Котляр Ася: другие произведения.

Мы - астронавты!

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Каждая еврейская мама, имеющая сына, мечтает о том, чтобы её ребёнок был счастлив. А счастье, опять же, по мнению каждой еврейской мамы - это женитьба. Удачная женитьба еврейского мальчика и обязательно на еврейской девочке из приличной семьи. Но... Любовь не выбирает и стрелы Амура летят в разные стороны, отодвигая на своём пути историю, традиции, опыт предков. И перед родителями встаёт выбор: "да здравствует любовь!" или "долой вековые традиции, не позволяющие маленькому народу ассимилироваться!" И только безусловная любовь к детям помогает родителям сделать единственно правильный выбор. Главное, чтобы ребёнок был счастлив...

  А.Котляр
  
  tamajka@mail.ru
  
  МЫ - АСТРОНАВТЫ
  
  Комедия
  
  
  Действующие лица :
  
  Рая Моисеевна - мама Лёни. Женщина жёсткая, привыкшая принимать решения за всех членов своей небольшой семьи и считающая себя Большой Еврейской Энциклопедией в вопросах брака.
  Борис Абрамович - отец . Мужчина образованный, интеллигентный. Подкаблучник. Покорно принимает то, что посылает ему Всевышний.
  Лёня - сын, обожаемый мамой . 27-29 лет, аспирант.
  Серафима - невеста сына, девушка 30-35 лет , с характером, знающая, чего хочет от жизни. Не еврейка.
  Надежда Ивановна - мать невесты. Женщина, воспитывающая дочь одна и безумно любящая своё чадо.
  
