь с моими доводами. -- Да и как тяжелая артиллерия и защита ты, Мартин, будешь лучше всего: я и Уил фруктовики, при контакте с кайросеки и водой мы бессильны, а Сачи и Маришка хрупкие девушки. -- Парень немного порозовел от стеснения, но уже куда более весело улыбнулся. Какие же они все-таки дети...
      -- Дальше? -- Уил был нетерпелив.
      -- Еще двое, -- почесала я в затылке, осматривая толпу. Взгляд выловил Эльзу, конопатую девочку из первого рейса -- она так и осталась у нас на Базе, вступив в группу. -- Эльза? Не думаю, что ты справишься с заданием первой группы. 
      -- Почему? Я вполне обученная, -- тихо протянула она. Смерив хрупкую шатенку скептическим взглядом, я покачала головой. Не время умирать. 
      -- Врач. У нас два судовых врача ты и Грог. -- Красноволосый парень кивнул в ответ на свое имя, внимательно слушая меня. -- Тебя мы возьмем с собой, мало ли. А вот второго пошлем в диверсию: он сильнее и быстрее и, в случае чего, сможет быстро добраться до нужного места, чтобы оказать помощь. Тем более у нас есть еще один человечек, что сведущ в медицине, не так ли? -- выразительно посмотрела я в сторону спрятавшегося вдали Чешира.
      -- Ну, если ты так просишь, -- лениво протянул он. Фруктовик, зоан-кот. Естественно, что взяв от своего фрукта всё, что только можно, парень превратился в настоящего кота, с ленью, высоким самомнением и наплевательским отношением к окружающей действительности, пока ему самому что-то от неё не понадобится. А какие кошки манипуляторы должны, наверное, знать все, у кого дома есть свой мяукающий комочек с завышенной самооценкой.
      Свое прозвище получил с легкой руки Эла, когда пару раз пересекся с ним. Что в нем напомнило братцу о Чеширском Коте, я не знаю, но фруктовик одобрил такое имя и теперь отзывался только на него. Странный выбор... 
      -- Будешь ассистировать Грогу. Да и твой слух так же поможет, -- кивнула я юноше. Взгляд изумрудного глаза с вертикальным зрачком в ответ точно дал понять, что он в деле. Гибкий, плавно-текучий черный кот покинул палубу корабля, отправившись на камбуз и по пути отправив барышень в моем капюшоне на самое дно оного. 
      -- Пижон, -- протянул Уил, неодобрительно глядя ему вслед. Но, что поделаешь -- кошки гуляют сами по себе. Устав им до одного места под хвостом.
      -- Так, еще один, -- задумалась я.
      -- Может, я? -- Джей вопросительно посмотрел в мою сторону. Я отрицательно помотала головой.
      -- Ты, житель подворотен и задворок. Так что ты в числе первых на десант. Кстати, Синица, ты с ним, -- задрала я голову вверх. Паренек согласно кивнул в ответ, удобнее устраиваясь на рее. -- Так, кого бы еще назначить?
      -- Ну, наверное, сыграть кого-то представительного смогу я, -- неуверенно предложил Хикару. Японец, во всем его великолепии: узкий разрез глаз, черные тяжелые волосы, завязанные в какой-то замысловатый низкий хвост, тонкие черты лица, обманчиво-ломкая фигурка, скрывающая опасного бойца внутри, пара катан на боку. Безэмоциональное выражение лица на людях, холод в глазах, высоко поднятый, но не задранный подбородок наследника рода. Знание кодекса страны Вано в голове, тактичность и собранность на деле -- его нам и не хватало. Он точно произведет впечатление на тамошних обывателей.
      -- А если что, он сойдет за прекрасную приманку: за такого красавца дадут немало золотых на черном рынке, -- смеясь, Анко сошел со ступеней. -- Нет, не злись, просто я действительно считаю, что ты должен идти с ними. Ну, не могу я представить тебя ползающим в грязи, прости. -- Анко был само очарование. Хикару выразительно промолчал, легонько приподняв тонкую бровь. Интересно, выщипывает или сами такие растут?
      -- Окончили дебаты, -- хлопнула я в ладоши. -- Остальные идут в диверсию. План основных действий составим чуть позже.
      -- Есть, капитан, -- нестройно отозвалась команда, расходясь по кораблю. 
      -- Акир, Акур, а вас я попрошу остаться, -- невольно вспоминая Штирлица, приказала я. Пареньки-близнецы недоуменно переглянулись, с немым вопросом в глазах повернувшись ко мне.
      -- Что такое, зверек? -- они, не стали особо утруждать себя запоминанием моего звания, оставшись верными прежнему прозвищу. 
      Где ваше знание устава, господа? 
      -- Мне вы нужны в другом деле, очень уж у вас способности интересные, -- они понимающе кивнули, навострив ушки. -- Вас, ребята, я хочу попросить пойти не в патруль города, а на обшаривание Базы. Мне нужно знать о карцерах, изоляторах и тюрьмах. Если есть какая-то документация, касающаяся теневой работы тамошних хозяев, забирайте с собой. Главное чтобы за то время, пока мы будет в главных ролях, вы оббежали как можно больше территории и не попались ни людям, ни Ден-Ден Муши. Цель ясна?
      -- Сделаем в лучшем виде, тебе ли не знать о том, как мы развлекались на Лилии? -- парни весело засмеялись, толкая друг друга локтями. Практически полностью идентичные, за исключением цвета глаз: у одного они были голубые, у другого зеленые, близнецы умудрялись пролазить в любые щели Форта, проказничая и пакостя его обитателям. Строгое сооружение, строгое начальство, устав и правила -- нафига они вообще приперлись на службу, для меня загадкой было огромной. Первая моя встреча будет мною еще долго вспоминаться: выскочивший из-за угла скелет в обносках, завывая, потянул свои костлявые руки в мою сторону, а его братец в тот момент умело связывал мне шнурки на обуви, будучи совершенно неприметным. Дьявольские фрукты "умертвие" и "маскировка" прекрасно справлялся с осуществлением тех шалостей, что устраивали близнецы. 
      -- Отлично, я на вас рассчитываю, -- почувствовала я себя каким-то американским полковником, что настраивал героя по спасению человечества на позитивный лад. 
      -- Так, давай-ка обедать, а? -- Уил как всегда бесшумно возник за моим плечом, заставив легонько вздрогнуть.
      -- Ты меня до кондрашки доведешь, братец-офицер, -- встряхнув капюшон с вновь разбушевавшимися барышнями, проворчала я. 
      -- Но от еды же не откажешься? -- хитро сощурился он.
      -- Нет, конечно! -- вскинула я голову. -- Идём хавать, а то у меня уже желудок к спине прилип!
      -- Анта... -- простонал он, -- убирай сленг из своего словаря!
      -- Так меня тогда народ в порту понимать перестанет! -- возразила я, вприпрыжку направляясь к заветной дверке. -- А для дипломатического общения есть ты -- нужны же для чего-то лейтенанты? -- парень мученически закатил глаза, однако спорить не стал.
      Пропустив его вперед, я ненадолго задержалась на входе, окидывая взглядом сновавших туда-сюда матросов. Что-то мне не по себе. Эл и Мар говорили, что фруктовики товар штучный, редкий, а у меня в команде уже пятеро вместе со мной. Саму команду сформировали быстро, примерно за полгода, сплошь из зеленой молодежи, у которой только гонор да идеалы в голове. Хорошо хоть, экипаж самого судна дали умелый и бывалый -- выведут из под удара, если нужно будет. Что вообще происходит? Как же мне не нравится, когда кто-то манипулирует мной. Какая-то неправильная игра, ведущаяся на одном поле по совершенно левым правилам и иными фигурами. И ведет ее кто-то крайне умный и хитрый. Научиться бы понимать ...
      Камбуз и столовая -- что может быть приятнее для того, кому жизненно важно получать пищу? Эмма приготовила потрясающий омлет с сыром, о чем я ей и сообщила. Супом на первое и чаем с мясным пирогом на третье восхищался уже Анко, мой злостный конкурент по части обжорства. Девушка благодарно кивнула, молча поставив передо мной добавку -- остатки пирога. Наверное, кто-то другой в звании капитана не радовался бы чему-то развалившемуся на своей тарелке но, это же я -- быстро сметя благодарственную и не оставив и крошки, я принялась меланхолично размешивать сахар в чае, сыто-сонно рассматривая собравшихся в столовой.
      Вот Анко, доев кусочек пирога, попытался украсть еще один у соседа, которым оказался Мартин. Джей быстро просек фишку и вступился за обед друга, привлекая на свою сторону, невесть как затесавшуюся рядом Маришку и близнецов. Вон там, вдали, Чешир лениво растекся по столу, заснув после сытного обеда. Рядом независимо расположился Хикару, манерно попивающий чай и размышляющий о чем-то своем. Сачи, раскрасневшаяся и весело блестящая глазами, рассказывала что-то интересное такой же раскрасневшейся Эльзе, время от времени обращаясь к Эмме, чья стойка раздачи была рядом. Грог, взлохматив ярко-красный ежик волос, перелистнул очередную страницу одного из справочников по медицине, легонько щуря золотисто-медовые глаза, когда компашка с Анко в главных ролях, начинала шуметь сильнее обычного. Забежавший по-быстрому, Синица ловко схватил свою порцию обеда, буквально на лету выпивая суп через край тарелки, зажевывая все омлетом и прихватив чашку с чаем и кусок пирога, под ошеломленный взгляд публики вновь скрылся на палубе. Вынырнувший помощник Эльзы, Бан, лишь грустно вздохнул, забирая грязную посуду и сетуя на то, что никому качество готовки и не нужно -- вон как на лету все сжевал, вкуса даже не почувствовал. Весело крикнув очкастому бедолаге, что все было очень вкусно, просто паренек так же ответственно подходит к выполнению своей работы, как и повара, я получила в ответ две довольные улыбки и двенадцать укоряющих взглядов. Уил картинно перелистнул страницу газеты, что читал на тот момент, всем видом показывая, что он тут не при чем. Пяток матросов, что так же заскочили на обед, весело засмеялись, глядя на наши чудачества.
  
   Опрометчивость и странная удача
  
         Ни пиратов, ни Морских Королей, ни непогоды... Удивительно, но даже, по идее, кишащий этими существами Калм Белт сейчас был тих и не замутнён. Расстроено глядя на водную гладь, я обидчиво надула губы -- обещали же. Как же так, а?
      Климат изменился -- потеплело, из-за чего народ переоделся в более легкую одежду. К работе оказались притянуты все, даже я время от времени полировала доски палубы мокрой шваброй, вызывая радостный смех со стороны припаханных к заштопыванию порванных вещей близнецов. Уил, грустно вздыхая, чинил пробитый накануне борт судна -- Бан, Хикару и Грог оттачивали умение стрелять из пушек. Команда как-то проворонила это дело, самонадеянно решив, что малыши ничего не устроят и будут вести себя тихо. Ага, как же, плохо закрепленное на досках палубы, орудие после очередного выстрела в отдачу вырвало все крепления и улетело за противоположный борт, повиснув на остатках канатов. Невидимая цель, будучи успешно пораженной, отомстила, а расплачивались сейчас Мартин и Уил, устанавливая и прибивая новые доски. Маришка, грустно вздыхая, не предпринимала попыток подействовать кому-то на нервы. Терпеливо ожидая окончания работы, девушка покрывала лаком уже отремонтированные части судна, краем глаза читая какую-то книгу с законами малоизвестных стран. Пушку оттащили в трюм матросы, строго-настрого запретив нам приближаться к ней, пока не будет такой надобности. А чем еще заниматься детям две недели пути, которые еще пережить нужно? И пусть одна неделя уже за кормой, молодые организмы хотели действовать, желая себя в чем-то проявить. 
      Меня спасало от общего безумия лишь одно: подпрыгнув над палубой и расправив крылья, рвануть в небо, откуда и ребята, и корабль, и мир и все-все проблемы начинали казаться незначительными. Навигатор из меня так и не получился, уж как ни старались Джей и Уил. Однако, узнав, что я прекрасно чувствую приближающуюся непогоду и вообще в хороших отношениях с ветром, лейтенант каждое утро выгонял меня в небо, мотивируя это тем, что нужно отписываться в корабельном журнале о погоде, что нужно знать, если нас ожидает буря или смена ветра. После моего недоуменно взгляда в сторону судового навигатора, которому, в принципе, Джея дали больше в нагрузку, нежели в помощь, лейтенант на время отстал. Джей обиделся и отказался со мной разговаривать, решив полностью посвятить себя совершенствованию ремесла. Сэр Соло, навигатор судна, покачав головой, отправился следом давать советы и направлять на путь истинный. Уж кто-кто, а этот человек, перемены в погоде чуть ли ни раньше меня узнавал. 
      Потом пошли заверения в том, что мне нужно тренироваться и что так можно засечь приближающееся судно, если таковое будет. Вспылив в одно такое утро я, рыча, полностью перекинулась в облик зверя, чудом не поджегши находящийся в непосредственной близости парус и, схватив лапами этого надоедливого человечишку, взмыла в небо под свист и улюлюканье снизу. Крики схваченного только подбодряли и, набрав достаточную высоту, я отпустила его, так же камнем падая вниз и подставляя спину. Судорожно вцепившись, Уильям-таки смог меня оседлать, и мы продолжили нормальный полет.
      -- Не делай так больше, -- пригнувшись под порывами встречного ветра, попросил он, как можно сильнее обхватывая мою шею руками и зарываясь носом в шерсть.
      -- Боишься высоты? -- Замерла я в воздухе, зависая на одном месте и позволяя ему отлипнуть от меня, чтобы посмотреть на то, что там внизу.
      -- Нет, не совсем, -- он покачал головой, осматривая гладь моря и еле виднеющийся кораблик Дозора внизу. Наш корабль. -- Просто, мне на мгновение показалось, что ты меня не поймаешь.
      -- Не дрейфь, поймаю. Ты же мне брат и друг, как я могу тебя так, а? -- Повернула я к нему морду, разглядывая смутившегося от своих слов паренька желтым глазом. 
      -- Что ж, ты права, -- согласился он, наконец упрямо взглянув в ответ. -- Давай немного дальше отлетим -- вдруг, ты все же встретишь Короля?
       -- Мы уже вышли из спокойного пояса, вон, смотри. -- Немного поменяв угол наклона, кивнула я в сторону голубой полоски моря. По сравнению с обычным оно было кристально чистым, в то время как волны Гранд Лаина отливали серостью. -- Кажется, будет шторм. Гляди, как волнуется. Да и ветер усиливается. -- Втянула я носом воздух.
      -- Тогда давай вниз, на корабль. На сегодня хватит, -- отозвался парень, вновь приникая к шерсти. Плавно поведя крыльями, я стремительно понеслась вниз, снижаясь по спирали. Оттолкнувшись от палубы и пройдя пару шагов, я позволила Уилу сойти на борт.
      -- Джей, шторм, кажется, -- позвала я рыжика, размышляя над тем, менять мне облик или нет. 
      -- Да, знаю. Нужно сменить курс, уйдем восточнее -- проскочим. Еще успеем, -- сверившись с Лог Постом, что был у него на запястье, отозвался навигатор. Слаженно полезли по канатам матросы и пара наших, отвязывать, привязывать, натягивать. Крутанув штурвал и удерживая его в таком положении, мичман добился смены направления. Перелетевший гик чуть не сбил меня с ног, и я, прижав хвост, нырнула в кубрик, к своей каюте. Там, прыгнув на лежак и приняв в свои объятия барышень, я свернулась в клубок: от меня не будет пользы во время шторма, а мое отсутствие только уменьшит общую суматоху. И какого черта они назначили меня капитаном? Я же нифига не умею и не могу. 
      С такими мыслями я и погрузилась в сон, время от времени просыпаясь от рева стихии за бортом. Хорошо, что важные бумаги со стола спрятала в ящик: в каюте все то, что не было прибито к полу, сейчас в огромном беспорядке каталось по оному и просто летало -- пара листиков, все же, была пропущена. Кажется, это надолго. Впрочем, могу ли я судить о погоде этого мира, когда сами его обитатели не всегда способны ее предсказать?
      Проснулась я, когда солнце почти полностью скрылось за горизонтом, даря последние лучи нашему кораблю. Попадая под капли воды, что стекали по канатам, обитатели судна в спешном порядке проверяли такелаж, поднимали паруса, подсчитывали экипаж. Уил, порой слишком дотошно относился к своей работе: отправив близнецов в нижний трюм, проверять целостность днища, сам помчался проверять руль. Пареньки, бурча что-то о несправедливости и наличии вахтенного, уныло поплелись по указанному адресу. Посмотрев в их сторону, я лениво отправилась в каюту навигатора, попутно перекидываясь в человека.
      -- Сильные изменения в курсе? -- решив хоть как-то отыграть роль капитана, тихонько поинтересовалась я у Джея. Тот, попеременно глядя то на Лог Пос, то на Интернал Пос, что-то отмечал на карте измерителем, делая пометки на листочке рядом. Лихо у него получается с пером обращаться -- я, привыкнув к шариковым ручкам, первое время вообще из клякс не вылезала. Сэр Соло почитывал газету в соседнем кресле, краем глаза наблюдая за манипуляциями парня. Вот кто на этом судне верх спокойствия -- тут шторм, буря, народ чуть не снесло с палубы, когда те зазевались, а этому хоть бы хны. Читает новости с большой земли.
       -- Да нет, пара миль -- наверстаем быстро, -- не поднимая головы, отозвался он. Потом, видимо, решив, что стоит пояснить, ткнул пальцем в карту. -- Мы сейчас тут. А должны быть тут. -- Перевел он палец чуть западнее. Для меня это ничего не значило, однако Джей, видимо, решив, что крайне понятно все объяснил, вновь уткнулся носом в карты. Соло шумно выдохнул, переворачивая страницу и удобнее устраиваясь в кресле. Ах так?!
      Я насупилась, упрямо сверля взглядом затылок Джея. Пару минут спустя он не выдержал и, что-то прорычав, вытянул из стопы карту, шлепнул ее передо мной.
      -- Так, это карта острова, на который мы плывем. Как ты и хотела, первую разведгруппу мы высадим на незаселенной части Елены, вот, где-то тут. -- Он провел пальцем по неровной береговой линии острова. -- Сам порт находится тут, очень удобный залив для кораблей. 
      -- Хм, да, вижу. -- Такое даже мне было понятно.
      -- Отлично, идем дальше. Вот тут База Дозора. Она примыкает одним боком к морю, другим к скале, что делает ее расположение крайне удобным для ведения боевых действий. 
      -- Хм, а так же для побега, если они захотят тайно сбежать. -- Подперев подбородок рукой, склонилась я над бумагой. Как же они удобно расположились-то...
      -- Хм, вполне возможно, -- помедлив, кивнул головой навигатор. -- Так же хочу обратить твое внимание на еще одну особенность. -- Он вытянул из стопы карт одну, крайне потрепанную. -- Дело в том, что почему-то, в картах нового образца этого нет. Странно, конечно, ведь они должны быть еще более точными... -- Он аккуратно закрепил карту на столе, предварительно вынув из под неё новую. -- Смотри, тут заводь есть, а тут, -- он перевел палец на вторую, -- нет.
      -- Ну, это же Гранд Лаин, течения и непогода могли сделать свое дело, -- пожала плечами я, рассматривая старый вариант карты. -- Сам же говорил: порой, очертания некоторых островов меняются так, что их только по расположению звезд и можно узнать.
      -- Оно-то да, заявление по этому поводу поступало. Мол, произошло движение земли, и, как результат, заводи не стало. Новый вариант карты тогда прислали. Однако, если учесть, что это сообщение поступило в первые месяцы работы Бутера на новой должности, ты будешь ему верить?
      Конечно, нет.
      -- Черт, нам не хватает людей, -- уныло склонила я голову. -- Придется переделывать первоначальный план... 
      -- Ну, тут я тебе не помощник, уж извини, капитан, -- развел руками Джей. -- Но так же сообщаю, что прибудем мы несколько раньше, чем было задумано вначале: течение, в которое мы попали, донесет нас дня за три, если не меньше. Да и шторм сыграл свою роль: нас, пусть и откинуло в сторону, но так же и вперед продвинуло.
      -- Ты не мог раньше сказать?
      -- Я только сейчас рассчитал скорость, уж извини. -- Выгнул он бровь дугой, всем своим видом показывая, что мне пора и честь знать. Скривившись, я покинула каюту, оставив парня в гордом одиночестве. Соло так и не отреагировал, предпочтя остаться в стороне. Что ж, если он так обучает своего ученика, то пусть. Я не буду возникать.
      -- Уил, достаточно терроризировать население кораблика, иди сюда, дело есть. -- Уныло взмахнув рукой, привлекла я его внимание. Парень отвлекся от тирании и поспешил на мой зов, оставив позади измученного допросом мичмана. Вот еще один вариант "нашла коса на камень" -- лейтенант, если хотел, мог душу вытянуть. Вкратце пересказав ему свою беседу с Джеем, я приготовилась ждать вердикта. Парень молчал, что-то обдумывая. Наконец, когда я уже устала уворачиваться от падающих со снастей капелек воды, лейтенант ожил.
      -- Ты быстро летаешь? -- По затылку пробежал холодок, предвещающий проблемы. Шальной взгляд парня заставлял поежиться. 
      -- Ну, наверное, да. А что такое? -- Я с подозрением уставилась на парня, который что-то подсчитывал на пальцах.
      -- Хм, сейчас вечер, там где-то день -- к ночи будем на месте, -- пробормотав, он уставился на меня. -- Значит так, менять в плане ничего не будем. Пока, во всяком случае. Но сейчас я и ты полетим вперед, разведать обстановку. Дело к ночи, если вылетим сейчас, к вечеру следующего дня будем на месте. Как раз начнет темнеть или уже стемнеет. Нас не должны заметить. Разведаем что да как с этим островом и тем, есть ли там бухта или нет. И, если есть, разобраться с теми, кто там возможно будет. 
      -- Эй, это слишком самонадеянно, мой дорогой лейтенант! Ты же жуткий перестраховщик, нафига такой риск?! -- Удивленно вылупилась я в его сторону. Ау, люди, у меня Уил пропал! Его кто-нибудь видел? 
      -- Нет. -- Покачал он головой. -- Лучше разведать все сейчас. Ты же сама должна была понять, что в случае чего, нас ожидает пиратская флотилия и хорошо подготовленный Форт. Наш корабль плывет официально. Поэтому нападать на нас не будут или до последнего попытаются удержать все в тайне. Если столь важная, как мы, команда пропадет, Маринфорд хватится и отправит кого-то более страшного.
      -- Складывается ощущение, что нас послали только для того, чтобы вытянуть проблему наружу. Мы не должны справиться. -- Уил в ответ потер переносицу и принялся рассматривать небо.
      -- Не у тебя одной. В идеале мы не должны рисковать сейчас. Все учесть, все просчитать и тому подобное. На это, кажется, и рассчитывают те, кто нас послал. Но, не ты ли сама говорила, что импровизация лучшее из того, что могли придумать люди?
      -- Не используй против меня мои же слова. -- Прищурилась я. -- Однако есть маленькая идея...
      -- Рассказывай.
      Я глубоко вздохнула. Пугает он меня этой своей неожиданной сменой. 
      -- Ну, так и быть, приму я твое довольно-таки странное предложение и соглашусь на пару с тобой, без плана, лететь хрен знает куда к непонятно кому. Повторяю, на пару и без плана. -- Уил отмахнулся, внимательно глядя на меня. -- Значит так, оденемся как рядовые, не будем привлекать внимания. Если у тамошних пиратов мир с дозорными, мы должны сойти за своих. Я думала просто влиться в ряды Форта как новенькие, но если ты хочешь сначала разобраться с бухтой и тем, есть ли она вообще... В общем, посмотрим, что делать. Главная цель -- увидеть как можно больше. И понять. Так что, давай по каютам, на сборы десять минут. Оповести экипаж о нашем отбытии.
      -- Хорошо, капитан. -- Козырнул парень и скомандовал общий сбор. Я, нырнув в кубрик, нос к носу столкнулась с близнецами, что возвращались с проверки нижнего трюма.
      -- Разрешите доложить, капитан...
      -- Мы проверили, как и было приказано...
      -- Все в порядке. -- Дополняя друг друга, отозвались они.
      -- Отлично, но я к вам по поводу другого задания. -- Улыбнулась я.
      -- Что, еще что-то не так? -- Показушно ужаснулись они.
      -- Ну, не совсем. Дело в том, что я и Уил сейчас отбываем на Елену, там обнаружились новые факты, и мы хотим всё разведать. Так вот, если потом я не успею вам поручить, говорю сейчас: Форт Елены стоит одной частью в море. Возможно, что там у них есть суда для побега.
      -- И ты, зверек, хочешь, чтобы мы накрыли их? -- Две пары широко раскрытых и неверующих своему счастью глаз уставилась на меня.
      -- Ага, -- еще шире улыбаясь, отозвалась я. -- Только незаметно, чтобы тамошние сразу не догадались. И осторожно, на вас лежит не менее важное задание, чем и на остальных.
      -- Чёрт, капитан, да ты лучшая! Не зря мы тогда остались на Базе! -- Парни светились от радости. 
      -- Ладно, мне пора за вещами. -- Кивнула им. -- Да, и если мы не вернемся, то скажите Хикару, что он за меня. А его лейтенантом выступит Сачи, хорошо? 
      -- Ага. -- Кивнули они. Интересно, хоть услышали то, что я им сейчас сказала?
      -- Ну, десять минут уже давно истекли, сестренка. -- Скрестив руки, встретил меня Уил. Опоздав на двадцать, я лишь виновато прижала уши и приникла к полу, изо всех сил мотыляя хвостом. Уил не повел и бровью, запрыгивая мне на спину. Прыжок вверх, взмах крыльями, и мы уже несемся в небе, корректируемые Интернал Посом, что выдал нам Джей с подачи всё того же Соло. Удивительно практичный человек имел около сотни компасов этого мира, настроенных на разнообразнейшие места.
      Летели долго. Даже очень. Не знаю, как бы мне было без груза в семьдесят с лишним килограмм, которые весил лейтенант, но устала я сильно. Да еще и гнать вперед нужно было так, как будто за мной стелс гнался. Что, впрочем, не помешало сделать мне круг над островом, находясь над ним на большой высоте. Солнце уже село, и люди внизу спешили зажигать свет, тем самым выдавая свое местоположение. В черте города царил мрак, изредка нарушаемый робкими проблесками из окон. 
      -- Хм, бухта, все же, имеет место быть. Так, вон Форт, вон город. -- Всматриваясь в россыпь огней внизу, отозвался Уил. -- Так, давай снижайся, будем высаживаться. На скалы, в отдалении от бухты. Нужно передохнуть и... Не так быстро!!!
      А что поделать, я устала. Естественно, услышав команду на снижение, я камнем рухнула вниз. Где-то недалеко от кромки водной глади выровнялась и понеслась по направлению к берегу, прямо к скалам скрытой бухты. Удивительным образом не попавшись на глаза выставленным часовым, мы нырнули за один из каменных выступов, успешно спрятавшись от посторонних глаз.
      -- Скажи, зачем ты раздевалась? -- Шипя не хуже гадюки, вопрошал у меня Уил, пока я в спешном порядке натягивала безрукавку и штаны.
      -- Никак не могу привыкнуть к тому, что одежда превращается вместе со мной. -- Вновь прижимая уши, отозвалась я.
      -- Она превращается без остатка! -- Обернулся ко мне парень. -- Тебе в этом отношении крупно повезло: у обычных зоанов одежда остается на месте, просто деформируется вместе со всем телом. Какой смысл тогда так делать, не понимаю. -- Он сокрушенно покачал головой.
      -- Ладно, побузили и хватит. Что тут у нас? -- Любопытно высунувшись из-за скалы и поправляя бандану, обвела взглядом открывшуюся картину: бухта, пара кораблей с черепушками и море огней.
      -- Незамеченными туда не пробраться. -- Покачал головой Уил, рассматривая шатры на поляне перед бухтой. -- Чёрт, достаточно трудно импровизировать, находясь в такой заднице!
      Сам же так захотел, не?
      -- Там явно собрались главари. -- Потянула носом воздух. Пахло вином, потом и чем-то едким, от чего в носу зачесалось и потянуло чихать. -- Обычный народ и на корабле может переночевать... Ааа... -- Вознамерилась я чихнуть.
      -- Тише! -- шикнул на меня Уил. Однако, было поздно -- к нам вышло несколько человек с ружьями, предварительно наставив их на нас.
      -- Апчхи! -- Уже не скрываясь, чихнула я во всю мощь. Всей компанией послушав получившееся эхо, что еще несколько секунд гуляло по бухте, мы вновь уставились друг на друга.
      -- А вы еще кто такие? -- Удивленно раздалось с их стороны.
      -- Д-дозор... -- Заикаясь, выдал Уил, пойманный с поличным.
      -- А что вам тут нужно? -- Грозно спросил тот же мужчина, удобнее перехватывая винтовку.
      -- Испытание на храбрость, -- звук взводимого курка. -- И сухие штаны.
      -- Мы проходим испытание на храбрость. -- Наконец, сориентировалась я. -- Мы новенькие на Елене, и поспорили с товарищами, что не испугаемся вас.
      -- А зачем вам именно сюда пробираться? -- уже более миролюбиво поинтересовался мужчина. Что, впрочем, не помешало ему продолжить держать ружье у меня перед носом. Как же порохом воняет...
      -- А... эм... взять выпивку. Одну емкость, как подтверждение. -- Ничего умнее не смогла придумать я. Мгновение и часовые разразились громким хохотом, чьи отголоски начали гулять по бухте, споря с мои чихом по громкости. 
      -- Эй, что там у вас? -- Донеслось с соседней скалы. Еще несколько человек выглянуло с другого бока. Через пару минут мы оказались в центре внимания одной маленькой армии.
       Чёрт, да сколько же их тут?! Где был мой мозг?!
      -- Это что, всё часовые?! -- Уил совершенно искренне удивился.
      -- Парень, это мы должны удивляться тому, как вы тут оказались, -- искренне посмеиваясь, ответил ему мужчина. -- Но да, это все мы. Чёрт, как вы смогли только пробраться? Уму непостижимо! 
      Расслабившись, они убрали оружие за спину. Уил незаметно перевел дух, а я стала лихорадочно продумывать новый план. С таким количеством народа наша маленькая команда явно не справится. Да и местность тут довольно удобная для защиты: пираты могут сколько угодно отстреливаться от нас, просто сидя у себя дома и попивая пиво в перерывах между выстрелами. Нужно что-то новое, вот только что? И еще довольно-таки интересно, сколько их в городе и, как они отреагируют на наш визит, как проверки? Чёрт, не вовремя же я начала волноваться, ой, как не вовремя. Колени, а ну, место! Сама в гущу полезла, вот и разбирайся теперь!
      -- Анта, -- позвал меня Уил. Резко вздрогнув, я удивленно подняла на него глаза. -- Хватит в облаках витать -- ребята приглашают нас пропустить по паре кружечек вина, как отличившихся в диверсии. Мы у них первые, кто дошел так далеко, остальных еще на подходе ловили. Вставай, не тормози!
      -- А? Ага, -- ошалело отозвалась я, поднимаясь и идя следом за ними. Парни впереди весело о чем-то болтали, время от времени принимаясь громко смеяться. От обилия ненормативной лексики начинало закладывать уши. Особым удивлением было то, что сам Уил не отставал от них.
      -- Эй, красавица, тебе сколько годков-то? -- Вежливо подкатил ко мне кустик с мужским голосом. На мой обалдевший взгляд, он зашуршал и изнутри показался патлатый дядька, с широкой улыбкой в пол-лица. -- Маскировка такая, не удивляйся.
      -- Кустик на скале? Издеваешься, что ли? Тебя же с первых секунд заметят!
      -- Вот потому-то и не заметят меня самого, только маскировку! 
      -- Хех. Это что-то типа "хочешь стать незаметным -- стань под фонарем", да?
      -- Ага, -- довольно кивнул он, окидывая меня цепким взглядом. -- Ну, так сколько лет тебе?
      -- Посадят, дядя. -- Ускорила шаг я.
      -- Я ж пират, мне это поровну, -- заржал он, догоняя. -- Но ладно, намек понял. -- И, не дав выдохнуть спокойно, звонко шлепнул по попе. Сзади весело засвистели и заулюлюкали. Гневно сверкнув глазами в его адрес, я отправилась мстить. Будет еще какая-то пиратская шваль мне попу портить! Я ему все веточки пообдираю, сука патлатая!
      В шатер я попала только спустя десять минут.
      -- О, Анта, ты где там пропадала? Опять заблудилась, что ли? -- Уил удивленно вскинул брови, наконец, рассмотрев меня во всей красе. А я, все еще гневно пыхтя, висела носом вниз, руками и ногами обхватив руку пирата, что посмел на меня ее поднять. Пират, явно не испытывая никаких трудностей, просто брал и качал рукой со мной во все стороны, явно веселясь. Как чайный пакетик, сука! Я не отцеплялась, впрочем, брезгуя кусаться и просто желая удушить его. За руку. Багровые от смеха на заднем плане пираты лишь держались за животы и время от времени повизгивали от счастья. Ничего, воздастся вам по делам вашим.
      -- Боб, хватит уже над курсантами издеваться. -- Укоряюще посмотрел в его адрес один из мужчин, что находился в шатре. 
      -- А что, она первая начала! -- поспешил наябедничать Боб, стараясь не смеяться в голос. -- Я ей только комплимент сделал! Честное слово, больше ничего! -- Принялся строить невинные глаза мужчина. Я снизу только прорычала, сильнее обхватывая конечность. 
      -- Знаю я твои комплименты: половина портовых девок жаловалась в прошлый раз на отбитые задницы! -- Парировал собеседник. Боб надулся и прошел к свободному месту, по пути скидывая меня в кучу тряпок. Резко подскочив, я гневно зарычала в его адрес -- мне сделали пальцами козу и пару неприличных жестов.
      Только не злись, только не злись: фруктовика они могут и задрать. Я денежное существо на черном рынке, помню.
      -- Анта, подь сюда, харе доставать брата-моряка. Рискуешь, -- утомленно прикрикнул кто-то со стороны Уила. Еще раз, блеснув глазами в адрес обидчика, я подошла к лейтенанту. Тот приглашающе хлопнул рукой по месту рядом и протянул кружку с пойлом. 
      -- Что ж, господа, сегодня тот знаменательный день, когда до нашей тайной базы смогли-таки добраться два вражеских лазутчика! -- Под дружный хохот начал один из присутствующих, подняв свою кружку к потолку. -- Так давайте же выпьем за бравый Дозор, что, наконец, смог получить в свои ряды столь талантливых и, несомненно, пронырливых, ребят! Ура! -- Если бы не нервно дергающийся глаз лейтенанта я бы подумала, что ему действительно весело. Удивительный все же он актер. И, хороший, как я успела понять. Мне бы такую выдержку.
      А потом пираты устроили пьяную вечеринку. Вино лилось рекой, где-то горланили песни. Из какого-то отдаленного шатра доносились, ничем ни скрываемые стоны, заставляющие невольно краснеть и злиться. Хорошо, что алкоголь в крови сделал свое дело, и моя перемена цвета не так сильно бросалась в глаза. Однако от Уильяма я не отходила, ибо пираты нет-нет, да косили взглядами в мою сторону. Черт, что у пьяных может быть на уме, догадаться не сложно. 
      А эти гады решили покрасоваться, устроив что-то наподобие боя на мечах. Шустро организовав большой круг, они выпустили в середину двух бойцов, которые принялись кружить друг напротив друга, пока только пробуя противника.
      -- Леди, не хотите ли прогуляться под звездами? -- Дождалась. Сердце резко сжалось и отказалось нормально биться, когда нам моим ухом прозвучал чуть хриплый голос, обдавая запахом перегара, табака и еще чем-то, не поддающемся классификации. Одно дело пьяная матросня в порту, которая искренне хорошо относилась к девушке-курсанту и просто рассказывала разные случаи из жизни, не пробуя затащить в койку или ближайший переулок. Были, конечно, пара психов, чьи носы после представляли собой раздавленный помидор, но не более. Другое дело пьяный пират.
      -- Извините, но нет. -- Да кто меня там слушать станет? Быстро утянув в сторону от шумящей компании, меня буквально на ходу облапали и, недовольно царапнув ногтями застежку бюстгальтера, запустили руку под него, сжимая грудь, попутно второй рукой ощупывая попу. Тут-то веселье и закончилось -- мужчина замер, пока еще непонимающе проводя пальцами по копчику и основанию хвоста. На это и был мой несколько пьяный, но удивительно точный расчет -- перестав изображать жертву насилия, я быстро ударила мужчину в пах, после, когда он скривился, под дых, вырубая до утра. Еле сдержалась, чтобы не убить. Оттащив тушку в кусты, оглянулась вокруг, для себя решив, что геройствовать в одиночку не буду.
      Пошатываясь, вернулась обратно, ловя на себе заинтересованно-любопытные взгляды разношерстной толпы, что все так же продолжала наблюдать за поединком в центре круга. Двое мужчин, один из которых был примечателен странной прической, эдаким зачесанным вперед чубом-помпадуром, кружили, уже совершенно не шутя, атакуя друг друга. Подсечка, удар, подножка -- пираты дрались так, будто встретили реального противника, а не своего товарища по команде. Моряк из порта говорил как-то, что байки о пиратском раздолбайстве на корабле, всего лишь байки. Дисциплина там превыше всего, и поэтому команда еще и друг другу товарищами приходится, а не просто зверями, с жаждой золота и убийства. Не всегда, но в большинстве случаев. Поэтому мне сейчас было несколько странно смотреть на то, как покрытые царапинами и разрезами, двое мужчин продолжали кружить по отведенной им поляне, хищно глядя друг другу в глаза. Товарищи же, или, все же, у них это немного иначе?
      Резкий рывок вперед я не пропустила. Обманный удар мечом и, последующую подсечку увидела. А вот миг, когда клинок противника улетел вдаль, воткнувшись возле ног первого ряда зрителей, заставив тех отскочить на задние ряды, а сам проигравший распластался на земле, удивленно глядя на улыбающегося мужчину с нелепой прической, поймать не смогла. А тот подал ему руку, помогая встать. После, придерживая друг друга и смеясь, они направились куда-то вдаль, на ходу отпивая от поданных им бутылок с непонятным пойлом. Запах крови еще стоял в воздухе, будоража хмельной разум, что все еще не отошел после стычки с пиратом. Нужно идти спать. Под боком у того, что не видит во мне промежность на ножках. Или лучше своего лейтенанта поискать?
      Утро удивилось, встретив меня стоящей на четвереньках возле дальнего куста. Уметь пить -- талант, который у меня, в какой-то мере, присутствовал. Безразмерный желудок -- вот что мне не было доступно. Оставив, благоухающих ароматами перегара, пиратов в шатре, я предавалась унынию в гордом одиночестве. Уил, отключившийся в середине второго тайма пьянки, вероятно на уровне подсознания понял, что так он сможет спастись от утренних проблем. Наконец, решив, что на этом хватит и, вылезая из кустов, я начала размышлять над дальнейшим планом действий, попутно обходя лагерь. Команда по расчетам прибудет через два дня. Значит, еще день-полтора в запасе. И, раз уж мы попались, это время нужно как-то прожить. Оставаться в пиратском логове нельзя: два курсанта отлынивающих от службы выглядят подозрительно, пусть они и проходят так называемый тест на храбрость. Да и опасно -- вдруг, решат избавиться, продав какому-то вельможе? Да и битый мною мужичок где-то тут валяется...
      -- Юным ледям не следует в одиночестве гулять по притонам пиратов, -- медовым голосом обратился ко мне буквально выросший из-под земли мужчина. Одетый в поварскую форму Дозора и с саблей на боку, он показался мне знакомым -- рыжие волосы, зачесанные наперед в один большой чуб. Косой шрам от брови до щеки, идущий через висок с левой стороны лица, резко напомнил мне о Гарпе. Зеленые глаза с прищуром смотрели насмешливо и пытливо. Точно -- вчерашний боец! 
      -- Вы... дозорный? -- несколько удивленно отозвалась я, рассматривая его.
      -- А, вы имеете в виду одежду? -- Он приподнял уголок криво повязанного на шее желтого платка. -- Нет, что вы. Просто очень удобно. Да и готовить я люблю, чего таить. -- Мужчина усмехнулся, не сводя с меня насмешливо-любопытного взгляда. 
      -- А, понятно. -- Кивнула я головой, не зная, куда деваться, и чувствуя, что сейчас покраснею. -- А я тут рассматриваю всё. Очень интересно знать, как живут пираты! -- Решив играть восторженную дурочку, пропела я, шире открывая глаза и улыбаясь. Кажется, мужчина поверил, мягко улыбнувшись в ответ и переводя взгляд на бухту.
      -- Пираты, обычно, живут в море. Так что, это не жизнь, а просто прозябание. Да еще и такое нелепое. -- Не слишком ласково проговорил он, поглядывая на меня краем глаза. Я удивленно склонила голову на бок, слушая его. Тут и переиграть с удивлением не получится: его фраза звучала странно.
      -- Разве вы, как один из здешних, не довольны той жизнью, которая есть?
      -- Как один из здешних доволен, -- покладисто согласился он.
      -- А... не как... -- начала было я, поймав в его словах что-то ускользающее и силясь понять, что именно меня так насторожило.
      -- Анта, вот ты где! -- Подбежавший Уил буквально повис на мне, не дав закончить фразу. Мужчина удивленно перевел на него взгляд, отступив в сторону. Резкое движение в сторону рукояти сабли я предпочла не заметить.
      -- Что такое, братишка? Ты как-то странно выглядишь. -- Немного с издевкой поинтересовалась у него я. 
      -- Нам пора обратно, а то начальство скоро хватится. Вот, бутыль с вином, поворачиваем к дому. -- Продемонстрировав мне емкость, отозвался он. 
      -- А? Ладно. Я тут с пиратом разговаривала... -- Повернувшись в сторону мужчины, проговорила я. Однако, того нигде не было. -- А? Где же он? Тут стоял... -- Повернулась я к парню, уже перестав играть и полностью выражая переполняющее меня удивление. Тот поморщился.
      -- Тут везде пираты, забыла? Валим, всё. -- Потащил он меня в сторону едва заметной тропинки.
    
   Внедрение
  
         Эл и Мар как-то говорили, что весь этот мир -- одна большая и добрая сказка, про дружбу и взаимопомощь. Конечно, есть множество приключений, порой, крайне опасных, но именно в них друзья и становятся таковыми. Общие враги, прохождение уровней и повышение прокачки. Опыт игры в команде и, под конец, приятные бонусы.
      И я хочу сказку. Я согласна на все эти накаматерапии, на дружбомагию и прочие чудеса наивных и доверчивых пташек. Только пусть никто больше не погибнет, а? Автор всего этого создавал историю с приключениями и дружбой. А выходит так, что всего этого не особо и много. 
      Пираты, такие пираты -- грабеж, убийства и принижение тех, что слабее и безвольнее. Вроде бы, всё верно. Но, где же тогда сказка, которая, в общем-то, из-за них и о них? Где добрые люди, вышедшие в море ради приключений и ради остроты ощущений, вывесившие эту осточертевшую черную тряпку, гордо зовущуюся пиратским флагом? Почему они не придут и не помогут? По сюжету рассказанному Элом, они обязаны прийти и всех спасти.
      Верно. Не помогут. А всё потому, что реальность. Гребаная реальность диктует свои условия, заставляя падать в грязь который раз по счету и, глотая сопли вперемешку с дерьмом, либо вновь подниматься и бороться, либо покорно подставлять зад для ебли. Слабые миру не нужны. Слабые нужны лишь для того, чтобы существовали сильные, оттеняли их. Они существуют для того, чтобы была разница: добрые и злые. Добрые в этот момент не тут, они где-то там, за правду и справедливость жопы рвут.
      Да только и тут своя проблемка -- добрым не обязательно быть, находясь только на определенной стороне. И от этого еще больнее, ибо разделить лагерь на черных и белых гораздо проще, чем выделять отдельных. Дерьмо рода человеческого есть везде.
      Значит, нужно выбирать, то, как жить. Какие идеалы нести и какую игру и роль в ней играть. Есть Дозор и пираты. Добро и Зло, что могут в мгновение ока поменяться местами, заменив друг друга. Так не раз уже бывало -- тот же Зефир. Он тренировал нынешних Адмиралов, был хорошим другом Гарпу и Сенгоку. Только предали его. Свои. Теперь он по другую сторону, и не сказать, что и там несет зло. Только понятие справедливости у него стало грубее: преступник должен быть мертв. Тюрьмы -- блажь для богатых, которым некуда деньги девать. В чем-то прав.
      А Зло, которое преследуемо, все ли оно Зло? Тот же Белоус, исключение, будь он неладен -- мы были на одном из островов украшенных его клеймом. Тамошние жители его любят. Он помог, он защитил. Он принес надежду. Какое же Добро, все же, интриган и сумасшедший -- так закручивать сюжет и попадаться в самых несуразных местах. Гениально.
      Только понимая всю картину, можно сделать верный выбор. Я, зная все, частично даже наперед, так и не могу увидеть ее всю. Создавший все это гений. 
      Выбрав сторону Дозора я, все же, считаю, что поступила верно -- теперь уже соглашаясь с той судьбой, которую мне навязали. Дети, что рядом со мной -- я не хочу их терять по глупости. Города, в которых я бываю -- я должна их защищать. Потому что сильная, потому что старше. И не на те утерянные несколько лет, нет. Я родилась на несколько эпох позже, я знаю больше. Я обязана и всё тут. И я обязана сохранять чистоту той гребаной надписи на накидке, которую мне приходится носить. У кого-то пиратское клеймо, а у меня эта надпись. Ненавистная до разбитых костяшек и сломанных костей и столь же любимая и уважаемая. Потому что Добро. Потому что держаться на плаву гораздо труднее, не бросая все на самотек и опуская руки падая во Тьму. Потому что так надо. Просто "надо".
      И пусть все эти гребаные твари умоются своей кровью. И пошли нахрен те Йонко с Шичибукаями и Правительством. Я стану сильнее. Потому что слабые тут, рядом. И нельзя, чтобы сильные их обижали. Все просто и по-детски понятно. Только масштаб побольше, ага.
      -- Эй, капитан, выйди из сумрака, мы почти пришли. -- Подергал меня за подол безрукавки Уил. В своих размышлениях я и не заметила, как мы прошли лес и половину города, стоя теперь напротив верфи.
      -- Гляди, кораблик Дозора. -- Вскинула я брови, рассматривая судно. Незнакомый отличительный флаг, вздрагивающий на легком ветру, указывал на какую-то Базу. Только неясно какую -- я не особо углублялась в изучение всей этой геральдики, даже не предполагая в свое время, что меня зашвырнут в руководящие посты. 
      -- Это с дальней части Гранд Лаин, если мне не изменяет память. -- Прищурился Уил. -- Кажется, тут даже несколько Баз, гляди, за парусом затаились -- там еще три ниже прикреплены. О, один знаю -- База Фокс. 
      О, мы опять выяснили, для чего нужны лейтенанты -- отдельный носитель памяти!
      -- Пираты баяли, что мы не первые, кто к ним пробирается с этим тестом на храбрость. -- Почесала я за ухом, утягивая парня дальше, к виднеющемуся вдали огромному сооружению. 
      -- Тогда, думаю, сможем пробраться и влиться в строй. -- Уверенно кивнул он, теперь уже меня таща на буксире. Мне бы такую храбрость, чтобы не тряслись колени...
      В городе было тихо. Незаметно сновавшие по подворотням, тени мигом разбегались, стоило нам попасть в их поле зрения. Тихий шепот пробирал до мозга костей, своим хором не давая ухватить хоть что-то понятное. Где-то, на грани восприятия, плакал ребенок. Сиделка пыталась его успокоить, но дитя, вероятно, не хотело облегчить ей долю, стараясь во всю мощь.
      -- Хм, какое... помпезное сооружение, -- несколько обескураженно отозвалась я, созерцая главное и единственное здание Дозора на этом острове. Внушительные входные ворота были открыты нараспашку, створки вросли в землю, порастя травой. Огромный внутренний двор, с фонтаном по центру, в котором стояла чья-то скульптура. Множество лавочек возле здания и по краям территории. И, наконец, жилой комплекс -- большие входные ворота, центральный блок и два расходящихся от него крыла, с дверьми поменьше. Три этажа, куча резных балконов и вычурно отделанных окон. Да и само сооружение отличалось огромным количеством лепнины -- какие-то девушки в неглиже, боевые сцены, всадники...
      -- Зато, теперь прекрасно видно, куда идут все денежки, -- приняв добродушное выражение лица, отозвался Уил. Я последовала его примеру, и мы быстро пересекли площадку, нырнув в здание, по указателю направившись к казармам. Видимо, заблудиться тут не трудно... Встретили нас удивленно: обширный холл, откуда шло несколько дверей, из-за одной из которых доносились аппетитные запахи, был полон студентов, что зевали и потирали сонные глаза.
      -- Дан, гляди, новички вернулись! -- громогласно сообщил один из них другому, указывая на нас пальцем.
      -- Оп-па, селедки, вы еще живы? Что-то я вас не помню. -- Некто, по-видимому, Дан, подошел к нам, издевательски прищурившись. -- Не особо хорошо смертничков запоминаю.
      -- Тогда, на всякий случай, посмотрись еще раз в зеркало, мало ли, -- отозвалась я, меланхолично рассматривая окружающих.
      -- Это кто тут такой борзый? -- Косо улыбнулся он, под одобрительные смешки воспрявшей публики.
      -- Борзый здесь только один, и это ты. Я солдат Дозора, к чему ты очень далёк. -- Уил крякнул от неожиданности, слушая меня. Если что-то менять в себе, то лучше начать сейчас. Курсанты на заднем фоне радостно заулюлюкали, ожидая ответного хода Дана. Тот, зло сморщившись, вплотную подошел ко мне.
      -- Что, шавка, притащила сувенир от пиратов и рада? Понравилось то, как тебя драли?
      -- Судя по тому, что ты спрашиваешь, у тебя самого есть особо интересные воспоминания на эту тему? Ты хоть понравился мальчикам, а? -- Ступила на опасную дорожку я.
      -- Сука. -- Не выдержал он, поднимая кулак. Однако был остановлен, по-видимому, своим товарищем. 
      -- Успокойся, Дан. Они сделали так, как мы хотели -- теперь они свои. Оставьте разногласия и идем на построение. -- Подмигнул он нам. Дан, зло выдернув руку из захвата, обернулся ко мне.
      -- Еще сочтемся, сука. -- Боже, как стандартно! Я грустно вздохнула, понимая все очарование ситуации. 
      -- А кувшинчик отдайте, мы его на полочку поставим. С подписями у нас еще не было. -- Подскочивший к нам очкастый паренек аккуратно забрал посудину. 
      -- Так, что-то я не помню вас. -- К нам подошла темноволосая девушка с журналом в одной руке и пером в другой.
      -- Мы не попали в общий регистр: приказ на наш перевод пришел очень поздно, поэтому мы, как бы, зайцем приехали. А на сам корабль с дальней Базы перенаправили. -- Усмехнулся Уил, приветливо глядя на нее.
      -- Еще один подобный взгляд в мою сторону, и я оторву тебе член, -- не отрывая головы от журнала, отозвалась она. Уил вскинул бровь, удивленно глядя на нее. Я оторопела.
      -- Я не имел в виду ничего плохого, просто правила вежливости... 
      -- Попытка оправдаться только подтверждает вину. -- Она что-то черканула и, наконец, подняла на нас взгляд. -- Как вас зовут. По форме.
      -- Уильям Моркрафт, курсант с Базы Фокс.
      -- Анта Дрого, курсант с Базы Фокс.
      -- Отлично, значит, зовут вас Моркрафт и Дрого? Замечательно. -- Едко улыбнулась она и, как только мы попытались возразить, припечатала. -- Вы что, первый день на свете живете? Что, привыкли, что за вас все делают, а вам только и остается в потолок плевать? Запомните, не будет такого!
      -- Да замолкни ты уже. -- Вяло выдохнула я, поворачиваясь к ней спиной и утягивая Уила за собой. -- Ты же не первый день живешь. Вот и оформи правильно, зря, что ли, писарем устроилась?
      -- Если считаешь, что поставив Дана на место, ты чем-то прославилась, то глубоко ошибаешься. -- Откинула она волосы за спину. -- И не таких тут видели.
      -- Я приму к сведению. -- Кивнув ей, повернулась я на выход.
       По сравнению с ней, наша Маришка вообще верх вежливости.
      На построение к нам лично вышел сам Франц Бутер, на проверку оказавшимся лысоватым коротышкой с обвисшим пузиком, упрятанным под богато расшитый камзол, с накидкой капитана поверх. Пара секретарш с умопомрачительно длинными ногами, обутыми в туфли на высокой шпильке, спорящими по своей значимости, разве что, с глубоким декольте, из которого выпрыгивала высокая грудь да короткими юбочками-карандашами, довершали образ состоятельного папика-мафиози. Кажется, нашей Сачи придется постараться, отвлекая внимание на себя. Пока мужская часть населения поедала их взглядом, а женская ревниво вздергивала носики, Бутер, важно пройдя туда-сюда, поздравил новобранцев со сдачей внутреннего экзамена и вступлением в ряды Дозора и под его крыло. Особенно, под его крыло. Оторвавшиеся от созерцания секретуток, дозорные радостно отозвались, что рады служить его светлости. На этом парад и окончился -- мы толпой устремились в столовую, где, быстро получив свою порцию еды, расселись за столы. Разделившись с Уилом, мы быстро нашли себе новых жертв для беседы, ненавязчиво расспрашивая о здешней жизни.
      -- Короче, не будете соваться, куда не следует, и в точности выполнять задания, данные командованием, не отвлекаясь на детали и не споря, и закатаетесь как сыр в масле. -- Устал отвечать на вопросы избранный мною боец, оканчивая завтрак и спешно удаляясь. 
      Итак, что мы имеем: секция, выходящая к морю, закрыта от посторонних и просто так, скажем, заблудившись, в нее не попасть. Моя жертва крайне неохотно отвечала о ней, так что, вывод можно делать, опираясь скорее на интуицию, нежели на полученную информацию. Наблюдение через улиток определенно точечное, все по записи и часовому довольствию: ден-ден муши действительно было немного и все были наперечет. Но, это кто еще знает, сколько их на самом деле. Не уверена, что такой человек, как Бутер, так легкомысленно отнесется к окружению. С его-то родом деятельности... Я просто уверена в том, что не все так радужно, как рассказывают. Главари находятся в центре здания, на последнем, третьем этаже. Капитан Базы Дозора -- Бутер, его помощник и заместитель Голем, еще несколько особо приближенных офицеров, да та пара секретарш. Кстати, о них: поговаривали, что дамочки с секретом. Каким -- неизвестно, но сунувшихся к ним потом еще несколько недель держали в лазарете, складывая, как конструктор Лего. Похоже, он нашел себе либо Рембо в юбках, либо фруктовиков. Про пиратов здесь знали, водили с ними дружбу, не стесняясь никого и ничего. Местное население молчало и не пыталось вступать в споры: пару раз заглянувшие в город пираты быстро подправили количество свободных граждан. Дозор и не пошевелился: всем платили, все были довольны. 
      А вот что было с недовольными, я узнать так и не успела, а жаль. Уныло подперев щеку рукой и меланхолично помешивая чай в кружке, я лениво думала о планах на будущее.
      -- Эй, сестренка, ты тоже новенькая, да? -- послышался веселый голосок. Обернувшись, я нос к носу столкнулась со взъерошенным темно-русым парнем, улыбающемся во все тридцать два зуба.
      -- А, да. Я Анта, а ты? -- встрепенулась я.
      -- А я Харута, рад знакомству! -- Весело засмеявшись, протянул он мне руку для пожатия. Так же улыбнувшись в ответ, я пожала прохладную ладонь. Шершавая, как будто он каждый день тренировался с мечами или... лазил по канатам. Стоп, что за не вовремя пришедшая паранойя? Когда бы такой мелкий мог бы успеть на корабле побывать матросом? Кто бы его взял?
      -- Эм, сестренка, может, отпустишь уже руку? Я тоже рад, что у меня появился товарищ по оружию. -- Подмигнул мне он, указывая на руку. Спохватившись, я отпустила, и только потом начала обдумывать смысл его слов. Да что за утро такое, а? Одни двусмысленные фразы!
      -- Извини, меня иногда уносит в дали. Ты не знаешь, чем сейчас нас загрузят? -- Во все глаза уставилась на него я. Загоревшее личико приобрело задумчивое выражение. Такой загар бывает только на море, уж я то знаю. Обветренная шкурка, проворность ящерки -- по берегу шляясь такого не получишь, а вот по канатам лазить -- самое оно... Паранойя, привет, подруга. Ты привела с собой подозрения и догадки? Что ж, рассаживайтесь поудобнее, сейчас пойдет увлекательный сериал со мной в главных ролях.
      -- Кажется, ничем. У нас сегодня и завтра выходные, а потом начальство что-то придумает, наверное. Тут спокойное место, жители города не шумят, пираты не лезут, ну, ты понимаешь. -- Подмигнул он мне, как-то странно сверкнув глазами. Я бы сказала, что с отвращением, но все можно было легко списать на освещение и так не вовремя разбушевавшуюся фантазию. 
      -- Хм, может, тогда устроим экскурсию по Базе? Я не особо успела рассмотреть здешнюю архитектуру -- уж слишком большие размеры у сооружения. -- Решила сменить я тактику. Прогуляться с Уилом это, конечно, было бы лучше, однако посторонний любопытный взгляд может что-нибудь, да ухватить.
      -- О, я тоже об этом подумывал! -- Подпрыгнул он на табурете. После, схватив за руку, буквально на себе вынес из столовой, не дав и чай допить. Уил удивленно проводил меня взглядом, впрочем, не отрываясь от беседы с каким-то парнем постарше.
      Оказавшись чуть ниже и, похоже, младше, Харута уверенно вел меня по каким-то проходам и ходам.
      -- А куда мы идём? -- не утерпела я. 
      -- Туда, откуда начнем экскурсию, -- уверенно отозвался он, сворачивая к двери с большой табличкой.
      -- Эм, "Управление ден-ден муши"? А ты умеешь выбирать достопримечательности. -- Одобрительно кивнула я головой, отворяя дверь. Оттуда на меня уставилась дюжина глаз, немигающих и внимательных. Вылетев обратно и впечатав Харуту в стену напротив, я принялась судорожно дышать, привалившись спиной к злополучной дверке.
      -- Сестренка, ты чего? -- простонал парень, хватаясь за голову.
      -- Там. Улитки. Глаза. Офигеть сколько! -- Резко выдыхая, отозвалась я. Пару секунд переваривающий информацию, Харута лужицей стек на пол, хихикая и подвывая. Я обидчиво на него уставилась, надув губы.
      -- Сестренка боится ден-ден муши? Ох, не могу... -- Счастливо простонало снизу.
      В коридоре послышались шаги. Я удивленно повернулась в ту сторону, отстраненно замечая, как напрягся смеющийся до этого паренек. Из-за угла показался Уил в компании с парнем, с которым до этого сидел за одним столом.
      -- А что вы тут делаете? -- удивленно уставились они на нас.
      -- Экскурсия. А вы? -- Насуплено посмотрела на них я. Незнакомый парень удивленно переводил взгляд с меня на Уила и на Харуту. 
      -- Тоже. А почему это вы так... -- Он пригляделся к записи за моей спиной. -- Анта, ты опять за старое?
      -- Братишка, прости: я паровозик, который не смог. -- Наклонив голову и стыдливо пряча заалевшие щеки за прядями волос, отозвалась я.
      -- Хм, при чем тут море-поезд? -- он удивленно посмотрел на меня. -- Ладно, иди, гуляй дальше, я тебе потом перескажу. Не расстраивайся. 
      -- Угу. -- Понуро кивнув головой, я направилась дальше по коридору. Подскочивший Харута заспешил следом, заглядывая, время от времени, мне в лицо.
      -- Ты что, действительно боишься ден-ден муши? -- его удивлению не было предела. По-моему, уже можно было понять...
      -- Ну, понимаешь, я не могу нормально воспринимать зубастую хрень, с большими глазами и возможностью говорить, -- попыталась объяснить я.
      -- Сестренка, под твое описание сейчас попало все говорящее население мира. -- Усмехнулся он.
      -- Да, я боюсь этих гребаных улиток! Доволен? -- Вспылила я, оборачиваясь к нему. Закушенная губа и неимоверное любопытство с какой-то задумчивостью во взгляде были мне ответом. Отвернувшись обратно и злобно фыркая, я поспешила вперед, идя, куда глаза глядят. 
      -- Эй, подожди! Давай, сходим на третий, туда, где начальство живет. Говорят, у них там очень красиво. -- Предложил он, нагнав у ступеней. Я покладисто согласилась, расстроившись в себе окончательно.
       К обеду я могла сказать только одно: денег, отданных на отделку внутренних и внешних помещений, хватило бы на годовое содержание города, что был рядом с Базой. К ужину я признала, что архитектор тоже не зря стребовал огромный гонорар за свою работу -- столько помещений в неожиданных местах с еще более неожиданным дизайном, точно стоили не мало. Выяснить удалось не многое: комната с капитаном была заперта с табличкой не беспокоить, секретарши были заняты и неприветливы даже к обаятельному Харуте, заместитель был у капитана. Офицеры отлучились по своим делам -- как поговаривали бывалые дозорные, ушли к пиратам в бухту. 
      Скрепя сердце я не смогла не признать, что паренек буквально спас меня -- неимоверная энергичность и широкая улыбка помогли собрать хоть какие-то крохи информации, которые я сама в жизни бы не достала. Ну, легальным образом. А так, еще и чай у завхоза попить умудрились. С печеньками.
      -- Слушай, мне вот все интересно, а куда делись все те недовольные нынешним режимом? -- сидя вечером на скамейке во дворе, шепотом полюбопытствовала я. Ввиду моей фобии, мы выбрали лавочку вдали от улиток со способностью следить и, применив Волю Наблюдения, я могла смело сказать, что рядом не было никого живого, способного подслушивать. Что, впрочем, не мешало мне спрашивать шепотом.
      -- Продали в рабство? -- небрежно предложил парень, поедая ватрушку.
      -- Всех? Поговаривают, что тут и офицеры были, которым не понравилось самоуправство нового главы. Их нельзя в рабство, а ну, как узнают дозорные, что будут рядом? Поговаривают, что на Сабаоди, где обычно проводят аукционы с живым товаром, Дозор сквозь пальцы смотрит на дела. Но, а вдруг? Тогда же скандал будет...
      -- Хм, ты права. -- Встряхнулся парень, доев лакомство и облизывая сладкие пальцы. Свою ватрушку я прикончила еще раньше и сейчас, развалившись на лавочке, сонно смотрела в звездное небо. -- Наверняка, тут есть что-то типа тюрем. Должны же, в конце концов, тут где-то заключенных держать?
      -- Должны, -- покладисто кивнула я, улавливая легкое шуршание. Мягко потянувшись, я села, поворачиваясь к парню и показывая, то ему за спину, то на ухо. Тот на удивление понятливо кивнул головой, даже не напрягшись.
      -- Эх, хорошее тут место, -- улыбаясь, отозвался он, растекшись на лавке. Я тоже вернулась обратно, закинув голову на спинку и продолжая наблюдать за мерцанием звезд. -- А какие у него секретарши -- ух! 
      -- Ты еще мелкий, чтобы подобные заявления делать. -- Смеясь, одернула его я, улавливая приближающееся шуршание. Улитка, чтоб ее. -- Эта чертова фобия меня не отпускает, -- прозрачно намекнула ему я.
      -- А знаешь, просто представь себе ненадолго, как ты борешься с ней, -- немного помолчав, предложил он. Я повернула к нему голову, наблюдая за сосредоточенным профилем. 
      -- Эм, это как?
      -- Ну, -- он поверну голову ко мне. Глаза удивительно серьезно, для такого мелкого паренька как он, смотрели на меня. -- Представь, как ты ее солью посыпаешь. Улитки не любят соль.
      Глядя на мои расширившиеся от удивления глаза, он усмехнулся. Я опять села на лавке, повернувшись к нему лицом. Тот, вздохнув полной грудью, поднялся на ноги. 
      -- Я не шучу. С фобиями нужно бороться, мало ли, кто знает, что там, в будущем? -- Он потянулся всем телом, подняв руки над головой. 
      -- Ладно, возьму на заметку. -- Так же поднимаясь и потягиваясь, отозвалась я. -- Соль, например, носить с собой буду.
      -- И метать ею на любой подозрительный шорох? -- едко улыбнулся он.
      -- Ага, именно, -- уверенно кивнула я. Маскировка маскировкой, а идея, скажем так, веселая. Братья Винчестеры могли бы мной гордиться. Харута, покачав головой, махнул рукой в направлении входа в здание.
      -- Идем, спать пора. Кто знает, что нам день грядущий готовит? -- загадочно блеснул он глазами. Я приподняла брови, наблюдая за тем, как он скрывается в темноте арки. Спать, так спать. 
  
   Да начнется действие
  
         -- Живо подъем!! Строиться! -- как гром среди ясного неба прозвучало в помещении. Резко подскочив на кровати, я ошалело уставилась на девушку-комендантшу, что бегала по комнате и сдергивала одеяла с игнорщиц. -- Подъем, к нам проверка из Маринфорда приплыла!
      Маринфорда? Ах, ну да -- документы-то Гарп подписывал с подачи Сенгоку. Я и забыла. Подъем, лежебоки, нужно начинать трястись от страха. Сейчас будет большой пиздец.
      Быстро заправив кровать и одевшись, я бросилась к выходу из женской части казармы, на ходу приглаживая волосы и заплетая косу. Бандана, что скрывала длинные уши, сползла на нос и только чудом не открыла всем мой секрет. А о том, как неудобно было хвосту, замаскированному под объемный ремень, и говорить не хотелось. Столкнувшись в коридоре с Уилом, обменялась встревоженными взглядами: ребята прибыли вообще раньше положенного срока, отправив коту под хвост все планы на какую-либо подготовку. Уил успокаивающе кивнул головой -- если они кричат о Маринфорде, значит, не тронут ребят. Проверка более чем официальная, не подделаешь, не скроешь. Если гонцы исчезнут с радаров -- придут другие. И, уже не проверять.
      И вот, высыпав наружу, мы быстро выровнялись в две шеренги по разные стороны от входной двери. Пробежавший мимо Бутер судорожно поправлял свой камзольчик и плащ. Секретарши неустанно бдели рядом, вытянувшись в струнку и хлопая ресничками.
      -- Анта, доброе утро. -- Потянули меня за рукав. Скосив взгляд в сторону, я увидела довольно улыбающегося Харуту. Тот стоял рядом, непринужденно зевая и оглядываясь вокруг.
      -- Привет, как спалось? -- не удержалась от ехидства я. Со стороны парней еще пол ночи доносился шум и хохот, не давая спать и нам.
      -- Не поверишь, привык, -- усмехнулся он, заинтересованно глядя вдаль, откуда раздавался какой-то шум. -- Как думаешь, какие-то шишки реально пожаловали?
      -- А фиг его знает, -- непринужденно пожала я плечами, улавливая цокот каблуков по мостовой. Сачи, так звонко только она может. -- Сейчас узнаем, вон они.
      Сияющие на утреннем свету белые одежды, золотые погоны и просто вставки -- ребята расстарались на славу. Не показывая и тени эмоции, к нам вышел Хикару, своим взглядом заморозив всех построившихся и капитана Базы за компанию. Тот, немного испугавшись, почтительно протянул руку вперед, которую парень не удостоил даже взглядом, с легким отвращением окидывая нас и здание позади взглядом. 
      Следующей дивой была Сачи, ради такого дела одевшаяся по первому классу, как на подиум: топик, натянутый до упора на объемной груди, поверх которого был длинный плащ нараспашку, короткая юбка карандаш, по типу как у секретарш Бутера, только еще короче. Парни на построении, казалось, забыли, как дышать, а девушки возненавидели буквально с первого взгляда. Впрочем, ей-то что? Она красавица. Высокие ботинки, надетые поверх чулок, с чуть выглядывающими подвязками, дополняли картину. Остальная часть команды так же не подвела: окидывая всех сонно-ленивыми взглядами и легонько улыбнувшись секретаршам Бутера, они последовали за Хикару, которого догадался позвать в здание капитан. Мазнув по мне и Уилу безразличными взглядами, они ничем не выдали себя. Близнецов видно не было, однако ребята, возможно, уже были внутри здания -- наше построение как нельзя кстати пришлось. 
      -- Какая красавица. -- Парни перепихивались локтями, выворачивая шеи в сторону блондинистой дивы. Та и бровью не повела, всецело преданная Хикару, и не пропускающая ни единого его слова. 
      -- Прошу показать мне документы относительно данного сооружения. Так же, я хотел бы ознакомиться с накладными и отчетами, -- не поворачивая головы, принялся он перечислять. Сачи выдала пару каких-то бланков на заполнение, которые Голем, быстро нарисовавшись рядом, почтительно подхватил. Возникшая рядом с ним Маришка так же быстро забрала у него подготовленные документы-отчеты, тут же начав их рассматривать. Хикару, лениво окинув взглядом, богато украшенный холл здания, почти что с угрозой посмотрел в адрес Франца. Посланник Маринфорда не любил ждать. Вспотевший Бутер носился вокруг него, показывая куда иди, и всецело соглашаясь с любым его словом. Японец пугал своей холодностью и безразличием.
      -- Вот кто действительно капитан, -- покачав головой, пробормотала я, направляясь в столовую. Уил покачал головой, находясь за плечом.
      -- Мне, похоже, придется пропустить завтрак: не очень хорошо с желудком.
      -- Тебе прихватить булочку? -- состроив встревоженное выражение лица, обернулась к нему я.
      -- Да, если не затруднит. Я постараюсь побыстрее освободиться. -- Он благодарно кивнул головой.
      -- Тогда, возможно, еще и на чай успеешь. -- Улыбнулась ему. Тот лишь хмыкнул и, состроив озабоченное выражение лица, вылетел из помещения.
      Первый акт главного действия начался. 
      -- Что, неприятные последствия здешней готовки? -- сочувствующе кивнул в его сторону, как всегда, возникший из ниоткуда, уже привычно встрепанный Харута.
      -- Скорее, пьянки: мы, когда выполняли задание "экзамен", немного приняли на грудь. У него плохие отношения с алкоголем.
      -- Так это когда было? -- он удивленно посмотрел на меня, беря разнос и ставя на него тарелку с первым. Рис с молоком, фу.
      -- У него крайне странный организм, просто поверь, -- вздохнула я, придирчиво рассматривая творожную запеканку и стакан с компотом. Эмма, как же я скучаю по твоей кухне.
      Запеканку и булочку, взятые для так и не пришедшего Уила, мы по молчаливому согласию разделили и съели. Все равно мало, вот же. 
      -- Так, мальки, слушай мою команду. -- На середину помещения вышел упитанный дядечка из офицерского состава. Имени его мне никто так и не поведал, поэтому, я окрестила его Пузатиком, благо, было за что. Тут половину контингента в последователей Колобка можно было записать. -- Сейчас строимся и идем убирать территорию Базы. И, чтобы никто не увиливал -- проверка обязывает! Кто там постарше -- патруль города! Выполнять!
      -- Есть, сэр! -- дружно рявкнули мы, чем заставили его покачнуться. Акустика была сногсшибательная. 
      -- Ты куда пойдешь? -- заговорщицким шепотом обратился ко мне парень.
      -- Хочу в город попроситься, а что? -- Я постаралась придумать какой-нибудь план, чтобы отделаться от паренька: мне нужно было связаться со своими ребятами и передать им всю имеющуюся информацию.
      -- Фу, какая ты. Там же ничего интересного, -- скривился он. -- Впрочем, есть шанс закосить от дел. Я с тобой!
      Я мысленно взвыла. Энергичный парень, вновь схватив меня за руку, устремился к распределяющему обязанности. Несколько минут спора и, вуаля! -- мы уже идем за ворота здания на встречу тихому и пустынному городу. Редкие его жители поспешно разбегались в стороны и прятались по домам. Продавцы магазинов как можно тише склонялись за прилавками, лишь бы их не было видно. 
      -- И что будем делать? Скучно -- ужас, -- зевая во весь рот, поинтересовалась я. Тихая прогулка навевала дрему, заставляя глаза слипаться.
      -- А фиг его. Может, о себе расскажешь? Зачем в Дозор подалась? И почему сюда? -- закинув руки за голову, зевнул в ответ он.
      -- Направили меня сюда, не более. Впрочем, мне все равно где -- крыша над головой, одежда да койка, это все, что мне нужно, -- постаралась как можно беззаботнее отозваться. Парень неопределенно хмыкнул, окидывая взглядом соседнюю подворотню. Мелькнувший на миг силуэт показался знакомым -- желтый платок да зачесанный чуб. 
      -- Хм, что это там? -- Харута остановился, разглядывая узкий проулок. -- Знаешь, я пойду, проверю. Иди дальше, встретимся у ратуши. 
      -- Один, в темный переулок? Нет, парень, идем вместе. -- Не знаю почему, стала на дыбы я. Что-то мне казалось крайне неправильным. Хоть и нужно было радоваться такому стечению обстоятельств -- пусть идёт и смотрит. У меня свое задание.
      -- Я один справлюсь, не забывай -- город еще и с пиратами в содружестве, -- попытался выкрутиться он.
      -- А если поймают и сдадут, куда не следует? Ты милашка и еще совсем малыш, -- пожала плечами я, наблюдая за тем, как бледнеющий вначале паренек стремительно покраснел.
      -- Это кто тут малыш? -- Светло-карие глаза опасно потемнели. 
      -- Ты. Сколько тебе лет? Пятнадцать? Для них это то, что нужно. Один не пойдешь! -- скрестила я руки на груди, не без удовольствия наблюдая за тем, как парень ловит ртом воздух.
      -- Ну, знаешь ли, это я с виду маленький! -- взорвался он.
      -- Эй, голубки, о чем спорите? -- весело раздалось у меня из-за спины. Дан.
      -- Мы не голубки, -- холодно оборвала его я. Харута, пару секунд оценивающе переводящий взгляд с меня на Дана и обратно, резко сдал назад и скрылся в проулке.
      -- Ух ты, сбежал, оставив тебя одну! Кажется, тебя только что бросили, -- неласково закончил парень, подступая ближе. -- Вот и разберемся без свидетелей, что скажешь?
      Я уныло выдохнула. Я же старше него, ну почему же тогда меня это все цепляет? А вообще, почему бы и нет? Рядом реально никого.
      -- Ты прав, без свидетелей намного лучше.

      Идя по пустынной улочке по следу Харуты, я уныло размышляла о том, успею ли я закончить все свои дела до того, как очнется этот придурок. Упакованный по последнему слову шибари, он тихо-мирно почивал в мусорном баке, и приходить в себя не планировал еще часа четыре. К запаху Харуты примешался, уже ощущаемый ранее, аромат приправ и еще чего-то странного. Если бы у опасности был запах, то это был бы он.
      -- Зверек, эй, зверек. -- Тихонько раздалось из одного из домов. Резко остановившись, я увидела сосредоточенную моську Синицы, что выглядывал из-за одной из дверей. Принюхавшись и прислушавшись, я не обнаружила никого постороннего и нырнула к нему.
      -- Почему вы так рано? Должны же были только завтра утром быть, -- недоуменно обратилась я к нему. Джей, вынырнувший из одной из комнат, приветливо махнул рукой.
      -- Течение и попутный ветер, капитан, -- отозвался он, осторожно выглядывая на улицу и тут же прячась. По улице прошла пара ребят, что-то бурно обсуждая и активно жестикулируя. -- Ну и фигня тут творится, вы только посмотрите!
      -- Да, произвол дозорных на этом острове просто ужасающий. Да, кто тут еще? -- я прищурилась в темный коридор. Шепоток выдавал нескольких наших да пару чужих в дальней комнате.
      -- А все мы тут, -- вынырнул Чешир, лениво потягиваясь и зевая. Одетый в маленькую форму дозорного, он умилял. Запрыгнув на стол и вытянувшись, он широко зевнул. -- Рассказывай, давай.
      -- Да, сейчас, -- кивнула я и быстро рассказала обо всем, что успела увидеть и услышать. Свою паранойю решила не обсуждать, опустив все моменты. 
      -- Это просто пиздец, -- не сдержался Грог, выныривая из спальни и не стесняясь в выражениях. А я обещала...
      -- Мы просто все умрем, время наше не долгое осталось, -- протянул Бан, поправляя очки. Злобный взгляд Анко заставив его приуныть еще сильнее.
      -- Посторонние в дальней комнате нам не помешают? -- вспомнила я.
      -- Нет. Они там тихонько молятся, чтобы у нас все получилось, -- Чешир задумчиво почесал лапой нос. -- Странные люди, хоть и добрые.
      -- Близнецы тоже высадились? -- не смогла сдержать тревогу. Находясь на Базе, я так и не почуяла их. Однако с другой стороны, отлучившийся и так и не вернувшийся к завтраку Уил, мог уже встретить их. 
      -- Конечно, в числе первых. Они решили облазить всю береговую линию и выяснить о скрытых проходах. Кажется, даже преуспели, -- неуверенно почесал затылок Джей.
      -- Откуда такие сведения? 
      -- А, это я! -- Синица встрепенулся. -- Я видел, как кто-то скрылся в открывшейся в стене двери. Особо точно не могу сказать, но, кажется, он был похож на скелет. Много вы скелетов знаете?
      -- Ни одного. Ладно, за ребят играющих проверку я спокойна. Что тут, с городом?
      -- Да примерно все так, как и ожидали: почти никого, а те, кто остался, пытаются жить как мыши. Правда, тут есть пара из народного ополчения, они сейчас с Эммой, проверяют склады, -- Джей скользнул к двери, аккуратно приотворяя. 
      -- Склады?
      -- Они, в особо хорошие времена, наворовали уйму взрывчатки. Применить не получалось, их всего двое, просто не могли. Но, раз уж мы тут...
      -- Отлично, тогда у нас проблема только в обороне пиратского форта.
      Один посторонний. 
      -- Или нет проблемы... -- тихо раздалось у меня за спиной. Резко развернувшись, я ударила ногой в то место, где был говоривший. Звук отлетевшего тела и сдавленный стон были подтверждением того, что я успешно поразила цель.
      Ой, кажется не посторонний... Ой. 
      -- Интересно, зверек, а нафига тебе вообще Воля Наблюдения? -- простонало из угла, являя миру Акира, держащегося за ребра.
      -- Обычно я ее отключаю, -- пожала я плечами, чем вызвала укоряющие взгляды со всех сторон. -- Ну, а что? Мне не прикольно каждый раз чувствовать всех живых в огромном радиусе. Ну, а вообще, я просто перепутала.
      Меня смерили мрачным взглядом. Кажется, хотели отомстить, но, к счастью, обстановка не располагала. 
      -- Капитан, пожалуйста, будьте собранной, -- уныло выдохнул Бан, садясь на стул и хватаясь за голову. -- Мы действительно все погибнем. Или нас просто капитан добьет. 
      -- Капитан-лейтенант, прошу заметить! -- гордо вскинула подбородок.
      Анко лишь покачал головой, помогая подняться подбитому близнецу. Тот с затаенной опаской ощупывая ребра, пару раз глубоко вдохнул и выдохнул.
      -- Ладно, закончили, -- вздохнул Джей, запирая дверь за парнем. -- Акир, справишься с размещением взрывчатки на вражеской территории? 
      -- Как палец молотком пришибить! -- просиял близнец, оборачиваясь к нему. -- Только ходок несколько сделать придется.
      -- Ну, тут уже не без трудностей, -- кивнула я. -- Я тебе сейчас нарисую примерный план их дислокации, а ты расскажи мне, что успел узнать.
      -- А, точно! -- хлопнул он себя по лбу. -- Мы нашли множество заключенных -- братишка прекрасно вписался в тамошние раритеты. Там на каждом углу скелеты, хоть это и печально. -- Он поежился. -- Там была еще пара комнат, по соседству. В них мы нашли множество бумаг. Пришлось серьезно задержаться, чтобы все разобрать. В общем, того что мы нашли, хватит на несколько смертных казней: там всё от накладных на проданных людей до тайных переписок с пиратскими капитанами. Только для того, чтобы узнать, где сейчас находятся проданные им люди, нужен сам Бутер. Некоторую часть его бумаг успели основательно крысы подточить. Большую часть документации мы успели перенести к нам на корабль. Некоторые бумаги доставили Хикару и Сачи. Они разберутся, что к чему. Да и Маришка в раж вошла -- там сейчас с секретарш лоскутки летят. А Акур сейчас вредит, ой, я имел в виду выполняет твое задание на счет их кораблей. Только с узниками сама разбирайся: там не только дозорные и горожане.
      По спине пробежал предательский холодок. Не хочу в здешние темницы. Совсем-совсем не хочу, не герой я, чтобы бегать с мечом правосудия и вскрывать камеры.
      -- Правильно он все делает, -- мрачно кивнула я, отмечая посты с охраной и тайно мечтая, чтобы там само все собой рассосалось. -- Кстати, вот тут, на скале, куст -- он враг.
      -- Куст-враг?! -- невежливо вылупился Синица, свешиваясь с перил, ведущих на второй этаж. 
      -- Маскировка у него такая, -- потирая задницу, отозвалась я. Синяк в форме ладошки имел место быть. Ребята удивленно вскинули брови, но спрашивать о подробностях не стали. -- Ладно, вот, держи. Все что успела запомнить -- здесь. Жаль, Уил сейчас на Базе остался. 
      -- Ага, мы с ним успели пересечься, так что всё в норме. Ладно, я пошел, к ночи, думаю, управлюсь, -- махнул рукой близнец и скрылся в дверном проеме. 
      -- Мне тоже пора: у нас патруль, -- обернулась я к ребятам. -- Не знаю, даже, какое вам теперь задание дать, но будьте готовы к бою. Тут слишком много пиратов -- уложить их всех при помощи пиротехники все равно не получится.
      -- Капитан, осторожнее там, не умирай, -- депрессивно донеслось вслед. Бан молниеносно поднял мне настроение.
      -- Какие добрые ребятки, однако, меня окружают, -- грустно пробормотала я, устремляясь в сторону верфи. Пересекшись с парой патрулирующих, я с наигранным любопытством принялась рассматривать "корабль из Маринфорда". Украшенное специфическими флагами и символикой, судно легонько покачивалось на волнах, пришвартованное к причалу. Красивое, чего таить. Команда меня заметила и весело засвистела, приветствуя. Пришлось в спешном порядке краснеть и убегать в восвояси. Свист не умолк, а еще и смехом обзавелся. Что ж, устрою я вам потом веселье, будет что вспомнить. 
  
   Будет шторм
  
         С такими злыми мыслями я дошла до Базы, угрюмо фыркая и хмурясь. На месте мне вручили в руки метелку и погнали скрести итак блестящий двор. Кстати, смогла наконец-то рассмотреть статую: сам Бутер на коне. Какое самомнение, ёптить. 
      Особо радужных мыслей ждать не приходилось: дело начало набирать обороты, и было безумно страшно за всех участвующих в моём лагере. Только бы никто не пострадал, хоть бы...
      -- Если ты из-за того, что я тебя тогда бросил, то я готов извиниться, -- бойкий голос не отдавал и каплей раскаяния, впрочем, как и весело лучащиеся глаза парнишки. Остановившись, я некоторое время вглядывалась в глаза Харуты, пытаясь найти там хоть что-то понятное для себя. Только искрящееся веселье и жизнерадостность были ответом. 
      -- Мне все равно, -- отвернувшись, отозвалась я. -- Сама с ним справилась. 
      -- О, правда? Ходить-то будет? -- весело поинтересовался парень, пристраиваясь рядом с маленьким веником в руках. Что он им собирался делать -- не в курсе, территория, как я и говорила ранее, была вылизана вдоль и поперек. Но вид он при всем этом принял довольно-таки важный, что выглядело крайне комично.
      -- Когда отмоется, -- меланхолично отозвалась я, отставляя метелку в сторону и окидывая взглядом мини-кучку мусора. -- Сам-то как, проверил того, кого мы тогда видели?
      -- Не-а, не догнал. -- Отрицательно покачал головой Харута, оглядываясь вокруг. Во дворе было тихо и пустынно. -- Пока спорили, он сбежал.
      -- Хм, вот как, -- все в том же тоне отозвалась я, заходя под свод здания. Парень нахмурился, кидая взгляд куда-то вбок. Осторожно посмотрев в ту же сторону, я заметила лишь пару ребят из Дозора, что разговаривали между собой, что-то шумно обсуждая. Не отметив ничего подозрительного, я направилась в столовую. В отличие от завтрака, обед проходил не слаженно, люди приходили с дежурства и уходили обратно, перекусывая буквально на ходу. 
      -- О, супчик! Давно не ел вареного! -- оптимистично донеслось от паренька, бодро шмыгнувшего к стойке раздачи. Несколько человек неодобрительно посмотрели в его сторону, впрочем, тут же вернувшись к своим делам. Шума никто не хотел, а тишина последнее, что сейчас можно было получить от него. Набрав всего и побольше, мы уселись на теперь уже свое излюбленное место возле окна, откуда открывался прекрасный вид на всю столовую. Уил, вошедший в помещение минут через десять после нашего прихода, кивнул в знак приветствия. Взяв разнос, он подсел к нам за столик, пожимая протянутую руку Харуты. 
      -- Ну, как с патрулем? -- весело поинтересовался он, отправляя первую ложку супа в рот. Кстати, варево получилось довольно-таки вкусным.
      -- Все радужно. Просто до безобразия радужно. Посмотрела на прибывший корабль из Маринфорда -- такой красивый! -- восторженно округлила я глаза. -- Только матросы тамошние там такие невоспитанные -- свистели мне вслед.
      Парень весело фыркнул, в мгновение ока приканчивая тарелку с супом.
      -- Хех, подруга, твою красоту оценили, -- весело фыркнул он, переходя ко второму из пюре и котлеты. Я шумно отсёрбнула из кружки с чаем, глядя поверх нее. 
      -- Прикинь, эта проверка такой шухер навела! -- наевшись на первых порах, Уил на некоторое время перестал набивать пузо. -- Тут всё командование стоит на ушах, носятся как ужаленные в попу кролики. Неожиданно всплыла какая-то важная документация, от которой зависит благосостояние этого места. 
      Или нашей команды, что гораздо важнее. Ну, для меня. 
      -- Хм, кажется, надвигается шторм, -- глубокомысленно изрек Харута, лениво отщипывающий от своей булочки с маком. 
      -- Нужно что-то предпринять на этот случай, ибо может и нас накрыть, -- допивая чай и ставя чашку на стол, начала вслух размышлять я. Харута согласно кивнул, отодвигая от себя сладкую сдобу и подтягиваясь на табурете.
      -- Я тут немного подумал и решил, что раз такое дело, то можно пойти и узнать о новостях из первых рук, -- хитро сощурился мой лейтенант. 
      -- Э? -- удивленно уставилась на него я.
      -- Полы мыть будем на том этаже, где сейчас командование. Как раз требуются участвующие. -- Соизволил просветить меня Уил, окончательно разбираясь с обедом.
      -- О, это без меня. -- Поднял руки вверх паренек. В ответ на наши недоуменные взгляды, он пояснил: -- Я недавно немного засветился в дурном свете перед начальством, лучше переждать. Так что, я обратно в обход территории. 
      -- О, ну ладно. Тогда, увидимся на ужине? -- состроив грустную моську, обернулась к нему я.
      -- Да, конечно. Не опаздывайте! -- И бодро вскочив с табурета, был таков.
      -- Ну вот, теперь еще разнос за ним уносить, -- пробурчала я, провожая его взглядом. Та группа людей, на которых он тогда бросал взгляды, так же удалилась из столовой.
      -- Не нравится мне все это. -- Повернулась я к Уил. Тот задумчиво рассматривал ложку, вертя ее в длинных пальцах.
      -- Идем, нужно торопиться, иначе кого-то другого назначат, -- резко оторвавшись от своего занятия, шепнул он, вставая. Пожав плечами и прихватив разносы, я последовала за ним. И, лишь в коридоре, убедившись в том, что за нами не следят, он продолжил.
      -- Меня тут терзают смутные сомнения, на счет Харуты и еще нескольких человек. Слишком уж они активно делают вид, что свои в доску. Думаю, ты заметила, что этот паренек не первый день под морским ветром шатается. 
      -- Уил, смени жаргон, у меня уши заплетаются в трубочку, -- взмолилась я. Он невесело усмехнулся, прислоняясь к стене. 
      -- А сама-то?
      -- У меня стиль повествования и вообще жанр такой, -- огрызнулась в ответ. -- Ну же, не тяни резину.
      -- Складывается у меня ощущение, что тут тоже пираты есть. Умело маскирующиеся под дозорных. Тот парень, с которым ты меня тогда видела, тоже под вопросом: как только мы с тобой пришли сюда, у каждого из нас сразу появился свой надсмотрщик. 
      -- Хм, что ж, интересное умозаключение. -- Прислонилась я рядом. Горизонт был чист, поэтому можно было и немного расслабиться. -- Наверное, ты прав. Я немного побеседовала с ним, да и сегодняшнее происшествие заставляет задуматься. -- Я вкратце рассказала ему все, что произошло со мной, включая и встречу с командой, и то, что мы замыслили с Акиром. Уил удивленно присвистнул, неосознанно улыбаясь.
      -- Анта, ты выбрала именно того человека, кто лучше всего подходил на это дело.
      -- В смысле?
      -- Думаю, ты уже заметила, что почти все из тех, кто у нас в команде, имеют дурное прошлое. Вот и Акир с Акуром имеют грешок, да не малый: разбой, ограбления, подрывы. Их бы осудили, и быть им еще одной строкой в истории Импел Дауна, да вот начальство решило дать им последний шанс -- фруктовики на вес золота. А они, в обмен на то, что их грешки забудут, согласились. Так что, милая моя сестренка, ты для минирования и подрыва выбрала идеальную кандидатуру. 
      -- Примерно так же, как ты выбрал Акура для вмешательства в подвальную жизнь здешнего произвола? -- сощурилась я.
      -- Ну, согласись, кого-то же проймет ходячее умертвие, если его, все же, засекут? -- так же весело прищурился он, отлипая от стены. -- Идем, нам пора. Думаю, к ночи все станет более чем понятно. 
      -- Не слишком ли быстро развиваются события?
      -- После того, как прибыла проверка, мы уже не в силах контролировать что-либо. Только быстрый расчет и умелая импровизация. Анта, решать придется быстро и не колеблясь.
      -- Вас поняла, сэр лейтенант, -- пробурчала я, следом за ним выходя в коридор и направляясь на верхний этаж. Найдя в подсобке пару швабр с ведрами и тряпками, да вооружившись вениками (имели место быть шикарные ковры) мы приступили к уборке. Быстро забежавший в здешний туалет Уил разжился водой, пока я второй раз за день летала на метле. И вот так вот, отставив зад и активно гоняя неизвестно откуда взявшуюся пыль, я осторожно слушала доносящиеся из кабинета голоса.
      -- Позвольте объясниться, сэр капитан, -- из-за двери донеслось неуверенное бормотание Бутера. -- Эти бумаги... -- Дальше было не разобрать даже с моим слухом. Пытаться превратить уши в волчьи, чей слух был тоньше, я не рискнула: пара Ден-ден Муши активно следила за нашими действиями.
      -- Мне наплевать на то, что вы пытаетесь тут оправдать своими нелепыми доводами, -- холодный голос Хикару заставил резко вздрогнуть, чуть не выронив веник. 
      А парень держится молодцом.
      -- Анта, держи швабру и протри там, возле входа. Только аккуратно, смотри, чтобы не прибили дверью, -- Уил весело кивнул мне, передавая швабру. Взяв инструмент, я перекочевала еще ближе к стратегическому объекту, медленно возя мокрой тряпкой и пытаясь услышать еще больше.
      Увы, разговоров не было: только шелест бумаги, да иногда непонятное хмыканье со стороны Хикару. Слух уловил скрип медленно скользящее по бумаге перо, легкий стук пальцев по столу или чему-то, что было из дерева, да иногда скрипящую обивку кресла. 
      -- Так, ребята, а ну, закончили с уборкой. Давайте-ка в других помещениях приберитесь! Да быстрее: с этой проверкой чего угодно ожидать можно, даже проверку на пыль! -- нервно засмеявшись над собственной шуткой, погнал нас один из офицеров, что крайне неожиданно для меня появился в коридоре. Увлеклась, однако.
      -- Так точно, сэр! -- мы дружно рявкнули в ответ, вытягиваясь в струнку и резво подхватывая инструменты. 
      -- Кажется, у нашего капитана проблемы: они там так ругаются, -- округлив глаза, пожаловалась я офицеру, в надежде на реакцию. Она не заставила себя ждать: пузан, вытерев пот со лба, с некоторым испугом взглянул на дверь, ведущую в главный кабинет.
      -- Нужно что-то делать с этим, -- пробормотал он. Мы поспешили удалиться с глаз, опасаясь, что нас в чем-то заподозрят.
      -- Что-то мне не по себе, -- тихонько пожаловалась я Уилу, когда мы, помыв полы в коридоре, вернулись к подсобке. Тот, немного напрягшись, испытывающе взглянул на меня.
      -- Да, знаю. И, это, закончишь сама, хорошо? -- неожиданно неуверенно отозвался он. Оставалась самая малость: вылить воду из ведер да прополоскать тряпки. -- У меня опять живот скрутило...
      -- А, хорошо, конечно иди, -- улыбнувшись, отпустила его я. Уил, трагически обняв живот обеими руками, побежал куда-то вниз, на ходу отдавая честь выходящим из кабинета Бутера и устремляясь дальше по коридору. Невзначай брошенный в его сторону взгляд со стороны Мартина ясно дал понять, что совещание продолжится в туалетной кабинке. Даже немного пошло звучит, что ли...
      Разобравшись с вещами и вымыв руки, я поспешила вниз, ко всем. Делегация из Маринфорда отказалась ночевать в гостеприимно выделенных им комнатах, возвращаясь к себе на корабль, к последующему обсуждению того, как работает руководство на здешней Базе. Уил уже был внизу, непринужденно поливая фикус в кадке. Находящийся там же Харута, приветливо помахал мне рукой.
      -- Ну что, как там труд, который облагораживает? -- весело поинтересовался он, когда я спустилась вниз. Я улыбнулась в ответ, переводя взгляд на так и не отреагировавшего на меня Уила. 
      -- Ну, понимаешь, кажется, братишку этот мир уже потерял, -- несколько отстраненно отозвалась я, указывая на него. Уил ласково протирал листочки на растение, что-то нежно приговаривая в его адрес.
      -- Да, вижу, -- впечатлился паренек, во все глаза рассматривая влюбленно воркующего Уила. А тот и не думал отвлекаться от своих дел, полируя листочки и шепча им какие-то нежности. -- Нам на ужин пора, -- несколько неуверенно позвал он его. Лейтенант, оторвавшись на мгновение, кивнул нам на дверь столовой: мол, догоню. 
       -- Знаешь, у меня дурное предчувствие, -- зайдя в помещение, поделился со мной Харута. Я недоуменно посмотрела на него, выражая полное непонимание. Если у пирата дурное предчувствие, то чем это светит дозорному? Парень смилостивился пояснить, -- народ забегал. Поползли какие-то неприятные слушки и разговоры, касательно дел наших. Даже и не знаю, как быть. Может, сбежим, пока не поздно? -- неуверенно повернулся он ко мне.
      -- Как крысы с тонущего корабля? -- мрачно отозвалась я, глядя на него. 
      -- Крыса не дура, знает, что делает, -- легко пожал он плечами. -- Посмотри вокруг, ребята напряжены. Даже твой старый товарищ Дан, не спешит отомстить, хотя у него есть все основания и поводы.
      -- Да, тут ты прав, -- невольно согласилась я.
      Интересно, как они его нашли? Я же кляп вставила.
      -- Кстати, у нас сейчас банька. Потрешь мне спинку? -- хитро прищурился парень. Я озадаченно уставилась на него, пытаясь осмыслить переход от одной темы к другой. А когда до меня дошло... Ловко увернувшись от подзатыльника, он побежал к выходу, на ходу свистя и агитируя парней на совместное подглядывание. Те не особо-то и отказывались, за что были удостоены особо ненавистливыми взглядами со стороны женского пола. 
      -- Что будешь делать? -- подсев ко мне, поинтересовался Уил.
      -- Не знаю, -- покачала я головой. -- Баня тут общая, так что скрыть себя не смогу.
      -- У меня есть предложение, однако оно может тебе не понравиться.
      -- Давай, выкладывай, что там у тебя, -- повернулась я к нему. 
      -- Пока все будут в душе, мы к нашим сбегаем. Кажется, сегодня последний день, когда мы на Базе гостим.
      -- У ребят есть основания для ареста здешнего командования? 
      -- Да, достаточно, чтобы казнить их на месте, -- жестко проговорил Уил, залпом осушая свою кружку с чаем. -- Без суда и следствия. На медленном костре.
      Пламя я организую, не сомневайтесь. Да такое, что тот хваленый Портгас Ди обзавидуется и бросится посыпать голову, оставшимся от пожарища, пеплом. 
      -- Что ж, тогда, может, забьем на водные процедуры и вперед. Хотя, стоп, придется разделиться, -- поморщилась я. Не хотелось делать то, что пришло на ум, но это, как ни крути, будет правильным. 
      -- Что такое?
      -- Ты иди на корабль и руководи нападением оттуда. Не стоит давать шанс пиратам -- атакуем первыми. А я в подвалы -- ударим по Базе снизу.
      -- Не забывай, народ сидит уже давно, они ослабли.
      -- Не волнуйся. Я дам достойную мотивацию этим узникам замка Иф, -- весело отозвалась я, сыто щурясь. 
      -- С огнем играешь ведь.
      -- Так я и есть огонь, забыл?
      -- Ага. Удивительно, но в отличие от большинства фруктовиков типа логия, ты довольно-таки редко применяешь свои способности. Даже странно немного... -- склонил он голову на бок.
      -- Ну, ты просто не был на моих тренировках. Поначалу я сильно бузила. Если бы не Гарп, у нас давно не было бы здания казармы. А так, приучил почем зря огнем не швыряться. 
      -- Жаль, что я не присутствовал тогда там. Было бы познавательно, -- грустно вздохнул он.
      -- Ну, только как пособие для начинающего садиста, -- укоряюще взглянула в его сторону. Тот легко улыбнувшись, неожиданно подмигнул и удалился. Так, пора и мне честь знать. За дело.
    
