Аспар : другие произведения.

История Крыма с древнейших времен до наших дней (2005)

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Один из лучших, на мой взгляд, обобщающих трудов по истории Крыма, созданный коллективом профессиональных крымских историков. Так как книга вышла еще в 2005 году (за 9 лет до событий "Крымской весны"), в ней достаточно объективно отражены социальные и политические процессы, происходившие на полуострове в 1991-2005 гг.


ИСТОРИЯ КРЫМА

с древнейших времен до наших дней

(в очерках)

школьникам, студентам, учителям, экскурсоводам и всем, кто хочет знать об исторических событиях в Крыму и его людях больше

"Атлас-компакт"

Симферополь

2005

  
   Авторская группа:
   Г.М.Буров, докт. ист. наук, профессор (3-38), С.Г.Колтухов, канд. ист. наук (39-43), Ю.П.Зайцев, канд. ист. наук (44-47), Э.Б.Петрова, докт. ист. наук, профессор (48-60), В.Н.Даниленко, канд. ист. наук, доцент (61-71,95-109), В.А.Кутайсов, канд. ист. наук (72-76), В.Б.Уженцев, канд. ист. наук (76-78), А.Г.Герцен, канд. ист. наук, доцент (79-94, 121-133), А.Р.Никифоров, канд. ист. наук, доцент (109-120), С.А.Ищенко (121-133), Е.И.Пащеня, канд. ист. наук, доцент (134-146), П.В.Шаутин, канд. ист. наук, доцент (146-216), С.П.Шендрикова, канд. ист. наук (207-209, 217-219), В.Г.Зарубин (220-237,239-263, 288-291, 297-299), Б.П.Грушецкий (237-239, 244-246), В.Н.Пащеня, канд. ист. наук (264-278), Л.А.Ясельская (273-277, 310-319), А.С.Шевченко (279-295), А.В.Мальгин, канд. филологич. наук (302-309), В.С.Терещенко (320-322).
  
   Рецензенты:
   В. Ю. Ганкевич, докт. ист. наук, профессор
   О. А. Лосев, канд. ист. наук, доцент
   О. В. Романько, канд. ист. наук, доцент
   В. Г. Хлопунов, канд. ист. наук, доцент
   З. З. Хайрединова, канд. ист. наук
  
   История Крыма с древнейших времен до наших дней (в очерках). - Симферополь: Атлас-компакт, 2005. - 324 с.
  
   Куратор проекта А.И.Доля
   Редактор Л. В. Боброва
   Корректор Л, Г. Егорова
   Компьтерный набор и верстка Н. А. Бондяковой, Ю.А.Науменко
  
   Будем благодарны за ваши отзывы и замечания, которые просим направлять по адресу: 95007, г. Симферополь, ул. Ломоносова, 1, корп. 1, к. 48.
  
   ISBN 966-572-621-8
   No "Атлас-компакт", 2005.
  
   OCR и вычитка - Aspar, 2020.
   [3] - начало страницы
  

СОДЕРЖАНИЕ

  
   ДРЕВНИЙ КРЫМ. Палеолит (3)
   Мезолит (12)
   Неолит (17)
   Энеолит и бронзовый век (19)
   Киммерийцы и тавры (34)
   Скифы Таврического полуострова (39)
   Позднескифская культура Крыма (44)
   Боспорское царство (48)
   Херсонес Таврический (61)
   Керкинитида (72)
   Калос Лимен (76)
   СРЕДНЕВЕКОВЫЙ КРЫМ. Ранний период (79)
   "Пещерные города" и крепости (82)
   Чуфут-Кале (87)
   Мангупское княжество (Феодоро) (89)
   Херсонес (Херсон) средневековый (95)
   Крым в X -- середине XV вв. Таврика и Древняя Русь (103)
   Генуэзские колонии (109)
   Крымский улус Золотой Орды (116)
   Солхат-Крым (118)
   Крымское ханство (121)
   Крымское ханство и Запорожская Сечь. И.Сирко (134)
   Чигиринские походы Османской империи и Крымского ханства (138)
   Бахчисарайский договор России и Турции в 1681 г. (139)
   Присоединение Крыма к России.
   Крымские походы 1687, 1689 гг. (140)
   Азово-днепровские походы Петра I в 1695-96 гг. (141)
   Прутский поход. Адрианопольский (Прутский) мирный договор России и Турции 1713 г. (142)
   Русско-турецкая война 1735-1739 гг. (143)
   Русско-турецкая война 1768-1774 гг. (146)
   Занятие Крыма российскими войсками. В.М.Долгоруков (147)
   Два хана в Крымском ханстве (148)
   Кючук-Кайнарджийский договор (1774 г.) (149)
   Шагин-Гирей. Обострение внутренних противоречий (150)
   Манифест Екатерины II от 8 апреля 1783 г. (153)
   Политика России в Крыму. Изменения в этническом составе населения полуострова (154)
   Основание Севастополя. Начало создания Черноморского флота. Создание Таврической области (1784 г.). Симферополь -- административный центр (157)
   Г.А.Потемкин и его деятельность в Крыму (158)
   Русско-турецкая война 1787-1791 гг. А.В.Суворов. Победы Черноморского флота. Ф.Ф.Ушаков. Ясский мир и итоги войны (161)
   КРЫМ В XIX в. Создание Таврической губернии (163)
   Крымская война (1853-1856 гг.) (168)
   Наука. Крупные ученые: В.Ф.Зуев, П.С.Паллас, К.И.Габлиц, П.И.Сумароков, Ф.К.Мюльгаузен, Н.А.Арендт, Х.Х.Стевен, П.И.Кеппен (177)
   Крым в жизни выдающихся людей: А.С.Пушкин, А.С.Грибоедов, Н.В.Тоголь, А.Мицкевич, М.С.Щепкин (187)
   Реформы 60-70-х гг. XIX в. (192)
   Развитие крымскотатарской культуры. И.Гаспринский (207)
   Деятельность в Крыму выдающихся ученых: Н. И. Пирогов, А.Л.Бертье-Делагард, А.И.Маркевич, Д.И.Менделеев (209)
   Культурная жизнь полуострова второй половины XIX в.: Л.Н.Толстой, А.М.Горький, А.П.Чехов, Л.Украинка, М.М.Коцюбинский, С.В.Руданский, И.К.Айвазовский, А.И.Куинджи, Ф.А.Васильев (211)
   КРЫМ В XX в. (217)
   Первая мировая война (220)
   Годы революций и гражданской войны (224)
   Начало гражданской войны в Крыму (229)
   Приход к власти большевиков. Республика Тавриды (235)
   Поход Крымской группы армии УНР и германских войск в Крым. Падение Республики Тавриды (237)
   Первое Крымское краевое правительство (241)
   Второе Крымское краевое правительство (248)
   Второй приход к власти большевиков (251)
   Оккупация Крыма Добровольческой армией. "Деникинщина" (254)
   Конец "белого дела" (256)
   Полуостров в 20-е --30-е годы (264)
   Великая Отечественная война. Оборона (279)
   Оккупация (284)
   Сопротивление (285)
   Освобождение (286)
   Депортация (288)
   2-я конференция глав СССР, Англии и США в Ялте. 1945 г. (292)
   Послевоенный период (294)
   Святитель Лука (295)
   1954 г.: из России в Украину (297)
   Распад СССР. Начало постсоветской эпохи.
   Украинско-крымские отношения в 1991-1995 гг. (302)
   Полуостров "в правовом поле Украины" (305)
   Новая Конституция АРК (307)
   Крымскотатарский вопрос на рубеже столетий (308)
   Крым конфессиональный (310)
   Действующие православные монастыри Крыма (311)
   АРК в 2001-2005 гг. (320)
  

ДРЕВНИЙ КРЫМ

  

ПАЛЕОЛИТ

  
   [3] Первую и самую продолжительную часть истории человечества, когда еще не был известен металл и орудия труда изготовлялись только из камня (в основном кремня), дерева и кости, называют веком камня. В Крыму он изучен в основном по памятникам его южных и восточных районов, а в Центральном и Западном Крыму его древности до сих пор практически неизвестны. Каменный век делится на палеолит, мезолит и неолит. Палеолит, охватывающий период от выхода человека на историческую арену до начала геологической современности, подразделяется на нижний, средний и верхний.
   Нижний (ранний) палеолит. Нижний палеолит -- древнейшая эпоха в истории человечества, на которую приходится первоначальное заселение Крыма. Различают два периода в истории нижнего палеолита: олдувай (длился несколько млн. лет) и ашель (около 700--100 тыс. лет назад). Названия происходят от стоянок, из которых первая находится в Юго-Восточной Африке, вторая -- во Франции. Тезис о том, что первоначальное заселение Крыма относится к раннепалеолитической эпохе, выдвинутый в довоенные годы и затем отвергнутый, нашел подтверждение и сторонников в последние десятилетия.
   Ашельский период приходится на эпохи от гюнц-миндельского до рисс-вюрмского межледниковья. Какое-то время ашельские и следующие за ними мустьерские стоянки сосуществовали. Различают три группы крымских раннепалеолитических поселений.
   Первая из них -- это местонахождения Южного берега (Эчкидаг-ское в районе Карадага, Гаспра и Артек, в черте Большой Ялты), где собраны галечные орудия, вымытые из наслоений IV и III, а иногда II морской террасы (высота от 7 до 250 м над уровнем моря); находки связаны с весьма древними элементами рельефа. Определяющей формой орудий служат чопперы -- изделия с изломом, обработанным лишь с одной стороны. Изредка встречаются чоппинги (имеющие двустороннюю подтеску), изделия, напоминающие ручные рубила, скребла. Много отщепов - сколов случайной формы. Каменное сырье -- морские гальки из магматических пород и кварцита. Сходный инвентарь собран на стоянках домустьерской и даже олдувайской эпохи (Олдувай; Каратау I и Лахути I в Южном Таджикистане, Удалинка в Восточной Сибири, Дманиси в Грузии, Азых в Нагорном Карабахе и др.). Следовательно, эчкидагская группа местонахождений может иметь не только ашельский, но и более ранний возраст.
   Вторая и третья группы раннепалеолитических памятников рас-положены во внутренних районах полуострова, характеризуются кремневым инвентарем и относятся к ашельскому времени. Вторая группа -- стоянки в полосе от р. Бодрак до р. Кучук-Карасу с кремневыми двусторонне обработанными орудиями в виде ручных рубил (крупных миндалевидных изделий) и дисковидными нуклеусами, составляющие так называемую [4] бодракскую культуру (Шары I-III, Бодрак I-III и пр.). К ней можно отнести и нижний слой пещерного памятника Заскальная IX. Для бодракской культуры характерно появление техники леваллуа, ведущей свое название от местонахождения в пригороде Парижа и заключающейся в том, что нуклеус перед снятием каждого скола тщательно обрабатывается, так что отбиваемая пластина, как правило, не нуждается во вторичной обработке. Нуклеус после отделения очередной пластины (удлиненного скола) приобретает плоско-выпуклую форму.
   Третья группа -- это пещерные поселения с орудиями клэктонско-тайакского типа. Клэктон -- стоянка близ Лондона, где найдены кремневые отщепы при отсутствии настоящих ручных рубил, тайакские памятники нижнего палеолита (название -- от стоянки во Франции) имеют инвентарь в виде грубо расколотого кремня и изделий, мало отличающихся от необработанных отщепов. Крымские стоянки этой третьей группы -- с орудиями, изготовленными из мелких отщепов, массивных и угловатых. Это нижний слой Киик-Кобы на Зуе, IV слой Кабази II на Альме, Залесное на р. Коккозке, местонахождения открытого типа -- Красный Мак I на р.Бельбек и Черная Терля в Байдарской долине. В этой группе отсутствуют или редко встречаются двусторонне обработанные изделия, нет настоящих рубил и галечных орудий, а кремневые изделия на отщепах в виде скребков и остроконечников характеризуются небрежностью изготовления и нерегулярностью ретуши, а также наличием зубчато-выемчатых форм. Стоянки имеют аналогии на Десне, Днестре, Пруте. С нижним слоем Киик-Кобы соотносится открытое в ней погребение на боку с подогнутыми ногами.
   В составе ашельской фауны -- сайга, бизон, лошадь, гигантский и благородный олень, кабан, пещерная гиена, заяц, волк, песец, корсак и пр., остатки которых сохранились в пещерах. Охота носила коллективный Характер и велась в основном загоном или скрадыванием. Хозяйственное значение имело и собирательство.
   Первоначальное освоение территории Крыма связывается с приходом населения галечной "культуры" с Кавказа или из других районов, а остальные две группы памятников имеют отношение к ашелю Центральной Европы. Человек ашельского периода -- это архантроп и (в конце эпохи) палеоантроп. Архантропами называют питекантропа, синантропа, гейдельбергского человека, которые изготовляли галечные орудия или древнейшие кремневые изделия. Костные остатки архантропа найдены в Восточной и Передней Азии, Восточной и Северо-Западной Африке, а также на территории Германии, Венгрии, Греции.
   Средний палеолит (эпоха мустье). Так называют третий период в истории древнекаменного века, относимый многими авторами к нижнему палеолиту. Стоянка мустьерской эпохи, давшая ему наименование -- пещера Ле-Мустье, -- находится во Франции. Крым чрезвычайно богат па-мятниками мустье, которые, как правило, принадлежат к пещерному типу и приходятся на предгорную часть полуострова; кроме того, мустьерские орудия обнаружены в некоторых пунктах Восточного Присивашья.
   В связи с недостатком данных хронология среднего палеолита [5] нуждается в разработке. Предполагают, что эпоха началась приблизительно за 100, а закончилась -- за 40 тыс. лет до н.э. Однако недавно участниками международного научного проекта "Средний палеолит Крыма" было опубликовано свыше 80 абсолютных дат для крымских палеолитических памятников. Определения получены радиоуглеродным и другими естественными методами. Хотя даты не вполне надежны и отчасти противоречивы, они позволяют думать, что мустье полуострова может укладываться в хронологические рамки около 80-25 тыс. лет до н.э.
   Средний палеолит охватывает рисс-вюрмское межледниковье и первую часть вюрмского оледенения, во время которого произошло ухудшение климата. Не случайно в гроте Киик-Коба (верхний слой) со стороны входа был сооружен заслон от ветра. Изменился состав промысловых животных: охотились главным образом на мамонта, сайгу, лошадь, осла, бизона, волосатого носорога, северного и гигантского оленя, пещерного медведя и гиену, волка и корсака. На стоянках Киик-Коба и Заскальная VI открыты погребения детей-неандертальцев в скорченном положении на боку -- в позе спящего: уже существовала вера в загробную жизнь. В Киик-Кобе оказалось также захоронение взрослого человека, связываемое с нижним культурным слоем, но считающееся неандертальским.
   Неандертальский человек, или палеоантроп, обычно имел лицо, лишенное подбородка, выраженные надбровные дуги и покатый лоб. Классические неандертальцы составили тупиковую ветвь в антропогенезе, в то время как прогрессивные палеоантропы -- предки современных людей.
   В сфере кремнеобрабатывающего производства большое значение приобрело распространение техники леваллуа. Появились сплошь ретушированные с двух сторон наконечники копий и мясные ножи, характерные для мустьерской эпохи остроконечники, скребла и скребла-ножи. Скребла -- орудия с широким дугообразным рабочим краем для обработки шкур.
   В крымском мустье различают четыре культуры, из которых наиболее яркая, ак-кайская, включает стоянки Ак-Кая I-V, Заскальная I-VII, Сары-Кая I-IV, Красная Балка, Пролом II, Волчий Грот, Чокурча I; она характеризуется использованием преимущественно плитчатого кремня, многочисленными орудиями двусторонней обработки (бифасами), крупны-ми размерами орудий (среди которых множество скребел и ножей при невысоком проценте остроконечников), наличием орудий специфических типов (ножи с ручками, двусторонне обработанные изделия в виде скребел-ножей с площадками для упора руки), обилием костей мамонта; отмечена техника леваллуа. Вторая культура, старосельская, представлена, помимо Староселья, стоянками Кабази II (слои III и I) и V, а также стоянкой имени Г. А.Бонч-Осмоловского. Здесь более низок процент двусторонних форм, меньший разрыв в численности остроконечников, с одной стороны, скребел и ножей -- с другой.
   Третья, киик-кобинская, общность характеризуется верхним слоем Киик-Кобы, мустьерскими напластованиями Буран-Каи III и стоянкой Пролом I, давшими преимущественно мелкие изделия (поперечником до 5 см), часто с двусторонней ретушью. К последней культуре, кабазийской [6] (занаднокрымской), следует отнести Кабази I и II (II слой), Шайтан-Кобу I, Бахчисарайскую стоянку и навес Холодная Балка. Это мустье "обыкновенное" -- памятники, в инвентаре которых отсутствуют или единичны орудия двусторонней обработки. Распространены пластины, в том числе леваллуа, и соответствующие нуклеусы.
   Ак-кайская и старосельская культуры могут иметь генетическую связь с ашельскими памятниками бодракского типа, где также распространены бифасы; киик-кобинская как будто бы восходит к местному клэктонско-тайакскому ашелю, а мустье кабазийского типа, возможно, имеет отношение к палеолиту Передней Азии. Судя по абсолютным датам, миграция носи-телей кабазийской традиции пришлась на время около 50 тыс. лет тому назад.
   Если в охотничьей добыче ак-кайцев важное место занимал мамонт, то кабазийцы охотились в основном на осла, лошадь и сайгу, что было связано с расселением в не совсем одинаковых ландшафтных зонах. Как правило, ак-кайские стоянки расположены там, где Предгорье граничит со степью, тогда как памятники мустье "обыкновенного" частично находятся в гряде гор. Условия же для жизни мамонта в первой зоне были благоприятнее, чем во второй.
   Часто встречающиеся обвалы в гротах связываются с землетрясени-ями. Мустьерские пещерные стоянки служили обычно местами про-должительного обитания и неоднократного заселения. Об этом свидетельствуют обилие костей, принадлежащих добытым животным, и многослойность памятников. Так, обитатели навеса Староселье забили сотни ослов. Судя по расчетам исследователей, базирующимся на археолого-этнографических данных, охотничий коллектив мустьерской эпохи, основанный на семейно-родственных узах, состоял из трех-четырех семей, каждая из которых включала примерно четыре-пять человек.
   Верхний (поздний) палеолит. Речь идет о заключительной эпохе в истории палеолита, непосредственно предшествующей мезолиту (при этом памятники, относящиеся к самому концу верхнего палеолита, будут рассмотрены в отдельном разделе). При переходе к верхнему палеолиту на историческую арену выходит человек современного физического типа. Однако численность населения на полуострове существенно уменьшилась, что можно предположительно связать с обеднением крымской фауны, прежде всего с исчезновением мамонта. Основными объектами охоты теперь служат сайга и гигантский олень, но добычей становятся и такие звери, как благородный и северный олень, бизон, лошадь, осел, баран, козел, кабан, пещерная гиена, пещерный и бурый медведь, волк, лисица, песец, корсак и др. Кроме мяса, в пищу употреблялась рыба, добывавшаяся в пресных водах. Это черноморский лосось, речная форель, голавль и вырезуб, на которых могли "охотиться", применяя копье.
   Поздний палеолит приходится на суровую пору середины и конца вюрмского оледенения, но начало этой археологической эпохи характе-ризуется некоторым потеплением. Оно сменилось похолоданием XXIII-XVII тысячелетий до н.э., когда уровень Черного моря был примерно на 100 м ниже современного и вода не окружала Крым; в таких условиях [7] часть населения могла покинуть его. В дальнейшем, в связи с таянием ледника, этот уровень повышался, но стал близок к современному лишь в пору энеолита. Поэтому прибрежные стоянки верхнего палеолита (если они существуют) находятся в настоящее время ниже уровня моря.
   Наиболее выразительный верхнепалеолитический памятник Крыма стоянка Сюрень I с тремя культурными слоями, представляющими всю эпоху, за исключением финального палеолита. К числу прочих поздних палеолитических стоянок относятся Буран-Кая III (слои VI и С), Шайтан-Коба II, Качинский Навес, Аджи-Коба I, Заскальная IX (верхний слой). В ранних комплексах верхнего палеолита сохраняются формы кремневых орудий, характерные для мустье, но в целом набор кремневых орудий иной; получили распространение призматические пластины, в том числе мелкие. Эти и другие изделия небольших размеров известны под названием микролитов. Последние служили наконечниками стрел и вставками вкладышевых орудий с костяной или деревянной основой (кинжалов, наконечников копий и дротиков). Было сделано важное изобретение: в распоряжении людей оказались крупные режущие и колющие орудия с ровными и острыми лезвиями, которые образованы вкладышами, закреплявшимися в пазах смолой. Из больших пластин и отщепов изготов-лялись скребки (орудия с узким выпуклым рабочим краем или округлые) для выделки шкур, резцы, служившие для работ по кости, острия. Кость стала отличным сырьем, из которого сделаны, в частности, наконечники стрел и копий, проколки, ретушеры, украшения (подвески) и пр. Появились также произведения искусства (в Крыму -- предметы с гравированным орнаментом). Социально-экономической ячейкой верхнепалеолитического (а также крымского мезо-неолитического) общества была парная семья или община из двух-трех семей, а брачные связи обеспечивали сплочение их в племена.
   Нижний и средний культурный слой Сюрени I относятся к ориньякскому кругу. Ориньяк -- культура верхнего палеолита во Франции (наз-вана по пещерной стоянке в этой стране), Бельгии и Испании. Кремневые орудия изготовлены из больших и мелких пластин, а также из отщепов. Характерна непрерывная краевая ретушь, охватывающая изделия со всех сторон. Скребки -- концевые и массивные круглые, нередко с выделенной рабочей частью, резцы -- срединные (с рабочей кромкой, оформленной дву-мя сколами) и многофасеточные, микропластинки -- с притупленным кра-ем. Из костяных орудий типичны наконечники с расщепленным основа-нием. Представлены рисунки животных и женские статуэтки. Стоянки принадлежат преимущественно к пещерному типу. Ориньяк как группа родственных культур известен также в Центральной и Восточной Европе.
   Как считается, верхнепалеолитические комплексы Буран-Каи III, Аджи-Кобы I и Сюрени I (верхний слой) принадлежат к культуре восточного граветга, о чем свидетельствуют граветтские острия, пластинки с крутой ретушью (обрубленным краем), преобладание резцов и скребков на отщепах и наличие долотовидных орудий. Граветт -- верхнепалеолитическая общность памятников, получившая название от стоянки во Франции. Наиболее специфической чертой граветта служит наличие узких острий [8] из призматических пластин. Памятники граветтского облика известны и в Северном Причерноморье.
   В Крыму недавно выделен комплекс, близкий к селетской культуре, из слоя С стоянки Буран-Кая III. Это тонкие асимметричные и листовидные наконечники копий с двусторонней обработкой, скребки и микролиты-трапеции, принадлежащие к числу самых древних. Се детская культура -- общность верхнепалеолитических стоянок на территории Венгрии, Словакии, Южной Польши, названная по пещере Селета и характеризующаяся прежде всего тонкими, тщательно отретушированными наконечниками копий. Встречаются также мустьерские формы, но, наряду с ними, представлены верхнепалеолитические пластины, резцы, скребки, острия. Такой комплекс находит параллели на Дону (костенковско-стрелецкая культура) и в Крыму, а также во Франции (солютре).
   Имеющиеся абсолютные даты по крымскому среднему и верхнему палеолиту, а также стратиграфические данные (восточноселетский слой в Буран-Кае III перекрыт киик-кобинским) указывают на возможность сосуществования на каком-то этапе неандертальцев с палеолитическими людьми современного физического типа.
   Финальный палеолит. Так называют заключительный период верхнего палеолита, после которого следует мезолит. Рубеж между этими двумя эпохами большинство исследователей усматривают при переходе от ледникового периода (плейстоцена) к геологической современности (голоцену). До недавнего времени финальный палеолит Крыма рас-сматривался большинством исследователей как ранний мезолит.
   В X тысячелетии до н.э. отмечено значительное улучшение климата и распространение в Горном Крыму лесов, а в IX тысячелетии наступило похолодание. В самом конце плейстоцена в Крыму произрастала береза, жили пещерный лев и гигантский олень. Происходили изменения в составе горнокрымской фауны. Почти исчезли лошадь, осел, тур и бизон, а главной добычей охотников, наряду с сайгой (17% всех найденных костей, при-надлежащих млекопитающим, по сводке Е.А.Векиловой), стали лесные копытные, кабан (28%) и благородный олень (13%). Охотились также на пришедшую с материка косулю (10%), овцу и козу (3%), зайца (7%), хищных зверей (13%). Резкое уменьшение численности крупных стадных животных обусловило ведущую роль в добывании средств к существова-нию индивидуальной охоты с изобретенным к этому времени луком со стрелами. Но поскольку кабан, благородный олень и косуля нередко составляют группы, также определенное значение сохранили коллективные методы охоты. Они широко использовались в Степном Крыму, где важ-нейшей добычей оставались стадные животные, в первую очередь лошадь и осел. Охотились также на дичь. Немногочисленные остатки лосося, судака и вырезуба свидетельствуют, что определенное хозяйственное значение имела и рыбная ловля в реках.
   Вместе с тем отмечено новое явление в добывании средств к су-ществованию: в пищу стала употребляться съедобная виноградная улитка. В Крыму каменного века этот наземный моллюск служил одним из предметов собирательства. Экологические условия для его жизни были [9] весьма благоприятны. Перед употреблением в пищу улитки запекались в специальных ямках. Моллюски могли служить также кормом для сви-ней. Несомненно, важную роль играло собирание растительной пищи, для которого в такой южной стране, как Горный Крым, были весьма благоприятные условия. Здесь, очевидно, можно было найти зерна диких злаковых, грибы, орехи лещины и бука, желуди, плоды дикой яблони и груши, рябины, боярышника, кизила, алычи, терна и пр. Были одомашнены собака (2% костей) и свинья (до 2%); следовательно, можно вести речь о зачатках скотоводства.
   Главной финальнопалеолитической культурой Крыма является шан-кобинская, к которой относятся пещерные стоянки Буран-Кая I-III и Скалистый Грот, нижние слои Шан-Кобы, Фатьма-Кобы, Замиль-Кобы I, Алимовского Навеса I, Водопадного Грота и Шпан-Кобы, верхний слой Сюрени II и другие памятники. При входах в навесы Шан-Коба и Фатма-Коба (шестые слои) были обнаружены финальнопалеолитические выкладки из камня, которые, по мнению одних авторов, укрепляли заслоны из веток, защищавшие обитателей от ветра, а согласно определению других, яв-ляются следами жилищ.
   Для шан-кобинской индустрии характерны геометрические микролиты с краевой, довольно крутой ретушью -- орудия в виде сегментов, трапеций и треугольников, из которых преобладали первые: именно появление геометрических микролитов связывалось многими исследователями с началом мезолита. Высокие трапеции и сегменты служили наконечниками стрел с поперечным лезвием, низкие геометрические микролиты могли быть вкладышами составных орудий. Весьма многочисленны и разнообразны острия, среди которых -- изделия геометрических очертаний. Из других кремневых орудий, изготовленных из пластин или отщепов, наиболее многочисленны скребки и резцы, но преобладают первые. Вторые принадлежат обычно к боковому типу (рабочая кромка -- на пересечении ретушированного конца пластины с резцовым сколом). Из костяных изделий найдены проколки, наконечники стрел, наконечники дротиков с пазом для вкладышей, подвески, в частности из зубов. Шан-кобинцы, которые были родственны носителям азильской культуры во Франции и Испании, обитали не только в финальном палеолите, но и в самом начале мезолита. Азильская культура характеризуется сегментовидными микролитами, роговыми гарпунами с отверстием для линя и гальками с росписью. Азилем нередко называют и шан-кобинскую культуру. Происхождение ее не выяснено, но есть основания предположительно считать шан-кобинцев пришельцами из Восточного Средиземноморья или с Балканского полуострова.
   Наряду с шан-кобинскими стоянками, в Горном Крыму известны финальнопалеолитические памятники иного типа (Сюрень II, нижний слой; Буран-Кая III, слои IV и IVа). В их инвентаре вместо геометрических микролитов хорошо представлены иволистные и черешковые наконечники из пластин, относящиеся к свидерскому типу, с ретушью на брюшке (нефасетированной стороне). Появление этих комплексов большинством авторов связывается со свидерской культурой -- стоянками финального [10] палеолита в Польше и Литве, а по мнению некоторых авторов, и на примыкающей территории.
   Носители шан-кобинской и сюреньской культур сосуществовали в Горном Крыму, но вторые были немногочисленны и вскоре растворились в местной этнической среде. Не случайно известен целый ряд памятников, имеющих в своем инвентаре отдельные свидерские наконечники, но отно-сящихся к другим крымским культурам -- к шан-кобинской (Буран-Кая II; Шан-Коба, VI слой; Фатьма-Коба, VI и V слои) и к более поздним, мезолитическим (Шпан-Коба, средний слой; Шан-Коба, VI слой; Фатьма-Коба, слои IV-II; Мурзак-Коба, III слой).
   В восточной части крымского Предгорья, близ массива Ак-Кая, не-давно открыты стоянки Вишенное II и Биюк-Карасу I-IV, которые пред-ставляют финальнопалеолитическую культуру граветтского облика. Воз-можно, ее носители соседствовали с шан-кобинскими племенами. Первый из упомянутых памятников имеет довольно раннюю палеомагнитную дату (начало X тысячелетия до н.э.) и находит параллель во II слое Молодо-вы V на Днестре, что дает основание предполагать появление Вишенного II в результате миграции молодовских охотников в Крым. Для культуры Вишенного II характерно широкое использование микропластинок, при-чем основу в комплексах составляют острия с резко притупленным кра-ем: с ретушированным основанием в виде удлиненных треугольников, типа граветт и сегментовидные.
  
   1 - ручное рубило; 2 - остроконечник; 3 - скребло; 4 - сегмент; 5 - призматическая пластина; 6 - скребок; 7 - шило; 8, 9 - трапеции; 10, 13, 21, 25, 32 - наконечники стрел; 11 - резец; 12 - вкладыш серпа; 14, 16, 17, 22, 24, 27, 29 - керамика; 15 - гарпун; 18,19 - псалии; 20 - молоточковидная булавка; 26 - нож; 28 - боевой топор; 30 - подвеска; 31 - удила.
   1-6, 8-13 - кремень; 7, 25, 26, 30-32 - бронза; 15, 18-21 - кость: 28 - камень.
   1-3 - ранний и средний палеолит; 4, 10, 11 - финальный палеолит; 6, 8, 15 - мезолит; 5, 17 - ранний неолит; 9, 16 - поздний неолит (горно-крымская культура); 13, 14 - энеолит; 7, 18 - каменско-ливенцовская культура бронзового века; 12, 21 - сабатиновская или белозерская; 19 - белозерская, 23 - срубная (?); 20, 22, 26 - ямная; 24, 28 - кеми-обинская; 27 - сабатиновская; 25, 29, 30 - кизил-кобинская (таврская) раннего железного века; 31 - черногоровский тип; 32 - киммерийская (ново-черкасская) культура.
   1 - Шары III; 2, 3 - Заскальная V; 4, 11 - нижний слой Фатьма Кобы; 6, 8 - верхний; 5 - VI слой Таш-Аира I; 7, 18 - Каменка; 9, 16 - слой Vа Таш-Аира 1; 10 - Сюрень II; 12, 21, 27 - Кировское; 13 - слой V6 Таш-Аира I; 14 - Гурзуф; 15 - Мурзак-Коба; 17 - Ат-Баш; 19 - Фонтаны; 20 - Рисовое; 22 - Целинное; 23 - Гора Клементьева; 24 - Марьино; 25 - Черкес-Кермен; 26 - Красноперекопск; 28 - Казанки; 29 - Дружное I; 30 - Мол-Муз; 31, 32 - Зольное. [11]
   0x01 graphic

МЕЗОЛИТ

  
   Средний период каменного века в Крыму начинается с наступления голоцена, а заканчивается входом в употребление глиняной посуды. Крымский мезолит датируется концом IX-VI тысячелетием до н.э.
   Хозяйство. В мезолите климат и растительный мир Крыма приоб-рели облик, близкий к современному. В горной части полуострова основными объектами охоты стали кабан (25% костей, принадлежащих млекопитающим, на стоянках), косуля (20%) и благородный олень (14%). По промысловому значению сайга (5%) сравнялась с дикой козой и овцой (6%), а роль хищных зверей (10%) уменьшилась. Добычей становились также прочие копытные (3%) и заяц (10%). Кости собаки составляют 1%, а домашней свиньи -- 6%.
   Крымский мезолит представлен несколькими десятками стоянок. Преобладающая часть горных памятников расположена в гротах и навесах (Мурзак-Коба, Шан-Коба, Фатьма-Коба, Замиль-Коба I и II, Алимовский Навес I, Таш-Аир I, Водопадный Грот, Шпан-Коба, Ласпи VII и др.). К поселениям открытого типа в Южном Крыму относятся Кукрек, Вишенное I, Кафка-Богаз, Киль-Бурун в Предгорье, Аджи-Коба III и Таш-Хабах II на Караби-яйле, Домчи-Кая на Чатырдаге, Кореиз III на Южном берегу. В значительном количестве такие памятники открыты на Керченском полуострове, где пещеры отсутствуют (Фронтовое I и II, Ленинское I, Луговое III, Тасуново I, Алексеевка, Горностаевка I).
   На стоянке Кафка-Богаз раскопан очаг в овальном углублении, имевшем размеры 2,25x1,20 м и составлявшем, вероятно, часть жилища. Наземная постройка с очагом в центре могла существовать в Кукреке (ранний комплекс). Жилище диаметром 3,2-3,5 м в виде чума, обложенного камнями, было сооружено, по-видимому, в Фронтовом I (III слой). Ласпи VII находится в скальном навесе, перед которым -- выкладка из крупных камней от ветрового заслона. Стоянки в гротах и навесах типичны для Предгорья, тогда как на яйлах обычно встречаются поселения под открытым небом. Последние функционировали летом, поскольку зимой Главная гряда непригодна для обитания промысловых животных из-за глубокого снега, сильных ветров и низкой температуры. Напротив, гроты и навесы служили естественными зимними жилищами. Можно предположить, что имели место сезонные миграции промысловых животных и (вслед за ними) людей из Предгорья на яйлу и обратно. Как и в финаль-ном палеолите, охота в горах носила в основном индивидуальный, а в степной части полуострова -- коллективный характер, так как там ее объектами были лошадь, осел, тур и бизон.
   Ограниченное промысловое значение в Горном Крыму имели птицы и пресноводная черепаха. О занятии рыболовством свидетельствуют найденные на стоянках кости рыб (вырезуба, судака, лосося, сома) и кремневые зубчатые трапеции, служившие, вероятно, блеснами. Как орудия рыболовства следует рассматривать и небольшие костяные гарпуны с двумя рядами зубцов и намечающимся "перекрестием" для прикрепления линя.
   На некоторых удаленных от моря стоянках Горного Крыма и [13] Керченского полуострова, относящихся к верхнему палеолиту (Аджи-Коба I), мезолиту и неолиту (Фатьма-Коба, Замиль-Коба II, Алексеевка I), найдены единичные кости тюленя и дельфина, а в Тасунове I и Луговом I (Керченский полуостров) -- раковины морских моллюсков, мидий. Следовательно, человек в определенных масштабах использовал морские пищевые ресурсы с глубокой древности. По-видимому, эпизодически практиковалась береговая охота на тюленя и находили применение туши китообразных, выбрасываемые прибоем на берег. Более широко, чем ранее, стала употребляться в мезолите в пищу виноградная улитка. Тот факт, что нет указаний на морские промыслы в материалах приморской стоянки Ласпи VII, на которой в массовом количестве обнаружены раковины этого моллюска, объясним либо отсутствием в каменном веке Крыма значительного интереса к "дарам" моря (в это время были еще благоприятны условия для охоты на копытных и сбора этой улитки) либо тем, что памятник примыкает к базовым предгорным пещерным поселениям, оставленным лесными охотниками и собирателями. Если в эпоху энеолита уровень моря был близок к современному, то в мезолитическое время он находился на 15-50 м ниже. Поэтому стоянка Ласпи VII в пору своего функционирования была расположена в 0,5-1,4 км от воды. Комплекс данных, отвечающих современной источниковой базе, как бы свидетельствует в пользу того, что на протяжении III-I тысячелетия до н.э. получила развитие широкомасштабная эксплуатация прибрежных морских ресурсов. Но если на шельфе Черного моря в ходе подводных разведок будут обнаружены (как в Дании) затопленные стоянки каменного века с остатками морских животных (в частности, базовые поселения этой эпохи), то окажется, что интенсивное использова-ние морских ресурсов началось еще задолго до энеолита.
   В дополнение к свинье, которую в ограниченном количестве разводили в Горном Крыму, появился домашний бык на Керченском полуострове. Поскольку свинья и бык (тур) как домашние животные известны в Северном Причерноморье с более раннего времени, чем на Ближнем Востоке, имеются основания думать, что на первой из названных территорий (включающей Крым), где обитали дикие предки этих животных, сложился отдельный центр доместикации. Однако крымское скотоводство существовало в мезолите лишь в зачаточном состоянии.
   Ряд авторов придерживается мнения, согласно которому в ме-золитическом Крыму уже имел место кризис охотничьей экономики, проявившийся в использовании виноградной улитки, зачатках скотоводства, тщательном извлечении мозга из костей и пр. Но "доживание" охоты и собирательства, как основных хозяйственных секторов, до энеолитического века включительно, благодаря значительному количеству промысло-вых животных в горных лесах и живучести традиций, позволяет говорить только о первых признаках такого кризиса.
   Важным занятием крымского мезолитического населения была обработка кремня, кости и дерева. Из резцов многие угловые: рабочая кромка оформлена изломом и резцовым сколом. Среди костяных предметов со стоянок Мурзак-Коба и Ласпи VII, из третьих слоев Шан-Кобы и [14] Фатма-Кобы, помимо гарпунных наконечников, имеются веретенообразные наконечники дротиков с одним или двумя пазами для кремневых вкладышей, проколки, иглы, проушная мотыга (роговая), подвеска (просверленный зуб хищника). В отличие от степей Украины, в крымских горных лесах и даже к северу от них, на стоянке Вишенное I, были най-дены кремневые тесла для работ по дереву -- макролиты. По-видимому, кремневые вкладыши кукрекского типа, служившие для тех же целей и имеющие часто дугообразный профиль, вставлялись в пазы изогнутых деревянных скобелей, как это прослежено в мезолите Северо-Востока европейской России (поселение Вис I).
   Мурзак-кобинская и кукрекская культуры. Основной горной культурой Крыма в мезолитическую эпоху была мурзак-кобинская, степной -- кукрекская, но памятники последней известны также в Предгорье (Кукрек), на Ай-Петринской, Чатырдагской, Долгоруковской и Караби-яйле (Балин-Кош, Домчи-Кая, Кизил-Коба, Су-Ат III, Таш-Хабах II). На Главной гряде кукрекских стоянок выявлено даже больше, чем мурзак-кобинских, но в этом нет ничего удивительного: яйлы представляют собой нагорные степи.
   Мурзак-кобинские памятники распространены не только в Юго-Западном Крыму, но и на Керченском полуострове, где намечен вариант этой культуры с некоторыми кукрекскими чертами. Мурзак-кобинские комплексы неоднородны и принадлежат двум традициям. Первая из них характеризуется отсутствием или незначительным количеством трапеций (вместо которых встречены острия: например, IV и II слои Фатма-Кобы), вторая -- их широким распространением (III слой). Обе традиции находят параллель в тарденуазской культуре, которая близка к мурзак-кобинской. Тарденуазская культура -- мезолитические памятники VII-VI тысячелетий до н.э. на Северо-Востоке Франции с различными микролитами (симметричные и асимметричные трапеции, острия, треугольники). Сходные памятники известны от Пиренейского полуострова до Крыма, вследствие чего стоянки мурзак-кобинской культуры часто именуются тарденуазскими.
   Мурзак-кобинская культура (Мурзак-Коба; Замиль-Коба I, I слой; Алимовский Навес I, II слой; Кара-Коба; Шпан-Коба, верхний слой; Аджи-Коба III; Ласпи VII; Кореиз III; Киль-Бурун; Фронтовое I и пр.) довольно существенно отличается от кукрекской (Вишенное I, Кукрек, Таш-Хабах II, Ивановка I, Тасуново I и пр.). Нуклеусы первой из них -- плоские, второй -- конические или карандашевидные. Мурзак-кобинские микро-литы часто имеют вид трапеций и сегментов, а кукрекские -- лишь плас-тинок с подтесанным брюшком (вкладыши строгальных ножей) и микро-пластинок без обработки или с концом, который скошен мелкой ретушью (вкладыши наконечников дротиков с костяной основой, снабженной пазом). Для мурзак-кобинских стоянок типичны скребки и резцы на плас-тинах, а для кукрекских -- на отщепах, причем скребки округлые. В первом случае преобладала индивидуальная охота, во втором -- коллективная.
   Судя по двуслойному памятнику открытого типа Вишенное I, кукрекская [15] культура прошла в мезолите два этапа, первый из которых имеет раннемезолитический возраст. Среди находок в нижнем слое -- конусо-видные и карандашевидные нуклеусы, острие, близкое к типу граветт, серия вкладышей кукрекского типа, скребки и резцы на отщепах, макро-литические орудия (топоры или тесла), костяные ретушеры и наконечник с одним пазом для вкладышей. Комплекс -- типично кукрекский, но с архаическими чертами (макролитический характер инвентаря, наличие граветтоидного острия). Для датировки важно также его стратиграфи-ческое положение: верхний слой Вишенного I содержал позднемезолитический материал, аналогичный собранному в нижнем слое стоянки Кукрек. Центром формирования рассмотренной культуры могло быть Побужье, в то время как ареал охватывает значительную часть Украины.
   Кремневый инвентарь мурзак-кобинской культуры при значительном сходстве существенно отличается от шан-кобинского (финальный пале-олит). Из геометрических микролитов наиболее многочисленными стано-вятся, вместо сегментов, трапеции, среди которых -- экземпляры с выемкой на верхней основе. Такую выемку имеют и вытянутые, часто асимметричные "трапеции" фатьма-кобинского типа (с покатыми боковыми сторонами), правильнее называемые остриями. Увеличивается число хорошо огра-ненных микролитических пластинок. Преобладающая часть орудий изго-товляется на пластинах, но увеличивается количество скребков и резцов из отщепов. Получают распространение пластины с выемками. Неге-ометрических микролитов, в частности различных острий, выявлено мало. К мурзак-кобинской культуре относятся погребения в навесе Фатьма-Коба и гроте Мурзак-Коба. В первом из них в скорченном положении был похоронен мужчина со средиземноморскими расовыми чертами, во втором обнаружены остатки мужчины и женщины кроманьонского (чисто европейского) типа в вытянутой позе. У женщины еще при жизни из ритуальных соображений были отрублены кончики обоих мизинцев. Погребения приписываются, соответственно, носителям острийного и типичного тарденуаза. Судя по всему, мурзак-кобинская культура принадлежит двум разным группам населения, которые обитали не смешиваясь на одной и той же территории в течение многих столетий. Исследователями предполагается генетическая связь между этой культурой и предшествующими шан-кобинскими памятниками, но широкое распространение тарденуазской общности не исключает мысли о том, что здесь не обошлось без притока нового населения.
   Один из исследованных памятников мурзак-кобинской культуры -- Ласпи VII -- по значительной серии некалиброванных радиоуглеродных определений относится к VII тысячелетию до н.э., а верхний слой Шпан-Кобы имеет некалиброванную дату -- около 6290 г. до н.э.
   В целом же мурзак-кобинская культура условно укладывается в хро-нологические рамки второй половины VIII-VI тысячелетия до н.э. По-видимому, к ее финальной стадии относится VII слой навеса Таш-Аир I, в котором еще нет керамики, но уже хорошо представлены трапеции и сег-менты с уплощенной ретушью, получившей распространение в неолитичес-кую эпоху. [16]
   Шпан-кобинские памятники. Недавно выделена еще одна, ранняя мезолитическая культура Горного Крыма, эталонным памятником которой служит пещерная стоянка Шпан-Коба. Здесь слой этой культуры, отде-ленный стерильными прослойками, подстилается шан-кобинским, а перекрыт мурзак-кобинским слоем и датируется временем около 7200 г. до н.э. Найдены острия с микрорезцовым сколом, в том числе с выемкой в основа-нии, оформленной с помощью ретуши (су-атский тип); микролиты-вкла-дыши в виде пластинок с краем, который "обрублен" (с граветтской от-весной притупляющей ретушью), и удлиненные асимметричные треуголь-ники, также с отвесной ретушью, часто с основанием, отретушированным в виде выемки. Комплекс дополняют угловые резцы (на углу сломанной пластины) и концевые скребки. Выделены также наборы шпанских орудий в коллекциях с недостаточно четко стратифицированных стоянок (IV и III слои Шан-Кобы, IV слой Фатьма-Кобы) и с памятников, культурные слои которых разрушены вообще (Су-Ат III и др.). IV и в меньшей мере III слой в Шан-Кобе отличаются от подстилающего V слоя.
   Исследователи признают близость IV и III слоев Шан-Кобы к нижне-днепровским могильникам волошко-васильевского типа. Шпанский комп-лекс имеет и другие параллели, например в яниславицкой культуре (Поль-ша), которая моложе, чем средний слой Шпан-Кобы.
   Шпанская культура относится ко времени, когда формировалась мурзак-кобинская, и вполне вероятно, что в ней имеется и шпанский компо-нент. Судя по характеру инвентаря, в Шпан-Кобе могло существовать шпанское стойбище, но на некоторых других стоянках с элементами шпан-ской индустрии эти элементы, вероятно, служат лишь проявлением указан-ного компонента в мурзак-кобинских комплексах. Иными словами, раннемезолитические носители шпанской культуры могли раствориться в крым-ской этнической среде и оставить определенный след в мурзак-кобинских памятниках. Происхождение новой культуры связывается, прежде всего, с этносом стоянки Вишенное II, а в общем -- с так называемым восточ-ным граветтом.



   Абсолютная дата -- возраст памятника, культуры и пр., выраженный в единицах времени.
   Антеннообразная форма -- в виде двух завитков.
   Антропогенез -- становление человека.
   Антропоморфный -- человекообразный.
   Ареал -- территория распространения.
   Бронза -- сплав меди с мышьяком, оловом или другими металлами.
   Генетическая связь -- связь, имеющая отношение к происхождению.
   Горит -- скифский футляр, вмещавший как лук, так и стрелы.
   Гривна -- шейное украшение в виде обруча, преимущественно с несомк-нутыми концами.
   Доместикация -- приручение диких животных.
   Дресва -- толченый камень.
   Ингумация -- захоронение умершего в земле.
   Индустрия кремневая -- специфическая техника обработки или инвентарь.
   Калиброванная дата -- радиоуглеродное определение времени, уточненное (углубленное) для полного соответствия хронологии, построенной на исторических данных. [17]
  

НЕОЛИТ

  
   Общая характеристика. Новокаменный век в Крыму приходится на V и отчасти IV тысячелетия до н.э., заканчиваясь с появлением первых металлических изделий. Здесь эта эпоха сходна с мезолитом по типам поселений и кремневых орудий труда, которые по-прежнему носят микро-литический характер. Новшество заключено прежде всего в появлении форм с поверхностью, сплошь обработанной ретушью. Совершенствуется изготовление колющих и рубящих орудий. Важнейшим признаком эпохи является использование глиняной посуды. Главными объектами охоты мезолитического населения в Крыму были те же копытные, которых добывали в эпоху мезолита. Несколько увеличилась роль скотоводства, и, по-видимому, появилось земледелие, выросшее из собирательства (найдены детали жатвенного ножа и мотыг из оленьего рога). В Северном Причерноморье появились одомашненные овца и коза, заимствованные из Передней Азии. Однако основой хозяйства оставалась охота.
   Неолитические поселения, как и мезолитические, открыты главным образом в Южном и Восточном Крыму. Интереснейшая часть горных стоянок расположена в гротах и навесах: Таш-Аир I, Замиль-Коба II, Шан-Коба, Водопадный Грот и пр. Остальные памятники находятся под откры-тым небом, в частности на яйлах Первой гряды Крымских гор: Ат-Баш и Балин-Кош, Аджи-Коба II, нижний слой Кая-Арасы, Зуя I, Койнаут и др. К открытому же типу принадлежат стоянки Керченского п-ва (Фронтовое I, Ленинское I, Тасуново I, Луговое I) и Северного Крыма (Долинка, Алек-сеевская Засуха, Ишунь, Мартыновка). Поселения расположены вблизи речек или источников.
   Неолитические культуры. В культурно-этническом отношении крымский неолит близок к мезолиту. Различаются две главные группы памятников: горнокрымская и степная (кукрекской культурной традиции).
   Горнокрымская общность памятников вместе с сурско-днепровской (в Надпорожье), ракушечноярской (на Нижнем Дону) и сероглазовской (в Прикаспии) составляют причерноморско-каспийскую историко-куль-турную область. Основой для периодизации горнокрымских памятников служит стратиграфия стоянки Таш-Аир I. Ее слой VI датируется ранним, а Vа -- поздним неолитом. В VI слое представлены сегменты с дугой на спинке в виде уплощающей ретуши и трапеции с ретушью, которая частично охватывает спинку. В слое же Vа господствуют трапеции со струганой спинкой. В ранненеолитическом слое, наряду с костяными шильями, най-денными и выше, обнаружены обломки роговых проушных мотыг, имею-щих параллель в Замиль-Кобе II и ранних памятниках буго-днестровской культуры, а в слое Vа найдена костяная основа жатвенного ножа с кремне-выми вкладышами.
   Керамика раннего слоя была толстостенной (и, очевидно, остродонной) -- как на стоянках Ат-Баш и Балин-Кош. Поздненеолитическая посуда, изу-ченная по стоянкам Таш-Аир I, Кая-Арасы, Шан-Коба (слой I), Водопадный Грот и Фронтовое I (слой I), -- это яйцевидные сосуды, часто со слегка выраженной шейкой и приплюснутым сверху венчиком. В глиняное тесто добавляли толченые раковины, реже дресву (чтобы предотвратить трещины). [18] Орнамент преимущественно лишен зональности и покрывает не всю поверхность сосуда, но иногда отмечается даже на венчике изнутри. Узоры прочерченные, гребенчатые или в виде мелких углублений, а под венчиком иногда в ряд наносились круглые ямки. Мотивами служили горизонтальные ряды косых линий, горизонтальные линии, зигзаги, косая сетка и пр.
   Стоянки кукрекской культурной традиции, распространенные главным образом в Степном, а отчасти и в Предгорном Крыму, обычно имеют компоненты кукрека и горнокрымской культуры, что свидетельствует о смешении двух этносов. Такие памятники могут рассматриваться как отдельный культурный тип, к которому относятся Алексеевская Засуха, Долинка, Ишунь, Мартыновка в Присивашье, Су-Ат III на Караби-Яйле, Кукрек (верхний слой), Тасуново I.
   В Долинке и 1 слое Фронтового I обнаружены фрагменты сосудов с "воротничком" (утолщением на венчике), украшенных зональным орна-ментом. Такая керамика характерна для могильников мариупольского типа, распространенных в Приднепровье и Приазовье. На проникновение в Крым мариупольского населения может прямо указывать Долинский мо-гильник, в большой яме которого захоронено около 50 умерших в вытя-нутом положении на спине, головами в противоположные стороны. В центре могильника покойники были положены ярусами. Многих в свое время посыпали охрой - символом крови и жизни, и краска осела на костях. В качестве инвентаря найдены кремневые ножевидные пластины, округлые скребки на отщепах, проколки, трапеции со струганой спинкой и многочисленные просверленные зубы оленя, очевидно нашитые на головные уборы и одежду, а также костяные бусинки. (Погребальный обряд, инвентарь захоронений являются важной частью археологиче-ской культуры.)