  Картина первая
  
  Богато, без особого стиля и вкуса, обставленная комната. Рая Моисеевна сидит в кресле читает. На столе огромная ваза с фруктами. Рая Моисеевна долго выбирает яблоко, смачно откусывает его и громко жуёт. Рая Моисеевна одета в шикарный халат с перьями, которые лезут в нос, отчего женщина периодически чихает и чешет нос.
  Р а я М о и с е е в н а (чихает, поправляет перья, которые лезут ей в рот). Нет, я когда-нибудь выброшу эту дрянь. (Кричит.) Боря! Ты, таки, был прав, когда говорил мне, что перья могут вызвать эту, как её... Аллергию... Они её уже вызвали.
  Г о л о с Б о р и. Раечка, что тебе мешает снять эту дрянь и надеть другую?
  Р а я М о и с е е в н а. Ты шо, с ума сошёл? А вдруг кто придёт? А я в тряпье?
  Голос Бори: А кого ты ждёшь?
  Р а я М о и с е е в н а. Ну... Мало ли... (Жуёт яблоко. ) Вот в прошлый раз зашла Галя со второго этажа, так я была в халате без перьев, так она на меня так посмотрела, как буд-то я голая... И если она теперь придёт - я встречу её во всеоружии, так скть! И пусть эта старая сплетница скажет всем, что перья у меня есть!
  Б о р я (выходит с чашкой кофе для жены и тарелкой с бутербродиками с икрой). Раечка, солнышко, эта старая сплетница, как ты изволила заметить, на пятнадцать лет моложе тебя и потом, неужели для тебя так важно, что подумает Галя со второго этажа, Света с первого или Соня с улицы?
  Р а я М о и с е е в н а (смотрит на мужа, как на инопланетянина). Господи, столько лет учу тебя, дурака: в обществе живём! Люди кругом! И в этом обществе всё важно: есть у тебя перья - на тебя смотрят почтительно! Нет у тебя перьев - перо тебе в задницу и не показывайся. Не примут! А ещё и засмеют...
  Б о р я (стелит аккуратно салфеточку, ставит поднос, садится рядом. Вздыхает). Рая, Рая... Чем твоя голова забита? Ну причём здесь перья? Людей судят совсем по другим вещам: по делам их, по их поступкам, по мозгам, наконец... Перья, как, впрочем, и другие незначимые и милые вещички, которыми забита наша квартира, это не показатель ничего...
  Р а я М о и с е е в н а (перебивает мужа). Это в твоём институте не показатель! Потому, что в этом вашем заведении, что не мужик - то зануда, что не баба - то мымра учённая, смотреть страшно... А когда, Боренька, смотреть страшно - вот тогда и начинают в мозгах ковыряться... Кстати, где Лёня?
  Б о р я. В университете был. Я ему звонил часа 2 назад. Сказал, что будет поздно.
  Р а я М о и с е е в н а. Насколько поздно? Может как вчера - рано? Я тебя, Боречка, не понимаю. Твой сын, практически, не ночует дома, а ты спокоен? А если с ним что-то случится? Полный город бандитов, а мальчик из интеллигеньной еврейской семьи даже не сумеет за себя постоять! Он даже нахамить им не сможет!
  Б о р я. Слава Б-гу, что не сможет, Раечка. И потом, если ты заметила, он уже большой мальчик! Во-вторых, он на машине! И в-третьих, у него могут быть свои, так сказать, личные дела...
  Р а я М о и с е е в н а. Во-первых, давай вернёмся к "во-вторых". Эту рухлядь ты называешь машиной? Я по сравнению с ней - ребёнок, Боря! Я бы ещё поняла, если бы у него был танк! Это как-то бы успокоило моё материнское сердце. Во-вторых.. (Всполошилась.) Это про какие такие личные дела ты мне тут поёшь? Пока он не женился, все дела у него могут быть только семейные... Общие с нами, я хотела сказать, дела. Ага... Ты что-то знаешь, но от меня скрываешь....
  Б о р я. Раечка, ты заговорила стихами! Это что-то новенькое!
  Р а я М о и с е е в н а (вскакивает). Боря, прекрати немедленно! Мне не до шуток. Быстренько рассказывай, что тебе известно?
  Б о р я. Успокойся. Мне ничего неизвестно. Просто я предполагаю, что в 29 лет у мальчика может быть своя, так сказать, личная жизнь...
  Р а я М о и с е е в н а ( с ужасом). Ты предполагаешь интим????
  Б о р я (листает газету, киват). И это тоже!
  Р а я М о и с е е в н а. Ой я сейчас умру... Бабник. Весь в тебя! Это значит, нашего мальчика оркрутила какая-нибудь девка, и он с ней спит? Боря! Ты понимаешь, что она может плохо повлиять на Лёню? А ещё она может заразить его какой-нибудь неприличной болезнью... О, ужас!
  Б о р я. Прекрати. Не обязательно она его окрутила и уж совсем необязательно, что она проститутка...
  Р а я М о и с е е в н а. Кто бы говорил! Ты забыл, как ты таскался по этим шиксам, пока я не взяла тебя и не овела в ЗАГС? Так вот если бы не я, ты бы уже был старым больным и лысым сифилитиком.
  Б о р я (смеётся). Ну ладно, а сейчас я молодой, здоровый и кудрявый супермэн?
  Р а я М о и с е е в н а (прижимает его голову к груди). Ну да. Не молод. Не здоров... Не супермэн... (Целует мужа в макушечку.) Так. Всё. Мне надоело это безобразие. Нужно срочно его женить! Беру всё в свои руки. Я завтра же иду к Иде Львовне, пусть она подыщет ему девочку из приличной семьи... Слушай, как ты думаешь, она много возьмёт, если получится? На много пусть не расчитывает, потому что кого бы Ида Львовна нам не предложила, она будет недостойна нашего Лёнечки... (Берёт фотографию, целует, вытирает руковом, ставит на место.) Какой мальчик! Кто бы мог подумать, что у тебя, Боречка, родится такой сын? Это я облагородила породу!
  Б о р я (смеётся). Раюся, да кого б он нам не привёл - разве она сравнится с тобой?
  Р а я М о и с е е в н а. Это ты на что намекаешь? На то, что я недостаточно образована? Зато тебя выучила. Сына тебе вырастила. Всё для тебя - живу для тебя, покупаю всё только для тебя. (Всхлипывает.)
  Б о р я. Шубку норковую, третью по счёту, на прошлой неделе, тоже для меня?
  Р а я М о и с е е в н а. А как же! Вот представь: идёшь ты со мной по улице, заходим в подъезд, а тут эта Лиля придурковатая с пентхауза нарисовалась. А я в шубе! Новой. Она и думает: вот кому повезло в жизни, так это Борис Абрамовичу! Раиса-то Моисеевна какая! Видная! Красивая! В шубе! Счастливый он мужчина, этот Борис Абрамович, при такой-то жене... Это Лиля так подумает и пойдёт завидывать к себя на пятый в свою однокомнатную квартирку!
  Б о р я (положил газету, посмотрел на часы). Всё, Рая, пошли спать. Лёнька опять придёт под утро.
  Р а я М о и с е е в н а. Ну уж нет. Уж я его дождусь сегодня!..
  Звонок в дверь.
  Р а я М о и с е е в н а. Вот и дождалась! Иди, открой уже ему дверь!
  Боря идёт открывать дверь. Рая принимает грозную позу. Меняет её на ещё более грозную. Входит Лёня. Подходит к маме, целует в щёку.
  Л ё н я. Мамуль привет! Ты чего такая грозная? Что-то случилось?
  Р а я М о и с е е в н а. Лёня! Скажи мне честно: ты кушал?