   Действия
  
         -- Ну, что, решила погеройствовать, да? Идешь по темному сырому подвалу, навстречу неизвестности, поборница справедливости, мать мою, -- тихонько стеная, брела я в темноте, освещаемой только маленьким огненным светлячком, что плыл впереди меня. Потребовалось много времени на то, чтобы научиться создавать их, будучи крайне нестабильными, они, по началу, постоянно взрывались, стоило отвлечься буквально на секунду. Так что сейчас эта яркая малютка была моим личным предметом для гордости. Удивительно, но до этой техники, как и до нескольких других, я доперла только благодаря Богарту: однажды заявившись на площадку для тренировок, где я использовала пламя, он тихо и кратко объяснил мне смысл и принцип работы нескольких приемов. Вышло не сразу, но когда в запасе стало несколько новых, что могли спасти и просто помочь разрулить ситуацию, дышать стало легче.
      Почувствовав впереди чужое присутствие, я загасила светлячка, погрузившись в полную темноту. Если нет хотя бы одного отблеска света, в темноте шиш увидишь. Как компенсация, правда, начинали работать слух и обоняние. Шорох, еще один и, замерев на секунду, я резко прыгнула вперед, хватая жертву и сворачивая ей шею.
      -- Эй, какого хрена? А ну, верни на место! -- возмущенно заклацала зубами, оставшаяся у меня в руках черепушка. Взвизгнув, выронив костяшку и отпрыгнув назад, я с бешено бьющимся сердцем опознала Акура, что теперь ползал на карачках в поисках утерянной части тела.
      -- Акур? -- на всякий случай решила удостовериться. 
      -- А кто же еще?! А ну, найди мою голову! -- зло отозвался он. 
      Быстро подняв угрожающе скалящуюся потерю, я насадила ее обратно на костлявый остов шеи. Миг, и передо мной уже стоит зло пыхтящий парень, яростно сверкающий зелеными глазищами. 
      -- Извини, я думала это враг, -- примирительно поднимая руки, отошла я в сторонку.
      -- Я им стану, если не научишься различать своих и чужих!
      -- Не поверишь, но когда ты скелет, я тебя не принимаю за своего, странно даже, -- почесала я в затылке.
      -- Не поверю, -- пробурчал он остывая. -- Ладно, что такое? Разве вы не наверху сейчас следите?
      -- Ну, мы решили, что пора устроить бучу. Народ начал суетиться, пираты, кажется, активизируются, а на наш приказ сдаться в руки властей, я думаю, изрешетят как дуршлаг.
      -- Что ж, верное решение. И что теперь по плану?
      -- Уил сказал, что страшная и ужасная импровизация. А на деле, мы сейчас выпускаем узников и атакуем изнутри.
      -- Кстати, у меня там пара лодочек припрятана, может, и они сгодятся? -- весело отозвался близнец, ведя меня одной ему известной дорогой. 
      -- Был же приказ всё повредить, -- прищурилась я.
      -- Ой, только не злись: план отступления должен быть всегда. Поверь, я знаю, о чем говорю: не раз спасался именно так. Я, кстати, нашел немного оружия и, что интереснее, пушечных ядер. Как сморишь на то, чтобы, отплыв на лодке, подорвать всё к чертям?
      -- И завалить все следы преступления? Отрицательно. Базу нужно оставить в целости и сохранности. Для потомков, как вариант.
      -- Ладно, я всего лишь предложил.
      -- А масляный шнур для поджога там есть? -- спустя некоторое время поинтересовалась я.
      -- Конечно, есть! -- даже немного оскорбленно отозвался он. 
      -- Тогда, можем тихонько отправить шлюпку в сторону входа в пиратскую бухту, по течению. Сможешь рассчитать примерное время ее продвижения к месту дислокации пиратской базы или, хотя бы, входа в неё?
      Интересно, справится ли? У нас эксперты по течениям в другом месте остались...
      -- Легко! -- отозвался он. -- Но, думаю, нужно немного подождать: они, возможно, попробуют выйти в море, чтобы атаковать оттуда. Так, взрывом, мы не только заблокируем им выход, но так же потопим хотя бы одно судно. Хоть в море и идёт сейчас бой, я просто уверен в том, что не все корабли вышли наружу. 
      А паренек оказался-то не промах. Мне до морских баталий далеко, я больше по суше спец.
      -- Что ж, это на твое усмотрение. Что тут с узниками?
      -- Человек пятьдесят. Из них десяток офицеров, не смирившихся со здешней властью. Остальные кто купцы, кто просто здешний люд. Есть, правда, пара пиратов. Не особо разговорчивы, но, обещали, что если их выпустят, они наваляют своим обидчикам, а нас не тронут.
      -- Вспомни, договоренность, заключенная между пиратом и дозорным не стоит и гроша, и легко расторгается, -- зевнув, как мантру повторила я.
      -- Да, помню. Но, думаю, эти правду говорят. Сама взгляни, -- он кивком головы указал на ряд камер, более походящих на клетки. 
      -- Ден-Ден Муши?
      -- Отсутствуют как вид, -- отрицательно покачал он головой. Понятно: всё слишком секретно, чтобы присматривать подобным образом.
      -- А где тюремщик? Где стража?
      -- Тут только один тюремщик -- Бутер, -- тихо донеслось из одной из камер. Заглянув вовнутрь, я увидела сгорбившегося мужчину, закованного в цепи. Ни кровати, ни ведра для нужды -- запаха фиалок так же не предвиделось. 
      -- О, боги, что же с вами тут делают, -- пораженно прошептала я, переходя от одной камеры к другой. В лохмотьях, со следами побоев, голодные -- люди провожали меня уставшими взглядами. Впрочем, что-то в их глазах было и помимо усталости: решимость и непокорность.
      -- Милая леди, может, выпустите нас? А то, тот парнишка нас только завтраками кормит, -- вежливо раздалось из одной камеры. Повернувшись в ту сторону, я увидела мужчину в обрывках офицерской формы. -- Мы тут так сильно жаждем справедливости, что даже сдружились друг с другом. 
      -- Все зависит от того, как вы отнесетесь ко мне и моим ребятам. Мы тоже офицеры Дозора.
      -- О, думаю, сумеем договориться. 
      -- Враг моего врага -- мой друг.
      -- Истинно, юная леди, -- согласно кивнул он. -- А теперь, будьте так добры, отворите дверки, а?
      Пока Акур возился с заключенными, я тихонько отошла в дальний угол, к едва заметной дырке в стене. Крысы -- то, что нужно. Пообщавшись с барышнями, я начала немного говорить на том же языке, сейчас пробуя свои знания в более широкой аудитории. Неслышимый для человеческого уха, зов прошелся по сводам тесного подземелья, множась и отражаясь от стен. Пару секунд ничего не было, а потом...
      Мужчины, оказывается, тоже умеют громко взвизгивать. 
      Поток из серо-бурых тел широкой волной заструился из всех видимых и невидимых щелей подземелья. 
      -- Мать твою, девчонка, ты что, крысиный пастырь? -- пораженно выдохнул кто-то, отступая от крысиной кучи, что окружив меня, принялась возбужденно попискивать. Пришли, мои милые.
      -- Нет, просто в хороших отношениях с братьями и сестрами нашими меньшими, -- отозвалась я, ласково пробегая пальцами по спинкам зверенышей. Такие теплые и живые. Быстро посвятив их в основы плана и попросив сильно не рисковать собой, я довольно наблюдала стремительно рассасывающийся крысиный ковер.
      -- Они нас, хоть, не тронут? -- неуверенно спросил кто-то.
      -- Нет. Они вас знают. Ладно, ждем? -- обернулась я к Акуру. Тот согласно кивнул. 
      -- Оружие у нас тут -- выбирайте, какое душе угодно, -- широким движением руки, указал парень на неприметную кучку в углу. 
      -- Ты что, не только склад ограбил, но еще и перетащил сюда?
      -- Ага, -- закинув руки за голову, отозвался он, довольно оглядывая бывших заключенных, что переговариваясь, выбирали себе оружие по руке.
      По земле прошелся гул, сопровождаемый легкой вибрацией. 
      -- Началось, -- шепотом прошлось по подземелью. 
      -- Ждем, -- скидывая бандану и освобождая хвост, скомандовала я. -- Акур, улитка с тобой?
      -- Капитан, ты же приказала не пользоваться, -- занудно протянул парень.
      -- Не пользоваться, -- согласно кивнула я. -- Акур, ты взял?
      -- Да, -- протягивая мне это исчадие Ада, кивнул он. На мой хмурый взгляд парень расплылся в довольной улыбке.
      -- Связывайся и давай, спрашивай, что за херня у них там, -- выходя под низкий свод тоннеля-кишечника, приказала я. Парень глубоко вздохнул и набрал нужную комбинацию.
      -- Лейтенант Моркрафт на связи, -- напряженно донеслось из этого средства связи. У улитки был несколько обеспокоенный вид.
      -- Капитан-лейтенант Дрого Ди. Доложите обстановку.
      -- На нас только что напали с вражеского судна. На данный момент идет пушечный бой. 
      -- База Елена оказывает вам содействие?
      -- Отказ. Они забаррикадировались и так же открывают огонь по нам.
      -- Ваши действия?
      -- Держим оборону, ждем ваших указаний. 
      -- Атакуйте корабли, что вас обстреливают. Базу оставьте. 
      -- Приказ принят. -- Послышалось некоторое копошение.
      -- Лейтенант?
      -- У нас есть подозрение, что тут, кроме пиратов, что нас обстреливают, есть еще одна команда. Было замечено большое судно, однако поднялся туман, и мы не смогли рассмотреть их флаг.
      -- На чьей они стороне?
      -- Пока не известно. Но, нас не атакуют. О, взрывы со стороны пиратов!
      -- Что слышно о команде номер два?
      -- Они действую согласно вашему указанию. Атакуют пиратов со стороны города.
      -- Отлично. Действуйте. 
      -- Принято. -- Уил отключился. Мужички, столпившиеся за моей спиной, неуверенно смотрели на меня и Акура, переминаясь с ноги на ногу.
      -- Леди, вы кто вообще такая?
      -- А? Я капитан-лейтенант Морского Дозора, Дрого Ди Анта. Осуществляю проверку и контроль Баз Дозора. Мы прибыли по приказу Маринфорда: сообщения с вашей Базы заставили нас встревожиться. Прошу простить, что так долго: Бутер, судя по всему, хорошо постарался, заметая все следы.
      -- Наши мольбы услышали! -- радостно выдохнуло несколько человек. 
      Скорее, до вас просто снизошли. Если бы услышали, то давно бы уже всё разрешили. Где-то тут замешена политика, что ли?
      -- Так, думаю, нам пора действовать. Следуйте за мной. Основной план действий таков: там много детей, испорченных, но все же. Постарайтесь их не убивать, а просто вырубать. Офицерский состав тоже, желательно, обездвижить. Над ними нужно провести суд, дабы они ответили за дела свои.
      -- Леди, только если вы первой доберетесь до них, -- донеслось сзади. Остальные поддержали его согласным гулом.
      -- Постараюсь. Так, есть ли те, кто в состоянии сражаться, но все же чувствует себя не очень? -- попыталась как можно деликатнее вызнать я. Столько зло суженных глаз мне доводилось видеть впервые. -- Эм, я это... Мне нужно несколько человек на запасной выход из этой Базы. Там лодки для побега. Они сломаны, но повязать тех, кто попытается воспользоваться ими, следовало бы. Так что, кто? -- стушевавшись перед такой "дружелюбной" толпой, спросила я.
      Молча отошедшие в сторону несколько человек прекратили мои мучения. 
      -- Акур, ты с ними.
      -- Ага, капитан.
      -- Всё, остальные за мной. И, не трогайте крыс -- они пугают и наводят шорох. 
      -- Хорошо, -- отозвались бывшие пленники, и мы рванули вперед. Немного воспламенившись, я неслась первой, обернувшись зверем и освещая путь. Места резко поубавилось, однако в проход я все еще пролазила. 
      Выбив дверь из подземелья, я вырвалась в коридор, распугивая окружающих прекрасным оскалом и доброжелательным взглядом. Форт подвергся нападению изнутри, почти сразу сдаваясь под напором разозленных заключенных. Без жертв не обошлось, тут уже я ничего не могла поделать. Быстро взлетев на третий этаж, я с трудом увернулась от пули посланной одной из секретарш Бутера. Обе девицы были в коридоре, гневно сверкая глазами. Увесистые пистолеты-ружья внушительно смотрелись в тонких ручках. Пуля из следующего выстрела ощутимо царапнула морду -- кайросеки. Замерев перед ними, я несколько секунд размышляла над тем, что делать. Вынырнувший откуда-то из-под потолка Харута был для меня полной неожиданностью. Резво кинувшись к одной из них, он подвел итог моим размышлениям: стремительный бросок вперед, и, рассыпавшись пламенем в сторону от пули, пронестись огненным смерчем сквозь девушку, с некоторой удовлетворенностью оставляя за спиной горстку пепла. Зверь начинал брать вверх, радуясь охоте.
      -- А ты опасное создание, -- восторженно протянул парень, рассматривая меня. 
      -- Пират, -- прорычала я.
      -- Ну, бывает, -- пожал он плечами, не сводя с меня настороженного взгляда и поднимаясь с пола. Вторая девушка тряпичной куклой лежала рядом, тускнеющим взглядом глядя в сторону кабинета капитана Елены. -- Я не из здешних, у меня свои причины.
      -- Пират, -- повторив, отвернула я, гася огонь и двигаясь к кабинету. -- Возьми пистолет, он вооружен.
      -- Не без причины, -- усмехнулся Харута, подхватывая увесистый ствол с пола. -- Не боишься, что я в тебя выстрелю?
      -- Я быстрее пули, -- не поворачиваясь, отозвалась я. Толкнув дверь лапой, нырнула за угол, хвостом утягивая не успевшего сориентироваться парня. И, не зря: то место, где мы только что стояли, прошила партия пуль, застрявших в противоположной стене. -- Стрелять умеешь хоть?
      -- У меня хорошие учителя, -- усмехнувшись, отозвался он, высовываясь наружу и делая пару выстрелов. Ставший бесполезным пистолет он выкинул в сторону, обнажая саблю и ныряя в помещение. Нырнув следом, огненным смерчем прошлась к столу, за которым сидел трясущийся зам капитана Голем. 
      -- Я всё расскажу! Всё!! Только не убивайте! -- верещал он, пока я за шиворот тащила его в коридор. Кстати, делала это из гуманных соображений: попадись он ребяткам снизу и его участь уже не завидна.
      Кинув его в руки одного из освобожденных офицеров, я, рыча, порекомендовала его связать и не трогать: он расскажет обо всём, что тут творилось. Офицер недовольно скривился и лишь тихонько шепнул пленнику, что о паре ударов никто не узнает. Пришлось сделать вид, что я не слышала его слов. Никто не узнает, это верно.
      Молодняк обезоружили и, кого подзатыльниками, кого оружием, а кого и в связанном состоянии, согнали в общий холл, неустанно карауля. Бородатые мужички не первой свежести, с крысами на плечах сил для побега никому не давали. А сами серо-бурые товарищи веселились, как могли: слаженной толпой атаковали столовую, пронеслись по казармам, погрызли ремни для ружей, вздыбили ковры и распугали пару откормленных котов. Вот уж для кого сегодня праздник.
      Бой внутри Базы был окончен. 
А со стороны города раздавались радостные и ликующие крики. Елена стала свободной. 
      А у нас осталось еще пара дел, не так ли?
  
   Мы верили, и вы нас не подвели
  
         -- Эй, зверь, где капитан Бутер? -- подкатил, успевший вымазаться в буром Харута. Именно в буром, а не в крови -- трудно принимать мальчишку за убийцу, хоть оно так и было...
      -- Не знаю, -- повертевшись на месте, отозвалась я. Скорее всего от кабинета шел тайный ход к подземелью и лодкам. Нужно спешить. -- За мной!
      Рванув на первой крейсерской обратно в подземелья, я не сразу как-то поняла, что весу на моей спине прибавилось -- Харута, не будь дурак, ловко вскочил верхом и добирался до нужного места со всеми удобствами.
      -- Не боишься, что задницу поджарю? -- немного повернув голову, оскалилась я.
      -- О, не в первой, знаешь ли, -- невесело улыбнулся он, пригибаясь к шее. 
      Подземелье пролетели быстро. Дальше пришлось замедлиться: идти по следу Акура было несколько трудно, у него почти отсутствовал запах. Ход тоннеля расходился несколько раз, и, отвлекшись, был риск заблудиться. Так и выскочили в пещеру с высоким сводом. Впереди, на воде, легко покачивалась пара суден, на одном из которых сейчас шел бой. 
      -- Ну, спасибо за доставку, дальше я сам, -- весело отозвался паренек, спрыгивая со спины и устремляясь к общей схватке.
      -- Тоже мне, нашел карету, -- недовольно пробурчала я, идя следом за ним. 
      Бутера видно не было. На корабле несколько освобожденных дралось с солдатами в форме. Отступая к борту, они и не думали сдаваться, вкладывая все силы в свои удары. 
      -- Сильно измотаны, -- пробормотала я, видя, как обезьяной взлетевший на борт Харута молниеносно врубается в схватку и тут же переламывает ход боя. Решив, что там и без меня справятся, я принялась кружиться, припав носом к полу. Не особо приятное занятие, скажу, особенно когда те запахи, которые слышишь, принадлежат кому-то вступившему во что-то нелицеприятное. Бутера нашла быстро -- цепочка следов уверенно вела к одному из кораблей. Маленький такой, мобильный. Причем не тот, на котором сейчас шел бой. Последовав туда и не найдя ничего интересного, я нырнула вовнутрь, сразу же обнаруживая двоих. Одним был Акур, что тряпичной кучей лежал в углу и с трудом дышал. Сам Бутер стоял рядом, сжимая в руке револьвер. У меня, кстати, тоже такой был. Только на моем корабле.
      -- Стоять, а не то, я ему мозги вынесу! -- злобно прошипел тостяк. И, почему все решили, что толстячки сплошь добряки и хохотушки? Этот, например, был крайне злым...
      -- Стою-стою, -- замерев в проходе, отозвалась я, наблюдая за нервно трясущимся пистолетом у него в руке. Акур немного пошевелился и тут же скорчился от боли. Потянуло запахом крови.
      -- Анта, это кайросеки. Осторожнее... -- Новый приступ боли скрутил его, не давая продолжить. Да я, собственно говоря, уже итак поняла это...
      -- А ну стань человеком, живо! -- пистолет резко направили на меня, заставляя отступить назад. Миг и раздался выстрел, а с ним резкая боль в плече и сильная слабость. С воем рухнув на пол и уже человеком хватаясь за начавшее кровоточить плечо, несколько раз вздрогнув и похрипев, я замерла, что есть силы сжав зубы и лелея надежду на то, что он сочтет меня мертвой. Ну, или, хотя бы, без сознания. Кажется, сработало: мимо прозвучали шаги и Бутер, пару раз пнув меня носком сапога, из-за чего не смогла сдержать стона боли, прошел к штурвалу и нажал что-то на панельке. Заурчал мотор, что сильно удивило, и мини кораблик тихо отчалил от берега. Э, Акур же повредил их! 
      О том, что на борту странным образом прибавилось экипажа я, естественно, сообщать не стала, все такой же кучкой валяясь на полу и проклиная развитие техники в этом мире.
      Кайросеки блокировали львиную долю способностей, заставляя чувствовать себя с надетым на голову мешком полным ватой. Это было поистине ужасно. Пуля, прошедшая насквозь и застрявшая на выходе, выполняла функцию затычки, что очень кстати спасало меня от сильной кровопотери. Хотя на полу подо мной уже и скопилось некоторое количество крови. Осторожно приоткрыв один глаз, я наблюдала за тем, как порывшись под панелью управления, Бутер вынул наружу Лог Пос и карту. Склонившись над ней, он начал что-то отмерять, время от времени поглядывая в окно. Летом, которое было в этой части моря, ночи короткие и утро наступило крайне быстро -- казалось, все боевые действия начались только-только. Неожиданно мотор пару раз кашлянул и заглох, заставляя толстячка оторваться от бумаги и повторно нажать на кнопку запуска. Мотор ехидно выдал чих и умер окончательно. Выругавшись, Бутер прошел мимо, на палубу, вероятно желая разглядеть причину поломки.
      -- А я хорошо сработал, -- тихо простонал Акур из своего угла.
      -- Теперь верю, -- вяло отозвалась я, принимая сидячее положение и печально рассматривая раскуроченное плечо. Болело адски и просто хотелось упасть обратно на пол и отключиться, лишь бы не видеть того, что со мной стало. А надо было действовать. Пуля, застрявшая на выходе, выковыриваться просто так не хотела. Пришлось прибегнуть к метательным ножам, которые подарил мне перед отплытием старик-кузнец. Зажав один между зубами, чтобы не закричать, вторым начала выковыривать снаряд. Нож периодически соскальзывал с камня, не принося дополнительной радости. Пульсирующая боль мешала, затуманивая взгляд. Однако, упертость, все же, взяла вверх: глухо стукнув по полу, пуля откатилась в сторону, давая ход потекшей крови и, чуть погодя, регенерации. Как же медленно. Кажется, мне, все же, повезло: пороховой заряд в пистолете Бутера был меньше положенного, из-за чего снаряд попал не совсем туда, куда он планировал и не раскрошился в теле при попадании. 
      -- Ты тут как? -- быстро подползла я к парню, внимательно осматривая его. Он молча отстранил руку от груди, демонстрируя красные разводы. 
      -- Нормально, было и... -- не договорив, закашлялся он.
      -- Так, лежи и не отсвечивай. Я сейчас проверю что... там. Какого черта? -- я зло обернулась к дверям. На палубе отчетливо ощущались двое, не предпринимающие никаких попыток начать бой. Почему?
      -- Что там? -- любопытство даже сейчас не оставляло близнеца.
      -- У нас посторонний на корабле. Хоть, это и на руку, -- не смогла не согласиться я. -- Так, зажми рану и не двигайся понапрасну. Я на палубу, разберусь со всем и быстро сюда. Идет?
      -- Ага, валяй, -- отозвался он, откидываясь на доски и прикрывая глаза. Нужно что-то делать...
      Осторожно пройдя к выходу и выглянув на палубу, я столкнулась с одной неприятной вещью -- туман. Буквально в шаге уже нельзя было ничего увидеть, даже поднесенные к самому лицу руки угадывались с трудом.
      -- Эх, Стивен Кинг знал, о чем писал. Вот тебе и "Мгла", вот тебе и приплыли, -- бурча, кралась к двум источникам шепота души. В одном я безошибочно определила Бутера, другим же оказался Харута. И, ни один, ни другой меня не засекли, что было даже плюсом.
      -- Сдавайся, я же говорю -- тебе некуда бежать, -- лениво произнес парень, где-то со стороны правого борта.
      -- Пошел к черту, гаденыш! Ты пойдешь на дно, как и твои гавнюки братья! -- Бутер явно потряс пистолетом. Похоже, он ориентировался на звук. И, почему тогда Харута медлит? Боится шальной пули?
      -- Заткнись! -- холодно прилетело в ответ. -- Ты ответишь за их жизни.
      -- Вы все на дно пойдете! И ты, и твои поганые друзья и ваш Белоус -- все! -- хрипло рассмеялся капитан, делая куда-то шаг. -- Пирату собачья смерть!
      Эй, это чем ему Бобики не угодили?! Я справедливо возмутилась, подходя еще ближе. Потом меня осенило: Белоус? Так этот шкет из его команды?! 
      Я заторможено присела на пол, хватаясь за голову. А ведь и правда -- пусть я и не знаю их всех в лицо или по листовкам, Мар с Элом мне тогда мозги проели, заставляя заучивать имена всех известнейших пиратов и членов их команд. Что-то знакомое, Харута... Один из командиров пиратов Белоуса, только не припомню какой. Вот же вляпались! Быстро встав с пола и метнувшись обратно в капитанскую рубку, я вытянула Ден-Ден Муши, внутренне ежась от неприятного холода и мягкости этой улитки. Глазастой, с зубами и возможностью говорить. Га-адосссть...
      -- Уил, Уил, как слышно? -- взволнованным шепотом начала звать его, как только улитка перестала что-то бормотать, похожее на гудки.
       -- Да? Анта? Вы где? Мы вас обыскались! -- Лейтенант был не на шутку взволнован.
      -- Я непонятно где посреди моря с раненым в грудь Акуром, и противостоящими друг другу в тумане Харутой и Бутером. Дело не в этом, хотя это тоже проблема, -- несколько отвлеклась я, видя неподдельный укор в глазах бледного парня. -- Тут пираты Белоуса! -- Акур удивленно расширил глаза и, кажется, забыл, как дышать. Со стороны Ден-Ден Муши тоже, кажется, потеряли дар речи.
      -- Йонко? -- наконец, отмер Уил.
      -- Да, чёрт подери, он! Вспомни, что капитан у них далеко не малютка -- корабль должен быть огромным. Помнишь, ты тогда говорил, что вы видели подходящее судно в тумане? А сейчас у меня на корабле один из его комдивов -- Харута. Я не помню, какой именно, что-то после десятого, да и не важно! Тут пираты Белоуса, мать их! Что делать будем?! -- начала тихо истерить я. Да ну нафиг их. Это у Эла с Маром какие-то планы на их счет, мне эта радость нафиг не нужна, я хочу свалить подальше. 
      -- Успокойся! -- грозно приказал Уил. Я постаралась начать дышать плавно, давя истерику. -- Что они сейчас делают?
      -- Стоят друг против друга. Бутер вооружен пистолетом с пулями из кайросеки -- я с Акуром проверила их действие на себе. А Харута с саблей напротив. Их только туман и удерживает. Причем я не знаю, почему пират не нападает -- туман прекрасно его скрывает.
      -- Они о чем-то говорят?
      -- Да. Харута говорит, что капитан ответит за жизни его братьев. Кажется, Бутер виновен в смерти некоторых из них.
      -- Хм, тогда понятно, -- протянул лейтенант.
      -- Что с боем? -- вспомнила о насущном я, прислушиваясь к звукам с палубы. Вроде тихо.
      -- Все закончилось. Пиратский форт разобран по камешку, кажется, Белоус так же вмешался в общую битву. Однако где он сейчас, я тебе не скажу...
      -- Я скажу, -- осевшим голосом ответила я, глядя на огромную приближающуюся тень сбоку. Гигантский борт корабля вынырнул внезапно, ощутимо ударяя по борту нашего судна. -- Они прямо возле меня. Кажется, берут на абордаж. 
      -- Черт, нам нужен Бутер! Он знает многих работорговцев, что выдают себя за обычных купцов! -- зло прорычал Уил.
      -- Ладно, я покидаю корабль. Не дело оставаться тут. Ждите меня и Акура, постараюсь не заблудиться в тумане, -- сосредоточенно кивнув, я отключила шайтан-машину. 
      -- О, я сегодня полетаю, -- слабо отозвался парень, пока я помогала ему встать.
      -- Прости, я знаю, что в таком состоянии только полета и не хватало, но кто знает, что это за пираты, -- извиняющимся тоном шептала я, оттаскивая его к борту и с трудом беря на руки. 
      -- Ты так говоришь, как будто они еще и разнятся, -- усмехнулся он, обнимая за шею. -- Впрочем, да, тут есть доля правды.
      С трудом стартовав, я постаралась лететь как можно выше, над кораблем пиратов. Оттуда, не замечая меня, или не придавая значения, вниз спикировала еле видная синяя птица. Феникс Марко, собственно персоной. Надо крылья отсюда уносить...
      Ориентируясь на теплые потоки ветра и крики чаек, я быстро нашла берег и побежденную Базу. Прямо во дворе носились наши врачи, вперемешку с невидимыми до этого местными жителями и несколькими дозорными. Туда я и направилась, осторожно передавая парня на руки подбежавшему Грогу. Куда унесли желающего продолжения полета Акура, я не в курсе. Нужно было что-то решать с Бутером. Мысль о том, что надо бы отдать его пиратам, у которых он забрал братьев, упрямо толкалась и просила, чтобы выбрали ее. Однако слова Уила не давали покоя: скольких ещё торговцев живым товаром можно повязать и тем самым спасти жизни невинных? Как всегда решение было именно то, что мне не нравилось.
      -- Эмма, где Уил? -- окликнула я пробегающую мимо девушку.
      -- После разговора с вами резко взвился в воздух, используя Геппо. Не знаю, куда-то в сторону моря. Сильно нервничал. Я думала, у вас там какая-то проблема, раз он так быстро сорвался... -- неуверенно отозвалась она.
      -- Твою мать! -- взревела я, понимая, КУДА и ЗАЧЕМ направился мой лейтенант.
      -- А? -- Эмма, кажется, была готова обидеться.
      -- Не тебе, прости. Я за ним!
      Все же, корабль у Йонко был охрененно огромным: я чуть не врезалась в мачту, которая, по идее, не должна была находиться на этой высоте и что так неожиданно стала на моем пути. Вцепившись в нее быстро отросшими когтями, я прислушалась. Внизу была какая-то суматоха и толчея. Осторожно отлипнув и спикировав вниз, я удачно приземлилась за бочками, что стояли рядом с бортом. Там, обернувшись в зверя, трусцой направилась к скоплению людей, прислушиваясь и принюхиваясь. Знакомые запахи и, Уил?! Всё же ты сюда направился, мальчишка.
      -- Пожалуйста, просто поверьте нам, мы, как и вы, хотим справедливости! Если вы отдадите Бутера нам, его не только накажут по всей справедливости закона, но и... 
       -- А у нас своя справедливость и свой закон! -- сразу несколько голосов перебили его, не дав договорить. -- Вали отсюда, дозорный, иначе и тебе не поздоровится!
      -- Прошу, -- охрипнув, поперхнулся Уил. -- Он знает людей, кто торгует живым товаром -- это поможет нам найти их и спасти тех, кто может попасть к ним в лапы. -- Уил совсем осип, пытаясь упросить пиратов отдать толстяка.
      -- А у нас есть более интересное предложение, -- засмеялся кто-то. -- Давай-ка ты, сейчас станешь на колени, откроешь рот и ... -- конец изречения потонул в грохоте хохота. Именно грохоте, толпа тут была приличная.
      -- Так, цыц! -- гулко раздалось над всеми. Я, даже, присела на доски палубы. Та сила и воля, что появилась вокруг, заставляли ползать на брюхе и жалостливо скулить. Черт, папа Ус пришел разборки чинить. Я тихонечко подползла ближе, оказавшись за спинами пиратов. Думаю, в такой толпе меня не сразу раскусят... Хотя, Воля Наблюдения меня засечет быстро...
      -- Сопляк, мы сами в состоянии разобраться с этой проблемкой. Вали по добру по здоровью. Пока цел, -- спокойно проговорил он, ставя точку. Не, мы так не согласны, правда же?
      -- Сэр Эдвард, мы всего лишь выполняем приказ. Он для нас важен, -- тихо произнес Уил. Что-то резко изменилось: напрягшиеся вокруг пираты, их капитан, сам корабль. Казалось, даже туман замер, перестав клубиться и просто зависнув на месте. Быстро вынырнув из-за спин окружающих, я кинулась к лейтенанту. Тот замер посреди палубы, причудливо сведя руки вместе, наподобие какой-то древней печати. 
      -- Это твоя способность? -- удивленно рыкнула я, подбегая к нему.
      -- Да. Полный контроль пространства на определенной территории. Они не пошевелятся еще некоторое время, так что нужно спешить, -- он закашлялся, с трудом удерживая руки на уровне груди. -- Странно, что ты не попала под ее действие, наверное, за границей стояла. Ладно, хватай Бутера и на корабль.
      -- Сколько у тебя времени? -- спросила, хватая ношу зубами. Быстро закинув толстяка на спину, обернулась к парню.
      -- Мало, -- отозвался он, припадая на одно колено. 
      Больше не медля, я стрелой взвилась в небо, и так же камнем падая теперь уже на сушу. Бутер резко задвигался и начал что-то нечленораздельно вопить, требуя свободы и адвоката. Подлетевший Анко бесцеремонно вырубил его ударом ладони по затылку.
      -- Быстро отчаливаем. В Маринфорд! -- рыча скомандовала я. Казалось, команда только того и ждала: буквально минута, и корабль уже готов отплыть, экипаж в полной готовности, а Бутера волокут на борт.
      -- А как же Уил? -- Сачи неверующе посмотрела на меня. Остальные так же отвлеклись -- туман начал потихоньку сходить. 
      -- Уила сейчас заберу. Нам придется долго летать, чтобы оторваться: в команде Эдварда есть Феникс. 
      -- Ладно, тогда поспешите: туман пропадает, -- Хикару, сменивший наряд на повседневную форму, тихо вынырнул рядом. -- Вот, держите. -- Он протянул мне кусочек бумаги. -- Библикарта. Вторая у нас на корабле. Она укажет дорогу к нам.
       -- Спасибо.
      -- До полного рассеивания ему еще часа два, тут туманы хорошие, густые, но он прав, поспеши, -- вынырнувший следом за ним Джей невесело улыбнулся. -- Лейтенант у нас один и мы его любим. 
      Кивнув им, я в который раз взвилась в небо, по направлению к пиратскому фрегату. Уил все так же находился в центре палубы, в окружении пиратов. Бледный как смерть, стоя на коленях, он выдавил вымученную улыбку по моему возвращению.
      -- Грешным делом подумал, что бросила, -- прошептал он.
      -- Это оскорбительно, знаешь ли, -- возмутилась я, хватая за воротник. Тяжелый, зараза...
      -- Ну, прости, как есть сказал. Пара секунд еще есть, -- шепнул он, жмурясь.
      Быстро расправив крылья, я рванула в небо, сразу же оставляя корабль далеко внизу. Оттуда раздались едва слышные крики и, куда более устрашающий, громкий хохот капитана. Отпустив одежду Уила, подставила ему спину, позволив усесться и ухватиться за шерсть. Отлетев немного в сторону от предполагаемого маршрута, и оставив едва видимую мечущуюся синюю искру позади, я быстро набирала темп куда-то совсем в противоположную сторону от нашего корабля. Придется сильно петлять и облетать. 
      Уил, судорожно вцепившись в шкуру и, кажется, уже выдрав пару клочков на сувениры, тихо молился. Наверное, летать у кого-то на спине, в попытке оторваться от чужого пиратского командира -- страшно.
      Паря над еле виднеющимися остатками пиратской Базы, не смогла подавить радостного рыка: действительно по камешку. Зарево нескольких пожаров было видно до сих пор, дым поднимался столбом. Решив, что стоит не на долго затеряться между селянами на острове, дабы Феникс не нашел, я спикировала вниз. Уил довольно выдохнул, падая попой на землю. Синяя искра в небе еще некоторое время пометалась туда-сюда, но куда там ему: народу выползло прилично. Все хотели лично удостовериться в том, что диктаторский режим Бутера и его людей пал.
      -- Простите, пожалуйста, простите нас. Мы слишком долго шли к вам, -- гладя по голове босоного мальчишку, что с удивленно-радостным выражением лица рассматривал меня и отходящего от пережитого Уила, шептала я.
      -- Всё хорошо, леди, -- удивительно твердо отозвался он. -- Вы пришли. Мы верили, и вы нас не подвели. 
      Я первый раз за очень долгое время заплакала. Они сильные. 
      Корабль нашла с трудом, задействовав Волю Наблюдения на полную мощь. Библикарта вещь хорошая, но поднявшийся ветер и клочки тумана несколько мешали поискам. Феникс, к счастью, попытки найти нас оставил. То, что он спокойно использует Волю Наблюдения, понять было не трудно. У Белоуса слабаков в команде нет, а Марко первый после него...
      -- Вы вернулись! -- радостно взвизгнув, блондинка бросилась нас обнимать. Ни я, ни Уил не возражали, бессильно терпя все издевательства. Хикару, быстро освоившийся с браздами правления, отправив нас в душевую, отмываться от всего того, во что мы успели вляпаться. На мою окровавленную рубашку он гневно сощурился и, неожиданно отвесив крепкий подзатыльник, высказал мне все, что он думает о моих геройствах. 
      Я выпала в осадок. А как же субординация? Не, не катит, да? Эх...
      А потом, одетые во все ужасно мягкое и уютное, мы сидели на камбузе, пили горячий чай с булочками и слушали отчеты ребят. Перебивая друг друга, они в лицах пытались передать то испуганное лицо Бутера, когда у "команды из Маринфорда" неожиданно всплыли бумаги, которых у них быть просто не должно. Как носились пираты, когда большинство их кораблей, не успев выйти из гавани, резко взорвались и пошли на дно. Как не менее удивленно они встретили маленькую лодку с пугалом, что приплыла к ним из открытого океана и, впоследствии, разнесла весь вход в бухту. И как то, что в народном сопротивлении оказалось куда больше, чем пара хилых воришек. 
      -- Мы можем со спокойной душой покинуть Елену сейчас, не заботясь о том, что там сейчас будет происходить. Жители города и бывшие заключенные быстро приведут все в должный вид, они обещали, и мы им верим. Сейчас, главное, сдать Бутера и его подчиненных руководству.
      -- Где они, кстати?
      -- В связанном состоянии покоятся в трюме. Трое: Бутер, его зам, Голем, и еще один приближенный офицер. Остальных, увы, вырвать из рук людей жаждущих справедливости не удалось. -- Я фыркнула, вспоминая, как радовалась толпа, высыпавшая из подвала, и увидевшая офицера в форме.
      -- Бумаги с вами? -- встрепенулась я, выныривая из полудремы.
      -- Конечно, всё с нами. Это же улики и прямые доказательства его махинаций. Такой человек как он не мог не вести бухгалтерию. Так что, теперь нам остается только радостно потирать лапки и ждать суда. Наше первое задание, считай, почти выполнено. Маришка вообще в восторге: составляет кучу отчетов, указывает на не состыковки и явные нарушения закона и махинации с ним же. Вот уж у кого праздник сегодня.
      Я невольно усмехнулась. Хорошая она. 
      -- А что с дозорными Елены?
      -- С ними все хуже: особо ярых убили на месте, не размениваясь на комплименты. Тех, кто еще не совсем успел испортиться, припрягли к общественным работам. Так же там было множество пиратов. Угадайте, чьи? -- Джей сощурил глаза.
      -- Белоус, -- лениво отозвалась я.
      -- Блин, с вами не интересно. Могли бы, хоть для атмосферы, не догадаться? -- пробурчал он.
      -- Ох, там, правда, были пираты, замаскированные под дозорных? -- Сачи широко распахнула глаза.
       Я и Джей обменялись хмурыми взглядами. Уил, послав все к черту, спал, уютно закутавшись в цветастый плед. Завидую...
      -- Ну и, судя по всему, Белоус возьмет эти земли под свой контроль: эта часть Гран Лаин вообще его. А Дозор слишком далеко отсюда. Да и просто не в силах оспорить его власть. Так что, считай, пираты местному поселению точно не грозят.
      -- А как они так быстро нашли корабль, где был Бутер? -- я почувствовала себя глупым ассистентом, что спрашивал у великого сыщика о том, как он смог провернуть столь блестящее дело у него под носом. И пофиг, что в этом деле я была руководящей стороной.
      -- Ну, тут два варианта. Первый: у них была библикарта Харуты, по которой они и ориентировались. Второй: перехватили твой звонок по Ден-Ден Муши и вычислили ваше местонахождение. 
      -- Как все занимательно, -- склонив голову набок, поуютнее устроилась я, утыкаясь носом в плечо Уила. Хорошо, что тут лавка и стена под спиной. -- Сколько до Маринфорда?
      -- Пара дней. Нам не нужно переплывать Калм Белт: тут течение так интересно образовано, само донесет. 
      -- Запрос уже отправили?
      -- Нет, -- покачал он головой. -- Это работа для капитана. Не забывайте, вам еще и отчет писать.
      Я обреченно выдохнула и сильнее зарылась носом в плед. 
      -- Будет холодно.
   Глава 3. Мысли вслух. Не ломай
  
         Маринфорд был потрясающим. Невообразимым, монументальным, шокирующим. Огромное главное здание, множество маленьких, что были рассыпаны вокруг в строгом порядке -- всё чистое и убранное. Несколько кораблей пришвартованных к причалу, проходящие мимо люди в форме, обеспокоенные, занятые или просто сосредоточенные, все это его охарактеризовывало и наполняло.
      Позади главных зданий виднелся военный городок -- все такие же чистые улочки, уютные оградки и степенные граждане. Даже не допускающие мысли, что их могут атаковать пираты. Семьи дозорных и их родственники. Интересно увидеть их лица, если на Маринфорд, все же, нападут. А ведь Мар с Элом именно это и обещают. Надеюсь, людей эвакуируют. Должны.
      -- Капитан, не выкинь ничего нелицеприятного. Тут святая святых Дозора, -- тихо прошептал Уил, быстро осматриваясь вокруг. Мы неплохо влились в общую атмосферу, шествуя к нужному нам зданию. Почему мы знали, что оно нужное? Все просто: к нашему прибытию, на пристань прибежал мальчик-лейтенант, с приказом проводить нас и наших задержанных к камерам предварительного заключения. И только потом к Гарпу на отчет. 
      Бутер и его ребята вынужденно молчали. Негласно согласившись, мы вставили им кляпы, чтобы они не портили столь прекрасный весенний день. Отчеты и прочие документы мирно покоились в увесистой папке, которую нес мой лейтенант, строго и целеустремленно глядящий вперед. 
      В приемной нам обрадовались. Нашим пленникам вдвойне. Принятые нами меры одобрили, а самим заключенным напинали, когда они вздумали брыкаться. По быстрому отчету по Ден-Ден Муши мы заранее сообщили о том, что везем уличенных в предательстве дозорных. А таких не любят. Ой, как не любят. Нигде. Поэтому из здания мы вышли слегка в приподнятом настроении, ибо точно были уверены в том, что за пролитую людьми кровь, Бутеру и Ко достанется по полной. Ну, и наша там зачтется...
      Убранство и обстановка главной Базы Дозора поражали. Строго-военная и одновременно какая-то торжественная, она отдавала величием и педантичностью. Быстро поднявшись на нужный этаж, мы замерли перед большой дверью. Караул по обе стороны почтительно вытянулся в струнку, отдав честь.
      -- Войдите, -- строго раздалось в ответ на стук.
      -- Сенгоку Будда и Монки Ди Гарп, -- в ответ на незримый вопрос, отозвался сопровождающий нас лейтенант.
      -- Сам главнокомандующий? Какая честь, право слово, -- покачал головой Уил, входя первым и придерживая мне дверь.
      Десять шагов до стола Сенгоку эхом отдались в большом в помещение. Сердце решительно станцевало чечетку, на стуке оседая где-то в районе пяток. Я не заяц, я не заяц. Я -- волк. Правда, же?
      -- Здравия желаю, сэр главнокомандующий Морским Дозором Сенгоку Будда, сэр Вице-Адмирал Монки Ди Гарп! -- приставив руку к голове, отчеканила я, поворачиваясь то к одному, то к другому. 
      Гарп подавился печенькой, Сенгоку непонимающе посмотрел на него, после повернулся ко мне.
      -- Отставить, Дрого Ди. Докладывайте, -- устало выдохнул он. Чайка на кепке интриговала не меньше козы, что невинно покачивая бедрами, независимо приближалась к папке с документами в руках Уила. Тихо рыкнув в ее адрес и полюбовавшись быстро сверкнувшими копытами по направлению к креслу Будды, я приступила к пересказу отчета. Сенгоку задумчиво выгнул бровь, глядя на такое дело, но ничего не сказал, начиная внимательно меня слушать. Закончив часа через полтора, я детально рассказала обо всем, что произошло с нами за время выполнения задания. Бумаги плавно перекочевали к нему на стол и подверглись рассмотрению. Гарп, довольно жующий печенье и запивающий его чаем, также слушал, весело ухмыляясь.
      -- Что ж, капитан-лейтенант, спасибо за работу. -- Когда я, наконец, выдохлась, объявил Сенгоку. -- Мы накажем бывшего, -- он выделил это слово, -- капитана Бутера и его подчиненных. Документов достаточно. Спасибо за проведенное расследование и правильно принятые решения. Отдельная благодарность за проявленный риск на корабле Йонко. Лейтенант Моркрафт, благодарю вас. Передайте раненым мои пожелания о скором выздоровлении. Всё, можете идти отдыхать, вас проводят в свободные комнаты. 
      -- Благодарю, сэр! -- еще раз приложив руку к голове, я и Уил, все время молчавший, покинули кабинет. Крайне довольное лицо Гарпа освещало комнату не хуже лампочки Ильича. 
      -- Знаешь, столько мытарств ради того, чтобы полтора часа что-то рассказывать и, тратя еще несколько часов до этого, составляя подробный отчет... -- Покачала я головой. -- Ради всего этого я столько рисковала вашими жизнями? -- уныло посмотрела я на Уила.
      Тот грустно покачал головой, сворачивая за угол и резко останавливаясь.
      -- Здравия желаю, Адмирал Сакадзуки! -- вытянувшись в струнку, прокричал он. Вынырнув следом, я увидела внушительную горку с волевым лицом и, почему-то особо бросилось в глаза, розочкой на пиджаке.
      -- Здравия желаю, господин Адмирал! -- немного коверкано повторила за ним я, так же вытягиваясь в струнку. Инстинкт самосохранения кричал во все горло, что нужно притвориться ярым поборником справедливости и фанатом, чтобы мне не влетело от этого человека. Магма, ёптить. 
      Скользнув по нам внимательным взглядом и чуть задержавшись на моих ушах, сейчас прижатых к голове, он легко кивнул.
      -- Вы новая команда по проверке Баз Дозора? -- глухо спросил он.
      -- Так точно, сэр! -- выдавила я. Заяц вновь возвращался, заставляя хвост обвиваться вокруг талии еще сильнее, чем было до этого. Трусишка, твою ж...
      -- И, как ваше задание? Что оказалось на последней Базе?
      Какой любопытный типчик. Я убрала руку от виска, отступая немного назад и мрачно глядя мужчине в глаза. Взрослый. Большой. Сильный и волевой. В глубине глаз затаилась легкая усталость и, казалось, тихо горящий огонь. А обожжет он или нет, решать уже его хозяину. Что же он такое видел в своей жизни? Сердце, уже не скрываясь, отдавало в висках.
      -- Капитан оказался человеком, злоупотребившим собственным влиянием и прельстившимся властью, предавшим клятву, данную Дозору и людям, которых должен был защищать, -- я сжала кулаки, вспоминая изможденных людей в клетках.
      -- Но вы справились, -- не меняя интонации и тона. 
      -- Да, сэр, -- вытянулась в струнку я. После, уловив в тени его взгляда маленькую искорку отвращения и сожаления, рискнула продолжить. -- Мне грустно осознавать то, что люди, поклявшиеся защищать -- предают. Прошу простить мне мои вольные изречения, Адмирал. 
      -- Что ж, я вполне понимаю тебя и твои мысли, -- согласно кивнул он головой, не сводя с меня пристального взгляда. -- Надеюсь, ты и дальше будешь верна Дозору. Желаю удачи, офицер! 
      И, хлопнув меня по плечу рукой, пошел дальше. 
      У меня мелко затряслись коленки. Интересно, правильно или не правильно вякнула? 
      -- Анта. Пожалуйста. Не делай так. Больше, -- раздельно произнес Уил, легонько клацая челюстью.
      -- Хорошо, босс, не буду, -- широко раскрыв глаза и не сходя с места, отозвалась я, уже мысленно похоронив себя под тонной лавы.
      Лейтенант, что нас сопровождал, соляным столбом замер по другую сторону коридора. 
      -- Эм, тут есть, где выпить? -- тоненьким голоском осведомилась я, аккуратно прислоняясь к стене.
      -- Да, есть. -- Бледное лицо и неподдельный ужас в глазах. -- Идем, нам нальют.
      Придерживая друг друга, мы втроем поплелись в сторону ближайшего выхода из здания. Там по улочке влево и вниз, подальше от главных зданий. Трио призраков, то есть нас, покачиваясь, ввалилось в какое-то полутемное подвальное помещение, где бармен за стойкой действительно налил нам, не задавая вопросов.
      Вечер начался только спустя час, когда мы обрели способность нормально двигаться и связно говорить по существу. А лейтенант оказался славным малым, рассказавшим немало интересных историй из жизни Дозора.
      -- Это ваш первый рейс? -- протирая стакан, поинтересовался бармен, пока парни спорили о размерах Моби Дика -- корабле того самого Белоуса, у которого мы тогда сильно засветились.
      -- Да. Первый и полностью самостоятельный, -- кивая головой, согласилась я. Спиртное приятно согревало и расслабляло. -- У нас недостаток команды жуткий. Там База была в содружестве с пиратами. Если бы не народное ополчение, появившееся в последний момент, узники, которые согласились работать вместе с нами, да, грустно признавать, те самые пираты Белоуса, у которых были свои претензии к тамошнему командующему, мы бы просто не вернулись. Выехали, считай, чисто на удаче. Второго такого раза точно не предвидится. -- Я залпом осушила емкость с саке, подвигая ее к бармену, с намеком повторить. 
      -- Да, удача -- вещь непостоянная, -- согласно кивнул он. -- Не много ли пьете, леди?
      -- В сравнении с тем, на чем я практиковалась, саке и рядом не стояло, -- поморщилась я. Самогон был меньшей из зол, а я, в свою "прошлую" жизнь, иногда на праздниках в компании со старыми знакомыми, его употребляла. Саке сейчас казалось легким напитком, с примесью спирта. Даже для нового организма. Интересный феномен... Бармен удивленно вскинул бровь, но больше не спорил -- налил.
      -- Вам повезло с вашим первым заданием -- дебют удался на славу, -- он легко улыбнулся, возвращаясь к стакану. Тот уже блестел, но, видимо, мужчине было проще вести беседу именно так.
      -- И не говорите, -- усмехнулась, наблюдая за тем, что парни-лейтенанты уже никакие. -- Мне пора, вот деньги. Спасибо за вечер.
      -- И вам спасибо, заходите еще, -- он лишь понимающе ухмылялся, когда покачиваясь, я направилась к выходу, таща этих пьяниц на себе.
      Расставшись по пути к казармам с лейтенантом-сопровождающим, который, всё же, смог идти самостоятельно, без поддержки, я направилась дальше, с подозрением глядя на каждый шуршащий кустик. До своей комнаты добиралась кое-как, удивительным образом обходя все посты охраны и просто снующих туда-сюда дозорных. Уил мертвым грузом висел на плече, тихо посапывая и что-то приговаривая во сне.
      Кровать была большая, мягкая и не шатающаяся. Последнее вообще обрадовало, заставляя носом рухнуть в подушки и блаженно замереть. Не тут-то было: Уил начал возиться, устраиваясь поудобнее, и заезжая мне пяткой в ботинке по ребрам. Пришлось встать, разуть его, раздеть до трусов и отправить под одеяло, отстраненно думая о том, что он мне поутру расскажет. После, проделав те же манипуляции с собой, разумно оставшись в майке, рухнула по другую сторону и, закутавшись в мягкое одеяло, заснула. Ну его, еще в свою комнату топать. Далеко же.
      Три дня нас никто не трогал, разумно рассудив, что новичкам из Дозора нужен отдых. К счастью, Акаину отбыл куда-то вдаль, надолго, перестав пугать в коридорах. Пару раз, выловивший меня, Гарп был неимоверно рад моим успехам, постоянно приговаривая, что это он меня воспитал. Окружающие, перед которыми он тряс мою скорбную тушку, одобрительно кивали головами и смотрели в мой адрес с плохо скрываемым сочувствием. Тут-то в силу вступила моя личная женская логика, что начала кричать во весь голос, что дедушку Гарпа плохо воспринимать могу только я, остальным же ни-ни! 
      Поэтому, когда он в повелительном тоне предложил мне тренировку с ним, я согласилась, тихонечко объяснив Уилу, что нужно делать в случае моих похорон. 
      На тренировочную площадку я шла хмурая и с шишкой на затылке. Уил юмора не оценил, становясь на страже выхода.
      Драться против дураков трудно: никогда не поймешь, что у них на уме. Против дураков в звании Вице-Адмирала и с Волей Вооружения и Наблюдения -- вдвойне. Называть дедушку дураком, конечно, было не очень правильно, но ума ему стоило бы поиметь побольше. 
      По площадке я больше не летала. Не убегала -- пыталась бить в ответ, рассыпаясь огненными искрами, когда он меня ловил, выкручиваясь и ударяя по новой. Старик был доволен. Офицеры несколько обескуражены: я все еще была на ногах. Ну, а мне приходилось несладко: кулак у дедули действительно был тяжелым. Что, впрочем, не мешало применять на нем похожий удар -- старик отлетел на несколько шагов. "Кулак любви", хиленькая версия, стоившая мне выбитых костяшек пальцев, все же сработала. Воля Усиления работала кое-как, с перерывами и пробоями. Поэтому, не размениваясь по мелочам, я рванула вперед, "добивать". Как же он ржал...
      Как же долго я сращивала треснувшие ребра, когда неожиданно объявив, что бой окончен, он просто перехватил меня поперек талии и понес к выходу. Сенгоку, что с балкончика смотрел за всем этим беспорядком, лишь утомленно закатил глаза, что-то не понятно бормоча про "множившихся Ди". На большее моего слуха не хватило -- мне итак на ухо радостно рассказывали о том, что я немного повзрослела и теперь он с чистой совестью может поручать мне серьезные задания. Вот бы еще рассудок у него не был замутнен пончиками с чаем...
      -- Капитан, поздравляю, ты выжила! -- Уил благодарно кивнул Гарпу, получая мою полудохлую тушку на руки. Мне было уже все равно.
      -- Хочу на задание. Как можно дальше и дольше, -- простонала я, принимая вертикальное положение.
      -- Сейчас к Главнокомандующему, а потом уже посмотрим, -- кивнул он, водружая мне на голову кепку. Вот же, крайне неудобное изделие. 
      -- Хочу шляпу, -- буркнула я, глядя на его постепенно вытягивающееся лицо. -- У всех крутых ребят есть головные уборы. У Сенгоку вообще чайка. Хочу шляпу.
      -- У тебя кепка, -- кивнул он на мою голову, поворачивая к зданию.
      -- Не хочу кепку. Хожу как утконос, неудобно. Хочу шляпу. С широкими полями и перьями!
      -- И куда ты в ней пойдешь? -- скептически выгнул он бровь.
      -- На задания. Я уже капитан-лейтенант, мне можно носить свободный покрой!
      -- Хм. Ладно, посмотрим, -- несколько неуверенно пожал он плечами, разворачивая меня к кабинету Будды. Я и не заметила того, что мы дошли, пока клянчила.
      -- Дрого Ди, у меня для тебя радостное событие, -- не успела я зайти, как начал глава всея Дозора. Я удивленно уставилась на него, пытаясь решить, радостное для него, или для меня?
      -- Слушаю, сэр.
      -- А мы тебя в звании повысили, -- голосом Матроскина протянул Гарп и принялся потягивать свой любимый чай, пока я давилась воздухом, кашляя. Уил дружески хлопнул по спине, чуть не окончив мое существование. Кажется, он тоже удивился.
      -- Что, простите? -- сипя, выдохнула я, зеленея и синея. Метнувшийся к столу Гарпа, лейтенант быстро набрал воды из графина, так же пулей несясь назад и заставляя меня глотнуть. Стакан покрылся сетью мелких трещин, однако глоток я, все же, сделала. Начало отпускать.
      -- Вы ж мне капитан-лейтенанта угробите, ну нельзя же так, -- укоряюще посмотрел на Гарпа Уил, осторожно ставя стакан на ближайшую тумбу. Емкость угрожающе треснула и развалилась на куски, залив полировку и пол. Взгляд Сенгоку был полон сочувствия. Причем, в первую очередь к самому себе. 
      -- Уже не капитан-лейтенанта, а капитана третьего ранга, -- радостно прыснул Гарп, всем своим внешним видом говоря, "ай да я, ай да молодец!"
      -- Вах, -- не смогла удержаться я. Интересно, он вообще в курсе, что с повышением звания, проблемы и ответственность тоже увеличиваются? 
      -- Рада стараться, да, -- хрипло отозвалась я, когда молчать стало уже неприлично. Гарп расцвел, Сенгоку утомленно потер переносицу. 
Коза на заднем фоне тихонько начала жевать его накидку. 
      -- Завтра отправляетесь на новое место. Документы по этому поводу вот, держите, -- он выдвинул пухлую папку, которую быстро подхватил Уил. -- С учетом вашего отчета и отклика команды, в подкрепление выделяем еще один корабль. Команда из тридцати человек, подготовленные дозорные. Надеюсь, вы вернетесь все и в целости. Очень на это надеюсь. 
      -- А наш корабль, сэр? -- лейтенант выступил вперед, решая первоочередную проблему. Я и забыла, что после морского боя на Елене, у нас борт несколько пострадал. Да и парус порвался -- сменить не удосужились, всё равно течение было нужное.
      -- Уже починили. На этом всё, можете идти.
      -- Есть, сэр!


      -- Ты же понимаешь, что это повышение чисто формальное? -- спустя некоторое время, стоя возле входа в здание и любуясь маленькими карпиками в фонтане, отозвался лейтенант.
      -- Конечно, -- улыбнулась, задирая голову к небу и к яркому солнцу. Надо будет очки себе купить, что ли, солнцезащитные. -- Есть множество мест, в которые меня, как капитан-лейтенанта не пустят. А вот капитану третьего ранга многие ворота теперь откроются. Поверь, Уил, я, конечно, наивная и доверчивая, но тоже немного смыслю во всех этих делах ажурных.
      -- Я не сомневался... -- Он затих, напряженно рассматривая отдельно плавающую рыбку.
      Некоторое время простояли в тишине. Так скверно на душе...
      -- Белоус же, да? -- нарушила я покой, поворачиваясь спиной к фонтану и опираясь о него.
      -- Да. -- Повторил мой маневр парень, теперь пристально рассматривая аккуратно стриженые кустики. -- Он ведь позволил нам. Не мы это смогли. Что ему стоило просчитать курс нашего судёнышка? Да и сам Феникс, он же первый! Ты его награду видела, нет? Его листовку специально в архиве держат, чтобы народ не глядел почем зря. Этот человек, фруктовик, даже Адмиралам может жизнь угробить. Анта, пойми... -- Повернулся он ко мне лицом. Озабоченность, непонимание, неуверенность и, даже, чуточка страха. -- Анта. Белоус... он мог нас всех на дно пустить, попросту использовав свою силу. Мы столкнулись с тем, что нам не то, чтобы не по зубам. Мы столкнулись с тем, что просто лежит в другой плоскости, измерении... Анта! Я боюсь. 
      Он сгорбился, нервно потирая лицо руками. Его можно понять. Такой риск, такая мощь...
      -- Не моя сила тогда удержала их на месте. Нет. Это он просто позволил мне, позволил тебе осуществить задуманное. И, я так думаю, Феникса он тоже отозвал. Может, -- резко вскинулся он, -- он действительно не такое и зло, как о нем говорят. Он же поступил как...
      Парень замер, не в силах вымолвить и слова. Долго так простояли, глядя на площадь перед собой. На то, как носятся туда-сюда одетые в форму люди. Как летают в небе чайки. Как ветер ласкает листья на деревьях и флаги на флагштоках и там, вдалеке, паруса. А еще дальше блестящее море, ласково и нежно катящее свои волны. Море, что несет нам смерть, окажись мы за бортом.
       -- Как человек чести, Уил, -- грустно улыбнулась вздрогнувшему парню, что резко повернулся ко мне. Испуганный мальчик. -- Идем, братик. Нам пора в путь. Нести Справедливость.
      Хех. Как человек чести. Как великий Отец всея, что знает, когда надо поощрить маленьких детей грозного моря и жестокого мира. Когда нужно наказать их или пожертвовать им что-то своё. Как...
      Зачем же?! Ну, зачем, Эдвард? Не ломай...
  
   Напоминание
  
         -- Слушай, а когда мы Акура заберем? -- чувствуя вину перед покинутым близнецом, заерзала на лавке, грустно глядя поверх чашки с чаем. Шел второй день нашего плаванья, и, быстро изучив отчет относительно нового дела и того, что нам предстоит разузнать, мы предавались безделью, творя, что душе угодно. Несколько наших перебрались на сопровождающий корабль и теперь активно постигали житие-бытие Морфлота. У одних оно выражалось в правильном завязывании узлов на канатах, у других -- в готовке. Да, оставив нас на попечение все так же депрессивного Бана, Эмма упорхнула к коку "Виктории" -- так называлось второе судно. Наше носило название "Глория". Мед блок обоих кораблей так же объединился, и теперь, на нашем судне царила временная, но тишина -- мало кто хотел стать подопытным экземпляром, увлекшихся не на шутку, врачей. 
       -- Его переправят на нашу Базу, не беспокойтесь, -- усмехнулся Джей, глядя на то, как я ерзаю. Маленький перст моей личной совести упрямо указывал на радостную мордочку близнеца в личном деле. Да и его брат так же не давал мне расслабиться. Хотя, сам Акир был счастлив: как же, его братишка в самом настоящем бою поучаствовал и ранен взаправду был!
      Совесть, схватившись за живот, кривляла разные гримасы и уссыкалась со смеху. В кои веки начала она работать и тут же устроила мне личный внутренний переполох, метлой гоняя тараканов на построение, перебирая документацию и, манерно оттопырив мизинчик, потягивала вытяжку из нервов.
       Правда, даже это не мешало мне постоянно испытывать удачу и петлять от Уильяма, когда тот пытался заставить меня работать по специальности. У нас тут почти целый штат! Пусть они и работают. Я Капитан третьего ранга и плевать, что чисто формально! Мне можно..!
      Старпом, мичман, старшина, лейтенант и, почему-то, главный навигатор, так не думали. Причем на обоих суднах. Приходилось, повесив ушки и хвост, плестись в капитанскую каюту и, стараясь не зевать, выслушивать все доклады, постановления, новые законы. Да еще и листовки просматривать. Ох уж эти пираты! Никакого спокойствия от них нет. И новички эти... Даже зависть берет: вон, у одного награда уверенно приближается к ста миллионам, сильный, наверное... А я даже потренировать свой фрукт не могу -- негде. Черт, да он тут не один такой крутой! Всё, я тоже хочу стать сильной!
      Отчеты, отчеты, документы, опять отчеты. Бортовой журнал, который нужно пролистывать с умным видом и ставить закорючку-подпись. А поставив эту самую закорючку, нужно еще умудриться и не поставить кляксу, коими я активно грешила. В такие моменты, гневно дышащий в затылок Уильям, счастья, естественно, не добавлял.
       Команде тоже было не до веселья: не знаю как, но лейтенант прознал о слабых сторонах нашей братии и, не думая особо, просто поменял некоторых из нас местами на наших должностях, для оттачивания навыков. Бедный мальчик допустил огромную ошибку, так поступив. Так, например, Эмма резко передумала возвращаться на "Глорию", окопавшись на камбузе соседнего судна. Бан, которому бежать было некуда ("Виктория" благоразумно стала следовать на отдаленном расстоянии, мотивируя это тем, что так она патрулирует больший участок моря) теперь крайне грустно рассматривал канаты, чем пугал наших стариков-матросов. Суицидальный взгляд паренька заставлял их неотрывно следить за ним.
       -- Ребята, мне кажется, за мной кто-то следит, -- как-то вечером, за чаем, пожаловался он. Все остальные подавились, ибо были в курсе положения вещей. Уил был удостоен испепеляющего взгляда от всех присутствующих. 
       -- Не зацикливайся, мы же на море: тут все друг за другом, так или иначе, присматривают, мало ли. Выпасть за борт, знаешь ли, не так уж и трудно, -- невинно пожав плечами, отозвался он.
      Бан сник, как-то задумчиво посмотрев в кружку с чаем. Старики уныло выдохнули: уговаривать Уила, вернуть всех на свои места было делом гиблым, упертым парень был, как осел.
      Мед блок изменениям не подвергся, Эльза все так же оставалась на своем месте, неожиданно твердо, не стесняясь в выражениях, пояснив, что будет делать наш лейтенант, если вдруг ему оторвет руку, а медсестрой будет, например, Мартин. Мартин, в этот момент, шинкующий лук и слезно просящий Анко придумать какое-то другое блюдо, на мгновение оторвался от своего дела и расчетливо взглянул на Уила. Того проняло и к Эльзе и ее коллегам больше не было претензий.
      Джей хватался за голову -- навигатором была я. Джей хотел умереть, даже пару раз подкатывал к Бану, перебирать канаты, благо, на одной палубе работали -- рыжик теперь был уборщицей, что, по началу, вызвало множество шуток. Пока они не узнали, кто пришел на его место. 
      Утешало то, что курс уже был проложен и, в принципе, волноваться было не зачем. Сэр Соло всё так же спокойно почитывал газетку и дымил трубкой, не выказывая никаких волнений. Исправно проводя в небе по полдня, я фиксировала все изменения ветра, температуры, влажности. Отмечала в журнале все под то же самое сердитое дыхание в затылок, теперь уже от двух человек. Но как отмечать на карте, высчитывать скорость движения судна и прочая, прочая, прочая, для меня было таинством. Магия, короче.
      Джей попытался пробить стену головой, лишь бы не видеть всего того, что я творила с Лог Посом и картой. Сэр Соло мрачно молчал, только сильнее сжимал зубы на трубке. Последняя молча взывала все к той же разгулявшейся совести, и я в который раз склонялась над бумагой, подавляя вздох.
      Меня засадили за строчки, пусть и несколько извращенно. И ведь не сбежишь, ибо навигаторы меня до нервной дрожи в коленях пугали. Эти люди умели колдовать.
      Акир беззаботно болтал ногами, сидя в вороньем гнезде. Уил оказался тем еще садистом: активному и любопытному близнецу было крайне трудно усидеть на одном месте. Какое там море, когда на палубе творятся странные дела? Синица лишь грустно вздыхал, иногда закидывая голову к небу и глядя большущими синими глазами на недосягаемую, сейчас, высоту. Увы, но мрачный трюм с оружием на некоторое время заменил ему бескрайние просторы -- в паре с Хикару, он тщательно перебирал, чистил и полировал пистолеты и сабли.
      Один лишь Чешир спокойно спал и никого не трогал. А что ему? Крыс нет, мышей нет, на кухне ничего вкусного. И зачем лишний раз рыпаться?
       Жизнь была веселой. Будущее -- многообещающим. 
   ***
  
       -- Капитан, держи канат! -- крик сверху и меня накрыло, размазав по палубе.
       -- Упс, перепутал, -- Бан грустно вздохнул где-то вверху. -- Ребята, я убил капитана...
       -- Без меня?! -- с неподдельным ужасом воскликнул Джей, принимаясь стягивать с меня парусину.
   ***
  
       -- Ребята, дождь будет! 
       -- С чего ты так решила?
       -- Лейтенант низко летает, -- философски пожала я плечами, наблюдая за тем, когда во время одного из морских сражений, кто-то послал Уила за борт.
   ***
  
       -- Мне кажется, или холодует, -- уныло пробурчала я, когда корабль заплыл в зимнюю область.
       -- Ты имеешь в виду, холодает?
       -- Нет. Холодует.
   ***
  
       -- А борщ точно был свежим? -- подозрительно рассматривая варево у себя в тарелке, поинтересовалась я.
       -- Ну, он был не очень старым, -- пожав плечами, Анко отправил ложку в рот.
   ***
  
       -- Почему праздники нужно так долго ждать? Они должны быть неожиданными, как интересная поездка! 
       -- Или понос.
      Сачи, возмущающаяся на тему того, что ее день рождения еще не скоро, грустно вздохнула, закрывая календарь.
   ***
  
       -- Скажите, что эта самка корабля пустыни делает тут? 
       -- Анта, это всего лишь Морской Король.
       -- Это верблюд! Верблюдиха!
       -- Это Морской Король!
       -- Верблюд! Ой, ласты...
       -- Морской Король.
       -- А он съедобен?
      Уил попытался убиться лбом о мачту. Анко, рассудительно покивав головой, пошел разогревать духовку. Луковый суп сидел в печенках уже у всех.
   ***
  
      -- Анта, тут слишком много кораблей пиратов. Что будем делать? 
      -- Снимать трусы и бегать по палубе, размахивая ими. Думаю, элемент неожиданности будет оценен по достоинству, -- пожала я плечами, уныло рассматривая открывшийся вид. Джей получил подзатыльник, пожелав увидеть это.
      Поддержка из Флота запаздывала.
   ***
  
       -- Нужно с этим разобраться.
       -- Бро, решая проблему, ты тем самым убиваешь её.
       -- Садииссттт, -- с придыханием и толикой восторга протяну Акир, тенью появляясь за спиной Уила. 
       Испугавшегося лейтенанта откачивали в четыре руки.
   ***
  
       -- Хожу -- бей!
       -- Есть! А как тебе это?
       -- Ха-ха-ха! А если я так?
       -- Ах ты..!
       -- Ребят, и кто кого? -- участливо поинтересовался подкативший Уил.
       -- Не "кто кого" -- мы в шахматы играем, -- вяло отозвался проигрывающий Анко, рассматривая зажатого в угол короля. Я тихо сползла под стол, сгибаясь от смеха.
   ***
  
       -- Ух ты! Какая прелесть! -- закрутилась перед зеркалом. Польщенный Уил на пару с Сачи, стояли в стороне и умиленно смотрели в мою сторону.
       -- А говорил "не понравится", -- пробурчала она, пока я радостно рассматривала себя в зеркале, обряженная в длинный черный кожаный плащ и широкополую светлую шляпу с пряжкой. Маленькие якорь и штурвал, скрепленные цепочкой, тихонько покачивались справа, прикрепленные на полях. 
      -- Эй, ребят, а откуда этот клык? -- удивленно повернулась к ним, вертя в пальцах опасное украшение, которое скрепляло внизу завязки шляпы. 
       -- Твой. Во время твоего первого превращения, когда с Нильсом на корабле дралась. Он тогда в борте корабля застрял. Как видишь, прекрасно подошел.
      -- Я грызла судно? -- ужаснулась я, стягивая шляпу и отмечая выгравированный слева на тулье символ справедливости. Чайка с гаечным ключом. Восемнадцать на двадцать четыре-е-е...
      -- Нет, это Нильс постарался. Да и ладно, у тебя все равно новый вырос, -- отмахнулся он. Да, мелочи жизни, ага.
       Я была счастлива не смотря ни на что. 
   ***
  
      Нам везло. Безумно, удивительно, чудесато. И везло тем, что нам не попадались больше люди, похожие на Бутера и его приспешников. Да, были те, кто уклонялся от прямого выполнения обязанностей, повышал налоги, превышал полномочия. Но, не Бутер, не он. 
       Везло тем, что имея теперь два корабля, две удивительно слаженных команды, мы выходили из морских сражений победителями. За конец весны и середину лета наших мытарств, мы потеряли двоих с "Виктории", да еще пара моих ребят обзавелась новыми шрамами. Стоит ли говорить, что среди новых команд в первый год гибло куда больше народу? Хотя, это не оправдание, нет, погибших этим не вернуть. 
      На сушу мы сходили теперь крайне редко, а о своей "родной" земле и думать уже перестали. Поэтому, весть о том, что мы возвращаемся на Лилию, солнечный и светлый остров, на котором и располагалась наша База, распространилась по кораблю со скоростью света, вызвав небывалый энтузиазм и свист. Мы плыли домой.
       "Виктория", отсалютовав нам на прощание, ушла восвояси на заслуженный отдых. Нам дали передышку, которой нужно было воспользоваться по максимуму, ну, или, хотя бы отоспаться на твердой поверхности, без болтанки.
      Очертания Лилии встретили криками радости и упорядоченной беготней по палубе, подготавливаясь к швартовке. 
      В городе нас встречали почти все. Не позволив мне сходить и отчитаться Гвёрну о проделанной работе, радостная толпа встречающих снесла нас, начиная обнимать и кружить. Родители были вне себя от счастья, ощупывая, осматривая, обнимая своих детей. Столько благодарностей я еще не слышала в свой адрес. 
      Довольно улыбаясь, к нам вышел выздоровевший Акур, позволив себя обнять, затискать, извиниться за то, что оставили. Он простил нас, тут же начав мериться ростом и мускулатурой с братом. Мол, за время разлуки что-то изменилось. Вот же, дети. 
      Старик-кузнец тоже пришел на пристань. Чинно вышел, осмотрел со всех сторон, обнял так, что захрустели кости. После потребовал мечи. Одобрительно поцокал языком, не найдя никаких повреждений и зазубрин -- я над ними, порой, тряслась сильнее, чем над сохранностью судна. Хотя, конечно, помогли они мне однажды сильно -- если бы не кайросеки, плакала бы тогда моя команда над хладной тушкой меня же. 
      Народ разошелся по домам, уводимый счастливыми родственниками. Я и Уил поспешили в Форт, сопровождаемые Синицей и близнецами, у которых дома не было. Впрочем, как и у нас. 
      Комната встретила тишиной и пылью. Постельное белье пришлось идти и брать у завхоза, который, наверное, был единственным человеком на Базе, для кого воинские чины были по барабану.
      Вечерело, когда внутри, неожиданно, раздалось два теплых, шепчущих голоса, по направлению из коридора. Позже к ним добавился еще один.
      -- Братишки, -- с порога обнимая их, прошептала я. Две довольные рожи светились, так же обнимая меня в ответ.
      -- А ты говорил, что не обрадуется, -- Мар был весел.
      -- Был не прав, каюсь, -- Эл даже и грамма раскаяния не проявил, тиская меня в объятиях. 
      -- А меня обнять, мрмяу?! -- Кот недовольно цапнул меня лапой за ногу и, только благодаря реакции успел ее вовремя отдернуть -- миг, и место царапин заплясало огнем и затянулось.
      -- Иди сюда, меховой говорящий мешок, -- оторвавшись от парней, я подхватила котика на руки, целуя в нос и ласково гладя по голове.
      -- От тебя пахнет крысами, -- он непонимающе взглянул на меня.
      -- А, да, у меня две барышни живут, -- повернувшись к кровати, махнула рукой по направлению одной маленькой дырочки в стене. -- Они из карцера были, где я часто сидела. Сдружились, и я взяла их с собой на корабль. А теперь они тут живут, правда, в стене, -- засмеялась я, видя то, как котик удивленно рассматривает вход в крысиное жилище. -- Не трогай их, они очень помогли мне пару раз. 
      -- Ладно. -- Он вновь принялся тереться о подставленную ладонь. -- Даже это не омрачает моей радости от встречи с тобой.
      -- Ох, ты ж мой рыцарь, -- растрогалась я. 
      -- Рассказывай, давай, как оно, -- плюхнувшись на кровать, скомандовал Эл. 
      -- Эм, что именно? Много всякого, знаешь ли, было, -- недоуменно пробормотала я, впрочем, догадываясь о том, что именно он хочет узнать.
      -- Мы были в Маринфорде и с интересом читали твой отчет, о работе на Базе, на острове Елены. Ты пересекалась с пиратами Белоуса. Рассказывай, кого видела, с кем общалась. Какие они вообще из себя. Кстати, с очередным повышением тебя.
      -- Спасибо. Ну, как тебе сказать, -- я уселась на стул, благодарно кивая в ответ и всё так же продолжая гладить кота. Две пары черных бусинок глаз, высунувшихся из крысиной норки, были полны укора. -- Я некоторое время общалась с Харутой, милый паренек, хоть и мелкий еще, -- усмехнулась, вспоминая то, как он, невинно строя глаза, тырил у меня куриный окорочок из тарелки. -- Видела и была на Моби Дике -- поразительный, по своим параметрам, корабль. Очень. Мельком видела капитана -- Белоуса. 
      -- И, какой он? -- не выдержав, заерзал на своей кровати Мар.
      -- Большой. Сильный. Надежный и пугающий до кирпичей. Знаете, мы с Уилом пришли к выводу, что не мы тогда смогли от них сбежать, это они нас отпустили. Он. Такого, как этот человек, так просто в силки не затащишь. Не обездвижишь. Но он хороший капитан. В чем-то справедливый. Даже к Дозору.
      -- Понравился, значит? -- ехидно улыбаясь, отозвался брюнет, вновь растягиваясь на кровати.
      -- Я его боюсь. Точнее не я, а моя звериная часть. Он... Волевой.
      -- Так оно и есть, Йонко же, в конце концов, -- Эл зевнул.
      -- А, кстати, мы корабль Шанкса видели, -- вспомнив, улыбнулась я.
      -- И как?
      -- Ну... Драпали мы быстро. Первый раз увидела судно, на котором растут пальмы...
      -- Да, Акагами мужик своеобразный, -- понимающе отозвался Эл и в нескольких словах описал мне то, что было известно из прошлого этого мужчины. Я удивленно вскинула брови, внутренне отмечая для себя, что Шанкс та еще темная лошадка. Очень темная, с такими-то учителями.
      -- Ну, подумала над планом о том, как попасть к Бате на судно?
      -- Эл, я не в особо хорошем свете засветилась перед ним. Мы враги, знаешь ли. Да и вообще, мне бы в другой конец мира свалить от него. Я боюсь. И, в первую очередь за своих детей. Ребят, может, можно как-то иначе, а? 
      Эл мрачно усмехнулся.
      -- Время, сестренка. Время, -- сел он на кровати. -- Мы как можем, крутимся, рассматривая все события и всех тех, кто будет в них замешан. Но, убить одного из членов команды Белоуса мы не можем -- он пойдет мстить и, фиг докажешь ему, что будущее знаешь.
      -- А я вдруг резко перехотела предавать Дозор! -- разозлилась я, сжимая кулаки. Кот юркнул под кровать, нос к носу сталкиваясь с вышедшими на прогулку барышнями. 
      Повисла тишина.
      -- Дозор ли? -- сощурился Эл.
      -- Друзей. Команду. Старика кузнеца и деда Гарпа. Гвёрна и Нильса, -- опустив голову, начала перечислять я. -- Они верят мне и в меня. Я не хочу быть в Дозоре: не по мне судить других, пусть те, порой, и заслужили. Но, я не хочу передавать своих ребят. 
      -- Зверек приручился, -- Мар перевернулся на бок, рассматривая шкаф. -- Мы тоже не хотим. Но, пусть и эгоистично с нашей стороны подобное, все же подумай о том, что будет, если война между Белоусом и Маринфордом все же состоится? Вас ведь бросят в первые ряды. И, скольких в бою ты сможешь защитить? Пусть и анимационно, но мы видели всю ту кровь и беспредел, который там творился. Анта, они умрут. Ты сама можешь умереть -- фруктовики первоочередно на фронт идут. Так ты никого не спасешь.
      Мы сейчас работаем в другой части моря. Следим за персонажами, что еще не скоро дадут о себе знать, но которые уже сейчас плетут свои злобные интриги. Арабаста, например. Там сидит Шичибукай, в будущем сыграющий не последнюю роль. Читаем все выдержки о Новом Мире. Следим за новичками. Чёрт, да мы уже такую сеть развили -- узнай кто из Дозора чем мы занимаемся и с кем беседы ведем, казнят за милую душу.
      -- А такие как мы с вами, не встречались? -- неожиданно, даже для самой себя, поинтересовалась я. -- Ведь, если есть мы, значит, и другие могут быть.
      -- Не знаю. Мы уже пытались. И знаки вывешивали, понятные только для жителей Земли. Спрашивали ненавязчиво. Наблюдали. Даже песни наши пели. Никого. И известий о каких-либо новичках, не попавших в канон, тоже не встречали.
      -- Неужели, мы действительно одни на целом свете? -- грустно выдохнула я.
      -- Не знаю, -- устало потер виски Эл. -- Кстати, у нас тут такая интересная история вышла... -- он усмехнулся. Я удивленно вскинула брови, мимоходом подхватывая пробегающих мимо барышень на руки. Кот громко фыркнул и запрыгнул на подоконник, уже оттуда наблюдая за нами и за улицей.
      -- У Мара сестра нарисовалась. -- А вот это неожиданно. 
      -- Что, у нас прибавление в семействе? -- весело отозвалась я, поворачиваясь к парню. Тот поморщился.
      -- Она в приюте жила. Неожиданно, вообще, пересекся с ней. Был где-то у черта на рогах. Холодные страны. А там детский дом. И она. Увидела меня, как выскочит, подбежала, плачет, говорит, что я сдержал слово. Вернулся к ней. На меня так смотрели...
      -- И, что дальше? -- заерзала я на стуле. 
      -- А ничего. Забрал, естественно. Она маленькая, всего четыре года. И почти все это время там и провела. Обо мне только из писем и знала: прислал ей, тот я, пару своих фотографий. Обещал найти лучшую жизнь и просил у нее прощения за то, что оставил ее одну. А она и верила, и всем рассказывала, что я приеду. Над ней смеялись, говорили, что я солгал. Так плакала, когда встретила... 
      Парень поник окончательно.
      -- А что с родителями? -- резко вскинулась я. Она нам так всю легенду завалит.
      -- Ничего. Ее нашли у ворот. Меньше года было. Она не говорила даже. Только имя на листке написано было. Так что, теперь у нас есть младшая сестренка по имени Дакота. 
      -- Дрого Ди Дакота, братишка, -- ухмыльнулась я. -- А ты добрый человек, оставил дитё в холодных странах. Это ж сколько тебе было, четырнадцать?
      -- Перестань, -- отмахнулся он, подхватывая у меня с плеча умывающуюся крыску, и принимаясь чесать ту за ухом. Звереныш впал в прострацию. Вторая барышня начала меня ревниво покусывать за ухо, так же желая ласки. -- Ты не представляешь, чего мне стоило объяснить ей, что я Мар, а не какой-то там Стефан... А потом еще и забрать ее оттуда. Помогло то, что Эл вступился. Лично мне отдавать не хотели.
      -- Что ж, все могло быть и хуже. А где она сейчас?
      Эл грустно выдохнул. 
      -- У нас на корабле, с командой осталась. Мелкая, а то еще шило. Нам вот, о чем подумать надо: родня Мара, как мы поняли, отсутствует вообще, за исключением сестры-сиротки. Но, раз появилась она, то значит, и у нас корни есть, -- Эл был мрачен. -- Вы же понимаете, что если что, то придется крутиться только так?
      -- Спасибо, что предупредил, -- мрачно отозвалась. Теперь еще и с семьей разбираться... -- А дальнейшее будущее Мара проследили? 
      -- Пытались. Всё закончилось тем, что он плыл на корабле, который потерпел кораблекрушение возле Лилии. В принципе, только там он и был зафиксирован. А само кораблекрушение... Там что-то связанное с Морским Королем было. Но! Самое шикарное то, что всё это произошло за месяц до нашего появления!
      -- Мда. А как насчет других пассажиров? Мы были среди них? -- нахмурилась.
      -- Нет. Единственным, чье тело, или хотя бы какую-то его часть, не смогли выловить, был Стефан. Своим потом пришлось долго объяснять, какое именно имя у нашего братца. Сошлись на том, что он однажды поссорился с каким-то капитаном и тот сказал своим, чтобы парня под его именем на борт не брали. Вот он и назывался повсюду другим. 
      -- А как же то, что мы всегда сидели дома? -- прищурилась, вспоминая легенду.
      -- Не всё выносим на люди, сестренка, -- усмехнулся брюнет. -- Я та еще сорвиголова. Гулял часто вдали от родных пенатов. Короче, я найду как все объяснить. Это вы с Элом не в курсе.
      Вот же, радость.
      -- Про нас я ничего не нашел. Ни заявлений о пропаже, ни заявлений о кражах или о чем-то подобном. Даже в списках городов искал и в общий поиск вбивал -- ничего. Так что, пока живем спокойно. -- Эл потянулся, вставая. -- Как бы то ни было, наша основная задача сейчас заключается в другом. Подумай об этом хорошенько.
      -- Я поняла, -- упрямо кивнула головой, про себя думая о том, что не смогу лгать, глядя другим в глаза. Быть диверсантом с целью убить? Смогу ли я теперь?
  
