Артус Ричард Евгеньевич: другие произведения.

Повесть Невременных Лет Кн 2

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Никогда не знаешь, куда тебя занесет. Исторические события и вымысел всегда ходят рука об руку.

  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава 1
  Самое страшное в мире оружие,
  Это слово...
  
  После всех перипетий связанных с северным пантеоном, вроде можно было и расслабиться. Вроде никаких плохих последствий, после столкновения с Ваном, ожидать не приходилось. Наоборот, это самого Вана, признали возмутителем спокойствия. Мне вон даже классный доспех презентовали, как я понимаю, правда, не просто так, а взамен тех вещей, что нам достались от погибшего.
  Особенно их представителя интересовали книги, на этом непонятном языке, он прямо-таки затрясся от возбуждения, когда взял их в руки. Ну, и что греха таить, их очень сильно обеспокоила моя способность к умерщвлению их божественной сути. Похоже, что не только для Скандинавов, но и для Велеса, это стало не приятным сюрпризом. Правда они пытались особо не касаться этой темы, вот именно это, меня и беспокоило. Кто его знает, может страх, перед этой моей странной способностью, еще объединит их всех, и они откроют сезон охоты, на мою заблудшую в их мир душу. Хотя, пока на это ничто не указывает, но сбрасывать со счетов такую возможность, не следует.
   Конечно, меньше всего мне хотелось-бы оказаться по другую сторону баррикады. Меня совсем не прельщает перспектива сражаться против Велеса, или Яровита. Надеюсь, они чувствуют то же самое. К слову о Велесе, он не свалил куда-то по своим вечным делам, а уже который день околачивается рядом, ведя речи об угрозе, которая нависла над нашим миром, и ради всеобщего блага уговаривает меня присоединиться к походу Святослава.
   Вот и сейчас вон сидит за моей спиной, и терпеливо дожидается, когда я прекращу работу, чтобы продолжить прерванный разговор. Вообще-то заготовку уже давно можно было отложить в сторону, но я продолжал стучать по ней молотом, уж больно не хотелось мне менять свою размеренную жизнь, на новую авантюру, особенно вследствие последнего приключения. Только ведь, сколько не стучи, а, похоже, от разговора не отвертишься. Я раздраженно сунул заготовку в бочку с водой, и повернулся к Велесу.
  -Неужели это так необходимо, и без меня никак не обойтись? Пойми, я не большой любитель ратных подвигов, и все, чтобы я сейчас хотел, это просто спокойно наслаждаться жизнью.
  -Был-бы рад предоставить тебе такую возможность, - развел руки в стороны Велес, - только нынче, не до спокойной жизни. Тут дело, даже не в том, что мы свои владения защищаем, а в том, что если эта зараза прорвется, много человеческой крови прольется. Я отдаю себе отчет, что рано или поздно мы проиграем, но уж лучше, пусть будет, как можно позднее.
  -Даже так. - Хмыкнул я, посмотрев на Велеса.
  -К сожалению да. - Кивнул он понуро головой.
  -Ладно, рассказывай, что там за беда такая, что всем бедами грозит. - Подвинул я к себе колоду, и, усевшись поудобней, посмотрел на Велеса, давая тому понять, что внимательно его слушаю.
  -Да что рассказывать, ты и так многое сам знаешь. - Тяжело вздохнул Велес. - С тех пор как люди запустили механизм равновесия в действие, война не утихает, да и не утихнет. Так уж эта штука работает. В том числе и мы пытались более, или менее уравновесить этот мир. Постараться свести к минимуму количество войн. Можешь так на меня не смотреть. - Грустно улыбнулся мне Велес. - Знаю, о чем думаешь. Только ведь разные боги и думают по-разному, да и самих людей уж больно война прельщает.
  -Скажешь тоже. - Хмыкнул я себе под нос. - Меня вот, что-то воевать не сильно тянет.
  -Ну да, сейчас может, и нет. А до этого? - отмахнулся от меня рукой Велес. - Как же слава героя, великие свершения, и завоевания. Про любовь людей, называть войну справедливой, я вообще молчу. Всяк пытался, развязанную бойню, справедливой назвать. Да и причины соответствующие подбирали, что кругом враги, которые добрым людям жить мешают, что только спят и видят, как-бы чужое добро к рукам прибрать. Мы конечно не святые, только и вы люди, не агнцы безгрешные.
  -Хочешь сказать, что не было такого? - Перебил я, рассматривающего свои руки, Велеса.
  -Почему не было, было. Да скажу даже больше, еще и будет не раз. Знаешь любимую поговорку империи, что развалилась почти пятьсот лет назад? - И не дождавшись от меня никакой реакции продолжил. - Хочешь мира, готовься к войне. Но то были, можно сказать, цветочки, а вот ягодки только-только появляются. Уж как мы обрадовались, когда до нас дошла весть, что в мир явился тот, кто все изменит, кто наконец-то сможет остановить закон равновесия. И действительно мир изменился, только не в ту сторону, в которую мы ожидали. К сожалению, в отличие от Отверженных, мы не сразу обратили свое внимание на новую церковь, а когда обратили, было уже слишком поздно. Они здорово в ней укоренились, перетянув людей на свою сторону, и прикрываясь их верой в Истинного, как щитом, извратили суть его законов, и стало еще хуже, чем было. Люди стали служить Мамоне, отрекшись от Спасителя, хотя большинство из них этого и не понимает. Лживые обещания сладки на вкус, но несут лишь только смерть и разрушение. А служить одновременно Мамоне и Господу не возможно.
  -Ладно, с этим понятно. Вы были так заняты собой, что плевать вам было на все, что происходит, и зашевелились только тогда, когда отчетливо запахло вашей подгорающей кожей на пятках. А дальше-то что? В чем план гениального спасения? - Я не удержал ехидных ноток в своем голосе, но Велес на это даже бровью не повел.
  -Асы, бьются на западе и севере, стараясь хоть как-то удержать свои позиции. Нам выпадает сейчас шанс, укрепиться на юге, в наших утраченных землях. Есть шанс, создать некий противовес. Долго так не продержаться, это понятно, но ведь неизвестно, как оно повернется в будущем. К тому же, сейчас на юге, новая религия силу набирает. К которой, опоздавшие присосались, и пока там у них противостояние идет, может это, и есть наш единственный шанс.
  -Ты хоть представляешь, о чем говоришь? - Зло перебил я Велеса, вскочив на ноги. - Я видел последствия межрелигиозной войны, худшего зрелища и представить невозможно. А вы, вместо того, чтобы попытаться ее предотвратить, шансы какие-то выискиваете.
  -Не забывай, мы не всесильны, и я стараюсь сделать так, чтобы не допустить здесь то, что видел ты там. И перестань метаться, как зверь по клетке. К тому же, ты нужен там, на юге, и по другой причине. - Посмотрел мне в глаза Велес, когда я перестал ходить из угла в угол. - Вдруг тебе повезет, избавить этот мир, от кого-нибудь из Отверженных. Признаюсь честно, нам это не по силам. Теперь уже не по силам.
  Огорошенный таким откровением я не знал, что ему ответить, да и как поступить тоже.
  -Я подумаю. - Буркнул я Велесу первое, что пришло на ум.
  -Подумай. - Печально кивнул головой он, и тяжело вздохнув, добавил. - Время до весны терпит. Сейчас, Святославу уже поздно в поход идти, да и подготовиться, как след нужно. Опять-же, дружины собрать, договора заключить. Подумай, и знай, чтобы ты не решил, это никак на наших отношениях не отразится. Мне и самому этим заниматься тошно, да только выбора нет. - Велес поднялся со своего места, и, положив мне руку на плечо добавил. - Ты уж прости меня, что пытаюсь тебя в это дело втянуть, но через тебя и со Святославом еще связаться проще будет. Ладно, не буду больше душу травить, пойду я, а то ведь никто за меня ничего делать не будет, да и не кому.
  Выйдя из кузни, я вздохнул полной грудью свежий воздух. На душе было паршиво, да и навряд-ли кто-нибудь запрыгал-бы от радости после такого разговора. Возле ворот меня встретили, радостно подбежавшие ко мне Серый с Чепраком, но уловив мое настроение, крутанулись разок рядом да рванули в дом. Понятно, предупредить домочадцев побежали, что что-то серьезное случилось. Так что видно предстоит еще один серьезный разговор. Во всяком случае, Ирма, пока все не выпытает, точно не отстанет.
   Вздохнув тяжело еще один раз, я решительно вошел в дом. Как и следовало ожидать, там меня уже поджидал малый семейный совет. Состоящий, из Ирмы, Жилы, и Сверрира. Да накрывая на стол, рядом суетились Малинка, и Дайна, которая расцвела, после того как стала женой Сверрира. Да и сам Сверрир словно помолодел лет на 20,особенно после рождения сына, как говорится рядом с молодой женой, и глубокий старец козликом запрыгает.
  -Ты чего как в воду опущенный? - Задала мне вопрос Ирма, едва я переступил порог дома. - В чем причина? Кто виной? Только давай договоримся сразу. Рассказываешь все сам, без утайки. Чтобы потом не жалился, что тебе больно, когда руки на дыбе крутить начнем. - Усмехнулась она счастливой улыбкой, видно представив меня раскоряченным на дыбе.
  -Может, хоть покормите вначале. - Обвел я глазами, сидящую напротив настроенную решительно родню. - А то на голодный желудок, трепаться не больно-то и тянет.
  -Зато с голодухи быстрее все расскажешь. - Тут же ответила мне любимая жена, а остальные согласно закивали головой. - Да и уборки потом меньше, на голодный желудок гадить нечем будет. - Улыбнулась она мне милой улыбкой. - Опять-же продукты зазря не переведем. - Оглядела она сидящих рядом с ней. - Так что с едой ты пока погодь. Успеется еще.
  -Какая же ты у меня добрая. - Улыбнулся я ей в ответ. - Такая заботливая, и ласковая.
  -А ты думал. - Хохотнула Ирма. - На то моя, такая нелегкая женская доля, чтобы о муже беспокоиться, да постараться сделать все возможное, чтобы облегчить его нелегкую долю.
  -То-то я смотрю, что стал вдруг весь такой лощёный, да ухоженный, а главное понять не мог, с чего-бы это, а это, оказывается, от твоих забот обо мне неустанных. - Вернул я ласковую улыбку Ирме.
  -Поговори еще, - перестала улыбаться она, - тогда точно узнаешь, как я ласкаться умею. - В ее голосе прозвучала не прикрытая угроза.
  -Да ладно тебе, - тут-же пошел я на попятную, не люблю, когда она сердится. - Сама ведь, первая начала.
  -Мне можно, - недовольно буркнула Ирма, но в ее глазах плясал веселый огонек. Жить она не может без таких вот перепалок. - Ладно, рассказывай, чего там Велес тебе наговорил, что ты как пыльным мешком по голове, ударенный ходишь?
  -Да хочет, чтобы я в походе Святослава на Болгар участвовал. - Усаживаясь за стол, неохотно ответил я ей.
  -Так ведь это здорово. - Радостно заулыбалась она. - Правда, немного странно, что они так быстро очухались после прошлого похода. А-а, без разницы, когда выходим?
  Я посмотрел на свою жену. Откуда только у нее, эта неуемная страсть к приключениям, хлебом не корми, дай мечом помахать. Хотя, чего еще можно ожидать, от северной девы-воительницы, в жилах коей еще к тому же течет кровь Валькирий.
  -Поход, не ранее весны начнется. - Я посмотрел в упор на Ирму. - К тому же, я еще не решил, стоит ли к нему присоединяться, или нет. - И обвел глазами всех присутствующих. - И ты, что-то путаешь, на Болгар Святослав еще не ходил.
  -Что значит, не решил? - Изумленно посмотрела на меня Ирма, пропустив замечание про Болгар. - Ты что, решил отказать богу, в его просьбе?
  -Решил, не решил, - махнул я рукой, - но и по первому требованию бежать исполнять его волю не намерен. Да, и нет у меня особого желания, переться к черту на кулички.
  Теперь, все изумленно уставились, на меня. Даже псы, затеявшие было возню возле стола, и те притихли.
  -Ты часом, там себе в кузне, ненароком, по голове молотом не попал? - Вытаращил на меня глаза Жила. - Кто мы такие, чтобы богам от ворот поворот указывать? Я даже представить боюсь, чаво таперича будет.
  -Ой, ну вот чего ты раскудахтался. - Отмахнулся я от Жилы. - Ничего не будет. Будем жить, как жили. А до весны, еще зиму пережить надо. Все, - решительно махнул я рукой, - чего заранее зря языком молоть, подойдет час там видно будет.
  -Нечего там смотреть, - решительно высказалась Ирма. - Идем в поход. Я еще ни разу в тех землях не была. Интересно же глянуть, что эти Болгары из себя представляют. К тому же, это вроде, не так уж и далеко.
  -Ты видно, перепутала Камских Булгар, с Болгарами. - Усмехнулся я Ирме. - Хотя и не мудрено. Когда-то, они одним народом были.
  -Поясни. - Непонимающе уставилась она на меня.
  -Ну, лет пятьсот назад из диких степей в Европу орды кочевников хлынули, Болгары, Торки, Черные клобуки, Печенеги, да Турки. Многие племена уже потерялись во времени, перемешавшись с другими народами. Но, вот Болгарам, Печенегам, и Туркам, удалось основательно закрепиться на захваченных территориях, и основать свои государства. Часть Болгар осела на Каме, другая продвинулась дальше, прошла до Балкан, и осела на землях южных славян. В скором времени, они приняли их обычаи, и ассимилировались, сменив ханский халат, на царскую корону. Турки, более известные как Угры, смогли поменять образ жизни с кочевого, на оседлый. Так что теперь это довольно сильное, и самостоятельное государство, с которым считаются соседи, ну, а о Печенегах, вам и без меня все хорошо известно.
  -Так значит, поход на Балканы затевается? - Уточнила Ирма.
  -Да. - Посмотрел я на нее, и кивнул головой. - Византийский император попросил помощи у Святослава, в его борьбе против Болгарского царя, и судя по всему, он согласился.
  -И ты еще раздумываешь? - Она в недоумении покачала головой. - Ведь тут и думать нечего. Лично я, такой поход, точно не пропущу. Ты как хочешь, а я иду. - Сказала, словно припечатала. - Слушай, а тебя не смущает, что Болгары вам братья по крови, и раньше вы нередко помогали друг другу, в борьбе с той же самой Византией? - Без какого-либо перехода, тут же задала она мне вопрос.
  -Смущает, не смущает, какая теперь разница. - Отмахнулся я расстроенно рукой.
  Проще говоря, все мои мечты о счастливой, тихой семейной жизни, в этот момент накрылись медным тазом, не оставив мне даже намека на выбор. А Велес хитрец, ведь наверняка знал, чем дело закончится. Стоит мне одно лишь слово брякнуть, и другого выхода у меня уже не будет. Особенно если знаешь о неуемной страсти Ирмы, к всевозможным приключениям. Я-бы и сам согласился раньше сразу, до того, как испугался, что потерял ее навсегда. Этот страх теперь постоянно терзает мою душу. Я понимаю, что все мы, рано или поздно, покинем этот грешный мир, но Господи как же хочется, чтобы это никогда не случилось, чтобы она всегда была рядом со мной.
  Глава 2
  Девиз правителей никогда не меняется,
  Мы улучшим вашу жизнь, но только за ваши деньги...
  