  Л ё н я. Если честно, я кушал...
  Р а я М о и с е е в н а. Лёня! Скажи мне сынок, ты вкусно кушал?
  Л ё н я. Я вкусно кушал...
  Р а я М о и с е е в н а: Лёня. Скажи мне сынок, ты много кушал?
  Л ё н я. Мам, я вкусно и много кушал. Только я что-то не пойму, к чему ты клонишь?
  Б о р я. Сейчас поймёшь!
  Р а я М о и с е е в н а. Боря, не перебивай меня. Лёня! Скажи мне сынок, а где ты кушал?
  Л ё н я. Мам, ну какая разница, где я кушал?
  Р а я М о и с е е в н а (подошла к сыну, принюхалась). Боря! От него пахнет столовской пищей и дешёвыми духами... Я так и знала... Она - женщина лёгкого поведения... Она - проститутка!
  Л ё н я (хохочет). Мам! Почему лёгкого?
  Б о р я (тоже смеётся.) Потому, что если бы от тебя пахло машинным маслом или, скажем, дизельным топливом, она бы сказала, что ты гей!
  Р а я М о и с е е в н а. Прекратите оба! Вот если бы ты ел в приличной еврейской семье, от тебя бы пахло курочкой и Шанелью. А этот запах уж точно не Гуччи... О как мне знаком этот мерзкий запах! Так пахло от твоего отца, когда я подобрала его...
  Л ё н я (хохочет) В приличной, кстати, еврейской семье..
  Р а я М о и с е е в н а. А... Все вы одинаковы... Ладно, пойду, подогрею жаркое... И не смей мне сказать, что ты сыт. Не поверю! (Уходит.)
   Б о р я. Ну рассказывай, как дела, как в институте?
  Л ё н я. Пап, там всё, слава Б-гу, нормально. На следующей неделе начинаю готовиться к защите. Иван Алексеевич просмотрел работу, немного подправил, но, в принципе, остался доволен... Ещё 2 месяца и я кандидат... Но я не об этом хочу с тобой поговорить, пока мама не слышит... Даже не с чего... Как бы это...
  Б о р я. Лёня, что-то случилось? Тебе нужны деньги?
  Л ё н я. Понимаешь, папа, я встречаюсь с девушкой...
  Б о р я. Это я уже понял. И кто она?
  Л ё н я. Она... Как бы тебе помягче....
  Б о р я. Так, Лёня, не мямли. Помягче - это к маме, пожалуйста. А мне - как есть.
  Л ё н я. Она... Работает учительницей. В школе.
  Б о р я. Замечательная профессия. Благородная.
  Л ё н я. Её зовут Серафима.
  Б о р я. Странное имя! А как её фамилия?
  Л ё н я. Вот это, пожалуй, самое страшное. Её фамилия Иванова.
  Б о р я. Хорошая фамилия. (Вопросительно медленно поднимает глаза на сына.) Лёня! Я тебя правильно понял?
  Лёня кивает.
  Б о р я. Только не говори, что у тебя серьёзные намерения!
  Лёня кивает.
  Б о р я (вскидывает руки к небу). Горе!.. О Господи! Ты послал мне сына! Вместе с сыном ты дал мне надежду! А сейчас ты отнимаешь её у меня! Лёня! Ты собираешься сказать об этом маме?
  Лёня кивает. .
  Б о р я (обращаясь к Небу). Господи! Ты забираешь ещё и мою Раечку!
  Л ё н я. Папа! Что ты такое говоришь? Никого Он не забирает! Он даёт! Мне жену, а тебе дочь, и, я надеюсь, внуков...
  Б о р я. Лёня, ты намекаешь или мне показалось?
  Л ё н я. Да нет! Нет пока никаких внуков. Но будут когда-нибудь, я надеюсь!
  Б о р я: Лёня! Это будут дети от Серафимы Ивановой! А ты знаешь, какие это будут дети? Они будут почти Ивановы... Боже мой! Идёт мама! Господи! Дай ей ещё пожить!
  Р а я М о и с е е в н а. Боречка, шо ты сидишь, как буд-то ты шо-то съел? Лёня, иди вымой руки и сядь уже за стол. Боря! Встань уже и сядь с сыном. Так! Я что-то пропустила? Борис! Ты уже что-то знаешь, чего не знаю я, но по твоему лицу я вижу, что когда я это узнаю, я тоже буду сидеть с таким лицом?
  Л ё н я. Мама. Я должен тебе сказать что-то очень важное...
  Р а я М о и с е е в н а (садится медленно и неуверенно). Ну, говори уже. (Боря, делая знаки сыну, садится рядом и прижимается к жене.)
  Р а я М о и с е е в н а (мужу). Ты что, не можешь сесть дальше? Ты же мешаешь мне слушать! (Сыну.) Ну!
  Л ё н я (встал). Дорогие мои мама и папа. Я вас очень люблю. Вы самые близкие и дорогие мне люди!
  Р а я М о и с е е в н а. Лёня! Не тяни кота за хвост. Оставь вступление и переходи к авантюре.
  Б о р я. К увертюре, Раечка!
  Р а я. Я знаю, что такое увертюра, Боренька! Но только сердце мне подсказывает, что то, что этот ребёнок хочет нам рассказать, иначе как авантюрой не назовёшь. Ну?
  Л ё н я. Я женюсь.
  Р а я М о и с е е в н а. И что?!
  Л ё н я. Мама! Я женюсь.!!!
  Р а я М о и с е е в н а: Я уже это слышала. Но нутром чую, что если бы всё было так просто, ты не признавался бы нам в любви. Кто она?
  Борис Абрамович, чтобы смягчить удар, заискивающе смотрит на жену и мягко говорит.
  Б о р я. Раечка, она учительница...
  Р а я М о и с е е в н а. Учительница-шмучительница... Лёня, скажи мне главное. Она еврейка?
  Б о р я. Почти, Раечка! У неё чудесное еврейское имя. Оно, так сказать, состоит из двух еврейских имён: Сара и Фима....
  Р а я М о и с е е в н а. Слушай, не морочь мне голову. Где ты видел чтобы девушку из приличной еврейской семьи звали Сарафима?
  Л ё н я. Серафима. Её зовут Серафима и она не еврейка, мама.
  Р а я М о и с е е в н а (вопросительно и растерянно смотрит на мужа). Боря! А как же два еврейских имени? Ты же сказал почти! Готэню! Вэйзмир! Прах, Боря, на твою больную, лысую голову! Лёня! Давай так. Ты сейчас выйдешь в ту дверь. И войдёшь снова. И, как будто ты пришёл домой, и устал, и ложишься спать. И я лягу. Я вот сейчас лягу спать и сдохну от горя! Прямо во сне! Чтобы не так больно было! Господи! Почему ты допустил это? Мои предки в гробу перевернутся. Мой папа... Какое счастье, что он не дожил до этого дня... А моя мама...
  Б о р я. Рая! Мама, слава Б-гу, здорова и живёт в Бердичеве...
  Р а я М о и с е е в н а. Она когда узнает, ляжет с папой...
  Л ё н я. Мама. Прекрати истерику! Да, имя у неё странное. Фамилия у неё Иванова. Она не еврейка. Учительница... И я люблю её!
  Р а я М о и с е е в н а (причитая). Лёнечка, может она случайно забеременела? И ты, как порядочный человек, обязан на ней жениться?
  Л ё н я. Нет, мамочка, она не беременная.
   Р а я М о и с е е в н а. Боря, лучше бы он был гей... Бедные мои родители!
  Б о р я. Рая, оставь маму в покое... Пойдём, я тебя уложу в кровать, сделаю массажик...
  Р а я М о и с е е в н а. Это Лиля! Это она меня прокляла, когда шубу увидела... Или Галя? Зачем мне теперь эти перья, Боря, прах на твою голову? Зачем мне эта шуба, Боря? За что, Господи?
  Боря уводит Раю. Лёня достаёт телефон. Звонит.
  Л ё н я. Сим! Это я! Да... Сказал... Как-как? Пока никак. Завтра отойдут и тогда млжно будет... Да. Приеду... Я на консультацию к 10, потом лекция. Буду к пяти... Нет, нужно. Пойдём знакомиться... Не бойся, я сам боюсь... Конечно, с Надеждой Ивановной! Целую, родная! (Уходит.)
  
