Sheila & Kerrigan - перевела Аршанская Вера: другие произведения.

"Беглецы" (Fugitives) - книга 1 - часть 2

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    2-я часть первой книги этого увлекательного романа.

  Глава 25
  
  "Хэйлли снова наносит удар"
  
  
  Рикардо бросил на стол бумаги и выругался. Это дело сводило его с ума. И ко всему прочему ему приходилось иметь дело со своей матерью, которая пошла на канал национального телевидения и на весь мир сказала, что Мэг - убийца. Его телефон раскалялся от звонков людей, спрашивающих, знает ли она что-то, потому что он ей это рассказал, или это одно из ее предсказаний. Репортеры кружили вокруг как голодные стервятники вокруг умирающей добычи. Он очень хотел, чтобы его мать перестала гадать на картах. Это делало его жизнь несчастной.
  Хэйлли не была счастлива оттого, что его мать объявила миру, что убийца - это Мэг, и очень ясно показала свое недовольство. Она не позволяла ничему встать на пути ее вендетты в отношении Бена. Он подозревал, что если бы Мэг пришла в участок и призналась в убийстве, Хэйлли назвала бы ее лгуньей и потом отправила бы вслед за Беном. Она недвусмысленно сказала ему надеть на его мать намордник, или она сама это сделает. Рикардо печально улыбнулся тому, что если он позволит Хэйлли надеть на его мать намордник, то может быть, тогда она оставит и их с Габи в покое тоже. Его мать в прошлом не часто ошибалась в предсказаниях. Но права она или нет, ее предсказания его чертовски раздражали.
  "Дионн Варвик", - сказал он, хлопая по столу папкой. "Где ты, когда ты мне так нужна. Если бы ты только смогла поработать с мамой, то я смог бы отодрать ее от себя и попытаться понять, не пропустил ли я чего-нибудь в этом деле. Я знаю, что мама не может быть во всем права, но ее предсказания имеют некоторые заслуги". Он не спал всю ночь, думая о том, что же он пропустил, а начальство дышало ему в спину, поскольку он работал над делом, которое они считали более или менее решенным. Он снова взял папку, чтобы поискать ключи. И подозрительно огляделся, не наблюдает ли кто за ним. Ему устроят настоящий ад, если обнаружат, что он снова влез в дело Бена Эванса. Он перечитал папку и снова хлопнул ею об стол. Как и раньше, ему в голову ничего не пришло.
  "Зачем?" - вслух спросил он себя. "Что я пропустил? Есть что-то, чего я не вижу, но оно придает этому делу неприятный душок".
  Он притянул к себе блокнот и разделил страницу на две части прямой линией. Потом он аккуратно записал все факты этого дела и все, что предположительно произошло. Когда дело было сделано, он внимательно прочитал каждую колонку, но по-прежнему был озадачен. "В этом деле нет никакого смысла. Бен - умный парень. Он понимал, что все знают, как он ненавидит Тима. Почему же он пошел в номер Тима, застрелил его и оставался там, когда его нашли стоящим над телом и держащим в руке дымящийся пистолет? И кто в таком случае позвонил в полицию?" Позвонивший все еще не был опознан.
  Когда в мотель прибыла полиция, Бен отрицал, что застрелил Тима, но когда его доставили в участок, он отказался говорить. Почему, хотелось бы знать? Он решил, что это Мэг застрелила Тима, как сказала его мать? По этой причине он отказывался что-либо говорить? Только в этом случае в деле появлялся смысл. Бен пытался защитить Мэг? Должно быть, так. Но была вещь которая его не устраивала - жестокость преступления. Конечно, Мэг была ожесточена из-за нападения, но зная ее, он понимал, что она не будет так рассчитывать местоположение пуль в теле Тима. Даже если бы она и вышла из себя и решила убить Тима, то это было бы скорее под влиянием чувств, чем из холодного расчета. Но если быть полностью честным, то он не думал, что Мэг могла убить кого бы то ни было, вне зависимости от того, что этот человек ей сделал. Она не принадлежала к таким людям. Но была его мать, которая говорила всем и каждому, что она видит в картах, что убийца - это Мэг. Он желал заставить ее замолчать и дать ему подумать, чтобы попытаться выяснить, что же произошло на самом деле. Она была проблемой не только для Бена и Мэг, но и для него с Габи тоже. Габи не была счастлива с его матерью и ясно это показывала. Так что, закончил он, она и его сделала несчастным.
  Его мысли прервал стук в дверь, и он торопливо сунул бумаги в ящик стола. "Войдите", - произнес он.
  "Рикардо, это я". Габи просунула в дверь голову, а затем вошла и закрыла за собой дверь. "Входи, Габи", - улыбнулся он, вылез из-за стола и поцеловал ее. Он обнял ее за талию и, прижав ее голову к своей груди, устало вздохнул. Он потер ее спину и поцеловал в лоб. "Что принесло тебя так рано?"
  "Я очень волнуюсь за Бена и Мэг. Я не слышала ни слова от них, и я говорила с Сарой. Она тоже ничего не знает. Это правда, что против них выдвинуто множество обвинений?" - спросила она, глядя ему в глаза и умоляя сказать, что это неправда.
  "Мне жаль, Габи". Он снова потер ее спину, ненавидя рассказывать ей плохие новости да еще в такую рань. "Они выдвинули много обвинений против Бена и Мэг. Они привлекли даже Интерпол, потому что думают, что Бен, вероятно, покинул страну. Мне очень жаль. Я знаю, что Мэг твоя подруга и ты веришь им обоим, но у них большие проблемы. Хэйлли отстранила меня от этого дела, и я не смог получить много информации, но я сделаю все, что смогу. Для них обоих". Он поцеловал ее в нос. "Доверься мне. Я обещаю, что сделаю все, что можно. В этом деле есть нечто дурно пахнущее, и я доберусь до этого. Бен не мой лучший друг, но я не думал, что он убил Тима. А кто-то хочет заставить нас так думать".
  Габи была счастлива, что Рикардо верит в невиновность Бена. Она знала об их неустойчивых отношениях и чувствовала, что он делает все это не только, чтобы доставить ей удовольствие, но и потому что он хороший детектив. Он сильно рисковал своей карьерой, работая над делом, от которого его отстранили.
  "Спасибо тебе". Она посмотрела на него счастливыми глазами. "Я на самом деле ценю это. Ты не представляешь, как много это для меня значит".
  "О, думаю, что представляю", - улыбнулся он в ответ. "И когда я это докажу, ты можешь проделать это со мной тоже".
  "Что?" - невинно спросила она, точно зная, что он имеет в виду. Он улыбался. "Он такой красивый, когда улыбается", - подумала она.
  "Я уверен, что мы с тобой кое над чем подумаем", - он поцеловал ее и снова улыбнулся.
  Габи улыбнулась в ответ, а потом нахмурилась. Их счастливые моменты были так редки, что ей очень хотелось оставить это на счастливой ноте, но она должна была открыть тему, которая была очень болезненна для них обоих. Его мать. Она видела интервью по ТВ и побледнела, когда Кармен сказала репортерше, что Мэг убила Тима. Кармен была ожесточенной пожилой женщиной, которая устала бегать за своими детьми, поэтому она делала и говорила все, что угодно, чтобы получить от них то, что хочет. Она и ее чертовы карты много раз делали Габи несчастной.
  "Рикардо", - сказала она, взявшись за пуговицу на его рубашке.
  "Что?"
  Она посмотрела на него. "Я видела выпуск новостей с твоей матерью. Пожалуйста, поговори с ней и попроси ее перестать говорить, что Мэг убила Тима. Она же знает, что это неправда. Мэг никогда бы не убила Тима, да и Бен тоже".
  У Рикардо на мгновение перехватило дыхание. Мама снова наносит удар, подумал он про себя. Еще одно очко в ее пользу. Он открыл рот, чтобы ответить, но их прервала резко распахнувшаяся дверь.
  "Детектив Торрес", - сказал капитан. "Вы не знаете, где сейчас находится дело Бена Эванса?" - серьезно спросил он.
  Рикардо увидел Хэйлли, стоящую за его спиной. "А почему я должен это знать?" Он остановился. Так или иначе, но они узнали, что дело у него. "Вы же отстранили меня от этого дела, помните?"
  "Кажется, оно по непонятной причине исчезло", - ответил тот. "Мы не можем его найти. Оно нужно нам для международного ордера на арест Бена и Мэг Эванс". Хэйлли за спиной капитана самодовольно ухмылялась и даже не пыталась это скрыть.
  "Нет, я его не видел", - солгал Рикардо.
  "Детектив Торрес", - продолжил капитан. "Офицер Райли сказал, что вы были с этим делом в этой самой комнате сегодня утром, а теперь оно исчезло. Я хочу получить его. Сейчас же". Он точно знал, что дело у Рикардо.
  "Вы отстранили меня от этого дела. И мне что, теперь даже не дозволяется и входить сюда?" - Рикардо начал злиться.
  "Я хочу получить это дело", - сказал капитан, подходя к столу Рикардо и открывая в нем средний ящик. Он посмотрел на Рикардо и вытащил из ящика пропавшее дело.
  "Послушайте, капитан". - Рикардо положил на папку руку. - "В нем есть несколько вопросов без ответов. Все, что я сделал - так это только посмотрел его в поисках доказательств на случай, если Бен не лгал, когда сказал, что не убивал Тима..."
  "Бен Эванс - хладнокровный и расчетливый убийца, который в настоящий момент является беглецом от правосудия. Правосудия, которого не получила его жертва", - резко сказала Хэйлли. - "Если бы он не был вашим бывшим зятем, интересно, он бы получил столько же вашего внимания?" - саркастически закончила она.
   "Извините, Мадам ОП", - холодно ответил он. "Бен Эванс только обвинен в преступлении, а не осужден. Он заслуживает такого же внимания, что и все остальные подсудимые. Вы ведете нечестную игру, Хэйлли, и знаете об этом".
  "Честной игрой вы называете пулю между глаз?" - обернулась та.
  Рикардо еле сдержал себя. Эта женщина - опасна, и он должен бороться со своим желанием ударить ее. Кроме всего прочего, она женщина. Опасная, но все же женщина. Это было единственной причиной, удержавшей его от того, чтобы ударить ее.
  "Рикардо, пожалуйста", - Габи почувствовала его напряжение и поняла, зная его взрывной характер, что он готов взорваться.
  "Разговор окончен", - объявил капитан, забирая папку. "Мы с вами позже об этом поговорим, детектив Торрес. Неумение следовать приказам не допускается".
  Рикардо попытался снова поговорить с ним. "Капитан, позвольте мне провести небольшое расследование. Я думаю, что смогу доказать, что Бен не убивал Тима. Я чувствую это". Он показал на сердце. "Улики дело не решают, и вы знаете это".
  "Вы отстранены и точка", - рассердился капитан. "И если я снова найду вас работающим над этим делом без разрешения, я лишу вас значка", - сказал он, открывая дверь и пропуская вперед Хэйлли.
  "Подождите, вы кое-что забыли", - крикнул Рикардо. Хэйлли и капитан остановились и, обернувшись, посмотрели на него.
  "Вот мой значок. Я ухожу!" Он бросил значок капитану, и тот упал на пол у его ног.
  "Рикардо", - Габи поймала его за руку, но он мягко отстранился, подошел к капитану и вытащил свой пистолет. Этот пистолет он с размаху вложил ему в руку. "Я отказываюсь работать в полицейском департаменте, в котором кому угодно позволяется входить и говорить мне, что я должен делать и как вести свои дела", - он посмотрел Хэйлли в глаза. "Эта женщина", - он произнес это слово как оскорбление, - " прибыла сюда слишком быстро. Вы это знаете, и я это знаю. Я не знаю, что сейчас у нее на повестке дня, но я не позволю ей использовать меня или мою работу для своих целей".
  "Рикардо, вы переходите все границы", - произнес капитан.
  "В таком случае, я буду переходить эти границы где-нибудь еще. Но запомните мои слова". Он посмотрел сначала на одного, потом на другого. "Вам обоим я гарантирую, что дело еще не завершено. Я собираюсь выяснить, чего вы добиваетесь и почему так сильно хотите засадить в тюрьму Бена Эванса. Так же сильно, как положить на рельсы его жену. То что вы делаете - дурно пахнет, и я не остановлюсь, пока не докажу это". Он схватил куртку и прошел мимо капитана к двери. Потом он повернулся и спросил: "Габи, ты идешь?"
  Она сразу же вскочила и, пройдя мимо этих двоих, взяла его протянутую руку. - "Рикардо, ты уверен, что это то - чего ты хочешь?" - спросила она, идя рядом с ним и стараясь идти в ногу, несмотря на его большие шаги.
  "Я знаю, что хочу этого", - ответил он.
  Они не заметили одинокую фигуру, стоявшую в нише холла. На протяжении всего их разговора за ними наблюдали, и улыбка на лице этого человека была зловещей и ликующей.
  
  Глава 26
  
  
  "Мэг получает работу"
  
  
  "С этой картинкой что-то определенно не так", - пожаловалась про себя Мэг, нагибаясь, чтобы смести мусор в совок. "Бен сказал, что мы должны получить работу. Работу мы получили", - пробормотала она про себя. "Я тут работаю и стираю пальцы до костей, а что делает он? Сидит себе за столом, отвечает на звонки и покрикивает на меня. Он проделывает большую работу, чтобы сделать мою жизнь несчастной", - ответила она на свой же вопрос. "Я его убью". Она немножко оттянула бандаж, стягивающий ее грудь.
   И как ей в голову пришла такая идиотская идея притвориться молодым парнем, зарабатывающим на колледж? Ее грудь ныла и зудела из-за повязки. Парик был слишком тугим и мешал работе ее мозга. По крайней мере, она использовала это как оправдание тому, что не может думать в данный момент. Однако когда эта идиотская идея пришла ей в голову, парика на ней не было. Но она не могла не улыбнуться, вспоминая, как долго Бен заворачивал ее в этот бандаж. Он целовал каждый дюйм ее кожи, прежде чем сделать это. Потом он посмотрел на свою ручную работу и решил, что она сделана недостаточно хорошо. Она почувствовала покалывание в позвоночнике, когда стала вспоминать, как он целовал ее и несколько раз извинялся, прежде чем надел бандаж как следует. Ему потребовалось добрых 25 минут, чтобы сделать это и бандаж закрепить штырьком. Одеться мужчиной - это было ее идеей. Мужчиной, подумала она. Скорее мальчишкой. Она скептически посмотрела на свою стянутую грудь. Она не была слишком большой, но сейчас была плоской и ужасно ныла.
  Агентство разовой помощи даже не посмотрело на нее в отношении работы на верхнем этаже, но Бен оказался "совершенен для этой работы", как сказала леди. "Замечательный ты мой..." Она с шумом высыпала мусор в мусорный контейнер, проклиная и Бена и леди в агентстве. Она же не слепая. Она видела, как эта женщина оглядела его с головы до ног. А она молча закипала и боролась с желанием сказать ей, чтобы она держала свои жадные глаза и руки при себе. Даже с бородой и не похожий сам на себя, он все равно был неотразимым, и она даже не могла винить эту женщину за текущие слюнки. Но Бен принадлежал ей, и ей не нравилось, когда на него смотрели, как на кусок мяса. Она даже пнула ведро, чтобы подчеркнуть свои слова. Ведро перевернулось, и его содержимое вылилось на пол. Теперь ей придется мыть его снова.
  "Он - мой". Она с силой ударила совком по мусорному контейнеру. "Он - мой", - сказала она снова, пытаясь приободриться. "Когда я вернусь домой, то дам нашей прислуге прибавку", - поклялась она. Это чертовски неблагодарная работа. Она знала это потому, что никто ее не благодарил. И что было особенно обидно, Бен тоже.
  Они не много смогли узнать за это время. Работа требовала слишком многого. "Она требует моего... нет", - прервалась она. Ей нужно было сделать работу, а Бен - она не знала, что он делает, но знала, что совершенно не довольна этим. Она все делала вместо него, а он сидел в "тепленьком местечке". Она очень устала и была совершенно без сил, а кроме того, ее тошнило. Вероятно это было от запахов чистящих средств, которыми она пользовалась. "А может у меня аллергия на домашнюю работу", - хихикнула она. Она вспомнит это, когда доберется домой, но сейчас она должна доделать эту неблагодарную работу. А если Бен закричит на нее еще раз, она забросает печеньем его стол. Может быть, тогда он оставит ее в покое. Она про себя усмехнулась. Ее месть будет ужасной, но приятной.
  Прошлой ночью они пытались проникнуть в архив, но им помешали. И сейчас они были близки к получению того, что им нужно, не более, чем в самом начале. Она расстроенно потерла бровь, и ее прошиб пот, когда включился ее сигнализатор. Она знала, кто это, раньше чем посмотрела на номер.
  "Я его убью!" - возмущенно сказала она.
  
  Бен молча оглядел заваленную вещами комнату. На него никто не обращал внимания. И они работали фактически не в полиции, а в агентстве временной помощи. Он улыбнулся, вспоминая, как оскорбилась Мэг, когда женщина из агентства дала ей работу уборщицы, а про него сказала, что он превосходен для работы контролером. Он не знал, чем она была больше оскорблена: статусом работы или тем фактом, что руки женщины в агентстве были свободны и слишком часто протягивались в его сторону. Ему пришлось вытолкать Мэг оттуда, потому что он видел, что она дошла до предела, когда эта женщина стала щипать его за бороду. Он решил, что как только все кончится, он купит это агентство, чтобы иметь удовольствие уволить эту женщину. Но работу они получили, и он волновался о Мэг, когда ее не было в поле его зрения.
  Он огляделся, чтобы посмотреть, не наблюдает ли кто-нибудь за ним. Никто не обращал на него внимания, и он "случайно" опрокинул чашку с кофе, залив им весь стол с бумагами. Про себя улыбнувшись, он взял телефон и набрал номер сигнализатора Мэг. Через несколько минут она втащилась в комнату, подошла к его столу и встала, глядя на него вызывающим взглядом.
  "Да, ваше высочество", - саркастически произнесла она.
  Она была безумна, и Бен это знал. Он позвал ее потому, что не мог сопротивляться желанию подразнить ее. Она была в джинсах и большой мужской рубашке. На голове у нее был мужской парик и бейсболка, которую дал ей Бубба. Она была без косметики, а ее грудь была стянута так, что она легко сходила за молодого парня, если не присматриваться к ее страстному рту, который был словно предназначен для поцелуев, а сейчас был зло сжат. Между ними было расстояние, чему он был очень благодарен. "Она выглядит точно как Оливер Твист", - подумал он. - "Я тут наделал беспорядок, мисс Канди", - невинно сказал он, показывая на опрокинутую кружку и разлитый по всему столу кофе. Он увидел, как на ее лице заходили мускулы, и подумал, не пригнуться ли ему, когда она подняла щетку, которую держала в руке.
  "О, м-р Бич", - певуче сказала она. - "Какой вы неуклюжий". Она надменно подняла бровь и продолжила. "Вы, наверное, голубой крови? Вероятно, поэтому они дали вам работу за столом, а мне..." - она оскорбленно подняла щетку еще выше, - "эту швабру или как там она, черт возьми, называется". Она размахивала щеткой, как оружием. Санни Бич и Донна Канди были именами, которыми они назвались в агентстве.
  "Вы, кажется, немного раздражены, мисс Канди", - ухмыльнулся он. "Ваш пояс сегодня затянут слишком сильно, и вы из-за этого так печалитесь?"
  Мэг бросила на него взгляд. "Вот что я скажу вам, м-р Бич", - она снова помахала щеткой, а потом решила ею в него запустить. Щетка ударила ему в середину груди и упала на колени.
  "Поскольку ты, кажется, не слишком удовлетворен моей работой, почему бы тебе не взять эту... эту швабру и не вытереть все это самому!" Она стащила с головы парик и начала яростно чесать голову. Штырьки, удерживающие ее волосы под париком, вонзались ей в голову и причиняли сильную боль. А еще ее бесил человек, сидящий за столом и дразнящий ее. Она довытаскивала штырьки, а затем вызывающе нахлобучила на голову бейсболку и посмотрела на него.
  Бен заметил ее действия и сразу же понял, что эта маскировка для нее неудобна. Он дразнил ее, но его расстроило, что это так ей неприятно. Когда она подняла к кепке руку, он заметил на ее левой руке широкую тесьму. Она не слишком хорошо скрывала ее свадебные кольца, но Мэг категорически отказывалась снимать их. Он терпеливо объяснял ей, что это нужно сделать. Никто не поверит, что человек с камнем такой величины на пальце, хочет работать в бригаде уборщиков. А кроме того, разве мужчина может носить такое кольцо? Она могла бы заложить его и комфортабельно прожить всю оставшуюся жизнь. Но когда он попытался снять кольцо с ее пальца, она забрала у него руку и даже отказалась говорить на эту тему. Так что они пошли на компромисс, и попытались замаскировать кольца тесьмой. Он видел, что она устала. Он должен отвезти ее домой, сделать ей горячую ванну и уложить в постель. Он даже предлагал ей отказаться от этой работы, но она не хотела. Она была клубком противоречий в последнее время.
  "Ты в порядке?" - спросил он, нахмурившись.
  "Просто отлично, м-р Бич", - ответила она. "Если вы еще перестанете все проливать", - она начала вытирать то, что он разлил, - "то моя жизнь будет просто прекрасна". Она подняла его руку, чтобы отчистить под ней пятно и положила обратно. А потом выпрямилась и посмотрела на него. " Если вам что-то еще понадобится - позовите кого-нибудь другого. Не меня", - сказала она, повернулась на каблуках и вышла.
  Бен смотрел, как она уходила, а ее восхитительный зад подпрыгивал при каждом шаге. Улыбнувшись, он подумал, многие ли принимают ее за мальчика. Ее соблазнительная задняя половина ее выдает.
  "М-р Бич". Он вышел из своих грез и увидел, что один из клерков смотрит на него и хмурится. Он посмотрел Мэг в спину, а она открыла дверь и вышла. Потом он вновь пристально посмотрел на Бена, и в его глазах промелькнуло некоторое узнавание. "Он еще очень молод, м-р Бич", - предупредил его клерк. "Могут быть проблемы, если он несовершеннолетний, если вы понимаете, что я имею в виду".
  Бен посмотрел на клерка и задался вопросом, о чем он, черт возьми, говорит, а потом его осенило, что поскольку Мэг была одета как молодой парень, то клерк подумал, что он имеет к "нему" романтический интерес.
  "Ну..." - начал Бен. "Вы думаете", - он сделал жест в сторону двери, за которую вышла Мэг. "Нет, нет", - заверил он его. "Ничего похожего".
  Клерк скептически на него посмотрел с выражением "Ну, конечно" во взгляде. Он промолчал, но бросил на стол расписание работ и ушел.
  Бен покраснел.
  
  Мэг, наконец, получила возможность проникнуть в архив. Она должна была найти нужную информацию. И чем скорее, тем лучше, подумала она, снова передвинув бандаж. Она не могла дождаться того момента, когда она сможет снять эту маскировку. Она прошла мимо шкафов с папками в выдвижных ящиках, пробегая пальцами по каждому из них в поисках нужного. Она посмотрела на тесьму, скрывающую ее обручальные кольца, и подумала о том, как же неудобно ее носить, и ее желание найти дело увеличилось. Она устала носить этот ужасный парик, а снимать обручальные кольца она не хотела ни в каком случае. "A-B-C-D-E". "Да!" - подумала она и открыла ящик. Посмотрим - Ингланд, Эрлич, Эстабан... (England, Erlich, Estavan ... Evans - прим. переводчика) Она просмотрела заголовки 6 или 7-ми папок, пытаясь найти Бена. "Эванс! Наконец-то! О нет!" - вскрикнула она. Там было по меньшей мере 20 папок на фамилию Эванс. Дойдет ли Хэйлли в своей вендетте к Бену до того, что арестует каждого Эванса в Сансет Бич? Боже, сколько же их, подумала она, просматривая каждую. Кто-то точно не был знаком с алфавитом. Эванс, Бен. Наконец-то. Она вытащила папку и стала ее просматривать, но тут же услышала за дверью голоса. У нее упало сердце и она огляделась в поисках места, где она могла бы спрятаться. Она залезла под стол, а обладатели голосов вошли в дверь. "О, Боже! Только бы они пришли не за делом Бена!" - молила она.
  Они были там целую вечность, как показалось Мэг. Ей было тесно в этом узком пространстве, и она надеялась, что они скоро уйдут. У нее затекли ноги, и она вообще сомневалась, что сможет идти. Один из полицейских подошел к столу, под которым сидела Мэг, и она перестала дышать, надеясь, что он ее не заметит. "Без паники!" - сказала она себе. - "Но если он сядет - я покойница!" Она посмотрела в окно и увидела Бена, который там бродил и, похоже, ее искал. Сигнализатор! О, НЕТ! Если он вызовет ее - это выдаст ее с головой. Она не должна позволить ему запищать. Она попыталась найти способ привлечь его внимание, помахав ему из-под стола, но он ее не увидел. В конце концов она решила умерить свои желания до того, чтобы он просто заглянул туда. "Бен, пожалуйста!" - подумала она, но он куда-то ушел. "Что же мне делать! Бен, наверное, уже все облазил в поисках меня". Двое полицейских продолжили свой разговор, который Мэг находила очень грубым. Они обсуждали проституток, взятки, наркотики и все остальные преступления. Почему они не могут найти другого места, чтобы поговорить?
  
  Бен был озадачен тем, куда же могла подеваться Мэг. Он проверил весь этаж, но там не было никаких следов Мэг. Он вызывал ее несколько раз, но она не отвечала, а потом он нашел пейджер на полу в своем офисе. Она, должно быть, не заметила, как уронила его. Он прошел весь холл несколько раз, но нигде ее не нашел. Где же она, черт побери? Он увидел свет в комнате архива, и подойдя к окну, заглянул внутрь.
  Мэг посмотрела вверх и увидела, что Бен смотрит в окно. Она помахала ему рукой, чтобы привлечь его внимание, и чуть не потеряла равновесие, но все обошлось. За все ее усилия самый близкий к ней полицейский наградил ее, наступив ей на палец. Ей захотелось закричать от боли. Бен увидел в комнате полицейских и уже собирался уйти, как вдруг увидел какое-то движение под столом. Мэг? Там под столом Мэг? Это же... "Нет, я убью ее", - подумал он и стал пытаться придумать, как выманить полицейских из комнаты.
  
  Глава 27
  
  "Я думаю - мы беременны"
  
  
  Бен сидел за столом и изучал дело, которое Мэг конфисковала из полицейского архива, когда она вышла из спальни, высушивая волосы полотенцем.
  "Я так рада, что выбралась из этой амуниции", - вздохнула она. - "Я просто счастлива, что мы не должны больше работать в участке. Посмотри на мои ногти", - она подняла руку, - "Испорчены. И все из-за этой работы. И по крайней мере, мне не надо больше переодеваться мальчиком", - она ехидно усмехнулась, обращаясь к Бену. "Это напомнило мне, как я услышала в офисе слух, что привлекательный м-р Бич имеет виды на некоего молодого парня по имени м-р Канди", - она отступила на шаг, потому что он потянулся к ней с широкой усмешкой.
  "Иди сюда", - Бен поманил ее указательным пальцем, - "Я покажу тебе, какие именно виды у меня на тебя".
  "Обещаешь?" - спросила она. А потом подошла к нему и, обвив руками его шею, поцеловала его (теперь уже выбритое) лицо. "Ммм, приятно", - поддразнила его она. - "Хочешь показать мне прямо сейчас?" - и она страстно поцеловала его.
  Бен неохотно отстранился и слегка оттолкнул ее. "Я бы хотел показать тебе все сейчас, но я должен закончить с этими отчетами", - он показал на бумаги, разбросанные по столу. "Если ты дашь мне найти потерянный след, то я обещаю, что потом покажу тебе все".
  "Возможно и дам", - ответила Мэг.
  Бен улыбнулся и вернулся к изучению отчетов. "Мэг, посмотри", - он указал на одно место в отчете. "Здесь говорится, что кто-то приходил к Тиму незадолго до меня и нашел его мертвым. Интересно, кто это был и почему об этом нигде не упомянуто? Почему оно закопано в этом отчете? И посмотри на эту страницу. На ней говорится, что мои руки были проверены на следы от пороха. Они не делали мне такого теста. Но тогда почему он есть в отчете? Это же настоящая фальсификация. Зачем они фальсифицировали отчет? И это подводит к еще одному вопросу. Если у них мой пистолет, то какой же был у тебя?"
  Мэг задумчиво посмотрела на него и сделала несколько выводов, ни один из которых ей не нравился. Она не хотела в них верить. Удары были слишком близко от ее дома. "Бен, а ты не думаешь, что это Сара сделала ?" - осторожно спросила она. Бен повернулся и посмотрел на нее. "Я имею в виду, что она была очень зла на Тима, он делал ее жизнь несчастной..."
  "Мэг", - прервал ее Бен. "Я не думаю, что Сара могла сделать что-то подобное. У нее с Тимом были разногласия, но я не думаю, что она ненавидела его достаточно сильно, чтобы убить. Кроме того, она даже не знала, что у меня есть пистолет".
  "Она знала", - поправила его Мэг. - "Я показывала его ей".
  "Не волнуйся", - Бену хотелось убрать с ее лица взволнованное выражение. - "Я не верю, что Сара убила Тима".
  "Спасибо". Мэг была благодарна за его ответ. "Я все время боролась с этой мыслью. Она меня грызла, и я должна была высказать ее, даже если мне не хотелось. А как насчет Марии?" Мэг не была уверена в реакции Бена на этот вопрос.
  "Нет". Ответ Бена был немедленным. "У Марии не было причин убивать Тима. И как и в отношении Сары, я думаю, что она тоже не смогла бы этого сделать. Из того, что незадолго до этого его посетила женщина, не следует, что его убила именно женщина". Он обхватил ее за талию и прижал голову к ее груди, вдыхая ее чистый аромат. Ему всегда нравилось, как она пахла.
  Взгляд Мэг поверх головы Бена был направлен не на полицейский отчет. Она смотрела голодными глазами на наполовину съеденный сэндвич, лежащий на тарелке Бена. "Ты собираешься это есть?" - спросила она.
  Бен посмотрела на нее. "Нет", - сказал он и Мэг дотянулась до сэндвича раньше, чем он договорил. Он посмотрел, как она торопливо доела его порцию. Закончив, она задумчиво облизала пальцы, а он смотрел на нее, насмешливо нахмурив брови.
  "Я все равно голодная", - объявила она и немедленно направилась в маленькую кухоньку. Она побродила там, потом вернулась в столу и села напротив Бена. Он скептически посмотрел на ее тарелку, а она облизывалась в предвкушении удовольствия. Она не съест все это, подумал он. Так, кое-что. У него закрутило живот, как только он посмотрел на ассортимент ингредиентов на ее тарелке.
  Мэг промолчала, но стала готовить нечто на своей тарелке. Она сконструировала сэндвич из разных видов мяса, черных оливок, майонеза и салата, а потом положила сверху брокколи и полила горчицей. Неплохой сэндвич, решил Бен, пока она не дотянулась до ножа и не положила сверху две разрезанные пополам большие клубничины. Она посмотрела на сэндвич, нахмурилась и вернулась на кухню. Оттуда она принесла с собой большую банку клубничного джема. У Бена снова скрутило живот, поскольку она села и намазала на хлеб джем, мешая его с майонезом и горчицей. А потом положила этот хлеб сверху на сэндвич. Бен ожидал, что она возьмет тарелку отнесет ее на кухню и выбросит в мусорку. Но она этого не сделала. Насладившись своим созданием со всех углов, она кивнула головой в знак удовлетворения и улыбнулась Бену. "Хочешь немного?" - спросила она.
  "Конечно, нет", - ответил Бен и недоверчиво посмотрел на нее. "Ты же не собираешься на самом деле это есть?" - не мог не спросить он.
  "Конечно, собираюсь". Она улыбнулась, но он не был уверен, кому предназначалась эта улыбка: ему или сэндвичу. Потом она взяла нож и разрезала сэндвич на 2 половины. Мешанина из джема, майонеза и горчицы потекла с сэндвича липкой массой, и это заставило Бена зажать рот рукой. В ужасе он смотрел, как она берет половину сэндвича и откусывает от него, закрыв глаза и смакуя вкус. От комбинации джема, майонеза и горчицы, прилипшей к ее рту, желудок Бена не выдержал, и он вылетел в ванную, где его стошнило.
  Мэг пошла за ним в ванную, взволнованная его расстройством желудка. В последнее время с ним это бывало часто. Она никогда не знала, что у Бена слабый желудок. Может быть, он подхватил грипп. Раньше она такого не замечала и спросила его об этом несколько дней назад. Это был третий раз, когда его стошнило после обеда. Она действительно должна отвезти его к врачу. Может быть, он подхватил какой-нибудь желудочный вирус. Что бы это ни было, оно вызывало сильные страдания, и он не должен был их терпеть. Она была уже на полпути к ванной, когда поняла, что по-прежнему держит в руке сэндвич. Не увидев места, куда бы его можно было положить, она пожала плечами и вошла в ванную.
  "Бен", - взволнованно спросила она, протягивая ему влажное полотенце, но по-прежнему держа в руке сэндвич, как будто он был из золота.
  "Ты в порядке?"
  Бен посмотрел на нее и полотенце и увидел сэндвич, который она все еще сжимала в руке. Он наклонился над унитазом, и его снова сильно вырвало. Ему показалось, что он умирает. В его животе ничего не было, потому что он не мог есть в эти дни нормальную пищу.
  Бен посмотрел на Мэг, которая все еще сжимала в руке свой сэндвич, как будто боялась, что кто-то отнимет его у нее, если она его положит, и почувствовал, как у него снова поднимается тошнота.
  "Пожалуйста, положи эту штуку", - только и сумел выдавить он, перед тем как снова наклониться над унитазом. Его опять сильно вырвало.
  Мэг посмотрела на свою руку и увидела сначала полотенце, а потом сэндвич. Она совсем забыла, что держит, поэтому просто подняла его и сказала: "О, ты имеешь ввиду это", - а потом сунула сэндвич ему прямо под нос.
  Бену было слишком плохо, чтобы отвечать на это, поэтому он схватил сэндвич, швырнул его в унитаз, закрыл крышку и спустил воду, надеясь, что как только объект раздражения исчезнет, его желудок успокоится.
  "Эй", - запротестовала Мэг. "Я же еще не доела его".
  Бен посмотрел на нее и взял полотенце из ее руки. "Доела". Он вытер рот, а потом подошел к раковине и почистил зубы.
  Мэг немного обиделась на него. "Тот сэндвич был довольно вкусным. По крайней мере, он мог бы спросить ее, прежде чем выкидывать его в туалет".
  В спальне он лег на постель, чувствуя себя немного лучше, но его все еще подташнивало. Мэг легла рядом и потерла его бровь.
  "Бен, тебе действительно надо сходить к врачу", - она погладила его по подбородку. "Это продолжается уже несколько дней. Что-то не так, и я волнуюсь о тебе. Я умру голодной смертью, если ты будешь забирать мою еду и выкидывать ее. Если так пойдет и дальше, ты будешь выкидывать и мою еду и свою, и мы оба погибнем голодной смертью. Я знаю, что фунт здесь - фунт там - это не причинит мне вреда. Но я здесь худею. Может быть, именно так жены становятся такими стройными, как модели. Их мужья подхватывают грипп и не позволяют им есть".
   Бен посмотрел на нее и застонал. "Мэг, как раз это меня мало волнует. Мне не кажется, что тебе грозит стать стройной как фотомодель в ближайшее время".
  "Откуда ты знаешь?" - спросила она. - "Ты не можешь есть и не позволяешь мне. Мне жаль, что тебя тошнит, но я-то голодная", - возмутилась она. Она погладила его по щеке и вдруг увидела на прикроватном столике две шоколадки, оставшихся с прошлой ночи. Она будет лежать рядом с ним, пока ему не станет лучше, но она не собирается при этом голодать. И прежде чем он понял ее намерения, она перегнулась через него, схватила шоколадку и с нетерпением развернула ее. Она уже открыла рот, чтобы почувствовать на языке вкус шоколада, но была неприятно разочарована.
  "Отдай мне!" - Бен схватил шоколадку и бросил ее в мусорку. Мэг была в шоке.
  "Зачем ты это сделал?" - заскулила она. Ей хотелось плакать. Она действительно хотела ту шоколадку. Бен стал таким грубым медведем с тех пор, как заболел этим вирусом. Она ему сочувствовала, но он мог бы, по крайней мере, позволить ей есть. Если бы он не был болен, она бы на самом деле на него разозлилась.
  Бен посмотрел ей в глаза, заметив мрачное выражение на ее лица. Она не знает, подумал он. Она даже не подозревает. Он думал об этом все эти дни и решил, что пришло время ей сказать. Он должен был, иначе она убьет его одним из своих творений.
  "Мэг, любовь моя", - начал он.
  "Да", - сказала она тоном, ясно показывающим, что она не простила ему ни сэндвич, ни шоколадку. "В чем дело?"
  "Мэг..." - начал он снова, а она снова перегнулась через него, схватила оставшийся кусок шоколадки с ночного столика, нетерпеливо развернула его и засунула в рот, прежде чем он смог его забрать. Она почти сделала это.
  "Отдай мне это!" - Он выхватил шоколад у нее из руки и тоже бросил его в мусорный ящик.
  "Бен!" - она потянулась к мусорке. Он поймал ее за руку.
  "Мэг, мы должны поговорить".
   Теперь она уже рассердилась на него. "Говори", - она стала выбираться из постели. " А я пойду на кухню и чего-нибудь поем. Тебе могу принести суп".
  Бен снова зажал рот. "НЕТ!"
  "Почему нет?" - она остановилась. "Я голодная, а ко времени, когда я вернусь, ты тоже проголодаешься. Я принесу тебе чего-нибудь, чтобы успокоить твой живот".
  "Это не поможет".
  "Почему нет?" - повторила она.
  Бен повернул голову и посмотрел ей в глаза. "Мэг, я думаю - мы беременны".
  
  Рикардо встал рано. У него сегодня было много дел и ему нужно было пораньше начать. Кармен сделала для него завтрак. Меньше всего он хотел спорить, поэтому решил молча съесть его. Вообще-то он не был голодным, но поскольку он хотел выбраться из дома, то решил молчать и есть. Он перевернул страницу газеты, и вскоре к нему присоединились сестра и мать. "Доброе утро, Мария. Мама", - приветствовал он их.
  "Доброе утро, Рикардо". Мария обняла его. "Хорошо спал?" Она волновалась о нем с тех пор, как он ушел с работы, но он явно не слонялся без дела.
  "Рикардо, ты должен пойти к капитану и вернуть свою работу. Ты не должен был уходить. Ты любил свою работу", - требовательно сказала Кармен.
  "Все правильно, мама. Любил в напряженном прошлом. Я не хочу об этом говорить". Рикардо устал слышать это каждый день. Он собирался расследовать дело Бена до тех пор, пока не поймет, что дает ему это неприятное чувство.
  В комнату вошел Антонио. "Привет всем. Для меня осталось что-нибудь съедобное?"
  "Антонио! Проходи и садись. И попробуй втолкнуть немного смысла в твоего брата. Ему нужно вернуться на работу в полиции".
  "Мама, пожалуйста. Дай Рикардо и Антонио поесть". Мария встала и обняла Антонио.
  "Снова дают советы, да, братец?" - поддразнил Антонио Рикардо.
  "Что еще новенького скажешь? Сядь. А то я уже скоро уйду". Рикардо был рад видеть брата.
  "Ты еще не нашел работу?" - спросил Антонио, наливая себе кофе.
  "Нет, я работаю над делом Бена. Я постоянно захожу в тупики, и это сводит меня с ума. Я не смогу продвинуться, пока не пойму, в чем дело".
   "Есть какие-то сдвиги?" - с любопытством спросил Антонио.
  "Нет. Родители Мэг отказываются говорить со мной. Черт, я думал, что Хэнк оторвет мне голову, когда я вчера приходил к ним. Они не позволили мне поговорить ни с Сарой, ни с Кейси. С ними что-то происходит. Я не знаю, что. Но я не собираюсь сдаваться, пока не выясню, что именно. Я думаю, что они были бы очень счастливы помочь Бену и Мэг. Ты говорил с кем-нибудь из них, Антонио?"
  "Я приходил домой к Бену этим утром, но никто не открыл дверь. Но я знаю, что Сара и Кейси были дома".
  Рикардо прервал его. " Подожди минуту, Антонио. Сара и Кейси сидят дома у Бена? Это интересно. А заодно объясняет, почему я не смог с ними поговорить. Я думаю, что Хэнк лжет и просто не хочет, чтобы я говорил с ними. Или это они меня избегают. Я должен идти". Он встал из-за стола. "Я позже с вами поболтаю", - сказал он и помчался из дома.
  Антонио посмотрел на Марию. Она была расстроена. Он видел это по ее лицу.
  "Извини, Мария", - извинился он. "С моей стороны было нетактично упоминать при тебе этот дом".
  Она повернулась, пытаясь скрыть то, что на самом деле чувствовала. "Все в порядке, Антонио. Я приняла то, что этот дом сейчас принадлежит Бену и Мэг. Точно также я приняла и то, что Бен теперь принадлежит Мэг", - солгала она.
  "Я знаю, кто убил Тима". - Кармен была сердита, что ее дочь расстроилась. - "Это была Мэг".
  "Мама, прекрати это! Я хочу чтобы ты прекратила выходить на публику с этим ужасным обвинением", - возмутился Антонио.
  "А кто еще имел доступ к оружию Бена? Скажи мне, Антонио. Это была Мэг, а Бен ее защищает. Она мертвой хваткой вцепилась в него". Кармен помахала в воздухе сжатым кулаком. "Но все скоро закончится", - резко сказала она. "С Мэг кое-что произойдет, и Бен с Марией вернутся друг к другу, как и должно быть. Я знаю это. Я видела это в картах". Она улыбнулась и похлопала дочь по руке.
   "Мама, ты действительно должна прекратить сыпать этими ужасными обвинениями, или Рикардо от тебя отвернется. Он с большим трудом старается помочь Бену и Мэг. Он много сделал для этого. Попытайся понять и оставь его в покое. Пожалуйста", - попросил Антонио.
  "Ладно, Антонио", - уступила Кармен. "Но ты увидишь, что я права. Бен вернется туда, где он и должен находиться. К Марии. Ничто не может встать на пути у судьбы. Я права - и ты знаешь, что я права!" Она улыбнулась Марии, которая сидела и молчала, начиная чувствовать беспокойство от замечаний матери.
  