  Я, стоял на борту ладьи, рядом с Твердохлебом, и разглядывал войско Болгар, расположившееся в боевом порядке на берегу. Время до похода, пролетело как-то уж очень быстро, и незаметно. Причем, не обошлось и без обид. Особенно рассердились на меня Серый с Чепраком, за то, что их с собой не берут, да так сильно, что даже провожать не пришли. Еще за две недели до выхода, ушли в лес, да так и носа оттуда не высунули. Ладно, будем надеяться, что они парни отходчивые, а мне тут и одного Жилы, выше крыши хватает.
   Вот ведь, где балабол неугомонный. Мы с Ирмой надеялись, что он, как и раньше дома останется, куда там. Уперся так, что никто не переубедил, даже Малинка отступила. Паразит даже похудел, чтобы доспехи свои старые на себя напялить, да вместо себя, на хозяйстве, Сверрира уговорил остаться. Помимо Жилы, как обычно, Годин со Стешей увязались. Телохранители, етить ежику под мышку. Потом, варяги заволновались. Как же, ярла своего отпустить, да без охраны. Тут посевная на носу, хлеб сеять надо, а они всем скопом в поход прутся. Еле уговорили, что с собой только троих возьмем. Так эти суровые северные люди, чуть ли не передрались меж собой, за право в поход идти.
   Хорошо хоть, без особого членовредительства обошлось, но в итоге, к нашей веселой компании, присоединились, Тьялви Молчун, и это, правда, из него, наверное, только каленым железом слово вытянешь, Инги Маленький, кто только этого громилу так прозвал, и Скегги Молот, уж больно ему, кувалдой махать нравится. Весь наш маленький отряд, теперь в передовой тысяче Твердохлеба находится. Можно было конечно и при Святославе остаться, но, видно судьба у меня такая, опять я со Свенельдом поцапался. На сей раз, из-за его сына.
   При первой нашей встрече, высокомерный уродец предложил Ирме свое покровительство, взамен чего и так понятно. Ирма ему ответила, так как умеет только она, вынесла придурку, все передние зубы, одним ударом. Мне даже вмешиваться не пришлось, а его друзья соратнички, подхватив под ручки бесчувственное тело, побежали жаловаться, что какие-то пришлые, знатнейших людей Киева обижают.
   Все как-бы обошлось. Святослав, узнав про эту якобы обиду, только посмеялся. Мол, нечего к замужним женам приставать. Свенельду это не понравилось, начал что-то о кровной обиде говорить. Я в долгу не остался, пригрозив, что если его сынка просто рядом увижу, то ему придется по нему тризну заказывать. Понятное дело, разняли нас, но после этого случая я решил уж лучше в передовом отряде быть. Подальше от этого упыря, а то еще не удержусь, и плакали тогда все планы Велеса горькими слезами.
  -Тебе это, ничего не напоминает? - Спросил я Твердохлеба.
  -То же самое, было на Дону, когда мы высадились возле Саркела. - Кивнул он головой. - Только тогда, нам хоть дали ряды выставить, а здесь, придется просто с ходу, без всякого строя, да еще под обстрелом лучников, в бой вступать. - Он посмотрел на меня. - Может, все же пока на противоположном берегу высадимся, да князя подождем? Пусть лучше, он сам решает.
  -Можно и так. - Пожал я плечами. - Тем более что они, скорее всего тоже так думают. - Кивнул я головой, в сторону Болгар. - Навряд-ли, кто-нибудь в нашем положении, осмелится напасть. После долгого, утомительного перехода по морю, вот так, наобум. И если так подумать, то вроде ничего не меняется, все равно через Дунай перебираться придется. Болгары-то, просто так не уйдут. Тем более что они на своей земле.
  -Я понимаю, что ты на что-то намекаешь, - посмотрел на меня в упор Твердохлеб. - Но, на что, пока в толк взять не могу.
  -Да, что тут непонятного. - Отозвалась из-за моей спины, Ирма. - Удара сейчас они не ждут, а вот когда мы с того берега, переправу начнем, нас встретят как положено.
  -Стало быть, бой предлагаешь? - Твердохлеб, снова посмотрел на берег.
  -Мало ли, что я предлагаю. - Пожал я плечами. - Выбор-то, тебе делать.
  -Но, будь ты на моем месте, ты-бы атаковал. - Не поворачиваясь, подытожил мой ответ Твердохлеб.
  -Да. - Кивнул я головой, пожав плечами. - Шанс невелик, но попробовать стоит. К тому же, в случае проигрыша, нам будет уже все равно, что по этому поводу скажут. - Продолжил я хмыкнув. - Потому что, скорее всего, если проиграем, то умрем.
  -Умеешь ты, воодушевить перед дракой. - Улыбнулся, повернувшийся ко мне лицом Твердохлеб, и стал нахлобучивать, шлем на голову. - Эй, кормчий, поворачивай к берегу. - Ткнул он пальцем, на берег, где стояли Болгары.
  -Так. Слушайте меня. - Повернулся я, к стоявшим за моей спиной. - Как только высадимся, сразу же бегом к их порядкам. Главное, не дать лучникам опомниться, и оказаться поближе к их коннице, чтобы лишить ее разгона. Старайтесь, держаться все вместе, ну, а там, как повезет. - Я посмотрел на Ирму, и сердце словно сдавило тисками. Она радостно улыбнулась, и поцеловала меня в щеку, а сквозь столпившихся у борта дружинников, поближе к нам, пробирался наш маленький отряд. Ну, кто меня за язык дергал, хорошо же я о тех, кого люблю, беспокоюсь. Видно, уловив мое состояние, Ирма пихнула меня в бок.
  -Ну, милый, умеешь ты девушку потешить. - Хихикнула она. - Смотри, от меня ни на шаг, а то еще всунешь куда-нибудь свою голову, зачем ты мне безголовый, нужен тогда будешь.
  Я понимаю, что за этой своей веселостью, она скрывает свой страх, это ее такой метод борьбы с ним. Перед битвой, он охватывает каждого человека, так-называемый, страх ожидания. Я, не исключение. Обычно, я прячу свой страх за обидой. Ну, вроде, вот делать людям больше нечего, или, сволочи, как вы уже опостылели, да мало ли, какую обиду придумать можно. Только вот на сей раз, мое средство не сработало, и страх за Ирму, за друзей, которых я потащил за собой, уже не просто сжимал стальными тисками сердце, а грозил затопить с головой. Стало, очень трудно дышать, а все тело, заколотила нервная дрожь. Хорошо, что в этот момент ладья мягко ткнулась на отмель возле берега, и я, прыгнув за борт, рванул со всех ног в сторону Болгар.
   Единственное спасение, от этого ужаса, как ни странно это прозвучит, сама драка. Она, здорово глушит страх, и разум, начинает действовать уже по другим законам. Не знаю уж, что там случилось у Болгар, но на наше счастье они долго думали. Видно, наше решение атаковать, сильно их удивило, так что мы практически беспрепятственно добежали до их шеренги. Даже, когда нас было еще слишком мало, и они могли легко опрокинуть в реку нашу тонкую линию строя, выстроившуюся перед ними, они по-прежнему продолжали стоять на месте, просто ощетинившись копьями.
   Это было очень удивительно, ведь Болгары совсем не слабые воины. В прошлом году, они разгромили отборную армию Византийцев, что и послужило нашему появлению в их пределах. Византийский император, Никифор Фока, прославился как полководец, в борьбе с Арабами, поднял мятеж против прошлого императора. Фоке, повезло в этой борьбе, и вскоре он надел красные сапоги. Только, это мало что изменило, для простых граждан.
   В Азии по-прежнему шла кровопролитная война, а средств на ее ведение катастрофически не хватало, в принципе, это и послужило причиной прошлого восстания. Фоке казалось, он легко найдет выход, из этого положения, и первые его шаги были довольно удачны. При помощи Святослава, он избавился, от основного торгового и военного конкурента, Хазарского Каганата, что явно прибавило ему популярности. Второй шаг, был направлен против Болгар.
  Византийская империя, вынуждена была платить им дань. Фока, отказался от выплат, публично оскорбив, и избив Болгарских послов, прибывших в Константинополь за ней. Вслед за этим, он отправил отборные войска на их земли. Вот тут-то, он и наступил на грабли. Болгары разгромили имперцев, и в свою очередь нависли над ее границами. Волей не волей, Фока вынужден был искать союзников, вновь отправив посольство на Русь к Святославу, которое везло, 27 пудов золота Киевскому Князю в дар. Это и оказалось той причиной, по которой мы теперь стоим, против строя бывших друзей, и союзников.
   Не смотря, на оплошность в начале битвы, Болгары еще раз показали, чего они стоят. Несколько изнуряющих часов, в толкании стенка на стенку, прежде чем мы смогли прорвать их строй, и расколоть войска на несколько частей, но и тогда, они не поддались панике, а продолжали упорно сопротивляться.
   Я, вместе с Ирмой, и сопровождавшими меня людьми, оказался так сказать, на острие атаки, но, особо описывать нечего. Нет ничего интересного, в попытке проткнуть стоящего напротив тебя человека копьем, и при этом, самому не оказаться проткнутым, и даже когда нам удалось открыть брешь в их рядах, при помощи умения Жилы, точно метать ножи, ничего не изменилось. Вернее, бой из противостояния, перерос в бой в давке, где иной раз и размахнуться-то мечом, не было пространства.
   В таком бою, все умения владения мечом, практически сводятся к нулю, и лично я, не раз поблагодарил в уме того пожилого Вана, который подарил мне доспехи. Если-бы не они, я-бы точно сейчас валялся мертвым, по меньшей мере, раз десять, но мне, Ирме, и парням со Стешей, что были со мной, повезло. Все остались живы в этой бойне, мелкие раны, и порезы не в счет.
   Только к вечеру, нам удалось до конца сломить сопротивление. Преследовать, убегающих Болгар, не было никакого желания, да и не к чему это было, их царь Петр, оказался в нашем плену. О чем это говорило, да фактически о том, что цель договора с Византийским императором достигнута, и можно смело возвращаться домой. Но, передо мной стояла немного другая задача, поставленная передо мной Велесом. Целью, которой было, если не наше здесь присутствие, то хотя-бы воздействие на Болгар так, чтобы вывести их из зоны влияния Византии, а стало быть, и церкви. Вот только как это все сделать, я не имел ни малейшего представления.
   Оставив друзей, разбивать лагерь, я вместе с Ирмой, направился сначала на поиски Твердохлеба, а отыскав его, слава богам целым, и почти невредимым, уже вместе с ним, направился к месту, где устроился на отдых Святослав. Парень, не менял своих привычек. Он по прежнему жил жизнью обычного дружинника, ни тебе шатров, ни тебе палаток, ни тебе снующей в разные стороны придворной челяди, ни личных поваров. Расстеленный на земле плащ, или потник, да седло под голову, кусок вяленного под седлом мяса, или каша из общего котла, вот и все удобства. Если не видел его прежде, то можно было пройти мимо, и не догадаться, что рядом был князь Киевский. Хотя и отыскать особого труда не составляло, где толкутся тысяцкие, да бояре, там, стало быть, и Святослав.
   Подойдя поближе, мы остановились в сторонке. Возле разведенного костра, Святослав в это время, о чем-то разговаривал с Петром. Видно было, что тому этот разговор не в радость. Петр, постоянно морщился, и что-то горячо доказывал, при этом отчаянно жестикулируя. В конечном итоге, он печально поник головой, и хмуро кивнул, перед тем как уйти в свой лагерь, соглашаясь с тем, о чем ему говорил Святослав.
   Нам еще пришлось некоторое время обождать, так как после ухода Петра, разгорелся спор между Святославом и Свенельдом. Тот, стал что-то горячо выговаривать Киевскому князю, на что Святослав только улыбался, выслушивая приводимые ему доводы. В конечном итоге, раздраженно махнув рукой, Свенельд тоже ушел. Так что, мы смогли подойти поближе, в освещенную костром зону, где нас сразу-же заметили.
  -Ну, вот наконец-то и наши герои пожаловали. - Улыбнувшись, развел руки в разные стороны Святослав. Только вот к добру эта улыбка, аль нет, понятно пока не было. Так что, выступив вперед, я решил взять всю вину на себя, если таковая имеется.
  -Если бранить будешь, то брани меня, а если хвалить, то тогда Твердохлеба. - Кивнул я головой в сторону Тысяцкого.
   Твердохлеб, нужно отдать ему должное, не стал прятаться мне за спину, а стал рядом со мной, но сказать ничего не успел. Святослав рассмеялся, и сквозь смех, повернувшись к сидящим рядом с ним тысяцким спросил.
  -Это же, как понимать?
  -А как хочешь, так и понимай. - Пожал я плечами.
  -Но, ругать-то вас, пожалуй, не за что. - Перестал смеяться Святослав. - Хотя, решение вступить в бой, было неожиданным. Я, даже не знаю, решился-бы я сам на такой шаг, но, тем не менее, он принес нам победу.
  -Не без твоей помощи. - Посмотрел я на Святослава. - Если-бы ты нас не поддержал, то сейчас вороны пировали-бы на наших костях.
  -Ну да, - соглашаясь со мной, кивнул головой Святослав. - Если-бы я не поддержал, мне тогда смело можно было-бы разворачивать ладьи, и отправляться домой, так как, потеряв пятую часть войска, было бы почти полным безумием пытаться продолжать поход, тем более что подкрепления взять то неоткуда. Как видишь, выбор у меня был не велик, либо рискнуть, либо уходить. Да уж ребята, заставили вы всех поволноваться, а уж как вас честили некоторые, на разные лады, то отдельная история.
  Поняв, что ругать нас вроде не собираются. Я уселся напротив Святослава, на то место, где до меня сидел Болгарский царь, рядом пристроилась Ирма, а вот Твердохлебу пришлось потеснить тысяцких. Он пристроился, между потеснившимися Спирком и Трумиром, которые в знак одобрения, хлопали его по плечам.
  -Обзывайте, как хотите, только голову не рубите. - Улыбнулся я Святославу. - Только, тогда такое решение, показалось оправданным. - Начал я приводить доводы, что до этого, говорил Твердохлебу, на борту ладьи. - Сам посуди. Даже высадившись на другом берегу, и отдохнув. Нас по-прежнему разделяла-бы река, через которую нужно переправляться, и скорее всего, битва-бы проходила совсем по-другому, ведь именно этого все и ожидали, а здесь все-таки, элемент неожиданности, который, как раз-таки себя и оправдал.
  -Что неожиданный, то, правда. - Засмеялся снова Святослав. - Но ведь признай, и риск был велик?
  -Поэтому я и говорил, коль ругать, то меня. За мою идею. А если хвалить, то Твердохлеба. - Кивнул я на тысяцкого. - Потому-что, не каждый найдет в себе достаточно мужества, принять такое решение.
  -Оба вы, молодцы. - Похвалил нас Святослав. - Да и остальные тоже. - Повысил он голос так, чтобы его услышало, как можно больше людей, а не только те, что сидели возле костра. - За смелость, отвагу, и выдержку. В очередной раз, мы все, подтвердили силу и славу Руси. Так что пусть наши враги, приходят по-прежнему в ужас, только от одного известия, Русь идет.
  -Русь идет. - Сначала гаркнули хором, все сидевшие возле костра, а вслед за тем, по всему лагерю, прогремел поддержанный всеми дружинниками грозный клич, который несколько раз повторило ночное эхо. - Русь идет.
  Глава 3
  Оказывается, все войны справедливы,
  Так утверждают обе стороны...
  