   Культура археологическая -- единство сходных между собой памятны-ков конкретного времени на одной и той же территории.
   Культурный слой -- толща земли на археологическом памятнике, со-держащая культурные остатки (кремень, обломки керамики, кости животных, строительный мусор и т. д.).
   Лощение -- сглаживание до блеска поверхности глиняного сосуда пе-ред обжигом.
   Макролитический -- представленный крупными орудиями.
   Мегалиты -- сооружения из огромных камней.
   Неандерталец -- ископаемый человек, непосредственный предшествен-ник человека современного физического типа.
   Нуклеус -- подготовленное оббивкой кремневое ядрище, от которого нанесением ударов отделяли сколы.
   Оледенение -- период холодного климата с увеличенной территорией, занятой ледником.
   Палеомагнитная дата -- полученная при исследовании обожженной гли-ны на археологическом памятнике.
   Подбой -- боковая пещерообразная выемка у дна могильной ямы. для помещения умершего.
   Портупейный пояс -- поясной ремень для ношения оружия.
   Пряслице -- маховичок веретена. [19]
  

ЭНЕОЛИТ И БРОНЗОВЫЙ ВЕК

  
   Ориентировочно с IV по начало I тысячелетия до н.э. в Крыму длилась эпоха раннего металла, или меди и бронзы, включающая энеолит и бронзовый век.
   Энеолит. Название периода обозначает время, когда наряду с медными изделиями еще широко использовались кремневые. Медь поддается ковке, но отличается мягкостью и высокой ценой, которые помешали ей полностью вытеснить изделия из кремня. Открытие меди произошло раньше, чем железа, так как она нередко встречается в природе практически в чистом виде.
   В Крыму своеобразные, предположительно энеолитические стоянки, выявленные на Южном берегу, относятся к числу так называемых "раковинных куч", расположенных на морском побережье и включающих керамику с кремневым инвентарем (Ласпи I, Гурзуф, Жуковка и пр.). В отличие от мезолитических стоянок (среди которых -- расположенная на море Ласпи VII), здесь скопления составляют не раковины наземной улитки (которые тоже встречаются), а, главным образом, створки мор-ских моллюсков -- мидий и устриц, хотя отмечена и морская улитка пателла. Это говорит о наступлении нового этапа в истории собирательства. Найдены также остатки крабов, фрагментированные кости млекопитающих, птиц и рыб.
   Среди кремневых орудий, изготовленных из отщепов или пластин, -скребки, ножи, проколки и наконечники стрел с двусторонней сплошной (плоской) ретушью. Керамика -- сосуды с четко выраженной, часто цилиндрической шейкой и отогнутым наружу краем, по-видимому, с круглым или уплощенным дном. Поверхность хорошо сглажена. Орнамент, врезной и гребенчатый, в основном елочный, обычно в виде повторяющихся горизонтальных и вертикальных зигзагов; он характерен для верхней части сосудов, которые подчас лишены декора.
   Южнобережные поселения, рассматриваемые как энеолитические, имеют близкие параллели на удаленных от моря стоянках Горного Крыма (Дружное, верхний слой Фатьма-Кобы, слой V6 Таш-Аира I), где были найдены, в частности, сплошь ретушированные наконечники стрел с выемкой у основания. Металл пока не обнаружен. Дары моря собирали, по-видимому, специальные промысловые группы, выделявшиеся общинами, которые постоянно обитали в Предгорье, главным образом в пещерах. У этих общин шла замена охоты скотоводством в связи с кризисом охотничьей экономики. Существование преемственной связи у описанных стоянок с горнокрымскими неолитическими памятниками обосновать при нынешнем уровне наших знаний трудно.
   Общая характеристика бронзового века. Вслед за вещами из "чис-той" меди (в которой всегда отмечаются естественные примеси) входят в употребление предметы из мышьяковистой бронзы, а уже затем получает распространение сплав меди и олова. Вытеснение меди бронзой обуслов-лено тем, что последняя тверже и плавится при более низкой температу-ре. В свою очередь оловянистая бронза превосходит мышьяковистую по твердости, способна закаляться при медленном охлаждении, что особенно [20] важно, не токсична. Получали олово из руды (касситерита), нагревая ее в смеси с углем. Обработка меди и бронзы прошла эволюцию от холодной ковки металла до литья в двустворчатых каменных формах.
   На поселениях бронзового века почти повсеместно доминируют кости домашних животных: в связи с кризисом охотничьей экономики главная роль в хозяйстве перешла к скотоводству. Другой ведущей отраслью экономики явилось земледелие. Победа скотоводства над охотой открыла путь [к] развитию ткачества, поскольку теперь в распоряжении людей оказались в значительном количестве овечья шерсть и козий пух. Человек также открыл дикорастущие растения с волокнами, которые пригодны для прядения. Развитие скотоводства, земледелия и металлургии означало рост роли мужского труда. Социально-экономический ячейкой стал род, а затем ею стала большая патриархальная семья.
   В раннем бронзовом веке в Крыму уже бытовала повозка с четырьмя колесами, которые изготовлялись из одного, а затем из трех кусков дерева. В нее запрягали быков. Позднее стала применяться конная колесница с двумя колесами, имевшими отдельный обод, ступицу и спицы. Она использовалась, в частности, при вооруженных конфликтах для наступательных действий. Родиной повозки считают Месопотамию, а боевой колесницы -- Восточное Средиземноморье.
   Связанное со скотоводством освоение колесного транспорта явилось предпосылкой появления курганов в Степном и Предгорном Крыму. Это - кладбища, над которыми возведены насыпи. В связи со сложившимся культом предков, верой в загробную жизнь и желанием закрепить за собой освоенную территорию, сооружение курганов у пастушеских племен, лишенных постоянных поселений, стало обязательным. Однако там, где уже побывали носители курганной культуры, новые пришельцы в широких масштабах использовали готовые насыпи, совершая в них впускные захоронения. В могилу клали сосуды с пищей, орудия труда, оружие, украшения -- все, что, по представлениям людей того времени, было необходимо умершему.
   Примерно 8% от 474 погребений, исследованных в курганах Крым-ского Присивашья (1962-1964 и 1977-1978 гг.), составляют совместные захоронения, в частности, мужчины с женщиной. Некоторые исследователи предполагают, что в таких случаях перед нами -- умерший высокого общественного статуса, и человек, подвергшийся убийству для того, чтобы он (в такую возможность верили древние люди) сопровождал важного покойника в мире теней. Однако, скорее всего, парные и коллективные ингумации бронзового века -- это просто погребения людей, расставшихся с жизнью одновременно. Причинами их гибели могли быть эпидемии или раны, полученные при вооруженных столкновениях.
   Средняя продолжительность жизни в бронзовом веке Крыма в значи-тельной мере определялась смертностью детей в возрасте до 15 лет, а они составляли четвертую часть всех погребенных. Однако по сравнению с данными по другим могильникам раннего металла (Правобережная Укра-ина, Среднее и Верхнее Поволжье, Урал, Сибирь, Средняя Азия) детская смертность в Крыму бронзового века была относительно низкой. По-видимому [21], экологические условия здесь были более благоприятны, чем в других районах. К причинам высокой смертности в первобытном обществе следует отнести повышенную ранимость и слабую иммунологическую защищенность детского организма в условиях, когда отсутствует гигиена, а медицинские средства малоэффективны.
   Бронзовый век Крыма характеризуется ямной, катакомбной и срубной историко-культурными общностями (группами родственных культур), а также отдельными культурами: кеми-обинской, многоваликовой, камен-ско-ливенцовской, сабатиновской и белозерской. Памятники представляют собой погребения, обычно курганные, и поселения, но последние на полу-острове, за исключением каменско-ливенцовских, сабатиновских и белозер-ских, пока практически не выявлены, поскольку племена вели полуоседлый образ жизни. Ямники, катакомбники, создатели многоваликовой керамики и срубники могут рассматриваться в Крыму как пришлое население.
   Ямная историко-культурная общность. Ее памятники встречаются на огромных, в основном степных пространствах от Нижнего Подунавья на западе до Южного Урала на востоке. Ямные племена, представляющие ранний бронзовый век, соорудили основную массу курганов как в Крыму, так и далеко за его пределами; в дальнейшем носители других культур, вплоть до печенегов и половцев, использовали готовые насыпи для своих погребений. В наибольшем количестве ямные погребения встречаются в Присивашье, немногочисленны они на Тарханкуте и в центральной части полуострова. Под насыпями курганов высотой до 3 м и более встречаются охватывающие их кольцевые ровики и такие же ряды камней (кромлехи), связанные с культом солнца.
   Умерших хоронили в прямоугольных, нередко довольно крупных (до 2,2 х 2,0 м) ямах, которые были перекрыты плахами, досками или жердями, иногда каменными плитами, а в одном случае даже антропоморфной стелой. Некоторые могилы были с уступами (заплечиками) по всему периметру и снабжались двойным перекрытием. В кургане возле Красноперекопска на перекрытии могилы лежали 12 черепов крупного рогатого скота, свидетельствующие о почитании быка.
   Покойники, обильно посыпанные охрой, лежали на спине с согнутыми в коленях ногами, головой преимущественно к востоку или северо-востоку. В могилах встречаются кости козы или овцы, отмечен отпечаток ткани. Встречаются сосуды -- яйцевидные или с небольшим плоским дном, обычно с выраженной шейкой, иногда с вертикальной ручкой или выступами в верхней части; орнамент -- веревочный и врезной, на поверхности встречается полосчатое сглаживание. Найдены роговые молоточковидные булавки и проколки, амулеты в виде просверленных звериных зубов и костяные кольца, кремневые наконечники стрел с глубокой выемкой у основания и черешковый нож, каменные пестики и терочники, листовидные ножи и четырехгранные шилья из меди и мышьяковистой бронзы.
   Молоточковидные булавки были причастны к культу плодовитости скота: их рассматривают как фетиши, предметы, наделяемые магической силой. Для крепления привесок, создававших шум, они имеют отверстие [22] в головке, как фаллические предметы (фаллос -- мужской детородный орган) булавки имеют грибовидные выступы, а в качестве клинка для жертвоприношений -- заострение у стержня. Лишь самые мелкие экземпляры применялись как шпильки.
   В кургане 14 у с. Болотного на заплечиках ямной могилы, перекрытой досками (погребение N 5), оказались три деревянных колеса диаметром 70-74 см в виде диска с выступающей втулкой от четырехколесной повозки.
   Все подобные захоронения близки к ямной культуре Приазовья и Степного Поднепровья. Позднеямные погребения в Крыму совершены в небольших могилах, ориентировка неустойчивая, охры мало, инвентарь беден, а на завершающем этапе умерших хоронили уже в скорченном положении на боку. В сложении ямной историко-культурной общности большую роль сыграла среднестоговская энеолитическая культура Нижнего Поднепровья и бассейна Северского Донца.
   В свете новейших данных (189 калиброванных радиоуглеродных опре-делений) ямная общность укладывается в хронологические рамки XXX-XXIII вв. до н.э. Она приписывается пастушеским индоевропейским племенам, сыгравшим большую роль в истории Юго-Восточной Европы.
   Кеми-обинские памятники. Эта культура распространена, главным образом, вдоль границы между Степным и Горным Крымом, но известна и в Нижнем Поднепровье. Высота курганов 1-3 м, а иногда и 5-6 м (например, курган Кеми-Оба между г.Белогорском и с. Богатым, который возник в результате досыпки на месте двух примыкавших друг к другу земляных сооружений). Многие курганы имеют кромлехи, а иногда и каменные сооружения в насыпи, в верхней части которой встречаются каменные стелы. Некоторые кеми-обинские курганы представляют собой святилища, перекрытые насыпью, в том числе с примитивными стелами, установленными внутри ограды.
   Характерны погребения в каменных ящиках из четырех плит, тщательно обработанных и подогнанных друг к другу, с перекрытием. В одном случае (с. Вилино) ящик имел окно, характерное для западнокавказских погребаль-ных домиков -- дольменов. Щели у ящиков иногда замазаны глиной. Известны гробница, вырубленная в каменном блоке (Евпатория), и дере-вянные ящики из плах. В кургане 6 на месте строившегося Симферо-польского водохранилища была открыта каменная коллективная усыпаль-ница. Грунтовые кеми-обинские могилы, прямоугольной или бочонко-видной формы, перекрывались плахами, которые сверху были обмазаны толстым слоем глины. Покойника клали на спине с подогнутыми ногами или скорченно на боку, головой чаще всего на восток или северо-восток и слегка посыпали охрой. В кургане Курбан-Байрам в Присивашье он был положен на салазки. Известно также погребение литейщика. Могиль-ный инвентарь включает кремневые пластины, орудия с плоской ретушью (наконечники стрел с усеченным или выемчатым основанием, вкладыши серпов), скребки, каменные шлифованные боевые топоры, костяные проколки и пронизки, металлические листовидные ножи, четырехгранные шилья, тесла, проушный топор и пр. [23]
   Кеми-обинцы создали свой очаг металлообработки, применяя медь и шьяковистую бронзу. Население занималось, главным образом, скотоводством. Керамика горшки, с цилиндрической или раструбообразной шейкой, преимущественно неорнаментированные, а иногда - с декором в виде вдавлений, насечек, врезных узоров и валиков; распространено было лощение.
   Искусство характеризуется росписями (обычно елочный орнамент, нанесенный черной, красной или желтой краской) либо гравировками на стенах каменных ящиков; антропоморфными стелами; массивной плитой с лунками для возлияний из Бахчи-Эли (Красная Горка в Симферополе), на которой изображена сцена единоборства в окружении боевых топоров, и, вероятно, наскальной росписью в навесе Таш-Аир I, где нашло отражение какое-то событие военного характера.
   Каменные антропоморфные стелы -- это удлиненные плиты с выступом вверху, изображающим верхнюю часть головы. Одни стелы (Мамай близ Евпатории, Чокурча, Астанино) лишены деталей, в других случаях (Тиритака на Керченском полуострове) показаны глаза, рот и руки, а некоторые плиты (Казанки, Верхоречье и Эфиросовхоз в районе Бахчисарая) еще более совершенны: изображен портупейный пояс, а ниже него -- мужчина и женщина, причем на стеле из Верхоречья за поясом заткнуты топор, лук и колчан, а ниже мы видим две брачные пары животных. Связь стел с культом плодовитости неоспорима.
   Стратиграфические наблюдения свидетельствуют о синхронности ямных и кеми-обинских погребений на определенном этапе: отмечены ямные могилы в кеми-обинских курганах и наоборот. Эти данные и параллели с кеми-обинскими погребениями в памятниках майкопской культуры Прикубанья ХL-ХХХIV вв. до н.э. (26 калиброванных дат) позволяют отнести кеми-обинскую культуру ко второй половине IV -- первой половине III тысячелетий до н.э.
   Происхождение кеми-обинских памятников может быть связано с местным энеолитом (на его керамике -- елочный орнамент) и с дольменными погребениями Западного Кавказа (имеются мегалитические сооружения).
   Катакомбная историко-культурная общность. Памятники катакомбных культур, встреченные в степной и лесостепной зонах от Волги до Нижнего Дуная, выделяются прежде всего тем, что умершего помещали в специальную камеру, которая ответвляется от входной курганной ямы, имея ступеньку, а изредка ход -- дромос. Ямы и камеры -- овальные, бобовидные, иногда прямоугольные в плане. Близ Старого Крыма катакомбы достигали высоты более 2 м. Вход в камеру закрывался деревянным заслоном или каменной плитой. Некоторые костяки покрыты охрой или мелом.
   Для катакомбных памятников Крыма характерна моделировка черепа -- использование древними людьми глины для частичного или полного восстановления лица перед вторичным захоронением покойника. Моделировка производилась после естественной мацерации (размягчения тканей), которая в открытой могиле длится 2-3 недели. [24]
   Заслуживает внимания катакомба с перезахоронением (Целинное в Присивашье, курган 1, погребение N 25), где череп был заполнен смесью охры с глиной. Он при жизни человека подвергся трепанации в лечебных целях. Это явилось причиной смерти погребенного, но все же он прожил некоторое время после хирургической операции. Попытались также сделать "нетленными" и конечности покойника: длинные кости обмотали стеблями растений, а затем обмазали охристой глиной.
   В курганном погребении у с.Славного в Северном Присивашье (1/2) глазницы умершего были заполнены глиной, на поверхности которой прочерчены линии, изображающие сомкнутые веки. Череп покрывала охра. Из глины же был вылеплен нос. Аналогичным образом обработали череп другого умершего, погребенного в этом кургане (1/8).
   По-видимому, такой обряд связан с представлением о том, что человек состоит из души и тела, причем особое значение придавалось лицу, по которому один индивид наиболее резко отличается от другого. Участники похорон стремились сохранить лицо, дав тем самым возможность душе, которая, как они считали, покидает тело во время смерти, вернуться к покойнику. Именно такое назначение имели древнеегипетские скульп-турные и живописные погребальные портреты, по которым душа после суда Осириса должна была опознать свое мертвое тело и войти в него. Для той же цели производилась мумификация трупов; без нее древние египтяне не могли рассчитывать на вечный покой и загробное блаженство усопшего.
   Использование глины отмечено и в одном из самых необычных катакомбных захоронений (N 28), которое открыто у с.Болотного, в ямном кургане диаметром 60 м и высотой 2,2 м (N 14). Входную яму соединял с катакомбой ход, устье которого было герметично замазано глиной, обнаруженной также на потолке камеры и хода. Погребение оказалось парным (мужчина и женщина?), умершие лежали в скорченном положении на боку; у груди мужчины обнаружены бронзовая орнаментированная пластина и просверленный клык собаки. Остальной инвентарь -- это высокий сосуд со шнуровым орнаментом вверху, каменный "утюжок" и растиральники, кусок охры, кремневые отщепы, бронзовый листовидный нож и четырехгранное шило, четыре дубовых колеса и две другие детали от повозки грузоподъемностью около 1,5 т, а также полотняный мешок из растительного сырья с колосьями пшеницы. Каждое колесо, диаметром около 50 см было изготовлено из трех деталей, соединенных четырьмя деревянными стержнями (шкантами). Погребение принадлежало человеку высокого социального положения и характеризует хозяйство катакомбных племен (земледелие, ткачество, деревообрабатывающее производство), общественный строй (социальное расслоение), идеологические представления.
   В раннюю группу крымских катакомбиых погребений входят скорченные захоронения на спине и на боку (с руками, сложенными на животе), в которых имеются бедно украшенные, сравнительно высокие сосуды приазовского облика с хорошо выраженными плечиками, нередко с уплощенным или круглым дном, иногда с веревочным орнаментом. Вторая группа, включающая вытянутые захоронения, наиболее [25] многочисленна и чрезвычайно богата инвентарем. Здесь представлены низкие горшки, кругло- и плоскодонные чаши, близкие к найденным на р.Ингул с выступами в верхней части и врезным орнаментом, а также приземистые плоскодонные сосуды северокавказского облика, что свидетельствует о тесных связях Крыма с Поингульем и Прикубаньем.
   В катакомбах найдены сплошь ретушированные кремневые наконечники копий лавролистной формы и наконечники стрел с глубокой выемкой в основании, ромбовидные каменные сверленые боевые топоры, грушевидные и шаровидные булавы, роговые молоточковвдные булавки, костяные проколки и пряжки, деревянный сосуд с бронзовой оковкой и другие предметы. Вероятно, по своему назначению каменные булавы были близки к катакомбным боевым топорам, которые сильно расширены в средней части и отличаются незначительной длиной -- всего 7-9 см. Те и другие могут быть сопоставлены с томагавками североамериканских индейцев -- боевым и парадным оружием, ударным и метательным. Сохранившиеся в некоторых случаях рукояти, вставлявшиеся в сверлины, были короткими.
   Элементы ямной культуры (захоронение на спине, керамика ямного облика, молоточковидные булавки) позволяли отнести первую группу катакомбных погребений к концу III тысячелетия до н.э., в то время как вторая группа, предшествующая культуре многоваликовой керамики, приходилась на начало II тысячелетия до н.э. Однако 120 калиброванных радиоуглеродных определений, опубликованных недавно, указывают на более глубокий возраст катакомбных памятников (XXVI--XIX вв. до н.э.) и на весьма длительное обитание носителей ямной и катакомбной общностей на одних и тех же территориях со слабым воздействием друг на друга. По-видимому, катакомбники все же частично ассимилировали носителей ямной культуры в Крыму, а позднее смешались с создателями многоваликовой культуры.
   Памятники многоваликовой керамики. Многоваликовой керамикой называют глиняные сосуды, орнаментированные рельефными узорами, прочерченными и шнуровыми. Такая посуда распространена в степной и лесостепной зонах от Северо-Западного Причерноморья до Нижнего и Среднего Подонья, включая Крым, в основном степной.
   Речь идет о курганных могильных сооружениях с умершими, положенными в скорченном положении на боку, чаще всего с руками перед лицом -- в положении, характерном также для сабатиновской, белозерской и срубной культур. Правда, рельефная орнаментация глиняных сосудов не всегда служит указанием на то, что погребение относится к культуре многоваликовй керамики. Подобные сосуды, датированные по ножам срубного типа, нередко встречаются и в срубных, особенно ранних, комплексах, что обусловлено причастностью многоваликовой культуры к формированию южных срубных памятников.
   Рассмотрим некоторые погребения спорной культурной принадлежности. В кургане у с. Филатовка в Северном Присивашье (9/1) костяк сопровождался горшком, который орнаментирован двумя горизонтальными валиками. Такой же сосуд найден в разрушенном впускном захоронении N 3 (в каменном ящике) кургана на г. Клементьева [25] в Восточном Крыму, а основное, более древнее, его погребение (N 1) содержало сосуд с одним валиком на венчике (как и скорченное в кургане близ Коктебеля). Еще один сосуд с двумя валиками обнаружен близ каменного ящика с разрушенным погребением, содержавшим в качестве инвентаря острореберный сосуд, украшенный цепочкой врезных ромбов со штриховкой в промежутках (Далекое 8/1).
   Проще обстоит дело, когда в скорченном погребении оказывается округлая костяная пряжка с крупным центральным отверстием и, обычно с одной или двумя дополнительными сверлинами у края, типичная только для хронологического горизонта многоваликовой керамики. К числу таких захоронений относятся Крыловка 13/2 и Луговое 3/3. Первое из них было совершено в каменном ящике.
   В кургане близ с. Чкалово в Присивашье аналогичное скорченное захоронение (1/7) было совершено в земляном склепе, где ранее ингумировались носители катакомбной культуры. Этот факт и наличие степных синкретических памятников с чертами катакомбной и многоваликовой культур говорят о тесных контактах двух этносов. Впрочем, некоторые исследователи предполагают существование между ними генетической связи, но, по мнению других авторов, культура многоваликовой керамики родственна ямной и срубной.
   Каменско-ливенцовские поселения. Многоваликовая культура родственна каменско-ливенцовской, представляющей собой особый юго-восточный вариант историко-культурной общности многоваликовой посуды. Эпонимные памятники этого варианта -- Каменка на Керченском полуострове и Ливенцовская крепость близ Ростова-на-Дону. При современной источниковой базе и степени изученности каменско-ливенцовские поселения и погребения уже могут именоваться археологической культурой.
   Поселения известны главным образом на Керченском полуострове и в районе Коктебеля, у самого моря или у лиманов, в которые впадают балки с водотоками. Это Глейки, Маяк, Каменка, Опук, Киммерик I и 11, Планерское I, Щебетовка (Чалка), Деляметское, Алчак-Кая, Слюсарево, Астанино и целый ряд других памятников. Большая часть их исследована раскопками, особенно значительными в Каменке. В Алчак-Кае и Планерском I специальные подпорные стены защищали жилые постройки от разрушительного действия ливневых потоков. В Каменке при вскрытии более 3200 кв. м выявлены остатки 20 наземных жилищ овальной и прямоугольной формы (с очагами и хозяйственными ямами). По основаниям они были укреплены каменными кладками.
   Основную массу инвентаря на поселениях составляют обломки керамики, принадлежащие высоким горшкам с отогнутым венчиком, хорошо выраженной шейкой и выпуклым туловом. Шейка часто имеет цилиндрическую форму. Иногда встречаются миски и крышки сосудов. Орнамент, как правило, это расчлененные или гладкие горизонтальные валики, которые покрывают поверхность сосуда частично. Кроме того, встречаются налепы в виде заклепки, шнуровые и прочерченные, в част-ности елочные, узоры. По керамике выделены жилища раннего этапа в [27] истории Каменки (N 1, 2, 6) и позднего (3-5,7-12). Для второго этапа аоактерны резко отогнутые венчики и более часты валики под венчи-ком появляются сосуды с одним валиком на нем, с блоком из трех валиков, плоские валики, налепы в виде заклепок и насечки по краю венчика, а врезной елочный мотив орнамента исчезает. Посуда поселения становится более сходной со степной многоваликовой керамикой.
   В Каменке, Планерском 1 и на других поселениях найдены кремневые орудия (сплошь ретушированные вкладыши серпов, такие же листовидные и черешковые наконечники стрел, скребок), вещи из других пород камня (боевые топоры и сферические булавы, усеченно-конические и дисковидные терочники, зернотерки, грузила, "выпрямители стрел"), разнообразные костяные изделия (молоточковидные булавки, плоский псалий с шипами -- принадлежность конской узды, круглые пряжки, проколки, иглы, лощила, заостренные стержни с двумя парами боковых выемок на тыльном конце, подвеска в виде просверленного звериного клыка, привязной наконечник фаллического фетиша), бронзовое тесло и четырехгранное шило, глиняное колесико и другие вещи. Создатели каменско-ливенцовских поселений стали первым оседлым населением бронзового века в Крыму, занимавшимся земледелием и скотоводством в сочетании с охотой, рыболовством и собирательством, игравшими второстепенную роль.
   Определен остеологический (костный) материал из Планерского I и Каменки. Основная масса найденных костей принадлежит крупному и мелкому рогатому скоту. Бедно представлены лошадь, свинья, верблюд, отмечена собака. Очевидно, мясо лошади редко употреблялось в пищу. Дисковидный псалий с шипами из Каменки, который находит параллель в IV шахтовой гробнице Микен (Греция), свидетельствует об использовании лошади как упряжного животного и связях Крыма во II тысячелетии до н.э. с греческим миром, где лошадь запрягали в колесницу, употребляя подобные псалий. Кости диких зверей (благородный олень, косуля, сайга, заяц, лиса, барсук) и птиц немногочисленны. Собраны остатки крупных осетровых и других рыб, а на поселениях в районе Карадага обнаружены раковины мидий и устриц.
   Грузила от сетей и, может быть, от других рыболовных снастей изготовляли обычно из плоских морских галек, которые снабжались парными боковыми выемками для привязывания. Реже изделия такой же формы выделывались из ракушечника или сланца. В Алчак-Кае, в яме под полом, обнаружены 19 грузил -- вероятно, остатки сети, поплавки и полотно которой не сохранились. Носители каменско-ливенцовской культуры были, очевидно, не только искусными рыболовами, но и хорошими моряками, охотившимися в море на дельфина. Северное Причерноморье имело в бронзовом веке тесные торговые связи с эгейским миром, где судостроение находилось на весьма высоком уровне. Замечено, что Каменске-ливенцовские поселения Крыма расположены, как правило, в той части крымского побережья, которая хорошо связана со степью и в то же время близка к Кавказу. Жители этих поселков могли заниматься мореплаванием, переправляя через пролив выходцев из степи, торговать со степными племенами. [28]
   Погребальные памятники каменско-ливенцовского облика. С
   описанными поселениями следует связать по керамике могильник Штор-мовое в Севастополе, учитывая информацию о том, что такие же поселения известны и в Южном Крыму. Раскопаны восемь погребений в катакомбах, окруженных кромлехами. Из ямы в катакомбу вед дромос, закрытый каменной плитой; щели были замазаны глиной. Умерших хоронили в вытянутом положении на спине с инвентарем, который включает сосуды, украшенные шишечками ("заклепками") и шнуровым орнаментом, бронзовую цепочку и браслет.
   Характер каменных сооружений и отчасти поза погребенных в могильнике Штормовое напоминают курган N 1 Акташского могильника на Керченском полуострове. Его высота - 0,5 м, диаметр -- 30 м. Инвентарь -- круглая костяная пряжка, неорнаментированная глиняная банка, горшок со сглаженным ребром и зигзаговым узором. Расположение кургана в пределах Керченского полуострова не позволяет исключить его из числа вероятных каменско-ливенцовских памятников.
   Иное дело -- курганные погребения средней поры бронзового века с вытянутым положением костяка (как в могильнике Штормовое). Они открыты в Северо-Западном Крыму, вдали от каменско-ливенцовских поселений, и датированы по описанным костяным пряжкам (Далекое 4/1; Штормовое 2/6; Крыловка 8/5и 13/1; Сусанино 2/11; Дальнее 3/3; Григорьевка 11/2 и 22/4; Ленинское 4/5, Славное 3/3). Такие погребения (основные и впускные) совершены в ямах, с подбоем или без него, и в каменных ящиках. Найден также неорнаментированный плос-кодонный сосуд с выраженными шейкой и плечиками. Эти погребения так называемой евпаторийской группы предположительно определяются как катакомбные по культурной принадлежности, но относятся уже к хронологическому горизонту многоваликовой керамики.
   Важно, что вытянутое положение костяков в могильнике Штурмовое и других охарактеризованных выше захоронениях находит аналогию в поздних погребениях катакомбной культуры. Ее причастность к могильнику документируется тем, что умершие похоронены в катакомбах, хотя и не перекрытых курганными насыпями. Катакомбный элемент в каменско-ливенцовских поселениях выражен в наличии "выпрямителей стрел", шаровидных булав, усеченно-конических терочников, молоточко-видных булавок. Вместе с тем в этих комплексах встречены круглые костяные пряжки, характерные для многоваликовой культуры, а диско-видный псалий позволяет вести речь о ХУ1-ХУ вв. до н.э. Такое не совсем обычное сочетание объяснимо существованием ранних каменско-ливенцовских комплексов в позднекатакомбное время, но в этом случае мы должны признать Крым родиной многоваликовой орнаментики. Не менее вероятно, однако, что в Горном Крыму, где население обитало оседло в стороне от крупных этнических передвижений, катакомбные традиции сохранялись гораздо дольше, чем в степной полосе. По-видимому, каменско-ливеицовская культура, которую можно датировать ХУП-ХУ вв. до н.э., формировалась на крымском побережье при участии катакомбного и многоваликового компонентов при миграции населения с севера. [29]
   Срубная историко-культурная общность. Погребальные и рюуальные амятники ХVII вв. до н.э., распространенные в степной части полуострова, входят в историко-культурную общность, охватывающую степные и лесостепные районы Южного Урала, Нижнего и Среднего Поволжья, Дона и Северского Донца. В Крыму срубные погребения, в отличие от ямных, широко распространены в центрально-крымской равнинной степи. Они относятся к бережновско-маевской (южной) срубной культуре.
   Срубные памятники представляют собой захоронения в курганах -- как круглых, так и вытянугых, овальных в плане. Покойники похоронены в обычных могилах или прямоугольных каменных ящиках; а в одном случае (курган N 11 у с. Красноярское в Северо-Западном Крыму) встречено овальное в плане могильное сооружение, стенки которого выложены из плиток известняка: культура носит мегалитический характер. Умершие положены в скорченном положении на боку с руками перед лицом, головой, как правило, к северо-востоку.
   Для срубной культуры Крыма весьма характерны также каменные сооружения за пределами могил. Насыпь нередко окружена кромлехом, иногда в виде наброски камней. Он показывает, что диаметр кургана был в древности намного меньше, чем в настоящее время, а высота, соответственно, больше. В кургане близ с. Октябрьское на Керченском полуострове (диаметром около 30 м) умерший был помещен в каменный ящик, окруженный тремя концентрическими кругами из уплощенных известняковых камней, положенных на древнюю дневную поверхность, диаметром 30,18 и 12м. Так как за тысячелетия насыпь расплылась, можно думать, что ее первоначальному диаметру отвечает среднее или даже внутреннее кольцо. Аналогичен описанному курган N 1 близ пос. Аджимушкай (Керчь). Иного типа сооружение выявлено в кургане N 77 Акташского могильника на Керченском полуострове: частично углубленный в землю каменный ящик с погребенным находился внутри квадратной оградки. Такие оградки открыты также в курганах Аджимушкая (N3, 4) и у с. Далекое на Тарханкуте.
   Интересен полностью раскопанный Луговской могильник в центральной части полуострова, где (в отличие от низменной степи Присивашья) четко выражены курганные группы, тяготеющие к водоразделам. Могильник представлял собой шесть курганов, расположенных в ряд. Пять из них были длинными и содержали погребения, а шестой служил лишь святилищем. В луговских, а также еще в двух других курганах, сооружены так называемые аллеи -- святилища с захоронениями.
   Аллеи -- особая группа погребально-культовых сооружений в виде встречаемых в длинных курганах парных параллельных стен длиной до 36 м, удаленных друг от друга на 7-10 м. В Крыму они характерны для срубной культуры: четыре аллеи -- в Луговском могильнике, одна -- в кургане N 1 у с. Сусанино (Первомайского р-на) и одна -- в кургане N 3 у с. Дальнее (в. Северо-Западном Крыму). Сложены эти аллеи из необработанного известняка, причем два кургана имеют стены, состоящие из двух панцирей -- внутреннего и внешнего (Сусанино, курган N 2 [30] Луговского могильника). Ориентировка (северо-восток -- юго-запад) согласуется с положением умерших в могилах. В отдельных случаях кладка сохранилась до высоты 0,9 м. В кургане N 1 Луговского могильника концы стен соединены перемычкой. Слабо поврежденная аллея кургана N 6 в Луговом выглядит как удлиненная прямоугольная оградка, но одна из стен на юго-восточном конце аллеи не смыкается с другой, а меандрообразно загнута внутрь. Особенно интересны две аллеи (Луговое 4-5, Дальнее), каждая из которых соединяет две первоначально круглые насыпи катакомбного времени. На каменном ящике в аллее кургана N 6 в Луговом и близ северной стены в Сусанине найдены грубо вытесанные антропоморфные стелы.
   Описанные аллеи должны рассматриваться не только как культовые, но и как погребальные сооружения, о чем свидетельствуют захоронения, совершенные с соблюдением симметрии между стенами у их конца (в частности, в меандрообразном отсеке Лугового 6) или в центральной части (Луговое 4-5). Эти погребения, обычно в каменных ящиках, в одном случае с антропоморфной стелой, а в другом -- по обряду трупосожжения и со сравнительно богатым инвентарем, принадлежат лицам высокого социального уровня, вероятно жрецам. Курган у с. Сусанине представлял собой культовый комплекс, включавший жертвенную яму, две прямые каменные стены, параллельные друг другу, примитивные антропоморфные стелы и погребение, совершенное уже тогда, когда сооружение просуществовало определенное время. Крымские аллеи, соединяющие пару курганов, не уникальны и находят близкие параллели, например, в таких курганных могильниках, как Кичкас II (Нижнее Поднепровье) и у с. Баштановка (Одесская обл.).
   Как мы видим, появление в срубной культуре Крыма длинных курганов обусловлено распространением святилищ-могильников с аллеями Семантика последних остается пока не совсем понятной, но все же следует обратить внимание на то, что каждая пара длинных стен, соединенных между собой, может рассматриваться как символ числа "два", чрезвычайно популярного у срубных племен. Об этом свидетельствуют так называемые "загадочные" знаки на срубных сосудах, расположенные асимметрично и не являющиеся орнаментом. На подобных культовых сосудах "два" обозначается, в частности, различными парными знаками: в виде подковки, букв II и Ш, сегмента, овала, четырехугольника, колеса. Встречаются на сосудах и пары сдвоенных знаков, сопоставимых с аллеями, имеющими двухпанцирные стены или соединяющие два кургана. Срубный баночный сосуд из Полянского могильника в Татарстане проливает свет на смысл двойных знаков: там они даны рядом с рисунком двух брачных пар лошадей. Следовательно, сосуды со знаками могли рассматриваться срубниками как магические предметы, способствовавшие плодовитости скота. Последняя же связывалась, с одной стороны, с возрождением съеденных животных, а с другой -- с сексуальной силой человека - жреца, шамана. Поскольку в людях, похороненных в аллее, исследователи обоснованно усматривают служителей культа, можно думать, что аллеи были святилищами, где совершались обряды, связанные с культом [31] размножения, плодородия и возрождения, к которому считались причастными и похороненные в аллеях жрецы. При закрытии описанные святилища перекрывались насыпями.
   К числу выдающихся срубных погребений в Крыму относится также единственное захоронение в кургане N 10 у с. Филатовка (диаметр -- около 45 м, высота -- 1,85 м). Инвентарь его -- металлический нож-кинжал срубного типа с намечающимся перекрестием (использовалась обычно оловянистая бронза), костяная проколка и острореберный лощеный сосуд с богатым орнаментом. Интересно также погребение с обрядом трупосожжения (Дальнее 3/4), в инвентаре которого -- бронзовый листовидный нож без признаков перекрестия, костяное декорированное пряслице (?) и острореберный орнаментированный сосуд. В Краснопартизанском кургане (погребение N 3) обнаружено 40 заостренных костяных стержней длиной 4,2-7,8 см, в основном с двумя парами боковых выемок на тыльных концах. Предметы находят прямые аналогии в Каменке и Планерском I, а также сходны с античными стержнями неизвестного назначения. В указанном погребении стержни лежали на черепе и под ним, в области затылка, в основном параллельно друг другу, остриями вперед. Возможно, это были своеобразные шпильки, привязанные к верхним концам многочисленных накладных кос (или к пелерине) и вколотые сзади в волосы при соответствующей прическе.
   Срубные сосуды в Крыму, как и во всем срубном ареале, -- баночной и острореберной формы, причем некоторые из вторых в верхней части украшены веревочными, прочерченными и гребенчатыми узорами (цепочки простых и штрихованных треугольников, горизонтальные линии, зигзаги и пр.). Судя по керамике, срубные памятники Крыма относятся к числу поздних и близки по времени к сабатиновской культуре XIV--XII вв. до н.э. На это указывают два срубных погребения, совершенных по обряду трупосожжения, в курганах у Красноперекопска (9/2) и с. Дальнее (3/4), в северо-западной части полуострова. Исследователи связывают по-добные захоронения с влиянием федоровской культуры Южного Урала и более восточных областей, датирующейся XIV--XII вв. до н.э. Заслуживает внимания также упомянутое погребение у с. Филатовка (10/1), с лощеным острореберным горшком, который украшен узором, напоминающим федоровский.
   В отличие от каменско-ливенцовского и сабатиновского населения, срубные мигранты в Крыму не знали прочной оседлости (которая характерна для срубников в бассейнах Дона и Волги) и занимались в основном скотоводством. Если местные сабатиновские племена оставили поселения, то срубный этнос в Крыму характеризуется только погребальными памятниками. У нас отсутствуют данные о контактах между сабатиновскими и срубными племенами в Крыму, но они прослежены в Нижнем Поднепровье. Срубная общность приписывается ираноязычным племенам, причем в крымской ямно-срубной серии черепов преобладает восточносредиземноморский долихокранный (длинноголовый) тип с высоким и средним лицом, а в катакомбной -- мезокранный (с головой средней длины) низколицый. [32]
   Сабатиновская и белозерская культуры. Степные памятники позд-него бронзового века (XIV--X вв. до н.э.) нижнего Дуная, Поднестровья, Побужья, Нижнего Поднепровья, Северного Приазовья и Крыма принадлежат в основном к сабатиновской и белозерской культурам, из которых вторая (ХП-Х вв. до н.э.) сменяет первую. В Крыму сабатиновско-белозерские древности характерны и для его Предгорья,
   Поселения этих культур известны на полуострове в его северо-западной части (Бурун-Эли, Бай-Кият, Михайловка, Ивановка, Ново-Федоровка), в районе Симферополя (Петровская Балка, Луговое, Фонтаны, Дружное II, Чуюнча), в восточной части Крыма (Кирово, Планерское, Сазоновка, Слюсарево) и на Южном берегу (Кошка). Поселения Восточного Крыма имеют преимущественно керамику, характерную для сабатиновской культуры, а присимферопольские -- белозерского облика. Кирово и Бурун-Эли функционировали на обоих этапах, но преобладает ранний материал. Ново-Федоровка и, вероятно, Бай-Кият -- белозерские памятники, а остальные поселения северо-западного района -- сабатиновские.
   На Кировском поселении сабатиновские материалы обнаружены преи-мущественно в восточных, а белозерские -- в западных раскопах. На саба-тиновском участке выявлены остатки каменных жилищ, прорезанные белозерскими хозяйственными ямами, а на белозерском -- сооружение (площадью более 40 кв. м), стены которого имели каменное основание, и более поздняя полуземлянка. На поселении, как и в целом на территории, где представлены сабатиновские и белозерские памятники, прослеживается смена каменных домов постройками полу земляночного типа. В Бурун-Эли раскопаны две прямоугольные полуземлянки (55 и 45 кв. м) и столько же каменных построек той же формы (65 и 19 кв. м). В жилищах выявле-ны очаги. Встречаются хозяйственные ямы. Жилища Бай-Кията, которых насчитывается 12, -- землянки прямоугольной формы (площадью 36-56 кв.м), с узким длинным коридором, расположенным с южной стороны таким образом, что одна из его стен служит продолжением стены жилого помещения. Очаги -- открытого типа. Стенки котлованчиков облицовы-вались плитами.
   Основными отраслями хозяйства были земледелие и животноводство. Остеологический материал собран в Кирове и в небольшом количестве -- на поселениях в районе Симферополя. Костные остатки принадлежат главным образом домашним животным, прежде всего крупному и мелкому рогатому скоту и лошади. Свинья по значению в составе стада значительно уступает этим животным. Сравнительно много собачьих костей. Охо-тились преимущественно на благородного оленя.
   Богатейший инвентарь Кировского поселения включает кремневые двусторонне ретушированные вкладыши серпов с вогнутым краем, прямоугольные и близкие к треугольнику (найден даже клад таких изде-лий); каменные боевые топоры, ступки и литейную форму кельта (втуль-чатого рубящего орудия); костяные граненые (втульчатые и черешковые) наконечники стрел, псалии (в частности, сабатиновский посоховидный двухдырчатый), рукояти орудий, пряслица, тупики (инструменты для обработки шкур), зубчатые орудия из лопаток животных, вероятно для [33] выделки шкур, проколки, гребни для обработки сухожилий, прокизки и подвески; муфты и рукояти; глиняные пряслица, модели колес и фигурки животных; бронзовые нож, шилья, иглы, серп-косарь (для вырубки кустарника), различные украшения (булавки, пронизки, кольца). Такие же и. Другие предметы встречены на прочих поселениях (кремневые вкладыши серпов и листовидный наконечник стрелы, каменная зернотерка и форма для литья наконечника копья; костяные псалии, пряслица, проколки и конек (для передвижения по льду), глиняные пряслица и скульптуры; бронзовые ножи). Псалии, найденные на поселениях Дружное II и фонтаны, принадлежат к белозерскому трехдырчатому типу, а серп из Кирова, скорее всего, имеет сабатиновский возраст.
   Основная масса инвентаря -- это фрагменты глиняной посуды, главным образом высокие горшки, орнаментированные в верхней части горизонтальным, обычно расчлененным, валиком. На сабатиновских памятниках венчик у них отогнут слабо и валик расположен на нем, а на белозерских -- много сосудов с резко выраженной шейкой и валиком на плечиках. На втором месте по численности -- корчаги и тонкостенная лощеная посуда столового назначения с врезным узором (кубки, черпаки), а на третьем -- миски и сковородки.
   Под фундаментом одного из жилищ в Кирове оказалось ритуальное захоронение. К концу белозерского или к началу последующего кизил-кобинского времени должны быть отнесены грунтовые могильники близ пещеры Кизил-Коба (Суучхан) и у с. Донское к востоку от Симферополя; они состояли из каменных ящиков, в которых обнаружены скорченные костяки, украшения и столовая керамика,
   По всей вероятности, сабатиновское и белозерское население, подобно срубному, говорило на языке иранской группы. Когда срубные пастушеские племена проникли в Крым, здесь уже обитали оседлые сабатиновцы. Их подоснова -- создатели многоваликовой керамики (которые причастны в некоторой мере и к формированию крымской срубной культуры), но определенную роль сыграл также пришлый карпато-дунайский (фракийский) компонент, с которым связывается появление тонкостенной столовой лощеной керамики. Срубное пастушеское население заняло главным образом Центральный Крым, тогда как сабатиновцы оставались на окраинах полуострова. Сменившие их белозерцы обнаруживают с ними генетическую связь, но можно предполагать и участие срубников в сложении носителей белозерской культуры, близкой к послесрубному населению Подонья и Поволжья.