  
  Глава 28
  
  "Дом - там, где сердце"
  
  
  Бена и Мэг, осторожно пробирающихся с пляжа к балконной двери, приветствовала темнота, нарушаемая только тусклым светом уличных фонарей. Это заставило Мэг с печалью подумать, что единственный способ, которым они могут вернуться домой - это взломать его. Но им нужны были деньги и только там они могли безопасно получить их. Они уже думали о том, чтобы взломать сейф в "Бездне", но отказались от этой идеи, так как это был слишком большой риск. У них не было ключей, а система сигнализации там была произведением искусства. К счастью, Бен прятал ключ от дома под подоконником, поскольку Мэг всегда запиралась. Они стояли около дома и терпеливо ждали, когда уйдут Сара и Кейси. Они ждали, потому что знали, что если Сара с Кейси увидят их - то сразу же захотят помочь им, а они не хотели, чтобы их упрятали за пособничество беглецам.
  Они точно не знали, куда собирались идти Сара и Кейси, но те были в доме так долго, что Бен и Мэг начали думать, что они вообще никогда не уйдут. Бен нашел под подоконником ключ, отпер дверь и вошел внутрь. Он быстро нашел панель и отключил сигнализацию. Мэг вошла за ним. Свет с улицы делал маневрирование достаточно легким и без зажигания ярких ламп. Они были благодарны, что Сара с Кейси все время были в доме, потому что в этом случае свет в окнах должен был казаться подозрительным соседям. Бен подошел к сейфу, открыл его, вытащил наличные деньги, и повернувшись к Мэг, проговорил тихо, как будто их мог кто-то услышать: "Поднимись наверх и захвати вещи. И поторопись".
   Мэг поднялась по лестнице и вошла в их спальню в первый раз за эти недели. Все выглядело таким знакомым и приглашающим. Она хотела забраться на их постель и лежать в ней, свернувшись калачиком, пока этот кошмар не кончится. Но она не могла. Этот кошмар не кончится, пока они не найдут убийцу Тима и не поставят его или ее перед фактом. Устало вздохнув, она подошла к шкафу, и вытащив из него небольшую сумку, положила туда туалетные принадлежности и одежду. Потом она подошла к шкафу Бена и запаковала и его вещи тоже. Она закрывала сумку, когда в спальню вошел Бен. Он оглядел спальню с тем же желанием, что и Мэг. Они оба ничего так не желали, как вернуться домой и провести в постели все время, оставшееся до рождения их ребенка. Бен протянул Мэг руки и обнял ее, когда она подошла.
  "Я скучаю по этой комнате", - тихо сказал он ей в волосы. "У нас было здесь столько счастливых моментов. Я не могу дождаться, чтобы вернуться домой и возобновить их. Это будет замечательное время для меня, тебя и..." - он благоговейно коснулся ее живота, - " и нашего ребенка. Для нас - всех троих - снова настанут счастливые времена. Я обещаю тебе".
  "Я тоже скучаю". Она положила голову ему на плечо. "Я скучаю по нашей кровати и по тому, как можно уютно устроиться у тебя под боком ночью". Бен поднял бровь и, отстранившись, посмотрел на нее.
  "Ну, хорошо", - улыбнувшись, исправилась она. "Я уже устраиваюсь у тебя под боком, но я очень хочу делать это в нашей собственной постели".
  Бен посмотрел на нее вредным взглядом. " О, действительно!" - сказал он.
  Мэг увидела этот взгляд и немедленно поняла, о чем он думает. "Бен, не сейчас", - слабо запротестовала она. - "У нас нет на это времени. Перестань".
  Бен продолжал улыбаться, а взгляд его глаз стал еще вреднее. Он был похож на непослушного подростка, чьи родители оставили его дома наедине с подружкой и перехлестывающими через край гормонами.
  "Мы скоро будем дома, я чувствую это". - Мэг попыталась его отвлечь. "Мы всем расскажем о ребенке и устроим этой кровати настоящую тренировку", - пообещала она. Ей хотелось с крыши выкрикивать новости о ребенке. Даже в таких страшных обстоятельствах они оба были счастливы от этого. Они были вместе всего несколько недель, и она была ошеломлена, когда Бен сказал ей, что она может быть беременна. Когда он объявил: "Я думаю - мы беременны", - она посмотрела на него так, как будто он сообщил, что у нее на лбу вырос третий глаз. Она все еще упрекала себя за то, что была такой глупой и не заметила все признаки. А ее чудовищный аппетит должен был стать первым ключом. Она улыбнулась, подумав, что утренняя тошнота Бена - должна была стать вторым. Мэг не сдержала смешок.
  "Что ты находишь таким забавным?" - спросил Бен.
  "Тебя", - ответила она.
  "И что во мне смешного?" - он нажал ей на кончик носа и поцеловал это место.
  "Ничего", - уклонилась она. Они только что были у Тайуса, который подтвердил ее беременность. Она боялась, что он позвонит в полицию, и не хотела идти. Но Бен уверил ее, что Тайус - их друг и поможет им. Тайус доказал, что он настоящий друг, которому можно доверять. Он даже предложил им деньги, но Бен отказался. Он не хотел вовлекать больше людей, чем это было необходимо.
  Бен зашел в ванную и вернулся в комнату, неся в руке несколько вещей. Мэг наблюдала за ним, думая, что никогда не устанет смотреть на его лицо. Он, решила она, из тех людей, которые старятся незаметно. Она не сомневалась, что он будет любить ее и заниматься с ней любовью даже через много лет после того, как его волосы станут серебряными. "Бог мой, как же он красив", - подумала она. -"Я надеюсь, что наш ребенок будет таким же, как он". Она бессознательно потерла живот, как делали будущие матери во все времена.
  "Ты ждешь мальчика или девочку? А может, близнецов? Это было бы мило". - Бен усмехнулся, увидев это движение ее руки и думая о том, как же она похорошела, после того, как забеременела. "Я люблю тебя", - подумал он.
  "Близнецы!" - воскликнула Мэг. "Нет, я думаю, что на этот раз один, но с твоей склонностью к сюрпризам, это может быть и тройня". Она засмеялась, а Бен стал складывать в сумку оставшиеся вещи.
  Бен снял сумку с кровати и оглядел комнату. По его лицу поползла широкая улыбка. Он посмотрел на кровать, а потом на Мэг. "Сейчас как раз мы можем побыть вместе", - сказал он и бросил сумку на пол. А потом взял Мэг за руки и подвел к кровати.
  "Бен", - Мэг осторожно посмотрела на него. "У нас нет времени для..." Он приложил палец к ее губам и потом поцеловал с умопомрачительной страстью. Мэг ужасно хотела его, но риск, на который они пошли, был еще слишком свеж, и она неохотно отпихнула его. "Бен, мы не можем. Что если Кейси и Сара вернутся?" - запротестовала она.
  "Тогда нас поймают", - сказал он, обнимая ее за спину и снова целуя. Он поднял голову и посмотрел ей в глаза. А потом начал расстегивать ее блузку. Она пылала, когда он дотронулся до нее. Когда он стянул блузку с ее плеч, его рука скользнула по ее обнаженным грудям. На ней не было лифчика.
  "Стыд и позор, миссис Эванс", - упрекнул он ее, а сам наклонился и закрыл губами ее ноющую грудь. У нее перехватило дыхание и она громко застонала. Бен немного поднял голову и улыбнулся.
  "Не кричи", - поддразнил он. - "Мы же не хотим, чтобы наши соседи узнали, что мы дома".
  Мэг схватила его за уши, чтобы надрать их, но из ее груди вырвался стон, когда он вернулся к работе над ее трепещущей грудью. Еще раз. Эта мысль вырвалась из ее подсознания. - "Подожди, Бен. Мы не можем..." Его поцелуи переместились от одной ее обнаженной груди к другой. Он мягко защемил ее сосок, а она от этого просто затрепетала. Потом он сомкнул губы вокруг ее ноющего соска и стал сосать. У нее подкосились ноги, и она тяжело прислонилась к нему. Она старалась помнить, что она предполагала остановить его, но ее попытка провалилась, и она знала это. Каждый нежный толчок его губ отсылал ее решение остановить его все дальше и дальше. Ее забывчивость сильно приблизилась, когда она попыталась снова: "Бен, я имею в виду..." Его руки на ее спине стали двигаться вверх и вниз и стали нежно ласкать ее. А она попыталась еще раз. "Бен, если кто-нибудь войдет, мы..." Его поцелуи снова переместились на ее шею, потом он стал ласкать ее груди, и дотянувшись до молнии на ее брюках, он расстегнул ее. Он сунул руку внутрь нее и коснулся ее сердцевины. Она забыла обо всем. "О, Мой Бог", - простонала она.
  "Да, Мэг", - ответил он между поцелуями ее живота. "Все правильно". Она снова застонала. "Мой Бог".
  Бен улыбнулся. "Да, Мэг. Это так, моя любовь", - продолжил он мучить ее своими сокрушительными поцелуями. У Мэг подкосились колени. Она рухнула на кровать, дотянулась до ремня Бена, расстегнула его, а потом и брюки. Она вернулась на кровать и спихнула свои трусики на пол к его брюкам. Они повисли у нее на лодыжках, и она потерла ногу о ногу, чтобы позволить им упасть на пол.
  "А я-то думал, что ты боишься быть пойманной", - поддразнил он ее, скидывая одежду и следуя за ней на кровать.
  "Я, возможно, никогда больше не смогу показаться в этом городе, но я буду безумно счастлива", - озорно улыбнулась она. - "Ты начал это. А теперь закончи", - потребовала она и притянула его к себе.
   Бен одевался, когда Мэг вышла из ванной в теплом костюме с капюшоном, черного цвета. "Я думаю, нам пора идти", - сказала она.
  После того, как он залез в кровать с ней на руках, он должен был согласиться.
  "Да, так будет лучше. Мы не можем предоставить Кейси и Саре шанс вернуться домой и найти нас здесь".
  
  Спускаясь по лестнице, они услышали на улице голоса Кейси и Сары. Мэг замерла, когда они услышали звук ключа, поворачивающегося в замке. А потом они услышали голос Рикардо.
  "Кейси, Сара. У вас есть несколько минут? Я бы хотел с вами поговорить".
  "Рикардо, что ты здесь делаешь?" - подозрительно спросила Сара. "Бена и Мэг здесь нет, и нам нечего тебе сказать. Так что, до свидания". Дверь качнулась.
  "Я уже пытался говорить с вами обоими, но у меня есть странное чувство, что вы меня избегаете", - сказал он.
  Бен прижал палец к губам Мэг, показывая, что она должна не издать ни звука, а сам сошел вниз и подошел к двери на балкон.
  "Рикардо, мы тебя не избегаем. Почему ты так думаешь?" - отверг обвинение Кейси. "Я думал, что ты уволился из полиции. Так почему ты по-прежнему задаешь вопросы по делу Бена? Мы с Сарой просто присматриваем за домом Бена и Мэг".
  "Кейси, я задаю вопросы как друг". Список подозреваемых рос, и он не мог исключить никого. У всех был мотив для убийства Тима. Хэнк, Кейси, Сара, Джоан. И этот список пополнялся ежедневно. Все угрожали убить Тима по той или иной причине. И была еще Мэг. Она очень быстро становилась самой активной подозреваемой. Он не хотел этого признавать, но возможно, его мать была права. Возможно, это Мэг убила Тима.
  "И что ты хочешь знать?" - спросил Кейси.
  "Как думаешь, мы можем зайти внутрь?" - спросил Рикардо, делая движение в сторону двери.
  Бен и Мэг вышли через балкон, спустились по лестнице и остановились около дома Бетт, чтобы собраться с мыслями. "Они были так близко!" - засмеялась Мэг.
  Бен захихикал и схватился за грудь. "Я думал, что у меня будет сердечный приступ! Рикардо арестовал бы меня на месте. Не помню, когда в последний раз так пугался". Он притянул к себе Мэг, и они рука об руку пошли вниз по дороге.
  Внезапно и неизвестно откуда замигали огни, и полицейский закричал им: "Стоять на месте!"
  Мэг посмотрела на Бена. Ее глаза были широко раскрыты, как у испуганного зайца. Она была в ужасе.
  "Что за черт?" - Рикардо услышал снаружи волнение и заметил полицейские мигалки.
  "Я не знаю", - ответил Кейси и вместе с ним и Сарой подбежал к балконным дверям.
  Бен сильно сжал руку Мэг. "Бежим!" - крикнул он и потянул ее за собой. Они обогнули дом Бетт и увидели Кейси, Сару и Рикардо, стоящих на балконе. Мэг остановила Бена и потянула его к открытому балкону Бетт. Она знала, что Бетт никогда не запирает балкон, когда сидит дома.
  Бетт сидела в кресле и читала книгу, когда они пронеслись через ее гостиную. Она посмотрела на них поверх очков для чтения и улыбнулась. "Булочка! Большой парень!" Бен прижал палец к губам, призывая ее к молчанию. Мэг осторожно выглянула на улицу, чтобы посмотреть, нет ли там полиции. Она подозвала Бена, и они вышли через входную дверь. Как только дверь за ними закрылась, к Бетт нагрянула куча незваных гостей - Рикардо, Кейси и Сара влетели в ее гостиную и понеслись за беглецами через входную дверь.
  "Эй! Вам что здесь, гулянка?" - закричала она, вставая на ноги. "Я чувствую, что все же нужно запереть эти двери". Что она быстро и сделала. На случай, если полиция захочет нанести ей незапланированный визит. Они могут подойти к входной двери и постучать, как обычные люди, решила она и закрыла замок на дополнительный оборот, чтобы быть уверенной, что он выдержит.
  Бен и Мэг побежали вниз по улице и потом свернули в какой-то переулок. Бен благодарил Бога за темноту, которая помогла им сбежать. Кажется, полиция устроила им "веселую жизнь", несмотря на то, что местность им незнакома. Он-то знал эту местность очень хорошо. Они будут в безопасности, как только вернутся на пляж и смогут добраться до скрытого пакгауза недалеко от пирса.
  Они нырнули под высокий кустарник, и Бен, схватив Мэг за руку, потянул ее за собой. "Мэг, ты помнишь пакгауз, который я показывал тебе однажды? В нем часто играют дети". Он тяжело дышал и говорил с трудом.
  "Да, помню". Мэг тоже старалась выровнять дыхание. "И что?"
  Бен огляделся. Они слышали шум и знали, что полиция близко. "Мэг, мы направляемся туда. Если что-нибудь случится - иди туда и не забудь подарок, который я тебе дал, когда мы уходили с яхты!"
  "Я помню о нем, но зачем ты мне все это говоришь? Нам ведь обоим нужно добраться до этого пакгауза, верно?" И тут сердце Мэн пронзил страх. "Ты ведь не собираешься возвращаться. Нет, я не позволю тебе уйти. Пошли". Она потащила его за руку. "Нам надо идти".
  "Мэг, просто слушай, что я говорю. Я не хотел тебя пугать. У нас мало времени, так что слушай внимательно. Если мы разойдемся, используй..." Бена прервал какой-то голос: "Здесь! Они здесь!". Они рванули из-за ограды и побежали вниз по переулку.
  В конце переулка какой-то чрезмерно усердный полицейский наставил на них оружие и закричал: "Стойте, или я буду стрелять!"
  Сара увидела, как его оружие направилось в спины убегающих Бена и Мэг. Она, не раздумывая, бросилась на полицейского, и его пистолет выстрелил.
  "НЕТ", - в унисон закричали Кейси и Рикардо, когда Сара и полицейский упали на землю.
  Бен не знал точно, что произошло, но знал, что что-то было не так. Боль в голове была сильной. Он отпустил руку Мэг и потрогал голову, там, где чувствовал боль. Его рука окрасилась кровью. Его ранили. Он почувствовал слабость, но закричал Мэг: "Беги, Беги! Мэг, беги и не останавливайся!"
  "Нет!" - закричала Мэг. - "Я не оставлю тебя!"
  "Беги!" - крикнул Бен. - "Беги сейчас же! Пожалуйста, не спорь со мной! Просто беги! Пожалуйста!" Мэг заплакала.
  "Пожалуйста, сделай это для меня!" - попросил Бен. - "Я встречусь с тобой в пакгаузе".
  Она хотела остаться с Беном, но сделала, как он ей велел. Она побежала к пакгаузу.
  Когда она добежала до него, то с трудом открыла дверь и вошла внутрь, тяжело дыша от напряжения. Внутри было темно, но она нашла уголок и, сжавшись там, стала ждать Бена. Она не знала, что пуля полицейского, несмотря на усилия Сары, все же попала в него.
  
  Бен подошел к складам позади Серфинг Центра и спрятался за ними. Он слабел, но гораздо больше волновался о Мэг. Он знал, что теперь не сможет ей помочь. По его лицу текла кровь, и голова ужасно болела. К нему приблизились две фигуры, но он понял, что слишком слаб, чтобы драться. У него не было сил. Темнота накрыла его, и он упал, прошептав имя Мэг.
  
  Мэг сидела и раскачивалась. Полиция поймала Бена. Это было единственной причиной того, что его здесь не было. Ей хотелось плакать, но она боролась с этим всеми силами. Она должна сделать все, как просил Бен. Она потрогала подарок, который он сказал ей использовать, и попыталась решить, что же ей делать. Голоса стали ближе, и она узнала голос Рикардо.
  "Давайте посмотрим здесь, в старом пакгаузе", - сказал Рикардо Кейси и Саре. Они заглянули в открытую дверь. Внутри никого не было.
  
  Глава 29
  
  "Потерявшиеся и одинокие"
  
  
  Бен проснулся с ужасной головной болью, а во рту у него было такое ощущение, будто кто-то набил его бумагой. Комната стала расплываться у него перед глазами, когда он попытался оглядеться. "Где я?" - подумал он. В голове у него пульсировала боль, и было трудно двигаться. Он поднес к голове руку и понял, что рану на лбу закрывает повязка. Он не мог понять, где он, и попытался сесть. Но у него закружилась голова, и от слабости он упал обратно на подушку. Он повернул голову, сражаясь с темнотой, которая манила его, но он был для этого еще слишком слаб. Бен потерял сознание, так и не поняв, где он.
  
  Мэг была в ужасе и почти в панике. Она остановилась и села на скамейку в парке, чтобы передохнуть. Она не хотела перенапрягаться. Она должна быть осторожна ради ребенка. Она была благодарна, что у нее есть деньги из тех, что они взяли из сейфа в доме. Она возражала, когда Бен сунул их в карман ее куртки. Но свои сумки с одеждой они потеряли во время погони. Мэг была одинока, испугана и очень волновалась о Бене. Она благоговейно прикоснулась к животу и вслух спросила: "Где же твой папочка, малыш?" Ей отчаянно хотелось позвонить родителям, но она знала, что это слишком опасно. Она сидела на скамейке и пыталась успокоить свое бешено бьющееся сердце.
  "Я могу это сделать", - сказала она, вызывая в себе храбрость. - "Все, что я должна сделать - это посидеть здесь минуту, собраться с мыслями и придумать план. И я должна найти Бена. Что Бен хотел, чтобы я сделала?" - спросила она себя. И снова постаралась собраться с мыслями. Ожерелье! Она рассеяно теребила на шее ожерелье и вдруг поняла, чего именно хотел от нее Бен. Она почти забыла о ключе, который он сунул ей в бюстгальтер на яхте и его обещание, сказанное ей шепотом: "Пусть он хранит тебя в безопасности". Сейчас она как раз в ней нуждалась, и ей нужно было безопасное место для их ребенка, чтобы устроить мозговой штурм и найти Бена. Она надела тогда ключ на цепочку, что была у нее на шее, и теперь вспомнила свое обещание, данное Бену, всегда носить его с собой. Она сняла ключ с цепочки, поднесла к полосе света от фонаря и посмотрела на него. На обратной стороне было написано - "SBX - 78904". Что же это может означать, черт возьми? SBX, SBX - повторяла она снова и снова. Аэропорт! Она внезапно поняла. Это же ключ от камеры хранения в аэропорту! Она должна поехать туда и найти эту камеру хранения, но сперва ей нужно найти кого-то, кто бы помог ей туда попасть. И был только один человек, которого она знала и которому могла доверять. Он был совсем близко. Бен не сказал ей, зачем, но сказал, что она всегда может обратиться к нему за помощью, если они разойдутся. Она встала и пошла, стараясь оставаться в тени и молясь, чтобы он был на месте.
  
  Бен снова проснулся от прикосновения к своему лицу холодного полотенца. У него по-прежнему болела голова, и он не знал, где находится и с кем. И как сюда попал. Комната была освещена только лампой с ночного столика, а тяжелые портьеры не пропускали ни единого лучика. Он не представлял, день сейчас или ночь. И как долго он уже здесь. Он все еще не мог сфокусировать взгляд на окружающей обстановке. "Где я?" - спросил он людей, которые о нем заботились, но они не отвечали. Вместо этого какая-то женщина встала со стула около его постели и пошла прочь. Он дотянулся до ее руки и остановил ее. "Пожалуйста, скажите, где я?" - обратился он к ней. "Кто вы?" Все, что он смог увидеть - это затылок этой женщины, когда она вырвала руку и молча ушла из комнаты. Бен попытался подняться, но он был все еще слишком слаб. Его мысли занимало только то, как ему добраться до Мэг. Мэг и ребенка. "О боже, ребенок!" - подумал он. А что, если что-то случится с ней и ребенком? Он не мог вынести этой мысли. Она была там одна, и он мог только надеяться, что она помнит то, что он ей сказал. Если она сделала все, как он ее инструктировал, они оба должны быть в безопасности. Он должен за это держаться. Ничего другого не должно произойти. У него еще сильнее закружилась голова, и он потрогал повязку на лбу, задаваясь вопросом, насколько серьезна его рана. Он отключился, прежде чем смог довести до конца это действие, и его рука безвольно упала на постель.
  
  Мэг достигла своего места назначения и постучала в дверь. На ее счастье, ей быстро открыли. "Антонио, помоги мне!" - заплакала она, рухнув ему на руки.
  "Мэг, ч-что..." Антонио осторожно провел ее в миссию и посадил на скамейку, Мэг села на нее и безудержно разрыдалась. Он закрыл и запер двери, а потом вернулся к ней. "Мэг, где Бен?" - Он понял, что с ним что-то произошло, раз его не было с Мэг. Что-то пошло не так, как они рассчитывали, подумал он.
  "Бен... его арестовала полиция", - трудом выдавила она в перерыве между всхлипами. "Мы пришли домой за вещами и деньгами, а туда вернулись Кейси и Сара, и потом Рикардо и полиция..."
  "Мэг, ты не должна мне ничего сейчас объяснять ", - успокоил он ее, мягко погладив по плечу. - "Я сделаю все, чтобы тебе помочь, но сначала нам нужно позаботиться о тебе. Ты выглядишь измученной. Пойдем, я дам тебе чего-нибудь поесть. Ты сможешь принять душ, и я уверен, что мы найдем тебе смену одежды. Это прозаично, но когда Франческа уезжала, она оставила здесь кое что из своих вещей. Я уверен, что мы тебе что-нибудь подберем. А я тем временем посмотрю, что я смогу узнать о Бене".
  
  "Бен, я здесь", - Бен улыбнулся, услышав милый его сердцу голос Мэг. - "Я и малыш здесь, с тобой. Все кончилось, моя любовь. С тобой все в порядке, и мы с тобой теперь можем быть вместе. Полиция нашла убийцу Тима, и теперь все в порядке". Мэг наклонилась, чтобы поцеловать его, но вдруг внезапно исчезла. "Мэг! МЭГ!" - закричал он и понял, что снова заснул. Кто-то положил руки ему на плечи, заставляя его лечь. И он сразу же понял, что эти руки не принадлежат Мэг.
  "Шшш. Все хорошо", - голос постарался успокоить его. "Это был просто плохой сон. У тебя лихорадка, но я думаю, что она уходит". Она утешала его, и руки, не принадлежащие Мэг, трогали его лицо и лоб, - "Все будет хорошо".
  Бен сразу же узнал голос и открыл глаза. "Мария? Это ты?"
  "Да, Англичанин. Я позабочусь о тебе. Тебе скоро станет лучше. Я хорошо забочусь о тебе. У тебя плохая рана на лбу. Слава Богу, пуля только задела твою голову. Я надеюсь, что шрама не останется". Она потрогала его повязку и погладила его бровь. "Мама принесет тебе кое-что поесть. Тебе на самом деле скоро станет лучше".
  Мария и Кармен! Бен еще больше озадачился. Он в доме Кармен? Как же, черт возьми, он сюда попал?
  "Как я сюда попал?" - озвучил он свой вопрос.
   Мария улыбнулась и ласково погладила его бровь. "Мама и я нашли тебя недалеко от склада. Тебе нужна была помощь, поэтому мы привезли тебя сюда, чтобы позаботиться о тебе". Она погладила его по щеке.
  "Мария, как ты меня сюда привезла? И где Мэг? Ты ее видела?" - он поймал ее руку и остановил.
  "Бен, я отвечу по порядку", - вполголоса ответила та. "Мы помогли тебе сесть на нашу машину и привезли тебя сюда, когда поняли, что ты ранен. Мы не хотели, чтобы полиция нашла тебя". Она встала со стула и взяла кастрюлю воды, так что Бен уже не мог видеть ее лицо. "Я не видела Мэг". Мысль о том, что Мэг оставила Бена в таком положении, приводила ее в бешенство. Это все вина Мэг, подумала она, и она не волновалась о ней. "Мэг может сама о себе позаботиться. Я надеюсь, что она под полицейской опекой. Она это заслужила за то, что оставила Бена умирать. А я сама забочусь о нем".
  "О, я вижу, что наш гость наконец-то проснулся". Кармен вплыла в комнату, неся в руках поднос с едой. "Бен, ты должен быть голодным. Я принесла тебе кое-что поесть", - она передала поднос Марии. " И я оставлю вас одних", - сказала она и, раздвинув занавеску из бусин, вышла.
  Мария помогла Бену сесть, подложив ему под спину подушки, и попыталась покормить Бена с ложки, но он в протесте поднял руку. "Мария, я не хочу есть. Я должен встать и найти Мэг. Помоги мне вылезти из этой кровати, и я смогу ее найти. Я очень ценю все, что вы с Кармен сделали, чтобы помочь мне, но я должен идти". Он снова попытался встать, хотя его голова разрывалась от боли.
  "Бен, ты не в том состоянии, чтобы куда бы то ни было идти", - запротестовала Мария. "С Мэг все будет в порядке", - вступила она в противоборство с его попытками встать. "Мэг - сильная, а когда тебе будет лучше, я помогу тебе найти ее", - солгала она.
  
  Мэг рассказала Антонио о своем приключении, когда закончила есть. Она рассказала ему все, что могла, опустив только несколько деталей. Потом она рассказала ему о ключе, который Бен дал ей вместе с загадочной клятвой. Их разговор прервал телефонный звонок.
  "Прошу прощения", - извинился он и подошел к телефону. "Алло? О, привет, Габи!" - назвал он имя звонившего, и Мэг подбежала к нему.
  "Да", - снова сказал он в трубку. - "Я слышал, что сегодняшним вечером арестовали Бена и Мэг. Это правда?"
  Он посмотрел на Мэг, с тревогой ожидавшую каких-либо новостей о Бене. "Это точно? И что же, они думают, произошло?". Мэг не нравилось слышать только то, что он говорил, и ей хотелось слышать, что говорит Габи. "Я рад, что ты позвонила, Габи. Пока". Он повесил трубку.
  "Ну?" - Мэг с тревогой ждала ответа.
  "Габи сказала, что полиция не нашла ни тебя, ни Бена. Она сказала, что они все еще ищут вас обоих. Мне жаль, Мэг". Антонио обнял ее. "С ним все будет в порядке", - утешил он ее. "Бен - сильный, и я знаю, что он выходил из худших положений, чем это. То, что его не нашли - это хорошие новости. Вероятно, сейчас он где-то ищет тебя".
  "Наверное, я должна быть благодарна, что он не в полиции, но что, если та пуля все же ранила его, Антонио?" Мэг снова испытала ужас. "Он может быть серьезно ранен, и он нуждается во мне. Что если он лежит где-то раненый или..." Эта последняя мысль ранила ее подобно раскаленному ножу. "Мэг, не думай об этом. Мы должны думать о хорошем. С Беном все будет в порядке. Ты упоминала ключ", - резко сменил он тему разговора, чтобы отвлечь ее. "Я могу посмотреть?" Мэг сняла с шеи цепочку и передала ему. "Я думаю, что он от банковского сейфа или от камеры хранения в аэропорту", - объяснила она и показала ему надпись на ключе. "SBX 78904".
  "Ты права. Это ключ от камеры хранения в аэропорту". Антонио осматривал ключ, уже зная, что на нем написано и для чего он предназначен. "Я отвезу тебя туда. Я не могу позволить тебе ехать туда одной". Он узнал этот ключ и его назначение. И он знал людей, которые могли убить за те секреты, которые мог открыть этот ключ. "Пожалуйста, Боже", - про себя помолился он. "Пусть Бен объявится раньше, чем она откроет эту Шкатулку Пандоры".
  "Спасибо, Антонио". Мэг была счастлива. Она не хотела ехать туда одна и была рада иметь помощь в своих поисках. Она должна найти Бена.
  Антонио посмотрел на нее и про себя подумал: " Будешь ли ты когда-либо еще счастлива, после того, как откроешь то, что запирает этот ключ? Надеюсь, что ты сможешь жить с этими тайнами". А вслух он произнес: "Я сейчас вернусь. Я должен подогнать машину".
  Выйдя за дверь, он сунул руку в карман и вытащил точно такой же ключ. Он перевернул его - на нем было написано: "SBX 78905". Та же самая гравировка, что и на ключе Мэг, только номера разные. "О, Мэг ", - подумал он, задумчиво глядя на закрытую дверь. - "Я могу только молиться, чтобы ты была готова к этому". Антонио подвел машину и убедился, что вокруг нет ни души. Он зашел за Мэг. Они сели в машину и направились в аэропорт, не зная, что они не одни. Они не заметили, что припаркованная на другой стороне улицы машина следит за ними и преследует их на заметной дистанции.
  
  Глава 30
  
  "Это была Кармен!"
  
  
  Когда Бен сидел на кровати несколькими часами позже, то он чувствовал себя уже много лучше. Он слышал, как Мария и Кармен ведут довольно громкий и односторонний разговор. В основном говорила Кармен, но он не мог разобрать слова из-за шума, производимого мытьем посуды. "Я должен выбраться отсюда", - подумал он и перешел к активным действиям, поднявшись с кровати. У него закружилась голова, и он сел обратно. Он сидел, пока комната не перестала вращаться у него перед глазами и пока не прошла тошнота. Он не мог решить, тошнит ли его из-за раны на голове или из-за новой встречи с "утренней тошнотой". Поскольку Мэг здесь не было и еда не была тошнотворной, он заключил, что причиной тошноты была его рана на голове.
  "Бен! Что ты делаешь?" В комнату влетела Мария и поймала его за руку. "Ты не можешь вставать. Ты еще слишком слаб. Ты можешь причинить себе вред, а я этого не допущу", - упрекнула она его. - "Ложись".
  "Нет", - отказался Бен. - "Мария, ты что не понимаешь? Я должен найти Мэг. Она нуждается во мне".
  "Я тоже нуждаюсь в тебе - я имею в виду, что тебе станет лучше, и мы оба поищем ее вместе. Я обещаю это, если ты ляжешь и будешь хорошим мальчиком". Она погладила его по щеке. "Я помогу тебе найти Мэг, когда тебе станет лучше. Я обещаю", - поклялась она. У нее не было намерений исполнять эту клятву, но Бен не должен был об этом знать. Она пообещает ему все, что угодно, чтобы заставить его лечь. Что касается Мэг - то, если она потеряется и потеряется навсегда, то, может, по кое чему Мария и будет скучать, но, конечно, не по ней. "Давай, Бен. Ляг, пожалуйста. Тебе нужно отдохнуть", - сказала она, взбивая подушку.
  Бен снова отказался. "Послушай, Мария", - он взял ее руку, и это заставило ее задрожать. "Так происходит всегда, когда он касается меня", -подумала она. "Я на самом деле ценю то, что ты и Кармен сделали для меня. Без тебя, я, вероятно, был бы сейчас мертв. Я правда тебе благодарен. Но у меня нет времени, чтобы отдыхать. Я должен найти Мэг".
  Мэг! - закричал разум Марии. Всегда Мэг! Одно упоминание ее имени приводило Марию в бешенство. Бен произнес его с таким почтение в голосе, что это жутко прошлось по ее нервам. Как будто по стеклянной доске провели ногтем. Она ненавидела это. Если так будет и дальше, он никогда не вернется к ней. Но она должна была заставить Бена лечь, поэтому она совладала со своим гневом и притворилась, что все нормально, чтобы успокоить его.
  "Ладно", - согласилась она. "Ты должен переодеться и тогда мы будем вычислять, куда..."
  "Мария!" - закричала Кармен. "Выйди, пожалуйста, на кухню". Кармен кивнула головой в направлении двери, прерывая их разговор, и величественно выплыла за дверь.
  "Да, мама", - кротко согласилась Мария и повернулась к Бену, который сдался своей слабости и лег на постель. "Отдыхай!" - она погладила его по щеке. "Когда я вернусь, мы составим планы, как найти Мэг". Она отчаянно хотела наклониться и поцеловать его, но решила, что сейчас еще не время говорить, что она на самом деле чувствует к нему. Сначала она должна заставить его выбросить из головы Мэг.
  
  Рикардо вышел из машины и прошел через автостоянку к полицейскому участку. Он в конце концов решил, что пришло время поговорить с шерифом о его возвращении на работу. После того, как он видел Бена и беспомощно смотрел, как один из его собратьев в синей форме пытался застрелить двух безоружных людей, он чувствовал, что должен вернуться и посмотреть, что он может сделать, чтобы помочь им. Он должен что-то сделать и для Сары, которую арестовали за то, что она толкнула полицейского, чтобы его пистолет выстрелил. Она сделала это в попытке защитить Бена и свою сестру, и те смогли бежать. Сейчас Сара была гостем полиции Сансет Бич. Еще одна беззалоговая жертва Хэйлли. Он считал, что он может или пойти и вернуть себе работу и помочь ей, или смириться с тем, что Кейси стал постоянным жильцом его дома. Он хотел, чтобы Кейси вернулся домой. Тот был хорошим другом, но чрезвычайно паршивым соседом. Кейси требовал, чтобы он помог вытащить из тюрьмы Сару, и это разрушало его личную жизнь. Кейси плакал на плече Габи, а он хотел, чтобы Габи была на его плече. Чего не сделаешь ради любимой женщины, улыбнулся он про себя.
  Потерявшись в своих мечтаниях, он удивился, когда увидел, что машина Мэг все еще стоит на том же самом месте, что и в утро слушания залога. Хмм, подумал он про себя, интересно, почему никто не пригнал ее к ее дому. Он подошел и заглянул внутрь.
  Дверца не была заперта. Он улыбнулся, думая о том, насколько доверчива Мэг. Наклоняясь внутрь машины, он уронил свои ключи на пол салона и нагнулся, чтобы поднять их. И заметил под сидением пистолет. Вытащив из кармана носовой платок, он взял им пистолет, отметив, что он того же самого калибра, что и оружие убийства. Почему в машине Мэг этот пистолет? - подумал он. И что более важно - почему он так похож на тот, из которого застрелили Тима? Решив взять пистолет на экспертизу, он обернул его платком и сунул в карман. Больше ничего интересного в машине не было, поэтому он закрыл дверцу и ушел.
  Что-то по прежнему грызло Рикардо, пока он ехал пути в участок. И он стал прокручивать в голове список подозреваемых. Первыми были Хэнк и Джоан. Самая нервная пара из тех, что он когда-либо видел. Он понимал, что то, что Бен с Мэг находятся в бегах, могло быть причиной их нервозности, но Джоан и Хэнк не были образцом для подражания. Тим причинил вред Мэг. Они много делали для него, пока он рос, а он предал их, напав на их дочь. Могла ли месть быть достаточной причиной для кого-либо из них, чтобы убить Тима? Дальше следовали Сара и Кейси, которые в последнее время были совершенно неразлучны. Куда один - туда и другой. Если ты говоришь с одним - отвечает другой. Не были ли они так неразлучны из-за того, что что-то знают и хотят быть уверенными, что каждый точно придерживается своей истории? Он знал, что Тим шантажировал Сару до тех пор, пока она не призналась в своих грехах. Во всем ли она призналась, или она убила Тима, чтобы он не выдал то, о чем она промолчала? Убил ли его Кейси, чтобы он перестал шантажировать Сару? Сейчас Сара в тюрьме, и если он вернет себе работу, то сможет поговорить с ней без их, сознательно созданных, препятствий.
   Еще был Роджер, бармен из "Бездны", который таинственно исчез и никто о нем ничего не слышал и не видел его с ночи, когда Тим устроил ту сцену в "Бездне". Возможно, он просто решил взять законный отпуск, но Рикардо так не думал. Но он также знал, что большинство мотивов этих людей очень шатки. Однако было имя, которое стояло во главе списка, и у него был самый лучший мотив из всех. Это имя было - Мэг.
  
  Бен решил, что он ждал достаточно долго. Снова встав с кровати, он, еще не очень понимая, где находится, набросил на себя одежду и натянул обувь. Потом, пошатываясь, подошел к двери и открыл ее. Он услышал, как Мария и Кармен ведут очень жаркий спор, и пошел в направлении их голосов.
  "Мария", - слабо позвал он, прислонившись к стене.
  "Бен, я же сказала тебе оставаться в постели, а теперь только посмотри на себя!" - она подбежала к нему и помогла сесть на диван. "Ты не в состоянии куда-либо идти".
  "Бен, почему ты не позволяешь Марии заботиться о тебе? Ты там, где и должен быть", - вступила в разговор Кармен. "То, что мы с Марией нашли тебя на аллее, было знаком судьбы. Судьба всегда возвращает тебя к моей Марии".
  "Я должен быть с Мэг, Кармен". Бен уже устал от Кармен и ее предсказаний судьбы. Он больше не находил их просто докучливыми - они уже злили его, потому что он устал их слышать. Особенно сейчас, когда он волновался о Мэг. Он повернулся к Марии. "Ты обещала мне, что поможешь найти ее. Я должен пойти искать ее прямо сейчас". Он был настойчив.
  "Мария! Ты ведь не обещала ему этого?" Кармен была возмущена этой идеей. "Что с тобой не так?" - сердито спросила она. "Бен, ты никуда не пойдешь. Ты останешься с Марией, и это окончательно. Если бы Мэг не убила Тима, с тобой было бы все хорошо, и ты мог бы быть с Марией, как и было вам предназначено".
  Бен повернулся к ней, и его глаза потемнели от гнева. Это был взгляд, который всех, кто его знал, учил осторожности. "Кармен", - сказал он тоном, который был холоднее льда. "Мэг никого не убивала и, если вы снова кому-нибудь скажете это, я задушу вас голыми руками. Вы слышите меня?" - закричал он. "Вы хотите поговорить о судьбе и предназначении? Я расскажу вам о судьбе и предназначении моей жизни. Это Мэг!" - сообщил он совершенно недвусмысленно. "Нет ничего, что вы или ваши проклятые карты можете сделать, сказать или изменить". Он посмотрел на Марию. "Я ухожу с твоей помощью или без нее. Я иду искать Мэг".
  
  Встреча Рикардо с капитаном прошла хорошо. Ему вернули его должность в полиции. И он должен был признать, что ему приятно было снова надеть свой значок. У него не было проблем с объяснением его чувств в отношении этого дела и с противоречиями, которые он нашел при проведении собственного расследования. Капитан разрешил ему снова открыть это дело, но начинать ему пришлось с нуля, потому что дело Бена таинственно исчезло из 17-го округа.
  "Детектив Торрес. Вот отчет об отпечатках пальцев, который вы просили". В его офис вошел офицер Смит и передал ему отчет. "Я могу сэкономить ваше время на его просмотр. Там ничего нет. Но есть кое-что, что вы должны знать. Пистолет зарегистрирован на того, на кого вы и думали. Об этом есть запись. Мне жаль". Офицер Смит извинился и ушел, передав отчет Рикардо. Тот нахмурился.
  
  "Бен, пожалуйста, не делай этого. Останься с нами. Мы позаботимся о тебе, разве не так, мама?" - попросила Мария. "Если будет нужно, мы уедем из страны, и полиция никогда тебя не найдет". Мария начала впадать в отчаяние. Она не может позволить Бену снова найти Мэг. В этом случае она его точно потеряет. Она знала это.
  Бен положил руки ей на плечи. "Я ценю все, что ты и твоя мать сделали для меня, но я должен найти Мэг. Она нуждается во мне. Я думал, что ты поняла это". Его глаза просили о понимании.
  "Мэг - большая девочка. Она может сама о себе позаботиться", - снова вмешалась Кармен. "Она сама влезла в этот хаос и сама из него выберется".
  "Кармен, если вы не против, то я хотел бы поговорить с Марией наедине". Бена начали раздражать ее постоянные вмешательства. Она всегда так делала, когда они с Марией были женаты. Он был уверен, что такие люди как Кармен и дали тещам плохую репутацию. Бог знает, что она сделала его жизнь достаточно несчастной.
  "Мы сделали много, чтобы помочь тебе, Бен, но мне очевидно, что ты этого не ценишь", - возмутилась Кармен. "Рикардо очень рисковал, пытаясь помочь доказать твою невиновность, и ты даже не представляешь, чем пожертвовала Мария ради тебя. А ты все думаешь о Мэг! Я не понимаю, чем она тебя держит. Я на самом деле не..."
  "Кармен, вы не знаете, о чем говорите", - сказал Бен, подходя к ней от внезапного прилива энергии. "Да, Мэг держит меня. Я ее люблю. Я не думаю, что вы когда-нибудь узнаете, что это такое, потому что вас никто не любит, Кармен. Вы не позволяете этого. Я люблю Мэг всем своим сердцем, а сейчас, когда она носит нашего ребенка, я люблю ее еще больше. А теперь, уйдите с моего пути!" - закричал он ей. "Я иду искать свою жену!"
  Что он сказал? Мария была ошеломлена так, что едва не потеряла дар речи. Он сказал, что Мэг - беременна? Внутри нее поднялся тяжелый гнев, который она с трудом могла контролировать. Нет, этого не может быть. У Мэг не будет его ребенка! Этого не должно было случиться. Она должна быть матерью его детей. Наконец она обрела дар речи: "Бен, ты хочешь сказать, что Мэг бе-беременна?"
  Бен выглядел удивленным. Он и не заметил, что сказал это. Он в первый раз поделился с кем-то этой новостью, и она просто вылетела у него. Он улыбнулся, подумав об их ребенке. "Да. Да, она беременна, Мария. У нас будет ребенок. Теперь ты понимаешь, почему важно ее найти?"
  