  Вот-уж не знаю, радоваться или нет, но о чем-либо уговаривать Святослава не пришлось. Так что можно твердо быть уверенным, что свою миссию перед Велесом я выполнил на все сто процентов. Правда это обстоятельство, несколько откладывало время нашего возвращения домой, что в принципе не сильно кого из моих спутников и расстроило. Можно сказать наоборот, они радовались возможности новых приключений, которые, несомненно, сулило нам дальнейшее пребывание в этих местах.
   Честно признаюсь, не знаю, чем было мотивировано решение Святослава, остаться в Болгарии. Да не просто остаться, а конкретно осесть в этих местах, создав новое Русское княжество. Особых хлопот с освоением новых земель не было, мелкие стычки не в счёт. Так что в скором времени, мы уже владели около сотни городков, и селений по берегам Дуная, и немного вглубь страны.
   Вроде небольшая потеря, для огромного Болгарского царства, раскинувшего свои границы, от Черного моря до Адриатики, и от Дуная, до Византийских границ. Особенно если учесть, что Царскую казну никто не трогал. К золоту Святослав был совершенно равнодушен, для него это было только средство, для выполнения задуманных планов, и на данный момент, куда важнее было поддержать видимость добрососедских отношений.
   Хотя, трудно назвать добрым соседом того, кто вломился в твой дом, и занял там жилплощадь, даже утверждая, что это из добрых побуждений, и хозяева только выиграют от такого соседства. Поэтому, ничего удивительного не было в том, что некоторые несознательные элементы, не понявшие, какое счастье им приплыло в руки, взялись за оружие.
   В основе своей, это были простые граждане, так легко поддающиеся на красивые лозунги, и с безмерной храбростью отдающие свои жизни за достижение целей других людей. Сами же Боляре, смекнув какие выгоды сулит перемена власти, тут же присягнули на верность Святославу. Еще-бы не присягнуть. Все чем владели, при них и осталось, и налоги стали ниже.
   Святослав, особо не утруждаясь, ввел систему сбора налога как в Киеве, так что местные мастера поборов, только руки потирали, подсчитывая негадано свалившуюся прибыль им на голову, основную часть поборов, присваивая себе. Однако о патриотизме не забывали, показывая Царю свое рвение в борьбе с захватчиками. Еще прибавьте Церковь, у которой вдруг зашаталась земля под ногами, основную часть которой составляли выходцы из Византии.
  Тут и без Святослава не все гладко шло. Некоторые провинции начали выдвигать своих служителей культа, отправляя на родину ушлых Византийцев, и грозя основать свою Церковь, не подначальную Великому Патриарху, но с ними хоть Царь помогал бороться. А что будет, если они с пришлыми Руссами союз заключат? Вот и старались божьи люди, разжигая огонь ненависти к безбожникам, и призывая при каждом удобном случае уничтожать их по мере сил, позабыв о заповеди, не убий, и возлюби врага своего.
   Обеспокоенный всеми этими мыслями, я, было, сунулся к Святославу, и признаюсь честно, князь меня в очередной раз удивил. Вроде молод, да и вырос не в княжих хоромах, а среди суровых дружинников, вдали от матери, и знати. На первую войну в четыре года пошел, а с четырнадцати лет, так и то сплошные походы да битвы, где уж тут набираться политической мудрости, особенно когда чувств не скрываешь, и правду говоришь.
   Князь все прекрасно понимал, поэтому и разослал приказ, особо мятежников не убивать, а стараться просто разогнать, при случае поймав некоторых для опроса. Кто их к таким действиям побуждает? Как он мне сказал, лучше голову сразу отрубить, чем все время за хвостом гоняться. Церковь не закрывал, да пусть молятся, кому хотят, но от встречи с Церковными Иерархами отказывался, да ну их, время попусту тратить.
   Про налоги, так вообще отмахнулся, пусть люди сами видят, кто именно их грабит. Если и дальше терпеть такое будут, то и помогать им не стоит. Все одно ведь не поймут, и по-прежнему волками смотреть будут. А впереди, с полной уверенностью можно утверждать, предстоит противостояние с Византией, для которой мы здесь, как кость в горле, да не известно еще, как себя Царь поведет, который больше времени уделяет для получения собственных удовольствий, а не управлению на благо государства. Уж больно нежен, и податлив, и как все люди подобного сорта ужасно капризен.
   После разговора с князем, я покинул его столицу Переяславец, и двинулся к тысяче Твердохлеба, которая охраняла, и наводила порядок на западе наших новых границ. Далеко мы отъехать не успели, как попали в засаду. Вернее наш небольшой отряд обстреляли с луков.
   Сердце ухнуло в пятки, когда Годен, с двумя стрелами в груди свалился под ноги своего коня. Забыв о собственной безопасности, я дал шпоры коню, и направил его в придорожные заросли. Вся моя доброта в один миг испарилась, и меня просто-таки затопила злоба. Глупое решение, соваться в густые заросли, да еще на полном скаку, но все мы одинаковы, сначала делаем, потом думаем, если конечно повезет в живых остаться. Мне повезло, да еще и не один раз. Лучники стреляли с близкого расстояния, меня спасли чудо доспехи, ну не берут их стрелы, да и удар держат исправно, но об этом я естественно в тот момент тоже не думал.
  Первый, что попался на пути, оказался не робкого десятка. Не стал отскакивать в сторону, или убегать, как это сделали его подельники. А приладив стрелу, выпустил её в упор. Несмотря на наезжающую, на его лошадь. Как и говорил, результат не в его пользу, стрела отскочила от доспеха, а его от удара лошадиной груди, отфутболило на приличное расстояние, да конкретно приложило об землю. Не обращая на его уже внимание, я пустился вдогон удирающим.
   Лес лесом, но и там от коня убежать трудно, так что я их очень быстро настиг. Догнав первого, я уже занес меч для удара, но обернувшееся детское лицо, в последний миг заставило повернуть кисть, и вместо того, чтобы разрубить ему голову, я пластанул по ней плашмя, что в принципе тоже плохо отражается на здоровье, что парень и подтвердил, рухнув на землю как подкошенный. Дальше преследовать врага мне расхотелось. Злость еще кипела внутри, но рубить подростков, просто рука не поднималась. Выскочившая следом за мной из густого подлеска Ирма, остановившись рядом, удивленно посмотрела на меня.
  -Ты чего? Уйдут ведь. - Ткнула она мечом в мелькающие между деревьев фигуры.
  -Это дети. - Указал я мечом на лежавшего на земле. Ирма посмотрела, на распростертое тело.
  -Ну, ты не виноват, - принялась она меня успокаивать. - Кто же знал, что это отроки. На войне такое часто происходит, молодежь ведь всегда в первых рядах на нее бежит, все прославиться мечтает.
  -Ты чего? - Удивленно посмотрел я на Ирму. - Жив он, только как очнется, головой маяться будет.
  В этот момент из кустов вылезли пешими, Жила, Инги Маленький, и Скегги Молот. В Инги Маленьком торчало аж три стрелы, но видно это его мало беспокоило, парень все одно готов был крушить всех и вся. Особенно если судить, с каким звериным ревом, он вылетел из кустов. Чего греха таить, даже мне не по себе стало, при виде этой разъяренной громадины. Следом за ним, Жила и Скегги, тоже готовые всех крушить на своем пути, и точно так же, как и Ирма, непонимающе уставились, теперь уже на нас обоих.
  -Берите этого, - указала мечом на парня, Ирма. - И, пошли обратно. Сегодня драки больше не будет. - И подумав, добавила. - Наверное. Кто же его знает, сколько здесь сейчас таких героев, по лесу шастает. - И посмотрев на Инги Маленького, попросила. - Ты-бы это, повыдергивал их что ли, а то больно на ежика похож. Надеюсь, не сильно зацепили?
  -Да не особо. - Засмущался от такого внимания Инги. - Просто, время зря терять не хотел, да и не сильно-то мешали.
  О как, три стрелы в теле, и не очень-то мешают. Мне аж завидно стало от такой выдержки. Я-бы, наверно уж точно, Ирме плакался, что от боли помираю, выканючивая хоть каплю сострадания, и внимания к своей персоне. Выйдя из подлеска, я бросил вопросительный взгляд на Стешу, склонившуюся над Годином. Она, глянув на меня, отмахнулась рукой.
  -Особо ничего серьезного, просто ударился шибко, когда с лошади навернулся. Одна стрела в кольчуге засела, только кожу оцарапала, а вторая предплечье пробила, но ничего серьезного. - А в глазах тревога.
  Ничего серьезного не бывает, это я точно знаю. Люди и от простого пореза умирают, загноится рана, и все, поминай, как звали. Я сплюнул трижды через плечо, еще накаркать не хватало, и глянул на стрелы, которые Стеша уже достала из тела Година. Ага, вот в чем закавыка. Одна стрела с широким наконечником, поэтому, и не пробила кольчугу, видно такие же, и в Инге сидят, а вот вторая, с узким наконечником, как раз меж звеньев прошла.
   В который раз повезло. Первое, что мы в броне были, и второе, парни из засады стреляли обычными стрелами. Видно думали, мы бездоспешные будем. Расчет правильный, обычно доспех только перед боем надевают, тяжело в нем, вот так мотаться. Только у меня привычка выработалась, я на чужой территории все время в доспехе хожу, не один раз уже выручало. Да и чего не ходить, доспех-то у меня на удивление легкий, да и особых неудобств не доставляет, и из чего его только Ваны склепали. Ну, а парни, глядя на меня, эту привычку тоже переняли. Им, конечно, похуже будет, но ведь пригодилось.
   Я оглянулся на шум. По дороге, по которой мы только что проехали, к нам на рысях поспешала кавалькада верховых. Оказывается, ничего еще не кончилось. Вот-же угораздило, едри его в корень. Я бросил быстрый взгляд по сторонам. Вроде все спокойны, никакой паники. Жила закончил вязать пленных, а варяги выстроились, плечом к плечу, передо мной с Ирмой. Лица спокойны, как будто ничего особенного не происходит.
   Стеша оттащила Година с дороги к кустам, и встала рядом с Жилой, теребя на поясе метательные ножи. Ирма встала рядом со мной, достав свой излюбленный, мной подаренный клевец. Ее меч еще находился в ножнах, но я точно знал, это ничего не значит. Глазом не успеешь моргнуть, а он уже будет в руке.
  По этой же причине, и я не спешил доставать оружие, кто его знает, что это за люди, а вдруг они просто мимо ехали. Глупое предположение, но уж больно желания не было, сейчас мечом махать. Подскакав ближе, они остановились метрах в пяти.
  -Кто такие? И что вы делаете на моей земле? - Задал, вполне не уместный вопрос всадник, выехавший чуть вперед остальных.
   Почему не уместный? Да потому-что, в своих владениях, в броне не ездят, если только подраться с кем не решил. А он в броне, да и люди его тоже. Десятка полтора, не меньше. Так что, особого перевеса у них нет, хотя и попотеть придется, если что. Главное чтобы лучники не вернулись, а то будет ой, когда в спину ударят, да еще, если додумаются бронебойными пальнуть.
  -Мы, люди князя Святослава, по своим делам ехали. Да только вот, разбойнички у вас тут балуют. - Указал я рукой на связанных лучников, причем один уже пришел в себя, тот, что постарше, и с надеждой взирал на верховых, и губы растянулись в ухмылке. Теперь уж точно сомневаться не приходиться, ребята действуют заодно. - У нас за такой недосмотр, и права на владение лишают. Короче, гонят поганой метлой, потому как никому такой хозяин не нужен, коль со своими обязанностями не справляется. - Улыбнулся я верховому.
  -Почем мне знать, что ты не врешь? Может, это вы сами, те разбойники и есть? - Нахохлился предводитель, а глазки недобро так, стали меня буравить.
  В этот момент, Инги, наконец, вспомнил о стрелах, и, повыдергивав их из своего тела, молча откинул в сторону. Причем, не один мускул не дрогнул на его лице. Воины, что находились чуть позади своего предводителя, перебросились многозначительными взглядами, было видно, что их боевой настрой немного притух. Одно дело, добивать раненных и бегущих, и совсем другое, схлестнуться в смертельном бою с варягом, да еще таким грозным на вид, как наш Инги Маленький.
  -Мне послышалось, или ты всерьез, воинов Князевых, разбойниками назвал? - Я сделал пару шагов в его сторону, и не двусмысленно положил руку на меч.
  -Бьем? - Шепотом спросила Инга.
   Я даже спиной почувствовал ее напряжение, она словно сжатая пружина, только ждала сигнала, чтобы распрямиться. Можно было и ударить, для меня и так все ясно, да и Святослав ничего против не скажет, тем более если учесть, что гонцы наши пропадают бесследно, так что приходится целый десяток, а то и два с ними отправлять.
   Все так, но ведь разговоры, да слухи нехорошие поползут, что мол, Русы, Болгарскую знать изводят, ни за что, ни про что. Тут ведь всех не положишь, обязательно кто-нибудь ускользнет, а оно нам надо? Так что, нужно чтобы они первыми напали, а нет, так я жалеть не стану. Пусть Святослав сам потом разбирается.
  -Если все, правда, как ты говоришь? - Сделав вид, что не услышал мои вопросы, после небольшой паузы заговорил болярин. - То с этими разбойниками я сам разберусь, это мое право.
  -Этих разбойников. - Я кивнул на связанных. - Я отвезу к Святославу, чтобы он узнал у них, кто их надоумил на его воинов нападать. А тебе, коль точно охота есть, стоит тех поймать, что сбежали, да неплохо было-бы и их пораспрашивать, кто это в твоих землях воду мутит.
  Понятное дело, болярина такой расклад не устраивал, но и нападать он все еще не решался. Видно присягнул на верность Святославу, и терять просто так, за здорово живешь свои земли, не очень-то и хотел. Тоже ведь отчетливо понимал, ударь первым, и все, обратной дороги не будет, он сразу-же из уважаемого болярина переходит в стан предателей, а их, как известно очень сильно наказывают. Даже если сбежит, то земель своих точно лишится, а вот получит ли он новые владения от Петра, еще вопрос. Может и так обернутся, что Царь Петр его сам выдаст, лишь-бы не портить отношения со Святославом. Все это, отчетливо читалось у него на лице, но похоже парень, никак не мог, ни на что конкретное решиться.
  -Да что ты с этими язычниками разговариваешь? - Раздался крик из-за спины болярина. - Бей их, с нами бог. Отправьте их в гиену огненную, где им самое место, гореть им вечно в огне, идолопоклонникам проклятым.
  Ну, вот и все, переговоры окончены, и пока противник еще только-только озирался на голос, мы ринулись без всякой команды в бой. Пара верховых, выпала из седла с ножами в горле. Лошадиная голова болярина встретилась с молотом Скегги, после такого знакомства, лошадь естественно, решила отдохнуть, а ее хозяин покатился кубарем на землю. Инги, уже рубил на право, и налево, прямо в гуще всадников, парень удивительно быстро двигается для своих размеров. Рядом с ним, приплясывая, махал мечом Тьялви Молчун.
   Ирма, запрыгнув в седло своей лошадке, носилась вокруг ошарашенных Болгар, также, щедро раздавая удары, всем кто под руку подвернется. Жила, подняв над головой свой шестопер, радостно скаля зубы, также присоединился к этому буйству смертоубийства, да и Стеша в стороне не осталась. Стоя чуть поодаль швырялась своими метательными ножами. Один я, как великий тормоз стоял на месте, и просто смотрел на это безобразие. Правда, длилось оно не долго.
   Болгары, лишившись сразу командира, и потерявшие почти с десяток бойцов, которые даже не успели достать мечи из ножен, не просто дрогнули, а сразу побежали. Так что, бой закончился, не успев толком и начаться. Нахлестывая лошадок, оставшиеся в живых Болгары, улепетывали не оглядываясь. Вдогон им никто не пошел, делать больше нечего, как по лесу гоняться, тут и так дел, невпроворот.
  Жила, первым делом, трофеями занялся, начал гоняться за бесхозными лошадками, да еще варяг к этому делу припутал. Те, сначала посмотрели на черепашку. Я имею в виду, распластавшегося на земле болярина, который слегка очунял после приземления, и теперь пытался подняться. Скажем прямо, дело тоже довольно не простое, уж больно много этот герой на себя железа навесил. И теперь, пытался хотя-бы перевернуться на бок, чтобы легче было вставать. Вздохнули пару раз, такого веселья лишают, но все же пошли помогать Жиле.
   Стеша, как только все закончилось, тут же метнулась к пришедшему в себя Годину, который пытался подняться на ноги. И только Ирма, продолжала развлекаться. Она, с искренним весельем гоняла по дороге странно одетого мужика, подхлестывая его ударами меча, чуть ниже спины.
  -Арт, смотри, я чертика поймала. - Крикнула она мне, счастливо улыбаясь.
  Тот, грозя какой-то анафемой, пытался убежать, смешно задрав руками свои одежды, чуть выше кален. Вот только это ему не очень удавалось.
  -Гляди-ка, он еще и лается. - Весело хохотала она.
  Я, конечно, понимал, что это она просто шутит. Уж на кого, а на этих служителей культа, мы успели насмотреться. Они ведь не только с деловыми предложениями, о взаимовыгодном сотрудничестве, к Святославу подкатывали, но и к Твердохлебу тоже. Думаю и Спирка, что сейчас при дворе Царя Петра, стороной не обошли. Хватка у них такая, что любой купец обзавидуется.
   Видать не получилось у них по-хорошему, решили по-плохому. Ну да это не моя головная боль. А вот Святославу, что-то с этим делать придется, как ни крути, а людям они здесь здорово мозги закрутили.
  -Ты там поосторожней, не зашиби этого черта ненароком, а то потом вони не оберешься. А оно нам надо? - Крикнул я Ирме, и пошел, к все еще пытавшемуся подняться болярину.
  -Не боись, не зашибу, токмо еще малек погоняю, уж больно смешно бегает чертяка. - Радостно отозвалась Ирма.
  -Лучше-бы трофеи собирать помогла, а не дурью маялась. - Проходя мимо меня, и ведя в поводу коня, буркнул Жила. - Вон, сколько добра еще под ногами валяется, а погонять дурня, и потом можно.
  Ну что тут ответишь, правильно, нечего. Вот и я промолчал, и вообще сделал вид, что ничего не услышал. Уж больно, больная это тема, для Жилы.
  -Ну что мил человек, видать, не счастливый день у тебя сегодня. - Присел я рядом с болярином на корточки. - Да не пыхти ты так, сейчас ребята освободятся, помогут подняться. Ты лучше скажи, за каким лешим тебя на измену потянуло?
  -Нет в том измены, чтобы землю свою от ворога боронить. - Зло пропыхтел болярин, и попробовал плюнуть в мою сторону.
  Правда, и это ему не шибко удалось, слюна дальше подбородка, почему-то не пожелала лететь, да и сам выглядел он сейчас довольно жалко. По сути, конечно, его, правда, и ненавидеть нас, как захватчиков можно, только вот нефиг было на верность присягать, тогда-бы и разговор другой был. А так, сам прекрасно понимает, чем ему все это светит, отсюда и злоба лютая, на страхе замешанная.
  С таким настроением разговора не будет, зря только время потеряю. Я поднялся, и отошел в сторону. Ну и черт с ним, с разговором этим, жаль, что он за собой отроков потянет, ну опять-таки, не мне решать. Хотя, может Святослав меня и послушает, парней не трогать. Голову болярина не жалко, сам дурак себя перехитрил, одним седалищем в два седла сесть удумал, а этим дурням молодым, просто мозги запудрили. Я подошел к отрокам.
  -Ну что, разве это того стоило? Свою молодую жизнь не известно за что расходовать? - Посмотрел я на пришедшего в себя паренька. - На кой вам вообще, этим разбоем промышлять приспичило. Неужто, мы так вашему селению насолили, что за оружие хвататься тяга появилась?
  -Вы землю нашу отняли, свободы нас лишили, оброками обложили. Хватит причин, или еще добавить? - Паренек гордо вскинул голову.
   С гонором, это хорошо, главное, чтобы этот гонор, мозги не затуманил.
  -Скажем так, земля мне твоя ни к чему. И уж точно, я ее не брал. - Похлопал я себя, тем самым показывая, что никакой земли у меня нет. - В клетку тебя тоже вроде не садили, раз по лесу с луком шныряешь. Ну и насчет оброков, это не к нам, а вон к нему. - Кивнул я головой в сторону болярина. - А Святослава налог известный, куна с дыма, вот и весь оброк.
  -Брешешь. - Парень аж подался вперед, всем своим телом.
  -Собаки брешут, - усмехнулся я. - А мне, это как-то не с руки. Головой своей подумай, ради чего мне тебе не правду говорить. Я тебя не знаю, да и любить тебя особо нечего, все-таки ты в нас стрелами швырял. Мы конечно пришлые, но вреда вам, вроде не делаем. Так может, лучше в мире жить, в горло друг дружке вцепиться, всегда успеем. Это уж точно, дело не хитрое.
  -Да что теперь. - Мотнул головой парень. - Все одно ведь голову срубите.
  -Ну, если слово дашь, оружие против нас не подымать. Если, только сами не напросимся. - Добавил я, видя, как тот напрягся. - То так и быть, замолвлю за тебя слово, перед Князем.
  Парень метнул быстрый взгляд, на все еще лежащего без сознания, товарища.
  -Да и за него тоже. - Поняв, о чем он подумал, кивнул я головой. - Так что, думай парень, думай.
  -А тебе какая с этого выгода? - Сощурил он глаза. - Вроде мы не родня, да и знакомы раньше, не были. С чего-бы ты вдруг, решил за нас заступиться? К тому же, вон и воина твоего, подстрелили? За одно это, легко головы рубят.
  -Наверное. - Я устало посмотрел на парня. - Только, походил бы ты с мое по свету, да помахал бы столько мечом, сколь я, таких бы вопросов не задавал, да и цену жизни бы понял. Кровушку, без толку, только нечисть всякая льет, а тот, кто все время в обнимку со смертью ходит, хорошо ту цену понимает. Ладно, что уж тут говорить. Я предложил, а ты сам думай, все же тебе самому решать, куда дорога твоей судьбы повернет. - Сказав все это, я отошел от парня.
   Пусть сам думает, да сам решает. Посмотрел в сторону Ирмы. Она уже, не столь ретиво, гоняла служителя культа. Устал тот бедолага, вон, даже язык высунул, как собака, да пыхтит так, что здесь слышно. Да, и спеси, заметно поубавилось, уж не лается больше.
   Чем больше, я здесь об этой вере узнаю, тем больше ее не понимаю. Нет, с Господом Создателем все понятно, о нем не только я, но и боги знают. Хотя, знать это одно, а вот так вот верить, это другое. Я вот, не просто знаю, а даже, довольно часто общаюсь, с некоторыми из них. Но вот, всему ли я верю? Интересный вопрос.
   Одно понятно, с нашими богами, жить как-то проще. Взять, к примеру, волхвов, тоже ведь служители божьи, но в жизнь людей особо не лезут. Домов божьих, не отстраивают, а чего строить, весь этот мир и так им домом является, да и столько добра на себе не таскают. Если так разобрать, то они больше похожи на последователей этой новой веры. Сын божий, когда здесь на земле жил, не столько о злате беспокоился, сколько о душах.
   Правда, заповеди его, во всяком случае, для меня, не выполнимы. Да пожалуй, никто их соблюсти не сможет, в нашем мире, это точно. Ох и темное это дело, религия, особенно то место, где одни люди другим, всякие темные дела, от имени Господа прощают. У нас, конечно тоже можно откупиться, к примеру, виру потерпевшим выплатить, но не от всех, и не всегда. Злобы, да жестокости, конечно, хватает и у нас, но вот лиходеев разных меньше, чем в этом цивилизованном мире. Где те, кто служить должен, в золоте утопают, а хозяева с голодухи пухнут.
   В одном конечно Велес прав, нужно постараться как можно дольше, эту заразу в наши земли не пускать. Для меня вывод прост. Вера в Господа, это одно, служение церкви, это другое, а моя жизнь, это третье. И только я сам решаю, кому больше верю. Создателю, или людям, от его имени говорящим.
  -Оставь ты его. - Крикнул я Ирме. - А то ведь совсем замучила, того и гляди свалится, еще потом, тягай его на себе.
  -А чего его с собой тягать? - Пожала плечами Ирма. - Пущай катится, на все четыре стороны.
  -Не-е. - Помотал я головой. - Святославу свезем, пусть он решает, что с этим подстрекателем делать. Не будь его здесь, ничего бы и не случилось. Во всяком случае, этот, - я кивнул головой на болярина. - Уж точно бы в драку не полез.
  -Во - во, - встрял в наш разговор Жила. - Да и добра вон, сколько на себе тягает, а оно теперь по закону наше. Глянь, какие кольца на руках, да и цепь на шее серебряная такая, что псы обзавидуются, а в том кресте золота столько, что почитай, поболей, будет, чем мы все, за этот поход получили. Никак яво отпущать нельзя, во всяком случае, пока добро не снимем.
  -Жила, его не трогай. - Попросил я Жилу, который уже направился к священнику. - Пусть все это добро, при нем и остается, нам от него только одни неприятности будут.
  -С чего ты взял? - Остановившись, посмотрел он удивленно на меня.
  -Не знаю. - Пожал я плечами. - Только поверь, так лучше будет.
  Жила бросил тоскливый взгляд на священника, помотал головой, и пошел снимать доспехи с болярина. Сбор трофеев много времени не занял, но когда мы решили, по своему обычаю, развести погребальный костер, для павших Болгар, появилась проблема. Оказывается, по их вере, палить покойников нельзя, потому как они в ад попадают, и горят там вечным огнем, это же надо было такое придумать.
   Короче, их надо в землю закопать. Ну, я то уж точно, яму рыть не буду, да и инструмента у нас для этого нет. Плюнуть бы на все, да оставить их лежать, где лежат, им уж точно теперь, все одно, а у нас еще раненые, не всех же мы насмерть порубили, и их не бросишь, да путь обратно в Переяславец, время займет, а время уж к вечеру подкатило.
  -Что, так и оставим их здесь лежать? - Посмотрел я на своих. Все немного попересматривались, но по виду понял, что такому решению, никто особо противиться не будет.
   Я уж было решил, дать команду двигаться, как голос подал, наш пленный лучник.
  -Тут мое поселение недалеко, отпустите меня, я своих приведу, мы сами и похороним по нашим обычаям, да еще телеги для раненных прикатим. - Посмотрел он мне прямо в глаза.
  Я переглянулся с Ирмой, она неопределенно пожала плечами, мол, решай сам. То, что парень просто сбежать надумал, меня не сильно беспокоило, и без него опрашивать, кого есть. А вот если правду сказал, то это действительно выход, раненых на лошадей, не очень-то и посадишь, а пара таких, что вообще двигаться не могут.
  -Далеко твой поселок? - Спросил я парня, развязывая путы.
  -Да нет, - растирая затекшие кисти, ответил он. - Тут, за лесом, где-то в часе ходьбы.
  -Бери тогда коня, чтобы быстрее было. - Предложил я ему.
  Жила как услышал, что я еще и коня даю, вроде как слюной подавился.
  -Да ты что Арт? Он ведь точно не вернется, а ты ему еще коня даешь, да над нами все потешаться будут, как узнают. А если, он с собой еще кого приведет, нам что, приключений на сегодня мало было?
  -Ну не вернется, так не вернется. - Пожал я плечами. - А приведет кого, то так тому и быть, если выживем, можешь ругать меня, сколько влезет, слова в ответ не скажу. - И повернулся к парню. - Долго ждать не будем, час, может чуть больше от силы.
  Парень кивнул головой.
   - Я быстро, даже если не дождетесь, я сам вас нагоню, обещаю.
  -Тебя хоть, как звать? - Спросил я его.
  -Стайко. - Вскакивая в седло, ответил парень. И уже сидя в седле, повернулся ко мне и спросил. - Брата отпустите, если вернусь? Это я его подговорил, он вообще идти не хотел.
  -Отпущу. - Я согласно кивнул головой.
  Стайко свое слово сдержал, правда, припозднился чуток, мы уж было, в дорогу двинулись, под недовольное бурчание Жилы, когда сзади увидели приближающихся людей на телегах, и махавшего нам рукой Стайко. Так что, все получилось просто замечательно. Перегрузили раненных, и пленных на телеги. Брата Стайко, как и уговаривались, отпустил. Местные, принялись хлопотать над телами своих соотечественников, а мы спокойно, без напряга, двинулись в путь до Переяславца. Куда, правда среди ночи, благополучно и прибыли.
  
  Глава 4
  Закон равновесия гласит,
  Удача, всегда компенсируется неудачей...
  