   Первый якорь
  
         Идя на следующий день по рынку, я только и могла, что гневно пыхтеть в адрес вчерашнего диалога. Что-что, а влезть в душу и пройтись по мозгам асфальтоукладчиком они смогли. То им подавай хорошее отношение с Дозором, множество друзей и команду, то вперед, в пираты. Эл, Мар, а почему сами не хотите, а? Пираты -- зло, и я уже решила для себя, какую сторону принять -- Дозор. Белоснежные паруса и символ чайки. Сине-белый цвет формы, которая уже стала частью меня. Это обязательство, честь, ответственность. И я ношу ее с гордостью. Я знаю, что люди, которые ходят под Веселым Роджером, отморозки. Я видела то, что они творят и то, что остается после них. Такое не прощается, даже если придется испачкать себя. Лишь бы только это была их кровь, а не кровь моих людей. Только бы не мирное население. Верно, у меня появились собственные стремления и принципы. 
      А теперь вы хотите, чтобы я предала. Друзей, товарищей, начальство. Себя. Как же я потом смогу смотреть им в глаза? В отражение зеркала? Я не настолько сильная, чтобы делать больно тем, кто дорог мне, а после жить с этим.
      Да и не люблю я подчинение, как бы абсурдно, по сравнению со всем остальным, это не звучало бы. У Белоуса, а я это, пусть и мимолетно, успела понять -- у него все строго. Сказали, значит, приказали. Вывод: выполняй или за борт. Я ни шпион, ни диверсант, я не умею так хорошо и качественно играть. А уж подчиняться пиратам... Меня начинает трясти от одной этой мысли. Находиться среди людей, которые привыкли убивать, жить одним днем, я не смогу. Я же просто кинусь на них, постараюсь дотянуться до кого только смогу. Позволить им насилие над гражданскими? Нет. И уж тем более я не желаю присутствовать при этом. Пусть между собой грызутся, я только "за". А я с удовольствием посижу где-то в стороне. Мир жесток. А я трус. Я готова это бесконечно долго признавать, лишь бы не попадать во все это. А выходит каждый раз совсем наоборот...
      -- Анта, с возвращением, -- тепло улыбнулась мне торговка яблоками и грушами. -- Ну, расскажи, как твое плавание?
      -- Да как сказать, -- почесала я в затылке, так же улыбаясь в ответ. Старушка умела поднимать настроение одной улыбкой. -- Мы справились со своими заданиями. Правда, несколько человек пострадало, их пришлось оставить на лечение. Еще несколько погибло, из соседней команды. Мне очень жаль, правда. -- Понуро опустила я голову, вновь падая духом и вертя большое яблоко в руке. -- Я не смогла их защитить.
      -- Девочка моя, не вини себя, -- старушка накрыла своими руками мою, с яблоком, и легонько сжала. Две морщинистые руки были, на удивление, теплыми и мягкими. Теплые карие глаза с легкой грустью улыбались, глядя на меня. -- Вы защищаете это море и этот мир. Все знают, на что идут, девочка. Не грусти. Вот, возьми яблочко, -- она отстранилась, кивая на все еще зажатый у меня в руках плод.
      -- Спасибо, бабушка, -- я улыбнулась. -- Вы умеете поднимать настроение. 
      -- Кушай, Анточка, кушай, -- добродушно улыбнулась она. -- У меня хорошие яблочки, наливные, сочные. 
      -- Спасибо, -- еще раз поблагодарила я.
      -- Заходи, когда освободишься, -- она отвлеклась на подошедшего мужчину. -- У меня пирожочки будут к концу недели, с яблоками и маком, как ты любишь, -- ловко взвешивая товар, заманивала она.
      -- Бабуля, я же в колобок превращусь, -- взвыла я, уже широко улыбаясь и смеясь. 
      -- Не говори глупостей! Одна кожа и кости! Чтобы была, а то, сама к вам приду! -- весело-строго пригрозила она. 
      -- Не-не, так мне вообще ничего не достанется! -- засмеялась я, понимая, что с бабушками попрощаться просто нереально. -- Ладно, если ничего не заставят делать, буду!
      Посмеиваясь, я отошла от прилавка. Вероятно для того, чтобы через пару метров с размаху врезаться в грудь мужчины, шедшего на встречу. Неплохая такая, кстати, грудь и ниже: пресс, мышцы -- сквозь рубашку хорошо почувствовалось. Особенно носом.
      -- Ой, извините, -- зажимая резко занывший орган, отстранилась я, закидывая голову вверх. -- Я не специально.
      -- Ничего страшного, йой, сам виноват, -- с легкой усмешкой отозвался мужчина, подхватывая слетевшую с него шляпу и беря меня под локоть, отводя в сторону от прилавков и толпы. Высокий, поджарый, загорелый блондин, с чуть сонным взглядом, высокими бровями и странной прической-хохолком, которую тут же скрыл под головным убором. 
      -- Ой, ананасик, -- тихо прошептала я, ловя резко темнеющий серый взгляд. -- Нет-нет! -- спрятав яблоко в карман, я поспешно вскинула руки. -- Я не в том смысле, просто ассоциация! Простите, я не хотела! -- покраснев, начала я оправдываться. Взгляд мужчины говорил что-то типа "Ну, давай, расскажи мне, давай, ага". Ну, я же не специально...
      -- Да я понял, что ассоциация, -- он скрестил руки на груди, буравя меня насмешливым взглядом. -- С каких пор в Дозоре малыши в таком звании служат? Нехватка кадров?
      -- Эй, это собачки служат. Мы -- работаем! -- оскорбилась за всея Дозор я. -- Будь более учтив, падаванин! -- опять о больном...
      -- Ага, -- по-птичьи наклонил он голову набок и легонько усмехнулся.
      -- Что-то не так? -- сощурилась я, неосознанно прижимая уши к голове. Взгляд мужчины из насмешливого стал скептическим. 
       -- Смешно. На меня наезжает ребенок в форме, -- он вновь улыбнулся. -- Какая ирония... 
      Понять, в чем именно она заключалась, я так и не смогла. Мужчина же, отвлекшись на что-то за моей спиной, весело цокнул языком.
       -- Смотрите, леди дозорная, преступление и прямо у вас под носом. Совсем эти воришки обнаглели, среди бела дня, йой. -- Он специально выделил последние слова, вновь переведя на меня насмешливый взгляд. 
       -- С ним справятся и без меня, сэр, -- стригнув ушами в ту сторону, отозвалась я, пристально его разглядывая и получая еще одну усмешку в ответ. За воришкой действительно уже увязался кто-то из патруля. -- Не могли бы вы рассказать о себе и своей деятельности? Вы ведь не здешний.
       -- Допрос? Что, каждого, кто в вас врезался, допрашиваете? Так вы ни с кем не познакомитесь, леди, -- уже не скрываясь, фыркнул он. -- Я моряк. Прибыл в город с кораблем купцов. Охраняю я их, йой. Этого достаточно, о, грозный работник порядка и справедливости?
       -- Следи за языком, шутник хренов, -- не скрываясь, оскалилась я, выставляя увеличившиеся клыки напоказ. Мимо провели громко возмущающегося вора. -- Как видишь, мы справились. 
       -- И на старуху бывает проруха, -- вскинул он брови, задумчиво провожая взглядом нарушителя и вновь переводя его на меня. -- Я могу быть свободен, йой? 
       -- Откуда я знаю, можешь ты или нет? -- издевательски прищурилась в ответ. -- Вот пройдем к нам на Базу, установим вашу личность, опросим тех, кто плыл с вами, -- пожала я плечами, отмечая чуть видимое напряжение собеседника. 
       -- Пожалуй, откажусь. Мне пора, -- поспешил он откланяться, поворачиваясь спиной. Я рванула вперед, хватая его за ворот рубашки. Вернее, попыталась: удивительно быстро вильнув в сторону, мужчина устремился вперед, странным образом никого не цепляя и, придерживая шляпу одной рукой, крайне успешно уходя от погони. Пришлось бежать следом. Без толку: странный человек отказался находиться. Даже при помощи Воли. 
      -- Сука, -- сплюнула на землю в ближайшей подворотне. -- Сука!
      Ну и думай теперь, действительно ли он сопровождающий чье-то купеческое судно, коих тут немерено, или просто преступник? 
      В казармы вернулась спустя несколько часов, в крайне херовом настроении. Выслушавшие мою жалобную историю о произошедшем на рынке, Анко и близнецы заржали, весело высказываясь в адрес того, что от меня очередной мужик сбежал. Я расстроилась окончательно, вспоминая своего первого карманника, который, ловко освободившись от наручников, припустил вперед, быстро перепрыгивая ограды и крича на всю округу, что я ужасная девушка, и он подает на развод. К счастью, Уильям шутку не оценил и повязал его. Да только служивые с того дня постоянно меня подкалывают при случае. Вот и жалуйся потом...
      -- Капитан третьего ранга, я -- Блик Альк, рад поступить под ваше командование! -- как гром среди ясного неба прозвучало за моей спиной. Подпрыгнув на лавке, я нос к носу столкнулась с чем-то тощеньким и хиленьким. Вот не услышь я его фамилию сейчас, подумала бы, что он родной брат Синицы. Как его только не сдувает?
      -- А, да? -- удивилась я, глядя в его решительные карие глаза. -- А когда это тебя ко мне определили?
      -- Сегодня утром, Капитан третьего ранга Дрого Ди...
      -- Просто капитан Дрого Ди, -- миролюбиво выставила я руки вперед. На нас начали оглядываться присутствующие в помещении. Стало несколько неуютно. -- Ты у нас кто будешь по призванию?
      -- Я стрелок, капитан Дрого Ди! -- гордо выдохнул он, все так же стоя вытянувшись в струнку. Мои ребятки любопытно его рассматривали, подавшись вперед. А, стрелок... За винтовку держится, значит, чтобы ветром не унесло...
      -- Хорошо, -- важно кивнула я, не зная, что ему еще сказать. -- А дальше что?
      Мои парни пожали плечами. Хм, какое слаженное единодушие. Вот и гребитесь с ним сами.
      -- Мне сказали, что вы сами решите, капитан Дрого Ди! -- Он вообще умеет тихо разговаривать?
      -- Хорошо! Отлично, мОлодец, ты зачислен в штат канониром! -- встав с лавки, хлопнула его по плечу. Он радостно просиял, отдавая мне честь. -- Анко, Акир и Акур, он переходит под вашу ответственность. Познакомьте его со всеми, сводите в доки посмотреть на "Глорию", сгоняйте на полигон и проверьте его навыки. И свои тоже. Потом отчитаетесь. И, чтобы без глупостей! Узнаю, что научили ребенка чему-то плохому, отправлю гальюны драить в следующем плавании!
       Восторженно округлившиеся глаза одного, и мрачные три пары от других ясно дали мне понять, что кто-то слишком много свободы получает. Однако казармы они покинули слаженно: встав и отдав честь, дружно потопали на выход. Там, резко остановившись, они еще раз приложили руки к головам, кого-то приветствуя. Зашедшие с улицы Эл и Мар, кивнув им в ответ, направились ко мне, ведя за ручки маленькую девочку. Народ быстро подскакивал со своих мест, вытягиваясь и приветствуя моих братьев-лейтенантов. Мне оставалось лишь с усмешкой на лице встретить их и обнять.
      -- А кто это у нас тут такой миленький? -- опустившись перед девочкой на колени, поинтересовалась я. Маленькая темная головка с хвостиком качнулась и, отпустив ребят, малышка подошла ко мне, любопытно рассматривая в ответ. Большие синие глазищи удивленно смотрели то на мои уши, то на глаза, то на волосы. Потом она заметила немного подрагивающий хвост и восторженно приоткрыла ротик. Я чуть не растаяла, наблюдая за ней. А маленькие веснушки на курносом носике только добавляли красоты этой прелести. 
      -- Дакота! -- наконец, ответила она. -- Длого Ди Дакота! -- и тут же обернулась на моих братьев, вопросительно глядя на них. Еще и "р" не выговаривает. Я сейчас стеку на пол лужицей умиления.
      -- Да, сестренка, именно так, -- присев на корточки, погладил ее по голове Эл, нежно глядя в ответ. Мар, держащий в руке небольшую белую шляпку с лентами завязок, согласно кивнул. Малышка радостно кивнула в ответ, резко поворачиваясь обратно ко мне и заставляя взвиться полукругом юбку белого сарафана. 
      -- А ты кто? -- удивленно склонив голову набок, опять приоткрыла она ротик. -- Моя сестла?
      -- Правильно. Я Анта, -- широко улыбнувшись, подтвердила я. Народ начал стекаться к нам, удивленно рассматривая наше семейство. А Дакота, резко подавшись вперед, неожиданно сильно обняла меня за шею, утыкаясь носом и начиная хлюпать.
      -- Сестла... У меня есть сестла! И блатики тоже. И Кот у меня есть, -- тихо прошептала она. После, отстранившись, неожиданно по-взрослому взглянула в глаза. -- У меня есть семья!
      -- А у семьи есть ты, -- согласно моргнула я в ответ, подхватывая легкое тельце и вставая с колен. -- Немного пройдемся? 
      -- Думаю да, -- кивнул головой Эл.
      -- А Уил тут? -- завертел головой Мар. -- Он нам тоже семья. Надо бы познакомить...
      -- Да, он сейчас на улице, что-то с новобранцами обсуждает, -- согласно кивнула, вручая малышке то самое яблоко с рынка. Ответом было лишь благодарное сопение и тихий хруст плода.
      -- Отлично! Заодно по пути расскажешь, почему твои так смеялись, -- просиял Мар, идя обратно к выходу.
      -- Вот же. Теперь вся База будет в курсе! -- нахмурилась я. -- На рынке одного ананасоголового встретила. А после того, как я пожелала пройти с ним на опознание, он дал деру. И я не смогла его догнать, он, будто проходил сквозь людей! Удивительная вертлявость. 
      -- Ананасоголовый? -- Мар споткнулся, и вопросительно взглянул на Эла. Тот пожал плечами, поворачиваясь ко мне.
      -- Опиши.
      Выслушав меня, уже оба чуть не навернулись, а после так вообще остановились. К счастью, тормознули мы возле фонтана, так что маленькая Дакота еще и умыться умудрилась от сока яблока и теперь радостно плескала руками в огромной чаше с маленькими золотыми рыбками. 
      -- Он никаких странных слов не добавлял? -- словно решившись на что-то, блеснул глазами Мар.
      -- Эээ, ну, не знаю... -- поскребла я в затылке, удерживая разыгравшуюся Дакоту одной рукой. -- Было такое слово, что-то типа "йой". А что такое?
      -- Анта, ты потрясна! -- резко сгибаясь в приступе беззвучного хохота, только и простонал Мар. Эл отошел в сторону, как-то нервно улыбаясь и закидывая голову к небу.
      -- Что такое, ребята? -- уже обидчиво поинтересовалась я, переводя взгляд с одного придурка на другого.
      -- Ты, надеюсь, ничего ему не сделала?
      -- Нет! Говорю же, он удрал! Что вообще такое?
      -- От тебя сбежал командир первого дивизиона пиратов Белоуса, Марко Феникс. Помнишь, я тебе тогда рисовал его на песочке?
      Повисла тишина, прерываемая голосами недалеко стоящих новобранцев. Уил зачем-то зашел в главное здание, и теперь, что-то активно обсуждая, они его ждали.
      -- Знаешь, Эл, вот сейчас я понимаю, что тот причесон реально был с него срисован, -- покивала я головой. Не, ну кто бы мог подумать, что он действительно такое носит?! -- Стоп! Это что, сейчас в городе пираты Белоуса бродят?! И не боятся? Да, мать их, они вообще хоть понимают, куда приплыли?!
      -- Получается, что да. Как поступишь? -- лукаво посмотрел на меня Эл.
      -- Пойду и доложу начальству, -- на полном серьезе выдала я, осторожно оглядывая местность: прийти и посмотреть на тренировку мог любой желающий. День открытых дверей, мать его. -- Пусть решают, что делать в дальнейшем. 
      -- На острове сейчас мало дозорных. Если завяжется бой, может пострадать уйма наших ребят. Да и мирное население примет участие в обязательном порядке. Они по-другому просто не могут: ринутся помогать и защищать в первых рядах. Вспомни, как вы всем рынком обычного жулика загоняли в тупик. -- Эл был сама расчетливость. Или просто не хотел по-другому. 
      -- А ещё у тебя патруль города, -- ехидно оскалился Мар. -- Нужно следовать графику.
      -- А если пираты сами решат напасть на нас? Ребята, это не игрушки, -- не на шутку встревожилась я. -- Мы не имеем права игнорировать такую опасность. Йонко на нашей земле. Нужно немедленно доложить главам, доложить в Маринфорд. Чёрт, да хотя бы Гарпу сообщить!
      -- Интересно, кто тебе успел мозги так промыть? С каких пор ты настолько наивна? -- сощурился Эл. -- Поверь, сестренка, оно им не нужно. Ни одним, ни вторым. Маринфорд не пойдет сейчас против Белоуса: у нас слишком разбросан Флот. А пираты... Скорее всего, просто пополняют запасы провизии -- развлечений на нашем острове не так и много. Так что, продолжай патрулирование.
      -- Тогда идем вместе, а? -- Всё же не так страшно. Они правы, как бы не хотелось это признавать. Мы просто не справимся...
      -- Ага, вдруг и нам повезет встретить их!
      Второй выход в город я запомню, наверное, надолго. И нет, пиратов мы не встретили. Во всяком случае, не узнали в ком-то из прохожих. Однако паранойя резко расправила крылья и ударила по газам: несколько краж, одно нападение в подворотне да пьяная драка, все это было остановлено, все были пойманы или просто разведены по домам. Так активно я еще никогда не выполняла свой долг. Братья ржали. Да еще и маленькая Дакота постоянно хотела посмотреть то одну блестяшку, то другую. Пару раз пришлось конкретно задержаться, ожидая, пока малышка рассмотрит все бирюльки выставленные на витрине и придет к выводу, что походный нож Мара лучше. Ах, ты ж моё солнышко... Должна была признать: мороженное есть с ней в паре тоже было крайне весело. Да и вообще, хорошо, что нас теперь две, а то одни мужики в семействе... 
      -- Ох, наверное, нужно будет попросить Феникса почаще в город заплывать -- такая энергия с твоей стороны сразу хлещет! Влюбилась в него, что ли?
      Я слегка покраснела, вспоминая насмешливый серый взгляд. И тут же окрысилась, понимая, что тогда, на Елене, он мог меня с Уилом догнать и убить. Из-за Бутера. 
      -- Я влюблюсь в него, только если он будет отдельно от своей головы лежать. Закованный в кайросеки! -- огрызнулась, направляясь в свою комнату и ведя уставшую девочку за руку. Ребята вслед лишь задумчиво наклонили головы, провожая взглядами.
      -- От любви до ненависти один шаг, -- пробормотал в спину Эл, за что был удостоен оттопыренного среднего пальца в ответ. Иди-ка ты нахуй, брильянтовый мой.
      Парни забрали малышку пошли дальше, к Гвёрну и Уилу, который сейчас был у него, познакомить с сестренкой и просто поболтать. Да и Дакота очень сильно хотела увидеть "самый настоящий кабинет дозолного". Как тут не согласиться-то?
      Каково же было моё удивление, когда в комнате я встретила коменданта, который, довольно улыбаясь, вручил мне связку ключей и адрес, пояснив, что я теперь живу отдельно. 
      Ощущение было, будто выгнали из дома. 
      И вот, топая по закатной поре по адресу, указанному на листочке (обязательно крайне корявым и неразборчивым почерком), я утомленно петляла по улицам города, с маленькой сумкой в одной руке, в которой лежал весь мой нехитрый скарб, и с сумкой с упакованными мечами и пистолетами в другой. Мысль о том, что у меня теперь будет свой дом, несказанно грела. 
      Никто не будет бегать по утрам по коридору и ронять тяжести в комнате сверху. Яху-уу!
      И вот, дойдя-таки из одного конца города в другой, и еще раз нелестно подумав в адрес тех умников, которые расположили мое жилье у черта на рогах, я неуверенно уставилась на двухэтажный домик. На отшибе, до ближайших соседей минут семь пешим ходом что, в общем, меня только радовало. Лес, начинающийся буквально в паре шагов от задней стены, заросший садик -- мечта.
      -- Нехило так, скажу я вам, -- ни к кому особо не обращаясь, протянула я. Барышни в капюшоне закопошились, выставляя носики наружу и оглядывая хоромы. 
      Увитые плющом стены, покатая крыша-домик, дымоход, торчащий из бордовой черепицы, большие окна, сейчас закрытые ставнями, красный кирпич кладки -- это всё мне? Не, не прокатит -- не верю.
      -- Тук-тук, кто в доме живет? -- открыв дверь ключом и просунув нос внутрь, задала я риторический вопрос. Резко метнувшаяся мимо меня белая тень, заскочившая вовнутрь, ответила желтым взглядом. Маленькая такая тень, косолапая.
      -- Эм, обычно кошек первыми запускают, ты так не считаешь? -- скептически нахмурившись, поинтересовалась я, заходя внутрь и ища выключатель. Исправно работающий он, найденный справа от входа, зажег теплый свет в коридоре. -- Или ты готов и кошкой прикинуться, лишь бы квадратный метр получить? -- хмуро уставилась на маленького, тощего щенка, который оскалив мелкие зубки и встопорщив шерстку, замер посреди коридора, явно не желая пропускать меня дальше. Носа коснулся сладковато-приторный аромат. -- Трупак, да?
      Щенок не хотел отвечать. Он, сощурив глаза, все так же пытался меня напугать и прогнать прочь.
      -- Так-с, пыли тут не мало, как я посмотрю, -- пробормотала я, наблюдая за тем, как барышни, ловко выскочив из капюшона, побежали по тумбе, оставляя довольно-таки заметные следы. -- Черт, к трупаку еще и уборка намечается, -- бормотала я, поднимаясь на ступеньку из прихожей, осторожно опуская сумки на пол, заставляя взвиться в воздух пылинки и проходя внутрь. Типичный дом в японских традициях. Даже балкон с другой стороны, выходящий в крайне заросший садик, был. Тут-то и нашлась дыра в кладке, от которой внутрь вело несколько звериных следов, так же притрушенных слоем пыли. Они-то меня и привели к приоткрытой двери в кладовую, откуда уже совсем невыносимо тянуло мертвечиной. Ринувшийся мне наперевес щенок был откинут носком ботинка куда-то вглубь комнаты и, не дожидаясь того, пока он вернется обратно, я распахнула дверь и щелкнула висящим снаружи включателем. Зрелище оказалось не для слабонервных: гниющая туша собаки и несколько щенков возле нее. Самка и выводок -- удивительно, что этот еще жив, и бегать может, вон, какая тощая мать семейства. Странный окрас, однако. Волчица? А почему он тогда белый?
      Грязная тушка вновь прыгнула на меня, желая прокусить штанину.
      -- Отвали уже, они умерли! -- прорычала я, искренне надеясь на то, что он меня поймет. 
      -- Рррррр!!! -- хорош ответ, что сказать. Мне срочно нужен полиглот. 
      Вечер и ночь прошли в уборке и ругательствах. Я ругала всех, кого могла вспомнить, начиная от тех придурков, которые не удосужились поставить хорошее заграждение на стройке, где я погибла, до того самого завхоза, отдавшего мне ключи от этой берлоги. Всё, хрен она кому достанется после меня: я и пыль терла, и подметала, и мыла, и вытряхивала, и трупы выносила, и укусы получала. Последнее, кстати, все тот же щен, отказывающийся принимать тот факт, что его родня уже давно как почила на радуге. Он раз за разом бросался на меня, выл, отталкивал, прижимался грязным мехом к телу матери, пытаясь растормошить своих братьев и сестер. Вынеся их во двор, я оставила тела там, чтобы разобраться уже в последнюю очередь. И, все это время он был рядом с ними и выл. Ужасающие звуки, особенно когда это делает ребенок, желающий докричаться до своей семьи, которая давно мертва. 
      Закончила с уборкой, когда снаружи посветлело. Выставив матрацы, одеяла и подушки на улицу, для просушки и открыв нараспашку все двери и окна, чтобы выветрить запах сырости, попутно обрезав плющ, который мешал проникать свету в дом, я устало уселась на ступени. Здание было на горке, и мне открывался вид на весь город, Форт и пристань. Еле отмыла эту чертову кладовку, еще и огнем зеленым прошлась, странным таким, но убивающим все запахи. В принципе, мне пришлось так весь дом обойти, поливая пламенем все углы. Про кухню с мусорным ведром и туалетом, в который сначала вырвало, а потом еще и пришлось его отмывать, вообще не хотелось вспоминать. 
      Эх, найти бы себе полигон и научиться понимать всё то пламя, что мне на вооружение теперь дано. А то, фруктовик, а из основных способностей почти ничего не использую... Как-то глупо, раз уже владею силой. Да только нет такой земли, где я не принесла бы горя, начав свои тренировки. Может, отпуск взять и поискать получше?
      -- Черт, устала... -- закинув голову, облокотилась на стену. 
      -- Аууууу, -- тихо простонало из сада. Да когда-нибудь это закончится, а?!
      Резко встав, я застала всё ту же картину, что и на закате: трупы и щенок. Решив, что для церемонии прощания ночи было достаточно, и свой сыновий долг он выполнил, я все так же отпульнула его куда подальше и дунула максимально сильным пламенем на туши. Резко занявшийся голубовато-синий огонь быстро сжег мертвых, щен только что и успел, как выпутаться из кустов и добежать до того места, где лежала его семья. Хех, какая шутка: голубое пламя Феникса, по рассказам Эла и Мара, не обжигало, а моё наоборот, было самым сильным. Подпалить бы его, этим самым пламенем, и не было бы проблем. И ирония нашлась бы. Да только нельзя.
      От размышлений меня отвлек тот факт, что ноге больно. Несильно так, куда ему, но ощутимо, это да. Скосив взгляд вниз, я застала такую мирную картину: травка, бабочки, утреннее солнышко и крайне разозленная, предположительно белая, но в свете разгорающегося дня грязная и оттого серая, шкура с зубами, которая ожесточенно грызла мою ногу. Наверное, мстит.
      -- Идиот, они мертвы. Я всего лишь избавила души от плена мертвой плоти, -- предприняла я еще одну попытку объяснить суть текущей ситуации. Ребенок активнее сжал челюсти. Достал.
      Прощально пискнул, шерстистый псих улетел в кусты.
      Не скажу, что не люблю животных -- те же Кот и барышни могут с легкостью подтвердить, что если я когда и поднимала на них руку, то чисто за дело. Этот же просто достал.
      Кусты угрожающе зашуршали, пока еще цепко держа свою добычу. Плюнув на все и осознав, что у меня сегодня выходной, я понуро отправилась в дом, где переодевшись в чистое, и прихватив деньги, поспешила в город, на базар и по магазинам: мебель, одежда, столовые приборы и утварь, моющее и чистящее, еда -- теперь нужно было много чего. Дом навязывает обязанности.
      Заскочив по очень изогнутому пути в Форт, я вытребовала зарплату и премию, которые мне уже два дня как обещали. Наверное, они были в курсе того, в какой дом я заселилась, ибо быстро выдали мне требуемое. Ну, или просто я, не спавшая уже больше суток, наводила их на какие-то определенные размышления.
       Придя в торговые ряды часов в шесть утра, ушла только к двум дня. Есть хотелось невыносимо, но решив для себя, что не зря училась готовить, я направила стопы в новые пенаты. Как же хорошо, что тут умеют доставлять товар к дому заказчика...
      Еще до пяти часов разбиралась со всем тем скарбом, что привезли: ковры, мебель и одежду народ радостно заносил внутрь, улыбаясь и припевая. Как оказалось впоследствии, на острове завтра намечался праздник -- День Города, поэтому сегодня у всех было крайне приподнятое настроение. Мне было не до веселья: хотелось спать. Было понимание того, что завтра мне придется вкалывать еще усерднее, следя за тем, чтобы не было пьяных драк, потасовок и иже с ними. Несправедливо. Я тоже хочу повеселиться со всеми.
      И только пообедав, удовлетворенно пройдя по чистому дому с новой мебелью и коврами, и рухнув носом в большую мягкую кровать, я поняла, что вот оно, счастье -- прямо в одежде и обуви рухнуть на мягкое и спать.
      Ага, мечтать не вредно: хренов щен приперся и теперь активно портил мне жизнь. Это, видите ли, его дом.
      Это мой дом, псина неблагодарная. Куда лужу делаешь, коврик для блох?! Сволочь. За что, в принципе, был выставлен наружу, в сад. Дыра в стене была заделана и я могла вздохнуть спокойно -- никто больше не помешает мне спать.
      Часа через два, слушая вытье на улице и ловя себя на мысли, что синее пламя сжигает достаточно быстро, я понимала, что еще чуть-чуть и, случится непоправимое.
      Через полчаса он затих, вероятно, сели батарейки. Тогда и я провалилась в сон, отстраненно размышляя о том, во сколько мне нужно явиться в Форт и то, что улитку я так и не приобрела.
  
   "Я"
  
         -- Хех, а ты смешная, -- весело болтая ногами, белобрысая девчушка раскачивалась на толстой ветке яблони. Белое свободное летнее платье, большая шляпа на голове, босоножки -- куколка.
      -- Я убью тебя последней, ага, -- вспомнив любимые фразы плохих парней из фильмов, закончила за нее я. Сидя на пеньке под теплыми лучами солнца, откинувшись на ствол какого-то дерева, росшего позади, я в первый раз за долгое время чувствовала умиротворение и спокойствие. -- Кто ты?
      Девчушка рассмеялась еще сильнее, закидывая голову и показывая тонкую шею с завязанными в бант лентами шляпы.
      -- Я это ты. Вернее, я то, что осталось от той, кто жила в этом теле до тебя. Некоторое время пыталась выкинуть тебя обратно, да куда уж мне там. Так что, я теперь твоя личная шизофрения и просто тихий голос разума. Думаю, как картотека памяти и гид тоже подойду. Зови меня "Я". -- Отсмеявшись, ответила она, спрыгнув на землю. -- Я смотрю, ты стала спокойнее и, наконец, хоть немного, но разобралась в себе.
      -- Да не, это временно. Смотри, -- кивнула я ей за спину. Там медленно накатывала большая грозовая туча. -- Будет буря.
      -- Ну, вот что тебе не сидится спокойно? -- "Я" всплеснула руками, расстроено окидывая приближающуюся непогоду взглядом.
      -- Да ты и сама должна знать, -- вяло отозвалась я. Она с размаху ударила себя ладонью по лбу.
      -- Пираты, Дозор -- какая, в сущности, разница? Будь там, где приятнее, -- легко пожала она плечами, плюхаясь напротив меня прямо на землю. В белом и на траву, вот же. -- Не смотри так на меня. Я чистый голос твоей души, говорю так, как на деле есть.
      -- Там, где приятнее? Прости, а где ты вообще была раньше, не подскажешь, а? -- нахмурилась я, выпрямляясь на пеньке. Почему-то сама ситуация и то, что разговариваю с прошлой хозяйкой этого тела, чье сознание все еще в нем, совершенно не напрягала меня.
      -- А не было меня, -- опять пожала она плечами. -- Я, в принципе, тебя не виню: виновата сама. То, что сейчас перед тобой, это так, остаток сущности.
      -- Ох, какие слова умные знаешь, -- съязвила я.
      -- Из тебя беру, можешь гордиться, -- показала она язык. -- Так вот, лишенная всего человеческого, я теперь не лгу и, как следствие, трезво принимаю решения и обрисовываю ситуацию. Хоть в чем-то польза.
      -- И как долго ты тут еще будешь? -- я не могла не спросить. Провести остаток своих дней с чем-то говорящим в голове, не самая радужная перспектива. 
      -- Не знаю. Постепенно я растворюсь в тебе, исчезну. И знаешь, я не боюсь, -- она слабо усмехнулась, подзывая к себе какого-то зверька, помеси шиншиллы и кота, и принимаясь гладить его по спине. Тот довольно заурчал, растекаясь на ее коленках. Я принялась рассматривать грозовую тучу у нее за спиной: виднелись, еще далекие, ломаные ветки молний. 
      -- И, что предлагает наш консилиум тараканов? 
      -- Не заморачивайся. Сидеть на месте скучно, думаю, слившись с той частью меня, что еще оставалась в теле, ты переняла часть моих черт и теперь должна это чувствовать. Не так ли? -- она блеснула темными глазами из под шляпы. Я устало смежила веки, откидываясь обратно на ствол дерева.
      -- Ох, так это ты, значит, меня в бои теперь бросаешь. 
      -- Отсиживаться за спинами своих бойцов стыд и срам! -- жестко припечатала она. Приоткрыв один глаз, я наблюдала, как испуганный зверек шустро вскочил на задние лапки и юркнул в кусты. 
      -- Именно потому-то я сейчас в твоей тушке разгуливаю? -- приподняла бровь, глядя на нее. -- Есть приятные последствия от всех этих отсиживаний: можно, например, прожить долгую и счастливую жизнь.
      -- А как же честь и долг?
      -- Я не просила, чтобы меня брали в Дозор.
      -- Прятаться за спинами не только в Дозоре можно. Драка на улице, например.
      Я поморщилась. По еще голубому небу величаво проплыла пара огромных китов, таща за собой на поводу несколько кораблей, с воздушными белыми парусами и развивающимися вымпелами. Проплывая над нами, киты дружно запели, снижаясь и почти касаясь животами верхушек деревьев. Следом мелькнул киль одного из кораблей и, все так же тихонько напевая, странный экипаж скрылся вдали. Красиво...
      -- Ты копаешься в моем сознании?
      -- Я это ты. Теперь только так. Так что мне известно почти все твое прошлое. Только самые дальние уголки памяти не беспокоила: кажется, ты не особо любишь некоторые моменты своей жизни. И, кстати, хочу тебе сказать: она была гораздо интереснее, нежели моя. Почему раньше ты не отступала, а теперь трусишь?
      -- Переоценила некоторые жизненные позиции. Например, то, что больше не хочу умирать. Как вариант, не?
      -- Не-а, -- она серьезно взглянула на меня. Поднялся ветер, сорвав с ее головы шляпу, унося прочь, ввысь. -- Тогда или сейчас, без разницы. Ты есть ты. Вокруг тебя живые люди. Очнись уже. Проснись.


      Меня резко подкинуло на кровати. Перед глазами все еще была картина поля с травой, моим пеньком с деревом позади и раскидистым дубом впереди, а за всем этим обрыв и огромный черный фронт тучи. 
      Грядет буря.
      На улице было до отвращения солнечно. Шесть утра. Широко зевнув, потянулась, прислушиваясь к дому. Неохотно сползя с кровати, почесываясь, спустилась вниз, на звуки. То, что в доме был Уил, я почувствовала сразу. Теперь же удивленно наблюдала картину из парня и щенка -- последний сидел на табуретке и жалостно поскуливал.
      -- Что тут происходит? -- удивленно воззрилась я на уверенно хлопочущего у плиты парня.
      -- А, это я решил поздравить тебя с новосельем. Я теперь с тобой вместе живу. Пожалуйста, прости, не помог с уборкой. Меня запрягли писать кучу отчетов в бухгалтерию, по поводу лишних затрат на ремонт судна. А Сачи с Маришкой, как назло, на именины к маме первой убежали. Оказалось, что они двоюродные сестры, -- оборачиваясь обратно, проинформировал меня он. 
      -- Э? -- А, вон оно что... То-то я думаю, почему совершенно разные девушки так хорошо друг с другом ладят? Сев на стул, перевела взгляд на щена. -- От этой гадости воняет. Зачем ты его в дом пустил? 
      -- Ты о щенке? Я думал, что он твой, -- пожал он плечами. -- Он так преданно сидел под дверью.
      -- Нет, он не мой. Он тут с семьей свой шерстистой жил, пока та, неизвестно от чего, не умерла. Еле убрала вчера весь этот морг.
      -- А, это народ в лесу ловушки с отравой на волков ставил, слишком много их развелось. Наверное, какая-то собака и польстилась.
      -- Обрадую тебя, мой друг, это волк. Ну, или полукровка, правда, не знаю, на какую долю. В помете были как волчата, так и щенки собаки.
      -- Ух ты! А так и не скажешь, -- что-то нарезав на доске и чем-то там присыпав, бодренько отозвался он. 
      -- Дети они все на одно лицо, -- повернулась я к грустному представителю собачьего рода. Тот молчал, не по-детски хмуро глядя на меня. Странно видеть такой бывалый взгляд у маленького щенка. -- Ладно, я добрая. Будешь моим питомцем.
      Тоска во взгляде пыталась доконать или, на крайний случай, вызвать раскаяние.
       "Мама точно больше не придет?" -- тихо проскулил он.
      -- Точно. Она мертва. Причем, достаточно давно. Теперь я твоя мама, -- сжав что-то там внутри, что злобно оскалилось в адрес детеныша, проворчала я. Зоопарк на службе не желателен. На меня итак из-за крыс странно смотрят.
      Щен недоверчиво поднял висящие ушки и уставился на меня долгим немигающим взглядом.
       "А ты меня не бросишь?" 
      -- Не-а.
      -- Анта, вы о чем хоть? -- не выдержал любопытный с утра Уил.
      -- Да вот, на материнство подписываюсь, -- кивнула я на ребенка.
      -- А, это хорошее дело, -- парень был сама любезность.
      -- Да знаю я, -- кивнула в ответ и, встав, подхватила поперек пуза легкую тушку. -- Купаться мы. Скоро будем.
      -- Удачи вам там.
      Процесс мытья прошел на удивление спокойно. Только одно нервировало: щен не сводил с меня взгляда весь процесс купания, сверля нечитаемым янтарем.
      Действительно полностью белый. Вот же, семейство блондинок. Желтоглазых. Всё, начинаю квест: собрать как можно больше народу, окрасом похожего на меня. Будем организованным строем идти на противника в психической атаке. Как те матросы верхом на зебрах.
      Перед тем как спуститься к завтраку, пришлось переодеться: в мокром, после купания щенка, было неудобно. Грустный сверток в руках, у которого были видны только розовый нос и два блестящих глаза, поведал парню обо всей бренности бытия. На мисочку с молоком ребенок среагировал странно, сначала долго нюхал, ходил кругами и лишь потом, в чем-то убедившись, приступил к трапезе. 
      -- Ну вот, теперь еще и бутылки с молоком носить или в магазине тариться, -- покачала я головой, наблюдая за тем, как ребенок давится.
      -- Ты его что, с собой брать будешь? -- удивленно округлил глаза Уил, отвлекаясь от яичницы.
      -- А что, у меня выбор есть? Ему нужно часто кушать, он же еще маленький. Молоко на такой жаре скиснет, если я его оставлю в тарелке. Впрочем, другая пища тоже недолго пролежит. А открывать холодильник ему явно не по силам.
      -- Мда, есть в твоих словах зерно истины. А как ты его назвала?
      -- Как-как, -- оглянулась я на ребенка. -- Малыш он.
      -- Вот смеху будет, когда вырастет, -- фыркнул парень.
      -- На том и расчет ведется, -- одобрительно кивнула я, заканчивая завтракать.
      Накинув поверх майки плащ офицера, водрузив шляпу на голову и обув высокие ботинки на каблуке, я поманила Малыша следом, выходя из дома. Уильям довольно потягивался на улице, подставляя лицо под теплые и ласковые лучи солнца. Как во сне. На всякий случай проверив горизонт на наличие туч и не найдя таковых, я уверенно кивнула лейтенанту, отдавая безмолвный приказ о начале патрулирования. 
      Денек предстоял жаркий.

      -- Эл, Мар, скажите, вы так все время развлекаетесь, да? -- грустно окидывая взглядом тесную сферу и откидывая со лба мокрые волосы, вопросила я. Липнувшая к телу одежда неприятно холодила, заставляя время от времени вздрагивать.
      -- Ну, не то чтобы всё, но есть такое дело, -- задумчиво отозвался старшенький, расслаблено откидываясь на упругую стенку.
      -- А круто я придумал, да? -- весело прощебетал Мар.
      -- Не то слово, -- в один голос отозвались я и Эл.
      Мыльный пузырь или, скорее, из смолы: откопав в своих странствиях ракушу воздуха, Мар спас нас, красивым жестом выручая из сложившейся ситуации.
      -- А вы крутые ребята, скажу я вам, -- восторженно прошептал Уил, рассматривая рыбок за стенками пузыря.
      -- Ты часть нашей семьи, братишка. Так что, приобщайся, -- засмеялся Эл, ероша мокрый ежик волос.
      -- А что, собственно, произошло? -- я поудобнее устроилась и приготовилась слушать.
      -- А, ну это, -- Мар зачесал в затылке. -- Эл?
      -- Гарп приехал на праздник, -- выдохнул блондин и принялся рассказывать.
      Дело в том, что когда меня окликнул бегущий на всех парах Мар, было всего часа три. Подходя к пристани, я никак не была готова к тому, что несущийся братишка схватит меня за руку и потащит за собой. Резко мы смогли остановиться только на самом краю пирса, у кромки воды. Малыш, вскоре догнавший нас, принялся тоненьким голоском облаивать чужака, тем самым отвлекая от бегущих следом Эла и Уила, которые, в отличие от нас, с тормозным путем просчитались. И, потерять мне и моему лейтенанту сознание, если бы не резко исчезнувшая вода и появившийся воздух.
      А проблема начиналась так: часов, эдак, в двенадцать, в празднично украшенный порт города Лилия прибыл военный корабль Монки Ди Гарпа, пожелавшего лично проверить дела Базы и отдохнуть на празднике. И, если второе намечалось только часов после шести, то первое можно было провернуть сразу. Мне-то повезло, я с подачи завхоза отпраздновала новоселье и не попала под первый удар "Кулака любви". А вот Мар и Эл, не имеющие собственной жилплощади, оказались втянуты во все тяжкие. Уил, который в час дня наведался в казармы, дабы проверить состояние Форта и отчитаться, так же огреб на орехи. И вот, к трем часам дня, когда всем уже всё искренне надоело, ребята решили, что с них хватит, и тихой сапой свалили через ближайший выход, как пример -- окно на третьем этаже. На пути к цели им встретился Богарт, который не оценил стремления юных к свободе и стал на страже. Уил, быстро смекнувший, что без боя не уйти, применил на нем свою способность и пока помощник Гарпа мысленно формировал список того, что он в первую очередь оторвет у моего семейства, а маленькая Дакота восторженно тыкала в него пальчиком, парни были уже далеко. И, все бы обошлось, если бы они шумной толпой не влетели в Гарпа, который в тот момент был на рынке. Как следствие, они ломанули вдаль с еще большей скоростью, понимая, что от погони не оторваться и надо искать спасения у старших. В данном случае, у старших по знанию, то есть у меня. 
      -- Так, братцы-кролики, давайте-ка наверх. У меня там ребенок один -- нехорошо.
      -- Ребенок?!
      -- Щенок, -- миролюбиво пояснил Уил.
      -- А, ну ладно, -- кивнул Мар и они с Элом, выставив руки за пределы окружности, принялись грести вверх. Там, с горем пополам выбравшись наружу, первое, что сделала, так это отвесила по паре звонких оплеух. 
      -- Эй, мы же помогли!
      -- Вы, черт бы вас побрал, опять втянули меня в неприятности! -- прорычала я, позволяя огню охватить себя и просушить одежду. Сознания коснулись несколько знакомых шепотков чужих душ да ощущение того, что надо мной кто-то смеется. Неуловимо легко так, не зло. Как взрослые смеются над детьми. Один из них я уже встречала, причем, недавно. Еще один, кажется, тоже где-то был. Черт, что за?.. Впрочем, я много кого встречала в последнее время. Просто, слишком уж яркие они, эти шепотки-смешки.
      Повернувшись к семейству, я максимально строго посмотрела на них.
      -- Ну и, что же такого вас заставил делать Вице-Адмирал? Испугались бумажек?
      -- Ну, не мужское это дело, в бумагах копаться, -- протянул Мар, беспечно подставляя лицо солнцу.
      -- А что тогда мужское? -- резко раздалось у меня из-за спины, и на плечо легла тяжелая ладонь.
      О том, что мгновением позже в море полетел Гарп, сверкнув на прощание крайне удивленным взглядом, я поняла еще позже.
      -- Анта, думаю, нам нужно бежать, -- просигнализировал Эл, утягивая меня в проулок.
      -- Дедушка!!! Прости!! -- в ужасе закричала я, понимая, ЧТО сейчас сделала. Лицо Гарпа, появившееся над поверхностью, удивительно сочетало в себе толику удивления, удовлетворения, гнева и предвкушения. Я кинула старика в воду чисто рефлекторно. -- Ладно, можешь не прощать, -- пропищав и кивнув ребятам на прощание и благодарно Уилу за то, что тот взял Малыша с собой, пулей рванула в проулок, на ходу перекидываясь в зверя. Искренне надеюсь на то, что до вечера он отойдет. А я пока дальние кварталы обойду.
      Остаток дня прошел во вздрагивании. А ну, как карающая длань Гарпа меня настигнет? Не хотелось бы идти в отпуск по состоянию здоровья. Присоединившись к какой-то незнакомой группе молодняка, я продолжила обходить территорию города, внимательно прислушиваясь к сплетням и читая листовки и газеты. Время до вечера пролетело незаметно, особенно после того, как мы шумной толпой завалились в любимое заведение дозорных, где можно было недорого и вкусно покушать. Ребята от пятнадцати до восемнадцати лет смотрели на меня с восторгом, то и дело, прося рассказать какой-нибудь случай из своих странствий. Хороший тактический ход, господа командующие: будучи старше буквально на пару лет, я была ярким примером для подрастающего поколения будущих дозорных. Эдакая мотивация к яростному служению букве Закона. 
       Забежавший на пару минут Богарт чуть не вызвал у меня микроинфаркт. Однако мужчина всего лишь искал моих братьев, дабы сообщить им, что малышку Дакоту успешно принял к себе в дом один из радушных горожан. Тут уже наступила его пора хвататься за сердце или, что точнее, клинок: резко вскочившая со своего места, я, рыча и сверкая глазами, быстро потребовала отчета. И плевать на тот момент было, что человек стоящий напротив меня куда как более влиятелен и сильнее. Не стой на пути у разгневанной сестры!
       Каково же было мое изумление и облегчение, когда адресом нового дома моей малютки оказался дом старика-кузнеца! Устало плюхнувшись обратно на свое место, я только и могла, что растечься по сидению стула и спокойно выдохнуть. Момент с исчезновением Богарта прошел как-то мимо моего сознания. Хороший он, все же, человек. Другой бы устроил выговор перед всем составом и наказание влепил бы. Спасибо, дядька.
      На моменте с салютом позволила отвлечься себе от всего окружающего и едва не прозевала нападение в подворотне. Моя смена как раз подходила к концу, и я уже собиралась пойти и отдохнуть. Не судьба. Правда, к тому моменту, как я подоспела, жертва уже успела разобраться со своей проблемой и теперь грустно рассматривала сбитые костяшки. 
      -- Все в порядке? -- заботливо склонилась я. А кто тут у нас такой знакомый?
      -- Да. Не стоит беспокоиться, -- беззаботно улыбнулся мне Харута и осекся, понимая, кто стоит сейчас перед ним. Я спокойно и несколько нежно вглядывалась в его глаза, весело наблюдая за тем, как напускная беззаботность сменяется удивлением, настороженностью, воинственностью. Попытавшись отступить назад, он споткнулся о выроненную им сумку и упал на попу, все так же не сводя с меня звериного взгляда. 
      -- Я тоже рада тебя видеть, брат по оружию, -- беззлобно усмехнулась я, внутренне делая усилие и подавая ему руку, чтобы подняться. С ним у меня были хорошие отношения и в прошлую встречу, а раз Мар и Эл хотят, чтобы я проникла к ним на корабль и помешала тому, что должно произойти, то нужно, хотя бы, попытаться. Даже если не хочу. Так хоть оправдание будет, в случае чего. Да и сам по себе, Харута был мне крайне симпатичен. Милаха же. Только почему же так тоскливо-больно где-то там, внутри?
      -- Даже не знаю, как тебе ответить, -- замешкавшись, но, все же, приняв помощь и встав, отозвался он. 
      -- Успокойся, мне война с Белоусом не нужна, -- поморщилась я, вспоминая его капитана и слова Эла о том, что никто не придет и не поможет. -- Хотя, конечно, обидно, что мы с тобой по разные стороны баррикад.
      -- Да, есть такое дело. Я смотрю, тебя в звании повысили, -- окинул он взглядом мои погоны. 
      -- Да, давно уже. Частично благодаря вам. Если бы вы тогда не претендовали на Бутера, нам бы просто вынесли благодарность и все. А так: герои рискнувшие задницами ради Справедливости.
      -- Хех, герои, тоже мне. Вы украли у нас нашу добычу! -- гневно сверкнул он глазами. -- Радуйся, что я Отца успел уговорить, и он не стал вас преследовать!
      Так вот, в чем дело...
      -- Бутера судили по всей строгости закона. Казнили на площади в одном из городов. Кажется, посмотреть мог любой желающий, -- напомнила ему я. Судя по всему, он там был, вон, как скривился. -- А вот те сведения, что мы из него вытянули, в дальнейшем помогли прикрыть нам множество лавочек, обходящих закон и мораль. Спасибо, конечно, но если заводить разговор о добыче, то он наш! 
      -- Нет!
      -- Всё, больше не могу, -- и, прежде чем паренек успел вякнуть или как-то сориентироваться, я сгребла его в охапку, от всей души обнимая и тиская. -- Тебе никто не говорил, что ты ужасно мил, когда начинаешь спорить?
      -- Ах ты!... -- задохнулся он, даже перестав брыкаться. Милашка. Опять моя звериная сторона вверх берет...
      -- Ага. Нет, не подумай ничего лишнего, просто то было моим первым заданием в этой жизни и работе. Запомнилось мне всё, да и ты меня сестрой назвал. Не могу я злиться на тебя теперь. -- Почти и не солгала. Злиться-то злилась -- пират же. Но, несильно. Мне просто больно.
      -- А на кого можешь? -- он немного повернул голову, все же обнимая в ответ. 
      -- На вашего пернатого засранца, жопокрыл он хренов, -- не смогла удержаться я.
      -- Ты о Марко? -- фыркнул он.
      -- Ага. Сволочь он редкостная, скажу я тебе. Взял и сбежал...
      -- Так это ты была?! -- он отстранился от меня, удивленно-восхищенно заглядывая в глаза. -- Марко вернулся вчера на корабль, довольный, как кот. Всё посмеивался о какой-то иронии. Мол, до него Отец не всегда может достучаться, чтобы отчитать, Правительство его в черный список внесло, а тут ребенок в форме допрос устроил.
      -- У меня работа такая! И я не ребенок! Я намного старше! Знала бы, что он ваш!.. 
      -- Ага, и чтобы тогда сделала? -- Ехидно оскалился парень. Я уныло отмахнулась, оглядываясь на праздношатающийся люд и слыша громкий бой часов на ратуше. Девять -- моя смена окончена. -- Вот народ посмеется, когда узнает, что командира первого дивизиона на рынке капитан Дозора отчитал!
      -- Капитана третьего ранга, прошу учесть, -- лекторским голосом поправила его я. Миг и мы радостно засмеялись, скидывая напряжение. -- Может, не стоит, а? Он же потом мстить придет. За поруганную честь. Не было же ничего такого. Я просто попросила пройти его к нам, чтобы установить его личность...
      -- Да ладно, кто там придет? Мы уплываем сегодня, -- вздохнул парень.
      -- Как понимаю, куда не скажешь?
      -- Военная тайна, -- важно подбоченился он. Фыркнув в ответ, я резко насторожилась. 
      -- Что такое?
      -- Твои идут. Шепот души Марко я отчетливо запомнила, очень уж своеобразный он. Кажется, он еще мне сегодня встречался, просто далеко был, а у меня границы Воли небольшие. И, с ним еще двое. Одного из них я тогда на острове Елены, у пиратов встретила. У него еще на голове помпадур-батон. Третьего не знаю...
      -- Батона? -- заржал он. -- Черт, я обязан им это рассказать. 
      -- Эй, я просто не помню, как его зовут, а описывать людей не умею. Но ты ведь понял?
      -- Сатч, комдив четвертого дивизиона. Запомни уже, ведь сама судьба сталкивает нас, -- весело фыркнул Харута. Судьба, ага. И имя ей Эл и Мар.
      -- Ладно, я не буду перед ними светиться -- против четверки командиров Белоуса мне не выстоять, -- подмигнула ему я. -- Так что, я побежала. Бывай, удачи тебе в море.
      -- Тебе тоже... сестренка, -- резко став серьезным, кивнул парень. Миг и, немного нагнувшись, ибо успела вырасти за полгода странствий, я аккуратно чмокнула его в щеку. После, не медля, развернулась и умчалась в толпу празднующих, быстро теряясь среди людей. 
      Уже потом, остановившись в переулке, со всей возможной концентрацией попыталась прочувствовать то место, в котором встретилась с парнем. Четверо, постояв там недолгое время, удалились, в обход праздника, вероятно, к задней стороне острова.
  
   Не отмажешься
  
          -- Нет, ну ты мне скажи, как так вообще можно, а? Я же прекрасно понимаю, что мною нагло манипулируют! -- пьяно вопрошала я у такого же нетрезвого собеседника, осушая уже непонятно какой стакан саке. Зоро -- так звали мою находку, отличался удивительной вместительностью на тему алкоголя. А еще у него были зеленые волосы. Я первый раз за все время увидела человека с таким цветом. Естественным. Так необычно. 
      -- Глупая женщина, как ты не понимаешь? Им просто нужно пушечное мясо! Чёрт, бармен, налей еще! -- бухнув на стойку средних размеров кружку и громко звякнув тремя золотыми сережками в ухе, гаркнул он. Бармен укоряюще глянул в его сторону, но, поймав мой извиняющийся взгляд, вновь наполнил его емкость золотистым напитком. Хорошо, когда у тебя много знакомых.
      Столь странную личность я встретила на входе в одно из отдаленных питейных заведений города. Высокий зеленоволосый парень мигом привлек мое живейшее внимание. А то, что в помещение его не хотели впускать, мотивируя это наличием трех катан на поясе, заставило нахмуриться и уже целенаправленно увеличить скорость. На Лилии не было законов на ограничение оружия. Вот на использование -- да, но не на ношение.
      -- Леди, не стоит вмешиваться, -- тихо окликнули меня из ближайшей подворотни. -- Охотники за головами дрянные люди. Этот так вообще. 
      -- Я сама решу, куда мне следовать и где встревать! -- добавив стали в голос, процедила в ответ. Я еще не настолько отчаялась в жизни, чтобы слушать подзаборных пьяниц. 
      -- Ага. Пока член действенный не найдется, чтоб занять, -- так же тихо усмехнулся в ответ мой собеседник. Я онемела, резко останавливаясь. -- Кем бы ты ни была, а все до первого нормального мужика ведет. Там поймешь, что, как и куда, -- я удивленно выгнула бровь, чувствуя, как начинаю закипать. -- Может, прогуляемся, дозорная? Есть у меня тут такое хорошее место и показать есть что...
      Ты что, погоны по пьяни различить не можешь?! Да откуда вообще самомнение такое? 
      -- У меня тоже есть, что показать, -- даже не пытаясь затаить злость, прорычала я, позволяя ей выйти вместе с языками рыже-алого пламени. Окружающее меня мгновенно обрело тени, местами довольно-таки зловещие. 
      -- Капитан Дрого Ди! Простите, леди, не признал! -- тихо охнул мужчина и быстро скрылся с глаз. Праздношатающиеся гуляки так же поспешили разбежаться кто куда. Правильно, нефиг меня злить, а то испепелю ненароком на хрен. Или не ненароком... Остался стоять лишь вышибала, которому все это было не в новинку, да тот самый зеленоволосый, оказавшийся довольно-таки упертым типчиком.
      -- Леди дозорная, простите уж этих гуляк! Вечно они всякую пошлятину несут...
      -- Пропусти, -- процедила в ответ, огромным усилием воли загоняя огонь обратно и кивая на парня. Вышибала подавился заготовленной речью, а я обрела коллегу на вечер.

      -- А п-чему тебя так не л-любя...т? -- язык начал легонько заплетаться, хотя мозги еще исправно работали.
      Зоро, сфокусировав на мне такой же нетрезвый взгляд, пару секунд что-то разглядывал, после, наконец, выдал.
      -- Дозорные считают, что я такой же преступник, как и остальные. Только арестовать меня не могут: я ничего особо противозаконного не делаю. Ну, в определенных нормах. -- Он вновь отхлебнул. -- Для пиратов я враг, и тут судить не надо. А вот для таких, как ты -- чистый конкурент, не более. Вот тебе и весь сказ. Хех, да мне плевать на них всех. Будут мешать -- пошлю куда подальше. Я стану величайшим мечником. Вот этими мечами, -- он немного отстранился от стойки, указывая на катаны, -- вот этими мечами я пробью себе путь к славе. А пока буду тренироваться, побеждая недоносков. Только вот одни слабаки попадаются последнее время, чёрт! -- еще одного удара по стойке кружка не вынесла. Взгляд бармена был красноречивее всех слов. Пришлось, расплатившись, схватить парня за шкирку и потащить к выходу. Вообще дело оказалось довольно-таки трудоемким: мечник был на голову выше и тяжелее меня. Правда, шел он ровно. Только не прямо -- пока дошли до выхода, он все время пытался куда-то свернуть. Странный человек...

      Продолжили напиваться на крыше ратуши, откуда было видно весь город, как на ладони. Парень не возражал, когда, обхватив его руками за пояс, я в два маха донесла его до своего любимого местечка. Попивая купленный в ближайшем магазине алкоголь, мы затронули и другие темы: Зоро, вероятно, был не особо разговорчивым типчиком, но под выпивку можно и пошевелить языком, не так ли? Особенно под халявную... 
      -- И вот, прикинь, я нечаянно назвала его батоноголовым! А второго еще и ананасом в лицо нарекла. А если они потом придут мстить? -- пуская пьяную слезу раскаяния, стенала я. Парню это, видимо, уже надоело.
      -- Перестань окружающим мозги пожирать, белая ведьма! И не мешай честному человеку отдыхать. Вали и извиняйся!
      Ого, да это ж истины свет! Впрочем, спуститься вниз и правда стоило: старик просил меня посидеть с Дакотой и приглядеть и за братцами тоже. Почему-то, кузнец искренне верил в то, что я буду куда более благоразумна, нежели они...
      -- Тогда я это, пойду, ага? -- кое-как добравшись до парапета, повернулась я к парню. -- Ты сам слезешь потом?
      Зоро, пивший из горла бутылки, поморщился, окидывая взглядом окружающий пейзаж. 
      -- Не ссы, не в первый раз. Эти здания, порой, в таких странных местах растут... 
      Я не стала переубеждать его в том, что здания строят. Порой лучше жить в неведении. 

      Я -- дозорная. Перед Ророноа легко было делать вид, что уверена в себе и прочая-прочая. Да только не принято у Дозора прощение перед пиратами вымаливать. Особенно перед Йонко. Да и вообще, это, кажется, нормально, когда одна сторона конфликта другую стебёт. Несерьезно -- да, но они вполне могут ответить тем же. 
      -- Налисуй ему лисунок, -- мило улыбаясь, Дакота подергала меня за рукав, когда я устало примостилась на лавочку возле дома кузнеца. Алкоголь быстро выветрился, не оставляя головной боли, но лишая тепла внутри. Старик уже где-то кутил со своими друзьями, поэтому няньками маленькой сестренки стали мои братишки, довольно-таки "тепленькие" к моменту нашей встречи. В общем, кузнец опять оказался бесконечно прав на их счет. -- Мы так извинялись. Налисуй. 
      -- Слушай, а она права! -- повесился на меня развеселый Мар, обнимая со спины и заставляя согнуться вперед. -- Иди и твори! И пусть твоя душа поет!..
      -- Эл, проследи, чтобы он больше не пил, -- ворчливо пробормотала, поправляя этот живой рюкзак, который сейчас умиленно дышал мне в шею. -- Ему еще рано напиваться до такой степени.
      -- Эй, тебе тоже! -- возмущенно поднял голову брюнет, беря мою шею в захват. 
      -- Мне было бы сейчас двадцать четыре, кхе, -- перехватывая руку, просипела я. -- Ты же попал в тушку со своим возрастом.
      -- Тушку? -- удивленно склонила голову Дакота, поднося ладошки ко рту.
      -- Грязные, да в рот! -- неприкрыто охнула я, протягивая ладонь и пуская зеленый огонек ей на руки. Малышка радостно запищала, пытаясь удержать язычки в ладошках. Малыш, до этого методично вылизывающий унылого Кота, отвлекся, поднимая уши и позволяя тому передохнуть.
      -- Из тебя выйдет прекрасная мамочка, -- усмехнулся Мар, переплывая мне на колени и уютно устраиваясь на них. Я малость прифигела, но скидывать парнишку не стала. Обидится еще, ползай потом перед ним, совести подчиняясь. Прецеденты уже были. 
      -- Кто-то будет сладкую вату? -- радостно поинтересовался возникший из ниоткуда Уильям, демонстрируя несколько палочек с огромными розовыми клубками сладкого лакомства.
      -- Я! -- в один голос с Маром и Дакотой откликнулась я.
      -- Ну и кто тут взрослый? -- ехидно ухмыльнулся Эл и, получив в ответ два насупленных взгляда от меня и брюнета, показал нам язык, получая свою долю счастья. Довольная Дакота уже радостно потянула угощение в рот, сразу вымазавшись по уши. Малыш, бросив Кота, запрыгал вокруг неё, взвизгивая и выпрашивая кусочек. 
      -- Больше ваты, меньше собаки, -- ворчливо пробормотал Кот, нервно вылизывая шерстку на груди. -- Эй, ребята, покупайте больше это розовой хрени. И мне дайте попробовать.
      -- Ух ты, говорящий кошак, -- неожиданно хмыкнул знакомый голос за спиной. 
      -- О, и правда, сам слез! Давай к нам, тут салют обещается, -- довольно оскалилась я, поворачивая к нему голову.
      Зоро мрачно бухнулся рядом, не споря и лишь угрюмо вздыхая. 
      -- Ты... Ророноа? -- удивленно выдохнул Эл, первым заканчивая есть. Малыш, которому перепала львиная доля с его порции, довольно сидел рядом, облизывая розовый нос.
      -- Да. А если еще и выпить дашь, разрешу себя по имени называть, -- вяло отшутился зеленоволосый, пожимая протянутую ладонь. Условие тут же выполнили, и уже Мар тряс его руку, отвлекая от бутылки, и, опасно наклонившись в сторону, радостно рассматривал катаны. С колен, кстати, так и не слез, уже полностью освоившись и весело болтая ногами в воздухе.
      -- Так, ему не наливать, -- теперь уже Зоро скептически посмотрел на эту пьянь. -- Лучше мне налейте.
      -- Цирроз печени скоро постучит к тебе, -- хмыкнул Кот, совершенно наглым образом запрыгивая к нему на колени и ставя лапки на грудь. -- Еще раз назовешь меня кошаком, и я тебе глаза выцарапаю.
      -- Ага, -- потрепав его по холке, парень приложился к горлышку бутылки. После перевел взгляд на меня. -- Ты идёшь извиняться? 
      -- Ну, мы по закону не имеем права видеться друг с другом. Во всяком случае, пока нас не разделяет решетка тюрьмы, а на нем нет наручников, -- пожала я плечами.
      Зоро поперхнулся, резко поворачиваясь ко мне.
      -- Так он пират?!
      -- Подчиненный Йонко, -- мрачно отозвался Уил, до этого вытирающий мордашку Дакоты от сладкого. Зоро резко сдулся, хмуро заглядывая в горлышко бутылки.
      -- Какого хоть?
      -- Белоуса. Командир четвертого дивизиона, Сатч, фамилию не знаю, -- решила добить я. Зоро хмуро сплюнул в траву клумбы росшей рядом и надолго присосался к емкости. 
      -- Ну и хрен с ним. Однажды и за его голову награду получу. -- Наконец, выдал он, вновь отпивая.
      -- Тук-тук, боржоми ни у кого нет? -- мимоходом поинтересовался Кот. Ророноа мрачно сверкнул глазом и скинул болтуна на землю, где его тут же атаковал разыгравшийся щенок. Я удивленно посмотрела на то, как Кот ленивой лужицей растекается по земле. 
      -- Не донесешь, -- сонно протянул Мар. Зоро нахмурился.
      -- Что не донесу?
      -- Награду. Там пара миллиардов белли. Слишком много.
      -- Эй-эй, оставь Белоуса нам, -- хохотнул Эл, садясь по другую от меня сторону и мечтательно глядя на небо. -- Эдвард нам еще пригодится...
      -- Что вы там удумали? Он Йонко -- враг, -- подал голос Уил, садясь позади меня и облокачиваясь своей спиной о мою. -- Перестаньте мыслить так, будто вы лояльны к ним. Мы дозорные. И одним из наших обязательств является уничтожение пиратства. Никаких компромиссов.
      -- Ты чертов идеалист или просто идиот, -- хмыкнул Зоро. -- Вспомни Шичибукаев. Они именно этот самый компромисс.
      -- Ну да, -- фыркнул Кот, кажется, уже забив на собственное спасение. Дакота радостно бегала вокруг, хвастаясь перед соседскими детьми пушистыми крылышками за спиной и давая всем их потрогать и померить. Парни её точно разбалуют. -- Двадцать пять процентов комиссионных со своего улова, и мы их не трогаем. 
      -- Лучше идеалист, -- что-то там подсчитав в уме, выдал Уил. Зоро заржал, мимоходом вытягивая из кармана у Эла еще одну бутылку и открывая ее. 
      У братца там что, черная дыра? Подпространственный кармашек?!
      -- Ничего, -- приговаривая, приложился он к емкости, -- я смогу его победить. И тогда титул великого мечника будет моим!
      -- Ты о Михоуке? -- Эл был сама догадка. Или читер.
      -- Ух ты, угадал! -- удивленно хмыкнул Ророноа. -- А ты не такая и блондинка, надо же.
      -- Ну, спасибо, мне приятно, -- отобрал у него выпивку Эл, делая глоток.
      -- Эй, эта прекрасная женщина уже моя! Не стоит ее опошлять, -- возмутился Зоро, забирая бутылку обратно. Мар пьяненько захохотал, чуть не падая на землю: дележ проходил над его головой, и пареньку было крайне весело от всего этого. 
      -- Да я разок всего лишь, -- пожал плечами Эл, переводя взгляд в сторону неожиданно притихшего города. -- О, кажется, сейчас все начнется.
      И, он не ошибся: раздался оглушительный хлопок, и, спустя несколько секунд тишины, в небе расцвел первый огненный цветок. Толпа внизу ответила громкими криками, смехом и хлопками. Послышалась еще пара звучных выстрелов и свистов: расцвели, ярко отпечатываясь на темном небе, диковинные творения ярчайших красок, буквально вырывая из темноты ночи все новые и новые куски и раскрашивая их в самых невероятных комбинациях и тонах. 
      -- Чёрт морской, как красиво, -- на выдохе протянул Уил, завороженно глядя в небо, где вниз срывались цветные звезды, и притягивая к себе так понравившуюся ему малышку. Та, раскрыв ротик, во все глаза наблюдала за тем, как в небе раскрывается огромная лилия, символ города.
      -- Эй, а ты можешь огнем в небе дополнить? -- неожиданно толкнул он меня локтем. -- Думаю, с ним будет красивее. 
       Почему бы и нет? Сгрузив тушку и встав, подняла руку. Сорвавшийся огонек полетел вверх и, остановившись чуть выше крыши, разорвался несколькими каплями, тут же погасшими. 
      -- Не, так не катит. Давай в небо. Оттуда все хорошо будет видно! -- крикнул Мар, взмахивая рукой.
      -- Только город не спали, лады? -- хмыкнул Эл, помогая ему принять вертикальное положение.
      Пожав плечами и высвободив крылья, я взмыла в небо, вызывая восторженные крики публики и поднимаясь все выше и выше, пока огни города не превратились в маленькие точечки. В воздухе отчетливо пахло порохом, из-за чего я начала судорожно чихать. Ну, вот кто его тут вообще придумал, а? Гадкая и вонючая смесь...
      -- Наверное, хватит, -- пробормотала, несколько опасливо поглядывая в ту сторону, где мог быть корабль Йонко. Синих искр видно не было, и это вселяло надежду: никто кроме Феникса добраться до меня не мог. Во всяком случае, сейчас.
      Расслабившись и раскинув руки, в свободном падении устремляясь вниз, зажгла ладони, пытаясь понять то, как много огня нужно высвобождать, и оставляя за собой горящий след. После начала спонтанно выкидывать разноцветные шары, рисуя примитивные картины из точек и линий. 
      С течением времени стало получаться и, сменяя росчерки с каплями, появились огненные цветки, птицы, животные. Мне было так спокойно и хорошо... Давно я не рисовала. А ведь раньше только этим в свободное время и занималась: рисовала, слушала музыку, смотрела фильмы. Писала стихи, пусть и нелепые... 
      Последним творением были те самые огромные киты из сна, тянущие за собой пару кораблей с воздушными парусами. Пламя, выпущенное мной, таяло, не опадая, а просто растворяясь на месте. Это несказанно радовало. 
      Приземлившись за крайними домами, чтобы не привлекать внимания, к своему семейству дошла пешком, размышляя о том, что этот мир и все то, что теперь могу, довольно-таки неплохо. Прекрасно даже.
      -- Анта, неплохой способ извиниться, -- шепнул мне на ухо Эл, пока Мар корчил рожицы на пару с Дакотой, а Уил смеялся. Зоро, кажется, дремал, облокотившись о ствол дерева росшего возле скамейки.
      -- Ты о чем? -- я непонимающе посмотрела на парня.
      -- Символом пиратов Белоуса является не только оскаленный череп с полумесяцем усов. Их, скажем так, тотем -- белый кит. Ты сейчас именно их в небе нарисовала. И три огромных корабля следом. Ты просто не представляешь, насколько точно все передала.
      Мне оставалось лишь промолчать: сны это отражение глубин подсознания. Надеюсь, это все просто игры разума и шутка со стороны все еще непонятной мне "Я". 
      -- Что за нахрен? -- неожиданно вскинул он голову. По небу, направляясь к городу, плыло множество огненных шаров. -- Твоя работа?
      -- Нет, -- отрицательно помотала головой, напряженно глядя туда же.
      -- Из находящихся где-то здесь людей это может быть только Огненный Кулак, -- тихо пробормотал он, нервно оглядываясь на остальных. Никаких изменений: ребята и видимые нам горожане все так же продолжали веселиться и отмечать.
      Из подворотни неожиданно вынырнул взволнованный Джей, быстро подбегая ко мне.
      -- Капитан, это ваших рук дело? -- указав на шары, нахмурился он.
      -- Нет, -- помотала я головой. -- У нас какие-то проблемы?
      -- Так точно. Обычно, теплый воздух поднимается вверх, и шары бы поступили так же, -- начал он быстрым речитативом, -- но сейчас, после фейерверков и вашего выступления, воздух там, наверху, основательно прогрелся и сейчас все это шествие может с легкостью спланировать на город.
      -- Твою мать, -- схватилась за голову, представляя себе малопривлекательное будущее. -- И?
      -- Ну, это же вы по теме огня, -- несколько раздраженно посмотрел он на меня. -- Действуйте. С учетом того, какой сейчас ветер и его направление, шары будут над нами не позже чем пять минут. А там и первые крыши окольных домов, сделанные из соломы. Дождя не было уже давно -- все вспыхнет быстро, как лучинка.
      Я согласно кивнула головой, переваривая информацию и пытаясь придумать действенный план. 
      -- Небесные фоналики, -- радостно прокричала Дакота, наконец, заметив огни в небе. Окружающие так же начали смотреть в ту сторону, кто-то вновь зааплодировал. 
      -- Джей, -- повернулась я к нервно переминающемуся с ноги на ногу пареньку. -- Тревогу еще не поднимали?
      -- Нет. Они считают, что это ваших рук дело, -- отрицательно мотнул он головой. Ясно понятно. -- Мне сообщить?
      -- Нет, пока не стоит поднимать панику. Лучше скажи: чтобы эти огни поднялись выше, надо просто увеличить их температуру?
      Парень задумчиво наклонил голову набок.
      -- Хм, да, -- он помял подбородок. -- Тогда они как пузырьки на воде взлетят вверх.
      -- Отлично! Спасибо за помощь! Сейчас быстро пробегите город -- посмотрите, нет ли нигде пожаров! -- хлопнула его по плечу и второй раз за вечер взлетела вверх. 
      А люди внизу действительно не понимали всего того, что могло вот-вот обрушиться им на голову. Неожиданно, боковым взглядом увидела ярко-голубую, почти ультрамариновую черту, параллельно мне взмывшую в небо, но остановившуюся на одном месте. Вот ему сюрприз сейчас будет...
      Подлетев к первому шару, буквально врезалась в него, забираясь в самый центр. Пламя принялось ласково пробегать по телу, заставляя чуть ли не замурлыкать от восторга. Странные ощущения: его создатель явно не желал зла людям, когда создавал все это. Просто лопухнулся и, вероятно, именно поэтому я сейчас исправляла его ошибки и, что важнее, удостоилась чести лицезреть самого Феникса. 
      Создав внутри этого клубка небольшой шар, куда более горячий, чем всё вокруг, развела ладони, позволяя ему начать ненавязчивый процесс замещения. Измененный цвет станет видно спустя пару минут. Ту же самую процедуру провела и с другими клубками огня, которых, к счастью, было немного -- всего штук пятнадцать. Единственное, что нервировало все больше и больше -- синяя птица, висящая в воздухе. Чего он ждет? 
      В нескольких "подарках" от огненного мальчишки решила оставить парочку своих сюрпризов: раз сегодня праздник, почему бы не побаловать горожан еще одним салютом? Заодно можно будет наглядно показать пиратскому выскочке, что нужно думать головой и то, что на его пламя всегда найдется другое.
      Хотя, последнее и ко мне применимо. Стоит учесть и не забыть.
      Вылетев из последнего, не без удовольствия начала наблюдать за тем, как шары стали медленно, но верно набирать высоту. Работает. А вот дернувшаяся синяя птица, когда пламя переменило свой цвет, просто привела в восторг. Ультрамарин -- самое сильное и горячее. И по цвету практически полностью совпадающее с окрасом первого командира. Птица резко взмыла вверх и двинулась по направлению ко мне. Эй-эй, мне тех встреч, что уже были, пока достаточно! 
      Взмахнув, что есть силы, крыльями, я помчалась наверх, хаотично выкидывая маленькие шары-светлячки. Думала чуть позже все это начать, но раз такая пляска... Ближайшие ко мне шары так же прибавили в скорости, увлекаемые потоком воздуха, и, спустя десяток секунд, за мной тянулась ультрамариновая гирлянда. Впрочем, даже у очень горячего огня есть предел высоты: с тихим хлопком раскрылся первый клубок, являя миру сотни разноцветных шариков. Почти достигшая меня птица, мощно взмахнув огромными крыльями, резко подалась назад. Поздно: маленькие детонаторы-светлячки отозвались на внутреннюю команду и, окружив другие шары, взорвались, раскрывая и их и разбрасывая содержимое во все стороны. Феникса просто смыло огненной волной куда-то в сторону. Стоит ли говорить, что моя Воля буквально на одной истерической ноте пропищала, что мужчина, до этого просто желающий что-то узнать, сейчас несколько разозлился? 
      Опыт в побеге от разозленных Фениксов у меня уже был. От подпаленных -- нет. Воля, не скрываясь, сообщила, что мне пипец и отключилась. Зато, включилась другая шарманка.
       "Смотрю, у тебя тут весело", -- хмыкнуло внутри.
      -- Просто пух, ух! -- дернулась в сторону, уходя от когтистой лапы. -- И перья летят!
       "Что ты ему сделала?"
      -- Знаешь о том, что делают с индейкой на День Благодарения?
       "Тогда у меня встречный вопрос: у тебя огнетушитель есть?"
      Я резко сделала штопор, пропуская злую птицу под собой. 
      -- Сейчас, подожди, попрошу его подождать и быстренько слетаю вниз, возьму! -- немного разозлилась я, шипя из-за выдранных из крыла перьев. Феникс, сверкнув своими, сделал мертвую петлю и пошел на второй заход. Меня бы уже укачало...
       "Огонь, детище ты необразованное!"
      -- А сразу нельзя было сказать?! -- обманно бросилась на пирата, заставляя того резко увернуться вбок. -- Поняла, спасибо!
       "Браво!" -- довольно отозвалось внутри у меня. 
      Огромный взрыв последних шаров осветил все, что было вокруг, на несколько секунд просто выкидывая темноту прочь. Остров, дома, жителей, вышедших на праздник, море и три огромных корабля, покачивающихся на воде, стало видно как на ладони. На палубах кораблей столпилось огромное количество народа, вероятно, наблюдавшего за тем, как по небу мечется два огненных пятна. 
      Мрачный взгляд синей птицы не сулил мне, впрочем, ничего хорошего. Будучи более маневренным, вероятно из-за опыта и проведенного в небе времени, Феникс меня уже раз пять мог бы поймать, если бы я в самый последний момент не выкидывала что-нибудь неожиданное, что Воля просто не могла успеть просчитать. 
      Взяв направление на корабль пиратов, воспламенила некоторые перья на крыльях и... Чуть не врезалась в мачту первого судна, почти протаранив ее лбом и лишь в последний момент уходя вбок. Погоня осталась где-то позади, явно не ожидавшая подобного финта. Я, кстати, тоже: походу, я открыла для себя новую технику.
       "Лайфхак, он везде. Теперь у тебя мощный двигатель на двенадцать цилиндров. С апгрейдом тебя", -- тихо пропело в сознании. 
      -- Почему я тебя слышу? -- мимоходом поинтересовалась, замирая между кораблями, сейчас стоящими клином и пораженно окидывая пиратов взглядом. -- Ты во сне до этого была, а теперь наружу выползла...
      Ответ, если он и был, узнать не успела. Не смогла. Голос резко пропал. Воля, падла эдакая, выбрала именно этот момент, чтобы вновь начать работать и выдала просто огромное количество голосов. Они даже не думали себя скрывать. Резко затошнило и заболела голова: голоса, эмоции, сознания буквально заполонили разум, заметались яркими силуэтами перед глазами и начали медленно проворачивать мозги на ручной мясорубке, которую заботливо крутил за ручку один, самый отчетливый. 
       "Отключай!" -- внутри взвыло так, что на секунду перекрыло все вокруг. Воля, как какая-то истеричная баба, отчетливо послала меня на хрен и вырубилась, хлопнув дверью на последок. Дверью оказался приближающийся Феникс, явно желающий дать мне ремня и досрочно прошедшийся мне по мозгам. Отчетливо так.
      Убрав руки от головы -- оказывается за то время, что мне было плохо, я успела за нее схватиться -- я мрачно взглянула на приближающегося летчика-истребителя. Тот, видимо, что-то успел почувствовать, так как резко дернулся вбок, к ближайшему к нему кораблю. Вновь использовав столь неожиданно открывшуюся мне примочку, я в секунду оказалась под ним, переворачиваясь на спину и поливая розовым огоньком. Почему пламя именно такого цвета, не знаю, но другой огонь оно гасило на раз. Уил в паре с Джеем как-то пытались мне объяснить, но всё, что я уяснила, это то, что оно просто ело гораздо больше кислорода, коим и питалось обычное пламя. А потому, смешавшись, оно лидировало и еще долгое время не спадало. Мерзкая штука, в общем.
      Марко, удивленно охнув, рухнул куда-то в толпу, где тут же вскочил на ноги, подбегая к борту корабля. Кажется, у меня появился личный недоброжелатель. Во всяком случае, некоторые из его команды сейчас весело смеялись, разглядывая украшенного розовым огнем мужчину. С соседнего корабля раздался отчетливый смех, от которого воздух буквально завибрировал, гася огонь на крыльях и придавливая к морю. Черт, утопит же! 
      -- Девочка, не обижай моих сыновей, не надо, -- по-отчески посоветовал мне Он. 
      Зубы удлинились сами собой, выползая наружу. Уши прижались к голове, а хвост резко закрутился вокруг пояса, грозя удавить. Белоус. Огромный мужчина сидел на ступеньке, на палубе, прислонившись спиной к мачте, и ласково смотрел в мою сторону. Рядом с ним было что-то напоминающее медицинский аппарат, не знаю какой -- ближе не подлететь, не рассмотреть. Трубка, шедшая к носу, явно помогала этому непростому человеку дышать. Еще бы, в таком-то возрасте да с такими размерами, всё еще оставаться самым сильным человеком в мире... 
      -- Не выебывайтесь, тогда и не обидим, -- зло прорычала я, стараясь задушить страх. Он услышал. И захохотал так, что мне пришлось резко взлететь вверх, в небо, чтобы не утонуть во внезапно приблизившемся море. 
      -- Смешная, -- он перевел дыхание. Рядом с ним, как по мановению волшебной палочки, забегала пара девушек. Наверное, местный медблок. Желтые глаза, одновременно так похожие и не похожие на мои, вновь посмотрели на меня. -- Давай ко мне в команду? Не обидим...
      -- Иди к черту! -- буквально взвыла я, позволяя огню себя полностью поглотить и за пару секунд оказываясь где-то в небесах. Где-то внизу был слышен тихий гул. Они смеялись. 


      Рядом с парнями я оказалась где-то через десять минут. Они молчали. Эл добродушно потрепал меня по волосам, притягивая к себе и давая обнять. Меня душили слезы и истерика. 
      -- Бере-бере-бере, -- тихо завякало у него в кармане. Малыш, крутящийся рядом, недоуменно поднял уши и уставился на появившуюся в руках у блондина улитку.
      -- Дрого Ди Эл слушает.
      -- А ну, засранец, поднял зад и быстро ко мне в кабинет! И остальных прихвати, я знаю, что вы сейчас все вместе! -- грозно пробасила маленькая улиточка голосом Гарпа. Щен, испуганно пискнув, спрятался под лавкой и уже оттуда начал звонко облаивать средство связи. На лай это, конечно, было не особо похоже, но факт имел место быть -- Муши, испугавшись, спряталась в панцирь и выходить в ближайшее время не желала.
      -- Вот чёрт, народ, нас вызывают, -- не делая попыток встать с лавки и последовать приказу, простонал Мар.
      Пришлось. Махнув нам на прощание рукой, Зоро скрылся в глубине восторженно галдящего города. Джей и Мартин, доложив об отсутствии пожаров, так же убежали на дальнейшее патрулирование. Дакоту с Котом оставили на попечение соседей, которые не слышали, из-за чего нас вызвали, но поняли, что по делу. Приближающееся лихо почувствовали все. 
      -- Почему не отчитались? -- прорычал старик, начиная гневно наступать на нас. Шел третий час ночи, что не прибавляло радости.
      -- Подожди, Гарп, возможно, им следует объясниться, -- Гвёрн пошел ему наперерез, явно стараясь нас защитить.
      -- Я просто хочу знать, почему эти засранцы не пришли и не сообщили о происходящем! -- даже не думал успокаиваться Монки Ди, гневно раздувая ноздри. -- Что за своеволие, мать вашу?! Вы чем думали?
      -- Сэр, пожалуйста, проявите благоразумие. Позвольте объясниться? -- попыталась я прояснить ситуацию.
      Бам!
      Сидя в коридоре тремя комнатами дальше, я уныло лечила челюсть. Хорошо, что умею регенерировать хоть как-то.
      -- Она еще спрашивает! -- яростно раздалось вслед, под громкий лай увязавшегося с нами Малыша. И этот человек хочет, чтобы мы следовали уставу? 
      Встав и отряхнувшись, потопала обратно, приветственно кивая удивленным коллегам, работающих в ночную смену, и чьи кабинеты я соединила в один. 
      -- Конечно. Может, еще на кого-то напасть успели, -- вправив челюсть на место, скорее для проверки ее рабочего состояния, нежели для спора, протянула я, цыкая на Малыша. Тот понятливо кивнул головой, убегая куда-то под стул. Я не успела.
      В этот раз соединенными вместе оказались четыре кабинета. Мне было уже лень вставать. Все равно пока он не успокоится, нормальной беседы не выйдет. Стальной Кулак вспыльчив, но он и быстро отходит. 
      -- Твою мать, Дрого Ди!! Я в прошлый раз еле уговорил Сенгоку ничего вам за самонадеянность при выполнении задания не делать. Послали на убой, не подготовленная команда и все в том ключе. Хрен вы в этот раз отделаетесь! Готовьтесь, вас ждет веселое будущее! И всё это благодаря твоей выходке. И выходке твоего лейтенанта, да, Моркрафт, это тебя тоже касается! Вас, олухи, так же ждет "счастье"! -- Гарп громко выдохнул, потирая шею и поворачиваясь к моим братьям. Те дружно вытянулись в струнку, стараясь сильно не качаться. -- Идиоты. 
      Так, сейчас должна начаться часть с прояснениями.
      -- Вы, мОлодцы, вместо того, чтобы, засекши пиратов, прийти и сообщить, просто промолчали! И не простых пиратов, а Белоуса! Мать вашу, вы что, совсем страх потеряли? Вы поставили под удар всё мирное население!
      -- Так позволите объяснить?.. -- попыталась начать я, уловив нужную струну. Рано. 
      Бам!
      -- Вы хоть видели, что у меня в небе не все хорошо было?! -- прокричала я в дыру, не отчаиваясь и продолжая начатое. Народ, мимо которого я пролетела в третий раз, удивленно высовывался наружу. -- За мной Феникс гонялся, не до докладов было! -- громко сообщила я, вновь пролезая в дыру в стене и чуть не растягиваясь на полу, зацепившись за арматуру ногой. -- Да и вообще, чтобы вы сделали, узнав, что они тут? Цветы бы им понесли? Транспаранты и лозунги приветствия? У нас праздник был, а если бы люди, узнав, что тут Йонко, подняли бы панику? Вы об этом подумали, товарищ Вице-Адмирал Монки Ди Гарп? -- Дойдя до кабинета, набросилась на него я. -- Началась бы паника, суматоха, давка! Вы хоть раз видели то, как ведет себя испуганная пьяная толпа?! В данном случае все за огненное шоу всё приняли! 
      Старик резко сдулся, отходя обратно и садясь на свое место за столом. Гвёрн и мое семейство незаметно перевели дух. Мои полеты сквозь стены явно стоили того. 
      -- Ладно, твоя правда. Ну, а другие где были? Почему не сказали?
      -- Не успели, сэр, -- вышел вперед Уил, отдавая честь. -- На территории города пиратов не было, а что там и как с флотилией мы были не в курсе. Если бы выступили против них, не зная количества противника, могли поставить под удар всех и вся. Капитан Дрого Ди отдала приказ на проверку острова на предмет спонтанных или же намеренных воспламенений. Уже потом, когда вернулась, отчиталась и сообщила, что нападение вообще не планируется. 
      Гневный взгляд Гарпа и разом переведенные на меня стрелки мужественно стерпела, согласно кивая головой.
      -- Они уплыли. Нападений не будет. Шары в небе были просто частью праздника. А Феникс, вероятно, просто заинтересовался летающим огненным существом, способным менять цвет и свойства своего огня. 
      Гарп согласно кивнул головой. 
      -- Ох уж, дети, блин, -- рухнув в кресло, простонал Гвёрн.
       Мы получили приказ на подготовку к отплытию. Пряников от командования никто не ждал.

      Эл и Мар уплыли спустя три дня. Всё так же наезжая на меня на тему Белоуса и, с этим, теперь уже активно радуясь его словам, которые я утаила от Гарпа, Гвёрна и своей команды, но не от них. Предстоящее наказание их вовсе не огорчало -- зимние острова эти психи еще не посещали и именно поэтому смотрели в будущее с истинно детским оптимизмом. Огорчить их, что ли?
       Я же, грустно думала о своем будущем: если я еще раз пересекусь с Белоусом, мне гаплык. Причем до Эдварда я могу даже не дойти, хоть он и официально позвал: у меня уже набрался список из предположительно мстящих командиров первого и четвертого дивизионов. Ну, первого точно. Кажется, будущее готовит мне что-то нелицеприятное... 
      Корабль с семейством провожала взглядом, пока тот не скрылся за чертой горизонта. Стоит ли говорить, что слезы прощания были крупными и частыми? Старик-кузнец клялся и божился, что сбережет малышку и в ответ просил братьев не рисковать собой понапрасну. А у той уже собралась своя компания ребят, с которыми они активно потрошили соседские яблони и груши. И почему парни с котом вместе, а я одна одинешенька? Впрочем, озвучивать эту мысль не стоило: стоящий рядом со мной Уильям, так же провожающий наше семейство, мог и обидеться. 
      -- Когда нам выступать? -- повернувшись к нему лицом, поинтересовалась я. Лейтенант все равно все наперед знает. Однако он отрицательно помотал головой, чем несказанно меня удивил. 
      -- Не знаю еще. Гарп с бумагами сладить не может, всё перебирает, да откладывает. Он ведь, по сути, на отдых приехал, а не с документацией возиться. Теперь ищет нам место для наказания.
      -- Мне стыдно. Надо было не слушать братьев, а сразу идти и докладывать. А с другой стороны, мы избежали войны с Йонко.
      -- Я тоже виноват, так что не убивайся в одиночестве. Мы защищаем население. И в этот раз все хорошо, -- пожал плечами Уил, как-то странно в последнее время реагирующий на Белоуса. Очень странно. Начинаю чувствовать тлетворное влияние моих братцев, очень любящих промывать чужие мозги. Надо с этим что-то делать, ибо они вполне могут совратить моего друга и переманить его на темную сторону. А идеалистов ломать нельзя. -- О, гляди, еще один корабль! -- он резко указал рукой направление, куда до этого напряженно всматривался. Повернув голову, я увидела вдалеке маленькую точку, которая явно приближалась к нашему островку. -- Уверенно плывет. Наверное, кто-то из наших.
      -- Знаешь, я слетаю, посмотрю, -- дождавшись согласного кивка, взвилась в воздух. Эх, корабля с братьями даже отсюда уже не увидишь. Чёрт, они только отплыли, а я уже скучаю так, что готова следом броситься...
      При ближайшем рассмотрении, судно и правда оказалось с нашей символикой. Пара небольших дыр в одном борту и длинная, раздавшаяся щепками во все стороны полоса на другом. Порванный парус и покосившийся нижний рей со свисающими обрывками канатов. И на фоне всего этого великолепия спокойная, как удав, команда. Матросы, неторопливо подготавливаясь к швартовке, ходили по палубе, не нуждаясь в направляющих приказах мичмана и старшины. Сам капитан обнаружился на мостике, облокотившийся на единственное крыло оного. 
      -- Здравия желаю, Капитан первого ранга... -- начала было я, как была перебита усмехающимся мужчиной.
      -- Дрого Ди, перестань. Я сразу начинаю думать, что где-то допустил ошибку и меня теперь хотят отчитать. Мы друг друга прекрасно знаем и твой официальный тон...
      -- Да поняла я, -- поморщилась я, убирая крылья и спрыгивая на палубу. -- Я явилась узнать о том, кто стремится посетить наши земли, -- усмехнулась. -- Ну и теперь стало интересно то, почему вы в таком непрезентабельном виде.
      -- Ты не представляешь, как сильно стремлюсь, -- Нильс вздохнул, покачав головой. -- Пока плыли, встретили корабль пиратов. Завязался бой. Потом к ним пришло подкрепление, и немного туго стало, но, как видишь, мы на плаву, а не они. А потом, угадаешь, чьи еще видели?
      -- Встречный вопрос: нервной синей искры с розовым боа на шее, на борту одного из них не было?
      -- Так, рассказывай живо: всё в порядке? -- сразу же подобрался мужчина.
      Быстро рассказав ему о произошедших недавно событиях, постаралась как можно сильнее сгладить момент с тем, что мы не доложили своевременно. Вышло слабо. Меня чуть не придушили, не дав пояснить, почему именно так произошло. Еще одно прекрасное пояснение того, что следовать уставу гораздо правильнее -- дольше проживешь.
      -- А если бы они напали? Если бы пострадало мирное население? А Форт?! Ты хоть знаешь о том, что с девушками-дозорными пираты могут сделать? Ты же тогда с их корабля увела добычу! Знаешь, что за это тебе могли сделать? Трахнуть командой это самое малое, дура! -- схватив меня за шкирку и подтянув к себе, тихо прорычал он. Серо-голубые глаза стали практически прозрачными, а зрачок превратился в едва видную точку. Полопавшиеся капилляры сосудов явно указывали на то, что мужчина действительно уже давно нуждался в отдыхе. 
      Неожиданно он отстранился, а потом вообще отошел назад. Я недоуменно посмотрела на него, после провела пальцами по щеке: мокро. 
      -- Ну, хоть один нормальный, -- закрыв глаза ладошкой, простонала я. Хоть кто-то побеспокоился обо мне, понимая всю прелесть ситуации, в которую я могу угодить. Голову накрыла чужая ладонь. -- Ты не представляешь того, каково мне сейчас. Я могла погубить всех...
      -- Всё-всё, всё позади, -- тихо пробормотал он, подходя ко мне и ероша волосы на макушке. 
      -- А ведь знаешь, что самое страшное, нет? -- резко повернувшись к нему лицом, спросила я. Мужчина невольно отступил назад, как-то странно глядя на меня. Еще бы, могу представить: красные от слез глаза, да широкая, отдающая безуминкой улыбка. Слишком долго все держала в себе. Начинало потряхивать и болезненно тянуть внутри. -- Поймай меня, они бы этого не сделали. Белоус бы не позволил. Харута бы не позволил. Да чёрт дери, скорее всего, и остальные командиры не дали бы спуску своим. Они же гордые!.. Справедливые. Семья. Дали бы швабру в зубы и вперед, отрабатывать еду и кров да прочие провинности перед народом... 
      -- Анта, -- неуверенно позвал меня он. -- Забудь о них. Вспомни свой первый рейс.
      -- Я помню свое первое задание, -- оборвала его я. -- И он там был. И он позволил нам уйти. Много ли Капитанов Дозора, да нет, тут можно Адмиралов, как минимум приписать, позволят пиратам сбежать с их пленным и расправиться с ним?
      -- Анта, тебе нужно успокоиться, -- позвал он вновь. Я резко замерла. Молчи, дура, не втягивай посторонних в эту кашу.
      -- Да, прости.
      Перед кем ты рыдаешь? Это же офицер! А ну, прекрати, живо! Вечно он с тобой нянькаться не будет и спускать вольные слова тоже. 
      -- Точно ничего не произошло больше? -- он вновь откинулся на скрипнувший бортик, окидывая взглядом приближающуюся землю.
      -- Точно. Гарп разозлился, решил за счет меня расширить кабинет. Теперь мы ждем приказа на скорейшее отплытие. Он действительно в этот раз не шутил.
      -- Хм, в таком случае, стоит пожелать тебе удачи: в море сейчас неспокойно, -- пройдя мимо, и еще раз потрепав меня по макушке, мужчина спустился на палубу. За разговором время прошло куда как быстрее. Я сглотнула ком в горле. 
      Теперь и нас щадить не будут. Дети выросли. Как же быстро...
  