  Рикардо был ошеломлен. Пистолет зарегистрирован на его мать! Он уронил отчет на стол в ошеломленном молчании. Зачем его матери пистолет и, что более важно, как он оказался под сидением в машине Мэг? В этом не было смысла, но кое в чем он был уверен. И он собирался все выяснить и выяснить сейчас. Он позвонил Антонио в миссию, чтобы попросить его приехать в дом их матери, но Антонио не было на месте. У Рикардо было некое чувство, которое предвещало неприятности. Он должен поговорить с матерью. И схватив со стула свою куртку, он вышел за дверь.
  
  Бен обошел Кармен и осторожно пошел к двери. Мария смотрела на него с отчаянием. Кармен бросилась к двери и загородила ее собой. "Кармен, у меня действительно нет для этого времени". Он прижал руку ко лбу. Его рана болела все сильнее.
  "Бен, я не позволю тебе уйти от Марии и снова причинить ей боль", - резко сказала ему Кармен. "Я лучше увижу тебя мертвым, чем буду снова видеть свою дочь расстроенной. Я не позволю тебе найти Мэг и смотреть каждый день на толчки вашего отродья. Мэг будет сидеть в тюрьме, а ваше порождение дьявола будет гнить в аду. Ты никогда больше ее не увидишь, потому что умрешь".
  Бен смотрел на Кармен, как будто она потеряла рассудок, а потом в шоке понял, что это так и есть. Ненависть, которую она изрыгала, говорила о том, что она перешла через край. Он открыл рот, чтобы заговорить, но та продолжила: "Если ты не достанешься моей Марии, я удостоверюсь, что ты не достанешься и Мэг", - заорала она. "Мария опечалится на время, но она с этим справится. Мэг будет сидеть в тюрьме за убийство Тима. А я буду на это смотреть. Мария, так должно быть", - сказала Кармен дочери, не отводя взгляд от Бена. "Я предупреждала тебя, что это может произойти, и мы старались, моя драгоценная Мария. Ты вернулась ко мне из мертвых, а Бен не вернется. Я позабочусь об этом". Она подняла руку, и Бен увидел огромный кухонный нож, который она сжимала к руке.
  Бен изумился. Кармен на самом деле сошла с ума. Что она говорит! Он был в замешательстве, но теперь понял, что их спор, услышанный им ранее, был о нем. "Кармен, что, черт подери, вы говорите?" Он покачал головой. "Уйдите с моего пути. У меня нет времени для этих игр". Ему не нравились ее глаза, а нож, который она держала в руке, еще меньше.
  "Я сказала тебе, Бен, что я убью тебя. Убью так же, как убила Тима". Ее глаза были остекленевшими. Безумие получило полный контроль над ее разумом.
  Бен не знал, от раны ли или от шока после услышанного, но он снова почувствовал слабость и огляделся в поисках Марии. Она по-прежнему сидела на диване, и выражение ее лица говорило о том, что слова Кармен ее не шокировали. Она стояла, смотрела на свою мать и молчала.
  "Мария?" - пустил он пробный шар.
  Кармен бросилась на Бена с ножом, но промахнулась, потому что он отскочил с ее пути, упал на стол и тяжело опустился на пол.
  "Мама, остановись!" - закричала Мария. "Я не позволю тебе причинить ему вред!"
  "Слишком поздно, Мария". Рассудок совсем оставил Кармен. "Он знает правду, и он должен умереть. Ты освободишься от него раз и навсегда. О, Мария", - вполголоса произнесла она. "Я говорила тебе, что он недостоин тебя, но ты не слушала. Я говорила тебе, что он - дьявол и не достаточно хорош для моей драгоценной дочери". Кармен снова обратила свое внимание на Бена, который пытался подняться на ноги. "Мне жаль, Бен, но так должно быть. Карты сказали мне, что кто-то сегодня умрет. Я надеялась, что это будешь не ты. Ты держал судьбу в своих руках, но ты выбрал неправильно. Ты должен был выбрать Марию". Она снова приблизилась к нему, но в этот момент между ними встала Мария.
  "Мама, НЕТ!" Мария схватила ее руку, и они стали бороться за нож. Внезапно Кармен закричала и упала на пол. Она со стоном перевернулась, и стал виден торчащий в ее животе нож.
  "Нет!" Плача, Мария подбежала к матери. "Нет, мама, нет", - закричала она.
  Бен поднялся на ноги и зашатался. Потом он встал на колени и проверил ее пульс. "Мария, звони 911", - приказал он, но она сидела и смотрела в пустоту. "МАРИЯ!" - заорал он. "ЗВОНИ В 911!" Она медленно поднялась на ноги, подошла к телефону и набрала номер. Бен знал, что уже слишком поздно, но он не хотел говорить этого Марии. Она, казалось, не понимала, что Кармен умерла.
  "Мама, Мария!" - закричал Рикардо, входя в дверь.
  "Рикардо! Поспеши!" - закричал Бен. Он никогда еще не был так счастлив видеть Рикардо.
  "О, Боже!" Рикардо подбежал к матери. "Мама". Он увидел местоположение ножа и посмотрел сначала на Бена, а потом на Марию, которая стояла у телефона и смотрела на него, как будто это был неизвестный ей прибор. Его мать была мертва. Он даже не стал ее касаться. Он видел достаточно трупов, чтобы понять, что его мать теперь один из них. Он подошел к Марии и обнял ее. Она начала плакать. "Бен, что случилось? Что ты здесь делаешь? Где Мэг?"
  Бен встал и прислонился к стене. "Эта долгая история, и я очень сожалею..."
  Мария прервала его. "Мама убила Тима", - призналась она и посмотрела на тело матери. "Она сделала это ради меня", - продолжила она без эмоций. "Я пошла в дом и подменила пистолеты так, чтобы Мэг обвинили в убийстве Тима, но Бен пришел туда первым". Она обратила свое внимание на него. "Я никогда не хотела причинять тебе боль, Бен", - извинилась она. "Я просто хотела, чтобы Мэг ушла с моего пути, а мама сделала это возможным. Это было так легко. Мне жаль, я не хотела причинять тебе боль. Я люблю тебя". Она подошла к Бену и прижалась головой к его груди.
  Бен вздрогнул, как будто ее прикосновение было отвратительным. Он с трудом высвободился. Рикардо подошел и помог ему, посадив Марию на диван.
  Зазвенел дверной звонок, и Рикардо закричал "входите". Когда дверь открылась и в нее вошли, Бен прошел на кухню и вышел на улицу через заднюю дверь. Он на расстоянии слышал вой сирен. Ему нужно было выбраться отсюда. Если он останется, то его арестуют, и понадобится время, чтобы его обелить. А времени у него как раз и не было. Он должен был найти Мэг.
  
  Рикардо получил сразу несколько ударов, которые сильно пошатнули его мир. Выяснить, что пистолет в машине Мэг принадлежит его матери, было для него шоком. Придти домой и найти мать мертвой на полу было еще одним. И теперь он получил третий удар от его обожаемой сестры. Он взял ее за руку и подвел к офицеру Руису и его напарнику, которые входили в дверь. Сражаясь с набегающими на глаза слезами, он невыразительно сказал: "Зачитайте ей ее права". И передал свою любимую сестру молодому полицейскому. Ему хотелось упасть на пол и выплакать свои слезы. Боже, как же он хотел, чтобы здесь был и Антонио. Он почувствовал, как пара рук обняла его за талию и кто-то прижался к его спине всем телом. Это была Габи. Он знал это, даже не поворачиваясь. Но все равно повернулся. Он повернулся за утешением, которое предлагали ее руки и заплакал.
  
  Глава 31
  
  "Часть прошлого"
  
  
  Мэг никогда еще за всю свою жизнь не видела такого скопления шкафчиков в одном месте. Она даже не знала, что в аэропорту есть такая комната. Она посмотрела на Антонио и задалась вопросом, почему он не кажется удивленным и хмурится. Как только они выяснят, что Бен держит в этом сейфе, она спросит его об этом. Она передала ключ охраннику. Тот изучил его и показал на ряды шкафчиков у дальней стены. Они просмотрели все ряды в поисках нужного им номера. И через несколько рядов нашли нужный. Мэг увидела его первой и вытащила ключ, сравнивая номера. "78904. Это здесь. Я нашла его, Антонио", - закричала она, и он тотчас же подошел к ней. Она стояла и смотрела на металлическую дверь, пытаясь подготовится к тому, что увидит внутри. Что бы это ни было.
  "Антонио, а что если внутри находится нечто, о чем я не захочу знать?" - внезапно испугалась она. Прошлое Бена всегда было очень и очень неопределенным. Но она получила упомянутый ключ в качестве "подарка", он сам отдал его ей. В ночь, когда он сделал ей предложение, он сказал ей, что она может спросить его о его прошлом и он на все ответит. Она посмотрела прямо в глаза Антонио. "Антонио, этот ключ содержит ответы к прошлому Бена. Он дал мне его только потому, что боялся за меня, а сейчас я не знаю ни где он, ни что с ним произошло". Она говорила так, как будто пыталась убедить себя уйти и не оборачиваться. "Действительно ли я хочу знать, что в этом сейфе, Антонио? Действительно ли я хочу открыть все секреты Бена и оставить его незащищенным? Действительно ли я хочу сделать это с ним или с нами?" Она выглядела такой ранимой и неуверенной, что у Антонио просто разрывалось сердце.
  "Мэг, ты должна это сделать", - он прикоснулся к ее волосам. Он видел ее нерешительность и желал быть способным ответить на ее вопросы. Но он не мог. Это должно быть ее решение. Если бы спросили его, он бы схватил ее за руку и выбежал бы вместе с ней отсюда. Но он не мог. Где бы ни был Бен, он завещал ей свое прошлое. Он не мог больше хранить его в тайне от нее. "Ты будешь открывать?" - мягко спросил Антонио.
  Она кивнула, всунула ключ в замок и повернула его. Дверца открылась, и они увидели на ней с внутренней стороны фотографию Мэг, снятую еще до ее приезда в Сансет Бич. Мэг смотрела на нее просто как загипнотизированная, а потом быстро огляделась и вытащила содержимое. Она не могла не задаться вопросом, откуда у Бена могли быть ее фотографии, снятые до их реальной встречи. Бен знал ее до того, как она приехала в Сансет Бич? И только притворялся, что не знает? "Нет", - решила она. Должно быть другое объяснение. Бен никогда ей не лгал.
  Антонио стоял позади, давая Мэг время изучить вещи в шкафчике, и молчал. В шкафчике была одна единственная вещь - "дипломат". Она вытащила его, но прежде чем закрыть дверцу, она поцеловала палец и приложила его к лицу Бена на одной из их общих фотографий. "Я люблю тебя, Бен", - произнесла она. "И я найду тебя во что бы то ни стало", - поклялась она со слезами на глазах.
  "Сюда", - сказал Антонио и взял ее за руку. "Пойдем, сядем за столик, и я принесу нам кофе. Мы сможем поговорить, а когда ты почувствуешь себя более комфортабельно, то откроешь "дипломат"".
  Она кивнула в знак согласия, и он вывел ее из камеры хранения. Он провел ее в кафе, и они сели там за столик.
  "Тебе добавить в кофе сливки?" - спросил он ее. Потом он наклонился и тихо сказал ей на ухо: "Мэг, если бы Бен не хотел, чтобы ты знала, что внутри, он бы никогда не отдал бы тебе этот ключ". И он ушел за кофе, оставив ее наедине со своими мыслями.
  Антонио стоял у стойки, ожидая кофе, когда к нему подошел какой-то джентльмен. "Святой Отец, я могу с вами минутку поговорить?" - спросил он. Человек выглядел очень оборванным и обеспокоенным. Антонио посмотрел на Мэг, которая барабанила пальцами по портфелю и смотрела на него. "Конечно", - ответил он.
  
  Чуть позже, Мэг посмотрела на часы и удивилась тому, как много может потребоваться времени, чтобы получить две чашки кофе. Она, наконец, смогла успокоить свои нервы, чтобы открыть портфель, а Антонио где-то заблудился с чашками кофе. "Здорово!" - пробормотала она, вертя в руках замок. "Как же я должна открывать его, Бен? По крайней мере, ты мог бы сказать мне комбинацию", - подумала она и вслух забормотала, пытаясь подобрать код. "Дата рождения Бена - нет. Моя дата рождения - нет. Дата нашей свадьбы - нет. Дата нашей второй свадьбы - нет. Давай, Бен. Помоги мне. Что же это?" Она начала приходить в отчаяние. "Думай, Мэг. Ты должна думать". Она посмотрела на ключ и перевернула его. На нем был тот же номер, что и на шкафчике. Ей в голову пришла одна мысль, но она отбросила ее как совершенно нелепую. Но потом она уже больше ни о чем не могла думать и пришла к решению испробовать ее. "Ну", - подумала она. "Я уже испробовала все другие номера, которые я знала. 7, 8, 9, 0, 4 - Есть!" Она глубоко вздохнула, открыла "дипломат" и вытащила изнутри какие-то бумаги. Она стала их просматривать. Большая их часть была написана на каком-то иностранном языке, который она не могла распознать. Там же она нашла кусочек бумаги с написанным на нем именем и сразу же поняла, о ком идет речь. Эш. Она не думала о нем все это время и улыбнулась, вспоминая, как замечательно он относился к ним на яхте. Мэг сунула бумажку с именем и номером телефона в карман своей куртки. Бумаги были ей непонятны, и она решила, что аэропорт - это не место для их изучения, поэтому она закрыла портфель, заперла его и посмотрев на часы, снова задалась вопросом, где же черт побери, может ходить Антонио?
  
  Антонио очнулся и обнаружил, что лежит в кладовке со швабрами. Он потрогал затылок и почувствовал под пальцами кровь. Чем этот парень его ударил и зачем? И вдруг он понял. "Мэг!" - выдохнул он. Осторожно поднявшись с пола, он подергал дверь за ручку. Она была заперта, и он стал колотить в нее, пытаясь привлечь внимание. Их обнаружили, и это означало, что у Мэг большие проблемы. Он должен добраться до нее раньше них. "Как я мог быть таким дураком?" - спрашивал он себя. Этот человек, должно быть, следовал за ними до самого аэропорта! Он многим рисковал, помогая Бену в побеге целых два раза. Он помогал, когда Бена ложно обвинили в убийствах на острове. Никто об этом не знал, и он планировал и дальше хранить это в секрете. Он хотел сохранить свои прошлые связи с Беном в секрете как можно дольше. Но теперь другое дело. Чтобы помочь Бену, он должен будет помочь Мэг. Если они получат ее и "дипломат", то она точно будет мертва, и это будет полностью его вина. Он слишком давно отошел от дел и стал слишком медлительным и неосторожным. Его безалаберность может стоить Мэг жизни. Он еще сильнее застучал в дверь.
  
  "В чем же дело?" - подумала Мэг, и снова посмотрев на часы, увидела, что прошло уже полчаса с тех пор, как Антонио ушел за кофе. О чем он может так долго говорить с тем человеком? Она забеспокоилась и решила его поискать.
  "Простите, мэм". Какой-то человек ткнул Мэг под ребра каким-то предметом и зашептал на ухо: "Ни звука - и я не причиню вам вреда". Он схватил ее за руку и стал толкать перед собой через аэропорт. "Я знаю, что у вас есть нечто, что принадлежит мне", - сказал он и попытался забрать у нее "дипломат". Мэг несколько минут с ним боролась, но он еще сильнее нажал на пистолет, и это заставило ее пересмотреть свои действия.
  "Отдайте мне его, и я отпущу вас", - прошипел он ей в ухо.
  "Он принадлежит моему мужу", - заспорила Мэг. "Я не отдам его вам. Что вы сделали с моим другом, Отцом Антонио?" Она была в ужасе, но вцепилась в мертвой хваткой в портфель и была полна решимости защитить Бена. У нее не было намерений отдавать ему "дипломат".
  "Добропорядочный Святой Отец", - фыркнул мужчина. "Ну, конечно", - стал он издеваться над еще более озадаченной Мэг. "Добропорядочный Святой Отец в порядке. Это я могу вам гарантировать. И вы тоже будете, если сделаете, как я прошу. Не создавайте себе проблем. У меня их было уже достаточно от рук Бена Эванса и его друзей". Он еще сильнее сжал ее руку и потащил вперед в самую гущу толпы. Мэг бросила на него быстрый взгляд. Его лицо отнюдь не рассеяло ее страхи. Это был жестокий человек с сердито поднятой бровью и неровным шрамом, пересекавшим его левую щеку. Он казался таким диким. Она рассеянно задалась вопросом, как Бен мог водить знакомство с таким типом и что же такого было в этом портфеле, что он так хотел получить.
  Толпа стала густеть, когда они вошли в основной зал. Несколько людей стали пробираться через толпу, и из-за этого незнакомец несколько ослабил свой захват. Освободив руку, она побежала, что было сил. У нее даже не было времени на извинения перед теми, кого она толкала и дергала. Но портфель она ни на минуту не выпускала из рук. Она проталкивалась через толпу, боясь оглянуться и увидеть, насколько он близко. Она увидела около стены ряд телефонов-автоматов и вспомнила о клочке бумаги, который она сунула в карман. Как раз перед ней была стойка продажи билетов.
  Быстро оглянувшись, она увидела, что кассира нет на месте. Она подошла к стойке с короткой молитвой, но наткнулась на кого-то и чуть не упала. Ласковые руки подхватили ее, но голос их обладателя был для нее сюрпризом. "Мэг?" Она посмотрела в лицо тому, кто держал ее, и коротко обняла его. Она испытала такое облегчение. "Роджер, я так рада тебя видеть!"
  "Мэг, что ты здесь делаешь?" - спросил Роджер.
  "У меня нет времени объяснять". Мэг вспомнила о безотлагательности ситуации. Она посмотрела через плечо в поисках человека, который ее преследовал, и почувствовала облегчение, не увидев его. Она знала, что он может появиться в любую минуту, поэтому она просто пихнула "дипломат" Роджеру и сказала: "У меня нет времени объяснять. Доставь мне удовольствие, забери его в "Бездну" и запри в сейф Бена. Ты сделаешь это для меня, Роджер? Пожалуйста!" - попросила она.
  "Конечно, Мэг", - взволнованно ответил Роджер. "Но я не понимаю...".
  "Я знаю", - прервала его Мэг. "Но у меня нет времени сейчас все объяснять. Просто сделай это для меня, пожалуйста".
  "Конечно, я сделаю", - начал Роджер, но прервался, потому, что Мэг сунула портфель ему в руки и исчезла в толпе. Она остановилась только рядом с дверью аэропорта. Она должна что-то сделать. Ей не хотелось вовлекать свою семью, и в ее голове возникла некая идея. Она заторопилась к кабинам телефонов, быстро оглядев толпу на предмет того бандита. Не увидев никаких его признаков, она сунула руку в карман, бросила мелочь в прорезь телефона и набрала номер с той бумажки из портфеля.
  "Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!", - умоляла она и услышала на другом конце провода знакомый голос. " ЭШ! Это Мэг. Мне нужна твоя помощь!"
  "МЭГ?" Эш был изумлен. Как она узнала этот номер? И тут сердце у него ушло в пятки. "Пандора. Пожалуйста, Боже! Нет!" - обратил он свой взор к небесам. Но это было единственным объяснением тому, что у нее есть этот специфический номер. И это объяснение показывало, что и Бен и Мэг в чертовски сложной проблеме. "Скажи мне, где ты, и я сразу же приеду", - сказал он Мэг.
  "Я в аэропорту, но какой-то человек преследует меня. И я не знаю, где мой друг, Антонио Торрес". Мэг от спешки говорила с трудом. "Он помогает мне и я боюсь, что тот человек мог причинить ему вред". Она снова осмотрелась, но никого не увидела. "Пожалуйста, Эш!" - попросила она. "Я не знаю! Я не знаю, что мне делать!"
  "Антонио?" - встревожено прервал ее Эш. Это подтверждало его худшие подозрения. И он немедленно начал отдавать приказы.
  "Мэг, где Бен? Ничего. Я уже в пути. Просто постарайся спрятаться, пока я не доберусь до тебя. Я буду очень скоро. Мэг, держись подальше от этого человека. Я найду тебя. Только держись от него подальше". Закончив разговор, он приказал повесить трубку, которая была поднята с телефона стоящего на другом столе. "Бубба, выведи мою машину", - приказал он. "Дороти в Канзасе больше не безопасно".
  Мэг положила трубку на рычажки. Она чувствовала облегчение оттого, что кто-то идет ей на помощь. Она вернулась в главный зал и почти заулыбалась, признательная, что никто к ней не подошел. Но как только она вошла в дверь, ее сердце ухнуло куда-то в желудок, потому что кто-то схватил ее за руку.
  "Не так быстро, маленькая леди".
  Незнакомец вернулся.
  
  Глава 32
  
  "Где Мэг?"
  
  
  Бен приехал в аэропорт, молясь, чтобы Мэг нашла Антонио, как он ее инструктировал. А еще он надеялся, что она поймет, куда должна направиться, если они разделятся. Если она нашла Антонио и показала ему ключ, то он знает, где ее искать. Антонио знает, куда ее надо отвезти. У него не было шанса рассказать ей все до того, как они разделились под пирсом. Он волновался о ней и о ребенке. Если она поехала к камере хранения, то сейчас она в безопасности, потому что наверняка нашла телефон Эша. Он подошел к сейфу, вытащил из кармана ключ и открыл его. "Слава Богу", - прошептал он. Портфеля на месте не было, и это могло означать лишь одно. Мэг была здесь. Он гордо улыбнулся, понимая, что она вычислит и комбинацию. Если Мэг открыла "дипломат" - она в безопасности. А теперь он должен выяснить, где же она.
  Бен шел через главный зал к дверям, когда увидел Антонио, который ходил по офису взад и вперед. Он, должно быть, узнал о Кармен и Марии, подумал Бен. И поскольку Мэг с ним не было, он, вероятно, сможет сказать, куда ее увез Эш. Бен не мог выбросить из головы ту ужасную сцену с Марией и Кармен и просто думать о том, что все кончилось и нет больше причин для их с Мэг разлуки. Однажды он, вероятно, сможет их простить, но он не простит никого, пока Мэг и их ребенок не окажутся в безопасности, в его руках. Там, где они и должны быть. Он понимал, что психическое состояние Марии было много хуже, чем он мог себе представить, раз она могла выработать такую дьявольскую схему. Он очень жалел, что он не мог остаться и помочь Рикардо справиться с Марией. Он был в долгу перед Антонио, но Мэг и ребенок были на первом месте. Бен просунул голову в дверь. "Антонио?"
  "Бен! Боже мой, Бен! Я так рад, что с тобой все в порядке!" - он внезапно остановился, увидев повязку на лбу Бена, когда тот шагнул к нему и пожал руку. "С тобой все в порядке? Извини, что так произошло".
  "Нет, Антонио. Это я должен извиняться. Я никогда не думал, что такое может случиться. Если бы я только знал, я, возможно, смог бы остановить это, так или иначе". Он положил руку на плечо Антонио успокаивающим жестом.
  "Бен, я сделал все, что мог, чтобы помочь, но дело вышло из-под моего контроля. Когда я понял, что произошло, то было уже слишком поздно..."
  "Все в порядке, Антонио. Я понимаю", - прервал Бен его извинения. - "Я должен был знать, или по меньшей мере догадываться о том, кто стоит за всем этим. Но такое никогда не приходило мне в голову. А теперь я должен идти. Я должен найти Мэг и Эша, но совсем скоро мы сможем посидеть и обо всем поговорить".
  Антонио посмотрел на Бена, и замешательство ясно отразилось на его лице. Это не было похоже на Бена. Он был убийственно спокоен, признавая, что и Мэг и "дипломат" исчезли и могут находиться в руках очень опасных людей. Может быть, рана на его голове подействовала на его разум больше, чем он предполагал. Антонио нахмурился и попытался снова. "Бен, послушай. Я знаю, что ты должен найти Мэг. Я должен был быть более подозрителен и принять больше предосторожностей. Тогда, может быть, Мэг не была бы в столь трудной ситуации".
  "Я понимаю, Антонио". Бен похлопал его по плечу. "Ты сделал все, что мог, и гораздо больше, чем должен был. Я никогда не смогу тебя достаточно отблагодарить. Мне жаль, что пришлось снова вовлечь тебя в это. Так или иначе, но кажется, мы никогда не сможем убежать от нашего прошлого. Независимо от того, как быстро мы бежим, оно все равно ловит нас". Он печально улыбнулся, еще раз хлопнул друга по плечу, а потом повернулся и вышел за дверь.
  Антонио был очень озадачен. Бен не мог узнать, что Гриффин, вероятно, захватил Мэг и портфель, и по-прежнему быть спокойным. Кажется, он не разъяснил Бену все полностью. И когда тот взялся за ручку двери, Антонио остановил его тем единственным способом, который позволял ему получить полное и безоговорочное внимание Бена. "Бен, Дороти больше не безопасно в Канзасе".
  Бен замер в дверях так, как будто его приморозили к месту. "Что ты сказал?" - Он медленно повернулся к Антонио. - "Где Мэг? Что случилось с Мэг?" Он перешел от полного спокойствия до полного ужаса меньше, чем за 10 секунд. Он с трудом понимал, что говорит Антонио. Нет, этого не могло случиться. Не Мэг. Не сейчас! Он молился, чтобы было другое объяснение. Боже, почему его прошлое не перестанет вылезать наружу и причинять ей боль? Она этого не заслужила.
  Бен почувствовал, что должен сесть, поэтому он подошел к ближайшему столику и выдвинул стул. "Не Мэг", - снова подумал он. Только не это снова, а ведь Антонио не имеет представления о том, какой ужас ждет его дома. Боже, как все запуталось, подумал он. Женщина, которую он любит больше жизни в серьезной опасности, а он должен послать своего друга одного домой, где он встанет лицом к лицу с невыразимым ужасом. Он отдал бы жизнь за то, чтобы все вернуть так, чтобы никому из них не причиняли боли. Это было не в его власти, но одно сделать он мог. "Антонио, тебе нужно ехать домой. Рикардо и Мария нуждаются в тебе. Нет легкого способа сообщить это тебе, но..."
  Антонио посмотрел на него, и тут открылась дверь. "Габи? Что ты тут делаешь?" Он очень удивился, увидев ее, но еще больше заволновался при взгляде на ее лицо. "Что не так, Габи?"
  Габи не ответила на его приветствие. Она подошла к Бену. "Бен, полиция скоро будет здесь". Она подошла к Антонио и взяла его за руку.
  
  Бен вышел из комнаты, не завидуя тому, что должна была сделать Габи. Он чувствовал вину за то, что это Габи должна сообщать Антонио плохие новости, но он почувствовал облегчение, передав это в ее руки. Он посмотрел в комнату через окно и почти неслышно пробормотал Габи: "Спасибо". Он очень ценил жертву, которую она принесла, чтобы предупредить его. Она могла потерять из-за этого работу. Он на мгновение оглянулся и увидел, что Антонио сидит за столом и ошеломленно смотрит перед собой. А Габи обнимает его. Ему было очень жаль Антонио. Однажды он найдет способ отплатить ему за это великодушие, но сейчас он должен добраться до Мэг. Если они действительно получили ее и "дипломат" - ее жизнь и жизнь их ребенка кончены. Он выбежал за дверь и выскочил на проезжую часть. Загудел автомобильный гудок и замолчал только, когда водитель машины вылез из-за руля.
  "Ну вот, приятель. Я же говорил, что твой друг наверняка где-то поблизости". Водитель вышел из машины и заговорил с пассажиром, сидящим внутри.
  "Бубба! Слава Богу!" Никогда еще Бен не был так счастлив видеть знакомое лицо. Может быть, Бог все же услышал его молитвы. Ему нужна была помощь, чтобы найти Мэг, а лучшей кандидатуры для этой цели невозможно было бы найти.
  Бубба открыл дверцу, и Бен сел в машину.
  "Привет, Бен", - сказал из угла Эш.
  Худшие предположения Бена оправдались. Эш был здесь, а Мэг с ним не было. "Мэг позвонила тебе?" - спросил он вместо приветствия. И побледнел, как призрак, ожидая ответа.
  "Да", - серьезно ответил Эш.
   "Мы должны вернуть ее, Эш", - сказал Бен другу. "Он же ее убьет".
  "Бен, мы вернем ее", - утешил его Эш. "Я обещаю тебе, что мы вернем ее". Он мог только надеяться, что сможет сдержать это обещание.
  
  Глава 33
  
  "Похищена!"
  
  
  Похититель свернул на дорогу недалеко от дома Бена и Мэг. Мэг задалась вопросом, как долго он жил почти что у них на заднем дворе, а Бен об этом не знал. Тот открыл дверь и под дулом пистолета заставил ее войти. Потом он резко вытащил из-под кухонного стола стул и потребовал, чтобы она села на него. Он связал ей руки за спиной, а ноги привязал к стулу. Мэг была в ужасе, но она сделала гигантское усилие, чтобы не показать ему этого. Она должна быть сильной ради ребенка и ради Бена. "Бен", - подумала она. -"Как же ты мне нужен сейчас!" Но где-то в своем сердце, она знала, что с ним все в порядке. Его присутствие внутри нее было таким сильным, что она просто знала это. Если бы он умер, она бы почувствовала. Из раздумий ее вывел звук, с которым незнакомец ударил кулаком по столу, а потом встал со стула. Он молча подошел к окну и выглянул наружу. Потом он повернулся и посмотрел на нее холодным взглядом. Даже взгляд его казался злым, а неприятный шрам, пересекающий его левую щеку, не добавлял ему доброты. Сердце у Мэг упало, когда он подошел к ней и почесал голову дулом пистолета. Потом он схватил другой стул и, развернув его спинкой вперед, сел.
   "Ну, девчонка", - сказал он с очень характерным ирландским акцентом. - "Я думаю, что ты захочешь рассказать мне, куда это так таинственно исчез "дипломат"?
   Мэг заколебалась. Бумаги, которые она видела внутри портфеля, должны были быть очень важны для Бена, если он держал их под такой защитой. А теперь появился этот человек. Он так хочет их получить, что даже похитил ее и держит под дулом пистолета. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понимать, что если она скажет, что сделала с портфелем - это будет путь к ее безвременной кончине. "Я должна обмануть его", - решила она. До тех пор, пока не представится шанс сбежать от него. "Я-я не знаю", - солгала она.
  "Ответ неверный", - так резко ответил он, что она непроизвольно дернулась. "Он был с тобой до того, как ты вырвалась от меня в толпе". Он холодно улыбнулся, показывая пожелтевшие зубы. "Я хочу знать, где он, и если ты мне не скажешь..." - он покачал оружием, - "я убью тебя. Так что давай, попробуем снова. Ты слишком симпатична, чтобы тебя убивать". Он пощекотал ее щеку дулом пистолета. "Так что случилось с портфелем, дорогуша?" - пролаял он.
  Сердце Мэг сильно билось, и каждая клеточка ее тела кричала от страха, но она должна была держаться. "Как там говорится в старой пословице?" - подумала она. - "Не позволяй им видеть твой пот и слезы в твоих глазах". К несчастью, она была так напугана, что он видел и ее пот и ее слезы. Но она не собиралась терять самообладания, даже если будет напугана до безумия. "Я потеряла его", - солгала она. "Я уронила его, когда меня толкали в толпе, и я не знаю, где он". Она лгала, довольная своим ответом. Пока он не знает, где "дипломат", она в относительной безопасности. Она знает это. Ее мочевой пузырь готов был разорваться, и перерыв в ванной был неизбежен. Она была уставшей, и ее тошнило. В таком состоянии она все равно не могла отвечать ни на какие вопросы. Кроме того, оттого, что он так вонюче дышал ей прямо в лицо, ее тошнило еще больше. Он заслуживает того, чтобы ее вырвало прямо на него. Она снова подумала о ребенке. Они ничего не ела с самого утра, а сейчас был уже вечер. Она не хотела, чтобы он понял, что она беременна, поскольку это только ухудшило бы ситуацию. Поэтому она решила сменить тон, в надежде, что он даст ей что-нибудь поесть.
  "Послушайте", - начала она более примирительным тоном. "Мне жаль, но у меня был очень тяжелый день. Я должна была забрать портфель моего мужа, а сама потеряла его. Я боюсь, что он рассердится на меня за это", - солгала она. И начала плакать, надеясь, что под внешней грубостью в нем найдется хоть капля симпатии к расстроенной женщине. Даже у этого неандертальца где-то есть мать, решила она, украдкой посмотрев на него из-под ресниц. Скоро стало очевидно, что либо у него не было матери, либо его мать стыдилась, когда их видели вместе, и бросила его, не научив хорошим манерам. Он резко повернулся и подошел к маленькому бару. Там он налил себе стакан вина и выпил его.
  "Этот портфель имеет какие-нибудь отличительные признаки?" - спросил он, не поворачиваясь.
  "Что вы имеете в виду", - спросила она уклончиво.
  "Миссис Эванс, вы не дура", - резко произнес он, повернув к ней свое каменное лицо. - "И даже не пытайтесь это изобразить. Ответьте на мой вопрос. На этом портфеле есть какие-нибудь метки? Какие-нибудь знаки отличия? Это достаточно простой вопрос. Но неправильный ответ и..." - он поднял пистолет, прервав ее, когда она начала говорить, - "и я застрелю вас на месте". Он направил на нее пистолет. "Для меня не большая разница, умрете вы сейчас или позже. Скажите мне то, что я хочу знать, и я позволю вам жить. Солжете - и вы покойница". Он крутанул обойму пистолета, чтобы подчеркнуть свои слова.
  Мэг вздрогнула и начала быстро говорить. "Он из коричневой кожи, а сверху пирамидка, под которой написано имя. Я не смогла его прочитать, поскольку оно была на неизвестном мне иностранном языке. Это все, что я помню. У меня не было времени на разглядывание". В этом она ему не лгала. Описание точно соответствовало тому, что она помнила. Если бы она солгала в этом, он мог бы на нее еще больше рассердиться. То, что она сказала, должно быть, доставило ему удовольствие, потому что он вернулся за стол и улыбнулся, снова показывая ей свои ужасные желтые зубы.
  "Входили ли вы когда-нибудь в контакт с джентльменом по имени Александр Холлистер?" - спросил он, постукивая рукояткой пистолета по стулу. Мэг не знала, как ему отвечать.
  Почему он хотел знать об Эше? Эш был другом Бена. Хотела бы она знать, связана ли их дружба с этим портфелем. Он заметил, что она колеблется.
   "Ну, теперь ты уже можешь не отвечать на мой вопрос, дорогуша", - сказал он, сделав еще один глоток вина. В животе у Мэг громко заурчало. "Ты голодна?" - усмехнулся он и снова показал свои жуткие желтые зубы. Он встал из-за стола и подошел к шкафам.
  "Да, я хочу есть", - призналась она. "Я не ела с самого утра". Она смотрела ему в спину, пока он шарил по шкафу. Он вытащил буханку хлеба и арахисовое масло и сделал ей сэндвич. Этот сэндвич он скормил Мэг маленькими кусочками, отказавшись развязать ей руки. Он предложил ей вина, но она отказалась и попросила воды. Вино было бы вредно для ребенка, а кроме того, она не хотела пить из его стакана, чтобы не прикасаться губами к тому месту, где пил он. Ему нужно было купить хорошую жесткую зубную щетку, пару тюбиков зубной пасты и получить консультацию хорошего стоматолога, а также найти где-то освежитель для рта, чтобы избавиться от этого жуткого запаха, подумала она. Но разумно сохранила при себе свои мысли.
  Как только она доела, он продолжил свои бесконечные вопросы. "Итак, где мы остановились?" Он по-прежнему небрежно размахивал пистолетом. "Ах, да", - ответил он на свой же собственный вопрос. "Вернемся к м-ру Холлистеру. Вы знаете Александра Холлистера?"
  "Нет", - солгала Мэг.
  "Ну-ну, миссис Эванс", - упрекнул ее он. "Нехорошо лгать мужчине, который только что кормил вас в ложечки. Не забудьте, что у меня пистолет", - и он снова покачал объектом. Затем он поднял ногу и поставил на ее стул, а пистолет положил на колено. Мэг хотелось, чтобы он убрал пистолет, но она промолчала. Он продолжил: "Давайте поговорим об Александру Холлистере". Он поправил пистолет на колене. "Расскажите, что вы о нем знаете". Он скептически поднял бровь и продолжил. "И о вашем замечательном муже". Пистолет снова оперся о колено. Мэг глазами следила за каждым его движением.
  "Ваш муж и м-р Холлистер, если вы этого не знали, украли несколько очень важных документов у одного высокопоставленного человека 9 лет назад. Документы были так важны, что я потратил почти десятилетие на то, чтобы вернуть их тому человеку. Мой наниматель уже теряет терпение, и я тоже", - резко сказал он ей. "Вы можете себе представить, что ищете что-то вот так долго, наконец практически получаете его и снова теряете?" - спросил он сквозь зубы, сжав руку в кулак. Мэг была уверена, что он сейчас ударит ее, и закрыла глаза, сжавшись в ожидании удара. Но ничего не последовало. К счастью, он отодвинулся от нее, снова выглянул в окно и продолжил говорить. "Я думаю, что это должен быть печальный день, когда такая прекрасная девочка как вы, выяснит, что ее обожаемый муж не больше чем обычный преступник. А также вор и шпион, могу добавить". Он повернулся, оценивая ее реакцию.
  "Бен - не вор", - со страстью отвергла Мэг. Она начала злиться на его обвинения. Он лгал. Даже если бы Бен был вором, во что она не поверила даже на секунду, Бен никогда бы не имел с этим примитивом ничего общего. Он сделал бы все с его обычным талантом. Мэг вознамерилась так ему и сказать, но прежде, чем смогла подобрать слова, чтобы опровергнуть его обвинения, он снова начал говорить.
  "О, это правда, девочка", - казалось, он хочет ее во все посвятить. "Держу пари, что вы не много знаете о его прошлом?" Он усмехнулся, увидев выражение ее лица. "Бен Эванс никогда не был слишком разговорчивым, не правда ли?" Нет, он не должен так говорить, подумала Мэг. Он так преуспел в том, чтобы привести ее чувства в действие, что она решила высказать все этому кретину, но у этого фигляра с вонючим дыханием были другие мысли.
  "Он когда-нибудь рассказывал вам, как познакомился с м-ром Холлистером? Я думаю, что нет, - ухмыльнулся он и снова наклонился к ее лицу. "Вы, кажется, очень высокого мнения о вашем муже и очень уважаете его. Такая очаровательная черта. Плохо только то, что ваш муж не тот человек, за кого вы его принимаете. Вы думаете, что он на самом деле любит вас, не так ли? Вы еще узнаете, сколько стоит его любовь, когда ему придется выбирать между вами и этим "дипломатом". Бен Эванс - жестокий человек. Он не отдаст "дипломат". Даже в обмен на вас", - победно объявил он и вышел из комнаты.
  Его слова подействовали на Мэг больше, чем она хотела признать, и в ее мозгу зародилось крошечное сомнение. "Нет", - отвергла она его. - "Бен любит меня, и этот парень еще увидит, как сильно, когда Бен доберется сюда. Он не пожертвует мной ни ради чего, и тем более нашим ребенком. Бен отдаст жизнь ради нас обоих". Она уверена в этом, а этот вонючий подонок выяснит это скорее, чем планирует. Бен придет за ней. Она знала это так же, как и то, что ее имя Мэг.
  Он вернулся на кухню, и Мэг почувствовала облегчение. По крайней мере, она знает, что он делает, когда может видеть его. "Могу я пойти в ванную?" - с отчаянием спросила она. Она надеялась, что он разрешит, потому, что она чувствовала, что вот-вот треснет, а кроме того, это был шанс выбраться из этого места. Любая диверсия была лучше, чем сидеть и ничего не делать. Он развязал ее и отвел под дулом пистолета в ванную. "Я буду прямо за дверью, так что не пытайся ничего выкинуть", - предупредил он ее. "Окна крепко заперты, и там нет выхода. Ты только впустую потратишь время и рассердишь меня, если мне придется за тобой гнаться". Он снова показал ей пистолет. "Такой пистолет, как этот, проделает очень большую дырку в таком небольшом предмете, как ты". Мэг захлопнула дверь перед его лицом. Это было единственным удовлетворением, которое она могла получить.
  Она вымыла руки и осторожно отодвинула дверь. Он был прав. Окна были крепко заперты, и выхода отсюда не было. Но она должна была попытаться, даже если ничего не выйдет. Он ждал ее и заставил ее вернуться на место. А потом схватил ее за руку одной рукой, другую сунул ей в карман куртки. "Что вы делаете?" - закричала она. Когда он ничего не обнаружил в ее левом кармане, то залез в правый. Мэг попробовала вырваться, но он нашел у нее в кармане клочок бумаги с номером телефона Эша. Он бесцеремонно пихнул ее обратно на стул и снова связал ей руки и ноги. А потом сунул в рот кляп.
  "Что же, посмотрим, кому принадлежит этот номер". Он улыбнулся, обнажая свои желтые зубы, и от этого Мэг захотелось всунуть кляп ему. Она отчаянно желала, чтобы он перестал улыбаться. Эта улыбка не шла ему в любом случае. Он вытащил из своего нагрудного кармана сотовый телефон и набрал номер. Ожидая ответа, он посмотрел на нее. Когда на другом конце провода ответили, он усмехнулся. "Я так и знал, что ваш муж не оставит вас в полном одиночестве", - сказал он ей, а потом заговорил в трубку.
  "Ба, Александр Холлистер!" - он сразу узнал голос. "Так здорово, что вы сами подошли к телефону," - усмехнулся он. "О, конечно же, вы знаете, кто я. Как я получил этот номер?" Он провел Мэг по щеке вверх-вниз дулом своего пистолета. "Как говорят в Америке, мне его дала одна маленькая пташка. Очень красивая маленькая пташка".
  