  Зиму, мы перезимовали в Болгарии, как и планировали, только, правда к Твердохлебу, так и не добрались. Виной отчасти, было ранение Година, вроде и рана не слишком серьезная, но иногда, и невинный порез смертельным оказывается. Вот и у Година, все не совсем хорошо получилось. Рана воспалилась сначала, а потом и подгнивать начала. Короче, пришлось вырезать мясо вокруг раны, чтобы зараза дальше не распространилась. Это не всегда помогает, но в нашем случае повезло, гниль отступила. А после того, как мы из Переяславца, в деревню Стайко перебрались, так он вообще гигантскими шагами на поправку пошел.
  Все-таки, не городские мы жители, с его шумом, теснотой, и спертым воздухом. Для нас на природе жить, как-то веселее. Естественно, местные жители поначалу отнеслись к нам, хоть и не с явной враждебностью, но и без особой радости. Все время настороженно поглядывая в нашу сторону. Я их понимал, как ни крути, но ведь пришлые.
   Правда, после того, как к ним сборщики налогов пожаловали, немного оттаяли. Так, как те, завидев нас в деревне, лишнего не взяли, да долго не задерживались. Предпочтя, побыстрее покинуть, не столь гостеприимное место, с их точки зрения. Даже, новый владелец этих земель, почему-то решил объезжать нас стороной. Старого-то, этого Павла Пореза, Святослав все-таки казнил, ну и еще парочку смутьянов вместе с ним. Тех, что особо рьяно на дорогах баловали. Не помогло даже, что он всех заговорщиков сдал.
   Ребята, можно сказать, отделались испугом, но ясно уяснили, Святослав шутить не любит, и особо строг к предателям. После повторной присяги, теперь усиленно свою верность демонстрируют. По всем дорогам их разъезды шныряют. Так сказать, порядок наводят. Хотя, если быть до конца правдивым, нападения на дружинников прекратились. Дороги действительно, стали более безопасными.
   Все это хорошо, жаль только, что настоящего виновника пришлось отпустить. Я не только про того мниха, что нас бить подстрекал. Таких как он, много. Только, Святослав прав. Нельзя их трогать, с ними по-другому надо, они ведь только единой верой называются, а на самом деле, там своя, незримая борьба за власть идет.
   К примеру, Болгары хотят своих служителей поставить, чтобы от влияния Византии избавиться, да и службу вести, на понятном простым людям языке. Именно Боголюбы, так они себя называют, и посоветовали Святославу, служителя отпустить. Объяснив, что вся их вера, на страдальцах построена. Вот, отруби служителю культа голову, его сразу, в местные святые определят. И ведь всем плевать, что он не за веру свое получил, а за то, что народ баламутил.
   О первых мучениках, ничего не скажу, те действительно за веру страдали. А, как иначе, их сам Господь вел, а вот, потом. Если верить Велесу, чистой верой людей, просто пользуются, но это и так понятно. Поэтому Господь и учил, отдайте кесарю кесарево, и служите обряды, если хотите. Только не они очищают душу, а сам человек, его дела и помыслы, и для того, чтобы общаться с богом, посредники не нужны. Господь в каждом из нас. Я не понимаю, как это, и не все мне подходит.
   К примеру, десять заповедей, вообще, на мой взгляд, не выполнимы человеком. Это, какой же нужен мир, где люди не будут воевать друг с другом, где не будет воровства и насилия. У нас к примеру, с ворами, да разбойниками разговор короткий, но ведь все одно появляются. Хотя и не скажешь, что люди к лихоимству склонны. Да, с детства, любой ребенок знает, что воровать да грабить, это не хорошо.
   Честно признаюсь, всю зиму над этой верой голову ломал, да слушал служителя культа от Боголюбов, что в местный приход определили. Правда, странно было, как его здесь величают. Жители почему-то, святым отцом называют. Вот это, совсем не понятно, какой же он им отец, да еще и святой? Видел я их святых, что на куске дерева намалеваны, у них над головой, обязательно желтый такой кружок нарисован, а он, без этого кружка ходит. Может, прячет где, до времени?
   Да и это не особо важно. Вот нас, идолопоклонниками называют. Мол, вырезали истукана с куска дерева, и ему поклоняемся. А сами-то, чем лучше? На том же куске дерева, картинку намалевали, да и лупят возле нее головой в пол, а еще, лобызают зачем-то. Вот и разбери, в чем тут разница. Правда, зачем этим картинкам так истово кланяются, не спрашивал, и так, как на нечисть какую поглядывают, когда я свои вопросы задаю. А их, как ни странно много.
   Вот, с теми же картинками, например. Господь им говорил, что нет в том святости, куску дерева поклоняться, да и не стоит им лик Господень на них малевать, однако же, рисуют, и молятся. Мы, к своим богам обращаемся, только когда нам что-то нужно, да и то, прекрасно понимаем, что они, и не всегда услышать могут. Поэтому, особо на них не надеемся. Помогут, хорошо. Не помогут, ну что же, так тому и быть. А тут все с оглядкой, как будто он постоянно, за всеми наблюдает. Но, если наблюдает, почему порядок не наведет?
   Хотя-бы, среди тех, кто утверждает, что его слугами являются. Люди здесь конечно, хорошие живут, добрые да работящие. Вообще-то, таких, по всему миру большинство. У простого человека, и запросы простые. Урожай собрать, за скотиной добрый уход обеспечить, детей вырастить. Только, ощущение здесь такое, что ими просто, как пешками в игре пользуются. А вера, средство влияния, ну и запугивания, если придется.
   Многое, мне в этом учении нравиться. Да, что там многое, со всем написанным согласен, что в этом Новом Завете говорится, который Евангелием называют. Я, с нашим укладом жизни сравнил, и почему-то мне показалось, что мы ближе, в своем неверии, по этим законам живем, чем те, кто в них верит. А уж, как домой потянуло. Ведь, мы почитай, почти по заповедям живем. Только вот, сколько нам этот мир, еще времени на такую жизнь отпустил? Ведь, нет-нет, да и посылает разные испытания. А что будет, когда он полностью на нас навалится?
   А, ведь рано, или поздно, но так и случится. А мы тут, по чужим землям шаримся. Одно дело, сходил в поход, да обратно воротился. Другое, без толку его, по чужим землям тратить. Я, не раз делился мыслями, по этому поводу, со всеми нашими. Даже Ирма, хоть ей здесь очень понравилось, согласно кивнула головой, когда я по весне предложил двинуться в обратный путь, домой. Она мне постоянно советовала, не лезть в эти дебри с верой. Пусть те, кому надо, разбираются. У них свои боги, у нас свои. И уж точно, не стоит сравнивать, кто из них лучше, чтобы ненароком не обидеть, ни тех, и не других.
   Наученная горьким опытом гнева богов, она очень осторожно теперь говорит, на эту тему. Она абсолютно права, если людям так нравится жить, то это их право, и нечего мне в это свой нос совать. Каждый по-своему живет, и сам решает, как эту жизнь прожить, и в кого верить.
  Вещей у нас, не так уж и много, поэтому и сборы были короткие. Да, особо и прощаться было не с кем. Никто особо, нашим уходом, не опечалился. Так, только Стайко, вышел пожелать доброго пути, и как не странно, священник перекрестил нас на дорогу. Это, что-то вроде, чтобы путь у нас был, легкий и безопасный. Надеюсь, что не ошибся, и правильно этот жест истолковал.
  Через несколько часов, мы были уже в Переяславце. Так ведь просто, не уедешь. Все же считалось, что мы вроде гарнизонную службу несем, за что нам исправно, к великой радости Жилы, платили. Да еще, содержание полное получали, так что никаких проблем, с питанием и деньгами, мы точно не испытывали. Но, просто так, тоже не уедешь. Все же, надо Святослава в известность поставить, о своем решении домой уйти.
   Разговор, прошел буднично. Святослав кивнул головой, и даже ни слова не сказал по этому поводу. Единственное, попросил на обратном пути, в Киев заглянуть. Передать письмо матери, да с Путятой переговорить, который подкрепление собирал, чтобы долго с ним не тянул, тут каждый воин на счету. Сейчас пока все спокойно, но что так продлится долго, Святослав не верил. Да и Калокир, теперь уже бывший посол византийский, все время нашептывал, что мы здесь в Болгарии, как кость в горле для многих, и мириться с нашим здесь присутствием, никто не собирается.
   Непонятный он, вместо того, чтобы к себе на родину податься, после переговоров, так возле Святослава остался. Ведь понятно, такой поступок в Константинополе, оценят однозначно, как предательство. Понятное дело, какой-то интерес у него в этом есть, но какой? Да впрочем, мне-то какое дело, Святослав не маленький, сам все хорошо понимает.
   Вон, как он ловко, со своим новым княжеством управляется. Кто-бы подумал. Ведь в Киеве, всем мать его, Княгиня Ольга, заправляет, а его даже близко не подпускали к делам. Воевать воюй, коль охота, а во внутренние дела не суйся. Не думаю, чтобы Святослава такое отношение сильно огорчало, он и сам, всем своим видом показывал, что вся эта государственная морока не для него.
   А, здесь в Болгарии, словно подменили. Святослав показал, что не только воевать умеет, но и с управлением у него проблем нет. За осень и зиму, не просто территорию удержал, а ведь укрепил, да торговые отношения выправил, что раньше и не снились Киеву. По Дунаю торг, не только с Уграми наладился, но и с Германским императором Оттоном. Вначале, послов на переговоры прислал, а вслед за ними купцы потянулись.
   Северный путь, хорош до Новгорода, но опасен. Как ни как, а море, Варяжским, неспроста назвали. Встретить в нем боевые дракары, раз плюнуть, и не факт, что миром разойдетесь, откупившись частью товара. Дунай, в этом плане, намного безопаснее. Да и для купцов западных ближе. Впрочем, и Киевские купцы, в накладе не остаются. Практически все теперь, вместо Константинополя, да Корсуни, на Переяславец переключились. Все же, свой город, а не чужой.
   Болгарам от этого, тоже выгода неплохая. Я имею в виду тех, кто под рукой Святослава находится. Вроде, как-бы были на отшибе, а теперь смотри ты, как все оживилось. Но, что торговле хорошо, то властителям не очень. Оттон, не оттого так добр стал, что ему вдруг, так поторговать захотелось. Тут, в другом дело. Во владениях не спокойно, мятежные князья спокойно править не дают, да и церковные овцы, показывают свои волчьи клыки. Угров, мирными соседями никак не назовешь, но, там еще старый спор, а тут еще Святослав пожаловал, с которым Угры в тесном союзе. Весть о его походах, по всему свету разошлась. А ну как с Уграми сговорится, да к нему в гости нагрянет? Такое соседство мало радости несет, только тревогу, да тяжкие думы.
   Никифор Фока, Басилевс Византийский, тоже призадумался. Он ведь не думал, что Русь в Болгарии останется, а оно вон как обернулось. Войско Болгарское разбили, только легче от этого не стало. Святослав и Петр мир заключили, а это не к добру. Да еще, посол бывший, Калокир, в Константинополь не торопится, небось, подлое замышляет, собака. Он ведь, родом с Корсуни, а там давно о независимости от Царьграда мечтают, да и интерес к этому городу Руси, тоже известен. Ну, как тут, спать спокойно?
   И, потянулись эмиссары в Болгарскую столицу, напомнить единоверцам, что они братья во Христе, и заодно должны стоять, в деле борьбы с язычниками. А чтобы союз крепче был, предложили договор, династическим браком закрепить. Сыновей бывшего императора Романа, на дочерях царского рода женить. Ну, как тут, против такого предложения устоять.
  Конечно, все это Святослав и без меня знал, поэтому и просил передать, чтобы Путята с подкреплением поторопился. Ведь, предсказать точно, сколько этот мир продержится, никто не возьмётся, и лишними дружинники, уж точно не будут. Может, на фоне всего этого, наш отъезд не ко времени, но только ведь и я, не Киевский подданный. Да и силой особой не располагаю, одна только польза, байки, что про меня плетут, но тут и без меня героев хватает. Одним больше, одним меньше, какая разница.
   Домой добираться, решили пешим путем. Морем, конечно хорошо, но для управления ладьей нас маловато, а потом, через пороги ее тащить надо. Мало того, что не легкое это дело, так ведь там еще и Печенеги разбоем промышляют, поджидая небольшие караваны. Может мы и не очень-то им по зубам пришлись-бы, но лишний раз звенеть мечами, рискуя своей головой, как-то неохота.
   Пеший путь, тоже, особой легкостью не баловал. Первый раз этой дорогой идти будем, и с какими трудностями столкнемся, узнаем только в пути. Но именно это, как ни странно, и определило выбор. Переход, в родные земли, оказался почти будничным, если не считать пару мелких происшествий, о которых и упоминать не приходится.
   Путяту мы встретили, за несколько переходов от Киева. Он, с пятью сотнями дружинников, и сам в путь уже собирался, так что просить его поторапливаться не пришлось. Только вот, с уходом, ему пришлось повременить. Однако, быстро Болгары с Византийцами, сговорились. Но, это стало известно позже. А сейчас, весть от Претича пришла, что с небольшой дружиной на охране Киева остался, о том, что Печенеги город обложили. Так что пришлось поворачивать коней назад, и со всей поспешностью возвращаться, отправив Святославу только гонца, с нерадостной вестью.
   Нужно отдать должное Претичу. Он не стал дожидаться, когда мы подойдем, а посадив своих дружинников в лодки, ударил по Печенегам, пробившись к воротам, и выведя из города Княгиню Ольгу с детьми Святослава. Печенеги, уверенные, что дружины в городе нет, этого точно не ожидали, и слегка ошарашенные случившимся, от города отвалили. Хотя горожанам от этого легче не стало. Попробуй за городскую стену выйди, враз стрелу, аль Печенежский аркан поймаешь.
  Конечно, нужно было с этим, что-то делать. Вот только нас чуть больше пяти сотен, против орды. Да еще Княгиня, всех своим нытьем достала. Мол, вот к чему приводит, когда Императора Византийского не слушаешь. Побили-бы Болгар, да домой вернулись, ничего такого-бы не случилось. Доля правды в этом есть, кто же спорит. Но, только ведь мы не на побегушках у Басилевса, который, нашей кровью, свои счета оплачивает. Да и самой раньше думать надо было, когда Святослава к управлению не допускала. Наверное, это тоже, свою роль немаловажную сыграло, в его решении обосноваться в Болгарии, вдали от маменьки. А теперь, видно то говорит, что ей в уши вводит ее духовный наставник, которого она после крещения, из Константинополя с собой привезла.
   Вот, с ним, у меня отношения не сложились. Я его, как-то попросил, свой нос в наши дела не совать, на одном из советов. Так мало того, что он на меня волком косится, так еще и в немилость к Ольге угодил. Хотя, плевать мне на ее немилость, о чем, я ее тут же известил. А если ей по делу сказать нечего, то пусть сидит, где в сторонке, и не мешается под ногами у тех, кто проблему решает.
   Понимаю, она к такому обращению не привыкла, и даже грозить пыталась, и требовала, чтобы Путята меня тут же наказал, усекновением головы. Но только сейчас было, не время и не место, для подобного поведения. О чем он ей и попытался объяснить. Правда, без особого успеха. По этой причине, больше на военные советы, княгиню не звали, а ее духовника, когда он сунул нос к нам, я просто вышвырнул, пригрозив в следующий раз голову, отрубить, коль до него не доходит.
   Как это воспримет Святослав, об этом не думали, не до того было. Конечно, сидеть, сложа руки, и дожидаться помощи не собирались, но особо на рожон, тоже лезть смысла не было. Помимо Святослава, гонцов еще отправили и в Новгород, к Вадиму, а также во все подчиненные Киеву княжества, чтобы как можно быстрее полки собирали. Ну, а сами двинули к Киеву. От стен далеко не отрывались, но близко сунувшихся Печенегов, тут же уму разуму учили.
   По моей просьбе, гонца отправили и к нам в поселок. Все-таки, так у стен толкаться, не особо эффективно, вот я о своих Сером и Чепраке и вспомнил. С ними-то можно, даже небольшим отрядом, и немного в тылу у Печенегов побуянить. Заодно полонных попытаться отбить, что точно Печенеги на продажу нахватали. Всяко лишними, точно не будут, заодно может, и дуться на меня перестанут, что в поход не взял.
   Печенеги, через некоторое время перемирия запросили. Мы естественно согласились, оно-то нам как раз на руку, пока силы подтянутся. Но, это перемирие, не означало мир. Печенеги, потихоньку грабили пригороды, да деревни, мы по мере возможности, старались все отбить обратно. Тут-уж, не большие дружины дело решали, а небольшие подвижные отряды.
   Первыми, к нам на помощь, мои собачки прибежали. Ну, кто-бы сомневался. Которые, тут же обрадовали, что большая часть мужского населения за ними идет, к нам на выручку, во главе со Сверриром.
  -Ну, что Путята, - посмотрел я на Святославового тысяцкого. - Как мои подойдут, я поглубже двину. Может, даже к ним в степь загляну, на огонек.
  -Опасно это. - Почесал потылицу Путята. - Коль прижмут, на помощь никто не придет.
  -С моей-то охраной, и прижмут. - Посмотрел я, на невдалеке спокойно восседающих псов, возле которых крутилась толпа любопытных.
   Правда, близко подходить, охотников не находилось. Да и, поди, сунься, когда собака ростом, почти с лошадь, лапы не хуже чем у медведя, и клыки такие, что от одного вида плохеет.
  Тут же, и сыновья Святослава крутились, сбежавшие от своих нянек да дядек. В их возрасте, да пропустить такое зрелище. За внуками, княгиня, со своим духовником, собственной персоной пришла, детушек слабых, от воздействия бесовских сил спасти, нечего им на эту бесовскую силу дивиться. Зыркнула на меня злым взглядом, как будто я ей что-то должен, но ругаться не стала. Зато на духовника ее, любо дорого смотреть было. Бедолага, глаза выпучил, ручонкой возле себя машет, того и гляди отвалится, да все причитает.
  -Изыди, исчадие ада. Сгинь, в гиене огненной. Защити нас Господи, от псов сатаны.
  Ну, что с него возьмёшь, темный человек. Хоть и говорит, что образованный, и где-то там учился, а нас неучами обзывает. Увидел собак переростков, и такая реакция. Совсем они у себя там, в цивилизованном мире, изнежились, да от природы оторвались. А ведь раньше, у них чудес разных хватало. Говорят, люди-лошади по земле свободно бегали, кентаврами назывались, чудовища многоголовые шастали, кажется, гидрой такую тварь зовут. Да много чего было, только вот, где все делось?
  -Ты, еще долго, своими собаками хвалиться будешь? - Спросил нахмурившийся, стоящий рядом Путята.
  -Так, ты сам просил меня, с собой Претича взять. Только его ждем. - Я с удивлением посмотрел на тысяцкого, но проследив его взгляд, понял, почему он так вдруг озаботился.
   Княгиня просто испепеляла его своим взглядом. Понятно, это мне наплевать, потому, как тут не жить, а куда Путяте деться.
  - Давай тогда, чтобы время не тянуть, я двину потихоньку, а Претич, как соберется пусть догоняет.
  -Тебя догонишь. - После небольшой паузы, зло буркнул Путята. - Да и все одно, что так, что этак. - Махнул он рукой. - А гнева княжьего, уж точно не избежать. Раньше она такой не была. - Бросил украдкой взгляд в сторону княгини Путята. - А теперь, как будто злоба на весь мир душит. Видите ли, трудно ей среди язычников. Которые в упорстве своем, свет истинной веры разглядеть не хотят.
  -Да ладно тебе. - Пихнул я его локтем. - Перемелется, мука будет. Сейчас не об этом думать надо. Пока мы тут просто сидим, Печенеги, небось, уже все окрестности разграбили. Фиг с ним, с барахлом, людей-бы отбить, которых на невольничьи рынки сейчас волокут.
  -Так может, еще людей с собой возьмёшь? Как-то, маловато вас будет. Вы в восьмером, да десяток Претича, не та сила, чтобы что-то решить.
  -Так, я ничего решать и не буду. - Улыбнулся я Путяте. - Только, полонных отбивать стану, а сил на это, более чем достаточно. Тут, даже десяток Претича не нужен, а беру его только потому, что ему легче со своими договариваться будет.
  -Не забудь, он эти места, как свои пять пальцев знает. - Видно, задетый моими словами, перебил меня Путята. - А, без хорошего проводника, ты просто плутать будешь, по здешним лесам.
  -Смеешься, да? - Я кивнул головой в сторону Серого и Чепрака. - С этими парнями, я нигде не заблужусь. Уж поверь, они лучше любого проводника будут.
  Путята глянул в сторону моих песиков, и ничего не сказав отвернулся. Я его прекрасно понял, тут любые слова лишние, и так все сразу понятно. Против такого аргумента не попрешь. Вскоре подошел Претич, со своими людьми, и мы тронулись в путь дорогу. Через кольцо Печенегов, что стояли вокруг города, проскользнули словно играючи. Но пройдясь по округе, настроение немного упало.
   Судя по всему, Печенеги уже довольно долгое время тут хозяйничали. Многие деревеньки, да боярские усадьбы, не только разграбили, но и сожгли, а людей уже видно давно в степь угнали, и меня мучил вопрос. Как же так получилось? Как вышло, что ни Претич, ни Путята, ничего об этом набеге не знали? Ведь видно же, что он не вчера начался. Невольно, сравнил с нашими землями. У нас, как только кого подозрительного заметят, тут же Тройдена извещают, а уж тот тут же гонцов по всем своим землям с известием отправляет, чтобы в случае чего, готовы были врагу мать Кузьмы показать.
   Все эти думы, я и выложил Претичу. Тот, хмуро выслушал меня, не перебивая.
  -Все так, - кивнул он, соглашаясь со мной головой. - Только, мы от такого бережения, отвыкли. Ведь, уже давно всех соседей отучили, так к нам в гости ходить. Стычки на границе не в счет. Там своя жизнь. То кочевники на крепость нападут, то наши у них скотину угонят. На это, и внимания никто не обращает. А после походов Святослава, так и вообще о таком помыслить никто не мог.
  Вообще-то тоже верно. Ведь со времен Олега, никто на Киев не ходил. Наоборот, все вокруг боялись, чтобы Русы, сами вдруг на огонек не заглянули. Но былая слава это одно, а действительность совсем другое. И уж точно, о чем не следовало забывать, так это об организации оповещения. Тем более что это ведь совсем не сложно, гонца снарядить.
  -Ладно, - махнул я рукой, и посмотрел на Претича. - Понятно, тут уже никому не поможешь. Давай прямой дорогой на степь, авось кого перенять успеем. Караваны с пленными, да награбленным добром, не очень-то быстро идут. Так что будем надеяться, что не зря выбрались. И еще, надо-бы гонцов разослать. Это сейчас они только вокруг Киева, да по дороге к нему безобразничают. Если немного задержатся, то щупальца свои намного дальше распустят. - Претич согласно кивнул головой, с намеком, мол, это и без меня понятно. - А мы пока отпор дать не можем. - Оставил я его кивок без внимания, и продолжил говорить. - Пусть люди лучше в лес, или поселения, которые стены имеют, уходят. Пока мы тут все не вычистим. Работы много будет, придется постараться.
  Конечно, будем, пока только это и остается. И вот еще что. Как так вдруг получилось, ехал домой, а попал на войну? В Болгарии, будто кто в спину толкал, пора домой. А может потому и толкали, что ведали о том, что в Киеве ждет? Ведь как ни крути, а в самую точку попали с приездом. Неужто все же двигают нас, как пешки на шахматной доске, в своих играх? Хотя, чего это я, конечно двигают. Вроде обидно немного, а с другой стороны, может оно и к лучшему, что в свои игры не посвящают. Тут, и так жизнь не сладкая, а с таким знанием, и вовсе худо станет. Думай не думай, а жить ведь все одно надо. И сейчас главное, своих из беды выручить, а уж потом морды бить, тем, кто это заварил, если дотянешься, конечно.
  Глава 5
  Единственное, что реально туманит людям мозги,
  Это неуёмная страсть к наживе...
  