  
   Глава 4. Остров погибших кораблей. Отработка
  
         -- Держи парус! -- хрипло закричал кто-то из команды, тут же уносимый отвязавшимся канатом куда-то за борт, повисая на страховочном тросе. 
      -- Лови его! -- Джей, мать его, успел это заметить через залитый водой иллюминатор и ринулся следом, поскальзываясь на мокрых досках и рискуя отправиться следом. Только уже без спасательного каната. Про него подумал Анко, борющийся со стихией по левому борту и потому находящийся ближе всего к месту происшествия. Ящеркой бросаясь следом и держа в руке запасной, он тут же обвязал недоумка, уже слетевшего по ступеням на нижнюю палубу и протаранившего лбом бочку, у которой до этого момента всё было хорошо. В отличие от корабля: десять минут назад, прощально треснув, бом-брам-стеньга обвалилась вниз под тяжестью рея с мокрым парусом и, потянув за собой вторую мачту, запуталась в канатах, разрывая их как тонкие ниточки. Клацнув, отлетели путенс-ванты, по касательной снося бортик верхней палубы, по правой стороне. Корабль застонал, неожиданно выходя боком на новую волну и только благодаря усилиям борющейся команды не опрокидываясь в море. 
      Обратно в рубку все трое вернулись спустя минут пятнадцать, мокрые и трясущиеся. Джей щеголял разбитым лбом, из которого тонкой струйкой шла кровь. Эльза тут же подозвала его к себе, промывая неглубокую ранку и заклеивая ее пластырем. Сэр Соло мрачно смерил парня взглядом: именно он настоял на том, чтобы младший навигатор остался в помещении и не рисковал собой. 
      -- Земля! Впереди виднеется земля! Пара миль, и мы покинем фронт! -- где-то снаружи прокричал впередсмотрящий, пока я и остальные фруктовики команды вынужденно отсиживались в капитанской рубке. Это бесило, но выйти наружу не позволил мичман, одарив таким взглядом, что даже далеко не впечатлительный Чешир, как всегда пребывающий в зоан-форме, выгнул спинку, встопорщив шёрстку. Власть резко переменилась, и нам оставалось сидеть в трюме и пересматривать документы нового дела. 
      -- "Остров погибших кораблей", так назвали это дело, -- перелистывая бумаги в папке, протянул Уил, в перерывах между рёвом грома за треснувшим, во время очередного захода на волну, иллюминатором. То ли какая-то ветка мимо проплывала, то ли еще какая-то часть оснастки отлетела и, на прощание, оставила памятку -- не знаю. Но, и до этого невидимый океан, теперь был расчерчен надвое. Печальное зрелище. 
      -- Секретаря, писавшего всё это, случаем не Александром Беляевым зовут? -- весело фыркнула, пытаясь не разлить чай, который плескался из стороны в сторону. Погода явно не благоприятствовала чаепитию. 
      -- Нет. Эээ... Минуту, -- он листнул в конец папки, что-то сосредоточенно вычитывая. -- Это даже не секретарь писал. Тут явно поработал Капитан Первого Ранга Нильс Олаф, -- парень резко дернулся, когда я согнулась в три погибели, смеясь так, что чай-таки вылился на доски стола, а сэр Соло недоуменно покосился в мою сторону, перекидывая трубку из одного угла рта в другой. 
      -- Леди капитан, что же вас так развеселило? -- он сощурился, сворачивая газету. 
      -- Простите, сэр навигатор, -- покачала я головой. -- Давняя история. 
      -- Я никуда не спешу, -- наклонил он голову вперед, раскуривая трубку.
      -- Дело в том, что там, где я когда-то успела побывать, было рыцарство, -- покачав головой и собирая мысли в кучку, начала. -- И, по совершенно неведомой мне причине, однажды, в рыцари посвятили пингвина. Самого обычного. Но то, что меня больше всего сейчас рассмешило, это имена: пингвина официально звали Сэр Нильс Олаф. Хотите, верьте, хотите, нет, но это правда. 
      Повисла гробовая тишина. Ну, насколько это возможно в условиях шторма. 
      -- Зачем я только что это услышал? -- он выдохнул, резко разворачивая газету и закрываясь ею. Всю строгость на нет, свели мелко подрагивающие уголки оной. А кое-кто у нас трусишка, оказывается...
      Резкий толчок и, полетевшая на пол посуда, и некоторые из присутствующих заставили всполошиться, быстро вскочить с пола, потому как тоже изобразила птичку, и броситься к выходу из помещения. Анко кинулся следом, выскакивая на палубу и врезаясь мне в спину: яркое солнце слепило так, что пробивало на слезу. Неожиданный поворот в погоде, однако. 
      -- Капитан! Земля... -- Мартин, в начале бодрый, под конец сдулся, понимая, что немного запоздал с объявлением, и неуверенно усмехнулся, почесывая мокрый затылок. Парень почти весь шторм провел вне кают, воюя с ним и защищая корабль. 
      -- Я, как бы, вижу, -- хмуро ответила, оглядываясь вокруг. Торчащие верхушки деревьев на уровне надстройки заставили невольно фыркнуть, осознавая всю прелесть ситуации. Мы вылетели на сушу. Да так, что некоторое время придется просто угробить на то, чтобы вытянуть корабль обратно в море. 
      -- Нужен ремонт, -- сзади подошел мичман. Носа коснулся запах крови: обернувшись, увидела, как на груди у мужчины растекаются красными пятнами несколько порезов. Из рассеченного виска тоненькой струйкой сочилась кровь, стекая вниз и теряясь в щетине, а после в местами порванном воротнике рубашки. -- Это из-за того, что вылетели на берег, -- пояснил он, заметив мой несколько испуганный взгляд. 
      -- Живо в медблок. С проблемами разберемся и без вас, -- развернув его в нужную сторону, скомандовала. Мужчина только хмыкнул в ответ, послушно прихрамывая по указанному адресу.
      -- Так точно, леди капитан! -- довольно отозвался он, вскидывая руку к виску. Весельчак, мать его. И где все ваши шуточки были, когда я и мой молодняк пришли к вам? Проверку устраивали, да? 

      -- На ремонт судна уйдет около двух дней. Так же нашлись пробоины в днище: мы налетели на прибрежные камни, пробившие доски по левому борту. Киль, к счастью, не пострадал. С мачтой, реями и парусами разберемся к вечеру, максимум к завтрашнему утру, -- перечислял Уил, сверяясь с листком, который держал в руке. -- Но со всем этим разберутся старики из команды. Наше задание заключается в дальнейшем: разбившись на группы, прочесать остров, составить его подробную карту. Если есть проблема, разрешить. 
      -- Мы можем сами выбрать себе членов группы? -- поднял руку Джей, сидя верхом на столе. Мы все собрались в капитанской каюте, благо это было единственное место на корабле, минимально пострадавшее от поцелуя с берегом. 
      -- Да, -- уверенно кивнул лейтенант, стоя посередине комнаты. -- Конечно можно. Групп, лучше всего, создать три-четыре. 
      -- Хорошо. Тогда можно, я начну? Мне нужно выбрать людей, которые знакомы с картографией, -- Джей спрыгнул со стола, сразу по-деловому оглядывая присутствующих и важно почесывая мешающий пластырь. Уил вопросительно посмотрел на меня и, дождавшись согласного кивка, отошел в сторону, позволяя парню занять его место перед всеми. -- Со мной пойдут Мартин, Эльза, Чешир. 
      -- Почему? -- скрестив руки на груди, чуть наклонила вбок голову. Стало интересно. -- Я не против, просто мне интересно.
      Джей легко пожал плечами, не выражая и капли сомнения в моих словах.
      -- Мартин поможет с багажом. Эльза врач, и, в случае чего, окажет медицинскую помощь. Чешир -- кот. Его обоняние может помочь. Например, не попасть в какой-нибудь ядовитый куст или хищника заметить. Слух так же сыграет нам на руку.
      -- Хм, отлично. Ребята, вы всё слышали, -- повернулась к остальным. -- Быстро в трюм за вещами, на камбуз за водой и пайком, и в медблок. На всё про всё у вас полчаса. Время пошло.
      Быстро кивнув, первая группа покинула помещение. Остальные подвинулись друг к другу, любопытно глядя на Уила и меня, облокотившуюся о шкаф. 
      -- Кто следующий? Ну же, не бойтесь, -- хитро улыбнулась, рассматривая перепихивающийся локтями народ. Неожиданная свобода выбора их, кажется, немного напугала. А мне просто было интересно то, как они себя поведут. 
      -- Я, -- а вот тут от неожиданности крякнул даже Уил -- Сачи выступила вперед, после, не дожидаясь кивка, повернулась лицом к команде. -- Я возьму с собой Синицу, Грога, Акира и Маришку. Пойдем по левой стороне.
      -- Х-хорошо, -- шокировано кивнула в ответ, провожая решительную блондинку взглядом.
      -- Ребята, проверьте там, под днищем: мы случайно Йонко не задавили? -- усмехнулся Анко, выгибая бровь.
      -- Да, отдам приказ, -- согласно кивнула. -- Ещё группа.
      -- Я, -- Хикару. -- Со мной Бан, Анко и Акур. Корабельного врача не берем, я немного смыслю в медицине, а в случае чего-то серьезного, мы пустим сигнальную ракету. Пойдем по правой стороне. Встретим левую группу на том конце и завершим круг.
      -- Да, хорошо, -- кивнул Уил. -- Согласуйте с ними. -- Хикару согласно кивнул в ответ.
      -- Точно, сигналки! Не знала, что у нас есть... -- На меня хмуро посмотрели. Пара лиц явно выражала сочувствие в адрес моих умственных данных. -- Хикару, остальным скажи, чтобы захватили с собой. По две на тушку.
      -- Будет выполнено, -- коротко поклонившись, японец и его немногочисленная свита прошли на выход.
      -- Ну, мы идем по центру, -- пожала плечами, оглядывая Эмму, Алька и Уила. Блик, будучи с нами в первом рейсе, восторженно округлил глаза, явно желая как можно скорее отправиться на изучение острова. 
      -- Нам нужно взять кого-то из команды, -- тревожно посмотрев на меня, подала голос Эмма. А?
      -- Да, уже сам об этом подумал, -- согласно кивнул лейтенант. -- Тогда, на тебе паёк. Я займусь стариками. Альк -- оружие. Анта?..
      -- Да, я настолько не подготовлена и бесполезна, что мне даже нельзя что-то поручить, -- фыркнула, направляясь к двери. -- Я к судовому врачу -- попрошу у него походную аптечку. Заодно стребую с завхоза все эти примочки по типу сигнальных ракет и иже с ними -- мой огонь может и не сработать, напорись мы на залежи кайросеки.
      -- Хорошо. Я потом проверю, -- углубившись в документы, пробормотал Уил. На мой возмущенный взгляд он никак не отреагировал, попросту не заметив. 
      Впрочем, обижаться и не стоило -- почти год странствий меня ничему не научил. Главное, не афишировать это.

      Группы расходились быстро, если не считать Джея, сразу же установившего непонятного назначения треногу и что-то увлеченно высчитывающего на листке бумаги. Сачи, воинственно поправив шляпку, махнула своему отряду, удаляясь по намеченному маршруту. Синица лишь грустно вздохнул, первым следуя за нашим секретарем. За них стоило поволноваться: девушка и практически бесполезный в условиях ближнего боя парень вряд ли были бы полезны, произойди оный. Грог -- врач, и наверняка до последнего будет беречь себя и не подставляться под удар, чтобы не повредить руки, а близнец со способностью превращаться в умертвие явно так же бесполезен в бою, не сумей он изначально напугать противника. Впрочем, кто знает, что они еще могут скрывать в себе? Уж кто-кто, а они вполне могли выкинуть что-то из ряда вон выходящее. С таким-то примером в виде меня. 
      -- И кто руководит? -- невинно поинтересовалась Эмма, переводя взгляд с одного члена группы на другого. Мы четверо хмуро посмотрели на неё, после друг на друга. 
      -- Сэр Антон? -- невинным голоском поинтересовался Уил. Мужчина грустно вздохнул. 
      -- Хорошо. В конце концов, у меня тропиков за плечами явно больше вашего, -- хрустнул суставами мичман. Уил старательно отводил взгляд в сторону, но вот сам мужчина скрыть довольное выражение лица уже не мог. Пока оставшаяся часть команды в спешном порядке распределяла стройматериалы и разбивалась на пары-тройки для ремонта, мичман шустро подцепил моего лейтенанта и сбежал. Сэр Соло, зорко следящий за ситуацией на судне, лишь что-то громко кричал ему вслед, явно обвинительное и обличительное. Но, увы и ах, довольная... довольное лицо мичмана сейчас освещало нам путь и явно могло затмить собой солнечный свет, который с трудом пробивался сквозь густую листву зарослей. 
      -- Сэр Антон...
      -- Леди капитан, прошу меня простить за нарушение устава, но не могли бы называть меня просто по имени? 
      -- Хорошо, Антон, я только за, -- кивнула в ответ. Это для окружающих устав нечто священное, мне же как-то все равно. -- Я -- Анта. 
      -- Тогда, извините, конечно, но, не могли бы и меня звать по имени? -- Эмма, то бледнея, то краснея, всё же выдавила из себя.
      -- Тогда и нас тоже, -- фыркнул Уил, перемигиваясь с Альком. Тот лишь восторженно просиял глазами, активно кивая в знак согласия. 
      -- Хорошо, пусть будет так, -- важно кивнул Антон. -- Цветы не трогаем, животный мир не тревожим. В случае укуса сразу же сообщить. Если на кого-то что-то сядет, не трогайте, а так же сообщайте -- некоторые виды лягушек имеют ядовитую слизь на коже. 
      Мы согласно кивнули, начиная движение следом за ним и провожая подозрительным взглядом каждую попадающуюся на глаза букашку. Я, любопытно рассматривая растущие вокруг кусты папоротника, лопухов и ещё фиг какой понятной флоры, вдруг вспомнила о давно терзаемом меня вопросе. 
      -- Антон, если не секрет, скажите, почему вам в нагрузку дали нас? Вы в море больше, чем я на белом свете живу, -- Уил удивленно скосил на меня глаза, однако так же любопытно уставился на мичмана, молча соглашаясь с моими словами. -- И, даже не в помощники, а сразу в командование. Мне кажется, что семнадцатилетнее нечто, с кучей комплексов и переходным возрастом не самое лучшее для столь бывалой, как ваша, команды. 
       "О, переходный возраст? Это когда такое было?" "Я" радостно вклинилась в сознание, чуть не благословив меня на близкую встречу со стволом дерева. Мысленно послав её куда подальше, с трудом выпуталась из зарослей колючек, вновь возвращаясь на проторенный мужчиной путь. 
      Антон некоторое время молчал, вероятно, собирался с мыслями. 
      -- Мы на плохом счету у Правительства, -- наконец, начал он. И, уже эти его слова стали для нас неожиданностью. Плохой счёт?! -- Наш предыдущий капитан пошел в самоволку, а после и вовсе под трибунал. Так что то, что нам кинули что-то непотребное, требующееся в воспитании, мы с трудом, но приняли. Без обид, -- кивнул нам мужчина. -- Мы привыкли к тому, что, работая в Дозоре и служа Закону, у нас есть свобода. Со сменой капитана её не стало. Многие воспринимают команду судна как простое дополнение. Команду, служившую под началом предателя, тем более не любят. Мы не отрицаем того, что он нам нравился. Но о том, что ведет нечистые дела, не знали. О том, что гуляет к пиратам и подделывает отчеты и ведомости тоже. 
      -- Неужели, глаза на заднице были? -- не поверила я. -- Не заметить подобного...
      -- Да, были, -- перебил он. -- Мы вместе учились в Академии. Вместе вышли в море. Потом наши пути разошлись: он пошел в командование, мы под его началом. Мы верили ему. Мы повзрослели вместе и с радостью приняли свои роли. Ожидаемо, что мы всё пропускали мимо ушей, списывая на паранойю или лишние мысли. Мы были семьёй, -- горько подытожил Антон. 
      -- Анта, тебе стоит закрыть эту тему, -- тактично шепнул мне Уил. -- Ему это неприятно, ты же видишь.
      -- И почему, когда мне интересно, мне сразу советуют отказаться? -- так же шепотом просигналила в ответ, делая грустные глаза. Уил отвесил мне легкую оплеуху и ускорил темп, догоняя осторожно идущего впереди мичмана. 
      -- Анархия, она заразна, -- пробормотала, продираясь следом. Эмма легонько усмехнулась, услышав меня. 
      -- Капитан, вспомните о том, кто первым подал пример неповиновения? -- ехидно отозвался наш кок. Мне оставалось лишь вынужденно согласиться: не без этого. Альк, подскочив к ней, тут же затребовал пояснений и, ещё минут десять, я любопытно вслушивалась в краткий и немного приукрашенный экскурс в мою биографию. На мгновение обернувшись, чтобы проверить то, как они там, натолкнулась на очень круглые и удивленные глаза паренька. Кажется, стоило, всё же, объяснить пару моментов... 
      -- Анта, извини, что отвлекаю, но тебе не кажется, что тут несколько...тихо? -- осторожно дернул меня за рукав Уил, и, отвлекшись, чуть не словил какой-то пружинистой веткой по носу. 
      -- Знаешь, а вот когда ты сказал об этом... -- закрутила головой по сторонам, и, ожидаемо, споткнувшись об выпирающий корень, растянулась на земле. 
      -- Осторожнее, -- идущая следом Эмма еле успела притормозить. Протянутую Уильямом руку приняла благодарно, после ещё раз огляделась вокруг.
      -- В том месте, где мы пришвартовались, -- Эмма не смогла сдержать усмешку, -- птицы пели. Я точно помню.
      -- А сейчас перестали, -- Антон решил не торопить нас, так же оглядываясь вокруг. -- Не нравится мне всё это: птица хорошо чует, где ветер свежий. А тут, даже, насекомых не видно. Ну, какие тропики без пауков?
      -- Ваша правда, -- Уил обеспокоенно огляделся вокруг. -- Будем сообщать на судно?
      -- Думаю, пока не стоит, -- отрицательно покачал головой Антон. -- Не нужно их из-за каждого шороха отвлекать. Идём дальше. 
      Согласно кивнув его словам, мы поспешили следом, теперь уже с удвоенным подозрением оглядываясь по сторонам. Джунгли подло молчали, явно тая в своей глубине что-то истинно ядовитое. 
  
   Доброта
  
         -- Идите за мной, белые путники, идите за мной! -- краснокожий широко улыбался, маня нас за собой одной только ему известной дорогой. Полчаса назад, когда этот придурок выскочил нам на встречу, сияя белозубой улыбкой и примирительно вскинув вверх руки, сверкнув розовыми ладонями, мы чуть его не пристрелили, в первый момент, наделав кучу Астральных кирпичей. А мужичок, обряженный лишь в подобие какой-то юбки из пальмовых листьев, бодренько рухнул на колени, начав бить земные поклоны, что-то радостно бормоча на непонятном языке. Он-то нас и уговорил идти к себе в селение, познакомиться со всеми. Антон, пожав плечами, принял приглашение аборигена, рассудив, что общение с населением первый шаг на пути к выяснению проблемы и лишним точно не будет. Так что, теперь мы след в след шли за постоянно оборачивающимся мужчиной, который практически приплясывал, покачивая головой со странной короной из листьев. Однако довольно интересный прикид у него. 
      Поселение аборигенов совершенно неожиданно выползло из-за толстых стволов деревьев, располагаясь на поляне и удивляя наличием большого количества вигвамов, с каркасом из деревянных палок и досок и покрытием из листьев. Сбоку от селения шел водный поток, заворачивая в сторону петлей и возвращаясь к морю. Мангровые деревья, раскинувшиеся по берегам, ветвями свисали вниз, касаясь воды и от легких порывов ветра пуская круги.
      -- Не стоит, наверное, показывать им то, что владеете силой фруктов, -- шепнул нам Антон, поправляя кепку. -- Эмма, Альк -- молчок. 
      -- Да, сэр, -- почти неслышно отозвались ребята, крутя головами по сторонам. 
      Оглядываясь по сторонам, принюхалась и прислушалась -- всё спокойно. Не было запахов опасности, как кровь или то неосознанное, давящее камнем на сердце. Люди жили привычной для них жизнью: ладили домашний уют, рыбачили, выделывали какие-то шкуры -- делали что-то для себя или поселения. Например, обед -- в животе легонько забурчало, намекая на то, что неплохо бы и перекусить. 
      -- У вас уютно, -- подойдя к нашему провожатому, сейчас стоящему перед каким-то шатром с украшениями из ягод и каких-то птичьих лапок, тихо шепнула. Краснокожий вздрогнул и неожиданно грустно улыбнулся. 
      -- Свет исходит от тебя, белая странница, -- прищурил он глаза. -- Но ты чужая. Не для нас, для всех. Зачем ты тут? 
      -- Не знаю, брат краснокожий, не знаю, -- отрицательно покачала головой, переводя взгляд на шатер. Неожиданный ответ, однако. В голову пришла шальная мысль: а может, поможет?.. 
      -- Нет, я не могу помочь тебе, чужачка, -- будто прочитав мои мысли, отозвался он. -- Но не позволяй тьме поглотить себя. Не смей. 
      -- Приму к сведению, -- непонимающе сощурилась. -- А кого мы ждем?
      -- Вождя. Он стар, но мудр, он с вами будет держать речь и ответит, если вопросы ваши будут смысл иметь, -- к нам подошла молодая девушка, одетая примерно так же, как и наш провожатый с той лишь разницей, что еще была прикрыта грудь. Всё теми же листьями. -- Я -- Слышащий Лист, его дочь. Чего вы хотели, чужаки?
      -- Нас привело к вам дело, -- подошел Антон. -- Когда мы можем поговорить с твоим отцом?
      -- Не сейчас, -- покачала она головой. -- Отец, Ясное Око, устал и спит. 
      -- А почему мы тогда стоим тут? 
      -- Ждём, -- лаконично ответил наш проводник, пожимая плечами. 
      -- Тогда мы, пожалуй, отойдем и подождем немного дальше, где-нибудь у костра, -- пожал плечами Антон, уводя меня в сторону. -- Думаю, теперь стоит сообщить на корабль.
      -- Уже пытался, -- подошел Уил, до этого удивленно рассматривающий улыбающихся ему девушек. -- Муши не могут дозвониться. Возможно, из-за шторма вокруг острова. 
      -- Эй, но мы же все внутри него, -- непонимающе округлила глаза. -- Причем тут шторм?
      -- У Муши тонкая душевная организация. Они не любят шторма, -- усмехнулся Уил. Я, замерев на секунду, во всех красках представила себе улитку любующуюся листиком салата и ищущую в нем что-то прекрасное. -- На деле, скорее всего из-за помех вызванных штормом, тут и не проходит сигнал. Такое иногда бывает.
      Пожав плечами, приняла слова как данность: одна из немногих тем этого мира, что была мне крайне не интересна, была о Ден-Ден Муши. 
      Потянувшись вперед, к маленькому костерку, ласково коснулась языков пламени, приветствуя. Может, у меня тоже тонкая душевная организация? Я очень люблю смотреть на то, как горит пламя. 
      -- Путники, не желаете ли немного еды? -- подкатил к нам еще один мужчина. В ответ на наши согласные кивки, он легонько улыбнулся, и, через некоторое время, перед нами на листах лопуха лежали вкусно пахнущие куски мяса, политые жирком, натекшим, вероятно, с них же. -- Доброй еды.
      -- Благодарим, -- кивнул Антон, после обернулся к нам, внимательно изучая свою порцию. -- Анта, обнюхай.
      -- Считаете, что они хотят нас отравить? -- прищурилась, поднося угощение ближе к носу и осторожно вдыхая запах. Вкусно пахнет. -- Хм, могу оказаться неправой, но при изготовлении этого мяса ни одно растение не пострадало и, вряд ли ещё какое-то животное или насекомое. Натур продукт без ГМО и консервантов -- кушать можно, -- и первой вгрызлась в сочное угощение.
      Народ ничего не сказал, лишь молча последовал моему примеру, быстро сметая ранний обед. Облизав вымазанные в мясном соке пальцы, сонно огляделась вокруг: аборигены спокойно ходили мимо, почти не обращая на нас внимания и делая повседневные дела: кто-то плел корзины и сети, кто-то что-то мастерил из глины, кто-то, в отдалении, сидел возле полоски воды и рыбачил, закинув удочку. На поляне за поселением бегали дети, явно играя в догонялки. 
      -- А тут хорошо, -- кивнув ребятам, поднялась на ноги и прошла к воде. Присев на берегу, осторожно окунула пальцы в прохладу, чувствуя слабость и быстро смывая остатки жира. Девочка, лет двенадцати отроду, сидящая чуть выше по течению, приложила пальчик к губам, призывая к тишине. Понятливо кивнув, осторожно отступила назад -- тихая охота шла полным ходом: импровизированный поплавок легонько подрагивал, сообщая о пришедшей, к пока что незримой ловушке, рыбе. Улыбнувшись, решила немного прогуляться по поселению, рассматривая то, как живут краснокожие. Неудачно -- передо мной тут же выскочила Слышащий Лист, буравя хмурым взглядом и кривя тонкие губы. 
      -- Что ты хочешь? -- зеленые глаза презрительно сощурились, разглядывая меня. Хм, а у большинства местных они карие или черные. От моряка какого-нибудь, ненароком заплывшего сюда, достались в наследство? Вполне возможно: в маленьких поселениях, наподобие этого, часто практикуют подобное -- новая кровь всегда нужна. 
      Ответив таким же взглядом, приподняла бровь, глядя чуть свысока.
      -- А что не так тебе? 
      -- Ты чужая.
      -- Открою тебе страшную тайну -- ты для меня тоже, -- съязвила, склоняя голову набок. -- Довольно мериться сиськами, на вопросы, которые мы хотим задать твоему отцу, ответить можешь и ты.
      -- Не хочу, -- вскинула она голову, складывая руки на груди. -- И ничего ты мне не сделаешь. А посмеешь -- тут же пожалеешь, -- самодовольно улыбнулась она. Сзади, к ней тихо подошел мужчина, кладя руку на плечо и заставляя вздрогнуть, тут же растеряв всё напускное.
      -- Прости сестру мою, морская девушка, она ещё слишком глупа, чтобы серьезно понимать всё происходящее вокруг, -- мужчина усмехнулся, рассматривая меня карими глазами. Вот этот точно местного производства: высокий, подтянутый, с темными волосами, собранными в низкий хвост, и всё в той же неизменной одежде из листьев. 
      -- Да как ты можешь быть против меня? Она же чужая! -- вспылила девушка, покрываясь румянцем и обвинительно тыча пальцем ему в грудь. -- Ты должен быть за меня! 
      -- Она морская странница. Её роль искать тех, кто попал в беду, и помогать им. Ты не права, Слышащий Лист, -- укоризненно посмотрел на неё брат. Та, вспыхнув ещё сильнее, фыркнула и убежала в дальний шатер, скрывшись в его тени. 
      -- Меня зовут Хрустальный Ручей, странница, -- поклонился мужчина. -- Как мне называть тебя?
      -- Анта, -- улыбнулась, приветливо глядя на него. -- Не волнуйся за сестру, я всё понимаю. Мы чужие и совершенно отличные от вас. Ей не нравится, что ваши мужчины засматриваются на наших девушек, -- мужчина согласно кивнул головой, легонько улыбнувшись. -- Можешь мне рассказать о селении и том, происходит ли тут что-то странное? 
      -- Да, конечно, Анта странница, -- согласно кивнул он. -- Идём в тень, солнце сегодня особенно яркое. 
      А он приветливый, этот Ручей. Легонько улыбнувшись, следом за ним скрылась в прохладе деревьев, с удобством устраиваясь на корнях и глядя в небо, наполовину закрытое зелеными листьями. Тихий шепот ветра, прохлада от воды текущей за спиной -- вечно бы тут сидела... 
      -- В нашем доме проблем нет, Анта странница, -- начал он, сев рядом и вытянув ноги. -- К нам часто заглядывают путники, поэтому мы и не удивились, когда встретили вас. Наш остров странный, наполовину мертвый -- животные не подходят к нашему селению, не любят они нас почему-то. Но мы не злы. Мы привечаем странников, а таких как вы -- тем более. 
      -- В чём же тогда дело? У нас пропало множество кораблей, проходящих мимо вашего острова, -- нахмурилась я, поворачивая к нему голову и наблюдая за выражением его лица. Красивый мужчина. 
      -- Я не знаю, Анта странница, -- хмуро покачал он головой. -- Мне жаль, мы не можем помочь вам с этой проблемой. Многие люди приплывали к нам, польстившись легендами внешнего мира о том, что тут похоронено множество сокровищ. Но все они оставались ни с чем и уплывали обратно. Мы можем лишь приютить вас и ваш корабль.
      -- Вы уже в курсе того, что мы вылетели на берег? -- слабо улыбнулась, судорожно размышляя над тем, что делать дальше. 
      -- Да. Мы умеем слышать дальше, чем видно, -- согласно кивнул он, потягиваясь на корешке. -- Мы поможем вам с кораблем. У нас есть дерево, прочное дерево -- мы дадим его вам. Если боги хотят, чтобы мы помогли вам, мы поможем. На то их воля. 
      -- Да, спасибо! -- ура, половина дела сделана. -- У нас же ещё три группы по острову ходит. Мы не можем с ними связаться, наверное, шторм вокруг острова не позволяет. 
      -- Да, путники до вас уже говорили об этом. Мои братья уже пошли к ним, не беспокойся за своих людей, -- усмехнулся он. Мы вновь замолчали. 
      -- Анта! -- раздался крик Уила. -- Вождь согласен принять нас!
      Я быстро вскочила, оглядываясь на мужчину. 
      -- Я пойду с тобой, -- кивнул Ручей, поднимаясь на ноги. -- Отец может сказать что-то важное и для нас.


      Ясное Око оказался дедушкой в летах, с заплетенной длинной седой косой, одетый в какое-то подобие тоги и с бусами на шее. Ступив в темноту шатра, поморщилась, учуяв неприятный запах табака с примесью каких-то посторонних трав и оглядываясь по сторонам. Старичок сидел у дальней стенки, на некоем возвышении, опираясь спиной о его спинку. Подвешенные к потолку пучки трав, чьи-то перья, ассоциировали вигвам с хижиной бабы Яги. Легкий костерок в середине -- с юртой чукчей. Смежив глаза, Ясное Око тихо пускал дым, и, кажется, если и находился тут, то только бренной плотью. 
      -- Я вижу вас, -- тихо прогудел он, явно констатируя факт. 
      -- Добрый день, вождь Ясное Око, -- поклонился Антон, приветствуя его. Я, Уил и Альк, любопытно сверкающий глазами, склонились в поклоне следом за ним. -- Мы приплыли с делом, желая решить проблему...
      -- Я знаю, белый сын, -- перебил его вождь, добившись мгновенной тишины даже не повысив голоса. Просто прошептав. -- Вы нетерпеливы, люди моря... Всё время куда-то спешите, за ветром... Не стоит.
      -- Отец, помоги странникам, -- тихо вступился за нас Ручей. -- Они пришли найти тех, кто пропал, кто плыл к нам, но так и не вернулся домой. 
      -- Я знаю, Хрустальный сын мой, -- отозвался вождь. -- Я видел это и видел то, что будет дальше... -- он вновь умолк, раскуривая трубку. Выпустив наружу дым, задумчиво проводил его взглядом, пока тот уходил в маленькую дырочку в потолке. Мы почтительно ждали, понимая, что просьбами большего не добиться и лучше действительно проявить терпение. -- Много их было, путников. Белые, черные, желтые, крылатые -- приплывали в наш дом, добры были одни, другие угрожали смертью. Золото стирает границы сознания, открывает алчность и злость. Жадность. Одно лишь упоминание сеет смерть и разрушение -- люди глупы, -- Ясное Око замолчал, раскуривая трубку и окидывая нас задумчивым взглядом. -- Девочка странница, подойди ближе, -- неожиданно попросил он. Вздрогнув, удивленно посмотрела на него, медля. Ручей, стоящий рядом, осторожно подтолкнул меня в спину, ободряюще кивая.
      -- Не бойся его. Отец мудр, -- сверкая огненными бликами в темных глазах, шепнут он. Кивнув в ответ, шагнула вперед, обходя огонь и замирая в нескольких шагах от старика, внимательно на меня смотрящего. Время шло, но он продолжал молчать, пристально глядя мне в глаза из-за чего я чувствовала себя более чем неуютно. Эй, а можно я уйду, не особо мне приятно перед этим рентген аппаратом стоять навытяжку. 
      -- Что привело тебя к нам? -- вопрос прозвучал как гром среди ясного неба, заставив вздрогнуть и мгновенно понять, что слова несут в себе несколько иной, смысл, неслышимый остальным.
      Я чуть наклонила голову, пытаясь продумать ответ и встречая лишь внутреннюю усмешку: "ты знаешь сама..."
      -- Смерть и желание жить, -- получилось хрипло, горько -- воспоминания вновь заполонили нутро, услужливо предоставляя последние ощущения в том, моем мире и новые, здесь. 
      -- Вижу, -- кивнул он, заставив сжать зубы, разозлиться и, подняв голову, пристально посмотреть ему в глаза. Если видит, то какого хрена спрашивает? Или то, что мне больно, он, как раз-таки, и не может углядеть?! Вождь тихо усмехнулся. -- Не злись, странница. Не поддавайся злому пламени своего сердца, -- он вновь вернулся к раскуриванию трубки. Время тянулось как младший внук Гарпа...
      -- Путь обратно есть? -- не выдержала, наконец, озвучивая вслух то, что давно держала внутри: надежду. 
      -- И да и нет, -- легонько покачал из стороны в сторону Око. -- Ты не примешь его -- он несет в себе полное забвение. Просто дождись конца и тогда сама решишь, как начать по-новому. 
      -- А другой способ?
      -- Послушай саму себя, странница. Ты поймешь, что не стоит забивать голову и сердце пустой надеждой. Твоё место отныне здесь и то, что будет в дальнейшем, уже написано в книге судеб. 
      Я поморщилась -- ну как же я не люблю эту гребаную судьбу с ее невозможностью оспаривать. Но, старик, неожиданно, подмигнул:
      -- Или, сама свою судьбу создашь. Ты же странница, девочка, -- и, откинувшись на спинку, вновь смежил веки. 
      Постояв еще немного рядом с ним, склонила голову в лёгком поклоне, отступая назад, а там и вовсе идя на выход. Солнечный свет за пределами шатра на мгновение ослепил, а прохладный чистый воздух с примесью соли -- порадовал. Как вообще можно дышать в этом вигваме? У меня уже глаза слезятся и в носу от слишком резких запахов свербит...
      -- Капитан Дрого Ди! Анта! И вы уже тут?! -- ко мне подбежал Джей, с огромным ватманом под мышкой и повязанной на голове ярко-розовой банданой. На офигевший взгляд, устремленный на яркую деталь наряда, он лишь поморщился. -- Встретили группу Сачи. Мне голову сильно напекло к тому моменту, а повязки или платка ни у кого не было. Вот она и дала... 
      -- Можешь не продолжать, -- весело отозвалась, рассматривая его голову со всех сторон. -- О, у тебя тут сердечко! Миленько.
      -- Капитан, ну хотя бы вы перестаньте, а? -- грустно посмотрел на меня младший навигатор, пытаясь выдавить слезу и для вида шмыгая носом. -- Я смог составить карту острова, осталось лишь выделить границы леса и притока из моря. Капитан, помочь можете?
      -- Пока нет, -- отрицательно помотала головой. -- Мы не говорили местным о том, что среди нас есть фруктовики. Сообщи остальным, чтобы тоже молчали.
      -- Не беспокойся, странница, -- он, все же, должен был носить имя на подобие "Бесшумный" или вообще "Призрак", а не Хрустальный Ручей. -- Мы знаем.
      -- Извини, -- покаянно понурила голову, испытав неловкость и смущение о того, что мужчина так спокойно раскрыл наше молчание. Но почему Воля не показала его? Я же специально прислушиваюсь ко всему, что вокруг -- мы не дома, мы среди чужих. 
      -- Я скажу, что всё понимаю, Анта странница, -- кивнул он, сверля меня пристальным взглядом. -- Но вы поступили плохо. Мы не утаиваем себя от вас, а вы...
      -- Прости, -- еще раз повторила я. -- Мы приплыли издалека в земли, о которых ничего не знаем и которые у нас носят название "Кладбище погибших кораблей", встречаем тут вас, таких странно открытых и приветливых... Пойми, Ручей, мы не можем рисковать командой. Нужно проверить...
      -- Вам что, просто нельзя нам поверить? -- удивленно расширил глаза он. -- Мы дали вам нашей еды и показали вас вождю. Мы открыты для вас, и наши дома открыты для вас. Посмотри на людей вокруг, -- он обвел селение рукой. Все наши группы уже были тут, активно общаясь с аборигенами. Нас провожатый уже вовсю крутился вокруг Мартина, куда более высокого и плечистого, нежели местные жители, что-то выспрашивая и показывая. Девушки нашей команды и девушки селения сбились в одну огромную компанию, наплевав на весь окружающий мир и о чем-то сплетничая, время от времени взрываясь громким смехом. Сачи так вообще была в центре внимания из-за своих светлых вьющихся волос и голубых глаз. У всех здешних девушек волосы были темные и прямые, поэтому наша секретарь была светлым лучиком среди красных тел. 
      Дальше, возле реки, рядком сидели Альк, близнецы и Чешир в человеческом обличии. Все четверо затаив дыхание слушали двух, сидящих чуть выше, парней с удочками. Рядом крутились Бан и Синица, нетерпеливо заглядывая в корзину с рыбой и тут же вытягивая шеи, пытаясь увидеть поплавки на воде. Остальных я не видела: скорее всего, были где-то внутри вигвамов -- чувствовались рядом.
      -- Видишь? Почему же тогда ты не можешь принять? -- мне было уже очень и очень стыдно. 
      -- Капитан? -- Джей непонимающе переводил взгляд с меня на краснокожего и обратно. 
      -- Иди, говори со свои другом -- я всё понял, -- Ручей кивнул на него, после развернулся и быстро ушел куда-то вглубь селения. 
      -- Вы так общаетесь, будто помолвлены или вообще уже женаты, -- Джей удивленно проводил его взглядом, после повернулся ко мне. Наверное, я была красная...
      -- Странный он, -- смогла выдавить, касаясь пальцами щек: так и есть -- горят. -- Что там, насчет облета?
      -- А, я и говорю: нужно бы остров сверху осмотреть, -- встрепенулся парень, быстро разворачивая ватман и указывая на несколько мест. -- Вот тут и тут -- линия леса. Тут гористая возвышенность и мы не смогли пробраться на самый верх. Высоту-то я вычислил по тени, но осмотреть, все же, не помешало бы. А вот тут, -- он перевел палец в центр острова, -- тут никто из нас так и не был. Хотелось бы побывать там. Да и не весь же остров я обойти успел. Мне для карты, -- мигом состроил он просительное выражение лица. -- Капитан, мне сэр Соло задание дал: написать карту. Как можно более точную. 
      -- Он хотел, чтобы ты, идя по суше смог её составить, а, не сверху вниз втыкая, -- прищурилась, внимательно глядя на смутившегося парня.
      -- Ну, он же не сказал, каким образом я должен это сделать, -- пробубнил он, отводя глаза в сторону и принимаясь легонько насвистывать. -- Трудно, что ли?
      -- Они знают, что я фруктовик, но не знают, какой именно, -- покачала головой, в этот раз внимательно оглядываясь по сторонам, прежде чем сказать. -- Что из моих способностей можно выдать за отдельную?
      -- Ну... -- призадумался Джей, скатывая рулон обратно в трубочку. -- Крылья. Зверя. Огонь. 
      -- Верно. Только огонь -- слишком сильная примочка для того, чтобы меня можно было проигнорировать, в случае боя.
      -- Вы так и не поверили местным? 
      -- А сам-то?
      -- Они странные, -- пожал плечами парень. -- Но, они же просто другие, вот и всё.
      -- Ты дома их видел? -- нахмурилась, взмахом руки подзывая Уила. Парень не заставил себя ждать, быстро подходя к нам.
      -- А что не так с домами? -- удивился младший навигатор, оборачиваясь к поселению. -- Форма не такая и всё.
      -- Каркас сделан из корабельных досок, -- Уил, оказывается, тоже времени даром не терял. -- Внутри некоторых домов я нашел посуду с кораблей.
      -- Ну, может какой-то корабль потерпел тут крушение? Вот его и разобрали, раз не смогли починить. Или не для кого было чинить? А всю ту утварь, что была внутри, себе взяли.
      -- С корабля Знати? -- на это Джей не нашел, что возразить, открывая и закрывая рот как рыба. 
      -- Знать? -- удивилась я, пытаясь вспомнить хоть один случай из документации, когда в этом районе пропадал корабль Высшего Двора. 
      -- Да, Знать. Святой Генрих и его верная свита -- посуда его клеймом обозначена. Они отправились вершить суд над неугодными. И, однажды просто не вышли на связь. Их поискали для проформы, да и бросили: даже свои не жаловали, уж слишком был приставуч и специфичен был этот господин.
      -- А как давно это было? 
      -- Лет, где-то, тридцать назад, -- почесал в затылке Уил, бросая взгляд на снующих по поселению краснокожих. -- Лучше спросить об этом у стариков -- они могут и знать что-то еще. Только, не думаю, что нам это нужно -- все факты на лицо итак: Святой Генрих нашел свое пристанище на этой земле.
      -- Искать будем? -- грустно вздохнула, готовясь к проблемам.
      -- Между делом, -- кивнул Уил. -- Нам сейчас нужно остров прочесать, выяснить всё, и только потом углубляться в эти раскопки, если вообще сможем хоть что-то выяснить. 
      -- Уил, а на дома пошел только один корабль? -- задумчиво рассматривая вигвамы, поинтересовалась я.
      -- Не знаю, как-то не проверял это, -- пожал он плечами.
      -- Выяснить, -- повернулась к нему. -- Заодно посмотрите, есть ли ещё корабельная утварь, но другой маркировки. Будет идеально, если судовой журнал найдете.
      -- Да даже если он и был, его уже давно на закрутки и гальюн пустили, -- фыркнул Джей и тут же осекся, ловя мой взгляд.
      -- Всем сообщить. Пусть осторожно осмотрят местность. 
      -- Да, капитан! -- кивнули парни и убежали по направлению к остальным. 
      Подняв голову к небу, мрачно окинула взглядом дневную голубизну: что же тут творится-то? Чрезмерно добрые аборигены, желающие честности и веры от нас, их дома, сделанные из частей корабля, или, кораблей. Посуда с пропавшего, хрен знает когда, судна Знати, найденная у них же. Неизвестно почему не работающие Ден-Ден Муши и Воля Наблюдения, ловящая в эфир лишь своих, дозорных. Животные, не приближающиеся даже близко к поселению краснокожих. И, ни слова о том, что произошло с предыдущими путешественниками -- они ведь не уплывали. О каком доверии после этого вообще может идти речь? 
      Происходящее вокруг перестало отдавать умиротворением, теперь уже больше напоминая греющуюся на камне гадюку. Однажды она проголодается, и что будет тогда?
      Спустя час Уил и Антон быстро доложили, что найдены следы, ещё как минимум, семи кораблей. 
      -- Что будем делать, леди капитан? -- мичман был собран и мрачен -- новые факты заставляли по иному смотреть на положение вещей.
      -- Нужно связаться с кораблем и рассказать им о случившемся. Пусть чинят корабль как можно быстрее: может понадобиться быстрое отплытие. Пошлите туда нескольких наших, мол, проведать или помочь с ремонтом. Лучше всего подойдут Мартин и Грог -- они парни заметные, сильные, с задачей справятся лучше всего. 
      -- Хорошо, я передам приказ, -- кивнул Уил. -- Что дальше?
      -- Недооценивать племя нельзя, -- покачал головой Антон, пока я собиралась с мыслями. -- Они тут давно живут и, если просто предположить, что это они причастны к пропаже стольких кораблей, то у нас могут быть явные проблемы.
      -- Да, это нужно учитывать в первую очередь. Да, и, если спросят, мой дьявольский фрукт -- преображение в девушку-льва. Уши, фиг с ними, немного не подходят, но так, хотя бы, можно объяснить гриву и хвост. И, противник, в случае чего, не так волноваться будет. Уил, об этом так же нашим сообщи. И пусть на корабле знают, мало ли.
      -- За нас, стариков, не волнуйся, -- усмехнулся мичман. -- Мы не первый год в море, знаем, когда и с кем язык можно распускать. Они итак не скажут ничего.
      -- Благодарю, -- склонила голову перед ним. -- Нам, лягушатам, досталась прекрасная команда.
      -- Ну, мы делаем свое дело, -- пожал плечами мужчина. Видно было, что ему очень приятно. -- Ладно, так что мы будем делать тут?
      -- Сейчас только день. Я не знаю, можем ли мы оставаться на ночь, поэтому начнем прямо сейчас: нужно до конца проверить остров. Наши группы успели пройти свои пути, мы -- нет. Так что, собираем вещи и вперед: развернутым строем, с шутками и прибаутками идем форсировать здешние кусты и искать хоть что-то, что сможет нас заинтересовать. Впрочем, вот ещё приказ: пусть Маришка и Сачи соберут съестное и вместе с парнями и идут на корабль. И пусть прихватят с собой...
      -- Анта, -- положил мне на плечо руку Антон, ласково заглядывая в глаза. Я затихла, вновь покраснев и не зная, куда деть взгляд. -- Девушки пусть идут, это верно. Но, остальные пойдут с нами. Они дозорные, и они знали, на что идут, когда поступали на обучение.
      -- Они дети. Всего лишь дети... -- прошептала, наклонив голову. 
      -- Они уже выросли. Иногда, так бывает. Поверь им и позволь самим решать свое будущее. Они справятся, вот увидишь, -- он отступил назад, после, развернувшись, пошел к собравшимся в отдалении ребятам.
      -- Анта, он прав, -- Уил грустно посмотрел на меня. -- Позволь им повзрослеть -- перестань излишне опекать. Я же вижу, как ты над ними всеми трясёшься. Ты -- капитан. Ты не должна показывать даже тени слабости, ведь все, когда им плохо, смотрят на тебя. 
      -- Уил...
      -- Капитан, вы отдали приказ. Извольте так же ему следовать, -- и, козырнув, он так же поспешил к ребятам, которые уже засуетились.
      Я грустно посмотрела ему вслед: верить им -- верю, доверять -- доверяю, но...
      -- О чём разговаривали? -- Ручей, как и до этого, неожиданно возник в поле зрения. На мой явно говорящий взгляд, он миролюбиво пояснил. -- Ходил к воде, относил твоей команде дерево со всеми. А сейчас интересно, почему ты грустна, странница?
      -- Мы говорили о вере и доверии, -- отвернулась от него, видя, как Сачи что-то возмущенно высказывает мичману. Наверное, не захотела отсиживаться на корабле. 
      -- Это добрая тема, -- одобрительно кивнул мужчина, и, судя по звуку, подошел ближе. Тела коснулось чужое тепло, окутывая и расслабляя защищенностью со спины. Эй, не так близко! Это всё обман!
      -- Мы сейчас немного прогуляемся по острову -- хотим осмотреться вокруг, -- шагнув вперед, повернулась к нему лицом, глядя снизу вверх. -- Ты с нами?
      -- Мне нужно подумать, -- прищурился он, бросая взгляд мне за спину. Что там -- не знаю, но мужчина почти тут же продолжил. -- Да, я последую с вами. Наш остров обманчив в некоторых местах -- дальше, где заканчивается петля воды, есть маленькое болото, в котором легко увязнуть. Я проведу вас мимо, чтобы не попасться в его силки.
      -- О, это будет очень мило, -- расцвела я в улыбке: этот красавец, хоть и был крайне доброжелательным, с каждой минутой нервировал все больше и больше. Что, правда, не мешало мне продолжать лицемерить. Мда, вот теперь стоит сказать спасибо жизни в моём мире -- такая школа, да с детства. Могу на золотую пальмовую ветвь претендовать. Хотя, этот, наверное, может мне и обычную вручить. 
      -- Хорошо, тогда подготовься, Хрустальный Ручей, -- еще одна мягкая улыбка в его адрес. -- А я пойду, со своей остальной командой перекинусь парой слов -- может, кто-то что-то хочет.
      -- Да, странница, хорошо, -- несколько замедленно кивнул мужчина, провожая меня взглядом. Так, на ночь я тут точно не останусь -- я создала себе явную проблему весом под восемьдесят килограмм. 
      Ребята ещё минут десять носились из стороны в сторону, пакуя провизию и собирая вещи. Джей наотрез отказался расставаться с картой, прихватив ее и набор из перьев с чернилами и карандашами с собой. 
      -- Капитан, мы готовы, -- отрапортовался Хикару, приветственно кивая мне. 
      -- Хорошо, -- я глубоко вздохнула, собираясь с мыслями и силами. -- Тогда, выступаем.
      -- Так точно! 
      Грустно посмотрев на опушку леса, где нас уже ждал Ручей и ещё несколько аборигенов, испытала сильнейшее желание убежать куда подальше -- как же я не люблю проблемы. Ой, как не люблю. 
  
   Тайны и еще раз тайны
  
         -- Тебе не кажется, что это Ручеек в твой адрес как-то неровно дышит? -- на грани слышимости прошептал Уил, наклоняясь ко мне, когда мы форсировали какую-то кучу камней, и он помогал мне перебраться. Лес остался далеко позади, как и болото, от которого неприятно несло тиной. Началась степь, и мы решили, что лучше пройти по берегу -- и Джею удобнее, так как тут он еще не был, составляя свою карту, и какие-нибудь обломки, оставшиеся от кораблей, вполне могли найтись.
      -- Что, братские чувства заели? -- тихо усмехнулась, благодарным кивком отмечая его жест и еле сдерживаясь от того, чтобы не зачихать: от сухой травы вокруг вверх взлетали мелкие пылинки и труха, забиваясь в нос и оседая на языке неприятным травяным вкусом. 
      Парень скривился, бросая мимолетный взгляд на краснокожих, помогающих остальным нашим. Ребята прекрасно с ними ладили, чего нельзя было сказать обо мне: даже сама, порой, чувствовала себя неправой, ловя незаслуженно обиженный взгляд со стороны маленьких детей и девушек, находящихся рядом с ними. А я ведь просто обходила их стороной да мячик, из чего-то непонятного сделанный, не буцнула обратно. Совесть явно решила проснуться. Да и, что странно: настроение и эмоции начали прыгать только так, из спокойствия и рассудительности до какой-то нервной истерики и, почти что, слез. Может, именно поэтому звери, куда более тонко все чувствующие, не заходили в эту часть острова? А я ведь тоже усато-хвостатая. Хорошо, что Малыш, в конечном счете, остался с малышкой Дакотой, а барышни в прохладе трюма -- даже не знаю, как они бы себя повели. 
      -- Ладно-ладно, я пошутила, дорогой мой, -- широко улыбнулась Уилу. Мужчина, неотступно следующий позади, настороженно посмотрел на нас, и пришлось резко менять тему разговора. -- Обратно, если не успеем все осмотреть, а так оно, скорее всего, и будет, вернемся на корабль: я хочу поговорить с ремонтниками и секретарём. Да и завхоза бы желательно навестить: сколько у нас припасов на корабле для дальнейшего странствия и, что меня особенно волнует, воды. У нас пробило трюм и вынесло половину бочек с ней, и я волнуюсь, потому как, если нам нужно опять проходить этот шторм, может еще сильнее не повезти и нас просто расщепит на кусочки. Хотелось бы, пока на веслах будем, иметь паек. 
      -- Да, капитан, сейчас сообщу остальным, -- кивнул Уил, переходя к идущим неподалеку Хикару и Джею.
      -- Эй, сволочь, куда?.. -- круглыми глазами проводила его, чувствуя, как замирает сердце. -- Предатель! -- прошептала ему в спину, тут же делая невинное выражение лица и поворачиваясь к сразу же подскочившему ко мне Ручью. 
      -- Что-то случилось, белая странница? -- удивленно поинтересовался он, провожая Уильяма взглядом и переводя его на меня. -- Ты покраснела.
      -- Всё в порядке, Хрустальный ручей, просто, обсудили одну очень веселую тему, -- растянула губы в улыбке под его недоверчивый взгляд, и вновь обернулась к ребятам, делая испуганное выражение лица. Те лишь весело улыбнулись, делая вид, что активно что-то друг с другом обсуждают, и полностью меня игнорируя. Краснокожие шли по другую сторону от меня и Ручья, и потому не видели моих мимических потуг.
      Я не поняла, мы на задании Правительства или в игрушки играем? Эй, не честно же, в конце концов: я слабая девушка, меня нельзя бросать вот так, на потеху врагам! Нельзя же, да? 
      -- Анта странница, о чем задумалась? -- мягко напомнил о себе мужчина, заглядывая в глаза. -- У тебя более чем обеспокоенный вид.
      -- Нам нужно будет вернуться на корабль и проверить то, как идут восстановительные работы, -- напрягая извилины, выкрутилась я. Буду я еще этого сталкера в свои мысли и идеи посвящать. 
      -- Проверь завтра, -- нахмурился он, наклоняя голову набок. -- Неужели, что-то изменится за ночь?
      -- Хочу всё сегодня решить, -- отрицательно мотнула головой, продолжая стоять на своем. Мужчина сощурился, бросая мимолетный взгляд на товарищей. 
      Мы вышли к высокому берегу, ступая по тихо шуршащей высохшей на солнце траве и щурясь на проходящее вторую половину неба солнце. Хоть мы и отошли от поселения, животные и насекомые нам так и не встретились, даже чайки, летающие над нашим кораблем, все так же не залетали в эту часть. Это сильно напрягало, но разгадки пока не было: слишком мало информации, а перебирать варианты можно бесконечно, начиная от специфического магнитного поля острова и заканчивая каким-то происшествием в прошлом, которое намертво въелось в память младших братьев и передавалось после с кровью. Эх, сбежать бы от этих добрых аборигенов, да быстро провести осмотр местности...
      -- Белая странница, ты похожа на нас внешне. Твои родители были из рода древних? -- неожиданно напомнил о себе Ручей, из-за чего я чуть не улетела с обрыва, споткнувшись о какой-то камешек. Мужчина резко схватил за ремень штанов, утягивая обратно и глядя на меня осуждающим взглядом. Невинно улыбнувшись в ответ, осторожно выпуталась и пошла рядом.
      -- Разве? -- удивилась, а Ручей задумчиво прищурился. -- Я не похожа на вас. И, уж тем более не древняя, как ты назвал меня. 
      -- Нет, Анта странница, нет. У тебя в роду не наши братья, не краснокожие, как вы нас называете. Когда-то мы встречали мудрых белых братьев из дальних земель -- золото и серебро. Ты так похожа на них. Только не было среди них Ди -- они были куда старше этого символа, -- неожиданно протянув руку вперед, в одно движение снял с моей головы бандану. Глаза Ручья удивленно расширились, когда мои эльфийские лопухи, наконец-то, стали свободны. Чёрт, он просто гипнотизирует взглядом и движениями! 
      -- Я человек, съевший дьявольский фрукт, и теперь я могу наполовину превращаться во льва, -- пояснила, пока мужчина был в прострации. Пока все шло согласно легенде. А вот на счёт Ди -- что-то новое, о чем потом можно будет сообщить моим братишкам. И, заодно попытаться копнуть глубже в историю своего тела, раз "Я" продолжала и дальше хранить упорное молчание. 
      -- Удивительно, -- прошептал он, отступая в сторону и оглядывая каким-то восторженно-маниакальным взглядом. -- Просто удивительно, белая странница, -- мужчина приотстал, погрузившись в какие-то раздумья и позволяя свободно вздохнуть грудью. Он мне не нравится и начинает пугать. 
      -- Капитан, какие планы? -- меня не хотели оставлять в покое, и уже Антон начал наседать, но, в данном случае, хотя бы по делу. -- Лейтенант Уильям сказал, что вы хотите после осмотра вернуться на судно?
      -- Верно, -- кивнула, бросая мимолетный взгляд на далекий фронт шторма. Волосы на голове легонько шевельнулись, местами грубея и становясь шерстью -- я не знаю, просто не знаю, вернемся ли мы обратно. На этой земле, когда вот так наблюдаешь бурю, в душу заползает гаденькое чувство беспомощности и обреченности. Я смогу отсюда убежать в любой момент, просто расправить крылья и устремиться высоко в небо, пролетая над бурей и бросая всех. Но я так не сделаю и, скорее всего, просто полягу тут костями, прикрывая и защищая всех тех, кто мне дорог... 
      Бац!
      -- За что?! -- потирая затылок, во все глаза уставилась на Антона, мрачно потирающего отбитую ладонь. Мужчина был сильно рассержен, из-за чего даже уши прижала к голове, недоуменно глядя на него и, быстро рванув вперед, закрыла от Ручья. -- Всё нормально! Это нормально!
      Ну, или не очень. Но, в данном случае, хотя бы за дело -- нельзя поддаваться унынию. А вот за нарушение субординации при посторонних -- еще будет выговор. 
      -- Поднимать руку на женщину? На капитана? -- зло свел он брови, пристально глядя в глаза мичману.
      -- Всё нормально, Ручей, говорю же! -- вскипела уже я, отпихивая Антона назад. Да сколько же можно лезть, куда не просят?! -- Я наполовину зверь! Я иногда начинаю терять контроль над собой! Он просто вправил мне мозги обратно, вот и всё. 
      -- Это правда, -- к нам подскочил Уил, как и все остальные, остановившись, когда началась разборка. -- Обычно капитан сама берет себя в руки, но сейчас мы рядом с посторонними -- не имеем права рисковать чужими жизнями.
      Ручей ничего не сказал, просто внимательно посмотрел на меня и, дождавшись легкого кивка головой, немного склонил голову.
      -- Прошу простить за грубость, -- сухо и четко. Нет, он точно что-то затаил внутри -- Воля у меня не работала, но звериное чутьё никуда не уходило. 
      Антон кивнул в ответ, после повернулся ко мне.
      -- Впереди скалы. Думаю, стоит рассредоточиться и прочесать их.
      -- Зачем? -- нахмурился Ручей, так и не сойдя с места. Мои ребята ощутимо напряглись, за ними последовали краснокожие, потянувшись к коротким копьям, прикрепленным на спине. Повисло напряжение. 
      -- Джею карту пишем, -- удивленно вскинула бровь, оглядываясь на остальных. Играть становилось все труднее и труднее. Верните мне Бутера с его тупизной и высоким самомнением! -- И, заодно, хотим найти следы прошлых путешественников. Может, кто-то что-то оставил после себя. Какой-то след, по которому мы сможем установить личность и дать знать близким, что их родич был жив в недалеком прошлом, -- пожала плечами. -- Эй, перестаньте. Уил, Антон -- мы в гостях. Ручей, мы не собираемся причинять вам вреда, скажи своим братьям, чтобы не волновались, -- просительно посмотрела на мужчину, тут же отвевшего взгляд в сторону и кивнувшего своим. Атмосфера заметно улучшилась. 
      -- Капитан? -- Уил вопросительно взглянул на меня.
      -- Рассредоточиться. По три человека -- осмотреть всё, искать любую зацепку, -- кивнула ему, и ребята, разбившись, полезли на скальные выступы. 
      -- Капитан, останьтесь тут, -- Антон, уже стоя наверху, обернулся ко мне, когда я пошла за всеми. -- Не стоит напрягаться, мы сами справимся. Лучше, пройдите дальше и осмотрите подножие. 
      -- Хорошо, сэр Антон, -- согласно кивнула, следуя совету. Краснокожие пошли за всеми, Ручей, как тень, за мной. 
      Прохаживаясь по траве, да пиная мелкие камешки носком ботинка, вяло оглядывалась вокруг, ища что-нибудь, что дало бы ответ на происходящее на острове. Увы, булыжники молчали. Молчали...
      -- Твою же!.. -- хлопнула себя ладонью по лбу, понимая, насколько я разленилась в последнее время, раз прошляпила ТАКОЕ. Молчат камни и сухая трава. Молчат деревья и цветы, хоть их, в конечном итоге, можно попробовать "услышать" -- ток сока, общее состояние, и то тихое и сокрытое чувство, когда прижимаешься к стволу и расслабляешься, ощущая, как уходит напряжение и становится легче на сердце. Не молчат животные, которых я, благодаря своему фрукту, могу понимать. И, которых я столь активно прошляпила, хоть, и вспоминала барышень и волко-пса! Дура...
      -- Анта странница?.. -- начал было Ручей. 
      -- Хватит! Я -- Дрого Ди Анта или просто Анта, -- повернулась к нему, порядком подзадолбавшись от этих оборотов. Тот выставил руки перед собой, тихо усмехнувшись. 
      -- Хорошо, Анта, -- легко улыбнулся он. -- Почему ты всполошилась? 
      -- Это по делу, -- вымучено улыбнулась. -- Просто, я прошляпила одну, очень важную вещь. Эх, капитан из меня действительно плохой, -- покачала головой. Так, план таков: отвязаться от этого приставалы и пойти пообщаться хотя бы с теми же чайками. Сами показания записывать в документы нельзя, но их слова могут помочь с направлением. А там и белки всякие, мышки-полевки -- вездесущие и говорливые. Только как бы сбежать? 
      -- Неверны слова твои, -- неожиданно покачал головой мужчина, кладя руку мне на плечо и легонько сжимая. А я опять так не вовремя покраснела, просто представив себе эту картину: девушка в полной форме Дозора и практически голый мужчина, стоящий рядом с ней. Чёрт!.. -- Ты хороший капитан, который не гнобит свою команду и искренне любит ее, не ругая за вольные слова и наставляя на путь света, если кто-то неверное решение примет или оступится, -- горячо возразил он, потянув на себя и заставляя повернуться лицом. -- Посмотри мне в глаза, Анта -- я говорю правду. Твои друзья улыбались, когда говорили о тебе. Те, кто зло таит или обиду, не будут так сиять. 
      -- Спасибо, Ручей, спасибо, -- улыбнулась, чувствуя в душе такую тоску, что хотелось плакать.
       "Прости, это я так растрогалась..." -- тихо шепнула "Я". -- "Он такие душещипательные речи говорит, и так трогательно... Какой прекрасный психолог!"
      -- Анта, я не хотел... не думал, что слова мои вызовут столь сильные эмоции, -- тихо прошептал он, касаясь моего лица и вытирая слезы. Я удивленно отступила, непонимающе глядя на него -- какого хрена? Почему я впадаю из крайности в крайность, особенно, если всё прекрасно понимаю? Я думаю, что могу с ним сыграть, а на деле, играют со мной. Мастерски. 
      -- Все в порядке, не беспокойся, -- успокоила его, поворачиваясь спиной и, быстро вытирая мокрые щеки, идя дальше. Не тут-то было: рывок сзади и меня буквально впечатали спиной в горячее тело, заставляя по новой вспыхнуть лицом и только из последних сил не загореться по-настоящему. Что же мне делать? Я не могу взять и зарядить ему -- нарушить то хрупкое равновесие, что между нами было. Ударю сына вождя, а потом блуждай в одиночку по неизвестному острову, ищи зацепки. И он это знает -- зуб даю. 
       "А ну, руки прочь от моего тела, извращенец!" -- яростно прокричало в голове. Я лишь кисло улыбнулась -- ага, так он и послушался. Вон, как горячо лапает молодое девичье. 
      -- Сколько можно уже убегать? -- вопрос чисто риторический, потому как сейчас это было более чем не возможно. Спасите, пожалуйста...
      -- Эм, Ручей, я тут по работе и не имею права заводить отношений, -- хрипло пробормотала, когда ухо обдало горячее дыхание. Мать, вашу, я тут что, зря мысленно кричу?! Спа-си-те!!
      -- Врешь, белая странница, ты врешь, -- хмыкнули на ухо. Стало тоскливо. Ну, среди бела дня меня точно не тронут, а вот спать придется за тремя дверями и с револьвером наизготовку. То есть, в пороховом трюме. Эх, прощай, обоняние. И крыс выставлю на дежурство -- всех, кто успел к нам набежать в трюм, как те эмигранты. 
      -- Ручей, отпусти, пока никто не видит, -- тихо попросила, кося взглядом на скалы, где время от времени в поле зрения показывались снующие ребята. Мда, где же те дни, когда они занимались чем угодно, но только не поисками? -- Я капитан и пример для подражания. Мы -- Дозор и обязаны хранить честь мундира, а я так вообще. Заводить отношения во время следствия не разумно -- это будет отвлекать и мешать сосредоточиться. 
      -- А если нет никакого дела вообще, Анта? Тогда что? -- А руки, как те цепи из кайросеки: не желанны, но и вырваться нельзя. 
      -- Тогда всё в порядке и можно жить спокойно, -- кивнула самой себе, напрягаясь и, все же, пытаясь вырваться. Близость уже совсем не радовала, скорее, жгла. -- Ручей -- три дня. Осталось два: если за них ничего не найдем -- тогда и поговорим серьезнее, -- о, боги, я еще никогда так не молила, чтобы дело имело место быть. 
      -- Хорошо, я понял, -- серьезно кивнул он, наконец-то, разжимая руки и выпуская мою покрасневшую тушку на волю. -- Но от меня далеко не отходи -- земля опасна, если не ведать, что там, дальше.
      -- А что там? -- тут же уцепилась за предложенную соломинку.
      -- Болото, как пример, -- пожал он плечами, кидая зоркий взгляд на небо. -- Вечереет быстро, пора возвращаться. Ночью холодно, и нужно разжигать костры. 
      -- Хорошо, -- кивнула, так же щурясь на небо. Всего часов шесть-семь, а действительно -- темнеет. -- Глория! Возвращаемся! -- громко крикнула вверх, надеясь, что хоть кто-то услышит. Нам действительно пора.


      -- Капитан, скажите, а что у вас за отношения с сыном вождя? -- любопытно подкатил Джей, когда, сумев отвязаться от моего воздыхателя и части его племени, мы, наконец, поднялись на борт.
      Я уныло выдохнула, откидываясь на стену и растекаясь по лавке. Камбуз, какое же родное место. 
      -- Такие, каких я бы не хотела, -- кисло отозвалась, заглядывая в любезно приготовленную специально для меня чашку с мелиссой. Грог, узнав о моих странностях в поведении, порекомендовал ее, тут же выдав мешочек с травой Эмме. Та не стала слушать возражений, заваривая пахучий напиток и, после, ставя передо мной. -- Лучше скажите, что сами-то нарыли? Не поверю, что ни с чем вернулись. 
      -- Как ни с чем? -- удивился Акур, отвлекаясь от игры в карты с братом и Хикару. Японец явно был в выигрыше, о чем судило крайне убитое настроение близнецов. Поэтому, чувствующий очередное поражение, паренек отказался от продолжения игры, быстро переключаясь на новую тему. -- Мы нашли ход куда-то в глубину скалы, закрытый от посторонних глаз. 
      -- А как докажешь, что это ход, а не просто скальное образование? -- прогудел Мартин, тихо жующий остывшую запеканку с творогом. 
      -- Мамой клянусь! -- фыркнул Акур, состроив обиженный вид. -- Капитан, не первый раз же в разведке -- знаем, что да как выглядит! Ход это, точно говорю -- мало того, что дуло из него капитально, так еще и красножопые эти постоянно возле него терлись!
      -- Как грубо, -- поморщился Хикару, аккуратно откладывая в сторону свои карты и поворачиваясь ко мне. -- За отвесным обрывом есть течение, которое уходит куда-то под скалу. Не сильное. Высота скалы позволяет предположить, что если и есть пещера, то в ней, вполне возможно, достаточно удобно хранить корабли тех, кто нашел тут последнее пристанище, -- парень говорил тихо, из-за чего окружающим пришлось умолкнуть, подсаживаясь ближе. -- Всё это белыми нитями шито, поэтому стоит проверить еще раз и без свидетелей.
      -- Кто еще что скажет? -- согласно кивнув на предложение Хикару, повернулась к остальным. 
      -- Мы все умрем... -- Бан завел старую шарманку, начиная тихонько увядать в своем уголке бесконечного уныния, как мы его прозвали.
      -- Баян, -- отмахнулся Чешир, поневоле все еще пребывающий в человеческой форме. Я мысленно схватилась за голову: мои фразочки быстро расходились по свету. -- Лично я не собирался умирать в прошлые разы, не собираюсь и сейчас. Капитан, вы уже говорили с местными животными?
      Я сконфуженно насупилась -- меня эта идея вообще почти все время игнорировала, не спеша заявляться в голову.
      -- Планировала ночью, когда хищники выйдут на охоту, -- почесав в затылке, пожала плечами и отхлебнула чая. Вкусно. -- Днем никак не получалось: Ручей постоянно хвостом за мной вился -- никак. 
      -- Мы, всё же, подозреваем их? -- вклинился Синица, сверкая недоверчивыми глазами. Почти мгновенно сдружившийся с ним Альк стоял в стороне, по неопытности еще не участвуя в беседе, но с любопытством вслушивающийся во все, что мы говорили. 
      -- Да, -- Уил ответил за меня, входя в помещение и заставляя взгляды присутствующих переметнуться к нему. -- По тому, что мы уже успели обнаружить, картина вырисовывается крайне безрадостная. И, что еще хуже, нас вполне уже могли раскрыть -- хотя бы то, как мы рвались изучить их дома. 
      -- А что, аккуратно это провернуть никак нельзя было? -- фыркнул Чешир, вопросительно приподнимая бровь, и косо, с намеком, поглядывая на братьев. 
      -- А ты сам-то пробовал провести обыск под носом у хозяев, не привлекая к себе внимания?! -- уязвленно взвились близнецы. -- Мы итак таились, как могли, сказали, что собираем материал для отчета о том, как живут племена народов мира!
      -- Можно было просто более ненавязчиво это проделывать, а не как слоны в посудной лавке! 
      -- Тогда в следующий раз сам иди на подобное задание!
      -- Если, из-за вас, этот следующий раз вообще настанет!..
      -- ТИХО! -- сжалась даже я, когда хилый с виду Уил выдал столь громкий приказ. -- Вы не на ярмарке и не в балагане! Соберитесь, мы на земле врага, который множество кораблей с командами на тот свет свел! А мы даже не имеем понятия о том, как он это сделал! 
      -- Кому-нибудь еще чая? -- тихо подкатила Эмма, за шкирку держа депрессующего Бана и широко улыбаясь всем нам. Несколько кружек тут же были пододвинуты к ней и, продолжая освещать помещение всеми тридцатью двумя зубами, девушка и ее помощник удалились на кухню.
      -- Что собирается делать племя? -- смежив веки, грустно поинтересовалась, на деле мечтая лечь и уснуть.
      -- А, у них празднование в нашу честь. Быть обязательно, -- скрестил руки на груди лейтенант, опираясь о стену рядом со мной. На приглашающий кивок занять лавку отрицательно мотнул головой, продолжая стоять. 
      -- Значит, будут не все, -- протянула, окидывая взглядом присутствующих. -- Акир, Акур, Хикару -- обратно к скалам и, осторожно, разведайте всё, что только можно но, по возможности, не дайте себя обнаружить. Я и Чешир идём в лес, где есть звери -- опросим. Остальные на праздник -- девушек охранять как зеницу ока! Про группу разведчиков скажите, что они устали за день и легли спать. Про меня и котяру... Не знаю, придумайте сами. Только между собой согласуйте. 
      -- Хорошо, -- кивнул Уил. -- А сколько времени даешь первой группе? 
      -- А, да: идите часа на три, не больше -- не хочу вас потерять, -- кивнула им. -- Возьмите фонари, но старайтесь пользоваться по необходимости. И, Хрустальный Ручей сказал, что ночью тут крайне холодно, так что, оденьтесь потеплее. 
      -- Да, капитан, -- Хикару согласно кивнул, вставая со своего места. Народ начал двигаться, на ходу дожевывая остатки ужина и сдавая грязную посуду Бану, уже куда более жизнерадостному, если это слово вообще было к нему применимо... 
      -- Не могу, всё же, поверить в то, что они плохие, -- неожиданно выдала Сачи, грустно глядя в треснутый иллюминатор с, невидимым из-за шторма, садящимся солнцем. -- Такие приветливые... 
      -- Не одной тебе, -- скривившись. Тоска в душе не проходила. -- Ладно! -- поднимаясь на ноги, хлопнула в ладоши. -- Малышня, на праздник! Антон, что с "Глорией"? 
      -- Днище починили, -- проводив ворчащий в адрес "малышни" народ, начал отчитывать он. -- С мачтой пока больше проблем -- установить новую своими силами не сможем, а если и закрепим и укрепим, то никаких гарантий, что переживем шторм на обратном пути.
      -- Мы всё равно не можем вызвать подмогу, -- пожала плечами и осеклась, ловя красноречивый взгляд мужчины. -- Нет, Антон, нет! Я не брошу вас! 
      -- У нас нет выбора, -- тихо подошел сэр Соло. -- Я задержал Джея. С опросом лесной живности и Чешир справится. А ты бери пацана на спину, и летите в сторону ближайшей Базы Дозора. Затребуйте еще одно судно, как можно более крепкое. Я оформлю сейчас записку с координатами и необходимым нам. Что скажите, капитан?
      Я сокрушенно помотала головой -- ну почему сердце кричит, что не стоит этого делать? Не бросай... 
      -- Как далеко от фронта ближайшая База?
      -- Не могу знать скорость вашего лёта, но для корабля, с попутным ветром, пол дня, -- что-то прикинув уме, кивнул он мне. -- Если будете лететь очень быстро, то к утру вернетесь. Никто и не заметит.
      -- Хорошо, -- напряженно вздохнув, кивнула. -- И вы до сих пор уверены, что я хороший для вас капитан? Вы же сами все и делаете... 
      -- Более чем, -- почти синхронно выдали мужчины. -- Просто вырастить нужно еще немного.
      Как мило, блин!


      Чешир, обернувшись котом, тихо пожелал нам удачи и быстро скрылся в зелени берега. Почти неслышно рыкнув ему вслед, припала на передние лапы, позволяя Джею занять более удобную позу и ждать, пока мужчины привяжут его к спине, чтобы не слетел. 
      -- Очки ему дайте, -- тихо посоветовала. -- Иначе из-за слез ничего не увидит.
      Требуемое быстро нацепили ему на нос, параллельно закутывая в чью-то огромную куртку и обвязывая поверх шарфом. 
      -- Ну, чтобы и морской черт не догнал, -- тихо шепнул Антон, отходя в сторону. Кивнул в ответ, помчалась вперед, у самой кромки воды расправляя крылья и несясь вперед, к преграде из ветра, воды и молний. Шторм вообще себя странно вел: нас швыряло до самого берега, выбросив на него, а сейчас до границы спокойной воды было еще лететь и лететь. Он что, какой-то особенный? 
      Наконец, когда огни корабля превратились в едва заметные точки, взмыла вверх, под восторженный возглас парня, быстро набирая высоту и, взлетев над облаками, удивленно открывая пасть: солнце. Там, внизу, уже в полные права входила ночь, а тут, было ярко и неожиданно тепло. 
      -- Какая красотень, капитан! -- раздалось со спины. Я тихо фыркнула, быстро летя вперед, над густыми, практически черными клубящимися облаками, в глубине которых мелькали частые вспышки молний. Мда, и правда: красота, что проплывала под нами, с такого ракурса действительно завораживала. 
      -- Куда дальше? -- шторм мы покоряли часа четыре, а пролетели минут за двадцать. Теперь же, нужно было определиться с направлением, а для этого у меня на спине говорящий Джи Пи Эс, версии два и ноль сидел. Привязанный, чтобы не сбежал. 
      -- Сейчас помедленнее, если можно, -- зашуршал он. Послушно расправив крылья, начала медленно кружить на одном месте, выглядывая в свете вечернего солнца корабли в море и не находя таковых. Даже аэродром выбрать не из чего. 
      -- На час, капитан, -- отозвался, наконец, парень, по звуку пряча карту обратно за пазуху. Ощутив, как он вновь вцепился в шерсть, послушно повернула в указанное направление.
      -- Прижмись как можно сильнее, -- скомандовала, пуская огонь на кончики перьев. Джей, вероятно увидев такое дело, вжался что есть сил, зарывшись в гриву по макушку. Щекотно...
      Вспомнив то, как летала тогда от Феникса, рванула вперед, что есть сил, взмахивая огненными крыльями. В ушах завыло, да и глаза, вроде бы устойчивые к встречному ветру, заслезились. Море внизу замелькало с ужасающей быстротой, сливаясь в одну серо-голубую поверхность. 
      -- Крутооооо!.. -- Джей был искренне счастлив. Я молча стиснула зубы, продолжая нестись вперед и молясь не встретить какую-нибудь птичку перелетную. Интересно, как быстро я достигну берега? Ой... Ой! 
      -- Это он? -- убирая огонь и закладывая крутой вираж, возвращаясь обратно, поинтересовалась у парня. Тот, осторожно высунув нос наружу, быстро окинул взглядом находящееся внизу, после, зашуршав, извлек карту, еле удерживая ее на встречном ветру и уже более внимательно вглядываясь в контуры острова. 
      -- Да, точно он. Надо же, так быстро! -- удивился он. Я задумчиво рыкнула -- действительно быстро. Такими темпами я могу половину мира облететь. Если географию выучу, с которой у меня, ну офигеть какие, проблемы. -- Ладно, тогда я снижаюсь. 
      Села прямо во дворе Базы, решив не размениваться по мелочам, и этим изрядно переполошив ее обитателей. 
      -- Что тут происходит? -- стараясь казаться грозным, навстречу выбежал седеющий мужчина, придерживающий ножны меча на боку. -- По какому праву вы приземлились у нас во дворе? Кто дал вам разрешение? 
      -- Я Капитан Третьего Ранга -- Дрого Ди Анта, сэр, -- прорычала, ложась на живот и позволяя Джею выпутаться из веревок и одежды. -- С кем имею честь беседовать?
      -- Капитан Носик, леди?.. -- козырнул он. Дождавшись, когда, наконец, парень выпутается и слезет, быстро обернулась в человека, заставляя окружающих отшатнуться. 
      -- Я к вам с неотложным делом, сэр Носик. Джей, предоставь, -- кивнула младшему навигатору. Тот, быстро вытянул листок бумаги, передавая его капитану. -- У нас важное задание и нам нужно, чтобы к нам в помощь приплыл еще один корабль -- наш сильно пострадал, а там, где мы причалили, сигналы Ден-Ден Муши не проходят...
      -- Это же чёртов шторм! -- перебил меня Носик, буквально кидая листок обратно парню. Я нахмурилась, подходя ближе и бросая предостерегающий взгляд на взволнованного Джея. 
      -- Успокойся, -- шепнула ему, после повернулась к мужчине. -- И что с того? 
      -- Нет! Никто из моих людей даже близко не сунется туда! -- отрицательно замотал головой капитан. -- Нет -- мой последний ответ!
      -- Сэр, вы в курсе, что это неподчинение старшему по званию? -- сощурилась, бросая на него мрачный взгляд. Какого черта? Мир на эти пару дней решил окончательно свихнуться, или у всех флэш-моб, а меня просто забыли предупредить? 
      -- Я сказал -- нет! -- истерично выкрикнул он. -- Взять их!
      -- Капитан? -- в панике повернулся ко мне Джей, когда люди вокруг начали брать нас в кольцо. 
      -- Ляг на землю, -- криво оскалилась и, как только он выполнил приказ, создала вокруг себя огненное кольцо, без всякого сожаления расширяя его и поражая людей. Послышались крики. Мрачно усмехаясь, прошла вперед, к корчащемуся на земле мужчине, зажимающему обожженную руку. 
      -- Это всё на вашей совести, сэр Носик. И я все равно получу корабль с командой. А вас теперь ждет счастливое будущее, наслаждайтесь свободой, пока можете, -- и, послав ему еще одну улыбку, повернулась к Джею. -- Давай за мной. 
      Внутри здания было прохладно. Быстро пройдя к кабинету с секретарем, благо, большинство Баз были типовыми и почти везде кабинеты располагались в одних и тех же местах, рванула дверь на себя, вырывая вместе с внутренней задвижкой и замком. Взвизгнувшая пара девушек и парень с ужасом посмотрели на нас, забившись в дальний угол. 
      -- Свободные корабли есть? -- улыбнулась им. Ответа не последовало. Ладно... -- Хотите, чтобы я на хрен тут все испепелила? Повторяю: свободные корабли есть?
      -- Н-нет, -- заикаясь, вперед вышла низенькая шатенка, изо всех сил стараясь удержать рвущиеся наружу слезы. -- У нас всего два корабля -- один в ремонте, в доках, а другой уплыл к дальним островам Арабасты, по приказу Маринфорда. 
      -- Хорошо. Почему же тогда глава вашей Базы так себя повел? -- недоуменно вскинула бровь, складывая руки на груди и поведя ухом в сторону коридора, где послышался топот. -- Джей, отойди от двери в сторону, простынешь на сквозняке. 
      -- Место, в которое вы потребовали выслать корабль, считается проклятым. Наш капитан очень суеверен и... 
      -- И потому он и его люди сейчас лежат с ожогами различной степени тяжести, а еще десяток человек за дверью наизготовку с оружием, -- презрительно фыркнула. Времени оставалось все меньше, хоть и преодолели мы расстояние гораздо быстрее, чем предполагали. -- Эй, вы там, за дверью! Я -- Капитан Третьего Ранга, присланный сюда Маринфордом! -- ну, не прямо сюда, но этим дуракам и знать не надо. -- Вы смеете не подчиняться приказу Правительства? 
      -- Никак нет, леди. Но наш капитан ближе, -- тихо раздалось из коридора. Скривившись, повернулась к шатенке. 
      -- Позвони в Маринфорд, скажи, что Дрого Ди хочет связаться с Монки Ди Гарпом. Живо! -- видя, что девушка и с места не двигается, рыкнула я. Ту пулей унесло к дальнему столу, на котором сидела огромных размеров Муши. Почему же мне нужно кричать тут на всех?! 
      -- Капитан, они, кажется, готовы стрелять, -- тихо пискнул Джей, стоя в стороне и прислушиваясь к щелчкам за открытой дверью.
      -- Знаю, -- фыркнула, быстро выходя наружу, позволяя продырявить себя и стену позади множеством выстрелов. Когда занавеса пороха спала, горе-воякам предстала картина из легонько горящей, в местах попадания, меня. Очень веселую меня, в следующий момент проходящую сквозь них огнем, и оставляя их в обрывках тлеющей одежды. Оружие резко раскалилось, заставив их с воплями кинуть его на пол, а после и вовсе сбежать куда подальше, сверкая опаленными задницами. В воздухе стоял резкий запах горелой одежды, обуви и шерсти -- кто-то знатно эпилировался. 
      -- Капитан Дрого Ди, прошу вас, -- позвала девушка. Оставшиеся двое так и продолжали трястись в углу, что-то бормоча.
      -- Да, благодарю, -- кивнула девушке, беря в руки трубку и косясь на замершего монстра -- Муши. -- Капитан Третьего Ранга Дрого Ди Анта.
      -- Это Нильс Олаф, -- бодро раздалось с того конца. -- Что у вас там такое стряслось? Если что, Гарпа сейчас нет, у Сенгоку совещание -- выбирают Шичибукая, а Гвёрн в отпуске с семьей. Потому перенаправили на меня, -- пояснил он.
      -- Нильс, у нас тут дурдом солнышко, -- горестно вздохнула в трубку. -- Начиная с того, что на мой приказ выдать мне корабль, капитан этой Базы отказался мне содействовать, приказав своим бойцам схватить меня, и заканчивая тем, что у нас там, на острове Погибших Кораблей, что-то странное творится. Кстати, что это за База? -- обернулась к народу, пытающемуся незаметно свалить из комнаты.
      -- Флора, леди капитан, -- прочирикала вторая девушка, на четвереньках выскакивая за дверь. Парень, тихо подвывая, последовал за ней, растягиваясь на пороге, запнувшись о косяк, и дальше продолжая путь так же, как и она. 
      -- Вот, База Флора -- капитан отказался помогать и атаковал, -- проводив их задумчивым взглядом, мстительно сдала всех с потрохами. Шатенка, пугливо глядя на меня, вышла за дверь нормальным образом, только спиной вперед. -- Они тут все странные какие-то... 
      -- Не отвлекайся, -- посоветовал Нильс.
      -- Да, точно. Так вот, приплыли мы, значит, на остров, вылетев на берег... -- начала я, быстро выдавая ему всё, что успели нарыть, включая догадки и, под конец, пораженно прислушиваясь к шуму со двора. -- Хм, и ещё: нас явно хотят брать штурмом...
      -- Не отвлекайся на них. Туда сейчас Брай звонит, -- мужчина явно поморщился, так как улитка выдала именно эту эмоцию. -- Мда, оказывается, задание еще куда более гнусное, чем я предполагал вначале. Удрать никак не можете?
      -- Никак нет, -- мотнула головой. -- Уже рассматривала этот вариант, но... Нас заметят раньше. Я могу до двух человек за раз унести. А нас сорок семь. Двадцать четыре ходки по полчаса каждая -- не выйдет. 
      -- Ясно, -- пробормотал он. -- Ладно, направление мы знаем. Шторм?
      -- Четыре с половиной часа проходили. А еще странно то, что хоть он и выбросил нас на берег острова, он же, когда я улетала, был в паре километров от линии прибоя. Шторм как будто дышит. 
      -- Хм, приму во внимание. Ладно, тогда, возвращайтесь обратно, -- велел он. -- Ближайшее к вам судно в дне пути. А с обитателями Базы мы разберемся. Надеюсь, ты не особо злобствовала?
      -- Ну, не знаю. Я не в том настроении, чтобы излучать миазмы добра, -- съязвила, указывая взглядом Джею на окно. Тот, понятливо кивнув, осторожно приблизился и выглянул наружу.
      -- Они пушку притащили, -- севшим голосом сообщил он. -- Сейчас заряжают. Кажется, засыпаю кайросеки...
      -- Ты слышал?! -- изумилась, приникая к трубке. 
      -- Твою же мать! Брай, ты звонил?! -- Нильс, судя по всему, уже сам начал злиться. 
      -- Да, позвонил. Они кричат, что к ним прилетел белый демон, и отказываются вести дальнейший диалог, -- уязвленно отозвался мужчина. -- Там действительно дурдом. 
      -- Так, я извиняюсь жутко, но мне нужно вмешаться, иначе меня и моего навигатора сейчас разорвет снарядом из кайросеки... -- пробормотала в трубку, выглядывая в окно. -- Они фитиль поджигают. Пойду-ка я, бывайте там.
      -- Если что, используй силу -- я даю добро, -- встревоженно раздалось с той стороны. 
      Подхватив крякнувшего от удивления Джея на плечо, рванула в дверной проем, потом на второй этаж, а там, расправив крылья -- в окно в коридоре. Внизу грянул оглушительный взрыв, мгновением позже разнесший в щепы второй этаж и опасно накренивший здание в целом. Скинув Джея в стог сена на конюшне, находящейся тут же, во дворе Базы, рванула к решительным перебинтованным мужичкам, растворяясь в огне и съедая все неживое, что встречалось на пути. Нетронутым остались лишь куски кайросеки, которые загасились пляшущее вокруг них пламя. А народ... Что ж, глаза мои резко заслезились от непрошеного стриптиза разновозрастных вояк... Уж лучше и дальше с Ручьем беседы за жизнь вести. 
      Обратно летели с шутками и прибаутками, в начале медленно: Джей на ходу кутался в спертый офицерский мундир, не в силах подавить улыбку -- я не отказала себе в слабости, поджегши казарму и склад с оружием. Теперь обитатели Флоры пряталась за ближайшими зданиями, пока взрывались пороховые бочки и летали снаряды -- результат излишнего суеверия. Дозор Дозором, а неподчинение приказам одно из тяжелейших преступлений.
      Ночь, наконец-то, наступила и тут, цепко выхватывая себе тот огненный след, что оставался после моих крыльев, напоминая реактивный. На подходе к штормовому фронту пришлось замедлиться, внимательно глядя вниз и засекая время перелета. 
      -- Час, -- тихо отозвался Джей когда, наконец, грохочущая буря осталась позади, и пришлось капитально снизиться к воде, надеясь, что с берега не заметят. Шторм немного приблизился к берегу, вздымая огромные волны и бросая брызги на еще горячие перья, шипя на них и испаряясь. Не особо приятные ощущения. 
      -- Нас не было четыре часа, -- тихо шепнул Джей, когда мы незаметно приземлились на борт корабля. -- Почему... так тихо?
      -- Не знаю, -- принюхалась и прислушалась, стараясь уловить хоть что-то. Кости тихо клацнули, быстро вспыхивая и тут же угасая и, не успев испугаться, парень упал мне на спину, удивленно выдыхая задержанный от испуга воздух. -- Тихо! 
      -- Понял, -- кивнул он, отползая в сторону. -- Куда нам? 
      -- Не знаю, -- повторила, недоуменно оглядываясь вокруг. Куда... Туда, кто мог оставить записку, а значит... -- Давай в каюту сэра Соло. Он мог оставить для тебя послание. Я в столовую и в капитанскую рубку -- тоже проверю. Встречаемся возле выхода из трюма, чтобы снаружи не заметили.
      Парень понятливо кивнул и пополз вперед. Дождавшись пока он скроется, на четвереньках, рванула в столовую, тихо заползая внутрь и, наконец, вставая в полный рост, тут же прижимая к стене. Вспышку огня могли заметить, поэтому, нужно было действовать как можно быстрее. 
       "Их забрали", -- тихо пискнула одна из барышень, неожиданно возникая возле ноги. "Сказали -- праздник. Но не было, я знаю! Их забрали, кровью пахли".
      -- А вторая где? -- подхватив хвостатую, пустила к себе на плечо. 
       "С ними пошла. Если что, поможет", -- ухо ласково куснули, тут же лизнув. 
      -- Хорошо. Нам оставляли сообщения? 
       "Человек с трубкой", -- барышня быстро почесала за ухом. "Еще кот был, свой. Он куда-то убежал"
      -- Хорошо. Значит, Чешир еще, возможно, на свободе, -- благодарно кивнула и, вновь упав на четвереньки, выползла наружу, продвигаясь к месту встречи и тихо шипя в адрес скрипящих досок. 
      -- Капитан! -- взволнованно просигналил Джей, стоило мне вползти в темноту, чуть не протаранив носом те четыре жалких ступени, что служили спуском. -- Навигатор оставил короткое послание. Вот: "Вернулись Акур и Хикару -- Акир остался в пещере. Они нашли множество кораблей и ход куда-то вглубь". 
      -- Это всё? -- недоверчиво уставилась на него. -- Дай сюда.
      Ухватив клочок бумаги, дотошно изучила его, пытаясь найти еще хоть что-то. Ноль.
      -- Что дальше? Что случилось? -- Джей присел на корточки, обхватывая колени руками. 
      -- Крыса сказала, что аборигены пришли и забрали их. Пахли кровью. Чешир, вроде бы, смог убежать, но, я не чувствую его рядом, -- покачала головой, опираясь о стену напротив и съезжая по ней. Мыслей было море. По делу -- ни одной. 
      -- Надеюсь, все живы... -- протянул Джей, упираясь подбородком в колени. Я зло мотнула головой, чуть не сбрасывая возмущенно пискнувшую барышню. 
      -- Идём к Акиру, другого выхода не вижу, -- пожала плечами. -- Его способность могла его спасти и, если Чешир успел узнать о том, что он остался там, то тоже пошел в том направлении. 
      -- Да, идём, -- вяло кивнул головой парень, нехотя поднимаясь на ноги. -- С ними же... всё хорошо будет? -- грустно поинтересовался он, глядя на меня печальными глазами. 
      -- С ними старики, -- кивнула ему. -- Они жизнь прожили, помогут, если что. Ну, а там и мы подоспеем. Не отчаивайся, не смей.
      -- Так точно, капитан, -- тихо прошептал он, припадая к доскам пола и первым выскальзывая наружу. Мда... Хорошо, что Волей Наблюдения он не владеет, как и ночным зрением -- я тут трясусь, как лист в грозу. Хорошо, что он не видит. 
  