  Глава 34
  
  "Дэнни"
  
  
  "Дэнни! Да поможет мне Бог! Если с головы этой женщины упадет хоть один волос, я убью тебя голыми руками!" - закричал Эш в трубку. Этот звонок сильно вывел его из равновесия. Он бравировал, но на самом деле его чувства были далеки от бравады. Он делал это ради Бена. У Мэг были большие проблемы, и он волновался за нее, но если бы он показал Бену, как сильно он волнуется, было бы еще хуже. Люди считали Бена этаким вольным стрелком, Робин Гудом, который приходит на помощь людям, которых любит, но так происходило только потому, что никто не знал настоящего Бена. Он был нежным, добрым и сострадательным человеком, но мог быть и жестоким, твердым и непрощающим. Особенно там, где дело касалось его любимой женщины. Он просто сходит с ума из-за Мэг. Эш посмотрел на Бена, не позволяя ему понять то, что он на самом деле думает - что они не смогут безопасно вернуть Мэг.
  "Дэнни?" - озадаченно спросил Бен. "Это он? Мэг у него?" Бен попытался выхватить трубку у Эша, но тот не отдал. "Эш, дай мне поговорить с ним!" - закричал он.
  "О, так с вами Бен Эванс!" - Дэнни с усмешкой посмотрел на Мэг. Ее сердце чуть не выскочило из груди. Она опустила голову и, глядя в пол, произнесла краткую молитву, поскольку теперь она знала, что с Беном все хорошо. "Я хочу говорить с ним и только с ним", - потребовал он. "Вы не можете мне помочь. Я думаю, что Бен будет более восприимчив к моему предложению, чем вы". Он снова посмотрел на Мэг. "Она очень симпатичная. Я уверен, что он многое отдаст за то, чтобы вернуть назад ее симпатичное личико. И прямо сейчас".
  "Дэнни, ты дурак", - закричал Эш в телефон. "Но даже ты не настолько сумасшедший, чтобы причинить ей боль. Если ты хоть царапину нанесешь ей... Если Бен тебя не убьет, это сделаю я! Запомни это ты, подонок!" Эш передал Бену трубку со строгим предупреждением: "Будь осторожен. Ты знаешь, на что он способен".
  Бен взял телефон и постарался восстановить самообладание перед тем, как начать говорить. "Дэнни, это Бен Эванс. Я хочу, чтобы ты отпустил мою жену. Она не имеет к этому отношения. Это наши с тобой дела".
  "Ладно. А теперь послушай того, кто отдает здесь приказы", - холодно засмеялся Дэнни. "Кажется, ты забыл, у кого все карты. Понимаешь, здесь есть эта маленькая леди, которая очень хочет воссоединиться со своим мужем. Но этого не произойдет, пока я не получу то, что хочу. Я хочу получить "дипломат", а ты маленькую леди. Я думаю, что это будет честная сделка, ты не согласен? Я так долго ждал, чтобы заполучить его, и я сделаю все, чтобы добиться этого". Дэнни снова посмотрел на Мэг. "Было бы позором проделывать порез на этом симпатичном личике. Ты когда-нибудь замечал, что на ее левой щеке есть очень симпатичная родинка?" Он издевался над Беном. "О, конечно, ты знаешь! Ты ее муж, в конце концов. Было бы позором разрушить это совершенство", - пригрозил он.
  Бен с трудом сдерживал свой темперамент, чтобы удержаться и не разозлить Дэнни еще больше. Он уже видел результаты такой работы Дэнни, поэтому он закрыл глаза, стараясь не думать, что такое может случиться с Мэг. "Я хочу поговорить со своей женой. Пожалуйста". Телефон замолчал, но Бен продолжил. "Пожалуйста, Дэнни! Я прошу тебя, позволь мне поговорить с Мэг".
  Тот подумал и в конце концов решил, что он может позволить ему поговорить с ней. Он подошел к Мэг и вытащил кляп. "Я позволю тебе поболтать со своим муженьком. Не думай, что я стал сентиментальным. Меня не волнуют все эти любовные штучки. И будь очень осторожной в том, что говоришь", - предупредил он ее и поднес трубку к ее уху.
  "Б-бен". Мэг боролась со слезами.
  "Мэг?" - тихо сказал Бен. "Милая, с тобой все в порядке?" Он закрыл глаза, благодаря Бога, что может услышать звук ее голоса. "Он не причинил тебе вреда?" Ему очень хотелось ее обнять. Хоть она и старалась скрывать от него свой страх, он слышал его в ее голосе.
  "Теперь, когда я знаю, что ты в порядке, со мной все хорошо. Бен, я так о тебе волновалась. Я люблю тебя". Мэг не знала сколько она сможет поговорить с ним и хотела использовать это время, чтобы увериться, что Бен знает, что она любит его и доверяет ему. Ее не волнует, если Дэнни не хочет слышать "любовных штучек". Она должна это сказать и скажет вне зависимости от того, что он с ней сделает.
  "Мне так жаль, моя любовь. Я не хотел, чтобы с тобой такое произошло".
  "Я знаю. Я знаю, что ты никогда не причинишь мне вреда. Ты меня любишь. И я это знаю", - честно ответила она.
  " О Боже", - подумал Бен. Перестанет ли эта женщина когда-нибудь его изумлять? Около нее был человек, который угрожал ей оружием, а она только хотела, чтобы он знал, что она любит его и не винит ни в чем, хотя именно из-за него она и их ребенок в серьезной опасности. "Это долгая история, моя любовь и, как только мы вернемся домой, я все тебе расскажу. Мэг, будь осторожна с этим человеком. Я не хочу тебя пугать, но делай как он говорит, до тех пор, пока я не смогу придти за тобой. Я обещаю, что заберу тебя домой, в Канзас".
  "Домой в Канзас?" - подумала Мэг. О чем Бен говорит? В Канзасе ей больше ничего не принадлежит, но она знала, что сейчас лучше не задавать вопросов. Вместо них она сказала: "Я люблю тебя, Бен, и я..." Дэнни дернул телефон от ее уха.
  "Черт", - пробормотал он, выхватывая телефон. "Я же сказал тебе не делать этого", - закричал он на Мэг, а в телефон сказал: "Я уже сказал, Бенджамин. Я хочу получить "дипломат". У тебя есть 12 часов, чтобы отдать его мне, или..." - он посмотрел на Мэг. "Или я буду решать, какой кусочек твой жены послать тебе первым. Я скоро тебе позвоню". И он щелкнул телефоном, разорвав соединение.
  
  Бен продолжал держать трубку, когда Дэнни уже повесил свою. Эти слова все еще звучали у него в ушах. Эш дотянулся и забрал у него телефон. "Он сказал, что убьет ее, если не получит "дипломат". А я даже не знаю, где эта чертова штуковина! Боже, что же мне делать?!" Он чувствовал себя таким беспомощным.
  "Ты хочешь сказать - нам. Что НАМ делать", - Эш никогда бы не оставил Бена один на один с этим демоном. В последний раз, когда они столкнулись с Дэнни, Эш выбрался живым только благодаря Бену. Он был в долгу у Бена и сейчас пришло время заплатить этот долг. И он это сделает. Он был уверен, что и Дэнни не забыл тот эпизод. Именно из-за Бена он ходит с этим шрамом поперек своей левой щеки. С этим постоянным напоминанием о том, что Эш и Бен перехитрили его. Дэнни не был тем человеком, кто мог бы получить то, что ему нужно, и уйти, не причинив никому страданий. Он хотел, чтобы они оба умерли. Они были должны ему, и сейчас у него была отличная карта, чтобы заманить их в свое логово и отплатить. Этой картой была Мэг.
  "Я должен вернуться в аэропорт и найти этот "дипломат". Бубба, разверни машину и отвези меня обратно", - потребовал Бен.
  "Бубба, ты этого не сделаешь", - отдал свой приказ Эш. "Мне жаль, Бен, но Дэнни не получит "дипломат" даже в аду. Я не для того потратил почти полжизни на то, чтобы охранять эти документы от этого мерзавца, чтобы отдать ему их по его первому требованию". Эш знал, что ему придется сражаться за эти слова.
  "О чем ты говоришь, черт побери! Под угрозой жизнь Мэг, и я сделаю, что угодно, чтобы найти этот чертов "дипломат" и отдать его Дэнни. Я не желаю рисковать жизнью Мэг. Ты сошел с ума!" Бен вышел из себя. "Ты же знаешь, в какие сумасшедшие игры любит играть Дэнни. Он сказал, что разрежет ее на мелкие кусочки, и он имеет в виду именно это. Он будет нечеловечески мучить ее, а потом убьет!"
  "Бен", - серьезно напомнил Эш. "Под угрозой не только жизнь Мэг. Эти бумаги могут погубить множество людей, и ты знаешь это. Есть другой путь..." Эш быстро оборвал себя.
  "Меня не волнуют ни эти документы, ни те, кого они погубят, пока я не получу обратно Мэг, в целости и сохранности! Я не хочу потерять ее и нашего ребенка, вне зависимости от всего этого. Останови машину и дай мне выйти. Я должен вернуть свою жену. Мне жаль, если при этом разрушится твоя жизнь. Я ни за что не причинил бы тебе вреда, но Мэг - это исключение", - добавил он. "Я бы продал свою душу за нее. Мне жаль, но если будет нужно, я продам и твою. Останови машину, Бубба. Я выхожу". Бен потянулся к двери, а Эш положил свою руку на его.
  "Бен, если бы ты позволил мне закончить, я бы рассказал тебе о своем плане. У меня нет намерений смотреть, как Мэг причиняют боль. Так что усмири свой чертов темперамент. Из-за него тебя могут ранить или убить. У Дэнни Мэг, и он рассчитывает, что ты ворвешься и будешь, как взбесившийся зверь, требовать ее назад. Он провел годы в поисках твоей Ахиллесовой пяты. Ею является твоя Мэг, и он знает это. Он убьет вас обоих, и меня заодно". Эш задумчиво посмотрел на него и спросил: " Я правильно расслышал? Мэг беременна?"
  "Да, Эш. Я буду отцом". Эти слова никогда не переставали изумлять Бена, сколько бы раз он не повторял их.
  Эш улыбнулся своей неповторимой улыбкой и протянул ему руку. "Поздравляю, папочка. При этом есть еще больше причин в безопасности вернуть нашу маленькую мамочку домой в Канзас. И мы сделаем это", - пообещал он.
  
  Глава 35
  
  "Развлечения с Дэнни"
  
  
  Мэг старалась вырваться из пут и освободиться. От кляпа ее тошнило, а рот был суше, чем гренок. Она была уставшей, но старалась использовать любую возможность, чтобы освободиться. Ей было сложно понять, сколько прошло времени, но по ее впечатлению, Дэнни не было около часа. Он должен скоро вернуться, и ей хотелось устроить ему сюрприз - чтобы он нашел пустой дом, когда вернется. Если есть какой-то путь для этого, она обязательно сбежит, прежде чем он вернется все-равно-откуда. Надо только сбросить веревки, которыми он связал ее, и этот кляп, который напоминал о себе.
  Ее страх Дэнни заметно уменьшился с тех пор, как она поговорила с Беном. Одно только то, что она знает, что он жив, значительно увеличивало ее храбрость. Она теперь не так сильно боялась Дэнни, зная, что с Беном все в порядке и что он с Эшем. Это подразумевало, что Бен в безопасности. Она знала, что Дэнни не убьет ее. Она нужна ему, чтобы завлечь Бена. Мертвая она ему не нужна, и она планировала использовать это, чтобы выбраться. Поскольку она уже не так боялась его тяжелого пистолета, следующей самой большой ее проблемой было его зловонное дыхание. Ну, почти самой большой, уступила она. Самой большой проблемой был этот чертов кляп и путы, стягивающие ее руки за спиной. Но сколько бы она ни боролась, они не сдвинулись ни на дюйм. Она устала от этих попыток освободиться и решила чуть-чуть отдохнуть. Если бы только она могла освободиться! Она знала, что она недалеко от своего дома. Она пробормотала проклятие, когда услышала скрежет дверной ручки и поняла, что Дэнни возвращается. Он вошел, неся сумку продуктов. "Еда! Я голодная", - подумала она.
  "Скучала по мне?" - спросил он, запирая за собой дверь. "Я принес тебе кое-что поесть", - сказал он и вытащил из сумки несколько комплексных обедов.
  "Комплексные обеды на завтрак? Здорово", - подумала Мэг. - "Ну, я надеюсь, что здорово". У нее скрутило живот.
  Дэнни перетащил ее с дивана на стул около стола, а обеды подогрел в микроволновке. Он перетащил их на стол и поставил перед ней. Затем он вытащил у нее изо рта кляп, развязал руки и придвинул к столу, чтобы она смогла есть. Мэг подумала, что ее сейчас стошнит. Картофель был похож на куски обоев, а горох - пересушен. Бог знает, для чего эта еда предназначалась.
  "Дэнни... Меня сейчас стошнит". Она действительно чувствовала тошноту.
  "Да неужели?" - поддел он ее. "Мне кажется, что ты не такая кисейная барышня, какой хочешь казаться". Он взял лоток и выбросил еду в мусорку. Он, казалось, был сердит, что она раскритиковала его готовку.
  "Нет, Дэнни. Меня на самом деле тошнит". Она поднесла руку ко рту, пытаясь удержать то немногое, что в ней было. Он посмотрел на нее и, заметив, что она действительно побледнела, дал разрешение пойти в ванную. Она едва успела добежать до туалета, как ее вырвало. Она подошла к раковине и сполоснула лицо холодной водой. "Утренняя тошнота" оказалась намного хуже, чем она могла себе представить. Неудивительно, что Бену было так плохо. Это была ее первая встреча с данным недомоганием, и приятной она не была.
  Дэнни застучал в дверь. "Ты собираешься оставаться там весь день? Выходи!" - потребовал он. "Я голоден".
  Мэг вышла и села за стол. Она чувствовала себя лучше и знала, что должна что-нибудь съесть. Она попросила тарелку каши.
  "Как ты думаешь, что это?" - внезапно закричал на нее Дэнни. "Высококлассный отель? Готовь свой завтрак себе сама, а заодно можешь приготовить и мне. Я внезапно потерял аппетит к гороху и моркови".
  Мэг подошла к шкафам и стала осторожно их осматривать. Она была оскорблена. Не будет она готовить ему никакого завтрака. Кто из них похититель вообще? Не она его похитила. Это он похитил ее, а теперь хочет чтобы она еще и готовила ему завтрак. Если так, то она собирается его отравить. Если он хочет, чтобы ему кто-то готовил, пусть похищает кухарку. Открыв шкафы, она проверила содержимое. Выбор был очень ограничен. Она подошла к холодильнику и открыла его. Вытащив картонку яиц, она снова почувствовала тошноту и подумала, устроит ли его, если ее вырвет прямо на эти яйца. Она поставила яйца на кухонный стол и неохотно принялась за работу. Поставив вариться кофе, она отрезала 2 куска хлеба и сунула их в тостер. Вдруг у нее появилась идея. Она разбила яйца в миску, а потом повернулась и спросила Дэнни, не может ли она снова зайти в ванную. Он гнусно пошутил насчет того, что ей надо пойти к врачу и сказать насчет ее активного мочевого пузыря. Она беззвучно выругалась. Если бы ей была дана возможность, она бы поработала над его мочевым пузырем.
  Наконец он разрешил ей снова пойти в ванную со строгим предупреждением не сидеть там долго, поскольку он хочет есть. Она вылетела из комнаты. В ванной она выглянула за дверь, чтобы убедиться, что он по-прежнему сидит за столом и, торопливо закрыв за собой дверь, залезла в аптечку. Она была разочарована, когда аптечка оказалась почти пустой. В ней было только несколько использованных бритвенных лезвий - она задалась вопросом, почему он просто не выбросит их - неначатая зубная паста и коробка слабительного. Она выругалась, потому что не нашла того, что могло бы вывести его из строя. Исходя из своего очень ограниченного выбора, она открыла коробку со слабительным и высыпала ее содержимое себе в руку. К счастью, коробка была полной. Спрятав таблетки в руке, она спустила в туалете воду и вернулась на кухню.
  Дэнни не понравилось, что она была там так долго и он вслух выразил свое неудовольствие, сказав, что он голоден и ждет немедленного завтрака.
  Мэг извинилась за задержку и подошла к раковине. Она залезла в шкаф и вытащила 2 чашки. Оглянувшись через плечо, чтобы убедиться, что он на нее не смотрит, она незаметно опустила слабительное в одну из чашек и торопливо залила в нее кофе. Зажав рот, она вылила яйца на сковородку. Как только они поджарились, она положила яичницу на тарелку, а потом вытащила из тостера гренки и тоже положила их туда же. И поставила тарелку перед Дэнни.
  "Ты забыла кофе", - недовольно сказал он.
  "Нет, я не забыла", - подумала Мэг. "Я хотела, чтобы ты спросил". Но она улыбнулась и, извинившись, сказала, что сейчас принесет. Она быстро подошла обратно к кухонному столу, взяла доверху налитую чашку и взболтала ее, чтобы удостовериться, что таблетки растворились и не плавают наверху. "Со сливками и сахаром?" - сладко спросила она через плечо. Дэнни посмотрел на нее и сказал, что просто с сахаром. Она была очень рада, потому что сахар должен помочь замаскировать вкус слабительного, который походил на вкус шоколадки. Взяв чашку, она улыбнулась и протянула ее ему.
  "Наслаждайся своим завтраком", - сладко произнесла она. Дэнни посмотрел на нее и начал есть.
  Дэнни прочитал целую газету, с жадностью пожирая свой завтрак и запивая его кофе. Мэг сидела и смотрела на него с ликованием в глазах. "Пей, Дэнни", - думала она. - "Я не могу избавиться от тебя совсем, но по крайней мере, буду уверена, что проведу в твоем присутствии как можно меньше времени".
  "Что смотришь?" - внезапно спросил Дэнни, глядя на нее поверх газеты.
  "Ничего", - сказала она и поймала взглядом заголовок. Дэнни снова закрылся газетой, а Мэг посмотрела на заголовок во второй раз и ее затрясло, когда она прочитала его. Она не могла поверить тому, что видела.
   "КАРМЕН ТОРРЕС УМИРАЕТ, БОРЯСЬ СО СВОЕЙ ДОЧЕРЬЮ!"
  Она мигнула, чтобы удостовериться, что глаза ее не обманывают и наклонила голову, чтобы постараться прочитать эту историю, но не смогла прочитать слова в том углу, где Дэнни держал газету. Она молилась, чтобы он взял ее за другое место, чтобы она смогла прочитать. Мария убила свою мать? Как это могло произойти? Она должна была знать. Дэнни не читает заголовки. Знает ли он о Кармен и ее отношении к Бену? Она решила использовать шанс и спросить. "Могу я посмотреть газету?" К счастью, он передал ее ей, и она начала читать.
  "Жители Сансет Бич были шокированы, узнав о безвременной кончине экстрасенса Мадам Кармен Торрес. На данное время подробности очень отрывочны, но власти сообщают, что Мадам Торрес погибла во время борьбы со своей дочерью, Марией Торрес Эванс. Это произошло вчера вечером, и старшей Торрес был нанесен удар ножом. Наши источники сообщают, что драка началась, когда обе леди начали ссориться из-за бывшего мужа Марии Торрес, который обвиняется в убийстве Тима Трумана и по-прежнему остается беглецом от правосудия вместе со своей новой женой Мэг Каммингс Эванс. Есть слухи, что м-р Эванс был в их доме во время инцидента. В настоящее время полиция официально это не подтвердила. Мы будем держать вас в курсе событий, когда станут известны детали".
  Мэг изумилась и прочитала еще раз. И еще. Но слова не изменились. "Есть слухи, что м-р Эванс был в их доме во время инцидента..." Почему Бен был у Кармен? Почему Кармен погибла и почему она дралась с Марией? В этом не было никакого смысла. Кармен была самой стойкой сторонницей Марии. Мэг было нужно знать больше. Она просто сгорала от желания знать больше, когда в дверь кто-то постучал. Дэнни приложил палец к губам и поднял пистолет, призывая ее к молчанию. Он встал со стула, снова сунул ей в рот кляп и связал за спиной руки.
  "Привет. Кто-нибудь есть дома?" Кейси попробовал заглянуть в дом через маленькую щелочку в занавеске, завешивающую окошко на двери. Это была его неделя доставлять анкеты "Соседского наблюдателя" по всем соседям, и он хотел сделать все как можно лучше. Он не был знаком с этими людьми, да вообще-то и не хотел знакомиться, но должен был. Эти люди переехали в этот дом незамеченными, и было похоже, что они предпочитают собственную компанию, нежели соседей. Сейчас он желал быть в любом другом месте, нежели так глупо здесь торчать. На самом деле это должна была делать Сара, но поскольку она сейчас прохлаждается в тюрьме за нападение на полицейского, который пытался выстрелить в Бена и Мэг, эта задача свалилась на него. Она настояла, чтобы он ее выполнил. Он не понимал, зачем, но она заставила его пообещать, что он все сделает. Он нетерпеливо позвонил в звонок и крикнул: "Есть кто-нибудь дома?" Если они сейчас не ответят, он не будет ждать слишком долго. И если ему скоро не откроют, он просто оставит бланки на крыльце и пойдет по своим делам.
  Кейси? Это голос Кейси? Мэг внезапно обрела надежду. Может быть, он снова спасет меня?
  Кейси постучал еще несколько раз, но поскольку никто не ответил, произнес: "Никого нет дома. Думаю, я вернусь сюда позже".
  Дэнни отодвинул занавеску дулом пистолета, чтобы удостовериться, что его незваный гость ушел. И тут он внезапно почувствовал срочную потребность пойти в ванную. Причем эту потребность невозможно было игнорировать.
  Мэг в разочаровании потупила глаза, понимая, что Кейси ушел, и вдруг заметила нечто, что она совершенно упустила из виду. Ее ноги не были связаны! Дэнни забыл связать ей ноги, когда она вернулась из ванной. Это был ее шанс выбраться, а Кейси не мог уйти далеко. Она осторожно обернулась, чтобы посмотреть, где Дэнни. Это был ее единственный шанс сбежать, и даже несмотря на то, что ее руки были связаны, она решила это сделать во что бы то ни стало. Она изучила путь от стула до двери. "Другого времени не будет", подумала она и встала. Она быстро подошла к двери. Ее сердце билось так быстро, что ей показалось, что она сейчас упадет в обморок. Она повернулась, дотянулась до дверной ручки и повернула ее. К счастью, дверь не была заперта, и Мэг вздохнула с облегчением. Она огляделась, чтобы удостовериться, что Дэнни еще не вышел и открыла дверь. И... сразу же попала в руки еще одного мужчины, с сигарой в зубах.
  "Здравствуйте, миссис Эванс. Рад наконец-то с вами познакомиться". Он крепко схватил ее за руку и втолкнул обратно в дом. Мэг была полна решимости не возвращаться туда и стала бороться с ним, пытаясь освободиться от его захвата. Она уперла ноги в дверь, стараясь не дать ему втолкнуть ее в дом. Она производила столько шума, сколько позволял ее заткнутый кляпом рот. Несмотря на все его усилия затолкнуть ее в дом, ей удалось толкнуть его ногами, и он чуть не потерял равновесие.
  "Дэнни! Выйди сюда!" - крикнул незнакомец ей в ухо. Дэнни выбежал из ванной, на ходу застегивая брюки. Он постарался убрать ее ноги с двери, но она сильно пнула его. Откуда-то, как по волшебству, появился его вездесущий пистолет, но незнакомец, державший Мэг, приказал ему положить оружие. Мэг по-прежнему дралась из-за всех сил, но они в конце концов втащили ее внутрь и снова привязали к стулу.
  Незнакомец был очень сердит на Дэнни и не делал из этого секрета: "Что здесь происходит, черт возьми! Ты понимаешь, как ты был близок к тому, чтобы все потерять! Если бы она сбежала..."
  Мэг видела, что этот человек напугал Дэнни. Должно быть, он все время говорил по телефону именно с ним, подумала она. Этот хорошо одетый мошенник должно быть тот человеком, который на самом деле охотится за Беном.
  
  Глава 36
  
  "Дипломат"
  
  
  Бубба обыскал весь аэропорт, но не нашел никаких признаков "дипломата". Он не пропустил ни одного закоулка, ни одной трещины. Он обыскал столы, туалеты, шкафчики и все остальные места, где можно было что-то спрятать. Но даже при таком дотошном осмотре он не смог обнаружить никаких следов портфеля. Ему ужасно не хотелось возвращаться к Бену и Эшу и говорить им, что его поиски не увенчались успехом. Но хуже всего то, что он не узнал ни о местонахождении портфеля, ни о том, где прячется этот слизняк Дэнни. Он сел на одно из кресел в главном зале и откинулся в нем. "Ничего", - подумал он. -"Мне просто нужно минутку передохнуть и начать поиск с самого начала". Он был расстроен и нуждался в свежих идеях. Он не мог вернуться без портфеля, потому что жизнь Мэг зависела от него. Он закинул голову и посмотрел в потолок. И там заметил нечто, о чем он должен был подумать с самого начала. "Черт подери!" - выругался он. "Как я мог быть таким идиотом?" Он посмотрел на дверь, а потом снова на потолок. "О Боже!" - подумал он. "Это же то, что надо!" И он с ликованием вскочил на ноги. Наконец-то хоть какой-то позитивный сдвиг.
  
  Бен стоял и смотрел за окно в доме Эша. Новости о смерти Кармен сотрясали город, но нигде не было упомянуто, что это она убила Тима. Конечно же, Рикардо слышал слова Марии. И Бен не понимал, как Рикардо может держать это в секрете. Он задавался вопросом, когда же эта история кончится и можно будет свободно искать Мэг. У него екало сердце каждый раз, когда он думал о том, что Мэг сейчас с Дэнни. Его переполняли ярость и страх, когда он думал о том, что беззащитная Мэг во власти этого ублюдка. Он знал Дэнни и знал о его любви к оружию и жестокости. Единственная призрачная надежда была на то, что Дэнни тоже знал его и на то, что этого будет достаточно, чтобы удержать Дэнни от его сумасшедших игр. Он подумал о том, какой храброй Мэг старалась быть, когда разговаривала с ним прошлым вечером.
  Эш прервал его мысли, положив руку ему на плечо и передав чашку кофе. "Бен, я отправил Буббу искать портфель и Дэнни. Он не причинит ей вреда. Гриффин ему не позволит. Гриффин ВаленКаут хочет получить тебя и он знает, что Мэг является для этого единственным способом. Мы вернем Мэг назад, я обещаю..."
  "Ты обещаешь?" Бен посмотрел на руку на своем плече и потом на Эша. "Я думаю, что ты слишком долго был вне игры, Эш. Или ты забыл, что я чертовски хорошо знаю, чего хочет Гриффин и что он сделает ради того, чтобы получить желаемое. Я не желаю использовать Мэг в качестве заложницы его ненормальных игр. Я желал бы никогда не давать ей этот ключ и не рассказывать об этом чертовом сейфе, но в то время я не хотел оставлять ее без защиты. Я хотел, чтобы она могла защитить себя от этого", - он показал на рану на своей голове. Он поставил чашку и взял куртку, собираясь уйти. "Я иду искать Мэг, а ты можешь делать, что тебе вздумается".
  Бен открыл дверь, но Эш снова закрыл ее. "Бен, ты не должен так выходить из себя. Мы вернем Мэг обратно, но ты не должен заводиться с пол-оборота. Этот ублюдок прижал тебя, и он знает это. Он именно этого и ждет от тебя. Он ждал много лет, чтобы получить удовольствие - завернуть гайки и наслаждаться твоими страданиями". Бен посмотрел на Эша, но промолчал. Эш продолжил. "Почему, ты думаешь, он делает именно так?" Он не ждал ответа Бена. "Он много лет наблюдал за тобой. Ты женился на Марии, но он ничего не сделал, потому что знал, что она не была твой слабостью. Потом появилась Мэг, и он набросился как стервятник, потому что получил нечто, что можно было использовать, чтобы причинить тебе боль. Я знаю, что ты любишь Мэг, и Гриффин это знает. Его игра состоит в том, чтобы разделить нас и победить. Посмотри, что он сделал с теми, кто в начале были тремя мушкетерами - тобой, Антонио и мной. Он почти что уничтожил нас. Вы с Антонио провели последние 10 лет, устраивая свои жизни, так или иначе. Я делал то, что и всегда. Но все мы выжили, потому что были вместе. Гриффин ждал, пока мы разделимся. Ты - это свободное звено. Он ждал, чтобы получить что-то против тебя, и этим "чем-то" оказалась Мэг. Он не рассчитывал на то, что и я без ума от твоей леди, да и Антонио тоже. Я намереваюсь вернуть ее тебе в целости и сохранности. Она же мать моего крестника!" Он на секунду задумался. "А может, действительно попросить Антонио окрестить моего крестника? Впрочем, это не имеет значения". Он не ждал ответа Бена. "Я просто заполучу для этого Папу Римского. Никто рангом меньше не будет достоин моего крестника. А теперь вернись, и мы подумаем, что же нам делать!"
  Бен опустил голову, зная, что Эш прав. Он не сможет помочь Мэг, если позволит своему темпераменту контролировать ситуацию. "Я не могу потерять ее", - ответил он почти неслышно. "Я умру, если с ней что-то случится. Я потерял Марию, и это чуть не убило меня". Он задумался. "А потом появилась Мэг и заполнила все темные места в моей жизни. Она спасла меня, Эш. И никто больше меня не сможет спасти. Если с ней что-то случится, я не захочу, чтобы меня спасали. Я знаю это. Я знаю это всем своим сердцем и нашей любовью..."
  "Все будет хорошо, Бен", - Эш нежно потрепал его по плечу. "Давай сядем и подумаем, как вернуть ее обратно. Я знаю, что все выглядит плохо, но у меня есть план". Он усмехнулся. "Ты же меня знаешь - у меня всегда есть какой-нибудь план".
  Бен стоял около камина. В студию влетел Бубба, и они с Эшем подскочили от неожиданности. Бубба всегда делал свое присутствие заметным. "Подождите, пока не увидите, что я нашел!" Он сам не мог дождаться показать.
  "Дипломат?" - с надеждой спросил Эш.
  "Дэнни! Ты обнаружил, где он держит Мэг?" Бен тоже надеялся.
  "Увы, увы. Вы оба неправы", - разочаровал Бубба обоих. "Мне жаль, но я не нашел ни портфеля, ни Мэг. Но зато я нашел вот это". И он в триумфе поднял вверх видеокассету.
  "Он потерял разум", - подумал Эш, глядя на своего давнего друга. Этот дурак сходил и снова взял напрокат "Смоки и Бандит". Он всегда брал его, когда нервничал или волновался. Эш не понимал, почему Бубба просто не купит этот чертов фильм. Бог знает, что он потратил столько денег на прокат, что мог бы купить несколько сотен копий. Эш покачал головой, подумав, что он такой же сумасшедший, как его собственный акцент - южный. Бубба любит этот фильм и, вероятно, взял его, думая, что он поможет им избавиться от стресса. И как он пришел к такому выводу? За все 20 лет их знакомства такого не было. Однажды он расскажет своему другу о том, какой этот фильм ужасный на самом деле. Он возненавидел его с первого раза, когда Бубба заставил его смотреть его, а с тех пор он видел этот фильм 10 или 20 раз. Но он терпеливо сказал: "Бубба, у нас нет времени смотреть кино". Эш надеялся, что он просто отложит кассету, и ему не придется ранить его чувства, говоря, что они не хотят смотреть этот фильм.
  "Сейчас я вам покажу, что это". Бубба подошел к мультимедийному центру и сунул кассету в видеомагнитофон. Эш двинулся, чтобы остановить его, но Бубба успел первым. "Я был в аэропорту и пытался найти что-то, что могло бы привести меня к портфелю или к Дэнни. Но не смог".
  "Ради Бога! Какое отношение эта кассета имеет к Мэг?" Бен хотел знать, почему Бубба хочет смотреть ее. Мэг в серьезной опасности, а этот большой идиот хочет смотреть кино. Он был более чем раздражен этим.
  "Бубба". Терпение Эша, казалось, тоже иссякло. "Мы не хотим смотреть "Смоки и Бандит".
  "Это не такой классический фильм, но тоже замечательный!" - улыбнулся Бубба.
  "И что же это тогда, черт возьми?" - спросил Эш.
  "Если вы оба дадите мне закончить, я покажу". Он смотрел на обоих, пока Эш не сел, а Бен не поднял руку, как бы говоря, что он будет молчать с идиотской улыбкой. "Вот теперь уже более нормально", - сказал он скорее пленникам, а не внимающей публике. "Я обыскал все, что могло иметь отношение к "дипломату", но не мог его найти. Я обыскал туалеты, урны, склады, шкафы и все, что могло придти мне в голову, но совершенно без успеха. А потом я сел и стал думать, что мне делать дальше", - начал он, но Бен прервал его.
  "Не мог бы ты пропустить вступление к этой истории и добраться до сути?" - едко спросил он.
  "Я доберусь до нее, если ты заткнешься". Буббу совершенно не пугал его нрав. "Как я уже сказал", - он строго посмотрел на Бена и продолжил, - "я сидел в аэропорту. Я посмотрел вверх и увидел камеры". Бен резко вскинулся, но промолчал. "Я знал, что у них есть копии кассет из камер безопасности, и я подумал, что если я смогу найти Мэг на этой кассете, то смогу понять, что произошло с портфелем". Он нажал воспроизведение, а потом перемотку. "И чтобы сделать эту долгую историю короткой, я вернулся к тому времени, когда Мэг была в аэропорту... Есть!" Он снова нажал воспроизведение, и они увидели Мэг, которая шла через главный зал, а Дэнни крепко держал ее руку. Портфель был с ней, и они видели, как она борется за него с Дэнни.
  Бен придвинулся к телевизору, почти закрыв собой экран, но никто из них не посмел сказать ни единого слова. "Черт тебя подери", - прошептал он. "Черт тебя подери, Дэнни О`Брайен". Вдруг Мэг выдернулась из его захвата и вышла из поля зрения камеры. "Подожди! Куда она пошла? Бубба, здесь этого нет! Где она?" - потребовал он, как будто Бубба был обязан ему сообщить это.
  "Подожди минуту". Бубба перемотал пленку вперед и они снова увидели Мэг. Она поговорила с каким-то мужчиной и передала ему "дипломат". "Ты знаешь, кто это?" - спросил он.
  Бен придвинулся к экрану еще ближе. "О Боже!"
  Эш встал и подошел к нему. "Бен, ты знаешь, кто это?"
  "Да, это мой бармен Роджер, и эта женщина... она выглядит такой знакомой... Да, это же секретарша Мэг, Джина... Мэг отдала портфель Роджеру! Она, вероятно, сказала ему сохранить его для нее! Я должен поехать в "Бездну"! Портфель должен быть там!" Бен не колебался, поэтому он схватил куртку и вылетел из дома.
  "Бен, подожди! Я иду с тобой!" - закричал Эш, выбегая за ним.
  Бубба на мгновение замешкался, и прежде чем они успели крикнуть ему "Спасибо, Бубба", он сел в машину, чтобы отвезти их.
  
  Глава 37
  
  "Полет над гнездом кукушки"
  
  
  Кто пишет эту историю? Этот вопрос задают многие. Авторы - анонимы. Эта история написана парой извращенцев или извращенной парой? Извращенцами или парой? Или, возможно, комбинацией? Кто знает? Но в любом случае, они желают остаться неизвестными.
  
  Кэрриган
  
  
  Рикардо, Антонио и Габи ждали психиатра Марии в коридоре здания суда. Прежде чем они могли войти к судьям, к ним должна была присоединиться д-р Эстрада. Рикардо и Антонио подали прошение, чтобы Марию перевели из тюрьмы в "Дубовую Рощу" для лечения. Она была в почти полной прострации и, кроме имени Бена, не произносила ничего. Она даже не спрашивала о своей любимой матери. Д-ра Эстраду вызвали, чтобы оценить ее психическое состояние и предоставить судьям отчет о результатах. Рикардо нетерпеливо желал выяснить все о сестре и не мог дождаться встречи с судьями. Для него было уже достаточно сюрпризов в последние несколько дней.
  Антонио было тяжело принять смерть матери и участие Марии в этом. Мария не открылась и ему. Слава Богу, Габи была с ними. Мария была как каменная с ними обоими. И он хотел знать больше, чем рассказал ему брат об этом инциденте. Открылась дверь, и вошла д-р Эстрада.
  "Ну", - спросил Рикардо, встречая ее у двери.
  "Детектив Торрес, нам нужно встретиться с вашим капитаном и судьями. Я уже и так опоздала. Я могу отчитаться перед всеми вами одновременно", - сказала она, не останавливаясь. Ее поведение ясно показывало, что она не хочет обсуждать с ними Марию.
  "С Марией все в порядке?" - спросил Антонио.
  "Сейчас она очень ранима, Святой Отец. Пожалуйста, следуйте за мной. Я расскажу вам все, что знаю, когда буду давать свои рекомендации судье". Она отвечала, даже не сбавляя темпа ходьбы.
  "К черту судей!" - закричал Рикардо. "Мы хотим узнать о нашей сестре и хотим узнать прямо сейчас! Она не должна быть в таком месте", - закричал он на врача.
  "Рикардо, пожалуйста, дай д-ру Эстраде делать свою работу", - попросила его Габи. Она знала, что он на пределе терпения и скоро совсем потеряет самообладание. Антонио был более спокоен и поглощен своей печалью, поэтому он только молчал и смотрел с раскаянием во взгляде. Она должна быть сильной ради них обоих. Рикардо секунду смотрел на нее, зная, что не сможет ей отказать . Не тогда, когда она так смотрит на него своими большими беспомощными глазами. Он знал, что она права. "Ладно", - справился он со своим нетерпением. "Но мне станет легче, когда я все услышу", - попытался он поддразнить ее, чтобы убрать волнение из ее глаз. Он постучал в дверь зала заседаний. Капитан открыл дверь и попросил их войти. Рикардо не был счастлив видеть Хэйлли Кросс, которая сидела на стуле в дальнем конце комнаты. "Что она здесь делает?" - потребовал он ответа. Она не была его любимицей, и он был совершенно не в настроении снова иметь с ней дело.
  "Миссис Кросс здесь потому, что это ее работа. И вы все знаете это", - ответил капитан. "Она должна знать, какие обвинения будут выдвинуты против Марии. И надеюсь, что д-р Эстрада сможет нам в этом помочь. А теперь сядьте и сохраняйте спокойствие, или я выкину вас отсюда", - произнес он. "Через минуту придут офицер Руис и Судья Уилсон. И мы сразу же начнем".
  "Руис? А ему зачем сюда приходить?" - хотел знать Рикардо. Габи попробовала заставить его умолкнуть и взяла за руку, но он рассеянно отпихнул ее.
  "Офицер Руис производил арест в этом деле, если вы забыли", - ответил капитан. Рикардо резко встал и подошел к окну.
  Руис постучал в дверь и, войдя, сел в углу. А капитан подошел к судье.
  Судья Уилсон была милой леди. Рикардо питал к ней огромное уважение и был очень рад, что именно ее назначили на дело Марии. Судья села за стол и открыла заседание. "Если я правильно понимаю, мы собрались здесь, чтобы решить, что будет лучшим в интересах заключенной Марии Торрес Эванс: находиться в тюрьме или быть переведенной в больницу "Дубовая Роща" для психиатрического лечения. Д-р Эстрада, если вы готовы - можете начинать".
  "Да, я тоже очень интересуюсь вашими рекомендациями", - сказала Хэйлли.
  "Почему?" - угрюмо спросил Рикардо. "Вы хотите быть в компании тех, кто повернет переключатель, когда ее приговорят к смерти?" Его отношение ясно показывало, что он не доверяет Хэйлли.
  "Детектив Торрес! Если вы не сможете впредь контролировать свои вспышки, то мне не останется ничего иного, кроме как удалить вас с этого слушания", - твердо сказала судья.
  Антонио пододвинулся к Рикардо и обнял его за плечо. Он молчал и просто смотрел на Рикардо, а тот кивнул головой и сел.
  "Я также прошу соблюдать тишину и вас, миссис Кросс", - сделала выговор Хэйлли судья. "Д-р Эстрада, пожалуйста, продолжайте ".
  "Психическое состояние Марии сейчас очень хрупкое. Я не смогла уговорить ее открыться мне. Она, кажется, хочет видеть только Бена Эванса, что достаточно типично для состояния ее психики. Судья Уилсон, у вас есть мое медицинское заключение о миссис Эванс. В нем есть ее история и то, как легко было склонить ее к помощи в убийстве Тима Трумана, которое совершила ее мать. По моему мнению, она сделала это только из-за любви. Совершенно очевидно, что она глубоко любит м-ра Эванса. Дайте мне время - и с помощью психиатрического лечения мы скоро все узнаем. Поэтому вот моя рекомендация - ее нужно немедленно перевести из тюрьмы. Это среда вредна для нее, и если мы не начнем быстро действовать - мы можем потерять ее навсегда".
  Рикардо почувствовал облегчение от результатов обследования д-ра Эстрады.
  "Офицер Руис, расскажите нам снова, какую сцену вы обнаружили, когда прибыли в дом Мадам Торрес", - попросила судья.
  "Да, мэм", - подчинился тот. - "Когда я приехал к Торресам, миссис Торрес лежала на полу. Я подошел к ней и проверил пульс, но его не было, а из ее живота торчал нож. Детектив Торрес сказал мне, что нашел свою мать мертвой, когда пришел, а миссис Эванс просто стояла там и смотрела в пространство. Как будто не знала, где находится. Рикардо велел мне арестовать ее, и я это сделал. Сразу за мной приехала "скорая", и миссис Торрес забрали в больницу, где ее официально признали мертвой. Я отвез миссис Эванс в участок и оформил ее как подозреваемую в убийстве".
  "Говорила ли вам миссис Эванс что-нибудь по дороге в участок?"
  "Нет, мэм. Она просто сидела и смотрела в окно патрульной машины. Рикардо - я имею в виду детектива Торреса - сказал мне отвезти ее в участок и оформить. Кроме просьбы о Бене Эвансе, она больше ничего не говорила".
  "Это все. Спасибо за ваше сотрудничество, офицер Руис. Вы свободны", - сказала судья и обратила свое внимание на д-ра Эстраду. "Я посмотрела ваш отчет, д-р Эстрада, но прежде чем я приму какое-либо решение, может быть, вы хотите что-нибудь добавить?"
  "Я хотела бы задать вопрос офицеру Руису, если можно", - попросила Хэйлли.
  "Хорошо, миссис Кросс. Задавайте", - согласилась судья.
  "Спасибо, ваша честь. Скажите мне одну вещь, офицер Руис. Там был Бен Эванс?"
  "Простите?" Руис выглядел смущенным, как и Рикардо.
  "Там был Бен Эванс? Согласно утверждению детектива Торреса, Бен Эванс был там, когда он пришел, но вы не упомянули об этом".
  "Это потому, что я его там не видел. Когда я приехал, то там не было никого, кроме детектива Торреса и миссис Торрес-Эванс".
  "Чего вы добиваетесь, Хэйлли?" - взорвался Рикардо. "Вы снова выдвигаете эти пустые обвинения. Разве недостаточно того, что вы пытались посадить Бена Эванса по ложному обвинению в убийстве Тима Трумана? А теперь вы пытаетесь сказать, что он убил мою мать! Вы когда-нибудь остановитесь?"
  "Как вы смеете?!" - возмутилась Хэйлли.
  "О, я смею", - посмотрел на нее Рикардо. "Бен Эванс не заслуживает того, что вы пытаетесь с ним сделать. И я, конечно, не позволю вам сделать это же со своей сестрой".
  "У вас нет выбора", - ответила Хэйлли сквозь сжатые зубы.
  "К порядку! Я требую порядка!" - прервала их перепалку судья Браун.
  "Извините, ваша честь", - повернулась к ней Хэйлли. "Я только пытаюсь выяснить, почему детектив Торрес, кажется, был единственным, кто видел там м-ра Эванса. И это поднимает еще один вопрос. Я хотела бы знать, действительно ли Мария Эванс убила свою мать, или это детектив Торрес желает пожертвовать нестабильным психическим состоянием своей сестры, чтобы защитить м-ра Эванса. Он вышел оттуда с его помощью", - перечисляла Хэйлли преступления Рикардо. "Почему он не арестовал м-ра Эванса? На его арест был выдан ордер. Он не смог выполнить свои служебные обязанности по отношению к жителям Сансет Бич и отпустил его". Хэйлли очень гордилась собой. В глубине души она знала, что Мария и Рикардо пытаются покрывать Бена Эванса. Она не позволит этому произойти.
  "Вы просто сумасшедшая..." Рикардо ринулся к Хэйлли и почти сумел получить удовольствие, когда сомкнув пальцы на ее шее. Антонио с Габи торопливо оттащили его.
  "Ваша честь, я думал, что это заседание проводится, чтобы определить, что делать с Марией, а не с Беном Эвансом. Это ведь не суд над Беном, не так ли?" - быстро вмешался Антонио, надеясь помешать главному бедствию.
  "Вы правы, Святой Отец. Детектив Торрес, сядьте, а вы миссис Кросс приберегите эти вопросы для суда. И вернемся к нашему делу. После всего, что я сегодня услышала, я должна согласиться с д-ром Эстрадой. Я не вижу причин, почему бы не перевезти миссис Эванс в "Дубовую Рощу" на лечение. Однако я хочу получать каждодневный ответ об ее улучшениях. И если никто не хочет больше ничего добавить, я закрываю это слушание. Также я хочу предупредить вас, детектив Торрес и вас, миссис Кросс. Я - судья в этом деле, и я не допущу такого поведения, какое я сегодня видела у вас. Если кто-либо из вас будет продолжать в таком же духе, то я удалю его из зала заседаний", - строго предупредила она. "При даже небольшой провокации с вашей стороны, я сделаю вас гостями тюрьмы Сансет Бич", - она посмотрела на обоих. "Заседание объявляю закрытым". Она резко встала со своего места, и по ее движениям было ясно, что она не хочет разговаривать ни с кем из них.
  "Да, мэм", - ответили они в унисон.
  