  С освобождением первой волны пленных, мы, к моему сожалению опоздали. Только практически на границе со степью, нам удалось нагнать небольшой припозднившийся обоз. Особых сложностей с охраной не было, не смотря на то, что их было не менее пяти десятков. Тут, свою роль, сыграли Серый с Чепраком, которые за пару мгновений разметали передовой отряд. Этого хватило, чтобы оставшиеся печенеги сломя голову бросились в рассыпную. А гоняться за каждым в отдельности, просто не было времени. Тем более что пришлось еще и пленных успокаивать, объясняя им, что никто их тут кушать не собрался, а, наоборот, из плена освобождают. Так что можно уверенно признаться, что вся наша затея с глубоким рейдом провалилась, и теперь нужно было срочно возвращаться назад.
  Конечно, можно было сунуть свой нос в степь, да пройтись по стойбищам, как предложила Ирма. Вот только степь не лес, а то, как кочевники из лука стреляют, я не понаслышке знаю, это мы уже проходили. Перспектива, еще раз играть роль движущейся мишени, меня как-то не особо прельщала. Конечно, жалко тех, кто сейчас в тех стойбищах свою судьбу ждет, но если и мы тут свои головы сложим, им легче не станет. Ничего не попишешь, со степью придется погодить, пока помощь не подоспеет, да основной печенежской рати хребет не переломаем, но то, что мы к ним нагрянем, в этом я не сомневался.
   Сейчас меня другое заинтересовало. Какого лешего, они все же возле Киева топчутся? Ведь понятно, город уже не взять, а с каждым днем мы все сильнее становимся. Чего они ждут? За что собственно им заплатили? То, что набег оплатили, неважно сейчас кто, сомнений нет. Ну не верю я, что печенеги по своей инициативе в Киев нос сунули. Не настолько они отчаянные. Понимают же, чем им все это светит.
   Святослав не тот человек, что легко обиды и предательство прощает, и ответ будет жестоким и кровавым. Так, черт побери, почему они до сих пор под Киевом сидят? Ладно-бы у них какой-нибудь король был, или царек местный, который их здесь удерживает. Тогда ещё можно объяснить такое единодушное рвение, но ведь они кочевники. Кланами живут. У каждого клана свой вождь, так сказать своя политика. Да еще если добавить сюда их межклановую борьбу, а враждуют они между собой много, и часто. Все степь никак поделить не могут, да и следят, чтобы один не стал богаче да сильнее другого. Глотку готовы друг другу перегрызть. Да фиг с ним, какие у них там причины, просто зная это, их теперешнее поведение просто в голове не укладывается.
   Они до сих пор по своей степи кочуют только потому, что нафиг никому та степь пока не упала. Да и хазары их полностью, скорее всего по той же причине не вырезали, хоть и ненавидели люто, потому, как у них своих степей завались было, и они уже больше к оседлому образу жизни переходили, города строили, а в степи это трудновато.
   Правда, может быть и другая причина была. Точный экономический расчет. Печенеги-то пороги Днепровские плотно перекрывали, потроша купцов. Только большой и сильный караван мог рассчитывать, что пройдет спокойно, ну или с минимальными потерями. А хазары по Дону, свои товары легко и непринужденно в Климаты отправляли, да в Византию, составляя немалую конкуренцию нашим товарам.
   Возле Дона, печенега днем с огнем не сыщешь, там хазары всех под нож пустили, и если какому дурню, вдруг в те придонские степи забрести, мысль дурная в голову приходила, то очень быстро эта мысль вместе с головой на землю отрубленная падала. Да ладно, причем тут хазары, их отношения с печенегами не отвечают на вопрос, какого черта они здесь так долго отираются?
  -Что, не получается картинку сложить?
  Я повернул голову, и увидел вышагивающего рядом с собой Яровита, причем я-то конный, а он пеший. Но бодренько так вышагивает, спокойно ход коня выдерживает, да и ростом вроде подрос. Я на коне сижу, а он на меня сверху поглядывает, да прищуривается так хитренько. Привидится же такое. Тряхнул головой, не помогло, Яровит никуда не пропал, а все также топает рядом.
  -Ты башкой не тряси, ты лучше ей думай. - Ухмыльнулся он.
  -А я, по-твоему, что делаю? - Зло огрызнулся я, и огляделся по сторонам. Походу его появление никого не удивило, а это, скорее всего, значит, что только у одного меня кукушка улетела.
  -Да что ты вертишься, как будто тебе ежа в штаны засунули? Ладно, вижу к диалогу ты не готов. Тогда просто слушай. Если печенеги такой большой ордой долго на одном месте без толку топчутся, то их что-то, или кто-то держит.
  -А кто? - Перебил я Яровита.
  -А это ты скоро узнаешь. - Он произнес это, таким серьезным тоном, что у меня аж мурашки по спине побежали. - Я тебя просто предупредить пришел. Ты там поаккуратней будь, когда встретишься. Не простые это гости, очень не простые.
  -А какие? - Спросил я, хмуро уставившись в конскую гриву.
  -Что, какие? - Услышал я голос Ирмы.
  Быстро оглядевшись по сторонам, Яровита я нигде не обнаружил. Рядом, как обычно, ехала Ирма, а чуть позади Годин, Стеша, да Жила, ну а следом за ними, и все остальные.
  -Так что, какие? - Повторила свой вопрос Ирма.
  -Да это, просто померещилось. - Отмахнулся я рукой. - Что Яровит тут рядом вышагивал, да все бубнил, что гостей каких-то встретим, вот я и ляпнул, что за гости такие.
  -Боги не мерещатся. - С серьёзным видом ответила Ирма. - Они являются. А это предупреждение. Видно что-то серьезное нас впереди ожидает. - И она нахмурила свой прекрасный лобик.
  Обычно она так хмурится, когда чем-либо недовольна, или перед дракой. Скорее всего, в данном случае второе. Я могу не доверять богам, но ни в коем случае не Ирме. Обернувшись, я еще раз окинул взором наше небольшое воинство. Люди держали себя, словно на прогулку выехали. Переговаривались беспечно, некоторые даже броню с тела сняли. Понять, конечно, можно, когда впереди такая охрана рыщет, на вроде Серого с Чепраком, мимо которых даже мышь не проскочит, но в данном случае, это кажись перебор. Пора людям напомнить, что мы не на прогулке, и вокруг нас толпы врагов рыщут.
  -Так, внимание. Всем приготовиться. Впереди нас серьезное дело ожидает. - Крикнул я не очень громко, но меня услышали. Как ни странно, люди сразу замолчали, и стали тут же броню натягивать, кое-кто даже меч подергал, проверяя, легко ли он из ножен выскакивает. Хотя чего удивляться, дружинники ведь, вся их жизнь, это битвы, ну или подготовка к ним.
  -Серьезное что-то? - Спросил, поравнявшись со мной Жила.
  -Скорее всего, да. - Мотнул я, не очень уверенно, в ответ головой.
  Жила глянул на Ирму, и больше вопросов задавать не стал, а приотстав, что-то начал быстро говорить Годину и Стеше. В свою очередь Годин отстал, что-то говоря позади едущим, и когда я в очередной раз оглянулся, то увидел позади хмурых, настороженных воинов, чутко прислушивающихся к звукам леса, и внимательным взглядом осматривающих окрестности. А еще минут через десять, к нам навстречу выскочил Чепрак, сообщив, что впереди стоят станом печенеги, и еще какие-то, ранее им не виданные воины, явно не из близ лежащих земель.
  Ну, вот значит, и обещанная встреча с гостями. Теперь хоть понятно будет, с кем дело имеем, а то Яровит навел тень на плетень, а ты думы разные думай, от которых только настроение портится. Я, с Ирмой и Претичем, в сопровождении Чепрака, подобрались к тому месту, с которого за станом наблюдал Серый.
   Стоящие на поляне станом, с первого взгляда, особого опасения не вызвали. Вроде и не так уж много там народу. Где-то с полсотни печенегов, сопровождавших группу, наверное, своих вождей державшихся слегка особняком. Вообще-то, те больше на шаманов каких-то смахивали в своих шкурах, если честно, как по мне, то разница не очень большая. Да десятка три, судя по всему болгар, сопровождавших всего одного человека.
  -Глянька, старый знакомый. - Пихнула меня в бок Ирма.
  Я присмотрелся к болгарину. Хрыч какой-то, в рясе священника. И с какой стати я его знать должен? Поэтому непонимающе глянул на Ирму.
  -Ну, это тот поганец, что болгарского болярина на нас натравил. - Хихикнула Ирма. - Уж я его пока гоняла, хорошо запомнила.
  -А какого он тут потерял?
  -Ты у меня спрашиваешь? - Продолжая хихикать, вопросом на вопрос ответила она.
  -Ладно, с этим потом разберёмся. - Мотнул я головой. - А ты что скажешь? - Посмотрел я на Серого.
   Тот медленно повернул ко мне голову, и задумался. Странное поведение, раньше такого за своими питомцами не наблюдал.
   - Чего молчишь? - Поторопил я его с ответом.
  -Да тут странного много. - Как-бы неохотно выдавил он из себя. - Те, что сопровождают, это люди, а вот те, кого сопровождают, я даже не знаю, как назвать. - Он глянул на Чепрака, как-бы ища поддержку, и выдержав небольшую паузу продолжил. - Понимаешь, запах у них странный, ну не такой как у людей. Причем вон и те четверо, - он мотнул головой в сторону болгарского лагеря. - Воняют, почти также.
  Я глянул в направлении его головы, указывающей на болгарский лагерь. Там, вокруг Ирминого знакомого, стояли четверо дуболомов, впечатляющих размеров. Ну, в глаза-то они сразу бросились. Но размер еще ни о чем не говорит. У нас, к примеру, Перенег, ни в чем по виду не уступит. Не спорю, такие богатыри редкость, но в бою не столько вид и вес значение имеют, сколько умение с оружием обращаться. Но здесь и это не главное, а главное то, что собачий нос уловил.
  -Ну что он там сказал? - Пихнула меня в бок Ирма, прерывая мои рассуждения.
  -Что не все так просто. - Кивнул я головой.
  -Да чего там не просто? - Влез в наш разговор Претич. - Их же там не больше, чем обоз с пленными сопровождали, а тех мы вмиг разметали.
  Ирма просто отмахнулась от Претича рукой. Мол, сиди и не вякай, пока не спросят.
  -Все-таки не зря тебя Яровит предупредил. - Посмотрела она на лагерь. - А то действительно могли голову в петлю всунуть.
  -Кто предупредил? - Спросил Претич, переводя непонимающий взгляд с меня на Ирму.
   Ну, к тому, что я с собаками своими разговариваю, он уже привык, хоть поначалу здорово удивлялся. А вот, похоже, в байки Жилы он не верил, хоть на привалах их все с интересом слушали. Тому же ведь только дай волю, да свободные уши, никаким кляпом пасть не заткнёшь.
  -Так что все-таки делать будем? - Посмотрел я на Ирму. - Можно конечно мимо прошмыгнуть, но мне почему-то кажется, что не для этого нас нос к носу свели.
  -Это, да. - Согласилась со мной Ирма. - Но, как-бы и соваться, столь малыми силами резона нет. - Продолжила она мою мысль.
   Я согласно поддакнул ей, кивнув головой.
  -Тут, это, - снова влез в наш разговор Претич. - Недалеко, усадьба Вышаты. Он, уж точно, в помощи не откажет.
  -А ты уверен, что ее ещё печенеги не спалили? - Посмотрел я на Претича.
  -Не такой Вышата человек, что так, за здорово живешь, палить да грабить себя позволит. Он хоть и в годах уже, почитай отцу Святослава ровесник, но голова у него варит, будь здоров. Да и воин он знатный, при Игоре в тысяцких ходил. Если-бы не он, то неудачный поход Игоря на Царь-град, совсем-бы печально закончился, а так вишь, Византийцы-то, договор что нарушили, по новой подтвердили.
  -Понятно. - Перебил я разговорившегося Претича. - Далеко его усадьба?
  -Коль напрямки, да коня не жалеть, часа за полтора туда обратно управимся.
  -А чего он в затворниках сидит, коль такой воин справный? - Полюбопытствовала Ирма.
  -Так из-за Свенельда. - Посмотрел на нее Претич. - Тот как дружка Вышатиного, Асмуда, со свету сжил, да сына его, Торира, где-то в степи печенежской ухайдохал. С тех пор меж ними вражда. Вот он из своих владений и не вылазит, ведь только у него смелости хватило Свенельда обвинить. А против того особо не попрешь, уж больно высоко летает. Да и Вышате досталось. Варяги-то пытались и его к богам отправить, да только не вышло. А усадьбу свою он так укрепил, что там войско надо, чтобы стены взять.
  -А что Святослав, неужели на такие безобразия сквозь пальцы смотрит? - Эта история, меня здорово удивила.
  -Да все началось, когда он ещё мал был. А вот, когда усадьбу Вышаты попытались взять, тут уж он вмешался. Тогда тем варягам, что сбежать не успели, просто, где поймают, головы рубили. Но, Свенельд и тут выкрутился, потому-как больше всех голов снес, а ведь те в основном у него в дружинах службу несли. Да что мне вам рассказывать, вы сами его не понаслышке знаете.
  -Знаем. - Утвердительно кивнул я головой. - Хорошо, с этим все понятно. - Я пихнул Серого в бок. - Ты тут последи, что к чему да как, мы скоро вернемся. - И посмотрев на Ирму с Претичем, кивнул головой. - Давайте назад. Ты, - я ткнул в Претича пальцем. - Возьми с собой кого-нибудь и к Вышате, а мы пока подготовкой займемся. Да помозгуем, как лучше к делу подойти.
  Вернувшись в лагерь, и отправив Претича за помощью. Я, то, что узнал, рассказал оставшимся, особо выделив, что лезть поодиночке на шаманов да верзил, ни в коем случае не следует. Но, видно зря это говорил, Ирмины варяги, вместе с Жилой, грудь колесом выпячивать стали, видите ли, наконец, то противник им по силам, а то с простыми смертными сражаться, им уже скучно.
   Интересно, в какой битве им так сильно по голове досталось, что совсем соображать перестали. Дружинники Претича, так сразу видно, нормальные люди, призадумались, а эти словно павлины, хвост распушили. Вот только как теперь тот хвост до кучи собрать, а то ведь подставят свои головы под топор, как пить подставят.
   Я посмотрел на Ирму, ища у неё поддержки, в мою голову ничего вразумительного не лезло, но видно и у неё, было то же самое. Поэтому, она на мой немой вопрос, просто пожала плечами, и махнула рукой. А может действительно, ну его, не дети малые, чтобы за ними присматривать. Пусть как будет, так и будет.
  Вообще-то я не очень поверил Претичу, что он так быстро обернется туда и обратно, и оказался абсолютно не прав. Претич, и Вышата со своей дружиной, пришли даже раньше намеченного срока. Дружина у Вышаты, правда, не большая, всего три десятка воев, но судя по виду, воины справные. Ратное дело не понаслышке знают. Поймав мой взгляд, осматривающий его дружину, Вышата улыбнулся.
  -Следом за нами еще мужички поспешают. Только сам понимаешь, кони-то у них не для воинского дела, а для пахоты, вот и отстали.
  Что тут скажешь, действительно, воинственный старичок. Хотя и старичком назвать его язык не повернется. Нет, по сморщенному лицу видно, что много лет уже за плечами, да только глядя на кряжистую мощную фигуру, сильные руки, да крепкие ноги, так не скажешь.
  -Мужички может, и не понадобятся. - Улыбнулся я ему в ответ. - Думаю, и одних твоих молодцов хватит. Только сразу предупредить хочу. Там возможно и не только люди будут.
  -Нечистью пугаешь? - Хохотнул Вышата. - Не старайся, пуганные. За землицу родную, все одно кого рубить. Не боись, не дрогнем.
  В этот момент из леса выскочил Чепрак, и метнулся в мою сторону. Я бросил косой взгляд на Вышату. А дедок молодец, только побледнел ликом слегка, а рука уже эфес меча тискает. Да дружинники его, вдруг на два отряда разделились, и стали с боков Чепрака обходить.
  -Охолоните слегка. - Крикнул я. - Питомца моего, злить не стоит.
  -Питомец, значит. - Хмыкнул боярин. - Это, где-же таких находят?
  -Отдельная история. - Отмахнулся я рукой. - А тебе что, Претич про них ничего не говорил? - Кивнул я головой в сторону Претича, который о чем-то разговаривал со своими дружинниками.
  -Говорил. - Мотнул головой Вышата, не спуская глаз с Чепрака, который видя, что я занят разговором, сел рядом, и с невозмутимым видом стал, чесал себе ухо задней лапой. - Только, кто в такое, на слово поверит?
  В общем-то, он прав, мы как-то странно устроены, иногда даже в то, что видим собственными глазами, не верим, зато легко поддаемся на мифические обещания, веря в них безоговорочно.
  -Чего прибежал? Случилось что? - Спросил я Чепрака.
  Тот, тут же прекратил чесаться.
  -Они там полотняный дом поставили, и часть из них в тот дом влезла. - Доложил он, высунув язык. - Серый говорит, тебе это может быть интересно.
  -Спасибо дорогой. - Похвалил я пса. - Очень даже интересно. - И повернулся к Вышате. - Кажется, удобный момент наступил для удара. Грех не воспользоваться.
  -Ну, так чего ждем? Давай начинать что ли. - Подобрался он в седле.
  При подходе к поляне, где расположились печенеги с болгарами, мы распределились, кто по кому ударит. Я и Претич по болгарам, а Вышата на себя печенегов берет. Ему еще для усиления, я Серого с Чепраком определил, хотя это мое решение, не больно сильно понравилось моим питомцам, но они умницы, спорить не стали, а то, что мордами недовольно покрутили, так это как-нибудь переживем.
  Наша внезапная атака, оказалась действительно таковой. Ни печенеги, ни болгары, к ней готовы, не оказались. Почему? Не знаю, то только им одним ведомо было. Так что мы в считанные мгновения их смяли. Правда, печенеги не побежали, как это делают обычно в такой ситуации, а попытались дать отпор. Только это у них плохо получилось.
   Тоже, можно и про болгар сказать. Налетев, мы практически сразу всех положили. Вот только, радоваться победе было рано, а наша почти легкая победа, переросла в жестокий бой, когда в дело вступили сначала дуболомы, а потом из палатки стали выскакивать странные создания, в виде диковинных животных. Дуболомы тоже изменились, от человечьего в них осталось только то, что стояли на двух ногах. Из предплечий наросты костяные повылезали, а сапоги, порвавшись, выпустили наружу здоровенные когти. Да и морды их человечьими, ну уж никак не назовешь.
   То, что страхолюдина, было полбеды, страшнее другое, силища неимоверная. На моих глазах, один из этой четверки, верхового, из дружинников Претича, вместе с конем располовинил одним ударом. Я и сам дурень, чуть так не подставился. Повезло, что только коня разрубили, чуть позади седла. Как сам увернулся, до сих пор не пойму. От второго удара, меня Ирма со Стешей спасли, с диким визгом налетев на уродину. А я, только на ноги поднялся, тут же был вынужден блокировать удар второго такого красавца, наскочившего на меня.
   Удар удержал, только руки и спина от боли заныли, а коленки сами собой подогнулись. Да уж, с такой тварью силой не помериться. Пришлось, ужом крутится, только-бы под удар не попасть. Хотя все же зараза меня зацепила, благо доспех крепкий, и он меня не мечом, а наростами своими приложил. От удара меня отбросило в сторону, а дальше чистое везение. Его меч на волосок от меня прошел, я, в свою очередь, поднырнув под удар, хоть и было неудобно, пырнул его кинжалом в пах. Куда целил, не попал, но все равно удар получился. Кинжал распорол ему бедро с внутренней стороны, перерезав артерию.
   Люди от такой раны быстро кровью исходят. Но, передо мной-то, был не человек. Я прыгал вокруг, дожидаясь, когда он сам свалится, но вместо этого заметил, что нанесенная мной рана постепенно затягивается. Вот-же зараза. Хорошо уже то, что я и сам уже крепко стоял на ногах. Маханув мечом, я сделал вид что раскрылся, тварь купилась, нанеся колющий удар. Я хоть и ждал, но полностью увернуться не смог, прыгая ему на встречу, уж больно быстра уродина.
   Его меч проскользнул по боку доспеха, разбрасывая в стороны искры. Зато я оказался чуть-чуть у него за спиной, и что было сил, ткнул кинжалом под шлем, вогнав его почти по рукоять в шею. Не помогла и кольчуга, свисающая со шлема и ее прикрывающая. Кинжал порвал звенья, как кусок бересты проткнул. Вот это, зверюгу проняло. Хотя, даже свалившись на колени, он пытался еще что-то сделать. Но, я уже ждать не стал. Схватившись за рукоять кинжала, я пихнул его в спину ногой, отчего он, дернувшись, слегка склонил голову, и тут же рубанул, что было сил по шее.
   Может срез и неровный получился, но главное, что голова в сторону откатилась. Я огляделся по сторонам. Трое Ирминых варяг, медленно, но уверенно вколачивали в землю своего урода. Лупя того по очереди по шлему. Стеша с Ирмой тоже добивали своего. Стеша, сидя у страшилища на спине, с остервенением тыкала ножом в горло, а Ирма пыряла в живот своим мечом.
   Хуже дело обстояло у Жилы с Годином. Жила валялся на земле, прикрываясь своей палицей, по которой, стараясь ее разрубить, бил противник, который практически не обращал внимания на Година, лупящего ему по доспехам. Медлить было нельзя, и я рванул к ним на подмогу. Врать не буду, ударил в спину, может и не геройский поступок, но мне плевать, главное жизнь другу сберег, но расслабляться было рано.
   Шаманы, ети их за ногу, практически уже добивали дружинников Вышаты, и Претича. Который, как только кончили с болгарами, оставив на нас четверку дуболомов, поспешил к ним на помощь. Серого и Чепрака видно не было, зато из леса доносился рев и визг, да деревья ходуном ходили. Видно и моим питомцам не сладко приходится. Оставив Жилу, который развалился на земле, раскинув руки в стороны, я теперь поспешил на помощь дружинникам.
  Звероподобных бить оказалось проще, хоть и шкура у них дубленая, да вид страшный, только без доспехов много не навоюешь. С первого же захода я троих подкосил, ну да, не ожидали зверюги, что на них еще кто-то бросится. Развернулись-то быстро, вот только и я уже не один был.
   Мимо меня снова пролетела с визгом Стеша, за которой бежала Ирма. Зрелище конечно не для слабонервных. В крови, с головы до пяток, а на симпатичные женские лица, лучше вообще не смотреть, потому как тут и сама смерть, такого вида испугается. Следом за ними варяги сунулись, лица перекошены, изо рта пена хлыщет, короче жуть одна. Если-бы такой противник на меня попёр, честно признаюсь, я-бы убежал.
   Кажется, шаманы решили точно так, как и я. Потому как сначала попятились, а потом и вовсе рвануть хотели, но им не повезло, не ту сторону выбрали. Навстречу им из леса, толпа мужиков выскочила. Одним словом, никто не ушел. А к моему великому облегчению, когда мы последнего добивали, из леса Серый с Чепраком выползли. Порванные изрядно, Серый волочил перебитую заднюю ногу, но главное что живые.
   После такой резни, иначе-то не назовешь, я молча плюхнулся на землю, переводя дыхание, не обращая внимания на мимо бродящих мужиков, поспевших только к завершению битвы, и теперь с ужасом, и интересом разглядывающих ту погань, что мы завалили. К слову сказать, они-то и откопали зарывшегося в полотно сбитой палатки, старого знакомого Ирмы.
   Конечно, мне было интересно, что здесь забыл, в такой компании, ярый поборник истинной веры, но даже этот интерес не заставил подняться с земли. Так что я просто наблюдал со стороны за тем, как решалась его судьба. Все оказалось довольно просто. Мужики стянули две березы до земли, привязали его к ним, а потом отпустили. Вообще-то сам виноват, нечего было небесными карами грозить, да в Вышату плевать, который только и сделал, что поинтересовался, каким ветром его сюда занесло.
   Может и жестокий поступок, и сложись все немного иначе, никто-бы так не поступил, но и людей понять можно. У Вышаты почти вся дружина полегла, да мужичков еще покосило, хоть и в самом конце битвы в драку влезли, и ему самому досталось, да так, что выживет, али нет, то еще не известно. От воинов Претича, остался только он сам.
  Вот только волею судьбы, или все же кто присматривает за нами, живыми остались мои люди. Изрядно помятые, но живые. Так что, не повезло служителю культа, под горячую руку попал. Победа, конечно вещь хорошая, но вот вернуться они домой, и под радостные крики заголосят вдовы, да дети малые все спрашивать будут, где их папка. Стоит ли оно того? Никогда раньше над этим не задумывался, а, наверное, стоило бы. Все-таки прав был тот, кто утверждал, что плохой мир лучше доброй драки. На мое счастье от этих горьких дум, меня оторвала подошедшая Ирма.
  -Ты как, цел? Не сильно помяли? - Она оглядела меня с ног до головы.
  -Да цел. - Посмотрел я на нее снизу вверх.
  -Вот это драчка было. - Её лицо расплылось в довольной улыбке. - А ты часом не знаешь, что это за страхолюды такие были? Живучие твари.
  -Откуда? - Помотал я головой. - Сам таких впервые видел. Но судя по всему, это та сила, что печенегов тут держала. Скорее всего, без этих тварей, орда скоро сама развалится. - Я поднялся, и пошел к Вышате с Претичем, возле которых суетились мужики.
   Потом была обыкновенная рутина. Мужики сооружали погребальный костер, на который стаскивали тела печенегов и болгар, а также уродцев, конечно предварительно сняв все, что представляло ценность. Жила такого стерпеть не смог. Ноги не держали, так он на четвереньках до тел дуболомов добрался, ругаясь на всех вокруг. И практически лежа на телах, стал сдирать с них амуницию, окидывая окружающих безумным взглядом, и кляня нерадивых помощников, которых в спину пихать надо добро собирать, имея ввиду Година, и варягов. Те, печально повздыхали, но вскоре присоединились к Жиле. Попробуй не помоги, он же всю жизнь потом вспоминать будет. Все-таки, здорово он на этой теме помешан, хотя такой брони, что на этих тварях была, навряд ли где сыщешь.
   Для своих же погибших, делали волокуши, чтобы дома, как положено героям, тризну справить. Только, к ночи, со всем управились. В усадьбу Вышаты, я не пошел, мы их только проводили, а там простившись, каждый направился своей дорогой, и через пару дней, мы уже рассказывали о своих приключениях Путяте, да обнимались с односельчанами, которые к тому времени подошли. Через неделю, и Святослав прибыл со своей конной дружиной. Печенеги, которые и так рассасывались понемногу, от этого известия, сломя голову ломанулись в свою степь. Так что, и битвы не потребовалось. Ну, а мы под шумок, пока в Киеве победу праздновали, отправились, наконец, то домой.
  Глава 6
  Каждый человек видит мир по-своему,
  Но удивительно единомыслие толпы...
  