  Картина вторая
  
  Выходит Рая с обмотанной головой в старом халате. Она медленно подходит к дивану и со стоном ложится. Борис Абрамович суетится вокруг стола.
  Р а я М о и с е е в н а (умирающим голосом). Боря... Их ещё нет?
  Б о р я. Нет, Раечка, ещё нет!
  Р а я М о и с е е в н а (умирающим голосом). Боря, ты скатерть взял новую?
  Б о р я. Взял, Раечка, новую!
  Р а я М о и с е е в н а. С цветами?
  Б о р я. С цветами, Солнышко!
  Р а я М о и с е е в н а. С цветами положи на место! Это на праздник! А может у тебя, Боря, праздник? Ты приборы положил? Ты их протёр?
  Б о р я. Взял, протёр, положил...
  Р а я М о и с е е в н а. Серебрянные?
  Б о р я. Мельхиоровые, Раечка! Серебрянные на праздник!
  Р а я М о и с е е в н а (умирающим голосом) Умница ты у меня, Боренька! Иди-но сюда... Посиди со мной!
  Боря садится с женой берёт её руку и нежно гладит. Он расстроен, но бодрится.
  Р а я М о и с е е в н а (плачет). Боря, что же это такое? Что же это происходит? Сначала Б-г создаёт нас евреями, потом он даёт нам сыновей. И что? И потом Он что? Куда Он смотрит, Боря? Я же столько молилась... Я даже 2 раза на шаббат ходила и свечку зажигала... Рэбецн сказала: "А теперь скажите молитву и просите чего хотите!"
  Б о р я. Ну и что ты попросила!
  Р а я М о и с е е в н а. Я попросила, чтобы он женился! (Горько плачет.) Но я забыла...
  Б о р я. Что ты забыла, Раечка?
  Р а я М о и с е е в н а. Я забыла попросить, чтобы она была еврейкой. Знаешь, это как-то само собой подразумевалось (Плачет.)
  Б о р я. Рая, они скоро придут. Уже почти шесть часов. Иди, переоденься. Увидят тебя заплаканную, в старом халате - испугаются.
  Р а я М о и с е е в н а (встрепенулась). Боря, а если я выйду голая, как ты думаешь, может они совсем уйдут?
  Б о р я. Иди, Солнышко. Иди... (Звенит звонок.) Я открою, Раечка!
  В комнату входит Лёня. За ним очень неуверенно идёт Сима. За Симой идёт Надежда Ивановна. В руках у неё коробка конфет. У Симы маленький букетик нежных цветов).
  Б о р я. Здравствуйте. Давайте знакомиться. Борис Абрамович.
  С и м а. Здравствуйте. Я Серфима. Можно просто - Сима.
  Н а д е ж д а И в а н о в н а. Я Надежда Ивановна, мама Симы.
  Б о р я. Проходите. Садитесь, пожалуйста. Рая Моисеевна сейчас выйдет. Ей не здоровится, знаете ли, со вчерашнего вечера. Давление.
  Н а д е ж д а И в а н о в н а. Давление - это плохо! Это, я вам скажу, вес надо сбрасывать. (Сима толкает маму. Мама извиняющимся голосом.) Так это, соседка моя к врачу ходила. А в ней килограммов сто двадцать будет. Так врач ей и посоветовал про вес-то... А я так хотела, чтобы Симочка моя врачом стала! А она крови боится, видеть её не может... (Сима толкает маму. Мама извиняющимся голосом). Ну, не так чтобы совсем не может... Но вот когда струёй - тут уж ей плохо...
  Б о р я. Да, тут уж любой не выдержит, когда струёй. Что-то Раечка долго. (Кричит.) Рая! Гости пришли!
  Выходит Рая. На ней шикарное платье с блёстками, причёска, каблуки. Все уставились на неё. Немая сцена.
  Лёня подходит к Симе.
  Р а я М о и с е е в н а (царственно). Рая Моисеевна.
  Л ё н я. Мама, познакомься, пожалуйста, это моя Сима. Её мама - Надежда Ивановна.
  Надежда Ивановна пытается всунуть Рае Моисеевне коробку конфет, но Рая Моисеевна отворачивается и царственно садится в кресло. Конфеты подхватывает Боря.
  Р а я М о и с е е в н а. Присаживайтесь.
  Надежда и Сима и Боря и Лёня одновременно садятся и смотрят на Раю. Рая Моисеевна, понимая, что ей удалось быть в центре внимвния, выдерживает театральную паузу, рассматривая гостей.
  Б о р я (чувствуя неловкость). Давайте, пройдём к столу. Сима и Надежда Ивановна встают как по команде.
  Л ё н я. Мам! Хватит! Напугала гостей! (Гостям.) А вы не бойтесь. Это она сейчас строгая, а вообще-то, она у нас добрая и любящая. (Целует мать в щёку.)
  Сима неуверенно улыбается. Все садятся к столу, выключается свет, разговоры тихие, потом громче и совсем громко. Свет включается.
  Р а я М о и с е е в н а (почти кричит). Да, я против этой, так скть, свадьбы. (Боря дёргает её за руку.) Да отстань ты от меня - платье порвёшь.
  Н а д е ж д а И в а н о в н а. Да что ж она вам плохого сделала-то? Девочка у меня золотая! Училась отлично, университет закончила, на работе её хвалят....
  Р а я М о и с е е в н а. Ага, скоро орден дадут! У Лёнечки, между прочим, невеста есть. Из приличной семьи. Еврейской!
  На комоде много фотографий в рамках. Рая хватает первую попавшуюся и тычет Надежде Ивановне в нос.
  Н а д е ж д а И в а н о в н а. А наша-то чем не приличная? Я сама её растила, на трёх работах работала, чтоб выучить. Ни пила, ни курила... Всё для неё. А красавица какая, посмотрите! А что не еврейка она - так ведь Б-гу-то всё равно, раз допускает он браки эти, межнациональные. А в народе говорят, что кровь разбавлять нужно, дети хорошие получаются...
  Р а я М о и с е е в н а. Лёня! Ты слышишь, что она говорит? Она ещё скажет, что мы в мацу её кладём, кровь-то!
  Н а д е ж д а И в а н о в н а: Ну вот насчёт этого не скажу - не пробовала. Но в народе говорят лишь бы мир меж ними лад да любовь, а потом уж и одна будет кровь.
  Р а я М о и с е е в н а. А Вы нам своим народом не тычьте! В народе у них говорят! А у нас в народе говорят, что Адам - первый счастливчик, потому, что нее имел тёщи!
  Л ё н я. Ну так мы далеко зайдём. А давайте я вам анекдот расскажу! Умирает старый еврей. Говорит жене: "Мой синий костюм отдай Аркадию". Жена ему: "Нет, лучше Яше! Муж: "А я хочу Аркадию". Жена: " А я хочу Яше". Муж: "Слушай, Соня, кто умирает - ты или я?
  Боря, Сима и Надежда Ивановна смеются. Рая Моисеевна сидит, как каменная.
  Р а я М о и с е е в н а. Боря, ты чего ржёшь как полоумный? Это он про нас анекдот рассказал - смерти нашей хочет....
  Сима совсем скисла.
  Л ё н я: Мама, прекрати. Это всего-навсего анекдот!
  Б о р я (пытается разрядить обстановку.) А давайте-ка, потанцуем! (Подошёл к Симе.) Разрешите?
  Сима с удовольствием идёт танцевать, чтобы не продолжать тяжёлую беседу. Лёня приглашает Надежду Ивановну. Музыка медленная, приятная. Рая Моисеевна сидит надувшись и кушает. Смотрит на танцующих. Встаёт, выключает музыку.
  Р а я М о и с е е в н а. А давайте попоём?
  Все садятся за стол.
  Р а я М о и с е е в н а. Ой, гевалт вунемтмен, вунемтмен, вунемтмен. (Поёт на идиш "Варничкес". Мужу.) Боренька, подпевай!
  Гевалд, ву немт мен, ву немт мен, ву немт мен
  А локшнбрет аф кацен ди варничкес?
  Он хейвн ун он смалц, ун он фефер, ун он залц,
  Ой а локснбрет аф кацен ди варничкес.
  
  Гевалд, ву немт мен, ву немт мен, ву немт мен
  А месер аф цу шнайдн ди варничкес?
  Он хейвн ун он смалц, ун он фефер, ун он залц.
  Ой а месер аф цу снайдн ди варникес.
  
  Гевалд, ву немт мен, ву немт мен, ву немт мен
  А тепл аф цу кохн ди варничкес?
  Он хейвн ун он смалц, ун он фефер, ун он залц.
  Ой а тепл аф цу кохн ди варничкес.
  