  Глава 38
  
  "Любовники и другие незнакомцы"
  
  
  Эш не считал, что идти в "Бездну" поздним вечером - это одна из самых блестящих идей Бена, но знал, что не может ничего сделать, чтобы остановить его. Он отказался от предложения Буббы сесть за руль и сам повел машину. Он подъехал к задней части здания и припарковался так, чтобы они смогли по быстрому убраться оттуда, если возникнет необходимость. Бен выскочил из машины чуть ли не на ходу, и Эш побежал за ним. Бен прошел через клуб в свой офис, благодаря Бога, что его никто не узнал. В этот час было не слишком много посетителей, и Эш тоже был рад, что они смогли проскочить не замеченными.
  В офисе Бен открыл шкаф, в который, как он считал, Роджер должен был положить портфель. Но портфеля там не было, и он выругался. Он начал все вокруг разбрасывать и выдергивать ящики в поисках этой чертовой штуковины, бормоча что-то про себя. Эш терпеливо смотрел на его движения, надеясь и молясь, что он успокоится раньше, чем один из охранников внизу услышит шум и позвонит в полицию. Он даже сказал ему об этом, но его тактичные рассуждения пролетели мимо нужных ушей. И совершенно не усмирили в Бене зверя. Он обыскал каждый дюйм офиса, а потом повернулся и, к удивлению Эша, промчался мимо него вниз по лестнице.
  "Когда все закончится, я найду себе нового, более спокойного, друга", -пообещал про себя Эш. -"Который не будет так сходить с ума из-за любви к женщине, от чего этот совершенно потерял всякое соображение. Именно это я и сделаю", - сказал он себе и заторопился за Беном.
  
  Кейси спускался по лестнице в клуб с очень озадаченным видом. Сердце у него провалилось куда-то в желудок, и всю его озадаченность как ветром сдуло, когда он увидел Бена. Он был очень рад видеть друга и пошел ему навстречу. "Бен!" - позвал он. - "Парень, я рад тебя видеть. Мы так о тебе волновались!" Он оглянулся. "А где Мэг?" - спросил он. Бен подошел к бару и не ответил. "Бен", - сказал тот ему в след, обиженный и смущенный.
  Эш подошел к Кейси и положил руку ему на плечо. "Не принимай это близко к сердцу. Он волнуется о Мэг".
  "А что случилось с Мэг?" - спросил Кейси. "Где она? Почему она не с Беном?"
  "Это длинная история. Кейси? Правильно?" - Эш посмотрел на него и нахмурился.
  "Да, но..."
  "У меня нет времени, отвечать сейчас на твои вопросы". Эш вытащил из кармана карточку и отдал ее Кейси. "Я знаю о твоей девушке. Позвони по этому номеру. Они помогут тебе". Он сунул карточку в руку ошеломленного Кейси и подошел к Бену.
  "Карл", - обратился Бен к одному из служащих. "Где Роджер? Мне нужно его видеть и немедленно!"
  Карл услышал отчаяние в голосе босса. "Роджер сегодня выходной, Бен. Он был здесь утром, но сказал, что пойдет домой. Он, наверное, сейчас дома. Я могу чем-то тебе помочь?"
  "Ты не видел где-нибудь здесь коричневого портфеля? Может, ты видел Роджера с таким?" Бен попытался успокоиться и зашел за стойку бара, пытаясь понять, где еще поискать пропавший предмет.
  Эш заметил, что посетители стали обращать на них внимание, и постарался поторопить Бена. "Бен, мы должны выбираться отсюда. Здесь вот-вот будет полиция. Пошли!"
  Бен не нашел портфеля за стойкой, и не найдя его и в кладовой, решил, что Эш прав. Он пошел к выходу, но Кейси пошел за ним, требуя ответов на свои вопросы. "О боже, Бен. Что с твоей головой? Где ты был?" Бен игнорировал его, как будто находился в трансе. Кейси схватил его за руку. "Бен, где Мэг?"
  "Отпусти меня, черт подери!" Кейси отдернулся, как будто ему дали пощечину. Бен понял, с кем он только что говорил. "Прости, Кейси, но у меня нет времени для объяснений. Сейчас приедет полиция, и я должен уходить. Прости меня, пожалуйста". И он взбежал вверх по лестнице.
  Эш наблюдал за разговором друзей и остановился около ошеломленного Кейси. "Скажи семье Мэг, что все будет хорошо. Я об этом позабочусь".
  "Но с Беном все в порядке? Он на себя не похож". Кейси волновался за Бена и был обижен на то, что тот его проигнорировал. Ему не понравилось, как Бен вел себя, и он хотел ему помочь.
  "С Беном все хорошо. Я позабочусь о нем и о Мэг", - заверил его Эш.
  "Да кто ты такой, черт возьми?" - рассердился Кейси, расстроенный холодностью Бена и тем, что этот человек занял его место друга Бена. Ему это не нравилось, и неудовольствие проявилось в его голосе и действиях.
  "Послушай, приятель..." - начал Эш и передумал. Сейчас было не время спорить о том, кто из них лучший друг Бена. "Пожалуйста, просто позвони по тому номеру и забери Сару домой. Я позвоню и все объясню. С Беном все будет хорошо. Пожалуйста, скажи ее семье, что их друг из здания суда присматривает за Беном и Мэг. Мы сравним, кто из нас лучший друг Бену, когда все кончится", - усмехнулся он. "Я должен идти. Я надеюсь, что могу тебе доверять". Сказав это, Эш побежал по лестнице за Беном.
  Бен нетерпеливо ждал Эша в машине. "Я думал, что ты никогда не придешь. Мы должны найти Роджера и забрать портфель, так что поехали". Он дотронулся до своей повязки. Его голова раскалывалась, а живот крутило. Несмотря на боль, он задался вопросом, что Мэг такое ела, от чего его тошнит. Эта "утренняя тошнота" действительно перешла к нему. Он подумал о том, есть ли еще какие-нибудь будущие отцы с такой же проблемой.
  "Куда ехать, Бен... Бен!" - прервал Эш его мысли.
  "Что? Ох..." Бен посмотрел в окно. "Сверни с парковки и выезжай на Океанский бульвар".
  Эш въехал на парковку у дома Роджера, и они поднялись по лестнице к его квартире. Бен знал все обо всех своих служащих. Он знал, где живет Роджер, там что они не тратили времени впустую, разыскивая его квартиру. Он постучал в дверь, но никто не отозвался. Он постучал сильнее, но ответа все равно не было.
  "Отодвинься, Бен. Я "помогу" нам войти". Эш вытащил из нагрудного кармана связку отмычек и отпер дверь, пока Бен стоял "на стреме". Он толкнул дверь и пропустил вперед Бена. Бен осмотрел гостиную, а Эш кухню.
  "Я не вижу здесь портфеля. Давай проверим в спальне", - предложил Эш. "Я думаю, что твой бармен там. Тот парень сказал, что он поехал домой".
  "Да, сказал", - вздохнул Бен и толчком открыл дверь. Увиденная им сцена была ошеломляющей. К нему подошел Эш и не смог удержаться от фырканья.
  "Твой Роджер - очень отзывчивый человек", - весело сказал он.
  Роджер приближался к дому. И по виду и по звукам было похоже, что он все ближе к нему. А так же судя по визгам и по стонам женщины, которая была под ним. Его голова была между ее ног, и она кричала: "Глубже! Еще глубже!" Бен отвернулся и прочистил горло, что заставило обитателей кровати понять, что у них появились зрители. Эш посмотрел на него.
  "Зачем же было так быстро портить веселье?" - спросил он. "Я только начал увлекаться". Бен свирепо посмотрел на него, а он только широко улыбнулся.
  "Господи Иисусе! Бен! Что ты здесь делаешь?" - Роджер спрыгнул с женщины, а та торопливо завернулась в одеяла.
  "Роджер, где "дипломат", который Мэг отдала тебе в аэропорту? Он мне нужен", - спросил Бен, не тратя времени на формальности. За неимением другого способа выйти из этой пикантной ситуации, он решил просто ее проигнорировать.
  "Он под кроватью". Роджер наклонился и вытащил его. При этом одеяло сползло и открыло обнаженную грудь его любовницы. Она дернула одеяла обратно и застенчиво помахала ему.
  "Здравствуйте, м-р Эванс", - робко улыбнулась она ему.
  "Джина", - произнес Бен, разглядывая потолок.
  Эш подошел к кровати и протянул руку. "Меня зовут Эш. Рад с вами познакомиться".
  "Я тоже рада", - ответила она, пожав ему руку.
  Роджер с ревностью сунул портфель в руку Эша. "Вот он. Осторожнее с дверью на выходе. Пока, Бен". Было ясно, что он их прогоняет.
  "Спасибо, Роджер", - сказал Бен, задом выходя за дверь. Он был смущен, что вторгся в жилище другого мужчины, когда тот занимался любовью со своей девушкой.
  "Не знаю насчет тебя, но, по моему, это было как настоящий взрыв", - сказала Джины, потянув Роджера к себе на кровать.
  "Ты хочешь сказать, что находишь меня более привлекательным, чем это блондинистое ничтожество с таким большим количеством зубов?" - спросил он ее.
  "Конечно", - заверила его Джина. "А теперь вернись ко мне и закончи то, что начал". Роджер с удовольствием подчинился.
  Снаружи Эш положил руку на плечо Бену. "Доставь мне удовольствие. Когда все кончится, дай мне номер телефона этой женщины".
  "Сам найдешь". Бен проигнорировал его руку. "А когда ты это сделаешь, я помогу Роджеру выбить из тебя все кишки".
  Эш усмехнулся и пожал плечами. "Ты ведь не можешь винить человека за попытку, верно? Давай, Бен! Признай, что она отлично сложена".
  Бен, уже начавший открывать дверцу машины, остановился. "Я не признаю ничего такого. Держи свои попытки при себе и не вздумай пробовать свое 600-ваттное обаяние на моей женщине. И на женщине Роджера тоже", - сообщил он, дернул дверцу и сел в машину.
  Как только Эш сел в машину, зазвонил его сотовый. "Да", - ответил Эш. "Ты можешь поговорить со мной, Дэнни... Ладно... Бен, он хочет говорить с тобой", - сказал он и передал Бену трубку.
  "Алло". Бен постарался скрыть свое волнение в голосе. "Алло!"
  "Бен, портфель у тебя?" - спросила Мэг.
  "Мэг, Слава Богу!" Скажи ему, что "да, портфель у меня". Ты в порядке?" Бен задрожал, услышав ее голос.
  "Принеси портфель в миссию. Там произойдет обмен. Приходи один. Если с тобой кто-нибудь будет, я умру. Я люблю тебя, Бен. Я люблю..." Мэг очень старалась не плакать, но слышать его голос, читать записку и не плакать было невозможно.
  "Мэг! Мэг!" - закричал Бен в телефон, но линию уже разъединили. Он схватил трубку и стал бить ею по приборной панели, пока не сломал.
  "Бен, что мы теперь будем делать?" - спросил Эш.
  "Ничего. Они мне ничего не сказали. Они хотели, чтобы я услышал голос Мэг и все", - ответил Бен. Он ненавидел врать своему другу, но у него не было выбора.
  "Ты понимаешь, что они не должны получить содержимое этого портфеля? Как я уже говорил тебе раньше, мы должны придумать что-нибудь другое". Эш был далеко не глуп. Он понял, что Бен что-то скрыл от него.
  Бен выглянул в окно, с портфелем в руках. "Эш, давай остановимся на станции техобслуживания. Меня тошнит", - сказал он.
  Эш доехал до станции и остановился. Он посмотрел на Бена и сказал: "Бен, тебе действительно нужно пойти к врачу насчет этой "утренней тошноты". Он засмеялся.
  Бен усмехнулся его шутке, а когда Эш повернул голову, то он дотянулся и положил три пальца на его ключицу. Эш был слишком ошеломлен, чтобы среагировать, потому что удар был очень неожиданным, да и он не ждал его от Бена. Он безвольно свалился на сидение и ткнулся головой в окно машины.
  "Прости, друг", - извинился Бен перед лежащим без сознания телом. "Но я не собираюсь рисковать жизнью Мэг. Не собираюсь". Он вышел из машины и медленно пошел прочь. "Я иду, Мэг. Я иду, моя любовь".
  
  Глава 39
  
  
  "Спасение Мэг"
  
  
  Бен толкнул дверь миссии и вошел внутрь. Был вечер, как раз перед закатом. Это был очень мирный и спокойный день, но не для него. Он солгал своему лучшему другу и вырубил его, и его страх за безопасность Мэг не мог сделать этот день спокойным или радостным. Он был слишком обеспокоен. Он пришел немного раньше назначенного времени. Ему нужно было придумать запасной план, поэтому он решил спрятаться в исповедальне. Он открыл портфель, надеясь найти в нем оружие. Но еще до того, как открыть его, он уже знал, что оружия там нет. Черт, выругался он про себя. Он все еще корил себя за то, что сделал со своим другом Эшем, но он знал, что Эш простит его. Он - один из самых их с Мэг верных друзей, и он поймет, что он сделал это только ради своей любви к Мэг.
  Он посмотрел на часы. Его беспокойство нарастало с каждой минутой. Он сидел в полумраке исповедальни и прислушивался, надеясь услышать приход Дэнни. Услышав звук открывающейся двери, он понял, что это или Антонио, или Дэнни. Осторожно выглянув из-за занавески, он увидел Мэг со связанными руками и кляпом во рту, а за ее спиной Дэнни. Дэнни стоял, приставив к ее голове пистолет. Этот человек не имел никаких сомнений. Он не смущался даже в церкви. То, что он увидел Мэг со связанными руками и кляпом во рту, заставило его гнев подняться на новый уровень. Ему захотелось выбежать и снести Дэнни голову с плеч. Мэг выглядела такой испуганной. "Но", - рассудил он, - "если я хочу оградить Мэг от опасности, я должен контролировать свой гнев". Он полагался на одну из тех вещей, которые помогали ему в прошлом. Он вызвал в памяти успокаивающие звуки голоса Эша. На этот раз он не мог использовать голос Мэг. Он должен был вывести ее из-под огня раньше, чем потеряет контроль и поставит ее в еще более опасное положение.
  "Сядь", - потребовал Дэнни от Мэг. Она села на скамью. Он огляделся и сел рядом, приставив дуло пистолета к ее лицу. У Бена перехватило дыхание, но он мудро промолчал. "Похоже, что твоего муженька еще нет", - Дэнни провел пистолетом по ее щеке, что заставило Бена сжать кулаки. "Если он любит тебя так, как утверждает, то ему лучше вспомнить мое предупреждение и не брать с собой этого хлыща и ковбоя Эша. Церковь или не церковь, но я не буду сомневаться, убивать тебя или нет".
  Мэг боялась угроз Дэнни, но она была такой уставшей, что ее чувства были притуплены. Она смотрела на пистолет с презрением. Ее тошнило от пистолета, качающегося у ее лица, и ей хотелось укусить его за руку. Ее тошнило достаточно сильно, чтобы сделать это. Он постоянно тыкал ей в лицо этой штуковиной, заставлял смотреть на его желтые зубы и нюхать его дыхание, которое было отвратительным. Она бы много чего сказала ему, если бы у нее не было во рту этого кляпа, поэтому она просто позволила своим глазам высказать отвращение.
  Дэнни увидел этот взгляд в ее глазах и улыбнулся ненавистными ей желтыми зубами. "Я вам не нравлюсь, девушка?" Он пощекотал ее своим пистолетом. Мэг отдернулась. "Очень плохо", - продолжил он. "Мы могли бы славно повеселиться. Держу пари, что я смогу заставить тебя забыть об этом твоем красавчике англичанине". Он наклонился ближе. "Скажи мне, он хорош в постели или самая его твердая вещь - это его верхняя губа?"
  Мэг запротестовала и попыталась избавиться от кляпа. Самое ее большое желание было - плюнуть в Дэнни. Она собиралась сделать это, как только выплюнет кляп. Дэнни был злобным отвратительным животным, и ей хотелось его убить. Как он смеет делать такие отвратительные предположения о мужественности Бена. Но она должна была признать, что Дэнни никогда не любил Бена и поэтому не мог знать, каким Бен был замечательным. Она посмотрела на него немигающим взглядом. Если бы он только вытащил кляп, она бы сказала ему о твердой верхней губе Бена и всем остальном. Бен был большим мужчиной, чем он сам мог быть, и когда она вытащит изо рта эту штуковину, она ему об этом скажет. Она расскажет ему, как красавчик англичанин познакомился со своей Дороти и как раскачивал мир, когда дотрагивался до нее. Она больше не позволит ему уйти даже в другую комнату. Она больше не будет такой глупой.
  Дэнни провел дулом пистолета по своей щеке и повернулся спиной к тому месту, где прятался Бен. Мэг смотрела на него, желая встать и оторвать ему голову. "Пора", - решил Бен. Он должен добраться до Дэнни до того, как тот в ярости что-нибудь сделает с Мэг, и до того, как его собственное желание относительно болезненного отделения его головы от шеи возобладает над ним. Он оставил портфель в исповедальне и осторожно стал пробираться к тому месту, где они сидели. Он подошел к Дэнни сзади и схватил его за шею, заставив выронить пистолет. "Ладно, старина Дэнни. Похоже, что ты сделал одну маленькую ошибку. Никогда не поворачивайся спиной к своим врагам", - прошипел Бен и так сильно сжал его шею, что тот начал задыхаться. Он слышал, как Мэг издает какие-то звуки, но не обращал на них внимания. Он был слишком зол. Он слышал каждое тошнотворное слово, которое тот говорил Мэг, и хотел вытрясти жизнь из этого подлого ублюдка.
  Он понял, что сделал большую ошибку, когда почувствовал холодную сталь пистолета, прикоснувшуюся к его затылку. Только теперь он понял, что Мэг издавала звуки, чтобы предупредить его.
  "Бенджамин, мой мальчик", - усмехнулся ему в ухо Гриффин. "Прежде чем давать уроки, может быть, тебе стоит послушаться своего собственного совета? Отпусти его". Он ткнул Бена дулом пистолета.
  Он слишком долго не имел контактов с Беном, и видеть его беспомощным было ему очень приятно. Ничто не дало бы ему большего удовольствия, чем всадить пулю в череп Бена и закончить все проблемы раз и навсегда, но он заметил, что при Бене нет портфеля. А ему нужен был портфель.
  Бен выпустил Дэнни, и тот без сознания упал на пол. Он не поворачивался. Ему не нужно было этого делать: он слишком хорошо знал этот голос. "Гриффин", - сказал он.
  "Дайте ему сигару", - насмешливо сказал тот. "Да, Бенджамин. Твой дорогой друг Гриффин. Мы, кажется, встретились при очень странных обстоятельствах. Эта церковь - очень странное место для нас. Мы должны быть более осторожны. А то люди будут думать, что мы в нашем возрасте ударились к религию. А еще мне было очень приятно познакомиться с твоей прелестной женой".
  "Отпусти Мэг. Ты ведешь сражение со мной. Она ничего тебе не сделала". Бен по-прежнему не поворачивался.
  "О да, прекрасная Мэг. Как же она красива. Утонченная леди, много более утонченная чем..." - он снова ткнул Бена пистолетом, - "ее звали Мария, верно?" Он подошел к Мэг, сел рядом с ней и положил руку на спинку скамьи.
  Мэг не могла отвести глаз от Бена, который медленно повернулся и встретился с ее верящим взглядом. Слишком верящим, подумал он. Он знал, что она верит, что он вытащит их из этой ситуации. Ее вера в него никогда не переставала его изумлять. Он чувствовал беспомощность, когда видел, что этот подонок сидит рядом с ней и оскверняет пространство своим гадким присутствием. Его гнев и расстройство увеличились, когда Гриффин обнял Мэг. Он должен что-то сделать. Он должен поскорее вытащить ее отсюда. Обязательно должен. Его жизнь ничего для него не значила, а Мэг и ребенок - все.
  "Гриффин, опусти Мэг. Она не имеет к этому никакого отношения".
  "Неужели? Я думаю, что скажу тебе то же самое, что я сказал тебе примерно - когда же это было? - 9 лет назад". Гриффин поднял пистолет и продолжил. "Я не согласен, Бенни, мой мальчик. Она имеет к этому огромное отношение". Он повернулся к Мэг. "Понимаете, моя дорогая, ваш муж забрал нечто, что принадлежало мне многие годы. Он переехал в Сансет Бич, и я провел Бог знает сколько времени, пытаясь найти его. За это время он женился на Марии и жил более или менее счастливо. Или он так думал". Он бросил на Бена насмешливый взгляд, и повернувшись к Мэг, убрал с ее глаз выбившуюся прядь волос, что заставило Бена заорать.
  "Убери от нее свои руки, Гриффин! Ни Мэг, ни я не хотим слушать твои истории!"
  "Хммм", - Гриффин притворился, что обдумывает это. "Я думаю, что она захочет услышать, Бенджамин. Да, Бен, я думаю, что твоя прелестная жена захочет услышать эту историю". Он потрепал Мэг по щеке. "Не так ли, дорогая?" Мэг поежилась от его прикосновения.
  Гриффин перевел глаза на Бена. "Я долго ждал, чтобы рассказать эту историю человеку, который имеет значение для тебя ". Он показал пистолетом на Бена. "Так что, Бенджамин, будь хорошим мальчиком: стой там и слушай. Тем или иным способом, но я расскажу все этой маленькой леди. Итак, я начинаю". И снова перенес он свое внимание на Мэг. " Говорил ли вам Бен что-нибудь о том времени, когда он был женат на милой Марии?"
  Мэг с негодованием посмотрела на него, не издавая ни звука, а Гриффин продолжил. "Она была просто святой, или все так думали. В первый раз я встретил ее в пещере около океана. Ты прав, Бен. В вашей пещере", - подтвердил он, когда Бен издал придушенный звук. "Однажды вечером я последовал туда за тобой, думая, что наконец-то застану тебя одного и смогу получить свой багаж. Но представьте мое удивление, когда я пришел туда и увидел твою милую Марию, которая ждала тебя. Она бросилась в твои объятия, и вы решили заняться непристойностями. Заставили меня, бедного, покраснеть. Вы оба стали сближаться, и это выглядело так интересно, что я решил задержаться немного подольше. Я полагал, что ты, с брюками болтающимися вокруг коленей, никуда не уйдешь, поэтому я стал смотреть. Черт бы побрал эту женщину, которая так быстро сняла с тебя брюки. Бенджамин, Бенджамин". Гриффин иронически покачал головой. "Тебе нужно больше узнать о тонкостях. Говоря о тебе... Ты проделал все за 60 секунд, и это были самые быстрые 60 секунд, которые я когда-либо видел. Я всегда думал, что тебе не хватает знания тонкостей".
  "Черт тебя побери, Гриффин!" - прервал его Бен. "Ничто не хочет слушать твою ложь".
  "Почему же?" - Гриффин поднял бровь. "Боишься, что леди обнаружит, что ты тоже имеешь недостатки? Замолчи и дай мне закончить". Он снова указал пистолетом на Бена и повернулся к Мэг. "Прошу прощения за грубость вашего мужа. На чем я остановился?" - спросил он, зная, что она не может ответить. "Так что же было потом? Как я уже говорил, я встретил твоего дорогого покойного брата Дерека. Я собирался сделать ему предложение, от которого он не смог бы отказаться, но каждый раз, когда я приближался к нему, твоя святая жена на него вешалась".
  "О чем ты говоришь?" - спросил Бен. "Ты пытаешься сказать, что у Марии и Дерека была любовная связь? Я тебе не верю. Дерек сам сказал мне, что он никогда не занимался любовью с Марией".
  "И ты ему поверил? Ну же, Бенджамин! За все эти годы разве я когда-нибудь тебе лгал? Крал, убивал, обманывал - возможно, но никогда не лгал. У меня есть принципы, знаешь ли. Я решил, что пришло время представиться твоей любимой жене и показать свое присутствие. В ночь ее исчезновения я пошел за тобой в дом и услышал шум наверху. Ты чуть не увидел меня, когда сбежал вниз по лестнице, увидев Марию с Дереком в студии. Я знаю, что должен был последовать за тобой и получить мой "дипломат", но любопытство было сильнее меня, и я поднялся наверх, чтобы посмотреть, что там происходит".
  "Там я услышал, как Мария и Дерек ссорятся, что их поймали. Дерек был очень бледным и говорил, что они никогда не получат денег, поскольку ты все знаешь. Твоя жена была еще та штучка. Она не пала духом. Она пошла за Дереком, а он дал ей пощечину. Это ее ужасно разозлило. Он назвал ее шлюхой, а она сказала, что он - психованный лунатик. Он снова ее ударил. Тогда она схватила ножницы и всадила их в него. Потом она оделась и выбежала из дома вслед за тобой. Я решил, что она убила его, но она этого не сделала. Вскоре после того, как она ушла, Дерек встал и тоже ушел. Мне было даже грустно, что все так резко закончилось. Я последовал за этими двумя и, черт, они хорошо развлеклись, если ты понимаешь, что я имею в виду. Мария не была гимнасткой, прежде чем вышла за тебя замуж? Ух! Эта женщина была просто гуттаперчевой". Гриффин потерялся в воспоминаниях. "Но я предполагаю, что мы все получаем наши радости, где можем. Ты пренебрегал ею с тех пор, как предпринял ту таинственную поездку в Канзас и вернулся оттуда с таким видом, как будто кто-то пнул твою любимую собаку. Ты не хочешь рассказать своей новой жене обо всем, что с тобой происходило?"
  Мэг повернулась к бледному как призрак Бену и поняла по выражению его лица, что Гриффин говорит правду. Она хотела броситься к Бену и обнять его, но не могла. Снова Мария причинила боль Бену, и эта история оказалась много более отвратительной, чем она думала вначале. Сара была права в отношении нее. Сара была во всем права.
  "Сейчас это не имеет значения, Гриффин", - сказал Бен. "Сейчас я с Мэг. Моя жизнь с Марией закончилась много лет назад. Давай вернемся к делу". Мария больше не могла причинить ему боль, но он не хотел, чтобы Гриффин рассказал Мэг что-нибудь еще о его путешествии в Канзас много лет назад. Он попытался отвлечь его. "Отпусти Мэг, и я отдам тебе "дипломат"".
  "Сначала "дипломат", а потом мы заключим сделку", - внес Гриффин встречное предложение.
  Бен перешагнул через лежащего без сознание Дэнни и подошел к исповедальне, чтобы забрать портфель. Но обнаружил, что его нет.
  "Мы ждем". Гриффин направил пистолет на Мэг.
  "Вы не это ищите?" - спросил голос сверху.
  Гриффин оглянулся, чтобы посмотреть, откуда идет голос. Мэг ухватилась за эту возможность и бросилась всем телом на него. Потеряв равновесия, Гриффин кувыркнулся на пол и опрокинул по пути большую вазу с цветами. Бен подбежал к Мэг, схватил ее за руку и потащил к двери, а Гриффин попытался нашарить пистолет. Дверь была заперта. Бен повернулся и побежал наверх, таща за собой Мэг. Наверху лестницы их ждал человек с "дипломатом" в руке.
  "Сюда", - сказал он и стал ждать их, не задавая никаких вопросов.
  Они пробежали через студию, и спустившись в холл, остановились у стены. Человек щелкнул чем-то, похожим на электрический выключатель, и стена открылась, обнажая вход в старый тоннель. Ни Бен, ни Мэг не колебались. Они проследовали за ним через тайный тоннель и добежали до машины. Человек передал Бену портфель и сел за руль. Бен и Мэг забрались на сидения, и машина на большой скорости умчалась в даль.
  
  Глава 40
  
  "Обратно к прошлому"
  
  
  Бен посмотрел в заднее окошко машины, понимая, что у Гриффина нет достаточно времени, чтобы их преследовать, но желая в этом убедиться. Уверившись, что их никто не преследует, он повернулся к Мэг, взял ее рукой за подбородок и поцеловал. Он должен был это сделать, или он бы потерял рассудок. "С тобой все в порядке?" - спросил он, осматривая ее. "А с ребенком?"
  "Теперь, когда я в твоих руках, мне не может быть лучше". Мэг обняла его, счастливая, что они снова вместе. "Они не причинили мне вреда, Бен", - прошептала она, еще сильнее прижимаясь к нему и вдыхая его аромат. Она так ждала этого момента, когда она сможет прикоснуться к нему, почувствовать его запах, просто быть с ним. Она потянулась к его повязке, но он отвел ее руку. "Бен, что случилось? Это пуля тебя ранила?" Она села, чтобы посмотреть, насколько серьезна рана. "Дай мне посмотреть". Ее руки снова потянулись к повязке.
  "Я в порядке, Мэг. Это просто царапина", - заверил он ее, пытаясь утихомирить ее исследующие пальцы.
  Мэг плюхнулась обратно на сидение, когда поняла, что он не позволит ей снять повязку, чтобы осмотреть его рану. "Антонио, я прочитала в газете о Кармен. Мне очень жаль". Она наклонилась вперед и положила руку ему на плечо. Она была ему очень благодарна за его помощь в их побеге из миссии. Он сильно рисковал, и она была ему благодарна.
  "Спасибо, Мэг. Это тяжело для всех нас". Говоря это, Антонио бросил взгляд в зеркальце дальнего вида. "Я собираюсь заехать в небольшое кафе. Уверен, что вы оба хотите есть". У него была для Бена информация, и он не хотел говорить о ней или о Кармен во время езды. Ему было больно думать о матери и о том, что она сделала его близким друзьям. Он любил свою мать, и тем тяжелее ему было это пережить.
  Мэг села за один из столиков, что стояли на воздухе, а Бен и Антонио пошли за обедом. "Бен, мне нужно знать, что произошло в доме мамы", - сказал Антонио, когда они встали в очередь к кассе. "Рикардо сказал, что ты был там, но не стал говорить со мной об этом. Я не хотел говорить при Мэг. Расскажи мне, что произошло! Пожалуйста".
  Бен посмотрел на Мэг, в одиночестве сидящую за столиком. "Я все расскажу тебе, Антонио. Я у тебя в большом долгу. Очень большом. Ты хороший и верный друг. Но я хочу, чтобы это слышала и Мэг. Пришло время ей обо всем узнать. Я обещал ей, что больше не будет секретов, и я должен сдержать это обещание".
  Бен считал, что подготовился у аппетиту Мэг, но он ошибся. Она быстро слопала 2 сэндвича, которые он ей купил, и потянулась к его тарелке. Он не протестовал. Он все равно не собирался есть. Зрелище ее аппетита напомнило ему о том, какой ужасной была его "утренняя тошнота". Пока они ели, Бен рассказал обо всем, что произошло в доме Кармен между ней и Марией. В глазах Антонио было так много печали. Бен переживал за него. Он желал, чтобы было что-то, чем он мог бы ему помочь.
  Мэг выразила Антонио соболезнования и очень ему сочувствовала, но казалось, это не отразилось на ее аппетите. Она съела свои сэндвичи, половину сэндвича Бена и теперь смотрела на несъеденную половину сэндвича Антонио. Одна только мысль о добавке едва не заставила Бена подскочить, но он должен был удостовериться, что она сыта.
  "Ты хочешь чего-нибудь еще?"
  "Да". Мэг не отводила взгляда от сэндвича Антонио.
  "И чего же, моя любовь?" Бен зажал рот, но решил, что накормит ее, независимо от того, что она попросит.
  Мэг наконец ответа глаза от тарелки Антонио и повернулась к Бену. "Я хочу средний - не очень большой - земляничный коктейль с множество орехов, шоколадным сиропом, бананом и..."
  Бен зажал рот и побежал в ближайшую туалетную.
  "Что с ним?" - озабочено спросил Антонио.
  "Всего лишь желудочный вирус", - невинно улыбнулась Мэг.
  Бен вернулся из туалета бледный. Но ему все же стало лучше. Он принес Мэг ее коктейль, но отказался смотреть, как она пьет эту отвратительную смесь. Пока она с аппетитом ела, он перевел взгляд на Антонио, и они продолжили разговор.
  "Нам всем жаль, что мама заставила вас обоих пройти через..." - попытался извиниться Антонио, но не смог найти правильных слов. Бен заверил его, что это не нужно. Ни он, ни Мэг не считают его ответственным за грехи его матери. Но Антонио, казалось, решил носить рубище за ее действия.
  "Мэг, могу ли я просить тебя простить ее? Я знаю, что она вела себя еще страннее обычного, но мне и во сне не могло присниться, что она способна на такое".
  "Антонио", - ответила Мэг. "Я молюсь, чтобы душа твоей матери, наконец, обрела покой. Она была больна и нуждалась в лечении. Не вини ее. Ты ничего не мог сделать, и это не твоя вина. Так что не считай, что ты должен исправлять что-то, что ты не мог контролировать".
  "Спасибо, Мэг". Антонио был рад ее словам. Он надеялся, что однажды он сможет не винить себя. Но сейчас он все же винил. "Бен, Рикардо знает, что ты не убивал маму? Он не сказал, что ты убил, но Окружной Прокурор все еще держит наготове ордер на твой арест. Она убеждена, что ты виновен в убийстве Тима и считает, что ты убил маму, чтобы она молчала. Кроме того, она считает, что Мария покрывает тебя".
  "Я не знаю, Антонио. Я слышал, как Мария сказала Рикардо, что Кармен убила Тима, но, может быть, он считает, что Мария так сказала, чтобы защитить меня. У меня сейчас нет времени, чтобы в этом разбираться. Гриффин хочет получить Пандору. Он не знает, что там не все кусочки головоломки. Я должен получить их, или за наши с Мэг жизни я не дам и ломаного гроша. У тебя есть 2 кусочка, верно?"
  "Да, они еще у меня". Антонио так долго был рядом с дьяволом, что с радостью отдал бы их Бену, молясь, чтобы все кончилось. Но у Бена на уме было не это.
  "Хорошо. Бери портфель и отдай все Эшу. Он, наверное, все еще злится, что я его вырубил. Скажи, что я свяжусь с ним, как только получу ключ".
  Антонио передал Бену ключи от машины. "Ты уверен, что готов к этому?" - осторожно спросил он.
  "Я должен быть готов". Бен молился, чтобы они смогли найти ключ, не разрушив всего остального. Он посмотрел на Мэг. И особенно, не причинив ей боль, подумал он. Она улыбнулась и взяла его за руку. "Пожалуйста, пусть она будет так же улыбаться и доверять мне, когда все кончиться", - обратился он к Создателю.
  Бен поблагодарил Антонио за все, что он для них сделал, и сел за руль. Мэг пересела на переднее сидение, чтобы быть поближе к нему. Она не желала его отпускать. Бен попросил ее открыть отделение для перчаток. Там она нашла деньги, ключи, сотовый телефон и 2 авиабилета. Нахмурившись, она повернулась к нему.
  "Прежде чем мы куда-либо поедем, позвони маме и папе", - произнес он. Он смотрел на нее, широко улыбаясь. Его самого удивило, как легко слова "мама и папа" вылетели у него изо рта. Они вели себя так, словно были его родными родителями. "Скажи им, что с нами все в порядке", - продолжил он. "Они должны это знать".
  "Бен, ты серьезно? Я на самом деле могу им позвонить?" Мэг ужасно хотелось поговорить с родителями, но не хотела даже спрашивать об этом.
  "Не говори им о ребенке. Они только еще больше разволнуются. Из того, что сказал Антонио, им сейчас и так есть, о чем волноваться. Но я думаю, что им нужно услышать тебя. Нас обоих", - улыбнулся он.
  Мэг сделала, как просил Бен, и набрала номер. "Мам, это Мэг. Не плачь, мам". Мэг начала плакать, и Бен понял, что Джоан тоже плачет. "Я в порядке. Мы с Беном оба в порядке", - она сжала его руку. "Нет, мам. Мы не можем приехать домой. Не сейчас. Но мы скоро вернемся, я обещаю". Мама сказала ей, что Сара уже дома. Они совершенно не понимали, как ее выпустили из тюрьмы, поскольку ОП очень настаивала на этой мере. Но, как объяснил Кейси, им на помощь пришел таинственный друг Бена. Они не стали задавать вопросы. Просто были благодарны, что Сара снова дома.
  Бен посмотрел на Мэг, и она стала заканчивать разговор. "Хорошо, папа, я скажу ему. Мы тоже тебя любим". Она отключила телефон. "Бен, спасибо, что позволил позвонить родителям. Они просили передать, что любят тебя и что надеются, что мы оба скоро будет дома. Было трудно не сказать им, что домой нас вернется не двое. Мне так хотелось рассказать им о ребенке. Мне хочется рассказать об этом всем".
  "Я знаю, Мэг, но мы ведь не хотим, чтобы они волновались не только за тебя, но и за ребенка, верно?"
  "Ты прав, Бен. Я буду просто счастлива, когда все кончится и мы сможем вернуться домой. Но", - она приподнялась и поцеловала его в щеку, - "пока я с тобой - я смогу все перенести".
  "Бен, а куда мы летим?" - спросила она, вытаскивая из конверта билеты.
  "Обратно к прошлому, моя любовь. Туда, где все началось".
  