  Я, мерно покачиваясь в седле, ехал рядом с Вадимом. Очередной поход. Что заставило меня в него пойти? Причин достаточно. Первое, это время. Хотя эта причина и не самая главная. Прошло два года, после нашего возвращения с Болгарского похода, и потихоньку тяготы походной жизни ушли на второй план, а на первый, вылезли ежедневные заботы, так сказать мирной жизни, от которых вдруг захотелось сбежать, а поход для этого, самое лучшее средство.
  Иногда ты живешь, просто не замечая времени, как-бы выпадая из него. Времена года сменяют друг друга, и это, пожалуй, единственное, что заметно, но на это не обращаешь внимания. К примеру, я только недавно осознал, сколько-же его прошло незамеченным. Удивительно, но это так и есть. Со дня основания нашего поселка, прошло уже лет тринадцать, четырнадцать, где-то так. Но до меня, только недавно дошло, как сильно он изменился.
   Конечно, я вроде замечал, что мы понемногу разрастаемся, просто не придавал этому значения. Даже не сильно удивлялся тому, что недавние сопливые подростки стали взрослыми, и зрелыми людьми, и у них у самих родились в свою очередь дети. Я даже не заметил, как поменялся мой собственный статус.
   Вроде-бы и раньше никто не оспаривал моего главенства, хотя я к этому особо не стремился, пытаясь жить своей жизнью, не особо вдаваясь в дела поселенцев. Воспринимая свое главенство, как что-то само собой разумеющееся, но относящееся больше к защите людей живущих рядом. Так что, можете представить мое удивление, когда до меня дошло, что люди называют меня князем, а наш первый общий дом на холме, княжим детинцем.
   Только тогда, я обратил внимание, как вырос наш городок. Да что там городок, оказалось, что и городище Полюша вошло в нашу дружную семью, а между его поселением и нашим, выросла небольшая деревенька. Причем все это случилось без каких-либо трений с Тройденем. Он, даже никогда не подымал вопроса, по этой теме. Наши отношения по-прежнему оставались дружескими, и добрососедскими.
   В его дружине, служили люди из наших поселений, в основном подросшая молодежь, решившая связать свою жизнь с ратным делом. У нас, как не было своей дружины, так до сих пор и нет. По большому счету и нужды в ней нет, если не дай бог что случится, люди просто возьмутся за оружие, а пользоваться они им умеют.
  В этом, большая заслуга варягов Ирмы. Они, как-бы невзначай перенесли свой жизненный уклад, с малолетства приучать детей к ратному делу. Поэтому нет ничего удивительного, что кто-то решил пойти в дружинники, особенно, наслушавшись историй о славных военных походах. Конечно, мне иногда приходилось выступать в роли судьи, выслушивая жалобы, люди-то разные, и даже в самой дружной семье случаются раздоры, но все это было как-то обыденно, что я просто не обращал внимания, до некоторых пор.
   До тех самых, пока вокруг все чаще не стали говорить о детях, явно намекая, что было-бы не плохо и нам с Ирмой, подумать о наследнике. Мол, время-то идет, и с каждым прошедшим годом мы не становимся моложе. Годы действительно шли, я-бы даже сказал, бежали, но есть некоторые дела, которые нам неподвластны. Не знаю в чем причина того, что у нас не было детей. Быть может это связано с тем, кем являлась Ирма.
   Валькирии по сути, можно сказать, не способны к деторождению. Вся их жизнь, это носиться над полем боя, и высматривать достойнейших, тех, кого в чертогах Валгаллы, они будут развлекать, и ублажать, перед последней битвой. На мой взгляд, не самая лучшая жизнь, а появление на свет Ирмы, это вообще что-то необъяснимое. Но видимо то, что она на половину Валькирия, и не позволяет ей стать матерью.
   Не подумайте, я не сваливаю всю вину на нее, я и сам неизвестно что такое, и вполне вероятно, что дело не в Ирме, а во мне. Но, может быть и другая причина, воля богов. Мы конечно, часто все беды, обрушивающиеся на нас, списываем именно на них, но должен признать, что это довольно-таки удобно. Во всяком случае, такое объяснение не дает зацикливаться на проблеме, ты как-бы сбрасываешь ее с плеч, и живешь дальше. А может, просто еще не пришло то время, чтобы нам с ней становиться родителями.
   Годы действительно идут, это заметно по окружающим. Только вот, ни я, ни Ирма, практически не изменились. Она все также прекрасна, молода, и свежа, да и сам я, не постарел ни на йоту, ну может чуть-чуть раздался в плечах.
  -Как думаешь, наша встреча со Святославом мирно обойдется, или все же придется позвенеть мечами? - Прервал мои невеселые мысли Вадим.
  -Не знаю. - Честно признался я, пожав плечами. - Я как-то об этом не думал, но не хотелось бы, чтобы этим закончилось. Противостояние, ни нам, ни ему пользы не принесёт. - Я посмотрел на Вадима. - И вообще-то, я не очень хорошо понимаю. За каким чертом тебя дернуло ему грозить?
  -Это не меня. - Хмуро уставившись в гриву своего коня, ответил Вадим. - Это вон тех дернуло. - Мотнул он головой в следующую за нами группу купцов Новгородских. - Все им неймется. Теперь вот срочно князь потребовался. Ярополка, в Киеве князем оставили, Олега к Древлянам на княжение посадили, а Новгород Великий, чьи земли и богатства Киеву не уступают, понимаете ли, вниманием обошли. Вот они и грозятся, что если Святослав кого из сыновей у них не посадит, то они из других земель себе князя возьмут, и все договоренности с Киевом порушат, а если он войной грозить начнет, то они в силах ему ответить тем же. К чему такой поворот приведет, не мне тебе объяснять.
  -Так, откуда он, им князя возьмет? - Удивленно, посмотрел я на Вадима. - Коль, сыновей, уже по княжествам определил?
  -Да, тут такое дело. - Почесал затылок Вадим. - Помнишь, сынка его, от рабыни Малуши? Так вот, брат ее в Новгород зачастил. Он-то и подсказал купцам, чтобы они его племянника Владимира, к себе на княжение взяли. Хоть и от рабыни, но все же княжьих кровей. Хотя это не главное, а главное то, что они, им прикрываясь свою выгоду, иметь будут. Вот чем их Добрыня подкупил. Ну а мне, когда я отказался дружину вести, от ворот поворот дали. Поставив наместником того же Добрыню.
  -Так, какого лешего, ты дружину ведешь, а не он? Да меня еще с собой позвал? - Я с укором посмотрел на Вадима.
  -А как быть? - Он зло сплюнул. - Нет у меня желания, кровь меж собой проливать. Дружинники хоть и позудят, но все же люди ратные, пойдут за Добрыней, и случись бой, биться будут. Только я тебе говорил, кому это надо? И тебя позвал только потому, чтобы ты помог столкновения избежать. Святослав тебя хорошо знает, и в этом я вижу шанс, закончить дело миром.
  -А чтоб вас с вашими интригами. - Выругался я вслух, и посмотрел на едущую справа Ирму. - А ты что думаешь?
  Ирма посмотрела на меня своими прекрасными глазами и мягко улыбнулась.
  -Не переживай ты так, еще ничего не случилось. Конечно, не хочется драться с тем, с кем друг другу спину прикрывал в бою. Если на то пошло, я лучше тем купцам, - она кивнула головой назад,- головы поотрубаю. Вообще-то не плохая идея. - Она кинула быстрый взгляд на Вадима. - Надо будет им эту мысль донести как-нибудь, чтобы во время разговора со Святославом, свои пятаки закрытыми держали. Да и насчет тебя я не очень поняла. Дружину ты ведешь, а наместником, какой-то Добрыня числится.
  -Купцы пока свое решение дружине не объявили. - Отвернув голову в сторону, ответил ей Вадим. - Но, как-бы поход не закончился, наместником мне уже не быть.
  -И что делать будешь?
  -Не знаю. - Пожал плечами Вадим, и, посмотрев на меня с Ирмой улыбнулся. - Помнится, вы говорили, что не прогоните, коль к вам переберусь.
  -Мы от своих слов не отказываемся. - Опередила меня с ответом Ирма. - Как вернемся, собирай все что есть, и перебирайся к нам, а можешь, и налегке. Добра у нас хватает, проживем. Правда извини, - улыбнулась она. - Должностей у нас, никаких нет.
  -Да ну их, эти должности, - отмахнулся он рукой. - Наелся так, что до конца жизни хватит. А если еще кто со мной переселиться захочет, примете? - Вдруг став абсолютно серьезным спросил Вадим.
  -Мог-бы и не спрашивать. - Отозвался я.
  Мы выехали на холм, и остановились. Внизу, под холмом, протекала небольшая порубежная речушка. То есть, мы прибыли на место нашей встречи. Осталось только дождаться Святослава. Но перед тем как разбить лагерь, я решил расставить все точки, так сказать, над и. Отъехав слегка в сторону, чтобы меня видело как можно больше людей, я, окинув взглядом колонну, начал свою речь.
  -Слушайте меня, все внимательно. Пока приказ не отдам, всем стоять смирно. Киевскую дружину не задирать, а если кому невтерпёж мечом позвенеть, то могу составить компанию прямо сейчас.
  -Это, дружина Новгорода, а не твоя. - Донесся крик, из группы сопровождавших нас купцов. - И, всяким приблудам, не подчиняется. Мы, сами себе, голова.
  -Это, кто там вякает? - Выкрикнула подъехавшая ко мне Ирма, окинув ту группу грозным взглядом.
   За ней подъехал Вадим, и обвел дружину глазами.
  -Вот вам мое слово, здесь, и сейчас, Арт главный. Считайте его приказ, моим.
  По рядам пошел гулять гул голосов, и пока дружина переглядывалась да переговаривалась, к нам за спину молча заехала наша сотня. Я ведь не знал, для чего позвал Вадим. Думал, беда, какая приключилась, войско большое под Новгород нагрянуло. Вот и собрал всех, кто идти захотел. Сам не ожидал, что столько желающих наберется. Все больше молодежь, но держатся так, что ощущение, что ребята не один десяток битв прошли, а на их броню и мечи, даже избалованные Новгородцы, с завистью поглядывали.
  -Это ты что же, нам угрожаешь? - Глядя на выстроившуюся позади нас дружину, снова кто-то выкрикнул из купцов. - А не маловато ли силенок?
  Ну да, нас сотня, их пять. Только ведь я биться не собирался, хотя если-бы до этого дошло, ох не сладко-бы им пришлось. Наверное, и до купцов, что-то дошло, когда на опушку леса, невдалеке, вышли Серый с Чепраком, а за их спинами подозрительно лес зашумел, как будто там армия притаилась.
  -Измену против Новгорода удумал? - Никак не унимался говорливый, только теперь обращался он к Вадиму. - Только не забывай, предателям Новгород мстит жестоко.
  -Ты слова подбирай. - Ответил вместо Вадима Перенег, выехавший из рядов дружины, и двинувшийся в нашу сторону. - Вадима все знают, а тебя кликушу, неведомо откель сюда занесло. Да и вообще, кто ты такой, чтобы еще от лица города лучшим людям грозить? Тля подзаборная. Он наместник, а ты вша подкаблучная.
  -Он не наместник более. Совет города лишил его этого звания, и тебе не быть тысяцким, уж я позабочусь. - Огрызнулся купец. - И в Новгороде Великом тебе не жить, изгоем сдохнешь, вместе со своим выводком.
  -Да и черт с вами. - Недобрым взглядом окинул кучку купцов переговорщиков Перенег. - Никогда вас торгашей не любил. Подлая у вас натура. Человека на битву послали, а за его спиной еще и всего лишили. Он столько лет защите города отдал, и вот она благодарность. - Он ударил пятками в бока лошади, и больше не оборачиваясь, подъехал к нам.
  В принципе этой перебранкой все и закончилось. Услышав, как обошлись с Вадимом, да угрозы в адрес Перенега, почти вся дружина, перестав гомонить, отъехала от купцов, и выстроилась рядом с нашей дружиной.
   Купцы, видно в запале, еще погрозились карами для всей дружины, но осознав, что фактически остались без защиты, испуганно заозирались. До них начало доходить, что они не на торжище, а где-то на границе земель города, и вся их кажущаяся сила, и власть, здесь, всего-лишь призрачный пшик. Поэтому, быстро посовещавшись, они развернули коней, и с той малой частью дружины, что осталась подле них, нахлестывая своих лошадок, повернули в обратный путь.
  -Ты-то, чего полез? - Покачал головой Вадим, глядя на Перенега. - Они ведь, взаправду тебя сместят. Ладно, я под жернова попал, но ты-то мог и дальше тысяцким служить.
  -Да пошел ты, со своей службой. - Улыбнулся Перенег. - Я давно тебе говорил, не мое это дело, и к тому же, что я за друг такой, коль товарища в беде кину, лишь бы токмо свое брюхо спасти? Мы с тобой столько вместе пережили, а это не беда. Руки, ноги, голова на месте, так что кроме пустого звука, ничего не потеряли.
  -Из города нас попрут, это точно. - Посмотрел на него Вадим. - Я к Арту уйду, ты как, со мной?
  -И ты еще спрашиваешь? - Отозвался Перенег, и тут же нахмурившись, посмотрел на меня. - А как быть, если кто из дружины с нами идти пожелает?
  -Да пусть приходят, места у нас на всех хватит. - Ответил я Перенегу. - Только не это теперь главное. Важно, мир со Святославом сохранить, и войну не развязать. - Кивнул я головой ему за спину.
  Там, из леса на поляну, выезжала конная дружина Киева. Впереди, как обычно Святослав. Конных вроде поменьше, чем нас, но кто сказал, что где-нибудь рядом, в лесу, не затаился засадный полк.
  -Скажи людям, пусть лагерем становятся. - Посмотрел я на Вадима.
  -А не слишком-ли это беспечно? - Недоверчиво покачал головой Вадим. - Если ударят, мы же ответить не сможем.
  -Не ударят. - Я старался говорить уверенно. - Святослав не бьет исподтишка. Да и я к нему сейчас на встречу поеду, а уж после разговора видно будет. Так что нечего людям в седле маяться, пусть отдохнут маленько.
  -Я с тобой поеду.
  -Поехали, коль желание есть. - Кивнул я головой, и, тронув пятками бока лошади, направил ее вниз с холма, навстречу дружине Святослава.
  Речушка, разделившая два войска. Была не большой, да не глубокой, только дно вязкое. Перебираясь через нее, я поневоле отметил, что атаковать будет довольно сложно. Так что, если с переговорами не выйдет, лучше на холме сидеть, и вниз не спускаться. От Киевской дружины отделилось несколько всадников, и поехали к нам навстречу.
  -И давно ты на службе Новгородской? - Крикнул мне, подъезжая Святослав.
   Его сопровождал Свенельд, куда же без этого варяга, а также Спирк, и Путята.
  -И ты буде здрав, Князь Киевский Святослав. - Ответил я ему, приложив руку к сердцу, и слегка кивнув головой.- И вам доброго дня, люди добрые. - Не убирая руку с груди, кивнул я в сторону сопровождавших.
  -Ты еще спроси, какими судьбами нас сюда занесло. - Хмыкнул Святослав.
  -Это спрашивать не буду. - Махнул я рукой. - Потому как теперь, и сам знаю, а насчет службы Новгороду, нет, на службе у них я не состою. Теперь, скорее всего даже, наоборот, во врагах числиться буду.
  -Как это понимать? - Святослав удивленно посмотрел на меня, потом на Вадима, окинул взглядом нашу дружину, которая расседлывала лошадей, да кое-где уже и костры задымили. - С тобой наместник Новгородский с дружиной, а ты говоришь, что во вражде с ними?
  -Вадим уже не наместник. - Кивнул я головой в его сторону. - Теперь наместником Новгорода, Добрыня является. Думаю, кто он такой, тебе ведомо, но дело не в этом. - Я немного поелозил в седле, и стал слезать с лошади. - Все не могу больше, весь зад натер. Может, так прогуляемся? Заодно хоть ноги разомнем. - Посмотрел я на Святослава.
  -Что, давно в седле не сидел? - Улыбнулся он.
  -Угу. - Кивнул я головой. - Не любитель я конных прогулок, а тут столько верст пришлось отмахать, да все из-за спеси кучки болванов, которые себя пупком мира мнят. Неужто у нас врагов нет, что мы теперь друг дружку задирать стали?
  -Новгородцы сами войной грозить начали, у меня с ними драться, желания нет, но и обиды прощать, не намерен. - Нахмурил брови Святослав.
  -Да какая обида? - Хмыкнул я. - Князя себе захотели, ну и отправь к ним кого из сыновей. Головы горячие охладит маленько, а там гляди, и домой вернется.
  -Ярополка с Олегом, я распределил. Негоже их с одного места на другое дергать. - Мотнул головой Святослав. - Как я решил, так и будет. Ярополку, как старшему, в Киеве сидеть, а Олегу, в Древлянах править.
  -Подожди. - Перебил я Святослава. - Зачем Киеву, два князя?
  -Почему два? - В свою очередь, удивился Святослав.
  -Как, почему? Ты ведь, князь Киевский?
  -Нет. - Мотнул головой Святослав. - Не любо мне в Киеве сидеть. Я к Болгарам уйду, там буду править, в своем новом княжестве. Там и будет середа земель Русских. Место хорошее, все блага со всех земель стекаются, интересы всего мира перемешиваются. Такая жизнь по мне, а сидение в Киеве, только скуку нагоняет. Я уж и дружину собрал, а тут Новгородцы со своими угрозами.
  -Короче, все планы поломали. - Понимающе, улыбнулся я.
  -Да не то, чтобы поломали. Просто поход до весны отложить придется, пока с ними разберусь.
  -Да, чего с ними разбираться? Они всю бучу затеяли, только для того, чтобы ты им Владимира в князья отдал. Ведь не зря же, дядьку его, наместником посадили.
  -Так ведь Владимир, рабынич? - Изумленно, посмотрел на меня Святослав.
  -Прежде всего, он твой сын, а значит княжьих кровей, а от кого, дело третье. Посади его в Новгороде, и проблема решена. Можешь спокойно к Болгарам идти.
  -Пойдешь со мной? - Ни с того, ни с сего, глядя мне прямо в глаза спросил Святослав.
  -От, ешкин кот. - Почесал я потылицу. - Ну и переходы у тебя. Честно скажу, прямо сейчас ответ не дам. Если конечно нужда будет, то приду сразу, а пока у меня тоже дела незавершенные есть. Тут вишь, и с Вадимом решить надо, да Перенегом, которых из Новгорода гонят, за то, что против этой бучи были. С дружиной Новгородской неясно, что за ними пошла. Конечно, многих обратно примут, все-таки дружинники на дороге не валяются, но тут ведь по-всякому обернуться может. Так что, пока я с тобой точно, никуда не пойду.
  -Так и мне уже, пока с Новгородом разберусь, поздно идти будет. Зима не лучшее время для походов. - Тяжело вздохнул Святослав.
   И мы, развернувшись, направились в сторону стоящих поодаль сопровождающих, которые в свою очередь, о чем-то оживленно переговаривались.
  Конечно, понять его можно. Живешь, планы строишь, а тут какая-нибудь зараза все те планы спутает. Да ладно-бы просто планы, а так ведь в мечту всей жизни подгадили. Святослав посмотрел на холм, где расположилась Новгородская дружина, и хмыкнул.
  -Надеюсь, ты против не будешь, коль я им предложу со мной в поход идти.
  -А чего я должен противиться? - Посмотрел я на улыбающегося Святослава. - Чай у них своя голова на плечах имеется, вот пусть сами и решают. Только ты одно скажи. Владимира в Новгород отправишь?
  -Отправлю. - Кивнул он головой, направляясь на наш берег к Новгородской дружине.
  
  Глава 7
  Мы, такие мирные,
  Но, вся история человечества сплошная война...
  
