Артлегис Марина: другие произведения.

Потенциал

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурс LitRPG-фэнтези, приз 5000$
Конкурсы романов на Author.Today
 Ваша оценка:

   Пронзительный звон будильника выдернул Олежку из глубин сна неожиданно и грубо, словно безжалостный рыбак - долгожданную добычу. Мальчик застонал и наугад хлопнул ладонью, надеясь прикончить зловредный механизм. Не тут-то было - подаренный родителями на Новый год будильник в виде футбольного мяча, от удара отлетел в дальний угол комнаты, где и продолжил верещать с удвоенной силой.
   Олежка понял, что деваться некуда. Попытался разлепить глаза. Вчерашнее сидение за компьютером до трех часов ночи не прошло даром - веки тянуло друг к другу, словно в каждом находилось по маленькому, но мощному магниту. После недолгой, но мучительной борьбы со сном, удалось приоткрыть узкие щелочки, который мальчик счел достаточными, чтобы добраться до санузла. Он откинул одеяло и моментально покрылся мурашками - за ночь комната изрядно выстудилась через приоткрытую форточку. Встал с кровати... И, бешено замахал руками, заорал от ужаса - ноги, не встретив никакого сопротивления, до колен провалились в пол. Вернее, туда, где раньше был пол. Запас воздуха в легких закончился, крик оборвался. Глаза тут же широко раскрылись, сон как рукой сняло, Олежка посмотрел вниз и обнаружил, что медленно, но верно продолжает погружаться. Он задергался, как муха в сиропе. Скорость погружения заметно увеличилась. Подернутая мелкой рябью, странно переливающаяся поверхность "пола" дошла уже до пояса и стремительно поднималась. Мальчик немыслимым образом извернулся и попытался схватиться за кровать. Но за спиной ее не оказалось - спасительная деревянная спинка маячила где-то далеко, метрах в трех позади.
  - Помогите! На помощь! Кто-нибудь!!! - отчаянно закричал он, чувствуя, как непонятная субстанция ползет по груди, холодит шею...
   Вот уже подбородок скрылся под блестящей поверхностью, Олежка отчаянно задрал голову, глоток воздуха, еще, еще... Стиснул губы, задержал дыхание, надеясь хоть чуть-чуть отсрочить неизбежное...
  
  ... и проснулся. Жадно глотая ртом восхитительно вкусный воздух, вытаращив глаза, Олег судорожно завертел головой. К его облегчению, все оказалось в порядке - кровать со сбитым в бесформенный ком одеялом и скрученной как веревка простыней, молчащий будильник в форме футбольного мяча на тумбочке и даже пол - Олежка наклонился и опасливо потрогал его пальцем - был обычным твердым, пыльным линолеумом.
  - Ф-фух! - мальчик откинулся на подушку, с облегчением выдохнул. - Присниться же такая чепуха! Надо завязывать с "Word of Warcraft"! Надо же - крыша едет капитально!
   Взгляд на будильник показал, что до звонка еще три часа, Олежка попытался снова заснуть. Однако, горло пересохло так, что даже дышать стало трудно. Выбора не было - надо тащиться на кухню. Он неохотно выбрался из-под теплого одеяла, спустил ноги на пол, встал и... провалился по щиколотку. От неожиданности потерял равновесие, нелепо взмахнул руками и рухнул на четвереньки, больно ударившись ладонями и коленками. Боль даже обрадовала - она означала, что остальной пол в комнате нормальный, твердый. Не помня себя от ужаса, прямо на четвереньках Олежка, что было сил, рванул к спасительной двери. Только в коридоре, забившись спиной в самый дальний от своей комнаты угол, он, наконец-то смог закричать.
  - Господи, что случилось?!
  - Сынок, что с тобой?!
   В коридор выскочили перепуганные родители, высунула заспанную мордашку Ника. Олежка ткнул пальцем в сторону двери, продолжая голосить. Отец спокойно заглянул в его комнату. Пожал плечами:
  - Там никого нет. Просто плохой сон.
   Мама присела на корточки рядом с сыном и, обняв за плечи, принялась тихонько укачивать, гладить по голове, приговаривая:
  - Ш-ш-ш, ш-ш-ш, тихо-тихо, все хорошо. Ну, успокойся...
   Олежке моментально стало стыдно, что с ним обращаются, как с маленьким, а главное, что это видит Ника. Он перестал орать и заерзал, выбираясь из объятий матери:
  - Да все, мам, я в порядке. Ну, все-все, правда.
   Мама отстранилась, внимательно посмотрела ему в лицо. Потом вздохнула и нежно поцеловала в лоб:
  - Иди спать, сынок. Да?
  - Ага, сейчас, попью только. Вы идите, я в норме, - Олежка попытался изобразить улыбку.
   Получилось неплохо - родители и Ника послушно скрылись в своих комнатах. Олег с трудом поднялся. Обнаружил, что ноги дрожат и подгибаются. Шаркая, словно древний старик, добрел до кухни и жадно выпил три стакана воды. Потом медленно потащился обратно. Подойдя к двери, он остановился в нерешительности. Осторожно заглянул в комнату. На первый взгляд, все было в порядке. Медленно-медленно, пробуя пол ногой перед каждым шагом, Олежка добрался до кровати и одним прыжком взлетел на нее. "Жесть, - успел подумать он, - теперь фиг заснешь". И отключился.
  
  Тринадцать часов назад.
   После трех недель промозглого холода и ветра в город пришло бабье лето. В блеклом осеннем небе сияло летнее солнце. Огромные лужи высохли за одну ночь. Люди радостно жмурились и расстегивали теплые куртки. Олежка утром привычно надел осенний анорак, и теперь обливался потом. Снимать куртку было отчаянно лень - для этого нужно скинуть тяжелый школьный рюкзак, снять куртку, придумать, куда ее пристроить, опять надеть рюкзак... Проще оставить все, как есть. Он подставил раскрасневшееся лицо налетевшему ветерку и улыбнулся. Сегодня был удачный день. Контрольную по химии, к которой Олежка, конечно же, забыл подготовиться, отменили, уроков практически не задали, а в рюкзаке лежало третье дополнение к любимой игре. Впереди несколько часов в мире Warcraft - что еще нужно для счастья современному пятнадцатилетнему подростку.
   Переполнявшее мальчика хорошее настроение требовало выхода. Для начала он шуганул большую стаю голубей. Птицы разом снялись с места, хлопая крыльями, заложили крутой вираж и умчались прочь. Стало опять скучно. Тогда Олежка вообразил себя инопланетным пришельцем, загнанным в угол земными службами безопасности и умирающим от непригодной атмосферы. Он ссутулился, подволакивая ноги и шатаясь, из последних сил дотащился до ближайшей скамейки и рухнул на жесткие доски.
  - Сос... Сос... - прохрипел он, - Где же вы, братья по разуму?
   Потом принялся яростно отстреливаться от окруживших скамейку злобных двухметровых спецназовцев.
  - Дыщ!! Бах!! Получи, проклятый землянин!!! Зеленые человечки умирают, но не сдаются!!!
   Тут кончились патроны и, раскусив вшитую в язык ампулу с мгновенным ядом, гордый инопланетянин пал смертью храбрых.
  - Кхм! Молодой человек...
   Олежка подпрыгнул, будто в него и впрямь попала пуля из вражеской винтовки. С изумлением уставился на сидящего рядом человека. Мальчик готов был поклясться, что минуту назад ни на скамейке, ни на аллее не было ни одной живой души.
  - Извините, что помешал, но мне показалось, вы закончили, - вопросительно произнес странный тип.
   Несмотря на приличную внешность, мужик производил неприятное впечатление. Он был весь какой-то... неспокойный. Пальцы теребили край мятого бежевого плаща, глаза бегали. К тому же он постоянно озирался по сторонам, словно чего-то боялся.
   "Маньяк" - испуганно подумал Олежка: "Что делать-то? Вот я попал!" Он сделал попытку подняться со скамейки, но подозрительный гражданин цепко вцепился в рукав так и не снятой куртки:
  - Подождите. Я знаю, что выгляжу... не очень. У меня нет времени... искать кого-то другого. Прошу вас, выслушайте. Это мой последний шанс. Они уже близко.
   Олежка дернул рукой, но тип держался крепко. "Ладно, - решил мальчик. - Чего он мне здесь сделает - в любой момент люди могут появиться. Главное, момент подходящий выбрать и - ходу!" Он на скамейку как можно дальше от странного дядьки, который, не отпуская рукав Олежкиной куртки, заговорил быстрым, сбивчивым полушепотом:
  - Нельзя допустить, чтобы прибор попал им в руки! Ни в коем случае! Это катастрофа!
   Мужик полез в карман плаща, вытащил оттуда небольшую плоскую коробочку и начал совать ее мальчику. Тот молча уворачивался. Тогда псих - теперь стало окончательно ясно, что это псих - молниеносным движением расстегнул Олежкин рюкзак, сунул коробочку внутрь и быстро вжикнул молнией. Олежка потянулся, чтобы вытащить подозрительную вещь, но не успел.
  - Здравствуйте, Игорь Владимирович, - раздался за спиной мужской голос.
   Мальчик вздрогнул и обернулся. Рядом со скамейкой стояли двое мужчин, похожих, как однояйцовые близнецы. Черные кожаные куртки, черные очки, широкие плечи. "Люди в черном, - машинально подумал Олежка. - Сейчас сверкать будут. Память стирать". Вопреки его опасениям, однотипные мужики не обратили на испуганно съежившегося подростка никакого внимания.
  - Ну, что же вы, Игорь Владимирович? - укоризненно пробасил один. - Бегаете от нас. Зачем?
  - Пусть мальчик уйдет! - нервно вскричал псих.
  - Конечно. Мы же не монстры. Зачем нам мальчик? - развел руками второй черный тип. - Иди, пацан, иди. Маме привет.
   Олежка послушно встал, подхватил рюкзак и зашагал прочь по аллее. Его преследовало неприятное ощущение чужого взгляда. На спине будто горела точка лазерного прицела. Он бросил быстрый взгляд назад. Один из страшных мужиков, наклонившись, что-то тихо говорил Игорю Владимировичу. Второй молча стоял рядом. Вдруг он повернулся и посмотрел прямо на мальчика. Мотнул головой, словно подгоняя. Олежка почему-то стало холодно. Он заторопился к выходу из парка, на ходу застегивая куртку. Хорошее настроение пропало бесследно.
  