   Кровь и клеть
  
         Интересно, много ли девушек моего возраста, вместо того, чтобы сидеть в каких-то уютных кафешках с подругами, обсуждая новые тряпки, ползают по сухой траве, с ужасом прислушиваясь к окружающим шорохам? Сердце пропустило очередной удар, ящеркой убегая в пятки, когда под рукой у Джея хрустнула очередная ветка, эхом разнося звук по всей поляне. И, хоть это была всего лишь игра моего воображения, пришлось ненадолго остановиться, кивнув парню, чтобы полз дальше, не дожидаясь меня. Пока всё шло гладко, в плане передвижения, а не в плане... ползанья. Да, нас не обнаружили, или специально дали возможность остаться на свободе, но вот сам процесс... Лес мы преодолели быстро, а дальше пошли трудности: пара километров открытой местности пришлось обходить по самой кромке берега, где были хоть какие-то холмы-бугры, за которыми можно было укрыться. Бушующее внизу море оптимизма не прибавляло, холодными каплями брызг прибивая к сырой и скользкой земле. Белая форма превратилась в серо-зеленую тряпку, успевшую порваться в нескольких местах, что не радовало, особенно, когда оголенные места касались холодных, влажных камней. Да и колючие травинки набивались под одежду, ощутимо царапая кожу. Неудачно поставив руку на мокрые камни, Джей пару раз чуть не соскользнул вниз, лишь в последний момент успев ухватиться за протянутую ладонь. Один раз схватился за хвост, из-за чего я его чуть не сбросила, неосознанно выпуская когти и цепляясь за камни, выбивая искры, к счастью, сливающиеся с отблесками далеких молний. 
      -- Капитан, лезть в проход в скалах нельзя, -- прошептал Джей, осторожно высовываясь наружу из-за камня, за которым мы обустроились. -- Нас видно будет, как на ладони.
      -- Знаю, -- кивнула, быстро осматриваясь по сторонам и отмечая полное отсутствие кого-либо. -- Подлетим со стороны моря. Хикару тогда сказал, что там высокие своды...
      -- Нас могут заметить изнутри, -- покачал головой он. -- Нужно что-то другое придумать. 
      Я вновь согласно кивнула, досадливо морщась от недостатка информации. Взяли и поперли наобум, ничего не продумав. Чёрт, такого даже в детективах не читала! 
      По мне неожиданно пробежались всеми четырьмя лапами, в довершение, ударив кончиком хвоста по носу.
       "Я посмотрю", -- послышалось с укором и барышня, тихо царапая камешки, быстро поднялась вверх по склону. Побившись головой об обломок скалы, не смогла сдержать тихого стона: я в последнее время торможу. Очень сильно торможу, раз столь простое решение не пришло на ум. 
      Крысу ждали минут двадцать. Вернувшись, она довольно сообщила, что внизу никого нет, только много кораблей. Пустых кораблей, которые гниют. Я зависла, обдумывая ее слова и ласково поглаживая по голове за хорошо выполненную работу. И чуть не подпрыгнула с воплем, когда меня толкнули в бок -- Джей состроил грустное выражение лица, требуя пояснений. Хлопнув ладонью по лбу, быстро пересказала ему ее слова, осторожно косясь взглядом по сторонам. С дальней скалы вниз посыпалась каменная крошка, увлекая за собой камешки побольше. Пришлось принять быстрое решение, хватая Джея в охапку, зажимая ему рот рукой и прыгая с обрыва вниз, к воде, в последний момент, раскрывая крылья. Возмущенно пискнув и сверкнув глазами, крыса вцепилась в кисточку на хвосте, не желая оставаться в одиночестве. 
      Провал в скале был действительно огромен -- войти могло судно, наверное, не уступающее в размерах и Адмиральскому линкору. 
      -- Ммм? -- вопросительно промычал парень, поворачивая ко мне голову и округляя глазик. 
      -- О, да, прости, -- тут же покаялась, убирая руку и осторожно заглядывая внутрь пещеры. Есть кто?
       "Там никого", -- ворчливо раздалось со стороны кисточки, ощутимо сдавив лапками. 
      -- Нас не обнаружат? -- Джей ее ожидаемо не услышал, дублируя вслух мой вопрос. 
      -- Нет, она говорит, что там никого. Я ей верю, -- прищурилась, осторожно залетая под высокий каменный свод, откуда ощутимо дохнуло плесенью, прелостью, сыростью и, чуток, гниением. Где-то вдали капала вода, звучно разносясь по огромному помещению и теряясь в его глубине. Было довольно темно, даже с моим зрением, из-за чего пришлось пустить вперед несколько светлячков, на удивление ярко осветивших всё вокруг. Барышне я верила полностью и безоговорочно, потому и не боялась неожиданных встреч.
      На потолке висело множество сталактитов, пугая опасной близостью и стекающей по ним испариной, капающей вниз и попадающей на перья, камни и остатки кораблей, грудившихся внизу. Множество судов, развалившихся от дыхания времени, торчало скользкими деревяшками из стоялой воды, покрывшейся липкой пленкой. Дыры в днище, разбитые борта, прогнившие доски и поваленные мачты с истлевшими кусками парусины на сломанных реях. Кладбище кораблей во всем великолепии. 
      -- Воняет, -- тихо прошептал Джей, закрывая рукой нос. -- Сэр Нильс угадал с названием, -- прогнусавил он. 
      Я промолчала, внутренне соглашаясь с его словами. Капитан как в воду смотрел, придумывая название этому месту. Холод, сырость, отсутствие ветерка -- все это заставляло ежиться и ощущать беспомощность. Идти вдвоем в пасть к неизвестности очень страшно, особенно, когда даже не знаешь, с чем имеешь дело. А еще было крайне одиноко и незащищенно. Я привыкла действовать со всей командой, с Уильямом. Привыкла к тому, что они всегда прикрывали со всех сторон, а лейтенант являлся моим дополнением, тенью, которая всегда могла что-то предложить или, хотя бы, дать действенный совет. Уил был моим другом и братом. Был первым, кто пробился через кокон замкнутости, запуская внутрь теплые нити заботы. И мне становилось страшно за него. До ужаса и слабости в ногах. Бедный мальчик в последнее время стал нервным и дерганным, постоянно зависая в собственных мыслях, и, порой, нужно было несколько раз его окликнуть, прежде чем он отзывался. А тут еще и этот чёртов остров... 
      -- Капитан?.. -- после того, как я приземлилась, вопросительно повернулся ко мне Джей, оглядываясь вокруг. Пара светлячков, вспыхнув, погасли, вновь упрятав в темноту все окружающее нас. Пришлось зажечь новые, пуская их блуждать между кораблями. 
      -- Я иду дальше, ты и барышня остаетесь здесь, -- заглянув в темноту прохода, скомандовала. Послышался возмущенный возглас, смешавшийся с писком.
       "Еще чего!" -- крыса перепрыгнула на камешек возле меня, мрачно глядя в глаза. -- "Я с тобой!" 
      -- Капитан, я не хочу тут оставаться! -- Джей так же подполз ближе, делая решительное выражение лица.
      -- Останетесь, -- покачала головой. -- Твои канцелярские принадлежности с тобой? 
      -- Да, всегда с собой ношу. Но я не останусь! -- категорично заявил он, скрещивая руки на груди. 
      -- Останешься, -- поморщилась. -- Во-первых, если заметишь корабль идущий нам на помощь, подашь ему знак из пещеры -- отсюда хорошо просматривается море. Во-вторых, у нас, как сказал Нильс, около суток, и я надеюсь, что это максимум. Так что, у тебя и хвостатой леди есть индивидуальное задание: все здесь облазить и сделать записи обо всех кораблях, которые найдете. Если можешь, так же поищи бортовые журналы. Если что-то случится, прячьтесь или бегите. Прибой тут не особо сильный -- вы можете уйти вплавь, в отличие от меня. Не перечь! И следи за барышней: она прекрасно чует посторонних и подаст сигнал, в случае чего. Скоро поднимется солнце, а до этого пользуйся фонариком. Я оставлю еще несколько светлячков, но они провисят не больше получаса. После этого будь крайне осторожен: тут все на ладан дышит. Приступай сейчас же. Это приказ! 
      -- Да, капитан, -- вяло отозвался он, поднимаясь на ноги и спеша к ближайшему к нам кораблю. "Гвиневра", где-то я уже слышала это название. Что-то такое знакомое, недавно читала в газетах... 
       "Если с тобой что-то случится, я подниму всех своих на Базе, и мы всё сгрызем!" -- оставила за собой последнее слово крыса, устремляясь следом за ним. Мда, рисковать, имея такую угрозу, не стоит -- крыс на Лилии дофига. 
      Нырнув в темноту узкого тоннеля, быстро поспешила вперед, превратив руки и ноги в лапы, и водя носом по полу, ища хоть какие-то запахи или следы. Попадались только отпечатки военной обуви, еще свежие, с легким запахом Хикару и Акура и, чуть-чуть Акира -- похоже, опять умертвием стал. 
      Кишкообразный проход, будто вырубленный в скале, вскоре вывел в большое помещение, с гладкими стенами, отделанными чем-то непонятным и пахнущее дымом -- тут недавно кто-то был. Подавшись любопытству, спустилась вниз по отполированным ступеням и, подойдя ближе к узорам, напрягая зрение, что есть сил, разглядела, что же это: человеческие черепа. Стены, в нескольких местах, были украшены черепами, стремящимися ввысь, к своду. И некоторые из них были еще относительно свежими... 
      Непонятные узоры на стенах, идущие бок о бок с костяными украшениями, так же ничего не напоминали, вызывая лишь огромную волну неприязни. Что тут вообще происходит? 
      -- Капитан? -- из дальнего угла приглушенно прошептали, заставляя припасть к полу, прижать уши, и угрожающе оскалить клыки. -- Капитан, это я, Акир...
      -- Э? -- поднявшись, удивленно прошла на голос. -- А ты где? -- непонимающе покрутила головой. Передо мной высилась гора черепушек, но не было ни одного, кто был бы с телом.
      -- Да, это печально, признаю, -- грустно проклацала одна из них, даже выдала скорбный вздох. Я удивленно присвистнула. 
      -- Да ё-маё, как ты вообще без тела говорить можешь? -- подцепив череп когтем, притянула к себе, после вообще взяла в лапы. -- Где оставшееся?!
      -- Вот потому и говорю -- печально, -- выдал он еще один вздох. Блин, костяшка, я жду конкретики! 
      -- Мать твою! А ну, живо признавайся, какого черта тут творится? -- взбеленилась я, начиная трясти его. -- Быстро и по теме, иначе, об камешек приложу!
      -- Не надо, капитан! -- неподдельно ужаснулся он, почти выскальзывая из лап. -- Я сделал все, как вы и приказали: отправился с ребятами сюда. Нашли множество кораблей и после сюда пошли. Но тут, в зале, был свет и раздавались голоса. Поэтому, мы решили, что лучше уйти -- при помощи Воли нас не так уж и трудно засечь. А Хикару, после того, как увидел название одного из кораблей, вообще стал мрачнее тучи -- такого за милю и особых умений почувствуешь... Я сказал, что останусь и прослежу за дальнейшим -- моя способность позволяет обходить Волю, выдавая себя за умершего. Ну, они ушли, а я спрятался за камушком, незаметно, как мне тогда казалось. А потом, те индейцы, что-то там допели, и разошлись: все ушли в дальний проход, а один направился сюда, тушить факелы. И, как на зло, меня заметил! Что-то долго ворчал, а потом взял, и в одно движение открутил мне голову!!! -- шепотом вопиял Акир. -- В общем, оставил меня тут, а сам, вернулся обратно, схватил тело и поволок куда-то дальше. По ощущениям, останки меня сейчас в какой-то яме, на чем-то твердом, будто ветки. 
      -- Хорошо, сейчас соберем тебя, Лего ты доморощенный, -- выдавила из себя, быстро вытирая выступившие от тихого смеха слезы и подхватывая его хвостом. -- Куда он пошел? 
      -- Направо, -- довольно отозвался череп. Осторожно продвигаясь в том направлении, вновь приникла к полу -- отчетливый запах Чешира. Что ж, наверное, Акир его не заметил, потому что тот ходит достаточно тихо, как для человеческого уха. Хм, надо было у него спросить, испытывал ли он проблемы с настроением на территории аборигенов? Всё же кот. Вот же, хорошая мысль после приходит. 
      -- Судя по тому, сколько он меня тащил, то мы уже близко, -- последователь бедного Йорика был оптимистичен, ведя меня куда-то вдаль. Я -- нет. Темно, холодно, повсюду пыль, дохлые засушенные пауки в щелях, обрывки старой паутины -- я не любитель подземелий, ни разу. А подземелий, где стены украшены черепами, и где на входе множество полусгнивших кораблей, некоторые из которых уже не первое десятилетие числятся в списках, пропавших без вести -- тем более. 
      -- А что именно они делали? Ты сказал -- пели, -- попыталась узнать еще хоть что-то, проходя поворот и повторно приникая уже порядком вымазанным в пыли носом к полу. След Чешира ощущался все явнее, ведя дальше. 
      -- Не знаю. Я не знаю этого языка, -- он досадливо клацнул челюстью. -- Они уже заканчивали, когда мы подошли. О! Чую часть себя! 
      -- Хм... Тут яма... -- поведя носом, вильнула вбок, заглядывая в темноту провала. -- Полежи-ка рядом, -- подобрав камешек, осторожно кинула его вниз, прислушиваясь. 
      -- Глубоковато... -- констатировал Акир, подпрыгивая на одном месте. 
      -- Я вижу, -- проворчала, создавая маленький светлячок, и тут же направляя его вниз, чтобы со стороны не заметили. 
      -- О, а у меня плохие новости, -- выдавил парень, рассматривая содержимое ямы. 
      -- Знаешь, что делали с гонцами, принесшими дурные известия? -- враз охрипшим голосом поинтересовалась у него, чувствуя, как по телу пробегает табун мурашек, грозясь затоптать насмерть. 
      -- Думаю, не настолько все плохо было, как у них, -- задумался Акир. 
      Немаленькая по размерам яма, от стенки до стенки была полна скелетами. И, насколько хватало зрения и освещения, ни у одного из них не было головы. В ушах резко зашумело, запуская тихие голоса, непонятно что шепчущие, но сводящие с ума.
      -- Капитан? -- Акир был нетерпелив, перебивая наваждение. -- Вон, я шатаюсь. Скинь голову вниз, пожалуйста. 
      -- А обратно как? -- удивленно вскинула брови, заглядывая в яму. Метра три, не меньше. 
      -- Да нормуль все, не в первый раз же, -- оптимистично заявил он. -- Давай!
      -- Ладно, -- пожав плечами, отправила его вниз. Голова, глухо стукнув по костям, пропрыгав по костям и тихо матерясь сквозь сжатые зубы, застряла у кого-то между ребрами. Шатающееся рядом тело замерло, после чего, несколько неуверенно пошло к ней, спотыкаясь на финише и, упав, взметая кучу костяных осколков. -- Эй, ты там... Ну, жив? -- неуверенно позвала его, поводя ушами и прислушиваясь к окружающему меня. Такой грохот не мог остаться незамеченным. 
      -- Хорошая шутка, -- донеслось снизу, после чего, оттуда неожиданно вылетела кость, чуть не заехав по носу. Потом еще одна и ещё. 
      -- Ты что, себя обратно выкидываешь?! -- ужаснулась, когда рядом со мной приземлилась ступня, кокетливо сжимающая пальцы. 
      -- Ага, -- следующей была рука, приветливо помахавшая с земли. -- Я могу на время брать скелеты под свой контроль. Но, для этого маковка нужна. А она далеко была. Сейчас, еще немного...
      -- Жуть какая, -- поморщилась, отходя в сторону от кучи костей и прислушиваясь к тому, что было там, вдалеке. -- Что за?..
      Шорох. Стук. Еще шорох, будто кто волочит за собой ногу. Громкое дыхание, сменяющееся стоном. И, сладковато-приторный запах полуразложившегося трупа. Тихий, почти неслышимый отзвук металла и, сжимающиеся пальцы на рукояти. 
      -- Враг! -- вскрикнула, отпрыгивая в сторону и наобум ударяя лапой с выпущенными когтями. 
      -- Э, мне что, назад теперь лезть? -- грустно протянул Акир, только-только собравшись обратно и собираясь превратиться в человека.
      -- А ты сам посмотри, -- рыкнула, выпуская струю огня, осветившую все вокруг: тоннель, яму, сидящего на ее краю парня и тварь, отдаленно напоминающую человека, замершую напротив меня. Глаз у нее не было, и, я даже не знаю, как именно оно издавало звуки. Освежеванное тело с местами свисающей кожей призывало быстро наведаться в ближайший уголок или, хотя бы, не попасть себе на ботинки, в попытке опорожнить желудок. Тварь казалась нереальной, кукольной, сбежавшим манекеном со съемок Сайлент Хилл. Но, сжатая в руках секира достаточно точно дала понять, что она хочет крови. Моей, как вариант. 
      Отпрыгивая в сторону, опять с трудом увернулась от оружия, гулко запевшего при встрече с камнем, в которое врезалось, высекая искры. А тварь, явно не испытывая никаких проблем с моторикой, быстро обернулась ко мне, вновь занося оружие для удара. Пришлось быстро вильнуть к Акиру, хватая его за шкирку, кидая на другую сторону ямы и прыгая следом. 
       "Да сожги ты ее уже", -- монотонно прозвучало в голове. "Я" явно была не в настроении, созерцая открывшуюся картину. Плюнув на маскировку, все равно от того грохота, что выдавал противник, можно было и мертвого разбудить, последовала ее совету, выпуская вперед струю пламени. Тварь не успела даже завизжать, тут же грузно оседая на месте и растекаясь кровавой жижей по полу. Что-то слишком быстро. 
      -- Какая гадость, -- подойдя ближе, чтобы лучше рассмотреть, брезгливо поморщилась. -- Тут явно что-то крайне нечистое творится -- нельзя умереть от обычного пламени за столь короткое время. Даже у человека ожоги и то, не особо сильные будут. 
      -- Ага, -- не стал отрицать парень, не пожелав подходить к луже, и потому обходя ее стороной. -- Я так еще раньше подумал, когда корабли увидел: нечистое дело. 
      -- Может, тогда и концовку мне подскажешь? -- не выдержала, гневно фыркая. 
      Фьють! 
      -- Может, и подскажу, -- тихо протянул он, после чего послышался звук грузно упавшего тела. Повернуть голову в его сторону не успела, получая чем-то острым в горло. Дротик, не иначе. Ну, вот как они так бесшумно, даже для звериного уха ходят?

      Было холодно. На каждом вдохе тело пробивала волна слабости, вынуждая недовольно пошевелиться, меняя положение. Те, кто был рядом, это заметили и помогли сесть. Чьи-то заботливые руки быстро распутали грубую повязку на глазах, после -- руки. Однако шевелиться и уж тем более открывать глаза не хотелось. 
      -- Ну, в общем, я начну первый, -- голос легонько усмехнулся. Его обладатель прислонил меня к себе спиной, начиная осторожно массировать виски. Я благодарно улыбнулась, расслабляясь. 
      -- Привет, Уил, -- просипела, удобнее устраиваясь. -- Как жизнь, как семья, как дети?
      -- Спасибо, всё прекрасно, -- фыркнули сверху. -- Тебе рассказывать?
      -- Валяй, я по тебе успела соскучиться, -- криво улыбнулась. Послышалась еще одна усмешка, теперь с оттенком горечи.
      -- Итак, у меня есть одна хорошая новость и одна плохая. С какой начать?
      -- С хорошей. Плохую могу и сама угадать. Процентов на пятьдесят, -- хрипя и еле шевеля языком, попыталась вновь пошутить. На голову опустилась горячая ладонь, осторожно перебирая волосы. 
      -- Лежи уже, слушай. Итак, хорошая новость заключается в том, что мы все живы и находимся вместе. Как бонус: Джея и Чешира среди нас нет. Плохая -- мы в клетке из кайросеки, вокруг нас полуголые люди, что за последние сутки уже стало привычным. Но, они вооружены и домой нас не пустят, даже если мы попросим, как следует. 
      -- А в целом? -- неужели, кто-то действительно успел попроситься домой? Что за нелепые мысли... 
      -- Они нас принесут в жертву так же, как и тех несчастных, кто до этого угодил к ним в плен. Пока вас не было, нам успели рассказать о том, что мы жалкие путники, что послужат их великому делу и впустят в мир новых богов, -- раздался голос Хикару. -- Ваши подозрения подтвердились: аборигены оказались врагами, последователями какого-то кровавого культа.
      -- Мек-Бек и Гага Великолепная*? -- удивленно открыла глаза, чуть приподнимаясь. Да ну!
      -- Нет. Даже не знаю, кто или что это такое, -- нахмурился парень, прислонившийся к решетке клетки по левому от меня и Уила боку. В принципе, тут были и остальные члены экипажа "Глории". -- Тут есть непонятные фрески, посмотрите сами, капитан. 
      Я кивнула в ответ, распрямляясь и оглядываясь вокруг. Огромное помещение с множеством факелов, бросающих блики на дальние стены, в одной из которых виднелась арка -- скорее всего, нас притащили оттуда. Несколько краснокожих, стоящих по сторонам от нее. Там же виделись и дети, сидящие прямо на полу и во что-то играющие. Подняв взгляд чуть выше, скользнула по стенам, привыкая к мерцанию света и вглядываясь в изображения. Фрески, полуобвалившиеся и местами выцветшие, запечатлели в себе ужасающие картины с кровью. Вновь начало немного подташнивать. На одной, непонятному и невидимому из-за повреждений узора, божеству-уродцу, иначе не назовешь, приносили в жертву младенцев. Бог был огромен, был бурого цвета и отдаленно напоминал человека, если бы не множество торчащих из него шипов, ужасная худоба и что-то, похожее на корону рога, растущих откуда-то из его головы. На соседней, по другую сторону от входа в пещеру, еще более непонятному божеству с фресок, покаранных временем, стоящие на коленях люди протягивали чаши с кровью и отрубленные головы. Скорее всего, те самые, теперь выложенные узором вдоль стен. Крылатая тварь явно была довольна такому подношению. 
      -- Их двое, -- сравнив изображения по обе стороны, выдавила я, откидываясь обратно на Уила.
      -- Совершенно верное, леди капитан, -- сэр Соло был мрачен. -- Мы надеялись, что вы не попретесь сюда напрямик, а постараетесь найти решение проблемы... Увы, надежды на моего нерадивого ученика и блуждающего где-то вдали кота ничтожны. 
      -- Нам нужно искать решение проблемы изнутри, а не перерывать то, что уже сделано, -- не дал ему продолжить Уил. -- Давайте рассмотрим все плюсы и минусы, что у нас есть.
      Я благодарно потерлась макушкой о его подбородок, бросая настороженный взгляд за клетку. Пара знакомых лиц стояла неподалеку, с луками наизготовку -- подойдешь к замку, который, вдобавок, еще и цепью обмотали, и все, шашлык. 
      -- У них стрелы заряженные Волей, -- проследил за моим взглядом Антон. Кивнув, задумчиво проводила проходящую мимо девушку с корзиной, с двумя живыми курицами, взглядом, пытаясь уловить что-то ускользающее от меня. Неожиданно, разгадка сама пришла: одежда, вернее, то хлипкое подобие, в котором щеголяли аборигены, некоторыми своими моментами напоминала изображенных на стенах богов. Например, то самое украшение из листьев на голове -- аналог короны-рогов. 
      Люди, ближе к центру, где было какое-то возвышение, наподобие площадки, засуетились, что-то раскладывая на нем и чертя. Показалась парочка особо сильно разукрашенных мужчин, скорее всего шаманов. Вокруг них тут же все упали на колени, кланяясь, а после, вскочив обратно на ноги, принялись что-то тихо напевать, нанося свежую краску на их тела. Те важно кивали головами в такт, после поднялись на возвышение, занимая, скорее всего, уже ставшие им привычными, места на багрового цвета площадке. 
      -- Гляди, -- указал туда рукой Уил, так же морщась от неприятных ощущений в спине, которой облокотился на стену клети. -- Это алтарь. Как мы успели понять, на нем приносят человеческие жертвы. Тут народ вообще сдвинут на этом, их культ -- кровь, как и сказал Хикару. Под алтарем есть углубление, в которое, вероятно, и стекает все, что умудряются нацедить с жертв. И, там явно кто-то есть.
      -- Точно Мек-Бек, -- поежилась, ощущая в себе нечто звериное, медленно поднимающееся на поверхность. Злоба и бешенство. Чем бы ни был наш противник, он, даже сейчас, невидимый, заставлял ненавидеть его всей душой. Зря я потянулась туда, пытаясь прощупать местность Волей. Зверь внутри меня имел собственное мнение насчет пускаемой людям крови, и тут же начал попытки вырваться наружу. О таком явлении, знатоки фруктовиков меня не предупреждали. Мой зверь жаждал крови. 
      -- Не нравится. Мне не нравится, -- встревоженно повернула голову к Уилу, из последних сил сдерживая себя, чтобы не заистерить. -- Я чувствую эту тварь, и, кажется, это именно он, оно заставляет меня буквально звереть. Я хочу убивать, Уил. 
      -- Держись, нельзя показывать им себя, иначе лишишься последнего шанса на побег, -- сжал меня парень, глядя наружу. Я лишусь, или мы лишимся, а, мальчик? Договаривай, мать твою! 
      -- Итак, что насчет оценки ситуации? -- привлек внимание Акир, любопытно осматривающийся вокруг. 
      -- Капитан, сообщите о том, что с вашим заданием? -- старик из матросов начал первым.
      Я согласно кивнула, быстро рассказывая обо всем, что успело произойти. Команда недовольно зароптала, когда услышала о реакции на нашу просьбу о помощи на Базе Флора. 
      -- Выберусь -- протяну их по всем судебным инстанциям, -- мрачно процедила Маришка, заправляя выбившуюся прядь за ухо и близоруко щурясь -- очки отсутствовали. 
      -- Я с тобой, -- согласно кивнула Сачи, сидящая рядом с ней в обнимку. Кто-то весело хмыкнул, кто-то покачал головой. К счастью, Бан валялся в отключке, и потому не мог разрушить относительно мирную атмосферу внутри нашей клетки. Только истеричных пессимистов нам тут и не хватало.
      -- Значит, единственным нашим плюсом является осведомленность командования о том, что тут происходит, -- задумчиво выдал Грог. Он и Мартин выглядели весьма помятыми, как и пара стариков. Наверное, пытались защититься. 
      -- Шансы на побег, если избежим стрел? -- Уил привычно взял бразды правления в свои руки, по-деловому подтягиваясь и окидывая окружающих взглядом. 
      -- Ну... если у них нет никаких тузов в рукаве, то довольно высокие, -- почесал в затылке еще один старик.
      -- Ага, -- задумчиво выдал Грог. -- Если только найдем, кем прикрыться от смертоносных колючек. Не забывайте, помимо стрел, у них еще и дротики со снотворным. Или, вы уже забыли, как именно сюда попали?
      -- О, а вас тоже?.. -- любопытно подался вперед Акир. Мрачные взгляды в ответ его порядком успокоили, а братская затрещина от Акура вернула обратно на место. 
      Ребята опять замолчали, угрюмо глядя на аборигенов. Я так же начала рассматривать их, неожиданно пересекшись с Хрустальным Ручьем, глядящим на меня пристальным взглядом. 
      -- Ты куда? -- удивился Уил, когда я, выпутавшись из его объятий, поднялась на ноги, подходя к прутьям клетки. Ручей, не медля и секунды, так же подошел ко мне, став по ту сторону и продолжая сверлить нечитаемым взглядом. Лейтенант презрительно фыркнул, но не поднялся, оставаясь сидеть на месте -- лучники насторожились, но так же не подошли, позволяя чувствовать свою беседу обманчиво приватной. 
      -- Ничего внутри не грызет? -- презрительно взглянув на краснокожего, чуть наклонила голову на бок. Даже здесь и сейчас он не переставал казаться красивым. 
      -- Прости, -- взгляд не изменился, даже голос не дрогнул. Я легко усмехнулась. 
      -- Нет, мне не за что прощать -- ты лгал, и я знала. Ничего нового, чтобы заставило меня верить в то, что люди, в большинстве своем, все же, разнятся, -- покачала головой. -- Я спрашиваю еще раз: ничего не грызет внутри?
      Мужчина, казалось, перестал дышать, а после... Я чуть не упала на пол под тем калейдоскопом эмоций, замелькавших в карих глазах. Боль, сожаление, грусть, толика нежности, вины -- у меня перехватило дыхание, когда он, резко шагнув вперед, вцепился пальцами в прутья клетки, прижимаясь к ней. 
      -- Прости, Анта, я не могу иначе, -- быстро зашептал он, водя глазами по моему лицу. -- Мы уже умерли, давным-давно умерли. Прости, я не могу помочь тебе, никак -- моя натура иначе не может. Но, вскоре, ты станешь частью нашего Бога, ты будешь внутри вместе со мной, а значит, мы будем едины! -- его глаза фанатично заблестели, от чего былой эффект внутренней боли, при виде него, мгновенно пропал, очищая разум и заставляя думать, думать, думать... нужно бежать, хоть мысль не нова. 
      -- Тебе не приходило в голову, что я не хочу быть частью кого-то? -- сощурившись, сухо поинтересовалась у него. -- Что я хочу быть сама по себе, чтобы рядом был тот, ради кого я буду дышать? Отдельно от меня, но рядом? Ты не понимаешь, да? Обнять, поцеловать, увидеть улыбку в ответ и просто коснуться кончиками пальцев? 
      -- Анта, это ты не понимаешь, -- возразил он. -- Быть частью чего-то вместе -- это истинная любовь! 
      -- Это не любовь, Ручей, и никогда ею не было. Это смерть, после которой ничего нет, что было бы дорого смертному телу. А то, что я успела здесь увидеть, лишь доказывает, что она еще и мучительна, -- отступила назад, с болью глядя на него. -- Любящие боль не причиняют. 
      -- Боль следует за нами на протяжении всей жизни. Рождение, взросление, первый поединок, первая любовь, -- сощурился он. -- Здесь, всего лишь чуть дольше, а потом только вечное наслаждение, -- он улыбнулся. Я грустно покачала головой, отступая на шаг назад. 
      -- Что нам предстоит? -- перешла на деловой тон. Ручей явный фанатик. Если, конечно, не обращать внимания на ту его фразу: мы умерли, давным-давно. Если учитывать ее, то становится понятно, почему я не могла почувствовать аборигенов при помощи Воли Наблюдения -- трупы не котируются. Хотя, с другой стороны, когда он прижимал меня к себе, был таким горячим... 
      Румянец опять вспыхнул на щеках, заставляя внутренне выматериться -- нас тут собираются зверски убить, а я краснею перед своим будущим палачом. Гребаная бабская натура!
      -- Шаманы вместе с отцом уже начали песню, -- он оглянулся на людей вокруг алтаря, начавших что-то гнусаво выть на одной ноте. -- Первая жертва из двух птиц, с крыльями, но не летающими, скоро будет принесена. Потом пойдет ваш черед. Сначала мужчины, потом девушки. 
      Я задумчиво прищурилась, рассматривая танцующих людей. Те вскидывали руки и ноги, замирая в странных позах, в тон ритма. Камень алтаря отдавал в ответ странной вибрацией, усиливающейся с каждой минутой. А этими загадочными птицами оказались те самые курицы, крутящиеся в руках у шаманов во всех направлениях. Бедные птички... 
      -- Боги сами явятся! -- воскликнул дедушка Ясное Око. Или не дедушка, вон, как лихо он потрясал конечностями, а после вообще на колени рухнул рядом с каменной глыбой. Вождь племени, и не на алтаре -- шаманы действительно выше в цене. 
      -- Немыслимо, отец, -- прошептав, повернулся к нему Ручей, после вообще отбежал от клетки. -- Немыслимо... Мы, наконец-то, увидим их. Наши боги... 
      -- Вы никогда не виделись? -- перебила, отступая назад, к Уилу, и чувствуя, что еще немного, и я сорвусь. Одежда позволяла не касаться кайросеки, из-за чего была высокая вероятность того, что загорюсь. Загорюсь. Тварь в коридоре растеклась лужицей и развалилась кусками пепла, стоило мне лизнуть ее огнем. План? 
      -- Нет, или мы уже забыли... -- его слова перебил грохот разлетающихся во все стороны камней алтаря, давящих нескольких человек, в том числе и вождя. Все смолкло. Вернее не так: все, кроме шаманов, резко замолчали, в то время как они сами взяли наиболее высокие ноты, успев не только вовремя отпрыгнуть в стороны, но еще и увернуться от обломков. Удивительно, но то, что вождя племени превратило в лепешку, никак не повлияло на окружающих. Только Ручей сжал каменные прутья решетки до побелевших костяшек пальцев, да где-то вдалеке чуть слышно вскрикнула Слышащий Лист. Прощально выпустили воздух из распоротых легких курицы, наполняя подставленные девушками чаши кровью. Оборвали свой вой шаманы, подходя к разлому и выливая туда алую жидкость. Всё стихло. 
      -- Грррррр, -- не сдержалась, вжимаясь спиной в поднявшегося на ноги Уила и прижимая удлинившиеся уши к голове. Остальная часть команды так же подскочила на ноги, прижимаясь друг к другу. 
      -- Анта, успокойся, -- легонько встряхнул меня парень, приобняв за плечи. Вырвавшись, вновь подошла к решетке, специально обхватывая прутья и вжимаясь в них. Все метаморфозы тут же пропали, сразу же делая меня похожей на обычных людей. Мозг заработал с немыслимой скоростью, выдавая множество идей и способов их решения. Нам нужно сбежать. А я могу убить эту тварь. Могу. 
      По земле во второй раз прошла волна. Куда более сильная и злая, с явной жаждой крови. Аборигены радостно взвыли, отбегая назад и оставляя своих шаманов одних. Следующая волна выпустила наверх странные бурые щупальца, раскидавшие остатки осколков в стороны. Опять кого-то придавило, взметывая вверх брызги крови. Призванная тварь тут же метнула отростки в те стороны, утягивая еще живых раненых к себе. Кричащие, скорее больше от счастья, нежели от боли и страха, люди были быстро поглощены телом этого... бога. Полностью обосновавшись на поверхности, он замер, осторожно разворачивая и сворачивая отростки, но не двигаясь с места. Шаманы почтительно рухнули на колени, распластавшись по земле и что-то тихонько бормоча. Высокий, роста в четыре человеческих, с трудно узнаваемыми формами человека, обтекаемый и лоснящееся-черный, бог, нет, просто тварь, имела маленькую, слепую голову с маленькими рожками, большую часть которой занимала челюсть с внушительными клыками. Вместо рук -- щупальца. Вместо ног -- тоже самое. Еще десяток вытекало из различных мест в теле, невидяще шаря вокруг и, натыкаясь на кровавые места, будто всасывая остатки. 
      За спиной взвизгнули девушки и Бан, только пришедший в себя и, тут же теряющий сознание. Звучно выругался Антон. 
      -- Эй, чти кодекс, -- вяло протянул сэр Соло. -- Не уподобляйся пиратам.
      -- А сам-то? -- огрызнулся мичман.
      -- А я мысленно, -- вздохнул сэр Соло, осторожно перетекая вперед и заслоняя собой девушек. Антон поступил так же, с другого бока прикрывая их от дротиков, которыми располагали стрелки. 
      Пришло время активных действий. 


* Отсылка к произведению Андрея Белянина "Джек сумасшедший король"
  
   Кровь и пламя
  
         -- Пора! -- один из шаманов, встав на ноги и еще раз поклонившись твари, быстро прошел к нашей клетке, кидая взгляд на стоящего неподалеку Ручья. 
      -- Скоро наши боги окончательно пробудятся -- нужно подождать ещё совсем немного, -- листья на головном уборе качнулись от кивка, после мужчина перевел взгляд на нас. Ручей за его спиной буквально закаменел, после стремительно ушел в сторону Листа, даже не глядя на тварь, что продолжала стоять на своем месте. А вот эта его реакция меня сильно удивила -- явное непочтение для того, кто верит. -- Сначала мужчины, -- шаман внимательно взглянул на нас. За спиной раздался тихий ропот, и команда еще сильнее сплотила ряды. -- Не сопротивляйтесь. Примите божество всем сердцем и впустите его внутрь. Станьте его частью и породнитесь с ним. Будьте кровью в его венах. Не сопротивляйтесь, -- шаман говорил тихо, размеренно. -- Чем больше смирения, тем больше благ потом. 
      -- Каких благ? -- громко спросила, привлекая всеобщее внимание, отойдя от стенки клетки и подходя к нему. 
      -- Анта, назад! -- рявкнул вскочивший следом Уил, бросаясь ко мне. Удар ногой в живот поубавил у него прыти, сгрузив тушкой на полу. Команда недоуменно взглянула на меня, но осталась пока в стороне. 
      -- Божество примет вас и сделает частью себя, -- шаман отвлекся от распутывания цепей на замке. Что ж, выбранный мною план ничем не хуже остальных... 
      -- Хорошо. Я готова принести высшую жертву. Это же нужно? Высшая жертва даст больше силы, -- кивнула сама себе, сжав руки в кулаки. Судя по загоревшимся глазам аборигенов -- да. Именно это и нужно им было. 
      -- Анта, ты сбрендила! -- Уил, кажется, не понял того, что я задумала, вновь бросаясь вперед и ещё раз получая ботинком в живот. Прости, родной, так надо. А твое непонимание и незнание только на руку. 
      -- Ты уже познала близость тел? -- шаман сдернул цепи, принимаясь за замок. 
      -- Нет. Я чиста, -- самой-то неизвестно, что там с телом до меня было. Но, вера главное, так что -- танцуем. 
       "Чиста -- можешь перестать язвить", -- ворчливо прошептало в сознании. -- "Я не могу понять того, что ты задумала. Но, надеюсь, ты знаешь, что делаешь". 
      Если бы, милая моя, если бы... 
      Мужчина издал ликующий крик, не в силах спокойно стоять на одном месте, буквально приплясывая от нетерпения.
      -- Ты благословение нашим богам. Они переродятся и ты вместе с ними, став частью великого, -- возбужденно шептал он, открывая дверь и, под напряженным взглядом остальных, выпуская наружу. Теперь оставалось дело за малым -- обмануть и убить. Как просто. 
      -- Мне будут что-то вскрывать? -- по-деловому повернулась к мужчине, пока он спешно вешал замок на место. Хм, уже без цепей -- видимо, остальных сразу после меня планировали пустить. Итак, ключи я так просто не смогу достать, во всяком случае, именно в этот момент -- мешают лучники, до упора натянувшие тетивы и провожающие меня настороженным взглядом. Необходимо всё внимание отвлечь на себя -- только так ребята не пострадают. 
      -- Нет. Бог уже тут -- он голоден. Иди к нему, слейся с ним, -- лихорадочно трясясь, он схватил меня за руку, утягивая вперед, к столпившимся вместе девушкам племени. Стараясь не замечать отчаянных взглядов из клетки, позволила им стянуть с себя одежду, ежась от прохлады воздуха. Позволить разукрасить непонятной краской, быстро ложащейся на кожу и неприятно холодящей. Кажется, с примесью хны -- почувствовался довольно-таки приятный травяной запах, столь знакомый по прошлой жизни. Мне распустили волосы, позволяя им белой волной лечь на спину и что-то напевая, проводя по ним костяными гребнями. Болтающиеся перед глазами человеческие зубы, сделанные как ожерелья, заставляли бессильно сжимать свои -- Гарп явно угадал с отработкой, послав на такое задание. Поделом мне за клыкастость, поделом за самостоятельное принятие решений. Чтобы знала, когда нужно держать язык за зубами, а мысли не пускать дальше собственной ушастой черепушки. На глаза стали наворачиваться не прошеные слезы отчаяния и безысходности: я боюсь не суметь. Боюсь подвести, пустив все под откос. 
      Встряхнувшись, добилась того, что несколько лучников быстро перевели на меня свое оружие, натягивая тетивы. Но дымка отчаяния немного спала, открывая ход уже злости -- нет, господа командующие, нет. Я не сдамся и смогу выбраться из этой заварушки живой. И ребят я вытяну -- еще покажу вам всем, вы, высокопоставленные многоликие. Я так просто не прогнусь под бумажными законами. 
      Тело легонько потряхивало: эмоции, бурлящие внутри, пробивались наружу, да так, что тварь меня заметила и теперь разворачивала и сворачивала щупальца, в ожидании подношения. Однако, какая раскормленная мерзость. Кто-то сейчас обломится. А мне главное ребят спасти. 
      -- Анта, -- неожиданно уха коснулся шепот. Слышащий Лист оказалась рядом, в последний раз поправляя волосы и доплетая странную косичку с вплетенной алой нитью. -- "Сделай, что нужно" -- это просил передать мой брат.
      Я удивленно вскинула брови, выворачивая шею в сторону Ручья и видя, что его взгляд полон боли. Мужчина тут же отвернулся, после припал на колено, когда меня подвели к твари, довольно заурчавшей при виде полуголой жертвы. Не особо приятно, на самом деле, когда под хвостом сквозит и пятки мерзнут. А тут еще эта мерзость пасть открыла и громко зарычала, обдавая смрадом давно нечищеных зубов, заставляя поморщиться и почти что заплакать. Глаза резануло капитально. А окружающие, скорее всего, посчитали, что я действительно начинаю рыдать при виде неизбежной кончины -- команда в клетке начала двигаться куда как активнее, привлекая к себе внимание стрелков и рискуя вновь получить дротиком в горло. 
      Шаманы закружили вокруг, заводя уже другую песню. От первых звуков их голосов начало трясти, после вернулась злость, теперь не сдерживаемая. Тварь явно не контролировала себя, посылая волны безумия во все стороны, и под одну из которых я попала. Что ж, вы сами разозлили зверя -- встречайте. 
      -- Назад! -- один из мужчин почувствовал неладное, когда недавно нанесенная краска резко пропала, уступив место огню. Я радостно зарычала, позволяя пламени вырваться наружу и мгновенно поглотить так не понравившихся мне разукрашенных убийц, поющих ужасные песни. Завывающие тела звучно ударились о решетку, откинутые звериной лапой, на миг сформировавшейся из огня. Неподвижно сидящий до этого Хикару, пулей кинулся к одному из них, быстро срывая с тлеющего пояса ключи. Зазвенел замок. Тварь, на которую перекинулось пламя, пронзительно завизжала, начав крутиться на месте и давить всех, кто попадался ей на пути. 
      Лучники и обладатели духовых трубок попытались атаковать меня и выскальзывающих из клетки ребят, но потерпели неудачу: тетивы не выдержали жара огня и лопнули, тонкие дротики вспыхнули следом. А та пара стрел, что, все же, успела вылететь, прошила их собственного бога -- пламя просто расступилось перед заряженными Волей наконечниками, не получив никакого урона. Аборигены, видя такое дело, завывая, бросились врассыпную, пытаясь укрыться от огня и разбушевавшейся твари, которой явно было наплевать на своих почитателей. Рванув вперед, взмахнула крыльями, взмывая вверх и метя ей в голову, вцепляясь зубами и когтями. Та завизжала, резко оплетая меня щупальцами, тут же истончающимися и осыпающимися пеплом. Прокусить ей что-либо не представлялось возможным -- под тонкой шкурой была лишь кровь, с изредка попадающимися ниточками мышц -- в помидоре и то больше мяса. Нанесенные ей раны тут же срастались, словно в насмешку, льющаяся кровь забивала горло и нос, мешая дышать и вызывая тошноту. Поэтому оставалось лишь жечь эту гадость, чем я и занималась, распространяя огонь вокруг себя во все стороны и плотно обхватив черное и скользкое тело лапами и крыльями. Было даже зло-весело, особенно когда она сменила тональность, уже на какую-то отчаянную. Будто звала кого-то. Эта ее заминка позволила отвлечься и повернуться к замершим на выходе из пещеры ребятам, смеряя их внимательным взглядом. 
      -- Уходите, -- прорычала, посылая волну огня в аборигенов, которые бежали в ту сторону. Те, кто был пошустрее или, что вернее, сообразительнее, давно уже удрали в другом направлении. -- Бегите как можно быстрее, как можно дальше. И уплывайте -- корабль относительно починили, только Джея и Чешира не забудьте! Меня не ждать. Бегите, придурки! 
      Что там они делали дальше, не знаю, не до того стало. Воля лишь сообщила о том, что они убежали в какой-то тоннель, находящийся в той стороне, утянув с собой сопротивляющегося Уила. И это прекрасно. Со смехом отмечая про себя, что поступаю один в один как Гендальф в Мории, повернулась к воющей твари, которую сейчас доедало пламя и, взмахнув крыльями, отлетела от нее в сторону, пытаясь разглядеть то, откуда бы ее было успешней атаковать, чтобы окончательно упокоить. Но, пару раз вздрогнув, она неожиданно выгнулась дугой и лопнула, раскидывая во все стороны брызги крови, мгновенно зашипевших на огне, и являя миру человеческий костяк -- ее остов. Хм, что ж, неплохое решение проблемы -- мертва точно и безоговорочно. Черт, это сколько же нужно было поглотить чужой крови, чтобы из такого маленького, в такого монстра вымахать... 
      Неожиданно, все стихло -- пропали крики, треск огня, звуки обваливающихся кусков фресок со стен. Я резко спикировала на пол, обращаясь в человека и недоуменно оглядываясь вокруг, предчувствуя проблему куда как серьезнее, чем была до этого. Заметив неподалеку свою безрукавку и остатки штанов, больше напоминавших короткие шорты, из-за перекинувшегося на них пламени, поспешила туда, гася тлеющую ткань и быстро надевая обратно и притягивая за шнурки, валяющиеся тут же, ботинки. 
      -- Чужая, ты убила его, -- шипящее и чужое вклинилось в сознание, вытесняя собственные мысли. Я резко напряглась, после медленно повернулась на голос. 
      Высокая, человекоподобная фигура с драными нетопыриными крыльями за спиной медленно приближалась ко мне. Вступив под свет огня, она позволила себя рассмотреть: женщина, о чем явно говорила грудь, закрытая неким подобием шипастой, темно-красной с черными полосами чешуи, переходящей на лицо и образующей там маску, облеплявшую длинную морду с торчащими клыками. Эта же чешуя покрывала и остальное тело, на плечах, локтях и коленях, образуя более длинные шипы, даже по виду куда как прочнее кости. Ноги заканчивались мощными когтистыми пятипалыми лапами, так же, как и руки, которые были чуть более похожими на человеческие. На голове, на уровне висков, выходили витые рога, с острыми, оттопыренными в стороны концами. А длинный хвост, заканчивающийся чем-то похожим на лезвие, заставлял даже позавидовать -- у моего кисточка была, мягкая и совсем не опасная, не то, что это... Вон, как искры из камней выстреливают, когда по ним ударяют. 
      -- Ты убила его... -- В голове как будто похмелье образовалось, мгновенно вызывая тошноту и помутнение перед глазами. 
       "Пошла вон!" -- "Я" явно была против такого соседа. 
      Тварь расхохоталась, буквально щелчком хвоста выбрасывая ее присутствие из головы. Неожиданно стало крайне одиноко.
      -- Чужая. Ты тут чужая. Ты убила его! А я убью тебя... -- шипящее создание приближалось, разгневано хлеща себя хвостом по бокам. Шипастая морда оскалилась, капая слюной на пол. -- Кровь, отдай мне кровь. Чужая кровь... Новое. Сладкое. Да... 
      Голова взорвалась новой вспышкой боли, из носа ушей, рта и глаз пошла кровь, грозя убить от ее нехватки. Последней мыслью угасающего сознания, наблюдающего за тем, как красная жидкость лентой устремляется к врагу, было воспламенение самой себя -- у огня нет столь любимого этой тварью ингредиента. А то, что было дальше, в дальнейшем помнилось крайне смутно: был огонь, море огня и отвратительный запах горелой плоти и крови. Была вновь вернувшаяся радость от боя и вкуса чужой крови. Была свобода, когда, вцепившись в воздухе друг в друга когтями и клыками, мы пробили потолок пещеры, вылетая вверх, в небо, где можно было вздохнуть полной грудью, притягивая к себе блестевшие в шторме молнии и получая из них подзарядку огнем. Симаргл впервые за все время почувствовал свободу, затмевая человеческий разум звериным, и начиная действовать в полную силу. 
      А потом наступила ужасная слабость, выкинувшая меня из столь приятного состояния. Странная слабость, непонятная, будто часть меня резко вырвали, а то, что осталось, обрядили в слабое тело и бросили на твердую деревянную поверхность. 
      -- Капитан! Капитан!! -- меня выдернули из мутного плена, вздергивая наверх и встряхивая. Обеспокоенное лицо мичмана появилось в поле зрения, заставляя сфокусировать на нем взгляд.
      -- Да, я с вами, -- пробормотала, оглядываясь вокруг. -- Остальные?.. 
      -- Все живы! -- кивнул он, помогая подняться на ноги. Мы были на Глории, сейчас надрывно скрипящей на волнах, подгоняемых бушующим штормом. Справа по борту стояло огромное зарево, в котором смутно угадывались два силуэта: огромный крылатый пес, отсвечивающий золотом и серебром, и красно-черная фигура твари, атакующая его чем-то черным. Наверное, кровью.
      -- Стоп! Это как?! -- подпрыгнула на месте, после подбежала к фальшборту, перевешиваясь через него, в надежде как можно лучше рассмотреть происходящее вдалеке.
      -- Да вот и мы не понимаем, что происходит, леди капитан, -- сэр Соло, подошедший ко мне, был озадачен не меньше. -- Проверьте свои способности, леди.
      -- Да, сейчас, -- кивнула, призывая огонь. Пламя, как верный соратник, тут же заплясало на ладошке. -- Вроде нормально. Крылья, -- на мгновение высвободила оперение, -- тоже на месте. И хвост с ушами при мне. Но... Полную форму принять не могу...
      -- Эта тварь вас разъединила, -- кивнул мужчина, отходя от надрывно скрипящего фальшборта и утягивая меня за собой. -- Это сошедший с ума обладатель фрукта крови. Для этого дьявольского фрукта было раз плюнуть провернуть такую манипуляцию, как разделение носителя и его звериного облика.
      -- Откуда вы знаете? -- удивленно повернулась к нему, после вновь к острову.
      -- "Калипсо" пришла нам на помощь, -- кивнул он куда-то за корабль, по другой от нас борт. -- Олаф передал некоторые бумаги, в которых об этом сообщалось. Пока вас ожидали, успели немного изучить.
      -- Я же приказала вам уходить! -- зарычала, поворачиваясь к нему. -- Это был приказ!
      -- Мы ответим за свои действия, леди, -- покорно склонил он голову. -- И сейчас уже отплываем. 
      -- Живо! -- прикрикнула на него, вновь переводя взгляд на практически полностью объятый огнем берег. На миг, прямо на линии прибоя, мне увиделся Ручей, прощально машущий в след.
      -- Капитан, нет! -- Уил буквально из ниоткуда выскочил ко мне, дергая на себя и поваливая на доски палубы, когда я уже рванула вперед, к земле. Ребра мгновенно заныли, от такого непочтительного к ним обращения -- все еще помнились щупальца первого божка. -- Его нет в живых! Это обманка, существующая только по воле владельца фрукта крови! 
      -- Но он вон! Он на берегу! -- закричала, вскакивая на ноги. Меня вновь повалили, сбив подсечкой и обхватывая за туловище, плотно прижимая руки к бокам. -- Уильям, не заставляй меня применять силу!
      -- Он мертв уже больше пятидесяти лет!! -- проорал он мне на ухо, на несколько секунд буквально оглушив. -- Мертв! То, что ты видишь -- покойник без воли! 
      -- Нет, у него была воля! Когда меня вели к первой твари, он передал мне сообщение. Это было от себя, я знаю!
      -- Капитан! Успокойтесь! Посмотрите сами! -- навигатор вернулся обратно, вероятно на шум, и сейчас указывал рукой на остров. Вырвавшись из ослабевшей хватки лейтенанта, вновь вскочила на ноги, отчаянно глядя на берег. Хрустальный Ручей стоял уже не один: рядом с ним находились все члены племени, даже, вроде бы раздавленный камнем, вождь был там. И все они прощально махали, широко улыбаясь.
      -- Береги себя и команду! -- послышалось далекое, мгновенно пробивая на слезы. -- Спасибо! Теперь мы свободны! -- Ручей кричал громко, чуточку надрывно. Вытирая горячие слезы рукой, другой впилась в деревянный борт, сама не замечая того, как ломается дерево под пальцами. Почему?.. А люди, постояв еще некоторое время, неожиданно поклонились нам, все, от мала до велика, и исчезли, как будто их и не было. 
      -- Видишь? Они свободны, -- хмуро протянул Уил, вставая рядом и утирая кровавую юшку под носом. -- Соло -- плывем домой.
      -- Да, сэр лейтенант, -- кивнул мужчина, устремляясь в рубку. 
      Уил молча развернулся и ушел следом за ним, оставив меня в одиночестве торчать у фальшборта и невидящим взглядом провожать полностью охваченную пожаром землю. Слезы душили только так -- впервые за все время пребывания тут, я встретила такие эмоции и чувства в свой адрес. И испытала их же в ответ, пусть и не сразу. Пусть и в последние секунды. 
      Я влюбилась. И сразу же потеряла. 
      Дура. Боги, какая же я дура... 
      Пройдя по скрипящим доскам палубы и поднявшись по ступеням в рубку, молча села на свободный стул, откидываясь на спинку. 
      -- Что с кораблем? -- тихо поинтересовалась, не глядя на взъерошенного Уила. Знаю, вполне обоснованная обида, малыш, но сейчас -- прости. Хочется рвать и метать, срывая злость на окружающих. Прости. 
      -- Мачта на соплях, половина канатов отсутствует, -- сухо процедил он, так же не глядя на меня. -- Наши сокурсники на "Калипсо", здесь лишь десяток стариков и мы. Джея, Чешира и двух твоих крыс успешно подобрали -- ребята помогли кораблю нас найти и подготовили "Глорию" к отплытию. 
      -- Шторм пройдем?
      -- Должны, леди капитан, -- отозвался рулевой. -- Если и сломает корабль на досочки, то где-то уже ближе к границе. А там, за ней, нас подберут и остальные суда -- капитан Норман выслал нам целых три на помощь.
      -- Это хорошо, -- кивнула, поднимаясь на ноги. -- В таком случае, держитесь все как можно ближе друг к другу -- в случае чего, лучше не в одиночку спасаться.
      -- Да, леди, мы в курсе, -- усмехнулся он. -- Сейчас начнется!
      Антон пулей вылетел за дверь.
      -- Команда, по местам! Готовься к прохождению через шторм! -- послышался оттуда его крик. Ну, как будто они сами не знают. 
      Заход в беснующуюся стихию был похож на удар: Глорию ощутимо тряхнуло, сразу же поводя боком и заставляя заскрипеть всеми досками. Схватившись за стену, неосознанно присела -- бушующая стихия ощущалась даже тут, барабаня дождем так, что напрочь заглушала все остальные звуки. Кроме раскатов грома, выстрелами звучавших где-то в вышине. 
      -- Полундра! Оружие к бою! Где капитан? -- крики сверху. Что? Какого черта?! Какой бой может вообще тут быть?! Как я могла не услышать? Впрочем, немудрено: наверху разыгрался сильный шторм и нужно быть идиотом, чтобы брать на абордаж в такую погоду. А там было именно морское сражение.
      Отсюда неутешительный вывод: за кормой психи.
      Выбежав наружу, буквально тут же промокла до нитки -- дождяра лупил такой, что дышать было трудно. 
      -- Капитан! -- мичман не позволил находиться снаружи, быстро запихивая обратно в помещение. 
      -- Какого хрена, Антон? -- удивленно вылупилась на него. 
      -- Леди, знаем не больше вашего! Чёрт, -- прошипел он, когда мимо нас, где-то снаружи, свистя, пролетел снаряд, взорвавшись по другую сторону корабля, в бушующем море, звуком сливаясь с раскатами грома. Следующим залпом снесло часть стены, заставляя быстро рухнуть на пол, а после и вовсе перекатиться к дальней стене. Быстро созданное окно позволило вдоволь насладиться морской баталией и вновь проникнуться буйством стихии. 
      -- Ух, ё-маё, -- присвистнул рулевой, как ни в чем не бывало, отряхивая голову от опилок и резко выворачивая штурвал вбок. -- Пристрелялись, гады! -- Я только пораженно вскинула брови, удивляясь такой реакции. Вот уж кто действительно воробей стреляный! 
      -- Толи у них проблема с кораблем и им срочно нужно новое судно, то ли просто охотятся в такую погоду! Но, как бы то ни было, они достаточно грамотно действуют: идти в рукопашную никак не получится, пистолеты и ружья бессмысленны, порох промок, -- начал быстро прояснять ситуацию мичман. -- А чтобы саблями помахать, так стихия не дает. Сбивает с ног и вообще творит невообразимое. Вот и обстрел из трюмов ведется. Во всяком случае, пока бортами не встретимся. А если и встретимся, то, наш, скорее всего, тут же и разлетится в щепы!
      -- Так чем, мать их, занимаются наши канониры? -- не выдержала я очередного вражеского залпа. Тихонько оборвалась чья-то жизнь на нашем корабле. -- У нас потери!
      -- Леди, я в курсе. Только поделать ничего не можем -- тут на удачу нужно полагаться, -- развел он руками. -- У нас не хватает людей, чтобы и за кораблем следить, и палить по противнику. 
      Так, прогуляюсь-ка я вниз. 
      Зарычав, пулей покинула рубку, вылетая на качающуюся мокрую палубу. Народа действительно было мало: кто-то удерживал паруса, кто-то следил за канатами. Поскальзываясь и рискуя в любой момент улететь за борт, я стала продвигаться в сторону трюмов. Дождь прибивал к палубе, даря лишь одно желание: упасть и не вставать. Чертовы слабости...
      Ввалившись внутрь, буквально на заднице спустилась вниз по ступеням. В нос ударило порохом, кровью и пОтом. 
      -- Какого черта происходит?! -- взревела я, покрываясь огнем. Прыгнувший на меня матрос буквально впечатал своим телом в ступени. Обжечь не обжегся, но подкоптился основательно. 
      -- Леди капитан! Тут везде порох! Одна искра и мы доделаем работу пиратов за них самих! -- буквально взмолился он.
      Мелькнувшую мысль о том, что было бы прикольно, отмела как ненормальную. 
      -- Анта, мы уже стреляли. Да только всё мимо, -- отозвался, такой же мокрый, как и я, Уил. Я как-то не особо успела поймать тот момент, когда из капитанской рубки выскользнул. 
      -- Леди капитан, сейчас зарядим по новой, и еще раз выстрелим. Хотите поучаствовать? -- старшина Маркус был само спокойствие. 
      -- Да, -- нахмурилась, подходя к одной из пушек. -- Я на эту стану! Как настраивать?
      -- Тут высота, дальность, -- быстро начал объяснять Уил, подойдя ко мне. -- Попробуй Волей, -- посоветовал он, когда закончил, отбегая к другой пушке и начиная наполнять ее.
      Что же, примерную картину ведения пушечного боя я знала. Значит, Волей Наблюдения нащупать корабль? Трудно. Но после острова, где вообще все вымершим казалось, это все стало казаться более простым. Есть лишь ощущение того, что там, неизвестно где в стихии, находится что-то объемное. Такое деревянное, с уже остывшими от теплого солнечного света, досками. С мокрыми, убранными, парусами. И с командой. Странной такой командой, скажу я... Ебанутой. 
      -- Вот так, кажется, -- кое-как настроив в ту сторону пушку, отмеривая расстояние по маленьким насечкам вверху и сбоку, отошла я в сторону.
      -- Леди? -- скорее для совести спросил у меня, отвлекшийся от своей пушки, Маркус. Я согласно кивнула, быстро подпаливая короткий запальный шнур и отпрыгивая.
      Раздался оглушительный взрыв, на некоторое время поселивший в ушах гул. Пушку отнесло назад, благо крепления спасли от разрушений, как когда-то на палубе.
      Недолет.
      -- Черт! -- прорычала, получая в ответ напряженные взгляды. Знаю-знаю, не возгораться. Только как так делать, если нервы начинают пошаливать? Я стрелять, из таких вот приспособлений, не научена, так, пара занятий, где нам объясняли всё это, не более. Подняв дуло вверх, начала быстро засыпать и закладывать внутрь всё, что было необходимо. Они у меня ещё попляшут! Меня эти твари кровавые не смогли схарчить, а вы уж тем более, не потопите!
      И вновь заискрил порох и оглушительно бахнуло. А потом раздался или, скорее, почувствовался, стон разрываемой плоти корабля. Звук скрипящей оснастки и простреленной мачты, падающей вниз, в бурлящее море.
      -- Есть! Попадание! -- вскрикнул Уил, отвлекшись от своей пушки и так же услышавший все это. На палубе сверху послышался гул -- явно присутствовали чужаки. Да ну! Когда успели, если мы вас только что в море подбили!? 
      Влетевшего в трюм мужчину с саблей наперевес, встретила фирменным ударом ноги с упором руки в пол. Капойэра плохому не научит, мне еще дядя так говорил. Вот и пират прочувствовал на себе всю прелесть бразильского искусства, грузной кучей отлетая в стену и затихая, сгрузившись под ней.
      Выскочив наверх, тут же осела на палубу, вновь прибиваемая ливнем. Какой тонкий расчет у наших противников, однако. 
      -- Твою мать... -- стрелять из прихваченных револьверов не вариант -- порох промок в первые же секунды, как и говорил Антон, а размахивать мечом... Да ещё и на мокрой палубе... 
      -- Анта! -- рявкнул в самое ухо подбежавший Уил. Как и я, сгибаясь под выбивающей силу стихией, он, все же, держался молодцом. -- Какого черта ты вылезла наружу?..
      -- А сам-то? Сзади! -- мечом, все же, воспользоваться пришлось -- хрипя и пуская ртом кровь, на палубу осел вторженец, до последнего не отпуская рукоять меча. Что же, на ногах устоять могу, спасибо старику за тренировки под дождем. Действительно спасибо.
      -- Спасибо, -- сдержанно кивнул парень, дублируя мою благодарность и разворачиваясь к сражению. -- Их судно получило серьезные пробоины и сейчас медленно уходит на дно. Мы для них как шанс на спасение, так что, отступать они не будут.
      -- Фиг им, большой и всеобъемлющий! Нам тоже есть что защищать, так что поехали! -- мрачно ухмыльнулась я, перескакивая труп и устремляясь в гущу событий. 
      Пара поворотов на месте, подсечка и удар мечом по горлу. Переступить на месте, крутнуться, уходя от парных клинков и, подавшись вперед, вонзить меч в грудину. Дождь заливал глаза только так -- приходилось полностью полагаться на реакцию, тоже не особо блещущую под губительной стихией. 
      -- Бей ее! -- кто-то явно заметил мою персону. Рядом, как нельзя кстати, появился Маркус, парируя чей-то удар и замахиваясь в ответ. Чуть в стороне рубились сэр Соло и Антон. Неизменная трубка навигатора была все так же зажата между зубами. Зачем, ума не приложу, ибо табак явно промок, и из нее сейчас актуальнее было фонтанчики пускать, а не дым.
      Пираты не сдавались. С погибающего судна по нам вновь открыли огонь, окончательно разворотив надстройку. Выстрелом меня откинуло к другой стороне палубы, пробив борт и бросив в вельботную шлюпку. 
      Тихо тренькнули удерживающие ее канаты. Где-то вверху на палубе громко закричал Уил, а после я полетела в море. Удар лодки о воду отозвался болью в теле, плюс ещё и головой о лавку приложилась. 
      -- Антаа!! -- перемешиваясь с шумом стихии, где-то далеко вверху кричал он. Грянул ещё один взрыв, в свете которого успела увидеть его фигуру, сносимую за борт следом за мной. Ринувшись вперед, чуть не опрокинула лодку, до боли в глазах всматриваясь в бушующее море. Фруктовики не умеют плавать. 
      С трудом явив крылья, расправила их, устремляясь вперед и, из последних сил, дергая на себя уже скрывающегося под водой Уила, после делая отмашку и швыряя его в лодку. Парень был без сознания, что сильно пугало. Резким порывом ветра меня швырнуло к нему, с мокро чавкающим звуком ломая крыло и заставляя закричать так, что, наверное, меня даже команда "Калипсо" услышала. А потом рядом с лодкой раздался оглушительный взрыв, на мгновение осветивший все вокруг: далекую Глорию с маленькими фигурками человечков на борту, почти ушедший рядом с ней, под воду, пиратский корабль и множество досок вокруг, плавающих в воде. А потом наступила адская боль, не дающая даже вздохнуть -- прилетели осколки. Оглохшая, полуослепшая от яркой вспышки взрыва, с пробитой грудной клеткой и вспоротым животом я только и могла, что тихо смеяться от осознания собственной беспомощности и того, что скажет Уил, когда очнется и увидит все это. Если очнется. Как же, все же, весело удерживать собственные выпадающие наружу кишки и наблюдать за тем, как кровь тонкой струйкой сочится наружу. Больно не было. Стало все равно. Какое там будущее? Зачем? Чтобы опять вот так вот? Видеть боль и страдания? Самой постоянно попадать в передряги и других тянуть следом? 
       " Дура! А ну, борись! Не смей умирать! У нас впереди куча незавершенных дел!" -- набатом прозвенело в ушах, перекрывая все окружающие звуки.
      -- За-чем... -- давясь кровью из распоротого легкого просипела я. -- Хва-тит...
       " Именно! Хватит тут умирать! Одного раза было достаточно! Двигайся, мать твою! Подумай о тех, кого оставишь! Подумай о том, что будут делать твои братья? Твоя команда? Хватит! НЕ СМЕЙ СДАВАТЬСЯ!" 
      Разлепив склеенные морской солью глаза, я слабо шевельнула рукой, подтягиваясь вперед... Нужно и Уила с собой захватить, нечего ему мокнуть...
       "Давай, умница! Не сдавайся, двигайся!" -- тихо подбадривало меня в сознании. Она действительно испугалась. 
      Рывок, ещё один. Ползи, давай, девочка. Она права, эта твоя шизофрения. Не смей сдаваться. Ты всегда сражалась до последнего, даже если кричала, что не можешь. И, после всего пережитого, сдашься? 
      Ухватившись за брезент в конце лодки, подтянулась, переваливаясь через бортик и падая внутрь. Здесь сухо, вода не натекает, а значит, здесь я могу попытать удачу и залечить себя. А потом и за парня примусь -- лишь бы дождался. 
       "Анта, слушай меня внимательно. Не отключайся", -- тихо шептала "Я". Мне оставалось лишь усмехнуться в ответ -- даже при всем желании не смогла бы ее заглушить. -- "Я немного покопалась в способностях твоего фрукта, пока отсутствовала. В общем, как оказалось, ты неправильно себя лечишь". 
      -- Пр-равда? -- не смогла удержаться я, тут же закашлявшись и харкая кровью. Сознание начинало медленно уплывать.
       "Молчи! Просто не отключайся. Я не могу это тело даже моргнуть заставить!" -- взревело внутри. -- "Пламя. Твое пламя, белое. Ты им пользуешься для демонстрации способностей, шутя, не обжигая. А им лечить нужно. И себя в том числе. Как тот Феникс, из пиратов, помнишь его?"
      Феникс? Это Марко, который? Да. Мне его ещё братья сватали, психи... 
       "Просто покрой себя этим огнем и дай ему команду лечить. Ты никогда им не пользовалась до этого в таком ключе, вот оно и не появляется сейчас. У тебя внутри нужно все по команде делать. Не понимаю из-за чего это. Но похоже на работу этих твоих компьютеров".
      -- Программа...
       "Да, именно", -- в сознании согласно кивнули. -- "Давай, начинай. Оно и просушит и залечит. А еду, потом, в вещмешке возьмем. Давай, не медли. Слишком много крови уже потеряла. Да и мальчишку спасать надо -- у него голова пробита". 
      Я послушно прикрыла глаза, которыми до этого бессмысленно смотрела в стенку, за которой где-то там, вдали, был мой маленький, разваливающийся корабль, с маленькой, но такой любимой командой. 
      Как же мне холодно. И спать хочется...
       "АНТА!" 
      Да-да, уже загораюсь. Команды, значит, надо подавать? Тогда фиксируй, диспетчер: хочу регенерацию. Хорошую. И чтобы лечила быстро и самостоятельно. Выполняй. 
      Тело мгновенно охватило белоснежное пламя, пробегая и, потрескивая, щекоча. Сразу начало отпускать и расслаблять, стирая боль и позволяя вздохнуть неожиданно легко. Низ живота вновь почувствовался как что-то свое, не чужое. 
      -- Спасибо, милая, -- прошептала, ползком выбираясь обратно наружу и, кое-как, притягивая к себе насквозь промокшего парня, бледного как мел. Да, у него действительно кровит висок и затылок. Обхватив его, откинулась на дно, пуская огонек ему на голову и искренне молясь, чтобы пламя успело подлечить его раньше, чем морская вода зальет и эту часть лодки. А потом я отключилась. 


      -- Вот скажи, как ты вот так умудряешься не нервничать? -- строя удивленные глаза, спросила Валюша, однокурсница. Толпясь у кабинета преподавателя перед экзаменом, народ шумел, нервно смеялся, шептался и в последний раз пересматривал конспекты.
      Стоя возле стены в стороне, я не сразу поняла, что она обращается ко мне. 
      -- Да просто незачем волноваться. Что есть, то есть. Перед смертью не надышишься. Не напрягайся, -- тихонько фыркнув, отозвалась в ответ, внимательно окидывая взглядом собравшихся. Приснилось, что ли, пока стояла? Надо же, муть какая...
       -- Чёрт, я не могу так. Еще и есть начинаю! -- капризно надув губы, отозвалась она. Стоящая рядом Вика снисходительно фыркнула, после широко улыбнулась. Староста.
      -- Сколько людей, столько и основ поведения. Ну, а вообще, просто нужно было на все лекции ходить, вот и все. 
      -- Да ну, скучно же, -- капризно протянула Валюша, кривя губы. -- Это надо на первую пару было вставать... Ну его. Сдам как-нибудь. Блин, умела бы рисовать, как Эльвира, уже давно бы подкатила и все устроила. Рисунок и стих. Черт, заплачу деньги, если что. 
      -- Ну, вот и всё. А вообще сдадим мы, никуда не денемся. Четвертый курс уже, они нас не могут завалить, им еще диплом писать будут, а это премия...
      Слушая перебранку подруг, никак не могла понять: мне действительно все померещилось? Какая же белиберда, порой, выходит. Да... Наверное, находясь в открытом море, в хлипкой лодочке с малым количеством пропитания, под бушующим штормом, действительно нужно волноваться. А я спокойна как сытый удав была. Точно сон.
      -- Так, скоро там сдавать? -- не утерпела я.
      -- Да. О, пора! -- хлопнув меня рукой по плечу, Валюша устремилась вперед. Я замешкалась, глядя на втягивающихся в аудиторию студентов. Все равно на заднюю парту уже не успею, а вперед спешить не стоит -- они всегда свободны. 
      -- Давай быстрее, а то реально тут могилу организуют! -- обернувшись, шутканул кто-то, тут же замолкая при виде подоспевшего преподавателя.
      Ой, а у меня даже ручки нет, чтобы писать...
      -- Можешь не спешить, -- фыркнул кто-то позади. Обернувшись, с замирающим сердцем увидела сидящую на лавке, вынесенной в коридор парты, "Я". 
      -- Все же не сон, -- грустно усмехнулась, поворачиваясь к закрывающейся за преподавателем двери. 
      -- Конечно не сон, -- согласно кивнула девочка. Я подошла к двери аудитории, немного приоткрывая и заглядывая внутрь. Начинался экзамен -- к столу преподавателя по одному выходили студенты и тянули билеты. Теория механизмов и машин начинала потихоньку собирать свою бумажную жатву. -- У тебя скучное прошлое. 
      -- Просто ты не на тех моментах присутствуешь, -- вновь усмехнулась, возвращаясь к ней и падая рядом на лавку. -- Экзамены никогда не были чем-то интересным.
      -- Охотно верю, -- как же, все же, дико смотрится ее легкое белое платьице, когда на улице январь месяц. -- Ладно, не в этот раз поговорим. У тебя есть дела и поважнее. Иди. 


      Очнувшись, недоуменно уставилась в темный потолок, лихорадочно соображая, где же я нахожусь. Рванув вперед, удивленно коснулась его руками -- брезент. Значит, действительно -- все вокруг не бред моего сознания.
      Волны продолжали нас нести, подхватывая, и бросая друг на друга, будто споря о том, какая именно должна стать для нас последней. Осторожно высунув нос за пределы брезента, испуганно округлила глаза: наш корабль разнесло в щепы, а то, что осталось, уже трудно было ассоциировать с ним же. Мимо проплыл кусок древесины, с частью надписи "рия", заставив сердце болезненно сжаться. Что стало с остальной командой -- не знаю, они должны были выбраться, как и планировали. Меня же заботило лишь одно: мой лейтенант. 
      Уильям был без сознания, с пробитой головой, из которой и сейчас шла кровь, сколько не зажимай рану и не пытайся залечить ее огнем. Неужели, кайросеки? Нет, пожалуйста, нет... Парень бледнел на глазах, таял. Не зная, что делать, обхватила его руками, прижимая к себе, в надежде, что та искра жизни, что в нем еще теплилась, так быстро не угаснет. Хоть немного согреть, хоть еще немного продержаться -- нам помогут, я знаю. Хоть кто-то, да придет. Поэтому борт судна, огромный, мокрый, пахнущий древесиной и смолой, я восприняла как благословение всех существующих и умерших давным-давно богов, со слезами на глазах встречая быстро спускающихся по доскам трапа людей. А потом наступило бессилие, сковавшее спокойным свинцом, окидывающим взглядом с ног до головы и мимолетно бросая команду "мед блок". 
      Просто помоги. 
  
   Глава 5. Бессилие
  
         Было тихо. Тело легко качало, а вообще, самочувствие было конкретно хреновым -- тошнило и, одновременно с этим, жутко хотелось есть. 
      -- Хм, а тут довольно жарко, -- рядом раздался незнакомый голос, весело усмехнувшийся. Потянуло запахом рома, и послышались глотки. -- Еще немного, и можно будет жарить шашлыки! Айда жарить шашлыки! 
      -- Уймись, -- другой голос, с огромной примесью лени, ответил ему, после послышался долгий зевок. Скрипнули пружины, предположительно кровати. 
      -- Да ладно тебе, будет же весело! -- первый голос просто-таки лучился уверенностью и энтузиазмом. -- Эй, Бен, скажи ему!
      -- Сам говори, -- третий голос был спокойным, размеренным. -- И вообще, пора нам и честь знать. 
      -- Да ладно тебе, неужели возникли идеи по поводу того, как отсюда слинять можно? На палубе далеко не щенок разгуливает, и клыки его жаждут отнюдь не конфет! Да и не хочу я, чтобы он мне пальмы попалил! -- первый голос совершенно искренне возмутился. -- Ну, давайте замутим шашлыки,-- опять заканючил он.
      Кто-то явственно зарычал. Послышались быстрые удаляющиеся, а потом возвращающиеся, шаги. 
      -- Держи и уймись! -- названный Беном явно устал от клянчащего первого голоса. Потянуло запахом жареного мяса. 
      -- Уже приготовили, а мне не сказали? Гады, -- голос на время умолк. -- Парень, чего у тебя глаза такие круглые? Тоже мяса хочешь? -- первый голос к кому-то обратился, не прекращая чавкать.
      -- Нет, не хочу, -- рядом со мной раздался еще один. Такой знакомый, но такой тихий и болезненный... 
      -- Не пугай ребенка, -- сонно вклинился второй. -- Уильям, успокойся. Он не тронет вас.
      -- Трону? Я похож на того, кто обижает детей? -- оскорбленно и сухо поинтересовался первый. Даже чавкать перестал. 
      -- Ты похож на того, от упоминания чьего имени дети безотчетно писаются в пеленки, -- усмехнулся Бен. 
      -- Хм, -- первый голос явно задумался. Или попытался. После уверенно выдал: -- Парень, не бойся меня. 
      -- И вы реально ждете, что я скажу "да ладно, не вопрос"? -- Уил съязвил, после болезненно зашипел. Послышались тихие шаги, и мне на лоб опустилась прохладная ладонь. 
      -- Ха-ха, а ты не промах! -- вместо того чтобы оскорбиться, вновь заржал первый. -- О, ваша коматозная явно приходит в себя.
       -- Мужик, ты когда-нибудь молчишь? -- прохрипела, накрывая ладонь Уила своей, чтобы прохлада продержалась как можно дольше. 
      -- Эй, да у вас что, все в Дозоре такие? Сколько можно обижать маленького Йонко? -- насморочно шмыгнул носом первый голос.
      Кто-то тихо засмеялся, почти неслышно. Интересно, а где я вообще... Йонко, Бен... Щенок, который не является таковым...
      Так, что я помню? Были аборигены и Ручей, и все они, под конец, оказались давным-давно умершими людьми, кто существовал только из-за силы фрукта крови. Фрукт крови -- его обладатель смахнулся со мной, а потом я стала зверем. Потом нас, совершенно непонятно для меня, разъединило, и меня выкинуло на корабль, где из именно моих деток был только Уил. А потом на нас напали пираты и разнесли наше судно. Было много моря и боли. А потом...
      -- Что происходит? -- подскочила на месте, резко принимая сидячее положение и ошалело оглядываясь вокруг. Голова резко закружилась, и перед глазами поплыли разноцветные круги, из-за чего меня повело вперед, заставляя болезненно поморщиться. Шум в ушах начал постепенно сходить на нет, возвращая ясность мышления. 
      Нас подобрали пираты!
      -- Оу, полегче! -- шутливо присвистнул первый голос. Разозлённо повернувшись в его сторону, чтобы высказать всё, что накипело за время прослушивания, вздрогнула. Но слова уже сорвались. 
      -- Заткнись и ешь свой шашлык! -- после голос пропал. Мама...
      Они были разные. Я о Йонко. Совершенно разные. Белоус был не таким. Он был большим и массивным, закрывающим половину неба и сотрясающим своей мощью вторую. Этот же... Три полосы шрама через левый глаз, небритый подбородок, отсутствие левой руки. Волосы, рыжие, но, с таким странным оттенком, что казались красными. Белая рубашка нараспашку, штаны в цветочный узор, какие-то сандалии. Шампур с мясом, зажатый в правой руке. И крайне довольное выражение лица. 
      -- Нравлюсь? -- подмигнул он, широко улыбаясь. 
      -- Твою мать, -- шокировано выдохнула, глядя на этого уникума, развалившегося попой на подушке соседней кровати, и переводя взгляд на других. 
      -- Мать мою не трогай, я еще живой, -- фыркнул он, вгрызаясь в мясо. Я обалдело кивнула головой, рассматривая мужчину рядом с ним, опершегося на стену возле больничной койки. 
      -- Бен Бекман, юная леди, -- приветливо кивнул он головой. Высокий, седеющий мужчина с хвостиком на затылке и шрамом через левый висок и щеку. Темная майка, светлые штаны с карманами, желтый пояс, с заткнутым за него пистолетом. Высокие ботинки. Сигарета в зубах. Теперь знаю, как выглядит старпом пиратского судна. И, в этой парочке он больше походил на капитана... 
      -- Дрого Ди Анта, -- нервно кивнула в ответ. -- Что происходит?
      -- Догадайся, -- обладатель голоса под номером три заставил оскалить клыки.
      -- Откуда ты такой умный вылупился? -- прорычала, сузив глаза. Мужчина в ответ вздернул и без того высокую бровь, глядя на меня снисходительно насмешливо и уютнее устраиваясь внизу кровати. У, индюк напыщенный -- бесишь! 
      -- Анта, перестань, -- тихо прошептал Уил, грузно садясь на мою кровать. 
      -- Братишка, -- быстро развернулась к нему, после вообще вскочила на ноги, помогая ему лечь. -- Как ты?
      Уил тихо выдохнул сквозь сжатые зубы и отрицательно качнул головой, тут же поморщившись. Повязка на голове начала медленно набухать кровью.
      -- Сотрясение мозга, трещина в черепе, три сломанных ребра, вывих руки, -- грозно, хоть и тихо, раздалось позади меня. 
      Медсестра.
      -- Какого чёрта вы тут творите? -- Ух ты, а она куда лучше меня рычит, даже не имея звериных... кхм... генов. -- Жрать на кровати тяжелораненого! Да ещё разбудив и согнав его! Да я вас сейчас!..
      -- Ой-ой, такая красота, не стоит ее портить гневом... -- примиряюще поднял руку с прилично объеденным шашлыком Шанкс, но не преуспел. Гнев девушки в коротком белом халатике и леопардовых ботфортах был куда сильнее сладких речей. 
      -- Пошли вон от них! -- я шокировано подалась назад, после присела на стул, прижимая уши и глядя на нее круглыми глазами. Она. Кричит. На. Йонко. 
      У нее стальные яйца!
      -- Феникс, мать твою! Ты же тут же сидишь! Какого черта ты им позволяешь творить подобное в моём медблоке?! -- накинулась она на него, напирая шикарным бюстом. -- Чтобы духу вашего тут не было!
      -- Без проблем, йой, -- он тихо усмехнулся и, даже не взглянув на меня или Уила, который, между прочим, и по его вине тоже сейчас хватался за голову, встал и прошел на выход, за ширму. 
      -- Хэй, седая коматозница, -- миролюбиво кивнул мне Шанкс, вставая со своего места с напускной тяжестью. Я злобно зыркнула из-подо лба, но ничего не ответила. Мужчина был какой-то неправильный: смеялся, ел шашлык в медблоке, делал вид, что испугался слов медсестры, да и вообще вел себя открыто. Он больше напоминал какого-то городского дурачка, нежели обладателя огромной силы и власти. -- Ну-ну, не смотри на меня так злобно! 
      -- Я не седая, -- прошептала, не в силах повысить на него голос. Может, он из тех, кто убивает с улыбкой на лице и спокойной совестью? 
      -- Ахах! -- прыснул он. Я еще сильнее оскалилась, давя рычание возникающее в глубине горла. -- Какая смешная!
       "Я убью тебя последней" -- у меня в голове мгновенно всплыла эта фраза голосом "Я", которая сейчас, почему-то, молчала. Даже странно немного.
      -- Иди и сделай что-нибудь со своим зверем на палубе, -- он чуть нахмурился. -- Мы не трогали его, но он чересчур буйный -- всю команду загнал по норам.
      -- Заткнись, -- прилетело тихо откуда-то издалека. Феникс не разделял его веселья, что добавило в адрес Шанкса очков симпатии с моей стороны. 
      -- Пф, -- закатил он глаза. -- Я не против задержаться тут еще: такая приятная компания и такие виды, -- перешел он на мурлыкающие ноты, приближаясь к медсестре, буквально испепеляющую его взглядом. 
      -- Вон пошел, -- тихо, четко, спокойно. Шанкс поднял руку вверх и быстро капитулировал куда-то вглубь комнаты. -- Ты. -- Я вздрогнула, поднимая на нее испуганный взгляд. -- У тебя обломки кайросеки в крыле -- ты как-то смогла его убрать, поэтому я ничем помочь с ним не могу. Со всем остальным у тебя все в порядке, разве что организм ужасно истощен -- тебе нужно как можно больше есть и спать. 
      -- Спасибо за помощь, -- мрачно кивнула, сверля ее настороженным взглядом. Пиратская медсестра, а заботливо относится к детишкам из Дозора. -- Я дальше сама справлюсь, а вы помогите Уилу. 
      -- Естественно -- это моя работа! -- скрестила она руки на груди. -- Так, хватит лясы точить -- вали на палубу и усмиряй своего песика, пока он нам ничего не подпалил или кого еще не подрал.
      -- Песик? О ком вы, я не понимаю, -- непонимающе покачала головой, вставая со своего стула и выходя наружу. -- Кто-то пострадал? 
      -- Симаргл вернулся к тебе, -- тихо прошептал мой лейтенант. Бледный как смерть, буквально синий с прозеленью. 
      -- Живо на палубу! -- рыкнула она, подбегая к нему. 
      -- Кого он подрал? -- чувствуя, как внутри что-то холодеет, закрутила я головой по сторонам. В огромном помещении было достаточно много народа, отпечатывающегося в сознании яркими вспышками. Шанкс, на их фоне, сверкал как та сверхновая, наверное, даже перекрывая своим светом находящихся рядом с ним. 
      -- Не беспокойся, дозорная, -- Бен Бекман был удивительно спокоен, бесшумно возникая рядом со мной. -- Он напал на человека, способного дать ему отпор. Во всяком случае, узнать то, на что действительно способен твой зверь, мы так и не успели -- все вовремя укрылись. Несколько человек из младшего звена получили ожоги, но и они уже приходят в норму.
      -- Хех, -- усмехнулась, окидывая взглядом помещение. Ожоги... 
      -- Что насмешило? -- с примесью легкого удивления поинтересовался мужчина.
      Бросив еще один взгляд на пиратскую команду и скользнув презрительным по сидящему на колченогом табурете возле какой-то койки Фениксу, который в ответ легко сморщился, повернулась обратно к Бену.
      -- Меня насмешило то, что вы, первый человек Шанкса, отчитываетесь о состоянии здоровья команды другого Йонко, когда тут недалеко его собственный старпом зад протирает, -- усмехнулась, четко проговорив эту фразу. В помещении сразу повеяло холодом. Шанкс, кажется, наоборот любопытно заерзал на отвоеванной табуретке, явно предчувствуя веселье. Я же решила больше не задерживаться в помещении, быстро выходя наружу, туда, где на огромнейшей палубе носился огненный вихрь, рыча и выбивая щепки из досок палубы.
      Вашу ж мать, какая красота! 
      Сдается мне, было что-то нарциссическое в этом любовании. Но это было последним, что волновало меня в тот момент. Нильс был прав -- красотища. Пламя выло, грохотало, вилось разными цветами во все стороны и вообще вело себя так, будто просто не могло принять какую-то форму. Уцепившись за это сравнение, попыталась мысленно потянуться к нему, приманивая к себе -- оно же часть меня. Ответ пришел незамедлительно: громкий рык-стон и по мозгам что-то сильно ударило, проносясь через сознание огненным смерчем. И, не у одной меня: взвыли любопытные морды, высунувшиеся наружу, чтобы лучше видеть происходящее, да откуда-то из недр медблока громко выругался Шанкс.
      -- Вы мою бутылку разбили! -- пылая гневом, выскочил наружу, потрясая разбитым горлышком в мокрой руке. -- Не стыдно?!
      -- Извините, я попрошу его быть осторожнее, -- немного сбледнула, вновь поворачиваясь к ревущей стихии. Не так-то все и просто, оказывается.
      -- Хех, ну, давай, хочу на это посмотреть, -- откинулся на косяк мужчина, сверля меня насмешливым взглядом.
      Внутренне поежившись, попробовала еще одну попытку. В этот раз ответная реакция прошлась чуть левее, из-за чего послышался мат уже откуда-то оттуда. 
      -- Какого черта вы творите?! -- О, Сатч. Не ожидала его тут увидеть, хотя... Где же мне тогда его и нужно было бы встретить? 
      -- Ты разбила его любимую кружку. И вообще весь сервиз, -- тихо проинформировал меня Харута, осторожно выглядывающий из бокового июллюминатора. Часть роскошной шевелюры была подпалена, да и вообще вся мордашка была измазана пеплом и копотью, наверное, был в эпицентре всех действий. 
      -- Не я. Он, не я. Я так никогда не умела, -- отрицательно помотала головой.
      -- Бывает. Мелкая же еще, -- пожал плечами влезший в разговор Шанкс. -- И огнем совершенно не умеешь руководить.
      -- Это я умею! -- разозлилась, чувствуя внутри себя микс из горечи и страха. Пламя напротив меня было диким и необузданным -- а вдруг, и правда, не смогу?
      -- Ага-ага, -- понимающе закивал он головой, явно усмехаясь. -- Зверька своего обуздай, иначе... сдуем в море. 
      Да как ты смеешь издеваться над моей частью? Не позволю. Не позволю его обидеть. Он это я. Рыжая зараза, не зли меня. 
      -- Ко мне, тварь! -- взревела, повернувшись в сторону огня. -- КО МНЕ!! 
      Он резко замер. Вообще все замерло. А потом, взвыв и зарычав, всё начало резко комкаться вместе, вливаясь в одну точку, быстро уплотняющуюся и увеличивающуюся в размерах. Момент, когда эта точка метнулась ко мне, отметить не успела. Поняла всю опасность лишь тогда, когда Шанкс, резко кинулся вперед и схватил щелкающего клювом Харуту, вылезшего наружу, за шкирку, тикая обратно в медблок.
      А зверь был прекрасен: белоснежная шерсть, отливающая золотом и серебром, длинная морда с желтыми глазами и розовым носом. Волчьи ушки и шикарная грива. Мощное тело, на длинных лапах с внушительными когтями. И раздраженно хлещущий себя по ребрам львиный хвост. 
      -- Гррр, -- угрожающе оскалился он, подкрадываясь ко мне. 
      -- Место! -- указала я возле себя, мрачно глядя ему в глаза. Зверь стушевался, неуверенно вильнув хвостом. -- Ко мне! Живо!
      -- Ауууу, -- неожиданно заскулил он, падая на брюхо, подползая ко мне и принимаясь ластиться. 
      -- Всё, концерт окончен? -- Да что ж ему за дверью-то не сидится? Как он вообще дожил до этого дня?! Зверь моментально вскочил на ноги и оскалился в его сторону. -- Ой, боюсь-боюсь! 
      -- Сидеть! -- Симаргл послушно рухнул попой на доски палубы, высунув язык на бок и не сводя взгляда с мужчины. -- Да, мы закончили.
      -- Это точно? -- воровато высунулась моська Харуты. 
      -- Приди и проверь, -- усмехнулась, широким жестом указывая в сторону зверя. Паренек заинтересованно сверкнул глазами и ящеркой кинулся вперед, обходя кого-то из своей команды, попытавшегося его остановить. 
      Зверь напрягся, выпрямляясь и настороженно поводя носом. Пришлось успокаивающе потрепать его по гриве, зарываясь пальцами в мягкий огонь. Симаргл довольно заурчал, наклоняясь ко мне и утыкаясь, неожиданно мокрым носом, в шею. 
      -- Он не обожжет? -- неуверенно замер рядом с нами паренек, восторженно окидывая взглядом громадину, что была на голову выше. 
      -- Честно? Не знаю, -- пожала плечами. -- Мне действительно неизвестно -- обожжет или нет. 
      -- Хорошо, я...
      -- Сначала я, -- Симаргл неожиданно грозно рявкнул, когда рядом резко появился Феникс, перехватывая потянувшуюся руку Харуты и запихивая его себе за спину. Мужчина быстро махнул в сторону зверя крылом, заряжая синим пламенем ему по носу и вызывая новый грозный рык. Быстро обогнув его, рванула Харуту на себя, отскакивая назад. Ну их, перебесятся и разойдутся. 
      -- Думаю, не стоит им мешать, -- посмеиваясь, отошла с ним к камбузу, откуда на нас мрачно смотрел Саччи, сжимающий в руках большую ложку. 
      -- Но потом же я смогу его погладить? -- Я не знаю, тренировался он на ком-то или нет, но столь проникающий в самую душу щенячий взгляд, мне еще не доводилось видеть. 
      -- Скажи, ты на ком-то тренировался? -- скорее для себя, чем для ответа, спросила, поворачиваясь к комдиву четвертого дивизиона и напряженно глядя на него. -- Здрасьте.
      -- И тебе не болеть, -- кивнул он, от чего помпадур на его голове смешно качнулся. -- Моя чашка...
      -- Соболезную вашей утрате, -- виновато потупила взгляд, чуть оглядываясь назад. Птица Феникс и крылатый Симаргл за это время успели перейти на личности, начав активные действия и устремляясь в небо. 
      -- Да, не стоит им мешать, -- хихикнул Харута, так же глядя в ту сторону. -- Пора делать ставки...
       "Главное первому не говорить об этом", -- весело усмехнулась, вновь глядя на Сатча. Кажется, за посуду у меня еще спросят. 