  Глава 41
  
  "Я твой без остатка"
  
  
  Бен разбудил Мэг, когда объявили о посадке и попросили пристегнуть привязные ремни. Ему очень не хотелось ее будить. Ей нужно было отдохнуть, но они прибыли к месту назначения. Он должен был признать, что было замечательно сидеть рядом и прикасаться к ней. Он часто до нее дотрагивался, чтобы убедиться, что она - реальна и находится рядом с ним.
  "Который час?" Мэг потянулась.
  "Чуть больше 2-х ночи. Ты в порядке? Мне не хотелось тебя будить, но мы уже на месте".
  "Я в порядке", - заверила она его. "Я немного уставшая, но большей частью просто голодная".
  Бен задался вопросом, что Мэг сделала со всей той едой, которую она съела. Даже желудок 300-фунтового борца не вместил бы всего того, что смолотила она. Она невинно улыбнулась, и он понял, что как только они сойдут с самолета, он должен будет накормить ее чем-нибудь вожделенным для ее души. Когда она так улыбалась, ему хотелось давать ей больше и больше, чтобы она улыбнулась так снова.
  Когда они вышли из самолета, Мэг широко заулыбалась, увидев огромный транспарант, что висел в аэропорту: "Дикие кошки Канзаса". "Я дома", - сказала Мэг, обнимая Бена. "Ты привез меня домой".
  Они поели в кафе аэропорта. Бен вел молчаливую войну с официанткой, которая отпускала замечания, пока Мэг делала заказ. Он отвел официантку в сторону и сказал ей принести заказ, глазами бросая ей вызов относительно ее комментариев о количестве еды. Мэг ела как прожорливое дитя, которому разрешили свободно царствовать в кондитерской. "Скоро наступит день", - пообещал он себе, -"и я найду деликатный способ сказать ей, что ест она слишком много". Он считал, что столько еды не может идти ей на пользу, но он был так рад получить ее назад, что ему хотелось потворствовать каждой ее прихоти, даже если от этого его самого рвет как собаку.
  "Мы сегодня остановимся в отеле недалеко отсюда. На завтра же у меня есть другое место назначения", - сказал он ей, ловя им такси до отеля. Когда он открыл дверь в их номер, у Мэг в первый момент перехватило дыхание от такой красоты. И она сразу же увидела на красиво накрытом столе корзинку со всякими вкусностями. Как маленькая реактивная ракета, она рванулась прямо к столу и с детским ликованием потянулась к корзинке. Он не успел закрыть дверь, а она уже копалась в ней, открывала обертки и пробовала содержимое так, как будто она была с голодного острова. Она выкопала крекеры и шоколадки, а вино небрежно отбросила в сторону. Она казалась такой счастливой от своих трофеев, что у Бена просто рука не поднялась начать с ней разговор о ее пищевых привычках. Она вгрызлась в шоколад и улыбнулась ему. Нет, подумал он. Сейчас не время. Он только надеялся, что найдет возможность для этого разговора раньше, чем она станет весить 600 фунтов и обвинит его в том, что он скормил ей всю эту еду. Он был убежден, что будет ее любить независимо оттого, сколько она будет весить, но так же точно знал, что она обвинит его в том, что он не остановил ее от поедания этой пищи.
  Бен знал, что он не в выигрышной ситуации, поэтому он пошел в спальню и решил, что, возможно, он сможет ее отвлечь на достаточное время, чтобы принять ванну. Он посмотрел в зеркало, потер щетину на лице и поискал в ванной бритву. Он помнил, что Мэг не слишком нравилось его целовать, когда у него была борода. Поскольку он хотел, чтобы она целовала его подолгу и часто, он скинул одежду и обернул вокруг талии полотенце. На раковине он нашел бритву и крем для бритья. Он сконцентрировался на своей задаче и почти закончил одну сторону лица, когда около него внезапно появилась Мэг. На ней была одна из его рубашек, расстегнутой почти до пупа. Не надо было высоко подпрыгивать, чтобы понять, что под рубашкой у нее ничего нет. Он чуть не перерезал себе горло, когда ее прекрасное видение внезапно появилось перед ним. Она молчала. Потом вытащила бритву у него из руки и улыбнулась. У него перехватило дыхание от этой очаровывающей улыбки.
  "Я думал, ты ешь", - сказал он. Она только улыбнулась, опустила на унитаз крышку и, взяв его за руку, показала, что он должен сесть. Эту молчаливую просьбу сопровождала одна из тех ее улыбок, от которых он был согласен идти за ней прямо в ад, не задавая вопросов. Он сел без дальнейших указаний.
  "Я буду тебя брить". Она взяла из его руки бритву и начала осторожно водить ею по его лицу, удаляя каждый волосок. Он откинул голову, позволяя ей побрить его шею. Она стала осторожно водить бритвой вверх и вниз, совершенно не боясь его порезать. Она сполоснула бритву в раковине и начала деликатное бритье ямочки на его подбородке. Она поворачивала голову из стороны в сторону, высматривая труднодоступные для бритья места. Его очень расстроило, когда она внезапно села ему на колени, лицом к нему. Он сам может и расстроился, но нижняя часть его тела стразу поняла, как близко это к тому, чего она хочет и встала "по стойке смирно".
  Оценив свои усилия как удовлетворительные, Мэг решила испробовать результаты своей искусной работы. Она поцеловала его губы и чмокнула своими, подтверждая, что он - вкусный. После каждого взмаха бритвой, она целовала место, к которому прикасалась. К этому времени он уже дышал так, как будто пробежал марафон. Движения ее почти обнаженного тела на его коленях определенно заставляли нижнюю часть его тела потребовать от нее внимания.
  Она же была сконцентрирована на его губах. Она нашла их такими манящими, что не смогла сопротивляться своему желанию и поцеловала его очень страстным и глубоким поцелуем. Вкус крема для бриться заставил его остановиться, а ее, кажется, не волновал совсем. Он улыбнулся, и взяв с вешалки полотенце, стер крем с их лиц. Ни крем для бритья, ни полотенце, казалось, не остановили ее от выполнения своей задачи, потому что как только они убрались с ее пути, она снова начала его целовать. Когда она потянулась к полотенцу на его талии, чтобы снять его, он произнес: "Не здесь", - и поймал ее руку.
  Она не послушалась, убрала со своего пути его руки и сдернула полотенце. Полотенце упало на пол, и она улыбнулась, видя как его твердый член распрямился, как будто был счастлив освободиться от одежды. Она от восхищения произнесла "Хммм" и зажала его в кулак. Бен вздрогнул как от удара и поднял ее на свой вставший член. Жар желания превратился в настоящий огонь. Он освободил рот и простонал "Иисус!" Она улыбнулась и поддразнила: "Он" тоже нуждается в бритье?" Бен застонал и за бедра подтянул ее к себе. Она опустилась на его член, погружая его в свою приветственную теплоту. Он положил руку на ее бедра, показывая, что она должна двигаться, но она сидела по-прежнему, сжимая в руке бритву. Он рассеянно задавался вопросом, что она планирует делать с ней. Но при том, что она сидела на его колене, а его пенис был полностью внутри нее, она могла бы предложить ему перерезать горло, и он бы ей позволил. Только ради того, чтобы она задвигалась и прекратила эту агонию. Но у Мэг были другие планы. Она подняла бритву и сказала: "Теперь я могу закончить тебя брить".
  Бен посмотрел на нее, помигав, забрал у нее бритву и бросил ее на стол. Бритва соскользнула со стола и упала на пол, но это его не волновало. Он встал с унитаза, а она обхватила его ногами за талию и поехала на нем в спальню.
  В спальне он поставил ее на ноги и почувствовал утрату, когда они расцепились. Она села на постель и потянула его к себе, заставляя лечь сверху и продолжая целоваться. Их языки двигались в унисон, еще больше разжигая огонь, который бушевал внутри них. Бен перенес свои поцелуи на ее шею, а потом и на грудь. Он скользнул руками ей под спину, чтобы приблизить ее рот. Потом он, двигаясь в ритме, стал мягко целовать и сосать ее соски, заставляя ее громко стонать. Он остановился ровно настолько, чтобы посмотреть ей в глаза. "Ты прекрасна, моя любовь. Я так сильно по тебе скучал", - произнес он, а потом их губы и языки встретились снова. Мэг перевернула его на спину, чем очень его удивила. Она наклонилась к нему, чтобы снова поцеловать, и позволила своим соскам коснуться его груди, а потом и его живота. Ее губы целовали каждый сантиметр его тела, до которого она могла дотянуться. Когда она дошла до его пениса, то с воркующим звуком сползла пониже и вобрала его в себя.
  Бен застонал и стал массажировать ее грудь, а она стала двигаться вверх-вниз до тех пор, пока не почувствовала, что падает на свои руки, но не прекратила движений. Она откинула голову и закричала: "Да! Да! Да!". Она повторяла это, пока они одновременно не достигли пика. Она упала ему на грудь и безвольно скатилась на постель. Она лежала и мгновение смотрела в потолок, не имея дыхания, чтобы двигаться, и не желая так скоро оставлять небеса. Потом она повернулась и улыбнулась ему.
  "А ты чему улыбаешься?" - спросила она.
  "Я думаю, что наши соседи должны считать, что ты использовала шампунь, который, как я видел, рекламируют на ТВ. Они, вероятно, побежали его покупать, когда услышали такую вокальную рецензию". Мэг отпихнула его и встала с кровати. "Эй, ты куда?" Он потянулся к ней, но не достал.
  "В ванную", - ответила она. "Соседи могут найти свой собственный шампунь и сами развлекаться с ним".
  В ванной Мэг включила воду и пустила струю в большую ванну. Потом подставила под струю колпачок с пенкой. Она села на край ванны, думая о Бене и о ребенке. Она потерла еще плоский живот и задалась вопросом, когда он станет заметным. Это должно быть уже скоро, решила она. Если не перестать столько есть. Она нежно похлопала себя по животу. "Ты должен перестать столько есть, мой маленький. Мамочка будет толстой как свинюшка, и это будет твоя вина". Она выключила воду и скользнула в горячую пену, которая покрыла ее до подбородка. Мэг закрыла глаза, наслаждаясь горячей водой, которая окружала ее тело. "Не хочешь компанию?" - спросил Бен, скользнув под нее. Она отклонилась назад, не открывая глаз и наслаждаясь им больше, чем пеной.
  "Это приятно", - сказал он, обхватывая ее руками и ногами.
  "Бен, куда мы едем и что будем делать?" - внезапно спросила Мэг. Он уже задавался вопросом, когда же она спросит об этом.
  "Куда едем - это сюрприз, а что будем делать - это такая же большая тайна для тебя, так и для меня . Сейчас мы просто будем плыть по течению. По крайней мере, пока я не получу известий от Антонио". Он ждал ее следующего вопроса, стирая пену с ее рук и плеч.
  "Дэнни сказал мне, что ты шпион и вор". Она не знала, действительно ли она хочет услышать ответ на этот вопрос, но она должна была спросить.
  Бен был захвачен врасплох этим вопросом. "Шпион и вор? Я никогда не был шпионом, Мэг, но я забрал дипломат Гриффина, и я предполагаю, что это делает меня вором. Я встретил Эша - я думаю, 9 или 10 лет назад. Он тогда работал на американскую разведку, а дипломат содержал опасную информацию, которая могла бы погубить множество людей. Я украл его, но я сделал это для блага множества людей. Я надеюсь, ты понимаешь это".
  "Я понимаю, Бен. Ты не должен больше мне ничего говорить. Просто обними меня и люби . Мы можем поговорить об этом позже". Она была рада, что он сейчас захотел рассказать ей побольше, но она хотела провести это время, любя его.
  "Я хочу рассказать тебе все, Мэг". Он поцеловал ее волосы. "Я хочу, чтобы ты знала все о моей жизни до нашей встречи". Он крепко обнял ее.
  "Я хочу знать все, Бен, но не сейчас. Я даже не знаю, почему я заговорила сейчас об этом. Я - полностью твоя, а ты - мой без остатка. Мы можем поговорить о твоем прошлом позже. У нас для этого много времени", - сказала она, ловя его руку и целуя его обручальное кольцо.
  "О, так ты - моя полностью?" - поддразнил он ее.
  "Да, и ты знаешь это".
  Он взял ее руку и поднес к своему рту. "Это тоже принадлежит мне?" Он поцеловал ее пальчики, и она захихикала. "И это?" Он поцеловал ее руку. "А это?" Он поцеловал ее шею и плечо.
  Она передвинулась в стенке ванной, облокотилась на нее и показала на свою грудь. "Ты вот это пропустил", - поддразнила она. Бена не надо было долго уговаривать. Он скользнул в пузырьки между ее ногами и поцеловал каждую из ее грудей. Потом он взял в рот ее соски и осторожно потянул. Она застонала от удовольствия. Он передвинулся к противоположной стенке ванной и стал ее подтягивать к себе, пока ее ноги не оказались за его спиной. Он прижал палец к ее губам и снова начал игру. "А это?" - спросил он и наклонился для поцелуя, но она взяла его палец в рот и стала сосать, заставляя его дрожать всем телом. Он смотрел на ее быстрое дыхание и ждал, что же она будет делать дальше. Она положила руку ему на грудь и стерла с нее пену, не отводя от него глаз. Он схватил ее за бедра и подтянул к себе. А затем сунул руку в ее сердцевину и стал мягко водить в ней пальцем вверх-вниз. Потом он наклонился вперед и прошептал ей на ухо: "И это?" Она застонала, неспособная отвечать, потому что он заполнил ее своим жаром, двигаясь в неторопливом ритме. Никого из них не волновало, что от их движений вода переливается на пол и оставляет там лужи.
  Немного позже, в постели, Бен лежал и водил рукой по ее животу, думая о ребенке. Мэг была в своем любимом положении - лежала на нем сверху. "Привет малыш", - тихо произнес он. " Ты должен будешь уже скоро показать свое присутствие, и я не могу дождаться увидеть, какой будет твоя мамочка, когда будет тебя носить. Но доставь мне удовольствие и перестань так много есть. Ты можешь вызывать во мне тошноту, если хочешь, но твоей мамочке не понравится, если из-за нас она станет толстой". Мэг зашевелилась во сне, и он еще сильнее обнял их обоих, желая, чтобы они могли остаться здесь навсегда.
  
  Глава 42
  
  "Смерть, печаль и правда"
  
  
  Дело Кармен было по-прежнему открыто, а Бен по-прежнему был подозреваемым в убийстве Тима Трумана. По словам ОП, там было слишком много вопросов без ответов. Ходили разные слухи о том, как умерла Кармен, но никакой конкретной информации не было. ОП по-прежнему старалась убеждать каждого, кто ее слушал, что это Бен убил Кармен, а Мария его просто покрывает. Она могла держать это дело открытым, поскольку Рикардо мог рассказать ей только то, что ему сказала Мария - что Тима убила Кармен. Это были показания с чужих слов, и этого было недостаточно, чтобы закрыть дело. Поскольку Мария была в прострации и не могла ни подтвердить, ни опровергнуть слова Рикардо, Хэйлли сделала свое собственное заключение об этом деле. Бен ничего не рассказал Рикардо - только то, что это очень долгая история. Но даже при имеющейся информации, Хэйлли продолжала говорить, что она из чужих рук и от некомпетентного и пристрастного свидетеля. Руки Рикардо были связаны.
  Похороны Кармен прошли накануне. На них было мало народу, но Рикардо и Антонио были рады тому, что могут рассчитывать в этом на своих друзей. Их друзья на похоронах были. Они общались с братьями, несмотря на все разрушения, которые устроила Кармен. Кейси и Сара, Грегори Ричардс, Энни, Ванесса, Майкл, Оливия, Шон и Эмили, Кейтлин и Коул, ЭйДжей, Тайус, Бетт и Каммингсы пришли, чтобы оказать поддержку братьям, которые понесли тяжелую утрату. Рикардо очень тронуло их великодушие. Несмотря на все, что устроила Кармен семье Каммингсов, они по-прежнему пришли предложить сочувствующее плечо. Рикардо не знал, был бы он таким же прощающим, если бы находился в их положении. Марии позволили присутствовать на церемонии, но она сидела и смотрела в пустоту, никого не узнавая. Отвечала она только д-ру Эстраде. Он благодарил Бога, что Габи старается заботиться о нем и об Антонио. И оказывает поддержку Марии. Это не могло быть для нее легко. Кармен сделала и ее жизнь несчастной. Мэг же была ее лучшей подругой, а Бена Габи просто обожала.
  После церемонии Кейси собрал всех в Серфинг Центре на поминки. Каммингсы волновались о Бене и Мэг. Только Бог знает, где находилась эта парочка. Кейси хотел им помочь, и у него был скрытый мотив для этого, о котором он никому не говорил. Он хотел, чтобы Александр Холлистер ушел из жизни Бена и Мэг. И чем скорее, тем лучше. Кейси не нравилось то, что Холлистер узурпировал его место в их жизни. Он все еще страдал от их стычки в "Бездне". Но он утешал себя тем, что Эш не только помог Бену. Он также помог Саре выбраться из тюрьмы. Он ревновал, что не может сам помочь Бену и Мэг, но был рад, что хоть кто-то может это сделать. Как только он узнает, где они и что им нужно, он мгновенно примчится. Рикардо и Антонио были полностью заняты Марией, ее плохим психическим состоянием и смертью их матери. Кейси же очень волновался о Саре. Она волновалась о сестре и Бене, хотя и старалась не показывать этого. ОП очень хотелось подержать ее в тюрьме, но к счастью, вменяемые ей обвинения в помощи и подстрекательстве к побегу, были сняты. Он предполагал, что должен благодарить за это Эша, но этот человек со своей легкой улыбкой и полным ртом зубов играл на его нервах. Кейси ценил его помощь Бену, но если он еще раз улыбнется Саре этой своей улыбкой, то несмотря ни на что, он выбьет Эшу все его замечательные зубы. Он старался не ненавидеть этого парня, но делать это было нелегко.
  Когда Кейси пришел вызволять Сару из тюрьмы, Эш был там. Он все устроил, и Кейси был ему так благодарен, что был готов пожать ему руку и объявить перемирие в их необъявленной войне. Но когда Эш улыбнулся Саре и поцеловал ей руку, Кейси захотелось пересчитать эти замечательные зубы. Он с трудом сдержался, чтобы не сделать этого. А когда Сара очень мило поблагодарила Эша, у него в глазах потемнело от ярости. И только появление Джоан и Хэнка предотвратило надвигающееся бедствие. Он не знал этого парня, но знал, что презирает его. Тот, вероятно, заплатил целое состояние за свои зубы. Но ему понадобятся услуги стоматолога, если он не будет держаться от Сары на расстоянии.
  Кейси посмотрел на нее, сидящую на диване вместе с родителями. Она скучает по Мэг, это было видно по ее лицу. Ему было тяжело слышать, как она плачет по ночам, когда она считает, что он спит и ее не слышит. В первую ночь он позволил ей плакать, притворяясь, что не слышит, потому что знал - ей это нужно. Но во вторую он уже не смог так сделать. Поэтому он дотянулся и обнял ее. Он обнимал ее, пока ее рыдание не перешло в хныканье. Сейчас она улыбалась, но ее глаза были так печальны. Если бы он мог поменяться с ней местами, он бы с радостью забрал себе ее боль. Он не мог излечить ее, но мог обнимать и молиться, чтобы все как можно скорее закончилось.
  
  Несколькими часами позже Антонио переоделся в джинсы и футболку. У него была миссия, которую он должен был выполнить и освободиться от нее. Он взял второй ключ и поехал в аэропорт. Там он подошел к другому шкафчику, из которого он вытащил какую-то коробку. "Бен, надеюсь, ты знаешь, что делаешь", - произнес он вслух. Бен попросил его собрать все и отдать Эшу. И он собирался сделать именно так. Он был рад избавиться от этого раз и навсегда. Дэнни и Гриффин исчезли, и он молился, чтобы они вернулись на свою родину и перестали преследовать Бена. Он пообещал себе, что никогда больше не влезет в такое, но он был в долгу перед другом и намеривался заплатить его.
  Эш и Бубба везде искали Бена и Мэг, но не смогли найти даже намека на то, куда они уехали. Бен слишком хорошо владел искусством заметания следов. И если он не хотел, чтобы его нашли - его не найдут. Они могут искать, пока ад не замерзнет, но найти его не смогут. Было очевидно, что Бен ушел в подполье, чтобы защитить Мэг. Эш мог только надеяться, что они вместе и в безопасности. Он все еще злился на Бена за то, что тот ушел от него на станции техобслуживания, но понимал, почему тот так сделал. Он винил себя за глупость. Он знал Бена и должен был лучше подготовиться. А еще он надеялся, что портфель в безопасности, у них, а не у Гриффина.
  Антонио взял коробку и поставил ее в машину вместе с "дипломатом". Он поехал к дому Эша, желая сплавить ему эти вещи как можно скорее. Бен звонил из Канзаса и сказал, что с ними все в порядке и долетели они благополучно. Он желал бы иметь возможность сказать это Джоан и Хэнку, чтобы они перестали волноваться. Но не мог. Бен не сказал, где они остановились, а он не спрашивал. Чем меньше он знает, тем лучше. Они еще не забрали заключительную часть Пандоры, но он знал, что они скоро это сделают.
  Антонио остановился перед светофором и заметил, что его преследует маленький темный автомобиль. Он повернул направо, украдкой глядя в зеркало заднего вида, чтобы понять, повернет ли эта машина за ним. Она повернула. Он прибавил скорости, свернул в переулок и повернул обратно по другой стороне улицы. Когда он снова посмотрел в зеркало, то машины не увидел. Он издал вздох облегчения, надеясь, что они потеряли его. Он еще немного покружил, чтобы убедиться в этом. Еще один быстрый взгляд в зеркало, и он уверился, что эти "кем-бы-они-ни-были" потеряли его. Он подъехал к дому Эша, твердо решив избавиться от этой части своего прошлого. Внезапно он ударил по тормозам, потому что неизвестно откуда появилась та самая машина, которая его преследовала и перегородила собой въезд к дому Эша. Он дал задний ход, но его сразу же блокировала еще одна машина. Он увидел, как водитель передней машины выходит из нее. Он ничего не мог сделать. Как и Бена, прошлое его тоже не отпускало. Он никогда не думал, что это произойдет вот так - при ярком солнечном свете. Он всегда представлял себе "это" в темном переулке. В таком же сумрачном, как и его прошлое. Он произнес про себя молитву, чтобы для него все закончилось быстро.
  "Привет, Святой Отец", - насмешливо сказал Дэнни. "Выходи из машины и захвати с собой бумаги Гриффина". Он засмеялся, размахивая пистолетом, поклонником которого он явно был.
  То, что дуло пистолета смотрело вниз, дало Антонио маленькую надежду. Его номер был оглашен, и единственное, что он мог сделать - это выполнить их указания и искать возможность обмануть смерть. Он вытащил портфель и коробку и последовал за Дэнни в его машину. Дэнни открыл дверь, и Гриффин пригласил их внутрь.
  "Спасибо, Святой Отец, что вы принесли мне мое имущество", - улыбнулся он.
  Антонио молчал, зная, что здесь не все части. И он устроит настоящий ад, когда поймет это. Они уехали, так и оставив его машину на середине улицы.
  
  Эш был дома. Он так сильно сжал свою ручку, что она сломалась от его хватки. Сломаться должна была или ручка, или шея Томаса Митчума. Этот тип был наглецом. А ему пришлось уступить. Не было другого способа что бы то ни было объяснить этому напыщенному ослу. Он и так был усталым и расстроенным и не нуждался в этом человеке, который пришел к нему со своими замаскированными инсинуациями. Томас Митчум усмехнулся Эшу, и тот передернулся. Эш ненавидел его и не мог скрыть отвращения. К тому же он не знал, какого черта тому надо в его доме. У него не было времени для этого. Он должен был найти Бена.
  "Чего тебе надо, Митчум? Убирайся!" - спросил Эш, а его терпение было на пределе. "Говори, что тебе надо и убирайся!"
  "Я хочу знать, где Бен Эванс, и я думаю, что ты сможешь мне сообщить это".
  "Ты не прав. Я не знаю, где Бен, а если бы знал... Ты на самом деле считаешь, что я сказал бы тебе? Ты задал свой вопрос, а теперь уходи. Мне не слишком нравится твое гадкое присутствие, вонью которого уже провонял весь дом".
  "Не так быстро, Холлистер. На твоем месте я был бы поосторожнее с оскорблениями. Люди, живущие в стеклянных домах, не должны бросаться камнями. И поверь мне, ты в своем стеклянном замке не в том положении, чтобы оскорблять кого бы то ни было. Я хочу получить Бена Эванса и поскольку, я, кажется, не могу его найти - это сделаешь ты".
  "Я не могу тебе помочь", - сказал Эш, подумав, что не стал бы помогать, даже если бы мог. Томас Митчум был подонком, и он не отдал бы ему даже дневной свет, если бы имел его. Он помнил все, что это ублюдок сделал с Алекс.
  "О, я думаю, что можешь", - произнес Томас заговорщицким тоном.
  "Томас, брось молоть чепуху", - раздраженно сказал Эш. "Мы оба знаем, что даже если бы я и знал, где Бен, то скорее умер бы, чем рассказал об этом тебе. Ты пришел сюда не искать Бена, так что прекрати это и говори, зачем ты пришел на самом деле?"
  "Мне нужен ключ к Пандоре".
  Эша удивило, что Томас знает о Пандоре, но тот рассказал ему о ней побольше и сыграл своим козырем. "Я все знаю о ней. По сути, она - у меня, но я пока не могу ее открыть. Мне нужен твой дорогой друг Бен, который давал мне ключ в первый раз. Ты должен поблагодарить его за то, что он такой хороший друг. Он тогда обменял ключ на тебя. Я не считаю, что ты стоил так много, но..." - он махнул своей маленькой и короткой ручкой, - "не все люди разборчивы в своих друзьях. Я думал, что такой человек, как Бен, выбирает друзей более тщательно. Но дело не в твоей дружбе с Беном. Дело в Пандоре. Я хочу получить ее, и я подразумеваю именно это. У меня есть для нее покупатель. Даже несмотря на все те деньги, которые Бен давал мне раньше, человек не может быть слишком богат".
  "Я ничего не отдам тебе!" - резко сказал Эш, желая задушить этого ублюдка. Он сдерживал гнев, исходивший из каждой поры его тела. "Я не знаю, какую сделку ты считаешь, что заключил с Беном, но она не имеет законной силы, потому что Бен никогда бы ее не заключил с таким, как ты! Убирайся из моего дома, скользкий ублюдок!"
  Томас усмехнулся. "На твоем месте я бы поостерегся назвать меня "ублюдком", "Великий и Ужасный". Я не из тех подонков, которые являются дополнениями к миру своих собратьев".
  "О чем ты говоришь, черт подери?" - вскинулся Эш.
  "Кейси", - произнес Томас с гнусной улыбкой. "Ты знаешь его, не так ли? Высокий, блондин, хорошо выглядит. Примерно такого роста", - сделал он соответствующий жест.
  "Кейси? Друг Бена?" Эш был озадачен. "Какое отношения к этому имеет Кейси, и почему я должен отдавать тебе ключ от Пандоры за него? Я его даже не знаю".
  "Снова неверный ответ, Холлистер. Ты знаешь его. Ты знаешь его очень даже хорошо. И ты не просто знаешь его".
  "Перестань говорить загадками, ты, жалкий ублюдок! И скажи, почему я должен выкупать Кейси?".
  "Потому что", - Томас наклонился вперед на стуле, как стервятник, ждущий добычу. "Потому что он - твой сын. Ты помнишь свои кувыркания с Алекс, не так ли? И хорошо помнишь, я думаю? Это была плодородная возня. И не говори мне, что ты никогда не замечал, как сильно этот малыш похож на тебя. О, в нем много от Алекс, но зубы он точно получил от тебя. Каждый раз, когда он улыбался, мне хотелось убить его. Но я знал, что однажды он будет мне полезен, так что я проигнорировал его зубы. Я заплатил за свою открытку на День Отца. Я хочу Пандору, и если ты не отдашь ее мне, я лично прослежу, чтобы он все узнал о тебе и о похождениях своей матери. Как ты думаешь, это ведь будет отличная постельная история? Не правда ли?"
  
  Снаружи, у подъездных ворот, Бубба обходил двор и увидел машину, под странным углом припаркованную около дома. Он подошел к ней осторожно, потому что левая дверца машины распахнута. Он не представлял, что может найтись внутри. "У меня плохое предчувствие", - произнес он вслух и огляделся в поисках признаков владельца машины. Он открыл бардачок и нашел там водительское удостоверение. А на сидении обнаружил кое-что еще. Он вытащил из кармана телефон и позвонил Эшу. "Босс, у меня плохие новости". В руке он держал воротничок священника.
  
  Глава 43
  
  "Амбар"
  
  
  Мэг проснулась утром, наконец-то ощутив себя расслабленной впервые за долгое время. Она повернулась и посмотрела на Бена. Он спокойно спал, и она не хотела его будить. Было так чудесно заниматься с ним любовью. Ей хотелось знать, будет ли это так же чудесно, когда они состарятся. Повязка на его лбу напоминала, что еще не все в порядке. Она дотянулась и осторожно коснулась ее. Та ночь казалась такой далекой, но рана напоминала, что все произошло только несколько дней назад. Зазвонил телефон, и хотя она успела взять трубку, он разбудил Бена,. Это звонили из администрации - Бен просил позвонить и разбудить их. "Доброе утро". Она поцеловала его.
  "Это из администрации?" - спросил он, потянувшись.
  "Да. Зачем нам нужен этот звонок? Согласно Хэйлли, мы - жестокие преступники, которые сбежали от правосудия. Нам не нужен этот звонок. Мы можем поспать подольше", - пошутила она. "Или это какое-то особенное место?" - спросила она, поднимаясь с кровати и направляясь в ванную.
  "Это место не особенное", - улыбнулся Бен ее удаляющейся спине. Он был очень доволен, что она чувствует себя достаточно в безопасности, чтобы шутить в такой ситуации. "Я просто подумал, что мы могли бы пораньше заказать уборку номера и провести этот день в расслабленности. В бутике внизу мы можем купить себе новую одежду. Мне точно нужно нечто новое". Он критически оглядел свои брюки, а потом надел их и застегнул ремень. Он услышал, что Мэг тошнит в ванной и позвал ее по имени. "Мэг?"
  Она вышла из ванной, вытирая рот полотенцем. "Утренняя тошнота", - ответила она. Бен с облегчением улыбнулся, чувствуя себя немного виноватым, что этим утром эта напасть его обошла стороной.
  Они поели и купили себе новую одежду. Бен перешел через улицу, взял напрокат машину и подъехал к отелю, чтобы забрать Мэг.
  "Бен, как тебе удалось арендовать эту машину?" - спросила Мэг, залезая внутрь. "Ведь ты должен был показать права или кредитку. Мне это только сейчас в голову пришло", - задумчиво произнесла она. "И как ты за все это заплатил? У нас не так много наличных".
  Он дал ей свой бумажник. Она открыла его и нашла там фальшивые права и кредитку на имя Джозефа Бергена. "Я знал, что однажды мне это понадобится", - улыбнулся он.
  "Кто такой Джозеф Берген?" - начала она, но потом переменила решение. "Не имеет значения. Я только благодарна ему, что его документы помогли нам выбраться". Она отдала Бену бумажник и положила голову ему на плечо, оглядывая окрестности. Ей нравилась эта часть Канзаса. Вдруг она выпрямилась, поняв, как близко они к ее старому дому. Рассеянно она задалась вопросом, знает ли об этом Бен. Ей очень хотелось снова увидеть их ферму. Она не знала, что запланировал Бен, но решила не спрашивать. Поэтому она просто положила голову ему на плечо, ожидая, когда пройдет ее тоска по дому. Было очень грустно думать, что ферма больше им не принадлежит. Ее мать и отец потеряли ферму, и она знала, что они скучают по ней. Их путь по этой дороге вернул и воспоминания о Тиме. Она постаралась не думать о нем. Кажется, Тим всегда внезапно появлялся в ее жизни и оставлял после себя горе. Он был причиной того, что и они сейчас в трудном положении. Она встряхнула головой, отгоняя воспоминания. Думать о Тиме было слишком болезненно, и она не хотела разрушать этот день всем тем ужасом, который он сотворил. Она решила вспомнить что-нибудь хорошее и вдруг выпрямилась.
  "Бен, как ты думаешь, мы не могли бы заехать к нашему старому дому? Это - вниз по дороге. Пожалуйста", - попросила она.
  "Конечно. Почему бы и нет. Мы ведь недалеко от него, верно?" Его ответ заставил ее улыбнуться - он помнил. Она должна была знать это. Бен никогда ничего не забывал, если считал, что это может сделать ее счастливой.
  "Так ты знал это, Бен! Я люблю тебя!" Она обняла его за шею и поцеловала. Ему доставляло большое удовольствие видеть ее счастливой и улыбающейся. Он исподтишка поглядывал на нее, ведя машину вниз по грязной дороге, ведущей к ее бывшему дому. Мэг смотрела за окно с таким напряжением, как будто была ребенком во время поездки в "луна-парк". Она была очень возбуждена, когда они подъехали к дому. Он не сильно изменился и был по-прежнему в превосходном состоянии. Бен подъехал к самому крыльцу, остановил машину и открыл дверь для Мэг. Мэг вышла и встала, оглядываясь вокруг. Она увидела распускающиеся цветы и набухшие почки на деревьях. Они были такого особенного зеленого цвета. Бен обнял ее. "Здесь почти ничего не изменилось с тех пор, как я был здесь", - сказал он.
  "Я помню это так, как будто это было вчера. Я стояла там, справа", - она показала на место под большим деревом. "И держала нашу фотографию, думая, что мы никогда больше не будем вместе. И тут приехал ты. Я была так поражена, что с трудом могла говорить. Я так сильно скучала по тебе, что решила, что создала тебя своим воображением и что ты исчезнешь. А потом ты поцеловал меня. У меня перехватило дыхание, и я наконец поняла, что все реально".
  "На самом деле, я решил, что потеряю больше, чем дыхание. Потому что вот там стоял твой отец". Он показал на груду дров. "У него в руке был топор. Я решил, что сейчас он отделит им мою голову, но я должен был пойти туда и убедить тебя вернуться", - засмеялся он и убрал с ее лица выбившуюся прядку. "Иногда я думаю, что он все еще хочет этого".
  "Бен, папа помешан на тебе. И это ответ на все вопросы. Давай посмотрим, если ли кто-нибудь дома", - она пошла вперед, не дожидаясь Бена.
  Подойдя в двери, она заглянула в окно, пытаясь понять, что там внутри. Там было почти пусто. "Бен, не похоже, чтобы здесь кто-нибудь жил". Она закричала, когда в окне появилось какое-то лицо. "Бен! Ты напугал меня до полусмерти! Уходи оттуда, пока не пришли владельцы дома и не вызвали полицию!" Бен, смеясь, вышел из дома. "Что с тобой? Ты совсем сошел с ума?" - закричала она в его улыбающееся лицо. "Поехали отсюда, пока хозяева не вышли из амбара и не застрелили тебя за нарушение границ", - отругала она его.
  "Ты действительно думаешь, что хозяева в амбаре?" - спросил он, открывая дверь, и пошел мимо нее в направлении амбара.
  "Подожди! Не ходи туда! Бен, давай вернемся. Ты начинаешь играть на моих нервах, ты знаешь об этом?" Она воздела руки к небу и пошла за его удаляющейся спиной. "Бен Эванс, вернись! Вернись сию же минуту!" - закричала она, когда он не замедлил темп. "Бен, куда ты идешь?" - она была более чем разозлена на него. Кажется, он хочет совершенствоваться в ловкости побегов из тюрем.
  В амбаре Бен вдруг остановился в дверном проеме, и Мэг натолкнулась на его спину, запыхавшаяся от своих попыток поймать его. "Знаешь, в последний раз, когда мы здесь были, мне очень хотелось заняться с тобой любовью в этом амбаре", - задумчиво сказал он. "И я бы сделал это, если бы ты мне позволила". Он посмотрел на нее и улыбнулся. "Папа меня убьет, но какая разница... Ммм, как я люблю запах соломы!" Он подошел к лестнице и поднялся на чердак.
  "Бен, слезай оттуда!" - разозлилась Мэг. "Из-за тебя у нас будут проблемы. Пошли отсюда!" - потребовала она.
  Он перегнулся с чердака и посмотрел на нее. "А почему бы тебе не подняться сюда и не заставить меня спуститься?" Он кинул в нее соломой, которая попала ей по голове и осталась в волосах.
  "Ну ладно, мистер! Ты сам просил об этом!" Она залезла на чердак и обнаружила, что он лежит на куче соломы и жует соломинку с таким видом, как будто остальной мир его ни капли не колышет. "Бен, у нас нет времени для этих игр. Нас же поймают тут и арестуют за нарушение границ. И что мы тогда будем делать? Давай, Бен! Нам надо идти", - попросила она.
  "А что заставляет тебя думать, что нас поймают? Что случилось с твоим боевым духом?" - поддразнил он ее и потянул за брючину.
  "Получить пулю за нарушение границ - это приключение не для меня. Большое спасибо. Кроме того, трактора нет, а это значит, что, кто бы здесь ни жил, он - поехал пахать. Его жена, вероятно, уехала в город за покупками. Дети - в школе - и я не вижу тут ничего смешного!" Бен громко рассмеялся, и она поняла, что на него трудно сердиться, поскольку вел себя как непослушный ребенок. Он становился таким красивым, когда смеялся. Он потянул ее на себя и перекатил в солому. "Здорово. Сейчас они вернутся домой, и взглянув на меня только раз, сразу же поймут, чем мы тут занимались".
  "О, так это означает, что мы "что-то" собираемся здесь делать?" - усмехнулся он. "Я надеялся, что ты так скажешь". Он наклонился и поцеловал ее.
  "Бен, мы не можем сделать это сейчас". Она схватила его за голову и отпихнула от своей шеи, чтобы остановить его поцелуи. Она не хотела признавать, что идея о том, чтобы заниматься любовью в амбаре - восхитительна. Фактически то, что они прятались, только добавляло волнения. Она очень любила это выражение его лица, а когда его глаза светились таким светом, она не могла отказать. Но на этот раз ей хотелось остановить его. "Ты слышишь меня? Мы не можем сделать это сейчас". Она начала вставать, но Бен лег обратно на солому и снова стал смотреть в потолок.
  "Иди сюда и поцелуй меня". Он перекатился и посмотрел на нее. "Это все, чего я хочу. Один маленький поцелуй". Когда она заколебалась, он понял, что прорывается через барьер, который она так страстно обороняла.
  "Если я тебя поцелую - один маленький поцелуй", - подчеркнула она. "Мы уйдем, верно?" Она ему явно не доверяла.
  "Конечно", - явно соврал он.
  "Ладно, я тебя поцелую". Выражение ее лица выражало скептицизм, что они уйдут, если она его поцелует. "Хотя я - голодная".
  "Помни, что ты обещал". Она наклонилась и очень страстно его поцеловала, обещая себе, что это все - что он получит. Один поцелуй - и все.
  Бен с жаром ответил на ее поцелуй, отчего у Мэг закружилась голова. Она почувствовала, что ее решение дать ему только один маленький поцелуй рвется, как тонкая бумага на ветру. Было совершенно ясно, что Бен ей наврал, но она не могла оторваться от поцелуя.
  "Я теперь тоже голодный", - прошептал ей на ухо Бен, а от его горячего дыхания на своей шее Мэг почувствовала волны удовольствия. "Несколько минут не играют никакой роли", - рассудила она. Еще несколько минут - и они уйдут. "Я могу с этим справится", - сказала она себе. Но она не могла контролировать дрожь, которая сотрясла ее, когда он стал гладить ее тело, подбираясь к ее расселине между бедрами. Она вскрикнула от неожиданности и автоматически схватила его за запястье. Ее бедра сильно сжали его руку.
  Бен посмотрел на ее руку, сжимающую его, и потом снова ей в глаза. "Давай", - спокойно сказал он. "Это не причинит боли, я обещаю".
  Она пожевала нижнюю губу, а он провокационно громко вздохнул. "Ты мне доверяешь?" - спокойно спросил он, несмотря на то, что лишь крошка оставшегося у него самообладания удерживала его от того, чтобы не перетянуть ее к себе и не войти в нее, чтобы унять свой пульсирующий член.
  Она продолжала жевать нижнюю губу и, наконец, пришла к решению. Недоверие к нему не было проблемой. Она волновалась о себе. Но ответила правдиво: "Ну, ладно. Я доверяю тебе, но мы..."
  "Тогда расслабь ноги. Я гарантирую, что тебе это понравится".
  Она ухитрилась улыбнуться. Все ее решение растаяло как дым. "Гарантируешь?"
  "Полностью". Он наклонил голову и мягко поцеловал ее в губы.
  Она глубоко вздохнула. "Ладно. Если только при твоей личной гарантии".
  Он снова поцеловал ее, и она не смогла контролировать замечательную дрожь, которая прошла по всему ее телу. Она закрыла глаза и отдалась чувствам. У нее перед глазами ходил цветной водоворот. Через нее проходил жар, который быстро сменялся холодом. Это не был озноб, но пульсация почти болезненного удовольствия. Ее кожа стала очень тугой и очень чувствительной. Ее соски затвердели и встали вертикально.
  "Бен..." - начала она, но он зашикал на нее.
  "Просто чувствуй", - сказал он. "Ты чувствуешь огонь, моя любовь?" Она лежала неподвижно, а через ее тело проходили волны чистого удовольствия. А он еще хотел знать, чувствует ли она огонь. Ад не мог быть горячее, чем она в этот момент. У нее не хватало дыхания, чтобы ответить ему. Она только знала, что он послал ее в пожар, и она планировала затащить туда и его.
  Она села на колени, отпихнула руку Бена и заставила его тоже встать на колени лицом к ней. Схватившись за край его рубашки, она сняла ее через его голову и кинула через плечо, а его жадные губы стали целовать ее грудь. Он скинул рубашку, и расстегнув на ней лифчик, тоже отбросил его в сторону. И немедленно впился в ее грудь, дразня соски зубами, губами и языком. Она села на солому и стала возиться с "молнией" на его брюках. Освободив его вставший пенис, она посмотрела в его остекленевшие глаза и улыбнулась. Он должен потерять свое хладнокровие. Успокойся, я хочу просто, чтобы ты почувствовал мой взгляд. Он тоже горит.
  "Добро пожаловать в пожар", - подумала она. Но ей было приятно, что она поймала его в его же собственной игре. "Ты был хорошим учителем, моя любовь", - про себя произнесла она. А вслух: "Ты сказал заставить тебя. Именно это слово ты использовал". Казалось, она обдумывает. Потом она широко улыбнулась. "Я думаю, что я сделаю только это. То есть заставлю тебя опуститься". Она игриво подняла бровь, а потом наклонилась и взяла его пенис в руки. Она любовно его погладила, поцеловала со всех сторон и взяла в рот.
  Бен придушенно выругался, а она захихикала от удовольствия, что она обратила против него его же игру. Он поднялся, взял ее за плечи и уложил на солому, зная, что больше не может терпеть. Она вздохнула, втягивая его в себя. Она передвинула бедра вперед, чтобы иметь возможность получить каждый его дюйм внутри себя. Она потеряла свое преимущество, когда закричала от удовольствия и изогнулась во время кульминации, которая прошла через нее. Наконец, они оба, обессиленные, упали на солому. Мэг улыбнулась Бену, а потом рванулась к своей одежде.
  "Поспеши! Оденься прежде, чем сюда придут хозяева". Она была в ужасе. Кто-нибудь наверняка слышал ее крики. Объяснение, почему она кричала, и так будет весьма щекотливым. А если хозяева обнаружат их совершенно голых в своем амбаре - это будет уже слишком.
  "Хозяева, моя любовь, уже дома. И я не думаю, что они будут против, что мы занимаемся любовью в их амбаре", - улыбнулся он.
  Мэг перестала надевать рубашку и посмотрела на него. Он лежал с таким видом, будто остального мира просто не существует. "На этот раз я это сделаю", - подумала она. -"Он сошел с ума. Бен", - терпеливо сказала она, как если бы успокаивала расшалившегося ребенка. "Ты абсолютно голый". Она сделала маленькую паузу и посмотрела на него. "Ты очень красивый. Правда, очень красивый, и я не могу насмотреться на тебя. Но я не хочу, чтобы вся остальная часть мира видела то, что я нахожу таким очаровательным. Оденься!" - отругала она его.
  Он стал смотреть, как она снова влезает в одежду. Она застегнула лифчик, а он сунул руку под себя и нашел кусок лямки от него. Он посмотрел на Мэг, которая распутывала рукав рубашки, и на крошечный треугольник лямки. "Мэг", - позвал он.
  "Что?" - спросила она, не останавливая свои попытки распутать рубашку.
  "Мне кажется, что что-то забыла". И он с триумфом поднял кусочек лямки. "Я был бы очень доволен, если бы ты не надевала..."
  "Отдай мне!" Она дотянулась и, выхватив у него сей предмет, сунула его в карман джинсов. "Оденься", - снова приказала она ему. "В любую минуту могут войти хозяева".
  "Жена хозяина не будет против", - снова сказал он. "Ей нравится лицезреть меня в таком виде". Он гордо показал на свою обнаженную красоту. "Она так сказала". Он заложил руки за голову и улыбнулся ей.
  "О чем ты говоришь?" Мэг бросила ему рубашку, не находя его ответ забавным.
  "Ферма принадлежит нам". Он поймал рубашку, поднес ее к носу и вдохнул аромат.
  "Бен, ты хочешь мне сказать, что ты выкупил наш дом? Когда?" У Мэг перехватило дыхание. Она не могла поверить, что он сделал такую замечательную вещь.
  "Я собирался подарить это маме и папе на их годовщину, но обстоятельства задержали оформление покупки. Когда же все произошло, я подумал, что ферма была бы для нас отличным убежищем до тех пор, пока мы не разберемся со всеми проблемами. А потом мы сделаем сюрприз твоим родителям".
  Мэг бросилась к нему и стала целовать. Он сначала ответил, но потом поднял голову и сказал: "Мне кажется, нам лучше пойти в дом, прежде чем начинать игры". Он засмеялся.
  Бен стоял на кухне, и делая сэндвичи, смотрел, как Мэг обходит дом. Ей было трудно убедить себя в том, что ее семья теперь может вернуться в их дом, когда пожелает. Он улыбнулся, представив их лица, когда они с Мэг скажут им это. Она положила руку себе на живот. "Ты будешь очень счастлив, когда мы будем приезжать сюда. У мамочки так много замечательных воспоминаний об этом месте. И у тебя тоже будет".
  Когда она вернулась на кухню, то Бен стоял у окна с телефоном. Свет из окна четко вырисовывал его профиль, и Мэг остановилась. У нее снова появилось чувство "дежа вю". Оно напомнило ей один ее повторяющийся сон. Это должно быть какой-то рок, сказала она себе.
  Бен повернулся и увидел ее. "Ты голодная?" - спросил он.
  "Умираю от голода", - ответила она. А потом подошла, поцеловала его в щеку и вытащила из его волос соломинку.
  