  Пять часов назад.
   Возможности рассмотреть подсунутую психом коробочку не было до самого вечера. Стоило протянуть руку к ящику стола, в котором была спрятана таинственная штуковина, как в комнату кто-то врывался. То маме приспичило расспросить о сегодняшних отметках. То Ника требовала нарисовать ей "Принцессу и замок, и волосы, чтобы золотые и корона с брильянтами". То, как назло, пораньше вернувшийся с работы отец решил отдать родительский долг сыну именно сегодня. Он основательно устроился на Олежкиной кровати и не меньше часа грузил его рассуждениями о том, как важно учиться, заниматься спортом, не связываться с дурными компаниями, и все в таком духе. Мальчик, изнывая от нетерпения, с трудом удерживался от того, чтобы сказать: "Пап, очнись! Мне не шесть лет, вообще-то! Иди вон Нику прессуй!". Подобное высказывание могло только удлинить лекцию, но не отменить ее, поэтому Олежка молчал и думал о своем.
   Только к одиннадцати часам вечера домочадцы угомонились. Ника давно спала, мать тоже скрылась в спальне - ей рано вставать на работу - а отец сел за компьютер играть в онлайн-покер. Это гарантировало пару часов его полного отсутствия в реальности.
   Олежка как бы невзначай прошелся по квартире. Все тихо. Шмыгнул к себе и тихонько прикрыл дверь. Дрожащими от волнения руками открыл ящик стола, вытащил загадочную коробочку. Повертел, рассматривая со всех сторон. Черная, плоская. Размерами сантиметров десять на пятнадцать. Почти всю поверхность одной из сторон занимает темный экран. Справа от него четыре кнопки со стрелками - вверх, вниз, вправо, влево. С другой стороны - еще две кнопки, побольше. На одной крестик, на другой - галочка. Все. Ни надписей, ни отверстий для зарядки или подсоединения наушников...
   "Хм. На PSP похоже, - подумал Олежка. - Интересно, как в него игры загружать? Ни одной дырки! Может, там встроенные есть?" После нескольких секунда хаотичного жмакания на кнопки, экран засветился мягкой голубизной. Негромко тренькнуло - Олежка испуганно оглянулся на дверь - и появилась надпись: "Welcome. Opener of Potential is ready to work".
  - Вот, блин! Эта фишка не русифицирована, что ли... - загрустил мальчик.
   Отношения с английским языком у него были... сложными. Первое слово, впрочем, частенько встречалась в интернете.
  - Типа - заходите, - быстро перевел он.
   Дальше дело застопорилось. Во втором предложении речь, вроде бы, шла о работе...
  - Готов работать! - сообразил, наконец, Олежка, - А кто готов-то? Опенер какой-то... Ладно, поехали дальше! Где тут игрушки?
   Еще одно нажатие кнопки: "Please, put a finger to the identifier". Слева от экранчика с тихим щелчком сдвинулась незаметная панелька и появилось небольшое углубление в корпусе.
  - Чего?... А, фингер! Палец, типа. Сюда палец, что ли вставить? А током не дерганет? Ладно-ладно.
   Олежка сунул указательный палец в углубление и на всякий случай зажмурился. Опять негромко тренькнул сигнал. "The new client. Enter your name". Ниже был очерчен прямоугольник с мигающим курсором внутри и располагался английский алфавит.
   Новая задача не могла вызвать затруднений у продвинутого юзера. С помощью стрелок передвигая курсор, Олежка быстро ввел свой ник - "Wolf" - и нажал галочку. Выругался. В появившемся на экране следующем предложении не было ни одного знакомого слова. "Choose area of disclosing of potential".
  - Да блин! Что за фигня!
   Он раздраженно бросил прибор на стол и вскочил с кровати. Принялся ходить по комнате, рассуждая вслух:
  - А, может, дядька вовсе и не псих? Может, он... шпион? И фишку эту у америкосов спер! А я теперь, выходит, соучастник!
   Олежка, крадучись, приблизился к окну. Из-за занавески внимательно осмотрел темный двор. Все, как всегда. Хотя, микроавтобус, припаркованный у помойки, выглядел явно подозрительно...
   Откуда-то потянуло сквозняком. По спине забегали противные мурашки. Олежка схватил таинственный прибор и забрался под одеяло. Уставился в экран. Под непереводимой надписью светились три зеленых прямоугольника. В первом было слово "Mentality", во втором "Physiology" и в третьем "Thinking". Правый контур светился заметно ярче остальных. Нажатием кнопок со стрелками это выделение можно было перемещать.
  - Так... что же выбрать?
   Первое слово показалось Олежке смутно знакомым и он, недолго думая, выбрал его. "Waiting" - сообщил экран.
  - Понятно. Загружается. Ничего, подождем.
   Долгое время ничего не происходило. Из незаметно подкравшейся дремы Олежку вырвало знакомое треньканье.
  - Ага! Я уж думал, ты завис! - сообщил он экрану, - Так, что там... Опять?!
   "Work is finished. Wait while changes will come into force". Олежка нетерпеливо придавил кнопку и... экран погас.
  - Эй! Ты чего?! Разрядился что ли? Зараза!
   Он потряс коробочку, зачем-то постучал ею о ладонь. Прибор оставался безжизненным. Олежка зашвырнул бесполезную вещь обратно в ящик и подсел к столу.
  - Пол часика поиграю - и спать.
   На мониторе разворачивал сине-зеленые крылья ручной дракон...
  
  ***
   Этим утром будильник надрывался зря. Вчерашние "пол часика" затянулись почти до трех. Огромный монстр, похожий на гибрид жука и бегемота, никак не хотел помирать, пришлось мочить его целой толпой. Зато рейд оказался удачным - когда тварь все-таки сдохла, из нее высыпалось много полезных вещей.
   Предутренние кошмары внесли свою лепту в формирование отвратительного самочувствия. Когда мама заглянула в комнату со словами: "Вставай, в школу опоздаешь", Олежка поплотнее укутался одеялом и заныл:
  - Ну ма-а-ам... Я чего-то... Может я заболел?... Может, мне в школу не надо сегодня.... А?...
  - Давай-давай, - засмеялась мама. - Не выдумывай.
   Пришлось вылезать из теплого уютного кокона и тащится в ванную. Олежка вслепую нашарил кран, подергал... Открыл глаза. Ручки не было. Кран - блестящий, стальной, привычный - торчал на своем обычном месте. А такой же блестящей ручки сверху: поднимаешь - течет вода; поворачиваешь - вода становится теплее или холоднее - не было.
   Сон испарился. Олежка, на всякий случай не двигаясь, осмотрелся Ванная комната выглядела как обычно. Стиральная машина в углу, полотенца на длинной изогнутой трубе, зубные щетки и паста на краю раковины... А ручки не было.
   Мальчик подошел к двери и выглянул в коридор. Никого. Олежка запер дверь и вернулся к крану. Внимательно осмотрел его со всех сторон. Потрогал. Потыкал снизу, где должна литься вода. Не сводя глаз с неполноценного крана, присел на ящик для белья.
   Страха не было - только недоумение. Уж очень... нелепо выглядела загадочная трансформация сантехники. Олежка крепко зажмурился и в деталях представил себе нормальный кран. Гладкая холодная рукоятка нависает над запотевшей изогнутой поверхностью. Потеки воды, брызги зубной пасты. Отражение в зеркале.
   Открыл глаза. Ручка была на месте. С брызгами, потеками и отражением.
  - Клево! - выдохнул Олежка.
   Потом снова закрыл глаза и попытался представить раковину без крана. Открыл - металлическая конструкция холодно отблескивала в свете ярких потолочных ламп. Олежка разочарованно вздохнул и только собрался сделать еще одну попытку, как в дверь постучали:
  - Олег! Заснул что ли?! Тебе через десять минут выходить!
  - Иду, мам!
   Он наскоро поплескал в лицо холодной водой и решил, что чистить зубы каждое утро вовсе не так уж обязательно. Одновременно натягивая джинсы, жуя бутерброд и заталкивая в рюкзак учебники, Олежка выкинул из головы дурацкое происшествие с краном.
  
   Первые четыре урока кое-как удавалось сохранять ясность мыслей. На пятом писали сочинение. Вообще-то, с литературой у Олежки проблем не было - в отличие от большинства одноклассников, он любил читать. Для него не составляло труда за один вечер заглотить необходимую по программе книгу чтобы затем получать законные пятерки.
   "Евгения Онегина" - тему нынешнего сочинения - он тоже, естественно, прочел. Но ровные строчки на девственно чистом листке расплывались перед глазами, мысли куда-то ускользали. Больше всего хотелось упасть на парту и отключиться. Превозмогая себя, Олежка выдал первую строчку: "В своем произведении Пушкин раскрыл перед нами характеры своих современников...". Ручка ползла все медленнее, слова превратились в неразборчивые каракули, голова со стуком упала на стол, но этого Олежка уже не почувствовал...
   Во сне он стремительно заполнял строчку за строчкой ровным убористым почерком. Писалось легко и свободно. Слова нанизывались одно на другое, составляли длинные, красивые предложения. Наяву Олежке никогда не удавалось так писать. Приходилось мучительно растягивать текст, набирая заданный объем. А сейчас... "Дмитрий Юрьевич обалдеет!" - подумал Олежка и проснулся.
   Он испуганно вскинул голову - не успеть! Схватил выпавшую во сне ручку и... уставился на тесно заполненные словами листы. Пять с половиной страниц текста. Наискосок пробежался глазами - Евгений Онегин, Пушкин, дуэль, гибель поэта... То что нужно. Непонятным оставалось одно - когда он успел все это настрочить.
   Прозвенел звонок, одноклассники потянулись сдавать работы. Олежка кинул свою тетрадь в общую кучу на учительском столе и вышел в коридор. На мгновение показалось, что он не идет по вытертому тысячами ног линолеуму, а плывет над ним. Он непроизвольно дернулся, посмотрел вниз - кроссовки твердо стояли на полу.
  - Блин! Че твориться-то? - воскликнул Олежка.
   Сильный хлопок по спине бросил его на несколько шагов вперед.
  - Кому грустим?! - заорали над ухом.
  - Ты чего, Гном, совсем сбрендил? Чуть не убил! Силу девать некуда?
  - Ну, не убил же! - заржал Гном - метр восемьдесят восемь роста, девяносто килограмм живого веса. - В столовку идешь?
   Олежка рассеяно жевал черствый пирожок с капустой и размышлял об участившихся в последнее время странностях. Он всегда отличался бурной фантазией, частенько органично вплетающейся в реальность. Но сейчас происходило что-то совсем невероятное. Да, раньше ему случалось во сне разговаривать и даже бродить по квартире. Но не сочинения же писать! И в том, что второй раз он на самом деле провалился в пол, Олежка готов был поклясться на чем угодно. Не говоря уже об исчезающей и появляющейся ручке крана. Что-то явно было не в порядке. То ли с ним, то ли с окружающим миром.
  - Слышь, Гном, у тебя бывает такое, что ты как бы спишь, а на самом деле... что-то делаешь? - неловко спросил Олежка.
  - Да ты че?! Это как - спишь и делаешь? Не, я если сплю - из пушки не разбудишь. У меня три будильника стоят. А будит все равно мать! - приятель захохотал.
   Гном вообще был на редкость жизнерадостным и добродушным парнем. Кличка прилипла к нему еще во втором классе. Тогда похожий на спичку пацан стоял последним в шеренге мальчишек. В восьмом классе, после летних каникул, слабак и замухрышка превратился в обычного подростка. В девятом был самым здоровым в классе. При этом так и остался хулиганом и балбесом.
   Они дружили с пятого класса. Сначала Олежке не раз приходилось защищать мелкого и слабосильного приятеля от насмешек одноклассников. Теперь Гном в защите не нуждался, но к старому другу продолжал испытывать восхищенное уважение. Олежка, в отличие от простоватого приятеля, был умен, начитан и равнодушен к мнению окружающих.
   В общем, Валерка-Гном был парнем что надо - надежным, верным и неоднократно испытанным в различных совместных выходках. Любая доверенная ему тайна оставалась тайной навсегда. Но сейчас Олежка колебался, не решаясь рассказать о происходящем. Все это сильно смахивало на бред сумасшедшего.
  - Ладно, проехали, - буркнул он. - Ты сейчас куда? Домой?
  - Слышь, пойдем в торговый центр заскочим, - предложил Гном. - Пацаны говорят, распродажа. Пятьсот рублей настоящие Рафты! Прикинь! Надо хватать!
   Рафты - самая популярная марка нынешнего сезона - это не обувь. Это - имидж! Олежка представил, как завтра они с гномом придут в школу в новеньких, ярко-синих кроссовках с тремя белыми полосками...
  - У меня денег нет, - буркнул он.
  - Да ладно, у меня есть! Отдашь, когда будут! - Гном схватил приятеля за рукав и потащил к выходу.
   Олежка немного посопротивлялся - для вида - и через полчаса друзья стояли перед витриной со спортивной обувью. Сине-белые кроссовки на толстой рельефной подошве красовались в самом центре. Душевно черствый Валерка бестрепетно схватил выставленный образец и повертел в руках.
  - О! Сорок третий! Мой размерчик! Так, примерим...
  - Извините, - обратился Олежка к девушке в красной футболке с надписью "мы рады вам помочь". - А сорок пятый есть такие кроссовки?
  - Сейчас посмотрим, - улыбнулась продавец, быстро щелкая по клавиатуре. - К сожалению, нет. Может вам что-нибудь другое посоветовать?
  - Спасибо, не надо...
   Олежка, хмурясь, наблюдал, как Гном надевает Рафты, бегает по залу и счастливо улыбается.
  - Слышь, ваще круто! Обалдеть! Пацаны сдохнут от зависти! - завопил счастливый Валерка, изображая умирающих в муках одноклассников.
  - Ага, - поддакнул Олежка. - Зашибись.
  - Ты чего? Расстроился, что ли? - проявил недюжинную проницательность друг. - Забей! Хочешь, я не буду покупать? А?
  - Да иди ты! - отмахнулся Олег. - Мне вообще плевать! Что теперь - убиться из-за кроссовок каких-то?
  - Да? Ну ладно.
   Сияющий Гном убежал к кассе, прижимая к груди заветную коробку. Олежка еще раз посмотрел свою мечту неправильного размера. К глазам подкатили слезы детской обиды - почему я? Почему Гному нашлись, а мне нет? Он зажмурился, чтобы не разреветься и вдруг отчетливо представил, как берет кроссовку с витрины и видит отпечатанный на светло-коричневой подошве кружок с цифрой сорок пять.
   Видение было таким ярким, что мальчик, не думая, взял с полочки обувь и перевернул. Открыл глаза и недоверчиво уставился на четко выдавленную в пластике подошвы цифру - сорок пять. Повертел кроссовок в руках. Приложил к ноге. Подходит.
   Осторожно, не сводя глаз с чудесным образом увеличившейся обуви, Олежка присел на скамеечку и примерил кроссовку. Мягкая кожа облегала ногу, как сшитая на заказ. Он неохотно снял сине-белое чудо и отправился искать продавца. Наткнувшись в дебрях магазина на ту же самую продавщицу, сунул ей под нос подошву:
  - Вы же говорили что нету сорок пятого.
  - Хм, - удивилась девушка. - Давай-ка еще раз посмотрим.
   Она потыкала в кнопки, нахмурившись и глядя в монитор. Потом повернулась к Олежке:
  - Извини, наверное, я ошиблась. Одна пара есть. Будешь мерить?
   Олежка, все еще не веря, прижимал к груди яркую нетяжелую коробку и отстраненно воспринимал радостную болтовню Гнома:
  - Прикинь, вообще эти тетки ничего не соображают! Продавщица, называется! Я тут тоже к одной подхожу и говорю...
  - Слышь, Гном, я... Мне пора, короче... Пока, - Олежка оборвал приятеля на полуслове и быстро зашагал прочь.
  