  Гевалд, ву немт мен, ву немт мен, ву немт мен
  А бохер аф цу есн ди варничкес?
  Он хейвн ун он смалц, ун он фефер, ун он залц.
  Ой бохер аф цу есн ди варничкес.
  Гевалд!
  (Ой, где мне взять, ой.тде мне. взять
  Доску, чтоб раскатать варенички?
  Без соли и без сыра, без перца и без жира,
  Доску, чтоб раскатать варенички.
  Ой, где мне взять, ой, где мне взять
  Нож, чтоб; нарезать варенички?
  Без соли и без сыра, без перца и без жира.
  Нож, чтоб нарезать варенички.
  Ой. где мне взять, ой, где мне взять
  Горшок, чтобы сварить варенички?
  Без соли и без сыра, без перца и без жира.
  Горшок, чтобы сварить варенички.
  Ой, где мне взять, ой, где мне взять,
  Ой, парня, чтобы кушал варенички?
  Без соли и без сыра, без перца и без жира.
  Ой, парня, чтобы кушал варенички.)
  Первый куплет спела. Заводит второй. Всё ёрзают...
  Л ё н я. А может нам Сима стихи почитает?
  Б о р я. Давайте, Симочка! Лёня рассказывал - вы чудесно читаете стихи!
  Н а д е ж д а И в а н о в н а. Ну как не читать - то? Папашка её известный артист был! Как начнёт стихи читать, да песни петь - тут уж никто устоять не мог.
  Б о р я. А, разрешите спросить, отец Симы жив?
  С и м а (не выдерживвает). А куда ж он денется? До сих пор стихи читает. И песни поёт. Жаль, морды я его не знаю - не видела никогда. Стихи хотите? Так я могу и стихи!
   (Читает первый куплет увеличивая темп и тембр голоса.)
  Я памятник себе воздвиг нерукотворный,
  К нему не зарастет народная тропа,
  Вознесся выше он главою непокорной
   Александрийского столпа.
  Нет, весь я не умру - душа в заветной лире
  Мой прах переживет и тленья убежит -
  И славен буду я, доколь в подлунном мире
   Жив будет хоть один пиит...
  А может нет! Давайте лучше прозу:
  "Над седой равниной моря ветер тучи собирает. Между тучами и морем гордо
  реет Буревестник, черной молнии подобный.
   То крылом волны касаясь, то стрелой взмывая к тучам, он кричит, и -
  тучи слышат радость в смелом крике птицы.
   В этом крике - жажда бури! Силу гнева, пламя страсти и уверенность в
  победе слышат тучи в этом крике.
   Чайки стонут перед бурей, - стонут, мечутся над морем и на дно его
  готовы спрятать ужас свой пред бурей.
   И гагары тоже стонут, - им, гагарам, недоступно наслажденье битвой
  жизни: гром ударов их пугает.
   Глупый пингвин робко прячет тело жирное в утесах... Только гордый
  Буревестник реет смело и свободно над седым от пены морем!
   Все мрачней и ниже тучи опускаются над морем, и поют, и рвутся волны к
  высоте навстречу грому.
   Гром грохочет. В пене гнева стонут волны, с ветром споря. Вот
  охватывает ветер стаи волн объятьем крепким и бросает их с размаху в дикой
  злобе на утесы, разбивая в пыль и брызги изумрудные громады.
   Буревестник с криком реет, черной молнии подобный, как стрела пронзает
  тучи, пену волн крылом срывает.
   Вот он носится, как демон, - гордый, черный демон бури, - и смеется, и
  рыдает... Он над тучами смеется, он от радости рыдает!
   В гневе грома, - чуткий демон, - он давно усталость слышит, он уверен,
  что не скроют тучи солнца, - нет, не скроют!
   Ветер воет... Гром грохочет...
   Синим пламенем пылают стаи туч над бездной моря. Море ловит стрелы
  молний и в своей пучине гасит. Точно огненные змеи, вьются в море, исчезая,
  отраженья этих молний.
   - Буря! Скоро грянет буря!
   Это смелый Буревестник гордо реет между молний над ревущим гневно
  морем; то кричит пророк победы:
   - Пусть сильнее грянет буря!..
  Бегает вокруг стола размахивает руками и приземляется над застывшей Раей.
  С и м а: Ещё могу сплясать "кан-кан". Лёнечка, заводи грамофон, детка! (Танцует "Кан-кан" со слезами на глазах, высоко поднимая ноги. Резко останавливается, обращаясь к родителям Лёни.)Что вы сидите как неживые! Вы же такого сына вырастили! Не подхожу я вам - так прямо и скажите: не надо нам русской Серафимы! Но только учтите: я ведь одна отсюда не уйду - я Лёньку с собой заберу. Я за него бороться буду! Потому, что я всю жизнь борюсь: сначала за то, чтобы меня, безотцовщину, в игру приняли. Потом, чтобы меня, дочь посудомойки, в компанию приглашали, теперь вот за Лёню должна... Мама! Зачем всё это? Неужели непонятно: есть двое и они любят друг-друга. И всё. Всё просто и ясно. И учтите, Рая Моисеевна! Я выйду замуж за вашего Лёню - хотите вы того или нет. А сейчас я ухожу. А ты, Лёнечка, выбирай - со мной идёшь или здесь остаёшься?
  Рая испуганно глядит на сына.
  Н а д е ж д а И в а н о в н а. Так! Всё, погорячились, с кем не бывает. Сядь, Симка , остынь. Сядь я тебе говорю. Налейте ка мне рюмочку, Борис...
  Б о р я. Абрамович.
  Н а д е ж д а И в а н о в н а. Да! Я женщина простая, я вам так скажу: не хотите вы мою Симку - Бог вам судья! А вот я от вашего Лёнечки - не откажуся, хоть он и еврей! Все вокруг говорят - вот, евреи, умные люди! Самые, почти что, умные на Земле! А в чём их сила? В мудрости их сила! А вы Рая Моисеевна, женщина не мудрая! А значит слабая вы, Рая Моисеевна, женщина! И невестку не получите и сына потеряете! Любят ведь они друг друга-то! А раз так - пусть себе живут, детишек рожают! Из вашего мужа такой дед получится,.. Жаль один дед у детишек будет! (Рая Моисеевна попыталась вставить слово.) Не перебивайте меня! Мысль потеряю... Так вот, милые вы мои! Простит Бог им то, что они разные, а вот предательство любви не простит... А ну как жизнь не сложится у обоих? Кого винить - то будут? Нас с вами, что договориться не смогли, язык человеческий не поняли. А по мне, так ничего страшного и не произошло. Свадьба - это всегда радость! Счастья бы Бог дал, не как мне. (Выпила рюмку и села). Скатёрка-то у вас какая красивая! Праздничная, в цветах... (Заплакала.)
  Боря, чтобы сгладить ситуацию, встал, поднял тост.
  Б о р я. Знаете что я вам скажу, милые женщины! Давайте-ка выпьем за наших детей! Что уж там скрывать, Надежда Ивановна, ждали мы этого момента, но думали, что всё несколько иначе будет: Хупа, равин, прочие еврейские радости. Сейчас, понимаете ли, возврат идёт, к традиции, к истокам... Я тоже влюблён был в молодости, а женился на Раечке, потому, что мама велела... И, знаете, ни о чём не жалею. Тридцать лет совместно прожитой жизни подтверждают теорию наших праотцов о браке... И вот тут встаёт главная проблема современных детей: дело в том, что они предпочитают удобство и комфорт - Вере. Истинной вере в Творца.
  Р а я М о и с е е в н а. Боря. Говори понятнее. Тут тебя понимаю только я!
  Б о р я. Скажите мне, Сима! Знаете ли вы, например, что такое быть замужем за евреем нееврейской женщине?
  С и м а. А что, есть какая-то разница? Ну если не считать того, что еврейские мужчины, как бы это помягче... Ну у них...
  Р а я М о и с е е в н а (торжествующе). Лёня, она не знает как это называется? Она не понимает, что это нестыдное слово? Так объясни ей, сынок, что обрезание - это не стыдно! Это для здоровья. Это масса преимуществ. И потом это просто красиво!
  Л ё н я. Мама!
  С и м а. А есть ещё что-нибудь эдакое интересненькое в биографии еврейского мужчины, что должна знать нееврейская женщина, когда собирается за него замуж?
  Л ё н я. Сима!
  Б о р я. Видите, ли, милая Серафима! Когда была война, а она не дай Б-г повторится, евреев сгоняли в так называемые гетто. Это такие резервации, где жили евреи по несколько семей в комнате, и откуда была только одна дорога - в лагерь смерти. Так вот, еврейские половины разделяли судьбы своих еврейсих родственников. А нееврейские половины имели выбор: остаться за пределами гетто или следовать туда вместе, всей семьёй, зная, что возврата не будет... И не всегда этот выбор был в пользу семьи. Иногда в пользу жизни... Только что это за жизнь была - один Б-г знает... И потом! Если Лёнечка когда-нибудь захочет сделать алию, то есть уехать в Землю Обетованную, последуете ли вы за ним? А если нет, что будет с детьми?
  Р а я М о и с е е в н а. Боря, она там станет антисемиткой, Это я тебе говорю.
  Сима сидит задумчиво и слёзы катятся из её глаз.
  Л ё н я. Ну почему? Почему такой радостный день в моей жизни вы превращаете в очередной урок истории еврейского народа? Почему бы просто не поздравить нас с принятием такого важного решения, ни выпить за наше здоровье и не спеть что-нибудь весёленькое?
  Р а я М о и с е е в н а. Я уже пела. Пусть теперь Надежда Ивановна споёт!
  Н а д е ж д а И в а н о в н а. А и спою! Ой, цветёт калина в поле у ручья....
  Продолжает петь со слезами. Все уставились на неё. Вдруг Рая начинает ей подпевать и тоже плачет... Гаснет свет.
  