      Шанкс избавил нас, от своей нескромной персоны спустя два дня. В команде все вздохнули с нескрываемым облегчением -- Йонко не Йонко, а заколебал конкретно. Он доводил до белого каления и явно получал от этого удовольствие. И, явно поощрял обнажающиеся зубки команды Белоуса, когда те уже не могли терпеть издевательства. Пару раз забегал в медблок, заставляя меня гневно ощериться и тем самым вызывая у него приступы веселья, будто я какой-то цирк. Поэтому, когда с напускной грустью в голосе, Шанкс с нами раскланялся, даже Стефан, корабельный пес, радостно махнул ему вслед хвостом, прежде чем удалиться в тень навеса. Ему итак доставалось за эти дни, когда был замечен моим зверем, и началась драка за территорию. Вышедший, однажды, на пьянку, Белоус быстро разнял бело-рычащее кубло, надавав тумаков и отправив в полет куда-то вглубь Моби Дика. После этого звери заключили какое-то негласное соглашение и перестали размечать территорию, стараясь по возможности больше не пересекаться. 
      А я? Что я... Я все это время просидела в медблоке, напрочь отказавшись выходить наружу, и подписавшись на круглосуточное бдение за потерявшим сознание Уилом. После того разговора в первый мой день на корабле, он больше не приходил в себя, мечась в бреду и поту. 
      Не смей меня бросать, слышишь? Не смей!
      Единственным моим постоянным посетителем был Харута, приносящий мне еду и беспокойно заглядывающий в глаза, когда я отворачивалась. Пока я находилась в маленьком закутке с койкой Уила, засыпая прямо там же, на стуле, мне было относительно легко. Подавленная гигантским усилием воли Воля, как бы смешно это не звучало, больше не докладывала мне о том, кто, где находился и, о чудо! -- не сообщала о том, где здесь обитает Белоус, который своим присутствием затмевал все, что было в голове. В ответ на мою невольную жалобу о постоянной головной боле, из-за подобных ощущений, Харута тихо объяснил, что так поступает только-только пробудившаяся Воля Наблюдения, когда ниточками распускается во все стороны и "касается" всего, что находит на своем пути. И, от подобной информации, меня стало еще сильнее тошнить -- я Волей почти год владела и свято верила в то, что она у меня достаточно прокачана. Оказалось, что даже у того же Харуты она была куда как сильнее развита. 

      На третий день меня-таки выковыряли наружу и всучили в руки швабру и тряпку. К несчастью, новой одеждой меня так и не порадовали, и это было куда как унизительнее, чем вообще могло быть -- капитан Дозора моет палубу пиратского судна. Капитан Дозора, одетый в обрывки своей формы, в которой вместо нормальных штанов, были какие-то дырявые шорты и опаленная, рваная безрукавка. Куртка, из-за жары, осталась на стуле у кровати Уила. Да и хрен с ней -- тут чисто внутренние чувства и достоинства идут. 
      Я мою палубу пиратам. Я мою палубу этим гребаным ублюдкам и мне плевать, что это Йонко. Что этот человек был тем, кто взял под свой контроль множество земель, в том числе и Остров Рыболюдей. Что этот человек сдерживает неизбежный, в случае его гибели, поток пиратов, которые не станут разводить сантименты и, огнем и мечом пройдутся по маленьким прибрежным деревенькам, убивая, грабя и насилуя. 
      И даже то, что Харута был моим другом, пусть и пиратом, не уменьшало моих отрицательных эмоций в адрес этого ремесла. Я все еще помнила кровь своих деток на их руках. 
      -- Ай! -- что-то прилетело мне в голову, больно стукнув по затылку и шлепнувшись рядом, тем самым вырывая из гневных и депрессивных мыслей. Отставив швабру в сторону, любопытно нагнулась к длинной бумажной трубочке, поднимая ее и обнаруживая свернутую газету. 
      Вскинув бровь, принялась любопытно читать первую страницу с заголовками. Так-с, что тут у нас интересного? Очередное празднество на Сабаоди, визит высокопоставленного Дворянина на один из островов Нового Мира, вылазка на зачистку и последующая трагическая гибель Капитана третьего ранга, побег из тюрьмы города...
      Гибель?!
      -- Юная леди, что-то случилось? У вас столь печальный вид, -- подкручивая длинный черный ус и щурясь на солнце, тихо подошел сэр Виста, любопытно нагибаясь и заглядывая мне в газету, в процессе создавая тень. Мужик, стой со стороны солнца вечно, пока я мою вашу гребаную палубу! -- О, неужели и правда? -- и быстрым движением руки отобрал у меня корреспонденцию, тут же выпрямляясь. 
      Посмотрев наверх, туда, где терялась его голова в высокой шляпе, возмущенно зарычала, подпрыгивая и силясь отобрать бумажки. Увы, с ростом мне не повезло -- Виста был гораздо выше. 
      -- Что там? Там про Дозор! Ответь! -- Окрестный люд уже начинал весело подхихикивать, наблюдая мои козьи скачки вокруг какого-то там комдива. 
      -- Идем в столовую, там и услышишь, -- кивнул он мне, быстро идя в том направлении. Неуверенно взглянув на швабру и ведро с водой, подхватила их, устремляясь следом. 
       Было немного страшно и пугающе, да и гордость вопила во все горло: собрались все присутствующие на этот момент командиры, не ушедшие в патрулирование с другими судами, усаживаясь за столы, где им тут же налили чай или становясь у стены, скрещивая руки на груди и сверля окружающих спокойным серым взглядом. Да-да, Феникс так же притащил свою основательно подпаленную задницу, которую мой милый звереныш ему начистил. Удивительно, не так ли? Командир первого дивизиона просто не смог ничего противопоставить Симарглу -- зверю, чье поведение Волей Наблюдения так просто не прочтешь. В отличие от моего: вон, как мрачно смотрит в моем направлении, пока я делаю независимый вид и увлеченно соскабливаю мокрой тряпкой верхний слой досок, пока сердце в груди бьется по странной траектории -- от горла до пяток и обратно. 
      Из всех собравшихся, я знала только Феникса, Харуту, Висту и Сатча -- последний почти не участвовал в обсуждении, постоянно убегая на кухню, где готовился обед для команды. В животе, от запахов с той стороны, предательски заурчало, намекая на новый прием пищи. Увы -- мне итак давали тройную порцию, которую я уминала за пару минут. Просить еще было реально страшно, а идти на кухню, где можно было урвать куда как больше, пока повара готовили, как посоветовал как-то Харута, было боязно. Сатч мне ничего плохого не сделал бы, я уверена, но все равно не хотелось бы провоцировать пиратов -- мелкая или нет, но я дозорная, а там, поди узнай, кто из сыновей Папы Уса нормальный, а кто со сдвинутой психикой. 
      -- Это наш остров! -- задумавшись, пропустила всю ту небольшую статейку, которую зачитал Виста, и теперь зло кусала губы, в надежде уловить всю суть из последующих разговоров. Их остров?..
      -- Эй, дозорная! -- мне пришлось повернуть к ним голову, чтобы не приняли за глухую и не стали издеваться, как тот Шанкс. -- Это ты тот самый капитан? 
      -- Не знаю, -- пожала плечами. -- В статье, кажется, написано, что капитан погиб? Но, я-то живее всех живых.
      -- Ты пропала в море. Вашу шлюпку нашли в разбитом состоянии, из-за чего можно сделать вывод, что вы попали под обстрел и, после, в шторм. Вокруг того острова как раз бушует один из таких. Как ты это объяснишь? 
      -- Библикарта, -- пожала плечами, глядя на них невинными глазами. -- У меня есть библикарта, там, в Маринфорде. 
      -- Тогда почему они пишут обратное? -- прищурился Виста. 
      Мне неожиданно стало смешно. Нет, ну что они мне могут сделать? За Уила я не беспокоилась -- медсестры за больного паренька костьми лягут, им по барабану то, кто он. А я... Я Симаргла позову, вот.
      -- Как почему? -- округлила глаза и склонила голову набок. -- Чтобы обмануть глупых и бесчестных братиков-пиратиков и, в одну темную и безлунную ночь, пробраться к ним на корабль и вырезать всех до едина, -- слегка напевно закончила, наслаждаясь семью мрачными мордами в ответ. -- Вы что, серьезно считаете, что я знаю?! Я давала свою библикарту Маринфорду, лично на хранение Монки Ди Гарпу и никаких протоколов на тему, вот таких вот сообщений, как в газете, нам не выдавали. Я понятие не имею, почему числюсь в покойниках.
      -- Она не врет, -- спустя несколько минут молчания, за которые я успела раскаяться в слишком громких и наглых фразах, выдал Феникс. -- Но и верить ей тоже не стоит. 
      О, спасибо, недруг дорогой. Я тоже чувствую огромную неприязнь в твой адрес. Жаль, никак не дорасту до того, чтобы лично все в лицо высказать и по щам не получить. 
      -- И что будем делать? -- прилетел вопрос от незнакомого мне комдива. Высокая такая горка, в некоем подобии легкого доспеха. 
      -- Да как всегда, -- презрительно фыркнул еще один, покуривающий длинную трубку. Если бы не откровенно мужские плечи и куда более широкие кисти рук, приняла бы за женщину. Красивую женщину, с какой-то сложной прической из тяжелых, черных волос, заколотых витыми кандзаси, чуть подкрашенными алой краской губами, и одетой в темное шелковое кимоно и деревянные гэта. -- У Дозора кишка тонка на нас напасть. Вспомни, что было в последний раз, когда они рискнули на нас Вызов Пяти опробовать? Вот-вот, ради одной девчонки и ее побитого брата на нас не сунутся. 
      Если Мар и Эл, все же, узнают о том, что я жива -- сунутся. Глотки перегрызут всем, кого встретят на своем пути, но доберутся сюда. Только вот... Если Дозор не знает о том, что меня подобрал Белоус, то тогда я действительно не понимаю, какой резон делать меня мертвой? Объявить, что я пропала без вести, и ведутся поиски, было бы куда как правильнее. Может, они не все из газеты зачитали?
      -- Извините, а не могли вы дать мне прочесть эту статью? -- повернулась к ним, с падающим в пятки сердцем сталкиваясь с пристальными взглядами. Харута, даже он, смотрел на меня с затаенной опаской, будто я могла что-то им сделать...
      -- Да, бери, -- согласно кивнул мужчина, бросая на мою часть стола газету. Внутри что-то злобно клацнуло зубами на такое вот отношение, но делать нечего -- не я, так мои коллеги такое заслужили с их стороны. Я просто еще одна из их врагов.
       "Вылазка на зачистку и последующая трагическая гибель Капитана третьего ранга" -- быстро пробежалась взглядом по заголовку. Так, страница три, листаем...
       "В результате выполнения спец миссии, данной командованием Маринфорда, корабль "Глория" со своим экипажем, в составе которого был Капитан третьего ранга Дрого Ди Анта, и потомственный дворянин и офицер в звании лейтенанта Моркрафт Уильям, была выполнена зачистка острова Мода на Гранд Лаин. Операция заняла куда большие сроки и, капитану судна пришлось затребовать поддержку у ближайшей Базы Дозора, в которой ему отказали.
      Правительственный заговор или просто распоясавшееся командование? Ответ неизвестен, так как капитан Базы Флора отказался от дачи показаний. По поводу этого вопроса будем держать вас в курсе дела.
      Поддержка, пусть и с задержкой в сутки, была отправлена и, даже удалось спасти большую часть команды. Остальные, включая Капитана третьего ранга и лейтенанта, отплыли на своем корабле "Глория", пострадавшем во время швартовки. По неподтвержденным пока данным, корабль попал в пиратскую засаду где, в результате непродолжительного боя, победил, но, из-за полученных повреждений, пробыл на ходу недолго. Выжившие члены команды доложили, что Капитан третьего ранга и его лейтенант погибли в результате боевых действий. Все попытки считать их пропавшими без вести так же были сведены на нет -- как сообщил Хикару Юу, заместитель по особо важным делам, оба являлись фруктовиками, поэтому, шансов на выживание не было. 
      В связи с героизмом, проявленным при выполнении миссии, Дрого Ди Анта посмертно получает официальное звание Капитана Второго Ранга, а Моркрафт Уильям получает звание Капитан -- Лейтенанта. 
      Приносим свои искренние соболезнования семьям Дрого Ди, Моркрафт и экипажу корабля "Глория". С вами была..."
      -- Чё?! -- вылупилась я, еще раз перепрочитав статью. -- Ась?
      -- Что-то удивляет? -- наклонил голову вбок горкоподобный. Черт, как же его там? Джордж? Джеф? Джоз? 
      -- Посмертное повышение в звании, -- севшим голосом поделилась, перелистывая страницу и понимая, что больше информации не встречу. 
      -- Ну, так круто же, нет? -- подал, наконец-то, голос Харута. 
      -- Не то слово, -- не стала отрицать, хмурясь и не находя между строк ничего, что хоть как-то пролило бы свет на происходящее. Как в тумане все, вот же. Но, то, что команда спаслась -- радует. Я просто уверена, что все, кроме погибших при столкновении с пиратами, живы. Эта журналюга часто все преувеличивает -- нужно будет как-нибудь подловить ее в тихом переулке. 
      -- А этому Хикару верить можно? -- поерзал на месте паренек.
      -- Помнишь капитана из поверки на Елене? -- дождавшись согласного кивка, продолжила. -- Это и есть Хикару. И я ему полностью и безоговорочно доверяю. Да и сообщил он все верно -- и я, и Уил были замечены последние разы как раз перед взрывами. Логично предположить, что раз нас не убило осколками, то поглотило море. 
       -- И что дальше планируешь? 
       -- Дождаться ближайшей обитаемой суши и свалить, -- выгнула бровь. -- Теплых чувств я к вам не питаю.
      -- Взаимно, -- качнул головой женоподобный. -- Остров Мода является частью наших владений. Хотелось бы знать, что там...
      -- Там, в течение пятидесяти лет, свирепствовал взбесившийся фруктовик с силой крови, которому убитые когда-то давно аборигены, а после воскресшие по его, вернее, ее воле, приносили кровавые жертвы из приплывающих на их остров людей. Не щадили никого: дети, женщины, старики -- купцы, пираты, дозорные, Высшая знать -- все там обрели свое последнее пристанище. А вы, гордо называя это место своей территорией, прощелкали клювом подобное побоище! -- окончательно разозлившись, еще и от того, что лица некоторых приобрели удивленное выражение, припечатала я. -- Мы вступили в бой, и я лично уничтожила носителя этой дрянной способности, пока вы плавали где-то там, вдалеке, и трахали портовых шлюх! А сейчас, уж простите, я пойду дальше мыть вашу гребаную палубу и отрабатывать кусок хлеба себе и своему брату! -- мрачно закончила, удобнее перехватывая швабру, беря ведро с водой, разворачиваясь на носках и, взбешенно хлеща себя хвостом по бокам, быстро поднимаясь по ступенькам наверх, к двери.
      -- Класс. Нам моет палубу агрессивно настроенный Капитан второго ранга с огненной псиной на подхвате, -- тихо донеслось мне вслед. Голос незнакомый, наверное, тот последний, не участвующий в дискуссии рыбочеловек. 
      А то, что я теперь второго ранга -- еще убийственнее для самолюбия, когда шваброй пиратскую палубу полируешь. 
  
   Пересечение
  
   -- Полируй тщательнее, резче.
   Если бы можно было давать оценку тому, насколько сильно я ненавижу всех их, я бы выдала максимум по всем шкалам. Это же надо -- рассесться по бортам этой круглой палубы и с довольными мордами командировать процессом! К счастью, на сошек поменьше управа была и, сейчас она с широким оскалом на клыкастой морде, тихо подползала к ним со спины, веселя уже галерку с носовой надстройки, которая что есть сил сдерживалась, лишь бы не заржать.
   -- Эй, вон там пятнышко пропустила, -- важно указал один из них, весело пыхтя сигареткой. Довякался.
   Грозный рык из-за спины резко заставил их взвиться в воздух, быстро прижав руки к укушенной и опаленным задницам -- Симарглу явно не пришлось по вкусу издевательство над хозяйкой. Да и я, что удивительно, так же могла немного контролировать своего зверя, неслышимыми приказами посылая его туда, куда нужно, и чем воспользовалась и в этот раз. О том, каким фруктом владею я, никто не спрашивал, хотя то, что в мою сторону нет-нет, да косились особо любопытные, не заметить не могла. Ситуация начинала напоминать мне мои студенческие будни на Лилии, когда следом постоянно кто-то ходил хвостиком да особо просветленные шептались по углам, бросая любопытные взгляды. Только теперь это нервировало куда как сильнее: пиратов было в несколько раз больше, чем вообще всего народа на Базе -- не столкнуться или пересечься с кем-то в течение пяти минут было уже подвигом. Можно было смело начинать практиковать техники на звание ассасина или, на крайний случай, ниндзя.
   И, вот так вот, спокойно продолжая мыть палубу и, время от времени промывать тряпку в ставшем уже родным ведре, краем уха уловила непонятный еще ажиотаж, созданный мелким Харутой и парочкой мужичков. И не особо мне понравилось это тихое перешептывание да редкие бросаемые в мою сторону веселые взгляды. Нахмурившись, подхватила ведро и, положив древко на плечо, поспешила ретироваться на нижнюю палубу, а оттуда в кладовку, где жили швабры и ведра.
   Увы, не сошлось.
   -- Постой-ка! -- звонко окликнул паренек, пресекая все мои попытки на побег. Незаметно переведя дыхание, повернулась к нему, мрачно глядя в веселые глаза напротив.
   -- Мы тут посовещались и решили: тебе нужна новая одежда, так как эта слишком открытая. Но просто так дать что-то дозорному? Нет, это будет не особо честно, ведь нам от вас ничего так просто, кроме наручников и смерти, не приходит, -- задумчиво склонил он голову набок.
   -- Перестань говорить таким тоном: ты опошляешь само понимание серьезности, -- вскинула бровь, усмехнувшись. Харута мгновенно надулся, став резко похожим на взъерошенного хомячка.
   -- Я с тобой серьезно, а ты!.. -- стукнул он меня кулаком в грудь. Ткань опасно затрещала, заставив нас на мгновение замереть.
   -- Да я тоже не шучу, -- пожала плечами, делая плавный шаг назад. Шмот мне действительно был нужен -- если шорты еще держались, то обрывки безрукавки уже заставляли тихо плакать. -- Что удумал?
   -- Поединок! -- азартно воскликнул он.
   -- С кем? -- обреченно протянула, ставя ведро на палубу и прислоняя к нему древко швабры. -- Немного напоминает бои у заключённых, знаешь ли. Нам успели рассказать многое о затеях пиратов, в том числе и издевательство над пленными, когда их заставляют драться между собой или против одного из членов пиратской команды. Не особо впечатлило, знаешь ли.
   -- Нет, что ты -- просто смахнемся. А за участие нормальную одежду дадим, а то народ уже облизывается... -- мрачно свернул он глазами на хихикающих сокомандников. -- Соглашайся. Мы же видим -- ты птица гордая, сама не попросишь.
   Ох ты ж, какие мы наблюдательные! Хотя само отношение пиратского люда меня конкретно бесило: складывалось ощущение, что мы в гостях на длительном проживании, а не... Хм, а ведь я даже не знаю, как это охарактеризовать -- они вообще не должны были нам помогать. Неужели, Харута просил за нас? Стыд и позор.
   -- Мне от пиратов ничего и не нужно, кроме как отказ от грабежа и насилия, -- фыркнула, складывая руки на груди. -- Могу даже милостиво разрешить не сдаваться в руки Правосудия, если уплывете далеко-далеко и больше никогда и носа не сунете в моря.
   -- Ну, для такого дела нужно Отца победить, а он самый сильный! -- засмеялся Харута. -- Лучше стань частью нашей команды...
   -- А ты сможешь доверять человеку, который может предать? -- задушевно поинтересовалась, приближаясь к нему и немного наклоняясь, лоб ко лбу. -- Предавший однажды предаст и дважды. Сможешь ли ты, зная это, все же пустить в свою семью подобное?
   Парень замер, глядя на меня круглыми глазами. Скорее всего, так он события не воспринимал, предлагая вступить в команду от чистого сердца. А я опять все с ног на голову поставила...
   -- Я смогу впустить в свою семью тебя, -- неожиданно твердо ответил он, глядя на меня пристальным взглядом. -- Того, через что мы успели пройти, достаточно, чтобы я не боялся поворачиваться к тебе спиной. Чтобы там у тебя не было в прошлом и чему бы тебя ни учили -- ты человек чести. И, как я понял, у тебя свои правила и законы.
   Ты только Дозору не говори, хорошо? Иначе меня... эх, а меня и так привлекут к ответственности, если узнают о том, что я на корабле Белоуса спокойно разгуливаю. Как бы дело Импел Дауном не закончилось: там предавших Дозор не жалуют.
   -- Но сало лучше перепрятать, -- покачала головой, выпрямляясь. Мда, не зря он командует дивизионом -- есть за что. Так посмотришь на всех со стороны и оказывается, что все они заслуживают звания капитанов и командиров, в то время как я только и могу, как ныть, трястись за свою команду и постоянно что-то упускать из виду. Ладно, будем оттачивать навыки по-новому, в новых условиях и во вражеском стане.
   -- Ну что? -- он нетерпеливо качнул головой.
   -- Против кого? -- решительно прищурилась. Тут утром кто-то приплыл -- я в медблоке была, помогала менять постельное белье и перевязки Уилу, а потому не смогла разузнать.
   -- Я. Меня, -- блеснул глазами парнишка.
   -- Хорошо, -- грустно вздохнула, понимая, что идти на попятную поздно. -- И где все это должно... Он что, тоже будет смотреть?! -- ужаснулась, ощущая, как тихо гудят доски палубы под тяжелыми шагами. -- Сэр Эдвард будет смотреть?!
   -- Ну, он хочет, почему бы и нет, -- пожал плечами Харута, весело маша ему рукой. Белоус в ответ так же вскинул ладонь, довольно садясь на специальное место, наподобие большого кресла-трона, установленного на палубе, облокачиваясь на спинку и терпеливо ожидая, пока медсестры быстро наладят все оборудование и подсоединят капельницы и еще что-то непонятное, для прослушивания сердца.
   Сердце с грохотом обвалилось куда-то вниз, сквозь доски корабля, в глубины моря-океана. Я не хочу при нем. Не хочу!
   -- Начинайте уже, детишки, -- громыхнул Эдвард, весело сверкнув желтыми глазами. Симаргл, до этого активно гоняющий моих недавних обидчиков, резко припал к палубе: давление, создаваемое капитаном-великаном, ощущалось им очень остро, отчасти передаваясь и мне.
   -- Хорошо, Отец! -- весело хохотнул Харута, после повернулся ко мне. -- Идём?
   -- Да, -- кивнула, следом за ним выходя в центр круга и замирая напротив. -- Я постараюсь огнем не пользоваться, но будь начеку -- могу и нечаянно поджечь.
   -- Лады, буду в курсе, -- довольно кивнул он, резко бросаясь вперед. Быстро дернувшись вбок, с трудом ушла от кулака, присаживаясь и делая подсечку, которую мой противник перепрыгнул. Наступил спорный момент: включать Волю Наблюдения или не надо? С одной стороны, меня жестоко ударит по мозгам, а с другой, мои шансы против юркого командира, на чей очередной удар мне пришлось ставить блок, мне неизвестны -- вон как лихо пытается кулаком пробить, даже на довольную улыбку в ответ выманивает.
   Где-то неподалеку зарычал мой зверь, явно недовольный тем, что вокруг нас собралась толпа народа, довольно улюлюкающая и активно делающая ставки. Мысленно послав ему команду не вмешиваться, на секунду отвлеклась, по касательной получая смазанный удар по брови и, отшатнувшись назад, перехватила идущую дальше руку, утягивая противника на себя и переворачивая его в воздухе. Удар о доски выбил из паренька воздух, на время дезориентируя и позволяя мне усесться сверху, одной рукой намертво сжав его руки, заведя их за голову, а другой ненавязчиво сдавив горло. Оставшейся во мне звериной силы было достаточно, чтобы сломать ему гортань одними пальцами.
   -- Я победила, -- прищурилась, пристально глядя на него. Команда настороженно замерла, готовая сорваться вперед в любой момент. Даже без Воли было понятно, как белый день, -- нанеси я вред командиру, и вся атмосфера дружелюбия канет в Лету, а меня просто прикончат на месте, после чего, скорее всего, примутся за Уила.
   Дождавшись согласного кивка, разжала руки, быстро скатываясь вбок и поднимаясь на ноги. Пираты отмерли, принявшись довольно свистеть и передавать друг другу монеты, радостно хлопая по плечам проигравших, которые были куда как насупленнее. Наверное, дело было даже не в паре монет -- расстроились ребятки из дивизиона Харуты, ведь командира победил подбитый капитан Дозора, да и вообще девчонка. А ведь я все также продолжала бегать с кусками кайросеки в упрятанных крыльях. Смею подозревать, что камень не влиял на меня так сильно лишь потому, что я была разъединена с основной силой фрукта, и львиная доля меня теперь жила отдельно, с жалобными глазами клянча еду у Сатча и доверительным хвостиком увиваясь следом за другими поварами. Нужно что-то решать с этой проблемой, да и крылья восстановить не мешало бы -- в небо хотелось офигеть как, и все полеты Симаргла и Феникса наблюдала с еле скрываемой завистью.
   Но сначала одежда, за которую я столь активно боролась и из-за которой пришлось веселить окружающий люд. Быстро оглянувшись вокруг поняла, что наружу действительно высыпали все, кто был на корабле -- даже повара любопытно навострили ушки, следя за нашим поединком.
   Как унизительно-то, право слово. Хоть и приятно местами -- одного командира победить смогла. Осталось еще пятнадцать и капитан.
   Мамааааа....
   -- Одежда, -- повернула к поднявшемуся пареньку. Тот согласно кивнул, ничуть не расстроившись из-за проигрыша, и быстрым взмахом руки, предлагая следовать за собой.
   -- Э, нет! Ясен хрен она сильнее -- зверь же. Пусть меня победит! -- Я чуть слышно взвыла, безмолвно проклиная обладателя голоса и поворачиваясь к нему.
   Вот мы и встретились, моя маленькая и явно тупая проблема. Привет, Эйс.
   -- Я выполнила условие договоренности, заключенной с командиром Харутой, -- спокойно отозвалась, рассматривая его. Вот же, показушник: ярко оранжевая шляпа, красные бусы на шее, голый торс, свободные черные бриджи с броским ремнем в тон шляпе, большие ботинки на ногах. И, ко всему этому, крайне наглая рожа. Молодой пират -- мечта сопливых девчонок или уже давно созревших дам, падких до юных мальчишеских задниц. -- Тебя в ней не было.
   -- Да ладно, обслужи -- дело-то привычное, -- хохотнул он, спрыгивая на палубу и скидывая ботинки.
   -- Компенсируешь громкими фразами отсутствие кое-чего другого? -- наклонила голову вбок, презрительно глядя на него.
   -- Могу и показать, мне не жалко, -- сверкнул он широкой улыбкой, приближаясь.
   -- Да нет, -- мотнула головой. -- Я железобетонно уверена, что органа на две буквы у тебя точно нет. Харута, -- повернулась я к неуверенно мявшемуся рядом пареньку. -- Пусть все разойдутся: мы оба огненные, мало ли что может произойти?
   -- Будьте осторожнее, -- шепнул он и быстро побежал к своим. Пространство начало расширяться как по мановению волшебной палочки, наверное, народ был уже ученым.
   -- Закончили территорию метить? -- спокойно донеслось от Феникса, сидящего на перилах неподалеку от Белоуса. -- Начинайте или расходитесь -- некоторым работать нужно.
   -- Да без базара, -- пожала плечами, поворачиваясь к Эйсу. -- Слышал, что мама сказала? Вперед.
   -- Зверек, -- неожиданно подвел вердикт Белоус, окидывая меня изучающим взглядом. Блин, да на что на мне смотреть? Я же корабельный бомж... -- Настоящий зверек.
   Кто-то опять заржал, но все мгновенно потонуло в гуле пламени, которым окружил себя Эйс, готовясь к атаке. Я предвкушающе улыбнулась, готовясь провернуть одну затею и заодно хорошенько подкрепиться -- опыт в поглощении огня у меня уже был, да и, насколько я помню, пламя Портгаса было неопасно для меня. Оставалось лишь выяснить мой потолок на этот момент и действовать исходя из показателей.
   Пройдя на середину, где до этого замирала напротив Харуты, с кислой миной уставилась на противника, всем своим видом выражая скуку. Парень зло оскалился и быстро бросился вперед, прячась в волне огня и явно пытаясь сбить меня с ног. Резко шагнув вперед, вскинула руку, ладонью касаясь фронта стихии и тем самым удерживая ее на одном месте, параллельно начиная ненавязчивое поглощение и чувствуя, как резко повышается настроение -- чувство сытости было прекрасным. Вылетевшая из бушующего шквала нога свободно прошла сквозь меня, на миг ставшую огненной, и унесла с собой маленький пучок из розовых лепестков, тут же теряющихся за сомкнувшимся огнем. Постояв еще немного на одном месте, шагнула дальше, прячась ото всех в огромном огненном клубке, и, пройдя несколько шагов к центру всего действия, наткнулась на активно борющегося с распространяющимся во все стороны розовым пламенем парнем, чей огонь медленно гас. Но, все же, не так быстро, как это обычно происходило. Скажем так, в несколько раз медленнее.
   -- Можешь мне не верить, но я ненавижу розовый, -- задумчиво поделилась с ним, ловя взбешенный взгляд.
   -- Это нечестно! -- прорычал он и, бросив попытки отвязаться от моего огня, шагнул навстречу, буравя меня почти что обиженным взглядом. -- Нечестно!
   -- Топить корабли противников всего лишь одним огненным плевком тоже не честно, но ты это спокойно практикуешь, -- пожала плечами, внимательно его рассматривая. Да, если сравнивать с фотографией Роджера, он довольно-таки похож на него. Только веснушки непонятно откуда... Наверное, это все от матери его, Руж -- нужно будет как-то слетать или сплавать на Батериллу, попросить у кого-нибудь ее фотографии. Чисто для интереса.
   -- Это были бои!
   -- Сейчас тоже, -- вскинула бровь. -- Нападай, а то скучно уже.
   -- И нападу! -- обозлился он, ударяя без замаха. Пришлось быстро присесть, ударяя подколенную чашечку и тут же уходя вбок -- боль его почти не остановила, ведь логию так просто не победишь, на одних-то только кулаках. Получив заслуженный пинок по ребрам, швырнула ему в лицо горсть зеленого огня, ничего сейчас не значащего, но отводящего внимание, так как он не знал, на что оно способно. За то время, пока он отмахивался от него, успела подняться на ноги и, с довольной улыбкой чувствуя, как рокочет вокруг пламя, уже сама кинулась вперед, подпрыгивая и, запрыгнув ему на плечи, ногами обхватывая за шею, быстро крутанулась, заставляя его полететь вперед, на начинающую тлеть палубу. Так, пора с ней что-то делать. Такими темпами можно и без корабля остаться -- а мне Уила надо долечить. Ну, не лично мне долечить, но надо, это да.
   Отскочив от парня, упала на четвереньки, быстро перетягивая на себя весь огонь и собирая его в огромный шар, быстро уплотняющийся вокруг меня. Естественно, погасить огонь они смогут -- тут я не сомневаюсь, один Феникс чего стоит. Но то, что вокруг меня сейчас так много бесхозной энергии, может и пригодиться в моей затее -- высвободив крылья, заорала в голос, чувствуя, как горят перья, кожа, плоть и даже кости, но, вместе с этим, вниз падают крошки кайросеки, до этого застрявшие в них. После боль спала, как и огонь -- все было поглощено или истрачено и, уже начавшему беспокоиться народу и крайне удивленному всем этим Эйсу, показалась я, уткнувшаяся лбом в палубу, и с обгоревшими костяными остовами крыльев за спиной. Все, с проблемой номер один покончено, пусть и болезненно до такой степени, что я в сознании держалась урывками, постоянно куда-то выпадая.
   -- Какая отчаянная, -- они знали о том, что я не могу летать. Еще в самый первый день, когда нас обнаружили в лодке, они видели то, во что превратилось мое оперение. Я скорее от потери крови скончалась бы, пока они достали бы все осколки. А ведь там и крошка -- вон, сколько ее вокруг меня нападало.
   -- Это не я! -- пораженно воскликнул Эйс, когда на него переместились вопросительные взгляды.
   -- Не ты, не ты -- не надейся, что такое в силах провернуть, -- прохрипела, позволяя огню быстро покрыть обгоревшие кости и начать лечить. Боль сразу же отступила, буквально вводя в состояние экстаза, из-за которого резко закружилась голова, и захотелось смеяться. И, все же, быть фениксом херово -- больно.
   Ощущая, как за спиной распрямляются такие желанные крылья, уже почти полностью сформировавшиеся, но еще покрытые огнем, довольно вздохнула, выпрямляясь и одним взмахом ставя себя на ноги.
   Твою мать -- палуба! Она же вся черная! Я только сегодня ее мыла!!!
   -- Сволочь, палубу сам мыть будешь! -- взвыла, бросая на парня гневный взгляд и складывая крылья, возвращая их обратно. Ну его, неудобно стоять, когда они такие чистые и красивые по грязной палубе волочатся.
   Столько трудов и все Коту с Чеширом под хвост...
   -- Ты тоже участвовала! -- возопил Эйс, подскакивая на месте. -- Почему это я должен мыть?!
   -- Да потому что это ты все заварил и твой огонь все пожег! Я ее полдня тут полировала, ты, вражеская заточка! -- не осталась в долгу, ощетиниваясь. -- Были бы мозги, не стихией бороться бы пошел, а как все нормальные люди -- на кулаках! Ты действительно настолько туп?!
   -- Ах, ты!.. -- не нашелся, что ответить, парень, бросаясь вперед. Народ вокруг пораженно молчал, наблюдая за тем, как мы активно катаемся по палубе и чихвостим друг друга.
   -- Не трогай хвост! -- яростно рычала я ему в ухо, вцепившись туда зубами, в то время как мой хвост наматывали на кулак и ощутимо сжимали.
   -- Пусти... ухо... и руку! -- не остался он в долгу, когда я, обхватив его ногами, прижала руку к туловищу, не позволяя ей двигаться и щипать меня.
   -- А ты перестань пинаться! -- расцепила зубы и, что есть силы, ударила лбом в висок. Парень взвыл, перестав меня пинать коленом одной ноги и пытаться столкнуть другой. -- АЙ!
   -- Осути всю боль укусенного уха! -- промычал он, ощутимо сдавливая зубами мой орган слуха. Выпрямившись, насколько это возможно, ударила его кулаком в солнечное сплетение, заставляя рвано выдохнуть и тем самым освободить уже порядком ноющее ушко. Черт, да оно больше стало и все в слюне! Фу...
   -- А ну перестаньте! -- рядом раздался голос Феникса, ринувшегося нас разнимать. Идиот. Куда ж ты прешь, пернатая задница -- тут два обозленных огненных фруктовика борются. Неужели, прецедентов еще не было?
   -- Брысь! -- в один голос рявкнули на него, посылая сдвоенную волну огня в успевшего удивиться мужчину.
   Куда его там унесло -- не знаю, но вот когда заржал Белоус, наблюдающий за всем этим спектаклем, нам обоим стало нехорошо.
   -- Ой! -- с ужасом заглянула в такие же перепуганные глаза снизу. -- Кажется, мы его того... Благословили...
   -- На камбуз -- Сатч прикроет, -- по-деловому быстро сориентировался конопатый, быстро вскакивая на ноги и, закинув меня на плечо, бегом устремился в вышеуказанном направлении. Народ за спиной ржал что есть сил, силясь перекрыть уже пустившего слезу Белоуса.
   А я... А что я? Я покаталась на командире второго дивизиона, по совместительству сыне Короля Пиратов. Будет что в старости детям рассказать...
  
   -- Ну, вы и отмочили! -- радостно вопил Харута, показательно размахивая кулаками направо и налево, в процессе чуть не снеся что-то из кухонной утвари. -- А ты, Анта -- просто нечто! Я уж подумал, что тебе Эйс крылья сжег, когда ты попыталась его тогда атаковать! А ты так от кайросеки избавилась, как Марко однажды! А потом опять сцепились и по Марко ударили! Да вы же его за борт снесли, вы в курсе?
   -- Нет, -- отозвался Эйс, пытающийся делать виноватое выражение лица. Увы -- не переставшая быть наглой, рожа и задорно сверкающие глаза выдавали его с потрохами.
   -- Харута, скажи, -- окликнула его из-за маленькой занавески, куда он мне притащил одежду на смену -- к счастью, у медсестер был старенький комплект белья, а все остальное он же мне и подогнал. -- Что нам за это будет?
   -- Ну, даже не знаю, -- почесал он в затылке. Выйдя к ним, выкинула остатки одежды в мусорное ведро, стоявшее тут же, на свету осмотрела чуть великоватую рубашку и штаны и довольно плюхнулась на табурет, прислоняясь спиной к доскам перегородки между камбузом и столовой. Было тихо -- Сатч действительно пустил нас внутрь, даже чай с печеньем дал, а после, довольно потрепав мгновенно нахохлившуюся меня и Харуту по голове, с укором в глазах взглянул на Эйса и вышел. В ответ на мой безмолвный вопрос, конопатый нехотя пояснил: "Холодильник не открывать". -- На моей памяти это первый раз, когда кто-то из команды первого командира за борт посылает. Дрался он, правда, как-то раз с Джозом, но и тогда ничья вышла -- чисто из-за непробиваемости и массы. Еще, говорят, давным-давно, он как-то пытался Отца побить, да ничего у него не вышло -- Батя не сдерживался, бил так, что тот пару раз умирал.
   Ого. Суровый мужик этот Эдвард.
   -- А Джоз фруктовик? -- любопытно подалась вперед. Нужно хоть запомнить на крайний случай то, кто чем владеет. И, это не считая того, что мне хотя бы Маршала Ди Тича увидеть в лицо нужно -- мне братья про него все уши прожужжали. Нужно присмотреться к этому фрукту -- может, он и перехочет команду разваливать.
   -- Да. Он Алмазный Джоз, -- гордо пояснил Эйс, шумно отхлебывая чай и стягивая у меня с тарелки печенье. Пришлось быстро взять хотя бы одно в руку: у того уже тарелка пустая была, а я еще и не начинала, хоть и хотелось зверски кушать после пережитого.
   -- А есть еще фруктовики? -- нетерпеливо заерзала на стуле, беря чашку и так же отпивая. Вкусно-то как! И пахнет просто замечательно...
   -- Конечно, есть! -- воскликнул Харута.
   -- Только этого Дозору знать не нужно, -- холодно раздалось сбоку от меня, заставив прочувствовать миграцию мурашек от и до. Эйс замер на месте, глядя на него круглыми глазами, да и Харута виновато взглянул в том направлении.
   -- Дозору и так известно кто, что и где, -- в том же тоне ответила, поворачиваясь к облокотившему на косяк мужчине. -- Это у меня не было интереса к вам. Как самочувствие? -- не смогла удержаться, стараясь не заржать в голос при виде мгновенно потемневшего свинца глаз.
   -- Прекрасно, -- вскинул он бровь. -- Почему прохлаждаешься, когда нужно палубу мыть?
   -- Обеденный перерыв с часа до двух, -- пожала плечами. -- С учетом того, что заработную плату я не получаю, то хотя бы имею право на три перерыва в день и два выходных по субботам и воскресениям.
   -- Вот как, -- качнул он головой, отлипая от косяка. -- Закругляйтесь, -- бросил он, смерив меня все таким же холодным взглядом, и быстро покинул помещение.
   -- А чего это он? Ай! -- вскрикнула от удивления, когда пальцев руки с печеньем коснулось теплое дыхание, а я лишилась вкусняшки.
   -- Проверяфет, -- прочавкал до нельзя довольный собой Эйс, глядя на меня хитрыми глазами. -- Не доверяет он тебе, потому и следит -- говорит, что на нас надежды нет, и мы так, в конце концов, половину Гранд Лаина себе перетащим.
   -- А, ну и ладно, -- мрачно взглянула в ответ, с громким сербаньем допивая чай и ставя подножку навострившемуся сбежать Харуте. -- За чай спасибо, за одежду благодарить не буду: заработала честным трудом. А ты, заноза конопатая, чтобы через пять минут был на палубе -- драим ее вместе!
   -- Ага-ага, -- широко зевнул он. -- Сейчас, толь... -- и, не договорив, рухнул вперед, лбом расшибая блюдце и громко захрапев.
   -- Это нормально? -- удивленно поинтересовалась у насупленного Харуты, потирающего шишку на лбу.
   -- Да, он нарколепсик, -- отмахнулся он. -- Сейчас проснется.
   -- Хорошо, -- кивнула, поднимаясь с места. -- Иди и помой посуду. И если он не явится сам, то его мой зверь притащит -- я ясно пояснила?
   -- Более чем, -- буркнул он, со вздохом собирая грязную посуду со стола.
   -- Вот и ладушки, -- усмехнулась, выходя наружу. Я вас всех потихоньку перестрою, будете знать, как контролировать дозорного.
   Стоит ли говорить, что Портгас не нарисовался и спустя десять минут? Посланный на его поиски зверь очень скоро справился с задачей, вызывая громкий мужской крик и целый ряд проклятий -- не каждому понравится, когда тебя хватают со спины за ремень и несут в неизвестном направлении. Сгрузив ругающуюся тушку у моих ног, зверь уткнулся носом мне в живот, довольно урча от почесываний за ушами.
   Стефан на заднем фоне грустно вздохнул, поднимаясь со своего места и понуро бредя к каюте Белоуса, куда тот недавно вернулся, чтобы выслушать отчеты прибывших утром командиров второго, шестого и седьмого дивизионов. Бедный пес начинал чувствовать себя лишним -- всем было интересно почесать огненную худобу, а не обычный коврик для блох.
   Что ж, а командиры с капитаном справятся и без Эйса -- нефиг отлынивать от полирования этого полигона. Работы край непочатый.
  
  
   Вечером, во время перевязки, Уил пришел в себя, взглядом моля налить ему воды.
   -- Братишка, ты четвертый день меня пугаешь, -- тихо прошептала, помогая ему приподнять голову и позволяя напиться. -- Пришла газета, в ней написано, что мы погибли -- Хикару подтвердил. Ты посмертно удостоен звания капитан-лейтенанта.
   -- А ты? -- чуть слышно шепнул он. -- Т-тоже... мертва?
   -- Да, -- согласно кивнула. -- Я посмертно капитан второго ранга. Ты-то хоть можешь мне объяснить, почему они признали меня мертвой? Я оставляла свою библикарту Гарпу, так почему же он утверждает, что меня больше нет?
   Парень болезненно вздохнул и поморщился.
   -- У меня... тоже была... твоя. Она сгорела, когда ты сцепилась с тем фрукто...виком, -- тихо шепнул он. -- Я думал, ты умерла... Потом увидел зверя и понял -- из-за разъединения... Тебя по факту нет, переродилась. Я так рад был... живая... Не помню... что было дальше. Расскажешь?..
   -- Тише-тише, конечно, -- нагнулась к нему, проверяя температуру. Вроде, все в норме. -- В общем, дела идут так: мы на корабле большого Папы Уса, и нас пока не тронут. Потом не знаю -- команда пока настроена доброжелательно, хоть командиры и подозревают нас в подвохе. Мой зверь полетел следом за нами и сейчас так же на борту -- вначале навел шухера, а сейчас является идеальным способом отвлечь Феникса. Гоняет его только так. В остальном милая зверюга, клянчащая вкусности у коков и по приказу таскающая командиров дивизионов.
   -- Веселье... в самом разгаре, -- усмехнулся парень, скашивая на меня взгляд. -- Ты... тогда так громко кричала... Не успели поговорить. Я хотел о фрукте рассказать... слушай. И о себе скажи потом.
   Выслушав медленный и постоянно прерывающийся рассказ лейтенанта, пардон, капитан-лейтенанта, благодарно кивнула, понимая, что нам невероятно повезло. Это добавило еще одну неслышимую благодарность в адрес дремлющего, где-то снаружи, Симаргла, пославшего в ответ довольную волну.
   -- Крылья переломала, а кайросеки не дало залечить, -- усмехнулась, припоминая недавнее прошлое. -- Хорошо хоть, пока в отключке была повторно, убрала их бессознательно. Как так -- не знаю. Но сейчас уже все хорошо -- они полностью восстановились. Теперь вот, палубу у пиратов мою да за тобой присматриваю. Ты не волнуйся -- выздоравливай потихоньку, а там и свалим отсюда нахрен. Я просто не представляю того, что буду делать, если они пересекутся с каким-нибудь торговым или транспортным судном, -- грустно вздохнула, краем уха отмечая тихий скрип досок под чьими-то шагами да спокойное размеренное дыхание. Неужели?.. Быстро показав Уилу на пальцах, что за спиной кто-то есть, встала с кровати, беря бинт и приступая к смене повязки на голове.
   -- Дай еще... воды, -- тихо попросил он. Согласно кивнув, быстро поднесла ему стакан.
   -- Хорошо, что ты очнулся: мне не так одиноко будет, -- ласково прошептала, помогая ему принять сидячее положение.
   -- Да, за неимением возможности ходить, буду смешить прямо отсюда, -- фыркнул он, тихо рассмеявшись. -- Черт, как же болит голова...
   -- У тебя сотрясение и трещина в кости. Радуйся, что память не всю потерял, -- усмехнулась, быстро разматывая повязку и критическим взглядом осматривая шов. За волосами потом и видно не будет, а сейчас жуть-жутью.
   -- С добрым утром, лейтенант, -- Феникс тихо шагнул внутрь, и пришлось резко к нему повернуться, и прижать уши, чтобы не выдать того, что я успела его засечь. -- Как самочувствие?
   -- Благодарю, сэр, -- тихо выдохнул он. -- Благодаря вам все еще на плаву.
   -- И то хорошо, -- согласно кивнул мужчина, после перевел взгляд на меня. -- Я позвал медсестру, чтобы она проверила его состояние, а ты иди со мной.
   -- Зачем мне куда-то идти? Я тут сейчас занята, -- мотнула головой, мрачно глядя на него.
   -- Не задавай глупые вопросы, дозорная, -- бросил он, выходя наружу. Грубиян! Неужели, все еще злится из-за дневного происшествия?
   -- А у вас просто искрометные отношения, -- усмехнулся Уил, болезненно зашипев. -- Не подпалите окружающих.
   -- Сама знаю, но бесит он меня невыносимо просто, -- хмуро пожаловалась. -- Тебя точно можно оставить?
   -- Ну, ненадолго да, -- кивнул он, серьезно глядя на меня. -- А потом расскажешь мне всё, что успело произойти!
   -- Заметано! -- широко улыбнулась, выходя следом за Фениксом. Тот далеко не ушел, ожидая меня снаружи, у двери. -- Что ты хотел?
   -- Да, детишек в Дозоре теперь ничему не учат, как я посмотрю. В том числе и правилам вежливости, -- фыркнул он. -- Следуй за мной.
   -- Хорошо, мамочка, -- тихо пробурчала, идя следом. Мужчина никак не отреагировал, но явно услышал. Быстро пройдя по палубе и спустившись к жилым трюмам, зашла в каюту навигатора, механически кивнув в благодарность на придержанную створку двери.
   -- Йой, -- тихо выдохнул тот, закрывая. -- Итак, присаживайся, -- указал она на стул возле заваленного картами стола. Каюта вообще была уставлена скупо: кровать под маленьким окошком-иллюминатором, шкаф у стены, заваленный какими-то бумагами вверху и плотно уставленный множеством книг, стол позади меня, с канцелярским набором и картами, и стулом подле него, на который я с опаской присела, выжидающе глядя на замершего возле двери мужчину.
   -- Вся во внимании, -- доложила о готовности слушать. Свеча на столе давала неясный свет, постоянно трясясь под порывами воздуха и бросая причудливые блики на стены и мужчину, делая его то смертельно бледным, то пугающе мрачным с темными провалами глаз.
   -- Расскажи о том, что произошло на острове, -- тихо попросил мужчина, складывая руки на груди и устало прикрывая глаза. Делать нечего -- нельзя хамить человеку, который уже стоя засыпает. Подробный пересказ занял еще около часа -- я опустила лишь моменты со своим визитом на Флору, лишь вскользь упомянув о том, что подорвала нахрен там все, чем вызвала невольную усмешку с его стороны. Про бой после бегства с острова так же рассказала, вплоть до момента встречи с кораблем Белоуса.
   -- Что ж, я тебе верю, хоть и не хочется, -- тихо отозвался мужчина, когда я грешным делом подумала, что он уже уснул. -- Все что я знал о том племени, полностью совпадает с твоим рассказом. Жаль, что я не обратил тогда внимания, очень жаль.
   -- Фрукт крови является одним из самых мощных фруктов и, при должном уровне прокачки, способным убивать живые организмы сотнями, даже не сходя с места. Или заставляет их убивать друг друга, -- мотнула головой, от чего-то желая успокоить его. -- Пойми, Феникс -- фрукт крови, по факту, идеален: возможность постоянно регенерировать, причем как для себя, так и для посторонних особей, брать противника под контроль, создавать практически неуязвимое всепроникающее оружие -- ведь в крови есть множество элементов, в том числе и железо, что позволяет брать под контроль и эту материю, как и десятки остальных. Его владелец не подвержен болезням и большинству ядов -- он абсолютно стерилен, и организм старается это сохранять. И он с легкостью может разъединить звериную и человеческую сущность фруктовика-зоана и я тому пример, -- закончила, почти выдохнувшись. -- Сила крови полностью блокирует Волю Наблюдения, как и остальные органы чувств, так что не стоит винить себя в недосмотре.
   -- Учту, -- кивнул он, неожиданно отлипая от двери и, проходя внутрь каюты, устало садясь на край кровати. -- Что с собой будешь делать?
   -- Не знаю, -- мотнула головой. -- Я просто не знаю, как вернуть себя обратно.
   И я до последнего буду молчать о том, что начинаю медленно терять силы фрукта, которые, кажется, уходят к моему зверю, становящемуся все более и более самостоятельным. Хоть и продолжающем быть частью меня. Любящей меня частью.
   -- А какие планы на будущее? -- меня опять пронзил спокойный свинцовый взгляд, буквально пришпиливающий к месту.
   -- Ничего не буду загадывать, пока Уил не поправится, -- отрицательно мотнула головой, так же глядя в ответ. -- Ему нельзя передвигаться и вообще напрягаться, так что, я и с места не тронусь, пока не удостоверюсь в том, что он поправился.
   -- Ясно, -- кивнул он. -- Что ж, благодарю за разговор.
   -- Да, доброй ночи, -- быстро встав со своего места, прошла к двери, открывая ее.
   -- Но не думай, что тебе до конца верят, -- бросил он мне в спину.
   -- Ты пират, как и все окружающие. А я дозорная, -- пожала плечами, обернувшись и с вызовом взглянув на него. -- Единственный, кому из вас я верю -- Харута. Этого более чем достаточно, -- пожала плечами, отвернувшись, закрыв дверь и тем самым оставляя последнее слово за собой.
   Добрых снов, пернатый командир, самых добрых.
  
  
  
   Месть
  
   -- Значит так, -- Милана, главная медсестра, вызвала меня к себе на разговор. -- Говорить об улучшении здоровья Уильяма ещё рано, совсем рано, так что я не могу сказать тебе ничего хорошего.
   -- Угу, -- мрачно согласилась. -- Я прекрасно все понимаю, леди.
   -- Это хорошо, -- кивнула она, складывая руки на груди. -- В таком случае продолжу: больной больше не нуждается в капельнице -- его нужно перевести на обычное питание. Но твердую пищу пока не рекомендую, поэтому сходи-ка ты на камбуз и попроси поваров отдельно сварить бульон. Желательно куриный или из какой-то другой птицы. И что-нибудь легкое к нему. Можно овсянку, но это уже на их выбор. Так же будет лучше, если в рационе появится сладкое.
   -- Хорошо, поняла, -- со вздохом кивнула. -- Это всё?
   -- Да, -- отозвалась она.
   -- Спасибо, леди, -- поблагодарила, выходя из комнаты.
   Пиратки или нет, но отблагодарить их нужно будет по-крупному в ближайшее время. Слишком много они для своих врагов сделали, чтобы вот так вот в ответ простыми "спасибо" кидаться.
   Через палубу в направлении камбуза прошла быстро, ни с кем не столкнувшись, благо денек был достаточно солнечным и жарким, чтобы кто-то еще решился гулять по солнцепеку. На входе меня встретил радостно вильнувший хвостом зверь, заставивший сначала ласково улыбнуться ему, а после потрясенно замереть: Симаргл довольно заурчал и продолжил прерванное занятие -- вылизывание Стефана. Я невольно покраснела, созерцая такую картину и, бочком их обойдя, юркнула в помещение, быстро спускаясь по ступеням вниз, направившись в сторону стойки раздачи, за которой была кухня. Твою ж мать, что тут вообще за дурдом?! Мой зверь вылизывает корабельного пса, с которым несколько дней назад активно дрался, вырывая клочки белой шерсти, после разлетающейся по всему кораблю. Хм, а вообще, какого пола мой зверь и как мне реагировать нужно на все это, учитывая, что я все еще планирую вернуть себе целостность?
   Быстро поднырнув под стойку, юркнула на камбуз, мгновенно погружаясь в прекрасный мир ароматов готовящейся пищи, где главными нотками было мясо, столь дивно пахнущее, что я чуть не сорвалась с места, расталкивая всех и вся, дабы выловить кусок из кастрюли, в которой оно варилось.
   Есть хотелось просто невыносимо, и, столкнувшийся со мной взглядом, один из поваров, наверное, в начале желающий прогнать меня, постороннюю, подавился невысказанными словами, резко отпрыгивая назад и хватаясь за торчащий из мойки тесак.
   -- Назад! -- рявкнул он, направляя его на меня. -- Не подходи!
   Присутствующие тут же отвлеклись от своих дел, настороженно оборачиваясь и ненавязчиво касаясь ближайших колюще-режущих предметов. Как дружно, е-мае, неужели, репетировали?
   -- Анта, что ты творишь? -- высунулся вперед Сатч. Вернее, сначала в поле зрения показался его, так смешащий меня помпадур, а только после и сам мужчина.
   -- Я? -- удивленно вскинула голову -- он был довольно высоким, я еле доставала ему до плеча. -- Я не понимаю...
   -- В отражение взгляни, -- ехидно посоветовал кто-то из собравшихся.
   Недоуменно вскинув бровь, прошла к подсобке, возле которой на стене висело небольшое зеркало. Увиденное заставило вздрогнуть, мгновенно поняв причину всеобщего волнения: ярко сверкающие звериные глаза, явно голодные, выступившие клыки, чуть прижатые уши, заострившиеся черты лица -- если бы увидела такое со стороны, точно бы решила, что будет нападение со стороны такого существа.
   -- Эм, нет... Все нормально, -- нервно усмехнулась, поворачиваясь к ним. -- Я просто пришла передать поручение медсестры, ну и... Есть хочется...
   -- Оригинальный способ попросить еду, -- фыркнул он, чуть расслабляясь. Собравшиеся, поняв, что я не представляю угрозы, вновь вернулись к прерванному, заставляя мой желудок заурчать еще громче. -- Обед будет через час, -- мужчина вернулся к обжарке чего-то пахучего на огромной сковороде. -- Что просила передать медсестра?
   -- Уилу нужно переходить на нормальное питание. Милана просила, чтобы вы сварили ему какого-то бульона из птицы и к нему что-нибудь, по типу овсяной каши. Еще сладкое нужно в рацион.
   -- Хм, бульон, говоришь, -- задумчиво протянул он. -- А нет у нас нужного, -- неожиданно выдал он. -- Эйс вчера устроил пир по случаю возвращения на корабль Отца, и вся птица была приготовлена.
   Мда, а я-то все думала-гадала, какого черта они вчера так шумели, что в медблоке пробирки резонировали? Оказывается, вот она, проблема всех проблем -- жрачь приплыл. Конкурент хренов.
   -- И что теперь делать? -- несколько обескураженно поинтересовалась, растеряно глядя на него. Не знаю, что там в моем взгляде увидел мужчина, но, кажется, он так же почувствовал себя не в той тарелке, быстро отворачиваясь к сковороде.
   -- Придумай что-нибудь, -- пожал он плечами, нервно перемешивая содержимое. -- Ты же капитан Дозора какого-то там ранга.
   -- Второго, сэр, -- кивнула я. -- Ладно, овсянку-то хоть сварите?
   -- Да, с ней справлюсь, -- быстро кивнул он. -- Иди, не наноси мусор.
   Мда, хороший повод выставить меня из кухни. Что ж, придумать, конечно же, проще простого -- у нас тут Феникс бегает, та еще курица. Его же можно в еду, или это уже каннибализм?
   Симаргл, уловив часть моих мыслей, с укором взглянул на меня и, со вздохом, поднялся на лапы, выходя на солнце и недовольно щурясь. После, немного постояв и задумчиво втянув воздух, повернул ко мне умную морду. В голове сразу ярко всплыл образ летящей в небе птицы.
   -- Охота? -- удивленно воскликнула, подходя к нему и зарываясь рукой в гриву. -- Да где мы здесь птиц-то встретим?
   На меня посмотрели взглядом полным скепсиса, явно выражая удивление в адрес моих умственных способностей.
   -- Ладно, хорошо, -- покорно кивнула, отходя и идя к пристройке столовой, где, подпрыгнув, ухватилась за крышу, кое-как подтягиваясь и залезая на плоскую поверхность. Площадка была не маленькая, наводя на мысли о том, что тут неплохо загорать, да и вообще отдыхать -- и народу меня не видно, и небо с морем под контролем. -- Так-с, и где тут у нас птички перелетные?
   Снизу доверительно сообщили, что об этом я могу узнать только в небе и, наверное, рядом с какой-нибудь сушей.
   -- Может, тогда сам и слетаешь?! -- не выдержала я, вспылив, и, поворачиваясь к зверю, наткнулась взглядом на немного удивленного Феникса, скорее всего, в этот момент проходившего мимо.
   -- Это ты мне, йой? -- вскинул он бровь. Кажется, я начинаю ненавидеть то, когда он так делает...
   -- Нет, -- нахмурилась, глядя на него сверху вниз. -- Не тебе, а ему, -- кивнула в сторону Симаргла, увлеченно делающего вид, что просто наслаждается морским ветерком. Феникс, взглянув на него, нахмурился, на что зверь мрачно ощерился, демонстрируя огромные клыки и вообще незримо радуя стоматологов мира.
   Фыркнув в их адрес, выбрала восточное направление, задумчиво глядя в ту сторону и размышляя над тем, далеко ли мне лететь до ближайшей съедобной птицы.
   -- И что же вы задумали? -- долетело снизу, где мужчина оперся о перила, ограждающие палубу, и закурил, задумчиво глядя на меня. -- Куда летишь?
   -- Охота, не мой не дорогой командир, -- огрызнулась, начиная идти вперед, -- как оказалось, вы не в силах выделить нужное питание для одного человека, находящегося на больничной койке, -- процедила, доходя до края и рыбкой прыгая вниз, в полете раскрывая крылья и стелясь над водой, любопытно глядя в синие воды с белыми барашками волн.
   Наверное, стоило спросить у него направление, он, все же, главный навигатор на Моби Дике, да как-то не особо хотелось быть ему должной.
   Наконец, оторвав взгляд от созерцания морских глубин и их обитателей, взмыла вверх, в небо. Сделав пару кругов над огромным кораблем, сверху выглядящим таким же могущественным, как и со стороны, запомнила его и быстро полетела в выбранном направлении, поднимаясь к облакам. Пташек я не наблюдала, из-за чего сильно взгрустнулось. Пришлось увеличить скорость, в надежде быстрее достичь ближайшей суши, где можно было бы хорошенько поохотиться. Как -- не знаю, но, наверное, того звериного, что во мне еще оставалось, должно было хватить. Воспламенив крылья, добилась усилившегося воя в ушах, да мгновенно заслезившихся глаз. Мда, мне нужны очки и срочно: такими темпами я себе ячмень заработаю.
   Желаемая суша показалась спустя часа полтора -- маленький клочок зеленой земли, затерявшийся среди бескрайних синих просторов. Быстро снизившись, осторожно приземлилась на небольшом песчаном пляже, вспугивая мелких птичек, сидящих на ветках ближайших кустов. Яркие пташки тут же заголосили на разные голоса, поднимая невообразимый шум, перекрывающий все остальные звуки острова. Эх, а тут красиво. Но опасно: яркие цветы так и манили к себе, кружа голову тяжелым сладковатым ароматом -- яд, я знаю это. Быстро пройдя по песку, осторожно ступила в прохладу джунглей, на короткий миг, оборачиваясь назад -- далеко в небе почудилась синяя птица. Либо это уже игры разума да, уставшие от встречного ветра, глаза выдавали что-то не то, либо пернатый гад действительно решил проследить за мной. Что ж, будь у меня какой-то план по типу "попасть к Йонко на корабль и всем устроить "убить Билла"", то я бы действительно постаралась бы на несколько часов удрать и связаться с информатором, чтобы точно установить сроки действия. Так что, тотальное недоверие со стороны мужчины было более чем оправдано, от чего я бесилась еще сильнее -- да на кой они мне вообще сдались? Я еще не дошла до той психологической кондиции, когда можно спокойно подсыпать яд в кашу для всей команды или хладнокровно обольстить и, под предлогом сношения, придушить кого-то в кровати. И, надеюсь, не дойду -- у меня свои понятия о чести и справедливости, и мне не хотелось бы их нарушать.
   -- Ну, раз тут столько растительности, значит, где-то неподалеку есть родник с пресной водой, -- тихо пробурчала себе под нос, желая добавить в окружающие меня шум и гам хоть немного знакомых звуков. Птичек вообще понять было сложно -- то ли у них диалекты были разные, то ли акцент такой, что фиг поймешь, но ясно было только одно: мне не рады. -- Возле родника обычно наблюдаются куда более крупные животные, если на этом острове они вообще есть... -- сникла я, понимая, что на этом клочке суши, в размерах чуть больше корабля Белоуса, вряд ли найдется что-то более выдающееся, нежели пара рептилий и черепах, выползших погреться на теплый песочек. Впрочем, мне нужны не звери -- пара вспорхнувших попугаев, мигом привлекли внимание, заставив припасть к сырой земле и прижать уши. Интересно, а они съедобны?
   Решив, что орущие птицы далеко от острова слинять все равно не смогут, пошла дальше, отодвигая листья густых зарослей и морщась от цветочной пыльцы, столь не вовремя напомнившей мне о последнем задании. Тихое журчание воды услышала еще издали, радостно устремляясь вперед, и, нагнувшись над прохладной водой и на проверку ее понюхав, приникла, утоляя жажду вызванную долгим перелетом. Всего пара дней без неба, а уже так сильно отвыкла от полетов. Да и разъединение со своей звериной половиной и последующие полученные ранения негативно сказались на теле: слабость не желала уходить, а чувство постоянного голода порой сводило с ума. Нужно отловить пару птиц для Уила и поохотиться самой, иначе по возвращению обратно я действительно узнаю о том, что такое каннибализм. На личном опыте.
   Оглянувшись вокруг и не найдя, и не услышав ничего, что помогло бы мне с поиском пищи, вновь высвободила крылья после оглушительно громко, насколько могло мне позволить человеческое горло, рявкнула, вспугивая птиц. Спустя пару секунд после того, как в небо взвились перепуганные пернатые, рванула следом, сразу же выцепив взглядом стаю розовых фламинго, поднявшихся в воздух, да парочку какаду. То, что надо -- быстро рванув вперед, оказалась посреди галдящей розовой стаи, тут же хватая пару из них и сворачивая им шеи. Ухватив обмякшие тушки хвостом, заложила резкий вираж и словила еще, потом еще и еще, проворачивая с ними ту же процедуру. После, метнувшись к ручью и скинув тушки возле него, устремилась за попугаями, истошно вопящими и норовящими спрятаться в густой листве ближайшей к ним пальмы. Разозлившись, отчасти и из-за того, что до этого действительно углядела в небе Феникса, уже подлетающего к острову, кинула в птичек огненной волной, что тут же сожгла их оперение и заставила начать падать вниз. Рывок, тихий хруст позвонков под когтистыми пальцами, и я вновь заложила крутой вираж, приземляясь на камни возле родника. Итог: десяток фламинго и пара какаду -- осталось лишь выбрать то, кого оставить для больного Уильяма, а кого пусть в расход для себя любимой. Только ощипать сначала стоит, и разделать -- зажарить могу и дыханием, уже опробовала такой метод однажды, а вот запах паленых перьев будет очень некстати.
   Рядом, обдав волной ветра, приземлился Феникс, еще в полете оборачиваясь человеком.
   -- У тебя довольно-таки жесткие методы ведения охоты, йой, -- фыркнул он, облокачиваясь о ближайшее дерево и доставая сигарету, внимательно наблюдая за тем, как я выщипываю цветастые перья фламинго и складываю в кучку -- мне выделили закуток для сна, в котором так же хранились чистые простыни для мед блока, а вот подушку дали крайне ужасную, почти без начинки. Вот, будет у меня теперь нормальное лежбище, с подушкой из настоящих перьев фламинго...
   -- У меня действенные методы охоты, -- мрачно отозвалась, отплевываясь от взвившихся в воздух розовых перьев. -- Сколько нужно птиц на нормальный бульон?
   -- Отставь по паре и достаточно, -- отозвался он, отлипая от дерева. -- Огонька не подкинешь?
   -- У тебя же свой есть, -- вскинула бровь, отвлекаясь от занятия.
   -- Мое пламя не греет, -- отрицательно качнул он головой. -- А вот у тебя, как я посмотрю, их даже несколько.
   -- На все случаи жизни, -- легко усмехнулась, поднимая руку и, ради насмешки, выпуская наружу розовый огонек, внимательно наблюдая за реакцией мужчины. Тот почти неощутимо напрягся, сжав зубы, но ничем больше эмоций не выдал, лишь глаза опасно потемнели. Решив, что этого пока довольно для него, быстро создала маленький светящийся шар и пустила к нему, отворачиваясь и краем глаза следя за тем, как мужчина довольно подкуривает от зависшего напротив огонька и, откинувшись на ствол дерева и прикрыв глаза, расслаблено выдыхая струйку дыма. Две сигареты за последние два часа -- что же там с легкими будет? Хотя, он же бессмертный, судя по легендам. Или по отчетам дозорных, что ближе.
   -- Эйс тоже может создавать такие, -- неожиданно донеслось от мужчины, заставив вздрогнуть и удивленно обернуться к нему. -- Даже название придумал для техники.
   -- Не страдаю подобным, -- мотнула головой, невольно поддерживая беседу. -- Нас обучали убивать, но мы так же обучены оставлять своих противников в живых, чтобы после этого судить их по закону. Если, вдруг так случится, что мы пересечемся во второй раз, то они уже будут осведомлены о наших методах и способностях -- название техник только облегчит им работу.
   -- Хм, удивительно здраво, -- прилетело в ответ. После вновь настала тишина, теперь уже давящая на нервы, даже не смотря на то, что окрестная живность разразилась еще большим гвалтом, чем до этого.
   -- Откуда ты? -- ну что ж ему просто не стоится и не курится-то?!
   -- Там, куда не доплыть, не дойти и не долететь никому, -- напряженно протянула, начав разделывать тушки и морщась от неприятной на ощупь, еще теплой требухи. А ведь будь я целой, в смысле и со звериной составляющей, подобных эмоций точно не было бы.
   -- Ммм... -- протянул он, вновь глядя на меня из-под прикрытых век. -- Никак не могу понять, хамка ты или в твоих словах, все же, есть доля правды...
   -- В моих словах все правда, -- обернулась к нему, мрачно глядя в глаза. -- А вот то, как ты их воспринимаешь, уже не мои проблемы.
   -- И хамка тоже, -- кивнул он, докуривая.
   -- А не пошел бы ты полем? -- неожиданно разозлилась я. Огненные логии вообще вспыльчивы, но меня всегда спасала сдержанность, оставшаяся от прошлой жизни, да, как показала практика, спокойствие зверя, который теперь был отдельно и не мог меня остановить. -- Катись-ка отсюда, павлин доморощенный, достал уже!
   Мужчина нахмурился, мрачно на меня глядя и отходя от ствола дерева. Окурок полетел в сторону.
   -- А за языком тебя следить вообще не научили, -- выпрямился он, плавно приближаясь. Резко напрягшись, быстро выпустила десяток синих светлячков, тут же стеной замирающих между мной и Фениксом и, заставляя последнего остановиться, сосредоточенно уставившись на меня.
   -- Меня это не остановит, ты же знаешь, -- тихо уточнил он, от чего волосы на голове ощутимо зашевелились -- мужчина был зол.
   -- Неужели прошлое тебя ничему не учит? -- едко улыбнулась, отворачиваясь и окуная тушки в воду -- зажаривать лучше уже промытыми, без крови и прочей жидкости, выделяемой телом. -- Помнишь Лилию? -- вновь взглянула на него, и улыбаясь уже куда более открыто, шире. -- Ваше маленькое чадо решило выебнуться, запустив в небо уйму небесных фонариков, как их тогда назвали горожане. И тебе тогда несколько досталось, как в воздухе, так и на корабле, -- певуче закончила, выкладывая ощипанные тушки на камень и поднимаясь на занемевшие ноги. Черт, сидеть на корточках довольно неудобно, ноги сразу начинают гудеть и покалывать.
   -- Ты явно заслуживаешь хорошей трепки, -- склонил он голову на бок, сразу же напоминая птицу. Очень опасную хищную птицу, сейчас порядком разозленную.
   -- Рискни здоровьем, пернатая задница, -- фыркнула в ответ, напряженно кося взглядом на ощипанные тушки и лихорадочно размышляя над тем, успеют ли их местные хищники оприходовать, или, все же, я вернусь раньше?
   Еще один шаг вперед со стороны Феникса все решил -- быстро расправив крылья, пулей рванула в небо, для достоверности подрывая один из светлячков. Снизу послышался громкий птичий клекот, и, спустя пару мгновений, напротив меня в небе завис Феникс, тут же теряющий птичий облик и оставляющий себе лишь огромные крылья.
   -- Ну что, не мой командир, устроим матч-реванш? -- хитро улыбнулась, тихо активируя Волю и тут же ощущая, как мир заполняется красками и звуками.
   -- Меньше слов, ребенок, -- усмехнулся он. Пожав плечами, не прицельно дунула в него струей огня, тут же уходя вбок и выдавая наружу еще порцию -- в этот раз куда как точнее, прямо в лицо. Мужчина недовольно крякнул и, на мгновение полностью окутавшись ультрамариновым пламенем, превратился в птицу. Серый взгляд мгновенно пообещал мне много незабываемых моментов, которые любители садо-мазо точно бы посчитали чем-то прекрасным. Быстро сложив крылья, рухнула вниз -- к счастью, Феникс неважно маневрировал в подобной ситуации, что давало пару секунд форы. Увы, но удар ногой был мгновенно блокирован, преобразившимся обратно, мужчиной, что дало понять то, что у него феноменальная реакция и сила. Пришлось, рассыпавшись искрами, уйти в сторону, и уже оттуда ударить крылом, после упасть вниз, к воде, и уже там будучи нагнанной, воспламенив перья, быстро рванула вперед, после вверх, не желая быть потопленной. Петля, вновь столкновение в небе, и, отлетев в сторону, я быстро залечила длинную глубокую царапину на боку, грустно отмечая то, что моя рубашка такими темпами скоро превратится в тряпичные полоски. Чистой силой его точно не возьмешь: у меня уровень не тот. Обидно...
   -- Что-то не особо как-то, для капитана второго ранга, -- задумчиво донеслось от него. -- Мне вот интересно, а каким это способом ты вообще стала капитаном? С такими-то навыками? Особые способы убеждения?
   -- Особые методы устранения! -- зло рявкнула.
   -- Зверек, -- фыркнул он, быстро бросаясь вперед и мгновенно оказываясь возле меня.
   -- Бу! -- повернулась к нему, широко улыбнувшись и ударяя ладонью по плечу. Маленький розовый огонечек шустро скользнул в голубые перья, заставив меня не менее быстро отпрянуть, получив когтистой лапой в живот.
   -- Зараза, -- сквозь зубы выдохнул Феникс, устремляясь к острову, но, не долетев пары метров, рухнул в прибрежные воды, сразу же намокая и начиная потешно барахтаться.
   -- Эй, там по пояс, ты сможешь, я в тебя верю! -- приземлившись на безопасной суше, весело засмеялась, глядя на него.
   Мужчина, мотнув головой, споткнулся и упал, мгновенно скрываясь под водой. После, вновь показался, обессиленно ловя воздух ртом и заставляя на мгновение замереть, расчетливо глядя в расширенные глаза -- если утонет, мне никто ничего не скажет. Мало ли, где мы в море успели разминуться? А у меня и подтверждение того, что я на охоте была, есть -- ощипанные тушки. Нужно только те немногие следы, что есть, замести, да окурок сигареты выбросить. И все -- без первого командира команда станет куда как слабее.
   Мужчина вновь скрылся под водой, тем самым выводя меня из состояния оцепенения и заставляя взвиться в воздух, быстро подлетая к нему и ухватывая за шкирку, потянуть наверх, давая глотнуть воздуха.
   -- Там ямка, -- задыхаясь выдавил он, пока я тащила его на уже точно безопасную отмель. Неожиданно меня рванули вниз, окуная в воду и мгновенно убирая крылья и прочие метаморфозы. -- Еще раз посмеешь провернуть подобное!..
   -- Если представишь мне шанс, то точно жди! -- огрызнулась, вяло взбрыкивая и пытаясь скинуть с себя тяжеленное тело, нагло усевшееся сверху и сверлящее меня немигающим взглядом. -- Не жди от меня тепла -- я отвечаю взаимностью, дядя, -- пожала плечами, морщась от боли в ушибленной спине.
   -- Ты же понимаешь, что находишься не в том положении, чтобы дерзить? -- Глаза напротив опасно сощурились, становясь ближе. Чужое горячее тело неожиданно обожгло сквозь промокшую одежду, заставляя вздрогнуть и попытаться отодвинуться. Что же вы все мое личное пространство нарушаете?!
   -- Да мне пофиг, -- нагло улыбнулась, с вызовом посмотрев в ответ. -- Чего мне тебя бояться?
   Меня резко вздернули вверх, после так же быстро перевернули на живот, положив на колено и завернув руки за спину.
   -- Сейчас узнаешь! -- мрачно пообещали сзади, быстро стягивая штаны. Ой, мамочка...
   -- Твою мать, -- шокировано выдохнула.
   Первый удар пришелся неожиданно, заставив сильно вздрогнуть и тихо охнуть. Последующие терпела молча, до боли закусив губу и чувствуя, как начинают краснеть щеки, уши, шея. Да, прекрасное дополнение к алеющей заднице, на которой явно успела отпечататься точная копия ладони мужчины. Сука! Волей бьет!
   -- Ну, будешь еще так делать? -- грозно раздавалось в перерывах между шлепками. А рука-то тяжелая, сейчас не сдержусь и завою в голос...
   -- Какого бы ты ответа не ждал, я все равно его обойду, -- хрипло выдохнула, наслаждаясь перерывом. Увы, не долго -- на конкретно горящую задницу вновь опустилась разящая длань, заставив меня зарычать и сильно взбрыкнуть, собрав ради этого момента все имеющиеся в наличии силы. Мужчина, похоже, ожидал от меня подобного, но все равно покачнулся, что дало мне возможность вырвать руку и, извернувшись до болезненного хруста в спине, со всего маха зарядить ему кулаком в висок.
   Не знаю, может, кто-то свыше в этот день был на моей стороне и, оценив всю степень нанесенного ущерба в адрес моего самолюбия, решил дать и мне возможность отыграться, но мужчина, полетев в бок, ощутимо приложился головой к камню, на время отключаясь.
   -- Ну, все, сука, -- сквозь выступившие слезы выдохнула, натягивая штаны на зверски болящую задницу и окидывая его мрачным взглядом. -- Ты действительно хороший учитель -- именно так я больше не поступлю. У меня есть куда более грандиозные планы.
   Только кушать, все же, придется на корабле -- зажарю уже на месте и съем, послав всех к чертям.
   Встав в полный рост и отметив, что воды было по щиколотку, зло усмехнулась, хватая обмякшее тело за руку и вытаскивая его на берег. На кровоточащем виске мгновенно заплясало голубое пламя, буквально на глазах стягивая края раны и, в результате, не оставляя даже покраснения. Так, нужно спешить! Только уголь или что-то маркое найти надо... И вот тот плодовый кустик мне очень пригодится. Вернее, то, что на нем.
  
   Обратно летела со столь широкой улыбкой, что даже пару раз словила ртом пролетающих мимо жуков, чуть ими не подавившись. Но, это не убавило моего поистине детского счастья, вперемешку с ностальгией по дням обучения в Дозоре, заставляя работать махалками еще продуктивнее.
   Корабль нашла далеко не сразу -- естественно, что в том месте, где я видела его в последний раз, было уже пусто. Примерное направление судна я помнила поэтому, вновь подключив Волю, начала делать огромные круги, ища пропажу. К счастью, на море стоял легкий бриз, поэтому судно не смогло далеко уплыть, позволяя найти его в течение часа. Быстро приземлившись возле бокового окна своей подсобки, осторожно приоткрыла створку иллюминатора, закидывая свой план мести внутрь и, внимательно оглядевшись по сторонам, оставив тушки снаружи, осторожно влезла в помещение, пряча "план" под кроватью и, настороженно прислушиваясь, выбралась обратно тем же путем. Позвав Симаргла охранять мой обед, при виде которого начинали течь слюнки, даже невзирая на то, что он был сырым, поспешила на камбуз, где была встречена удивленными взглядами и смешками -- не каждый день приходится варить бульоны для больных из фламинго и попугаев.
   -- Ты Марко не видела? -- как бы между делом поинтересовался Сатч, пока я быстро дохлебывала остатки супа с обеда. Мда, одна жижа и пара кусочков картошки -- не будь у меня заначки, уже бы взбунтовалась.
   -- А? Конечно видела, -- не стала отрицать. -- Мы с ним в небе пересеклись, да только я быстрее летаю -- когда уже поохотилась, он только прилетел к острову. Так что, если его ничто не задержит, и он летал чисто меня проконтролировать, то часика через пол и сам вернется. -- А зачем лгать? Скорее всего, они в курсе того, что он за мной отправился, так не стоит и отходить от общего сюжета.
   -- А его ничто не задержит? -- внимательно посмотрел на меня кок, ставя перед носом второе -- рис с карри.
   -- Не должно, -- посмотрела на него честными глазами. И, только когда мужчина отвернулся, не смогла сдержать довольной улыбки -- я в числе первых жду его возвращения.
   -- Вы Уила покормили? -- отвлеклась от блюда, про себя отмечая то, что надо бы рецептик у кока выманить, для Эммы. Думаю, наша кок будет только рада получить что-то новое в свою обитель.
   -- Да, отнесли ему овсянки и сладкого чая, -- согласно кивнул Сатч, протирая нож. -- Он как раз проснулся к тому моменту, все про тебя спрашивал.
   -- Надо будет к нему заглянуть, -- пробормотала, быстро доедая и отставляя тарелку в сторону. -- Вы помоете или мне надо?
   -- Давай сюда, -- фыркнул мужчина. -- От одной лишней тарелки мы не надорвемся.
   -- Спасибо, -- вскочив, поклонилась присутствующим. -- Все очень вкусно!
   -- Иди уже, -- усмехнулся кто-то. Еще раз поклонившись, пулей выскочила наружу, придерживая спрятанное, еще с посещения подсобки, под рубашкой.
   Буду продолжать мстить.
   Расположение каюты навигатора я уже знала, поэтому, быстро прокравшись к ней и с жутко бьющимся сердцем прислушиваясь к окружающим звукам, быстро юркнула внутрь, проклиная мужчину за плохо смазанные створки. Метнувшись вперед, наглухо закрыла приоткрытый до этого иллюминатор, после, вернулась обратно к двери, вытащила припрятанное, прилаживая. Осторожно закрыв дверь и прислушавшись к звукам изнутри, довольно кивнула -- ловушка готова. И, должна обойти его волю, так как... Хе-хе.
  
   Феникс прибыл, когда я уже догладывала последнюю косточку. Мясо было действительно потрясающим, а оставшиеся отходы быстро съели Симаргл и, увязавшийся следом за мной, Стефан. Что ж, так даже лучше -- грызть кости было лень, в животе была блаженная наполненность, и начинало клонить в сон.
   Быстро сбросив расслабленность, осторожно прислушалась -- так и есть, птица, безрезультатно побившись в закрытый иллюминатор своей каюты, быстро облетела корабль, привлекая внимание находящихся на нем и явно проклиная себя за такую опрометчивость. После приземлилась как можно ближе к жилым трюмам.
   -- Вперед! -- тихо шепнула зверенышам, с довольной лыбой на лице наблюдая за тем, как идущая в раскорячку пернатая атакуется двумя белыми тушами, у одной из которых во рту была пара камешков кайросеки, выпавших тогда из моего крыла.
   Звери отпрянули в стороны, стоило птице обернуться человеком, а смеявшиеся до этого члены команды потрясенно заткнулись, глядя на...
   Я зажала рот двумя руками, стараясь не выдать себя больше, чем это возможно, отдаленно чувствуя, как ноет отбитая попа -- Воля не позволяла до конца залечить "ранение", оставляя на седалище быстро наливающийся синевой след -- отпечаток ладони.
   Феникс был голым, в чем, несомненно, была моя заслуга. И, вроде бы, ничего особо такого и не было во всем этом -- мужчины спокойнее воспринимают наготу. Да только черные отпечатки ладоней у него на ягодицах да надпись на спине "Пуся, заходи еще" заставили кого-то нервно хихикнуть. Феникс непонимающе нахмурился, после быстро удалился к себе, оставляя за спиной разгорающееся веселье. А я, стыдливо уткнувшись лбом в доски палубы, вспоминая то, как раздевала его, и что мне открывалось, напряженно прислушивалась к звукам из трюма. Почти неслышимый скрип и... громкий мат, заставивший меня довольно вскочить на ноги и хлопнуть в ладоши -- так тебе и надо! Будешь теперь думать, прежде чем меня по заднице бить!
   Железный пояс сыграл свою роль, поразив нагую цель. Осталось еще три элемента одежды.
  
  
  
  
   Беспомощность
  
   Утро началось с удивленных восклицаний и робких смешков. Приподняв голову, сонно посмотрела в сторону выхода из медблока, спрятанного за ширмой. Вероятно, было рано -- солнце еще робкими лучами скользило по подушке, зайчиками прыгая на бледное лицо Уила, на чьей кровати я прикорнула. Ночное бдение и тихая вылазка наружу, в этот раз не настолько безобидная, как прошлая, и я без задних ног рухнула рядом с парнем, осторожно обнимая болезного и прислушиваясь к его рваному дыханию. Уже неделя, как он под присмотром медиков, а состояние здоровья практически не улучшилось -- разве что на внешнее питание перевели.
   -- Почему... шумят? -- он слабо пошевелился, приоткрывая глаза. Чернота сменилась на какую-то серость, в которой даже зрачок стал чем-то мутным. -- Будет бой с кем-то?
   -- Нет, -- усмехнулась, быстро проверяя его температуру. Высокая, черт. -- Это я отрываюсь и нарабатываю себе проблемы. Не о чем беспокоиться.
   -- Идиллия, -- почти неслышно фыркнул он, прикрывая глаза.
   -- И то верно, -- кивнула. -- Так, я к девочкам: тебе явно нездоровится.
   Не слушая его вялых возражений, быстро вскочила с кровати, выбегая наружу и устремляясь к каюте медсестер. Увы -- внутри никого не оказалось, скорее всего, ушли к своему капитану на утренний осмотр. Как же не хочется идти к нему, просто до боли в животе.
   Высунув нос за пределы медблока, осмотрелась вокруг: на палубе столпилось порядочно народа, глазеющего вверх, на самую макушку главной мачты.
   -- У тебя глупые шутки, -- задумчиво раздалось сверху, заставив удивленно подскочить и приложиться головой о косяк.
   -- Харута! Ты меня рядом с Уилом уложишь! -- взвыла, потирая занывший висок. -- Зачем пугаешь?
   -- Я не пугаю, я просто сижу здесь, -- фыркнул он, соскакивая с крыши и с укором глядя на меня. -- Нет, я признаю: чтобы незаметно пробраться наверх и прицепить штаны Феникса вместо флага, да повязать все это дело бантом из его же платка, это еще постараться надо! У нас часовые, хоть и разленились порядком, но всё же дело свое знают, да и Воля у многих хоть какая-то, но есть!
   -- Ну, от себя скажу, что это было тяжело, -- призналась, прикрывая дверь за собой и хмуро глядя на взъерошенного Марко, быстро выбегающего со стороны жилых трюмов по направлению к столпившемуся народу. -- Мне нужно к медсестрам: моему лейтенанту стало плохо.
   -- Нужно идти к Отцу, они все там, -- согласно кивнул парень, быстро проходя мимо меня и идя к боковой лестнице. -- Ну, ты идешь?
   -- А? Да, конечно! -- поспешила за ним, сбегая вниз и устремляясь к каюте Белоуса. Феникс, бросив мимолетный взгляд в нашу сторону, заставил ощутить что-то наподобие легкого угрызения совести. Чувство, однако, мгновенно рассеялось, стоило вспомнить о саднящем седалище, из-за которого приходилось спать на животе. Да и проблема, вообще, была не особо и большой: махалки есть -- долетит и снимет.
   Спустившись вниз по ступеням, вслед за Харутой вошла в большое помещение, часть которого занимали огромная кровать и ряд медицинских примочек у стены.
   Большой человек лениво повернул к нам голову, с теплой искрой в желтизне встречая Харуту и, после, слегка любопытно переводя взгляд на меня. Стало крайне неуютно, так, что захотелось резко выскочить наружу, плюнув на все и возложив всю ответственность о здоровье моего лейтенанта на плечи командира одного из дивизионов. А вот взгляд Миланы, обернувшейся на скрип двери, заставил прирасти к месту, мгновенно вытянувшись в струнку, как на построении.
   -- У Уила опять температура подскочила, -- выдавила, стараясь не сорваться на хрип, из-за мгновенно пересохшего горла. Белоус и без использования Воли офигеть как давил на сознание, придавливая к доскам пола. Хорошо, что Уил в другой части корабля, иначе он бы уже сломался под таким давлением.
   -- Уже иду, -- отозвалась женщина, подхватывая папку и что-то быстро говоря стоящим рядом девушкам. Те согласно кивнули и повернулись к приборам, что-то настраивая и после записывая в блокноты.
   -- Зверек, останься, -- гул, вероятно, только по ошибке названный голосом, не дал покинуть помещение, стоило мне навострить лыжи в сторону спасительного выхода. Харута, в ответ на мой искренне испуганный взгляд, ободряюще подмигнул, всем своим видом призывая не дрейфить. Ну, спасибо, дружище, -- я этой махине, в случае чего, на один хлопок ладошкой.
   -- Да, сэр, -- как воспитанная первоклашка, согласно кивнула, повернувшись к мужчине, и подошла к кровати, закидывая голову вверх, чтобы видеть его лицо.
   Старик не спешил с разговором, если вообще хотел его начинать. Через десять минут обоюдного разглядывания, я недоуменно склонила голову набок, все так же сверля его внимательным взглядом. Медсестры, закончив с утренним осмотром и бросив на меня, кто насмешливый, а кто и предупреждающий взгляды, удалились наружу. Старику в последнее время нездоровилось: то ли погода влияла на него и боевые раны, заставляя те ныть, то ли старость вновь начала протягивать свои дряхлые лапки в его сторону, но капитан корабля последнее время редко появлялся снаружи, предпочитая общество книги да приходящих к нему проведать детей.
   А ведь снаружи время завтрака, такого вкусного и настолько пахучего, что добавленные в него приправы чувствовались даже здесь, в каюте капитана.
   -- Зверек, -- вновь пророкотал хозяин корабля. -- Что ты пытаешься натворить?
   Я совершенно искренне удивилась, вскидывая брови. Натворить?
   -- Простите, сэр Эдвард, я не совсем понимаю того, о чем вы говорите. -- Если, конечно, речь не о штанах на мачте... С голубым бантом.
   -- Понимаешь, -- усмехнулся он, приподнимаясь на кровати. -- Все ты понимаешь, зверек из Дозора.
   -- Он сам виноват, не стоило поднимать на меня руку, -- насупилась, скрещивая руки на груди.
   -- Флаг -- это честь команды, -- покачал он головой, опуская ноги на пол и притягивая огромный сапог. Я в нем, наверное, полностью уместиться смогла бы. -- А ты на его место штаны повесила. Мои сыновья уже нашли его, там же, в вороньем гнезде, но выходка твоя заставила заинтересоваться причиной самого поступка.
   -- Я уже объяснила, -- упрямо мотнула головой. Постепенно дышать становилось легче -- то ли привыкала к давлению со стороны старика, то ли он сам что-то там сделал со своей Волей, в чем я не особо была уверена. Зачем? -- У Феникса паранойя, а отыгрываться пришлось мне. В результате я его немного припугнула. -- Или не немного, вспомнить только тот мелькнувший ужас в его глазах, когда вода полностью скрыла его под своей толщей. -- После он обозлился и причинил мне боль, из-за которой я сейчас и несколько некорректно себя, для своего ранга и возраста, веду.
   -- Ну, мои детишки и с большей цифрой за плечами финты выкидывают, -- неожиданно засмеялся он. Меня чуть не сдуло в дверь, заставив присесть на месте, ухватившись за спинку кровати. -- Да и тот же Эйс порядочно корабль подырявил, прежде чем решение о вступлении в команду принял и откинул идею что-то мне сломать.
   Э... Мне братишки говорили о том, что конопатый пытался провести на тот свет большого Папу, но что-то они забыли упомянуть о том, что он при этом активно Моби Дик в дуршлаг превращал...
   -- Мне больше интересно то, что ты дальше предпримешь. Не в адрес Марко или еще кого-то из моей команды. Я хочу знать твои планы на будущее.
   Я неосознанно поежилась, выглядывая из-за спинки и сталкиваясь с теплой желтизной: так смотрят не на противника, так смотрят на маленького ребенка, который задумал первый самостоятельный шаг, но за которым стоит присмотреть, чтобы он не навредил себе.
   -- Ну, я планирую к своим вернуться, -- почти что проблеяла из своего убежища, внутренне ежась от того, насколько жалко выгляжу. -- Только пока Уильям не поправится, я не могу даже думать о том, чтобы куда-то выдвигаться: ему нельзя напрягаться, вообще никак. А я его не брошу.
   -- То есть, он тебя тормозит? -- вопрос, вот так вот, в лоб, поставил в тупик. А после вообще разозлил: да как он смеет?! Старик, бросив только один взгляд на меня, вновь засмеялся, судя по звукам вызывая сильное волнение моря за толстыми стенами корабля.
   Быстрый топот сандалий по ступеням вниз, позвякивание железного пояса, и, скрипнув дверью, в каюту вбежал встревоженный Феникс собственной персоной.
   -- Отец, что-то... -- он запнулся на полуфразе, чуть расширившимися глазами глядя на меня, мгновенно принявшую независимый вид.
   -- Дрого Ди с сольным комическим номером "Этот странный мир и другие приключения дозорной", -- пожала плечами, переводя взгляд на весело скалящегося старика. -- Ладно, я пойду, иначе пропущу завтрак, и опять придется лететь на охоту, -- выразительно взглянула на Феникса, сверлящего меня пристальным взглядом.
   Встав, быстро прошла мимо и, только выскользнув за дверь и медленно взойдя по ступеням вверх, чтобы не посчитали, что сбегаю, выдохнула, заходя за пристройку и буквально падая на тут же занывшую задницу. Ноги не держали -- встряски вроде бы и не было, но Йонко... Совершенно иной уровень, о котором мне и думать в моем состоянии не следовало бы.
   Мне нужно стать сильнее. Черт бы вас всех побрал, потом вернул и опять побрал -- мне нужно стать сильнее! Я слаба настолько, что рыдать хочется. Так что, причина такого неожиданного веселья Эдварда понятна -- маленький звереныш скалит клыки, пытаясь показать всему миру свое "я".
   Кстати о "Я"...
   -- Эй, шиза моя личная, ты куда подевалась? -- тихо позвала ее, откинувшись спиной на доски и глядя на успокаивающееся, после веселья Йонко, море. -- Ау, откликнись!
   Ти-ши-на. Только какие-то чайки над головой кричат, да кто-то из более-менее подкованных матросов вешает на место флаг с черепушкой и костями, тихо матерясь при этом и вызывая смех у товарищей, засевших на марсе.
   -- "Я", прием-прием, ответь, а? -- нахмурившись, уже куда взволнованней позвала, максимально расслабляясь и чуть не засыпая на месте. Результат тот же. Нет, я, положив руку на сердце, только обрадуюсь тому факту, что в моей голове буду жить только одна я, как бы грубо это не звучало по отношению к ней. Но я хочу быть точно уверенной в том, что среди ночи вновь не окажусь, хрен знает где, в компании девочки в белой шляпке. Так что, мне требуется ответ. Да и, чего таить, совет тоже нужен от той, кто в теме моей с ней проблемы и знает, как лучше к кому обращаться.
   -- Эй, ты чего тут сидишь и бормочешь неизвестно что? -- удивленно высунулся из-за угла Харута, после присел рядом, заглядывая в глаза.
   -- Устав повторяю, а то, вдруг по возвращении, придется проходить подтверждение квалификации? -- нервно усмехнулась, переводя на него взгляд. -- Тебе бы подстричься...
   -- Да ладно, так тоже удобно, -- широко улыбнулся он, откидывая с глаз челку. -- Ты завтракать идешь? Я специально тебя искал.
   -- Правда? -- удивилась я. Надо же, какие мы добрые пираты, однако -- искал меня, чтобы вместе на завтрак сходить.
   -- Ага, -- кивнул он, быстро поднимаясь на ноги и подавая мне руку. -- Давай, вставай быстрее, а то Эйс все сожрет!
   -- А он что, действительно на такое способен? -- благодарно кивнув, приняла помощь, становясь рядом с ним.
   -- Да не то слово, -- так и не отпуская моей руки, потянул меня парнишка, устремляясь в сторону камбуза. -- Скорее-скорее, пока все не исчезло в его бездонном нутре!
   Внутренне удивляясь тому, что Харута действительно волнуется по поводу гипотетически исчезающей по вине Эйса еды, прибавила скорости. Теперь уже я волочила его на буксире, ногой распахивая дверь, ведущую в столовую и спускаясь по ступеням вниз, а там, грозно взглянув на быстро жующего свою порцию конопатого, устремилась к стойке раздачи.
   -- Тройную порцию, и мяса побольше, -- грозно заявила мужчине на раздаче, заставив того вскинуть брови и недовольно на меня посмотреть.
   -- А не лопнешь ли ты, деточка? -- ехидно поинтересовался он.
   -- Нет, дядечка, но если я не наемся, я начну лютовать, -- хищно оскалилась, выпуская наружу длинные клыки и предупреждающе урча. -- Тройную порцию с большим количеством мяса, пожалуйста.
   -- Ну, вааще, дозорные уже в конец обнаглели, -- покачал тот головой, роясь где-то в закромах под стойкой и, вытащив на свет белый внушительную глубокую тарелку, принялся накладывать туда пшенку с мясом. -- Подожди, сейчас хлеба дам и чая налью.
   -- Конечно, сэр кок, -- согласно кивнула, с поющим желудком наблюдая за всеми манипуляциями мужчины.
   -- Эй, Анта, -- тихо позвали меня сзади. -- Ты, это... Не могла бы руку... Хотя бы хватку ослабить?
   -- А? -- удивилась, после перевела взгляд вниз, где действительно, довольно крепко, сжимала его ладошку, уже побелевшую в моих пальцах. -- Ой, прости...
   -- Да не, все нормально, -- тот легко улыбнулся, получая свою отдавленную конечность и разминая ее. -- Перед лицом такой опасности стоит понервничать, да и у тебя, как я успел понять, довольно-таки хороший аппетит.
   -- Да, есть такое дело, -- кисло усмехнулась, несколько потеряно глядя на освободившуюся руку. Как-то странно внутри стало... Пусто.
   -- А ты сильная, -- уважительно кивнул головой парень. -- Чуть не сломала, одними пальцами...
   -- Прости, мне несколько неуютно находиться в вашем обществе, вот и не рассчитала силы, -- вздохнула, после повернулась к стойке, где мужчина выставил разнос с тарелкой, хлебом, ложкой и чашкой чая. -- О, спасибо большое!
   -- Смотри, не лопни лучше, -- криво улыбнулся повар.
   Довольно кивнув, подхватила завтрак, быстро проходя к свободному столу. С удобством расположившись на лавке, ухватила ложку и хлеб и, минут на пять, забыла о существовании окружающей меня реальности -- столь вкусной каши я давно не ела! И, лишь, когда на дне осталась пара крупинок, удивленно подняла голову, глядя на притихших пиратов.
   -- М? -- силясь проживать все, что было во рту, выдавила из себя, круглыми глазами глядя на них.
   -- Ну нихера себе проглот, -- выдавил кто-то из глубины. Я удивленно вскинула бровь, с усилием глотая и тут же запивая сладким чаем комок, застрявший в пищеводе.
   И что это за предъявы?
   -- Анта, ты хоть жевала? -- задушевно раздалось сбоку от Харуты, смотрящего на меня с каким-то сочувствием.
   -- Конечно, -- согласно кивнула, со вздохом отставляя тарелку и грустно глядя на почти не начатую порцию парня. -- А у вас что, принято следить за тем, как и сколько едят другие?
   -- Потенциальный конкурент, знаешь ли, -- весело отозвался проходящий мимо Портгас. -- Ешь за троих, и явно не наедаешься.
   -- И что с того? -- выгнула бровь. -- Не лезь в мою тарелку!
   Ответом послужил громкий смех и весело блестящие карие глаза. Интересно, а мне еще дадут добавку или не стоит пытать удачу, как это пытался сделать парень? Впрочем, раз ему ничего не обломилось, то мне и пытаться не стоит -- чужая же.
   -- Ладно, отнесешь мою грязную посуду по старой памяти? -- допив чай, повернулась к Харуте, сосредоточенно выковыривающего куски мяса из своей порции. -- Ты мне должен, -- весело прищурилась.
   -- Когда это я тебе был должен? -- невинно округлил он глаза, отставляя ложку в сторону.
   -- Когда нагло убегал на Елене, скидывая на меня с Уилом всю грязную посуду, -- криво улыбнулась, поднимаясь со своего места, и, быстрым движением хвоста, утянула кусок хлеба из его порции. -- Ну, я пошла.
   Все верно, меня палуба ждет. Грязная, заплеванная каким-то мудаком палуба, которую нужно опять отмывать.
  