   Дома, пребывая в глубокой задумчивости, он незаметно для себя слопал обед из трех блюд. Потом завалился на кровать. Спустя два часа неметились несколько выводов. Во-первых, странности действительно происходят. Если разжижившийся пол еще можно было списать на страшный сон, а кроссовки на невнимательность продавца, то самонаписавшееся сочинение...
   Во-вторых, они происходят не только во сне. Случай с кроссовками убедительно это доказывал. А, значит, этим можно научиться управлять. Наверное.
   В-третьих... Тут Олежкина мысль забуксовала. Откуда взялись странные умения, он не понимал. Как научиться вызывать их произвольно - тоже оставалось неясным. Да и какую практическую пользу можно из этого извлечь, пока представлялось смутно. Чувствуя, что из ушей потихоньку начинает валить дым, вызванный перегревом мозга, Олежка решил на время отложить обмозговывание загадочных способностей и отдохнуть. Взглянул на висящие над столом часы и опрометью бросился к столу - сегодня в семь договаривались на монстра с пацанами идти. Олежка ткнул в большую круглую кнопку на корпусе компьютера и с удовольствием прислушался к знакомому урчанию. Спустя минуту экран монитора засветился. Двойной щелчок по иконке игры и все посторонние мысли исчезли - впереди был рейд.
  
  
   Олежка оглядел собравшихся и удовлетворенно хмыкнул - вокруг толпилось не меньше тридцати персонажей. Эльфы, дварфы, жрецы, люди... Большинство со своими петами: кошки и барсы, летучие мыши и грифоны, волки и медведи - на поляне стояла невообразимая суета и толкотня.
  - Так, - подал голос лидер. - Все знают, что делать? Новички есть? Хорошо. Ты - танк. Ты, ты и ты - сразу за ним. Остальные сами разберутся. Вперед!
   Двинулись к логову монстра. Идти было недалеко - минут десять. По дороге делились последними новостями, рассказывали о предыдущих рейдах:
  - Это было круто! Реально круто! Меньше 5% гильдий удалось добраться до этого босса, а мы со второго пула сняли у него 67%!
  - А вот в моей старой гильдии...
  - Представляете, я стою себе, дамагаю босса, и вдруг! Бум! Огонь под ногами! Это вообще как называется?
  - Хантер вылетел, сказал, скоро вернется, стоит в очереди.
  - Хрен с ними, пошли дальше, потом догонят.
   За разговорами время пролетело незаметно. Вскоре перед воинами Альянса раскинулось огромное каменное плато. Из трещин в камне вырывались языки пламени и клубы дыма. В центре огненной чаши лежал монстр. Огромный дракон спал, положив увенчанную изогнутыми рогами голову на передние лапы. Из ноздрей у него шел дым. Толстые задние лапы беспокойно скребли во сне по камням, высекая искры когтями, похожими на гигантские сабли.
  - Вперед! - команда лидера подхлестнула засмотревшихся игроков.
   Толпа рванула к дракону. Тот одним движением вскочил на ноги и неторопливо двинулся навстречу противнику. Воины на ходу рассредоточились - Паладин вырвался вперед, рядом с ним держались три названных лидером воина. Лучники расположились в стороне, еще дальше встали лекари, маги и колдуны.
   Зверь мотнул головой, оглушительно взревел и выпустил мощный столб пламени. Паладин побежал, кругом обходя монстра. Началась битва. Дракон размахивал когтистыми лапами, пытаясь зацепить маленькую юркую фигурку у себя перед носом. Огромные шипастые крылья разворачивались, накрывая тенью чуть ли не треть каменной плоскости, потом с шумом сворачивались. Вокруг чудовища сверкали яркие вспышки сработавших заклинаний и то поднималась то опадала переливающаяся стена защиты.
   Олежка с пулеметной скоростью бегал пальцами одной руки по клавиатуре, кастуя лечащие заклинания, другой рукой дергал мышь, стараясь удерживать в поле зрения всю картину битвы и выискивая тех, кому нужна помощь хилера.
  - Давай! Давай же! - пытаясь уследить за мелькающей в огненных разрывах фигуркой паладина, он почти уткнулся носом в монитор. На мгновение показалось, что все по-настоящему - дракон, эльфы, спеллы...
   ... Лицо обожгло нестерпимым жаром, волосы на голове затрещали, скручиваясь. Запахло паленым. Не доведя до конца заклинание, Олежка инстинктивно вскинул руки, защищая глаза. Раскаленный поток схлынул. Ночной эльф опустил фиолетовые руки и ошалело завертел головой. Вокруг кипела битва. Мимо проносились фаерболы, фростболы, тучи стрел, молнии и проклятья. Над всем этим гремела оглушающая ритмичная музыка. Впереди исполинской живой горой возвышался дракон. Он поднялся на дыбы, почти достав рогами до низких багровых туч, яростно замотал уродливой башкой, опустился на четыре лапы и выдохнул пламя. По каменной плите под ногами сражающихся прошла волна дрожи. Олежка, застыл, глядя на несущийся к нему огненный язык.
  - Не спим, хилеры! Кастуем! Танк, танк хил!!! - дикий крик лидера вырвал эльфа из оцепенения.
   Руки привычно сплели кружево заклинания, бросили его в сторону мечущейся под носом у дракона фигурки. Дальше эльф-Олег действовал автоматически. Отточенное множеством битв мастерство работало само по себе. Сознание же отстраненно наблюдало за происходящим вокруг. Оказалось, что над каждой участвующей в бою фигурой висит тонкая полоска, частично заполненная цветом - у кого-то зеленым, у кого-то красным или желтым. У дракона тоже имелась длинная, почти полностью закрашенная полоса прямо над рогами. "Здоровье", - сообразил Олежка. Поднял глаза вверх - висящий над ним индикатор оказался больше чем наполовину зеленым. "Нормально", - удовлетворенно отметил мальчик и вернулся к битве.
   Дракон, не выказывая признаков усталости, продолжал плеваться огнем и загребать воздух когтистыми лапами, однако шкала здоровья над ним постепенно теряла цвет. Медленно, очень медленно, воины Альянса двигались к победе. Олежка скользил взглядом по толпе соратников, выискивая нуждающихся в лечении, когда раздался истошный вопль:
  - Орда!!! Сзади!!!
   Все, кроме паладина, продолжавшего кромсать дракона мечом, обернулись. Из оставшегося за спиной входа в котловину катилась волна нападающих: орки, таурены и тролли. Не прошло и минуты, как Орда схлестнулась с Альянсом. Яростная битва закипела прямо под ногами у временно забытого дракона. Высекая искры, звенели мечи, повсюду рвались фаерболы, и ледяными статуями застывали замороженные игроки. Петы визжали, рычали и хрипели, умирая за своих хозяев. Оглушительно ревущий дракон без разбору поливал сражающихся огнем и расшвыривал лапами, как игрушечных солдатиков.
   Олежка понял, что силы на исходе. На руках, казалось, повисли пудовые гири. Каждое заклинание требовало неимоверных физических усилий. Он поднял глаза и обнаружил, что здоровья осталось не больше десяти процентов. "Сейчас... подлечусь", - успел подумать эльф, когда вокруг заплясало пламя...
   В следующее мгновение оказалось, что Олежка лежит на раскаленном камне, а вокруг по-прежнему кипит битва. Он попытался встать, но не смог даже пошевелиться. "Убили", - догадался мальчик и попытался оценить шансы Альянса на победу. Если поражение неминуемо, необязательно ждать конца сражения - можно вернуться к порталу и возродиться.
   К немалому удивлению поверженного эльфа, Орда явно проигрывала. Отдельные тролли и орки еще сопротивлялись, но в целом победа, несомненно, была за Альянсом. Большинство участников рейда успели восстановить здоровье и вернуться к основной цели - дракону - предоставив меньшинству добивать более мелких врагов.
   Дракон тоже был на последнем издыхании. Паладин уже не бегал вокруг него, а методично добивал, стоя на одном месте. Удар, еще, несколько вспыхнувших на фиолетовом туловище заклинаний... Исполинская туша зашаталась и медленно, словно нехотя, рухнула набок, укрывшись огромным крылом.
   "А как же я теперь?" - Олежка впервые забеспокоился о своей дальнейшей участи. В горячке боя он как-то не задумывался о том, что на самом деле не эльф, а обыкновенный человек, случайно попавший в игру. Теперь, когда сражение было выиграно, наступал момент воскрешения. И Олежка совсем не был уверен, что ему хочется опять стать эльфом. Куда лучше было бы вернуться в родное человеческое тело. Но как? Он попытался сосредоточится, представил свою комнату, кровать, стол, распахнутый шкаф, разбросанные по полу носки... Картинка получалась на удивление нечеткой. Все предметы виделись смутно, словно через запотевшее стекло. Реальным был только окружающий мир: тролли, орки, драконы, заклинания. Мальчик судорожно задергался в сознании эльфа, заметался, пытаясь найти выход. Бесполезно. Почувствовал, как его затягивает в какую-то воронку... "Возрождаюсь... Все, конец...", - отчаянно подумал он и...
  - Олег! Да что же это такое?! Я к тебе обращаюсь!
   Он резко дернулся, рванулся и... полетел назад. Сильно ударился спиной и затылком, в глазах потемнело. Когда зрение вернулось, Олежка увидел над собой ровную белую поверхность. Потолок. Осторожно повернул голову - он лежал на полу в своей комнате. Рядом стояла мама и что-то сердито выговаривала. Звуки доносились как будто издалека:
  -... тебя зову-зову! Все этот компьютер проклятый! Вот отец придет - скажу, чтобы запретил тебе играть в стрелялки твои дурацкие! Один вред от них!
  - Мам, какой вред? - он с трудом повернулся и сел, обхватив колени руками.
  - Такой! Совсем заигрался - не слышишь ничего вокруг! Ты уроки сделал хотя бы?!
  - Конечно, сделал, мам, - соврал Олежка. - Я все уже, выхожу из игры.
   Продолжая ворчать, мама удалилась из комнаты. Бывший эльф поднялся и осторожно подсел к столу. Все тело болело, как будто его и впрямь убили несколько минут назад. На экране монитора разворачивалась привычная сцена - делили добытые сокровища и делились впечатлениями от битвы. Олежка оставил своего персонажа самого разбираться с добычей, доковылял до кровати и лег, закинув руки за голову. Мысли путались, сознание уплывало. Больше всего хотелось отдохнуть. Не менее сильным был страх заснуть и снова очутиться в каком-нибудь кошмаре.
   Кое-как пережив ночь без сна Олежка, еле волоча ноги, отправился в школу. Веки, чтобы не закрывались, приходилось буквально придерживать пальцами. С трудом дотянув до конца шестого урока, он подошел к Валерке:
  - Слышь, Гном, поговорить надо.
   Рядом со школой находился детский садик, в маленьком сказочном домике на территории которого и устроились мальчишки. Олежка помялся, не зная с чего начать.
  - Короче, тут такое дело... В последнее время со мной фигня какая-то происходит. Сначала сон приснился, про пол...
   Он довольно внятно изложил злоключения последних дней. Валерка слушал внимательно, лишь изредка выражая накал своих переживаний фразами типа: Во, блин! Офигеть! Круто! Когда Олежка выдохся и замолчал, Гном еще некоторое время переваривал услышанное, крутя головой и восхищенно глядя на приятеля. Потом выдал:
  - Отпад! Ты кино смотрел? Люди икс, называется.
  - Ну, смотрел. И что?
  - А то! Там такие же чуваки были, как ты. Не такие, как нормальные люди. Молнии там вызывали, огонь из рук пускали... Это, типа, люди будущего. Понял! Может ты тоже, того... человек будущего?
  - Иди ты! - разозлился Олежка. - Какого будущего? Я спать боюсь, к компьютеру боюсь подойти, а ты прикалываешься! Друг, называется!
  - Ты чего? - Валерка схватил его за рукав. - Я ж серьезно! Это же круто! Хоп - и в игре! Я бы тоже хотел.
  - Ага... а если тебя там замочат? Тогда что? А если ты оттуда не выберешься? Круто?
   Валерка хотел что-то сказать, но Олежка жестом остановил его:
  - В общем, так. Я хочу тебя попросить помочь мне...
  - Как?
  - Слушай! Сейчас все объясню. Короче, сейчас идем ко мне. Я спать хочу, не могу. Вот. Я посплю немного хотя бы, а то не соображаю ничего вообще. Ты будешь наблюдать. Если что-то подозрительное увидишь - сразу буди меня. Понял?
  - Ага... а что - подозрительное?
  - Ну... не знаю. Что угодно. Если я исчезать, например, буду. Или в комнате что-нибудь меняться начнет. Короче, сам разберешься! Пошли.
   Ребята зашагали в сторону Олежкиного дома. По дороге он продолжал излагать приятелю свой план.
  - Потом я отдохну и попробуем разобраться, что происходит вообще.
  - А как?
  - Ну... Посмотрим. Говорю же - сейчас совсем башка не варит.
  