   Псалии -- прищечные ограничители, фиксирующие удила в заданном положении и способствующие строгому управлению конем.
   Ретушь -- система мелких фасеток, превращавших кремневый скол в законченное орудие.
   Ритуальный -- связанный с обрядами, составляющими оформление ре-лигиозного акта.
   Стела -- вертикально стоящая каменная плита с резными изображе-ниями или надписями. [34]
  

КИММЕРИЙЦЫ И ТАВРЫ

  
   В IX столетии до н.э. в Крыму начался железный век, в раннюю пору которого на полуострове обитали киммерийцы, вытесненные вскоре скифами, и тавры,
   Киммерийцы. Период с IX в. по первую половину VII в. до н.э. часто называют "киммерийским". Этот народ Северного Причерноморья был известен еще Гомеру: в его "Илиаде" упоминается земля "дивных доителей кобылиц -- млекоедов, бедняков, справедливейших людей". Таким образом, киммерийцы были первыми обитателями полуострова, чье имя дошло до нас благодаря письменным источникам. Киммерийцы создали сильный в военном отношении союз племен, в котором уже сложилась военная аристократия. В боях они использовали конницу. Киммерийцы совершали успешные военные походы, в том числе в Переднюю Азию. Геродот (V в. до н.э.) сообщает, что с приближением скифов вожди киммерийцев были готовы дать отпор завоевателям, но народ имел намерение покинуть страну. И вскоре основная часть киммерийцев ушла в Малую Азию. Они оставили след в географических названиях Крыма (Боспор Киммерийский -- Керченский пролив, область Киммерия и пр.).
   В Крыму к "киммерийским" памятникам относится, в частности, погребение (N 3), впущенное в курган N 16 у с. Целинное в Северном Присивашье. Умерший лежал в сильно скорченном положении на боку, головой к востоку. В могиле найдены: спиральные подвески в полтора оборота из бронзовых "гвоздей", обложенные золотым листом, обломок железного кинжала, сланцевый оселок с отверстием и лощеный грушевидный сосуд с отогнутым венчиком. В насыпи кургана обнаружена каменная стела, которая в свое время была установлена над погребением. Это схематизированное изображение воина в виде слегка расширенного книзу и закругленного сверху столба с реалистическим показом портупейного пояса и привязанных к нему предметов: слева -- горит, в котором помещен лук, и кинжал с кольцевидным навершием, имеющим прямое перекрестие, сзади -- оселок. Такие стелы близки к оленным камням Восточной Евразии -- антропоморфным изображениям, на которых показаны животные (в основном олени) и портупейный пояс с оружием.
   Другое погребение раскопано в кургане у с. Зольное близ Симферополя. Здесь при костяке воина, лежащего в вытянутом положении на боку, головой к юго-западу, обнаружены предметы вооружения: железный меч, бронзовые, железные и костяные втульчатые наконечники стрел; детали конского снаряжения (костяные лунницы и бляхи в виде розеток, украшенные резным орнаментом и инкрустацией, бронзовые удила с кольчатыми концами и трехпетельчатые псалии), глиняный плоскодонный сосуд, каменный оселок и пр. Удила, близкие к зольненским, найдены возле Керчи. "Киммерийские" древности в Крыму известны также по захоронениям у сел Луговое, Фронтовое и другим памятникам Керченского полу острова.
   Описанные два погребения представляют, соответственно, черногоровский и новочеркасский типы "киммерийских" древностей, [35] случившие свое название от Черногоровского кургана и Новочеркасского клада и разнящиеся по характеру ритуала и инвентарю: в первом случае умершие похоронены в скорченном положении на боку и ориентированы тоновой на восток, во втором -- в вытянутом с противоположной ориентировкой. У черногоровцев кинжалы и мечи -- с железным клинком и Т-образной бронзовой рукоятью, а у новочеркасцев -- целиком из железа с дугообразным перекрестием. Черногоровские бронзовые удила имеют стремечкообразные концы, новочеркасские двуколъчатые. Черногоровские псалии -- трехдырчатые, а новочеркасские трехпетельчатые. Наконечники стрел в черногоровских погребениях -- с короткой, в новочеркасских же -- с длинной втулкой. Погребения черногоровского облика имеют широкое распространение вплоть до Тувы (курган Аржан) и демонстрируют генетическую связь со скифскими древностями VII-VI вв. до н.э., а новочеркасские локализованы лишь в степях Восточной Европы и на Северном Кавказе.
   По-видимому, в начале I тысячелетия до н.э. имела место миграция из Центральной Азии или из Южной Сибири, прослеживаемая по оленным камням, которые распространялись до Северного Кавказа, Северного Причерноморья и Среднего Поволжья, а единичные изваяния найдены даже в Болгарии, Румынии и Германии. Об этом крупномасштабном переселении с востока на запад свидетельствует также появление в Восточной Европе бронзовых удил со стремечковидными концами, бронзовых литых котлов с кольцевидными ручками и кинжалов, характерных для карасукской культуры Восточной Сибири. Миграция, с которой следует связать возникновение черногоровских памятников, ускорила, а может быть, даже обусловила переход в восточноевропейских степях, включая Северный Крым, от прочной оседлости, характерной для племен белозерской культуры, к кочевому образу жизни с большой ролью коневодства. При участии местных племен и пришельцев в Причерноморье сложились памятники новочеркасского типа, а главным центром их формирования мог быть Северный Кавказ. Предшествуя непосредственно раннескифским погребениям, появление которых объяснимо повторным притоком населения с востока, они могут быть приписаны киммерийцам - кочевникам предскифского времени. По-видимому, вторгшийся в восточноевропейские степи азиатский народ, сыгравший решающую роль в формировании скифов, представлял как и они сами, уже северную группу иранских языков, что характерно также для белозерских и киммерийских (новочеркасских) племен, хотя в последних можно усматривать и фракийский компонент, на который указывает западное (гальштатское) влияние на памятники XII--VII вв. до н.э. в Северном Причерноморье.
   Тавры и кизил-кобинская культура. Согласно данным Геродота, тавры жили "разбоем и войной", принося в жертву богине Деве "потерпевших крушение мореходов и всех эллинов, кого захватят в открытом море". Их умерщвляли дубиной, головы жертв прибивали к столбу, а туловище сбрасывали в море с утеса, где стояло святилище, или закапывали в землю. Головы же врагов, взятых в плен, на длинных шестах выставляли над Домом в качестве стражей. Возможно, свое название тавры получили от [36] Горного Крыма, который у греков именовался Таврикой* (название сохранялось до XIV века), по аналогии с обозначавшимися словом "тавр" горными хребтами Малой Азии и других областей.
   (* Популярна также версия, что так называли себя сами обитатели гор. Для греков это слово было созвучно их слову "tauros" -- быки.)
   Таврам были приписаны памятники IХ-V вв. до н.э. и даже более позднего времени в Горном Крыму, объединяемые в кизил-кобинскую культуру: согласно Геродоту, тавры занимали "гористую страну" в полосе от греческого города Керкинитиды (в черте нынешней Евпатории) до Скалистого (Керченского) полуострова. Памятники Горного Крыма, приписываемые таврам, включают поселения, святилища, могильники и случайные находки. Число выявленных поселений кизил-кобинской культуры, которые расположены, главным образом, полосой, тянущейся от Белогорска до окрестностей Севастополя, давно превысило сотню. Это Балаклава, Сахарная Головка (в районе Инкермана), Ашлама (в Бахчисарае), Холодная Балка (близ Симферополя), Симферополь, Дружное I и Кизил-Коба (близ с. Перевальное), Нейзац и Тау-Кипчак (в Белогорском районе), Кошка (близ Симеиза) и пр. Места обитания встречаются обычно у рек, под открытым небом. Использовались также навесы и гроты (например, Таш-Аир I). Поселения невелики, без укреплений и с бедным культурным слоем небольшой мощности, что свидетельствует о сравнительно непродолжительном обитании.
   Жилища, как правило, однокамерные, имели площадь 20-50 кв. м. Они прямоугольной, реже овальной формы и делятся на два типа: углуб-ленные в землю или наземные постройки столбовой конструкции с плете-ными стенами, обмазанными глиной (Ашлама, Тау-Кипчак), и каменные дома, пристроенные к скалам (Кошка). Полы были глинобитными, и лишь в одном жилище (Тау-Кипчак) встречена вымостка из сланцевых плит. Возле жилищ находились хозяйственные постройки и зерновые ямы. По данным поселений Кизил-Коба и Дружное I, около 10% костей при-надлежат диким животным, преимущественно благородному оленю, ос-тальные -- домашним, с преобладанием крупного рогатого скота.
   Инвентарь составлен каменными, костяными, глиняными и металли-ческими изделиями. Из кремня изготовлены скребки и вкладыши серпов с двусторонней плоской ретушью, из мягких шлифующихся пород - сверленые боевые топоры и дисковидные навершия палиц, из кости - проколки, иглы, псалий, втульчатые наконечники стрел ромбического и квадратного сечения, из глины -- пряслица. Найдены бронзовые втуль-чатые наконечники стрел скифских типов, в частности с шипом у втулки.
   Керамика, лепная и часто лощеная, представлена корчагами, горшками, кувшинообразными сосудами без ручек, мисками и кубками. Небольшие столовые сосуды обычно имеют круглое дно, а иногда (кубки) -- верти-кальные ручки. Орнамент -- рельефный (валик под венчиком, шишечки на плечиках) или врезной геометрический, характерный для лощеной (сто-ловой) посуды. На поселенческом материале выделяются два этапа кизил-кобинской культуры -- ранний, IХ-VIII вв. до н.э. (Уч-Баш), и поздний, VII-V вв. (Симферополь). Для первого еще характерны керамика, имеющая [37] соответствия в белозерских памятниках, и каменные изделия. Для второго этапа типична посуда с резным орнаментом, инкрустированным белой пастой отмечены бронзовые скифские наконечники стрел и появление железа. Кизил-кобинцами начато широкое освоение глубоких пещер. Как святилища могут рассматриваться Ени-Сала II и пещера Малой академии наук. В первой из них, где оказалось множество костей скота, открыт череп горного козла, насаженный на сталагмит и датированный по керамике VII-VI вв. до н.э.; из фрагментов удалось склеить десятки глиняных сосудов; выявлены также предполагаемые деревянные идолы. В пещере МАН тоже найдена кизил-кобинская керамика. Имеется естественный "алтарь" высотой 4 м из каменных блоков, а над ним прочерчены крест и символ человеческого лица (в виде кольца диаметром 12 см с точками внутри); внизу -- кости домашних животных. Ряд глубоких пещер (Кизил-Коба, Змеиная, Лисья) труднодоступны, темны, сыры и неудобны для заселения, но служили не для культовых целей (не обнаружено соответствующих сооружений и вещей), а убежищами от врагов или помещениями для скота.
   Погребальные памятники тавров распространены почти по всему Горному Крыму, но особенно хорошо известны на Южнобережье (Гаспра, Кошка) и в Байдарской долине (Скеля, Мал-Муз, Уркуста I и II, Черкес-Кермен). В предгорной части Крыма, восточнее Симферополя, раскапывались могильники Капак-Таш, Дружное I и II. Насчитываются десятки памятников, состоящих из каменных ящиков без выраженных насыпей. Особую группу составляют каменные ящики Керченского полуострова, которые отличаются от таврских и могут быть связаны с этнической группой, близкой к синдам Прикубанья.
   Кизил-кобинские ящики, сложенные из каменных плит, в отличие от западнокавказских дольменов, впущены в могильную яму и лишены круглого отверстия. Перекрытия смещены или вообще разрушены. Ящики, как правило, составляют ряды различной ориентировки и вытянуты вдоль или поперек ряда. Они нередко имеют прямоугольные (часто квадратные) ограды из вкопанных камней. Покойников хоронили в скорченном положении на боку. В каждом из ящиков последовательно подвергались захоронению десятки умерших. Предполагая, что каждый ряд был усыпальницей одной общины, исследователи определяют ее как большесемейную. Инвентарь каменных ящиков в основном бронзовый и состоит из различных украшений (гривны, серьги, очковидные подвески, булавки, браслеты, спиральные пронизки, перстни, бусины, раковины каури), бытовых предметов (железные ножи, каменные оселки), вооружения (кинжалы с навершием брусковидной или аотенной формы и почковидным перекрестием, наконечники стрел скифских типов), конского снаряжения (железные трехдырчатые псалии, двухсоставные удила, в том числе бронзовые со стремечковидными концами, различные кольца и бляшки). Керамика встречается редко.
   Широкое распространение в Горном Крыму памятников белозерской культуры и преемственная связь кизил-кобинской керамики с белозер-ской показывают, что кизил-кобинская культура создана потомками [38] белозерского ("позднесрубного") населения, которое в условиях перехода к кочевым формам быта нашло себе в Крыму экологическую нишу за пределами той зоны, где складывалась культура киммерийцев. При этом важен тот факт, что в Горном Крыму выявленных белозерских поселений намного больше, чем сабатиновских, тогда как за пределами полуострова наблюдается противоположная картина.
   Лишь второстепенным компонентом кизил-кобинской культуры мог быть кобанский (северокавказского происхождения), с которым можно связать появление в Крыму погребальных каменных ящиков. В таком случае тавры должны предположительно рассматриваться как ираноя-зычный этнос, что как будто бы подтверждается исследованием собственных имен. Основными занятиями тех тавров, которые обитали в труднодоступных районах полуострова, в стороне от морского побережья, были земледелие и скотоводство, отмечено также ткачество. Лишь приморские тавры (а их поселения почти не сохранились в условиях курортного побережья) могли заниматься пиратством, да и то в сочетании с морским собирательством и рыболовством.
   Этнический состав крымского населения существенно изменился в V в. до н.э., когда был основан греками Херсонес Таврический и на полу-остров проникло много скифов, появившихся здесь еще в VII в. Просле-живается контакт тавров с греками, документируемый находкой кизил-кобинской керамики в слоях V-IV вв. до н.э. Керкинитиды, в которой тавры составляли определенную часть населения. Кизил-кобинцы испытали сильное влияние скифов, заимствовав у них, в частности, лощеную керамику с резным орнаментом, затертым белой пастой. В I в. н.э. появились даже упоминаемые древними авторами тавроскифы (скифотавры). Все это, а также отсутствие в Предгорье, на границе тавров с крымской Скифией, кизил-кобинских укрепленных поселений говорит о дружественном характере отношений между двумя народами.
   После V в. до н.э. местная крымская культура теряет свою специ-фику вследствие ассимиляции тавров скифами и греками. Ее памятники эллинистического периода остаются неизученными. Тавроскифам при-писывают крупнейшее культовое место античной эпохи в Крыму VII в. до н.э. -- II в. н.э., расположенное близ перевала Гурзуфское Седло, на высоте 1434 м над уровнем моря. Расцвет святилища приходится на первую половину I в н.э. Найдены тысячи ценных металлических пред-метов (монеты, статуэтки, украшения, оружие, посуда и пр.), фрагменты керамики, челюсти крупного рогатого скота. По-видимому, духам и божествам приносили жертвы в надежде, что из челюстей возродятся съе-денные животные. Многие найденные предметы могли оказаться в ру-ках местного населения после разгрома тавроскифами римских кораб-лей полководца Гая Юлия Аквилы (49 г. н.э.).



   Варвар -- чужеземец в представлении древних греков и римлян.
   Стратиграфия -- взаимное расположение слоев.
   Хронологический горизонт -- период, представленный группой культур.
   Эллин -- грек. [39]
  

СКИФЫ ТАВРИЧЕСКОГО ПОЛУОСТРОВА

  
   Скифы -- племена, населявшие степи Восточной Европы в VII - II вв. н.э. Современные представления о появлении скифов можно свести к двум основным теориям. По первой, формирование скифского этноса происходило на основе местного пред скифского населения, жившего в Причерноморье еще в позднем бронзовом веке. Вторая, более сложная, исходит из сведений, ставших известными древнегреческому историку Геродоту. Согласно этой теории, скифы проникли в Причерноморские степи и в Крым из Азии. Существуют и научные гипотезы, разнообразно сочетающие эти представления о происхождении скифов и, очевидно, наиболее близкие к реальности. Скифы принадлежали к европеоидной расе, их язык относился к иранской группе индоевропейских языков.
   Современные археологические периодизации скифской эпохи много-численны и разнообразны. Наиболее удачным вариантом выглядит ее деление на периоды: архаический -- VII-VI вв. до н.э., среднескифский - V в. до н.э., позднескифский -- IV -- начало III вв. до н.э. Оно основывается на наблюдаемых археологами изменениях скифской культуры. Признаками этой культуры считают "скифскую триаду", состоящую из характерных предметов: оружия -- мечей-акинаков и бронзовых наконечников стрел, украшений в зверином стиле и конского снаряжения. Завершение скифской эпохи в Северном Причерноморье и в Крыму относят к концу первой трети III в. до н.э.
   На раннем этапе скифы в основной массе были воинами -- конными лучниками. В VII в. до н.э. они повергли в трепет и покорили население Переднего Востока; во время азиатских походов скифы, сея ужас и разрушения, доходили до границ древнего Египта.
   В степях Крымского полуострова наиболее ранние и надежно датируемые скифские памятники появляются в последних десятилетиях VII в. до н.э. Это захоронения в кургане у с. Филатовка на Перекопском перешейке и в кургане на Темир-Горе близ Керчи. Они указывают на время освоения Степного Крыма скифскими кочевьями. Если погребение V с. Филатовка является типичным для основной массы кочевников архаического этапа, то захоронение в большом кургане на Темир-Горе, скорее всего, не рядовое. Очевидно, оно принадлежало одному из представителей степной родовой верхушки. В этом погребении сочетаются черты, характерные как для скифов Степного Причерноморья, так и для скифов Предкавказья-Прикубанья. Вероятно, Степной Крым стал в это время своеобразным мостом, соединявшим Древнюю Скифию, простиравшуюся от лесостепных районов Поднепровья до отрогов Кавказского хребта (см. карту на с.48). Остальные немногочисленные захоронения скифов VII--VI вв. до н.э. (в настоящее время в Степном Крыму их насчитывается не более восьми) мало отличаются от аналогичных захоронений причерноморско-приазовских степей.
   В горной части Крымского полуострова в архаическое время сущест-вовала достаточно многочисленная обособленная группа населения, для которой было характерно сочетание "скифского" погребального обряда [40]
   с лепной керамикой, украшенной орнаментом из резных линий, типичной для археологической кизил-кобинской культуры, которую ученые связывают с обитавшими в горах таврами. Первоначально территория расселения этих племен охватывала, видимо, не только предгорье, но и Керченский полуостров, где разнообразная кизил-кобинская керамика обнаружена в ранних слоях греческого города Нимфея. Следствием глубокого проникновения скифов в глубь Крымского полуострова стали определенные изменения в материальной культуре, свидетельствующие о формировании нового тавроскифского этноса. В дальнейшем наблюдается сокращение населения Горного Крыма. Причиной этого стало постепенное перемещение тавроскифов в степную часть полуострова.
   Период скифской истории, относящийся к 550-525 гг. до н.э., характеризуется следами интенсивных военных действий в Поднепровье и в восточной части Крымского полуострова. Материалы, полученные при раскопках греческих городов, существовавших в это время на крымском берегу Керченского пролива, достаточно красноречивы. И в Порфмии, и в Мирмекии были построены оборонительные стены, причем Порфмии пережил нападение, сопровождавшееся пожаром. Возможно, какая-то группа скифов, перемещавшаяся из Азии, устремилась на Крымский полуостров и столкнулась с сопротивлением, которое им оказали родственные скифам по происхождению и культуре местные племена, а затем и греки-колонисты.
   Новый период в истории крымских скифов начался в последние десятилетия VI - начале V вв. до н.э. Археологически он выражается в появлении в Степном и Предгорном Крыму погребений воинского облика, нередко называемых "дружинными".Таких захоронений немало в крымских курганах. Самые ранние из них раскопаны в Золотом кургане под Симферополем и в кургане близ с. Вишневка у Перекопа. В небольших грунтовых могилах были похоронены знатные, тяжело вооруженные конники. Ножны их мечей были декорированы золотом, на гориты были нашиты золотые украшения. От вражеского оружия их при жизни защищали доспехи, состоявшие из сотен железных пластин, нашитых на кожаную основу. На доспехи, разложенные на дне могилы, были положены после смерти тела военачальников. Могилы воинов известны на Керченском полуострове, в районе Феодосии, в Присивашье, в Западном Крыму, в центральной части крымской степи и в предгорьях. В середине второй половине V в. в Крыму уже сформировалось постоянное скифское население. Во главе свободных воинов-кочевников стояла военная ари-стократия. Часть же скифов, вероятно беднейшая, в это время начала переходить к земледелию, оседая на земли близ греческих городов. Например, близ Феодосии, у с. Фронтовое, археологами раскопаны не курганы, сооружение которых требовало усилий большого родственного коллектива, а грунтовый могильник, мало отличающийся от современных сельских кладбищ, состоящий из многочисленных небольших могил с очень скромными вещами, которые должны были сопровождать умерших в их путешествии по загробному миру. Лишь у мужчин изредка находили наконечники стрел и железные кинжалы, а захоронения женщин и детей [41] сопровождали немногочисленные стеклянные бусы, приобретенные у греков, и небольшие сосуды. Рядом с могильником были обнаружены и остатки поселения. Такой же могильник найден и у с. Приречное между Келогорском и Нижнегорском. И в этом случае невдалеке от него были отмечены следы небольшого села, основанного скифами-земледельцами.
   Заметное увеличение числа захоронений в крымских курганах, произошедшее в конце VI -- начале V вв. до н.э., очень показательно. В большинстве могил были захоронены, в основном, мужчины-воины, что свидетельствует, по мнению археологов, о появлении в Степном Причерноморье и на Крымском полуострове очередной волны скифов из глубины Евразии и начале здесь формирования новой Скифии. Вскоре они подчинили своих лесостепных соседей и поставили в зависимость некоторые греческие города.
   Серьезное противодействие скифам оказали лишь греки, жившие на берегах Боспора Киммерийского. Объединившись около 480 г. до н.э. в единое государство, во главе которого стал род правителя Археонакта, боспорские греки сумели остановить скифскую агрессию. В Пантикапее в это время интенсивно развивается производство металлических предметов военного назначения. В небольших городках -- Мирмекии, Порфмии, Тиритаке возводятся оборонительные стены. Но на сельских поселениях греков, находившихся около Нимфея, заметны следы разгрома.
   Но войны нельзя вести бесконечно, и ближе к середине V в. до н.э. мы видим новую ситуацию. Заново отстраивается центральная часть столицы Боспорского государства Пантикапея. А в Нимфее, не вошедшем в состав Боспорского государства или вышедшем из этого объединения после войны, появляются на службе воины-варвары. Об их присутствии археологи судят по богатым захоронениям, над которыми были насыпаны курганы. Находки в гробницах представлены доспехами и оружием скифского типа, греческими сосудами, скифскими и греческими украшениями. Рядом с могилами хозяев находились захоронения боевых коней. Такой обряд хорошо известен и в скифских могилах Прикубанья. Возможно, нимфейские воины и были представителями скифских племен, живших к востоку от Керченского пролива. Опираясь на такой подвижный и хорошо вооруженный отряд, непокорный город мог противостоять посягательствам на свою независимость со стороны вчерашних союзников, объединившихся вокруг Пантикапея, а также защищать его от грабительских набегов обитателей крымских и материковых степей.
   Во второй половине V в. до н.э. в курганном некрополе Пантикапея появляются богатые погребения воинов-варваров. Они известны в Акбурунском кургане и Баксинском кургане. Вероятно, и в столице Боспора оценили сильные стороны конных скифских дружин. Еще одно богатое воинское захоронение известно в степной части Керченского полуострова - у с. Ильичеве. С ним связан клад из нескольких предметов. Золотые обкладки горита из этого клада очень похожи на такие же украшения из Семибратнего кургана, находящегося в Прикубанье.
   Если Боспор сумел отстоять свою независимость, то отношения [42] степных скифов с быстро развивавшейся Керкинитидой, расположенной в противоположной части Крымского полуострова, строились на основе уплаты дани. Отправка дани упомянута в письме, написанном в конце V в. Апатурием, жителем Керкинитиды.
   Труднее охарактеризовать ситуацию, сложившуюся в этот период в Горном Крыму. Судя по захоронениям в предгорных курганах, скифы включили в свои владения внешнюю горную гряду, подчинив или вытеснив прежних обитателей предгорья -- тавров.
   В Степном Причерноморье и в Степном Крыму главенствовали скифы царские. Геродот, побывавший вблизи Крымского полуострова около середины V в. до н.э., определил Степной Крым как зону их постоянного обитания: "За рекой Герром идут так называемые царские владения. Живет там самое доблестное и наиболее многочисленное скифское племя. Эти скифы считают прочих скифов себе подвластными. Их область к югу простирается до Таврики, а на восток -- до рва, выкопанного потомками слепых рабов...". Основным занятием их верхушки, судя по характеру погребального инвентаря, было военное дело. Несомненно, V в. до н.э. был "героическим периодом" в жизни степной аристократии. Рядовое население, в основном, продолжало заниматься кочевым скотоводством, лишь в округе Феодосии начался переход к оседлости или полуоседлости.
   В IV в. до н.э. жизнь в крымских владениях скифов изменилась. В это время население увеличилось в несколько раз. Ограниченность пространства, пригодного для кочевой жизни, привела к тому, что большая часть скифов была вынуждена перейти к земледелию. На территории Керченского полуострова и на пространстве между Феодосией и степным течением Салгира возникло множество сел с домами, полуземлянками, хозяйственными постройками. Основой хозяйства стало земледелие и пастушеское скотоводство. Близ поселений в восточном Крыму появляются курганные могильники, состоящие из многих насыпей, под которыми находились каменные и грунтовые склепы, предназначенные для членов одной семьи. Лучшие гробницы из хорошо обработанного камня сооружали специально приглашенные для этого каменотесы и строители-греки.
   В курганах степного Присивашья были распространены могилы в виде катакомб - небольших искусственных пещер, предназначенных для захоронения одного-двух человек. Население этой части Крыма продолжало придерживаться традиций, характерных для степняков. К тому же здесь нет сел, но нередко встречаются следы стойбищ - недолгих остановок скотоводов. Здесь сохранялся кочевой образ жизни. Захоронения кочевников богаче, чем могилы земледельцев: их положение в скифском обществе было выше, чем у земледельцев.
   Скифская аристократия высокого ранга в это время сосредоточилась в предгорной части полуострова. В первой половине IV в. до н.э. существовал аристократический могильник Дорт-Оба, исследованный археологами близ Симферополя. Возможно, здесь хоронили номархов - правителей крымской части Скифии, подчинявшихся великому царю Атею, [43] возглавлявшему всех причерноморских скифов. Более поздний, относящийся ко второй половине этого столетия могильник местной знати расположен у современного г. Белогорска. Курганы высотой около десяти метров говорят о том, что на Таврическом полуострове появилась собственная династия, считавшая себя всего лишь на один ранг ниже великих царей всей Скифии.
   Еще одна ветвь скифской аристократии с высоким уровнем притязаний осела в столице Боспорского царства Пантикапее. Ее богатства создавали скифы, обитавшие в многочисленных селах, остатки которых обнаружены археологами на Керченском полуострове. После смерти знатные скифы были похоронены в курганах Куль-Оба и "Патиниоти", расположенных в некрополе Пантикапея среди гробниц знатных греческих семей, живших в Пантикапее.
   В западной части Крымского полуострова в кургане "Чаян" (близ Евпатории), обнаружено еще одно захоронение скифского аристократа. Вероятно, он возглавлял скифов Западного Крыма.
   Судя по оружию, обнаруженному в захоронениях, аристократы в воен-ное время были предводителями скифских отрядов, в которых рядовые кочевники составляли костяк конницы, а земледельцам была отведена роль легко вооруженной пехоты.
   О взаимоотношениях скифов с греческим населением Крымского полуострова в IV в. до н.э. можно судить лишь по отрывочным свидетельствам из истории Боспорского государства. Так, в начале столетия скифы, подданные царя всей Скифии Атея, выступили в роли союзников боспорского правителя Левкона в войне Боспорского царства против независимой Феодосии. Во второй половине столетия произошла война уже между скифами и Боспором. Причины ее не ясны, однако это столкновение вряд ли было длительным. Вероятно, Боспор, используя в первую очередь экономические рычаги, сумел умиротворить скифов. Поэтому, когда два десятилетия спустя разгорелась борьба за боспорский престол между законным претендентом Сатиром и его противником Евмелом (кстати, братом Сатира), поддерживаемым приазовскими сираками из мощной сарматской группы племен, скифы выступили на стороне Сатира, который в конечном итоге проиграл. Это было их последнее активное вмешательство в боспорскую политику, прибли-зившее решающее столкновение между скифами и их восточными соседями -- сарматами.
   О катастрофе, постигшей и скифов, и греков в 70-60-е гг. III в. до н.э., можно судить по материалам скифских поселений Феодосийской и Керченской зоны, а также херсонесских поселений Северо-Западного Крыма, в их числе Керкинитиды и Калос Лимена. Жизнь внезапно прекратилась на сотнях поселений, на некоторых из них были обнаружены следы пожаров и останки погибших людей. Картина полного разгрома Удручающа, видимо, пришедшие из-за Дона сарматские племена в течение одного или нескольких походов полностью покончили со скифами, не пощадив и греческих владений. Уцелели лишь греческие города, защищенные мощными каменными стенами. [44]
  

ПОЗДНЕСКИФСКАЯ КУЛЬТУРА КРЫМА

(II в. до н.э. -- III в.н.э.)

  
   Давно и хорошо известные определения "поздние скифы" и "поздне-скифское царство" применительно к позднескифской археологической культуре Крыма обычно имеют явную этнополитическую окраску. Другими словами, предполагается преемственность "ранних" и "поздних" скифов, а также наличие у последних государственного образования.
   Между тем, если строго следовать древним источникам, многократно упомянутый термин "Скифия" имел, скорее, географическое значение, а производные от него "скифы" могли обозначать население определенной территории независимо от их этнического происхождения, подобно сочетанию "Крым" и "крымчане".
   Не все так однозначно и с позднескифским государством. Прямых указаний на существование такового в древних текстах и надписях нет, за исключением греческого термина "басилевс" -- царь, жрец, предводитель, который был применен по отношению к знаменитому Скилуру, жившему во второй половине II в. до н.э.
   Современное состояние археологических источников позволяет достоверно реконструировать историю поздних скифов Крыма примерно с первой половины - середины II в. до н.э. В это время в предгорной части центрального Крыма и на западном его побережье появляются первые поселения и примитивные крепости-городища*, а также коллективные захоронения, совершенные по различному обряду - в каменных подкурганных склепах-гробницах и подземных склепах-катакомбах**, образующих бескурганные, так называемые грунтовые, некрополи-кладбища.
   (* Городище - населенный пункт, окруженный оборонительными сооружениями.
   ** В позднескифской культуре катакомбы служили для коллективных, может быть семейных, захоронений.)
   Для этого периода особенно интересен Неаполь скифский - самая большая позднескифская крепость, расположенная на территории современного Симферополя.
   Современными исследованими установлено, что здесь сначала находилась группа своеобразных усадеб, сходных с усадьбами сельской территории Ольвии и других античных центров Северного Причерноморья.
   Несколько позже, примерно в 140-130-е гг. до н.э., на этом месте была возведена южная оборонительная стена, превратившая большую часть поселения в крепость площадью около 18-20 гектаров.
   У центральных ворот крепости находился Южный дворец - большой и сложный архитектурный комплекс, предполагаемая резиденция царя Скилура. Главным зданием дворца был мегарон - большая постройка особой планировки, напоминающая греческий храм. Здесь, по видимому, жил царь, совершались религиозные церемонии, происходили пиршества и военные советы. В комплекс Южного дворца также были включены два фундаментальных погребальных сооружения - мавзолеи Аргота и Скилура. [45]
   Мавзолей Аргота - предшественника Скилура, вероятно, имел вид небольшого греческого храма с подземной гробницей, которая была разграблена в древности. Имя "Аргот" названо в уникальной стихотворной надписи, выполненной на древнегреческом языке и найденной рядом с остатками мавзолея. Эта историческая личность также упоминается в другой надписи, найденной в Пантикапее (современная Керчь), в качестве мужа боспорской царицы Камасарии. Существует мнение, согласно которому овдовевшая боспорская царица заключила повторный династический брак с представителем царской семьи одного из соседних варварских племен.
   Мавзолей Скилура находился рядом, но уже за крепостной стеной и имел вид боевой башни. Царское захоронение в нем было совершено в подземной каменной гробнице и сохранилось нетронутым. После совершения основного погребения в мавзолее были похоронены десятки мужчин, женщин и детей - предполагаемые члены большого царского рода. При раскопках здесь были найдены сотни золотых украшений, бронзовые и железные предметы, керамические сосуды и огромное количество бус.
   0x01 graphic
   Активное правление энергичного царя Скилура, согласно последним исследованиям, может быть ограничено временем примерно между 130 и 114-113 гг. до н.э. Именно за эти полтора десятилетия, вероятно, были осуществлены и подчинение Ольвии (современное с.Парутино Николаевской обл.), и захват сельской округи Херсонеса (современный Севастополь), и укрепление династических связей с царями Боспора.
   Смерть Скилура и воцарение его старшего сына Палака совпали с началом победоносной военной кампании Диофанта, полководца Митридата VI Евпатора -- могущественного царя Понтийской державы (территория современной Турции), предпринятой против варваров в защиту Херсонеса.
   Ход и результаты последовавших затем военных действий Диофанта хорошо известны: по свидетельству древних письменных источников, объединенное войско Палака и предводителя сарматского племени роксоланов Тасия было полностью разгромлено в генеральном сражении. [46]
   I в. до н.э. - I в. н.э. считается "археологическим" расцветом позднескифской культуры Крыма. В это время сравнительно благополучно существуют десятки городищ и сотни поселений в Центральном, Северо-Западном и Юго-Западном Крыму, активно функционируют обширные некрополи-кладбища, на которых открыто множество коллективных и одиночных захоронений.
   На современном уровне знаний политическая обстановка, в которой существовала Крымская Скифия в I в. до н.э. -- I в. н.э., выглядит следующим образом. После окончания военных действий Митридат VI Евпатор некоторое время держал в Скифии свои гарнизоны, а варварские контингента участвовали на его стороне в войнах с Римом. Сына Митридата, Фарнака, в борьбе за боспорский престол поддержали некие скифы и сарматы. Также предполагается, что боспорский царь Асандр заключил военно-политический союз против Херсонеса с правителями Скифии. В первые десятилетия I в. н.э. боспорский царь Аспург предпринял против скифов и тавров успешные военные действия, которые были направлены на подчинение варварских территорий Крыма Боспору.
   Для этого времени особый интерес представляет Усть-Альминское городище и его богатейший некрополь, расположенные на Западном побережье Крыма у современного села Песчаное Бахчисарайского района. Судя по результатам раскопок, это был оживленный торговый порт, где перекрещивались морские и сухопутные пути Востока и Запада. В непо-тревоженных богатых захоронениях найдены, например, римская бронзовая и стеклянная посуда, многочисленные золотые украшения, расписные лаковые шкатулки из далекого Китая, многие другие импортные изделия. Еще одна особенность Усть-Альминского некрополя - очень хорошая сохранность предметов из дерева, ткани и кожи - шкатулок, гребней, веретен, сосудов, ритуальных предметов и т.п.
   Во второй половине I -- третьей четверти II вв. н.э. происходят важные, но пока не совсем понятные события в жизни позднескифской культуры Крыма. Так, на Неаполе скифском и многих других городищах и поселениях происходит постепенное запустение строительных комплексов. Примерно в то же время массово распространяется новый тип погребальных сооружений -- одиночные подбойные могилы, в которых умерший помещался в специальную нишу, закрытую каменными плитами.
   Согласно господствующей версии, такие изменения были вызваны обновлением значительной части населения Крымской Скифии. "Пришельцам" были присущи новый погребальный обряд и иной образ жизни, который выразился, например, в отсутствии стационарных каменных домов. Многими исследователями сформулирован вывод о том, что это были сарматы - кочевые племена, жившие, в основном, на Дону, в Поволжье и Приуралье.
   По другой версии, такие процессы могли быть следствием неких внутренних процессов, в основе которых лежала смена способов ведения хозяйства в сочетании с различными внешними факторами. Население при этом не менялось, а в течение нескольких поколений изменило образ жизни и погребальный обряд. [47]
   На Неаполе скифском в это время существует новый, Северный дворец, основу которого по прежнему составляли здания-мегароны, оформленные в античном стиле.
   Политическая история этого времени была насыщена событиями самого различного характера. В римско-боспорскую войну середины I в. н.э., помимо основных противников, были вовлечены различные сарматские племена, а местами военных действий стали многие районы Северного Причерноморья.
   Возросшая военная активность скифов по отношению к Херсонесу и Боспору в разное время вызвала ответную реакцию Римской империи. Из различных источников известны, например, военные акции легата (наместника) провинции Мезия Тита Плавтия Сильвана в 68 г. н.э. и боспорских царей Савромата I и Котиса II, которые предприняли успешные действия по отношению к противнику.
   Несмотря на это, "тавроскифы" постоянно и с переменным успехом воевали с соседями вплоть до 175 г. н.э., когда, как предполагается, были побеждены боспорским царем Савроматом II.
   В последней четверти II -- первой половине III вв. н.э. наступил второй и последний "археологический" расцвет позднескифской культуры Крыма. Например, Неаполь скифский в это время представлял собой крупный неукрепленный населенный пункт, который был плотно и хаотично застроен примитивными хозяйственно-жилыми комплексами. Рядом с каждым из таких комплексов находилось крупное зернохранилище, состоявшее из десятков вырубленных в скале ям, закрытых каменными крышками.
   В этот период в предгорной и горной местности появляется множество новых небольших городищ-убежищ и поселений, рядом с которыми располагались некрополи с однообразными небогатыми захоронениями. В настоящее время считается признанной гипотеза о политической и экономической зависимости большей части Крымской Скифии от соседнего Боспорского царства. Возможно, следствием этого факта и стали относительная стабильность жизни в Скифии и ее превращение во вспомогательный аграрный регион Боспорского царства.
   Археологическая ситуация Неаполя скифского и многих других памятников демонстрирует выразительную картину единовременного и внезапного военного разгрома: повсеместно зафиксированы разрушения построек, под развалинами которых остались скопления разнообразной разбитой посуды и костяки внезапно погибших людей.
   Традиционное представление о разгроме Неаполя и всей Крымской Скифии отрядами готов в 255-256 гг. н.э. в последнее время, пересмотрено. Согласно разработкам последних лет, катастрофа может быть отнесена приблизительно к 218 г. н.э. либо ко времени около рубежа первой- второй четвертей III в. н.э. Исследователи считают возможным связывать это событие с военными действиями аланских кочевых объединений.
   В результате этих катастрофических событий жизнь на большинстве городищ и поселений Крымской Скифии замирает. [48]
  

БОСПОРСКОЕ ЦАРСТВО

  
   Греческая колонизация. Образование Боспорского царства. Огром-ное значение в истории племен, населявших в древности Крым, имела греческая колонизация, в ходе которой на побережьях Черного и Азов-ского морей появились эллинские города и селения. Массовое колонизационное движение греков относится к VIII-VI вв. до н.э. -времени формирования у них государства (полиса). Этот процесс сопровождался ростом имущественного неравенства, обезземеливанием многих крестьян и части аристократии, социально-политической борьбой. К этим причинам добавлялись другие: поиски источников сырья (особенно металлов, леса), недостающего хлеба, а на втором этапе колонизации (вторая половина VII-VI вв. до н.э.) - рабской рабочей силы и рынков сбыта для греческих товаров. В поисках новой родины приняли участие, в первую очередь, безземельные крестьяне, но также ремесленники, торговцы и отстраненные от дел политики из представителей родовой аристократии.
   В Северное Причерноморье греков влекли плодородные почвы, богатый растительный и животный мир, обилие рыбы, удобные гавани Знакомство с местным населением, видимо, произошло задолго до начала колонизации благодаря случайным, порой пиратским экспедициям
   0x01 graphic
[49] эллинских купцов-мореходов. Собственно колонии (апойкии) здесь появились позднее, чем в других районах Средиземноморья и Причерноморья, -- результат отдаленности, несколько более прохладного климата, враждебности части местного населения. Ведущую роль в колонизации играл малоазийский город Милет. Во второй половине VII в. до н.э. было основано первое в Северном Причерноморье поселение на о. Березань, на рубеже VII--VI или в начале VI в. до н.э. -- Ольвия (с. Парутино) и Пантикапей (Керчь). В VI в. до н.э. -- Феодосия, Нимфей, Мирмекий, Тиритака, Киммерик в Восточном Крыму; Фанагория, Гермонасса, Синдская гавань, Кепы -- на азиатской стороне Керченского пролива. В Юго-Западном Крыму основываются Керкинитида (Евпатория) и Херсонес (Севастополь). Численность поселенцев в каждой колонии, предполагают, колебалась от ста до тысячи человек. Приход греков сразу поставил на повестку дня вопрос об их взаимоотношениях с местным населением. Складывались они по-разному, мирно и враждебно, в зависимости от конкретных ситуаций и заинтересованности аборигенов в контактах с пришельцами. В итоге местные племена познакомились с более развитой античной цивилизацией и позаимствовали некоторые ее достижения, в результате чего усовершенствовалось их общество. Эти взаимодействия породили своеобразный, неповторимый и богатый мир, просуществовавший в Крыму почти тысячелетие.
   Наиболее ярким примером активного взаимовлияния пришлых, ан-тичных элементов и местных, варварских является самое большое и сильное государство в Северном Причерноморье -- Боспорское царство, возникшее в результате переселения греков с западного побережья Малой Азии и островов Эгейского моря в районы по обе стороны Боспора Киммерийского (Керченского пролива). Колонисты осваивали окружающие плодородные земли -- об этом говорят находки зерен хлебных злаков, хозяйственных ям и глиняных сосудов для хранения зерна, орудий сельского труда, рас-пространение культов божеств плодородия. Земледельцы получали участки за пределами города, на территории так называемой городской хоры, простиравшейся на несколько (обычно пять-семь) километров. Разводили домашних животных, занимались рыболовством, охотой. Сохранились также остатки ремесленных производств (мастерские, орудия труда, оружие, посуда, черепица, глиняные статуэтки, ткацкие грузила), а также построек жилого, хозяйственного и культурного назначения. Торговали, с одной стороны, с городами Средиземноморья, особенно Малой Азии и соседних с ней островов (Хиоса, Самоса, Родоса), а к концу VI в. до н.э. и с Афинами, с другой стороны, с местными племенами -- скифами, синдами, меотами. Из Греции получали оливковое масло, вино, ремесленные изделия, от варваров -- продукты сельского хозяйства и промыслов, рабов. Уже во второй половины VI в. до н.э. собственную монету чеканит Пантикапей, несколько позже -- и другие города.
   В политическом отношении греческие города Керченского пролива были обособленны и сохраняли полисную организацию, принесенную с собой первыми поселенцами. Формы правления в полисах могли быть различными -- как демократическими, так и олигархическими -- в зависимости [50] от самых разнообразных причин. Свободными и полноправными гражданами считались поселенцы-мужчины, которые принимали присягу на верность государству и его гражданскому коллективу. Интересы экономики, сложная международная обстановка и угроза нападения со стороны окружавших варваров, особенно скифов, привели к необходимости политической консолидации колоний. Удобно расположенный, обладавший хорошей торговой гаванью и поэтому достигший значительного уровня развития Пантикапей, надо думать, стал тем центром, вокруг которого объе-динились в одно государство греческие города обоих берегов Керченского пролива. На основании указания древнегреческого писателя Диодора Си-цилийского принято считать, что произошло это около 480 г. до н.э. Во главе объединения стояли архонты Пантикапея из греческого (милетского) рода Археанактидов, Должность архонта превратилась в наследственную. Обычно считают, что правление Археанактидов было тираническим. В ознаменование рождения нового государства во второй четверти V в. до н.э. в Пантикапее был возведен храм, посвященный богу-покровителю колонистов -- Аполлону Врачу. По словам Диодора, через 42 года (в 438/ 7 г. до н.э.) власть перешла к Спартаку, потомков которого называли Спартокидами. Последние возглавляли Боспорское царство до конца II в. до н.э. В Спартаке видят и фракийца, и представителя фракизированной или эллинизированной синдо-меотской знати, и эллина из ионийской (милетской) аристократии. Неясно также, имел ли место какой-либо на-сильственный переворот или переход власти к новой династии произошел мирным путем. Боспорское государство было по характеру монархическим объединением, вероятнее всего, своеобразной формой наследственной тирании, хотя правители и именовали себя традиционно архонтами Боспора, а греческие города пользовались некоторым самоуправлением (имели народное собрание, совет, выборные должности). Опорой власти стали земледельческая аристократия, торгово-ремесленные слои и наемная армия, в основном состоявшая из варварских контингентов.
   Расцвет Боспора. Приход к власти Спартокидов ознаменовался зна-чительным расширением территории государства, которое начал уже пре-емник Спартока Сатир I, продолжили Левкои I и Перисад I -- правители IV в. до н.э., с именами которых связан период наивысшего расцвета Бос-пора. Расширение владений Спартокиды начали с присоединения Нимфея и Феодосии, не вошедших в состав объединения. Борьба за Феодосию была длительна и осложнена рядом обстоятельств: при осаде города в 389/8 г. до н.э. умер Сатир I и борьбу продолжил Левкои I, но главное -- в ней приняла активное участие на стороне Феодосии Гераклея -- город на южном побережье Черного моря. Видимо, в конце 80 --70-х гг. IV в. до н.э. Феодосия вынуждена была покориться, и Спартокиды стали именовать себя "архонтами Боспора и Феодосии". Победа над Феодосией сулила большие возможности в плане присоединения со временем терри-тории всего Керченского полуострова вместе с его скифским населением. Затем Спартокиды обратили взоры на восточное побережье Керченского пролива и после кровопролитной войны стали обладателями новых земель с синдо-меотским населением. Результатом всех этих завоеваний было [51] обретение Спартокидами новых портов и торговой монополии, обширных плодородных земель и права хлебного экспорта.
   Теперь Боспорское государство стало качественно иным: не греческим, а греко-варварским, в котором по отношению к эллинам правители называли себя архонтами, а по отношению к местным племенам -- царями. Покоренные народы платили династам дань, поставляли воинов, но во главе племен оставались местные вожди. В новом, этнически разнородном государстве верхушку общества образовала слившаяся эллинская и синдо-меото-скифская аристократия; правители содействовали этому слиянию и сами охотно заключали браки с представителями местной верхушки. Политическое господство знати и Спартокидов основывалось на крупном землевладении и прибыльной торговле, которые приносили большие богатства. Материалы разнообразных источников свидетельствуют о полиэтничном составе городского населения, однако греки по-прежнему составляли его большинство, особенно среди зажиточных торгово-ремесленных слоев. Негреческое же земледельческое население преобладало на территории сельскохозяйственной хоры. Туземное происхождение чаще всего имели рабы. Отмечено, что местный этнос в большей мере преобладал в городах азиатского Боспора, чем европейского, и положение местного населения там было менее зависимым, чем на Керченском полуострове.
   Зависимый земледелец был ведущей фигурой в сельском хозяйстве - главной отрасли процветавшей боспорской экономики. Вошедшие в состав государства земли давали большую часть экспортного хлеба. Используя плужное земледелие, выращивали пшеницу, ячмень, просо, зернобобовые, чечевицу, вику. Заботились о повышении плодородия почвы: ее унаваживали, орошали, применяли двуполье, чередовали хлебные злаки с бобовыми. Быков использовали как тягловую силу. Набор сельскохозяйственных орудий был обычен для того времени: рало, мотыга, лопата, кирка, серп, коса. Выращивали огородные (бахчевые, корнеплодные) и садовые культуры. Целый ряд фактов говорит о роли виноградарства и виноделия на Боспоре, особенно в прибрежных районах, уже в V-IV вв.: находки косточек винограда, виноградных ножей и остродонных амфор местного производства для вина, изображение виноградной лозы на монетах Нимфея, широкое распространение культа Диониса, открытие в Нимфее винодельни первой половины IV в. до н.э., совершенное устройство и техническое оборудование виноделен более позднего времени.
   Считают, что размер хозяйственной территории государства со времени Левкона I достигал примерно 5 тыс. кв. км (площадь, близкая к территории самого государства), количество населения в сельских районах -- 100-150 тыс. человек (при общей численности жителей Боспора в 150-200 тыс.), число землепашцев -- не менее 20-25 тыс. С ростом территории царства значительно выросло число сельских поселений. Для 1У-Ш вв. это были неукрепленные деревни-комы (видимо, на царской или государственной земле) и сельские усадьбы различных размеров. Если говорить о европейском Боспоре, то в них жили греки, скифы и [52] представители других племен. Вероятнее всего, на вновь присоединенных землях разместились хозяйства правителей, аристократии, храмов. Обрабатывались они отдававшими часть своего урожая полусвободными работниками из местных землепашцев, рабами, но также и свободными производителями. Не исключено, что общинные отношения продолжали играть важную роль в жизни местных землевладельцев. Часть сельскохозяйственной территории государства составляла разросшаяся по сравнению с более ранним временем хора городов, разделенная на участки между гражданами разного достатка. Эти земли -- поля и виноградники -- обрабатывались трудом самих хозяев и членов их семей или же совместным трудом хозяев, наемных работников и рабов.
   Таким образом, в рамках сельской территории государства -- хоры городов и хоры Боспора -- сосуществовали несколько типов хозяйств. Они принадлежали как людям богатым, так и мелким и средним производителям.
   Предметы из железа, меди, бронзы, драгоценных металлов, остатки производства (горны, тигли, шлаки, формы для отливки) говорят о серьезных достижениях в обработке металлов. Особенно впечатляют произведения торевтов и ювелиров. Много их в скифских курганах: это золотые, серебряные и электровые сосуды, пластинки и бляшки для украшения одежды и конской сбруи, оружие, подвески, браслеты, гривны, перстни. Одним из центров их производства был Пантикапей. Из всех ремесел по числу занятых рабочих рук, считают, преобладало деревообрабатывающее и камнетесно-строительное. Лесные массивы на Боспоре, богатые в древности дубом, вязом, буком, тополем, орешником и прочими породами, давали материал для плотников и столяров. Объемными были работы по дереву, связанные со строительством и корабельным делом. Изготовляли и всевозможную утварь, повозки, мебель, саркофаги. Изделия украшали резьбой, росписью, инкрустацией. Открытые в результате археологических раскопок жилые дома и хозяйственные постройки, дворцы, храмы, погребальные сооружения, оборонительные и подпорные стены, колодцы возводились руками боспорских мастеров и свидетельствуют о достижении самого высокого для Боспора уровня строительного дела. Из местной глины изготовляли кирпичи, черепицу, водопроводные трубы, архитектурные украшения. В крупных городах было налажено массовое производство кровельной черепицы высокого качества; клейма на ней сообщают имена владельцев мастерских, в том числе самих Спартокидов. Сохранились остатки гончарных мастерских и разнообразные изделия из глины. Из других производств можно назвать прядильно-ткацкое, кожевенное, косторезное.
   Внешнеторговые связи Боспора, преимущественно морские, играли важную роль в его экономике. Крупные города имели благоустроенные гавани и судостроительные верфи. Торговали, как и прежде, с городами западного побережья Малой Азии, островами Фасосом, Хиосом, с середины V з. до н.э. особенно возросла роль Афин. Боспор был связан и с городами Южного Причерноморья, Восточного Понта, Херсонесом, Ольвией. В IV в. до н.э. афинский импорт доминировал на Боспоре, Боспор же снабжал [53] продовольствием Афины, боровшиеся за контроль торгового пути в Черное море. Между ними был заключен договор о предоставлении друг другу драва беспошлинной торговли и иных привилегий. Боспорцы отправляли в Грецию дорогие сорта рыбы, шерсть, шкуры, рабов, но главное -- зерно. По утверждению афинского оратора Демосфена, ежегодно в Афины они вывозили 15-17 тыс. т хлеба. Предполагают, что в IV в. до н.э. при удовлетворительном урожае Боспор мог вывозить не менее 32-48 тыс. т зерна. Жизненно необходимой была торговля с соседними племенами Северного и Восточного Причерноморья. Они поставляли часть выво-зимого затем Боспором хлеба, продуктов рыболовства, скотоводства, рабов, получая взамен масло, вино, изделия ремесленников Боспора и греческого мира, с которым были связаны через посредство боспорских портов.
   В IV-III вв. до н.э. Пантикапей переживает самый блестящий период своей истории. Расширилась территория столицы, преобразовался ее внеш-ний облик, увеличилось этнически пестрое население за счет притока из городов Причерноморья и Средиземноморья, а также представителей местных племен. Продолжалось возведение искусственных террас на склонах горы Митридаг, сооружались стены акрополя (верхнего города), богато украшенные храмы и иные общественные здания, жилые дома, в городской округе -- величественные погребальные склепы различных конструкций, но особенно часто с уступчатыми перекрытиями: таковы склепы Царского, Золотого, Куль-Обского, Мелек-Чесменского и других курганов. Все свидетельствует о высочайшем уровне развития строи-тельной техники, разнообразии конструкций и технических приемов, расцвете культуры.
   Боспорцы почитали греческих и восточных богов -- Деметру, Кору, Афродиту, Артемиду, Диониса, Зевса, Аполлона, Асклепия, Кибелу, Астарту и других. Особенно популярными были культы, связанные с плодородием и земледелием. Открыты редкие в Северном Причерноморье храмовые комплексы -- святилище Деметры в Нимфее и, по-видимому, одно из трех упомянутых древними авторами святилищ Апатур на Таманском полуострове. Образы божеств боспорские мастера запечатлели в скульптуре и терракотовых статуэтках. Одним из лучших таких памятников является статуя Астарты второй половины IV в. до н.э. Разносторонними стали культурные запросы боспорцев. Их интересуют история и философия, поэзия и театр, изобразительное искусство и спорт. Не дошедшими до нас сочинениями боспорских историков пользовались греческие писатели при передаче некоторых событий истории Боспора. Усилилось влияние греческой культуры на местное население и фактически впервые можно отметить обратный процесс.
   При Перисаде I (347/6-311 /10 гг. до н.э.) Боспору, видимо, пришлось пережить войну со скифами. После смерти Перисада разгорелась борьба между его сыновьями Сатиром, Пританом, Евмелом. Она продемонстри-ровала, с одной стороны, нарушение традиции престолонаследия Спарто-кидов, которая заключалась в участии двух старших сыновей в управлении государством сначала совместно с отцом, а после его смерти -- в соправительстве двух братьев до смерти одного из них, с другой -- необходимость [54] для боспорских династов в своей политике учитывать ситуацию, сложив-шуюся в племенном мире Северного Понта и Приазовья. Евмел, младший из братьев, претендуя на престол, выступил против двух старших. Военные действия разгорелись, похоже, в районе Прикубанья. В армии Сатира, а после его гибели -- Притана, помимо наемников, важной силой были союзники-скифы. Евмел опирался на численно превосходившее противника войско местного племени фатеев, обитавших на азиатском Боспоре. Победивший Евмел жестоко расправился с противником. Во время своего короткого правления (310/9 -- 304/3 гг. до н.э.) он боролся с пиратством и поддерживал дружественные отношения с причерноморскими греческими городами. Особое внимание боспорских царей к понтийским делам было отнюдь не случайным. Оно отвечало изменившейся ситуации в этом регионе в связи с начавшимися передвижениями скифов и теснивших их с востока сарматов.
   Боспорское царство в III-I вв. до н.э. История Боспора в III-I вв. до н.э. нам недостаточно известна. Сложной представляется картина эко-номического развития: наблюдается переориентация некоторых отраслей сельского хозяйства -- уменьшается роль хлебопашества, возрастает зна-чение виноградарства и скотоводства, процветают виноделие и рыбный промысел; по-прежнему на высоком уровне держится ремесленное про-изводство; растут города; существенные изменения происходят в области торговли -- место одних торговых партнеров занимают другие, изменяются статьи экспорта. В целом все же можно отметить ухудшение экономи-ческого положения на Боспоре, особенно во II в, до н.э.
   Все пригодные для хлебопашества земли к этому времени уже были освоены, а приток зерна с варварской периферии сократился в связи с начавшимися передвижениями племен. С конца IV -- начала. III по вторую половину I вв. до н. э. длился засушливый период, засуха сопровождалась сменой ландшафта, сокращением сельскохозяйственной округи в греческих государствах, в том числе на Боспоре. В конце III - начале II вв. до н.э. неукрепленные сельские поселения и изолированные усадьбы исчезают, им на смену приходят укрепленные поселения и более крупные усадьбы, особенно часто встречающиеся вблизи морского побережья, в местах, удобных для обороны и рыбного промысла. Укрепленные усадьбы были хозяйственными комплексами с обширными земельными участками и значительным обслуживающим персоналом. Разорившиеся сельские жители, среди которых было много выходцев из местных племен, частично уходили в город, но по большей части работали в крупных хозяйствах, пополняя контингент полусвободного и рабского населения.
   Увеличилось количество ремесленных мастерских и изделий их масте-ров. Высокого по тем временам совершенства достигло кораблестроение. Боспорские зодчие были хорошо знакомы с архитектурными принципами эллинистического Средиземноморья, но умело вносили в них свои местные особенности. В 60-х гг. XX в. на северном склоне горы Митридат раскоп-ками был открыт архитектурный ансамбль из двух комплексов помещений, сгруппированных вокруг центрального двора. Это общественное здание, выстроенное во II в. в столице, условно именуют пританеем -- зданием, [55] предназначенным для высших должностных лиц - пританов. Обществен-ные постройки и богатые дома украшали росписями, мозаиками, скульп-турой, Роскошные погребения -- монументальные подкурганные склепы -- продолжали сооружать для представителей греческой и варварской верхушки. Сохранившиеся в них росписи и множество художественных изделий говорят об искусстве местных мастеров.
   В торговле между городами и сельскими поселениями привозные това-ры из Греции уступают место продукции местных ремесленных мастерских, поэтому товарообмен с Афинами заметно сократился. В то же время более заметной становится роль южнопонтийских городов и островов Коса, Самоса, Делоса, малоазийского Пергама, Египта. Через города импортные изделия попадали на территорию соседних племен. Возрос собственно боспорский экспорт в эти области. В европейской части Боспора важнейшими торговыми центрами оставались Пантикапей и Феодосия.
   В первой половине III в. до н.э. в государстве разразился острый денежный кризис. Он выразился в прекращении чеканки золотой и серебря-ной монеты Пантикапея и обильном выпуске меди плохого качества. К этому времени относится массовое зарытие кладов. Монетная реформа Левкона II третьей четверти III в. -- выпуск номиналов медной монеты с именем и титулом царя -- способствовала восстановлению денежного хозяйства и в то же время укрепляла авторитет династии. После Левкона царская чеканка (но уже золотая) стала традиционной. Был возобновлен выпуск пантикапейского серебра. Во второй половине III--II вв. до н.э. возродилась автономная чеканка Феодосии, Фанагории, Горгиппии.
   Разнообразные материалы говорят об увеличении населения и терри-тории городов, их благоустройстве, расширении строительных работ. Города были центрами идеологической и культурной жизни государства. Здесь находились храмы почитаемых божеств, жили ученые, писатели, музыканты, архитекторы, скульпторы. Известным философом-стоиком в III в. до н.э. был Сфер Боспорский. Больше стало произведений художественного ремесла, изготовленных в городских мастерских. Надгробные памятники украшались рельефами и росписями. Для боспорской культуры III--I вв. до н.э. характерно взаимопроникновение греческих и туземных элементов.
   Укрепляется власть Спартокидов. Они все чаще именуют себя царями по отношению ко всем жителям Боспора, их царский титул признается другими государствами. Усиливается роль наемной армии. В местной племенной знати, особенно азиатской части Боспора, правители видят свою опору. Это хорошо прослеживается по их зачастую негреческим именам. И эллинская аристократия постепенно сливается с синдо-меотской и отчасти скифской знатью. Все большее внимание правящей верхушки привлекают события в Северном Причерноморье. Должны были сказаться на положении Боспора передвижения в скифо-сарматском мире. Во II в. до н.э. Боспор платил дань кому-то из варваров -- то ли скифам, то ли сарматам. Но связи с Афинами не прерывались: за хлебный дар в 777 тыс. литров афиняне дважды отправляли на Боспор посольство с благодар-ностью. Источники свидетельствуют о политических связях Спартокидов [56] с Афинами, Дельфами, Делосом, Милетом, Египтом. Еще более тесными стали контакты с Южным Понтом.
   Укрепление центральной власти должно было сказаться на положении городов, но при всем том они сохраняли некоторые полисные институты. Возобновляется самостоятельная денежная чеканка в некоторых из них, появляются имена магистратов на пантикапейских монетах, возникают черепичные мастерские, принадлежащие гражданской общине Пантикапея. Вызвал интерес и породил разные толкования в науке титул архонта на монетах Гигиенонта -- правителя конца III в. до н.э., который, возможно, не был выходцем из правящей династии. Таким образом, можно говорить об ослаблении центральной власти в конце III-II вв. до н.э. Источники свидетельствуют об успешной борьбе за независимость меотов Прикубанья и Восточного Приазовья. Ухудшилась и внешнеполитическая ситуация. Боспор готовился к защите своей территории от наступавших врагов: об этом красноречиво свидетельствуют остатки оборонительных сооружений.
   Оказавшийся без опоры и в безвыходном положении последний из Спартокидов -- Перисад V -- принужден был отречься от престола, В 109/8 г. до н.э. он передал власть правителю Понтийского царства (что в Юго-Восточном Причерноморье -- восточная часть современной Турции) Митридату VI Евпатору, владевшему тогда обширными территориями и ставшему опасным врагом самого Рима. Достаточно было этого политического акта, чтобы на Боспоре разыгрались новые, еще более бурные события: на его европейской стороне вспыхнуло "восстание" под предводительством Савмака. Повстанцы захватили Пантикапей и Феодосию. Перисад был убит, а присланный Митридатом полководец Диофант бежал. Савмака провозгласили царем. Однако Диофант не смирился с поражением и тщательно подготовился к походу на Боспор. В его распоряжении были сухопутная армия и флот, с помощью которых он захватил и Пантикапей, и Феодосию. Виновники восстания были наказаны, Савмак отправлен к Митридату и, видимо, казнен. Разрушения в городах и поселениях европейского Боспора, датированные концом II в. до н.э., обычно связывают с этими событиями.
   Скудость источников вызывает споры среди ученых по поводу происхождения и социальной принадлежности Савмака, а также характера самого выступления. В Савмаке видят и наследника боспорского престола, и дворцового раба, и, что кажется гораздо более вероятным, знатного скифа. Высказывалось предположение, что Савмака поддерживали рядовые скифы европейского Боспора, обезземеливание которых было вызвано усилением концентрации земли в руках знати; в массе восставших видели социальные низы -- зависимых земледельцев, ремесленников, рабов, а само восстание ставили в ряд с известными социальными движениями в Средиземноморье во II в. до н.э. Между тем, другие квалифицируют "восстание" как дворцовый переворот, совершенный узким кругом заговорщиков, эпизод в борьбе за престол и считают, что претендовавший на него Савмак намеревался привлечь на свою сторону разные слои населения, в том числе и недовольное, угнетенное население европейского Боспора. [57]
   Времена Митридата VI и Рима. Боспор вошел в состав Понтийского царства Митридата VI. Экономические и военные ресурсы городов Северного Причерноморья последний использовал в борьбе с Римом. Их дань исчислялась 200 талантами серебра (более 5 т) и 180 тыс. медимнами хлеба (более 9 млн. литров). В 80-х гг. I в. до н.э. боспорцы отложились от Митридата, но были усмирены им, а управление над Боспором царь передал своему сыну Махару. Но тот изменил делу отца и принял сторону Рима. В 60-х гг., после захвата римлянами понтийских территорий в Малой Азии, Митридат прибывает на Боспор и превращает его в плацдарм для подготовки к новой войне с Римом. Огромные поборы с населения для содержания армии, строительства флота и крепостных сооружений, опора на северопричерноморские племена, вербовка в войско рабов, а затем и морская блокада со стороны римского флота вызвали недовольство на Боспоре и истощили его. К этому прибавилось стихийное бедствие - разрушительное землетрясение в 63 г. В том же году против Митридата был организован заговор, во главе которого встал его сын Фарнак. В этом восстании приняли участие Фанагория, Феодосия, Нимфей, затем оно распространилось и на армию царя. Последние свои дни Митридат провел в Пантикапее, где и погиб, скрываясь во дворце на вершине горы от взбунтовавшихся солдат.
   Римляне все больше вмешивались в северопричерноморские дела. Они вручили власть над Боспором Фарнаку, назвали его своим "другом и союзником", но просчитались. Фарнак объявил себя "царем царей" и, желая расширить свои владения за счет Рима, организовал военную экспедицию в Малую Азию, но был разбит. В качестве наместника на Боспоре он оставил Асандра. Тот, однако, женившись на дочери Фарнака Динамии, успешно утвердился на престоле и с 47 г. до н.э. единолично стал править в государстве. С его тридцатилетней деятельностью связывают постройку оборонительных укреплений (в том числе Асандров вал, отделивший Керченский полуостров от остальной части Крыма), большие восстановительные работы, активизацию морских сил, успешную борьбу с пиратами.
   После длительных войн, разорений и опустошений при Асандре, а затем при его наследнике Аспурге положение на Боспоре стабилизируется. Начинается период его нового, вторичного расцвета, охвативший I -- начало III вв. н.э. При Аспурге выросла территория государства за счет временного присоединения Херсонеса. Царь вел успешные войны со скифами и таврами. В 14 г. он получил звание "друга римлян" и добился у римлян права на боспорский престол. На его монетах -- портреты римских правителей. Боспор в глазах римлян был источником хлеба, сырья и важным стратегическим пунктом. Рим стремился поставить на его престоле своих приверженцев, держал там свои войска. И все же степень зависимости не была всегда одинаковой и такой, какой желали этого в Риме. Уже сын Аспурга Митридат вел войны с римлянами. Но в годы правления его брата Котиса I (45-68) связь с Римом снова окрепла. С конца I в. Рим все больше видит в Боспоре важный форпост на северо-востоке, способный сдерживать натиск варваров. Между ними [58] устанавливается та система взаимоотношений, которая просуществовала 200 лет. Боспорские цари признавали римских императоров своими покровителями, носили титул "друга кесаря и друга римлян". При Рискупориде II и Савромате I строятся оборонительные сооружения, укрепляются границы, усиливаются армия и флот. Савромат I и Котис II одерживают победы над скифами. При Савромате II (174--210) боспорский флот очищает от пиратов южные берега Черного моря.
   Укрепляется авторитет царской власти, еще при жизни был обожествлен Аспург. Городская медная чеканка заменилась царской. При дворе содержался обширный штат чиновников. Надпись III в. из Керчи перечисляет десятки имен магистратов-придворных. Увеличилась зави-симость городов от центра: с них взимались налоги и поземельная подать, городские органы самоуправления имели крайне ограниченные права.
   Рабство по-прежнему играет важную роль в экономике, хотя уже обнаруживаются первые признаки его кризиса. Это ясно из надписей-манумиссий -- актов об отпуске рабов на волю. Б сельском хозяйстве их труд все более заменяется трудом зависимых землепашцев-пелатов. Они были прикреплены к земельным участкам, принадлежавшим крупным собственникам -- царям, придворной знати, храмам.
   Зерновое производство вновь доминирует над остальным, особенно много хлеба поступает из азиатского Боспора и Нижнего Подонья. Его хранят в зерновых ямах, целые комплексы которых часто встречаются в сельских поселениях и городах. Боспорцы обеспечивали хлебом также города и римские войска в Малой Азии. Тревожная обстановка сказалась на локализации и облике сельских поселений. Уменьшилось число поселков, в основном они располагались на возвышенностях, были укреплены, имели регулярный план. Поселением такого типа был, например, Илурат. Мужская часть поселений-крепостей занималась сельским хозяйством и несла военную службу. Жители поселков могли быть разной этнической принадлежности, свободными и пелатами; они могли обрабатывать участки крупных собственников, городские или общинные земли. Другим типом поселений были укрепленные усадьбы, иногда располагавшиеся по соседству с поселками. По-прежнему много внимания уделялось скотоводству, огородничеству, но особенно виноградарству и виноделию. Не меньшее значение имел рыбный промысел.
   Возросло производство оружия (близкого к сарматским образцам). Ювелиры приспособились ко вкусам нового населения, их изделия стали полихромными, инкрустировались камнями или стеклянной пастой, украшались геометрическими узорами. Разрушения, связанные с событиями I в. до н.э., вызвали потребность в расширении строительного дела. Восстановительные работы сопровождались перепланировкой в городах и поселках, увеличением их территории. Но качество обработки земли в целом ухудшилось. Значительным было производство простой посуды, делали и парадную, которую покрывали красным лаком. Возросло число лепных сосудов. Появились изделия из стекла.
   Новый подъем коснулся также торговли и товарно-денежных отношений. Возникли объединения торговцев-судовладельцев. Торговали [59] со многими районами Средиземноморья и Южного Понта, городами Северного и Восточного Причерноморья, областями обитания варваров. В городах и поселениях Боспора найдено много монет. Медные и золотые деньги царской чеканки отражают влияние Рима, на них портреты императоров и их имена, римские регалии.
   Изменился этнический состав городов, их политическое положение в государстве, внешний облик, культура. Они восстанавливались, рекон-струировались, украшались новыми постройками. Под влиянием Рима строились термы, базилики, амфитеатры, появились статуи императоров и боспорских царей, гладиаторские бои и бои бестиариев. Процесс варваризации сказался на росте натурализации хозяйства и рустификации городов. Вкусы негреческого, в основном сарматского, населения нашли яркое выражение в погребальных ритуалах и сооружениях, в живописи, скульптуре, рельефе. Особенностями боспорского изобразительного искусства становятся условность, статичность, плоскостность -- иными словами, некоторая примитивность, не свойственная греческому стилю. Однако искусство, как и вся культура Боспора этого времени, не лишено своей прелести и определенного мастерства. Оно своеобразно и отражает синтез античных и варварских традиций. Наиболее яркие примеры -образцы живописи склепов Деметры, Анфестерия и др. Прекрасна роспись каменного саркофага с изображением мастерской художника. Тот же синтез мы находим в религиозных представлениях боспорцев. Распространяются культы синтетических божеств с античными, восточными и местными чертами. Таким был безымянный бог Гремящий, или Всевышний. Появились религиозные союзы-фиасы. Среди боспорцев оказались и почитатели иудаизма и христианства.
   С середины III в. государство подвергалось натиску варваров -- готов, боранов, ворадов. Пришельцы совершали морские походы, опираясь на Боспор как на организационную базу и используя его флот. После смерти Рискупорида V (242-276) началась борьба за престол. К этому смутному времени относится новая волна зарытия кладов. Приход варваров сопровождался разрушением городов и поселений, опустошением хоры, перебоями в производстве и торговле. К концу III -- первым десятилетиям IV вв. относится серия боспоро-херсонесских вооруженных конфликтов, спровоцированных римлянами и не лучшим образом отразившихся на внутреннем и внешнем положении Боспора, потерявшего часть своих западных земель.
   Политическое положение Боспора еще более ухудшается в IV в., и он обращается к римлянам, чтобы те за уплату ежегодной дани помогли обеспечить ему спокойную жизнь. Однако Рим сам с трудом отбивается от варваров и не может оказать помощь ослабевшему Боспору.
   Натурализация хозяйства и обеднение городов, разрушения и замирание жизни в ряде городских и сельских поселений; упадок благосостояния населения и сокращение его культурных потребностей; зарытие кладов, ремонт и строительство оборонительных стен, валов и крепостей; упадок некоторых отраслей производства; упрощение и огрубление отдельных видов ремесленных изделий и предметов искусства; сокращение внутренней [60] и внешней торговли, кризис монетного дела (деградация монет, перебои в чеканке, наконец, полное ее исчезновение); борьба за престол, появление на нем узурпаторов, противоречия внутри господствующего клана и недовольство рядового населения; дальнейшая варваризация культуры - неполный перечень процессов, протекавших в боспорском обществе в это время. В конце IV в. Боспор попадает под гуннский протекторат. Следы сильнейших разрушений и пожарищ на городищах и поселениях, процветавших еще в первой половине III в., обычно связывают с приходом гуннов в 70-х гг. IV в., но есть и иное мнение, основанное на пересмотре позднеантичных слоев босгюрских городищ и селищ. По нему разрушения и пожары следует датировать второй четвертью VI в. Эти события завершились присоединением Боспора к Византийской империи.