  Глава 44
  
  "Сон"
  
  
  Мэг и Бен провели замечательный вечер, обследуя ферму и гуляя рука об руку по лесу. Они возвращались в дом, обедали, качались на качелях, стоящих около крыльца, смотрели, как солнце опускается за горизонт и просто наслаждались тем, что они вместе. Бен устал и поэтому лег спать рано. Мэг была счастлива, что он чувствует себя настолько в безопасности, что перестал за ней присматривать и спокойно заснул. После суматохи последних недель ему нужен был отдых. А через час и она сама присоединилась к нему. Когда она залезла в постель, он зашевелился, нашел ее руку, поцеловал пальчики и снова спокойно заснул, держа ее руку в своих. Она прижалась к его спине и скоро заснула сама. Она была в огне. Желание было в каждой поре ее кожи, и она изгибалась от его прикосновений. Сильные руки обуздали ее. Она погрузилась в темный поток страсти, засасывающий ее целиком. Она знала, что должна протестовать, но не хотела. Желания ее тела вышли на первый план и отбросили все рациональные мысли в сторону. Она должна была добраться до тех успокаивающих рук и усмирить свое бушующее желание. Она часто задышала, когда он тяжело наклонился к ней. Он скользнул пальцами ей в волосы, сжал своими большими руками ее голову и глубоко поцеловал ее. Он был в возбуждении, его пенис стал твердым как камень и был прижат к ее животу.
  Мэг захныкала и изогнулась, пытаясь приподняться, чтобы убаюкать увеличившийся предмет в своей ноющей расселине между ногами. Та была ноющей, пустой и увлажнялась от желания получить его. Его грудь была голой, и ее ногти впились ему в плечи. Она чувствовала его кожу, влажную от пота, и покалывание волосков на его ногах. Ее грудь поднялась, сделав соски твердыми и плотными. Они трепетали от желания.
  Он оторвал свой рот от ее, вдыхая воздух, а его грудь вздымалась при каждом вдохе. Мэг облизала свои раненые губы, ощущая на них его вкус, и потянула его за шею, чтобы он лег обратно. Он сразу лег. Его рот был твердым и хищным. Это возбуждало ее, как никогда. Он взял обе ее груди и стал их массажировать, принося этим такое огромное облегчение, что она даже издала резкий звук от удовольствия и желания, но этих секунд было недостаточно. Он недостаточно хорошо знал ее, а возможно, и свои собственные потребности. Он приподнял ее одной рукой за спину и, воткнув ее сосок в свой рот, стал сосать. От этого ее грудь стало остро покалывать, заставляя ее так изогнуться, как будто она хотела его сбросить. Он, в ответ, еще сильнее прижал ее и сунул свой пенис в ее расселину. Явная сексуальность его движений потушила пожар ее ответа и оставила ее желающей и беспомощной. Он стал уходить от нее, но ее жадные руки его не отпускали. Она не могла его отпустить. Она умрет, если он сейчас уйдет.
   Его рука все еще была между их телами, и его пальцы двигались точно по ее гладкой плоти. Он нашел ее мягкое влажное отверстие и глубоко погрузил к него палец, убирая влагу, чтобы подготовить к своему входу. Она почувствовала очень сильное давление между ногами, когда он начал в нее входить. Лихорадка ее желания была очень острой. Затем все ее мысли куда-то ушли, и разум сосредоточился на массивном пенисе, который при каждом толчке преодолевая сопротивление, входил в ее тело все глубже и глубже. Он застонал, а все его тело стало очень напряженным. Она извивалась в его руках как червяк на крючке, а из ее горла вырывались крики боли.
  "Шшш, шшш", - прошептал он. Его губы прижималась к ее лицу. Это были просто слова. "Все хорошо. Все будет хорошо", - говорил он, качая бедрами взад-вперед. Эти легкие движения уговорили ее мускулы расслабиться, позволяя другому каменному изваянию войти в ее горячее, влажное и плотное лоно. Она застонала, содрогнувшись в его руках. Ее тело пульсировало болью. Ее пронзило резкое движение его пениса. Через нее прошел взрыв, и ее голова упала на шею, сделав ее похожей на маргаритку на сломанном стебле...
  Мэг проснулась вся в поту и тяжело дыша.
  Она села на постели. Снова этот сон. Он снился ей когда-то раньше, но она думала, что это кончилось. Плод ее слишком активного воображения, до того, как она встретила Бена. Почему он вернулся? Почему сейчас? Она посмотрела на спящего Бена, испугавшись, что могла его разбудить, но он спокойно спал. Этот сон не был похож на все остальные ее сны. Почему ей снится мужчина, лица которого она не может видеть, но зато его прикосновения кажутся ей такими знакомыми? Он был так похож на Бена. Но это не мог быть он, подумала она. Она даже не была с ним знакома в то время, когда ей начал сниться этот сон. Это расстроило ее, потому что она не хотела так думать о каком-то другом мужчине, кроме Бена. Это было невозможно.
  Она встала с кровати, надела халат и посмотрела на часы, стоящие на ночном столике. 5:30 утра. Она посмотрела на Бена, наклонилась к нему и поцеловав в щеку, спустилась вниз, чтобы приготовить кофе. Рассказывать ли ему об этом сне? Почему ей снится другой мужчина, когда она хочет только одного, который еще несколько мгновений назад лежал рядом с ней? Она решила выбросить из головы этот сон и налила себе кофе. Взяв чашку, она поднялась в свою старую комнату и огляделась. В комнате почти не было мебели, только ее кровать. Она задалась вопросом, куда все убрали, и решила подняться на чердак, чтобы осмотреть его. Она все равно ждала, пока проснется Бен. Она должна выбросить из головы этот сон.
  Она осторожно заглянула в спальню и подошла к Бену. Он по-прежнему спокойно спал, поэтому она закрыла дверь и поднялась на чердак. Там все было заставлено коробками и корзинами. Она прошла между ними и нашла коробку со своей старой одеждой. "Отлично", - подумала она.- "Теперь мне есть, что носить". Она потерла живот, понимая, что скоро ей будет нужно покупать одежду для беременных. Ей только хотелось, чтобы все это закончилось, и ее мать и Сара смогли бы пойти с ней за покупками. Она нашла коробку со своим приданым и открыла ее. Так или иначе, она уже замужем. Вещи по-прежнему были там. Она стала перебирать содержимое и наткнулась на свое фото с Тимом. Черт, подумала она и бросила его обратно. Даже его улыбающееся лицо казалось ей отталкивающим. "А это что?" - подумала она, вытаскивая из угла какую-то коробку. Она открыла ее и улыбнулась, поняв, что ее мать не выбросила ее электронную переписку с Беном. Она настаивала на том, чтобы мама избавилась от этих писем, когда она уходила в церковь, чтобы выйти за Тима, но Джоан, очевидно, решила положить их в коробку и сохранить.
  Мэг поставила коробку обратно, пошла к старому креслу-качалке, стоящему в углу, и села в него. Она начала читать письма и заулыбалась, вспомнив, сколько радости они приносили ей, когда она их получала. Письма были отсортированы по датам и легко оживляли их Интернет-роман. Она пролистала несколько страниц, и вдруг одна привлекла ее внимание. Сообщение было странным. Она не помнила, чтобы она видела его раньше. "Хммм. Как я могла это пропустить?" - вслух произнесла она. - "Должно быть, я пропустила его из-за своего стремления попасть в церковь", - заключила Мэг.
  
  СБ: Дороти из Канзаса, это СБ. Мои поздравления.
  Дороти: Спасибо. Я удивлена, что ты помнишь. Я предполагаю, что твои поздравления относятся к нам обоим. Не могу себе представить жизнь без разговоров с тобой.
  СБ: Наша кибер-болтовня значит для меня больше, чем я могу выразить словами. И она не должна кончаться. Если бы я только смог обнять тебя, как в тот раз. Тиму, вероятно, это не понравилось бы. Я буду скучать по тебе, Дороти из Канзаса, или как там твое настоящее имя.
  Дороти: Я тоже буду скучать по тебе, СБ.
  СБ: Если тебе будет плохо, если тебе будет хорошо, или если просто захочешь поговорить - ты знаешь, где меня найти.
  
  Мэг еще раз перечитала это письмо. "Если бы я только смог обнять тебя, как в тот раз", - выделила она. Этого не может быть, подумала она. Она еще не была лично знакома с Беном, когда он написал это письмо. Он не мог обнимать ее в то время. И что он имеет в виду под "тем разом"? Это был сон, решила она, складывая письма обратно в коробку. Это должен был быть просто сон. Она уже так много пережила из-за этого сна.
  
  Глава 45
  
  "Добропорядочный Святой Отец"
  
  
  У Антонио болело лицо. Он сидел связанным на стуле и все еще чувствовал на себе многочасовой раунд кулаков Дэнни. Оба его глаза заплыли, губа распухла и кровоточила, но он все равно не рассказал им ничего. Он оглядел комнату. Она была маленькой и грязной. И освещала ее только маленькая лампочка, свисающая с потолка. Единственной мебелью в комнате был стул, на котором он сидел связанный, и маленькая кровать в дальнем углу. Он знал, где находятся Бен и Мэг, но несмотря на то, что Дэнни пытался выбить из него эту информацию, он отказывался что-либо говорить. Он был уверен, что Бен уже получил недостающую часть Пандоры. А если эта часть у него, и он может остановить это безумие, то ни кулаки, ни смерть ничего для него не значат. Ему было тошно думать, что он отдал портфель и коробку этим идиотам, но он знал, что они без ключа бесполезны. Он услышал, как поворачивается дверная ручка, и опустил голову на грудь, притворившись потерявшим сознание.
  "Черт подери!" - закричал Гриффин. - "Когда я получу Эванса, я разорву его на клочки. Я считал, он знает, что я не размениваюсь на пустяки!"
  "Но Гриффин, что мы будем делать с этим священником?" - прошептал Дэнни. - "Он ничего нам не сказал".
  Гриффин презрительно усмехнулся: "Священник? Ах, да. Верно. Он же добропорядочный Святой Отец".
  Антонио задавал себе тот же вопрос. Что они будут с ним делать? Если он продолжит притворяться потерявшим сознание, может быть, они скажут это ему, сами того не подозревая.
  "Сейчас он нам полезнее живой, чем мертвый. Единственное, что я знаю о моем дорогом друге Бенджамине - что он придет за своим другом, добропорядочным Святым Отцом". Он посмотрел на Антонио и засмеялся. "Бенджамин поймет, что теперь его очередь придти за ним". Гриффин подошел к Антонио, схватил его за волосы и дернул. "Время пробуждения, Святой Отец". Антонио не открыл глаза, хотя при хватке Гриффина было даже думать адски больно. Он подшил эту боль ко всем остальным, которые причинил ему Дэнни. "Он очень выносливый. Я думаю, что это священничество сделало его таким терпеливым". Гриффин отпустил голову Антонио, и они ушли из комнаты.
  Антонио попытался освободиться от пут, но все его попытки ерзаний привели к тому, что он наклонил стул слишком сильно и упал вместе с ним на пол, прямо на свое ноющее плечо. "Блестяще", - подумал он про себя. - "И что мне теперь делать?" - Он продолжил пытаться освободиться, но прогресса не наблюдалось. Он вымотался и опустил голову на пол, чтобы отдохнуть и собраться с мыслями. Рикардо, должно быть, сходит с ума от беспокойства. У него с Рикардо и Габи должен был быть обед - они решили вспомнить старые добрые времена. Они должны были задаться вопросом, что же с ним случилось. Он мог только надеяться, что Эш найдет его машину и найдет способ связаться с Беном. Он чувствовал себя таким беспомощным, но он должен был найти способ освободиться и вернуть обратно "дипломат" и коробку. Они были у него. А теперь вся их сложная работа может пойти прахом.
  
  Эш ходил по комнате, как тигр по клетке. Бубба принес ему воротничок священника, и он понял, что у Антонио серьезные проблемы. Антонио приехал к его дому, но что-то пошло не так. Он надеялся, что у Антонио не было с собой портфеля, потому что если был - это означает, что сейчас он у Гриффина. Но он должен был смириться с тем, что у Гриффина теперь есть и коробка, и портфель, и Антонио. Он должен что-то сделать. Просто пока он не мог ничего придумать. "Бубба, мы должны найти Бена и Мэг. Ты уверен, что искал везде?" - спросил он.
  "Да. Такое впечатление, что они исчезли с лица земли", - ответил Бубба.
  "Они должны быть где-нибудь. Они не могли далеко уйти". Эш оттянул воротник рубашки. Нервная привычка, которую он не мог контролировать, когда волновался. "Постой, а какое имя использовал Бен в Англии?"
  "Ничем не могу помочь, босс. Я ведь не знал его тогда, помнишь?"
   "Подожди, - Джозеф - Джозеф Берген! Точно!" Он схватил телефон и начал звонить. "Бен использовал это имя, зная, что только я и Антонио сможем найти его по этому следу. Все, что мы должны сделать - это выяснить, где он".
  
  Антонио услышал, что дверь открылась снова. Вошел Дэнни и вернул его, вместе со стулом, в нормальное положение. " Рад, что вы снова с нами, Святой Отец", - усмехнулся он ему в лицо.
  Дверь снова открылась, и вошел Гриффин вместе с какой-то женщиной. "Что ж, я вижу, что вы все же решили присоединиться к нам, Святой Отец. Я тут привел вам кое-кого, с кем я бы хотел вас познакомить". Он сделал жест красивой женщине подойти поближе. "Жаклин, моя дорогая. Это Отец Антонио Торрес. Он некоторое время будет нашим гостем. Почему бы тебе не сделать его пребывание у нас более комфортабельным? При этом ты сможешь подготовить его для нашего маленького путешествия".
  "Путешествия? Какого путешествия?" - спросил Антонио.
  "Ну, мой друг. Если вы не можете вспомнить, куда же мог уехать Бен, то может быть, вы еще помните, где мы все в первый раз встретились? Как говорит ваша американская поговорка: "Дразним мышь сыром, а ловим арахисовым маслом". Так вот, вы и есть мое арахисовое масло. И я собираюсь поймать мышь", - прошептал он на ухо Антонио. "Подготовь его к путешествию, моя дорогая", - сделал он движение в сторону женщины.
  Та подошла к Антонио, расстегнула маленькую черную сумочку и достала из нее шприц. "Больно не будет", - улыбнулась она, наклоняясь и мажа ему руку спиртом.
  "Что вы делаете?" - спросил он, стараясь отодвинуться от выглядящего смертельным шприца. Она не ответила, а только проколола ему кожу иглой и ввела наркотик в кровь. Вскоре комната перед его глазами стала нечеткой, и он не смог больше бороться с эффектом наркотиков. Его голова безвольно упала.
  
  Бубба вошел в комнату с новостями о Бене. "Эш, Бен использовал кредитную карточку на имя своего Джозефа Бергена, чтобы взять напрокат машину в Канзасе, заплатить за номер в отеле и, похоже, купить какую-то одежду", - он сделал отметку в списке. "Я звонил в отель, но они уже уехали".
  Эш встал и подошел к окну. Канзас, подумал он, внезапно поняв, куда делся Бен. "Ключ, Бубба", - повернулся он к другу. "Он поехал за ключом".
  
  
  Глава 46
  
  "В шкатулке Пандоры"
  
  
  Прошло 3 недели с тех пор, как Бен и Мэг приехали в Канзас. Бен потерял контакт с Антонио, который обещал позвонить, как только доставит коробку и портфель Эшу. Расстраивало то, что он не знал, что произошло, но он должен был отыскать ключ, прежде чем возвращаться к своим друзьям. Но время шло. И он боялся признаться себе, что что-то случилось. Что-то ужасное.
  Он прижался к теплому телу Мэг, пытаясь прятать свои страхи в ее нежности. Его ошеломило, когда она начала крушить все вокруг и стонать во сне. Он придвинул ее к себе и погладил волосы, чтобы успокоить. В последнее время она плохо спала, и его волновало то, что эти беспокойные ночи могли повредить ей и ребенку. Он не был уверен в том, отчего она так беспокойна. Он надеялся, что это просто из-за того, что она далеко от дома. Возможно, ее беременность и тот факт, что она много ест, причиняли ей беспокойство. Он знал, что ему нужно поговорить с ней о ее пищевых привычках, но не мог. Она хотела делиться с ним абсолютно всем. Она казалась такой счастливой, проводя с ним время на ферме и разделяя с ним свои желания. Насчет некоторых из них, он бы предпочел, чтобы их не было, но принимал каждое из них душой. Она собирала цветы и давала ему букет с такой же обнадеживающей улыбкой, как маленький ребенок, который делится игрушками. Ее живот был уже виден, и он обнаружил, что ему стало трудно обхватить ее руками. Не только по животу, но и по лицу она стала походить на маленького толстенького херувимчика. Мысль о маленьком чуде, который они создали в мгновение полного счастья, трогало его сердце.
  Мэг внезапно проснулась, вылезла из рук Бена и поднялась на кровати.
  "Мэг, ты в порядке?" - спросил он, убирая волосы с ее лица.
  "Да. Просто мне снова и снова снится один и тот же сон".
  "А о чем он? Может быть, тебе поможет, если мы о нем поговорим". Он волновался о ней. Он хотел, чтобы она ему открылась.
  "Нет, это просто сон", - отмахнулась она. "Кроме того, у нас сегодня есть кое-какие дела в городе, верно?" Она встала и надела халат. Ее отрешенность ясно говорила о том, что она не хочет обсуждать с ним это. Как она скажет ему, что ей снится, как она занимается любовью с другим мужчиной? Это уничтожило бы его, а она не хотела причинять ему боль. Мужчина в ее сне был без лица, но она узнавала его прикосновения. Что если это был... Нет! Она покачала головой. Это не мог быть Тим, и не мог быть Дерек. Они оба были слишком омерзительны, чтобы даже думать об этом. Кроме того, несмотря на то, что она не могла разглядеть во сне лица этого мужчины, его прикосновения были такими знакомыми и приятными. Это не мог быть ни один из них. Только Бен мог заставить ее так чувствовать. Но она не может ему об этом рассказать.
  "Мэг, у нас есть много времени до поездки в город. Я хочу знать, почему ты плохо спишь. Тебя точно что-то беспокоит". Он встал с кровати, повернул ее лицом к себе и положил ей руки на плечи. "Поговори со мной, Мэг. Пожалуйста".
  Она отодвинулась от него, нацепив фальшивую улыбку. Она не могла сказать ему, потому что не хотела даже думать об этом. "На самом деле, Бен, все нормально. Это просто сон. Они мне все время снятся". Она не могла смотреть ему в глаза и лгать. "Я голодная, пошли завтракать".
  Бен решил не давить на нее, раз ее это так сильно расстраивало. Он не получил ответов сейчас, но он доберется до сути, пообещал он себе. В любом случае он собирался выяснить все, и он это сделает. Они закончили завтрак, и пока Мэг мыла посуду, Бен позвонил Эшу. Никто не взял трубку. Там была только голосовая почта, но он не хотел оставлять сообщение. Он стоял на крыльце, постукивая себя телефонной антенной по подбородку, когда Мэг подошла к нему.
  "Бен, что-то не так? Плохие новости?" - она выглядела взволнованной.
  Он обнял ее и притянул к себе. "Нет, я просто не могу связаться с Эшем, и все. И я немного волнуюсь об Антонио. Он уже должен был доставить все Эшу. Он сказал, что позвонит, но не сделал этого. Его нет в миссии, и я нигде не могу его найти".
  "Возможно, он просто занят", - Мэг постаралась смягчить взволнованное выражение его лица.
  "Может быть". Было понятно, что Бен так не думает, и она снова попыталась его успокоить.
  "Мы поедем сегодня в город за ключом?" Она была счастлива, что он рассказал ей о частях головоломки, но он все еще держал в секрете содержимое "дипломата".
  "Мэг, иди сюда и сядь", - он подвел ее к качелям у крыльца. Когда они сели, он коснулся ее лица и посмотрел ей прямо в глаза. "Пришло время отвезти тебя домой. У тебя семь или восемь недель беременности, и тебе нужна забота врача. Я же должен найти ключ и отдать его Эшу как можно скорее. Я буду чувствовать себя лучше, если ты будешь со своими родителями, пока я буду это делать".
  "Бен, нет! Я хочу остаться с тобой. Пожалуйста, не отсылай меня домой!" - попросила она.
  "Я не отсылаю тебя домой, моя любовь, я поеду с тобой". Он поймал ее руку и нежно поцеловал ее пальцы. "Я не могу остаться с тобой. Я должен оставить тебя и все закончить". Она начала протестовать, но он сжал ее руку и продолжил. "Нет, моя любовь. Так нужно. Я хочу рассказать тебе, почему уничтожить дипломат так важно для меня". Он смотрел в сторону, потерявшись в прошлом. "Я встретил Эша много лет назад в Англии. Он работал на американскую разведку и должен был выкрасть кое-какие бумаги у террориста по имени Ян Дебург. Ян планировал массовые взрывы в нескольких высотных зданиях в Англии, России, Франции и Польше. Он установил бомбы в нескольких местах, но к счастью, погиб в одном из собственных взрывов в Англии. В нем тогда погибли 12 ни в чем не повинных человек". Он встал с качелей и прислонился к одному из столбов. "Я потерял родителей в тот день".
  "О господи, Бен", - она подошла к нему и погладила его волосы. "Мне так жаль". Это было в первый раз, что он рассказал ей, что произошло с его родителями.
  Он прислонился к перилам крыльца и продолжил рассказ. "Пришел священник и рассказал нам, что случилось. Я был опустошен. Я поклялся, что отомщу за их смерть. Я не знал, что человек, ответственный за это, тоже погиб при взрыве".
  "Нам? Ты сказал нам, Бен. Кто был с тобой?"
  "Дерек. Когда священник говорил с нами, он просто стоял и смеялся. Священник сказал нам, что наши родители мертвы, а он смеялся. Боже, как же я его тогда возненавидел. Он никогда не уживался с родителями. Мама пыталась, но было так тяжело любить его. Мы все любили его, но он делал это невозможным". Бен на мгновение остановился и посмотрел на Мэг. "Я не хочу говорить об этом сейчас, если ты не против", - сказал он тихо.
  "Я понимаю. Бен, ты можешь рассказать мне больше о "дипломате"? Антонио уже был тогда священником?" Ее сердце разрывалось, глядя на него. Он пытался открыться ей, но его раны были много глубже, чем она себе могла представить.
  "Да, Антонио уже был священником. Это произошло, когда я только осел в Сансет Бич. Он сказал мне об этом потом, когда мы лучше друг друга узнали, но это уже другая история. Как я уже сказал, Ян погиб при взрыве, но он действовал не в одиночку..."
  "Гриффин", - прервала его Мэг.
  "Да. Дипломат содержит местонахождение бомб. И там все закодировано".
  "Так вот почему я не смогла прочесть те бумаги", - воскликнула она.
  "Да", - Бен улыбнулся и продолжил. - "Мне было трудно справиться со смертью родителей. Дерек проматывал каждый цент, который они оставили ему, и закатывал вечеринки по всей Европе. Я был так зол на него, что хотел его убить. Я должен был найти что-то, чем занять мое время, иначе я бы задушил своего собственного брата. Я поехал к Антонио, и именно так я влез в это дело. Эш забрал дипломат у Гриффина в Ирландии, но получил тяжелые ранения в автомобильной катастрофе, прежде чем смог доставить его своему правительству. Я случайно заметил его машину на пути в миссию. Он умолял меня не везти его в больницу, и я привез его в миссию, где Антонио позаботился о нем. Эш доверял нам достаточно, чтобы рассказать все, что он знал, и отдать дипломат Антонио на хранение. Когда я узнал о коробке, я решил помочь Эшу закончить его дело. Мне казалось, что это единственное, что я могу сделать для родителей, иначе их смерть была бы бессмысленной. Эш спрятал коробку в Уэльсе, и я вызвался поехать туда и забрать ее. Это была моя первая встреча с Гриффином и Дэнни". Он дотянулся до руки Мэг и снова пересел на качели.
  "Что было в коробке?"
  "Коробка - это детонатор, который должен взорвать все бомбы одновременно. Я влез в поместье Гриффина и забрал ее. Это было даже слишком просто. Когда я уже был готов уйти, я повернулся и увидел Дэнни. Мы начали драться, и он вытащил нож. Я схватил кочергу от камина и ударил его по лицу. Именно так он получил тот шрам на лице. Я почти победил его, когда вошел Гриффин. Я не знал, что делать, и выпрыгнул в ближайшее окно".
  "Мой собственный Джеймс Бонд", - Мэг коснулась его лица.
  "Я не был шпионом ни в каком смысле". Он улыбнулся. "Это чудо, что я вообще сумел уйти, но я сделал это, и со мной была коробка. Я вернулся в Англию и поехал в миссию, где меня уже поджидал Гриффин. И он привел с собой несколько подлых друзей. Я на самом деле не помню, что произошло потом, я просто помню, что была еще одна драка. Антонио удивил меня, когда вырубил Гриффина несколькими ударами кулака, но Дэнни сбил его с ног, ударив пистолетом. Парень, с которым я дрался, сбил с ног меня, но мне удалось столкнуть его с балкона. Эш пытался унести дипломат, но когда я увидел, что Дэнни поднял пистолет, чтобы застрелить его, то отпихнул Эша и пуля пролетела мимо. Мы сбежали оттуда и уехали в Штаты. Когда мы приехали сюда, Антонио с коробкой поехал в Мексику, я забрал дипломат, а Эш ключ. Все, что нужно - это ключ, чтобы отпереть коробку и поджечь детонатор. Это последняя часть головоломки, и поэтому мы здесь".
  "Бен", - спросила Мэг "А почему ты не можешь переправить все это в правительство США и позволить им нейтрализовать бомбы? Тогда бы все закончилось".
  "В этом красота его плана, Мэг. Дело не в бомбах или жизнях, которые они разрушат. Все дело в деньгах. В коробке Пандоры находится чековая книжка швейцарского банка с 10 миллионами долларов в ней. Гриффину меньше всего нужны бомбы. Он хочет денег".
  Мэг взяла его руку в свои. "Я не понимаю. Почему не отдать им деньги и все этим закончить?"
  Бен улыбнулся ей. "Если бы все было так просто".
  Мэг почувствовала, что у нее кружится голова от попыток переварить все, что Бен рассказал ей. "Это нереально. Почему они просто не разъединят бомбы? Я не понимаю".
  "У них есть другой детонатор, что заставляет их настойчиво вмешиваться. Он не взорвет их все за один раз, но любая из них может взорваться, если они попытаются разъединить их. Гриффин хочет получить в свои руки все эти нации. Он гораздо больший дьявол, чем ты можешь себе представить, Мэг".
  "Ладно. Я думаю, что нам нужно забрать ключ от коробки Пандоры и доставить его Эшу, как можно скорее". Он встала, готовая продолжить их миссию.
  "Подожди, дай мне запереть дом, поскольку я не уверен, что мы вернемся сюда. Я зарезервировал для нас самолет на эту ночь". Бен знал, что у нее были еще вопросы, но Мэг была бойцом. Она была готова ждать для остальных ответов.
  
  Глава 47
  
  "День расплаты"
  
  
  "Как же сильно я люблю эту женщину", - подумал Бен, глядя на Мэг, по дороге в город. Она сидела рядом с ним и весело болтала, показывая на все местные дорожные знаки и сокровища Канзаса. Бен терпеливо слушал, но сказать мог только то, что единственное сокровище Канзаса, которое его интересует, сидит рядом с ним. Отель, в котором он спрятал ключ, находился по пути в аэропорт. Он знал, что везти туда Мэг - это риск, но ему нужно было забрать ключ. Он мог только молиться, чтобы секреты по-прежнему оставались секретами, когда они оттуда уедут. Бен завел машину на парковку и повернулся к Мэг. "Ты не против подождать меня здесь? Я ненадолго, обещаю". Она потерла одну руку о другую.
  "Конечно, я могу подождать, но поторопись. Я очень хочу поехать домой и увидеть снова родителей". Она улыбнулась и поцеловала его. Бен вышел из машины, а она стала смотреть ему вслед, любуясь его длинноногой походкой. Подойдя к двери, он отступил и придержал ее для красивой улыбающейся блондинки. "Убери свои дыни, детка. Он - мой!" - выругалась она, зная, что с такого расстояние ее нельзя услышать. Улыбающаяся блондинка прикоснулась к руке Бена, и Мэг пришла в ярость. Бен кивнул женщине и вошел внутрь. Краем глаза она заметила мужчину, идущего по тротуару и держащего за руку маленького ребенка. Они так естественно выглядели вместе, и Мэг задалась вопросом, как Бен будет выглядеть с их ребенком. Она рассеяно потерла живот. "Посмотрим, малыш", - тихо произнесла она. "Если эта леди с дынями так и будет там стоять и выжидать момент, чтобы получить в свои руки твоего папочку, мы пойдем туда и покажем свое присутствие. Мама позволит тебе все выплевать на ее большие дыни". Она посмотрела на дверь и на часы. Бен ушел 15 минут назад, а ей была нужна дамская комната и быстро. Она подождала еще 10 минут, и не видя никаких признаков Бена, вышла из машины. "Бен, не стреляй в меня", - сказала она вслух. А потом закрыла дверцу и пошла внутрь отеля.
  "Простите, сэр", - обратилась она к клерку. "Вы не подскажете мне, где здесь дамская комната?" Он не оторвался от телефона, но показал на конец холла. Мэг поблагодарила его и пошла туда. Но обнаружила только большой указатель. "Отлично. А теперь что?" Указатель на стене справа показывал, что бар прямо за углом. У них должен быть туалет, подумала она и пошла в направлении, показанном на стене. Бар был закрыт, но она вошла внутрь и нашла дамскую. Когда она выходила оттуда, ее снова посетило чувство "дежа вю". "Я никогда не была здесь раньше, но это место кажется таким знакомым", - подумала она. Она прошлась по бару и огляделась. Ее взгляд упал на столик в углу, и ее потянула к нему какая-то неведомая сила. Она не знала, что предполагает там увидеть, но он, казалось, был вне пределов ее досягаемости. Это разозлило и расстроило ее. Она попыталась избавиться от этого наваждения и пошла обратно к холлу. На середине пути ей встретилась лестница. И она почувствовала непреодолимое желание выяснить, куда она ведет. Она прошла мимо, но дойдя до холла, развернулась, не в силах сопротивляться зову, и стала подниматься наверх. "Я уверена, что была здесь раньше", - подумала она, идя по коридору. В его конце дверь одного из номеров была приоткрыта. Почти в трансе она подошла к двери и толкнула ее. Ее сознание пронзили вспышки воспоминаний, когда она оглядела гостиную. Когда она подошла к двери в спальню, ее сердце сильно забилось, но она не смогла удержаться и вошла внутрь. Она подошла к кровати и посмотрела на нее. Ее сон стал живым и реальным. Здесь, подумала она. Это происходило здесь, в этой комнате, в этой постели. Она по-прежнему не могла увидеть лицо своего любовника, но теперь она знала, что это был не сон. Это была реальность.
  
  Бен вышел из отеля и обнаружил, что машина пуста. Он огляделся, но нигде не увидел Мэг. Он вернулся в отель, но не увидел в холле никаких ее признаков. "Простите", - обратился он к клерку. "Вы не видели красивую молодую женщину с темно-коричневыми волосами, зелеными глазами и примерно такого роста?" - показал он. "Очень прелестную", - добавил он. "И нет ли здесь какого-нибудь места, где она могла бы съесть сэндвич?"
   "Она пошла в дамскую комнату, и я видел, как она поднималась по той лестнице", - показал клерк и вернулся к своей работе. Бен широко улыбнулся, потому что даже при его неопределенном описании, клерк точно понял, кого он ищет.
  "Спасибо", - сказал он. Потом повернулся и пошел к лестнице, желая знать зачем она туда поднялась. "О Боже! Она вспомнила!" Его самые худшие страхи стали оправдываться, и он понесся наверх.
  Поднявшись по лестнице, Бен побежал через передний холл. Мэг он не увидел. Он медленно пошел по коридору, зовя ее по имени. Дойдя до конца, он завернул за угол. И увидел открытую дверь. Он сразу понял, что Мэг там. Также он понял, что очень вероятно, что она все вспомнила. Он молился, чтобы это было не так, но сердцем он чувствовал обратное. Дверь была открыта Он глубоко вздохнул, вошел в комнату и остановился в дверном проеме. Он огляделся, и воспоминания заполонили его, как будто это произошло только что, а не много лет назад.
  Бен вошел в спальню и подошел к кровати, около которой молча и неподвижно стояла Мэг и смотрела на нее. Она не заметила, что он вошел в комнату, и он коснулся ее плеча, чтобы привлечь ее внимание. "Мэг, что с тобой? Что не так? Я думал, что ты будешь ждать меня в машине". Он был испуган до смерти, и ему было трудно говорить. Он знал, что она вспоминает. Он увидел это по ее лицу, как только вошел в комнату. Он играл с судьбой, и сейчас пришло время платить за это. Он молился, чтобы это не разрушило все, что они имели. Он знал, что не сможет жить, если это произойдет.
  Она повернулась и посмотрела на него. Огромные слезы скатились по ее щекам. "Бен, я должна кое-что тебе рассказать", - зарыдала она.
  "Шшш, все хорошо". Он дотянулся и стер ее слезу. Потом притянул ее к себе и обнял, гладя по волосам. Но она отстранилась.
  "Бен, ты не понимаешь! У меня был сон, что я занимаюсь любовью с незнакомцем. Я не знаю, каким образом, но мне снилось, что я была именно в этой комнате и занималась любовью с мужчиной. Я ничего о нем не знаю, даже имени. Это было так реально и так страстно, что я не смогла уйти от него. Мне так жаль! Я ужасно чувствовала себя из-за этого и скрывала это от тебя, но я думала, что это был только сон. Но это было не так. Это было реально и произошло в этой комнате". Ее трясло даже внешне, и она неудержимо рыдала.
  "Мэг, Мэг. Все хорошо". Он попытался ее обнять, но она продолжала его отталкивать.
  "Нет, не хорошо", - боролась она с его руками. "Вовсе не хорошо. И я не думаю, что когда-нибудь будет хорошо. Ты должен был возненавидеть меня, когда я сказала тебе, что я сделала".
  "Мэг". Он попытался поймать ее руки. "Я никогда не смогу ненавидеть тебя. Я ни за что не смогу тебя ненавидеть. Я люблю тебя".
  Мэг ничего не слышала. "Я думала, что это был только сон, но что же произошло, если это был не сон? Я помню, что была в этой комнате. Неужели я действительно спала с каким-то неизвестным мужчиной? С кем-то, про кого я не помню даже имени". Ее руки дрожали, когда она поднесла их ко рту. "Я была здесь только однажды и очень давно. Я помню этот бар. Мы с Тимом сильно поссорились, а потом я пришла сюда и встретила его в баре внизу. Я, должно быть, слишком много выпила тогда, потому что мало помню о том, что произошло дальше. Когда я проснулась, я была в этой комнате. Я позвонила Саре, чтобы она забрала меня домой. Я ничего не могла вспомнить. Даже того, как я сюда попала. Я была в этой постели, и я была голая! Боже мой, Бен! Что я здесь такое сделала, если даже ничего не помню? Может быть, это было таким ужасным, что я поэтому не могу вспомнить?"
  "Мэг, ты не делала ничего ужасного. Я гарантирую тебе, что ты ничего ужасного не делала". "О Боже",- обратился он к Всевышнему.- "Пожалуйста, не позволь ей возненавидеть меня, когда она вспомнит все." Он обнял ее и прижал подбородком ее голову. "Мэг, пожалуйста", - попытался он уговорить ее сесть. "Ты должна успокоиться".
  "Я в порядке", - она вылезла из его рук.
  "Ты уверена?" - спросил он.
  "В полном. Мне просто нужно вымыть лицо. Я не знаю, почему я позволила своему сну так себя расстроить. Я не могла сделать ничего такого ужасного. Я знаю, что не могла. Я сейчас вернусь". Она пошла в ванную. Бен смотрел, как она уходит. Потом он выглянул в окно, как он сделал в то утро много лет назад. Он помнил ту ночь. Ночь, которую она не могла вспомнить, и ночь, которая изменила его жизнь навсегда.
  