  
   Дома Олежка сразу завалился на кровать. Отключился моментально, только и успел буркнуть Гному:
  - Следи за обстановкой, понял!
   Несмотря на присутствие приятеля, спал он плохо, часто вздрагивая всем телом и просыпаясь только для того, чтобы мгновенно провалиться обратно в беспамятство. Во время одного из таких пробуждений Олежка услышал мамин голос:
  - Здравствуй, Валера. А что Олег-то, спит, что ли?
  - Не волнуйтесь, тетя Ира, он так... устал сегодня. Мы... на физре набегались... вот и...
  - Ладно-ладно, пусть спит. Ты есть хочешь, Валера? Сейчас разогрею, пошли на кухню.
   Олежка попытался проснуться, чтобы остановить Гнома, но не смог. Его все глубже затягивало в черный водоворот сна. Из последних сил цепляясь за реальность, он услышал:
  - Нет, спасибо, теть Ир, я потом, когда Олег проснется.
   Расслабившись, Олежка облегченно начал соскальзывать в бездонную воронку... Издалека донесся звонкий детский крик:
  - Ном! Пийет! Титать нижку Нике! - и все погасло.
   На этот раз сон оказался крепким и спокойным.
  
  - Ника! Не гном, а Валера! И не приставай - видишь, он играет, - мама подтолкнула девочку к двери.
  - Ничего, пусть остается, - улыбнулся Валерка. - Давай, чего тебе почитать?
   Трехлетнюю сестренку Олега - Нику - он знал с рождения. Сам Валерка был в семье единственным ребенком и, приходя в гости к приятелю, с удовольствием играл с малышкой, строил дома из разноцветных кирпичиков и даже читал глупые детские сказки, чего Олежка категорически не выносил. Поэтому сейчас Ника быстренько сбегала в свою комнату и вернулась с целой стопкой тоненьких ярких книжек.
  - Воть. Этю - бидеди!
  - Про медведей, - догадался Гном. - Ну, слушай. Одна девочка ушла из дома в лес...
   Ника повозилась, устраиваясь на широких коленях, и затихла, с восторгом слушая про похождения маленькой девочки.
  - ...и пришла в лесу к домику...
   Вдруг все изменилось. Валерка не успел понять в какой момент. Только что он сидел на стуле с Никой на коленях и читал книжку и вдруг - стоит посреди леса. Мальчик завертел головой, пытаясь понять, что происходит. Окружающее не внушало оптимизма...
   Лес был страшным. Огромные черно-зеленые елки кровожадно топырили корявые лапы. Иногда они расступались, но лишь для того, чтобы дать волю меньшим сородичам. Тогда скопище низкорослых елочных скелетов толпилось на свободном от матерых хищников пятачке и жадно тянуло во все стороны тонкие сухие ветки. Под ногами, вместо подобающего приличному лесу мха, или мягкой зелененькой травки, стелилась бурая путаница прошлогоднего сена. Сморщенными бородавками торчали шляпки полусгнивших грибов. Повсюду валялись трухлявые коряги, покрытые отвратительными наростами. Пахло болотом, прелой травой и гнилью. Дополняли безрадостную картину полчища комаров, остервенело накинувшихся на парня, и тяжелые свинцовые тучи, задевающие разбухшими утробами верхушки деревьев.
   "Это я типа... заснул, что ли?" - Гном сильно ущипнул себя за руку. Все осталось по-прежнему. "Не заснул, - констатировал мальчик. - Значит, это правда. Клево!" Страха он не испытывал - дитя городских джунглей, знающее, что такое лес, исключительно по редким вылазкам в пригород. Там, собирая грибы или проводя выходные на берегу озера, невозможно было заблудиться - неподалеку всегда шумели проносящиеся по трассе машины, а рядом были взрослые. Поэтому сейчас Валерка даже обрадовался неожиданному приключению и бодро зашагал куда глаза глядят. "Олегу расскажу - вот он приколется! Это, значит, не с ним фигня творится, а со всеми. Хотя... может в квартире у них чего-то... не того... Так, долго мне еще ходить-то?"
   Гном остановился и опять повертел головой. По его прикидкам, прошло уже не меньше часа, а лес и не думал заканчиваться. К тому же, сгущались сумерки, видимость становилась все хуже. Валерка все чаще спотыкался на незаметных под слоем пожухлой травы кочках. Он прислушался, в надежде услышать шум машин или поезда... хоть что-нибудь, намекающее на близкое присутствие человека. Тишина. Потом гулко заухало, затрещали ветки, раздался заунывный вой. Валерка вздрогнул и впервые почувствовал страх. Он вжал голову в плечи и ускорил шаг.
   Солнце, не видимое из-за туч, похоже, закатилось. Навалилась темнота. Не та, которая бывает в городе - распоротая лучами фар, вытесненная с улиц светом фонарей, нарезанная на прямоугольники окон - а настоящая, дикая. Валерка спотыкался, шарахался от колючих веток, норовящих воткнуться в глаз и яростно ругался вполголоса. Казалось, в спину постоянно смотрят чьи-то злые глаза. Стоило обернуться, ощущение враждебного взгляда пропадало, чтобы вернуться через несколько минут.
   Неожиданно тучи разошлись, выглянула яркая круглая луна. В хлынувшем на лес призрачном лунном свете перед Гномом раскинулась большая круглая поляна. Посреди свободного от деревьев пространства кривилась небольшая, сложенная из толстых бревен избушка. В окнах, затянутых какой-то мутной пленкой, трепетал неяркий огонек. Обрадованный Валерка поспешил к домику. Одним прыжком взлетел на трехступенчатое крылечко и что было сил заколотил по широким доскам двери:
  - Эй! Люди! Пустите! Я заблудился, слышите?! Люди, откройте!!!
   Ответа не последовало. Раздосадованный Гном схватился за грубую, вырезанную из дерева же, ручку и дернул. Дверь бесшумно и легко распахнулась. От неожиданности мальчик чуть не упал с крыльца.
  - Опа! Открыто...
   Он негромко крикнул:
  - Эй! Есть кто-нибудь? Я зайду?!
   В этот момент в лесу раздался очередной всплеск тоскливого воя. Валерка, не раздумывая, влетел в дом и захлопнул дверь. Прижался к ней спиной, осмотрелся.
   Перед ним была просторная комната. "Горница" - вспомнил Гном. В дальнем углу возвышалась большая белая печка, у стены, под тремя крохотными окошками протянулась крепкая деревянная давка и огромный деревянный стол. Часть комнаты слева была отделена длинной цветастой занавеской. Сквозь щели в печной заслонке просвечивали красные блики. Пахло дымом, едой и, почему-то, мокрой псиной.
   Валерка не спеша, осматриваясь, подошел к столу. На широкой добела выскобленной столешнице стояли три миски разных размеров. Желудок скрутило болью - последней едой у парня был крохотный пирожок с повидлом в школьном буфете. Не раздумывая, он схватил ложку и зачерпнул из самой большой миски. Сделал глоток и... скривился, выплюнул похлебку прямо на пол.
  - Извините, - пробормотал Гном, обращаясь непонятно к кому. - Чего-то супчик у вас... Того... Испортился похоже.
   Уже осторожнее он зачерпнул из другой миски. Пробовать не стал: понюхал и тут же отдернул ложку:
  - Ф-фу! Что за дрянь?!
   Из самой маленькой миски Валерка даже не стал зачерпывать - просто принюхался... Еще раз. Обмакнул палец, лизнул...
  - Во! Это другое дело! - он схватил чистую ложку и через пару минут миска опустела.
   Настроение сразу повысилось. Лениво пройдясь по горнице взад-вперед, Валерка направился к занавеске. За ней оказались три кровати - большая, средняя и маленькая. Чувствуя себя уже совершенно свободно, Гном подошел к большой кровати и с размаху плюхнулся на нее задом. И провалился. Колени задрались выше головы, попа провисла, кажется, до самого пола, со всех сторон навалилось мягкое и душное. С трудом выбравшись из перинной трясины, Валерка направился к средней постели и вдруг услышал звук шагов, голоса и стук двери.
   Он замер, прислушался. Шаги уверенно, по-хозяйски топали в другой половине горницы. Брякнуло - похоже, печная заслонка - громыхнул отодвинутый стул, заскрипела скамья... И раздался полу-вой, полу-рык, в котором с рудом угадывались слова:
  - Кту-у-уо-о у-уе-е-л!!!
   Ему вторил голос, чуть потише:
  - Кту-у-уо-о зде-ее-сь?!!
   Что-то сильно ударилось в стену, похоже, брошенная в гневе миска. Раздался еще один полный ярости совсем уже звериный рык - Валерка испуганно съежился - и половицы заскрипели под тяжелыми шагами, направляющимися к занавеске. Гном лихорадочно забегал глазами по комнате, ища укрытие. Бесполезно. Голые стены, кровати на высоких ножках, задняя стенка печки...
   Шаги неумолимо приближались. Гном закусил губу и впился глазами в занавеску. Сердце выпрыгивало из груди, во рту пересохло. Появились длинные, корявые, заросшие клочковатой шерстью, когтистые пальцы. Схватились за край занавески. Ткань рывком отошла в сторону.
   Перед Валеркой предстал хозяин лесного жилища: Огромное тело, густо покрытое бурой свалявшейся шерстью, вытянутая оскаленная морда, глубоко сидящие красные огоньки маленьких глаз. Все это мальчик успел схватить одним взглядом. А в следующее мгновение сделал рывок.
   Он проскочил мимо застывшего чудовища, всем телом ударился в тяжелую дверь и кубарем вылетел на крыльцо. Сломя голову помчался в лес. Сзади догонял треск ломающихся под огромными лапами веток, разъяренный вой и нестерпимый ужас.
   Валерка несся сквозь ночную чащу, не разбирая дороги, не обращая внимания на хлещущие по лицу ветки. Горячее смрадное дыхание щекотало затылок. Когтистые лапы на сантиметр не доставали до футболки на спине. Очередная порция адреналина впрыснулась в кровь, удалось еще немного прибавить ходу. Зверь стал отставать. "Ушел!" - промелькнула ликующая мысль. А в следующий момент нога поехала в сторону, щиколотку пронзила острая боль и Валерка упал. Монстр обрадованно зарычал и двумя прыжками преодолел разделяющее их расстояние. Над мальчиком нависла оскаленная пасть с острыми пеньками черных зубов. Закапали горячие слюни, пахнуло вонью гниющего мяса... Валерка инстинктивно зажмурился, отчаянно дернулся назад и...
   ... чуть не упал. Качнувшийся стул стукнулся о край стола. С грохотом посыпались диски из упавшей стойки. Зашуршала страницами отлетевшая книжка с нарисованной на обложке девочкой в ярком сарафанчике.
  - Гном! Ты чего, Гном?! - Олежка стоял, наклонившись к приятелю, тряс его за плечи и орал прямо в лицо.
  - Что?.. Ты?.. - Валерка с трудом понимал, где находится. - Я... в лесу... Там зверюги такие... Блин! Ты же говорил - с тобой всякая фигня происходит!!! Я-то при чем?!
   Он оттолкнул друга и с трудом встал. Ноги подгибались, в ушах все еще стоял жуткий вой. Валерка упал на кровать и закрыл лицо руками.
  - Слышь... Ты расскажи, чего случилось-то, - сел рядом Олег. - Я проснулся. Смотрю - ты сидишь, как манекен, в книжку уставился. Я тебя звал, а ты вообще... не слышишь как будто. Чего было-то?
   В комнату заглянула Олежкина мама. Лицо у нее было встревоженное, на уровне колен маячила Никина мордашка - оттопыренная губа, готовые пролиться слезами глаза часто-часто моргают.
  - Что тут у вас? - спросила мама, обводя друзей обеспокоенным взглядом. - Ника прибежала, чуть не плачет. Говорит: Гном спит, спит! Мама, иди! Я даже испугалась.
  - Все нормально, мам, - пожал плечами Олег. - Мы... разговариваем. Она просто придумала что-то... Да, Ник?
   Малышка насупилась, отцепилась от маминых брюк и убежала. Мама, еще несколько секунд рассматривала сына, потом тяжело вздохнула и вышла. Олежка тихонько подошел к двери, выглянул в коридор. Плотно закрыл дверь и повернулся к Валерке.
  - Ну. Рассказывай!
  - Ты спал. Я книжку стал читать. Нике. Про медведей. И вдруг - бац! - оказался в лесу. Елки кругом, паутина какая-то, коряги валяются... Бродил, бродил... Темно уже стало. Смотрю - домик. Я зашел. Никого нет. А потом они пришли!
  - Кто - они?
  - Да фиг его знает! Не медведи, точняк! Здоровенные такие, глаза горят. И разговаривают! Непонятно почти ничего, но точно разговаривают! Кто это?
  - Оборотни... - медленно проговорил Олег.
  - Ты откуда знаешь?
  - Я слышал, как мама эту сказку читала Нике. Несколько раз. И думал - что за ерунда, медведи не живут в домиках и не разговаривают. Потом думаю: может, это не медведи, а оборотни? Волкодлаки.
  - Кто?!
  - Не важно, - отмахнулся начитанный Олежка и замолчал.
  - Слышь, - дернул его за рукав Гном. - Это что же получается... Со мной тоже теперь происходит... всякое? Может у тебя в квартире что-то... того?
  - Да нет... Это не в квартире... Это, похоже, я...
  - Что - ты?
  - Отправил тебя туда.
  - Чего-о?
  - Того! Я сквозь сон услышал, как ты читал. Наверное. И мне это приснилось. А зацепило почему-то тебя. Похоже, что так. Это же мои оборотни. И лес этот я именно таким себе и представлял. Так что... Извини, - он нервно усмехнулся.
   Ребята помолчали, думая каждый о своем.
  - Слышь, - подал голос Валерка. - А если бы оно меня там... того... слопало? То что? В смысле, здесь со мной, что было бы?
  - Не знаю.
  - Фигово, - констатировал верный друг. - Ты давай, того... Учись скорее управлять этим делом. А то неприкольно как-то.
  - А мне, думаешь, прикольно?! - взорвался Олежка. - Я спать боюсь, к компьютеру подходить боюсь... Теперь, оказывается, и книжки читать опасно! Чего мне делать-то? Телек смотреть? Еще в какой-нибудь сериал провалишься...
  - Я ж говорю - надо научиться этим управлять.
  - Как?!
  - Чего орешь-то? - обиделся Гном. - Кто у нас умный? И вообще, как чему-то учатся? Делаешь, делаешь, потом научиваешься. Вот. Давай, тренируйся. А я рядом буду, если что...
  - Ладно, - Олежка зажмурил глаза и напыжился.
  - Эй! - хлопок по спине чуть не сбросил его с кровати. - Здесь, что ли? С ума сошел?!
  - А что? - не понял Олег.
  - А то... Мама твоя тут, Ника... Надо в безлюдное место пойти. В парк, например. Чтобы никого не задело.
  - Ну, да... пожалуй, - согласился Олежка. - Пошли.
  