   акрополь -- верхний город, где находились храмы и другие обществен-ные постройки, в древнегреческом полисе;
   амфитеатр -- в древней Греции и Риме открытое сооружение для пуб-личных зрелищ, в котором места для зрителей располагались вокруг арены по возвышающемуся уступами полукружию или кругу;
   амфора -- у древних греков керамический двуручный сосуд для хране-ния и транспортировки жидких и сыпучих продуктов;
   архонт -- высшее должностное лицо в древнегреческом полисе;
   базилика -- греко-римское общественное издание для собраний, приспособленное к богослужению. К IV в. н.э. сложилась как тип храма;
   бестиарий -- в древнем Риме борец с дикими зверями на арене цирка;
   кома -- деревня на сельскохозяйственной территории (хоре) древне-греческого полиса;
   магистрат -- лицо, занимающее государственную должность; предста-витель власти;
   манумиссия -- документ, свидетельствующий об отпуске раба на волю;
   медимн -- греческая мера сыпучих тел, около 52,5 л;
   пелаты -- зависимые земледельцы;
   полис -- город-государство у древних греков, одновременно и граждан-ская община;
   стоик - последователь стоицизма - направления в античной философии;
   талант -- единица веса, вес аттического таланта равен 26,2 кг;
   термы -- семейные и общественные бани, широко распространившиеся в греческих и римских городах в первые века н. э.;
   терракота -- глиняная скульптура;
   тирания -- единоличное правление в древнегреческом полисе, установ-ленное в экстремальных условиях;
   фиасы -- религиозные или профессиональные союзы, широко распрост-ранившиеся в античном мире в первые века н.э.;
   хора -- сельскохозяйственная территория древнегреческого полиса. [61]
  

ХЕРСОНЕС ТАВРИЧЕСКИЙ

  
   Основание города. Во второй половине V в. до н.э. (422-421 гг.) переселенцы-колонисты, выходцы из древнегреческого города Гераклеи Понтийской, располагавшегося на южном побережье Черного моря, прочно осели в юго-западном углу Крымского полуострова, основав здесь город, получивший название Херсонес Таврический. Развалины его -- остатки Оборонительных стен, жилых построек, общественных зданий, подвалы, колодцы, цистерны, примыкающее к нему кладбище и многочисленные сельские усадьбы за пределами города -- лежат на территории современного Севастополя. Здесь вот уже 200 лет ведутся раскопки, которые приносят поразительные по красоте произведения скульптуры, живописи, архитектурные детали, надписи, монеты, орудия труда, бытовые предметы. История города уточняется и детализируется. Материалы, полученные в последние годы, позволили высказать предположение, что Херсонес, возможно, основан значительно раньше, чем принято считать, -- уже во второй половине VI в. до н.э. Будем, однако, ориентироваться на обще-признанную датировку. Именно в это время сложились условия для возникновения города. В одном античном землеописании сказано: "...вследствие данного гераклейцам... прорицания заселить вместе с делосцами Херсонес". Дело в том, что жителей о.Делос за враждебность и непокорность их старшие партнеры и союзники афиняне выселили с родной земли. Тогда же и в Гераклее высадился отряд афинских войск и опустошил окрестности города. В результате ожесточилась борьба между разоренными крестьянами и торгово-земледельческой верхушкой. Потерпевшие поражение в этом конфликте политические силы вынуждены были покинуть город и искать себе новое место для поселения. Совпадение по времени этих двух фактов и привело к возникновению Херсонеса. Делосцы, однако, очень скоро вернулись на родной остров и не оставили никакого следа в дальнейшем развитии херсонесской истории и культуры. Что же касается отношений с Гераклеей, то они были разносторонними, прочными и продолжительными. Даже во II в. н.э., то есть спустя шесть столетий после основания города, херсонесцы помнили, что их далекие предки приехали из Гераклеи, и называли ее жителей "досточтимыми отцами". Созданием колонии одновременно достигались и другие цели: втягивались в торговый обмен новые рынки в Северном Причерноморье, а так как Херсонес замыкал прямой путь через Черное море, освоенный как раз в это время (раньше корабли шли только вдоль берегов), то по этому пути гераклейцы рассчитывали получать хлеб из Скифии.
   Вначале будущий город представлял собой небольшой поселок, при-лепившийся к берегу бухты, которая в настоящее время называется Каран-тинной. Колонисты, прибыв в Крым, привезли с собой домашнюю утварь, орудия труда, оружие, одежду, запасы продовольствия, может быть, скот. Высадившись на берегу Карантинной бухты, они должны были осесть по соседству с ней, расставив вблизи своих кораблей палатки, возведя вре-менные убежища в виде шалашей, землянок и приступив к строительству капитального жилья. Из всей территории, на которую впоследствии распространился город, участок на берегу бухты представляется наиболее [62] удобным. Бухта, самой природой предназначавшаяся для стоянки кораблей, должна была на первых порах играть особенно большую роль в жизни переселенцев -- и не только как единственный путь, соединявший их с родиной, но и как источник запасов продовольствия (рыбная ловля). Местность эта защищена возвышенностью от холодных северных и северо-восточных ветров, а это, конечно, фактор первостепенной важности для людей, еще не имевших постоянного жилья. И, наконец, есть основания считать, что здесь можно было выкопать колодцы и получить в нужном количестве пресную воду. Во всяком случае, один из колодцев, рас-положенных на склоне балки, впадающей в бухту, который функционировал в IV в. до н. э., сразу после раскопок давал чистую пресную воду, при-обретавшую горьковато-соленый привкус лишь через двое-трое суток (в древности этот колодец доходил до пресной воды, позже, в связи с общим понижением почвы и повышением уровня моря, сюда начала поступать и морская вода).
   Площадь участка, занятого ранним поселком, была невелика и вряд ли превышала 4 га. Столь незначительные размеры не должны казаться странными. Например, Пантикапей -- крупнейший город в Северном Причерноморье -- в раннюю эпоху своего существования занимал вряд ли большую территорию. Площадь, занятая многими северопонтийскими городами в античное время, не превышала 4 га, а иногда была и меньше: Тиритака -- около 4,5 га, Танаис -- несколько больше 4 га, Илурат -- 2,5 га. Население раннего поселка соответственно было немногочисленным и вряд ли превышало 1-1,5 тыс. человек.
   Вскоре после основания города должно было начаться строительство оборонительных стен. Переселенцы оказались в окружении таврских племен, особенно тесно заселявших юго-западную часть полуострова, то есть ближайшие окрестности новорожденного города. О таврах шла недобрая слава как о народе свирепом и воинственном. Тавры находились на том уровне развития (его не миновали и другие народы), когда война становилась неизбежным элементом жизни общества. К тому же таврские племена, вытесняемые скифами в горы и предгорья, просто не могли добыть здесь достаточно пропитания, что, естественно, вынуждало их восполнять этот недостаток грабежом. Угроза нападения подобно дамоклову мечу всегда висела над городом, и единственной гарантией безопасности было строительство мощных стен. Эти первые, самые ранние стены пока не найдены, но их направление предположительно можно указать уже сейчас.
   В классический период (в последней четверти V -- первой четверти IV вв. до н.э.) Херсонес не играл заметной роли в политической жизни Средиземноморья, да и среди северопричерноморских городов занимал второстепенное место. О занятиях жителей в ранний период существуют две точки зрения. Одни авторы считают, что главной в экономике города была торговля. Другие, ссылаясь на неблагоприятные условия для развития торговых операций (относительная отсталость возможных торговых контрагентов -- тавров, отсутствие удобных сухопутных комму-никаций), полагают, что Херсонес "...с самого начала стал развиваться не как торговый центр, а, главным образом, как центр сельскохозяйственного [63] производства". Как обычно бывает в подобных случаях, истина лежит где-то посередине. Вероятно, с самого основания Херсонес имел большое значение как промежуточный пункт в торговле Северного Причерно-морья с греческими городами Средиземноморья и южного берега Понта. Здесь была удобная стоянка для торговых судов, направлявшихся прямым путем через открытое море или следовавших вдоль западного и затем северного берегов Черного моря. Некоторые исследователи видят в этом даже одну из причин, побудивших гераклейцев переселиться именно сюда. Следов сельскохозяйственного и ремесленного производства для раннего времени обнаружено очень мало. С другой стороны, логично предположить, что с самого основания города в его непосредственных окрестностях были основаны небольшие земельные владения, в зачаточном виде организованы ремесла (особенно строительное дело -- возведение жилых домов, оборонительных стен, некоторых важнейших общественных сооружений), значительную роль могли играть рыбная ловля, охота, другие промыслы. В 70-х гг. IV в. до н.э. Херсонес начал чеканить собственную монету, а это свидетельство не только развитой торговли, но также показатель высокого уровня металлообработки, в свою очередь определявшей в значительной мере уровень всех других ремесел.
   Херсонесское государство в период расцвета. В конце IV -- начале III вв. до н.э. Херсонес вступает в полосу политического и экономического расцвета. Из небольшого поселка он превращается в значительный по тому времени город, центр одного из крупных государств Северного Понта. В результате неоднократных расширений городской территории он занимает почти все холмистое пространство между Карантинной и Песочной бухтами, площадь его достигает почти 30 га. Значительно возросло население, достигнув, возможно, 10 тыс. человек. Именно такой размер города считался в древности оптимальным, выгодно обеспечивая, с одной стороны, безопасность жителей и развитие всех отраслей хозяйства, а с другой стороны, не препятствуя эффективности управления коммуникациями, совместными мероприятиями граждан.
   В это время херсонесцы осваивают Гераклейский полуостров (юго-западный угол Крыма, к западу от линии, соединяющей вершины Северной и Балаклавской бухт), превращая его в базу сельскохозяйственного производства. Освоение его проходит в два этапа: вначале -- в первой половине IV в. -- разделяется примерно на сотню участков северо-западная оконечность Гераклейского полуострова (Маячный полуостров); значительно позже, через 50-70 лет, размежевке подвергаются все окрестности города. Источники не сообщают нам, как, за счет чего происходит быстрый рост населения города. Можно предполагать, что прибывшие колонисты -- по большей части молодые мужчины -- взяли в жены женщин из местного населения, создали семьи, чем был обеспечен естественный прирост, причем обильное деторождение могло стимулироваться специальным законодательством, подобно тому как это было в других греческих государствах, например в Спарте. Не исключен и приезд новых небольших партий колонистов. Как бы то ни было, но территория города к концу IV в. до н.э. выросла, что является [64] производным от роста населения. Херсонес был обнесен стенами, армия (ополчение) вооружена и обучена, тактика борьбы с таврами отработана и испытана в неизбежно возникавших мелких стычках. Херсонес получил возможность начать наступление на тавров. В результате весь Гераклейский полуостров оказался в руках херсонесцев, а местное население было частично истреблено, по большей же части покорено.
   Создание Херсонесского государства происходило как раз тогда, когда совершал свои походы Александр Македонский и возникали эллинистические государства. Именно в эту эпоху в идеологии греков особенно широко укореняется старое "право копья", в соответствии с которым земля, например захваченная военной силой, становится собственностью сильнейшего. "Во всем мире существует вечный закон, что, когда город взят войною, завоевателям принадлежит и личность, и имущество находящихся в нем", - - утверждал греческий писатель Ксенофонт. Этим законом оправдывались любые завоевания, им обосновывали свое право на власть эллинистические монархи. Херсонесцы, конечно, руководствовались в своей завоевательной деятельности этим правом.
   По давней традиции все захваченные земли были разделены на равные наделы, а жители, их населявшие, превращены в рабов того типа, который характерен для Спарты и других дорийских государств. Часть тавров, обитавших вдоль границы Гераклейского полуострова, продолжала жить в своих поселках и являлась чем-то вроде лаконских периэков (свободные, но политически бесправные жители). Судя по свидетельствам Страбона и сообщениям путешественников, посетивших Крым вскоре после присоединения его к России, весь Гераклейский полуостров был огражден стеной или валом со рвом но линии Инкерман-Балаклава. Такая стена не только препятствовала вторжению противников на полуостров, ко и затрудняла возможные побеги тавров, превращенных в рабов. Видимо, в связи с этим наблюдался повышенный интерес херсонесцев к военному делу. В этом отношении наиболее интересны надгробные памятники и изображения на них. Херсонесцы разработали такую систему архитектурного оформления надгробных памятников и атрибутики на них, какая нигде больше не встречается. На памятниках с мужскими именами помещались три символа: 1) специальный скребок, которым пользовались спортсмены, и сосуд для масла, которым они натирали тело перед борьбой; 2) меч с портупеей; 3) схематическое изображение сучковатого посоха. Первый из символов изображался на памятниках, ставившихся мальчикам или юношам, и представлял собой предметы, необходимые всякому молодому греку. Эллины очень много внимания уделяли спорту, особенно в тех полисах, которые возникли в результате завоевания (Спарта, Крит, Фессалия). Недаром именно в Спарте была разработана стройная система воспитания подрастающего поколения. С раннего детства большую часть времени молодые люди проводили в палестрах и гимнасиях, где занимались физическими упраж-нениями, развивавшими силу, ловкость, выносливость, то есть качества, необходимые воину. Поэтому если юношу настигала смерть, то в [65] путешествии в загробный мир его должны были сопровождать предметы спортивного инвентаря, те самые, которые так часто употреблялись им при жизни, составляли его гордость и даже славу. Такие предметы могли помещать в могилу, они могли изображаться и на надгробном памятнике. Если умирал мужчина в расцвете сил, воин, защитник отечества, ему ставили памятник с изображением оружия. Возникновение дорийских государств связано с завоеванием, а повседневное существование -- с эксплуатацией значительных групп подчиненного населения. Перед лицом постоянной опасности выступления угнетенных варваров эти полисы жили подобно военному лагерю, где все подчинялось строгой дисциплине, превыше всего ценились военные успехи, порицалась трусость. Весь строй спартанцев, по словам Аристотеля, направлен "только на одну часть добродетели, именно на воинскую доблесть, так как она полезна для приобретения господства". В таких государствах оружие очень почиталось, существовал даже своеобразный его культ. Вполне естественно, что оружие и вооруженные люди изображались на надгробиях. Наконец, последний атрибут -- посох. Он являлся символом старости и изображался на памятниках людям, умершим в преклонном возрасте.
   Таким образом, символы на памятниках делят всех умерших на группы по их отношению к военной службе: на "допризывный" возраст, когда дети и юноши готовятся к военной службе; возраст расцвета, когда мужчина входит в состав городского ополчения; на пожилых людей, для которых служба в армии уже непосильна. Такая система является отражением выдающейся роли военного дела в Херсонесе.
   В городе найден постамент статуи одного из граждан -- Агасикла; на нем перечислены его заслуги, он назван "размежевавшим виноградники на равнине". На Гераклейском полуострове выделено около 400 земельных наделов площадью 26-30 га каждый. Ими владели полноправные граждане Херсонеса. Условия для всестороннего развития сельскохозяйственного производства на Гераклейском полуострове не особенно благоприятны: глина и известняки, выходящие на поверхность отдельными пятнами и даже целыми грядами; почвенный покров -- главным образом серые лесные выщелоченные почвы - - нигде не достигает значительной мощности. Для развития земледелия требуются обязательное внесение удобрений и принятие мер по искусственному увлажнению почвы. Кроме того, желательно было бороться с интенсивным размывом и выветриванием почвенного слоя. Под тонким (0,30-0,50 м) почвенным слоем залегал слой известняка, ниже его -- слой глины. Владельцы участков-клеров поступали таким образом. На значительной площади снималась почва и где-то по соседству складировалась. Затем удалялась скала, почва укладывалась на глину и частично смешивалась с ней. В результате увеличивалась реальная толщина почвенного слоя. Образовавшееся громадное количество камня использовалось для сооружения ограды наделов, разделения стенками каждого надела на участки, строительства Усадеб, а также для сооружения плантажных стенок, сыгравших решающую роль в приспособлении земель Гераклейского полуострова для сельского [66] хозяйства. Стенки, сложенные насухо, играли роль конденсаторов влаги из воздуха и отдавали эту влагу прилежащим полоскам земли, восполняя ее некоторый недостаток. Кроме того, параллельные стенки террасировали крутые склоны, предотвращали выветривание и смывание почвы, защищали кусты от ветра, заменяли шпалеры, служа опорой для виноградных лоз. Такие стенки прокладывались на виноградниках через каждые 2 м, в саду - через каждые 5 м. Это расстояние и сейчас рекомендуется в учебниках по сельскому хозяйству как наиболее рациональное между рядами виноградных кустов или плодовых деревьев. Виноград подавался к столу вместе с другими фруктами, но большая его часть перерабатывалась на вино. Вина получали такое большое количество, что его не только хватало на покрытие собственных нужд, но и значительное количество шло на вывоз. Виноградарство и виноделие стали основной отраслью хозяйства. Кроме винограда и фруктов, на сельскохозяйственных наделах выращивались хлебные культуры, овощи. Большое развитие получило скотоводство.
   Развитию зернового хозяйства способствовало овладение Херсонесом плодородными равнинами Западного Крыма. В гражданской присяге (первая четверть III в. до н.э.) херсонесцев говорится: "Не предам ни Херсонеса, ни Керкинитиды, ни Калос Лимена (Прекрасной Гавани), ни прочих укрепленных пунктов, ни из остальной территории, которой херсонесцы управляют или управляли, ничего никому -- ни эллину, ни варвару, но буду оберегать все это для херсонесского народа...". Слова торжественной клятвы свидетельствуют, что город Керкинитида (современная Евпатория), Калос Л имен (ныне пос. Черноморское) и еще ряд пунктов на западном берегу полуострова к моменту написания присяги уже принадлежали Херсонесу. Это подтверждается и данными археологических исследований. Таким образом, в юго-западной части Крыма возникает значительное государство с центром в Херсонесе.
   С конца IV -- начала III вв. до н.э. в городе наблюдается оживленная строительная деятельность. В результате значительно расширяются его первоначальные границы, возводятся новые оборонительные стены, целые кварталы застраиваются жилыми домами. Сооружается ряд крупных общественных зданий -- монетный двор, театр, храмы. Строительное дело по своему значению и по числу занятых в нем рабочих рук выдвигается на одно из первых мест среди других ремесел. О металлообработке известно очень мало. Находки отходов производства, тиглей для плавки металла, литейных форм в слоях этого времени сравнительно редки. Однако даже они позволяют утверждать, что металлообработка не только существовала, но и играла значительную роль в жизни города. Большое развитие получило керамическое производство. Это объясняется тем, что оно было тесно связано с важнейшими отраслями экономической жизни города: с сельским хозяйством (выпускалась тара для хранения и перевозки вина), рыболовством, торговлей, строительным делом, а также с домашним хозяйством. Существование прядильно-ткацкого производства в Херсонесе подтверждается многочисленными находками пряслиц и грузил [67] для ткацкого станка. В одном из городских районов открыты резервуары для окраски тканей. О других ремеслах мы знаем меньше, но можно утверждать, что были развиты плотницкое, кожевенное, косторезное.
   Херсонес вел обширную торговлю с городами Северного Причерноморья, с местными племенами, он был связан со многими отдаленными областями -- Малой Азией, Балканским полуостровом. О широте торговых связей свидетельствуют многочисленные декреты о проксениях -- предоставлении прав гражданства и различных льгот при ввозе, вывозе и продаже товаров представителям других городов. Среди херсонесских проксенов преобладают жители Г'ераклеи, Синопы, Ольвии. По находкам херсонесских амфор (чаще всего фрагментов) можно судить об оживленной торговле вином со скифами и греческими полисами Северо-Западного и Западного Причерноморья. В города материковой Греции Херсонес продавал продукты скотоводства, рыбу, соль, мед, воск. Обломки амфорных ручек с херсонесскими клеймами находят при раскопках в Афинах и далекой египетской Александрии. В обмен на свои товары херсонесцы ввозили из Греции недостающие им продукты, оливковое масло, дорогие сорта вин, ремесленные изделия, в том числе расписную керамику, предметы искусства (терракоты, статуи),
   Херсонесское государство представляло собой республику с демо-кратической формой правления. Высшим органом власти было собрание всех свободных граждан мужского пола, достигших совершеннолетия. Народное собрание принимало законы и решало важнейшие вопросы. Повседневной жизнью города руководили совет и коллегия, осущест-влявшие наблюдение за всей деятельностью жителей города. Видимо, члены совета выбирались на месяц, а его секретарь (грамматевс) -- на год. Так называемый царь (басилевс) был эпонимом, то есть его именем назывался и датировался год. Но выполнял он только формальные религиозные функции. Для командования войском избиралась коллегия стратегов, позже их заменили архонты. Коллегия демиургов охраняла чистоту демократи-ческого строя. В городе существовали народный суд и специальные долж-ностные лица -- дикасты (судьи). Решения суда принимались при помощи голосования камешками, то есть путем тайного голосования, как указано и в херсонесской присяге: "буду судить камешками по законам".
   Государственная казна и священные суммы находились в ведении различных лиц, которые также выбирались народом, а по окончании срока службы отчитывались перед народным собранием о произведенных расходах. Агораномы наблюдали за порядком на рынке, астиномы -- за точностью мер веса и объема, имена последних ставились на монетах и Ручках амфор. Как и в других античных государствах, в Херсонесе придавали большое значение физическому воспитанию и обучению. Поэтому здесь существовала особая должность гимнасиарха. Все эти Должности были выборными, выборы производились либо хейротонией (голосование поднятием рук), либо по жребию. К числу наиболее важных Должностных лиц относились номофилаки -- магистраты, характерные Исключительно для аристократических и олигархических государств, где "ни имели право налагать наказания, назначать послов и пр. [68]
   Времена Митридата VI и Рима. С III в. до н.э. грозной силой для северопричерноморских греков становятся скифы. Их разрозненные племена постепенно переходят к оседлому образу жизни, земледелию (наряду со скотоводством), образованию племенных союзов. Скифская знать мечтает о богатствах греческих городов, стремится захватить в свои руки побережье с его заморской торговлей. Ольвия -- древнегреческая колония на берегу Днепро-Бугского лимана -- фактически теряет свою независимость и подчиняется скифским царям. На очереди -- Херсонес. Скифы активно готовятся к войне и во второй четверти III в. в результате опустошительных набегов фактически лишают Херсонес его сельских владений. Одновременно скифы пытаются привлечь на свою сторону тавров и, очевидно, добиваются в этом успеха.
   Во II в. до н.э. политическое объединение скифских племен завер-шается созданием крупного государства с центром в Неаполе (Новый город, развалины его -- на юго-восточной окраине современного Сим-ферополя). Во главе его становится умный и энергичный вождь -- царь Скилур. Над Херсонесом нависает, как никогда, серьезная опасность. Жители города лихорадочно ищут выход: то пытаются подкупить скифов "дарами", то обращаются к понтийскому царю Фарнаку I, заключают с ним договор о дружбе и взаимопомощи (179 г. до н.э.). Фарнак I обязу-ется оказывать военную помощь в том случае, "если соседние варвары выступят походом на Херсонес или на подвластную херсонесскую страну или будут обижать херсонесцев".
   Херсонесцы предпринимают ряд практических мер для укрепления обороноспособности своего города, после чего в соответствии с договором от 179 г. они обращаются к царю Понтийского царства Митридату VI Евпатору. В Крым был направлен полководец Диофант с отрядом воинов. Действуя во главе объединенной армии, куда входили херсонесские и понтийские войска, Диофант в продолжение трех кампаний (ок. 110-107 гг. до н.э.) разгромил скифов. Это достижение, однако, дорого обошлось Херсонесу: освободившись от угрозы подчинения скифам, он вынужден был поступиться своей самостоятельностью в пользу понтийского царя. А после поражения и гибели Митридата Херсонес оказался в зависимости от давнего соперника -- Боспорского царства, находившегося под про-текторатом Рима. Рим предоставил Боспору обязанности по защите Херсонеса от тавроскифов, следуя своему принципу "разделяй и властвуй". Но пребывание в роли подневольного союзника Боспора тяготило Херсонес, и он последовательно стремился к прямой римской опеке. Тем более, что боспорцы предпринимали попытки прямого захвата власти в городе. Сведения об одном таком эпизоде приводит византийский император Константин Багрянородный. (Боспорский царевич женился на дочери херсонесского правителя Гикии. Задумав погубить город, он постепенно собрал в подвале дома жены отряд воинов, которые в ближайший праздник должны были захватить Херсонес. Случайно узнав об этом, Гикия сообщила гражданам свой план: ее дом должен быть окружен вооруженными ополченцами и подожжен. Боспорцы вместе с их коварным предводителем сгорели, те же, которые пытались спастись, [69] были перебиты). Это легенда, но она основана на вполне реальных событиях I в. н.э. Во всяком случае, историческая обстановка обрисована в ней весьма правдиво.
   Окончательное освобождение Херсонеса от боспорской опеки и пре-вращение его в город со статусом "свободного" произошло во время правления римского императора Антонина Пия (138-161) после мно-гочисленных ходатайств как самих херсонеситов, так и их метрополии -- Гераклеи Понтийской. В честь этого важного события с середины II в. н.э. в Херсонесе чеканится серия монет со словом "элевтерия" ("свобода"), изображением богини Херсонас, покровительницы общины города, и другими эмблемами.
   "Свобода", полученная Херсонесом, была свободой в римском смысле, с определенным статусом, согласно которому город был лишен права вести внешнеполитические дела, но сохранил внутреннюю автономию, свои институты и магистратов, право управлять на основе своих законов, чеканить медную монету, сохранял право собственности на землю, на налоги и пошлины. "Свободный" Херсонес содержал римский гарнизон, состоявший из подразделений I Итальянского, V Македонского и XI Клавдиева легионов, а также вспомогательных войск. Римский гарнизон размещался, по-видимому, в юго-восточной части города, в цитадели площадью 0,9 га. Там обнаружены остатки зданий, видимо, казармы для солдат, термы (бани), несколько римских надгробий с рельефами. Судя по размерам цитадели, численность гарнизона не превышала 500 человек. Ряд эпиграфических памятников свидетельствует о пребывании в Херсонесе римского флота. Более значительное, чем в других городах Северного Причерноморья, количество латинских надписей с упоминанием военных и гражданских лиц, принадлежавших к членам семей солдат гарнизона, подтверждает мнение о том, что Херсонес во II-III вв. н.э. был центром римской военной оккупации в Таврике. Возглавлял гарнизон и эскадру военный трибун, под командованием которого были, вероятно, подразделения и посты бенефициариев, охранявших подступы к Херсонесу на побережье и сухопутные дороги Юго-Западного Крыма. Военная помощь Рима обеспечила безопасность сухопутных и морских путей сообщения, что способствовало оживлению торговли, развитию производства и промыслов. Под вооруженным покровительством Рима Херсонес снова переживает период экономического подъема, сопровождающийся концентрацией земельных владений и укрупнением масштабов ремесленного производства, Гераклейский полуостров, где, как и прежде, ведущая роль принадлежала виноградарству и садоводству, остается главной сельскохозяйственной базой Херсонеса.
   В этот период увеличились масштабы вылова рыбы, произошло выделение ее обработки в особую отрасль. Во всех кварталах города появились рыбозасолочные цистерны, вмещавшие от 20 до 50 т рыбы. Развитие рыболовства и обработка рыбы вызвали увеличение добычи соли. Она добывалась в окрестных соленых озерах, существовавших вплоть до XIX в.
   Среди ремесел ведущим была металлообработка. Увеличивается производство [70] керамической тары, развивается стеклоделие. Как показывают монетные находки и надписи, наиболее интенсивные торговые связи поддер-живались с городами малоазийского побережья Черного моря: Синопой, Гераклеей, Амисом и другими. Наладился торговый обмен с местным населением Крыма. Херсонес вывозил соль, соленую рыбу, рыбные соусы и, вероятно, сельскохозяйственные продукты, поступавшие из Юго-Западного Крыма. Предметы херсонесского ремесла экспортировались, очевидно, только в пределах Северного Причерноморья. Постоянными предметами импорта были хорошие вина, стеклянная и краснолаковая посуда, светильники, украшения.
   В первые века н.э. в Херсонесе ведется широкое городское строитель-ство: перестраиваются многие кварталы города, укрупняются дома. Усадьба с хозяйственными пристройками (винодельнями, рыбозасолочными цистернами и др.) иногда занимает целый квартал. В город был проведен водопровод с использованием керамических труб. К этому времени относится одна из перестроек театра, вероятно связанная с новой, более разнообразной программой, включавшей гладиаторские бои, травлю зверей и различные цирковые представления -- любимые зрелища римлян. Была увеличена сценическая площадка и достроен ярус зрительских мест.
   Город занимал площадь 30 га, в нем насчитывалось 10-12 тыс. жителей. Социальная структура Херсонеса в первых веках н.э. значительно усложнилась. Произошло это как в результате внутренних социально-экономических процессов, так и вследствие политики Рима, направленной на поддержку богатых слоев населения. Происходит дальнейшая дифференциация внутри основных социально-правовых групп^. Демократическая республика постепенно была заменена аристократической формой правления. Высшими органами власти остаются народное собрание и совет, но они претерпевают некоторые изменения. Народное собрание фактически утратило ту власть и значение, которые оно имело в элли-нистический период, об этом свидетельствует обычай скреплять печатями должностных лиц декреты и постановления, издаваемые от имени совета.
   Исполнительная власть оказывается в руках первого архонта, возглавляющего высшую магистратуру -- коллегию архонта из шести человек, он также предводительствует войском. Богатая верхушка граждан превращается в своеобразный клан, из ее среды избираются члены совета, высшие магистраты, жрецы, многие ее представители имеют двойное гражданство -- херсонесское и римское.
   Значительную группу граждан, фактически отстраненную от госу-дарственного управления, составляли жившие за счет своего труда демоты (мелкие землевладельцы, арендаторы, ремесленники, торговцы) и неимущая беднота (охлос). В городе проживали также политически бесправные иноземцы (в основном это были греки из других мест, какое-то число туземцев и римлян), различные категории рабов и вольноотпущенники.
   С конца I в. скифы проявляли большую активность, направленную, правда, в основном против Боспорского царства. Херсонесу удавалось отбиться от них лишь благодаря наличию римского гарнизона. Но в первой половине II в., когда на некоторое время римляне покинули город, Херсонес [71] ищет военного союза с тем самым Боспором, от обременительной опеки которого недавно и с большим трудом освободился. Скифы продолжали тревожить греков до начала III в.
   В самом конце III -- первых десятилетиях IV вв. херсонесцы не без помощи Рима оказались втянутыми в серию военных конфликтов с Боспором, которые описал Константин Багрянородный.
   В конце III в. в городе прекращается монетная чеканка. От появив-шихся в Северном Причерноморье ближе к концу IV в. гуннов Херсонес в целом не пострадал, так как лежал в стороне от трассы их походов. Укрепить оборонительные стены все же вновь пришлось. Но столетие спустя кочевники начали обосновываться на Гераклейском полуострове (здесь появились их юрты), то есть на херсонесской хоре. В конце V в., при императоре Зеноне, Херсонес окончательно теряет автономию и становится частью Восточной Римской (Византийской) империи.