  Действие второе
  
  Картина первая
  
  Квартира Симы. На авансцене Лёня с Симой. Сидят прижавшись спинами друг к другу...
  
  С и м а. Боже мой, Лёнечка! Как всё сложно! Милый, а мама у тебя и впрямь чудна̀я. По-моему я ей совсем не понравилась. А вот папа ничего. Умница. Говорит правильно. Только уж очень как-то трагично. Его послушать, так наш брак обречён с самого начала.....
  Л ё н я. Сим-Сим, их можно понять... Они хотели еврейских внуков...
  С и м а. А какими они будут? Они и будут еврейскими - папа же у них еврей!
  Л ё н я. Конечно, конечно... Но по Торе они, всё-таки, не будут евреями...
  С и м а. Скажи мне, Лёня, честно - для тебя это так важно? А по мне, так были бы они живы и здоровы, а какими они будут - сами разберуться, когда вырастут...
  Л ё н я. Симочка, не так всё просто... Как насчёт крещения?
  С и м а. А как же! Меня крестили и я покрещу!
  Лёня вспыхнул.
  Л ё н я. Здравствуйте! И ты думаешь, я это допущу? Да мои предки на самом деле перевернутся в гробу...
  С и м а. А ты хочешь, чтобы мои ворочались? Всё, Лёнечка! Давай остановимся на этом... А не то посоримся. А я не хочу с тобой ссориться. Давай лучше подумаем, куда мы поедем в свадебное путешествие?
  Л ё н я (задумчиво). Пока не знаю. Это мы ещё успеем с тобой решить. Я не знаю, как сложится с моей защитой... Давай решим главное, Сим-Сим. Нам обоим есть над чем подумать. На самом деле, меня больше волнует то, что у нас происходит сейчас, чем то, что будет происходить через 2 месяца...
  С и м а. А что у нас происходит сейчас? Сейчас мы любим друг друга... Ведь любим, Лёнь? (Смотрит ему в глаза.) Скажи мне честно. Ты любишь меня?
  Л ё н я. Люблю... Но так уж у нас, евреев, принято: мужчина имеет дело главным образом с настоящим. Будущее и те, кому жить в нём, в руках женщины... Сим-Сим, я опаздываю. Прости. Позвоню! (Целует в щёку и уходит.)
  Сима остаётся одна. Думает. К ней подходит мама, целует её в голову,обнимает.
  Н а д е ж д а И в а н о в н а. Ушёл Лёнечка-то? А что ж так быстро? Я и чай поставила, и пироги подоспели!
  С и м а (задумчиво). Ушёл. Мам, а почему папа нас бросил? Он же вроде любил тебя, ты говорила..
  Н а д е ж д а И в а н о в н а. Ой, Симка, старая это история. И рассказывать я тебе её не хочу и не буду. А то вот сейчас расплачусь, разревусь, а мне ещё на работу в ночную. Когда-нибудь расскажу. Не сейчас...
  С и м а. Мам, а он красивый был? Я ведь и не помню...
  Н а д е ж д а И в а н о в н а. Где ж тебе помнить? Красивый... Ещё какой красивый! Да и я тоже ничего была... Жизнь такая... Я тебя только родила, через полгода он и ущёл...
  С и м а. У него появилась другая женщина?
  Н а д е ж д а И в а н о в н а. Ладно, я побежала. Пирожки из духовки достань. Какая ж ты у меня красавица!
  Уходит. Раздаётся телефонный звонок.
  С и м а. Алё!.. Да, это я... Рая Моисеевна? Я вас слушаю. Лёня уже ушёл. Ему в университет нужно было... Нет, ничем особенным не занята... Встретиться?.. К вам?.. Да, знаю... Около универмага кафэ... Да, буду через полчаса... Не за что.
  Торопливо накидывает шарф, берёт сумку. Выбегает взволнованная.
  Картина вторая
  Кафе. Сима садится за столик. Нервно теребит меню, оглядывается, смотрит на часы. В кафэ входит Рая Моисеевна. Сима встаёт.
  С и м а. Здравствуйте, Рая Моисеевна!
  Рая Моисеевна оценивающе смотрит на Симу. Кивает ей и садится за стол.
  С и м а. Я вас внимательно слушаю, Рая Моисеевна.
  Р а я М о и с е е в н а (елейным голоском). Как дела, деточка? Что новенького?
  С и м а (удивлённо). Да, собственно, всё нормально, спасибо.
  Р а я М о и с е е в н а (таким же голоском). Как мама поживает?
  С и м а. Спасибо, поживает. Рая Моисеевна. Вы хотели со мной о чём-то поговорить? Не для того же вы меня позвали в это кафэ, чтобы поговорить о маме.
  Р а я М о и с е е в н а. Почему? И для этого тоже. Я пришла сюда для того, чтобы расставить все точки над "и".
  С и м а. В каком таком алфавите, разрешите полюбопытствовать?
  Р а я М о и с е е в н а. Не ёрничай! Ты хоть понимаешь, куда ты влезла, детка?
  С и м а. Я вам не детка и пожалуйста, не тычьте мне, если Вас это не затруднит!
  Р а я М о и с е е в н а. Но надеешься ею стать, не так ли?
  С и м а. Не надеюсь. Такую мамочку иметь - лучше в старых девах остаться.
  Р а я М о и с е е в н а. Вот и оставайтесь, милочка! Сколько вам лет, простите? Ваши морщинки вот здесь, возле глаз, подсказывают мне, что вам далеко не двадцать шесть.
  С и м а. И даже не двадцать восемь.
  Р а я М о и с е е в н а. Вот! А Лёнечке ещё нет тридцати. И мы надеялись, что в первый раз он женится на девушке значительно моложе вас.
  С и м а. А он во мне мамочку ишет!
  Р а я М о и с е е в н а. Приятно. Но в Вас он её, пожалуй, не найдёт.
  С и м а. Не вам судить!
  Р а я М о и с е е в н а. Как сказать! Слава Б-гу, моё слово в семье ещё вес имеет. Итак, продолжим! Вы оставляете Лёню, Серафима, а я, так сказать, компенсирую Вам моральный ущерб определённой суммой денег.
  С и м а (смеётся). И во сколько Вы оцениваете свободу вашего сына?
  Р а я М о и с е е в н а. Назовите сумму.
  С и м а. Мне это напоминает "Поле чудес". Так вот. Я хочу получить приз! Ваше предложение?
  Р а я М о и с е е в н а. Не поясничайте. Он всё равно Вас бросит. Десять тысяч вас устроят?
  С и м а. Приз!
  Р а я М о и с е е в н а. Вы останетесь без Лёни и без денег. А так у вас будет 20 тысяч!
  С и м а (кричит на всё кафэ). Я выбираю приз!
  Р а я М о и с е е в н а. Да не орите Вы. И так тошно. Я не понимаю, к нам подойдёт кто-нибудь?
  С и м а (мгновенно становится серьёзной). Рая Моисеевна, остановитесь! Скажите, Вы хотите, чтобы Лёня был счастлив?
  Р а я М о и с е е в н а. Что за глупый вопрос. Всякая мать мечтает видеть своего ребёнка счастливым. Но понятие о счастье у нас с Вами разное. Для меня счастье - это Хупа, еврейские внуки и родня, с которой не стыдно сесть за стол...
  С и м а. Рая Моисеевна! А чувства? Они вписываются в вашу шкалу счастья?
  Р а я М о и с е е в н а. А как же! Посмотрите на меня, детка. Борис Абрамович женился на мне, хотя никакой любви и в помине не было. Ну, понравилась я ему число внешне, можно сказать. Через месяц свадьбу сыграли. А вот чувства потом нарисовались, когда Лёнечка родился. И изменял он мне. Дважды. И возвращался. Потому, что есть главное, а есть второстепенное. И главное - это еврейская семья. Да, я прощала. Знаете почему? Да потому, что поняла - жить без него не могу. Дышать не могу. И никто не заменит Лёньке родного отца, кроме моего Бореньки. А что Вы, милочка, можете предложить моему сыну? Постель? А дальше? Ну, ещё пару месяцев поваляетесь. Потом что?
  С и м а. Прекратите. Мне противно вас слушать. Всё какое-то извращённое, неправильное. Лёня меня любит. А я люблю его. Очень люблю. Дышать не могу. Понимаете? А Вы мерзко предлагаете мне деньги, чтоб я задохнулась? Не выйдет! Вы не боитесь, Рая Моисеевна, что я весь наш разговор передам Лёне?
  Р а я М о и с е е в н а (вздохнув). Сима, вы и понятия не имеете, что такое "а идыше мама". Есть одна замечательная еврейская пословица: "Б-г не может быть везде одновременно, поэтому Он и создал еврейских матерей". А вы никогда ею не станете, к великому моему огорчению, милочка! Таких, как вы, у него буде куча. А вот мама у него одна. И Лёнечка, как порядочный мальчик, ценит и понимает это.
  С и м а. А я не могу понять, как такое чудовище, как Вы могли вырастить такого сына?
  Р а я М о и с е е в н а. Да где уж вам понять! Детей любить надо. А не бросать их, как делают это ваши, русские мужики. Вот Вас, например, папаша бросил? Потому, что мама дура была. Была бы поумнее - не отпустила бы.
  С и м а. А вы мою маму не трожьте! Вы и мизинца её не стоите! И не вам судить моего русского папашу. Может я и выбрала вашего Лёню, чтобы он не был как мой... (Заплакала.)
  Р а я М о и с е е в н а. Ладно, ладно... Простите меня. Ещё бы вы не любили моего мальчика! Умница! В меня. Красавец! В папу. Характер - золото. В меня. За что ж его не любить? И любите себе на здоровье. И спите, с ним, если хотите. А в семью не лезте! Не пущу!
  Встаёт и уходит. Сима плачет. Звонит телефон. Сима смотрит на номер и сбрасывает. Телефон снова звонит. Сима снова сбрасывает.
  