   Всю дорогу до парка Валерка возбужденно тараторил, выдвигая все новые варианты использования укрощенных чудо-способностей:
  - Или вот! Переносимся мы с тобой в... Хогвардс! Круто, да?! Палочек волшебных прикупим, колдовать научимся... А вот еще...
   Олежка не слушал. Его сейчас гораздо больше занимал предстоящий эксперимент. Оказавшись на пустынной парковой аллее, он понял, что абсолютно не представляет, как действовать.
   День клонился к вечеру, холодало. Усыпанные желтыми листьями дорожки были пусты. Олежка съежился и мрачно осмотрел неприветливый парк.
  - Ну, - не выдержал Гном.
  - Что - ну? - огрызнулся Олежка.
  - Давай! Действуй!
  - Чего делать-то?
  - Вот блин! Ну... сделай... Ну... Во! Пусть снег пойдет!
  - Попробую...
   Олежка зажмурился и стал представлять крупные белые хлопья, медленно опускающиеся сверху, пушистые высокие сугробы, иней на голых ветках... Получалось плохо. Сильно мешал голос, бубнящий прямо в ухо:
  - Ты, типа, вспомни, как зима была... Как мы в снежки играли... И холодно как будто - тоже представь...
   Это бормотание еще больше сбивало с правильного настроя. Хотелось, чтобы Гном, наконец, заткнулся. Сказать об этом Валерке прямо было нельзя - обидится. Тогда Олежка представил, как приятель удаляется по аллее. Надоедливый голос затихает. Вот уже крохотная фигурка в дальнем конце парка еле слышно что-то пищит...
   Тут Олежка понял, что голос друга и вправду пропал. Открыв глаза, мальчик обнаружил перед собой пустую, уходящую вдаль дорожку. Растерянно обернулся - Валерки нигде не было видно.
  - Вот черт! - пробормотал Олежка. - Куда это я его...
   Он обвел взглядом прячущиеся в вечерних сумерках кусты и деревья и вдруг почувствовал, как что-то дернуло его за штанину. Воображение немедленно нарисовало вцепившуюся в ногу собаку, похожую на маленькую сухопутную акулу. Олежка в панике задрыгал ногой и краем глаза успел заметить, как что-то маленькое - не больше крысы - улетело под скамейку. Он присел и заглянул под деревянно-бетонное сооружение.
   Неожиданно из подскамеечной темноты с пронзительным писком вылетело что-то живое. Олежка с криком отпрянул, потерял равновесие и плюхнулся на задницу. Маленькое агрессивное существо подбежало ближе... На засыпанной мелким красноватым песком дорожке подпрыгивал и что-то возмущенно кричал - то есть, пищал - Валерка! Не больше десяти сантиметров ростом.
  - А-фи-геть, - прошептал Олежка.
   Крохотная фигурка отчаянно жестикулировала, топала ногами и вякала что-то явно ругательное. Олежка встал на колени, опустил лицо к самой земле... И тут же получил слабый, но обидный удар по уху крошечным кулачком.
  - Ты чего?!
  - Урод! Обратно давай превращай! Убью! - завопил лилипут.
  - Спокойно-спокойно... Сейчас попробую.
   Олежка в очередной раз зажмурился и стал представлять увеличивающегося Валерку. Сначала ничего не получалось - сильно мешал возмущенный писк под ногами и подкатывающий к горлу смех. Кое-как удалось сосредоточиться и погрузиться в некое подобие сна наяву. Олежка увидел фигуру друга - подробно, в деталях - и почувствовал, как она начинает увеличиваться.
   Кто-то грубо схватил Олежку за плечи и затряс так, что он заполоскался, как белье на ветру.
  - Тормози! Тормози на фиг! - прогремел сверху мощный голос.
   Олежка распахнул глаза и обнаружил, что болтается в воздухе. Прямо перед носом торчала какая-то стена. Взглд вверх показал, что это не стена, а... Валеркин живот. Сам он, возвышаясь над приятелем не меньше, чем на полтора метра, крепко держал Олежку за плечи огромными ручищами и продолжал трясти.
  - С-т-о-й... - выговорил Олег.
   Великан поставил друга на землю и легким тычком направил к скамейке, Валерка тяжело вздохнул - разлетелись устилающие дорожку листья - и сел рядом. Скосил глаза на Олежку, прячущего лицо в ладонях.
  - Ладно... не бойся - не убью. Ты только того... обратно сделай.
  - Обратно куда? В карлика? - Олежка убрал руки, и оказалось, что он с трудом сдерживает смех.
  - Иди ты! - все-таки обиделся Гном. - Уродец! Фокусник, блин! Копперфильд...
  - Ну, все-все... Извини. Прикольно просто. Слушай, а, может, так и оставить? А чего? Зато все тебя бояться будут. И в цирке можно выступать... Все-все, работаю.
   На этот раз Олежка не стал закрывать глаза. Стоя перед скамейкой, он уставился на Валерку, в сумерках похожего на черную гору, и попытался вернуться в состояние полусна-полуяви. Получилось почти сразу же. Огромный силуэт на глаза стал съеживаться, уменьшаться. Ощущение власти над реальностью настолько захватывало, что Олежка чуть не пропустил нужный момент. Однако на этот раз Гном был начеку - он вовремя и от души вмазал "фокуснику" под дых.
  - Сбрендил? - не разгибаясь, поинтересовался Олежка. - В следующий раз не буду тебя спасать, понял?
  - Ага, сейчас бы я опять в ноль ушел! - огрызнулся Валерка. - Я же чувствую - ты ни фига поляны не видишь!
  - Ладно, замяли. Ну, что? Еще потренируемся?
  - Не... давай в другой раз. Завтра, например... Или через неделю.
  - Понятно, - вздохнул Олежка. - Вообще-то я вроде понял, как это делать. Вопрос в том, как это не делать. Во сне, например.
  - Ну... Может тебе снотворного налопаться? И будешь без снов спать. А?
  - Ага... Или отравлюсь на фиг! Нет уж, надо как-нибудь самому, без психоделиков.
  - Чего?
  - Не важно. Давай по домам.
  