   агораном -- должностное лицо, наблюдавшее за порядком на рынке (агоре) в древнегреческом полисе;
   астином -- должностное лицо в древнегреческом полисе, отвечавшее за благоустройство города, следившее за соблюдением системы мер и весов; имена астиномов ставились на монетах и ручках амфор;
   бенефициарий -- солдат в древнеримской армии;
   гимнасий -- школа в древней Греции, дающая среднее (или высшее) образование;
   демиург (дамиург) -- общее наименование должностных лиц в древне-греческих полисах;
   дорийцы -- группа древнегреческих племен;
   клер -- земельный участок, полученный свободным гражданином на сельскохозяйственной территории (хоре) древнегреческого полиса;
   номофилак -- в древнегреческом государстве должностное, лицо, в обя-занности которого входило хранение государственных доку-ментов, надзор за заседаниями народного собрания, совета;
   палестра -- помещение для занятий гимнастикой в древнегреческом полисе;
   периэки -- свободные, но политически бесправные жители в Спартан-ском государстве;
   проксения -- правовой акт, которым иноземцу даровались почетные права в греческом полисе;
   стратег -- военачальник, главнокомандующий в древнегреческом полисе;
   трибун -- должностное лицо у древних римлян;
   фактория -- торговое поселение, организуемое купцами в отдаленных от их родины местах;
   эллинизм -- эпоха в истории древнего мира, начало которой положили восточные походы Александра Македонского и распад его им-перии (конец IV -- начало III вв. до н. э.), конец ее связывается с потерей независимости последним эллинистическим государ-ством - птолемеевским Египтом(30 г. до н. э.) - и превращение его в римскую провинцию. [72]
   Керкинитида. Одним из районов Таврики, где в античную эпоху активно происходили этно-социальные контакты, является Северо-западный Крым. Его территория была вовлечена в сферу взаимодействия как эллинских городов-полисов: Ольвии, Херсонеса Таврического, так и варварского мира -- Великой Скифии, а впоследствии Позднескифского царства в Крыму.
   Поселок первых малоазийский греков-колонистов появился на приморской полосе посредине западного побережья Крыма в третьей четверти VI в. до н. э., ближе к середине названного столетия, что, по всей видимости, было связано с разгромом персами Ионии в 545 г. до н. э., и занимал площадь едва ли более 0,8-1 га. Первопоселенцы, их дети и внуки, на протяжении 60-70-ти лет ютились в заглубленных на 0,7-1,0 м в песчаный береговой вал прямоугольных полуземлянках, площадью 9-12 кв. м. каждая.
   Причем полуземлянки располагались не хаотично по отношению друг к другу, а с выдержанной ориентацией стен, что может свидетельствовать о какой-то регламентации жилой застройки внутри поселения.
   Качественный скачок в развитии Керкинитиды произошел в конце первой трети V в. до н.э. (около 470 г. до н. э), когда территория мыса, выступающего в Каламитский залив, площадью около 3,2-3,3 га, была обнесена мощными оборонительными стенами, а все внутрикрепостное пространство разделено на приблизительно одинаковые участки, тут же застроенные жилыми домами. Он совпал с выпуском в обращение новой оригинальной монеты-рыбки. Именно с этого периода можно говорить, что процесс окончательного формирования полиса завершился, эллинская община доказала свою жизнеспособность. По всей видимости, к 425 г. Керкинитида вошла в Афинский морской союз. Во всяком случае, ее имя можно восстановить в сохранившемся во фрагментах до наших дней податном списке за соответствующий год.
   (* Керкинитида впервые упоминается в "Землеописании", составленном Гекатеем Милетским около 500 г. до н. э. (в пересказе Стефана Византийского). Дважды о городе сообщает древне-греческий историк, прозванный -"отцом истории", Геродот в связи с так называемым скифским походом Дария. Вторжение персидского войска в северопричерноморские степи обычно относится ко времени около 515-512 гг. до н. э. Следовательно, колония тогда уже какое-то время существовала, что может служить отправной точкой для решения вопроса о времени ее появления на северной окраине греческой ойкумены.
   Для объяснения смысла названия города предложены различные версии: по одной из них Керкинитида обязана именем оикисту Каркину (предводителю общины колонистов), но большинство других версий связано с древнегреческим словом кбскЯнпт (рак, краб). Объясняется это либо обилием водившихся тут - вплоть до недавнего времени крабов, то есть "Крабий город", либо конфигурацией побережья в предполагаемом месте локализации древнего поселения на Кинбурской косе, понимая смысл городского этнонима как "город-клешня", либо соседством залива, якобы после предполагаемого посещения этих мест Геродотом называвшегося Каркинитским. Следовательно, Керкинитида -- это "место у Крабового залива" и т. д. Авторская точка зрения заключается в том, что наименование колонии могло отражать не столько ихтиологические особенности прибрежной фауны, сколько форму самой бухты.)
   [73]
   К этому же времени (около 400 г. до н. э.) относится и письмо Апатория, в котором речь идет об уплате дани скифам, а следовательно, уже о какой-то форме зависимости полиса от варваров. В такое положение полис мог вновь попасть в результате распада Афинского морского союза, после его поражения в Пелопонесской войне или на ее заключительном этапе.
   В дальнейшем Керкинитида пережила две капитальные реконструкции: на рубеже V-IV вв. до н.э. и в третьей четверти IV в. до н.э., что приводило каждый раз не только к полной перестройке оборонительных сооружений и жилых кварталов, но и пространственному увеличению территории города сначала до 4,3 га, а затем и до 5,3 га. На протяжении последующих двух столетий, до самого захвата города скифами, не наблюдается изменение площади городища.
   Основу жилой застройки Керкинитиды в период V - II вв. до н. э. составляли весьма скромные и небольшие по своим размерам безордерные дома с тремя-четырьмя комнатами. Причем, открытые раскопками жилища в V - II вв. до н.э. непрерывно принадлежали одной и той же семье, наследственно владевшей выделенным ей участком. Приведенные выше наблюдения полностью согласуются с указанием Аристотеля об обязанности астинома следить за точным соблюдением границ отдельных частных владений в черте города.
   Анализ строительных остатков Керкинитиды наглядно иллюстрирует то, что при их сооружении строго выдержаны традиционные для метрополии и других эгейских центров системы кладок. Это, по всей видимости, было возможно только при условии визуального восприятия реальных изменений в строительном деле и привлечении высококвалифицированных специалистов из метрополии. Основной же объем работ выполнялся силами жителей апойкии.
   Для некрополя Керкинитиды характерно захоронение покойников по обрядам трупоположения (в плотовых могилах, ямах с каменным перекрытием и без него, младенцев в амфорах и широкогорлых кувшинах) и трупосожжения (в керамических урнах вне места кремации).
   Основу экономики Керкинитиды всегда составляло земледелие и, в первую очередь, выращивание зерновых культур, чему в известной степени способствовало плодородие почвы приморской равнины, на которой располагалась сельская округа полиса. Как показывают палеоботанические материалы из раскопок памятника, здесь высевалась особая популяция голозерной пшеницы, состоящая из двух видов: карликовой и мягкой. Именно она была той самой легковесной понтийской пшеницей, о которой упоминает Феофраст и которую, называет мелкозерной Плиний Старший. Основной кормовой культурой в аграрной округе Керкинитиды был пленчатый многорядный ячмень. В небольшом количестве тут выращивался виноград.
   По нашим палеоэкономическим расчетам, для нормальной Жизнедеятельности полиса (обеспечение продовольствием собственного населения численностью около 2000-2200 человек, сохранение посевного материала и экспорт хлеба) хора Керкинитиды должна занимать площадь минимум 8-9 тыс га. При этом нами принимается урожайность пшеницы [74] 7 ц/ га, а ячменя 6 ц/га. По всей видимости, аграрная округа Керкинитиды располагалась между Сасык-Сивашским озером на юге и озером Донузлав на северо-западе, простираясь вглубь полуострова не более, чем на 10-11 км. Кроме того, древние греки вряд ли не использовали для повышения продуктивности животноводства сенокосные угодия, развитые по днищам больших и малых балок, впадающих в расположенные здесь озера.
   Однако такое поступательное эволюционное развитие самостоятельной апойкии было неожиданно прервано территориальными притязаниями Херсонесского государства. Разумеется, такие крупные перемены в судьбе Таврики ставят перед нами такой важный вопрос: как происходило присоединение Керкинитиды к Херсонесу? К сожалению, это событие не получило никакого отражения в письменных источниках и нам приходится извлекать информацию только из археологических, отчасти нумизматических данных. Во всяком случае, на рубеже IV - III вв. до н.э. Керкинитида уже упоминается в присяге Херсонеса, как неотъемлемая часть этого полиса.
   Из текста присяги мы узнаем о том, что демократы управляли не всей территорией государства. Какую-то ее часть пространства контролировали "враги народа", которыми предпринимались, вероятно, неоднократные попытки отторжения Керкинитиды и Прекрасной Гавани, что само по себе указывает на крайне неустойчивое положение в государстве и существование значительной группы населения, нелояльно относящейся к демократам. Речь по-существу идет о настоящей гражданской войне, которую пережил полис и опасением возникновения которой проникнут весь текст присяги. Реальным археологическим отражением стасиса возможно является разрушение целого ряда укреплений и поселений как вблизи самого Херсонеса, так и на его отдаленной хоре в Северо-Западном Крыму. О том же свидетельствует сокрытие в то время кладов, два из которых были найдены в непосредственной близости от стен Керкинитиды. В конце первой трети III в. до н.э. все степное Причерноморье и смежные с ним территории постигла катастрофа регионального масштаба, когда практически одновременно погибли или прекратили существование Великая Скифия, полисные хоры и сельские поселения Европейского Боспора*. Губительный смерч пронесся по всей херсонесской хоре. Так, вблизи Керкинитиды в рассматриваемое время гибнет такая сильная крепость как "Чайка", другие поселения, а также сельскохозяйственные усадьбы в непосредственной близости от стен города, на берегу Мойнакского озера. Сами же обитатели упомянутых поселений, вероятно, укрылись за стенами Керкинитиды.
   (* Одни исследователи это объясняют приходом сарматов, другие -конфликтом между разными скифскими племенами.)
   70-30-е гг. III в. до н. э. справедливо будет назвать "темными" десятилетиями в истории Керкинитиды, как, впрочем, и всего Северо-Западного Крыма. При раскопках памятника не было найдено ни одной херсонесской монеты, относящейся к этому историческому отрезку времени.
   Начало оживления экономики Херсонеса приходится на середину 30-[75]х годов III в. до н.э., когда поднимаются из руин заброшенные поселения, в том числе восстанавливаются усадьбы на берегу Мойнакского озера.
   Вероятно, в рамках всего Херсонесского государства осуществляются мероприятия по укреплению обороноспособности основных опорных пунктов. Так, усиливаются дополнительными поясами куртины* на наиболее уязвимых участках обороны Керкинитиды. Иными словами, был возведен дополнительный рубеж обороны, защищавший приморскую часть Керкинитиды.
   (* Участок оборонительной стены между двумя башнями.)
   Тем не менее, после почти полувекового более или менее стабильного существования хоры начинается процесс ее непрерывного увядания. И уже в начале II в. до н.э., где-то на рубеже первой и второй четвертей, погибают или прекращается жизнь на целом ряде поселений вблизи Керкинитиды, таких как Чайка, Песчанка, Ново-Федоровка, Кизил-Яр и др.
   Керкинитида являлась последним оплотом на отдаленной хоре Херсонеса, но и она была оставлена ее обитателями и гарнизоном. Видимо, угроза захвата города стала настолько реальной, что полис Херсонес произвел полную эвакуацию населения.
   На руинах греческого города во второй половине II в. до н.э. возникло скифское поселение. Как показали раскопки памятника, оно не было обнесено крепостными стенами, а более ранние греческие фортификационные сооружения были разобраны ими до основания. Вся территория Северо-Западного Крыма была включена в состав Малой Скифии Скилура и полностью заселена скифами, следы постоянного пребывания которых отмечены практически на всех памятниках.
   В самом конце II в. до н.э. Керкинитида, как впрочем, и остальные поселения Северо-Западного Крыма были освобождены от варваров понгийским экспедиционным корпусом под предводительством Диофанта, полководца известного царя Митридата VI Евпатора. По всей видимости, слухов о приближении понтийских войск было достаточно, чтобы скифы срочно покинули заселенные ими места. Воины Диофанта занимали уже опустевшие поселения бывшей херсонесской хоры.
   Несмотря на полное поражение скифов и их союзников, Херсонесу не было суждено воспользоваться плодами этой победы: иодорованная длительными войнами экономика не позволила ему вновь восстановить свою аграрную округу, хотя бы в минимальных размерах. Практически ни на одном памятнике Северо-Западного Крыма нет следов возобновления херсонесской деятельности. Они так и остались в руинах.
   Дальнейшая судьба Керкинитиды нам практически не известна. Каких-либо строительных остатков и четко выраженных культурных отложений I в. до н.э. -- первых веков нашей эры на территории древнего городища пока не выявлено. Тем не менее, отдельные керамические находки, относящиеся к указанному времени встречаются на памятнике, но особенно обильно они представлены -- в качестве керамического боя -- на дне современной Евпаторийской бухты. Последнее упоминание Керкинитиды в письменных источниках относится к 134 г. В "Перипле" Арриана [76] приведено расстояние от Херсонеса до Керкинитиды шестьсот стадиев и от последней до Прекрасной Гавани -- семьсот. По всей видимости, это свидетельство указывает на продолжающееся использование керкинитидской бухты, расположенной посреди западного побережья полуострова, при плавании вдоль побережья. Нельзя так же исключить возможность существования какого-то поселения не городского типа над остатками древнегреческого города, которое, однако, еще предстоит открыть в будущем.
   Керкинитида в настоящее время находится в самом центре современного города Евпатория на так называемом Карантинном мысу. На территории древнего городища располагаются два действующих санатория.
   Большая часть раскрытой площади памятника засыпана и засажена парковыми насаждениями, застроена капитальными зданиями. Музеефицированы только лишь два участка памятника. Первый находится на территории санатория МО Украины: здесь на площади 260 кв. м представлен для обозрения под открытым небом отрезок самой ранней крепостной стены конца первой трети V в. до н.э. и фрагменты лсилой застройки V-IV вв. до н. э. Второй участок площадью 100 кв. м расположен на главной пешеходной улице города. Тут, над руинами западной угловой башни Керкинитиды середины IV в. до н.э. и строительными остатками V-IV вв. до н.э., в 2000 г. была сооружена из стекла и металла пирамида, а внутри также развернута археологическая экспозиция. В настоящий момент она является наиболее посещаемым археологическим объектом в Евпатории.
   Калос Лииен (IV в. до н.э. - II в. н.э.). Еще одним из эталонных памятников времен греческой колонизации Древнего Крыма является когда-то крупнейший населенный пункт на побережье - Калос Лимен (Прекрасная Гавань). Город упоминается как в широко известной присяге граждан Херсонеса Таврического, так и в декрете в честь полководца Митридата VI Евпатора -- Диофанта, а такясе периплах и землеописаниях Помпония Мелы, Арриана, Клавдия Птолемея. Благодаря стационарному археологическому изучению Прекрасной Гавани в последние годы удалось в общем воссоздать военно-политическую и социально-экономическую ситуацию, которая складывалась в регионе на разных хронологических этапах. Выделено несколько культурно-исторических периодов.
   1. "Ионийский"- (с начала по третью четверть IV в. до н.э.). Начало ему было положено включением прибрежной полосы и близлежащих земель от Перекопа до Донузлава в сферу влияния крупнейшего полиса Северного Причерноморья - Ольвии. В этом процессе, видимо, принимала участие и ионийская Керкинитида. Прибывшие сюда греческие колонисты заняли пустующие, лишенные оседлого населения земли мирным путем. Материалы раннего поселения и некрополя показывают, что переселенцы представляли собой единую этно-социальную группу. Только с течением времени в их среду начинается инфильтрация варварского (скифского) компонента.
   2. "Херсонесский"- (конец третьей четверти IV - II вв. до н.э.). Начало ему было положено вооруженным противостоянием ионийской Ольвии и Херсонеса Таврического, поддерживаемого его метрополией [77] Гераклеей Понтийской. В конфликт этих полисов, скорее всего и соседние кочевые племена скифов. После поражения Ольвии все земли отходят к Херсонесу, который к концу IV столетия превращается в крупное территориальное государство. Калос Лимен становится его главным форпостом на завоеванных землях. Возводятся крепостные стены, усиленные по углам башнями, а внутренняя территория города застраивается типичными для Херсонеса домами, количество которых достигало 60.
   Сохранившееся ионийское население находилось в полуподчиненном положении. Для обработки земель были переселены и представители таврского населения, находившиеся на правах илотов*. В это время количество жителей Прекрасной Гавани достигало 1000-1200 человек.
   (* В современном понимании -- крепостных.)
   Разгром хоры Херсонеса в 70-х гг. III в. до и э. привел к запустению Калос Лимена и близлежащих территории. Только в конце столетия Херсонес снова смог реколонизировать эти земли. Реконструируются внешние оборонительные стены, возводятся новые укрепления. Наиболее мощное -- угловая многобашенная цитадель, прикрывавшая подходы к гавани.
   Затянувшийся военный конфликт между Херсонесом Тавричес Крымской Скифией, длившийся на протяжении всего II в. до н.э., привел к оставлению Северо-западного Крыма греческим населением.
   3. Скифский (вторая половина II в. до н.э. - начало второй половины II в. до н.э. -- характеризуется включением Калос Лимена в состав Крымской Скифии и превращением его один из главных портов царства, в который заходили корабли ольвийских купцов. Он заканчивается Диофантовыми войнами, во время Прекрасная Гавань была захвачена объединенным понтийско-херсонесским войском.
   Окончание этих военных действий привело к включению практически всей Таврики, в том числе и Херсонеса, в сферу влияния державы Митридата VI Евпатора. Часть земель Северо-Западного Крыма контролировалась размещенными здесь его гарнизонами.
   Второй этап относится ко второй половине I в. до н.э. и длится до начала II в. н.э. Произошедшая децентрализация позднескифского царства привела к распаду его на несколько крупных районов, видимл сравнительно самостоятельных в военно-политическом и экономическом отношении. Центром одного из них в Северо-Западном Крыму являлся Калос Лимен.
   Не исключено, что после побед над скифами во второй половине I в. н.э боспорский царь Савромат подчинил себе не только район предгорной части Крымского полуострова, но в ключе римской политики опекал и Херсонес Таврический и его ближайшую округу. Есть основания считать, что Боспор мог осуществлять и контроль над поселениями на всем побережье Западного Крыма, в том числе и над наиболее стратегически важным из них -- Калос Лименом. Для этого там размещались военные отряды, составленные из дружественных племен аланского союза. [78] Возможно, руководство над этими контингентами, расквартированными в наиболее укрепленных пунктах, таких как цитадель Калос Лимена, поручалось представителям эллинизированной сарматской знати. Среди них могли быть и родственники царя. На это указывает ряд сарматских знаков, обнаруженных у въезда в городскую цитадель.
   В начале II в. н.э. Калос Лимен был в крайней спешке оставлен жителями. Причиной, видимо, послужило активное продвижение сарматских племен на запад. В это время удару сарматов подвергаются городища Нижнего Поднепровъя. На данном этапе полностью запустенают и другие памятники на северо-западном побережье Таврики. Хотя целиком не исключены и иные причины, которые могли крыться в развитии скифо-боспорских отношений. С этого момента заканчивается многовековая история Калос Лимена. Городище, брошенное жителями, медленно, с течением времени, превращалось в руины. Возможно, его развалины использовались кочевыми сарматами для зимовий.
   В конце III -- первой половине IV вв. н.э. в районе цитадели Калос Лимена прослежены незначительные следы жизнедеятельности. Вероятно, это как-то связано с теми военными операциями, которые херсонесцы проводили на Дунае при Константине Великом в 322 г. н.э. Не исключено, что в Калос Лимене тогда же была устроена временная база для стоянки судов, а возможно, и размещен небольшой гарнизон.
   В эпоху раннего средневековья на месте когда-то процветавшего городка возникает небольшое открытое поселение, связываемое с салтово-маяцкой культурной общностью. Просуществовало оно сравнительно недолго и во второй половине IX в. н.э. было заброшено, после чего следов оседлого или полуоседлого населения здесь не прослеживается.
   Крайне разрушенные морским прибоем остатки строений Калос Лимена находятся в полутора километрах к северу от современного поселка Черноморское, на невысоком скалистом мысу в самой глубине бухты Узкая (бывшая Ак-Мечетская). К настоящему времени они имеют вид прямо-угольного всхолмления, размером 230x136 м, вытянутого с востока на запад и возвышающегося над окружающей местностью на 2-3 м.
   К востоку от оборонительных рубежей крепости на 3-4 м возвышается зольник, датируемый по подъемному материалу первыми веками н.э., хотя его нижнее напластование подстилают эллинистические поверхности. Самые ранние находки, представленные краснофигурными сосудами с фасосскими и гераклейскими клеймами, относятся к середине IV века до н.э.
   Уясе на расстоянии 150 м к северу и северо-западу от оборонительных стен Калос Лимена раскрыты руины различных строений, являвшихся, вероятнее всего, остатками усадеб, на глубине 0,5-1,5 м. Время их появления можно отнести ко второй половине IV века до н.э. На самой дальней оконечности мыса, прикрывавшего залив с севера, выявлены огромные обработанные блоки, частично обрушившиеся на береговые скалы. Не исключено, что именно здесь мог находиться один из маяков, позволявших судам беспрепятственно заходить в бухту ночью.
   В позднескифское время вся территория внутрикрепостных стен Калос Лимена была застроена наземными каменными зданиями. За их пределами находились постройки пригорода, располагавшиеся без какого-либо плана и отстоявшие друг от друга на значительном расстоянии. [79]
  

СРЕДНЕВЕКОВЫЙ КРЫМ

  
   Эпоха раннего средневековья. Начиная с гуннского времени (IV -- V вв.), горные районы полуострова стали своеобразной контактной зоной, пролегшей между побережьем и степью. Они не были столь надежно защищены от внешних влияний как, например, внутренние районы Кавказа. Лишь Южный берег представлял собою изолированную Главной грядой территорию, труднодоступную для степняков, но беззащитную от нападений со стороны моря.
   В начале 70-х гг. IV в. гуннами были подчинены северокавказские аланские племена, а в конце IV в. ими были завоеваны пространства между Волгой и Доном. В состав образовавшегося гуннского союза племен входили и территории степного Крыма. Но после поражения, которое гунны потерпели в 451 г. на Каталаунских полях (территория совр. франции), это огромное политическое объединение быстро распалось. Однако на Керченском полуострове и в Приазовье еще около столетия существовало гуннское княжество, ликвидированное Византией путем прямой военной экспансии в правление императора Юстиниана I.
   Во 2-й половине VI в. степные районы Приазовья и Северного Кавказа вошли на непродолжительный период в состав гигантской империи номадов -- Тюркского каганата. После его падения в результате междоусобных раздоров из его состава выделились новые этнополитические образования, среди которых особенно заметными становятся хазарское и болгарское.
   К середине VII в. сформировался Хазарский каганат, объединявший в основном тюрко-языческие племена. В 60-е гг. VII в. хазары* разгромили болгарскую конфедерацию, известную как Великая Болгария, в которую входили также оногуры. Часть болгар, не смирившись с хазарским господством, под предводительством хана Аспаруха ушла на Дунай и Добруджу, где в начале 80-х гг. VII в. начинается формирование первого болгарского государства. Те же массы болгар, что подчинились хазарам, в конце VII -- начале VIII вв. продвигаются в степные и предгорные районы Восточного и Центрального Крыма. Распространение их отмечено довольно многочисленными памятниками салтово-маяцкой культуры. Следует отметить при этом, что тюрко-болгары не проникли в глубинные районы Юго-Западной Таврики, будучи встреченными там христианизированным населением, смешанным по своему составу (преимущественно аланы и готы). Возможно, Внутренняя гряда Крымских гор на участке между современными поселками Почтовым и Куйбышево Бахчисарайского района создавала своеобразную границу между этими двумя этническими массивами, и, соответственно, здесь сформировались две зоны политического влияния: хазарская и византийская.
   (* Вопрос об их происхождении до сих пор не получил однозначного ответа. Скорее всего, предки хазар проживали в Центральной Азии на границах с Китаем, где письменные источники зафиксировали их под именем "коса". Пользуется популярностью версия о том, что хазары говорили на одном из прототюркских языков, современным наследником которого считают чувашский. К сожалению, до наших дней не дошло ни одного текста на их оригинальном языке.) [80]
   К началу VIII в. власть хазар простиралась до среднего течения Днепра, где в зависимость от них попали восточнославянские племена полян, дреговичей, северян, вятичей и др. До прорыва восточной границы каганата печенегами, ими контролировалась практически вся территория Северного Причерноморья. Не случайно византийский летописец Феофан (вторая половина VIII -- начало IX вв.) констатировал: "Хазары, великий народ..., владели всей землей от Понтийского (Черного) моря". Выход хазарских владений на черноморское побережье, прежде всего -- на крымское, отразился в названии Черного моря, которое в трудах арабских авторов, например, весьма информированного географа, Ибн Хордабеха (IX в.), фигурирует как "Хазарское".
   Экспансия хазар на территории, находившейся в поле интересов Византийской империи не вызвала решительных ответных действий последней. Ведь у Византии и Хазарии были общие недруги -- Арабский Халифат и Иран. Они вынуждены были установить даже союзнические отношения для организации обороны своих владений в Закавказье. Однако в конце VII в. хазары предпринимают активные действия против Византии, поддержав борьбу Херсона (средневековое название Херсонеса) с императором Юстинианом II. Через столетие, в конце VIII в., отношения еще более обострились. Хазары начинают захватывать крепости в Юго-Западной Таврике, и это вызывает вооруженное выступление ее населения, известное как восстание под руководством Иоанна Готского, архиепископа, возглавлявшего Готскую епархию*. В состав ее входили районы Южной и Юго-Западной Таврики. Поводом для восстания послужил захват хазарами крепости Дорос, возможно получившей после этого новое наименование -- Мангуп. Однако Византия не стала на защиту восставших христиан Готии, ибо лидеры восставших входили в местную иконопочитательскую партию, тогда как и в Херсоне, и, вероятно, на большей части территории полуострова, где сохранялось византийское влияние, всецело доминировала иконоборческая линия. Чтобы понять суть происходившего, необходимо кратко остановиться на ее характеристике.
   (* На полуострове возникли также Херсонская, Сугдейская, Боспорская и другие христианские епархии. Высшее духовенство в них назначалось из столицы Византии -- Константинополя.)
   Иконоборческое движение в Византии вначале имело под собой чисто догматические основы, до VIII в. не затрагивавшие политической жизни государства. Однако, в 726 г. император Лев III, основатель Исаврийской династии, выступил с резким осуждением культа икон, а в 730 г. был обнародован соответствующий запретительный эдикт. Особенно усерд-ствовал в гонениях на почитателей икон преемник Льва, его сын Константин V (741-775 гг.). Запреты касались культа икон, изображав-ших Спасителя, святых, а также их мощей. Следует отметить, что этот культ получил в ранней Византии огромное распространение, фактически не конкретным церковным иерархам или храмам и монастырям делались пожертвования верующими, а иконам, за которыми стояли святые заступники и покровители. Идейным обоснованием борьбы с иконами стало рассуждение о том, что икона изображает Христа или только в его человеческой сути, или же в слиянии божественного и человеческого начал. Однако, с позиций официальной догматики, выработанной на [81] первом Вселенском соборе (Никея, 325 г.), и то, и другое является ересью. Иконоборцы допускали лишь один вид поклонения -- причастие, символизирующее приобщение к плоти и крови Христа.
   Конечно, в основе иконоборчества были более приземленные причины, хотя единой точки зрения на них в византиноведении до сих пор нет. Церкви и монастыри, накопившие огромное материальное богатство за счет пожертвований иконам и мощам, могли рассматриваться как источник средств для содержания армии и флота. В критической обстановке, выз-ванной натиском арабов на юге и славян на севере, даже посягательства на церковное имущество не казалось власти кощунственным. Кроме того, иконоборчество было направлено на укрепление личной власти императоров. Надо отметить, что в конечном итоге императоры Исаврийской династии достигли немалых успехов. Впечатляющим результатом было отражение натиска арабов. Однако, к середине IX в., когда иконопочитание было восстановлено, об их достижениях постарались забыть. Было уничтожено подавляющее число документов и сочинений иконоборцев. Что касается судьбы Иоанна Готского, то после поражения восстания он был заточен хазарами в темницу, из которой бежал на противоположный берег Черного моря в Амастриду, Здесь он и умер спустя четыре года. Ученики перевезли тело святителя на его родину, в Партенит, где похоронили в церкви основанного Иоанном монастыря святых апостолов Петра и Павла (ныне территория санатория "Крым").
   Не исключено, что к середине IX в. хазары овладели в Крыму большей частью его горной территории за исключением земель, находившихся в непосредственной близости от Херсона (в 30-е гг. здесь был создан военный округ -- фема). Но к концу столетия положение начинает меняться в пользу Византии, которая отбила натиск арабов на своих южных границах. С начала X в. на Крымский полуостров начинают проникать печенеги*, постепенно отвоевав себе степную часть полуострова. Но решающий удар по каганату нанес ок. 965 г. киевский князь Святослав, разоривший ха-зарские города на Дону и Нижнем Поволжье, включая их столицу г.Итиль. Разгром остатков Хазарского каганата в Крыму был осуществлен экспедицией византийского флота, вероятно, в 1016 г. при участии русских воинов во главе со Сфенгом. Часть местного населения в спешке бежала, но часть осталась на полуострове, послужив одной из составляющих при формировании этнически сложного населения средневековой Таврики.
   (* "Их набег -- удар молнии, их отступление тяжело и легко в одно и то же время: тяжело от множества добычи, легко от быстроты бегства. На-падая, они всегда предупреждают молву, а отступая, не дают преследующим о них услышать. А главное -- они опустошают чужую страну, а своей не имеют... Жизнь мирная -- для них несчастье, верх благополучия -- когда имеют удобный случай для войны или когда надсмеются над мирным дого-вором. Самое худшее то, что они своим множеством превосходят весенних пчел, и никто не знал, сколькими тысячами или десятками тысяч они счи-таются; число их бесчисленно." Эти строки, принадлежащие византийскому писателю XI в., можно отнести к любой из волн кочевников, которые, начиная с гуннов (около 375 г.), прокатывались через Северное Причерноморье. Однако конкретно это было сказано о печенегах. Название племени происходит, по-видимому, от тюркского имени Бече (возможно, первый вождь печенежского племенного союза). В степях известны и другие случаи происхождения этнонима от имени первого, нередко легендарного, главы рода, правящего в союзе, например, две ветви турок -- сельджуки и османы.)
   Во всяком случае, с конца XIII в. и вплоть до захвата генуэзских колоний в 1475 г. турками-османами, в документах и описаниях путешест-венников Крымский полуостров фигурирует под названием Газария. [82]
   Что касается действий печенегов, то их отношения с крымскими портами в значительной степени обусловливались отношениями с Византией. Они, с одной стороны, вели оживленную торговлю с приморскими крымскими городами, а с другой, по словам Константина Багрянородного, "делали набеги и грабили самый Херсон и так называемые климаты". Византийцы, предотвращая набеги кочевников, постоянно посылали им подарки. Однако в середине XI в. влияние Византии здесь вновь ослабевает, так как империя испытала нашествие турков-сельджуков, а в Северное Причерноморье хлынула новая волна кочевников, половцев-команов. И с середины XI в. по начало XIII в., когда в Восточную Европу вторглись монголо-татары, Хазария находится в зоне половецкого влияния*.
   (* Эти кочевники сохранились в мировой истории под тремя названиями -- половцы, кипчаки и команы. Многие авторы древности упоминают о кочевых народах восточноевропейских и азиатских, степей, называя их кимаками и кипчаками. Эти два племени были частью союза, состоявшего из семи племен и получившего впоследствии название Кимакский каганат, Часть населения каганата, жившая ближе к центру союза, в Прииртышье, приблизительно в IХ-Х вв. переходит к оседлому образу жизни. Однако значительная часть входивших в каганат орд продолжает вести кочевой образ жизни. Судя по письменным и археологическим источникам, особенно выделяются тут кипчакские орды.
   На запад отправились не только кипчаки, но и другие союзные племена. В начале XI в. половцы появляются уже в Поволжье и Донских степях. Византия предпочитает быть с ними в союзе, осуществляя связи через Херсон (Херсонес) и, особенно, через Сугдею (Судак).
   Счастливые времена для команов закончились в начале XIII в. с втор-жением мошоло-татар. Часть их выселилась в Закавказье, часть ушла в русские земли, часть на Балканский полуостров и в Малую Азию. Орду половцев под предводительством хана Котяна, тестя князя Даниила Галицкого, принял венгерский король Бела IV. На дочери хана женился наследник венгерского престола Стефан V, что обеспечило половцам в Венгрии достаточно прочное положение. Часть половцев добралась до мамлюкского Египта, влившись в ряды военного сословия, из которого некоторым беглецам и их потомкам удалось забраться на султанский трон.
   Какова же судьба половцев, оставшихся на местах своего традиционного обитания? Значительная часть их погибла при первом вторжении монголов в степи Северного Кавказа и Северного Причерноморья. О массовой гибели команов в Таврике сообщает на основании сведений от местных жителей монах-францисканец Биллем Рубрук. Однако, очевидно, что далеко не везде картина была таковой. В северо-западной части Причерноморья кипчакское население было адаптировано завоевателями. На основе его сформировался тюркоязычкый этнос, известный с XIV в. как ногайцы. О значительной роли половецкого компонента свидетельствует сохранение вплоть до XVI в. названия степной полосы между Дунаем и Доном -- Дешт-и-Кипчак, то есть Половецкая Степь. О многочисленности здесь половцев упоминает ряд арабских авторов, например, ал-Калкашанди (1355-1418). По его словам, кипчаки, "тюркский народ, кочующий как бедуины", основное население Дешта.)
   "Пещерные города" и крепости. Крымские горы невелики, они не создавали непреодолимых препятствий для пришельцев, но в то же время могли служить прибежищем для земледельческого населения, поддерживающего мирные контакты с кочевниками. Правда, эти отношения нередко сменялись всплесками военной активности последних. Особенно опасными для горцев были периоды, когда в степях происходила смена населения или политическая переориентация, а это случалось не раз. [83] Поэтому поселения располагались не только в долинах, но и поднимались на вершины труднодоступных отрогов горных массивов или же занимали поверхность известковых останцов, т.е. отдельно стоящих плато.
   Эти естественные крепости по мере обживания дополнялись элементами искусственной фортификации, в которой отразились как теория и опыт позднеримского военно-инженерного искусства, так и традиции местного строительного дела. Среди такого рода укреплений, зародившихся на рубеже античности и средневековья, особой известностью пользуются так называемые "пещерные города". Топографически они привязаны к юго-западному району Внутренней гряды, отделяющей собственно Горный Крым от предгорий и степей. Куэсты, образующие Внутреннюю гряду, имеют пологие, спадающие в Продольную долину северо-западные склоны; на юго-восток же гряда выступает отвесными обрывами. В эпоху "Великого переселения народов" (III --IX вв.) она стала границей между двумя мирами: кочевников-скотоводов степей и оседлых пастушеских земле-дельцев горных долин. Именно это пограничье и было зоной концентрация "пещерных городов". Исторические известия о некоторых из них появляются более тысячи лет назад. Так, Мангуп впервые упоминается в X в. (возможно, в VII --VIII вв. он фигурирует под именем Дорос), Кырк-Ор (Чуфут-Кале) -- в XIII в., Каламита (Инкерман) -- в XIV в. Другие же известны лишь под своими позднейшими названиями, возникшими в среде татарского населения, которое застало эти города уже мертвыми, например, Бакла (фасоль или, возможно, мера для хлеба), Тепе-Кермен (холм-крепость), Эски-Кермен (старая крепость). Кыз-Кермен (девичья крепость) и др.
   После присоединения Крыма к России возрос интерес к древностям полуострова, его начинали посещать как серьезные, хорошо подготовленные исследователи (П.Паллас, П.Кеппен), так и путешественники-дилетанты, искатели романтических впечатлений (М.Гутри, Э.Кларк, П.Сумароков, И.Муравьев-Апостол и др.). Если первые стремились к точным описаниям и осторожным выводам, то вторые спешили перенести на бумагу свои восторженные впечатления, простодушно подкрепляя их вольными историческими экскурсами.
   Поселения Внутренней гряды оказали на сентиментально настроенных туристов неизгладимое впечатление обилием искусственных пещер и экзотикой местоположения. Термин "пещерные города" возникал сам собой. Сейчас уже трудно установить, кто первый произнес это словосочетание, но привилось оно быстро, породив немало фантастических теорий относительно происхождения этих поселений. Одни авторы полагали, что пещеры созданы первобытными обитателями Крыма, троглодитами, другие относили их к готам, арианам, третьи в недоумении разводили руками.
   В книге П.Кеппена "О древностях Южного берега Крыма и гор Таврических" (1837 г.) содержались очень важные наблюдения, во многом подтвержденные позднейшими исследованиями. Автор отметил наличие среди пещерных сооружений христианских церквей, описал также остатки оборонительных и других построек. По мнению Кеппена, основание этих Поселений можно было отнести к раннесредневековой эпохе. [84]
   В 1853 г. на самом крупном из "пещерных городов" -- Мангупе начались исследования средневекового Крыма. Развернувшись в последующее время, они показали, что далеко не все поселения, объединенные под устоявшимся названием "пещерные города", были настоящими городами в социально-экономическом значении этого термина. Проблема их классификации оказалась настолько сложной, что и по сей день ведутся споры о том, чем был тот или иной памятник: городским или сельским поселением, монастырем или феодальным замком. Такая неопределенность имеет две причины. Первая -- это крайний недостаток письменных источников по истории средневековой Таврики, особенно раннего периода, вторая -- пока еще недостаточная изученность "пещерных городов" в археологическом отношении, хотя в этом направлении сделано немало. В 20-30-е гг., кроме Мангупа, начались археологические раскопки на Чуфут-Кале и Эски-Кермене. В послевоенные годы развернулось изучение Баклы, Тепе-Кермена, Сюреньского укрепления, Каламиты и др. В последние годы исследования в этой области значительно интенсифицировались, в них принимают участие различные учреждения: институты археологии, университеты, музеи. Полученный материал позволил по-новому подойти к вопросам истории Крыма в целом и "пещерных городов" -- в частности.
   Было установлено, что искусственные пещеры отнюдь не были здесь единственными жилыми помещениями, наоборот, жилых оказалось очень мало. В скалах высекали, во-первых, хранилища для съестных припасов (главным образом, зерна) и хозяйственного инвентаря, загоны для скота; во-вторых, оборонительные казематы, из которых можно было обстреливать неприятеля на подступах к поселению; в-третьих, культовые помещения, церкви и усыпальницы. Население же обитало в наземных домах, тип которых хорошо известен по раскопкам средневековых слоев Херсонеса. Вторгшись на полуостров, татары-кочевники по мере оседания в Крыму во многом перенимали культуру и быт местного населения, заимствовав, в частности, и архитектуру постоянных жилищ, до этого им незнакомых. Нижний этаж такого жилища был складом хозяйственного инвентаря и стойлом для скота. Верхний же имел жилое назначение.
   В давно уже ведущихся спорах о времени и обстоятельствах происхождения "пещерных городов" можно выделить две основные точки зрения. Одни исследователи видят в этих памятниках результат активной внешней политики Византии, которая на протяжении V и VI вв. стремилась укрепить границы своих владений крепостями и укрепленными линиями. Такого рода мероприятия осуществлялись в Северной Африке, Южной Италии, на Балканах, в Подунавье, на восточном побережье Черного моря. Предполагают, что Крымский полуостров входил тогда в сферу влияния византийского правительства, стремившегося отгородить от нашествия кочевых племен принадлежавшие ему горные районы. Сторонники этого взгляда ссылаются на данные литературных и эпиграфических источников, а также на облик материальной культуры раннесредневекового Херсонеса, являвшегося форпостом византийского влияния в Таврике. По их мнению, защита была организована путем создания в горном Юго-Западном Крыму [85] линии укреплений в виде "пещерных городов". Время этого строительства определяется концом V или первой половиной VI вв.
   Для обоснования этого взгляда привлекают фрагмент из сочинения византийского историка VI в. Прокопия Кесарийского "О постройках", в котором превозносится созидательная деятельность Юстиниана I. Говоря о мероприятиях на северном берегу Черного моря, Прокопий сообщает об усилении крепостных сооружений Боспора и Херсонеса, а также "поминает о строительстве "длинных стен" в некой стране Дори*, насе-ленной готами-земледельцами, союзниками Византии. Сторонники византийского происхождения "пещерных городов" склонны связывать содер-жание этого отрывка с Юго-Западной Таврикой, понимая под "длинными стенами" цепь крепостей, прикрывавших крымские владения империи.
   (* П.Кеппен обнаружил на перевалах Главной гряды Крымских гор развалины укреплений, которые он отождествил с "длинными стенами". О.И.Домбровский, Э.И.Соломоник тоже утверждают, что страна Дори располагалась на Южном берегу. Некоторые немецкие историки пишут, что это было самостоятельное государство, которое оказало решающее влияние на местное население и просуществовало до ХIVV вв.)
   0x01 graphic
   Изложенная точка зрения имеет ряд слабых мест, связанных с извест-ной умозрительностью гипотезы. Анализ данных, которые получили при раскопках конкретных памятников, проведенных с учетом топографии местности, позволил крымским археологам внести ясность в проблему. Выяснилось, что настоящими крепостями, вмещавшими значительные гарнизоны, способные защищать горные долины, оказались лишь Мангуп, Эски-Кермен и Чуфут-Кале. Укрепленная территория позволяла там как содержать значительные воинские контингента, так и принимать укры-вающееся от врагов местное население. Остальные пункты вообще не [86] имели фортификаций или же по своим размерам могли быть лишь укрепленными убежищами и замками, способными вмещать ничтожные гарнизоны и немногочисленных обитателей округи.
   Сейчас практически все "пещерные города" затронуты археологическими исследованиями -- одни больше, другие меньше. В результате распалась не только топографическая, но и хронологическая основа для отнесения их к юстиниановскому времени. Это послужило исходным моментом для другой точки зрения на "пещерные города" -- как на разнотипные и разновременные памятники. Согласно этому взгляду, они зарождаются и развиваются на протяжении второй половины I тысячелетия н.э., отражая процесс становления феодальных отношений в Таврике, который в основном завершился к X -- XI вв. На протяжении почти полутысячелетия формировались центры ремесла и торговли, резиденции феодальной администрации, монашеские обители, открытые земледельческие поселения. С позиций такого подхода вопрос о возникновении того или иного памятника следует решать, учитывая совокупность многих исторических обстоятельств. Типологически они могут быть разделены на три группы.
   К первой относятся значительные по площади городища, бывшие, вероятно, подлинными городами средневековья в Таврике. К их числу можно отнести Машуп, Эски-Кермен, Чуфут-Кале, возникшие на главных торговых путях, связывавших побережье Юго-Западного Крыма со степными районами.
   Вторая группа -- это небольшие городища. Вероятно, они прошли трансформацию от убежищ небольших общин до феодальных замков эпохи развитого средневековья. К ним могут быть отнесены Каламита-Инкерман, Сюреньское укрепление, Тепе-Кермен и укрепление на территории Баклы. В последние годы наметилась тенденция рассматривать Баклинский археологический комплекс в качестве малого городского центра.
   К третьей группе относятся поселения, трактуемые как христианские монастыри. Ряд авторов предполагает их возникновение в VIII-IХ вв. в связи с монашеской иконопочитательской эмиграцией в Таврике, вызванной иконоборческой политикой византийских императоров исаврийской династии. Однако существует иная точка зрения, согласно которой большинство этих обителей могло появиться в период, когда в среде оседлого населения Крыма окончательно утвердилось христианство, т.е. не ранее X--XI вв. Характерной особенностью этих памятников является наличие разнообразных по назначению искусственных пещерных сооружений, среди которых выделяются типично монастырские комплексы: церкви, трапезные, кельи. Три таких монастыря известны в окрестностях г. Белокаменска, в Монастырской и Загайтанской скалах, а также у Каменоломенного оврага. Близ с. Терновка расположены Шулдан и Чилтер. Рядом с Сюреньским укреплением -- г. Чилтер-Коба. Последние два поселения, вероятно, составляли единый хозяйственно-административный комплекс феодального типа, сочетающий резиденции духовного и светского феодалов. Нужно назвать также Успенский монастырь в балке Марьям-дере рядом с Чуфут-Кале, известный по [87] письменным источникам с XV в., и монастырь Качи-Кальон, имеющий зараженную специализацию хозяйства на виноградарстве и виноделии. Изложенная трактовка "пещерных городов" исключает их связь со страной Дори и с "длинными стенами", которые сторонники данной гипотезы предлагают искать на перевалах Главной гряды, где они, возможно, сохранились в виде руин каменных оград, имеющих значительную протяженность. По этой причине в них видят следы "длинных стен", защищавших побережье, известное, кстати, еще в XV в. под названием "Готия".
   Угасание ряда "пещерных городов" приходится на 2-ю половину XIII в. в связи с монголо-татарским нашествием. К XV в. безжизненными становятся Бакла, Тепе-Кермен, Эски-Кермен. Тяжелый удар был нанесен турецкой агрессией (1475 г.): прервалась жизнь в Сюреньском укреплении, в необратимый упадок пришел Мангуп. К концу XVIII -- началу XIX вв. практически все "пещерные города", за исключением Чуфут-Кале, были оставлены жителями.
   Чуфут-Кале. Средневековое городище Чуфут-Кале расположено на мысовом плато, высотой над уровнем моря до 540 м. Общая площадь -- 38 га. С трех сторон плато ограничено высокими отвесными обрывами. Для подъема доступны только восточная сторона мыса и часть его южного склона, в ряде мест прорезанного расселинами.
   Городище делится на три части, отражающие различные периоды его существования: 1. Бурунчак (букв. "носик", "мысок" -- крым.-тат.яз.), незастроенная часть городища; 2. "Старый город"; 3. "Новый город". О времени и обстоятельствах возникновения крепости существуют разные мнения. Согласно одному из них крепость возникла в VI в. (Бертье-Делагард А.Л., Тиханова М.А., Якобсон А.Л., Кропоткин В.В., Айбабин А.И., Герцен А.Г., Могаричев Ю.М.). Согласно другому -- в более позднее время: в IХ-Х вв. (Белый А.В.), в Х-ХI вв. (Веймарн Е.В.), XII в. (Гайдукевич В.Ф., Талис Д.Л.). Некоторые авторы склонны связывать с городищем поселение Фуллы, упоминаемое в письменных источниках VI-VIII вв., в ХIIIV вв. существовала Фулльская епархия. Разногласия объясняются, во-первых, скудностью письменных источников, освещающих ранний период истории поселения; во-вторых, слабой археологической изученностью городища; в-третьих, незначительной мощностью культурного слоя, что связано с неоднократными в прошлом очистками территории поселения от накапливавшегося мусора, т.е. археологических материалов. В свете новейших исследований предпочтительна первая версия.
   Впервые в письменных источниках крепость упоминается в конце XIII в. (1298/99 г.) Под именем Кырк-Ор (Сорок замков) она названа в числе поселений на полуострове, подвергшихся нападению эмира Ногая в ходе междоусобной войны в Золотой Орде. Не исключено, что она подразумевается в сочинении монаха Рубрука, проезжавшего через Восточный Крым в 1253 г. Он упоминает о неких сорока замках, Расположенных между Судаком и Херсоном (Херсонесом). Возможно, что автор буквально истолковал перевод названия, сообщенного ему на Незнакомом для него языке. В 1321 г. арабский географ Абульфеда писал, [88] что Кырк-Ор используется аланами как убежище на случай нападения врагов. В середине XIV в. в правление золотоордынского хана Джанибека крепость была захвачена татарами, владетелями ее становятся беи (князья) Яшлавские. В 1363 г. кыркорский хан вместе манлопским (мангупским) и солгатским (крымским) принял участие в сражении с литовским князем Ольгердом. В период распада Золотой Орды (вторая половина XIV -начало XV вв.) крепость служила резиденцией некоторых претендентов на ханский престол. Например, в конце 20-х гг. XV в. ею недолгое время владел Девлет-Берды, дядя первого крымского хана, Хаджи-Девлет-Гирея. Именно этот хан перенес сюда ставку из Солхата (совр. Старый Крым). В период образования независимого от Золотой Орды Крымского ханства, с 30-х гг. XV до начала XVI в., Кырк-Ор служит резиденцией его правителя. О росте города в это время свидетельствует ярлык (грамота) основателя ханства Хаджи-Гирея, упоминающая в 1459 г., кроме мусульманской и христианской общин, иудейскую (караимскую?), а позже, в ярлыке следующего хана, Менгли-Гирея, упоминается еще армянская община. С 1454 г. существует монетный двор, выпускающий монету, на которой указывается название города. Перестраивается мечеть, основанная, вероятно, еще в середине XIV в., реконструируется оборонительная система.
   В начале XVI в. в связи с изменением политической обстановки хан-ская резиденция переносится сначала в Салачик (Староселье, предместье Бахчисарая), а затем в Бахчисарай. Кырк-Ор сохраняет значение укреп-ленного убежища, в котором ханы укрывались во время внутренних рас-прей и внешних нападений. В конце XVI -- начале XVII в. татары покинули крепость, здесь остаются караимы и армяне, а к середине XVII в. -- только караимская община. С этого времени название "Кырк-Ор" сменяется на "Кале" (впервые упоминается в 1608 г.), и вскоре приобретает форму "Чуфут-Кале" (Иудейская крепость). Местные караимы занимались ремеслами и торговлей. В Бахчисарае, где они держали лавки, им разрешалось находиться только до захода солнца, на ночь нужно было возвращаться в Чуфут-Кале. В конце XVIII в. здесь еще насчитывалось около 200 домов, что могло соответствовать численности населения до 1000-1200 чел. После присоединения Крыма к России жители начинают покидать Чуфут-Кале, переселяясь в основном в приморские города, Евпаторию, Феодосию. В Евпаторию в начале XIX в. было переведено караимское духовное правление и типография. К середине XIX в. город почти полностью опустел. Основная причина -- отсутствие на плато питьевой воды и недостаток пригодных для обработки участков земли. Кроме того, после включения Крыма в состав России в 1783 г. с караимов был снят запрет на жительство в Бахчисарае, где ранее они могли только держать торговые лавки.
   Руины древнего города уже в XIX в. становятся местом прогулок любителей природы и истории. Чуфут-Кале посещали известные писатели и поэты: А.С.Грибоедов, Адам Мицкевич, В.А.Жуковский, Леся Украин-ка, М.М.Коцюбинский, А.М.Горький, А.Н.Толстой, И.А.Бунин, В.А.Луговской, Джеймс Олдридж, А.Г.Битов; художники И.Н.Крамской, И.Е.Ре-пин, В.А.Серов и др. [89]
   Мангупское княжество (Феодоро)*. К началу XIII в. подавляющая часть оседлого населения Таврики исповедывала христианство, говорила преимущественно по-гречески и была носителем провинциальной византийской культуры, по многим признакам имевшей много общего с культурой Балкан (прежде всего, Второго Болгарского царства). Вторжение татар в 1223 г. и последовавшее закрепление их власти путем включения полуострова в состав Золотой Орды привело к смещению части оседлого, преимущественно христианского, грекоязычного населения в менее доступ-ные для кочевников предгорные районы, главным образом в область Внутренней гряды и южную приморскую часть. Одновременно начинается процесс аккультурации** тех христиан, которые остались на месте и попали непосредственно под власть завоевателей. Византийский историк Пахимер (вторая половина XIII -- начало XIV вв.), сообщая об этом, прямо указывает (среди прочих) на готов и аланов, фигурирующих в византийских источниках в роли главных компонентов христианского населения Таврики. По его словам, они смешиваются с татарами, "научаются их обычаям, вместе с обычаями усваивают язык и одежду и делаются их союзниками (в войне)". В конце XIII в. полуостров испытал несколько разорительных нашествий, затронувших, прежде всего, юго-восточную его часть и в меньшей мере юго-западную, немало способствовавших притоку на юго-запад христианского населения. Можно к этому добавить, что с принятием в Золотой Орде при хане Узбеке ислама в качестве государственной религии (1313/14 гг.) начинается мусульманизация этого населения.
   (* Строительство укреплений на Мангупском плато, скорее всего, началось в последнее десятилетие правления Юстиниана I, в 50-60 гг. VI в. от Р.Х. Был создан грандиозный крепостной ансамбль, в котором максимально использовался фактор природной защищенности столообразного плато. Оборонительные стены были возведены в трех ущельях, прорезающих северную часть массива. Южная же сторона плато была окаймлена обрывом высотой до 70 м, в котором потребовалось перекрыть лишь несколько расселин. Общая укрепленная площадь составила около 90 га. Таким образом была создана самая крупная крепость средневекового Крыма. В центре плато возвели одну из крупнейших христианских базилик в Таврике, соответствовавшую своими размерами крепости. Она уступала по габаритам только двум наиболее значительным херсонским (херсонесским) базиликам (Уваровской и Западной). Внутренний ее объем делился на три нефа (неф -- продольная часть христианского храма, расчлененного колоннадой на три или пять отсеков), из которых наибольший (центральный) отделялся от боковых рядами колонн, увенчанных мраморными капителями (капитель -- верхняя расширенная часть колонны). Полы храма были вымощены многоцветной мозаикой, стены покрыты фресками. При раскопках базилики в 1912 г. был обнаружен фрагмент надписи на известняковой плите, содержавшей имя Юстиниана I. Крепости вменялась не только военная функция, она становилась также важным идеологическим центром, через который осуществлялась христианизация местного населения.
   ** Аккультурация -- взаимовлияние культур, восприятие одним народом культуры другого.)
   Православное население Таврики, таким образом, оказалось под угрозой мусульманизации с севера и католической экспансии с юга. По сути дела у него оставалась только территория между Херсоном и верхним течением р. Альмы, где были сконцентрированы "пещерные города" и где, судя по [90] археологическим данным, на протяжении всей средневековой эпохи отмечалась наибольшая концентрация оседлого населения.
   Ослабление к середине XIV в. центральной власти в Золотой Орде, сепаратистские тенденции в различных ее частях (и прежде всего в за-падной) позволили феодальной знати покоренных народов сделать шаги к обособлению от ветшающей империи, созданной Чингиз-ханом. Начав-шимися после смерти хана Узбека междоусобицами в Крыму умело вос-пользовались генуэзцы: в 1340 г. они заключили мир с преемником Узбека Джанибеком и получили ряд льгот. Возможно, ослабление власти Орды благоприятно сказалось на процессах феодализации в Юго-Западной Таврике.
   В Крыму консолидация грекоязычных христиан под главенством выходцев из некоего провинциального аристократического рода протекала наиболее активно на территории исторической Готии, приближенной к византийскому Херсону и лучше прикрытой естественными преградами и укреплениями, основанными еще в раннее средневековье. О том, что именно Мангуп становится в это время объединительным центром для христианского населения, свидетельствует надпись на камне, найденная при раскопках большой базилики на городище. В ней говорится о восстановлении в 1362 г. Феодору и о строительстве некоей "Пойки", под которой следует, вероятнее всего, понимать цитадель крепости -- фактически кремль будущего города. Здесь впервые упомянуто название, под которым в дальнейшем фигурировали и княжество, и его столица. Гораздо реже столица называлась Мангупом, общеупотребительным это наименование становится после 1475 г.
   В середине 90-х гг. XIV в. Крым оказался втянутым в грандиозную междоусобицу Тохтамыша и Тимура, в результате которой юго-западная часть полуострова подверглась разгрому, сопоставимому по последствиям с тем, что был учинен здесь ранее Ногаем. Теперь главный удар пришелся по возрожденной столице княжества Феодоро. Последствия ее разгрома наблюдал иеромонах Матфей, летом 1395 г. направленный в Ялту константинопольским патриархом в качестве экзарха (глава отдельной церкви в церковно-административной терминологии). Матфей -- автор первого дошедшего до нас описания столицы феодоритов, выполненного в форме стихотворного диалога между странником и городом, лежащим в руинах. Восхищаясь необычностью и живописностью местоположения города, странник с горечью оплакивает его безлюдность и объясняет ее басурманским нашествием.
   В начале XV в. начинается новый подъем княжества и его столицы. До этого главным средоточием греческой средневековой культуры на полуострове являлся Херсон. Через него осуществлялась христианская миссионерская деятельность, направленная на соседние народы. Продукты городского ремесла и поступавший по торговым путям импорт служили образцами для провинциальных мастеров, втянутых таким образом в поле воздействия не только духовной, но и материальной культуры византийского мира. Что касается духовного влияния, то оно имело решающее значение для формирования религиозного сознания [91] православного населения Таврики.
   Можно предполагать, что культуру и этнический состав населения княжества во многом определяло его пограничное положение. С одной стороны, его жители ощущали себя частью византийского мира, с которым были тесно связаны идеологически (греческое православие и язык), с другой -- давали себя знать представления об этногенетических корнях, подкреплявшиеся сохранением некоторых разговорных языков (только о готском у нас есть определенные сведения). Вероятно, были в обиходе и тюркские наречия. Как уже отмечалось, западные наблюдатели в первой половине XV в. употребляли для обозначения населения княжества термин "готаланы" или просто "готы". Лишь столетие спустя покоренное христианское население становится "греками", воспринимая это как естественную самоидентификацию в условиях его распыления между османскими и татарскими владениями с мусульманским тюркоязычным населением.
   Одной из загадок в истории Феодору является происхождении правившей в нем династии. Предполагается, что она была основана выходцами из знатного византийско-армянского рода Гаврасов, представители которого правили в Трапезунде в первой половине XII в. и стремились к обособлению от Византии. В пользу версии о трапезундском происхождении мангупской династии приводятся и такие факты, как существование в верхнем течении р. Бельбек села с названием Гавры, а также встречающаяся у мариупольских греков фамилия Гаврады.
   Второй период жизни княжества начинается с середины 20-х гг. XV в., когда во главе его остаются представители прежней династии или же становятся выходцы из другой, неизвестной нам фамилии, удачно связавшие себя свойскими отношениями со знатнейшими родами Византии (Палеологами и Асанами) и правившие до падения княжества под ударом турок в 1475 г.
   (При князе Алексее, правившем в 20-30-х гг., особенно пышно, в духе провинциально-византийского зодчества, отстраивается столица. В ней фактически заново возводятся базилика, дворец и существенно реконст-руируется цитадель. Наряду с большой базиликой, существовало несколько небольших квартальных церквей. Были также пещерные храмы, обычно входившие в состав монастырских комплексов, возникших в XIV - начале XV вв. Одним из наиболее впечатляющих является монастырь, располо-женный в естественном гроте в южном вертикальном обрыве плато. От подножья к нему ведет искусственный туннель с лестничным всходом. С одной стороны грота располагались кельи, рассчитанные на трех-четырех монахов, с другой -- вырубной храм. В его алтарной части сохранилась Фресковая роспись, аналогична в сюжете и манере исполнения композиции в пещерной церкви Манглавита близ Трабзона, средневекового Трапезунда. Датируется она 20-ми гг. XV в. Это подтверждает сведения письменных источников о тесных политических связях между Феодоро и Трапезундской империей, зародившихся еще в первой половине XIII в., после завоевания Византии крестносцами. Вероятно, храм манту некого монастыря был усыпальницей членов знатной, возможно даже княжеской семьи. На [92] это указывает как тщательная отделка интерьера, так и сюжет фрески: Иисус на троне (Пантократор, Царь царствующих). Можно вполне определенно считать время существования княжества Феодоро периодом высшего расцвета христианства у населения крымского нагорья).
   В период подъема границы княжества на востоке проходили, по крайней мере, в районе Алушты, где форпостом являлась крепость Фуна. При-брежная полоса Южного берега находилась в составе генуэзского "капитанства Готии". Владения мангупских князей в этом районе охватывали склоны и поверхность Главной Гряды. Они были защищены небольшими укреплениями -- исарами, обычно устраивавшимися с учетом возможности противостояния генуэзским прибрежным крепостям.
   На западе во владениях Мангупа оказались прибрежные территории, вероятно, от района Георгиевского монастыря (включая угасший Херсон) и вплоть до устья Бельбека. По этой реке проходила северная граница княжества с владениями Золотой Орды, а с 30-х гг. XV в. -- с Крымским ханством. Возможно, кое-где в среднем и верхнем течении Бельбека княжество имело земли и на правом берегу реки.
   Общая численность населения княжества могла достигать 150 тыс. человек, если учесть сведения генуэзского документа, указывающего, что на его территории было 30 тыс. домов (что надо понимать как численность домовладений, жилых усадеб).
   Не случайно Феодору попадает в поле зрения московской дипломатии. Иван III искал не только военных союзников в борьбе за объединение государства, для него весьма важным было также идеологическое и юридическое обеспечение этого процесса. После падения в 1453 г. Константинополя маленькое христианское княжество в далеком Крыму было последним осколком Византии на Черном море.
   0x01 graphic
   [93] Как известно, в 1472 г. Великий князь московский связал себя узами брака с Софьей Палеолог, племянницей последнего византийского императора Константина XI. В ее свите, торжественно явившейся к жениху, находился представитель "рода княжеска, Мавнукского града", Константин, впоследствии принявший постриженье под именем Кассиана и удалившийся в Ферапонтов монастырь. Затем он основал недалеко от Углича обитель, где скончался в 1504 г. Русской православной церковью он чтится под именем святого благоверного князя Константина Мангупского. Не им ли была подана мысль об упрочении связей с византийской династией через Крым? К тому же, как отмечалось, при московском княжеском дворе еще с конца XIV в. обосновались греческие князья, ставшие родоначальниками рода Ховриных-Головиных; они прибыли из своих утраченных вотчин, среди коих называется и Мангуп. Возможно, эта эмиграция в Москву состоялась в результате разгрома, учиненного на полуострове войском Тимура. Так что обратить внимание Великого князя на юг было кому. Вслед за собственным браком Иван III попытался укрепить связи с носителями последней византийской императорской династии через брак своего сына царевича Ивана с дочерью мангупского князя. Переговоры по этому поводу велись в 1474 г. через первого московского посла в Крыму -- Никиту Беклимишева. После выполнения дипломатической миссии у хана Менгли-Гирея он отправился в Мангуп, где был принят князем Исааком, предпоследним правителем Феодоро. Вопросы предстоящего брака были практически решены. Однако прибывшее на следующий год московское посольство попасть в Мангуп уже не смогло, так как он находился в турецкой осаде, закончившейся падением города и пленением княжеской семьи.
   Турецкая осада продолжалась полгода и развивалась по сценарию, разыгранному за двадцать два года до этого под стенами столицы Византии, продержавшейся всего два месяца. Тогда очевидец событий лаконично определил главную, по его мнению, причину успеха турок: "Пушки решили все". Слова эти полностью применимы и к событиям, происходившим под Мангупом. Две тяжелые осадные пушки с дистанции около 200 м метали гранитные ядра диаметром 42 и 35 см, весом, соответственно, 100 и 65 кг. Ужасающий их грохот имел и огромный психологический эффект: об этом новейшем по тем временам оружии большинство феодоритов знало только понаслышке. Тем не менее, город сопротивлялся. На помощь ему прибыл отряд из трехсот валахов, направленный господарем Молдавии Стефаном III (последний мангупский князь Александр, незадолго до этого взошедший на престол, приходился ему шурином). Вполне вероятно, что между Молдавией и Феодоро был заключен антиосманский оборонительный союз. Были на стенах среди защитников и москвичи: так, среди погибших оказался князь Иван Владимирович, правнук основателя рода князя Степана Васильевича Головина. В 1475 г. он отправился на поклонение к Гробу Господнему в Палестину и заехал навестить родственников на Мангуп.
   Город отбил пять штурмов. Не раз под обстрелом защитникам приходилось латать бреши, пробитые ядрами в византийских стенах (без малого -- тысячелетнего возраста). Турецкие источники глухо [94] свидетельствуют о том, что только хитростью, притворным отступлением, удалось выманить осажденных и на их плечах ворваться в город. Еще некоторое время держалась цитадель, против которой, как показали археологические исследования, туркам также пришлось применить артиллерию. Затем последовала резня, ее следы запечатлены массовыми захоронениями в большой базилике. Княжеская семья, захваченная в плен, была привезена в Константинополь, где взрослые мужчины были казнены, малолетние мальчики обращены в ислам, а женщины попали в султанский гарем. На захваченных землях княжества был образован кадылык (округ), управлявшийся кадием (судьей). Новые хозяева, понимая стратегическое значение крепости, поставили в ней гарнизон, перестроили некоторые укреп-ления внешней линии обороны, приспособив их к использованию огнестрельного оружия. (Княжеская семья, захваченная в плен, была привезена в Константинополь, где взрослые мужчины были казнены, малолетние мальчики обращены в ислам, а женщины попали в султанский гарем. На захваченных землях княжества был образован кадылык (округ), управлявшийся кадием (судьей). Новые хозяева, понимая стратегическое значение крепости, поставили в ней гарнизон, перестроили некоторые укрепления внешней линии оборон, приспособив их к использованию огнестрельного оружия.
   Возможно, трагической участи тех, кто был пленен на Мангупе и отправлен в Стамбул, избежали малолетние отпрыски княжеской династии. В 1512 г. послом к Василию III султаном Селимом I был направлен Камал, князь Мангупский, ранее носивший прозвище Феодорит. А в 1522 и 1530 гг., уже при Сулеймане Великолепном, появился в Москве с той же миссией князь Мангупский Скиндер (Александр). Возможно, это действительно были отуреченные потомки князей Феодоро, ставшие султанскими подданными).
   После захвата турками в 1475 г. столицы княжества память о нем быстро стирается. Побывавший на Мангупе столетие спустя после этого события польский путешественник и дипломат М. Броневский застал здесь страшное запустение. Со слов местного греческого священника ("старика честного и умного") он смог узнать, что на фресках, сохранившихся в двух полуразрушенных церквях св. Георгия и св. Константина, были изображены князья города, происходившие из рода трапезундских или константинопольских императоров. Захваченные в плен турками, они были казнены в Константинополе. Из личных наблюдений Броневского большую важность имеет свидетельство о цитадели города, занимавшей территорию северо-восточного отрога плато, именуемого Тешкли-бурун (Дырявый мыс). Над воротами этого внутреннего укрепления он видел греческую надпись, впоследствии исчезнувшую. Реальность ее существования подтверждает турецкий путешественник Э.Челеби (1666 г.), отметивший, что надпись выполнена "письменами неверных генуэзцев" -- и в ней содержится дата строительства крепости. Несомненно, что памятник содержал чрезвычайно важную информацию о столице и о самом княжестве.
   После 1475 г. бывшая столица Феодоро на три столетия превратилась в турецкую крепость, центр кадылыка, в состав которого вошли земли, принадлежавшие ранее княжеству. Турецкий гарнизон оставил Мангуп после 1774 г., когда Кючук-Кайнарджийский договор подвел итог российским победам над османской армией на Дунае и вывел Крымское ханство из вассальной зависимости от Стамбула. [95]
  