  Бен был разгоряченным и усталым, когда вошел в бар этого отеля. Это был длинный день. Вынести солнечные дни Канзаса оказалось труднее, чем все его задание. Он чувствовал себя старым и вымотанным. Его работа, его жизнь, его жена - все это висело на нем тяжелым грузом, и он не знал, что ему со всеми ними делать. Его работа - он мог уйти с нее. Его жизнь - он мог оставить ее позади и начать сначала. А его жена - он не знал, что ему с ней делать. Когда они поженились, он был так уверен, что будет любить ее всегда... Но прошел всего год, а он уже сожалел, что давал ту клятву. Он чувствовал себя таким виноватым. Мария была одинока и ворчала на него за его пренебрежение. Вначале он старался. Первые пару месяцев их брака они были похожи на подростков, которые только что обнаружили радости запрещенного секса. Но это скоро приелось и перестало его интересовать. Он хотел намного большего.
  Что-то в его жизни отсутствовало. Что-то, чего он хотел, но не мог понять, чего именно. Что-то, в чем он отчаянно нуждался, если он собирался жить в этом браке. Он не занимался любовью со своей женой много месяцев. Ему даже работать было неинтересно, и она была несчастлива с ним. Она даже обвинила его в том, что он импотент, и в последние несколько недель он начал верить, что она права. Он не мог даже изобразить к ней хоть какую-то страсть. Она была красивой женщиной, и это должно было быть легко, но не было. Несколько раз он пробовал, но потом отказался с чувством, что он предает самого себя. В конце концов он оставил всякое притворство. Он не мог ничего к ней почувствовать. Он подозревал, что она завела любовника, но его вина за пренебрежение заставляло его смотреть на это сквозь пальцы. Он не хотел знать и не признавался самому себе, что его это не волнует. Его замечательная жена находила удовольствие с другим мужчиной, а для него это не имело значения. Этот печальный монолог о браке, который все предсказывали, оказался полной реальностью. И самое печальное было то, что его не волновало, есть ли у нее кто-то. Но он дал обещание самому себе. Он поехал в эту поездку, чтобы покончить с его прошлой жизнью и найти способ помириться с женой, которую уже не любил. Он давал клятву в церкви и он не нарушит ее, чего бы это не стоило.
  Он прошел в бар и заметил красивую женщину за угловым столиком. Она была с мужчиной. Эта женщина поразила его, и он не мог отвести от нее глаз. Для мужчины в ней не было ничего, чтобы выделить ее, но она была редкой и хрупкой красоты. И при всей ее красоте, и даже при том, что она улыбалась мужчине, с которым была, она казалась печальной. Она повернула голову, чтобы подозвать официантку, и Бен заметил, что мужчина опустил что-то ей в бокал. Потом он извинился и пошел в туалет. Бен подождал его возвращения, выругавшись про себя. Потом подошел к столику, наклонился и шепнул что-то ему на ухо. Мужчина стал интересного красного оттенка, но не высказал протеста. Он немедленно извинился и быстро ушел.
  "Спасибо", - произнесла она, когда он избавил ее от ее воздыхателя. Из того, что он мог видеть, Ромео вел себя за ее столиком, как у себя дома, а ее не сильно интересовало, что он говорит. Избавление от него не убрало печаль из ее глаз, и он страстно желал найти ее причину. Она подняла бокал и одним глотком выпила его, прежде чем он смог ее остановить. Бен желал знать, что ему теперь делать. Он не мог оставить ее здесь, потому что она могла стать легкой добычей какого-нибудь подонка. Он должен был отвести ее в ее номер, прежде чем наркотик начнет действовать.
  Он отвел ее в номер и уложил на постель. Он подумал о том, чтобы раздеть ее, но решил, что не будет этого делать. Потом он попытался уйти, но она не отпустила его, поэтому он стал успокаивать ее как мог. "Спи", - произнес он вполголоса. "Тебе станет лучше, когда ты проснешься", - пообещал он. Она посмотрела на него своими доверчивыми глазами, и он выругался про себя. Он доставил ее в комнату, и теперь он может идти. И как можно скорее. Но когда он положил ее на кровать, она отказалась дать ему уйти. Он сел на постель, а она вцепилась в него. Он отказывался признавать, что не только ее вцепившиеся руки удерживали его там. Он хотел ее, как никого другого в своей жизни.
  Он посмотрел на нее, а она застонала. Он понял, что она достигла критической стадии эффекта наркотика, который ей дали. Она была в агонии, но он должен был уйти, потому что даже под действием наркотиков она была самым очаровательным существом, которое он когда-либо видел. Она одеревенела в его руках, ее бедра сжались вместе в попытке справиться с нахлынувшими на нее сильными ощущениями. Это было бесполезно, потому что она ничего не могла сделать, чтобы это остановить. "Помоги мне". Она умоляюще посмотрела на него. "Пожалуйста, останови это". Бен беззвучно выругался, понимая, что пробудет здесь все ночь. Он не мог оставить ее в таком состоянии. Он начал говорить с ней, надеясь и молясь, что не будет ничего хуже разговора. "Как тебя зовут?" - спросил он, пытаясь завязать разговор. Нужно было чем-то ее занять и отвлечь от агрессивных ощущений. Это было бесполезное занятие, но он должен был попытаться.
  "Дороти", - ответила она сквозь сжатые зубы. "Меня зовут Дороти".
  Он сидел на кровати и смотрел, как она корчится в агонии. Джентльмен в нем говорил, что нужно уходить, но он не мог. Она будет страдать всю ночь. И единственное хорошее в этой ужасной ситуации было то, что он знал, что какую бы дрянь ни подсыпал ей тот подонок, утром она ничего не вспомнит.
  Она застонала и зажала его рубашку. Он попытался отодрать ее руки, но как только он отпускал одну, она хватала его другой. Она была в агонии и умоляла его остановить ее. Ее мольбы дошли до него, и он понял, что больше не может позволять ей так страдать. Поэтому он протянул руку и коснулся ее, убеждая себя, что делает это только ради ее блага. Она поразила его, когда вдруг поднялась и поцеловала его, заставив его сердце сильно забиться. От шока у него закружилась голова. "О Боже", - простонал он. Поймав ее мотающуюся голову, он обнял ее и стал целовать, пока она не начала задыхаться, стонать и умолять. Вместо того, чтобы остановить этот шторм, бушующий внутри нее, поцелуй только усилил его. Он ужасно чувствовал себя, но не мог оставить ее в такой агонии. Он положил руку ей на грудь, под блузку, и мягко помассажировал ее. Она дернулась, застонала и стала просить о большем.
  Он поднял ее блузку без застежек, и ее грудь упала в его ждущие руки. Он похоронил лицо в ее глубокой впадине, вдыхая опьяняющий аромат, и стал наслаждаться ее кожей, мягко массажируя ее. Он взял в рот ее грудь и стал страстно сосать, а она зажала его длинную, сильную ногу между своими. Он нашел темный центр ее груди, который был распухшим и дрожал от страсти, и стал волновать его языком. Он мягко сосал его, осторожно потягивая и моля о поддержке. Ее руки дотянулись до его шеи, притянули его голову и прижали ее. Приподняв за спину, его руки посадили ее к себе на бедро.
  Он прижался к ней, загоняя ее умоляющие руки к ней под бедра. Вверх, ближе. Безумней. Его твердая выпуклость на брюках немного проникла в нее. Только одежда предохранила их от полного сексуального объединения. Ее пальцы вцепились в его спину, и она стала вращать бедрами. Его рот немного отпустил ее грудь, и только его язык мягко возбуждал ее соски. Буйство накатило на нее, купая в жидком огне. Она вскрикивала при каждой судороге. Когда все кончилось, она слабо прижалась к нему, тяжело дыша. Ее пальцы теребили темные пряди его волос. Он посмотрел ей в глаза. Это не было концом, она молила о большем.
  Его голос был хриплым. "Закрой глаза, Дороти. Закрой глаза и чувствуй. Не думай, просто чувствуй". Она беспомощно повиновалась. Она закрыла глаза и сконцентрировалась на своем теле и том, что с ним происходит. Перед ее глазами кружился разноцветный хоровод. Через нее прошел жар, который сменился болезненным удовольствием. Его рука скользнула ей под платье и нащупала край трусиков. Его пальцы мягко проникли внутрь нее, осторожно касаясь ее тонкой и нежной плоти. Она беспомощно согнула ноги, заставляя его глубже войти в нее. Ее бедра открылись, давай ему более легкий доступ. Ее сердце бешено билось, и она чувствовала, что может взлететь. Она вцепилась в его рубашку, а ее пальцы вцепились в его плоть, когда она попыталась устоять против шторма, который бесновался в ней.
  Она слышала, как он что-то говорит, но в ее ушах стоял рев, и она не могла разобрать ни слова. Слова не были важны, она слышала в его тоне нежность. Трение от его пальца было таким же, как и от пениса. Она попыталась бороться, чтобы удержать свои хаотично бушующие нервы, но быстро сдалась и упала ему на грудь. "Это хорошо", - вполголоса сказал он и сунул в нее другой палец. Ее ноги согнулись, а потом упали. Она чувствовала, что ее напряженное, захваченное кем-то тело больше не поддается ее контролю. Какой-то древний, первичный инстинкт овладел ее жизнью. Ее внутренние мышцы мягко отозвались, и Бен задрожал всем телом.
  Его пальцы выскользнули из нее, и она издала тихий звук страдания, а ее бедра пододвинулись к нему. Он быстро снял с нее трусики и вернул руку в ее тело. На этот раз она охотно раздвинула бедра и почувствовала влажность страсти между ними. Вхождение принесло облегчение, но только на мгновение. Медленный толчок его пальцев принес глубокий мощный зов. Его прикосновение было нелегким, но нужным. Его большой палец поднялся наверх и нажал на маленькое утолщение. Ее нервы потряс настоящий взрыв. Она издала сдавленный крик и обвилась вокруг него.
  Он крепко обнял ее, подчиняя себе. Он говорил с ней. Шептал ей на ухо хриплым и низким голосом. Плоть между ее ногами запульсировала в ритме, который она никогда раньше не ощущала. Она закричала! Это был почти что вопль муки. Как будто ее все сильнее и сильнее наматывали на раскаленную катушку. Внезапно это стало слишком сильным. Все ее тело сжалось, а потом резко поднялось, когда через нее прошла кульминация. Ощущения стали уходить, она ослабела и легла лицом ему на грудь, тяжело дыша. Он передвинул ее, а потом его мускулы напряглись под ней. С усилием она подняла веки, умоляя его. Бен беззвучно выругался. Глядя на нее, лежащую на его груди, он понял, что его приемы не имели никакого значения.
  Он был мужчиной, а не святым. Его мужская плоть была напряжена и молила о пощаде. Из его горла вырвался хриплый звук. Это должна быть долгая ночь. Пожалуйста, положила она на него свою руку, и он не смог отказаться, это все равно, что он приказал бы себе не дышать. Он не включал свет, но дверь была открыта и свет из гостиной падал на постель. Она лежала не двигаясь, в полной апатии. В таком состоянии ее физические ощущения были такими острыми, а психические такими открытыми, что она чувствовала каждый тяжелый и медленный удар своего сердца. И как кровь течет по ее венам. Бен тоже мог это чувствовать.
  Его желание было почти физически ощутимым, а движения быстрыми. Через несколько секунд он был уже обнажен. Он лег на нее, его тяжелые бедра протолкнулись между ее, заставляя их раскрыться и распределяя на ней свой вес. Была полная тишина, внутри и снаружи. С невероятной радостью и трепетом, он стал направлять свою мужественность в ее податливую мягкость. Он помогал себе сначала одной, а потом и другой рукой, давая правильное направление. Он напрягся и стал медленно входить в нее. Он был напряжен, ожидая, что она будет к нему приспосабливаться. Из его горла вырвался хриплый звук, и он начал тяжелыми толчками входить все глубже и глубже. Толчок сотряс все ее тело. Она неистово прижалась к нему, а его бедра стали делать ритмичные толчки. Резкий толчок слил их тела, вызвав одновременно его тяжелое дыхание и ее тихий стон. Ничто не помешало моменту, когда их органы вошли друг в друга и соединились в сильной и простой страсти. Очень скоро его ритм стал быстрее, и он, приподнявшись, с силой вошел в нее. Он высоко поднял ее ноги, положив лодыжки себе на плечи. Тяжело дыша, он почувствовал, что проникает внутрь нее все глубже. Он издал резкий вскрик. Последний толчок - и он сотрясся от конвульсий. Когда это прекратилось, когда через него прошло последнее маленькое землетрясение, она раскрыла руки, и он безвольно сполз с них.
  Бен стоял у окна и смотрел на темноту раннего утра, когда услышал ее движение. Даже в полумраке он видел ее лицо. Она улыбнулась ему и снова заснула. Теперь с ней все будет в порядке, подумал он. Потом он подошел к кровати, поцеловал ее в бровь и ушел из комнаты, тихо закрыв за собой дверь. Он молил Бога, чтобы тот простил его за то, что он сделал. Он никогда так больше не сделает. Но еще больше он молил Бога, чтобы он позаботился о его прекрасной Дороти, которая заслуживает этого много больше, чем он сам. Бен вернулся к действительности, когда услышал пораженный крик Мэг.
  "О Боже! Это был ты! Бен, это был ТЫ!" - закричала Мэг.
  
   Глава 48
  
  "Исповедь Бена"
  
  
  "Да, Мэг". Бен подготовился к боли, которую - он это знал - принесут его слова.
  "Все это время ты знал, о чем мой сон - и не сказал мне! Почему? Как ты мог, Бен?"
  Бен знал, что больше тянуть нельзя. Нужно было сказать правду. Он должен был рассказать ей всю историю и молиться, чтобы она не возненавидела его за то, что он сделал. Он начал говорить, а его сердце наполнял страх и трепет. Он все рассказал ей о той ночи, не упуская ни малейшей детали, а она не говорила ни слова. Он закончил, но она по-прежнему молчала и не шевелилась. Бен дотянулся до ее руки и тихо произнес: "Мэг?"
  "Нет", - отстранилась она, но Бен поймал ее, не позволяя ей уйти. Он продолжил говорить, надеясь, что хоть одно его слово дойдет до нее.
  "Мэг, я никогда не лгал тебе. Намеренно - нет. Пожалуйста, Мэг. Ты должна услышать меня. Я не мог рассказать тебе о той ночи. Я так стыдился того, что сделал, и самым лучшим было то, что ты ничего не помнила. Я прожил много лет с воспоминанием о том, как я держал тебя в объятиях и знанием, что этого больше никогда не случится. Ни одно наказание в мире не могло с этим сравниться! Ты не представляешь, каково это - прикоснуться к небесам и знать, что этого больше никогда не произойдет. "Той ночью", - начал он. - "Нет, не отталкивай меня". Он сильно обнял ее. Он должен был заставить ее понять и начал снова. "Тот мужчина опустил в твой напиток какой-то наркотик. По твоей реакции, более чем вероятно, что это был Роепнол. Он более известен как "наркотик насилия". У него нет запаха, его нельзя почувствовать на вкус, и он в большей части случаев вызывает потерю памяти. А когда его смешивают с сексуальным стимулятором... В общем, я просто могу сказать, что ты была в плохом состоянии. Я видел, как он положил эту дрянь в твой напиток, и я намеревался вылить его, но ты выпила раньше, чем я смог тебя остановить. Я знал, что должно с тобой произойти, и я не мог позволить тому человеку воспользоваться своей властью. Я не собирался заниматься с тобой любовью. Я клянусь всем, что для меня свято - я не собирался. Но тебе было так плохо. В любом случае я поступил дурно, и это меня не извиняет. Я могу только сказать, что сделал это потому, что не хотел, чтобы тебе было так плохо. Я знаю, что это тоже меня не извиняет, и я на это не претендую. Но я сделал это, и ничто из того, что ты можешь сказать мне, не может быть хуже, чем то, что я уже говорил себе. Мне жаль. Мне очень жаль. Я не мог видеть, как ты страдаешь, хотя и знал, что поступаю неправильно. Я проклинал себя, что не мог ничего поделать с этим, но я видел перед собой твое прекрасное лицо. Если бы на твоем месте была бы любая другая женщина - я бы смог уйти. Я знаю, что смог бы, но я не мог уйти от тебя. Пожалуйста, прости меня". У него упало сердце, когда Мэг заплакала.
  "Не плачь, Мэг", - он погладил ее по волосам. "Пожалуйста, не плачь", - попросил он. "Пожалуйста, скажи, что ты не ненавидишь меня и что ты сможешь меня простить".
  Мэг осталась в его объятиях, но большая слеза скатилась по ее щеке. Бен стер ее большим пальцем, умоляя понять. Если потребуется, он будет на коленях вымаливать ее прощение. Она посмотрела на него и сделала то, что по его мнению, она должна была бы сделать в последнюю очередь. Она потянулась, поцеловала его и произнесла: "Спасибо".
  Бен потерял дар речи. Он ждал от нее отповеди и проклятий, и даже если бы она дала бы ему пощечину, он был не удивился. Но он не ждал, что она будет его благодарить. "Мэг", - со страхом произнес он ее имя.
  Она посмотрела на него и приложила палец к его губам. "Я хотела бы быть оскорбленной, но не могу. Я люблю тебя, и я знаю, что ты любишь меня. Мне трудно понять, почему ты скрывал это от меня, но я стараюсь принять это. Дай мне время осознать. Может быть, я смущена и расстроенна, но я никогда не смогу тебя ненавидеть. Возможно, это судьба свела нас вместе, и именно из-за этого мы столько пережили. Я не знаю. Но я знаю, что я люблю тебя. Мне не понравилось, что ты скрывал это от меня, но ты - мой Бен. Добрый и настоящий джентльмен. Я мало помню о той ночи, но я помню, как слышала, что ты говорил "нет". Не кори себя и никого другого. Вместе мы с этим справимся. Во имя нашей любви", - она взяла его руку и положила себе на живот. "И во имя нашего ребенка. Я не знаю, почему той ночью судьба свела нас вместе, но я благодарю за это Бога. Я очень рада знать, что хоть в одном я была права".
  "В чем?" - спросил он, почти боясь ее ответа.
  "Никто не мог заставить меня испытать такие чувства, кроме тебя".
  Бен стоял и смотрел на нее с открытым ртом. Он мог ожидать чего угодно в случае, если она выяснит правду. Чего угодно, кроме этого. Наконец, он обрел голос.
  "И никто и никогда не заставит меня испытать такие чувства, кроме тебя. Спасибо, моя любовь. Я покорен. Но Мэг, это не все. Иди сюда и сядь рядом". Он решил рассказать ей все. Он не хотел снова видеть на ее лице выражение ужаса.
  "Хорошо". Она нежно погладила его лицо.
  Он подвел ее к дивану и посадил на него, не зная, что с чего начать. Но он должен был рассказать ей все, независимо оттого, насколько это было ужасно. Он старался защитить своих друзей, но он больше не мог делать это ей в ущерб.
  "Помнишь, я говорил тебе о 10 миллионах долларов, которые хотел получить Гриффин? Я солгал, когда сказал, что не знаю, где они". Мэг отстранилась от него, как будто подготавливая себя к еще одному удару. "Не делай этого", - попросил он. "Пожалуйста, не надо". Мэг сидела и молчала, ожидая продолжения. "Я знал, где эти деньги, много лет, но если бы я сказал это Гриффину, это уничтожило бы моих друзей".
  "Когда я приехал в Сансет Бич, то я думал, что все кончилось. Пока мы хранили части Пандоры раздельно и на разных концах света, мы могли нейтрализовать Гриффина. А потом я встретил человека, который мог разрушить все".
  "Кто это был?" - спросила Мэг.
  "Томас Митчум".
  "Отец Кейси?" - удивленно спросила Мэг. "Но какие у него могут быть дела с террористом? Как он мог попасть в это дело? Бен, я не понимаю. Какое отношение это имеет ко всем нам?"
  "Я знаю, что ты не понимаешь. Я подхожу к этому". Бен погладил ее по щеке и обрадовался, что она не отстранилась. Он продолжил. "Когда я приехал в Сансет Бич, то решил, что пока я живу там, все будет хорошо. Я встретил Марию, и мы поженились. Все в моей жизни, за исключением моего брака, шло хорошо, пока однажды ко мне в "Бездну" не пришел Томас Митчум. У него было для меня предложение. Он сказал, что если я его не приму, то он разрушит жизни трех людей, которые мне дороги".
  "Кто?" - спросила Мэг. "Кто они?"
  Бен посмотрел на нее и глубоко вздохнул. "Кейси, Ванесса и Бетт".
  Мэг была ошеломлена. "Как? Каким образом?"
  "Еще до того, как Томас Митчум развелся, он обнаружил, что он - не отец Кейси. Фактически все, что он знал - что не может быть его отцом".
  "Но если он знал, то зачем притворялся? Почему он с самого начала не сказал об этом матери Кейси?"
  "Потому что он хотел отомстить настоящему отцу Кейси и своей жене. Обоим".
  "Но как?" - Мэг начала повторяться. "Бен, это бессмысленно".
  "Я знаю, но смысл появится, если ты дашь мне объяснить. Томас Митчум был стерилен много лет, но хотел сына. Он никогда не говорил об этом своей жене, и она обманула его, потому что уже была беременна, когда вышла за него замуж. Она так сделала, чтобы отец Кейси не смог узнать о сыне".
  "А кто настоящий отец Кейси?"
  Бен посмотрел ей в глаза и произнес: "Эш".
  "О Боже. Неудивительно, что что-то в нем казалось мне таким знакомым. Он похож на Кейси".
  "Я думаю, это Кейси похож на него", - рассмеялся Бен. "Но ты права, Кейси имеет большое сходство с Эшем. Я не знаю, ни почему Алекс вышла замуж за Томаса Митчума, ни почему она не сказала Эшу о том, что беременна его ребенком. Я никогда не говорил с ней об этом. Но она была беременна от Эша, и Томас Митчум хотел, чтобы она за это заплатила. Он сделал для этого все, что только мог. И он выяснил, кто настоящий отец Кейси. После рождения Кейси Алекс уехала в одну из своих журналистских поездок и в одной разорванной войной стране попала в ловушку вместе с Джоном Хартом".
  "Отцом Ванессы?" - снова поразилась Мэг. Похоже, что эта история отразилась на всех людей, которых она знала и любила. Но она замолчала и позволила Бену продолжить свое объяснение.
  "Да", - продолжил Бен. "Они считали, что умрут и поддались импульсу. У них не было любовной связи, но Алекс вернулась домой снова беременной".
  "Бен, что ты говоришь?!"
  "Алекс Митчум - мать Ванессы. Томас был вне себя от ярости и угрожал забрать у нее Кейси, если она не избавится от ребенка. Она умоляла его не делать этого, но он не оставил ей выбора. Или она избавится от ребенка, или она больше никогда не увидит Кейси. К тому времени она уже тоже понимала, что он знает, что Кейси не его сын. Но в его власти было забрать у нее ребенка, и она действительно могла никогда больше его не увидеть. По закону он был сыном Томаса, и она ничего не могла с этим поделать. Джон и Лина Харт много лет безуспешно пытались завести ребенка, и Томас предложил им удочерить Ванессу. Он считал, что Лина Харт достойна только того, чтобы воспитывать внебрачного ребенка своего мужа. Лина согласилась на удочерение. Она полюбила Ванессу. Но неверность мужа оказалась для нее фатальной".
  "Бен, я все еще ничего не понимаю. Кейси любит Ванессу. Он был бы в восторге, если бы выяснил, что она - его сестра".
  "Да, но о матери? Простит ли он ее за то, что она отдала своего ребенка? Что он будет о ней думать? Что он подумает о матери, которая отдала его сестру? А кроме всего прочего, ему придется иметь дело с фактом, что человек, которого он всегда считал своим отцом, таковым не является. Это разрушило бы все его шансы иметь с матерью нормальные отношения".
  "Я понимаю, но Кейси с этим справится. Когда он справится с болью, он простит свою мать. Он уже любит Ванессу. Он будет любить ее еще больше, когда узнает, что она его сестра".
  "А простит ли он мать, когда выяснит, что Эш - его отец? Сможет ли он оставить в прошлом то плохое, что она сделала, чтобы защитить его?"
  "Не знаю", - честно ответила Мэг. "Но я не вижу никакой связи с террористом".
  "Я подхожу к этому", - пояснил Бен. "Томас Митчум узнал о деньгах. Я не знаю, как, но он выяснил, что мне известно их местонахождение. Поэтому он пришел ко мне с угрозой разрушить жизни моих друзей. Я знал, что им будет очень плохо, если они узнают обо всем, но в моих руках было множество человеческих жизней, и я сказал "нет". Он на время отступился, а потом вернулся с добавочной информацией. У него была еще одна бомба".
  Мэг потерла бровь, думая, что же может быть еще хуже. Жизни всех этих людей были связаны одной супружеской изменой, а этот негодяй желал уничтожить их всех одним махом. Что же еще там могло быть, подумала она. А когда Бен начал говорить, стало ясно что именно.
  "Ты помнишь, Бетт всегда говорила о своих 7-ми мужьях?"
  О нет, подумала Мэг. Кто еще мог быть замешан в этой ужасной истории? Но она только сказала: "Да, помню".
  "Так вот. Эш был мужем номер 1, и она его отчаянно любила. Из всех мужей, я думаю, по-настоящему она любила только его. Алекс Митчум была ее подругой, и она переспала с ее мужем. Эш сказал Бетт, что он спал с другой женщиной. Он чувствовал себя виноватым и признался ей в своих грехах. Он никогда не говорил ей, кто была эта другая. Несмотря на то, что он сделал, он любил Бетт. Я не знаю деталей того, почему он переспал с Алекс или она с ним. Я думаю, что у них с Бетт были тогда проблемы. Эш сразу раскаялся в том, что сделал, и почувствовал, что должен рассказать ей правду. Он не представлял, что правда с ней сделает. Его потребность в исповеди чуть не свела ее с ума. У нее был нервный срыв, и она развелась с Эшем, даже ни разу больше с ним не поговорив". Бен на минуту задумался и печально засмеялся. "На самом деле, когда она разводилась с ним, то хотела, чтобы его выслали при разводе из страны. Судья сказал ей, что Эш - американский гражданин и не может быть выслан за супружескую неверность. Бетт сказала, что ее это не волнует - она просто хочет, чтобы он уехал. Выслать из страны Эша у нее не получилось", - усмехнулся он, подумав о забавном требовании Бетт. "Но Эш уехал из страны добровольно . Он не хотел еще больше ранить ее, и если она хотела, чтобы он уехал из Штатов, он решил выполнить ее желание. Он очень богатый человек. Он пытался отдать ей половину своего состояния, но она не взяла от него ни пенни. Эш и Алекс договорились, что она никогда не узнает о том, кто была та женщина. Она бы не пережила, если бы узнала, что это была ее подруга. По этой же причине, может быть, и Алекс не сказала Эшу о Кейси. Когда Томас Митчум пришел ко мне, Бетт была замужем за мужем под номером 5 и только начинала все заново. Я не думаю, что она когда-нибудь забывала об Эше, но она училась жить без него. Я не мог допустить, чтобы ей рассказали об Алекс и Эше. Это уничтожило бы ее. Поэтому я сказал Томасу, где деньги. Эти болезненные тайны были похоронены много лет назад, и я хотел, чтобы они там и оставались".
  "Бен, я понимаю, почему ты решил хранить секреты Эша, но почему ты не мог рассказать мне правду о той ночи?" - спросила Мэг. "Почему ты лгал мне?"
  "Я не лгал, но я до смерти боялся, что ты меня никогда не простишь. Я люблю тебя, Мэг. Я полюбил тебя с первого взгляда, когда увидел сидящей в баре. Я боялся, что потеряю тебя, если ты узнаешь правду. Ты можешь это понять? Я не мог дать тебе шанс все узнать и возненавидеть меня за то, что я сделал. Я не смог бы жить с этим".
  "Бен..."
  "Шшш", - он прикоснулся к ее губам. "Это еще не все. Когда я приехал домой, то мне было очень плохо, и я рассказал о тебе Эшу. Мне нужно было с кем-то поговорить и выговориться, и я рассказал ему. Он знал обо всех моих проблемах с Марией. И он попытался убедить меня развестись и поехать искать тебя. Я отказался, потому что я и без того очень много задолжал Марии. Но я и представить себе не мог, что он поедет в Канзас, а он сделал это. Он приехал и нашел тебя. Он также выяснил, что ты собираешься выходить замуж за Тима, и решил спасти тебя. "Спасти", - как он сказал, "от самой худшей ошибки в ее жизни". Я думаю, он сказал эти слова очень точно, потому что он собирался спасти нас обоих от самих себя".
  "Я не понимаю".
  "То, что ты поймала Тима с Конни в церкви, не было случайностью".
  "Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что это не было случайностью?" - спросила Мэг.
  "К этому приложил руку Эш. Мне жаль, Мэг. Я не просил Эша останавливать твою свадьбу с Тимом, но я должен был знать. Я был неосторожен, когда мы были вместе, и я должен был знать, не носишь ли ты моего ребенка. Я знал, что ты бы любила его, но я не хотел, чтобы ты задавалась вопросом, кто его отец. Когда Эш сказал мне, что ездил, чтобы выяснить насчет тебя, я не мог остановиться. Я попросил его выяснить, не беременна ли ты. Когда вы с Тимом поехали сдавать кровь для брачной лицензии, то ваш врач оказался другом Эша. И он оказал Эшу любезность. Эш заплатил ему, и врач сделал тест на беременность. Когда он вернулся и сказал мне "нет", я не могу сказать, что был разочарован. Я знал, что как бы я за это не держался, я должен был отпустить тебя. Я должен был дать тебе уйти. Эш назвал нас чертовыми дураками и сказал, что если мы сами себе не поможем, он сделает это за нас".
  Мэг улыбнулась. Ее лицо засветилось от искренней улыбки. "Так он преуспел? Он спас нас от самих себя?"
  Бен посмотрел на ее освещенное улыбкой лицо и, впервые с начала своей исповеди, тоже смог улыбнуться. Он посмотрел ей в глаза. "Да, моя любовь. Я думаю, что он это сделал". Он поцеловал ее, а про себя поблагодарил Бога за то, что тот вернул ему женщину, которую он любит.
  
  Глава 49
  
  "Дом и семья"
  
  
  Джоан сидела на кухне и вертела в руках чашку. Было 2 часа ночи - время, когда все должны спать, но она не могла. Она не спала нормально несколько недель и не сможет, пока не увидит, что ее дети вернулись в безопасности домой. Она всегда ложилась спать в приличный час, но сейчас она металась и ворочалась, не находя отдыха. Ее дети были неизвестно где и в тяжелой ситуации, и она волновалась. Она не получала от них известий несколько недель, и хотя она говорила себе, что Бен сможет позаботиться о Мэг, она волновалась о них обоих. Боже, она бы все отдала за возможность обнять их. Их обоих.
  Она сделала глоток теплого кофе и оглядела комнату, вспоминая последний раз, когда они были здесь все вместе. Они были так счастливы. Она устало вздохнула. То время казалось таким давним и таким далеким. Повторится ли оно когда-нибудь снова? - подумала она. Где они? В безопасности ли? Хорошо ли питаются? Имеют ли кров? А может, они испуганы и нуждаются в объятиях матери, чтобы иметь силы взглянуть в лицо опасности? "О Боже". Она поставила локти на стол и положила на руки голову. "Боже, где же они? Пожалуйста! Прошу тебя, позаботься о них!" - помолилась она. Хэнк старался смягчить ее страхи, говоря, что Бен может позаботиться о Мэг. Она верила, что Бен может, но хотела позаботиться о них сама. Глубоко задумавшись, она начала молиться вслух.
  "Боже, прошу, позаботься о моих детях", - тихо молилась она. "Пусть они будут в безопасности! Пусть они вернутся домой и поскорее! Мне нужно снова увидеть их лица и обнять их обоих. Пожалуйста, пожалуйста! Пусть они поскорее вернутся домой!"
  
  Бен тихо открыл заднюю дверь и увидел Джоан, которая сидела за столом. Он не хотел ее пугать, поэтому он просто стоял и смотрел на нее. Он знал, что невоспитанно слушать чужие разговоры, но ее молитва не прошла мимо него. Не та любовь, с которой она произносила эту отчаянную молитву. У него на глаза навернулись слезы, потому что, кроме Мэг, никто так не заботился о нем. Двигаясь быстро, но беззвучно, он подошел к ней, обвил ее руками и прошептал на ухо: "Это достаточно скоро?" А потом поцеловал в щеку.
  Джоан не испугалась. Она сразу же узнала его. Она обернулась и, выкрикивая его имя, бросилась ему на шею. "Бен! О Боже, БЕН! Ты дома!" - кричала она вперемешку с поцелуями. "О, мальчик мой, ты дома!" Бен с радостью принял ее объятия, наслаждаясь любовью, исходящей от нее. Он обнимал ее, пока она не отступила на шаг. Она прикоснулась к нему и оглядела с ног до головы, проверяя, все ли на месте. "А где Мэг?" Она посмотрела через его плечо.
  "Она в порядке". Бен еще раз кратко обнял ее и мягко развернул. Мэг стояла в дверном проеме. У Джоан перехватило дыхание, а потом она бросилась к Мэг. Она провела еще один раунд поцелуев и проверку, как с Беном. Бен стоял в стороне со смущенной улыбкой, пока Джоан не взяла лицо Мэг в руки и не посмотрела на нее. Предупреждая ее слова, Бен подошел к ним. "Она здорово выглядит, правда, мам?" - спросил он.
  Джоан посмотрела на него, а потом на Мэг. Она сказала "да" и озадаченно нахмурилась. Выражение ее лица говорило, что "с Беном что-то происходит, и я выясню, что именно. Но я поиграю в его игру, пока он мне не расскажет". Мэг улыбнулась, и Джоан не смогла удержаться и не ущипнуть ее за ее маленькую толстенькую щечку еще раз. Она потом спросит ее, как она так пополнела за столь короткое время. Она еще раз обняла Мэг. Она была рада, что они оба дома. И со всеми толстыми щечками.
  Хэнк спустился вниз, чтобы выяснить, по какому поводу волнение, и с удивлением и удовольствием увидел Бена и Мэг, стоящих на кухне. Он обнял Мэг и покрыл ее тем же раундом поцелуев, что и Джоан. А потом повернулся к Бену. Бен протянул ему руку для приветствия, но Хэнк схватил его за руку и притянул для объятий. Пораженный Бен совершенно не сопротивлялся. Он закрыл глаза, ощущая чувство любви, которым его окружили. "Я так рад, что ты дома, сынок", - произнес Хэнк. Потом он отступил и дотянулся до руки Мэг. "Ты привез мою Мэгги домой в целости и сохранности. Спасибо тебе, сын", - и он крепко пожал его руку.
  "Достаточно", - прервала его Джоан. "Садитесь, а я принесу вам чего-нибудь поесть". Глаза Мэг вспыхнули при упоминании о еде. Бена немного затошнило, но он промолчал. В этот момент в кухню вошла Сара и провела своей раунд объятий. Потом она отстранилась и озадаченно посмотрела на Мэг. Бен понял, в каком направлении движутся ее мысли, и немедленно вмешался. Он знал, что как только Сара скажет это, Мэг заплачет. А он не хотел, чтобы их возвращение было разрушено слезами.
  Бен, Хэнк, Мэг и Сара уселись за стол, а Джоан приготовила им легкую закуску. Когда она поставила перед Мэг тарелку с едой, глаза последней зажглись, как у маленького ребенка на Рождество. Она сразу же набросилась на еду. С ликованием. Сара смотрела на сестру, которая ела так, как будто долго голодала. Она посмотрела на сестру, а потом на еду, которую та лопала с приличной скоростью. Сара была рада видеть сестру и Бена, но она заметила, что сестра набрала вес. И много за такой короткий срок. Скорость она приписывала тому, что они в последнее время ели на ходу, но то, с какой жадностью Мэг поглощала еду, показывало ей, как ее сестра набрала эти неприглядные фунты в такой короткий срок. Мэг была ей очень рада, но Сара должна была признать, что она выглядит более чем толстой. Ее лицо было пухлым, а живот приятно округлен. Может быть, из-за одежды она выглядит такой круглой, но даже по лицу... Мэг должна посмотреть в лицо факту, что она стала походить на бочонок. Сара посмотрела на Бена, который был занят разговором с Хэнком об их подвигах, а потом на Мэг, которая перестала притворяться, что поддерживает разговор и очищала тарелку с таким видом, будто ждет, что в любой момент может наступить повальный голод. Она рассеянно задалась вопросом, почему Бен не скажет Мэг, что ей не надо так много есть, но решила, что он любит ее и кормит всем, чего бы она ни хотела. Она была дипломатичным человеком и не хотела ранить чувства Мэг, но кто-то должен ее остановить, пока она не стала похожа на кита. Будет тяжело согнать и тот вес, который она уже набрала. С таким аппетитом Мэг у них будет трудная задача, и визит к диетологу заказан.
  Мэг очистила свою тарелку и посмотрела на Джоан, которая озадаченно глядела на нее. Мэг улыбнулась и сказала, что она счастлива быть дома и есть приготовленное мамой. Сара хотела сказать ей, что по ее виду не похоже, что она пропускала вообще какую-то еду, а не только приготовленную мамой. Она прикусила губу, чтобы удержаться и не сказать, что Мэг стала похожа на Пилсберского зайца, и мужественно промолчала.
  Хэнк и Бен по-прежнему вели энергичный разговор, а Сара смотрела на то, как ее сестра очищает тарелку и пьет молоко, даже не притворяясь, что интересуется чьим-либо разговором. Казалось, что еда ее интересует гораздо больше, и ела она с такой жадностью и ликованием, что Сара почти возненавидела себя за то, что должна сказать ей, что она делает из себя поросенка. Джоан смотрела на Мэг все также озадаченно, когда та поставила стакан на стол. "Ты хочешь чего-нибудь еще, дорогая?" - спросила она. Сара пришла в ужас и наградила мать взглядом, который говорил, "если ты дашь ей что-нибудь еще - она лопнет".
  "Нет", - сразу же ответила Мэг, и Сара вздохнула с облегчением, но сразу увидела, что ее "нет" было сказано потому, что все ее внимание было сосредоточено на недоеденной тарелке Бена. Когда Мэг потянулась к ней с тем же самым плотоядным взглядом, Сара потеряла дар речи. Она посмотрела на мать, а потом на Мэг, которая закопалась в тарелке Бена и с восхищением жевала. Она ела его еду так, как будто боялась, что он повернется и начнет есть ее сам. Она смела остатки обеда Бена и потянулась за последней сладкой булочкой, лежащей на блюде. Достаточно, решила Сара. Если Бен так глуп, что не догадывается сказать ее сестре, что она превращается в поросенка, то она это сделает сама. Кто-то ведь должен. Если она продолжит в таком духе, то даже Ричард Симмонс не сможет ее поднять.
  "Мэг", - для эксперимента произнесла Сара.
  "Да". Мэг оторвалась от своей тарелки, жуя с таким экстазом, что Сара почти потеряла всю свою решимость. "Она наслаждается едой", - подумала она. - "Я никогда не видела, чтобы кто-то так ел. Может быть, мне нужно промолчать. В любую секунду она может наесться и перестать объедаться так, как будто боится, что наступит голод и она хочет наесться впрок". Тем временем Мэг взяла булочку и откусила от нее.
  "Мэг", - снова начала Сара. "Может быть, тебе не надо это есть".
  "Почему?" Мэг перестала жевать и посмотрела на свою тарелку, а потом на Сару. "Что с ней не так?" Она держала булочку так, как будто боялась, что кто-то может ее украсть, если она отвернется.
  "Не так не с булочкой, а с тобой".
  "Сара", - начала Джоан, но Мэг прожевала достаточно, чтобы иметь возможность говорить.
  "Я в порядке, Сара", - заверила ее Мэг и улыбнулась. С таким набитым ртом она похожа на бурундука, подумала Сара.
  "Нет, ты не в порядке, ты..."
  На этой части разговора к ним повернулся Бен, точно зная, что собирается сказать Сара. Он должен ее остановить. "Сара..." - начал он, но опоздал. "Толстая", - закончила та. "Ты действительно думаешь, что должна была съесть все это? Ты съела всю свою еду, а потом всю еду Бена. А теперь ты тянешься к еще одной булочке. Я не хочу ранить твои чувства, но посмотри на себя! У тебя толстое даже лицо. Если ты будешь так и дальше есть, то сможешь переплюнуть даже Пилсберского зайца".
  На мгновение на кухне наступила полная тишина, а потом Мэг опустила голову, и ее глаза наполнились слезами. Она бросила салфетку на стол, отпихнула стул и выбежала вон из комнаты.
  "Сара, как ты могла!" - начали ее хором ругать Джоан и Хэнк.
  "Извините", - извинилась Сара. "Но вы знаете, что я права. Она похожа на маленького толстого поросенка. Я знаю, что ранила ее чувства, когда сказала это, но она еще меньше оценит, если мы ничего ей не скажем до того, как ей станет нужна тележка, чтобы передвигаться. Бен, как ты мог позволить ей так себя вести?"
  "Было жестоко так говорить с твоей сестрой!" - выразил Хэнк свое презрение к замечаниям Сары. "Немедленно идите и извинитесь перед ней, мисс!"
  Бен взял его за руку, чтобы остановить все это. "Все в порядке. Я пойду за ней, но сперва я должен вам кое-что сообщить".
  "Нет". Хэнк был непреклонен. "Эта мисс", - он показал на Сару, "ранила чувства Мэг, и именно она пойдет за ней и извинится. И она сделает это прямо сейчас", - приказал он.
  "Ладно", - кротко сказала Сара и опустила глаза, вылезая из-за стола. "Я извинюсь, но я сделала это ради ее же блага".
  "Как ты могла сказать своей сестре, что она толстая и считать при этом, что сделала это ради ее же блага?" - спросила Джоан. "Это было жестоко, и твой отец прав. Ты сейчас же извинишься перед сестрой и убедишь ее, что действительно сожалеешь".
  "Подожди минуту", - остановил ее Бен. "Я знаю, что ты не хотела причинять ей боль, Сара. Ты только следишь за ее благополучием. Мэг сейчас очень чувствительна в вопросах своего веса, но на это есть причина".
  "Да, причина есть", - выложила Сара последний аргумент. "Она ест как поросенок. Ты должен стыдиться, что позволил ей дойти до такого", - отругала она Бена.
  "У тебя нет никаких причин быть к ней такой жестокой". Джоан посмотрела на Сару, присоединяясь к мнению Хэнка, что та должна пойти и извиниться перед Мэг. "Мэг через многое прошла. Ну и что, что она немного потолстела? Мы сможем поработать над этим, когда все кончится, и она сможет открыто вернуться домой".
  "Нет, не сможем", - сказал Бен, прерывая Джоан.
  "Почему?" - спросил Хэнк. "Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что не сможем?"
  "Она беременна", - объявил Бен.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"