   Перед сном Олежка залез в интернет и не меньше получаса старательно разглядывал дурацкие картинки с цветочками, улыбающимися младенцами и умилительными котятами. Когда от розово-бело-пушистого к горлу начала подкатывать тошнота, он решил, что на сегодня иммунитет от кошмаров обеспечен и с облегчением завалился в кровать.
   Утром пришлось в срочном порядке возвращать прежний вид обоям, покрывшимся россыпью отвратительных розочек и запихивать в глубину шкафа восемь плюшевых котят разных размеров. В остальном ночь прошла спокойно.
   Следующие три недели выдались напряженные. Постоянные "тренировки" занимали много времени и частенько приносили весьма неожиданные результаты. Погружаться в состояние, необходимое для изменения реальности Олежка научился уже хорошо. Но вот последствия "колдовства" частенько поражали воображение.
   Верный друг не раз становился жертвой проводимых экспериментов. Например, при попытке превратить Валеркину скромную вязаную шапочку в роскошный шлем, как у орков в Варкрафте, привела к тому, что шапка просто исчезла, а голова Гнома украсилась парой небольших, изящных рожек. Произошло это прямо посреди улицы, так что пришлось срочно прятаться в ближайшем подъезде и ликвидировать последствия неудачного эксперимента. Получилось не сразу - Олежка никак не мог сосредоточиться из-за безудержного хохота. Погрузиться в нужное состояние помогла хорошая затрещина, щедро отвешенная неумелому "колдуну" рогатым напарником.
   В другой раз пострадали оба приятеля. В пустынном осеннем парке - постоянном месте испытаний силы - Олежка изо всех сил жмурился, пытаясь устроить небольшое локальное лето. Сильно мешал холодный пронизывающий ветер и водяная пыль, висящая в воздухе. Уже совсем отчаявшись, Олежка неожиданно вспомнил их с Гномом поход на небольшое лесное озерцо в пригороде. В тот день стояла адская жара, вода в озере казалась подогретой, и приятели провели в ней почти весь день. На берегу мокрые плавки высыхали буквально за несколько минут, а голова начинала кружиться от подступающего теплового удара.
   Олежка как раз вспоминал, как они ехали домой в пустой душной электричке, передавая друг другу бутылку с лимонадом, когда ощутил пронизывающий до костей холод. Предчувствуя какую-то подлянку, он медленно открыл глаза...
   Весьма странная картина предстала бы перед глазами случайного прохожего, забредшего в неуютный октябрьский парк этим вечером - двое подростков в шортах и майках с дикими воплями скачущие по лужам.
   Вернуть обратно соответствующую сезону одежду не удалось. Какая уж тут сосредоточенность, если мозг сводит от холода. Пришлось бежать домой, изображая закаленных фанатов спорта. К счастью, родители вместе с Никой уехали в гости к бабушке, так что синим, трясущимся, как два отбойных молотка приятелям удалось без проблем проникнуть в квартиру. Правда, вещи субтильного Олежки весьма странно смотрелась на могучем торсе Гнома, но выбора не было.
   Верный друг не жаловался на неудобства. К тому же, как правило, неприятные последствия экспериментов все-таки удавалось ликвидировать. Более того, в глубине души Валерка отчаянно завидовал другу. Сам же Олежка, ежеутренне складывающий в шкаф очередную порцию пушистых котят и розовых младенцев - к счастью, игрушечных - пока не определился с отношением к своему дару.
  
  
   Приближался конец первой четверти. Заброшенная учеба откликнулась резким падением успеваемости Олежки. Гном, и раньше ходивший в троечниках, вообще скатился на сплошные двойки. Как обычно, в конце четверти косяком пошли контрольные по всем предметам. Пришлось временно забросить тренировки и торопливо наверстывать упущенные знания.
  - Так. Завтра - итоговая контрольная. По результатам будут выставляться четвертные отметки.
   Класс недовольно зашумел - это была уже третья контрольная на завтра. Грымза-математичка поверх очков одарила детей убийственным взглядом.
  - Дорогие мои, вы в школу ходите не романы по углам крутить, а учиться. А то, я смотрю, некоторые про это давно забыли. Все! Открыли учебники...
   Валерка сердито зашипел:
  - Слышь, сделай чего-нибудь!
  - Чего? - не понял Олежка.
  - Ну, контрольная! Пусть ее не будет!
  - Офигел? Как я могу сделать, чтобы чего-то не было? Как я это представлю, по-твоему?
  - Ну, я не знаю. Ты у нас умный, придумай что-нибудь!
  - Синцов и Малютин! Я надеюсь, вы так бурно обсуждаете решение задачи?! - прервал беседу раздраженный голос учительницы.
   Гном замолчал. Ненадолго. Уже через пару минут он почти лег на парту, приподнял учебник и, спрятавшись, таким образом от грозного учительского ока, зашептал:
  - Слушай, а, может, пусть на нее кирпич упадет, а?! Ведь сволочь же!
  - Сдурел? - глаза Олежки округлились. - Я тебе что - киллер? Иди ты... знаешь куда.
   Он демонстративно уткнулся в учебник. Валерка обиженно засопел и тоже уставился в книгу. Олежке почти удалось нащупать решение задачи, но что-то мешало сосредоточиться, словно включенное поблизости радио. Он сердито бросил учебник на парту и завертел головой, пытаясь определить источник раздражения. Неразборчивое бурчание трансформировалось в слова:
  - Ага, конечно, как чего - так: Гном, помоги... Как рога отращивать - это тоже Гном под рукой всегда... А как помочь другу - так нет: я не умею...
  - Эй, ты достал уже! - ткнул приятеля в бок Олежка. - Ну чего я сделаю-то? И вообще - подумаешь, контрольная! Давай теперь всех учителей мочить, да?!
   Ответить Валерка не успел.
  - Синцов! Да что это такое?! Ну-ка иди к доске. Поделись с нами распирающими тебя идеями.
   Олежка одарил друга уничижительным взглядом и поплелся к доске. Неторопливо скрипя мелом по зеленому стеклу, он краем уха слушал разглагольствования математички:
  - Ты бы, Синцов, друзей себе поосмотрительнее выбирал. Малютину что - он год закончит, и в училище отправится. А ты ведь дальше собираешься, в десятый? А он тебя назад тянет. Я же вижу - в последнее время ты совсем скатился...
  - Да это не ваше дело - с кем нам дружить! - не выдержал Валерка. - Чего вы лезете!
  - Малютин! Выйди из класса!
  - Ну и пожалуйста! - Валерка одним движением смахнул учебник с тетрадкой в сумку и удалился, оглушительно хлопнув дверью.
   Олежка, до того не обращавший особого внимания на слова учительницы, растерялся. По-хорошему, надо было уйти следом, и дверью так же хлопнуть. Но будучи по натуре покладистым, мальчик не решился на столь экстремистскую выходку. Он только стиснул мел так, что в рукав посыпались белые крошки и продолжил писать. "Вот сволочь, действительно" - беспомощно подумал он.
   Перед глазами непроизвольно возникла картина: Маргарита Валерьевна, замолкает не полуслове, хватает ртом воздух. Лицо ее краснеет, на висках вздуваются синие вены. Продолжая безмолвно разевать рот, она падает лицом на раскрытый журнал. "Врача! Скорую вызывайте! К директору надо!" - раздаются панические крики одноклассников. Пухлая рука с крупным перстнем на безымянном пальце беспомощно дергается несколько раз и бессильно соскальзывает с края стола...
   Тут Олежка опомнился. Он уже достаточно хорошо представлял, к чему в последнее время могут привести фантазии. Он испуганно скосил глаза на учительницу и, с облегчением убедившись, что она живехонька, отогнал страшное видение.
  - ...я и говорю - нынешние дети совсем страх потеряли! Никакого уважения! Что... - Маргарита Валерьевна оглушительно чихнула.
  - Будьте здоровы, - нестройно прозвучало из класса.
   Не отвечая, математичка торопливо полезла в сумочку. На свет появился огромный, похожий на вылинявшую наволочку, носовой платок, в который она чихнула еще трижды. Учительница высморкавшись - будто слон протрубил - протерла этим же платком заслезившиеся глаза и махнула рукой:
  - Садись уж, Синцов. Не мучайся. Кто готов выйти к доске?..
   Олежка с облегчением уселся на свое место. Внутри мутным клубком ворочались угрызения совести. Конечно, Валерка - настоящий друг, он все поймет и не обидится на предательство, но от этого становилось еще хуже. "Завтра решу его вариант. Сначала Валерке, потом себе" - обещание слегка успокоило ноющую совесть, и до конца урока Олежка честно пытался разобраться с алгеброй. Математичка продолжала чихать и сморкаться. К моменту, когда прозвенел звонок, вид у нее стал совершенно больной - красные заплывшие глаза, распухший нос, лихорадочные пятна на морщинистых щеках.
   Олежка первым выскочил из класса и отправился на поиски Гнома. Приятель обнаружился в школьной раздевалке.
  - Слышь... Ты извини... - буркнул Олежка, плюхаясь на скамейку.
  - В смысле? - удивился Валерка.
  - Ну... что я за тобой не ушел... И не ответил ей... Я и не слушал, чего она там несет, если честно...
  - Забей! - махнул рукой Гном. - Она права. В смысле, не то, что я тебя куда-то тяну, а то, что мне пофиг - я в десятый не собираюсь. А тебе тут еще два года кантоваться. Так что незачем с учителями собачиться. В столовку идем?
  
   Завтра, на третьем уроке, в класс, вместо грымзы-математички, вошла завуч:
  - Маргарита Валерьевна заболела. Я ее замещаю. Математику убираем, достаем русский. Вам повезло - на сегодняшнее четвертное сочинение у вас будет два урока вместо одного. Итак, тема сочинения...
  - Круто! - вытаращился на друга Валерка. - Это ты, да? Она ж вчера здоровехонька сидела, Класс! Молоток ты! А чего кислый такой?
   Олежка, поначалу не связавший внезапную болезнь математички с собой, вдруг вспомнил вчерашнее видение. Ему стало жутковато. Не обращая внимания на радостно возбужденного приятеля, он поднял руку:
  - Ольга Анатольевна...
  - Да?
  - А... что с ней? С Маргаритой Валерьевной.
  - Грипп, наверное, - подняла брови завуч. - Отрадно, Синцов, что вы так беспокоитесь о здоровье вашей учительницы, но, может, мы все-таки приступим к сочинению?
   Олежка расслабился.
  - Чего я-то? - буркнул он в сторону друга. - Она сама заболела, небось.
   Валерка изобразил на лице крайнюю степень скептицизма, но продолжать дискуссию не стал.
   Вечером Олежка почувствовал себя нехорошо. Сильно болела голова, во рту появился неприятный привкус, а в горле поселилась колючая боль. Мама посмотрела на градусник, засуетилась, вручила сыну чашку отвратительного горячего пойла, напшикала в горло какой-то гадостью и уложила в кровать.
  - Горе мое, - легкая мамина рука приятно холодила пылающий лоб. - Большой мальчик уже, и на тебе - заболел. Ходишь расстегнутый, форточку открываешь все время... Вот результат. Ну, куда это годиться? Ну, это такое - тридцать девять и восемь! Эх, Олежка-Олежка... Спи давай, горюшко...
   Убаюканный ласковым маминым ворчанием, Олежка незаметно соскользнул в сон. И очутился посреди бескрайнего поля. С чистого синего неба палило ослепительное солнце. Насколько хватало глаз, стояли ярко-желтые колосья высотой почти по грудь. Горячий ветер гонял по фантастическому янтарному океану невысокие волны. Олежка раскинул руки и, раздвигая грудью шуршащую тесноту, пошел вперед. Длинные колючие усики приятно щекотали ладони. Нагретый сухой воздух пах летом. Мальчик засмеялся - светлая беспричинная радость переполняла его.
   Сколько он так шел-плыл, Олежка не помнил. Время исчезло, солнце висело на одном месте, от горизонта до горизонта стелился бесконечный травяной океан. Постепенно идти становилось все труднее. Капли пота стекали по вискам, по спине, оставляли привкус соли на губах. Тонкие высокие стебли расступались все неохотнее . Силы иссякли. Олежка остановился и медленно опустился на колени. Потом лег на спину и раскинул руки, глядя вверх. Страха не было. Только покой, приятная усталость и полное умиротворение.
   Вдруг он почувствовал, что земля плавно качается. Сначала легонько, потом сильнее и сильнее. Он закрыл глаза и представил, что летит на ковре-самолете... Далеко-далеко, в другом мире, звучали голоса - испуганный, чуть не плачущий мамин и незнакомый мужской.
  - Да что же это... сорок и два... Никогда такого не было! Что же делать, доктор? Может, в больницу?
  - Не волнуйтесь, мамочка. Обычный грипп. Сейчас укольчик сделаем - полегчает. Температурку меряйте каждый час, за дыханием следите. Будет хуже - судороги, повышение температуры, еще что-то: звоните - приедем. Сейчас в больницу нет смысла ехать - не вижу ничего опасного для жизни. Да, корвалол дайте - сердце поддержать...
   Голоса отдалялись, затихали... Солнце, наконец-то спряталось за небольшим пышным облаком, и Олежка оказался в прохладной тени. Слушая стук собственного сердца, он стал подниматься все выше и выше...
  