ХЕРСОНЕС (ХЕРСОН) СРЕДНЕВЕКОВЫЙ

  
   Особенности развития средневекового Херсонеса. В эпоху "великого переселения народов" были сметены и прекратили свое существование многие государственные образования Восточной и Западной Европы. В Северном Причерноморье нашествие варваров уничтожило Ольвию, Боспорское царство. Не устояла и сама Римская держава. В 395 г. н э произошел раздел Римской империи на Западную и Восточную (Византийскую). В состав последней и вошли греческие колонии в Тавриде. Скромный и небольшой по размерам Херсонес благополучно перенес невзгоды III-V вв., вошел в средневековую эпоху и просуществовал еще около тысячи лет. Чем же объяснить такой исторический феномен, такую жизнестойкость маленького, оторванного от других культурных центров городка? Видимо, причин здесь несколько. Среди них можно указать важнейшие.
   Весьма благоприятным оказалось географическое положение Херсонеса. Он был прикрыт со стороны степи хотя и невысокими, но Труднопреодолимыми для кочевой орды горами, покрытыми густым лесом. Проникновение к городу вдоль морского побережья затруднялось тем, что этот путь пересекался глубоко вдающимся в сушу заливом Большого рейда и рядом рек текущих в северо-западном направлении (Черная, Бельбек, Кача, Альма), более полноводных, чем в наше время. При отсутствии дорог продвижение в этом районе было затруднительным и опасным.
   Способствовала сохранению Херсонеса и забота о нем сильных, заинтересованных соседей -- вначале Рима, затем Византии. Для обеих этих крупнейших держав Херсонес являлся форпостом в таком важном районе, как северное Причерноморье. Он становится ремесленным, торговым и культурным центром Юго-Западного Крыма, заселенного преимущественно земледельческим населением.
   На протяжении всей средневековой эпохи в Херсонесе сильно чувствовалось влияние античных традиций. До конца жизни города он сохранил планировку, возникшую вскоре после его основания: в соответствии с так называемой гипподамовой системой улицы были прямыми, они пересекались под прямыми углами, образуя кварталы прямоугольных очертаний. Многие христианские церкви были построены на местах старинных языческих храмов. Линия оборонительных стен, единожды сложившаяся к III в. до н.э., изменялась на протяжении столетии лишь незначительно и в моментах непринципиальных. Следовательно, и площадь города, заключенная в эти стены, оставалась почти неизменной. Продолжали существовать, развивались и совершенствовались ремесло и промыслы. Сложнее выяснить положение сельского хозяйства.
   На Гераклейском полуострове еще в эллинистическое время были искусственно созданы условия для успешного выращивания винограда, который стал монокультурой на его территории. Нет никаких оснований считать, что херсонеситы отказались в эпоху средневековья от этого направления сельскохозяйственной деятельности. На многих наделах полуострова встречаются фрагменты средневековых сосудов и другие [96] материалы того же времени, что указывает на продолжение их функци-онирования. Действительно, давно выяснилось, что виноградарство и ви-ноделие -- весьма перспективные отрасли хозяйства. Вино -- такой товар, который всегда находил надежный спрос в среде местных варварских пле-мен. Известно, что другие греческие центры Северного Причерноморья -- Боспор и Ольвия -- в первые века н.э. попытались быстрыми темпами развивать эти высокоинтенсивные отрасли, но по тем или иным причинам им вряд ли удалось поднять виноградарство и виноделие на такой высокий уровень, как в Херсонесском государстве. После их гибели именно Херсонес становится единственным в Северном Причерноморье массовым производителем вина, и это должно было приносить ему значительный и твердый доход.
   Соль также имела гарантированный сбыт во все времена, вплоть до новейших. В X в. император Константин Багрянородный указывал, что между Днепром и Херсоном -- болота и бухты, "в которых херсониты добывают соль". В римскую эпоху начались, в раннем средневековье интенсивно продолжались развитие рыболовного промысла и переработка его продуктов в таких масштабах, которые свидетельствовали о вывозе рыбы за пределы Херсонеса. Все эти отрасли вкупе с высокоразвитым ремеслом и широкой торговлей, в том числе посреднической, обеспечивали устойчивость экономики, стабильность положения города.
   Следствием такого положения явилось то, что Херсонес смог поддерживать в надлежащем порядке свои оборонительные сооружения: стены и башни ремонтировались, достраивались (помощь оказывала Византия). Видимо, была крепкой и армия. Таковы основные факторы, обусловившие необычайную стойкость Херсонеса перед всеми невзгодами.
   Византия и Херсон*. Еще до разделения Римской империи правители восточной ее части проявляли большую заинтересованность в Херсоне, как в пункте, через который можно было оказывать влияние на отдаленные от центра области, лежавшие на северных берегах Понта. Если судить по одной боспорской надписи конца VI -- начала VII вв., в Херсоне имел ставку византийский военачальник, носивший титул дука, который обычно командовал контингентами войск, расквартированных в приграничных районах империи или за ее границами. По-видимому, и здесь стоял отряд византийской армии. В этом чувствуется прямая преемственность политики римских императоров, которые сделали Херсон главным центром расположения своих войск в Северном Причерноморье.
   (* Так назывался Херсонес в эпоху средневековья.)
   Постоянный интерес Византии к Херсону выражался в настойчивых попытках насаждения в крае христианства, которое здесь, как и везде, верно служило существенным подспорьем в достижении политических целей. Действительно, навязать Херсону христианство значило прочнее привязать его к империи, получить дополнительные рычаги, с помощью которых можно эффективно оказывать давление на его внутреннюю и внешнюю политику, на всю его жизнь. И вот, как сообщается в "Житиях святых епископов херсонских", в город один за другим отправляются крестители. Горожане упорно сопротивляются, недвусмысленно [97] демонстрируя свое нежелание переходить в христианскую веру, однако церковные власти посылают все новых и новых миссионеров. Такая настой-чивость красноречиво свидетельствует о громадном значении, которое придавалось этому акту. Доподлинно известно, что христианство всегда и везде действовало чрезвычайно напористо, прокладывая себе дорогу, порой не считаясь ни с чем. Но в истории Византии не много найдется примеров, когда одному, сравнительно небольшому городу уделялось бы так много внимания.
   Это нашло отражение в легендах и сказаниях, сообщающих, что проповедь христианства в Херсоне вели еще апостол Андрей, папа Климент. Но действительно серьезный нажим на жителей города начинается несколько позднее. Только за одну первую четверть IV в. здесь действуют семь епископов, из которых лишь последнему -- Капитону -- удалось добиться успеха в своей миссии, да и этот успех, как показывают последующие события, можно считать весьма относительным, к тому же он был достигнут не без помощи военной силы. Все остальные епископы были убиты или изгнаны.
   С одной стороны, это свидетельство большой заинтересованности Византии в Херсоне, с другой -- показатель независимости херсонитов и того, что они сознавали свою силу.
   Во взглядах ученых на положение Херсона в V-IХ вв. единодушие отсутствует. Решающую роль здесь играет существование двух концепций возможного развития византийского города в этот период, который получил название "темные века". Сторонники одной из них считают, что при переходе от античности к средневековью городская жизнь замирает, центр экономической деятельности переносится в деревню. Другие утверждают, что существенного перерыва в жизни городов не было, ремесла и торговля хотя несколько и сократились в объеме, но продолжали успешно развиваться, города по-прежнему оставались средоточием товарно-денежных отношений и центрами культуры.
   В соответствии со взглядами приверженцев первой концепции, Херсон в этот период выступает как "отдаленная окраина Византии", "захолустный и отдаленный город, заброшенный на край империи", к тому же "дикий и голодный". Для подтверждения такой негативной оценки чаще всего привлекаются следующие аргументы: во-первых, Херсон был местом ссылки, во-вторых, о тяжелом положении в городе сообщает сосланный сюда римский папа Мартин в своей переписке, в-третьих, ссылаются на отсутствие слоев VI -- первой половины IX вв. среди напластований херсонесского городища. Рассмотрим эти доказательства в пользу якобы полного упадка города.
   В Херсон действительно традиционно ссылали многих опальных лиц. Однако при этом опускается тот важный факт, что ссыльными были весьма видные представители высшего византийского общества. Среди них мы насчитываем по крайней мере одного свергнутого императора, двух претендентов на престол, двух братьев императора. К тому же Херсон был далеко не единственным местом, куда ссылали неугодных светских и Церковных сановников высокого ранга. Среди мест ссылки фигурируют [98] крупнейшие центры империи, в том числе Рим. Так что сама по себе принадлежность того или иного города к местам ссылки ни о чем не говорит.
   В 655 г. римский папа Мартин за взгляды, объявленные ересью, действительно был сослан в Херсон. Отсюда он шлет письма своим друзьям и сторонникам, не скупясь при этом на темные тона, описывая внутреннее положение города.
   Здесь следует учитывать, что папа Мартин был довольно пожилым и со слабым здоровьем человеком. Более суровые и, главное, непривычные условия, отсутствие комфорта, убогая обстановка в Херсоне должны были поразить его и произвести тяжелое впечатление, под влиянием которого все вокруг окрашивалось для него в мрачные тона, вселяло уныние.
   Что же касается отсутствия слоев, то и здесь далеко не все ясно. В эпоху средневековья слои датируются, в первую очередь, по монетам. До недавнего времени считалось, что после VI в. монетная чеканка Херсона прекращается и вновь возобновляется лишь во второй половине IX в. Однако новые исследования нумизматов показали ошибочность этого мнения. Со второй половины V в. и почти до середины VII в. монетный двор Херсона обильно чеканил медную монету. После небольшого перерыва, со второй половины следующего века выпуск монеты возобновился. Таким образом, оказывается, что Херсон не чеканил монету лишь 100 с небольшим лет. А в этот сравнительно короткий период в обращении находилась масса денег, выпущенных в предшествующие века, надчеканенных и унифицированных в результате денежной реформы императора Ираклия (610-641).
   Значит, оснований для утверждения о возможном упадке товарно-денежных отношений в IV-VII вв. в Херсонесе нет. Более того, конец V--VI вв. считаются временем определенного экономического подъема Херсона. Массовое производство амфор -- сосудов для транспортиров-ки и хранения жидких и сыпучих продуктов, в том числе вина -- косвенно свидетельствует о развитии виноделия. Гончарное ремесло, кроме амфор, производило и другие виды изделий: большие глиняные бочки-пифосы, столовую и кухонную посуду, плинфу (плоские кирпичи), кровельную черепицу, водопроводные трубы.
   Важное значение для жизни города имело металлообрабатывающее ремесло, которое не только давало многочисленные вещи повседневного употребления -- замки, подсвечники, ножи, оружие и многое другое, но и определяло уровень развития других отраслей производства, изготовляя употреблявшиеся в них орудия труда (например, плуги, серпы, инструменты для обработки камня, дерева и пр.). Металлообрабатывающие мастерские, работавшие на крымском или привозном сырье, обнаружены в раннесредневековых слоях Херсона. В городе имели широкое развитие также строительное дело, тесно с ним связанные камнерезное, столярное и плотницкое ремесла, косторезное, ювелирное, ткацкое производства. Херсон поддерживал широкие торговые связи с городами южного и западного берегов Черного моря, с более отдаленными пунктами (Рим, Александрия), а также постоянно обменивал ремесленные изделия на продукты [99] земледелия и скотоводства с сельскими поселениями Юго-Западной Таврики.
   Такое прочное экономическое положение позволяло Херсону занимать активную политическую позицию во многих международных событиях. Особенно активную роль сыграл он в эпизоде, связанном с именем Юстиниана II. Этот византийский император в 695 г. был свергнут с престола и отправлен в ссылку в Херсон, где прожил несколько лет, лелея надежду вернуться на царствование и пытаясь найти поддержку у жителей города. Когда же это не удалось, он бежал к хазарскому хакану, заключил с ним соглашение и даже женился на его сестре. Недовольное таким оборотом событий византийское правительство потребовало от хакана выдачи беглого императора, живого или мертвого. Узнав об этом, Юстиниан отправился в Болгарию, а оттуда, получив военную помощь, в 705 г. осадил Константинополь. Город был взят, Юстиниан вторично сел на византийский престол. Развернулась широкая кампания репрессий против врагов Юстиниана. В Херсон одна за другой отправляются две армии с приказом "истребить мечом всех жителей", причем одна из армий была, по сообщению источников, гигантской для своего времени и состояла из 100 тыс. солдат. В результате длительной, кровопролитной борьбы херсониты при участии хазар, призванных на помощь, отбили все нападения, объявили низверженным Юстиниана, провозгласили новым императором находившегося здесь в ссылке армянского вельможу Вардана, который вскоре и занял константинопольский престол под именем Филиппика.
   В этих событиях Херсон выступает как решающая политическая сила. Он вступает в борьбу с центральным правительством, ведет независимую внешнюю политику, заключая международные соглашения (с хазарами), фактически свергает одного и сажает на византийский престол другого императора и вообще твердо и успешно проводит в жизнь свою линию. После волнений, связанных с насаждением христианства, зафиксирован еще ряд восстаний херсонигов, направленных против Византии и централь-ной власти. Источники упоминают выступления жителей города в конце VII, конце IX, в начале и в 70-х гг. XI вв.
   Константин Багрянородный предполагает постоянную возможность отделения Херсона и рекомендует ряд мер, способных, по его мнению, предотвратить эти крайне нежелательные для Византии действия. Обращает на себя внимание, что во всех восстаниях херсониты добивались определенных успехов, а Византия легко шла на уступки. Только крупный и сильный город мог вести себя так независимо.
   Византия проявляет заботу о безопасности и благосостоянии Херсона. Гак, Константин Багрянородный советует натравливать аланов на хазар, чтобы последние не могли выступить против Херсона. По-видимому, поддержанию в постоянной боевой готовности стен Херсона правительство Византии придавало очень большое значение. На это косвенно указывает тот факт, что в связи со строительными работами еще во времена императора Зенона (474-491) в Херсон было командировано столь высокопоставленное лицо, как комит Диоген, который вскоре стал комитом схол (т.е. начальником придворной гвардии) и прославился как [100] полководец в войне против исаврийцев.
   В Херсоне долгое время сохраняется городское самоуправление. Оно состоит из "первенствующих" мужей (по некоторым имеющимся сведениям, относящимся к началу VIII в., их было 67) во главе с протополитом. Этот "муниципалитет" действует под наблюдением византийских чиновников представителей императорского правительства. Одно время в городе сидит тудун -- наместник хазарского кагана.
   Около середины IX в. в Юго-Западном Крыму византийским правительством была организована фема. Так называлась военно-территориальная единица в Византии, где и военные, и административные функции сосредоточивались в руках одного лица -- стратига. В состав фемы вошла довольно значительная территория: на южном берегу -- до района Алупки -- Симеиза, горная часть -- до долины р. Бельбек, степное побережье -- до нижнего течения р. Альма. Стратиг Херсона создает наемные войска, для чего он имеет в своем распоряжении значительные средства (до 4 кг золота) на содержание войска и пограничной стражи. Стратиги внимательно следили за ситуацией в Крыму и за его пределами и сообщали императору о ее малейших изменениях. Кроме того, глава фемы заботился о поддержании в порядке крепостных сооружений города, их своевременном ремонте и совершенствовании. А такая забота очень нужна была Херсону, поскольку над городом часто нависала угроза набегов со стороны кочевых народов, обитавших в Северном Причерноморье. Упразднена фема в Херсоне была в конце XI в. в связи с общей реорганизацией административной системы империи.
   В 1204 г. в результате Четвертого крестового похода Константинополь был захвачен западными рыцарями. Византийское государство более чем на полвека прекратило свое существование. Трапезундская империя, образованная на части завоеванных земель, претендовала на то, чтобы стать наследницей Византии в Причерноморье. Под верховную власть этого нового государства поступает Юго-Западный Крым, в том числе Херсон. Эта часть Крыма платит императорам Трапезунда, Комнинам, государственные подати. В свою очередь, те берут на себя обязанность защищать город и представлять его во внешнеполитических делах. После воссоздания Византийской империи в 1261 г. Херсон некоторое время продолжает ориентироваться на Трапезунд, но постепенно прежнее положение восстанавливается, влияние центрального византийского правительства вновь становится непререкаемым.
   Между тем местное самоуправление продолжало играть заметную роль в различных областях жизни города. Руководство состоит из "знатных людей", "старейшин", патрициата. Известны также чиновники -- представители центральной власти.
   Византия оказывает давление на Херсон и через церковные каналы. Во второй половине XIII в. Херсонское архиепископство поднимается на более высокую ступень, преобразуется в митрополию.
   На протяжении второй половины XIII и первой половины XIV вв. все большую роль в Северном Причерноморье играют венецианцы, а [101] несколько позднее генуэзцы. Итальянские купцы развивают бурную торговую деятельность, и постепенно большая часть торговых путей этого района переходит в их руки. Они закрепляются в Каффе, Суроже, Чембало. Проникают и в Херсон. К первой половине XIV в. в городе живет уже столько католиков, что признается необходимым организовать здесь католическую кафедру, входившую в состав Боспорской митрополии. Предполагалось даже воздвигнуть в Херсоне католический собор. Такое распоряжение было дано одним из "авиньонских" пап Иоанном XXII, но либо оно не было выполнено, либо собор был так разрушен, что от него не осталось заметных следов, во всяком случае, археологическим путем они обнаружены не были.
   Во второй половине XIV в. в Херсоне появляются и лица из админи-страции Каффы, что указывает на возникновение в нем генуэзской фактории и на вмешательство итальянцев в дела (по крайней мере, торговые) горожан. Побывали здесь и генуэзские войска.
   К XIII в. относится довольно интенсивная русская эмиграция в Херсон, связанная с татаро-монгольским нашествием на Киевскую Русь. Выходцы из Поднепровья селились в северных прибрежных кварталах города, а также занимали отдельные усадьбы в других его частях.
   Поздний Херсон. В последний период жизни Херсон был небольшим по современным понятиям, но средним по византийским масштабам провинциальным городом. Правда, очень трудно определить, сколько же населения имел город -- различные подсчеты дают цифры от 3-4 до 7-8 тыс. жителей.
   Большинство населения Херсона, вероятно, составляли потомки старых жителей города -- греков. В ходе многовекового процесса этнический конгломерат, перенявший греческий язык, подвергшийся влиянию византийской культуры, приобрел черты этнической общности, известной в дальнейшем как крымские греки. Однако наряду с ними появляется много представителей и других народностей -- русских, армян, аланов, хазар, евреев, печенегов, половцев. В самый поздний период жизни города среда его жителей зафиксированы венецианцы, генуэзцы и, наконец, татары. Судя по всему, все они жили мирно, не выделялись даже отдельные районы или кварталы, где поселялись бы отдельные этнические группы, нередки были смешанные браки. Каждая группа приносила с собой какие-то присущие ей элементы культуры, но все это перемешивалось в одном котле и в конечном счете подчинялось старой византийско-греческой культуре. Многие из пришлых после переселения в Херсон принимали христианство, что ускоряло культурную нивелировку. На улицах и площадях звучала многоязычная речь, в городской толпе мелькали разные лица, прически, костюмы. Среди надписей этого времени встречаются, наряду с греческими также славянские, армянские, аланские, арабские. Между прочим, надписи, нанесенные на надгробия, предметы культа, и имевшие самое широкое распространение бытовые предметы повседневного Употребления свидетельствуют не только о притоке разноязычного населения, но и о значительном уровне грамотности среди населения.
   Поздний Херсон представляется не только достаточно культурным, [102] но и весьма благоустроенным, комфортным для жизни и внешне красивым городом. Улицы повторяли прежнее начертание: они были прямыми и пересекались под прямыми углами. Поверхность улиц и площадей постоянно (через каждый десяток лет) подсыпалась щебнем, керамическим боем и слегка утрамбовывалась, что предотвращало появление грязи во время дождей и таяния снега, а также образование глубокой колеи. Под улицами были проложены водостоки, по которым в море и бухту отводились дождевые воды и жидкие бытовые отходы. В толщу стен домов были спрятаны трубы, собиравшие воду с крыш и направлявшие ее в уличные водостоки. В качестве мусорных ям использовались вышедшие из строя старые рыбозасолочные цистерны или специально для этого вырытые углубления во дворах. И те и другие после заполнения мусором тщательно засыпались. Практически в каждом дворе были колодцы для получения воды (или один на два двора). В нескольких районах раскопаны общественные бани. Граждане находили средства не только для проведения мероприятий санитарно-гигиенического характера, но и для строительства вполне благоустроенных и красивых жилых домов. Дома не прятались в глубине дворов, а строились фасадами на улицу. Строительство в Херсоне велось из камня, который возле самого города и в его окрестностях имелся в неограниченном количестве. Но у жителей в ХIIIIV вв. даже не появлялось необходимости активно разрабатывать близлежащие залежи известняка: для них сам город представлял собой гигантскую каменоломню. За предшествующие столетия было добыто и свезено на его территорию так много камня, что любой гражданин, копнув чуть ли не у себя во дворе, мог получить и тесаные блоки, и архитектурные детали, и массу бута. Этот материал и шел в первую очередь на новое строительство.
   Отдельные археологические находки позволяют судить о том, что стены внутри были оштукатурены и расписаны яркими красками. Роскошная мебель украшалась нередко резными деталями, накладными костяными пластинами с рельефными изображениями. В быту жители употребляли великолепную посуду, одежду, украшения, многие из которых изготовлены в собственных мастерских.
   Таким образом, поздний Херсон предстает перед нами как обычный византийский город, хотя и имеющий некоторые присущие только ему черты.
   Постепенно, по мере того как внешняя торговля Херсона переходит в руки итальянских купцов, а на Крым одна за другой накатываются волны кочевнических нашествий, принадлежавшая ранее городу обширная территория сокращается до ближайших окрестностей. В 1396 г. воинство хана Тимура (Тамерлана) осуществило поход на Крым, учинило разгром Херсона. Жизнь в городе угасала, его покидали ремесленники и купцы, ветшал порт. В 80-х гг. XV в. Херсон еще упоминался в письменных источниках.
   Город находился в зависимости от осман, жизнь в нем теплилась в основном на северном побережье и в портовом районе. Вскоре он был окончательно заброшен и превратился в груды безмолвных руин. [103]
  

КРЫМ В X -- СЕРЕДИНЕ XV ВВ.