  Дожидаясь, приезда Владимира, мы весело проводили время. Теперь, вместо двух лагерей, дружины стояли одним станом. Небольшая часть Новгородцев, сразу решила перейти к Святославу, остальные пока отказались, по разным причинам, но в случае, если Новгород решит помочь ему с походом, пообещали к нему примкнуть.
   Святослав, и нас с Вадимом даже попробовал агитировать. Его понять можно, он собирал свою дружину, только из опытных воинов, и никогда не созывал ополчение. По его глубокому убеждению, простые люди должны жить своей жизнью, пахать землю, заниматься ремеслами, а война, это удел профессиональных воинов, посвятивших этому ремеслу, всю свою жизнь. Поэтому его армия не была большой, но это не означало, что она была слабой. Достаточно вспомнить его походы.
   Враг всегда превосходил нас числом, но это им не помогло. Правда, потери восполнялись с трудом, поэтому и приходилось иногда заниматься агитпропогандой. Конечно, были и добровольцы, но им требовалось время, чтобы хотя бы освоить азы. Вроде, дело не хитрое, стоять в плотном строю, да копье держать. Только, все это, кажется легко со стороны, а вот когда на тебя конные прут, или злые дядьки в лицо мечами тычут, одного умения на ногах стоять, маловато.
   В этом плане, любой дружинник, десятку добровольцев фору даст. Одним из видов обучения, является охота. Святослав не тягает за собой обозы, да и поваров не имеет. Его рацион прост, такой же, как у всех. Нарезанные тонкие ломтики мяса, провяленные под седлом. В начале похода, это конечно говядина, а когда она заканчивается, то звериное мясо, добытое на охоте. Так что, некоторую часть ожидания, мы ей и забавлялись.
   Особенно впечатлили Святослава, Серый с Чепраком, лихо завалившие здоровенного зубра, при этом разогнав в разные стороны остальное стадо. Сам он тоже не отсиживался в стороне, на охоте, как и на войне, в первых рядах. Эта черта, здорово его отличала от других правителей. Все тяготы, и лишения, он делил одинаково со всей дружиной, ничем не выделяясь, что вызывало недоумение, у правителей других земель. Которые, со страхом следили, не повернет ли Святослав свою дружину, в их сторону.
   Подкуп Болгарами Печенегов, это один из способов, спровадить его подальше от своих границ. Уж больно нервировало, его присутствие на Дунае, не только Болгар, но в первую очередь Византию. Дружеские отношения, с Никифором Фокой, скатились к отметке, озабоченности присутствием Руссов рядом с имперскими границами, и подозрении в измене. Особенно, после того, как в Константинополе стали муссироваться слухи о том, что Святослав собирается на престол возвести Калакира, а иначе, как объяснить, нежелание последнего вернуться на родину.
   А, слухи в Византии, о любом претенденте, пусть тот даже и не помышлял о захвате власти, приравниваются к достоверным данным. По этой причине, не один человек лишился жизни. Да, и у Болгар перемены произошли. Царь Петр, так и не смог оправиться от болезни, полученной при битве на Дунае. Там у него ноги отнялись. Потом вроде полегче стало, и вот на тебе, внезапная кончина. Не удивлюсь, если потом всплывет, что бедолаге помогли. Яды, там у них на юге, в чести.
   Болгарским царем теперь, Борис, явно нам не дружелюбен. Поэтому-то, Святослав и стремился вернуться побыстрее в Переяславец, и эта задержка, играла на руку его врагам. Хорошо, что у меня таких проблем нет, а то ведь, и параноиком недолго стать, подозревая вокруг себя заговоры, и измены, но я и не стремлюсь особо в большую политику вмешиваться. Для меня главное, чтобы наши люди ни в чем не нуждались, да жили по своей воле, а это меренье кто выше, пустое оно.
  Вот так время и коротали, а после того, как Владимир приехал, разъехались, каждый своей дорогой. Мы в Новгород, Святослав в Киев, сговорившись встретиться по весне, коль живы будем. Да-а, беда всегда приходит негаданно нежданно. Попрощавшись с Вадимом, и Перенегом, и договорившись об их переезде к нам в город, как только они закончат свои дела в Новгороде, мы тоже разъехались в разные стороны. Кто мог знать, что это была последняя наша встреча с Вадимом.
   В толчее городских ворот, во время встречи Новгородом своего князя, лиходей ударил копьем Вадима в спину. Вот такую горькую весть привез нам Перенег. Он действительно, с небольшой частью дружины, вместе с их семьями, приехали к нам. Обосновались они, в той небольшой деревушке, что возникла между нашим городком, и поселением Полюша. Теперь ее уже никак деревушкой не назовешь, а я, в конце концов, обзавелся небольшой собственной дружиной. С которой собственно, и отправился весной к Святославу, присоединившись к его походу. Не думал я, что тот поход будет таким долгим, кровавым, и трудным.
  Подходя к Дунаю, мы встретили остатки оставленной Святославом дружины, которых, все же сумел вывести из-под удара Твердохлеб. Болгарская знать, при поддержке Византии, организовало мятеж против захватчиков. Удара в спину, никто не ожидал, так что, из гарнизонов, оставленных в Переяславце, и городках никто практически не выжил.
  Погиб и Трумир, который возглавлял сотню охраны при Царе Петре. Странное дело. Доверять свою жизнь не соотечественникам, а пришлым людям. Но, болгарская знать, слишком много впитала в себя, из образа жизни Византии. Там, Басилевсы тоже, в охрану своей персоны, нанимали исключительно Варяг, и Руссов, не доверяя соплеменникам, хотя это, и мало помогало. К власти приходили, не столько силой оружия, сколько при помощи яда, или кинжала.
   Твердохлебу повезло больше других. Его тысяча, располагалась в более дружественно настроенной части, вновь образованного княжества. Боголюбы, так они себя называли, мечтали вырваться, из-под плотной опеки Византийцев. Поэтому, предпочли дружбу с нами. Пользуясь нашей поддержкой, в своей борьбе. Они то и предупредили Твердохлеба, о заговоре, и даже больше, влились в ряды его тысячи. Благодаря им, он прошел по всей недружественной территории, практически без потерь. Присоединяя к себе тех, кто смог вырваться из мясорубки. Проще говоря, кому повезло.
   Даже, с учетом присоединившейся дружины Твердохлеба, войск у нас под рукой, оказалось не так уж и много. Свенельд сразу предложил вернуться, собрать дружину посильнее, и только тогда идти вновь на Болгар. Не знаю, что повлияло на решение Святослава, но Свенельда с его разумным предложением, он не послушал. Вместо того чтобы вернуться, мы ускоренными переходами, двинулись прямо на Переяславец.
   Такого быстрого возвращения рати Руссов, Болгары явно не ожидали, но, тем не менее, выставили под его стенами армию, превосходившую нас числом. Святослав стал в центре, правым флангом командовал Спирк, а левым Твердохлеб. Я, со своей дружиной, и Путята, с частью новобранцев, прикрывали фланги. Большая часть пошедших со мной в сей раз, была представлена молодежью, мечтавшей о славе, и были явно недовольны таким распределением.
   Из тех, кто ранее с нами ходил, были только Инги Маленький, и Тьялви Молчун. Два друга, взявших на себя роль телохранителей Ирмы, и не помышлявших более ни о чем. Третий их друг, Скегги Молот, сейчас отсутствовал только потому, что был в дружине Тройдена, и о затевающемся походе, ничего не знал. За Новгородцев, что стали моими дружинниками, я не переживал. То, что давно мечами не махали, еще ни о чем не говорит, а зная Перенега с Вадимом, можно в их выучке не сомневаться. Больше меня молодежь беспокоила, уж больно головы горячие. Выучкой, конечно мало от дружинников отличаются, к тому же, каждый сам за себя прекрасно постоять может, все-таки варяги обучали, но обучение это одно, а настоящий бой совсем другое.
   Болгары, ударили сильно. Пользуясь своим численным перевесом, так всей массой надавили на центр, что наша линия прогнулась. Сейчас не столько сражались, сколько одна стена щитов, давила другую. Да, и не до мечей, и копий в такой давке, тут только одна мысль, на ногах устоять, а то втопчут в землю, и ни кто не заметит.
   Стоя немного позади, мы ни чем не могли помочь в этом противостоянии, но и нам долго праздно стоять не дали. Огибая наши фланги, Болгары еще ударили, и с тыла. В какой-то мере, нам повезло. Построй они и здесь строй, не известно, как долго бы мы держались, но они просто набежали кучей, ведомые своими болярами, мечтающими о славе победителя. Задние ряды развернулись, прикрылись щитами, а для нас пришло время ратной работы.
  Мы проигрывали в количестве, но это сейчас не имело значение. В такой свалке, главную роль играло индивидуальное умение владения оружием, а оно у нас было гораздо выше, чем у противника. Я даже особо за Ирму не переживал, с такими охранниками, как Инги и Тьялви, в такой драке мало у кого будет шансов к ней подобраться. Я и сам чуть в сторону отвернул, чтобы ненароком под маленький топор Инги не попасть, ведь тот даже не смотрит особо, по кому лупит, что человек, что лошадь все едино.
  Так что, первую такую толпу, мы просто разметали в разные стороны, жаль, что она была не единственной, и вскоре, как бы ни умелы мы были, мы тоже увязли в этой толпе. Казалось, время остановилось, но это обычное явление, ты колешь, рубишь, пинаешься, тут некогда следить за течением времени. Иногда, кажется, что проходит целая вечность, хотя на самом деле, всего то пару десятков минут, а усталость уже давит на плечи. Казалось-бы, вроде, и силенки есть, и молотом, иной раз в кузне целый день махать приходится, а и то так не устаешь.
  Поэтому не могу сказать точно, сколько длилось это жуткое противостояние, до того момента, когда над полем, среди всего этого шума, послышался голос Святослава.
  -Держитесь други, ибо мертвые, срама не имут, а уж, коль я свою голову сложу, только тогда о своей думайте.
  Не знаю, кто тут ворожил, только, кажется, вся дружина этот его крик услышала, а потом, кто то и в ответ крикнул.
  -Где ты свою голову положишь, там и мы свои сложим.
  Услышав ответ, у меня в голове только одна фраза крутилась. Да так сильно, что я не выдержал и гаркнул во всю мощь своих легких.
  -Русь идет.
   Как оказалось, это желание крикнуть, было не у меня одного, все дружинники выкрикнули это в один момент, не сговариваясь. И как то сразу, расправились плечи, выровнялось дыхание, ушла прочь усталость.
   Я огляделся, в принципе, не все так плохо. Мы уже отогнали толпу от наших флангов. Все- таки выучка страшная сила. Одно дело, дать меч в руки пахарю, или ремесленнику, и другое, когда меч, и является твоим инструментом по жизни. В центре нашего строя, бывшие Новгородцы, а вот по бокам, наша молодежь, воспитанная в духе Варягов. Все-таки не зря их считают одними из лучших воинов в мире. Хорошая у них школа. Хотя, они это и так подтверждают неплохо своими делами.
   Имея, сравнительно малые силы, держат в страхе почти весь мир. Умудрились даже на юге Италии свое государство отгрохать, и плевать им на все. Я посмотрел на толпу Болгар перед собой, вроде еще многовато их тут, но запал уже не тот. Стоят напротив, и особо в драку не стремятся не то, что в начале.
  -Ну что, может, сами ударим? - Ко мне подошла Ирма, как всегда улыбаясь.
   Не понимаю, как ей может нравиться находиться в гуще драки. С другой стороны, она Валькирия, вся их жизнь война. Я оглянулся на дружину Святослава, посмотреть, как там у них дела.
  -Русь идет. - Еще раз грозно, выкрикнула в одном порыве дружина, и за ним последовало слитное. - Ух. - И передний строй сделал шаг вперед, тесня перед собой Болгар, и выравнивая линию.
   Еще несколько раз повторилось грозное.
  -Русь идет. - И слитное. - Ух.
  После чего, Болгары не выдержали, и побежали. Толпа, стоящая перед нами, тоже решила быстренько отступить, стараясь укрыться за стенами Переяславца.
  Описывать дальнейшую резню, не имеет смысла. Городские стены не помогли, и вскоре наша дружина, ворвавшись в город, устроила жителям кровавую бойню. Болгарская знать, попыталась спасти свои жизни, сложив оружие, но не всем это помогло. Многих, тех, кто ранее приносил ему присягу, Святослав приказал казнить на месте. Остальных, до времени, заперли в порубе.
  Потом был поход, по тем землям, что входили в состав Болгарского Царства, более напоминающий карательную экспедицию. Кровь за кровь, так гласит не писаный закон, завещанный нам предками. Все должны знать, Русь предательства не прощает, и не забывает, и отмщение, всегда будет жестоким.
   Правда, что касалось земель Боголюбов, то там было все наоборот. Вместо репрессий, новые договора о дружбе, и взаимовыручке. Так что Борису, пришлось волей-неволей, подчиниться Святославу, разорвав все военные договора с Византией. Только это, как, оказалось, было только началом, новой большой войны.
   Для начала, по Византии набегом прошлись Угры, согласно союзническому договору со Святославом. Раньше их набеги, сдерживали Болгары, но сейчас позволили беспрепятственно пройти по своим землям. Никифор Фока был вынужден спешно собирать войска, ему пришлось даже большую часть отозвать из Азии, которая никогда не считалась спокойным местом, постоянно бурля волнениями.
   В результате, против объединенных Русско-Болгаро-Угорских сил, к которым еще примкнули и некоторые Печенежские ханы, он выставил целых две армии. Одна прикрывала Константинополь, другая западные области страны, подвергшиеся налету Угров. Святослав тоже разделил свои войска на две части. Одна, под предводительством Твердохлеба, вместе с Боголюбами, Уграми, и основной массой Печенегов, двинулась на запад. Другая, под его командой, пошла прямо на Царьград.
  Глава 8
   Люди, ради счастливого неизвестного будущего,
  Так легко губят свое настоящее...
  
  Прямая дорога проходила через горную цепь разделяющую Болгарию от Византии, что само по себе слегка усложняло поход. Да и как говориться прямая дорога не всегда легче и короче. Скрытно перевалить их, ну никак не получится, по сути, всего одна дорога вся перекрытая заставами. Да Святослав никогда и не скрывал своих намерений. После взятия Болгарской столицы, Великой Преславы, где он захватил Бориса вместе с его семьей и всем двором, он тут же отправил гонца в Константинополь с уведомлением, " Хочу на вас идти". Какая уж тут скрытность.
  Несомненно, нас уже поджидали на горных заставах, в каменных мешках. Конечно, остановить армию эти заставы не в силах, но вот нервы потрепать, да задержать продвижение, это сколько угодно. Согласитесь, попасть под каменную лавину где-нибудь в узком ущелье не очень приятная перспектива, или когда тебя со склона обстреливают стрелами, и швыряются копьями.
   Естественно Болгары знали, где именно находятся заставы Византийцев, но знать одно, а тихо подобраться совсем другое. Тем более что горы, это не леса и равнины, здесь особый подход нужен. Именно, по этой причине я, как имеющий опыт лазанья по горам, вместе с Ирмой, и молодыми варягами, которые родились в своей горной местности, при поддержке нескольких десятков Болгар знающих эти места, и шли впереди, а вернее, обходили те заставы и сами нападали на них, когда они менее всего ожидали нападения. Вот такая нелегкая и тяжелая работа. Мало копий, стрел да мечей, так еще и в пропасть сорваться запросто можно, случайно оступившись.
   Как-бы там ни было, но горы мы все-же перевалили, и с ходу заняли Филиппополь, стоявший у нас на пути. Там стало известно, что Никифор Фока благополучно был убит, во время дворцового переворота организованного Басилевсой, и ее другом, Иваном Цимисхием. Который, теперь и является правителем. Но, судя по всему, даже смена правителя, особо пока не сильно помогала.
  Там же мы узнали, что те войска, которые срочно отзывались из Азии, были разбиты Арабами, а Царьград готовиться усиленно к обороне. Даже цепь на море натянули, а ну как Святослав, еще и ладейный флот, приведет под стены. В срочном порядке собирается ополчение, и стягиваются гарнизоны с городов. Ну, подумаешь, пограбят их немного, как говориться, не велика потеря, главное чтобы до святынь мерзкие варвары не добрались. Ну и вместе со святынями, само собой, и Царские особы не побили, с Великим Патриархом.
   Что-что, а весть о городах, оставленных без защиты, очень сильно всех обрадовала, особенно Болгар, которые так надружились с Имперцами, что не смогли отказать себе в удовольствии, ответить им той же дружеской монетой. По этой причине, о быстром ударе по столице, пришлось на время забыть. Хоть Святослав и не сильно одобрял такие действия, но и не считаться с желаниями союзников, тоже не мог. Тем более что вскоре пришла весть о том, что к нам направляется посольство для переговоров. Волей неволей пришлось задержаться.
   Прибывшие послы, как обычно претворялись невинными овечками. Мол, ничего плохого против Святослава не замышляли, а все остальное, злые наговоры, что они люди мирные, и воевать совсем не любят, а все дела решают только мирным путем, и даже готовы для поддержания этого мира заплатить выкуп. Быть может, так бы и было на самом деле, а может, все-таки просто время тянули. Но, после того, как Святослав получил известия о том, что вторая часть дружины разбита, послы срочно засобирались восвояси.
   Как такое могло произойти с опытным Твердохлебом, стало известно чуть позже. Виной поражения, оказались Печенеги. Причем, произошло то же самое, что когда то под Саркелом, а главное, виновник тот же, Печенежский военный гений, по имени Куря. Который видно, в очередной раз, решил показать свою удаль.
   Попросту говоря, он вытащил свою орду вперед перед строем, но как только по ним ударили катафракты, тут же дал деру. Угры, попытавшиеся ударить по катафрактам, и остановить их продвижение, были смяты бегущими Печенегами, и вся эта кавалькада ухнула на Болгар, а следом за ними, на смешавшиеся ряды, обрушилась конница Византийцев. Твердохлеб, попытавшийся восстановить порядок, погиб в этой неразберихе.
   От полного разгрома, уберегла всех Русская дружина, чьи полки оказались не затронуты этой давкой. Вот только, о продвижении вглубь Византийских земель, пришлось на время забыть. Угры, обозленные Печенегами, за понесенные по их вине потерями, не сдержали свой гнев, и устроили тем настоящую кровавую баню. Оставшиеся в живых, во главе с Курей, тут же рванули в свои степи. Вскоре ушли и сами Угры, невидящие смысла продолжать поход после таких потерь. Поэтому и Русская дружина, и оставшиеся Болгары, отошли обратно в свои пределы, а эта победа окрылила Византийцев, подарив им надежду. Тем более что под стенами Константинополя собралось немалое войско.
   Так что, веселая жизнь с захватом беззащитных городов закончилась, и нужно было, в срочном порядке, собирать все войска, в единый кулак. Две армии, встретились возле Адрианополя, последнего большого города перед Царьградом. Увидя, численность имперцев, некоторые поколебались в уверенности благополучного исхода сражения, что уж тут говорить о Болгарах, у которых боевой дух тут же опустился к самой земле.
   Никто не спорит, они сильные, и храбрые воины. Но времена Симеона Гордого прошли, когда Византийцы тряслись от одного только вида Болгарской рати, а благодаря верхушке знати, пытающейся перенять образ жизни имперцев, их гордость, почти совсем сошла, на нет, укрепляя мысль о непобедимости имперский легионов. Перед дружинами выехал Святослав, и снова произошло маленькое чудо, он говорил спокойно, не кричал, но каждый слышал его слова.
  -Так уж получилось, что волей неволей, мы стоим против Греков, и деться нам некуда. Даже если прямо сейчас побежим, то все одно далеко убежать не удастся, только осрамим себя, и весь свой род. Выход один, биться. Станем крепко друг за друга, то победим, в этом я уверен. Нет в мире такой силы, чтобы славянский свободный дух одолела, быстрее они свои пупки надорвут. Ну, а коль голову сложить придется, то уж лучше храбрецом, сражаясь, чем петляя словно заяц, получить удар в спину.
  Сказав свою речь, он, спешившись, стал в первом ряду. Никто ему не ответил, только видно было, как люди покрепче копья да щиты перехватили, да тихое роптание улетучилось. Перед Византийцами стояли не напуганные люди, а грозное объединенное славянское войско. Таких легче убить, чем с места сдвинуть.
   Нечего говорить, что битва была ужасная, потому как, любая битва ужасна. Но и в этой, так тяжело давшейся нам сечи, мы победили. В который уже раз, численное превосходство, не дало никаких преимуществ, уступив выучке и силе духа, а мы, тяжелой поступью пошли вслед за убегающим врагом.
   Совсем немного не доходя до Царьграда, к нам снова пришло посольство с предложением о мире. При этом, на переговоры, прибыл лично Иван Цимисхий, привезя с собой многие дары драгоценные, на которые впрочем, Святослав, даже не взглянув приказал просто убрать, чем сильно удивил Басилевса.
  Я был рядом с князем, поэтому хорошо рассмотрел этого Армянина занявшего Царский трон. Говорят, цимисхий в переводе, значит маленький. Действительно, Басилевс ростом не выдался, но судя по всему, даже не смотря на свои года, был довольно крепок, и к тому же удивительно подвижен. Воинское дело тоже было ему хорошо известно, а то, как бы он стал военачальником, но то, как он обращался с оружием, показывая лучшие образцы привезенные Святославу в дар, говорило, и о том, что он еще, и превосходный боец. Вот, осмотру оружия, Святослав уделил много времени, осмотрев все, ничего не пропустив, и отмечая превосходное качество, он от души поблагодарил Цимисхия за дорогие дары. Чему тот в очередной раз удивился.
  Обычно правители интересовались больше золотом, а оружие это так, просто красивый жест, а тут все было наоборот. Насчет уплаты дани, как Цимисхий не старался, но снизить не смог. Святослав твердо стоял на своем, считая как живых, так и мертвых, всех без разбора, как Болгар, так и Руссов с Уграми.
  - За убитых, возьмет род его.
   Так что, и в этом вопросе пришлось идти на уступки, хотя и сумма набегала не малая. Снова подтвердили договора о торговле, которые еще при Олеге составлены были, да конечно и Болгар не забыли, предоставив им те же права, что и нашим купцам. После чего, пообещав друг другу жить в мире, и зла не чинить, переговоры окончились, и мы двинулись обратно в Болгарию.
   Хотя, каждый точно знал, что мир продлиться недолго, а то, что будет в будущем? Что тут гадать, когда придет это будущее, узнаем. Особенно были довольны Болгары. Наконец то. За столько лет унижений. Сумевшие щелкнуть по носу, заносчивых имперцев. Пусть даже и с помощью, Киевского князя.
  
  Глава 9
   Мы, не верим в чудеса, даже когда их видим,
  Зато в обещание чуда, сколько угодно...
  