  
   Первое, что почувствовал Олежка, проснувшись - адская жара. Стоило открыть глаза, как они тут же непроизвольно зажмурились от ослепительного света. В наступившей темноте долго плавало размытое очертание огненного круга. По вискам щекотно сползали слезы. Олежка попробовал поднять руку, чтобы прикрыть лицо и... не смог. Попытался перевернуться... и обнаружил, что не может пошевелиться. Тогда он осторожно приподнял веки и, сквозь дрожащую щеточку ресниц увидел солнце. Опять потекли слезы, и глаза пришлось закрыть.
   После нескольких тщетных попыток удалось повернуть голову. Щеку обожгло, будто он лежал на включенной конфорке. Терпеливо переждав боль, Олежка снова попытался открыть глаза. Перед ним оказался песок. Почти белый, мелкий, занимающий все поле зрения. Именно этот раскаленный солнцем песок и обжег щеку.
   Олежка прикрыл веки и повернул голову в другую сторону, где обнаружил ту же картину. "Солнце, песок... Пляж?" - мысли в голове походили на пузыри, плавающие в вязкой жидкости. Они медленно, словно нехотя, поднимались вверх и лопались, исчезали без следа. Олежка скосил глаза вниз и разглядел свою руку, неподвижно лежащую на песке. "Точно - пляж" - бесшумно лопнул еще один мысленный пузырь.
   Где-то совсем рядом было море. Слышно было шуршание набегающих не песок волн и чувствовался соленый морской запах. Отчаянно захотелось окунуться в прохладную ласковую воду. Олежка затрепыхался, задергался, как рыба на берегу... Бесполезно. Кажется, невыносимая жара растопила все кости и мышцы, превратила тело в нечто аморфное, напоминающее забытый на батарее кусок пластилина.
   Мысли путались, перед закрытыми глазами плавали разноцветные пылающие кольца... Мальчик в последний раз попытался сдвинуться с места и с облегчением понял, что теряет сознание... Темная засасывающая пустота была благом - там не было солнца...
   Открыв глаза в следующий раз, Олежка с ужасом понял, что все еще находится на том же пляже. Распластанный, как медуза на песке. Неподвижный и беспомощный. Все повторилось - попытки сдвинуться с места, слезящиеся глаза, ожоги от песка и солнца... и блаженная прохладная темнота.
   И снова, и снова, и снова... Сколько раз проворачивалось пыточное колесо кошмара, Олежка не знал. В какой-то момент он решил, что умер, и адский пляж - это его собственный, персональный загробный мир. И все бесконечное посмертное существование он проведет, мучаясь от нестерпимой жары и собственного бессилия...
   Выплывая из очередного беспамятного провала, он успел подумать: "Нет.. не хочу...", как вдруг понял - что-то изменилось. Жары не было! Давно растрескавшиеся губы, распухший язык, пересохшее горло ласкал вкусный прохладный воздух! Все еще не рискуя открыть глаза, мальчик осторожно поднял руку - удалось! - и прикрыл ею лицо. И только тогда решился посмотреть вокруг. Зеленые обои, с разноцветными геометрическими фигурами, стол, компьютер, кровать... Черное кресло на колесиках в котором, уронив голову на грудь, спит мама... Кошмар закончился! Олежка лежал на кровати в своей комнате! Из глаз хлынули слезы - на этот раз от счастья.
   Мама беспокойно шевельнулась, начала поднимать голову... Олежка торопливо вытер лицо. Он еще успел удивиться, как странно она выглядит - черные круги вокруг глаз, красные пятна на белых, как мел щеках, запекшиеся губы - а потом усталые мамины глаза наткнулись на него. Сменяя друг друга в них замелькали растерянность, надежда, радость... Мама выбралась из кресла, покачнулась, схватилась за стол и в два шага оказалась на кровати рядом с Олежкой. Плача, она обнимала сына, целовала в макушку, щеки, нос, глаза...
  - Господи, Олежка... Очнулся... Наконец-то... Родной мой... Мальчик мой...
  - Мам... Ты чего?.. Ну, чего ты?.. Ну, не плачь... - Олежка часто задышал, пытаясь удержать подступающие слезы.
  - Как ты себя чувствуешь? Болит что-нибудь? Голова? Горло? Что? - мама взяла Олежкино лицо в ладони и принялась внимательно изучать.
  - Да все нормально, мам, - испуганный таким поведением обычно сдержанной мамы, он вяло попытался вырваться.
  - Что нормально? - спросила мама. - Три дня без сознания? С температурой за сорок? Я думала... - голос ее сорвался и, крепко прижав к себе сына, мама разрыдалась.
  - Мама, не плачь... Пожалуйста... - Олежка не выдержал и зашмыгал носом. - Со мной все хорошо, правда. У меня ничего не болит! Честно-честно! Не плачь, мам...
  - Все... не буду... Уже все... - мама, утирая глаза, отвернулась. - Я так испугалась за тебя, сынок...
  - Ну, мам... Ну, что со мной сделается? А ты чего-то такая...
  - Так я тоже... заболела, - сквозь слезы улыбнулась мама. - От тебя, наверное, заразилась. И Ника. И папа.
  - Что с ними?!
  - То же самое - голова болит, температура ... Правда, не такая ужасная, как у тебя. Похоже, эпидемия началась. Вчера доктор со скорой сказал, что чуть ли не весь город болеет. Да это неважно. Главное, что тебе лучше. Кушать хочешь? Пить?
  - Да, - при мысли о кружке, полной холодной, чистой воды Олежка чуть не потерял сознание от вожделения. Он сделал попытку встать с кровати.
  - Куда?! Лежи, я принесу! - вцепилась в него мама.
  - Мама! Ты сама лежи - вон, вид совсем больной! Чего ты со мной сидишь? Иди болей!
  - Кто ухаживать-то за вами будет, - грустно улыбнулась мама. - Все же болеют.
  - Мам, я в полном порядке, - раздельно произнес Олежка. - Иди ложись.
   Мама окинула сына долгим внимательным взглядом, прерывисто вздохнула. Этот выдох словно забрал последние силы - она сникла, опустила плечи и оперлась о кровать. Потом молча поднялась и вышла из комнаты, шаркая тапочками по линолеуму.
   Олежка, оставшись один, первым делом отшвырнул простыню, которой был накрыт. Обнаружил, что лежит в кровати совершенно голый. Метнулся к шкафу, торопливо распахнул дверцу, боясь, что сейчас вернется мама или зайдет Ника... И оказался по колено в котятах. Сквозь зубы шипя ругательства, мальчик кое-как затолкал плоды сновидений обратно, выудил домашиние шорты и с облегчением оделся.
   Затем он отправился на кухню, взял самую большую кружку, до краев наполнил холодной водой из-под крана и осушил в три глотка. Потом наполнил еще раз и выпил. Медленно, смакуя каждый глоток. Со стуком опустил кружку на столешницу, и некоторое время прислушивался к себе. Ледяная вода стекла по пищеводу и провалилась в желудок, немедленно взорвавшийся отчаянным чувством голода.
   Олежка распахнул дверцу холодильника, жадным взглядом окинул полупустые полки... Пол батона вареной колбасы, масло, майонез, маринованные огурчики в банке... Разложив добычу на столешнице, и присовокупив к ней черствый батон, Олежка дрожащими от нетерпения руками соорудил три гигантских многослойных бутерброда. Не в силах донести вожделенную пищу до стола, он широко распахнул рот и впился в сырно-колбасно-булочную башню.
   Первый бутер исчез за пять секунд. Стало чуть легче. Олежка все-таки уселся за стол и даже совершил еще одну ходку к холодильнику, чтобы налить кружку молока. Приканчивая третий шедевр кулинарного искусства, он услышал шаги. Скосил глаза поверх волн майонеза с вкраплениями маринованных огурчиков и увидел в дверях кухни маму.
   Не имея возможности разговаривать - рот был плотно забит бутербродом - Олежка вопросительно мотнул головой.
  - Не лежится мне, - пояснила мама. - Думала, ты есть захочешь, надо приготовить чего-нибудь. А ты уже сам разобрался. Ну, все равно - надо Нику кормить, лекарства им с папой дать...
   Олежка мутными от сытости глазами понаблюдал, как мама ходит по кухне, хлопает дверцами шкафчиков, гремит кастрюльками... Мелькнула пристыженная мысль, что он, здоровый, сидит, а больная мама суетится. "Сейчас, - пообещал себе Олежка. - Пять минут полежу и сам все сделаю...". Додумывал он уже по дороге в свою комнату, где упал на кровать и отключился, не долетев до подушки...
  