  
   Таврика и Древняя Русь. Связи Крыма с лесостепной зоной Восточной Европы имеют древнюю многовековую традицию. Уже в III-IV вв. н.э. живущие здесь племена проникают на территорию полуострова, о чем свидетельствуют многочисленные находки. В свою очередь на территории расселения раннеславянских племен имеется целый ряд кладов римских монет и другие находки римского происхождения, попавшие сюда, скорее всего, через крымские центры и частично через Ольвию. И в дальнейшем Крым был тесно связан с Древней Русью. Связи эти были разносторонними: экономическими, дипломатическими, военными. Крупнейший крымский центр этого времени -- Херсон, являвшийся основным опорным пунктом римлян в Северном Причерноморье, так или иначе участвовал в этих связях: он мог являться перевалочным или складским пунктом римских товаров и товаров, вывозившихся из Поднепровья, мог поставлять продукцию собственного ремесла и промыслов (в первую очередь соль), получая взамен то, чего ему недоставало; херсонские купцы могли играть роль посредников, проводников, переводчиков для римских, малоазийских и других торговцев. Завязавшиеся еще в римское время тесные связи между Крымом и Средним Поднепровьем, естественно, не прерывались, а получили дальнейшее развитие в эпоху средневековья.
   После гибели Римской державы ее восточная часть под именем Византийской империи продолжает политику своей предшественницы в Северном Причерноморье. Как можно судить по различным источникам, влияние Византии в этом районе особенно возрастает при императоре Юстиниане I. Свидетельством этому, в частности, являются находки византийских монет императоров Анастасия I (498--518) и Юстиниана I (527--565), двух небольших остродонных амфорисков херсонского производства, бронзовой фигурки льва, происходящих с Замковой горы и ее окрестностей в Киеве. Ввиду немногочисленности ранних импортов на территории Древней Руси не представляется возможным определить размеры ее торгового оборота с крымскими городами. Более четкое представление о связях между Крымом и Русью мы можем получить только для IХ-Х вв. С ними нас знакомят и письменные источники в первую очередь договоры Руси с Византией, и более многочисленные археологические находки.
   Для освещения торговых связей древнерусских городов с Византией и ее крымскими владениями нумизматические материалы привлекались уже давно и неоднократно. Но для большинства исследователей на первом плане стояла чисто статистическая сторона вопроса. Действительно, численность всех византийских монет (около 300 экземпляров, херсон-ские составляют не более 20-25% из них) во много раз меньше арабских (они исчисляются тысячами). Из этого соотношения делался вывод о незначительной роли русско-византийских связей в IХ-Х вв.
   Лишь впоследствии удалось доказать, что торговля с Византийской империей и арабским миром носила различный характер. Торговля с [104] Византией в значительной мере была меновой: русские купцы рас-плачивались за греческие товары рабами, медом, воском и особенно мехами, пользовавшимися большим спросом среди византийской знати. Что же касается арабского серебра, то оно попадало на Русь не столько как деньги, сколько само являлось товаром, объектом торговли.
   Первым этапом русско-византийских отношений было установление всесторонних связей с крымскими владениями Византии, и в первую очередь с Херсоном. Об этом, кроме всего прочего, свидетельствуют и нумизма-тические материалы: так, в Киеве найден клад из 37 херсоно-византийских монет IХ-Х вв., в центральной части древнего Киева неоднократно встречались монеты Василия I (877--886), Василия и Константина (869--879). Здесь также найдены и амфоры херсонского производства.
   В IX в. Древнерусское государство усиливается и становится господ-ствующей силой в Восточной Европе. В постоянной борьбе с соседями-степняками оно раздвигает свои границы и угрожает самой Византии. Последняя опасается, что хазары будут разгромлены русскими дружинами и тем самым нарушится выгодное для империи соотношение сил в Северном Причерноморье, которое кропотливо, с большим трудом и затратами создавалось и поддерживалось византийской дипломатией. Более того, русские тревожат границы Византии и даже совершают набеги на ее столицу Царьград в 880-1043 гг. Вполне естественно, Древнерусское государство пытается выйти к Черному морю и закрепиться здесь. В сферу интересов киевских князей попадает Крым. В Приазовье, в Восточной Таврике уже в IX в. возникают русские поселения, которые впоследствии оформляются в Тмутараканское княжество. К самому началу IX или даже к концу VIII вв. относится поход русской дружины на Сурож (Судак). Здесь на южном склоне Крепостной горы раскопками 1964-1968 гг. были вскрыты фундамент и стены приморского укрепления, возникновение которого относится еще к VI в. На рубеже УШ-1Х вв. оно было разрушено. Высказано предположение, что произошло это в результате военных действий князя Бравлина*.
   (* В сказании из "Жития Стефана Сурожского" говорится, что через не-сколько лет после смерти сурожского архиепископа Стефана в Крым со своей дружиной пришел князь Бравлин. В Суроже князь со своими ратниками ворвался в церковь, где находился гроб Стефана Сурожского. "А на гробе, -- говорится в сказании, -- царское одеяло и жемчуг, и злато, и камень драгой, и кандила злата, и сосудов златых много". Все это воины Бравлина забрали себе. Однако после этого с князем случился приступ: он упал на пол, его лицо обратилось назад, а рот стал источать пену. Князь сообщил боярам, что его сильно ударил по лицу невидимый для них "великий и святой" человек, требуя, чтобы дружинники вернули все награбленное. Пришлось вернуть. Но "святой старец", по словам сказания, потребовал, чтобы князь и его дружинники крестились. Пришлось подчиниться, преемник Стефана -- архиепископ Филарет -- крестил киевского князя и его воинов, и новоиспеченные христиане отправились домой.)
   Нужно отметить, что, делая постоянно набеги на Византию, русские до 988 г. и после этого не трогают Херсон (в древнерусских летописях -- Корсунь), хотя он был ближе, доступнее и, конечно, не так многолюден и укреплен, как Константинополь. По всей вероятности, русские были заинтересованы в этом византийском городе как в источнике получения [105] различных необходимых им товаров. Во всяком случае, никаких указаний на военные действия русских в Юго-Западном Крыму ни в письменных, ни в археологических источниках нет. Уже давно было обращено внимание на то, что периодам мирных контактов Руси и Византии предшествовали военные конфликты, походы русских князей на Константинополь или другие крупные центры. Именно в периоды ухудшения отношений между Византией и Русью получать различные византийские товары, ремеслен-ные изделия, предметы роскоши, пряности Русь могла только из Херсона. Но и в более благоприятные времена с Херсоном нужно было поддерживать хорошие отношения именно на случай нарушения торговли с Константинополем и другими собственно византийскими центрами.
   Херсон же в ходе военных действий принимал активное участие. В точном соответствии с той ролью форпоста, которая отводилась ему византийским правительством, он выступал как разведчик. Русские походы на Константинополь обычно не заставали Византию совершенно врасплох: херсонский стратиг успевал дать знать императору о предстоящем напа-дении, и тот принимал спешные меры для отражения опасности. Другое дело, насколько эффективными оказывались эти меры. Русский флот, состоявший из ладей-однодревок, "набойных ладей" и небольших судов, целиком сделанных из досок, мог идти только вдоль западного побережья моря, затрачивая на этот путь значительное время. Херсонские корабли, более крупные, мореходные, укомплектованные более квалифицированными экипажами, пересекали Черное море по кратчайшему пути, выигрывая при этом несколько суток и успевая заблаговременно предупредить императорское правительство о грозящей опасности. Правда, о нападении русских в 860 г. херсониты по каким-то причинам не предупредили.
   Неудивительно, что Византия придавала огромное значение обладанию Херсоном и днепровским устьем, о чем можно судить по договору Игоря с греками, в котором налагается запрет на всякие военные действия русских в Корсунской стране, включая сюда и низовья Днепра, где херсониты ловили рыбу. Более того, русские князья обязуются защищать херсонские владения от возможных нападений черных болгар и других противников. Русский князь не только сам не должен нападать на Херсон и его владения, но и был: обязан: защищать их в случае возникновения конфликта с племенами Северного Причерноморья. Особая забота проявлялась о территориях вблизи устья Днепра. Надо думать, что здесь были владения херсонитов, причем район считался очень важным. Действительно, он входит в северо-западную зону Черного моря, наиболее богатую в промысловом отношении, где и в настоящее время вылавливается более 80% ценных рыб. Херсонские рыбаки получали отсюда большое количество рыбы, часть которой шла на прокормление жителей города, а другая могла вывозиться в Константинополь и другие крупные византийские центры. По Днепру и Бугу проходили важнейшие транспортные артерии, они находились под контролем тех, кто владел устьем лимана. Не исключено, что херсонские поселки рыболовов были и разведочными пунктами против Русских. Место это очень удобно в стратегическом отношении. О тесных связях районов, прилегающих к устью Днепра, с Крымом свидетельствуют [106] частые находки здесь херсоно-византийских монет.
   На о.Березань, вероятно, было долговременное поселение, судя по находкам металлургического производства, стационарного по самой своей природе. Здесь же -- на Березани, Белобережье -- русские рыбаки вели лов рыбы и нередко задерживались на зимовку, против чего протестовал русско-византийский договор. В этих же местах отстаивались во время непогоды торговые корабли, двигавшиеся по пути "из варяг в греки", здесь провел зиму 971-972 г. Святослав со своей армией на обратном пути из Болгарии. Именно в устье Днепра происходили постоянно тесные контакты херсонитов с русскими. При этом, встречаясь, совместно, плечом к плечу трудились, оказывали друг другу поддержку и помощь, вместе переносили тяготы и невзгоды. В таких условиях люди могли хорошо узнать друг друга, проникнуться взаимной симпатией, завязать дружеские связи. Результатом этих контактов явилось дальнейшее упрочение связей Херсона и всего Крыма с Древней Русью.
   В IХ-Х вв. одним из главных направлений в русско-византийских взаимоотношениях был вопрос об отношении к Хазарскому каганату. Византия занимала двойственную позицию: с одной стороны, она поддерживала Русь в ее борьбе с хазарами, с другой -- не хотела полного разгрома каганата, противопоставляя его влияние чрезмерному усилению Древнерусского государства. Тесно связан с этими событиями Крым, и в частности Херсон, ведший упорную борьбу с хазарами, неоднократно подвергавшийся нападениям с их стороны. Иногда, впрочем, между ними устанавливались вполне дружеские отношения.
   В конце X в. Херсон вновь оказался в центре событий мирового значения. В 978 г. в Византии вспыхнуло восстание против императора Василия II. Византийский престол и без того находился в тяжелом положе-нии из-за поражений от болгар, недовольства грузин и армян, глухого брожения среди греческого населения страны. В таком критическом положении Василий II обращается за помощью к киевскому князю Владимиру. Последний соглашается предоставить военную помощь, но, разумеется, не даром, а за определенные уступки со стороны Византии. Нам точно не известно, что потребовал русский князь за отправку военного отряда, однако некоторые предположения можно высказать. Во всех договорах русских с греками на первое место выдвигаются торгово-экономические интересы -- беспошлинная торговля, создание русским купцам благоприятных условий во время их пребывания в империи, разрешение вывозить на Русь товары, торговля которыми лимитирова-лась (например, шелк). Надо думать, используя безвыходное положение императора, Владимир не преминул решить именно подобные вопросы. Но предшествующий опыт показывал, что при изменении ситуации византийцы могут легко отказаться от своих обещаний и Русь лишится полученных преимуществ. Чтобы этого не случилось, Владимир потребовал себе в жены багрянородную принцессу, сестру императора Анну, которая должна была стать своеобразным гарантом выполнения условий византийской стороной.
   Как бы то ни было, русский князь выполнил взятые на себя [107] обязательства: весной 988 г. русский 6-тысячный отряд прибыл в Константинополь и вскоре принял участие в военных действиях. Отряд, составленный из отборных воинов, прекрасно обученных и вооруженных, обеспечил перевес императорским войскам, и мятеж был подавлен. Укрепившись на троне, Василий II начал всячески откладывать выполнение своих обязательств. Тогда Владимир предпринял решительный шаг: нанес удар по Херсону. Это было исключительно остроумным решением вопроса. Дело в том, что Херсон постоянно и ревниво отстаивал хотя бы внешнюю независимость от центрального правительства. Видимо, к рассматриваемому времени Херсон, являясь фактически обычным византийским городом, составляя неотъемлемую часть империи, формально обладал некоторой степенью независимости. Таким образом, русский князь, нападая на Херсон, нанес Византии удар в весьма болезненную точку, но официально не вступал с ней в войну, а русское войско продолжало служить византийскому императору. Раскопки дают археологические находки, свидетельствующие о событиях, связанных с войной. Корсунский поход Владимира состоялся весной 989 г.
   После длительной осады Херсон пал не без помощи сторонников киевского князя внутри города. Византийская принцесса была немедленно доставлена в Херсон, вскоре состоялось крещение Владимира и его бракосочетание с Анной (возможно, летом 989 г.). Обряды были совершены херсонским епископом совместно с церковниками, присланными из Константинополя*. Покидая Херсон, Владимир вывез из него мощи некоторых святых, различную церковную утварь -- иконы, кресты, сосуды, отправил в Киев памятники искусства, в том числе бронзовую квадригу античного времени. В Херсоне ко времени осады его и взятия князем Владимиром было более десятка крупных церквей (базилик и крестообразных храмов). Иконостас каждой из них включал в себя несколько десятков, а то и сотен икон, а всего во всех церквях было не менее тысячи первоклассных произведений. Эта-то тысяча икон и стала золотым фондом создаваемой русской церкви. Они украсили важнейшие строящиеся соборы в крупных городах Древней Руси (Десятинная церковь, Успенский собор Киево-Печерской лавры, новгородский Софийский собор).
   (* По возвращении Владимира в Киев началась эпоха крещения Руси.)
   Впоследствии, когда на Руси создается христианская церковная организация, выходцы из Херсона играют в этом процессе большую роль, а вывезенные из него предметы культа становятся первыми святынями и образцами для подражания, своеобразными эталонами, на которые ориен-тируются древнерусские иконописцы, литейщики и другие изготовители Церковной утвари. Анастас Корсунянин (тот, кто помог Владимиру во взятии Херсона, сообщив ему сведения о направлении водопровода, снабжавшего город водой, и посоветовав перехватить воду) был назначен настоятелем Десятинной церкви, а фактически главой всей древнерусской Церкви, поскольку Десятинная являлась, по мысли Владимира, матерью всех церквей русских. Выходцами из Херсона были новгородские епископы и священники во многих русских городах. К концу XII -- [108] началу XIII вв. корсунская живописная школа пользовалась широкой славой на Руси. Иконы "корсунского" письма, кресты, лампады, сосуды корсунекого дела поступали на Русь постоянно, многие из них еще в начале XIX в. хранились в различных церквях как самые священные реликвии. Даже в такие отдаленные русские земли, как Рязанская, поступали из Херсона иконы, художественная керамика.
   Очень вероятным представляется влияние херсонской архитектуры на киевскую. Известно, что Десятинную и некоторые другие церкви строили и расписывали греческие мастера. При этом исследователи отмечают влияние не столько константинопольского, сколько провинциального византийского зодчества. Вполне логично предположить, что Анастас Корсунянин, находясь во главе всей русской церкви, пригласил строителей со своей родины. К началу XI в. относится новый факт совместных действий Руси с Византией на территории Крыма. В 1016 г. византийский флот вместе с русским войском во главе со Сфенгом нанес удар по хазарам, все еще являвшимся господствующей силой на полуострове. Результатом успешного похода был разгром Хазарского каганата, укрепление власти императора Византии Василия II в Крыму и закрепление русских на Таманском полуострове, где было основано Тмутараканское княжество.
   Важнейшим событием второй половины XI и первой половины XII вв., повлиявшим и на русско-крымские связи, было появление (около 1055 г.) и укрепление в южнорусских степях половцев. Они постоянно тревожат Русь, оказывают давление на крымские владения Византии, держат под контролем торговые пути, проходящие вблизи от их кочевий. (Однако важнейшие торговые пути, в том числе путь "из варяг в греки", продолжали действовать.) Основным источником их существования были грабежи соседних народов, откупы и торговые пошлины с караванов, проходивших через их земли, и с купцов, торговавших в приморских крымских городах, захваченных половцами, в том числе в Судаке. Основным их товаром были рабы, захваченные преимущественно в южных регионах Киевской Руси. Именно по этому пути поступают на Русь херсонские амфоры, вернее, вино и другие продукты в амфорах, о чем свидетельствуют находки при раскопках слоев этого времени. При раскопках некоторых древнерусских городов встречены скорлупа грецких орехов, миндаль. В крымских средневековых памятниках ореховая скорлупа встречается постоянно. О масштабах торговли орехами можно судить хотя бы по тому, что этот товар стоит в одном ряду с квасцами, железом и вином, вывозимыми из богатого византийского города Трапезунда.
   С XII в. все большее значение приобретают Судак, а затем Каффа, оттесняя постепенно Херсон с первого места в торговле, которое раньше безраздельно принадлежало ему. Одной из причин возвышения восточнокрымских центров является возникновение Донского пути; по нему перевозились меха, некоторые источники называют их главным русским товаром.
   С Крымом тесно связаны центры, располагавшиеся вдоль торговых путей. Чем дальше к западу, тем менее заметно влияние Крыма. Все реже встречаются предметы, произведенные в Крыму или экспортируемые через [109] посредство крымских центров. На западных окраинах Древней Руси такие находки почти неизвестны. Правда, на территории Польши постоянно встречаются предметы византийского происхождения, в том числе монеты, поступавшие сюда через древнерусские земли. Каффские купцы бывали в Польше, а польские в Каффе. Одновременно существовал и другой путь из Крыма в Галицию, который миновал территорию Древней Руси, а вел через Монкастро или через Молдавию на Львов.
   Исследователи отмечают приток в Крым, особенно в Херсон, русских людей, спасавшихся от ужасов монголо-татарского нашествия. Предполагается, что в Херсоне была целая русская колония, о чем свидетельствуют многочисленные археологические находки. Безотрадное положение русских земель под татарским игом привело к постепенному затуханию связей Древней Руси с Крымом.
   Генуэзские колонии Крыма (ХIIIV вв.). Величественные стены и башни старых крепостей Судака и Балаклавы, развалины средневековых укреплений в Феодосии и многочисленные легенды напоминают нам о временах владычества на крымских берегах генуэзцев. Какими ветрами занесло сюда выходцев из Генуи, этого непримиримого соперника другого итальянского города, прославившегося за счет торговли, -- Венеции? Чем занимались в далекой от родной Лигурии Таврике эти отважные и умелые мореходы, предприимчивые купцы, расчетливые ростовщики? При каких обстоятельствах утратили генуэзцы свои крымские владения? И, наконец, какой след они оставили в истории Крыма?
   Об этом можно узнать из многочисленных письменных документов, сохранившихся до наших времен в архивах Генуи и других европейских городов. К счастью для историков, генуэзские чиновники Газзарии (так в средневековой Италии называли Северное Причерноморье) регулярно посылали отчеты о своей деятельности в Геную, верховные власти которой старались всегда быть в курсе происходящего в черноморских колониях. Из самой Генуи в Газзарию направлялись инструкции, выполнение которых было делом обязательным. Наиболее подробными из дошедших до нас подобного рода документов являются: Устав Каффы 1316г. и Устав для черноморских колоний 1449 г. Сведения о хозяйственной жизни генуэзских колоний содержатся в нотариальных актах (итальянцы уже в средние века оформляли сделки по купле-продаже у нотариусов).
   Упоминание о владениях генуэзцев в Крыму можно найти в сочинениях западноевропейских и арабских путешественников, посещавших Северное Причерноморье в XIII--XV вв., а также в летописях и хрониках, составленных в это время в Генуе, Византии, Русских землях.
   Помимо письменных источников, о пребывании генуэзцев в Крыму свидетельствуют каменные плиты с латинскими надписями, которыми выходцы из Генуи украшали возводимые ими здания, отмечая, в какой год и во время правления какого консула была завершена та или иная постройка. Материалы, полученные в результате археологических раскопок, позволяют уточнить или дополнить наши знания о жизни населения Крымских владений генуэзцев, об архитектуре их городов, об этнической истории колоний. [110]
   Появление итальянских купцов в Черном море связывают с началом XIII в. Именно в этом столетии произошел целый ряд существенных изменений в мире, непосредственно отразившихся на историческом развитии средневековой Таврики.
   В начале XIII в. после того, как в результате четвертого крестового похода (1202-1204 гг.) рыцари-крестоносцы захватили Константинополь, возможность беспрепятственно проникать в Черное море получили принимавшие активное участие в организации похода венецианцы. Уже в середине XIII в. они регулярно посещали Солдайю (современный Судак), поселялись в этом городе. Известно, что дядя знаменитого путешественника Марко Поло, Маффео Поло, владел домом в Солдайе.
   Генуэзцы, оттесненные венецианцами от черноморских рынков, не захо-тели мириться с таким положением. Они пошли на заключение союзного договора с Никейской империей -- греческим государством в Малой Азии, которое вело борьбу против крестоносцев и венецианцев за восстановление Византийской империи.
   Договор между никейским императором Михаилом Палеологом и Генуей был заключен в марте 1261 г., а в июле этого же года греческие войска овладели Константинополем. Крестоносцы были изгнаны из Византии, а место венецианцев в черноморской торговле заняли генуэзцы. Правда, Вене-ция спустя некоторое время сумела договориться с византийским импе-ратором, и ее купцы вновь появились в торговых центрах Черного моря, но первенство в этом регионе было утрачено ею навсегда.
   В 60-70-е гг. XIII в. начинается генуэзская колонизация черноморских берегов. Первой, а затем и важнейшей колонией генуэзцев стала Каффа, основанная на месте античной Феодосии.
   Масштабы и характер генуэзской колонизации определялись тем обстоятельством, что основные маршруты международной торговли, свя-зывавшие Западную Европу со странами Востока, временно переместились к берегам Черного и Азовского морей. Дело в том, что к концу XIII в. позиции западноевропейского купечества в городах Сирии и Палестины оказались полностью утраченными. Проникшие на Ближний Восток вслед за крестоносцами коммерсанты из торговых городов Европы (прежде всего итальянцы) организовали доставку в европейские страны товаров Востока -- т.н. "левантийских товаров": пряностей, шелка, жемчуга, драго-ценных камней и др. Однако в 1291 г. пал последний оплот крестоносцев в Палестине -- Акра. Прежние пути левантийской торговли были закрыты.
   В то же время, к середине XIII в., складывается огромная империя монголов*, образовавшаяся в результате завоевательных походов Чингис-хана и его потомков. Владения монголов простирались от тихоокеан-ского побережья до степей Северного Причерноморья. Сложилась ситуация [111], когда торговые караваны из Китая и Центральной Азии достигали черноморских портов, не покидая пределов одного государства. Это привело к оживлению коммерческой деятельности, способствовало появ-лению новых и возрождению старых караванных маршрутов. Генуэзцам выпала заметная роль в организации новой системы торговых связей между Востоком и Западом. Они замкнули ее, доставляя восточные товары из черноморских портов в европейские торговые центры. Кроме того, наиболее предприимчивые выходцы из Генуи уже в начале XIV в. проникли в глубь Азии, достигли Китая, где возникли целые поселения генуэзских купцов.
   (* Собственно, из монголов состояла лишь правящая верхушка этого разно-племенного скопища степняков, состоявшего из татар, меркитов, керашпов, ойратов, найманов, урянхайцев и др. Всех их без разбору начали числить монголами, позже татарами. Таким образом, объединяющая здесь оба этнонима относительность (ибо завоеватели не были ни собственно монголами, ни собственно татарами) позволяет считать использование в данном контексте любого из указанных этнонимов в равной степени корректным.)
   Уже в первые годы существования Каффы она становится заметным центром транзитной торговли. Восточные товары поступали сюда из находившегося рядом Солхата (современный Старый Крым), ставшего административным центром татарских владений в Таврике.
   Об административном устройстве Каффы в первые десятилетия ее существования почти ничего не известно. Правили колонией консулы. О них упоминается в генуэзских документах за 1281 и 1284 гг. Мало что проясняет и первый устав города, принятый в 1290 г. От него до нас дошли только заголовки статей.
   Генуэзская колония активно развивалась. Об этом свидетельствуют нотариальные акты, составленные в Каффе в 1289-1290 гг. Однако ее существование было прервано в 1308 г. войсками золотоордынского хана Тохты. Генуэзцы успели бежать морем, но город и пристань были сожжены дотла. Только после того как в Золотой Орде воцарился новый хан Узбек (1312-1342 гг.), генуэзцы вновь появились на берегах Феодосийского залива. В 1313 г. в Орду было направлено посольство из Генуи; договорившееся с ханом об условиях возвращения генуэзцев на развалины Каффы, а в 1316 г. возрождающийся город получил новый устав.
   Период после восстановления генуэзской колонии в Каффе и вплоть до конца XIV в. стал временем наивысшего расцвета этого города. Устав 1316г. еще проникнут осторожностью генуэзских властей по отношению к татарам и венецианцам, сумевшим вновь закрепиться в Солдайе. Слишком памятны были события 1308 г. Поэтому подданным Генуи запрещалось оставаться в Солхате долыце восьми дней, разрешалось только закупать в этом городе товары, но нельзя было доставлять туда товары из Каффы. Еще более жесткие ограничения вводились на контакты каффинцев с Солдайей, в которой они могли задерживаться лишь на три дня, причем продавать или покупать что-либо в этом месте строго возбранялось.
   Но вскоре генуэзцы почувствовали себя увереннее, и Каффа вновь заняла прежние позиции торгового центра, а затем стала ключевым пунктом, своеобразным регулятором коммерческих связей всего черноморского бассейна. Основной поток восточных товаров шел теперь через Тану -- поселение в устье Дона. Помимо этого, в XIV в. Каффа связывается Прочными торговыми контактами с Русскими землями, Закавказьем, Малой Азией, Ираном. Значительное место в торговом обороте города занимали Продукты, производимые непосредственно в Северном Причерноморье: овчина, кожа, зерно, соль, рыба, икра. Не брезговали генуэзцы и работорговлей. [112] В XIV в. на каффинском рынке ежегодно продавалось более тысячи рабов, а постоянное рабское население Каффы достигало пятисот человек.
   Этот город по размерам и красоте практически не уступал своей метрополии -- Генуе. Сюда стекались товары, продавцы и покупатели из ближних и дальних земель. Кипела работа в порту и на верфи, в многочисленных ремесленных мастерских, где местные мастера перерабатывали значительную часть сырья, поступавшего в город.
   Консул Каффы, возглавлявший администрацию города, являлся одновременно высшим лицом всех черноморских владений генуэзцев. Он присылался из метрополии сроком на один год. На этот же срок избирались многочисленные советы и комитеты, ведавшие различными сферами жизни Каффы. Их состав формировался путем выборов, причем в каждом из органов городского управления должны были быть в равном количестве представлены генуэзцы (граждане Генуи) и граждане Каффы (негенуэзцы, постоянно проживавшие в городе).
   К середине XIV в. Каффа стала мощной крепостью, а в 80-е гг. этого столетия была возведена внешняя линия обороны города. О качестве каффинских укреплений свидетельствует тот факт, что в 1344-1347 гг. татарские войска несколько раз осаждали город, но захватить его так и не смогли.
   Признавая формально вассальную зависимость от Золотой Орды, гену-эзцы за крепостными стенами Каффы могли не только чувствовать себя в безопасности, но и принуждать татарские власти к отказу от агрессивных действий. Так, в 1344 г. Генуя договорилась с Венецией о совместной борьбе против Золотой Орды. После этого вся морская торговля в Газзарии была блокирована, что вынудило хана Джанибека пойти на заключение мира с обеими республиками. Тот же прием итальянцы повторяли при возобновлении конфликта с татарами в 1345 и 1349 гг. И всякий раз -- с благоприятным для себя результатом. Приведенные факты показывают, насколько важной стала для Золотой Орды морская торговля, полностью находившаяся в руках итальянских городов-республик.
   Колониальная практика Генуи в Крыму не ограничивалась только торговлей. С середины XIV в. генуэзские власти становятся на путь территориальных захватов. Изменение характера колонизации в значительной степени было связано с тем, что междоусобицы в Золотой Орде и Иране подорвали стабильность торговых связей Северного Причерноморья с Востоком. Еще более мощный удар по системе международной торговли через черноморские порты был нанесен в конце XIV - начале XV вв. походами Тимура. Все это толкало генуэзцев на поиски новых источников доходов от заморских колоний.
   В 1357 г. генуэзцы закрепляются на берегах Балаклавской бухты, где начинают возводить крепость. Следующим их приобретением становится Солдайя, которую генуэзцам удается захватить в 1365 г. Правда, золотоордынский темник Мамай изгоняет генуэзцев из этого города. Но после того как войска Мамая потерпели сокрушительное поражение на Куликовом поле, захвативший власть в Золотой Орде хан Тохтамыш [113] вернул им Солдайю вместе с 18 прилегавшими к ней селениями. Кроме того, Тохтамыш признал за Генуей право на прибрежную полосу от Чембало (Балаклава) до Лусты (Алушты). На этой территории генуэзскими колониальными властями было сформировано т.н. Капитанство Готия.
   Генуэзцы прочно завладели Солдайей и ее округом, полностью подчинив их население своей власти. Этот город, возникший в раннее средневековье, уже в VIII-IX вв. стал довольно крупным населенным пунктом. Тогда Сугдея (раннесредневековое название Солдайи) входила в состав византийских владений в Таврике. В XI в. город был захвачен кипчаками (половцами), которые владели им до начала XIII в. К этому времени установились прочные торговые связи Сугдеи с Русью (на Руси город был известен под названием Сурож) и Малой Азией. В 1223 г. Солдайя стала первым из городов Европы, захваченных и разграбленных монголо-татарами. В дальнейшем конкуренция со стороны находящейся рядом Каффы и постоянные разгромы, учиняемые в Солдайе татарами (в XIII в. - пять раз, а в XIV в. -- одиннадцать), привели к тому, что к 1365 г. город потерял свое прежнее значение. Захват его генуэзцами завершил превращение этого значительного в прошлом торгового города Черноморья в военный форпост Генуи в Юго-Восточной Таврике и центр административного округа из 18 деревень. Административное устройство Солдайи, в основном, походило на каффинское.
   В Капитанстве Готия генуэзцы, напротив, никогда не чувствовали себя полными хозяевами. Их позиции в этой части колониальных владений ограничивались контролем за укрепленными пунктами и сбором налогов с местного населения. В остальном поселения Южного берега Крыма, т.н. "общины Готии", были предоставлены сами себе.
   Выходцы из Генуи сумели обосноваться и в древнейших крымских городах, переживавших в XШ-XV вв. далеко не лучшие свои времена. Так, на берегу Керченского пролива, на месте античного Пантикапея, в первой половине XIV в. появляется их колония Воспоро. В Херсон (антич-ный Херсонес) генуэзцы проникают на рубеже ХШ-ХГУ вв., а в Уставе 1449 г. упоминается даже генуэзский консул Горзоны (Херсона).
   Но всех этих приобретений властям Генуи оказалось мало. К началу XV в. в Таврике складывается новая политическая ситуация. В это время окончательно ослабевает и начинает разваливаться на части Золотая Орда. Генуэзцы перестают считать себя вассалами татар. Но их новыми противниками становятся набирающее силу княжество Феодоро, претендовавшее на прибрежную Готию и Чембало, а также потомок Чингиз-хана Хаджи-Гирей, стремившийся к созданию в Крыму независимого от Золотой Орды татарского государства.
   Борьба Генуи и Феодоро за Готию длилась с перерывами почти всю первую половину XV в., причем феодоритов поддерживал Хаджи-Гирей. Крупнейшее военное столкновение между противоборствующими сторонами произошло в 1433-1434 гг. Началось все с того, что в 1433 г. греческое население Чембало взбунтовалось против колониальных властей и при помощи феодоритов сумело захватить крепость на берегу [114] Балаклавской бухты.
   В ответ на это власти Генуи на ссуду, полученную у Банка св. Георгия (крупнейшей финансовой организации Западной Европы с центром в Генуе), снаряжают десять галер и одиннадцать более мелких судов, на которых было размещено несколько пушек и 6 тыс. солдат во главе с полководцем Карло Ломеллино. В июне 1434 г. генуэзские корабли подошли к Чембало. После непродолжительного штурма, в ходе которого впервые в крымской истории была применена артиллерия, войска Карло Ломеллино овладели крепостью. Затем генуэзцы отправились к единственному морскому порту феодоритов -- Каламите (Инкерман) и сожгли этот город. Каламита на некоторое время была включена в состав генуэзских владений. После таких успехов Карло Ломеллино направился в Каффу, причем часть его экспедиции двинулась туда сухопутным маршрутом вдоль Южного берега Крыма, приводя местное население к покорности огнем и мечом. По всей видимости, некоторые "общины Готии" к 1434 г. тоже отказались признавать власть Генуи, а потому вернуть свои пошатнувшиеся позиции в этой части Таврики колониальная администрация могла только с помощью военной силы.
   В Каффе войска Ломеллино возросли до 8 тыс. человек. С такой силой генуэзский полководец предпринял поход на Солхат. Однако в этот раз удача отвернулась от него. На подступах к Солхату генуэзцы были неожиданно атакованы татарской конницей Хаджи-Гирея и в короткой битве потерпели поражение. Лишь жалкие остатки экспедиции смогли вернуться в Каффу, где погрузились на суда и поспешили убраться восвояси. Поход Карло Ломеллино длился менее месяца, но за это время генуэзцы взяли Чембало и Каламиту, прошлись вдоль Капитанства Готия, совершили попытку захватить Солхат. Стремительность их действий свидетельствует о том, что поход был хорошо спланирован еще в Генуе, а главной его целью было не просто возвращение Чембало, а значительное расширение генуэзских владений в Крыму. Поражение военной экспедиции разрушило эти планы.
   Генуэзцы никогда не составляли значительной части обитателей крымских колоний. В Чембало и Капитанстве Готия преобладало местное греческое население. В городах Юго-Восточной Таврики (Каффа, Солдайя) в период генуэзской колонизации, помимо греков, проживало довольно много армян, встречались выходцы из различных стран Восточной и Западной Европы, Ближнего и Среднего Востока. Оседали здесь и татары, поэтому имелся даже специальный татарский чиновник, ведавший делами подданных хана -- тудун. В источниках ХIVV вв. также неоднократно упоминаются русские купцы, торговавшие в городах-колониях генуэзцев. Как видим, в колониях уживались люди, говорившие на разных языках, придерживавшиеся различных обычаев и традиций, исповедовавшие самые разнообразные религии. Нельзя сказать, что жизнь этнически пестрого населения колонии всегда была бесконфликтной, но примечателен сам факт совместного проживания столь непохожих друг на друга людей на сравнительно небольшой территории.
   После поражения в 1434 г. генуэзские колонии вынуждены были [115] уплачивать ежегодную дань Крымскому ханству, которое возглавил Хаджи-Гирей, поклявшийся изгнать генуэзцев из их владений на полуострове. Вскоре у колоний появился еще один смертельный враг.
   В 1453 г. турки-османы завладели Константинополем. Византийская империя окончательно перестала существовать, а морской путь, связывавший генуэзские колонии в Черном море с метрополией, был взят турками под контроль. Генуэзская республика оказалась перед лицом реальной угрозы потери всех своих черноморских владений. К тому же она не имела средств для укрепления их обороноспособности. Все это вынудило власти Генуи поторопиться продать колонии Банку св. Георгия. Это могущественное финансовое учреждение к тому времени уже обладало правом чеканки монеты, сбора большинства налогов во владениях Генуи, контролем за генуэзскими таможнями, монополией на эксплуатацию соляных копей. Получив право на управление черноморскими колониями за крайне низкую цену, Банк всего лишь завершил этим актом процесс постепенного поглощения данной части генуэзских владений.
   Уже на следующий год колонии впервые почувствовали реальность турецкой угрозы. В июне 1454 г. на рейде Каффы появились военные корабли турок-османов. После того как турки ограбили несколько населенных пунктов крымского и кавказского побережья и добились от Каффы обещания выплачивать им ежегодную дань, турецкая эскадра оставила владения генуэзцев в покое. Однако стало ясно, что дни генуэзского владычества на черноморских берегах сочтены. Тем более что Банк св. Георгия был больше озабочен скорейшим возмещением суммы, потраченной на покупку колоний, чем своевременным пополнением запасов продовольствия и оружия в крепостях.
   Дата падения колоний была отсрочена только тем, что Османская империя ввязалась в войну с Венецией. Генуя, ставшая в это время союзницей турок, сумела добиться возобновления движения своих судов через Босфор и Дарданеллы, но связь колоний с метрополией так и не стала такой же прочной, как прежде.
   Генуэзские власти прекрасно понимали, что мир с турками - временный и стремились использовать его для подготовки к неминуемой борьбе с Османской империей. Им удалось установить союзнические отношения со своими соседями -- Крымским ханством и княжеством Феодоро. В 1466 г. первый крымский хан Хаджи-Гирей, заклятый враг генуэзцев, умер. После его смерти более двух лет шла борьба за ханский престол, которым в конце концов завладел младший сын Хаджи-Гирея - Менгли. Генуэзцы сделали немало для его прихода к власти. Мало того, главный конкурент Менгли-Гирея -- Нур-Девлет был заточен в крепость Солдайи. Политика, проводимая ханом Менгли-Гиреем, может быть охарактеризована как прогенуэзская. С Каффой крымский хан заключил мирный договор еще в самом начале своего правления.
   В 1471 г. генуэзцы заключили союз с владетелем Феодоро. Но никакие Дипломатические победы не могли спасти колонии от гибели. Османская империя никогда не считала себя связанной какими-либо обязательствами по отношению к генуэзским колониям. Так, в 1471 г. побережье Крыма [116] подверглось очередному турецкому набегу. Но смертельный удар по колониям был нанесен лишь после того, как турки-османы заключили перемирие с Венецией (1474 г.).
   31 мая 1475 г. к Каффе подошла турецкая эскадра. К этому времени дал трещину антитурецкий блок "Крымское ханство -- генуэзские колонии -- Феодоро". Дело в том, что Менгли-Гирей так и не смог преодолеть антигенуэзских настроений, господствовавших среди татарской знати. Лидер антигенуэзской партии Эминек -- вельможа, крупный землевладелец -- стал в 1473 г. представителем хана во владениях генуэзцев. Враждебность Эминека к властям колоний приводит к тому, что хан Менгли-Гирей отстранил его от занимаемого поста. Но опальный вельможа не успокоился. Он вступил в контакт с турками и существенно помог им в подготовке экспедиции против Каффы. Эминек со своими сторонниками встретил турецкий десант, высаженный близ генуэзского города. Попытка же Менгли-Гирея помочь своим союзникам закончилась неудачей. За ним последовало только около полутора тысяч воинов, остальные присоединились к Эминеку. Что же касается княжества Феодоро, то его вооруженные силы были сосредоточены на обороне своей столицы и на помощь генуэзцам не пришли.
   Осада Каффы продлилась с 1 по 6 июня. Генуэзцы капитулировали в момент, когда средства для обороны их черноморской столицы вовсе не были исчерпаны. По одной версии, власти города поверили обещаниям турок сохранить им жизнь и имущество. По другой -- капитулировать их вынудили начавшиеся внутри Каффы народные волнения, которых генуэзцы испугались больше, чем внешнего врага. Так или иначе, но крупнейшая генуэзская колония досталась туркам на удивление легко. Новые хозяева города отобрали имущество генуэзцев, а их самих погрузили на корабли и вывезли в Константинополь. Были ограблены и иностранные купцы, находившиеся в это время в Каффе, в том числе и русские.
   Солдайя оказала туркам-османам более упорное сопротивление, чем Каффа. По сообщению польского путешественника XVI в. Мартина Броневского, после того как осаждающим удалось ворваться в крепость, ее защитники заперлись в церкви и погибли в пожаре. Археологические раскопки подтверждают эту информацию.
   Территория, которую занимали генуэзские колонии в Крыму, после турецкого захвата стала управляться непосредственно чиновниками Османской империи, как и владения княжества Феодоро, разгромленного турецкими войсками в том же, 1475 г. Крымское ханство сохранило самостоятельность, хотя и признало вассальную зависимость от Турции.
   Крымский улус Золотой Орды. В начале XIII в. монголо-татарские орды, объединенные Чингиз-ханом, стремительными ударами покорили Северный Китай и Среднюю Азию. Затем настал черед степей Приуралья и Поволжья, Русских земель и Северного Причерноморья.
   Первое столкновение объединенного русско-половецкого войска с передовыми частями монголо-татар произошло 31 мая 1223 г. на р. Калке близ Азовского моря. В ходе жестокой битвы экспедиционный корпус войск Чингиз-хана, проникший в Приазовье через Закавказье и Северный [117] Кавказ, нанес коалиции русских князей и половецкого хана Котяна сокрушительное поражение.
   Жертвой завоевателей стал и город Сугдея (ныне Судак), расположенный в Юго-Восточной Таврике. Видный центр черноморской торговли оказался первым городом Европы, испытавшим на себе мощь новых "покорителей Вселенной". Однако события 1223 г. были для монголо-татар лишь своеобразной разведкой боем. Окончательно обосновались они в Северном Причерноморье лишь в конце 30-х гг. XIII в., после того как на Восточную Европу обрушились полчища хана Батыя, "внука Темучина сына Джучи"*. Первоначально монголы завладели степной и предгорной частями Крымского полуострова, покорили кочевавших здесь половцев и образовали Крымский улус (или Юрт) с центром в городе Солхат (Крым), где расположилась ставка золотоордынского наместника.
   (* Джучи -- первенец основателя империи "покорителей Вселенной" Темучина, принявшего в 1206 г. псевдоним Чингиз-хан. Одним из сорока сыновей Джучи, рожденных от многочисленных разноплеменных жен и наложниц, был хан Батый (Бату-хан), возглавивший в 1236 г. поход на Восточную Европу.)
   Наиболее знатными и могущественными родами Крымского Юрта яв-лялись Ширин, Мансур, Барын, Сиджиут, Аргин, Кипчак, Яшлау. Каждый из них имел свой удел (бейлик), в границах которого глава рода (бей) чувствовал себя полноправным хозяином.
   Татарские беи и мурзы подчиняли себе и этнически пестрое население Таврики. Их права на получение доходов с определенных территорий оформлялись тарханными ярлыками, содержащими в пользу новых хозяев перечень повинностей, которыми облагались местные жители.
   Но установление зависимости обитателей крымских городов и сель-ских поселений от татарской верхушки вовсе не означало, что они обезопасили себя от набегов со стороны кочевников. Таврику не раз опустошали в ходе борьбы за золотоордынский престол, имели место и карательные экспедиции, направлявшиеся против строптивых и непокорных жителей полуострова, случались и просто грабительские вылазки с целью разжиться за счет преуспевающих подданных.
   Один из наиболее известных татарских походов на Крым связан с именем Ногая. В 1299 г. его войска опустошили едва ли не весь полуостров. Неоднократно подходили золртоордынцы к стенам генуэзских городов-колоний. Правда, после 1308 г. все их попытки овладеть Каффой заканчивались неудачей, зато они регулярно разоряли Сугдею.
   Во второй половине XIV в. Золотая Орда вступила в полосу нескончаемой борьбы за ханский престол. Центральная власть, слишком часто переходившая из рук в руки, ослабла, потеряла реальный контроль за тем, что происходило в различных концах огромного государства.
   В это время в Таврике возникают два самостоятельных татарских княжества. Центром одного становится Солхат-Крым, другое формируется вокруг Кырк-Ора (Чуфут-Кале). Об этом свидетельствует письменный источник, согласно которому в 1363 г. в битве на Синих водах (приток Южного Буга) против литовского князя Ольгерда сражались "ханы [118] Крымский, Манкопский и Киркельский". В "ханах Крымском и Киркельском" следует видеть правителей двух частей когда-то единого Крымского Юрта, а "хан Манкопский", скорее всего, не кто иной, как правитель формирующегося в это время княжества Феодоро.
   Упорной борьбой крымской татарской знати за окончательное обособление от Золотой Орды ознаменован XV в. Первый этап развития "сепаратистских тенденций" на полуострове привел к образованию в 20-40-е гг. Крымского ханства во главе с династией Гиреев. Второй же привел к тому, что в самом конце XV в. Менгли-Гирей-хаи не только окончательно закрепил крымский престол за своей династией, но и, разгромив орду Ших-Ахмата, покончил с зависимостью своих владений от золотоордынских правителей. В дальнейшем именно Крымское ханство становится главным наследником Золотой Орды, наиболее мощным татарским государством, образовавшимся на ее развалинах.
   Солхат-Крым. Тесно связана с историей Крымского улуса Золотой Орды судьба города, располагавшегося между Каффой и Солдайей, на месте современного Старого Крыма, и часто упоминавшегося в одних источниках как Солхат, а в других -- под названием "Крым" (реже -- "Кырым"), Следует отметить, что первое название чаще фигурирует в тех случаях, когда речь идет об экономической жизни города. Когда же мы сталкиваемся с названием "Крым", то чаще всего это связано с политической историей средневековой Таврики.
   Арабский историк, описывавший события 1263 г., сообщает о не-большом населенном пункте Крым, в котором обитают кипчаки (половцы), русские, аланы. Это первое упоминание, бесспорно относящееся именно к Солхату-Крыму. То, что средневековое поселение на месте Старого Крыма было основано в середине XIII в., подтверждается также и тем обсто-ятельством, что в ходе археологических исследований пока не удалось обнаружить слоев, относящихся к домонгольскому периоду. Уже в 1263 г. в этом населенном пункте находилась резиденция золотоордынского наместника, управлявшего татарскими владениями на территории Крым-ского полуострова. Примерно в это же время здесь начинает работать монетный двор.
   Первые годы своего существования Солхат-Крым чаще всего упоми-нается в источниках в связи с тем, что через него следовали дипломати-ческие посольства, направлявшиеся из Египетского султаната в ставку хана Золотой Орды. Египетский султанат -- крупнейшее мусульманское государство ХIII-XIV вв. -- стремился поддерживать союзнические отно-шения с улусом Джучи* (Золотой Ордой), всячески способствовал рас-пространению в нем ислама. Именно для достижения последнего султаны Египта оказывали содействие возведению мечетей в Солхате-Крыме, ставшем одним из основных центров миссионерской деятельности мусульманского духовенства.
   (* Улус, образованный Чингиз ханом (умер в 1227 г.), во главе с его сыном Джучи и ближайшими родственниками -- чингизидами во многих поколениях, который, по сути, и являл собой Золотую Орду.)
   В период своего расцвета Солхат-Крым был одним из заметных центров [119] культуры. До наших дней сохранились остатки возведенных здесь в средние века мечетей, из которых наиболее знаменита т.н. "мечеть Узбека", построенная в 1314 г. К зданию храма примыкало медресе -- мусульманское духовное училище. Практически все исследователи Солхата отмечают сильное влияние на его архитектурный облик тюркского стиля, пришед-шего из Малой Азии, -- сельджукизма. Он присутствует в калли-графических особенностях надписей, выполненных в арабской графике, в орнаментике и архитектурных деталях зданий. Вполне вероятно, что в городе длительное время существовала колония турков-сельджуков. Носителями сельджукизма в средневековой Таврике являлись и армяне, широко расселившиеся в XIII-XV вв. именно в юго-восточной части Крымского полуострова. Роль культурного центра армянского населения Таврики играл расположенный в нескольких километрах от Солхата монастырь Сурб-Хач ("Святой крест").
   В памятниках Солхата-Крыма заметно проявились и культурные веяния, принесенные из Египта, Хорезма, Ирана, Месопотамии. Надгробия XIV в. свидетельствуют, что в городе проживали выходцы из Среднего и Ближнего Востока. Следует заметить, что Солхат-Крым не только испытывал на себе влияние различных культурных традиций. Их синтез породил неповторимый облик этого средневекового города, произво-дившего неизгладимое впечатление на современников.
   Но стремительное развитие и широкая известность Солхата, в короткий срок превратившегося из небольшого селения в довольно крупный по масштабам средневековья город, были получены им, прежде всего, благодаря тому, что во второй половине XIII в. сюда стали стекаться товары из Поволжья и Русских земель, Кавказа и Средней Азии, Индии и Китая. В начале XIV в. он стал центром изготовления золотоордынской филиграни, разветвленные торговые связи позволили ему оказать заметное воздействие на хозяйственное и культурное развитие регионов Северного Причерноморья, Кавказа и Поволжья. Город оказался включен в систему торговых магистралей, идущих из глубин евразийского материка. Он был одним из пунктов грандиозной торгово-транспортной системы, созданной на огромных просторах, завоеванных монголами.
   Рынок Солхата-Крыма вызвал к себе интерес у обосновавшихся в Каффе генуэзцев. В нотариальных актах Каффы 1289-1290 гг., в Уставе крупнейшей генуэзской колонии, изданном в 1316 г., ставка татарского наместника упоминается неоднократно и именно в связи с коммерческой деятельностью подданных Генуи. Существует даже версия, согласно которой первоначальное поселение, разросшееся затем в город Солхат-Крым, было основано генуэзцами. Но это предположение кажется маловероятным. Однако нет сомнений в том, что генуэзские купцы регулярно посещали этот город и даже обосновывались здесь на постоянное место жительства.
   Тесная экономическая связь двух городов Юго-Восточной Таврики основывалась на том, что они удачно дополняли друг друга. Для Солхата Каффа являлась морским портом, позволявшим товарам, прибывшим сюда с караванами, продолжать движение в западном направлении водным путем. Генуэзцы же, со своей стороны, вполне могли рассматривать Солхат как [120] своеобразное продолжение каффинской пристани.
   Контакты между Каффой и Солхатом стали настолько прочными, что даже в период, когда между генуэзцами и татарами в Таврике шла своего рода "холодная война" (в середине XV в.), Устав для генуэзских владений в Черном море 1449 г. содержит положение о выдаче рабов, бежавших в Каффу из Солхата, в то время как выдача невольников, бежавших из других татарских владений, генуэзским колониальным законодательством не предусматривалась. Такое обязательство было бы невозможным, если бы в Солхате не действовало подобное же правило в отношении беглых рабов из Каффы.
   Солхат и Каффа возникли примерно в одно время, одновременно (в XIV в.) пережили период экономического расцвета. Солхат, правда, раньше и быстрее стал клониться к хозяйственному упадку.
   Основной причиной ослабления города, начавшегося во второй половине XIV в., следует считать вступление Золотой Орды в полосу междоусобиц и всесторонней дезинтеграции. Уже в конце XIV столетия арабский автор вспоминает о времени, когда караваны, двигаясь от Хорезма до Крыма, не покидали пределов одного государства, как о безвозвратно прошедшем. Окончательно Солхат-Крым потерял свои прежние экономические позиции после того, как в 1395 г. войска Тимура подвергли его разгрому.
   Вместе с потерей экономического значения Солхат-Крым постепенно теряет и свое положение политического центра татарских владений в Таврике. Уже во второй половине XIV в. здесь перестает существовать единое наместничество. У Солхата-Крыма появляется политический конкурент -- Кырк-Ор (Чуфут-Кале). Именно этот город становится первой столицей Крымского ханства, образовавшегося в середине XV в. Возможно, что в период после потери Золотой Ордой фактической власти над татарскими владениями на крымском полуострове (конец XIV в.) Солхат-Крым получил некоторую административную самостоятельность. Только этим можно объяснить обстоятельства похода генуэзцев на город в ходе событий 1434 г. Помощь, оказанная Солхату Хаджи-Гиреем, явилась полной неожиданностью для командовавшего генуэзским войском Карло Ломеллино. Его солдаты оказались не готовы к серьезному сражению на подступах к Солхату, что и привело к разгрому генуэзцев.
   В XV в. поселение на месте Старого Крыма продолжало существовать, но утратило городской облик. Венецианский путешественник Иософат Барбаро, посетивший в это время крымский полуостров, считал, что Солхат не является ни городом, ни крепостью.
   Несомненно, Солхат являлся, прежде всего, мусульманским городом. Ислам прочно утвердился в нем еще до того, как стал государственной религией Золотой Орды. Случилось это во время правления хана Узбека, но в среду кочевников-татар ислам внедрялся с большим трудом. Многие из них и в XV в. продолжали оставаться язычниками. Крепостные стены Солхата, таким образом, пролегали между культурой восточного города мусульманского мира и своеобразной, но почти не дошедшей до нас культурой мира Великой Степи, лишь поверхностно затронутой пропагандой ислама. [121]
  