   Вечер наступил незаметно, просто в один момент тени стали длиннее, да подул чуть более прохладный ветер, наконец-то прогоняющий дневную жару, разогнавшую большую часть команды по более-менее прохладным каютам и трюмам, и оставившей меня в покое, наедине с Симарглом, которому, как и мне, дневное пекло было не так уж и страшно -- огонь же. Стефан, которому компания моего зверя сильно понравилась, жалобно поскулил некоторое время, зовя Симаргла с солнцепека, но ничего поделать не смог и, так и не получив результата, укрылся в тени навеса, а после и вовсе скрылся из виду. Наверное, пошел к Отцу за порцией ласки и внимания.
   К счастью, не одна я палубу мыла, да и пофилонить были все шансы, а потому, еще после обеда, быстро протерев столы в столовой, умелась наружу, садясь в тени пристройки и размышляя о смысле бытия. Зверь, довольно урча, развалился рядом, высунув розовый язык и кося на меня умным взглядом.
   -- Нет, охотиться пока не стоит, -- отрицательно мотнула головой, выуживая из закромов утреннюю газету и вчитываясь в заголовки. -- Лучше идти через день или через два. Да и Уилу стало плохо, и я не хочу его бросать.
   Симаргл понятливо моргнул, от чего я чуть не прослезилась -- такая прелесть и понимает меня. Эх, даже обидно становится из-за того, что он всего лишь часть меня, а не отдельная личность, ведь я совершенно точно решила для себя, что верну свою зоан форму обратно. Только, сделаю это как можно позже -- лишние глаза мне не помешают на чужом корабле. Да и силушка у него хорошая -- Феникс до сих пор старался его не провоцировать лишний раз.
   -- Что говоришь, еще помощники? -- отвлеклась от чтения, переводя внимательный взгляд на рыкнувшего зверя. -- Мысль не плохая, но я сейчас, грубо говоря, не в той форме и положении, чтобы созывать серое братство. Нет, я не ленюсь! Что, говоришь, что все именно так?! Злой же ты... -- насупилась, после демонстративно закрылась газетой, в которой как раз писали об операции Дозора на одном из зимних островов Гранд Лайн. Была накрыта тайная лаборатория по созданию какого-то разумного оружия. Все разработки тут же были отправлены на изучение великому Правительственному ученому Вегапанку.
   -- Ага, ну все ясно -- скоро у нас в тайных отделениях Сайфер Пол появятся новые примочки, -- завистливо сжала губы, грустно вздыхая. Мне б такую... А лучше какого-нибудь идеального подчиненного с такой примочкой.
   Теми, кто командовал операцией, были Дрого Ди Эл и Дрого Ди Мар, известные братья-капитаны.
   -- Ну, право слово, могут же! -- искренне восхитилась, дочитывая статью и переворачивая страницу. Молодцы, пацаны мои, делом занимаются, пока я хрен знает где прохлаждаюсь. Хм, а может... Может позвонить им? Номер меня заставили запомнить, да и видела я тут в одной из маленьких кают Муши дальнего действия... Только...
   Все верно. Это гадская улитка будет смотреть на меня своими огромными глазами... Брр!
   -- А, что такое? -- По ногам кто-то пробежался, щекоча шерстью и пугая прикосновением холодных лап.
   Свернув газету и взглянув на непонятное явление, в первое мгновение чуть не закричала: крысы. Их было офигеть сколько: сотня, может больше -- глаза не успевали уследить за быстро перемещающимися зверятами. Серые, бурые, десяток цветных -- крысы бегали вокруг, забираясь на ноги, становясь на задние лапы, зарываясь в шерсть лениво щурящего глаза Симаргла.
   -- Мать моя Лада, что тут происходит, -- тихо выдохнула, откладывая газету и подхватывая одну из них под брюшко, после поднося к глазам -- рассмотреть. -- Какая милаха, -- тепло улыбнулась, почесывая ее за ухом и сажая на плечо. Почти как мои барышни: сверкающие бусинки глаз, милый розовый носик, лапки-ручки. Эх, надеюсь, с ними там все хорошо. -- И как вы тут все оказались? Твоя работа? -- повернула голову к зверю, глядя в хитрые глаза.
   Конечно его, кто бы сомневался -- на корабле есть еще один зоан, но он, похоже, только по птицам. И ему уж точно дела нет до корабельных вредителей, если только не их уничтожение.
   -- Ну что, милые мои, будете моими глазами в случае чего? -- ласково проводя по подвернувшимся спинкам, поинтересовалась, и, уловив в ответ мгновенное согласие, тут же дала команду разбежаться, чтобы никто не заметил нашего маленького заговора. Вредят они или нет, но на корабле Йонко смогут помочь мне, в случае чего.
  
   Ночной поход на кухню стоил мне офигеть какого количества нервных клеток, но нужное было успешно добыто, и я, утомленно вздыхая, быстро устремилась в сторону неприметной комнаты с Ден-Ден Муши.
   Тихо скрипнула отворяемая мной дверь, открывая вид на огромный стол, залитый лунным светом, падающим из иллюминатора, и большую улитку, сидящую на нем и мирно спящую.
   Закрыв за собой дверь, внимательно посмотрела на жильца и, пройдя к столу, постучала пальцем по панцирю, тут же вздрагивая: чудовище открыло свои глаза и мрачно на меня уставилось, явно недовольное тем, что его разбудили среди ночи.
   -- Эм, вот, ночной дожор, -- заискивающе улыбнулась, протягивая улитке пучок салата и быстро ретируясь к дальней стене. Усатая Муши, вероятно для проформы, кинула на меня еще один мрачный взгляд, после чего принялась медленно жевать данное ей угощение, потеряв ко мне всякий интерес. Сползя по стене, обессиленно откинулась на нее, пустым взглядом глядя на двигающийся, на фоне иллюминатора силуэт, вяло размышляя о том, а что именно я хочу сказать своим братьям? То, что я жива? А что потом? Они завалят меня тонной вопросов, на половину которых я попросту не смогу дать ответа, и на часть которых не захочу. Тут же поднимется тема о том, что мне нужно спасти-всех-человеков и обязательно пришить какого-то Маршала Ди Тича, которого я в глаза не видела. А ведь эти гаврики могут и в гости напроситься...
   Наверное, за всеми этими упадническими размышлениями я заснула, потому что последующим чувством был резкий внутренний толчок и ощущение того, что на меня кто-то пристально смотрит. Делать нечего -- я и так довольно заметно вздрогнула. За время сна я, вероятно, сползла на пол, раз теперь мир предстал передо мной боком, с замершим возле окна человеческим силуэтом. Опершись на руки, сонно посмотрела на него, после на дремлющую улитку.
   -- И долго еще ждать, пока ты хоть на что-то решишься, йой? -- лениво раздалось от окна, заставляя окончательно проснуться и зло уставить на мужчину.
   -- Какое тебе-то дело? -- нервно огрызнулась, видя, что Муши опять проснулась и вновь сверлит меня подозрительным взглядом. До чего же неприятное создание.
   -- Самое, что ни на есть, прямое -- я защищаю свою команду, а ты враг, -- фыркнул он, практически ощутимо проходясь по мне колючим взглядом. И зачем я в темноте вижу? Было бы много приятных моментов, утаи она в себе подробности.
   -- Хорош же из меня враг, -- кисло усмехнулась, принимая сидячее положение и, притянув к себе колени, обняла их, печально глядя на средство связи. -- Даже позвонить не могу домой.
   -- Не можешь, или не хочешь, йой? -- вкрадчиво поинтересовался мужчина, заставляя нахмуриться. Любишь же ты неудобные вопросы задавать...
   -- Если я позвоню своим, я дам понять, что жива и, самим фактом связи, укажу им на то, что нахожусь в более-менее обжитом месте. Они потребуют назвать местоположение. Солгать я не смогу, так как не осведомлена о точках базирования Дозора на данный момент, и могу лопухнуться, назвав не то место. Если скажу, что нахожусь на каком-то торговом или транспортном корабле, то потребуют капитана или просто прикажут взять судно под свой контроль и направить его в какое-то определенное место. Если же я им честно заявлю, что нахожусь на корабле Йонко, мне прикажут либо напасть, либо сбежать, бросив раненого лейтенанта на произвол судьбы. И, учитывая то, что я точно откажусь, меня признают предателем, после чего, скорее всего, выпустят на мое имя листовку, так как я являюсь обладателем довольно сильного дьявольского фрукта, имею хорошую военную подготовку и знаю множество тайн Дозора, за которые меня стоит упрятать в Импел Даун. Такая угроза, пусть и притянутая, Правительству не нужна.
   -- Правда так много знаешь? -- насмешливо прилетело в ответ, пока я переводила дыхание.
   -- О, да, -- язвительно отозвалась. -- Я знаю, какие печати нужно ставить в документации на отчет, -- грустно выдохнула, откидывая голову на стену и прикрывая глаза. -- На деле, я осведомлена о паролях на прохождение в некоторые порты Баз Дозора и, как следствие, об их внутреннем строении. Я знаю о том, что вообще происходит внутри Баз и где лучше всего искать их слабые места. Знаю о том, как там с порядком и какие из командиров действительно что-то собой представляют, а какие просто вода на киселе. Не всех, естественно, знаю, но на паре слетов была и успела понять то, кто есть кто из присутствующих там. Да только, все это можно узнать, и просто заслав на Базу какого-то юнгу помоложе, и, дав ему наметку прикинуться шлангом и быстро всё изведать, получить всю нужную информацию. Если есть рабочий мозг -- я точно не нужна. А он есть, хоть и параноидальный.
   Мужчина устало вздохнул, оставляя мою шпильку без внимания. Опять вымотан и без сна -- хоть тени и дополняют общую картину, да даже и без них под глазами наблюдаются огромные синяки. Может, накачать его снотворным?
   Как же тогда спокойно станет...
   -- То есть Уил тебя задерживает? -- тихо донеслось от него.
   -- Захлопни клюв, дурная птица! -- сбросив дрему и резко вскочив на ноги, прорычала, выпуская наружу несдерживаемые язычки огня, тут же осветивших каюту. -- Захлопни и никогда не открывай его для такой темы!
   -- Как страшно, йой, -- издевательски раздалось в ответ, заставив мгновенно замереть.
   -- Убью... -- мгновенно охрипшее горло плохо повиновалось, с трудом пропуская наружу звуки. -- Заткнись, иначе убью.
   -- А сможешь ли? -- мужчина отошел от стены, выходя под неясный свет пламени.
   -- Да, -- мрачно кивнула. -- Смогу, и не раз. Буду убивать и ждать, пока ты воскреснешь, и так, пока не перестанешь даже пытаться мыслить на эту тему и подобным образом!
   -- Каким образом, йой? -- прищурился он.
   -- И ты и Белоус просто родственники, -- хрипло выдохнула. -- Один говорит, что Уил меня тормозит, другой о том, что он меня задерживает. Запомни и ему передай, если так приспичило получить ответ: я не брошу своего друга и пробуду рядом с ним столько, сколько нужно!
   -- Ради него готова жить бок о бок с пиратами? А что будешь делать, если Дозор все же узнает о том, что ты сейчас с Йонко?
   -- Поправка, -- нахмурилась, -- у Йонко. Не путай.
   -- И все же? -- серые глаза прищурились, явно пытаясь разглядеть что-то еще.
   -- Разберусь по ситуации, -- криво оскалилась. -- Я не хочу покидать Дозор, только-только увидев свой путь. Но, если этого требует спасение моего лейтенанта, то пусть так и будет.
   -- Редко такое от дозорного услышишь, особенно от того, кого, по идее, уже должны были сломать, -- протянул Феникс, склоняя голову набок.
   -- Даже не пытайтесь, -- упрямо мотнула головой, наконец, успокаиваясь и втягивая огонь обратно. Сразу стало темно, лишь свет надкусанной Луны продолжал освещать комнатушку. -- Я скорее сдохну, чем позволю кому-то давать мне идиотские команды.
   -- Тогда ты выбрала не ту профессию, йой, -- пожал он плечами.
   Я чуть не спустила с языка рвущееся наружу: я не выбирала. Меня просто поставили перед фактом, а после сыграли на упрямстве и том личном кодексе чести, что прочно засел внутри -- не сбегать. Ты просто не представляешь себе, тварь пернатая, как же я хотела бросить все и вся и уйти, куда глаза глядят: в лес, в горы, в поля -- как можно дальше от всего этого дерьма. Да только обязательства навесить успели раньше, чем я дошла до точки кипения. А там и пути обратного нет. А сейчас, этот шанс выпал, возможно, один на миллион. Так почему же я так отчаянно рвусь обратно? Зачем?
   Да, есть причина.
   -- Или именно ту, что нужно, -- чуть склонила голову. -- Гаросеи, Дворяне -- нас имеют как хотят. И я хочу своими глазами видеть то, как поимеют их. И я уверена -- это произойдет в ближайшее десятилетие. Перспективные новички среди пиратов -- первая трещинка в натянутом режиме.
   А еще мне успели Эл и Мар рассказать кучу интересной информации о будущем, которая ясно дает понять, что волна, все же, будет.
   -- Что же ты такое, Дрого Ди? -- задумчиво пробормотал мужчина, делая еще один шаг ко мне. -- Ярая дозорная, а говоришь как какой-то революционер. -- Кстати о бабочках -- нужно будет как-то слетать к ним и разузнать об обстановке в мире. Той, которая простым обывателям не доступна. Только найти их нужно сначала.
   -- Не твое дело, глупая птица, -- мотнула головой, разворачиваясь к выходу.
   -- Рубашку верни, -- ударило в спину, когда дверь гадко скрипнула.
   -- Зачем? -- обернулась, удивленно вскинув бровь. -- Это трофей. Я же победила тебя.
   -- В таком случае ожидай реванша.
   -- Третья попытка, да? -- широко зевнула, выходя на палубу. -- Посмотрим. Может, к тому времени мой зверек ее уже догрызет.
   Скрипнувших за спиной зубов демонстративно не услышала, проходя через палубу и рискуя вывихнуть челюсть от напавшей зевоты, скрылась за дверью медблока. Уил, в окружении каких-то проводов, капельниц и еще-хрен-пойми-чего спал, тихо дыша во сне. Приложив к его лбу руку, вновь почувствовала жар. Вот же, сколько же можно?
   Тихо зажглось белое пламя на кончиках пальцев, сразу же тенями затанцевав на окружающих предметах и выбелив лицо Уила до цвета простыни. Пустив огонь на голову парня - в который раз? -- затаив дыхание и сосредоточившись, вновь дала команду: лечи. Как послушная ящерка, стихия скользнула под бинты, тут же принимаясь легонько потрескивать и, в который раз, замерла где-то в районе виска, разбежавшись во все стороны и тут же погаснув.
   Парень беспокойно пошевелился во сне, но не проснулся. Оно и к лучшему, потому как единственным, что пришло мне на ум, заставив зло оскалиться и почти что зарычать, было -- кайросеки. Эта зараза даже в парня проникнуть смогла, не давая его залечить и мучая слабостью и бессилием.
   Нужна срочная операция. Да только вот... Потянут ли ее девушки или нужно ожидать ближайшей населенной суши, где встретится более умелый врач? Сплошные вопросы. Главное, чтобы Уил продержался как можно дольше.
  
  
   Издевка
  
   Вопреки первоначальному желанию поиздеваться над Фениксом путем развешивания элементов его одежды в различных частях корабля, рубашку я решила не отдавать -- мне самой такая подойдет, да и как трофей прекрасно смотрится. А потому, месть я отложила на потом, решив затаить обиду на неопределенный срок -- что ж я как дитя малое? Я решила стать сильнее, а вместо этого по углам отмораживаюсь да командиров раздеваю.
   И, для начала, раз решила действовать, я, все же, должна узнать причину беспокойства моих братьев. Сказанное Фениксу по злости, теперь казалось не таким уж и глупым -- я действительно желала увидеть то, как падут Гаросеи и Правительство. И, будет не так уж плохо, если я чуть-чуть, но приложу к этому делу свою руку. Очень хочется узнать о том, стать свидетелем того, как будет жить Дозор без всех этих сверх руководящих. Возможно, тогда они станут чуточку лучше? Не будут печься об авторитете, а, наконец, начнут защищать?
   Благими намерениями выложена дорожка в Ад. Но он явно не учел того, что ему противостоят русские.
   На камбузе было относительно тихо -- шестнадцатый и пятый дивизионы отплыли рано утром, еще до завтрака, в связи с какой-то проблемой на одном из островов их территории. Остались лишь несколько дивизионов. Получив свою порцию, окинула взглядом собравшихся и, остановившись на более-менее подходящем под описание человеке, устремилась к его столу.
   -- Сэр, простите, не знаю вашего имени, можно присесть? Здесь, вроде, не занято? -- остановилась рядом с ним, кивая на свободную напротив него лавку.
   -- Да, конечно садись, -- широко улыбнулся мужчина. -- Как я могу отказать такой прекрасной леди?
   -- Благодарю, сэр?.. -- вопросительно посмотрела на него, ставя свою порцию на стол и садясь. Где он тут прекрасную-то нашел, во мне, обряженной в потертую мужскую одежду, и с кудлатой после сна головой?
   -- Тич, прекрасная леди, -- вновь улыбнулся он, быстрым движением отправляя себе в рот кусок пирога и довольно щурясь. Хм, судя по запаху -- вишня.
   -- О, рада знакомству, сэр Тич, -- приветливо улыбнулась, во все глаза рассматривая темноволосого мужчину. Большой, с бородкой, одетый в красную рубашку, нараспашку, обнажающую волосатую грудь, и, как заметила на подходе, в какие-то зеленые штаны, подвязанные желтым поясом. А он дядька объемный и явно без комплексов -- так широко улыбаться, будучи перемазанным вишневым соком да без пары-тройки зубов. -- Любите вишню? -- наконец, отвлеклась на собственную тарелку, отправляя первую ложку в рот.
   -- Вишневые пироги моя слабость, милая леди, -- засмеялся он. -- Не хотите ли кусочек? Сатч специально для меня готовил, но я готов поделиться с такой прекрасной особой, как вы.
   -- О, да вы меня уже в конец засмущали, сэр, -- невольно покраснела, от такого обилия комплиментов. Проводя почти все время в море и с одними и теми же людьми, я как-то отвыкла от подобных слов в свой адрес. Редкие визиты на сушу почти ничего не давали, а о личной жизни и думать не стоило -- сегодня один город, а завтра другой, находящийся за тридевять земель. -- Но, я вынуждена отказаться -- мой завтрак не особо хорошо сочетается со сладким.
   -- Ох, неужели, фигуру бережете, леди? -- мужчина даже перестал жевать, удивленно на меня уставившись.
   -- О, хотела бы я так сказать, сэр, -- усмехнулась, грустно глядя в тарелку -- порцию дали как для двоих, показав внушительный кукиш на просьбу о добавке. -- Я ем очень и очень много, из-за способностей моего фрукта. Но, как бы не было жаль, я не люблю вишню. Было бы прекрасно, если бы пирог был с персиком, свежим и сочным.
   -- А каков ваш фрукт? -- сверкнул глазом мужчина.
   -- Точного названия я не знаю -- он из новых, -- качнула головой, отпивая компот. -- Я что-то по типу полузоана -- девушка огненный крылатый лев. У меня разные типы огня и, как видите, длинные острые уши, клыки, хвост, -- я демонстративно высвободила из-за пояса последний. -- Вы что, интересуетесь фруктами?
   -- С его вы взяли, леди? -- он удивленно вскинул бровь.
   -- Вы с таким интересом слушали мой рассказ о свойствах фрукта, -- пояснила, доедая и переключаясь на чай и бутерброд с сыром и помидором. Все, сегодня точно на охоту отправлюсь: в животе опять тугой узел сворачивается. Только в этот раз, скорее всего, все же забегу к навигатору: не хотелось бы кружить в поисках пригодной суши так же долго, как и в прошлый раз.
   -- Ха-ха-ха, вы меня раскусили! -- заржал Тич, запуская пятерню в затылок и лохматя волнистые волосы. -- Я ищу один, чего таить, вот и хотелось бы знать, может, его уже съел кто? Да и просто интересно о других узнать -- новые редко всплывают, и хочется самому увидеть их силу, -- бесхитростно пояснил он.
   -- А какой, если не секрет? -- состроила удивленные глаза.
   -- О, нет, милая леди, -- качнул тот головой. -- Не хочу спугнуть удачу. Лучше не буду знать до последнего, -- широко улыбнулся мужчина. Почудилось или нет, но толика мрака скользнула в этом оскале. Паранойя паранойей, а своей чуйке я доверять привыкла -- товарищ-то темнит, да серьезно так.
   -- Ну, наверное, вы правы, -- задумчиво покивала головой, откусывая чуть-чуть хлеба. -- Если бы я искала что-то подобное, я бы ориентировалась на слухи о том, где могли бы видеть нужное мне. Но, с другой стороны, было бы обидно узнать о том, что мой фрукт уже у кого-то в пользовании. А ваш фрукт сильный?
   -- Достаточно, -- кивнул он, отпивая чай из огромной бадьи.
   -- Ну, тогда бы слава о нем, какая бы она не была, уже бы расползлась по миру, -- уверенно кивнула. Тич добродушно засмеялся, фырканьем расплескивая питье.
   -- Леди, может, перейдем на "ты"? -- неожиданно предложил он, заставив выгнуть бровь.
   -- Да с легкостью, -- добродушно кивнула, допивая компот и ставя пустую тару на разнос. -- А как давно ты в команде?
   -- Уже больше двадцати лет, -- задумчиво покачал он головой. -- Корабль стал домом, а команда семьей. Белоус великий человек и он станет Королем Пиратов!
   После последней фразы в помещении повисла тишина, а потом разразился такой гром... Только усилием воли я не дала себе схватиться за уши, впоследствии рискуя оглохнуть от сотен согласных с Тичем глоток. Оригинальный у него способ перевести разговор в другое русло.
   -- А что, кто-то против? -- весело раздалось сквозь общий гвалт.
   -- Лучше Белоус, чем Шанкс, -- тоскливо простонала, подпирая подбородок кулаком. -- Король, ценящий семью, лучше, чем король, ценящий команду и бухло, -- грустно закончила.
   Тич вновь заржал, расслышав меня.
   -- Ладно, у меня впереди важные дела, -- кивнула ему и, встав, подхватила разнос, унося его к стойке.
   На палубе было прохладно. Да и вообще как-то неприятно: низкие, грязные облака, туман, сырость.
   -- Что, леди дозорная, скучаешь? -- ехидно раздалось из-за спины. Повернувшись на голос, уставилась на скалящегося Эйса. -- Заняться нечем?
   -- Почему же? Очень даже есть чем, -- криво улыбнулась, после вновь повернулась к морю.
   -- Покатай меня! -- требовательно раздалось в ответ.
   -- Еще чего, -- фыркнула, получая выразительный, по части эмоций, посыл со стороны Симаргла на тему катания всяких глупых человеков.
   -- Тогда пусть он меня покатает! -- конопатый ткнул пальцем в мгновенно ощетинившегося зверя. А я заступаться не буду -- нечего комментировать.
   -- Ррра! -- гневно зыркнул Симаргл, скаля выразительные клыки. Ему показали язык. Мгновение, и по палубе закатался рычаще-кричащий клубок, осыпающий пространство огненными искрами. Мыслеобразы того, что мой зверь хотел сделать с парнем, не давали нормально вдохнуть воздуха, заставляя сгибаться от смеха. Зверюга переняла от меня много плохих черт...
   -- Что они творят? -- вышедший из камбуза Тич удивленно посмотрел на них, после проводил взглядом вниз по ступеням, где они кого-то успели сбить с ног. Грохот, во всяком случае, был еще тот.
   -- Неудавшаяся попытка наладить авиалинии, -- протянула, прислушиваясь к ругани с нижней палубы.
   -- Бедный старина Джоз, -- вздохнул мужчина. О, так это они его сшибли? Надо же... молОдцы не зря свой хлеб с мясом едят.
   -- Судя по звукам, бедный сейчас не он, -- хохотнула, ощущая легкую боль в затылке. О, Симарглу досталось, явно. -- Ладно, я к Уилу.
   -- Я провожу тебя, можно? Заодно поболтаем, -- вопросительно вкинул он брови, широко улыбаясь. Хм, чую я, что наедине лучше не оставаться с ним, особенно где-то в трюме, но... Может, мне тихонько подлизаться к команде?
   -- Сочту за честь, -- присела в шутливом реверансе, вызывая хохот. До медблока было не далеко, но сквозь множащий звуки туман идти в одиночку было страшнее, чем в компании пирата.
   -- Девчонки говорили, что парню твоему совсем плохо, -- сочувствующе выдал он, внимательно оглядывая правый борт.
   -- Я знаю, -- дрогнувшим голосом отозвалась. Горло передавило от боли и понимания того, что я ничего не могу сделать. -- Медсестры девочки хорошие, умелые -- Эдвард человек старый, хоть воину и пиратскому капитану такое слово не подходит, но они не только удерживают его на плаву -- он может фору дать любому из молодежи. Они не в силах помочь лишь Уилу.
   -- Эх, милая леди, я бы и хотел тебе помочь, да только... -- он развел руками, показывая свое бессилие.
   -- Вы знаете что-нибудь об известных врачах? Их имена? Где они находятся? -- просительно повернулась к нему, облокотившись о перильца верхней палубы.
   -- У вас же свой есть, правительственный? -- он замер напротив.
   -- Вегапанк ученый. И он действительно правительственный, -- криво улыбнулась. -- Ему нет дела до мелких сошек. Единственное, что его интересует, это новые разработки и... в общем, больше сказать не могу. Но он не поможет.
   -- Ну, я знаю нескольких пиратских врачей, еще подпольных, хоть у них выживают немногие, -- выдохнул он. -- Хотя, ходит слух о некоем Хирурге Смерти... Но даже я не знаю, где его искать. А он перспективный, наглый. Из молодняка, который как всегда выныривает из какой-то трущобы, а после ставит мир на уши.
   -- Что ж, и на этом спасибо, -- благодарно кивнула и нырнула за дверь, попадая в тишину и покой помещения.
   -- Анта, тебе лучше его не беспокоить, -- навстречу вынырнула Милана, вытирающая руки окровавленной тряпкой. В ответ на мой шокированный взгляд и рывок в сторону кровати Уила, она ухватила меня за рубашку, с усилием возвращая на место. -- Нет! Мы перевели его в отдельное помещение! Не смотри на кровь -- мы проверяли его на наличие зерен кайросеки, как ты и сказала. Нашли несколько мелких камушков, но, прости -- большего пока сделать не можем. К счастью, кровь для переливания есть, но тут уже другая проблема -- отмирание плоти.
   -- Я знаю, Милана, знаю! -- выдернула одежду из ее пальцев, отходя назад. -- Сколько времени еще можно тянуть?
   -- Три дня как большее, -- качнула та головой. -- Дальше что-либо уже будет без надобности.
   -- Все ясно, -- я не знала, за что браться и куда бросаться в первую очередь. -- Скажи, а Тич из... второго, кажется, дивизиона, он что, ходит в разведке или что-то подобное? -- фраза, все же, не давала покоя: "... даже я не знаю...".
   -- Нет, насколько я помню этого проходимца, -- фыркнула она. Похоже, я, все же, обнаружила именно того человека, о котором говорили мне братья. Обычный матрос информационные сети разводить не будет. А он явно шерстит по миру в поисках фрукта тьмы.
   -- Почему проходимца? -- наигранно удивилась, прислушиваясь к звукам снаружи. Что-то не то, что ли?..
   -- Вечно возле камбуза вьется, пироги выпрашивает, -- она отвернулась, идя в сестринскую.
   -- Милана, живо прячьтесь! -- севшим голосом приказала, поворачиваясь в сторону выхода из помещения и не находя на поясе привычных катан. Черт!
   -- Что за?.. -- она непонимающе обернулась, хмуря тонкие брови.
   -- На нас напали! -- рявкнула и, подбежав к двери, осторожно выглянула наружу.
   Туман скрывал в себе многое... Пара кораблей с незнакомыми флагами, зажали Моби Дик с обоих бортов, посылая на палубу огромного корабля множество людей с оружием. Дети Белоуса бросились на них, встречая с широкими улыбками и тут же брызнувшей кровью. Еще пара кораблей носами виднелись позади корабля, подплывая и забрасывая абордажные крюки. Если кто-то когда-то и считал, что морские сражения несут в себе хоть каплю романтики, то они жутко ошибались -- не многие умирали сразу: волочащиеся по палубе внутренности, отрубленные руки, перерезанные глотки, а в последствии длительные агонии в собственной крови -- блевать хотелось даже не смотря на то, что позади было множество поединков.
   Дав Симарглу команду защищать корабль, юркнула обратно внутрь, запирая дверь на небольшой засов -- пара ударов, если за ней не будет кого-то по типу Джоза, выдержит. Во всяком случае, свои, как бы смешно это не звучало, могли и крикнуть то, что они свои.
   -- Анта! Им скоро потребуется помощь! -- рявкнула Милана, когда я, ухватившись за штатив для капельниц, сейчас пустующий, огнем оплавила оба конца, делая их заостренными. На первое время хватит, а потом и мечами разживусь.
   -- Сейчас она им точно не нужна, уж поверь! -- истерично хихикнула, вставая рядом с дверью и активируя Волю Наблюдения и Вооружения. От пережитых за последнее время потрясений, последняя решила не выкаблучиваться, обтекая руки и палку черным покровом. За дверью, в то время, не прекращая гремело, лязгало и взрывалось -- бой был в самом разгаре. Послышавшийся топот по ступеням вверх заставил напрячься. Первый удар в дверь был слабым: снаружи кто-то выругался, но слов было почти не слышно из-за толстой преграды. Следующий удар заставил петли натужно заскрипеть и поддаться, а меня отступить на пару шагов назад, чтобы не задавило в случае чего.
   -- Милана, спрячьтесь! Огонь не разбирает того, кто друг, а кто враг! -- рявкнула им. Медсестры кивнули и быстро спрятались в дальнюю комнату -- щелкнул замок.
   Третий удар впечатал дверь в противоположную от нее стену, разнося на куски и впуская в помещение трех человек с окровавленными клинками и топором. Оглядевшись по сторонам, они удивленно уставились в мою сторону.
   -- Одна лишь девчонка с железной палкой? -- бугай, вошедший первым, иронично изогнул бровь, окидывая меня взглядом.
   -- Сюрприз, -- широко улыбнулась, впуская в сознание чуточку звериного безумства, бушующего в Симаргле, и прыгая им навстречу.
   Клинок, всаженный мне в бедро, принципиально не заметила, тут же заживляя рану, парируя удар свистнувшего топора и протыкая противнику горло, оставляя оружие в теле. Копье или посох не то, при помощи чего можно сражаться в помещении. Топор подошел лучше, хоть и был чрезвычайно тяжелым и громоздким -- хорошо, что полузверь во мне не дремал, выпуская наружу когти и располосовывая бок второго, тощего и вертлявого. Был бы чуть толще и неповоротливее, достала бы и до сердца, а так противник лишь начал харкать кровью из разорванного легкого -- не дотянулась, большей частью когтя, мазнув по воздуху. Третий, в самом начале покусившийся на мою ногу, так просто убиваться не захотел и, неожиданно громко завопив, бросился в атаку, профессионально уклоняясь от замахов топором и атакуя в ответ. Прыгнув вбок, метнула в него топор, вылетевший в выбитую дверь, и подхватила меч наконец-то умершего тощего, блокируя удар. Одним клинком против двух очень нелегко защищаться, а об атаке или, хотя бы, секунды на то, чтобы сосредоточиться и послать в противника огонь, вообще и думать некогда было. Воли пока не подводили, помогая рукой блокировать второй клинок и избегать серьезных повреждений. Но, все же, момент представился -- противник отпрыгнул назад, когда обнаружил, что его пытаются загнать в угол. Прицельный плевок, и по полу закаталось верещащее тело, пытаясь сбить с себя языки ультрамаринового пламени, но так ничего и не добиваясь. Неприятно потянуло паленой плотью, тряпками и шерстью.
   -- Мда, такими темпами я вообще скоро перестану огнем владеть, -- задумчиво пробормотала, зажигая на кончиках пальцев цветное пламя. Возможно, во мне гаснет то, что должно его вырабатывать? Зверь мощнее, он сам по себе все время огонь, который я заставляю принимать неопасную для других форму. Правда, сейчас он мало походил на волко-льва -- выглянув наружу, увидела ревущее пламя с иногда появляющимися клыками да прорезью глаз, мечущееся по левому борту, и обеспечивающее полную защиту всем белоусовцам находящимся там. Те, поняв, что борт под защитой, бросились на помощь остальным, внося беспорядок во вражеские ряды. Перестав маячить в проеме двери, отступила обратно в помещение, движением пальцев гася языки пламени, которые поползли по полу в сторону ближайших ширм и, облокотившись на спинку кровати, мрачно сощурившись, создала десяток маленьких светлячков -- для новых гостей, которые не заставили себя долго ждать.
   Спустя полчаса крики и звон оружия на палубе смолкли. Скрипнувшая за спиной дверь подсобки и последующий шокированный вскрик одной из девочек заставил недобро улыбнуться -- много глупых оборванцев из-под черного флага захотели убить меня и тех, кого я защищала. Вот и поплатились жизнями. Когда создавать огонь стало уже слишком тяжело - запасы энергии истощились, я выпустила наружу крылья, когти, клыки и хвост и, напитав Волей, пошла так, в рукопашную, если это можно было так назвать. Я была очень зла, я ненавидела всем сердцем и, потому девочки, выйдя наружу, круглыми глазами смотрели на меня и тот фарш, в который превратились враги, жаждущие легкой наживы. Подсыхающая кровь неприятно стягивала кожу, заставляла остатки одежды липнуть и вообще морщиться, когда под ногами хлюпало и хрустело.
   -- Вы уж извините, милые дамы, но я тут немного подправила обстановку, внести яркую струю, -- указала на грязные стены и пол. -- Но врачи в больницах были правы, говоря, что без бахил в помещении ходить нельзя. Хотя, тут сапоги нужны, резиновые, -- задумалась, оглядываясь вокруг. Внутри ярким пламенем разгоралась злость: какого хрена делали эти гребаные пираты, пока их медблок громили?! Где их черти носят? На судне офигеть сколько народа было, что, прислать хотя бы троих не смогли?!
   -- Что у вас тут?.. -- А только вспоминала: в помещение вбежал Харута, так редко в последнее время попадающийся мне на глаза. Следом за ним заскочил кто-то из состава, а после влетела и гребаная царь-птица.
   -- Пиздец, и он сейчас и к вам придет, -- мрачно рыкнула, размашисто шагая в их сторону. -- Где вас, бляди, черти носят?! Что, раз на палубе бойня началась, так в других местах безопасно? Что, решили, что если в медблоке дверь закрыта, а внутри капитан Дозора, так дело в шляпе?!
   -- Ну, мы посчитали... -- неуверенно начал Харута, невольно пятясь.
   -- Вы, блядь, считать умеете прежде чем думать, ублюдки! -- взъярилась я. -- Меня не так и сложно убить, суки командующие! А что потом, вы подумали? Вы подумали о том, что они сделают с вашими женщинами?! Я слаба! Слаба, слышите?
   -- Дрого Ди, остановись, -- мрачно посоветовал Феникс, выходя вперед и заслоняя их. Я и остановилась, после резко ударила, и, встретив блок, бросила на мужчину с трудом выжатую розовую искру, после чего ударила еще раз, Волей Усиления, напрочь ломая ему нос и вынося куда-то за пределы помещения. Бесишь.
   -- Ты кто такой, чтобы мне указывать, тварь? -- предупреждающе глянув на ухватившихся за оружие пиратов и Харуту, вышла следом. Симаргл, закончивший свою охоту, уже зверем сидел на палубе, вопросительно глядя на меня, а после переводя взгляд на Феникса. Мол, "чего вы-то грызетесь?" -- Ты, командир первого дивизиона, оставил тех, кого нужно защищать в первую очередь, без единицы охраны. Только на меня. И ты прекрасно знаешь, что я уже не настолько хорошая защита, как вообще была когда-то!
   -- Анта, это ни к чему, остановись, -- выдохнул он, вставая с досок и пытаясь залечить нос. Огонь не мог ему помочь, борясь с розовым лазутчиком и не отзываясь на команды хозяина. -- Черт...
   -- А сейчас еще хуже будет, потому что я не закончила, ублюдок, -- зарычала, выпуская когти и надвигаясь на него с одним только желанием: разорвать на мелкие клочки. Харута же имел другие взгляды, прыгая на меня со спины и перехватывая руки. -- Пусти, иначе хуже будет!
   -- Успокойся, он уже понял! -- просипел он, когда мой хвост обвился вокруг его шеи, грозя задушить. -- Анта, мы не враги...
   Удерживающие меня руки ослабли. Но это же неожиданно дало мозгам встряску, заставив мгновенно успокоиться и, убрав хвост, повернуться к покрасневшему парню. Чуть не удавила единственного пиратского друга и защиту.
   -- Спасибо, -- коротко кивнула. -- Феникс! Подрывай свой пернатый зад и иди к девочкам, и на коленях извиняйся перед ними! На коленях за то, что не пошел их защищать или не позаботился о том, чтобы послать хоть кого-то! -- рявкнула, глядя в мгновенно посветлевшее олово глаз. -- Симаргл! Проследи и, если он не сделает, так как велено -- разорви его. Выполнять! Может, хоть перерождение вправит ему остатки куриных мозгов!
   -- Анта, ты слишком много позволяешь себе, -- откуда-то со стороны палубы вышел Джоз, на ходу убирающий свой знаменитый брильянтовый покров-броню.
   -- Нет, сэр, нет, -- качнула головой. -- Это послужит ему уроком впредь не забывать о слабых. Он первый после вашего капитана, Отца, так пусть и защищает вас не хуже! Пусть думает!.. Симаргл, подтолкни командира к вынесению извинений!
   Зверь понятливо кивнул и, подойдя к замершему мужчине, который, наконец-то, смог залечить свой нос, недвусмысленно оскалил клыки, носом указывая на проем в медблок.
   -- Сэр Джоз, у меня в жизни не так много истин, поверьте, -- четко произнесла, когда парочка скрылась за стенами помещения. -- Но, как бы то ни было, пока Феникс не извинится перед ними, я не отступлю -- я защищаю слабых, я поклялась их защищать! А там внутри девушки, самой младшей из которых всего семнадцать! Вы видели много плохого на своем веку, я уверена в этом, так вам ли не знать о том, что могли сделать с ними ваши противники, пока вы отсутствовали? Вы виноваты не меньше него, но он -- первый. Ему нужно не только бросаться с мечом в гущу боя, ему нужно думать о других!
   Народ вокруг взволнованно зашептался, глядя на нас. Повисло напряжение. А после, я чуть не уронила челюсть на доски палубы, чувствуя, как глаза подергиваются пеленой слез.
   Люди вокруг меня неожиданно начали склоняться в поклоне. Все, даже командиры. Всего пара секунд, и на корабле повисла мертвая тишина -- на ногах стояли даже те, кто был серьезно ранен.
   -- Сестренка из Дозора, прости нас, просим! -- откуда-то из глубины послышалось громкое. -- Не только командир Феникс, мы все виноваты -- они и наши сестры тоже. Прости и ты нас и спасибо за то, что даже будучи верна Дозору, ты, все же, защитила их. А после не побоялась вразумить командира и нас. Прости!
   -- Просим! -- хором поддержали остальные. Я, зажав рот рукой, огляделась вокруг, отмечая, что не одна не в силах сдержать подступившие слезы. Кто-то плакал, так же как и я, тихо, не смея утереть их и разогнуться.
   Сказать, что я окосела -- сказать неверно, грубо, отвратительно по отношению к тому, что происходило на корабле и в душе. Там, внутри, была такая буря эмоций, что колени подогнулись, сажая меня на палубу.
   -- Я прощаю... прощены! -- в начале сипло, а потом надрывно прокричала, чтобы услышали все. После не сдержалась, утыкаясь в плечо такому же ревущему Харуте, обнявшему и неуверенно гладящему меня по голове. А пираты не успокоились -- кто-то сбегал в медблок, и через пару минут показались девочки: обвешенные сумками с первой помощью, с бинтами в руках, с подобранными волосами.
   -- Простите, сестренки, простите! -- хор голосов заставил Феникса удивленно выглянуть наружу и обомлеть. А девочки, как и я, так же заплакали, шмыгая носиками, после, быстро сбежав вниз - и как только на таких шпиляках бегать умудрялись? -- принялись сновать среди людей, прося их прекратить и дать себя вылечить.
   Милана, как главная, впечатлялась не так долго.
   -- Так, все прощены! -- рявкнула она, грозно осматривая братию. -- А теперь утерли слезы и живо лечиться! Кто не посмеет подчиниться -- месячный курс уколов!
   Тут уже не до слез было: на ржачь пробило. Чего только стоили некоторые испуганные лица у мужиков под сорок лет.
  
   -- Анта, тебя отец видеть хочет, -- мордашка Харуты была озадачена -- он только вернулся от него, доложив об обстановке. Я в это время помогала медсестрам, жуя кусок хлеба с мясом, утащенные с кухни. Под шумок. Мой огонь хоть немного, но помогал особо раненым, стягивая вместе совсем уже обреченные раны. Столько тихих благодарностей я еще не слышала, даже когда освобождала Елену...
   -- А что ему нужно? -- недоуменно нахмурилась, перематывая голову, довольному от обилия внимания к его персоне, юнге. Ну, а что? Я в медблоке до этого не работала, а потому, вспомнив о проведении медосмотра у меня самой, стала задавать ему ряд вопросов: болит ли голова, живот, видит ли он кошмары... Медицина моего мира, для здешних обывателей, была крайне непривычна, ввиду множественного трепа и малого дела. Но, внимания было офигеть сколько...
   -- Хочет о чем-то поговорить, -- пожал он плечами.
   -- Прямо вот так? -- указала на себя, разве что умывшую лицо и руки, но все еще заляпанную кровью и в драной одежде.
   -- Он хочет сейчас, -- состроил он грустные глаза.
   -- Делать нечего, -- согласно вздохнула, поднимаясь на ноги и передавая аптечку юнге. -- Прости, но ты слышал. Позаботься об остальных за меня.
   -- Хорошо, сестренка из Дозора, -- улыбнулся тот.
   Харута, ободряюще подмигнув на прощание, умчался куда-то вдаль, оставив меня одну. Маршрут был уже знаком -- прямо, вниз, двенадцать ступеней по лестнице, и я предстала перед внимательным желтым взглядом.
   Все таким же теплым желтым взглядом, только теперь таящим что-то еще в себе.
   -- Я слышал у тебя и моего сына вновь произошли трения?
   -- А вы слышите выборочно, или только то, что хотите? -- съязвила, быстрым взглядом окидывая помещение. Посторонних не было. -- Или он наябедничал?
   Старик зашелся смехом.
   -- Я не принимал участия в сегодняшнем бое и благодарю за помощь моим сыновьям, -- благодарно кивнул он.
   -- И дочерям, сэр Эдвард, -- легко улыбнулась. -- Но?
   -- Даже не знаю, как сказать, -- капитан нахмурился. -- Просить тебя не поднимать руки на моего сына, кажется, не стоит -- у вас явно свои личные разногласия, вы люди взрослые, я вмешиваться не буду. Но, впредь, постарайся не устраивать подобного на публике.
   -- Сэр, я ни грамма не раскаиваюсь, -- качнула головой, внутренне холодея от собственной наглости. -- Он огреб заслуженно.
   -- Верю, -- кивнул он, после внимательно посмотрел на меня. -- А потому, с сегодняшнего дня ты являешься частью первого дивизиона. Станешь ли ты пиратом или и дальше будешь верна Дозору -- не знаю. Но, я знаю точно то, что ты не из тех, кто предаст. А потому, даже если ты вернешься обратно, ты все равно останешься частью нашей семьи и моей любимой дочерью. Таково твое наказание.
   Я обомлела, кажется, просто посерев. Ни сказав ни слова, пулей вылетела наверх, снося спешащего к капитану Феникса, вероятно, по тому же делу. Не слушая ничего из того, что он крикнул мне в спину, рявкнула Симарглу, подзывая к себе и оседлав, дала команду взлететь, звериными инстинктами ища обжитую сушу.
   А уже оттуда я начну поиски врача. Того, который спасет моего брата. У меня три дня. Я найду. А там, в пекло их всех -- пиратов, дозорных. Хватит меня уже ломать!
  
   Глупые мысли
  
   В середине пути меня и зверя неожиданно накрыла тень, после чего перед Симарглом возникла птица, вынуждая того остановиться, замерев на одном месте. Феникс завис напротив, мрачно глядя на нас, и спустя мгновение превратился в мужчину с крыльями вместо рук.
   -- Вы не туда летите, -- серьезно взглянув на меня, просветил он.
   -- Мы летим в том направлении, где есть суша! Зверя не обманешь! Птицы говорят, что в той стороне есть люди!
   -- Но не те, -- качнул он головой. -- В неделе пути есть город на острове. В нем много пиратов, и велик шанс найти стоящего врача -- там много всего продают, что нужно и им. У тебя есть кто на примете?
   -- Да, -- мрачно кивнула. -- Покажи направление!
   -- Сама не летишь, -- непререкаемо заявил он. -- Только со мной.
   -- Оставишь корабль? -- выгнула бровь, цепляясь пальцами за грубую шерсть зверя -- налетел ветер, грозя сдуть.
   -- Ты не знаешь обратной дороги, -- сощурился мужчина. -- Перестань строить из себя дуру! У тебя нет другого выбора!
   Сказанное больно резануло по ушам, заставляя уныло согласиться. Я не знаю куда лететь, я не знаю обратной дороги, я не знаю, как общаться с пиратами. К счастью, хоть за флотскую я теперь тоже не сойду.
   -- Покажи направление и садись на зверя: у нас разные скорости, ты не сможешь угнаться, -- кивнула ему и, похлопав Симаргла по загривку, отпустив шерсть, кувыркнулась вбок, на миг чувствуя небывалый ужас от высоты подо мной, а после раскрывая высвобожденные крылья. К моему возвращению, Феникс уже занял место на звере, несколько неуверенно ерзая на спине и слушая его недовольное порыкивание.
   -- Прижмись к спине вплотную и хорошенько ухватись за шерсть, -- кивнула ему. -- Куда лететь?
   -- На три часа ровно, -- отозвался он, растекаясь на спине Симаргла.
   -- Хорошо, приготовься к перегрузке, -- усмехнулась и, напитав крылья пламенем, рванула в указанном направлении. Чувствую, по прибытию я вообще неадекватом стану -- как бы врача не съесть...
   Летели долго и утомительно -- Феникс пару раз корректировал курс, неизвестно как ориентируясь в пространстве. Наверное, это все птичьи гены. Суша показалась, когда я уже думала, что сейчас упаду -- лишь усилие воли и нежелание окончательно выглядеть слабачкой в его глазах, не дали мне пересесть на зверя.
   Приземление произошло в каком-то тупичке, в окружении мусорных баков и коробок. Пройдясь на подгибающихся ногах по небольшому закутку, разминая затекшие мышцы, поморщилась от вони и осторожно выглянула на улицу -- мимо сновали люди, за одно выражение лиц, которых хотелось бы усадить их за решетку. Вольные наряды, ничем не сдерживаемый лексикон -- кажется, Феникс действительно привел нас куда-то вглубь пиратских земель, куда мне, по идее, вход был заказан. Надеюсь, народ флотскую во мне не обнаружит, во всяком случае, за то время, что я пробыла на Моби Дике, пиратами я провоняла вся. И, если я еще немного задержусь в этом тупике, то не только пиратами...
   -- Ты знаешь, куда идти и у кого спрашивать? -- повернулась к мужчине, вышедшему следом.
   -- Пара мест есть, но тебе туда, да и в таком виде, йой, -- фыркнул он, скептически окидывая меня взглядом. -- Твои поспешные решения привели к проблемам.
   -- Деньги есть? -- мрачно уставилась в ответ.
   -- Немного есть, но этого хватит только на постой в гостинице, -- мужчина внимательно оглядел улицу, между делом быстро застегивая рубашку на все пуговицы и тем самым закрывая татуировку. -- Больше денег нет.
   -- Хорошо, сейчас будут, -- мрачно кивнула, оглядывая разношерстный люд.
   -- Стоять! -- мужчина резко дернул меня обратно, не давая увиться хвостом следом за намеченной жертвой. От его возгласа, на нас удивленно-подозрительно взглянули, из-за чего пришлось нырнуть обратно в закоулок. -- Ты что, совсем спятила, решив обворовать кого-то из прохожих?!
   -- У меня были хорошие учителя! -- огрызнулась, вспоминая уроки Синицы и близнецов. -- Во всяком случае, всегда есть грубая сила или мой зверь! Нет, я могу, конечно, сходить в банк и от лица Дозора попросить выдать мне некоторую сумму, но почему-то меня терзают смутные сомнения...
   -- Заткнись, -- обрубил мужчина.
   -- Не затыкай меня!.. -- Прилетел подзатыльник, заставивший клацнуть зубами. Симаргл, завидев такое дело, тихо зарычал, призывая мужчину к порядку. -- Сидеть, -- повернулась к нему. -- Я позову тебя, если что-то понадобится.
   Симаргл недовольно заурчал, намекая на то, что сидеть на мусорке для него не самое приятное дело. Пришлось пообещать, что после ему воздастся за терпение. Недоверчивый взгляд был мне ответом, но зверь послушно рухнул попой на землю, после начал с подозрением принюхиваться к наваленной в углу куче.
   -- Идем, у меня есть, к кому обратиться, -- вздохнул мужчина, выходя наружу. Я состроила обозленную гримасу за его спиной, призывая ему на голову гром и молнии. Ну что, не мог сразу так сделать и не заставлять меня мыслить о нарушении закона? -- Не гримасничай, -- прилетело едкое. У него что, глаза на жопе?
   Через пару кварталов мне стали понятны несколько вещей: город действительно был пиратским пристанищем и у города отсутствовала хоть какая-то логика в построении. Вообще. Напрочь.
   Дома были один на другом, пугая покосившимися формами. На ум сразу же пришла ассоциация с Тортугой из Пиратов. Только эта была при свете дня, что означало лишь одно: все лучше видно. Люд таскал на себе множество оружия, не стесняясь пускать его в дело: неподалеку раздавался звон металла о металл, где-то дальше -- стрельба. На видных местах встречались девушки легкого поведения, иногда парни, провожающие прохожих откровенными взглядами, от пары которых мне стало не по себе. На Марко смотрели с интересом, причем как женщины, так и мужчины, и от последнего внутри начало подниматься какое-то чувство гадливости -- фу. Феникс же и бровью не повел в их адрес, целенаправленно идя куда-то в глубь островка -- с нашего пригорка его было хорошо видно почти весь: видимый берег острова был пристанью, забитой кораблями; сам островок был сплошь утыкан домиками, часть которых принадлежала к категории питейных, а другая пестрела вывесками интим-услуг. Будь у меня чуть менее крепкая психика, уже бы сбежала, куда подальше от всего этого раздолья для души гулящей.
   -- Так, держи -- вон там магазин с одеждой, купи себе что-нибудь неброское. -- Я поймала брошенный мне мешочек, недоверчиво взвешивая в руке.
   -- Что, вот так вот бросишь меня на незнакомом острове полном пиратов? -- неверяще уставилась на него.
   -- Хочу искренне верить в то, что их не потребуется спасать, -- съязвил он. -- Рекомендую ни во что не встревать: мне не хватало еще выковыривать тебя из каких-нибудь передряг.
   -- Не доставлю тебе такого удовольствия, -- бросила, после чего быстро утопала в указанном направлении. На стене дома, мимо которого проходила, шел ряд из листовок, который привлек мое внимание -- свежие. Пробежавшись взглядом по цветастым листкам с мрачными рожами, решительно уставилась на одну из них. Темный Доктор. Так вот как ты выглядишь, добыча моя...
   В магазине было темно и тесно. Протискиваясь между рядами, кое-как добралась до стойки с продавцом и, позвонив в колокольчик, выжидающе уставилась в темноту прохода в подсобку. Ноль.
   Постояв немного и позвонив еще раз, и получив тот же результат, пожала плечами, разворачиваясь обратно к складам с кое-как наваленной одеждой. Без всякого зазрения совести вытащила на свет приглянувшиеся штаны с расшитым поясом и рубашку с курткой, прихватила белье из соседней кучи и, пройдясь по шмотью огнем, переоделась прямо там, в лавке, после чего спокойно вышла наружу. Шевели жопой или получай убытки.
   Скрутив грязные и испачканные в засохшей крови волосы в пучок, накинула на голову капюшон, скрывая необычный цвет, пусть и померкший сейчас. А, может, с теми деньгами что есть, сходить в баню? Вдалеке виднелась табличка, и все было бы прекрасно, если бы не два "но": моя рожа мелькала в газетах, где изображения были цветными, и... в одиночку соваться в баньку было бы глупо. Вернувшись на место расставания и не найдя мужчину, нахмурилась. Перекресток.
   Твою мать, и где мне тебя искать, зараза?
   Воровато оглядевшись по сторонам, присела, будто хотела зашнуровать сапог, реквизированный в той же лавке. Не особо удобный, кстати -- совсем новый и не разношенный, из-за чего пальцы немного жало. Запах мужчины почти не чувствовался, однако даже легкого намека на то, куда нужно было свернуть, было достаточно, чтобы тут же подорваться с места и пойти дальше. Прохожие больше не смотрели в мою сторону с подозрением -- на место оборванки пришел спешащий по делам человек, и косые взгляды в мою сторону бросались теперь исключительно из любопытства. Впрочем, даже оно мне было не нужно -- первое, что губит.
   Пара поворотов, и нужный мне запах бесследно испарился, заставляя в злости оскалить клыки. И куда этот гад делся, скажите мне!
   Нос привлек едкий запах краски, принося в голову свежую идею. Потоптавшись на месте еще пару минут, для очистки совести, и прочтя табличку над входом, решилась действовать. Свернув в ту сторону, быстро достигла цели, и, спустившись по ступенькам вниз, толкнула створки двери, входя в неожиданно светлое помещение.
   -- О, у нас гость, -- задорно раздалось справа от меня, заставляя вздрогнуть и бросить туда сощуренный взгляд. На улице было пасмурно и часов пять вечера -- гораздо темнее, чем внутри. Развеселое непонятное нечто с голубыми волосами, подведенными глазами и ярко-алыми губами приветливо улыбалось, глядя на меня. По голосу, вроде бы, парень, а так...
   -- Добрый день, -- кивнула, наконец-то переводя взгляд на обстановку вокруг. Стена, увешенная листами с разнообразнейшими рисунками: тут тебе и цветы, и драконы с тиграми. За ширмой в углу виднелось кресло и какие-то угрожающие предметы, вероятно созданные для того, чтобы пытать. Хотя, на деле, всего лишь ставить тату. Напротив было еще одно кресло -- по типу как в парикмахерских. Оттуда и шел тот самый едкий запах краски, привлекший мое внимание. Аммиак.
   -- Чего изволите, милая леди? -- рядом ужом завился еще один, такой же тощий и раскрашенный как папуас.
   -- Перекрасить вот это чудо до неузнаваемости, -- откинув капюшон с головы, указала на волосы. -- Не стричь, может, только немного челку подравнять.
   -- Покраска, промывка, сушка, -- прищурился первый.
   -- Совершенно верно, -- кивнула. -- Сколько это будет стоить? -- Судя по тому, с каким предвкушением загорелись у них глаза -- вопрос не о деньгах нужно было ставить, а о том, выдержу ли.
   К счастью, денег мне хватило. Но вот два мальчика явно были рады подвернувшейся работенке -- меня затаскали так, что стало тошно. Еще и едкий запах забил нос и горло, мешая нормально дышать. На каком-то этапе, я запросила кайросеки, и, только получив желаемое в виде огромного браслета без защелки, расслабленно растеклась в своем кресле, позволяя им не только что-то сотворить с моей башкой, но еще и брови, зачем-то, подщипать. Нормальные же были, ну? А глаза куда подводить навострился? Эй, я не просила! Бесплатно, чисто для красоты? Ладно... Вы, люди творческих профессий, лучше знаете, ага.
   Халява нам по душе, лишь бы потом не аукнулось.
   Спустя час, про себя мстительно отмечая то, что Феникс, скорее всего, уже давно закончил со своим знакомым, я стояла перед занавешенным зеркалом и готовилась увидеть то, во что меня превратили, буквально приплясывающие по бокам работнички. Они, кстати, оказались довольно-таки неплохими парнями, с чистой и искренней любовью друг к другу. Вот честно: представлять то, как у них там все происходит, даже не пыталась, но тех мимолетных взглядов и касаний, которые я успела заметить, хватило, чтобы даже начать легонько завидовать -- нашли же как-то друг друга.
   -- Теперь точно никто не узнает, -- уверенно кивнул первый, гордо рассматривая мое отражение в зеркале. У него, у отражения, почему-то нервно задергалось веко да немного лицо побледнело. Или это из-за контраста?
   -- Да... Мама точно не узнает, -- севшим голосом выдала, рассматривая ярко-огненное, с цветными перьями прядей, и стоящее чуть дыбом.
   Покрутившись во все стороны, признала, что ребятки справились на ура: смена цвета, формы бровей и подводка сделали из меня совершенного другого человека. И, куда более похожего на вольного человека, нежели на строгого стража порядка. -- А вы молодцы!
   -- А мы знаем, -- довольно отозвались они, отойдя назад и становясь в обнимку. -- Хорошая работа вышла, леди.
   -- Что ж, вот оплата и, спасибо! -- широко улыбнулась и, благодарно кивнув на прощание, вышла наружу, удивленно вскидывая брови -- вечерело.
   А это означает лишь одно -- если Феникс сейчас же не свалится мне на голову, то в таком количестве народа мы с ним точно не пересечемся. Люд, какой был, стекался к пивнушкам, устраивая пирушки. Зевнув и прислушавшись к истерично запевшему желудку, потравленному химией, пристроилась к какой-то шумной компании, где подхватив неизвестную мне девушку под локоть, вместе с ней вошла в дымное помещение кабака. Девице явно было плевать на то, что я какой-то левый персонаж во всей этой истории и явно хочу пожрать за чужой счет. Пройдя вглубь и ненавязчиво подрезав когтем чей-то мешочек с деньгами, отошла от девушки, которую тут же подхватил кто-то еще, и, быстро протолкавшись сквозь посетителей, замерла у стены, окидывая взглядом галдящий народ, силясь выцепить кого-нибудь знакомого. Хотя, кто из моих знакомых может быть в пиратском притоне?! Оставался лишь Феникс.
   -- Арара, что же тут забыл капитан Дозора, а? -- насмешливо раздалось сбоку. Тихо, слышно только для меня.
   Повернувшись на голос с упавшим в пятки сердцем, поймала себя на том, что просто не знаю того, можно ли вообще удивиться настолько, насколько требует данная ситуация.
   -- А... Э... Ну... А?.. -- выдавила из себя, круглым глазами глядя на сидящего и сонно жмурящегося Адмирала. -- Кудзан?! -- осипшим голосом выдала я, подходя ближе и неприкрыто пялясь в его лицо.
   -- И я удивлен нашей встрече, -- протянул он, кивком головы указывая на удивительно пустующий табурет рядом. -- Вы считаетесь погибшей, и этот факт так же подтверждает ваша сгоревшая библикарта. Мне, на удивление, очень интересно узнать о том, что произошло. Да еще и такая кардинальная смена имиджа...
   -- Да, сэр, -- рвано кивнула. -- Только, мне срочно нужно покушать...
   -- Это не трудно, -- он лениво потянулся, взмахом руки подзывая снующую между людьми официантку. Девушка подбежала почти сразу, что натолкнуло на мысли о том, что в этом уголке мира Адмирала не только знают, но еще и уважают.
   -- Как можно больше жареного мяса и картошки к нему, -- вяло улыбнулась в ответ на ее улыбку.
   -- И рома, будь так добра. Для обоих, -- получив согласный кивок в ответ на вопросительный взгляд, дополнил он. -- Не рано ли?
   -- Давно пора, -- фыркнула и перетянула свой табурет так, чтобы сидеть напротив мужчины и видеть все, что творилось до этого позади. -- Сэр, что вы тут делаете? Это же место опасно...
   -- Не опаснее, чем Маринфорд, -- он вновь зевнул, после подпер голову рукой. -- Я жду ответа.
   -- А, да, простите, я немного не в своей тарелке, -- покаялась, после внимательно окинув взглядом галдящих и что-то празднующих людей, иногда налетающих на наш столик, быстро и, как можно более емко пересказала Адмиралу события всего, что произошло по прибытию на последнее задание. Естественно, умолчала лишь о том, что теперь еще и дочь Эдварда, хоть сама себя таковой и не собиралась считать. Да и о бое утреннем так же умолчала -- ну его.
   -- А это даже интереснее, чем мне казалось в начале, -- мужчина оживился, сверкая темными глазами. -- Очень интересно.
   -- Это печально, сэр, -- качнула головой. -- Мне срочно нужен врач.
   -- Да, Темный Доктор тебе подойдет как нельзя лучше, -- согласно кивнул он и прервался: принесли заказ. Тут уже, бросив на него виноватый взгляд, я, не стесняясь, набросилась на еду, быстро прожевывая и отправляя в рот очередную порцию. Говядина, кажется, была свежая, но плохо прожаренная, а вот картошка отдавала прогорклым маслом, но даже это не могло меня остановить -- еда.
   -- А... ум... ням... вы не знаете, где его искать? -- на секунду оторвавшись, чтобы запить, поинтересовалась у Адмирала, смотрящего на процесс поглощения пищи как на что-то занимательное. Ром, который я после глотнула, чуть не заставил меня душу обратно в мой мир вернуть. Наверное, у меня на лице все отразилось, потому что мужчина тихо засмеялся, после, подняв свою кружку, отсалютовал мне, после отпил.
   -- С воскрешением тебя, капитан, -- улыбнулся он. Я благодарно кивнула, возвращаясь к тарелке. -- Тебе несказанно повезло -- он на острове. Но, где именно, я не знаю.
   -- А я знаю только то, как он выглядит, -- покачала головой, доедая картошку.
   -- Ну, ночевать у себя на корабле он вряд ли будет, так что, скорее всего, он остановился в одной из гостиниц города, -- прикинул мужчина. Я согласно кивнула, доедая последний кусочек и со вздохом отодвигая пустую тарелку в сторону.
   -- Их тут много, я пока шла, успела с десяток насчитать, -- покачала головой, подозрительно заглядывая к себе в кружку с так называемым ромом. Внутри явно было что-то покрепче, но вот что... Распознать так и не удавалось. -- Прошерстить все просто времени не хватит.
   -- Да, с этим проблема будет еще та, -- покладисто кивнул Адмирал. -- Ладно, леди, я пойду. Держи -- если я повстречаю его, то позвоню.
   Прощально кивнув, мужчина положил на стол несколько монет, расплачиваясь за еду и выпивку, и, встав, накинул капюшон и быстро скрылся среди людей. Скрипнула дверь помещения -- мужчина удалился, оставляя меня в ступоре. На меня во все глаза смотрела маленькая Ден-Ден Муши. Ааа... Мать твою, Кудзан!
   Мрачно взглянув на улитку, заставила ту в ужасе спрятаться в панцирь и, осторожно подхватив ее двумя пальцами, отправила в нагрудный карман куртки. Сиди и не высовывайся, маленькая страшная хрень.
   Залпом допив содержимое кружки и скривившись, резко поднялась из-за стола и, взмахом руки указав снующим официантам на оплату, поспешила к выходу: ловить в этой забегаловке больше нечего, нужно продолжать свои поиски. У меня впереди два с половиной дня, и я просто обязана наизнанку вывернуться, чтобы найти его. Если уже и Адмирал согласился с тем, что Темный Доктор спасение моего лейтенанта, то медлить и искать что-то иное не стоит.
   На улице уже совсем стемнело -- повсюду зажглись огни, манящие своими язычками голодающее по теплу нутро. Оглядевшись вокруг, юркнула к стене ближайшего дома, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания и, вертя головой по сторонам, поспешила дальше. Людей была тьма: врезалась в одного, отскочила к другому, была подцеплена под руку третьим и еле выпуталась, вновь врезаясь в четвертого. Замерев рядом с разукрашенными, пестро наряженными и явно потертыми девушками, перевела дух, но, оказавшись под перекрестным змеиным взглядом, поспешила дальше, дабы не быть обвиненной в конкурентстве.
   Последующая тройка питейных заведений ничего кроме нервотрепки и страха за собственную сохранность не дали, разве что я опять успела поесть за чужой счет на какой-то пирушке и быть затисканной каким-то большим мужиком с пестрой банданой на голове. Что ж, в принципе, у него на руках я была в большей безопасности, нежели если бы сидела сама где-нибудь в уголке. Однако никого, даже отдаленно похожего на Темного Доктора, рядом не было. Осторожно соскользнув с чужих колен, быстро скрылась внутри помещения, после выбежала за дверь.
   К часу ночи я вымоталась, понимая, что такими темпами мне ничего не светит.
   Симаргл, которому надоело сидеть на мусорке в тупике, отправился путешествовать по острову. В одном из переулков мы и встретились. Ехидные замечания по поводу того, что я изменила прикид, пропустила мимо ушей, устало прислоняясь рядом с ним к дому и разглядывая очередную порцию листовок на стене напротив. Темный Доктор...
   -- Милый, созови все зверье, что сможешь -- пусть ищут этого человека, -- оторвав листовку, сунула ее Симарглу. Тот уныло вздохнул, намекая на то, что это я успела хорошенько перекусить. А он у нас большой и голодать не особо привычен. Да и вообще, местная живность никого в авторитете, кроме себя любимых не держала, а это только дополнительные проблемы.
   Печально разведя руками и похлопав его по загривку, оставила в одиночестве, идя дальше, осматриваясь вокруг и пытаясь решить, какое бы заведение выбрал бы врач, пожелай он отдохнуть.
   С девушками, а я надеялась, что оно так и было, он бы уже успел повеселиться -- как я поняла, он тут не первый день. Значит, он пошел бы просто отдыхать за кружечкой пива. Или, возможно, как врач, он придерживается правил и не заливает за воротник? В таком случае, это место, помимо отдыха, так же нужно ему для того, чтобы получить какие-нибудь медикаменты, запрещенные во внешнем мире. Эм... И где их искать на острове полном пиратов? Да тут каждый третий чем-нибудь из полы торгует...
   Отреагировать на мелькнувшую за спиной тень не успела, и была впечатана в какой-то покосившийся забор, после чего меня развернули лицом.
   -- Так значит, Отец взял тебя в команду?! -- яростно прошипели мне в лицо.
   -- Сюрприз, командир... -- придушенно выдавила, криво улыбаясь.
   -- Ты хоть что-то о субординации знаешь? -- тихо выдохнули мне в лицо. -- И что это за маскарад?
   -- Отпусти, -- протянула, ощущая, что воздуха становится все меньше и меньше. Мужчина слегка ослабил хватку, но не отстранился. Проходящие мимо пошло просвистели, отмечая нашу парочку, на что очень сильно захотелось зарычать. -- Я часть первого дивизиона. Старик этим решил дать нам обоим урок.
   -- Хороша издевка, йой, -- нахмурился мужчина.
   -- Теперь-то ты отойдешь? -- изогнула бровь, выжидающе глядя снизу-вверх. Даже с учетом того, что за последние полгода я умудрилась вырасти на целых десять сантиметров, мужчина все равно был куда как выше -- я ему макушкой доставала в ключицу. -- Старик был прав, когда сказал, что я не смогу вас предать, раз являюсь теперь частью вашей команды. Но это не означает, что я предаю Дозор.
   -- Ты со стороны себя послушай, -- он так и не отошел, еще и руку упер в дерево забора рядом с моей головой. -- Нельзя быть за всех сразу. Нужно решить то, за кого ты.
   -- Я дочь Отца, служащая Дозору, -- криво улыбнулась, внутренне понимая всю сопливость сказанных слов. Ну что за дешевая мелодрама? Тут еще не хватает только того самого идеального мужчины, что готов за меня умереть. А, стоп, это же я тут жопу рву, чтобы спасти. Вот, блин... -- Марко, прошу тебя, пожалуйста, не спрашивай меня о том, за кого я. Я долгое время не хотела быть за Дозор. Меня и сейчас смешат и бесят их поступки, их мировоззрение и подобострастность в отношении Тенрьюбито и Гаросеев. Но, когда я наконец-то решила для себя, что, все же, приму эту судьбу, пусть и на свой лад, приперлись вы, руша все то, что успело внутри построиться. Разошлись -- склеила, собрала обратно все, и опять вы. У меня была прекрасная команда. Все они были просто идеальными -- да, у каждого свои завихрения в голове, у каждого свои мысли. Но они были тем, ради чего я в первую очередь шла в бой. А потом... Я встречала множество дозорных, которые действительно защищали. Защищали и, в первую очередь, от таких как вы. Наш первый выход в море закончился тем, что мы встретили корабль пиратов, и нам пришлось убивать. Еще совсем детям. Того, что мы тогда увидели, было достаточно, чтобы понять: те, кто нацепил на мачту черный флаг -- твари, для которых быстрая смерть -- награда. Потом этот чертов шторм, остров с тварью и опять вы. Ты не представляешь, как сильно на первых порах хотелось вам крысиного яда в суп положить. Но мой лейтенант дороже, он мой брат -- ради него и палубу мыть буду, и гальюн драить, и голову склонять.
   -- Но? -- терпеливо выслушал он, склоняя голову набок.
   -- А то, что вы совсем не твари, вот что, -- надулась я, невольно краснея под пристальным взглядом. -- Я вернусь в Дозор, я знаю это. И я прекрасно представляю себе то, что буду делать, если мне прикажут идти в бой против пиратов. Но, я совершенно не могу представить себе то, что буду делать, если моими противниками окажетесь вы. Мне нужно решить, перестать разрываться между двумя семьями, но я до последнего буду тянуть.
   -- Ударишь кого-то из нас в спину? -- сощурился он.
   -- Нет, -- качнула головой. -- Просто уйду. Но я даже не могу предположить того, кого же я покину.
   -- Дура ты, еще и мелкая, -- Феникс, наконец-то, убрал руку, делая шаг назад.
   -- Я старше, чем кажусь, -- мрачно на него посмотрела. -- Ты должен понимать, что некоторые фрукты диктуют свои параметры.
   -- Сколько тебе?
   -- Официально восемнадцать, на деле около двадцати пяти, -- поморщилась. Вспоминать прошлое теперь уже не хотелось -- переболело и ушло.
   -- Ладно, считай, что верю, -- вздохнул он. -- Что с поисками? Нашла того, кто может помочь?
   -- Темный Доктор, -- не колеблясь, выдала, отлипая от забора и разминая шею. -- Я успела узнать то, что он на этом острове. Перекраситься пришлось, чтобы во мне не признали Анту: мое лицо мелькало в газетах, где изображение было цветным. Да, кстати, вот твои деньги, -- протянула ему мешочек.
   -- Йой, тут больше, -- он вскинул брови.
   -- Ну, пришлось немного смухлевать, -- криво улыбнулась. -- Нет, если тебе не нужны, отдай обратно.
   -- Цыц, -- усмехнулся он. -- Идём, я проголодался и нужно найти себе место для сна.
   -- Да, поздний ужин или ранний завтрак -- это то, что нужно, -- довольно кивнула, чувствуя внутри себя небывалое успокоение и в то же время подъем после того, как выговорилась. Как бы ничего не натворить в таком состоянии...
   Впрочем, расслабляться не стоило -- Уил. Где этот чертов докторишка шляется?!
   -- А ты что-нибудь разузнал? -- хвостом увилась следом за мужчиной, уверенно идущим в одном ему известном направлении.
   -- Немного, -- он притормозил, позволяя идти рядом с собой. -- И, как ты сказала, нам нужен именно он. Одни из врачей не смогут работать с Уилом из-за кайросеки, другие просто не в состоянии провести операцию подобного уровня.
   -- А что говорят о Темном? -- сощурилась.
   -- Многое, -- покачал он головой. -- Одни говорят, что он безбашенный, другие наоборот -- гений, стратег и тактик. Все сходятся в том, что он любит эксперименты и изучение всего непонятного. И, еще... Он -- фруктовик. Но его сила позволяет ему не касаться кайросеки.
   -- А как он это делает? -- нахмурилась. Если что пойдет не так, нужно знать то, как его победить. Он может не касаясь извлекать предметы. -- Похоже, ему не обязательно быть рядом во время выполнения техники.
   -- Да, похоже на то, а потому он еще куда более опасный противник, чем может казаться, йой, -- согласился он, открывая дверь очередной забегаловки и входя внутрь.
   В помещении было куда как спокойнее, в отличие от предыдущих забегаловок. Пройдя за дальний столик, как обычно, в общем, уселась, беглым взглядом окидывая собравшихся. Полумрак, в котором хорошо прятать ножи под столами, человек двадцать посетителей, что-то увлеченно обсуждающих между собой, и задумчивый бармен, он же официант, он же, по-видимому, хозяин всего этого, стоящий за стойкой.
   Феникс как раз направился к нему и, облокотившись на дерево столешницы, начал тихо озвучивать свой заказ. Услышав комбинацию "мясо для леди" расплылась в широком оскале, понимая, что такими темпами к восходу солнца превращусь в колобка. Но в очень довольного колобка.
   -- Сейчас принесет, -- уселся он напротив, так же окидывая помещение взглядом.
   -- Я смотрю, ты тут уже бывалый клиент, -- усмехнулась, водя носом по воздуху и улавливая запахи разогревающегося ужина-завтрака. Приятно пахнет, не могу не признать. -- Места спокойные знаешь, с хозяином на "ты". И хоть я могу дать сама себе все возможные ответы, но скажи, все же, почему ты застегнут на все пуговицы, как при построении?
   -- Поймать одного из сынов Белоуса, значит получить возможность манипулировать капитаном, -- тихо просветил меня мужчина. Я понятливо кивнула -- была права: членов команды Йонко, поодиночке только и мечтают, что придушить. У Эдварда очень сильно развиты отцовские чувства и это то, на чем так легко играть, если у противника много сил и средств для ведения полномасштабной войны.
   -- Смысл тогда ставить на себя клеймо? -- непонимающе взглянула в серые глаза, легко смеющиеся в ответ. Ну да: утром был бой, и я его даже в полет отправила, а после заставила извиняться перед медсестрами, публично заявив об этом перед всей командой, а сейчас с горящими глазами задаю вопросы.
   -- Это наша честь и гордость. Вы же носите на себе все эти эмблемы? Мы тоже, только так, чтобы было сразу видно -- мы верны Отцу всем сердцем.
   Хех, все ли, мой пернатый командир. Все ли?
   -- Тенрьюбито тоже ставят клеймо своим рабам, -- усмехнулась, откидываясь на спинку стула и переводя взгляд вглубь помещения. -- Как думаешь, мы найдем его за оставшееся время?
   -- У нас нет другого пути, -- он так же откинулся на стул, скрещивая руки на груди. -- Ты часть команды, а мы своих не бросаем.
   Любопытно было бы послушать твои отговорки, не прими меня Эдвард к себе. Просто до смеха.
   -- Где ты уже искал? Есть ли у тебя информаторы? -- вновь повернула к нему голову, внимательно наблюдая за выражением лица. Увы, все такое же сонное и задолбанное. Может, оказать на него давление по возвращению и уложить спать? Мне же теперь, как бы, заботиться о своем командире нужно.
   -- Не так быстро, -- усмехнулся он. -- Все, кто есть, всем уже шепнул. Жди и не вибрируй.
   -- Не твой брат последние дни доживает, -- пробурчала. Докричаться отсюда до Симаргла не смогла -- эфир был пуст. Внутри теплилась надежда на то, что зверюга никуда не вляпалась, а тихо-мирно сидела где-то на завалинке и ждала своих маленьких помощников.
   Впрочем, если зверь был частью меня, то на спокойствие и тишину надеяться не стоило. Странно, что нигде еще не видно зарево пожаров.
   Ужин прошел в тишине и спокойствии. Благодаря тому, что до этого я успела съесть довольно много, в этот раз я не поглощала еду так, что за ушами сверкало.
   -- Держи ключ, номер тридцать четыре, -- он кинул мне что-то маленькое, с деревянным брелоком в виде цифр. -- Иди, я пока расплачусь.
   -- Душ есть? -- алчно сверкнула глазами.
   -- Есть, иди, -- вздохнул он, собирая тарелки. Надо же, тут типа только приносят... Или, ему срочно нужно о чем-то перетереть с хозяином. Так дело не пойдет.
   -- Спасибо! -- широко улыбнулась и поспешила на незаметную от входа лестницу, ведущую на второй этаж с заветной комнаткой.
   Рядом с ней остановилась и, потянувшись Волей во все уголки, быстро нашла себе маленького помощника -- серую крыску, смывающую лапшу с ушей. Пискнув, товарка шустро умчалась вниз, ведомая лишь одним инстинктом -- подслушать. Не сомневаясь в том, что она сможет понять все то, что скажут люди, спокойно прошла в номер, и, зажегши свет, сбросила натершие ноги сапоги, и, найдя заветную дверцу совмещенного санузла, скинула куртку, радостно клацая выключателем и закрывая за собой дверь. Включив воду и дождавшись горячей, быстро скинула с себя одежду, залезая в ванную и становясь под приятные струи. Вот, что интересное успела заметить, так это то, что сама, скажем так, бегущая вода, была мне по барабану. Слабость начинала подступать тогда, когда вода накапливалась, переставая течь.
   На тренировках, когда шел дождь, слабость накатывала из-за воды в лужах, из-за воды, которая стала по щиколотку, не из-за капель, падающих сверху. Я больше не могла наслаждаться горячей ванной, отмокая в ней часами, но я могла спокойно стоять под горячими струями, если не закрывала слив. А он тут был широкий, хороший.
   Спустя полчаса, когда пар уже закрыл собой все окружающее, пришлось выключить воду и, наспех вытеревшись затертым полотенцем, подхватила некоторые элементы одежды, быстро простирывая и оттирая от той крови, которая успела с меня налипнуть. Кое-как натянув мокрое, пустила огонь, весело наблюдая тут же поваливший от одежды и волос пар. Закончив с одеванием, клацнула защелкой, выходя наружу. Как раз вовремя -- серая малышка уже ждала меня на спинке стула, нетерпеливо расчесывая шерстку.
   -- Ну, красавица, чем порадуешь? -- ласково улыбнувшись, подхватила ее под пузико и села на кровать, готовясь выслушать.
   Что ж, плана по захвату мира, трактирщик и Феникс не замышляли. Разговоры о семье, о том, как жизнь проходит -- ничего особого. Похоже, эти двое уже давно знали друг друга. В планах на будущее я так же не углядела ничего интересного -- трактирщик Стиви хотел расширить хозяйство и, наконец-то, жениться на какой-то Анжелле, уже из-за имени вызывающей подозрения, Феникс же рассказывал что-то об островах Гранд Лайн, которые капитан хотел посетить. В общем, если сообщить командованию, то можно было бы устроить Белоусу пакость, но смысл, если у меня Уил на их корабле. Да и, может, стоит и правда еще немного побыть умершей?
   Поблагодарив малышку и отпустив ее к виднеющейся в стене норке, встала, потягиваясь, бросая ленивый взгляд в окно. Скоро будет светать.
   На скрипнувшую позади дверь отреагировала с агрессией, оскалив клыки и выпустив когти.
   -- Йой, свои, -- вскинул брови мужчина, за что чуть не получил лапой по лицу -- ну какого же черта он раз за разом повторяет этот бесящий жест?
   -- Ты тут что забыл? -- с горем-пополам уняв бушующее внутри, скрестила руки на груди -- подальше от греха. После того, как моя звериная половина изволила жить отдельно, эмоции внутри стали просто неуправляемыми, грозя сделать из меня всезнающую вспыльчивую стерву. Мне срочно нужен жесткий контроль. А лучше опять стать целой.
   -- Пришел тебя опечалить -- мы живем в одном номере, -- он устало вздохнул. -- На острове довольно трудно найти свободную комнату, не говоря уже о двух.
   -- Хорошо, тогда я сплю на полу, -- мне привычнее спать на твердом -- в казармах часто устраивали учения на тему выживания в спартанских условиях, когда есть только куртка. А то, как ее использовать -- под голову или в качестве одеяла, уже самим решать.
   Мужчина, покачав головой, подошел к кровати, быстро расстилая ее. Отвернувшись, прошла к окну, на ходу сворачивая куртку и решив использовать ее как подушку -- ночи теплые, да и я сама теперь не жаловалась на холод.
   Тихий перестук сандалий за спиной, и меня, подхватив под талию, бросили на кровать.
   -- Спи в углу. Не вякай, йой, -- на меня строго посмотрели, заставив покраснеть.
   Фыркнув, отвернулась носом к стенке и укуталась в свой угол покрывала. Погас свет, после чего край кровати скрипнул и послышался звук снимаемой обуви. На пол упал железный ремень, после чего кровать прогнулась ощутимей и львиную долю моего одеяла перетянули.
   -- Посмеешь греть об меня ноги -- сожгу нахрен, -- мрачно предупредила, после чего уткнулась лбом в стенку и прикрыла глаза.
   В ответ послышался насмешливый выдох.
   Сон не шел. Вообще, никак, ни в какую. Подсчет овец, кораблей, Адмиралов, перебор свода правил и устава ничего не дали, лишь принесли головную боль и ненужные мысли.
   Спустя еще полчаса начало светать. Мысли стали более наркоманскими.
   -- Марко, скажи, а почему у Белоуса усы полумесяцем? -- не сдержавшись, выдохнула.
   Сверчок за окном заглох -- кто-то опять решил устроить пальбу, тем самым пугая мою единственную колыбельную.
   -- Отец. -- Я легко вздрогнула -- ответ пришел уже тогда, когда я не ожидала.
   -- Что? -- недоуменно повернула голову в его сторону.
   -- Он Отец, -- мягко повторил мужчина. -- Отец.
   -- Хорошо, -- покладисто кивнула. -- Почему у Отца такие огромные усы? Да еще и полумесяцем.
   -- Стиль такой, -- пожал плечами он.
   -- На флаг хорошо подошел, -- усмехнулась, переворачиваясь на спину.
   -- Спи, -- тихо донеслось. -- Уже сегодня нужно будет выложиться по полной.
   -- Осталось два дня, -- выдохнула. -- Как тут спать?
   -- Молча. -- Кровать заскрипела, и меня сгребли в охапку, поворачивая к себе спиной и обнимая. -- Спи.
   -- Угу, -- буркнула, тихо краснея.
   Как тут заснуть, когда лежишь на кровати в обнимку со здоровым горячим мужчиной, а чуткий слух улавливает недвусмысленные скрипы кровати через комнату?
   Она не могла бы стонать по тише?!
  