  Радость победы над Византийцами, в Болгарской столице, разделяли не все. Если честно, основная часть Болгарской знати, если бы не опасались Святослава, то ходили бы в трауре. Уж больно сильно их судьбы, и образ жизни переплелись с Византией. О служителях церкви, и говорить не приходится, так как они все выходцы с империи, и естественно стоят на страже ее интересов.
   Вернее, своих собственных, ибо Византийская империя, это только часть их владений, но если можно так выразиться, основная часть. Раскол между Папой и Патриархом еще не получил официального статуса, но на сферах влияния, уже прошла видимая граница. И здесь, Патриарх здорово проигрывал, в этом дележе.
   В Азии, борьба за кошелек, не дала ощутимого результата. Вернее, это назвали, борьбой за умы. Но только вот, ум, он как раз таки никому и не нужен, в первую очередь прибыль, впрочем, как во вторую, и в третью. Так вот, в Азии набрало силу другое учение, более подходящее, под обычаи тех народов.
   Армянская православная церковь, тоже наотрез отказалась подчиниться Патриарху, мотивируя тем, что она старше. Пробный шар, с Крещением Руси через посредство Княгини Ольги, дал сбой. Сын, закоренелый язычник, а с внуками, пока не все понятно, да и получится ли что-нибудь, это вопрос. Так что единственное завоевание, это Болгарское царство, которое исправно поставляло наличность.
   Иногда конечно взбрыкивало, но как говорится, без особого успеха, к этому времени, население уже надежно держали в узде. Поэтому, даже мерзкие Боголюбы, не представлялись большой угрозой, если бы, не одно большое но. И этим но, являлся Святослав со своей дружиной.
   Проклятого язычника, ничего не брало, ни воинство, ни заговоры, ни сыпавшиеся на его голову Анафемы. Уж как войска Цимисхия благословляли, а все одно не помогло. И этот богомерзкий варвар, в свою очередь, стал оказывать поддержку Боголюбам, что прилично ударило, по казавшемуся незыблемым фундаменту, да так, что тот вдруг закачался.
   По этим причинам, особого ликования в столице, Великой Преславе, не наблюдалось. Простые люди не в счет, ну кто же на простолюдина внимание обращает. По большому счету, они ведь, и нужны только для того, чтобы знать содержать, и обогащать. Но, хуже всех, в этом плане, приходилось Борису, Царю Болгарскому, который оказался между молотом, и наковальней, и в какую сторону не сунься, везде больно будет.
   Поддержишь Святослава, есть немаленькая вероятность скоропостижно скончаться, после продолжительной, и скрытой болезни. Встанешь на сторону Цимисхия, но это сейчас вообще не рассматривается, пока дружина Руссов возле города околачивается. Так-то Святослав в его дела не вмешивается, да и в казну не лезет, а начни лица строить, можно всего лишиться. Короче, Болгария сейчас напоминала кипящий котел, но только вот что, и куда выплеснется?
  Подошедший, с оставшейся в живых частью дружины Сфенкел, ставший тысяцким, после гибели Твердохлеба, принес не совсем радостные вести. Боляр, что сидели под арестом, после известия о поражении западной дружины тут же освободили, и они снова начали собирать войска, и сеять смуту.
  Святослав не тянул с решениями. Оставив Сфенкела, с несколькими сотнями, для охраны Бориса, и его казны. Он усиленными переходами направился в свое Придунайское княжество. Нужно было быстро утихомирить возмутителей спокойствия, в преддверии неизбежного нового столкновения с Византией. Что оно произойдет, он нисколько не сомневался, а для того, чтобы в этом столкновении победить, нужно иметь надежный тыл.
   На сей раз, Святослав ни с кем разговоры не разговаривал. Все было просто, и жестоко. Боляре, купцы, просто знатные горожане, все, кто выступал против его правления, лишились головы, а их места заняли те болгары, кто помогал ему в войне с Византией.
   Наводя порядок, Святослав связался с Уграми. Передав их послам долю выплаченной Византийцами дани, они заключили новый союз. Снова договорившись с Боголюбами о свободном проходе, Угры прошлись по Византийским областям. Не обремененная пехотой конница, пронеслась по их провинциям разрушительным ураганом, и пока Византийцы собирали ополчение для отпора, их уже и след простыл. Довольные Угорские вожди, с охотой, согласились повторить набег после зимы.
  В это время Цимисхий, который почувствовал, что его красные сапоги начали потихоньку слазить с ноги, боясь повторить судьбу Никифора Фоки, лихорадочно готовился к новой войне со Святославом. Отозвав все верные ему войска из Малой Азии, где они воевали против Арабов. Он тут же стал формировать особый полк, для своей охраны, набирая в него в основном молодежь. Полк получил название " Бессмертные". Закованные, вместе со своими лошадьми, с головы до пят в броню, они казались, просто неуязвимы.
   В церквях, и соборах, денно, и нощно, молились во славу имперского оружия, отвлекая от пагубных мыслей недовольное население. С приходом весны, в Константинополе и вокруг него была собрана огромная армия, а на море красовался непобедимый Византийский флот. В его задачу, входило перекрыть Дунай, и не дать уйти Руссам на своих ладьях.
   Перед выходом в поход, прошло очень долгое богослужение. Цимисхий отмолился во всех основных храмах, начав с храма Христа Спасителя, потом перешел в славную церковь Софию, и закончил молебен в храме Богоматери Влахернской, избавительницы Царьграда, от нападений все той же противной Руси. Получив везде благословение, в полной уверенности своей непобедимости, Византийские войска двинулись к Болгарской границе.
   Перевалив беспрепятственно через горные перевалы, которые должны были стеречь Болгарские войска, но по какой-то причине их там не оказалось, Цимисхий быстро подошел к Болгарской столице. Сфенкел попробовал сначала отбить приступ на городских стенах, но из этого ничего не вышло, уж больно сил у него маловато под рукой оказалось, да и ворота вдруг, внезапно открылись. С дружинниками, и оставшимися преданными Болгарами, он заперся в Царском Детинце, в котором почему-то, не оказалось Царя Бориса.
   Засев за крепостной стеной, он отбил все приступы устроенные Византийцами. Говорили, что один из приступов возглавлял сам Цимисхий, вот только это мало помогло. Обозленный упорным сопротивлением, Басилевс приказал поджечь укрепления. Так что волей неволей, но Сфенкелу, так сказать, пришлось выйти в чисто поле. В долгой, и упорной сече, ему, и части дружины удалось пробить себе дорогу, и, оторвавшись от преследователей, вернуться к Святославу с известием о нападении имперцев. Вскоре, и сам Цимисхий сделал широкий жест, прислав нескольких захваченных в плен дружинников, он предложил Святославу уйти из Болгарии. В противном случае, как обычно, грозился всех перебить.
  Святослав, выбрав крепость Доростол своим опорным пунктом, отослал с ответом гонцов к императору, что будет ждать его с войском там, спокойно проигнорировав все угрозы. Крепость не город, и шанс, что предатели откроют ворота не большой. В том, что было бы именно так, мы убедились, как только Цимисхий двинулся в путь. Один город за другим, открывал перед ним ворота.
  Болгары надеялись на милость, и считали имперцев спасителями, очень скоро они узнали, что значит освобождение, по понятиям империи. Подойдя к Доростолу, Цимисхий с ходу бросил свои войска на приступ, но навстречу им из города, вышла наша дружина. Бой, был очень тяжелый, но греки так и не смогли сломать нашу стену копий. Мы отошли в крепость только после того, когда они попытались обойти нас с тыла своей конницей. Закинув щиты за спину, мы просто опрокинули тех конников, что стали у нас на пути, и вернулись за стены. Греки это посчитали победой, и устроили у себя празднества.
   Ночью, небольшой отряд охотников, в который вошел и я с Ирмой, а так же, почти вся моя дружина, за исключением раненых. Мы нанесли визит, этим перепившимся победителям. Нет смысла описывать ту резню, что мы устроили. Но, имперцы, урок усвоили хорошо. Наутро, бедолаги ковыряли землю, роя рвы, и устраивая оборонительные насыпи. Их занятие, прервал Святослав, снова выведя дружину за стены.
   Цимисхию, ничего другого не оставалось, как принять вызов. В этот день, нам было немного полегче. Византийцы не очень охотно пытались нас побить, и при всяком удобном случае, откатывали назад. Понятное дело, гоняться за ними по полю, никто не собирался. Поэтому мы просто ждали, когда их военноначальники наведут порядок, и снова погонят на наши копья. В конце концов, осознав, что из этой затеи ничего хорошего не выходит, Византийцы ушли за свои рвы, а мы спокойно вернулись в крепость. На следующий день, они даже не вышли из-за своих укрытий, так что мы просто без толку простояли некоторое время. Мне кажется, что Цимисхий просто опасался остаться без войска, если продолжит такие бои.
   Вскоре, местные Болгары известили нас о Византийском флоте, подымающемся по реке к крепости. Пришлось свои ладьи, что у нас были, не просто подтянуть к берегу, а поставить их так, чтобы затруднить Византийцам доступ к Крепости со стороны реки, а так же тоже заняться земляными работами, углубляя ров. Судя по всему, нас решили взять в осаду, проще говоря, измором.
   В этом, у нас действительно был просчет. С запасами продовольствия, у нас оказалось, не так уж и хорошо. Попросту говоря, мы ими не озаботились, решив, все дело решим битвой, а вот их как раз, Цимисхий теперь избегал.
   Вскоре от тех же болгар пришла весть, что по Дунаю подымаются корабли, с продовольствием для Византийцев. Так что предстояла очередная вылазка, где самую главную роль играл тот факт, что нужно было незамеченными проскользнуть мимо имперского флота, как туда, так и обратно. Ночью мы налегке переправились на противоположный берег, броню пришлось оставить в крепости, уж больно в ней плавать не сподручно.
  Проделав ускоренный марш, и миновав стоявший на якорях флот, мы спустились по берегу вниз по течению, и вскоре заметили, медленно ползущие груженые корабли. Разбившись на команды, и определив себе цели, тихонько подобрались к ним вплавь. Забраться на корабль, оказалось та еще задача, но все же мы справились. Правда все захватить не удалось, просто не хватило людей, так что, некоторым кораблям удалось развернуться, и уйти вниз по течению, но нам хватило мороки и с теми, что попали в наши руки.
   Ведь их еще предстояло протянуть как-то мимо флота, а времени на раздумье, кот наплакал. Скоро беглецы поднимут тревогу, и тогда вся наша затея, обернется провалом. Пристав к берегу, часть припасов сгрузили на землю, чтобы немного облегчить корабли, а то уж груженные больно неповоротливы. Несколько кораблей, разгрузили полностью. Они должны были послужить отвлекающим маневром, а если повезет, то и немного настроение подпортить флотоводцам.
   Припасы, что разгрузили, естественно припрятали, да охрану небольшую оставили. Бросить столько добра, рука не поднялась, особенно если учесть, что с продовольствием у нас туго. Как ни странно, и этот наш план удался. Подойдя к флоту, несколько пустых кораблей, вдруг загорелись, и на полном ходу врезались в боевые корабли. В последовавшей после этого панике, и неразберихе, корабли с продовольствием проскочили к Доростолу.
   Потом говорили, Цимисхий просто рвал и метал, а бедному Друнгарию, пришлось оставить свой пост. Флот отвели подальше от крепости, справедливо посчитав, что если на него один раз напали, то обязательно нападут еще раз, а терять просто так корабли, никто не хотел. Но, неприятности для Византийцев, на этом не закончились.
   В одну из вылазок за оставшейся частью продуктов, мы увидели беспечно расположившуюся Византийскую кавалеристскую часть. Ну, грех было не воспользоваться шансом, так что, переправив в крепость продукты, мы вернулись. После того, как мы закончили, у Византийцев на одну воинскую часть стало меньше. После этого происшествия, греки рыли землю, как сумасшедшие. Окапывая свой лагерь, несколькими рядами рвов. Кажется, им не очень понравилось, как мы сходили к ним в гости.
   Дни осады, медленно текли своим чередом. Святослав иногда выводил дружину за стены, но Византийцы очень редко откликались на предложение позвенеть мечами, а если быть точным, они откликнулись всего лишь однажды. Цимисхий решил бросить в бой свой полк " Бессмертных". Это, действительно оказалось для нас, тяжелым испытанием. Конечно, мы их тогда побили, несмотря на их "бессмертие", но какой ценой. За ту победу, мы тоже дорого заплатили. Много славных воинов в тот день сложили свои головы, как знаменитых, к примеру, как Сфенкел, так и не очень.
   Эти потери, вынудили Святослава отказаться от тактики боя в чистом поле. Подкреплений нам брать было неоткуда, если честно в нашей дружине уже давно было больше Болгар, чем Руссов. В основном это были Боголюбы, которые видели в нас союзников, а не завоевателей. Основные их силы сейчас собирались в западных провинциях, для отпора имперцам, и особо на их помощь рассчитывать не приходилось, а вот к Византийцам, чуть ли не каждый день подходили свежие части. Вскоре и осадные орудия подтянули, что не слишком сильно нас обрадовало.
   Нужно было совершить вылазку, даже несмотря на то, что враг перерыл, как крот, всю землю возле своих позиций, оберегая себя от наших хождений в гости. Дело конечно рискованное, но другого ничего не оставалось, как только попробовать. Ну, не ждать же, в самом деле, когда на голову начнут сыпаться камни, и в стенах пробьют бреши.
  Все прекрасно отдавали себе отчет, что все может закончиться печально, особенно если учесть, что идти придется снова без доспехов, и помочь нам, никто не сможет, в том случае, если все пойдет наперекосяк. Честно признаюсь, я не был добровольцем. Думайте что хотите, но я не считаю себя героем, без страха и упрека, который ищет приключений на свою задницу, и с удовольствием переложил бы эту ношу на другие плечи. Если бы, как обычно, не одно, но.
   С каждым столкновением, опытных воинов становилось все меньше, опыт не гарантирует жизнь, а только повышает шансы на выживание, но ведь бескровных войн не бывает, кто-то должен погибнуть. Места погибших занимали горожане, и даже женщины. У каждого, была своя мотивация. От элементарного желания, отбиться от врага, до мести.
   Со стороны, конечно, казалось, что количество воинов не уменьшается. Количество да, а вот если так выразиться качество. Теперь, при любом столкновении, у нас на порядок выросли потери. Мужества и стойкости, как горожанам, так и женщинам, было не занимать. Но, для того чтобы выжить, этого мало, а уж посылать их на такое дело. Так что, я не был добровольцем, за меня все решили обстоятельства.
   С вечера выйдя за ворота, нашей группе потребовалась почти вся ночь, чтобы незаметно подобраться к машинам. Дальше, все прошло, почти как по маслу. Тихо убрали охрану, и принялись за машины. Враг опомнился только тогда, когда они запылали ярким пламенем. Можно было уходить со спокойной совестью. Но тут, Ирма толкнула меня в бок, и указала на быстро приближающуюся к нам группу. Впереди, на коне, скакал в золоченых доспехах какой-то хмырь, за которым бежали, не отставая от его лошади, два дуболома. За которыми, в свою очередь, следовала разношерстная кавалькада. Мне стало немного не по себе, с такими дуболомами, мы уже встречались под Киевом. Страшные противники.
  -Прорвемся. - Улыбнулась мне Ирма. - Всего лишь по одному на брата. Ты бери на себя левого, я возьму правого.
  -Только прошу тебя, будь осторожна. - Попросил я ее, не удержавшись. В ответ она снова улыбнулась.
  -Не волнуйся дорогой, теперь у меня есть веская причина, особо не лезть на рожон.
  Что это, за причина такая, я спросить не успел, потому как, размахивая мечом, к нам уже приблизился хмырь, как выразилась Ирма, со своим эскортом. Дуболомы на бегу поменяли свою форму, и столкнулся я уже не с человеком, а леший его знает с кем.
   Помня, что твари очень сильны, а на мне и доспехов то нет, я как мог, избегал прямого столкновения, дожидаясь подходящего случая, чтобы самому нанести удар. Случай представился довольно быстро, так как над местом сражения пронеслись крики, с нашей стороны радостные, а врагов, если можно так выразиться, горестные.
   Дело в том, что золотые доспехи нарвался на Инги, и Тьялви, а они парни простые, и в один миг, не просто сняли голову с плеч, а еще и разделили на несколько частей его тело, причем вместе с лошадью, бедолаге и доспехи не помогли. Вот именно, это происшествие, на мгновение отвлекло от меня внимание дуболома, чем я, конечно же, воспользовался. Быстро сократил дистанцию, увернувшись от его запоздалого замаха, и всадил свой кинжал ему прямо в морду. Помня о живучести этой твари, я тут же снес ему голову своим мечом. Выдернув кинжал, я ее еще ударил ногой, чтобы она на всякий случай оказалась подальше от тела, а то кто его знает, на что эта мерзость способна.
   Быстро огляделся. У Ирмы вроде тоже все в порядке. Тьялви, после разделки вельможи подкрался к дуболому со спины, и чуть ли не развалил того пополам своим ударом. Человек бы после такого удара умер бы на месте, а эта погань еще пыталась сопротивляться, пока ему тоже голову не оттяпали. Остальные дружинники тоже не оставались в стороне, и сейчас уже добивали тех из группы поддержки, кто по каким-то причинам не пожелал сделать ноги. Ребята не на шутку разгорячились, поэтому чуть ли не силой пришлось их заставить отступить обратно в крепость, где нас восторженно встретили.
   Все решили, что мы завалили самого Цимисхия, но это оказалось не так. Правда хмырь, которого звали Куркуас, оказался не последним человеком в Византии, вроде даже родственник, их Императорской семьи, и его гибель вызвала шок среди имперцев, а потеря осадных орудий, уныние.
   Опять отодвинув в неопределенность срок окончания этой нелегкой для них войны. Потихоньку, под их ногами стала нагреваться земля, угрожая перерасти в полноценный пожар ненависти. Цимисхий все военные расходы оплачивал из Царской казны, которую отобрал у Бориса, и выгреб ее всю, до последнего медяка. Так же, он обложил неподъемными поборами, и налогами, захваченные им города, что естественно не прибавило ему любви у Болгар, а в сравнении с жизнью под рукой Святослава, так и вовсе выходило, что лучше жить под правлением язычников, чем с братьями во Христе.
   В Азии тоже все было не очень хорошо, да и в самом Константинополе все больше и больше зрело недовольство этой войной, как простых граждан, так и духовенства со знатью. Конечно эта война, и для нас не была прогулкой. Запасы, что мы захватили, подходили к концу, и пришлось перейти на минимальный рацион, который выдавался одинаково, как горожанам, так и дружинникам.
   Дело с провизией немного поправляла река, но именно только что немного. Поэтому Святослав принял сразу предложение о переговорах, поступившее от Византийцев через неделю, после нашей вылазки. Помня, с кем имеем дело, встречу между вождями провели с максимальным бережением, что естественно не сильно понравилось Византийцам, которые изображали обиженную гордость, на которую, нам в принципе было просто начхать.
   В результате переговоров они обязались выплатить нам дань. Как обычно, платили и за убитых, хоть и зубами от этого скрипели, а так же снова подтвердили все прежние договора по торговле. С нашей стороны, мы обязались уйти из Болгарии. Святослав понимал, что при нынешнем положении дел, ему сейчас здесь не удержаться. Необходима передышка, чтобы снова собраться с силами, а для этого, так или иначе, нужно вернуться на Русь. Поэтому, для него не составило особого труда согласиться с этим условием.
   Потом стал вопрос, каким путем идти. Вместе с нами уходили и примкнувшие к нам Болгары, а так же значительная часть населения Доростола, не пожелавшая остаться в городе. Места в наших ладьях для всех не хватало, но и бросать корабли, уходя по земле, Святослав не пожелал. Свенельд, как бы заметил, что на обратном пути, на порогах, скорее всего, будут поджидать Печенеги. На что Святослав, усмехнувшись, ответил, что это не проблема, ведь в Свенельда распоряжении будет Киевская дружина.
   Я не пошел со Святославом на ладьях, не мог оставить своих, среди которых было много раненых, а главная причина заключалась в том, что Ирма забеременела, и для меня это было главнее всего на свете. Путь домой был долгий, идти обычными переходами не позволяли раненые, но не сказать, чтобы очень тяжелый.
   Как бы то ни было, а домой мы добрались благополучно, и весной, Ирма подарила мне сына. За всеми этими переживаниями, я забыл обо всем на свете. Весь мир тогда для меня сузился, до моей дорогой жены, и ребенка. Пришедшая весть о гибели Святослава на порогах, была с родни ударом обуха по затылку.
   Я никак не мог понять, как такое могло произойти? Хотя вывод был очевиден. Предательство. Сыновья не спешили с отмщением за отца, а Свенельд, взял в Киеве практически всю власть. Добило меня известие, что Куря, Печенежский хан с которым я не раз уже встречался, сделал их черепа Святослава чашу. Из этой чаши он пил на своих пирах, и похвалялся, что она придает ему силы и ума, которыми обладал славный князь.
   Как, оказалось, собрать дружину охотников не составило особого труда, но на это ушло некоторое время. Ну как бы там ни было, в обход Киева в печенежские степи ушла дружина. Наш удар по клану Кури, был страшен. Попросту говоря этот клан перестал существовать. Я самолично зарубил этого упыря, а голову Святослава увез с собой и похоронил в таком месте, где ее никто и никогда не потревожит.
  -А что было потом? - Тихо спросила Андрея Глафира. - После походов Святослава?
  -А что именно, тебя интересует? - В свою очередь спросил он.
  -Все. - Тут же откликнулась она. - Как дальше жили, Арт с Ирмой? Долго ли радовался своей власти, этот Свенельд? И еще я знаю, что Владимир стал Киевским князем, и что он Крестил Русь. А что случилось, с его братьями?
  -Ну, если так интересно, обязательно расскажу. - Пообещал ей Андрей.
   Конец второй книги.
  
  
  
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера 5: Башня Видящих"(Уся (Wuxia)) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик) Т.Ильясов "Знамение. Начало"(Постапокалипсис) А.Субботина "Проклятие для Обреченного"(Любовное фэнтези) О.Миронова "Межгалактическая любовь"(Постапокалипсис) Л.Джонсон "Колдунья"(Боевое фэнтези) В.Кей "У Безумия тоже есть цвет "(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

НОВЫЕ КНИГИ АВТОРОВ СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Сирена иной реальности", И.Мартин "Твой последний шазам", С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"