  Картина вторая
  
  Лёня, усталый, возвращается домой.
  Л е н я. Пап! Мам! Вы дома? Ау! Есть кто живой?
  Б о р и с. Привет, дорогой. Что-то ты сегодня раненько. Я только что пришёл, мамы нет. Пойдём кушать.
  Л ё н я. Подожди, пап. Сядь. Поговори со мной. Плохо мне, папа. Очень плохо. Что делать?
  Б о р и с. И Гамлет задавал себе этот вопрос..! И Чернышевский. И Лев Толстой... И многие другие... Этот филосовский вопрос, сын мой, задаёт себе хоть раз в жизни каждый здравомыслящий человек... И потом, это самый любимый еврейский вопрос, он же ответ! "Мойша тяжело, ты живёшь!" "Что делать!?" Смотря что тебе, Лёня, нужно. Но точно знаю, что ты должен принять решение. И решение это должно быть решением мужчины, но не мальчика. Если ты совета моего спрашиваешь, то не дам я тебе его. Боюсь.
  Л ё н я. Кого, папа, мамы?
  Б о р и с. Жизнь тебе боюсь испортить. Твоим должно быть это решение, сынок.
  Л ё н я. Ответственность с себя снимаешь?
  Б о р и с. Да нет. Ты думаешь, если у тебя жизнь не сложится я буду рад что это не я принял решение а ты? Мне будет в десять, нет в сто раз больнее, чем тебе... Понимаю, что любишь... Понимаю, что не наша она... Знаешь, что сказал Любавичский Рэбэ по этому поводу? Он сказал, что в жизни мы никогда не ждём стопроцентной гарантии. Мы доверяем зубному врачу, водителю такси, вручаем им своё здоровье, жизнь на призрачном основании. Но когда речь заходит о простом хорошем деле, как скажем женитьба, люди требуют доказательства того, что Б-г действительно хочет от них этого. Я не знаю, Лёнечка, хочет ли Б-г вашей свадьбы, но раз он допускает такие браки, значит, они возможны. Дело в другом, дорогой мой сын. Ассимиляция - страшная штука. Она распространяется со скоростью поколения. Твои правнуки, скорее всего евреями не будут, а праправнуки и подавно... А как же наши традиции? Наша вера? Все мы - астронавты, Лёня. Более 33 веков назад мы отправились с горы Синай, окрылённые задачей и планом... Всё, что сейчас нам требуется - это найти связь с базой (Показывает вверх пальцем.) А мы теряем её, эту самую связь. И это страшно....
  Л ё н я. Но ведь вы с мамой не будете меня любить меньше, если я всё-таки женюсь на Симе?
  Б о р я. Конечно нет! Ты - душа, данная нам на воспитание, но уж никак не наша собственность, хотя мама, по-моему, так не считает! Если мы что-то упустили - это только наша вина, никак не твоя... О! А вот и наша мамочка!
  Рая Моисеевна входит хмурая и садится в кресло....
  Б о р я. Мамочка не в духе! Что случилось, Раечка? Ты опять встретила Галю со второго этажа или Лилю с пентхауза?
  Р а я М о и с е е в н а. Вот так всегда! У меня горе, а ему хорошо. Я, Боря, заметила, что тебе всегда хорошо, когда мне плохо.
  Л ё н я. Я, пожалуй, пойду.
  Р а я М о и с е е в н а. Сидеть! Пойдёт он! Спать уже пора.
  Л ё н я (смотрит на мобильный). Мам, ты чего? Восемь вечера, а ты спать!
  Р а я М о и с е е в н а. Да я уже две недели не сплю. Из-за тебя! Мама звонила. Я ей ничего не сказала. Папа снился. Я ему всё рассказала. Знаешь, что он мне ответил?
  Л ё н я и Б о р я (вместе). Что?
  Р а я М о и с е е в н а. Он мне сказал: "Не морочь мне голову. Морочь её маме. Мне здесь есть чем заняться". А ещё он сказал, что Б-г простит еврею, если тот съест кусок свинины, но накажет, если еврей сворует эту свинину, чтоб её съесть... Как ты думаешь, Боря, что он этим хотел сказать?
  Б о р я. Видимо, он хотел сказать, что воровать стыдно...
  Р а я М о и с е е в н а. Боря, как ты сны разгадываешь - и я могу. Он на что-то намекал. Как ты думаешь, на что?
  Л ё н я. Конечно, намекал, мамуля! Он сказал тебе, что мы - астронавты! А астронавты свиней не едят и уж, тем более, их не воруют...
  Р а я М о и с е е в н а. Боря! Твой сын сходит с ума! Он хотел сказал, что есть свинину - это к браку с нееврейкой. Вэйз мир! Столько еврейских девочек сидят и ждут, когда эти дураковатые парни перебесятся... А!.. Жалко...
  Звонок в дверь. Боря открывает. Слышится шум. В комнату врывается Надежда Ивановна и тащит за собой плачущую Симу.
  Н а д е ж д а И в а н о в н а. Это по какому такому праву, я вас спрашиваю? Это кто это вам позволил? Вы думаете её защитить некому? У неё, прамежду прочим, мать имеется! Отца, конечно же, нет! Бросил он нас, когда Симке-то моей пол годика сполнилось!
  Рая Моисеевна вжалась в кресло, понимая, что надвигается скандал.
  Л ё н я. Надежда Ивановна, простите, что случилось?
  Н а д е ж д а И в а н о в н а. Это ты, Лёнечка, у своей мамки спроси, что случилось! Пусть она тебе расскажет, как....