   Beatles что-то знали
  
   Пробуждение пришло внезапно: вот, казалось, только прикрыла глаза на секундочку, пригревшись, а тут уже за окном светло и вовсю кипит жизнь.
   Феникса в комнате не было -- вещи так же отсутствовали, да и его часть кровати была холодной. Что же, за это ему даже спасибо: я не буду испытывать неловкость. Потянувшись, села на кровати, потирая глаза и зевая с риском вывихнуть челюсть.
   -- Мрр, -- вежливо донеслось с подоконника, привлекая внимание. Вздрогнув, перевела туда сонный взгляд, оценивая визитера. Как представитель псовых, с кошками я была не особо в ладах, хоть и от них часть внутри меня была. Однако если нужно было, ленивые дамы и господа были ласковы и убедительны. И очень ответственны.
   -- Да? -- сползла с кровати, подходя к окну и вновь зевая. На улице часов двенадцать, вот же! Мне бегать нужно высунув язык набок, в поисках этого врача, а не клювом щелкать.
   Дама, лениво почесав за ухом, доверительно сообщила, что мой зверь, мать его, лично нашел корабль со знаком этой команды. Но самого капитана обнаружить не смог, и потому сейчас пристроился ко всем в качестве погрузчика. Благо, там какой-то медведь есть, и он смог понять Симаргла и поручился за него. Ну, прямо идиллия, честное слово.
   Сознание услужливо подкинуло картинку того, как я, нянча маленьких симарглов, стою на пороге и провожаю своего зверя на работу в порт. А дома пеленки, молоко в бутылочках и уборка с обедом... Брр!!!
   Я начала молча биться головой о раму окна. Кошка предложила мне валерьянки, доверительно сообщив, что знает места, где есть подешевле или вообще можно увести тайком пару склянок. Я начала биться усерднее, из-за чего мне начали стучать из соседних номеров с просьбами не мешать. Пока что еще корректными.
   Грустно выдохнув, прошествовала в ванную, где умылась. Взглянув в отражение в мутном зеркале, внутренне вздрогнула: синяки под глазами, встрепанные волосы, перекошенная рубашка -- понятно, почему Феникс сбежал рано поутру, даже записки не оставив. Я бы тоже от такого чуда удрала бы. А ведь еще неясно -- может, я во сне разговариваю или храплю...
   Натянув сапоги и накинув куртку, усадила кошку в капюшон и, затянув завязки, чтобы леди не выпала, запрыгнув на подоконник, прямо оттуда сиганула на соседнюю крышу, чуть не соскальзывая с неумело положенной черепицы. Направление мне подсказали быстро, и, не давая зевакам внизу времени, чтобы понять то, кто я, помчалась в сторону причалов, время от времени обрушивая вниз какие-то древние горшки и прочий мусор по типу веток и сухих листьев.
   Возле верфей пришлось спуститься на землю, уже оттуда продолжая путь и стараясь не приносить неудобства окружающим меня людям. Кто-то прибывал, кто-то уплывал, разгружая корабли или, наоборот, производя погрузку. От того приходилось постоянно уворачиваться от снующих с грузом людей. Столько ничем не скрываемых ругательств в свой адрес я еще не слышала, особенно когда налетела на какие-то коробки с острым запахом каких-то приправ. Искомый корабль нашла не скоро -- как оказалось, прошла несколько раз мимо. А когда, наконец-то, поняла, что собой представляет их судно, чуть на задницу не села.
   -- We all live in a yellow submarine*, мать вашу, -- осипшим голосом пропела, во все глаза, рассматривая маленькое плавсредство желтого цвета. Добил фонарик по типу уличного, прицепленный сбоку.
   -- Что ты тут забыл? -- позади раздался серьезный мужской голос.
   Резко повернувшись и чуть не потеряв пригревшуюся кошку, во все глаза уставилась на двух парней с небольшими коробками. Белые комбинезоны, на одном солнцезащитные очки и какая-то синяя шапка с зеленым козырьком, из-под которой торчали рыжие волосы, на другом кепка с ушами, как ушанка, с красным бубенцом на макушке и надписью "Пенгвин". Желтый козырек скрывал глаза, но по тому, как были изогнуты губы, было видно, что гостю не рады.
   -- Во-первых, добрый день, -- скрестила руки на груди, с толикой неприязни разглядывая их. -- Во-вторых, я с вами на брудершафт не пила, да и вообще не знакома -- на "ты" мы не переходили. А, в-третьих, которое должно быть во-первых, я -- девушка!
   -- О, простите, леди, со спины обознались, -- ребята тут же покраснели, застенчиво почесывая в затылке. Коробки в руках угрожающе наклонились, из-за чего пришлось резко шагнуть вперед, придерживая за освободившиеся стороны.
   -- Ребят, я все понимаю, но как меня вообще за парня принять можно? -- удивленно выдала. Те застыли, еще сильнее покраснев.
   Вскинув бровь, кивнула на коробки. Мгновение, и они суетливо подхватили их, чуть не переворачивая и в два голоса пытаясь извиниться и одновременно с этим отвесить какие-то комплименты. Меня потянуло на смех, отчасти нервный: значки на их комбинезонах совпали с замеченной символикой на листовке. Да и запах Симаргла на них висел устойчивый.
   -- Леди, так зачем вы пришли сюда? Опасное место, знаете ли, -- наконец, опомнился рыжий.
   -- О, я ищу одного... В общем, он зверь. Такой большой и белый, -- попыталась подойти издалека, в голове прокручивая примерный план действий. Передо мной явно два шланга или что-то близкое к этому -- захочешь, можно и веревки свить. А я хочу, мне это просто необходимо.
   -- О, вы о Симе? -- у меня нервно дернулось веко. Сима?!
   -- Наверное, да, -- запоздало кивнула, пытаясь стряхнуть с себя ступор. -- Он сказал, что устроился на работу в порт, если мы говорим об одном и том же существе.
   -- Большой пес с львиным хвостом, -- уверенно кивнул второй, с надписью на кепке. -- Леди, вы простите, но нам нужно внутрь занести: тут медикаменты, не стоит их на жаре держать.
   -- О, давайте я вам помогу! -- состроила я невинное лицо. -- Заодно и договорим!
   -- Ну, не знаю - то, что в коробках, хрупкое, -- неуверенно протянул очкастый.
   -- Не беспокойтесь! Я не враг, я друг Симы... Ну, его Симаргл зовут, я потому немного не сообразила! -- принялась горячо заверять я, уверенно снимая верхнюю коробку у рыжего. -- Куда нести?
   -- Спасибо! -- они, вроде как, даже перемигнулись.
   -- Меня зовут Шачи, -- кивнул рыжий.
   -- А меня Пенгвин, -- приветливо улыбнулся второй.
   -- Анта, -- расплылась в ответной улыбке, после перевела взгляд на их корабль. -- А вы плаваете на подводной лодке, так необычно...
   -- Вы знаете о том, как он называется? -- удивленно повернулся ко мне Шачи, идущий первым по ступеням и чуть не наворачиваясь -- в последний момент успела ухватить его за шиворот комбинезона, помогая выровнять равновесие.
   Мда, не подумала о том, что не должна знать названия подобные. Но откуда же могла знать, что тут такие штуки редкость?!
   -- Да, была знакома с одним умельцем, -- натянуто улыбнулась и поспешила перевести разговор в другое русло. -- А еще говорят, что у вас в команде есть какой-то большой говорящий зверь.
   -- А, это Бепо, -- Пенгвин, идущий позади, пренебрежительно усмехнулся. -- На него, по началу, все странно реагируют. Он -- белый медведь. А говорить сам научился.
   -- Круто! У вас есть медведь! -- подпрыгнула я, после чуть прижала уши: в коробке что-то зазвенело. -- Ой, простите...
   -- Осторожнее, -- хмуро посоветовал Шачи. -- Если что разобьем, капитан три шкуры сдерет.
   -- О, а ваш капитан такой строгий, -- уважительно протянула, мимоходом оглядываясь по сторонам.
   Полутемное помещение, освещаемое парой ламп в длинном коридоре. Пара ниток проводов под потолком, какие-то трубы, идущие параллельно коридору -- загадка на загадке. Но чувствовала себя так, будто домой попала -- клочок моей цивилизации в мире с фруктовиками и непонятно как работающими ракушами. Откуда-то тянуло медикаментами и уже осточертевшим больничным запашком. Никогда не была внутри субмарин, но ориентируясь по фильмам, не могла не выдохнуть восторженно -- круто же. Я внутри подводной лодки! Самой настоящей.
   -- Ну, мы у него на особом счету, -- Пенгвин нагнал, умудряясь идти сбоку в не особо широком коридоре. -- Мы у него ценные члены команды!
   -- Ага, потому можем и пошалить немного, -- в том же духе продолжил Шачи.
   -- Круто! -- мне только и оставалось, что восхищенно восклицать, подогревая чужое самолюбие. -- А это, правда, что ваш капитан выдающийся хирург? -- Мы пришли к какому-то складу, и теперь я любопытно заглядывала внутрь, разглядывая множество непонятных мне приспособлений. Ну, стол для операций, скальпели, шприцы, клизмы и прочую мелочь я без труда опознала, но вот огромный аппарат в углу помещения не могла ни к чему приспособить, теряясь в догадках.
   -- Это для искусственного дыхания, -- проследил мой заинтересованный взгляд Шачи, забирая у меня коробку. -- Да, он великолепный врач. А что, есть интерес?
   -- Просто интересно новое, -- качнула головой. -- Я не ожидала, что мой зверь набредет на вас, а встретив, не могу не задать столько вопросов, которые вам, скорее всего, покажутся смешными или глупыми. Простите! -- покаянно склонила голову. Секунда тишины, и помещение разорвали два смеющихся голоса.
   -- Ну, совсем как Бепо! -- сквозь выступившие слезы выдавил Пенгвин. Я насупилась, чувствуя, как алеют щеки. -- Нет-нет, Анта, пожалуйста, не подумайте ничего такого! Просто так похоже вышло!
   -- Не то слово, -- прорыдал из своего уголка Шачи.
   -- Теперь вы просто обязаны пригласить меня на чашечку чая с печеньем и ответить на мои вопросы! -- скрестила руки на груди, грозно глядя на них.
   -- Хорошо, -- простонали они, выходя наружу.
   -- В качестве извинений, прошу пройти на наш камбуз, -- галантно поклонился Шачи, ради такого дела даже на мгновение снимая свою шапку.
   -- Так и быть, я приму ваше предложение, сэр, -- важно кивнула. Пара шагов вглубь, и мы уже на три голоса разорвали тишину, спеша вперед и толкаясь на повороте.
   Детство воистину заразно...
   Камбуз был маленьким. Одно помещение совмещало в себе все: печка, рядом стол, чуть дальше раковина. По центру обеденный стол с задвинутыми стульями. В углу встроенный холодильник и большая непрозрачная емкость рядом с ним.
   -- Пресная вода, -- в ответ, на мой взгляд, пояснил Пенгвин. Я понятливо кивнула, замечая в углу длинную полую трубку с насечками. Уровень воды в ней был где-то вверху, не видно сколько.
   Черный чай заварили быстро и, разлив, приятно пахнущий напиток по чашкам и величественно, под смех, водрузив корзинку с печеньем на стол, мы уселись.
   -- Ну, так он реально такой страшный зверь, или совесть у него есть? -- сощурившись, отпивая кипяток, посмотрела на ребят. Те, к счастью, моей манипуляции заметить не успели, а я тут же мысленно дала себе пинок -- не выделяться. Мне-то горячее не страшно, а вот для других это будет шоком.
   -- Ну, он ученый. А это накладывает свой отпечаток, -- пожал плечами Шачи, макая печенье в чай и успевая вытянуть его до того, как намокшая часть утонет в кружке.
   -- Круто, -- в который раз за последние полчаса выдала я. -- А вы сами что делаете? А то, я все о нем и о нем.
   Нельзя же с двумя заинтересованными в тебе парнями обсуждать кого-то левого, пусть и их капитана. Узнать о том, где он шатается, можно и из разговора.
   Парни тут же просияли, принявшись наперебой рассказывать о том, как они помогают своему капитану в проведении операций, о том, какие они для него незаменимые и тому по тексту. Про себя смеясь от того, что они явно приукрасили события, между делом поедала печенье, время от времени вставляя восторженные комментарии. На середине рассказов я потребовала, чтобы мы перешли на "ты" и парни вообще раззадорились, перестав стесняться и стеснять. А говорят, что это алкоголь сближает. Да нифига -- печенье с чаем тоже творят чудеса.
   -- А ты откуда? -- удивительное рядом: они не только любили говорить о себе, они умели и слушать. Трафальгар Ло, а именно так звали их капитана, действительно подобрал себе талантливых людей. И умных, пусть чуть-чуть еще не доросших до ответственных постов.
   Пришлось, придумывая буквально на ходу, представиться путешественницей с далеко острова Лилия -- брать реально знакомые места было правильнее. Притянутое буквально за уши, все же, подействовало -- ребятам хватило рассказов о моих странствиях, выданных, будто со стороны зрителя: мои задания, как та самая Елена, вылились в интересные истории.
   -- А почему ваш капитан не с вами? -- наконец, дошла до самого важного. Пока, я не решалась сказать им, что мне нужна его срочная помощь. Страшно -- вдруг откажет.
   -- Он ушел в северные ряды, ищет что-то, -- подпер рукой подбородок Шачи. -- Не взял нас с собой, сказал, что сам справится. Там и поселился, а нас на лодке оставил, для защиты. Сидим тут, уже фиг знает сколько, а он там... С девочками. Обещал через несколько дней вернуться.
   -- Ну, это тоже важное поручение, -- попыталась утешить их. -- Корабль это почти как семейный дом. А флаг -- честь и гордость! Вам оказали великую честь, поручив его защиту. Это значит, что он полностью полагается на вас, -- горячо заверила я.
   -- Да, ты права, -- уверенно кивнул Пенгвин, с загоревшимися глазами сжимая кулаки.
   -- Я точно права! -- широко улыбнулась. Неожиданно, у меня в кармане зазвонила Муши, заставляя подпрыгнуть на стуле и резко побледнеть. Адмирал Аокидзи Кудзан. -- Простите, мне нужно бежать!
   Я быстро вскочила на ноги, после поклонилась.
   -- Мне было очень интересно с вами общаться, но мне нужно спешить! Надеюсь, мы еще увидимся!
   -- Мы тоже на это надеемся! -- немного грустно отозвались ребята, так же вставая.
   -- Я сама добегу, не утруждайте себя, -- прощально махнула им рукой, пулей устремляясь наверх, а там, на пристань, к ближайшему закутку. Муши продолжала звонить: человек по ту сторону был крайне терпелив.
   Вытащив ее на свет двумя пальцами, мрачно сверкнула глазами, получая в ответ не менее решительный взгляд. Муши, кажется, решила идти до конца, выполняя свой гражданский долг.
   -- Алло, -- осторожно ответила, опасливо косясь по сторонам.
   С той стороны послышалось душераздирающее зевание.
   -- Арарара, я уже думал, что не дождусь, -- вяло донеслось в ответ.
   -- Прошу простить, сэр -- была в разведке, -- быстро отрапортовала, водя ушами и прислушиваясь к окружающему. Посадив улитку на плечо, пользуясь выступами на стене, коих было немерено, забралась на крышу, боязливо поглядывая вниз. -- Я нашла корабль и как раз разговаривала с членами команды.
   -- Молодец, -- с той стороны явно улыбнулись. -- Я смог отыскать их капитана. Он в северных рядах. Поселился в "Смелом Жуке", номер не знаю.
   -- Сэр, этого более чем достаточно, -- качнула головой, довольно улыбаясь.
   -- В таком случае, мне больше нечего добавить, -- лениво отозвался Кудзан.
   -- Сэр, вы сообщите командованию о том, что я жива? -- замерев, задала тот вопрос, который в прошлую встречу не осмелилась озвучить.
   -- Нет, это не мое дело, -- ответ заставил замершее сердце забиться так, что чуть грудную клетку не пробило. -- Удачи тебе и лейтенанту.
   -- Благодарю, сэр, -- благодарно улыбнулась. Улитка крякнула, знаменуя конец разговора, и, не выдержав, малодушно спряталась в панцирь, тут же скатываясь с плеча. Подхватив ее, отправила обратно в кармашек и осмотрелась по сторонам. Северные ряды, ау... Вы где?
   В капюшоне завозились, после чего шеи коснулись пушистые волоски -- позабытая кошка, спавшая, пока я трепала языком с парнями, высунулась наружу, задушевно советуя мне перестать играть на несколько фронтов сразу.
   -- Северные ряды, где они? -- поднялась на ноги, игнорируя шпильку и оглядываясь по сторонам.
   Искомое оказалось на другой стороне острова, куда по крышам было нереально добраться: спускаться с горки в сторону моря было гораздо проще, нежели прыгать на разноуровневые выступы. Спустившись вниз, ведомая кошачьими наставлениями, поспешила в нужном направлении, стараясь избегать оживленных улиц и, не раз, перелезая через разнообразные заборы или ныряя в дыры -- у кошки были свои пути, приходилось подчиняться. Добиралась я долго, где-то около часа или больше -- в конце концов, окончательно вымоталась. Денег не было, а есть уже хотелось -- перекус печеньем у команды Сердца ничего не дал, лишь раззадорил аппетит. И что мне делать?
   Свесив ноги с крыши одного из зданий, я лениво рассматривала множество рядов, вероятно, потому это все дело так и называлось. Продавали практически все: от персиков, при виде которых мозги начали отключаться, а желудок наоборот, брать бразды правления в свои шаловливые ручонки, до непонятных приспособлений вдали. Вот действительно, описать как-то это самое не представлялось возможным -- то ли это была часть для чего-то боевого, то ли, наоборот, примочки по типу того дыхательного аппарата, что был в подсобке на субмарине. Наваленные рядом шестеренки не помогали идентифицировать непонятные штуковины.
   А вот лавка рядом была более чем понятна: оружие. Ножи, мечи, арбалеты, пистолеты, винтовки и многое-многое другое, созданное с одной целью -- отнимать чужие жизни. Красотень.
   Втянув носом воздух, не нашла ничего интересного: запах, который шел от Шачи и Пенгвина нигде не ощущался.
   -- Мне нужна какая-то забегаловка с названием "Смелый Жук", -- повернулась к кошке, которая наконец-то соизволила выползти наружу и, спустившись на крышу, довольно потянулась.
   -- Не сильна в чтении названий, -- пренебрежительно отозвалась трехцветная миледи, важно поднимая хвост и идя к спуску вниз. -- Моя задача выполнена, больше ничем не могу помочь.
   И вот после этого люби их, хвостатых тварей.
   -- Спускайся, живо! -- Я чуть душу Одину не отдала, почему-то вспомнив именно его.
   Резко взглянув вниз, увидела мрачного Феникса.
   -- О, ты как меня нашел? -- спрыгнув к нему, удивленно подняла брови.
   -- Библикарта в твоем кармане, -- как маленькому ребенку пояснил он, спокойно залезая ко мне в правый карман и вытягивая на свет маленький клочок бумажки. -- Я догадывался, что ты сорвешься с места, как только глаза откроешь, но все же надеялся, что ты сделаешь это через дверь. Увы, ты, как и Эйс, явно не любишь следовать общепринятым нормам. Вечно с вами какие-то проблемы...
   -- Раз засунул эту гадость ко мне в карман, значит, был готов! -- рявкнула, отбирая бумажку обратно и засовывая в карман штанов. Ну, туда-то он не полезет?!
   -- Не кричи, -- шикнул он, грустно вздыхая. -- Шума от вас, огненных...
   -- Я нашла примерное местоположение Трафальгара, -- мрачно сверкнув глазами, скрестила руки на груди. На вскинутую бровь, вероятно, означающую заинтересованность, продолжила. -- Так зовут искомого человека. Он в Жуке, правда, я не знаю, в каком номере.
   -- Откуда узнала? -- на меня пытливо взглянули.
   -- Кошка нашептала, -- пожала плечами, отвечая невинным взглядом. Ледяная кошка в звании Адмирала.
   -- Ладно, -- потер переносицу мужчина.
   -- Я есть хочу, -- требовательно уставилась на него. -- Купи мне персиков.
   -- Нет. -- Я удивленно округлила глаза, после нахмурилась. -- У нас не так много денег, чтобы покупать все, что хочется. Идём, лучше на те же деньги поедим чего-нибудь посущественнее.
   -- Я же тебе вчера отдала! Их было достаточно! Да и ты к своему знакомому ходил!
   -- Не судьба, -- бросил он, разворачиваясь. -- Жук, говоришь?
   -- Смелый, -- буркнула, идя следом.
   -- Что?
   -- Говорю, "Смелый Жук", -- обидчиво поджала губы, проходя мимо прилавка с персиками. Персики... Хочу персик.
   -- Не думай даже, -- меня дернули вперед, уводя от соблазна, не дав и шагу ступить в том направлении. Руку сжали как в тисках, грозя оставить синяки наподобие тех, что только-только сошли с задницы.
   -- Пусти! -- дернулась, пытаясь высвободиться из захвата. Фиг мне -- держали так, будто наручники из кайросеки обхватили.
   В отличие от меня, Феникс прекрасно ориентировался на этой земле -- нужное нам нашлось быстро.
   -- Добро пожаловать, господа хорошие, -- хозяин был на удивление приветлив. -- Чем могу услужить?
   -- А вот для меня и моего дорогого муженька обед подайте, -- широко улыбнулась, успевая встрять прежде, чем Феникс открыл рот. Не хватало еще, чтобы меня за шлюху приняли, коих тут пруд пруди, лучше уж так. -- Мы только недавно стали вместе -- сейчас колечки ищем такие, чтобы только нам подошли! Вот услышали, будто у вас тут можно найти все, чего душа просит! Только подустали малость да перекусить захотелось.
   -- О, молодожены! -- расцвел хозяин, в то время как мой "муженек" грозил мне и вовсе руку оторвать. -- У меня есть только недавно приготовленные говяжьи ребрышки, суп с морепродуктами, совсем свежий...
   -- Давай, -- мрачно кивнул Феникс, утаскивая меня к столику возле окна. Ух ты, наконец-то не в углу!
   -- Милый, время, проведенное с тобой, прекрасно! -- горячо заверила его, свободной рукой обхватывая его руку, сжимающую меня, и выпуская когти. Шикнув, он выпустил меня из захвата, быстро прикрывая порезы, которые спустя пару секунд затянулись, оставляя после себя пару дырочек в рукаве. -- Наше путешествие столь чудесно!
   -- Несомненно, -- процедил он, после чего быстро шагнул вперед, отодвигая мой стул и приглашающе кивая. -- Присаживайся.
   Наверное, я резко сбледнула, так как лицо у него стало столь довольно-пакостным, что хотелось разносом, лежащим на соседнем столе, приголубить.
   -- Благодарю, милый, -- ласково прочирикала и осторожно опустилась на сидение. Стул придвинули к столу, оставляя мне толику места для дыхания. Что ж, пусть это будет большей местью, хорошо?
   Внутри было в разы уютнее: круглые столы с четырьмя стульями вокруг них, какие-то цветные занавесочки на окнах, отчаянно цветущая герань на подоконниках, даже отмеченные в горшках бычки из-под сигарет не омрачали общей картины. Пол чистый, подметенный.
   -- И, что дальше? -- выжидающе уставилась на спокойно сидящего мужчину напротив.
   -- Ждать обед, -- в мою сторону даже не глянули. Обидно.
   -- Милый, ты что, не хочешь со мной поговорить? -- подалась вперед, наваливаясь локтями на стол и мрачно-весело глядя на него.
   Феникс перевел на меня пристальный взгляд, внимательно рассматривая.
   -- Жаль, что ты так мало спишь, -- выдал он. Мужички, сидящие через стол и точно подслушивающие нашу "перепалку", тихо заржали -- они явно наслаждались всей ситуацией.
   -- Спала бы еще меньше, если бы кое-кого на дольше хватало! -- надув щеки, выдала в ответ. У Марко появилось нечитаемое выражение лица, а у ребят за столиком -- продолжение для смеха.
   Феникс медленно повернулся к ним, внимательно разглядывая. Мгновение, и оба смельчака быстро встали со своих мест и поспешили наверх. Хм, и че это было?
   -- О, милые бранятся -- только тешатся, -- рядом с нами нарисовалась объемная тетечка в фартуке, распознанная как официантка. -- Ну-ну, расскажите, как же вы нашли друг друга! У вас явно разница в возрасте большая!
   -- О, не так уж и сильно, -- сверкнув глазами в сторону мужчины, с улыбкой повернулась к женщине. -- Он много работал и совсем себя не берег, вот потому и кажется, что он гораздо старше. Да и какая разница? Я же люблю его всем сердцем! Милый, а ты? Ты меня любишь?
   Мужчина закатил глаза, ударяя себя ладонью по лбу.
   -- Солнышко мое, я от тебя просто без ума, -- смеющиеся глаза заставили почувствовать какую-то подлянку. -- Хватит уже на каждом углу трезвонить о том, что мы теперь вместе.
   Моя улыбка теперь была больше натянутой, нежели искренней. Так интересно голосом выделять ключевые фразы, заставляя меня безмолвно беситься.
   -- Ах, это так мило! -- женщина не почувствовала и тени того напряжения, что повисло в воздухе, умиленно складывая руки на пышной груди и пританцовывая на месте. -- Я выберу вам лучший десерт!
   -- У нас не особо много денег, -- качнул головой Марко.
   -- Ничего страшного! -- она горячо заверила его. -- Создание новой семьи заслуживает маленького поощрения!
   И, не слушая возражений, припевая, умчалась в сторону кухни.
   -- Сама виновата, -- тихо донеслось от Феникса. -- Почему у нее не спросила по поводу постояльца?
   -- Молчал бы уже, -- вздохнула, подпирая кулаком голову. -- Посмотри на нее: она же слишком открытая и разговорчивая. Остаток дня будет петь о нас, а потом на радостях и ему разболтает. Лучше снимем номер на ночь -- если он тут, то точно пересечемся.
   -- А если он отправится в море сегодня вечером?
   -- Я была у него на корабле, -- качнула головой. -- Пообщалась с двумя милыми ребятками и запомнила запах. Они сказали, что он сам отправился сюда и снял номер в северных рядах. Кошка и еще несколько зверей помогли установить более точное местопребывание. Ему не нужно убегать, а если и так -- Симаргл рядом с командой ошивается, передаст, если что.
   -- Предложение хорошее, будем надеяться, что пересечемся, -- он вздохнул. -- А что будешь делать потом? Тебе нечем платить и нечего предложить.
   -- А кто сказал, что своих не бросит? -- хитро сощурилась. -- Мужик сказал -- мужик сделал.
   -- Использовать Йонко в своих целях, -- он усмехнулся. -- Поразительно...
   -- А вот и обед, дорогие мои! -- на все заведение объявила официантка, с разносом, уставленным тарелками и чашками, лавируя между столами и устремляясь к нам. Сглотнув набежавшую слюну, чуть не умерла от ожидания, пока она расставляла все на столе и выкладывала столовые приборы.
   -- Леди, скажите, есть ли у вас свободные комнаты? -- Феникс, в ожидании, озвучил интересующее нас.
   -- Да, есть пара номеров, -- она легко улыбнулась, ставя перед ним чашу с супом. -- Мне сообщить хозяину о вашем намерении?
   -- На эту ночь, леди, -- кивнул он.
   -- Хорошо, -- улыбнулась она, делая шаг назад. -- Ну, лопайте, пока не остыло!
   -- Спасибо! -- улыбнулась ей в след и, подхватив ложку, приступила к поглощению обеда.
   -- Эй, -- голос заставил оторваться от супа и неприязненно взглянуть на мужчину. -- Не так быстро -- не пугай народ, йой. Твоя порция от тебя не убежит.
   -- Много ситуаций было, в которых кушать приходилось буквально на бегу, -- грустно посмотрела в отражение в тарелке. -- Да и в последние дни много не доедала, а оттого и сейчас накидываюсь на еду, как утопающий за соломинку хватается.
   -- Никто не нападет и тарелку не отнимет, -- голос успокаивал. -- Ешь. Вот же, как же сильно вы с Эйсом все же похожи.
   -- У нас был один воспитатель, -- усмехнулась, отправляя ложку в рот. -- Вкусно!
   -- Йой, -- он принялся за свою порцию.
   Обед прошел быстро, после чего мужчина, извинившись, ушел в город, отправив меня отдыхать в номер. Денег хватило впритык, а одиночество в четырех стенах настраивало больше на пессимистичные мысли. У меня осталось не так много времени: остаток этого дня и еще следующий. Вылечить Уила могу и я, единственная проблема -- кайросеки. До острова, на котором я находилась, по словам Феникса, была неделя пути. Два дня, считай, для корабля уже было -- Моби Дик шел тем же курсом, что и мы летели. Да и, думаю, если мужчина успел связаться с кораблем, то и курс он им тоже задал -- раз столько тряслись над Уилом, то и в этот раз не подведут.
   Оставалась лишь проблема в убеждении. И она была довольно-таки капитальной. Вот как заставить человека делать то, что тебе нужно, если этот человек твоя последняя надежда?
   Свернувшись в клубок на кровати, как-то и не заметила, что задремала. Когда проснулась, за окном уже стояла ночь. Феникса в комнате не было, да и, кажется, он и не заходил. Позевывая и почесывая в затылке, выползла наружу из номера и, пройдя по коридору, резко замерла -- по ступеням вверх поднимался парень в пятнистой шапке и с огромным мечом на плече. Отойдя с прохода к стене, сделала пару шагов вперед, лихорадочно размышляя над тем, что же мне делать. Ну, где же этого чертового Феникса крылья носят?!
   Трафальгар на меня даже не взглянул, спокойно проходя мимо. Выше на полголовы, стройный, одетый в пятнистые джинсы, желтую толстовку со знаком команды и ту самую пятнистую шапку, под стать джинсам. Опустив голову, отметила туфли с длинными носами и, пройдя еще один шаг, решилась.
   Резкий взмах рукой, и молодой человек упал на пол. Поймав его меч, чтобы не создавать лишнего шума и не привлекать внимания, ухватила парня за шкирку, отволакивая в свой номер. Раз ты, братец в шапке, фруктовик, то разговор с тобой короткий -- камешек кайросеки у меня всегда припрятан.
   Простыня, вот уж стыдно стало перед хозяевами, пошла на путы, прочно стягивая ноги и запястья пленника, усаженного на стул. Камешек надежно примотала к торсу, так, чтобы, даже развязавшись, он не смог бы его снять сразу. И фиг его поймешь, как он свои способности юзает -- не логия, это ясно. Не чувствую я в нем стихии, если, конечно, сама не сломалась. На зоан тоже не похож, от него идет только запах медведя -- в команде есть один такой. Парамеция, значит. Вроде бы, и не особо опасный противник для меня, да только хрен его поймешь, чем он такую славу наработал.
   Сев на кровать напротив него в ожидании того, когда он очнется, принялась рассматривать огромный нодати, с меховой опушкой гарды и красивой красной перевязью на ножнах.
   -- Острый, -- тихо прошептала, проводя когтем по лезвию и наблюдая за тем, как на пол падает обрубок.
   -- Так и должно быть, -- в отличие от меня он не шептал: холодный взгляд, чуть презрительные нотки в голосе. Да и держался он очень даже спокойно. -- С чем связан весь этот цирк?
   -- С тем, что ты нужен мне как личность, -- пожала плечами, не отрываясь от меча. -- Предлагаю обмен: твои способности на... Хм...
   -- Даже придумать не в силах на что? -- презрения стало больше.
   -- Варианты есть, а выбрать не могу, -- пожала плечами, загоняя клинок в ножны и, наконец-то, поднимая на него взгляд. -- Раз ты такой борзый, то пусть будет что-то крайне гадкое: твои способности в обмен на твою команду и корабль.
   -- И ты считаешь, что я тебе...
   -- Десять ступеней вниз, двадцать пять шагов по прямой и поворот налево. В дальнем углу аппарат для дыхания, -- спокойно выдала я, с легкой улыбкой встречая скакнувший зрачок, тут же сузившийся в маленькую точку. Этого оказалось достаточно, чтобы понять -- если не смогу с ним после совладать, пиздец мне. Причем, долгий и мучительный.
   -- Найду новых, дело не сложное, -- не видь я в темноте, поверила бы.
   -- Нет, не найдешь. Шачи, Пенгвин тот же Бепо -- таких ты точно не найдешь, -- отмела я, насмешливо глядя на него.
   -- Что нужно сделать? -- холод, кажется, мог замораживать.
   -- Есть человечек, у которого в течение недели или чуть больше, в голове сидят несколько камней кайросеки. Почти что пыль. Обычным хирургическим методом их извлечь не удается -- слишком мелкие, а оборудование не располагает к большему. До ближайшей больницы он не доживет -- у него осталось около дня.
   -- Далеко плыть? -- он нахмурился, похоже, уже внутренне начал проворачивать все в голове. И, кажется, шансы на мухлеж тоже.
   -- Дней пять. Но от тебя требуется только достать кайросеки, -- качнула головой.
   -- У тебя телепорт в кармане? -- сощурился он. -- Даже мой корабль за столь короткий срок не успеет доплыть.
   -- У меня телепорт в кармане, -- согласно кивнула, чем вызвала толику интереса.
   -- Где гарантии того, что по выполнению, ты не убьешь меня и моих людей? -- прищурился он.
   -- А их нет, -- пожала плечами. -- Тебе придется поверить. Но, уверяю, если ты посмеешь причинить вред мне, моим людям или тому, кого нужно вылечить, то твоя команда и подлодка уйдут в Дозор или, что возможнее, с молотка на одном из аукционов, -- взгляд стал малость бешеным. -- Я ненавижу работорговцев, презираю всей душой, но за этого человека через себя переступлю.
   -- Он твоя слабость, -- ухмыльнулся Трафальгар.
   -- Он моя сила. И ради него я мир на уши поставлю, -- оскалилась в ответ. -- Возможно, у меня даже есть то, что я могла бы предложить в качестве оплаты, если тебе это интересно.
   -- И что же это? -- насмешливо протянул он. -- Ну же, похитительница-я, давай, заинтересуй.
   -- Я мифический зоан. Однажды попала под силу фрукта крови, и меня разделило с моей звериной половиной.
   -- А что со способностями? -- сверкнувшие глаза заставили табун мурашек побежать по позвоночнику и осесть где-то в районе кисточке на хвосте.
   -- Остались почти все. Но зверь мощнее, а я угасаю, -- поморщилась, вынужденно признаваясь.
   -- Где сейчас твой зверь?
   -- Выполняет условия залога -- он пришьет твою команду, если ты нарушишь условия, -- мягко улыбнулась, вставая с кровати и откладывая меч. -- Ну, так что?
   -- Ты заинтересовала меня, -- он уверенно кивнул. -- Ты говоришь -- мифический зоан. Что именно?
   -- Симаргл, -- легонько поклонилась. Что-то не радует меня эти разгорающиеся искры в его глазах. Может, приложить хорошенько по затылку, а потом сказать, что он обещал мне вылечить Уила за просто так, да забыл?
   -- Я тебя знаю, -- он легко склонил голову на бок. -- Знаю... Только где же видел? Симаргл -- что-то знакомое.
   -- Огненный зверь, почти химера: волк, лев и собака в одном флаконе, -- обошла его со спины. -- Ну, так что, ты действительно поможешь мне?
   -- У меня не большой выбор, -- он чуть повернул голову ко мне.
   -- Если что-то повредишь ему -- сожгу яйца, -- спокойно отозвалась и, услышав в ответ издевательский смешок, второй раз за вечер приложила его по затылку. В этот раз посильнее.
   -- Что ты делаешь?! -- скрипнувшая дверь, а за ней изумленный возглас Феникса заставили подпрыгнуть и отвлечься от всовывания летучей мыши библикарты и крохотной записки с пояснениями для команды Сердца.
   -- Пакую чемоданы, -- пожала плечами, кивая на связанного пирата. Глаза я ему тоже завязала, чтобы, хотя бы поначалу, не смог сориентироваться. -- Готовься, сейчас обратно полетим.
   -- А твой зверь? -- мужчина быстро выглянул в окно, проверяя улицу под окнами.
   -- Он с его командой будет. -- Мышка, противно для чувствительных ушей пискнув, умчалась в небо, унося на лапке послание. -- Типа залог. Держи, понесешь, -- протянула ему меч. -- Лететь будем долго.
  
   Магия на острие
  
   Я не прогадала -- вылетев где-то в половину одиннадцатого вечера, к Моби Дику мы долетели только к часу дня. Ло, терпеливо ожидающий конца поездки, после того, как его занесли в медблок и развязали, мрачно сверкнул на меня глазами и поспешил в туалет, еле сдерживая ругательства. Пожав плечами и попросив снующего рядом юнгу, которого перед отлетом лечила, присмотреть за пиратом, умчалась в комнатку с Уилом, а там, с замирающим сердцем обнаружив его под капельницами, тем самым аппаратом для дыхания, с датчиками на груди и в окружении множества пикающих приборов, рухнула на стул рядом, у стены. Какой же он белый, мой лейтенант...
   -- Еще держится, -- Милана решила не томить и зашла лично, становясь по другую сторону от кровати. -- Ты притащила крайне опасного человека на борт.
   -- Я знаю, -- выдохнула, откидываясь на стену за спиной. -- Я порву его в клочья, если он посмеет навредить. Но он так же моя последняя надежда. Не говорите ему пока, где он. Не стоит.
   -- Знаешь, а я тебе верю, -- она сжала губы в тонкую полоску. -- Теперь верю. Мы не скажем.
   -- Не сомневаюсь, -- горько усмехнулась.
   -- Кого мне тут нужно вскрыть? -- в проеме тихо появился Трафальгар, внимательным взглядом окидывая пациента и стремительно подходя к нему. -- Он уже не жилец, это и так видно. Даже если извлечь кайросеки, слишком много мертвых тканей придется удалить -- ничего не останется.
   Я внутренне взвыла, проклиная его за все эти ненужные объяснения. Да оно мне все нахрен не сдалось!
   -- Просто вынь кайросеки, -- оскалила клыки, мрачно глядя на него.
   -- Хорошо, -- он пожал плечами и развернулся к Уилу. Подхватив лежащий на тумбочке в железной чаше скальпель, он внимательным взглядом окинул тело под тонкой простыней. -- Посторонние, покиньте помещение.
   -- Когда закончишь, позови меня сразу же -- я помогу с заживлением, -- просительно кивнула, после быстро вышла наружу.
   -- Мне нужны еще помощники! -- из помещения раздался приказ. Застучали каблучки, и почти весь штат медсестер, на ходу поправляющих волосы, промчался мимо, заинтересованно заглядывая внутрь.
   Кажется, мужчины из команды скоро будут крайне недовольны такому соседству.
   Выйдя наружу, на палубу, облокотилась на перила и подставила лицо под мягкий ветерок. После пасмурной погоды на том пиратском острове, солнце казалось чем-то особенным. Легкий бриз, тихий шепот парусины, скрип канатов, запах нагретых досок - я готова была разрыдаться от счастья, вернувшись на большой корабль. Всего ничего в море, а от суши отвыкла конкретно, искренне радуясь кораблям.
   -- О, я смотрю, ты перекрасилась! -- Харута подкрался незаметно, удивленно разглядывая огненный шухер у меня на голове. -- Да и одежка куда как лучше стала. Гораздо лучше белой формы! -- он довольно хлопнул меня ладонью по спине.
   Ну нихрена себе тяжелая!
   -- Эй, чего дерешься?! -- возмущенно взвилась, поворачиваясь к нему лицом и пытаясь потереть занывшее место рукой.
   -- Ой, извини, Волей приложил, -- невинно улыбнулся паренек, взлохмачивая волосы на затылке. Мой гневный прищур был полностью проигнорирован: Харута отвернулся в сторону мед блока, любопытно склоняя голову набок. -- Ладно, пойдем, расскажешь о том, как попутешествовали, пока доктора искали.
   -- Не до этого сейчас, -- покачала головой, настороженно прислушиваясь к звукам, доносившимся оттуда. Увы - закрытые двери надежно скрывали все звуки.
   -- Нет, идем! -- парень не отступил, хватая меня за руку и утягивая по направлению к камбузу. -- Пока будешь тут стоять, надумаешь себе невесть что! Идем. Никаких "но"!
   Командирский тон проявился неожиданно, заставляя послушно пойти следом за ним. Харута, вначале казавшийся простачком, потом хитрюгой, а после просто добрым товарищем, продолжал удивлять, время от времени выкидывая все новые и новые финты и открывая новые грани своей личности. Мягко улыбнувшись в ответ, согласно качнула головой, следуя за размашисто шагающим парнишкой.
   -- О, Анта, вы уже вернулись, -- Сатч навис над стойкой раздачи собственной персоной, широко улыбаясь. Помпадур на голове приветственно качнул головой, вырывая неосознанный тихий смешок. -- А мы уже заждались вашего возвращения. Как прошло?
   -- Притащила врача, жду результата, -- устало посмотрела на него -- долгий перелет вымотал. -- Покорми меня хорошенько: мне нужно как можно больше сил.
   -- Ох, вот незадача -- обед уже прошел, -- мужчина оглянулся назад, по направлению к кухне. -- Нужно подождать малость, пока что-то горячее смастерю.
   -- Но остатки же есть? -- выгнула бровь. Если эта тварь конопатая все подчистила, я его вскрою...
   -- Эй, не надо таких взглядов, -- выставил перед собой ладони Сатч. -- Заходи, то, что есть, остыло, да и особо вкусного там...
   -- Разогрею, спасибо, -- кивнула, юркнув внутрь и быстро подходя к указанной кастрюле. Подхватив объемную посудину и просунув одну ладошку под дно, пустила огонь, нагревая. Пара минут и, с натугой поставив ее обратно на стол, подхватила ложку и приступила к трапезе. Без спешки, почему-то слыша в голове голос Феникса, с наставлениями есть аккуратнее. Он, кстати, пришел следом, минуты через три, и, подхватив тарелку, начерпал себе супа, уводя лакомые кусочки прямо у меня из-под носа.
   -- Темный Доктор там лютует, -- нарезая хлеб, поделился он, провожаемый моим мрачным взглядом. Харута, засевший в уголке и любопытно сверкающий глазами, подался вперед, стараясь уловить как можно больше информации.
   -- Вы привели Темного Доктора? -- восхищенно выдал он. -- Хочу увидеть его в деле! Говорят, он может разрезать людей одним движением пальцев!
   Моего мрачного взгляда в ответ он не понял. Где ж ты был, умник, когда я пыталась понять, как он свои способности использует, да и просто металась в поисках врача? Хотя, верно -- не стоит и вякать мне на эту тему.
   -- Долго он еще там будет? -- спустя какое-то время отложила ложку в сторону, с бессилием глядя внутрь опустевшей кастрюли.
   -- Анта, остается только ждать, -- тихо выдал Харута. Я резко повернула голову в его сторону, с намерением наорать за эту тупость, ведь это я, я должна была спохватиться раньше! Должна была не ныть, не пускать сопли по углам и проебывать свободные минутки, а идти и искать этого чертового врача уже тогда, когда стало понятно, что девочки не справятся.
   Тепло и понимание в карих глазах заставили подавиться заготовленным воздухом и отвернуться обратно, рвано выдыхая. Подхватив кастрюлю, донесла ее до мойки, где, опустив в воду, подхватила мочалку на длинной ручке и, начерпав внутрь немного воды, принялась оттирать подсохшую корочку.
   -- Если выживет, достанете все бухло, что у вас есть, и как следует нажретесь, -- четко произнесла, понимая, что нормально отмыть посудину не смогу -- пальцы не слушались и загорались, в свое время нагревая металл ручки мочалки, и вовсе грозя его расплавить, а тот, в свою очередь, нагревал воду, вызывая на поверхности пузырьки.
   -- Отставь в строну, милая, -- Сатч мягко опустил свои огромные лапищи поверх моих рук, ненавязчиво отнимая щеточку и стараясь, между делом, не опалиться или обвариться. -- Не нужно хвататься за все подряд, желая убить время -- оно этого не любит, уж поверь старику на слово.
   -- Старик из тебя, как из меня ребенок, -- мрачно буркнула, отступая назад и спиной упираясь ему в грудь. Теплая. -- Я пойду, побуду рядом -- я просила позвать меня сразу же, как только он закончит.
   Затылок и шею обдало горячее дыхание, но мужчина покорно отступил назад, выпуская меня наружу.
   -- Осторожнее с ним, -- напутственно раздалось вслед. -- Новички, порой, слишком уж... Неугомонные.
   -- Я знаю, -- кивнула. -- Харута, ты хотел его увидеть? Чего же тогда сидишь?
   -- Ты мне должна рассказ! -- подскочил он, тут же приобретая шкодное выражение лица.
   -- Идем, по пути долги отдам, -- усмехнулась, ныряя под стойку раздачи.
   Пересказ вышел кратким -- что там те несчастные два дня, если я только и делала, что бегала по городу, ужасаясь количеству пиратов и шлюх, и мечтала о докторе и еде?
   А еще и мозги Фениксу выносила периодически. Харута, кстати, оценил наше "супружество", слишком уж подозрительно блеснув глазами.
   В медблоке было довольно шумно: девочки в белых халатиках и леопардовых ботфортах носились взад-вперед, то что-то принося в комнату с Уилом и Ло, то, наоборот, вынося оттуда.
   -- Нора, как идут дела? -- остановила одну из них, подхватив под локоток.
   -- Отлично! -- ее глаза восторженно сверкали. -- Я такого еще никогда не видела: ни в Дозоре, ни уже тут, в море!
   -- Ты была в Дозоре?! -- прифигела, круглыми глазами глядя на нее.
   -- Да, пять лет отработала медсестрой, -- она согласно кивнула. -- Потом поняла, что не там моя судьба, да и случай один... Слушай, в другой раз! Тут задание дали.
   -- Какое задание? -- я вообще ничего не понимала. -- У него было только одно поручение: извлечь кайросеки из Уильяма! НЕ отвлекаясь!
   -- Господин врач захотел пить, -- пожала она плечами и, улыбнувшись с оттенками извинения, осторожно выпутавшись из захвата, поспешила на выход.
   -- Афигеть какие мутки пошли, -- не по-детски удивилась, оглядываясь вокруг. Харута, стоявший рядом со мной, поднял брови, глядя на суматоху вокруг с нескрываемым любопытством. -- Милана!
   -- Чего разоралась? -- из комнаты с Уилом высунулась искомая, хмурясь.
   -- Что там с ним? -- подбежала к ней, после заглянула внутрь. И офигела: в помещении летали части головы Уила, а над одной из них как раз что-то колдовал Трафальгар.
   -- Я почти закончил. После мне нужно будет, как следует отдохнуть, -- донеслось спокойное от врача. -- Так же мне нужно связаться с кораблем.
   -- Я передала твоим ребятам записку с пояснениями и библикарту еще в ту же ночь, что встретилась с тобой. Я не говорила им, что у нас сделка с их участием, просто написала, что у тебя появилось срочное дело. Мой зверь обещал присмотреть за субмариной и ее детьми.
   -- Что ж, это радует, -- протянул он. Над частью головы Уила появилось странное ветряное облако, в котором замелькали какие-то серые крошки. -- Где он умудрился столько набрать?
   -- Попали под пару залпов зарядов ядер из кайросеки. Камень безумно крепкий, но и он умеет крошиться. Я смогла избавиться от осколков в себе, но вот его излечить не вышло.
   -- Смогла? -- он, я бы сказала, несколько озадаченно посмотрел на меня, откладывая скальпель в сторону. Части головы, повинуясь движению пальцев, скользнули друг к другу, состыкуясь вместе. Мгновение, и голова стала вновь целой.
   -- Крылья, -- пояснила, входя в помещение. -- Ко мне в крылья попали осколки. Я могла использовать огонь по всему телу, но они стали самыми обычными. Пришлось их сжечь, а потом вновь восстановить. Я регенератор. Не такой хороший, как тот же Марко Феникс, но тоже приличный.
   -- Вот оно что, -- на меня внимательно посмотрели, будто что-то ища. -- Становится все интереснее и интереснее.
   -- Вот ваша вода, сэр доктор, -- Нора возникла на пороге, протягивая запотевший стакан парню.
   -- Все убрал? -- пройдя внутрь, дабы не мешать им, торча на входе, нагнулась над Уилом, осторожно касаясь пальцами раны.
   -- Я сделал все, что мог в таких условиях -- теперь твоя очередь, -- поправил меня он, отрываясь от стакана и бросая в мою сторону уставший взгляд.
   -- Хорошо, смотри, коль интересно, -- кивнула, после вновь коснулась чуть кровящих краев раны, откуда до этого сняли швы. -- Разъедини как до этого -- мне будет проще. -- Ло понятливо кивнул и, потянувшись вперед и подхватив скальпель, что-то пробормотал, после чего, сделав несколько движений лезвием, будто дирижёрской палочкой, вновь разобрал голову Уила, заставляя части кружиться в воздухе. Пустив белый огонь по пальцам, направила его вперед, позволяя своевольничать и решать самостоятельно то, куда нужно идти в первую очередь и что лечить. Огонь не отскочил назад, как в прошлые разы, а бойко принялся проникать внутрь, на глазах меняя цвет плоти с темно-красного, почти коричневого, на нормальный розовый оттенок.
   -- Оно не обжигает, -- подошедший парень безбоязненно сунул руку в пламя, спокойно наблюдая за тем, как огонь лижет кожу. -- Любопытно.
   -- У тебя предостаточно времени на изучение, -- подняла вторую, пуская цветные языки огня и привлекая нездоровый интерес к своей персоне. -- Я обещала.
   -- Я помню, -- он довольно прищурился. -- И я вспомнил тебя, Дрого Ди Анта-я. Ты капитан Дозора.
   -- Капитан второго ранга, Трафальгар Ло, -- устало оперлась о кровать. -- А теперь еще и член команды Белоуса, и его дочь, -- хищно оскалилась, ловя ошарашенный взгляд. -- Добро пожаловать на корабль Йонко, капитан Пиратов Сердца.
   -- Благодарю, -- он старался держаться молодцом, хоть и побледнел слегка.
   Что ж, я его даже, отчасти, понимаю: ты тут в море вышел, великое сокровище решил найти, а ведь по пути нужно всех Йонко победить. И тут бац! -- и ты на корабле одного из них, и лечишь дозорного. Мир вообще после такого должен казаться штукой веселой.
   -- Теперь ждем, когда очнется? -- вопросительно посмотрела на Ло, после кивнула на Уила.
   -- Минуту, -- поводя скальпелем, кивнул он, подзывая к себе части. -- Да, гораздо лучше: опухоль спала, ткани восстановились. Кости так же срослись. Это просто великолепно, -- он уверенно кивнул, возвращая все на место. Мелькнувшая на его губах легкая улыбка-ухмылка заставила табун мурашек начать миграцию по спине в сторону хвоста. -- Я хочу протестировать этот твой восстановительный огонь.
   -- Когда отдохнем, -- согласно кивнула, отмечая его бледность и переводя взгляд на Уила. Ло говорил, что он не жилец, а теперь и не заикнулся даже об этом. Стоит ли праздновать победу?
   Харута и несколько медсестер, затаив дыхание, с маниакальным блеском в глазах наблюдали за манипуляциями парня. Кажется, у Трафальгара на корабле Белоуса появились свои почитатели. Например, весь персонал медблока, который, непонятно почему, принялся жадно ловить каждое его движение и слово.
   Он же не мог их как-то своей способностью подчинить, нет же?
   Уже на выходе из комнаты, бросив на Уильяма прощальный взгляд, легонько улыбнулась, чувствуя, как глаза застилает пелена слез: цвет лица заметно улучшился, перестав напоминать простынь; дыхание выровнялось, стало глубоким, как во время сна.
   Милана, где-то на задворках восприятия, громко отдавала приказы, что-то по типу "сменить капельницу, принести кровь на переливание" и в том роде. Почему-то информация меня совсем не цепляла, хоть и должна была.
   Мой лейтенант, друг и брат, уже спустя десять минут после окончания операции, стремительно карабкался вверх, к миру живых. Это не могло не радовать.
   -- Ну, все -- ждет нас всех грандиозная пьянка! -- довольно провозгласил Эйс, неизвестно когда, возникая рядом, закладывая руки за голову и, наряду с весельем, серьезно посматривая на замершего в стороне доктора, вокруг которого увивались девушки. Шикарная оранжевая шляпа постепенно съехала на нос, скрывая от присутствующих выражение карих, почти черных глаз. Да я и сама понять, что же они нашли в Ло, пока не могла -- разговоры явно шли не о врачебных делах.
   -- Не кричи так: пока Уильям не придет в сознание и не станет хорошо себя чувствовать -- хрен тебе, а не бухло, -- мрачно шикнула на него, не желая, чтобы его слова привлекли еще чье-то внимание. Тут же тогда такой ажиотаж поднимется -- хоть под кровать к Белоусу прячься.
   -- Злюка... -- недовольно протянул парень. -- Марко явно себе в дивизион только скучных ребят тянет. Ну тебя.
   -- Что?! Это я-то скучная?! -- возмутилась я.
   -- Ага. -- Потопал он на выход. -- То нельзя, то не будешь, то не хочешь... Не люблю военных -- устав да кирпич-лицо. Бесите.
   -- Ну, знаешь ли... -- не нашлась, что сказать, я. -- Это просто верх глупости...
   А конопатого уже и след простыл на выходе. Оглянувшись назад и не отметив ничего, что могло бы меня задержать, рванула следом за ним, с мыслью проучить нахала. Кажется, кто-то там хотел в небе полетать? Одну минуту, братишка.
   Портгас успел уже далеко сбежать - нагнала я его только в столовой, куда он, довольно улыбаясь, притащил свои лыжи. Сатч, воинственно размахивая сковородой, будто чугунной мухобойкой, начал обряд изгнания, который, похоже, был уже обычной практикой для всех присутствующих.
   -- Рекомендую использовать соль и перец, -- задумчиво пожевывая спертый пирожок, поделилась я с дядькой-помощником.
   -- Думаешь приготовить его и дело с концом? -- задумчиво склонил он голову набок. -- Хм, в принципе... В принципе...
   -- Я имела в виду, что так прогнать его, а не запекать, -- укоряюще посмотрела на него и, наконец-то разглядев широченную улыбку и согнувшихся в три погибели еще нескольких свидетелей нашего разговора, громко фыркнула и потянулась к еще одному пирожку. По пальцам звучно прилетело полотенцем и, отпрянув назад, потирая пораженную конечность, мстительно сверкнула глазами, молча обещая отомстить.
   Съесть еще, как минимум, сорок пирожков, например.
   А Эйс вновь умелся наружу, явно седалищным нервом чувствуя, что у меня к нему нехилая претензия.
   Воля Наблюдения у конопатого была. Он даже успел почувствовать неладное, когда за спиной раздался шелест раскрываемых крыльев и мое тихое рычание. Прыгнув в сторону, он добился лишь того, что вместо талии, я ухватила его за ногу и, крепко стиснув когтистой рукой лодыжку, рванула в небо, смеясь в голос над его попытками освободиться при помощи огня. Будто я тебе позволю, мальчишка.
   Вышедший наружу Трафальгар удивленно вскинул бровь, разглядывая наши маневры. В глазах мелькнуло что-то, похожее на обреченность и одновременное любопытство. Азарт, если быть точнее. Притащила же я... Спасителя, от которого мурашки по спине бегают. Хотя, мне даже интересно, а могу ли я воспламенять себя, если буду разобрана на части? И как это все ощущается. И... Кажется, я ненормальная.
   Заразилась, что ли?
   Мимо мелькнули ряды парусов и рей, дрогнул под порывом ветра от крыльев черный флаг, испуганно взмыла в воздух пара птиц, что присели отдохнуть от долгого перелета. Чистое небо встретило легкой прохладой, свойственной осенней поре -- кажется, корабль изменил курс, как только мы прибыли: следовать к пиратскому притону больше не было необходимым, и огромный дом под белыми простынями-парусами поплыл дальше, мимо. Похоже, следующая наша пристань была осенней.
   Моя жертва, вот уж на что некультурный, не переставая кричал что-то нецензурное с моим явным участием. Внизу с корабля в ответ донесся пронзительный свист, больше подбадривающий меня, нежели Эйса. Тот, поняв такое дело, пристыженно замолк, да и попыток освободиться больше не предпринимал -- высота все увеличивалась, и корабль начал превращаться в маленькую точку посреди бескрайних морских просторов. Стало уже ощутимо холоднее -- облачка пара, выдыхаемые изо рта, и жар от крыльев становились все заметнее.
   -- Эй, да отпусти ты меня уже! -- хрипло донеслось снизу. Пожав плечами, послушно разжала уже порядком затекшую руку, и, с откровенно широкой улыбкой уставилась в расширяющиеся глаза медленно падающего парня. На этот раз он уже не кричал -- летя вниз спиной, он не сводил с меня крайне удивленного взгляда. Фыркнув, двинула крыльями, падая следом, а после летя параллельно.
   -- Ну, как ощущения от полета? -- ехидно пропела, насмешливо глядя на борющегося с ветром парня.
   -- Нормально. Падаем, -- философски откликнулся он, закрывая начавшие слезиться глаза. -- Лови уже.
   -- Да не, мне напряжно -- ты тяжелый, -- отрицательно качнула головой, скрещивая руки на груди.
   -- За меня отомстят! -- пафосно изрек он, в свою очередь, раскидывая руки в стороны. -- Я птичка, епта!
   -- Ага. По имени топорик, -- усмехнулась, взмахивая крыльями и, обогнав его, сложила их и поднырнула под парня, крепко обхватывая руками и ногами и, перевернувшись носом вниз, вновь раскрыла махалки. А ведь будь у меня такой же птичий хвост как у Марко, мне было проще проворачивать подобные финты. Хотя с другой стороны, в этом-то и мое преимущество -- он не умеет мгновенно падать вниз. Странная фишка аэродинамики.
   -- Узри, народ, я летаю! -- громко проорал парень, после чего весело засмеялся. Смех, впрочем, тут же оборвался, стоило мне заложить крутой вираж, гася скорость. Народ на палубе, постоял-постоял, да разошелся: никто же уже никуда не падал? Так чего на солнцепеке жариться, раз ничего интересного не происходит? Ло, так же постояв немного, нырнул обратно в медблок -- ему явно было жарко на солнцепеке в меховой шапке и длинном плаще.
   Оранжевая шляпа, зацепившаяся за край рея, обреченно трепетала на ветру, перестукивая бусинами на тулье и напоминая опознавательный огонек -- настолько ярким был ее цвет на солнце. Сделав круг над кораблем, резко набрала высоту и, полностью расправив крылья, начала планировать.
   -- Эйс, мне как-то Марко сказал, что у нас есть одинаковые техники, -- припомнила, задумчиво рассматривая гладь моря и, отняв одну руку, вытянула ее вперед. -- Я называю их светлячками, -- пояснив, выпустила множество огоньков, тут же заплясавших вокруг нас.
   -- О, я тоже! -- усмехнулся он и подманил к себе один из них, после лелея в ладошке. -- Они крутые! Только мои могут быть лишь одного цвета.
   -- Ну, у меня побольше возможностей будет, -- пренебрежительно фыркнула, удобнее перехватывая его и плавно ныряя вниз. Светлячки с легкими хлопками разорвались позади, оставляя после себя маленькие, быстро исчезающие облачка.
   -- Давай смахнемся! -- дернулся парень, выворачивая ко мне голову и глядя азартно.
   -- У тебя есть на примете земля, которую не жалко? -- выгнула бровь. -- У меня такой нет. А нести боль живущим на островах, что встретятся нам по пути, не желаю.
   -- Мда, проблемка, -- покивал он головой. На несколько минут повисла тишина. После он встрепенулся: -- Могу предложить Арабасту! Там пустыня полная песка, где на десятки километров никто не живет. Думаю, это будет хорошим местом для нашего махача! -- он энергично взмахнул руками, удивительно непреднамеренно выкручиваясь из захвата и летя вниз. -- Твою мааа... -- послышалось грустное.
   -- Ну что за уникум, -- хлопнула себя ладонью по лбу, камнем падая следом. Такими темпами будет проще ему параплан прицепить.
   На палубу приземлились примерно так же, как и взлетели: Эйс глухо шлепнулся на пузо, крепко удерживаемый за ногу. Народ лишь добродушно усмехался, глядя на нас и бормоча что-то про "распоясавшуюся молодежь". Знали бы они, что я так своего лейтенанта на место в начале наших отношений ставила...
  
   -- Верни мою рубашку, -- спокойный, чуть насмешливый голос оторвал от мыслей, возвращая в реальность к до треска в ткани сжатой в руке половой тряпке. Задумалась я о том, что же мне делать, когда Уил придет в себя и как ему объяснить то, что я член команды Белоуса. Сама так не буду считать, так они же радостно сообщат всему миру об этом событии. Вон, как довольно сияя моськой, иногда мимо пробегал Харута и, сверкая развеселыми ореховыми глазищами в мою сторону, что-то тихо шептал членам команды. Те, так же заговорщицки косясь в мою сторону, что-то энергично шептали в ответ, заставляя ощущать себя в центре мирового заговора.
   -- Это трофей, -- отрицательно качнула головой, выпрямляясь и бросая тряпку на древко швабры. -- Ты проиграл мне дважды -- плата достойная.
   -- Мы спасли тебя и твоего лейтенанта, -- он прищурился, приподнимая бровь.
   -- Я член вашей команды, -- показала язык, после отвернулась, налегая на швабру и размазывая воду и пыль по палубе. -- Да и спасали вы нас всем табором, а победила я тебя.
   -- Наглости тебе не занимать... -- фыркнул он. Раздался едва слышимый шорох бумаги, после щелчок зажигалки. Потянуло табаком -- вновь закурил.
   -- Ну, у меня хорошие учителя, -- широко улыбнулась, пытаясь оттереть особо въевшееся пятно. Кажется, кто-то тихонько заливал за воротник, пока нас не было, а мне теперь приходилось убирать последствия.
   -- Что думаешь на счет Трафальгара? -- протянул мужчина, выпуская сильную струю дыма.
   -- С каких пор мое мнение тебя волнует? -- повернулась к нему лицом, не отрываясь от работы и морщась от едкого запаха. Какая дрянь, однако.
   -- Ты часть моего дивизиона, так что мне решать, у кого и что спрашивать, -- пожал он плечами.
   -- Я дозорная, не забыл? -- выпрямилась, опираясь на швабру.
   -- Отец принял тебя в семью, так что ты -- часть команды, -- бесхитростно парировал он, после перевел задумчивый взгляд на дымящийся окурок.
   -- То есть, если я наведу тут Дозорный шухер, всю вину ты свалишь на капитана, который и принял такое судьбоносное решение?! -- неверяще уставилась на него, отдаленно чувствуя, что ответ мне может и не понравиться.
   -- Смотря какой, -- сталь потемнела, но, к удивлению, угрозы, как в начале нашего знакомства, не понесла. -- Устроить что-то грандиозное, почище замены флага, вряд ли сможешь - у нас тут таких большая часть команды. Если просто сбежишь -- иди. Не держим.
   -- А если отниму жизни? -- рискнула я.
   -- Убью, -- спокойно бросил он. -- Кровь за кровь.
   -- То воля не людей, а богов, -- криво усмехнулась, возвращаясь к мытью палубы. Все с вами ясно -- люди, однако. Не звери. А жаль.
   -- Откуда слова? -- отбросив окурок щелчком в море, он облокотился на фальшборт, любопытно глядя на меня.
   -- Песня была. Из моей страны, -- откинув лезущую в глаза челку, отозвалась. -- Кровь за кровь -- то воля не людей, а богов. Смерть за смерть. Ты должен не роптать, а терпеть. Здесь твой Ад. Ты знаешь -- нет дороги назад, -- напела я. -- Там и дальше есть строчки, но эти хорошо запомнились, -- пояснила.
   -- Красивые слова, -- задумчиво кивнул он. -- Сильные.
   -- Ну, песни этого исполнителя действительно сильные. И, точно! Ты умеешь петь и играть на гитаре? -- чувствуя, как внутри разгорается нечто позабытое, требовательно уставилась на Феникса. Тот, кажется, даже немного удивился, вновь вскинув высокую бровь.
   -- Предположим -- да, -- осторожно кивнул он.
   -- Тогда... Тогда, если я напишу тебе слова пары песен и попробую напеть -- сыграешь? -- подалась вперед, почти с мольбой глядя на него. С таким-то голосом, да те, что я хочу!..
   -- Ну, хорошо, -- похоже, он просто решил не спорить, а я, широко улыбнувшись, принялась с еще большим усердием натирать доски, стараясь закончить быстрее. Феникс, кажется, несколько оторопел, глядя такой энтузиазм с моей стороны.
   Эта птичка будет петь! И пара ее песен меня просто вытащат из глубин той депрессии, что преследует с первого дня пребывания в этом мире. Сколько не живи тут, а дом и то, что окружало в нем, жалящей тяжестью сидело внутри, время от времени, когда случались ассоциации, тьмой расползаясь в стороны и душа.
   Только уже вечером, когда бедный, а тут даже я соглашусь, что он бедный, комдив был пойман мной в темном углу, я смогла насладиться первыми, знакомыми до боли, аккордами песен. И, если сам музыкальный слух у меня был, что, кстати, крайне удивило, так как мама часто жаловалась на то, что на моих ушах медведь румбу танцевал, то голос был крайне непоставленным. Бедный птах одомашненный, хмурился и сжимал зубы, когда я старалась напеть нужный мотив, еще попутно объясняя, когда стоит играть на всех струнах, а когда только на паре, мягким перебором. Уяснивший суть и через полчаса свободно играющий минус, мужчина спешно вытолкал меня наружу, восвояси, клятвенно заверив, что все хорошо запомнил и, продемонстрировав мне помятый листик, исписанный моими каракулями, просто-таки поклялся, что не потеряет его.
   Я весь день вспоминала эти тексты, которые, когда не надо, всплывали просто от одной левой мысли... Даже пару листков бумаг нечаянно сожгла, особенно когда за спиной пару раз прошел Трафальгар, тихо хмыкающий себе под нос и сопровождаемый парой девушек с планшетами, что-то быстро записывающих в них.
   Так, эту команду пытаюсь переманить на свою сторону я! Мне тут конкуренты не нужны.
   Трафальгар обосновался в каморке по соседству с моей, где ему спешно расчистили пространство, перетянув все лишнее ко мне. Мне оставалось лишь, сжав зубы, осторожно переставить элементы непонятной аппаратуры подальше от кровати, чтобы ненароком не задеть или, что страшнее -- воспламенить. Только окрыленные новым увлечением бабы, могли сгрузить в огнеопасный отсек несколько десятков литров чистого спирта...
   Завалившись на койку, резко зашипела, подскакивая -- давит. Заглянув под матрац, не скрывая удивления, почти тут же перерастающего в тихий смех, вытащила наружу небольшой ананас, закутанный в фиолетовую рубашку -- у Феникса, кажется, этих рубашек был целый шкаф. Одинаковых.
   Отложив элемент гардероба в сторону, откинулась обратно на подушки, заставляя кровать скрипнуть, а прислоненный к ней штатив под капельницу закачаться. Повертев в руках еще чуть зеленый плод, задумчиво уставилась на хохолок, отстранено сравнивая. Вот чисто гипотетически, прибьет, если подгоню ему, в качестве подарка и благодарности за помощь?
   Впрочем, нет. Не так. Не то.
   Отложив плод в сторону, на тумбу, довольно потянулась, и, повернувшись на бок, задумчиво уставилась на отброшенную до этого рубашку. Протянув руку, осторожно коснулась, проводя по прохладной ткани и отдаленно ощущая под пальцами переплетение ниток, местами выбившихся наружу. Давно носит... Даже в темноте, пусть и с ночным зрением, не смогла не заметить пару аккуратно заштопанных дыр, да, пришитые обратно пуговицы, каждая нитками другого цвета. А ведь логии, по идее, вместе с одеждой деформируется. Или к нам, мифическим зоанам, пусть и с силами огня, это не применимо? Не знаю -- запуталась.
   Развернув закатанный рукав рубашки, задумчиво отметила чуть более насыщенный цвет материи. Развернув для симметрии второй, не смогла сдержать уже куда более громкого смеха -- пара пулевых отверстий была умело спрятана в складках. Что ж, нараспашку из-за знака-клейма носит, а закатанные, потому что кто-то поленился залатать.
   Кстати, мне там кучу барахла на латание принесли -- надо будет с утра заняться. К счастью, всего лишь на один дивизион -- народ был удивительно слаженным и расформированным. Команда делилась на дивизионы под началом командиров. А в дивизионах и часовые были, и дежурные на камбузе, и ребята на мытье палубы, и прочая, прочая. Крайне организованный и слаженный коллектив, в котором, однако, не было дедовщины, а была действительно настоящая семья. Прогуливаясь днем по кораблю, в свободное время, часто замечала то, что кто-то из старшего звена что-то рассказывал собравшимся вокруг младшим, иногда показывал. Уважение, понимание, любовь -- та самая, которую питают родители к своим детям. Одним отцом для всех был Белоус, но он был не единственным. Командиры для подчиненных, старшие для младших. Отцовское тепло было не только в золоте большого человека. Оно было разноцветным и куда всеобъемлющим. Оно было везде, где встречался знак Белоуса. И оно несло в себе ту частичку воли, которую, в свою очередь, дарил большой капитан.
   По старой привычке свернувшись в клубок -- жаль только в людском обличии, не в животном, по которому начинала жестоко скучать, уткнулась носом в кисточку хвоста. Рубашка, которую было лень откладывать в сторону, оказалась у живота, приятно грея. Не спалить бы -- не знаю почему, но жалко.
  
  
   От небес к морю и снова ввысь
  
   Внутренний мир встретил меня проливным дождем, грозой и громом. Сидя на кухне, казалось, позабытой уже квартиры, грустно смотрела на чайник, стоящий на плите. Света в доме не было, да и сырость, идущая от старенького окна, начинала расползаться по помещению, ощутимо холодя. Осень, наверное, даже октябрь месяц. А нас не стало где-то в ноябре в этом мире...
   Встав с табурета, прошла к печке и крутанула конфорку, по привычке поджигая пошедший газ загоревшимся пальцем.
   -- Сон, -- уверенно кивнула я, пропуская огонь дальше по руке и задумчиво наблюдая за тем, как пламя, увеличиваясь, расползается по телу. - Сон...
   В доме никого не было. Во всем девятиэтажном доме на четыре квартиры в пролете. Вообще - Воля молчала, не находя даже последней мыши или таракана. Выглянув в окно, сквозь струящиеся разводы на окне не увидела ничего: ни обычно стоящих машин под подъездом, ни деревьев, ни даже винограда, что рос вокруг окна. Серое марево, будто кроме дома ничего больше не было.
   Отойдя от окна, нечаянно, хвостом сбила чайник, опрокидывая его на пол и разливая успевшую немного нагреться воду, которая быстро расползлась по линолеуму. Попавшие на меня брызги медленно зашипели и испарились, добавляя в помещение еще больше сырости - теперь уже теплой. Переведя задумчивый взгляд на плиту, шагнула к ней, открывая все конфорки, но, не зажигая - сами загорятся, когда газ расползется. Неприятно потянуло меркаптаном - надо же, сон, а запахи чувствуются. Выйдя в коридор, прошла в зал, с нотками ностальгии обводя взглядом заправленный пледом диван, стол у окна, телевизор, оружие на стенах. Пыли нет - неужели, мама все еще заходит и убирает по старой привычке?
   Впрочем, о чем я вообще думаю? Это же... Да.
   С кухни ощутимо бомкнуло и обдало горячей волной ветра - потянувшись мысленно в сторону огня, легко разметала его по кухне, направляя на занавески, полки, стол и табуреты. Пламя, потрескивая, довольно начало лизать предложенное угощение, посылая в мой адрес что-то наподобие урчания Симаргла.
   Ласково проведя рукой по ковру на стене и оставляя после себя дорожку огня, прошла к окну, еще раз попытав счастье увидеть улицу: как и до этого, результат - ноль.
   Пламя грохотало, поэтому, когда я дошла до своей комнаты, где на стене висела мамина гитара, на которой та уже не играла, а я так, все еще училась, все так же, касаясь окружающих предметов руками, желая в последний раз ощутить их пальцами, за спиной уже ощутимо тянуло гарью и дымом. Не выдержав, на кухне лопнули стекла, порывом воздуха и воспрянувшего огня буквально взрывая комнату и переходя ревущей стеной в зал, туалет и ванную и начиная лизать мою дверь, по привычке закрытую за собой. Плаксиво тренькнули струны гитары, под порывом жара лопаясь. Проходя вглубь комнаты, боковым зрением отметила движение. Резко повернувшись в ту сторону, уставилась в зеркало, начавшееся оплывать, а от того ужасно коверкая изображение.
   Дрого Ди Анта, не я.
   А я сожгла свой мир, который, как оказалось, состоял всего лишь из одной квартиры и бесконечного дождя за окном...
  
  
   -- Анта-я, тебя не учили тому, что спать рядом со спиртом, когда во сне горишь - опасно? - я с трудом разлепила глаза, мутным ото сна взглядом окидывая помещение и останавливаясь на Трафальгаре, стоящего на входе и скрестившего руки на груди.
   -- Меня не хочет отпускать прошлое... И я его сожгла... -- хрипя, неожиданно честно поделилась я, пытаясь подняться с кровати. Вернее, с того, что от нее осталось: рубашка Марко, простынь, матрац - все это сгорело, оставив после себя огромную прогоревшую дыру, с опаленными краями. Как раз по контуру моего калачика. Скосив взгляд на пол, обнаружила подушку, которая, к счастью, не пострадала. Уф, у меня же там перья фламинго запиханы. Считай - шикую.
   -- Не особо умная идея, -- усмехнулся он.
   -- Во сне вообще много чего тупого случается, -- нахмурилась, осторожно вылезая наружу и мысленно молясь богам моря, чтобы оплавившиеся пружины кровати не лопнули подо мной, пока выбираюсь. - Кайросеки? - недоуменно уставилась на широкий браслет, оттягивающий руку и, наконец-то, находя причину своего недомогания.
   -- Знаешь ли, мне бы не хотелось, чтобы корабль, на котором я сейчас плыву, взорвался. Да и ты мне должна, Анта-я, -- сощурился он.
   -- Да помню я, только подожди еще немного, -- процедила, отбрасывая браслет в сторону - к счастью, тот не был защелкнут, и удовлетворенно вздохнула - свобода. Только гарью воняет. - Ты так и будешь стоять над душой?! - не смогла удержаться я, когда, найдя штаны на полу - а спать я легла в рубашке и трусах - начала размышлять над тем - сразу надеть, или попытаться так проскользнуть в душевую?
   -- Пф, -- тот выскользнул наружу, оставляя меня наедине со своим раздражением. Подхватив штаны и грустно рассмотрев грязные разводы на рубашке и трусах, потянула на себя остатки простыни, оборачивая вокруг талии. Сверкаю тут труселями перед посторонним, вот же. Хотя и он красавец - нет, чтобы разбудить, а не смотреть как я тут... кошмарю?
   Распахнув окошко иллюминатора, чтобы хоть как-то выветрить неприятную вонь, вышла за дверь, настороженно озираясь и почти сразу натыкаясь на главную медсестру. Недовольную главную медсестру.
   -- И как это понимать? - Милана, скрестив руки, мрачно на меня уставилась, загораживая путь в ванную.
   -- Малые объемы помещения, -- поморщилась. - Уберите спирт, иначе в следующий раз я вас подорву, -- ответила ей ее же взглядом. - Сходите, посмотрите на дыру в матраце и прикиньте расстояние до залежей огнеопасного вещества. Желаю удачи, леди медсестра.
   Своеобразно нахамив ей, обойдя, нырнула за заветную дверцу, тут же запираясь на щеколду. Настроение ни к черту, вот же.
   Все же в том, что я огненный фруктовик, много удобного: подержав над водой в бачке горящую руку, добилась того, что утренняя, не прогревшаяся еще на солнце жидкость, начала почти что кипеть. Переборщила.
   Но, лучше чуть подождать, пока остынет, чем трястись под ледяной водой.
  
  
   -- Итак, для начала я возьму кровь на анализ, -- парень, окинув меня внимательным взглядом, кивнул сам себе, ловко доставая шприц из упаковки и готовя жгут. Передо мной, с мрачным стуком, на стол лег утренний браслет из кайросеки. - Надевай, Анта-я. Я не хочу заработать ожоги.
   -- Ну, их легко вылечить, так что... -- Меня смерили пристальным взглядом, заставляя заткнуться и безропотно нацепить на запястье проклятую каменюку. Тело сразу же ослабло, поэтому затягивающийся на руке жгут и последующий слегка болезненный укол я восприняла несколько отстраненно, даже с некоторой долей любопытства наблюдая за наполняющимся шприцом. Набрав нужное ему количество, Трафальгар наконец-то отпустил меня, быстрым движением сдергивая удавку и прикладывая ватку со спиртом к месту укола. Вскинув бровь, с долей насмешки посмотрела на парня, стягивая браслет и практически незаметной искрой залечивая маленькую ранку.
   Повернувшийся обратно Трафальгар на некоторое время замер, после с какими-то непередаваемыми эмоциями покачал головой.
   -- Встань, мне нужно прослушать сердце, -- следующие полчаса меня, голодную и не выспавшуюся, крутили, как хотели. Наверное, отыгрывался на мне за похищение. Хорошо хоть, что основные больничные анализы не брал...
   Вырвавшись на свободу, с горящими от смущения ушами и щеками, я помчалась к Уилу, на всех парах залетая в его комнатку-палату и подходя ближе.
   Парень спал. Тихо, спокойно, с розовыми щеками и умиротворенным выражением лица. Осунувшийся, с синяками под глазами, но такой родной...
   -- Когда же ты уже проснешься, братишка? - присев рядом, привычным движением убрала ему волосы с лица и, собрав их в пучок, заплела в кривую косу.
   Уил молчал. Кислородную маску с него уже сняли, оставив от всех прошлых аппаратов только капельницу с глюкозой. Надо будет уговорить Саччи потом сделать ему что-то вкусненькое - когда парень очнется, должен будет хорошо питаться, чтобы поскорее восстановиться.
  
  
   За дверью медблока меня уже почему-то ждали - Эйс, от предвкушения сверкая глазами, и Харута, заговорщицки толкающий его локтем, уставились на меня, напрочь перегораживая выход на палубу.
   -- Эм... Вы чего? - опасливо уставилась на них, пытаясь понять то, что они задумали.
   -- Ну, Уила же вылечили, -- начал издалека, как ему казалось, Харута, подаваясь вперед. А... Ясно.
   -- А что насчет сухого закона в море? - выгнула бровь дугой, сразу понимая, на что намекает парнишка. - Да и Уил еще не приходил в себя.
   -- Ну... -- состроил выражение лица типа "ну, все дело техники" Эйс. - Короче, сегодня вечером у нас пьянка!
   -- И поэтому вы на пару меня поджидаете? - нахмурилась, прищуриваясь. Что-то тут не чисто...
   -- Ну... Вообще-то, событие более масштабное, -- признался Харута, не выдержав пристального взгляда. - Мы празднуем твое вступление в команду! У нас не так часто капитаны Дозора становятся частью семьи.
   -- Хм... А кто еще? - любопытно подалась вперед, наконец-то спускаясь вниз. - Идем в столовую.
   -- Не, ты первая капитан! До этого была пара медсестер и рядовых, -- беззаботно проинформировал меня Эйс, шагая рядом. Босой, в одних штанах с броским ремнем и с бусами на шее - интересно, он их хоть на ночь снимает?
   -- Хорошо. А меня-то, зачем ждали? Я бы и так это узнала, -- выгнула я бровь дугой.
   -- Чтобы быть первыми! - уверенно, как само собой разумеющееся, воскликнул Харута. Хм... Круто.
   В столовой, отстояв свою очередь возле стойки раздачи, где народ, широко улыбаясь, явно ожидал вечера, заняла место за столом, где уже сидел и читал газету Феникс. Да, Харута с Эйсом хорошо знали своих накама - меня успели проинформировать почти все, кто встречался на пути. Им что, главное выпить?
   Я вечера не хотела, ой, как не хотела - если с мыслью о том, что я тут явно влипла на долгое пребывание, я уже более-менее смирилась, хоть и не могла понять того, как буду выкручиваться в будущем, то официального признания пиратом явно не хотела. Может, схватить Уила и умотать на родину? Правда, в каком направлении - хрен его знает. Да и, если Белоусы воспримут это более-менее корректно, то вот Трафальгар... Быть неожиданно располовиненной на одном из заданий мне бы не хотелось, да... Слово нужно держать. Тем более, добровольно данное, хоть и пирату.
   Хотя, конечно, веселит меня неимоверно тот факт, что опасаюсь я малоизвестного новичка, а не целый корабль с Йонко...
   В своей задумчивости, я почти прошляпила момент, когда в поле зрения появилась рука с вилкой, с явным намерением стащить мой блинчик. С мрачным удовлетворением пришпилив своей вилкой воришку к столу и услышав больше испуганный, нежели болезненный вопль Портгаса, выдернула оружие возмездия обратно, наконец-то приступая к завтраку.
   -- Мать вашу, вы что, сговорились?! - пораженно выдохнул Эйс, переводя взгляд с меня на вообще непричастного Марко и обратно. Место удара четырехштыковым оружием быстро полыхнуло огнем и затянулось без следа - и стоило так вопить? На мою удивленно вскинутую бровь, мужчина соизволил отвлечься от чтения, утомленно вздыхая.
   -- Нет, -- и вновь вернулся к газете. Эйс, кажется, обиделся, насупившись и отвернувшись в сторону. Правда, долго он так не пробыл - раздался удар о стол и храп.
   -- Идеальный оппонент, -- покачала головой, уже в свою очередь, притягивая его тарелку и быстро сметая с нее все содержимое.
   -- Дети... -- задумчиво ностальгически раздалось из-за газеты. Харута, сидящий рядом с ним, затрясся в беззвучном приступе смеха.
   -- Смейся спокойно: его Отец сейчас не разбудит, -- меланхолично протянул Марко, перелистывая страницу.
   -- Что-то интересное пишут? - полюбопытствовала, со своей стороны читая какую-то глупую статью о какой-то высокопоставленной бабе, решившей устроить выставку своих фамильных драгоценностей. На другом листе была заметка о непонятном перевороте на одном из островов, находящихся под крылом Правительства, а теперь вышедшего из-под него. Хм, зря они так - пиратов больше будет после этого. Если только там не сами пираты все организовали...
   -- Где-то на границе Гранд Лайна, Дозор пересекся с Революционной армией, -- раздалось в ответ. - Фамилий нет, званий тоже нет, только раз мелькнуло что-то о двух капитанах. И, так и не сказано, чем там, в результате, все закончилось - свидетели говорили о мгновенно ухудшившейся погоде и сильной грозе, но не о результате.
   -- Ну-ка, дай сюда, -- потянула на себя бумагу, отбирая и разворачивая. Марко, явно смирившись с тем, что лучше отдать без боя, отвлекся на чай, который уже остыл. Пришлось, сжав зубы, после выразительного взгляда взять его чашку в руку, нагревая.
   В статье действительно ничего информационного не было. Остров с незнакомым названием, информирование о той самой стычке, полное отсутствие результата и вообще описаний. Заставило задуматься только то самое ухудшение погодных условий. Однако тем, что действительно заинтересовало, была подпись: "журналист - Маришка Мир".
   Ах ты ж, моя милая зубрила Закона. Раз уж ты ничего не написала дельного, значит, тебя там контролируют немилосердно. А это означает лишь одно - кое-кто лоханулся. И теперь не хочет афишировать, ибо, даже после не особо удачных сражений с пиратами, пресса Дозора громко кричала о блестящих операциях и огромных достижениях.
   Перелистнув страницы, вновь наткнулась на статью о перевороте на острове Тейнт - не знаю такого. Естественно, ничего нового я не увидела. А вот то, кто у нас был журналистом, заинтересовало: "Грог". Он свою фамилию даже в документах не всегда указывал, так что, тут спутать с кем-то другим было сложно.
   Ну ладно - Маришка, а вот чего врач наш поперся в прессу? Неужели, что-то планируется? Так, есть ли еще фамилии?
   -- Что ты там увидела? - Харута, за время моего чтения уже позавтракавший, любопытно сверкал глазами.
   -- Совпадения, братишка, -- пробормотала, качая головой. Нет, других фамилий членов моей команды больше не было. Тогда, возникает вопрос - связано ли как-то это все или нет?
   -- Интересно хоть? - не унывал паренек.
   -- Безумно, -- не стала спорить я. Эйс, проснувшись и потирая шишку на лбу, недоуменно уставился в свою тарелку - пустая.
   Однако разгореться скандалу не дал, неожиданно появившийся рядом с нашим столом, Трафальгар. В крови. Вынырнув буквально из воздуха, он, уперев руки в столешницу, навис над ней, мрачным взглядом сверля меня. Лицо, шея, руки в крови, отсутствие странной меховой шапки аля далматинец и встрепанные волосы - складывалось ощущение, что он кого-то выпотрошил по пути сюда, эдакий безумный ученый.
   Наверное, именно так и подумали находящиеся за нашим столом, напрягаясь и готовясь атаковать. Трафальгару же было плевать. Уставившись на меня малость взбешенным взглядом, он пару секунд что-то пытался увидеть в моих глазах.
   -- Дрого Ди Анта-я, -- тихо и задушевно начал хирург, -- я требую объяснений.
   -- Эээ... -- глубокомысленно выдала я, глядя на него искренне непонимающим взглядом и прижимая к себе газету, будто она могла меня защитить. - Ты чего такой... чумазый?..
   Если я и хотела бы что-то дальше сказать, у меня вряд ли вышло бы: взгляд просто испепелял. Надеюсь, он реально может расчленять только при помощи скальпеля.
   -- Твоя кровь, Дрого Ди-я, -- прошипел он. - Она неожиданно взбунтовалась и взорвалась!
   -- Гонишь! - вздрогнула, с упавшим в пятки сердцем осмысливая сказанное. Чего?! Кровь моя?
   -- Идём, -- обойдя стол по кругу и не обращая внимания на начавшего подниматься Марко, Трафальгар ухватил меня за плечо и, что-то пробормотав, пошевелил пальцами свободной руки. Миг, и я грохнулась попой на доски палубы, пропищав перед этим что-то в стиле "спасите", еще миг, и я уже в его комнатке.
   -- Телепорт, ага, -- пробормотала я, ошалевшим взглядом окидывая помещение.
   Трафальгар, не обращая больше на меня внимания, прошел дальше, подбирая с пола свою шапку и уверенно натягивая на голову.
   Комнатка и правда напоминала последствия взрыва бомбочки с краской. На одной из стен отчетливо прорисовывался силуэт в шапке, вырвавший нервную улыбку.
   -- Смешно, да? - мрачно проговорил хирург, скрещивая руки на груди.
   -- Я... не знаю... -- мотнула головой, отвечая на предыдущий вопрос.
   -- Я вижу. Сядь на стул, -- я безоговорочно выполнила указание, осторожно садясь на самый краешек.
   Повисла напряженная тишина, в которой меня сверлили взглядом, а я рассматривала кровавые потеки на стенах. Он же не так много взял, а тут ощущение, что кому-то артерию вскрыли.
   Громко опустив ладони на столешницу, парень навис надо мной, сощурив потемневшие глаза с легкими золотыми искорками.
   -- Я бы предположил, что ты не мифический зоан Симаргл, а парамеция крови. Предположил бы, если бы не видел того, как ты во сне прожигаешь кровать. Насколько я помню, две силы фрукта у одного человека быть не может. Тогда два вопроса к тебе: как так вышло и, ты - человек?
   -- Да, -- уверенно кивнула я головой, глядя на него честными глазами.
   -- И? - не выдержал он.
   -- Я недавно встречалась с фруктом крови, -- пожала плечами. - У меня был с ним бой, после чего я и моя звериная сущность разделились. В принципе, дольше с ним контактировал Симаргл, а не я...
   -- Хм, неужели... Даже так... -- забормотал парень, уже не слушая концовку и метнувшись в сторону, активно роясь ящиках стола. При виде нового набора из шприца-жгута и осточертевшего браслета, внутренне поежилась, но процедуру перенесла стойко, мысленно подсчитывая количество оставшейся крови внутри меня.
   -- Двигай! - передо мной поставили мензурку с моей кровью, указывая на последнюю.
   -- Эм, ну... Я не в курсе, как это делается, -- пожала плечами, рассматривая темную жидкость.
   -- Ты можешь гореть и летать, становиться зверем. Двигай, -- как приговор раздалось сверху.
   Пожав плечами, уставившись на мензурку, честно попыталась заставить ее содержимое задвигаться. Естественно, результат - ноль. В течение следующих десяти минут я пыталась придумать различные способы мотивации в адрес к собственной крови, которая, как и полагалось самой обычной крови, была незыблема.
   Неожиданно в комнату резко вошел Феникс, явно желая разобраться в произошедшем. Вот в этот-то момент кровь и решила, что уже полностью зарядилась какой-то там неведомой мне энергией космоса и, прямо за взглядом, метнувшимся к Марко, стрелой понеслась в него, точным ударом вынося мозги и вместе с ними оставаясь на стене позади.
   Тело мужчины грузно осело на пол - серые глаза с расширившимися зрачками бессмысленно уставились куда-то в сторону ножки стола. Из сквозной дыры в черепе все еще продолжала вытекать кровь, хоть уже не так...
   Да, чёрт дери!.. Свой крик я услышала будто со стороны, рывком отпрыгивая куда-то в сторону узкой кровати, на которой ночевал хирург и забиваясь в угол. Трафальгар заметно побледнел, став свидетелем такого дела, а я, обхватив голову, уткнулась лбом в подушку, стараясь отделаться от запаха теплой крови, который неожиданно остро ударил по обонянию.
   -- А-анта-я, он же регенератор? - наверное, Трафальгар за всю свою жизнь так не удивлялся, как в последнюю пару дней.
   -- Да, -- тихо прошептала, отнимая руки от головы и обнимая подушку. Подняв взгляд, наткнулась на расчетливое выражение лица Ло, рассматривающего тело. Газета, которую я прихватила с собой, упав на пол, тихо намокала, приобретая алый оттенок. - Только... Я же его не обычным оружием...
   -- И что? - он качнул головой, но с места не сдвинулся, наоборот отступил от крови. - Кайросеки или морская вода - вот бич. Во всяком случае, если попытаться все расставить логически и принять всерьез то, что ты теперь владеешь силой фрукта крови, пусть и не умеешь ею пользоваться, желания убить у тебя же не было?
   -- Н-нет, -- отрицательно мотнула головой. - Она сама, я просто хотела, чтобы она начала двигаться.
   -- Ну, тогда, вероятнее всего, стоит подождать, -- пожал он плечами. - Хм, думаю, на простое заражение не похоже... Нужно разобраться и подумать. Пожалуй, я побуду снаружи - ты крайне громкая, Анта-я.
   -- Ну, знаешь ли!.. - не нашлась я, что ответить. А Трафальгара уже и след простыл. Мне бы так, от проблем подальше сваливать.
   Насморочно хлюпнув носом, отпустила подушку и сползла на пол, осторожно подползая к Фениксу, уже начавшему остывать. Потянув его на себя, и кое-как вытянув из лужи крови, но все-таки вымазавшись в ней, обняла со спины, потерянно размышляя над тем, что же будет, если он не очнется. Эйс, впрочем, несколько раз довольно рассказывал о том, как был свидетелем воскрешения Феникса. Правда, сомнения это никак не убирало.
   На десятой минуте мои эмоции начали зашкаливать, грозя очередным рецидивом со стороны крови на полу. Та, однако, вела себя спокойно и больше не пыталась кого-то убить.
   Неожиданно вспыхнув ультрамарином, и, казалось, на мгновение, растаяв, мужчина на моих руках вздрогнул, после чего рвано выдохнул.
   Легонько подув на пепел, который тонким слоем покрывал его макушку, тихо усмехнулась, носом утыкаясь в нелепый хохолок.
   -- Живой, -- сквозь легкую дрожь и истеричный смешок выдала, всхлипывая.
   -- Это... Неожиданно, -- честно признался он, пошевелившись. - Что это было?
   -- Марко... Я, кажется, мутант какой-то теперь... -- Сильнее сжала его в объятиях. - Я мифический зоан Симаргла без звериной части и, похоже, теперь еще и с силой фрукта крови в середине. Марко, я видела, на что способен фрукт крови, и это было ужасно. Я не хочу, Марко... Только не его.
   -- Тогда посмотри на Эйса, -- сквозь какое-то молчание проговорил он. - Его сила способна сжигать города фактически с одного удара.
   -- Но, я вообще не контролирую эту непонятную мне силу, -- покачала головой. -- Представь, пустит мне кто кровь, а я вот так... Взглядом, фактически.
   -- Успокойся, -- подняв руку, мужчина опустил ее мне на голову, лохматя волосы. - Справимся.
   -- Главное, чтобы если и был рецидив, то только в мою сторону... Хотя второй раз я вряд ли переживу так, чтобы не поехать крышей.
   -- А народ уже привык, -- усмехнулся он.
   -- Это ужасно. И к такому нельзя привыкать, -- выдохнула в ответ, трясь о пальцы. - Нельзя, Марко, и за слова о том, что "уже привык" нужно ремнем пороть. Если не за борт макать, предварительно привязав к канату.
   -- Да, капитан Дозора -- это страшно, -- задумчиво выдал мужчина. - Ты логия в какой-то степени. Так, когда у тебя начинаются проблемы с кровью, просто превращай ее в огонь. Как идея?
   -- Утешительная, -- слабо улыбнулась я, прислушиваясь к шуму из-за двери.
   -- Ладно, нужно идти - думаю, те, кто владеет Волей, имеют пару вопросов по поводу того, что я тут умирал, -- он так же услышал голоса команды.
   -- Только чур... Не я буду отмывать тут все, -- согласно кивнула, даже как-то нехотя отпуская его. Феникс лишь утомленно покачал головой, поднимаясь на ноги и окидывая взглядом заляпанное кровью помещение.
  
  
   Вечером они действительно устроили грандиозную попойку, вытащив невообразимое количество алкоголя наружу. Отец Белоус так же вышел ко всем. И тут настал момент истины: меня буквально вытолкнули вперед, давая всей команде увидеть виновника торжества, а ему окинуть меня любяще-отцовским взглядом.
   -- Дочь моя, -- тостов не было, только эта фраза и поднятая к небу огромная чаша с саке, после чего я в который раз за день залилась краской, а народ заорал так...
   Я думала, что меня звуковой волной за борт снесет. Похоже, меня ребята хорошо запомнили из-за того случая, когда я заставила их перед медсестрами извиняться, а потому прониклись чем-то там накама-братски-любящим. Ух, до дрожи.
   -- Сестренка! - громкие крики вызывали бурю эмоций, часть которых м