   В черном прямоугольнике окна висел тонкий серпик нарождающегося месяца. Тишина в квартире. Ночь. Олежка обвел глазами комнату - порядок, все на своих местах, пол твердый, обои нормального цвета... Сел, спустил ноги с кровати. Один крохотный котенок - резиновый брелок для ключей - сиротливо валялся возле кровати. Рядом почему-то возвышалась небольшая кучка песка.
   Олежка шагнул к столу, щелкнул выключателем светильника. Бросил взгляд на часы - двадцать три сорок пять. Побродил по квартире, убедился, что все спят. Постоял у раскрытого холодильника... Аппетит, придавленный мега-бутербродами не подавал признаков жизни. Спать тоже не хотелось. Не зная чем бы заняться, Олежка присел на диван в гостиной и лениво защелкал кнопками телевизионного пульта.
   Замелькали кадры из фильмов, футбольные матчи, реклама, новости... В перебивающих друг друга голосах проскочило знакомое название. Олежка торопливо отщелкнул назад:
  - ...обсуждение удивительной погодной аномалии, наблюдаемой в городе Вольске последние три дня. Сегодня у нас в гостях доктор метеорологических наук, профессор, руководитель городской метеостанции - Иван Арнольдович Крайнц. Здравствуйте, Иван Арнольдович. Скажите, что думают метеорологи о необычных погодных условиях, обрушившихся на город Вольск?
   Тучный мужчина, достал из кармана пиджака белоснежный носовой платок и тщательно вытер лысую макушку. Затолкал платок обратно в карман, шумно выдохнул и сказал:
  - Прежде всего, необходимо отметить, что подобные явления имели место и раньше в истории метеорологических наблюдений. Вспомним хотя бы необычайно теплую последнюю зиму. До середины января температура ни разу не опустилась ниже отметки в десять градусов Цельсия!..
  - Но, позвольте, - перебил нервный худощавый ведущий. - Прошлая зима, безусловно, выдалась теплой, однако подобные явления наблюдались по всей территории страны. А можете ли вы привести пример аномального потепления, имеющего четкую локализацию. Как в данном случае. Ведь резкое повышение температуры воздуха в течение трех дней - с пятнадцатого по восемнадцатое октября - наблюдалось в пределах исключительно одного города! На территории Вольска столбики термометров достигали отметки в двадцать восемь градусов! И это в тени! Во второй половине октября! Наш корреспондент, побеседовал с жителями города и выяснил, что среди населения имеют хождение различные гипотезы происходящего. Наиболее популярна теория о разрушении озонового слоя над городом выбросами в атмосферу из труб крупнейшего городского предприятия - завода "Вольскбуммаш". Когда наш корреспондент в последний раз выходил на связь - вчера вечером - он сообщил, что горожане готовятся пикетировать завод с требованиями остановить производство. Что вы на это скажете, Иван Арнольдович?
  - Разговоры о внезапном локальном разрушении озонового слоя лишены всяческого смысла... - наливаясь краской, гневно заговорил толстяк...
   Олежка уже не слушал. Перед глазами стоял раскаленный пляж - его личный трехдневный ад. Палящее солнце на выцветшем небосклоне. Жара. Обжигающий песок. "Ничего себе, я потемпературил, - с беспокойством подумал Олежка. - А если бы мне море в бреду померещилось? Тогда что? Потоп? Пожалуй, лучше мне в ближайшее время не болеть. Беспорядков в городе еще не хватает. И где папа работать будет, если завод прикроют? Вот я замутил тему...".
   Захотелось срочно поделиться с кем-нибудь своими переживаниями. Поскольку в курсе событий был один Гном - то и поговорить о наболевшем можно было только с ним. Олежка вскочил и метнулся к телефону. Цифры на электронных часах сменились с ноль пятнадцати на ноль шестнадцать. Не самое подходящее время для звонка. Особенно учитывая, что Валерке завтра в школу и сейчас он, наверняка, спит.
   Разозлившись на приятеля, не оказавшегося под рукой в нужный момент - "Кстати, мог бы и навестить больного товарища" - Олежка пнул подвернувшегося под ноги игрушечного котенка... Нахмурился. Подобрал игрушку. Никак не удавалось вспомнить - был ли у Ники такой кот или это один из обитателей его шкафа. Если второе, то нужно срочно придумывать объяснение загадочному нашествию игрушек.
  - Блин! Как все сложно! - буркнул Олежка, раздраженно отбрасывая пушистого зверька.
   Он вернулся в свою комнату, включил компьютер и погрузился в дебри интернета. Погодная аномалия, накрывшая его родной город, бурно обсуждалась на форумах и конференциях. От некоторых предположений просто захватывало дух. Например, некто под ником "Гайд" писал: "Вы что, не в курсе, что в Вольске еще с пятидесятых годов прошлого века существует секретная правительственная лаборатория. Вот и все объяснение! Утечка у них произошла какая-то. Так что все жители города облучены неизвестным облучением и обречены. Пусть белые простыни готовят". Или "Эйншт": "У меня родственники в Вольске. Вчера с ними разговаривал. Сказали - испытания ядерного оружия были. И жителей предупреждали, чтоб по домам сидели. Вот. А сегодня им звоню - не берут трубку. Все. Пипец родственникам". И все в таком духе...
   Когда Олежка оторвался от монитора, часы показывали без пятнадцати четыре. Зевая до хруста в челюстях, он переместился на кровать и закрыл глаза. И тут же открыл. Если заснуть сейчас, когда голова забита этой интернетовской чепухой - про ядерные испытания, инопланетных пришельцев, подлетающую комету и мутагенные излучения... Проснувшись он рисковал, в лучшем случае, обнаружить груду развалин вместо города. А в худшем... Лучше не думать.
   Пришлось воспользоваться испытанным средством - умилительными картинками. Потратив не меньше двадцати минут на любование осточертевшими котятами (давно уже внесенными в "избранное"), Олежка снова перебазировался на кровать. С облегчением закрыл глаза. В темноте плавали разноцветные пушистые мордочки, глазки-пуговки, розовые язычки... На горизонте встал ядерный гриб. Котята, накрытые волной огня, почернели и рассыпались горстками серого пепла. Олежка рывком сел, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Отдышался, на цыпочках подобрался к окну и осторожно выглянул на улицу. При виде знакомого пейзажа - дома, тротуары, деревья, припаркованный машины - тугой комок в горле исчез.
   Спать хотелось неимоверно. Стараясь не шуметь, Олежка пробрался в ванную. Подставил голову под ледяной душ и с трудом сдержал крик. Зато сон мгновенно улетучился. Выйдя из ванной, Олежка бросил скептический взгляд на дверь в свою комнату, вздохнул и направился в гостиную. Включил верхний свет, устроился на краешке дивана - специально неудобно - и взялся за пульт. Замелькали говорящие головы, стреляющие супермены, целующиеся парочки, крадущиеся в джунглях тигры, страстно извивающиеся безголосые певички... Проснулся он от того, что упал с дивана. Пришлось опять идти в ванную и обливаться.
   Кое-как дотянув до восьми утра, Олежка бросился звонить Гному. Выслушал десять длинных гудков и отшвырнул трубку.
  - Вот гад! Где его носит?!
  - Что случилось, сынок? - мама застыла в дверях, глядя, как Олежка мечется по комнате, пинает мебель.
  - А... я... Ничего, мам. Не выспался что-то, - не подумав, ляпнул он.
  - Тебе опять плохо было? Температура? Почему не разбудил меня? - забеспокоилась мама.
  - Да нет... - досадуя на себя, промямлил Олежка. - Я просто днем поспал, потом за компьютером сидел долго... Вот и не выспался... Все нормально, мам. Ты как?
  - Правда? Не обманываешь? Ну-ка, померяй температуру! При мне.
  - Хорошо-хорошо... Вот, видишь - меряю. Как ты-то?
  - Лучше, - улыбнулась мама. - И Ника спит спокойно, не горячая. Похоже, переболели мы. Теперь все на поправку пойдем. Ты первый заболел - первый и выздоровел. Теперь наша очередь. Ну, что там с температурой?
  - Тридцать шесть и пять. Порядок!
  - Ну и замечательно, - совсем успокоилась мама. - Давай-ка вечером к врачу сходи. Может и выпишет тебя. С пяти до восьми у нее сегодня прием.
  - Что - сам? К врачу?!
  - Ну, конечно, сам, - удивилась мама. - Ты ж большой мальчик. Я тебе все расскажу. Ничего страшного там нет.
  - Ага, конечно... - проворчал Олежка. - Чего ходить-то... Зачем? Я и так знаю, что здоров.
  - Тоже мне - профессор! Знает он! Надо чтобы врач посмотрел. Шутка ли - такая температура три дня держалась! Да и справку в школу нужно взять. Иди-иди, нечего бояться.
  
   С трех до половины пятого он еще четыре раза звонил Гному. С тем же - нулевым - результатом. Потом в комнату зашла мама и напомнила про врача. Пришлось одеваться:
  - Шапку надень! Куртку застегни! Заправься!
  - Мама! Я не маленький! И тепло на улице, вообще-то!
  - Конец октября - тепло?! Ну-ка застегивайся! Мусор захвати. И на обратном пути за булкой зайди...
   Оказавшись на улице, Олежка потянулся расстегнуть куртку - воздух, действительно, был очень теплым - но вовремя сообразил посмотреть на окна своей квартиры. Конечно же, за стеклом виднелось мамино лицо. Пришлось, как примерному сыну, дотопать до угла, обливаясь потом, и только потом сорвать с головы дурацкую шапочку, расстегнуть куртку (а, заодно, и кенгуруху) и красиво выпустить поверх джинсов длинную оранжевую футболку с надписью "Крутой чувак".
   Вернув себе нормальный вид, Олежка расслабился и спокойно зашагал в сторону поликлиники. Идти было неблизко - пять остановок - но ждать автобуса, платить за проезд... Да и прогуляться после нескольких дней сидения дома было приятно.
   Впрочем, хорошее настроение быстро иссякло. Что-то было не так. Олежка принялся вертеть головой по сторонам. Дома, голые деревья, киоски, машины... Стоп! Три ларька, находящиеся в поле зрения оказались закрыты. Машины... Припаркованных сколько угодно, а вот движущихся... Одна. И людей почти нет. И что-то еще... Воздух! Он пах совершенно неправильно. Олежка принюхался и с удивлением понял, что пахнет... ничем. Нос не улавливал привычной смеси выхлопных газов, бензина, приторного запаха, наплывающего от кондитерской фабрики через дорогу, аромата свежей выпечки из магазина справа... Стало неуютно. В груди закопошилось беспокойство. "Неужели это из-за меня? Но я-то выздоровел! И мама и Ника!" - с отчаянием подумал Олежка.
   Терзаясь чувствами вины и страха, он, не получая больше удовольствия от прогулки, дошел до поликлиники. Дернул большую железную ручку. Дверь не поддалась. Олежка потянул сильнее. И только тогда обратил внимание на листок, висящий прямо перед носом:
  "В связи с эпидемиологической ситуацией в городе поликлиника временно закрыта.
  Адрес ближайшей детской поликлиники...
  Телефон детской неотложной помощи...
  Администрация"
   Он несколько минут постоял, разглядывая объявление. В душе боролись радость и страх. Радость - потому что не надо проходить сложную и неприятную процедуру посещения врача. А страх потому, что происходящее не нравилось ему все сильнее. Олежка вздохнул и повернулся спиной к двери...
  - Мальчик! Подожди! Постой!
   Из-за угла поликлиники к нему бежала молодая женщина, отчаянно размахивая руками. Вид у нее был несколько безумный - волосы торчат во все стороны, расстегнутое пальто наброшенно прямо на линялую футболку и шорты, а на ногах - домашние тапочки. Олежка невольно попятился.
  - Подожди! У тебя есть телефон?! Позвонить... У меня ребенок заболел! А поликлиника закрыта! Я неотложку вызову. Мой разрядился, как назло! Пожалуйста, мальчик!
  - Вот, - Олежка, все еще сомневаясь, протянул мобильник. - А чего из дома-то не позвонили?
  - Да занято везде! - воскликнула женщина, сверяясь с объявлением и торопливо нажимая кнопки. - Думала - сбегаю быстренько, узнаю, в чем дело. А тут такое... Алло! Алло! Врача можно вызвать?.. Температура тридцать девять и восемь... Два года... Да... Нет... Да, но... Но вы же... Подождите!..
   Женщина уставилась на экран телефона. Подняла растерянные глаза на Олежку:
  - Бросили трубку... Сказали жаропонижающее давать... Говорят - некому ездить на обычные вызовы, только к тяжелым выезжаем... Что же это?.. Ведь ребенок же...
  - Вы не волнуйтесь, - он неуклюже попытался успокоить женщину. - Я тоже болел. Только вчера выздоровел. Температура за сорок была... А сейчас все в порядке...
  - Да... Спасибо, мальчик... - не слушая, женщина вернула мобильник и пошла прочь.
  - Не за что... - проговорил ей в спину Олежка.
   Он сунул телефон в карман и, тяжело шаркая ногами, потащился домой. Настроение было ужасным. Окончательно стало понятно, что в охватившей город странной эпидемии виноват именно он. На глаза то и дело попадались свидетельства наступившего хаоса: черные языки копоти, высовывающиеся из окна на третьем этаже; машина, влетевшая в газетный киоск; еще три машины, разбитые и брошенные посреди дороги; жуткий собачий вой, несущийся из какой-то квартиры...
   Дома Олежка буркнул маме, что поликлиника закрыта и закрылся в комнате. Чувствуя болезненное любопытство, полез в интернет. Однако ничего интересного на новостных сайтах обнаружить не удалось. Тему аномальной жары в Вольске вытеснили другие новости - угнанный самолет, взорванный автобус и другие последние события. Про эпидемию не было ни слова. Легче не стало. Вольск - городок маленький. Страна может и не знать, что тут твориться. Но сам-то Олежка все знает, и главное, знает, кто виноват...
   Вечером он еще три раза позвонил Гному. Дома не берут трубку, мобильник выключен. Просмотрел несколько выпусков новостей по разным каналам, немало удивив маму. Вольск не упомянули ни разу. Отключился он прямо на диване перед телевизором - сказалась бессонная ночь. Каким-то образом переместился на свою кровать (мама, наверное, перетащила), где и проснулся в пять утра от ужаса: "Заснул! Нельзя спать! Что?!". На дрожащих ногах подкрался к окну. Выглянул. Выдохнул. Город мирно спал. Олежка сбегал в ванную, умылся ледяной водой и сел за компьютер - дожидаться настоящего утра.
  
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  А.Васильев "Акула пера в мире Файролла-11 Снисхождение. Том 3" (Киберпанк) | | А.Гришин "Вторая дорога. Выбор офицера." (Боевое фэнтези) | | Э.Широкий "Красный бог" (Киберпанк) | | С.Суббота "Я - Стрела. Академия Стражей" (Любовное фэнтези) | | Д.Гримм "З.О.О.П.А.Р.К. (трилогия)" (Антиутопия) | | М.Эльденберт "Скрытые чувства" (Любовное фэнтези) | | А.Мичурин "Еда и Патроны. Прежде, чем умереть" (Постапокалипсис) | | Д.Сугралинов "Дисгардиум. Угроза А-класса" (ЛитРПГ) | | Triangulum "Сожённый телескоп" (Научная фантастика) | | А.Майнер "Целитель" (Научная фантастика) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Гулевич "Император поневоле" П.Керлис "Антилия.Полное попадание" Е.Сафонова "Лунный ветер" С.Бакшеев "Чужими руками"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"