  Р а я М о и с е е в н а. Молчать! (Все резко замолчали и уставились на неё.) Да! Я встречалась с вашей дочерью. Поговорили о том, о сём... Всё-таки, невестка будущая...
  Л ё н я. Мама! Что ты говоришь? Я знаю твоё "о том, о сём"! (Повернувшись к Симе.) Что она тебе сказала? Выкладывай, давай!
  Сима зарыдала в голос.
   Н а д е ж д а И в а н о в н а. Да про отца, про русского, который Симку и меня бросил! Еврейские, мол, мужики так не поступают! А со мной именно так и поступили! Симочка! Скрывала я правду, скрывала, а вон она как вылезла! И ты на те же грабли! Да еврей он, твой папаша, был! Самый что ни на есть еврей! Семья его как узнала, что у меня ребёночек будет - быстренько его в Израиловку и спровадила. Мне деньги сували - не взяла. И была б ты сейчас не Серафима Иванова, а была бы ты, бедная, Сима Каплан. А я быстренько Симку в церковь - чтоб ни духу ни слуху , чтоб никогда не узнала, чтоб... А оно вон как обернулось! Гены, что ли? Вы говорите, ваши особенные! Сволочь, она, понимаете ли, национальности не имеет....
  Все стоят оглушённые...
  Л ё н я. А отец потом объявился?
  Н а д е ж д а И в а н о в н а. А то как же. Через пятнадцать лет приехал. Прости, говорит, Надя! Приехал дочь, говорит, увидеть. Душа-то у него тонкая, болит, понимаете ли... Правда, деньги переводил регулярно, вот тут ничего сказать не могу. Только я к деньгам и не прикасалась даже. Вот. Всё в банке на Симкином счету. На свадьбу держала... Только думала, как же я скажу ей откуда деньжищи получила... Думала, а, навру, что наследство какое от тётки дальней... А вот и сказала. Пришлось... Прости меня, Девочка моя! Прости! А чтоб вы знали, Лёньку-то вашего я сначала невзлюбила - думала все они, евреи, одним миром мазаны... Потом присмотрелась - нет, думаю. Этот другой! А оказалось... (Махнула рукой). Пошли, Симка. Чужие они нам. Разве не видишь? Эх вы...
  Рая Моисеевна прокрутила в голове ситуацию и поняла, что проиграла.
  Р а я М о и с е е в н а. Стоять! (Все резко обернулись на Раю.) Так! Это, конечно, меняет дело! Я поняла, к чему сон снился. Папашка ваш, как его там, Каплан, свинья был редкостная. Но на свадьбу мы его, конечно, позовём... Правда, Боря? Пусть обзавидуется, скотина!
  Б о р я. Ну, Раечка, если ты считаешь, что надо позвать - значит позовём.
  Н а д е ж д а И в а н о в н а. Какая свадьба-то?
  Р а я М о и с е е в н а (подходит к Надежде Ивановне, берёт её под руки). Пойдёмте-ка, милая моя, я Вам халатик подарю. С перьями! И приодеть вас надо, а то поедете в загс в этой юбчонке - стыду не оберёмся. Знаете, какие у нас соседи? Одна сплошная элита! О! Сколько дел предстоит! Гости, подарки, приглашения... Не успеем. Боря! Что стоишь, как истукан! Неси рюмочки! Отметить надо бы... Свадьба всё- таки! Скатерть возьми с цветами... И приборы серебрянные положи! Праздник у нас! Эх, люблю я свадьбы, Наденька! Так и гуляла бы всю жизнь!.
  Действие третье
  На диване лежит Рая Моисеевна. Стоит всё та же ваза с фруктами, везде раскидана праздничная одежда, беспорядок.
  Р а я М о и с е е в н а. Боря! Ты меня слышишь? Или ты уже оглох совсем.
  Б о р я (выходит с подносом, на котором два бокала шампанского и бутерброды с икрой). Оглох, Раечка. В ресторане так гремела музыка, что я оглох на оба уха.
  Р а я М о и с е е в н а. Иди уже сюда, мой старый, больной и лысый супермен! Мне надо тебя кое о чём спросить.
  Б о р я. Ну что? Опять будешь морочить мне голову насчёт Николаевой? Не трогал я её за задницу. Танцевали, рука соскользнула, а, может, и нет - не помню....
  Р а я М о и с е е в н а. Да Б-г с ней, с задницей! Такая свадьба! Знаешь, я к ней пригляделась, к Симке - ничего вроде. Скулочки такие, носик вроде наш... Глаза! Ты бы видел эти глаза! Как она смотрела ими на нашнго Лёнечку! Как ты думаешь, Боренька, а может она его и вправду любит?
  Б о р я. Любит, Раечка, любит. И, что самое главное, наш сын так счастлив, по-моему!
  Р а я М о и с е е в н а. Тебе нравится имя Давид?
  Б о р я. Почему Давид? Что мало других приличных имён? И потом это ещё не актуально.
  Р а я М о и с е е в н а. Это тебе неактуально... Назовут его Васей, что делать будем, а? А так мы их подготовим, морально, ненавязчиво так... Слушай, Борь, я вот тебя что спросить хотела! У тебя же скоро отпуск, а Лёнька что-то нам про астронавтов говорил! А не слетать ли нам в Турцию?
  Б о р я. Почему в Турцию, Раечка? Ракеты летят гораздо дальше! Мы ж - астронавты! Главное, Солнышко моё, не потерять связь с базой...
  
   Конец
  2009-04-20 - 2013-02-19.
  Клайпеда. Литва.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"