КРЫМСКОЕ ХАНСТВО

  
   В начале XIII в. этнополитическая ситуация в Таврике сложилась следующим образом. В горных районах обитало преимущественно христианское население. Основным занятием его было земледелие, существенно дополнявшееся пастушеским скотоводством. Это население, будучи смешанным по этническому составу (преимущественно аланы, готы), в этнокультурном и языковом отношении испытало сильное византийс-кое влияние. В степной части полуострова неоднократно происходила смена одних тюркоязычных кочевых этносов другими. С середины XI до 20-х гг. XIII вв. здесь господствовали половцы (кипчаки).
   В январе 1223 г. в Крым вторглись татары, до этого близ Дербента разгромившие алано-кипчакское войско. В источниках, относящихся к тому периоду, практически не употребляется для обозначения завоевателей этноним "монголы", а только "татары"*. Разгромив Судак и перебив значительное число половцев, татары удалились. Только во время второго похода в Юго-Восточную Европу в 1236 г. они начали обосновываться на полуострове. Его степная и предгорная части были поделены между родами, участвовавшими в завоевании. Закреплению татар на полуострове способствовало образование Золотой Орды, в которой Крым занял положение улуса (провинции). Резиденцией наместника стал город Солхат, или Крым (кыне Старый Крым), возникший во 2-й половине XIII в. на торговом пути из генуэзской Каффы (Феодосии) в степи Евразии. Название города "Крым" вскоре перешло на весь полуостров.
   (* По одной из версий, причина, почему такие разноплеменные полчища степных завоевателей летописцами были названы татарами, состоит в том, что собственно татар, служивших монгольской верхушке, предполагается, ставили в передовые отряды войска, и с годами это условное имя разноликих и разноязычных народов стало нарицательным, своего рода псевдонимом не только авангарда, но и всей захватнической орды, подробный этнический состав коей никто и никогда в точности не установит.)
   В указанный период начинается формирование крымскотатарского этноса. В его состав вошли, кроме пришельцев-татар, часть половцев, ассимилированных завоевателями. Заметное этнокультурное влияние оказала эмиграция из малоазийских сельджукских султанатов, отразившаяся на формировании духовной культуры крымских татар. Существуют и другие точки зрения на этногенез крымских татар.
   Христианское население Крымского улуса оказалось под сильным идеологическим и политическим давлением, началась его мусульманизация и татаризация, о чем есть прямые сведения в источниках. Особенно этот процесс усилился после провозглашения золотоордынским ханом Узбеком ислама государственной религией (1313 г.).
   Большую роль в процессе формирования крымских татар как этноса сыграл распад Золотой Орды. В 1-й половине XV в. центробежные процес-сы охватили огромную территорию и привели к обособлению Казанского, Астраханского и Крымского ханств. В состав последнего также вошли земли между Дунаем и Днепром, Приазовье и часть Кубани. Эта территория была значительно большей, чем владения татар в Крыму. Но точно установить [122] ее границы, особенно северные, довольно трудно, т. к. многочисленные кочевые и полукочевые народы, обитавшие на землях Причерноморья, часто меняли места кочевки или просто выходили из-под власти хана.
   0x01 graphic
   1433--1466. Хаджи-Гирей -- основатель Крымского ханства. В начале XV в. под властью золотоордынских ханов остались лишь земли западнее Волги. За них шла борьба между Мухаммедом, Давлет-Бердой и Гиас-ад-Дином. Крымом и прилегающими к нему с севера землями овладел Давлет-Берда. Гиас-ад-Дин был вынужден убыть в Литву, где впоследствии и умер. Но на Крымский улус, так и не доставшийся Гиас-ад-Дину, начал претендовать его сын Хаджи-Гирей. Великому литовскому князю Сигизмунду, в свою очередь, было выгодно поставить во главе Крымского улуса послушного Хаджи-Гирея, что могло обезопасить Южные рубежи Литовского государства от набегов татар. "Князь великий Жигимонт, -- сообщает московская летопись, -- дал ему людей до... орды перекопские, на царство послал". Произошло это в 1433 г., но в том же году Хаджи-Гирея изгнал другой претендент на Крымский улус -- Сеид-Ахмед. Хаджи-Гирей снова оказался в Литве.
   И все же: "В 1443 г., -- говорится в польской хронике Стрыйковского, - татары перекопские, барыкские и ширинские прислали к Казимиру, великому князю литовскому, ярлык с просьбой дать им на царство Хаджи-Гирея, который в то время проживал в Литве, где он владел для прокормления городом Лидою по милости панов литовских. Поэтому Казимир в назначенный день в Вильне, в приготовленном замке, возвел с литовскими панами того Хаджи-Гирея на царство татарское и послал его в Перекопскую орду с маршалом Радзивилом, который смело посадил его там". С помощью литовцев Хаджи-Гирею удалось разгромить орду Сеид-Ахмеда, по-прежнему претендовавшего на Крымский улус. Не [123] признали независимым крымским ханом Хаджи-Гирея и генуэзцы, т.к. с учреждением суверенного ханства их влияние в южной части полуострова должно было неминуемо упасть. Чтобы добиться от генуэзцев такого признания, он обратился за помощью к туркам. Как результат -- в 1453 г. в районе Боспора (Керчи) состоялась встреча Хаджи-Гирея с представителем султана -- Демир-кяхья. В 1454 г. в Каффинский залив вошла турецкая эскадра, состоявшая из полусотни галер. Одновременно у стен города появился с 6000 вооруженных всадников Хаджи-Гирей. После этого консул Каффы признал Хаджи-Гирея независимым ханом и обязался ежегодно платить ему дань. Литовские князья, между тем, включили в состав своего государства обширные территории, ранее входившие в состав Золотой Орды. На них претендовали и московские князья. Однако Хаджи-Гирей, который считал себя преемником ханов Золотой Орды, дал литовскому князю ярлык с золотой печатью на право владения этими землями.
   1475--1774. Крымское ханство -- вассал Турции. В 1475 г. Османская империя завоевала генуэзские колонии и княжество Феодоро, населенное христианами, впоследствии обычно именовавшимися "крымскими греками". Эти территории, а также ряд крупных городов и крепостей Причерноморья, Приазовья и Кубани вошли в состав турецких владений, управлялись султанской администрацией и не подчинялись ханам. Турция содержала в них свои гарнизоны, чиновничий аппарат и строго взимала налоги с подвластных земель. Кроме того, в стратегически важных районах степной части полуострова турки построили крепости и содержали в них гарнизоны. Это были Ор (Перекоп), Арабат, Еникале, Гезлев (с конца XVIII в. - Евпатория). Управлявший ими турецкий паша имел резиденцию в Каффе, которую турки называли "малым Стамбулом". Здесь постоянно располагался турецкий гарнизон. Степная и предгорная части полуострова остались в составе ханства. Причина появления турок в Крыму историками трактуется неоднозначно. По одной версии, их призвал сюда Менгли-Гирей для борьбы со своими братьями Нур-Даулетом и Хайдаром. За это он признал себя вассалом турецкого султана. По другой версии, турки появились в Крыму, чтобы завоевать генуэзские колонии.
   С 1478 г. Крымское ханство стало вассалом Османской Порты и оставалось в этом качестве в течение трехсот лет вплоть до Кючук-Кайнарджийского мира 1774 г. В западно-европейских изданиях приводится текст договора, который в 1479 г. был заключен между турецким султаном Мехмедом II и Менгли-Гиреем. Он определял статус Крымского ханства как автономного в составе Порты. Договор предусматривал назначение султаном крымских ханов из рода Гиреев - потомков Чингиз-хана (по одной из версий). Порта взяла на себя обязательство не подвергать смертной казни ни одного из Гиреев. "Владения хана и другие местопребывания членов дома Гиреев, -- говорилось в 3-й статье договора, -- признаны неприкосновенным убежищем для всех, кто бы ни находил в них себе приюта". Договор также обязывал хана по первому требованию из Стамбула выступать со своим войском на стороне Османского государства. [124]
   1467-1475, 1478-1515. Менгли-Гирей. Этот хан, будучи энергичным и предприимчивым правителем, стал расширять территорию ханства за счет земель, входивших в состав Литвы, Польши и Большой Орды. Тем самым он не оправдал надежды великих князей литовских на то, что с созданием в Крыму независимого от Золотой Орды ханства их владения на украинских землях будут в безопасности. Менгли-Гирей воевал много и успешно. Так, с 50-тысячным войском хан помог султану подавить антитурецкое выступление в Молдавии. В награду за это тот предоставил ему право взимать налоги вместо молдавского господаря с жителей западной части Северного Причерноморья. Хан совершил несколько походов в Черкессию. Это привело к тому, что некоторые черкесские князья начали считать его своим сюзереном. Хан прославился и своей строительной деятельностью. Он соорудил в стратегически важных районах ханства крепости, которые должны были обезопасить его границы. Хотя Менгли-Гирей и согласился на назначение ханов турецким султаном, но принял меры к тому, чтобы самому назначить своего преемника. Он учредил в ханстве для своего старшего сына Мухаммед-Гирея специальную должность -- калги-султана. Постоянной резиденцией калги-султана стала Ак-Мечеть. В Стамбуле с ханом были вынуждены считаться и не посмели перечить, когда тот решил передать престол старшему сыну. Султан прислал в Бахчисарай фирман, в котором Мухаммед-Гирей был объявлен официальным наследником. Менгли-Гирей умер в 1515 г. и был похоронен рядом с останками его отца ХаджиТирея в дюрбе, которое было сооружено еще при жизни Менгли-Гирея над отцовской могилой.
   В 1-й половине XVI в. зафиксировано употребление этнонима "крымские татары" (С.Герберштейн, М.Броневский), до этого мусульманское население степной и предгорной частей полуострова обычно называли просто "татарами". На протяжении ХVI--ХVIII вв. у крымских татар, в особенности в горном Крыму, кочевое скотоводство постепенно сменяется земледелием, хотя скот еще долго оставался основным мерилом богатства населения, которое занималось также коневодством, разведением верблюдов, овцеводством. "У них большие стада скота и овец, среди которых знаменитые курдючные овцы, имеются двугорбые верблюды и много лошадей не очень красивых, но быстрых, сильных и выносливых", -- писал Тунманн (80-е гг. XVIII в.).
   Земледелие было возможно только в тех местах Крыма, где имелись источники воды, что позволило возникнуть монопольному владению землей, пригодной для обработки. На первых порах землепашество ограничивалось, в основном, посевом быстросозревающего ячменя. Но с течением времени татары научились выращивать пшеницу, гречиху, просо, овес. Французский консул в Крыму Пейсонель говорил, что из крымских портов ежегодно отходило от 100 до 150 кораблей, груженных хлебом для Турции. Другие народности, населявшие Крым, занимались огородничеством, садоводством, виноградарством. Они поделились с татарами навыками выращивания фруктовых деревьев, арбузов, дынь, овощей, винограда, занятия пчеловодством.
   Процесс оседания татар шел особенно интенсивно в горных и [125] южнобережных областях Крыма, естественно, там шел и процесс ассимиляции татарами местных жителей. Степные же татары продолжали заниматься, в основном, скотоводством. Занятие земледелием для них еще долгое время считалось хлопотным делом, а техника земледелия оста-валась примитивной и в XVIII в.
   В Ногайской орде (Приазовье и Северный Кавказ) земледелие и ремесло носили вспомогательный характер и не получили широкого распространения. Оседлое земледелие отсутствовало. Чтобы вырастить хлеб, весной часть ногайцев уходила в сторону от долины, где находилась их орда, избирала удобную для земледелия территорию, обрабатывала и засевала землю, а когда хлеб созревал, собирала урожай и возвращалась с продовольствием в свою орду. Кочевое скотоводство основывалось на периодической смене пастбищ с учетом их травостоя, сезонов, климата и количества скота. Существовала система кочевания с определенными марш-рутами перекочевок, использованием зимних, весенних, летних и осенних пастбищ, установленных для каждого кочевого коллектива.
   В Буджаке (Приднестровье, Приднепровье) население вело оседлый образ жизни, занимаясь, кроме земледелия, скотоводством, пчеловодством.
   Черкесы (Северный Кавказ) разводили лошадей, занимались охотой, рыбной ловлей, овцеводством. Это был оседлый народ.
   На территории ханства возникло несколько форм земельных держаний: ханское землевладение, бейлики (владения знатных беев-карачеев), султанское землевладение, вакуфные земли, принадлежавшие духовенству, мурзинское землевладение, общинные земли. Первоначально земли Крыма, еще входившего в состав Золотой Орды на правах улуса, были захвачены для зимних кочевий представителями четырех знатнейших татарских родов: Ширинов, Барынов, Аргинов и Сиджиутов. В последующем к ним присоединился ногайский род Мансуров, выдвинувшийся на второе место (после Ширинов), и род Яшлавов (Сулешевых).
   Патриархально-родовая организация просуществовала у татар вплоть до конца средневековья. Во главе родов стояли беи, которые, руководствуясь правом первого захвата земли, к моменту установления власти Гиреев уже имели свою территорию, внутри которой лучшие земли выделялись в пользу бея и назывались бейликами. В своем бейлике владелец, кроме пожизненного владения землей бейлика и собственностью, приобретенной за счет освоения целинных земель либо пожалования, имел полную власть над населением. Они самовластно творили суд и расправу над зависимым населением, устанавливали объем продуктовой ренты, размеры барщины, которая вначале была 8-10 дней в году, а потом стала заметно расти, и другие виды повинностей. В документах упоминаются всеобщий налог, подать с урожая, пошлина с купли-продажи, таможенная пошлина, подельная или подушная подать, провиант и фураж, пошлина от продажи вина, винограда, плата за гумно, за поголовье крупного рогатого скота и др. Бей обязан был вооружать свое население во время военных походов. В пределах бейлика особые участки земли принадлежали мурзам -- членам бейского рода. Мурзы были ниже беев по социальному положению, собственно, они и составляли класс феодалов, резко [126] обособляясь от остальных групп населения, т.к. не имели права вступать в брак с простыми татарками, получать доходы иным путем, кроме как с земли или военной добычи.
   Дом Гиреев широко использовал разные формы земельных пожалований за услуги, оказанные правителям. Раздавались земли с пашнями, сенокосами, зимовьями для скота, садами, мельницами. Постепенно многие земли становились наследственными. Эта раздача земель превратила беев не только в крупных землевладельцев, но и в фактических хозяев страны, т.к., хотя хан и считался главой государства и высшим сеньором, вассальная зависимость татарских родов и племен, да и других народов, подчиненных власти хана, была часто лишь номинальной. Высшую феодальную власть составляли главы влиятельных родов. Наиболее знатными и могущественными были представители рода Ширинов, которые играли главную роль в стране. Фактически, по их решению смещались и назначались ханы, они могли жениться на принцессах из ханского дома, занимали самые важные посты в государстве, владели одними из лучших территорий в стране. Резиденция главы ширинских беев, владевших землями от Карасу до Керчи, находилась в Карасубазаре, в войске имелось свое знамя, бей имел свое управление -- диван. Мансуры, возвысившиеся в XVII в., имели только нураддина. Бейлик Аргинов находился возле Каффы и Судака. Между представителями этих родов велась непрерывная борьба за власть в государстве, за влияние на хана, за место в ханском совете -- диване. Беи-карачеи (главы родов) были непременными советниками хана.
   Хан, являясь верховным землевладельцем, владел соляными озерами и деревнями возле них, лесами по течению Альмы, Качи и Салгира и пустошами, на которых возникали поселения новых обитателей, превращавшихся постепенно в зависимое население и выплачивавших ему десятину. Имея право наследования земли умершего вассала, если у него отсутствовали близкие родственники, хан мог стать наследником беев и мурз. Эти же правила распространялись и на бейское и мурзинское землевладение, когда к бею или мурзе переходили земли бедных земледельцев и скотоводов. Из земельных владений хана выделялись земли калге-султану. В состав ханских владений входили также несколько городов -- Солхат, Кырк-Ер (Чуфут-Кале), Бахчисарай.
   Значительную категорию привилегированного сословия составляло мусульманское духовенство, игравшее важную роль в общественной жизни страны. Духовенству принадлежали вакуфные земли, с которых оно получало основные доходы. Определенную долю его доходов составляли отчисления от военной добычи и налоги, собираемые со всего населения страны. Немалыми были и дарения ханов, феодальной знати в пользу служителей культа.
   Основную массу населения ханства составляли скотоводы и земледельцы, называвшиеся "черным народом". Эти люди были лично свободны, сохраняли родовую организацию, являвшуюся старой оболочкой, внутри которой проходил процесс распада родового строя. Основной социальной ячейкой являлась патриархальная семья. В Крыму татары [127] познакомились с земледельческой общиной "джемаат". Применяемая в ней форма поземельных отношений была во многом воспринята татарами, я постепенно община "джемаат" пришла на смену родовой общине. В ней существовали коллективная собственность на землю, общественные сенокосы, общественные колодцы, коллективная запашка земли, для осуществления которой объединялись несколько семей, являвшихся основной социальной ячейкой. Земля в общине распределялась на паи, которые со временем превращались в собственность земледельца, что приводило к появлению имущественного неравенства среди общинников. Самую низшую и довольно многочисленную группу населения ханства составляли рабы -- совершенно бесправные люди, объект купли-продажи. Контингент рабов пополнялся двумя путями: путем захвата пленных во время набегов на соседей или путем взимания живой дани с. вассальных князей, стоявших во главе подвластных Крыму племен. Труд рабов широко использовался в хозяйстве, однако его производительность была крайне низка, а это замедляло развитие экономики ханства.
   В городах Крыма, которые в ХVIVIII вв. снова стали широко известны, кроме издавна проживавших греков, армян, евреев, поселилось большое количество татар и турок, также занимавшихся торговлей и ремеслом. Купцы и ремесленники имели свои цеховые организации, контролировавшиеся ханскими чиновниками, которые назначали таксы на изделия различных цехов, взимали пошлины со всех торговых сделок, ведали налогообложением населения, стремясь извлечь как можно больше доходов в казну. В татарских городах были развиты производство войлока, выделка кожи, сафьянов, седел, металлообрабатывающее ремесло, изготовлялось оружие, сбруя, обувь, одежда, ковры, предметы домашнего обихода. На рынках широко представлены были и продукты сельского хозяйства: мясомолочные (особенно ценилось ногайское коровье масло), мед, воск, виноград, овощи, фрукты, вино. Несмотря на существование денежной системы, часто осуществлялась меновая торговля. Крымские ханы были заинтересованы в развитии торговли, дававшей значительные прибыли казне. Среди товаров, вывозимых из Крыма, называются сырая кожа, овечья шерсть, сафьяны, овечьи шубы, серые и черные смушки.
   Значительный процент городского населения составляли рабы. Крупнейшими центрами работорговли были Карасубазар, Гезлев и Каффа. Города застраивались невысокими одноэтажными зданиями, улицы были кривыми и узкими, но дворцы хана и знати, а также мечети, гостиницы (ханы) для приезжих строились добротно, с учетом вкусов мусульманского населения ханства. В Старом Крыму, Каффе, Керчи, Гезлеве было большое количество католических, греческих, армянских церквей. В Гезлеве была построена мечеть Джума-Джами, строителем которой был знаменитый турецкий зодчий Аби Синан. В Ак-Мечети и Гезлеве действовали еврейские и караимские синагоги.
   Из городов Буджака следует отметить Килию, Бендеры, Измаил, Аккерман, крепости Очаков и Килбурун (Кинбурн). И хотя Турция в большинстве этих городов содержала свои военные гарнизоны, подчиненность населения Крымскому ханству также существовала. В устье [128] Дона находилась турецкая крепость Азак (Азов). На территории восточных границ ханства стояли крепости Тамань, Темеон, Хысров (в Черкессии). На материковых землях ханства находилось также определенное количество деревянных крепостей-паланок, в которых охранную службу несли местные жители.
   Главной крепостью при въезде на территорию полуострова была Перекопская, являвшаяся воротами Крыма. Функции защиты Крыма выполняли города-крепости Арабат, Керчь. Торговыми портами были Гезлев, Каффа. Военные гарнизоны (в основном турецкие, частично из местных греков) содержались также в Балаклаве, Судаке, Керчи, Каффе.
   Несколько городов являлось резиденциями представителей крупнейшей знати. Например, Бахчисарай был столицей ханства, Ак-Мечеть -- резиденцией калги-султана, Карасубазар -- центром беев Ширинских, Каффа -- резиденцией наместника турецкого султана.
   Государственной религией на территории Крыма было мусульманство, а у ногайских племен господствовал шаманизм. По шариату, каждый мусульманин должен участвовать в войнах с неверными. Военная деятельность была обязательной как для крупных, так и для мелких феодалов. Специфика военной организации татар, в корне отличавшаяся от военного дела европейских народов, вызывала особый интерес у последних. Выполняя задания своих правительств, дипломаты, купцы, путешественники стремились не только к налаживанию контактов с ханами, но и старались детально ознакомиться с организацией военного дела.
   1515-1577. Крымское ханство при ближайших преемниках Менгли-Гирея. После смерти МенглиТирея в ханстве произошли события, которые так оценил крымский историк Сейид-Мухаммед Риза: "Происки и взаимные злокозненные отношения самих Гиреев между собой уронили их достоинство в глазах Порты и подали ей повод обращаться с ними иначе, чем бы следовало". Право хана самому себе назначить наследника при условии его формального утверждения в Стамбуле, по мнению этого историка, было утрачено Гиреями после гибели Мухаммед-Гирея, погибшего от рук взбунтовавшихся ногайцев. Но при Сахиб-Гирее авторитет ханской власти в Стамбуле несколько возрос. Так, когда он обратился в Стамбул с просьбой позволить увеличить ханские доходы за счет взимания нового налога с христиан и превращения Гезлева в торговый город, то получил согласие. Султанский фирман также предоставил хану свободу и при решении некоторых других внутренних дел ханства. Одновременно султан Сулейман принимает меры к тому, чтобы не допустить выхода ханства из-под турецкого протектората. В 1532 г. по требованию из Стамбула Сахиб-Гирей со своим конным войском явился в Молдавию, куда прибыл и султан для приведения в покорность вышедшего из повиновения молдавского господаря. В Яссах турки устроили хану торжественную встречу -- его приветствовали выстроенные как на параде турецкие войска, артиллерийский салют. Султан знал, что делал: не видевшие ранее пушек татары были потрясены. Сулейман достиг своего, показав, как он велик и могуч и как выгодно крымцам иметь такого могущественного покровителя. Действительно, пользуясь защитой [129] султана, Сахиб-Гирей постоянно совершал набеги на Украину, Польшу, Литву, Московское государство и другие страны и народы. Опираясь на личные дружеские отношения с султаном Сулейманом, хан становился все более независимым во внутренней и внешней политике. Это вызывало недовольство влиятельных сановников в турецкой столице. Они стали настраивать султана против Сахиб-Гирея и в конце концов добились своего. Сулейман сместил хана и назначил на его место Девлет-Гирея.
   Это был первый случай лишения Гирея престола, который затем стал обычным явлением в истории Крымского ханства.
   Девлет-Гирей (1551-1577 гг.) был энергичным и жестоким правителем, который смог удерживать за собой престол в течение длительного времени. Для этого он истребил тех Гиреев, которые могли на него претендовать. Хан добился значительной консолидации внутри татарского общества, прежде всего за счет почти ежегодных набегов на соседние народы. Для обороны от набегов крымцев на русские земли Иван Грозный начал сооружать "засечную черту" -- систему оборонительных укреплений. Но это мало помогало. В мае 1571 г. Девлет-Гирей отправился в поход и вскоре появился под стенами Москвы. "Москва вся сгорела в три часа, -- отмечал летописец. -- Людей в ней сгорело бесчисленное множество". Иван Грозный был вынужден согласиться на выплату хану ежегодной дани. "На основании договоров, -- отмечал посол польского короля М.Броневский, -- хан ежегодно получает дань от польского короля, великого князя литовского, великого князя московского, господаря молдавского и других соседей. Их послы являются сюда ежегодно. Хан принимает их иногда довольно снисходительно и ласково, а иногда более чем варварски, оскорбляет или слишком задерживает". Только Петру I удалось добиться по Константинопольскому миру в 1700 г. отмены дани крымскому хану.
   В источниках указывается, что в Крымском ханстве не было регулярного войска, а в военных походах фактически принимали участие все мужчины, способные носить оружие. С малых лет татары приучались ко всем тяготам и невзгодам военного быта, учились владеть оружием, ездить верхом, переносить холод, голод, усталость. Большую роль в военных операциях татар играла разведка. Специальные лазутчики отправлялись заранее вперед, выясняли обстановку, а затем становились проводниками наступающей армии. Почти никогда татары не выступали самостоятельно против регулярных, преобладающих в количественном отношении войск. Ханский совет устанавливал норму, в соответствии с которой подчиненные хана должны были поставлять воинов. Часть жителей оставалась для присмотра за имуществом ушедших в поход. Эти же люди должны были вооружать и содержать воинов, за что получали часть военной добычи. Кроме военной повинности, в пользу хана выплачивалась сауга -- пятая, а иногда и большая часть добычи, которую мурзы приносили с собой после набегов. Бедные люди, участвовавшие в этих походах, по возвращении обязаны были вернуть долг за полученное военное снаряжение натурой, и получалось, что они мало выигрывали от походов.
   В военном деле у татар можно выделить два вида походной [130] организации -- боевой поход, когда татарское войско принимало участие в боевых действиях воюющих сторон, и грабительский набег -- беш-баш, который осуществлялся зачастую отдельными мурзами и беями со сравнительно небольшими воинскими отрядами с целью получения добычи и захвата пленных.
   "Походы предпринимают ... зимой... Перед началом похода делают смотр войску... Татары рассчитывают время похода таким образом, чтобы вернуться назад в Крым до того, как вскроются реки, т.к. они не подковывают своих лошадей и боятся, чтобы лошади не сбивали копыта", -- отмечал инженер де Боплан (серед. XVII в.).
   "Если поход осуществлялся с целью получения добычи, то, не доходя до границы несколько миль, татарское войско в скрытом месте становится на отдых, отдыхает 3-4 дня, а затем начинает организовывать войско, разделив его на три отряда, две трети составляют главный корпус, а одна треть образует крылья -- левое и правое. Каждое крыло состоит из 8-10 тыс. всадников и разделяется на 10-12 пятисотенных или шестисотенных отрядов, которые рассыпаются по деревням, окружают селения со всех сторон. Захватив богатую добычу, татары возвращаются в Крым уже другой дорогой из боязни преследования", -- отмечал все тот же де Боплан.
   В поход татары не брали особого имущества, в надежде на добычу, захваченную в чужих землях. Зато серьезное внимание уделялось лошадям. Лошади у них были особой низкорослой породы, очень выносливые и неприхотливые. "Сия животныя не боятся ни холоду, ни жару и всегда бегают рысью. Нет ни рек, ни болот, который бы могли их остановить", -- так пишет о татарских лошадях граф де Марсильи. "Обычно отправляясь в поход, каждый татарин имеет с собой от двух до четырех заводных лошадей: устанет одна, он вскакивает на другую, а лошадь бежит за хозяином, как собака, чему она приучается очень рано" (Михаил Литвин, серед. XVI в.).
   Вооружены татары были саблею, луком и колчаном с 20 стрелами, ножом, имели огниво для добывания огня, шило и до 6 сажен ременных веревок для вязания пленников. Любимым оружием татар были сабли, изготовлявшиеся в Бахчисарае, ятаганы и кинжалы брались про запас.
   Во время похода татары питались хлебом, кониной. Татарин решался зарезать только больную лошадь либо когда она падет сама, что бывало довольно часто. Кусок сырого мяса клали под седло, пустое внутри, и мясо там лежало и прело до тех пор, пока не делалось мягким, тогда они охотно ели его. Но самая обыкновенная их пища состояла из простой ячменной или гречневой каши.
   Существовали определенные тактические приемы, применяемые обычно татарами. В начале атаки они всегда старались обойти левое крыло неприятеля, чтобы было удобнее выпускать стрелы. Высокое мастерство стрельбы из лука сразу двумя и даже тремя стрелами отмечал Эвлия Челеби. Сражения признавали только в открытом поле, избегали идти на осаду крепостей, т.к. у них не было осадной техники.
   У нас нет точных данных о численности татарского войска. Так, в [131] трактате Михаила Литвина -- военного и политического деятеля княжества Литовского "О нравах татар, литовцев и московитян" отмечается, что "хан в состоянии послать на войну 30000 всадников, ибо каждый мужчина, способный оседлать коня, является воином". Эта цифра не окончательная, т.к. в разных источниках она колеблется от 4000 до 200000 человек (мемуары барона Тотта). В зависимости от целей и задач военных действий татар войска возглавлялись ханом, калгой или нуреддин-султаном. Но никто из татар не призывался к оружию против воли его бея или мурзы.
   Политическая организация ханства формировалась постепенно, с учетом его менявшейся роли на международной арене, многонационального состава населения, зависимости от Османской Порты. Оно не было централизо-ванным государством и дробилось на отдельные территориальные единицы, имевшие свою политическую организацию.
   Ханы назначались и смещались по воле султана. В этом была слабость Крыма и сила Турции. Ни один хан не мог быть уверен в своем завтрашнем дне, т.к. в любую минуту мог расстаться не только с властью, но и с жизнью. Большинство перемещений высших должностных лиц осу-ществлялось по наговорам и просьбам крымских беев, которые, борясь за свою самостоятельность, не допускали возвышения того или другого хана.
   Род Гиреев, хотя и получил право на ханскую власть, не сумел добиться от знати, чтобы власть была наследственной и неограниченной. Власть хана была ограничена не только волей султана, но главное -- пред-ставителями наиболее знатных родов -- беями-карачеями, которые были непременными советниками хана. В результате к середине XVIII в. насчитывалось около двухсот Гиреев, которые в равной степени могли претендовать на ханский престол.
   Существовали "малый" и "большой" советы, игравшие очень серьезную роль в жизни государства. "Малым" назывался совет ("Малый диван"), если в нем принимал участие узкий круг знати, разбиравший вопросы, требующие срочных и конкретных решений. "Большой диван" - это собрание "всей земли", когда в нем принимали участие вообще все мурзы и представители "лучших" черных людей.
   В государственном устройстве Крыма во многом были использованы золотоордынская и турецкая структуры государственной власти. Чаще всего высшие государственные должности занимались сыновьями, братьями хана или другими лицами знатного происхождения.
   Первым должностным лицом после хана был калга-султан. На эту должность назначался наследник хана или доверенное лицо из ханской фамилии. Калга управлял страной в случае смерти хана до назначения на престол нового. Он был главнокомандующим, если хан лично не отправлялся на войну.
   Вторую должность -- нураддина -- также занимал член ханской фамилии. Он был президентом в малых и местных судах, командовал в походах меньшими корпусами.
   Муфтий -- это глава мусульманского совета Крыма, толкователь зако-нов, обладающий правом смещать судей-кадиев, если они судили неправильно. [132]
   Каймакан -- наместник хана на время его отсутствия и начальник крепости Ор-Капи. Чаще всего эту должность занимали члены ханской фамилии либо член фамилии Ширин. Он охранял границы и наблюдал за ногайскими ордами вне Крыма. Должности кадия, визиря и др. министров аналогичны тем же должностям в Турции.
   Кроме вышеуказанных существовала важная женская должность -- валиде-султанша, или ула-султанша, которую занимала мать или сестра хана. По значимости и роли в государстве она имела следующий за калга-султаном ранг.
   В Крымском ханстве велась постоянная борьба между знатными татарскими родами, между буджаками и ногайцами. Феодальная власть часто была оппозиционно настроена по отношению к хану. Во внутренних распрях сказывалось влияние турецкого правительства, которое стремилось не допускать консолидации сил внутри Крымского ханства. Турция нередко создавала конфликтные ситуации внутри страны, что естественно ее ослабляло. Это позволяло контролировать деятельность не только хана, но и неспокойной крымской знати и направлять развитие государства в нужное османам русло.
   Двойственный характер политической, хозяйственной к культурной жизни Крыма сказывался во всем. Здесь действовали законы шариата, считавшиеся у правоверных мусульман правилами жизни. В то же время во многих вопросах в Крымском ханстве придерживались старинного права -- "чингизового торэ". Имела хождение двоякая монета: татар-ская и турецкая, ряд повинностей в государстве выполнялся населением и в пользу своих феодалов, и в пользу Турции.
   Отдельные территории также были в непосредственном подчинении турецких властей (г. Каффа, где имел резиденцию турецкий паша, отдельные по днепровские, азовские и ногайские земли). Постоянный контроль и надзор со стороны Турции, ограничение власти и неуверенность в ее прочности приводили к тому, что лишь немногие правители из династии Гиреев пытались по-своему решать политические проблемы государства, а большинство ханов являлось фактически выразителем воли и интересов турецкого султана.
   Специфика взаимоотношений Османской империи и Крыма, сложившаяся в ХVI-ХУШ вв., привела к тому, что на международной арене их политика воспринималась как разобщенная, лишенная внутреннего единства. Искусственно создававшийся эффект раздвоенности политики давал возможность Османской империи выглядеть "миролюбивой" державой, а Крымскому ханству выступать в роли вполне самостоятельного государства, способного будто бы даже быть противником Стамбула. Такая маскировка реального политического и военного партнерства дезориентировала многих правителей европейских государств и тем самым значительно облегчала Турции осуществление конкретной цели -- не допустить коалиции славянских стран в борьбе за выход к Черному морю.
   И как результат, Крым то выступал на стороне Польши в борьбе с Москвой, то заключал договоры о дружбе и торговых контактах с Русским государством, выступая как враг Польши, то вступал в "братские" связи [133] с украинским казачеством, то изменял всем этим уверениям и переходил на сторону своих вчерашних врагов. Порта, со своей стороны, в одних случаях подталкивала воинственный Крым к боевым действиям, предлагая ему таким путем выравнивать силы восточноевропейских государств, в других -- обходилась без крымцев, прибегая к средствам мирной дипломатии.
   В результате такой политики сократились возможности торговых контактов Востока и Запада, Черное море стало "внутренним", контролируемым турецкими властями. И это при том, что торговый путь, пролегавший по Черному морю, имел для Европы не меньшее значение, чем средиземноморский.
   В конце XV в. по инициативе Турции устанавливаются дипломатиче-ские связи между Турцией и Московским государством. Первый личный контакт был налажен в 1497 г. московским посольством, которое возглавил стольник Михаил Андреевич Плещеев. Перед посольством была поставлена задача добиться нормальных условий для деятельности русских купцов в Каффе, Азове и в Турции. Но еще раньше, в 1474 г., с крымским ханом Менгли-Гиреем заключил союз Иван III. Русский царь покровительствовал торговле, с этой целью поддерживал особые отношения с Каффой и Азовом. Туда везли большими партиями собольи шкурки, лисьи и горностаевые меха, сукна, холст, одежду и кожи, в обмен на которые получали лошадей. Торговля процветала и при Василии III. Русское государство было заинтересовано в развитии мирных торговых отношений, т.к. ведущее место среди восточных государств в товарообороте с Россией принадлежало Турции, да и торговля с западными странами шла через Крым (главным образом, через Каффу) и Литву. Однако торговые связи не были постоянными, долгосрочными. Они часто прерывались, т.к. крымские ханы брали с купцов большие проезжие и торговые пошлины или просто грабили их.
   Весь период ХVVIII вв. -- это время почти не прекращавшихся пограничных конфликтов и войн. Россия, Украина, Польша, Литва постоянно находились в состоянии повышенной боевой готовности, т.к. не только пограничным землям, но и глубинным территориям государств угрожала опасность татарского вторжения. Турецкое правительство часто посылало отряды янычар и артиллерию для усиления военной мощи татарской армии.
   Военные же действия против Крыма затруднялись во многом из-за его выгодного стратегического положения, т.к. Крым отделяла от русских и польских границ широкая полоса безлюдных, безводных степей (Дикое поле), преодолеть которые было нелегко, а единственная дорога проходила через сильно укрепленный Перекоп (Ор-Капи). Кроме того, на берегах черноморского побережья и в устьях впадающих в Черное море рек стояли грозные турецкие крепости, охранявшие все подступы к морю и Крыму. Поэтому, понимая все трудности организации большого похода на Крым, военачальники ограничивались оборонительными мероприятиями -- строительством разного рода заградительных сооружений, созданием в XVI в. казачьего войска и т.д. [134]
   Запорожская Сечь во внешней политике Крымского ханства. В конце XV - начале XVI вв. на украинских землях появляются хутора и слободы казаков, которые постепенно отвоевывают у татар степь, осваивают ее. В 40-е гг. XVI в. возникает Запорожская Сечь, сыгравшая выдающуюся роль в национально-освободительной войне украинского народа в XVI-XVII вв. и в защите украинских земель от татарских набегов. Поэтому с середины XVII в. Запорожью принадлежало важное место во внешней политике Османской империи и Крымского ханства. Турецко-татарская сторона внимательно следила за событиями на Запорожье, не особенно скрывая далеко идущие планы по продвижению своих интересов в Восточную и Центральную Европу. При этом татары и запорожцы исходили из собственных экономических, политических, религиозных и др. интересов, то вступая в союз, то вновь воюя. Так, когда Б.Хмельницкий, начинавший вместе с Войском Запорожским освободительную войну (1648-54 гг.) против Речи Посполитой, обратился к крымскому хану Ислам-Гирею III с предложением заключить военный союз -- тот согласился. Оформлению союза, в ряду других причин, способостзовало и то, что в указанный период Польша прекратила уплату крымцам условленной ежегодной дани. К тому же с 1647 г. между Москвой и Речью Постолитой существовал оборонный союз, направленный против Крыма. К марту 1648 г. украино-турецко-татарский договор был заключен. Согласно ему, в помощь казакам была направлена татарская орда во главе с перекопским мурзой Тугай-беем. Их совместные действия способствовали первым победам Б.Хмельницкого над поляками.
   Но как только у татар наладились отношения с польским королем, а Б.Хмельницкий, ставший к тому времени уже гетманом, за спиной у хана начал односторонние переговоры с Москвой -- союз распался.
   Весной 1660 г. совершил свой первый боевой поход (пока в пределах Днепро-Бугского лимана) кошевой атаман Иван Сирко. В последующие двадцать лет крымское направление стало одним из главных в его боевых походах. При этом взаимные обвинения казаков и татар, как правило, облекались по средневековой традиции в религиозные одежды. В результате их военное противостояние приобретало вид борьбы мусульман ("бусурман") с христианами ("неверными"). Н.Костомаров замечал: "...нападать на неверных по понятиям того времени считалось богоугодным делом, тем более, что целью этих набегов было столько же освобождение пленных ..., сколько и приобретение добычи от неверных". Такое поведение сторон соответствовало тогдашней действительности и способам существования людей*.
   (* Здесь необходимо отказаться от прежнего мифа о том, что казаки занимались исключительно обороной родной земли и совершали походы в Крым и турецкие земли лишь "в ответ". Факты свидетельствуют о том, что грабежи, разбои, насилие сопровождали как походы одних, так и набеги других.)
   В сентябре -- октябре 1663 г. Сирко возглавил совместное войско запорожцев и драгун русского воеводы Григория Косагова. Сначала они взяли штурмом и разграбили Перекоп. Затем в начале 1664 г. выжгли деревни в округе Перекопа, разгромили татарский отряд, в пять раз [135] превосходивший их численность, убили татарского предводителя -- перекопского мурзу Карач-бея. В январе -- феврале 1664 г. казаки Сирко разгромили татарские отряды возле крепости Тягин (Бендеры).
   В октябре 1667 г. Сирко воспользовался тем, что основное ханское войско было занято в союзе с гетманом Петром Дорошенко военными действиями против Речи Посполитой, и напал на Крым. Татары были вынуждены заключить перемирие с Яном Собецким и поспешить домой. Бой под Перекопом выиграли казаки, после чего больше недели опустошали Крым и с большой добычей вернулись на Запорожье.
   0x01 graphic
   В 1669-1676 гг. взаимоотношения Крымского ханства и Запорожья по-прежнему носили противоречивый характер и следовали за развитием ситуации в близлежащем регионе.
   На Правобережье Днепра в это время боролись за власть два гетмана -- Михаил Ханенко и Петр Дорошенко. Первого поддерживала Речь Посполитая, а второй опирался на Османскую империю и Крымское ханство. Запорожцы во главе с Сирко приняли сторону Ханенко. Их совместные войска неоднократно наносили существенный урон казакам Дорошенко и татарам.
   Весна 1672 г. принесла новый поворот событий. Объединенные силы турецкого султана Магомета IV, крымского хана Селим-Гирея и гетмана Дорошенко выступили против Речи Посполитой и Московии. Их 300-тысячная армия форсировала Дунай и оккупировала Подолье. В конце августа союзники захватили Каменец-Подольский и двинулись в Восточную Галицию на Львов. Польские войска у города Бучач (теперь [136] Тернопольская обл.) были разгромлены объединенным войском.
   Страшная угроза заставила московского царя и польского короля заключить союз и совместно готовиться к ее отражению. "Звичайно, у цiй справi нiяк не можна було обiйтися без запорожцiв", -- замечает Д.Яворницкий. В октябре 1672 г, запорожцы на кошевой раде присягнули одновременно польскому королю и московскому царю Алексею Михайловичу. Однако Сирко среди них не было. Еще весной 1672 г., включившись в борьбу за должность гетмана Левобережья, он вместо Батурина оказался по воле московского царя в Тобольске, в Сибири. Но в той ситуации о возвращении опального атамана русского царя просили и запорожцы, и даже король Речи Посполитой.
   В июне 1673 г. Сирко вернулся на Запорожье и сразу же возглавил боевые действия против Крымского ханства: разрушил крымский город Аслам, затем Очаков, разгромил татарский отряд на Муравском шляхе. В свою очередь, восьмитысячное татарское войско в сентябре разгромило казаков Переяславского полка, шедших в Запорожье. Однако отряд Сирко, несмотря на трехдневную осаду, они захватить не смогли. В октябре-ноябре десять тысяч казаков и несколько сотен калмыков под командованием Сирко несколько раз громили татарские и турецкие войска, сожгли Тягин (Бендеры), захватили большие трофеи и пленных.
   Зимой 1674-75 гг. турецкий султан повелел хану напасть на Запорожье, уничтожить всех казаков, а Сечь сравнять с землей. На помощь ханскому войску в Крым прибыли пятнадцать тысяч стамбульских янычар. В декабре хан выступил в поход с сорокатысячным войском и янычарами. В одну из рождественских ночей они незаметно подошли к Запорожью и захватили караульных. К радости хана, один из них поведал, что войско пьяное и спит в куренях, а другой стражи нет. Через одну из калиток янычары проникли в Сечь, заполнив улицы и переулки. Они стояли так тесно, замечает Д.Яворницкий, "як це бувае у церквi". Сечевиков спас один простой казак Шевчик. Увидев врагов, он разбудил товарищей и они заняли места у всех окон куреня. По известному казацкому обычаю одни только стреляли, а другие -- заряжали ружья. Стрельба из этого куреня подняла на ноги остальных. Основную массу янычар в упор расстреляли, остальных добивали врукопашную. Погибло тринадцать с половиной тысяч турок, полторы тысячи, в том силе четыре аги, попали в плен. Ханское войско, узнав о случившемся, без боя отступило в Крым. Впоследствии пленных за большой выкуп отпустили домой, причем в дорогу их снабдили продовольствием.
   Летом того же 1675 г. Сирко повел двадцать тысяч казаков в Крым -- мстить за зимнее нападение. В отличие от хана, он полностью осуществил задуманную операцию. За пять дней казаки разгромили и опустошили города и селения полуострова. В генеральном сражении у Сиваша пятидесятитысячное ханское войско было разбито. На обратном пути, уже на материковой части ханства, к огромной добыче казаки прибавили еще стада крупного рогатого скота, овечьи отары. Помимо пленных, общая численность которых составляла шесть тысяч человек, казаки вывели из Крыма семь тысяч единоверцев -- христиан. [137]
   Дальнейшие события в современной украинской историографии не упоминаются. Обратимся вновь к работам Д.Яворницкого. Он повест-вует о том, что Сирко предложил выведенным из Крыма христианам самим решить свою дальнейшую судьбу -- идти с запорожцами или возвратиться в Крым. Три тысячи человек пожелали вернуться в пределы ханства, мотивируя это тем, что там осталась их недвижимость. Их отпустили, хотя Сирко не мог поверить тому, что они действительно уйдут. Когда же возвращавшиеся скрылись за горизонтом, он послал казаков с заданием всех их перебить. Удостоверившись в том, что задание выполнено, Сирко произнес над мертвыми телами: "Простiть нас, брати. А самi спiть тут до страшного суду Господнього, замiсть того щоб розмножуватися вам у Криму мiж бусурманами на нашi християнскi молодецькi голови i на свою вiчну без хрещення погибель".
   Не будем англизировать действия кошевого, но зададимся вопросом: как жилось православным в ханстве, если половина из выведенных пожелала туда вернуться? Предоставим слово очевидцу. Н.Костомаров в историческом портрете "Малороссийский гетман Зиновий-Богдан Хмельницкий" приводит слова жителя Речи Посполитой, некоего Старовольского: "Много толкуют у нас о турецком рабстве; но это касается только военнопленных, а не тех, которые, живя под турецкою властью, занимаются земледелием или торговлей. Они, заплативши годовую дань, свободны, как у нас не свободен ни один шляхтич. В Турции никакой паша не может последнему мужику сделать того, что делается в наших местечках и селениях. ... Любой азиатский деспот не замучит во всю жизнь столько людей, сколько их замучат в один год в свободной Речи Посполитой".
   Возвратившись в Сечь, запорожцы написали хану послание, в котором говорилось, что поход на ханство они осуществили как месть за зимнее нападением предложили за выкуп освободить плененных татар. (А как Сирко с товарищами могли писать письмо султану, показал в своей известной картине художник И.Репин.)
   Как уже отмечалось, отношения татар и запорожцев никогда не были только враждебными. Военные действия быстро сменялись союзничеством и наоборот. Так, весной и летом 1676 г. Сирко поддерживал дружеские отношения с правобережным гетманом Дорошенко, союзником Турции и ханства. Это очень беспокоило левобережного гетмана Ивана Самойловяча, который в апреле послал к кошевому депутацию с "напутливим листом". Самойлович предостерегал Сирко от союза с султаном и ханом и перехода под их протекцию. Кошевой ответил гневной отповедью. В другом письме в ответ на упрек Самойловича о том, что запорожцы разрешили татарам выпасать скот на своих землях, Сирко язвительно замечал, что "у них теперь недород на траву", а если мы, "живя с татарами по-соседски, помогаем друг другу, то это умному нисколько не удивительно".
   В июле того же года в письме царскому воеводе Григорию Ромодановскому Сирко пояснял причину своего союза с татарами Белгородской (Буджакской) орды и очаковцами: "аби мати вiльний для вiйська прохiд на Низ по сiль i по iншi промисли". [138]
   Чигиринские походы Османской империи и Крымского ханства. В течение последующих двух лет -- 1677 и 1678 гг. -- центром вооруженного противостояния Османской империи, ханства и Москвы стал Чигирин. Утверждение в этом городе позволило бы Порте распространить свое влияние на весь правый берег Днепра. Поэтому империя и ханство предприняли два похода на Чигирин. К реализации своих планов они привлекли Юрия Хмельницкого, провозгласив его "князем СарматiО i УкраОни, володарем Вiйська Запорозького".
   Первая осада Чигирина 120-тысячной турецко-татарской армией длилась с 3 августа по 4 сентября 1677 г. Гарнизон крепости состоял из двадцати четырех тысяч российских стрельцов и пяти тысяч казаков. После подхода к ним на помощь объединенных российско-украинских войск под командованием Ромодановского и Самойловича турки и татары отступили.
   Какова же была политика Запорожья в это время? В статье "Iван Сiрко" (Iсторiя УкраОни в особах. IХ-ХVIII ст. К., 1993, с.316) говорится: "Запорозьке Вiйсько под проводом Сiрка своОми дошкульними ударами завадило постачанню турецьких i татарських орд под час Ох Чигиринських походiв (1677-1678 гг.), перешкоджало вторгненню на Лiвобережжя i Слобожанщину". Яворницкий был другого мнения: "Нi в боях пiд Чигирином, нi пiд час утечi неприятеля у запорiзькi степи Сiрко и запорожцi участi не брали и не переслiдували ворогов". Более того, запорожцы перевозили через Днепр на своих лодках татар, бежавших из-под Чигирина. После этого султан и хан прислали к Сирко послов с подарками, и кошевой вернулся к союзу с ними.
   С другой стороны, московский царь, понимая, что турки предпримут новые попытки захватить Чигирин, тоже стремился задобрить Сирко и склонить на свою сторону. В царской грамоте на имя Самойловича говорилось о прощении кошевого, было приказано немедленно передать на Запорожье задержанные гетманом хлеб и деньги.
   В декабре 1677 г. в Запорожье одновременно (!) находились послы от московского царя и крымского хана, их даже попытались поселить в одном курене. На войсковой раде царский посол прямо спросил, почему запорожцы не пошли под Чигирин и не действовали против хана, когда он отступал. В ответ Сирко говорил о малочисленности казаков, о недостаче провианта и т.п. В заключение он обещал, что как только получит подкрепление войсками и припасами, расторгнет перемирие с ханом.
   Летом 1678 г. от Алексея Михайловича в Сечь были присланы деньги, пушки, скинец, прибыл Полтавский полк. Выполняя обещание, Сирко развернул боевые действия в турецком тылу. Однако, основные военные действия вновь развернулись у Чигиринских стен.
   В июне 1678 г. к ним подступила уже 200-тысячная турецко-татар-ская армия. В начале июля на помощь гарнизону прибыли семидесятитысячная царская армия и пятьдесят тысяч казаков Самойловича. Однако город им пришлось сдать. После этого еще семь суток шли кровопролитные бои, в ходе которых турецкая армия понесла большие потери и отступила. [139]
   В 1679 г. в низовьях Днепра турки и татары стали возрождать три свои крепости -- Кизикермен, Таванск и Арслан (Аслан). Чтобы препятствовать запорожцам выходить в море, они намеревались протянуть через Днепр и его левые притоки железные цепи с колокольчиками. Строительство охраняли шесть тысяч янычар. Однако Сирко силами запорожцев и отряда царских войск разгромил недостроенные крепости. Терпение султана переполнилось. Он приказал уничтожить Запорожскую сечь, для чего снарядил на запорожцев 25-тысячное войско. Узнав об этом, Сирко вывел казаков из Сечи и расположил на днепровских островах. К тому же на помощь запорожцам поспешили многочисленные царские войска. Узнав об этом, турецко-татарская армия не решилась вступить в бой. В 1680 г. кошевой Сирко умер.
   Бахчисарайский договор России и Турции в 1681 г. Таким образом, военное противостояние Москвы и Стамбула в 1677-1679 гг. не принесло полной победы ни одной из сторон. Поэтому 13 января 1681 г. в Бахчисарае был подписан договор: перемирие заключалось на 20 лет, граница между сторонами проходила по Днепру; территории от Буга до Днепра не заселялись ни одной из сторон; крымские, очаковские (едисанские), белгородские (буджакские) татары имели право кочевать по обеим сторонам Днепра; низовые и городовые казаки Войска Запорожского имели право судоходства по Днепру и выхода в Черное море; Запорожская Сечь оставалась под властью Московии, султан и хан обязывались не переманивать казаков на свою сторону; Московия ежегодно выплачивала крымскому хану "казну"; Москва признала Юрия Хмельницкого гетманом Правобережной Украины.
   Однако турецкий султан Мухамед IV отклонил статьи о вольном плавании казаков по Днепру и об их подчинении Москве. Царские послы не хотели принимать исправленный текст договора, затем "помимо воли" согласились отвезти его в Москву. Царь также "помимо воли" принял грамоту султана, но продолжал считать запорожцев своими подданными и неоднократно "сурово наказывал" им никаких отношений с татарами и турками не иметь, а нападения на их земли прекратить.
   Запорожье было недовольно условиями Бахчисарайского договора и продолжало проводить самостоятельную, ни от кого не зависимую политику. То есть казаки игнорировали условия Бахчисарайского договора в обоих вариантах -- и по отношению к Москве, и по отношению к Османской империи.
   В начале 90-х гг. в Гетманщине активизировалась антимосковская оппозиция. Ее возглавил старший канцелярист Генеральной войсковой канцелярии Гетманщины Петр Иваненко (Петрик). В мае 1692 г. он заключил договор с Крымским ханством, а в июле с ханской ордой прибыл на Запорожье. Кошевой, куренные атаманы и две тысячи казаков встретили их хлебом-солью. Однако сечевая рада не поддержала Петрика, хотя и заключила с татарами договор о совместных военных действиях против Гетманщины и о походе на Москву. Однако антимосковские настроения запорожцев несколько поутихли во время их участия в Азовских походах Петра I. [140]
  

ПРИСОЕДИНЕНИЕ КРЫМА К РОССИИ

  
   Крымский полуостров стал частью Российской империи в 1783 г. Однако предыстория присоединения Крыма к России насчитывает не менее ста лет. В XVII в. самым важным направлением российской внешней политики было западное -- борьба с Речью Посполитой за украинские и белорусские земли. Но после Андрусовского перемирия 1667 г. наступила определенная стабилизация российско-польских отношений.
   С этого времени и до конца XVII в. главным во внешней политике России стал вопрос об отношениях с Османской империей и ее вассалом Крымским ханством. Трактат о "Вечном мире" (1686 г.) России и Речи Посполитой аннулировал Бахчисарайский договор России и Турции 1681 г.
   В марте 1684 г. Австрия, Речь Посполитая, Венеция и Ватикан создали антитурецкую "Священную лигу". Вскоре Москва также вошла в "Священную лигу", что обеспечило успешное противодействие турецкой агрессии в Европе.
   Крымские походы 1687, 1689 гг. В 1687 и 1689 гг. в рамках своих обязательств перед "Священной лигой" Россия организовала походы против Крымского ханства, которое по-прежнему являлось вассалом Османской империи. Вместе со 100-тысячной российской армией во главе с князем В.В.Голицыным против ханства выступили 50-тысячное войско Гетманщины под руководством И. Самойловича и донские казаки, руководимые атаманом Ф.Минаевым. Поход проходил в мае-июне в условиях сильной жары. Войскам не хватало воды, продовольствия, фуража. К тому же руководитель объединенных войск, выдающийся дипломат и государственный деятель князь В.В.Голицын не обладал способностями полководца.
   Дополнительные трудности похода были вызваны еще и тем, что татары подожгли степь. 17 июня, когда союзники подошли к реке Карачокра, что в 20-ти верстах от Запорожской Сечи, князь Голицын отдал приказ об отступлении.
   Виновным в неудаче сделали гетмана И.Самойловича. Старшина, недовольная его правлением, организовала заговор и подала В.В.Голицыну донос, в котором И.Самойлович обвинялся в тайных связях с крымским ханом и в измене. И в июле 1687 г. должность гетмана занял И.Мазепа.
   Через год, в марте 1689 г., 112-тысячное войско под командованием князя В.В.Голицына предприняло новый поход на Крым. 20 апреля у р. Коломак к нему присоединилось 40-тысячное казацкое войско во главе с гетманом И.Мазепой. Они разбили передовые татарские отряды и 20 мая подошли к Перекопу.
   Однако и на этот раз армия не вступила на землю полуострова. Учитывая усталость солдат и казаков, недостаток воды, провианта и фуража, сильную жару, князь Голицын 21 мая отдал приказ об отступлении. 24 июня казаки и российские войска у р. Коломак разошлись по домам в разные стороны.
   Крымские походы показали, что Россия еще не была готова к победе над Османской империей. Несмотря на попытки правительства царевны-[141]регентши Софьи изобразить их как "великие победы", они не принесли России ни военных успехов, ни новых территорий. Однако эти походы ознаменовали начало поворота в соотношении сил в данном регионе и стали первыми серьезными попытками России завоевать Северное Причерноморье. Приазовье и Крым. Кроме того, Москва выполнила обязательства перед "Священной лигой" -- крымский хан, занятый отражением походов, не смог предоставить помощь войскам Османской империи, терпевшим поражение от австрийцев и венецианцев в Европе.
   Азово-днепровские походы в 1695--96 гг. Петра I. В августе 1689 г. власть в России перешла к 17-летнему царю Петру Алексеевичу (до 1696 г. формально царствовали Петр I и Иван V). Важнейшей задачей своей внешней политики на южном направлении Петр считал продолжение войны с Крымом. В отличие от своих предшественников, стремившихся лишь укрепить свои южные границы и обезопасить их от нападения татар и турок, Петр I перенес центр тяжести "южного вопроса" в плоскость приобретения Россией выхода в Черное море.
   К походу против татар царя подталкивали и его соратники по "Священной Лиге" Австрия и Речь Посполитая, а также гетман И.Мазепа. К войне стремилось и греческое православное духовенство, обиженное тем, что турки передали святые места в Иерусалиме (Голгофу, Вифлиемскую церковь, Святую пещеру) французам-католикам. Иерусалимский патриарх Досифей писал в Москву: "Татары -- горсть людей, и хвалятся, что берут у вас дань, а так как татары -- подданные турецкие, то выходит, что и вы турецкие подданные".
   В обоих Азовских походах активное участие приняли казаки Гетманщины во главе с И.Мазепой. В отличие от Крымских походов В.В.Голицына, в 1695 г. наступление велось в 2-х направлениях -- на крепость Азов в устье Дона и на Кизикермен, Таванск и др. крепости в низовьях Днепра. Основным являлось Азовское направление. Осада крепости 31 тыс. российской армией началось 5 июля 1695 г. Отборные полки под командованием Головина, Гордона и Лефорта безрезультатно осаждали Азов 3 месяца и отступили, понеся большие потери. Главной причиной неудачи было отсутствие у российской армии военно-морского флота. Кроме того, войска не были подготовлены в должной мере к осадным действиям, у российской артиллерии не хватало мощи и силы; Головин, Гордон и Лефорт враждовали между собой и не координировали одновременность нанесения ударов по крепости.
   А в низовьях Днепра военные действия российских и украинских войск под командованием боярина Б.П.Шереметева начались 24 июля 1695 г. Благодаря умело организованному штурму уже 30 июля Кизикерменская крепость капитулировала. За ней вскоре капитулировали Таванская и др. Важнейшие опорные пункты турецко-татарского господства в низовьях Днепра были ликвидированы. Но в целом поход 1695 г. закончился для России неудачно.
   Петр I проанализировал причины неудач и энергично взялся за подготовку нового похода. Из Австрии и Пруссии были вызваны специалисты по взятию крепостей, в том числе по организации взрывных [142] осадных работ. На верфях в Воронеже и в подмосковном селе Преображенском шло строительство кораблей. Новый российский флот состоял из 2 больших кораблей, 23 галер и 4 брандеров. Одновременно шло обучение сухопутных войск. В армию зачисляли даже крепостных, которые таким образом, без ведома хозяев, получали свободу. 70-тысячная сухопутная армия под командованием А.С.Шеина отправилась в поход 23 апреля 1696 г. 3 мая вслед за ней отправился российский флот. Впереди шла галера "Принсипиум" под командованием капитана Петра Алексеева, т.е. царя, который строил ее своими руками.
   Как и в предыдущую кампанию, наступление на татар и турок осуществлялось по двум направлениям. На Азов наступали войска под командованием А.С.Шеина и казацкие полки во главе с наказным гетманом черниговским полковником Я.Лизогубом (15 тыс.). Вторая часть российской армии Б.П.Шереметева и украинских казаков (17 тыс.) действовали в низовьях Днепра.
   Во время второго похода Азов был окружен не только с суши, но и отрезан российским флотом со стороны моря. 19 июля его татарско-турецкий гарнизон капитулировал.
   Взятие крепости Азов обеспечило России выход в Азовское море и возможность дальнейшего продвижения в Северное Причерноморье. В удобной гавани, недалеко от Азова, был основан город Таганрог. Однако при Петре I дальнейшего продвижения России в этом регионе не произошло. Главным направлением своей внешней политики царь избрал северное -- выход к Балтийскому морю.
   Союзники России в войне с Османской империей -- Речь Посполитая, Австрия, Венеция в конце 1698 г. начали мирные переговоры с турками и в 1699 г. заключили перемирие. Россия также подписала на 2 года перемирие с Турцией, которое в 1700 г. заменил Константинопольский мирный договор. Крепость Азов с окрестностями оставались за Россией. На Днепре ликвидировались турецкие крепости. Россия наконец-то прекращала выплату "казны" (дани) крымскому хану.
   Прутский поход. Адрианопольский (Прутский) мирный договор России и Турции 1713 г. Османская империя и Крымское ханство внимательно следили за ходом противоборства России со Швецией, надеясь на ослабление России и аннулирование Константинопольского договора. Хан Хаджи-Селим-Гирей убедил султана в необходимости построить крепость Еникале (Новая крепость) в Керченском проливе, чтобы предотвратить возможность прохода российского флота из Азовского в Черное море (как это произошло в 1696 г.). Кроме того, хан предложил шведскому королю военную помощь, воспользоваться которой Карл XII, занятый военными действиями в Польше, так и не успел. Но вскоре Хаджи-Селим-Гирей умер. Его сын Девлет-Гирей II продолжил политику отца и, вопреки воле султана, собирался послать 40-тысячную орду на соединение со шведскими войсками.
   Победа России над шведами под Полтавой 27 июня 1709 г. несколько отрезвила хана Девлет-Гирея, и он вернул свои войска, направлявшиеся в Приднепровье на помощь шведам. Но и после этого хан продолжил [143] интриги, склоняя султана к войне с Россией. Крайне заинтересованным в этом был и Карл XII, бежавший с поля Полтавской битвы на территорию Османской империи в Бекдеры, надолго здесь задержались. Да и среди приближенных к султану активизировались силы, требовавшие аннулировать Константинопольский договор. Также активную подстрекательскую политику проводили в Константинополе дипломаты ведущих европейских государств, не желавшие роста российского могущества. Под напором этих обстоятельств 10 ноября 1710 г. султан созвал Большой диван, который принял решение об объявления войны России.
   Понимая опасность войны на два фронта, Петр I попытался уладить конфликт с Турцией дипломатическими средствами. Однако достичь компромисса не удалось, и в конце февраля 1711г. Россия приняла вызов Турции. В июле того же года на берегу р.Прут в районе города Яссы состоялось генеральное сражение, не давшее очевидной победы ни одной из сторон. Турки предложили начать мирные переговоры.
   По условиям перемирия, заключенного 12(23) июля 1711 г., русские войска беспрепятственно ушли из Молдавии, Азов возвращался Турции, срывались укрепления Таганрога и других приазовских крепостей, русский флот на Азовском море уничтожался. Через два года, 13(24) июня 1713 г., на этих условиях в Адрианополе и был заключен новый русско-турецкий мирный договор.
   Таким образом, Прутский поход закончился для России неудачно, достижения Константинопольского мира 1700 г. были утрачены. Однако, как отмечает Е.В.Тарле в работе "Русский флот и внешняя политика Петра I", российский царь "не скрывал, что он смотрит на потерю Азова по Прутскому договору как на временное явление. Царь говорил одному из служивших у него английских капитанов, что "при первой возможности он овладеет Крымским полуостровом". Далее Е.В.Тарле подчеркивает: "И средства России, и планы Петра так возросли и расширились, что, конечно, Азов со своими болотами и мелководьем отошел на третий план. ... Крым и цареградские проливы -- вот что уж носилось в представле-ниях царя о дальнейшем экономическом и политическом продвижении России в области южных морей".
   В 1725 г. Петр I скончался. Добиваться выхода Российской империи к берегам Черного моря выпало на долю его наследников
   Русско-турецкая война 1735--1739 гг. Преемниками Петра I на российском престоле до прихода к власти Екатерины II стали его жена Екатерина I (1725-27 гг.), его внук Петр II (1727-30 гг.) и его дочь Елизавета (1741-1761 гг.). Никто из них ни во внутренней, ни во внешней политике даже не приблизился к свершениям Петра Великого. Не удалось им разрешить и южный вопрос, причем первые два правителя его даже не поднимали. Активизация внешней политики империи в Северном Причерноморье произошла во времена Анны Иоанновны (1730-1740 гг.).
   В 1735 г. началась очередная русско-турецкая война. Османская империя в это время воевала с Персией (Ираном), что позволяло правителям России и ее союзницы Австрии надеяться на быстрый разгром [144] турецкой армии и аннулирование Андрианопольского (Прутского) договора 1713 г. На протяжении 1735-39 гг. российские войска совершили четыре похода против Крымского ханства и турецких войск, два из них (в 1735-- 1736 гг.) под общим командованием фельдмаршала Б.К.Миниха.
   Первое наступление на Крымское ханство российские войска начали 1 октября 1735 г. под командованием генерал-лейтенанта Леонтьева. На р. Конские Воды они нанесли поражение ногайской орде. Однако через две недели из-за начавшихся ливней поход пришлось прервать. В этой кампании российская армия потеряла 9 тыс. человек.
   В 1736 г. наступление было предпринято в двух направлениях -- крымском и низовьями Дона на Азов. Причем наступление на Крым лично возглавил Б.К.Миних, наступление на Азов -- фельдмаршал П.П.Ласси. 17 мая российское войско подошло к Перекопскому перешейку, а 19 приступило к его штурму. Уже на следующий день укрепления были захвачены. Первым на перекопский вал взошел четырнадцатилетний солдат Василий Михайлов, за что получил от фельдмаршала Миниха офицерский чин. Крымская конница отступила к крепости Перекоп, но через день сдала и её. Ханское войско в спешке бежало вглубь полуострова, а более 2,5 тысяч турок перекопского гарнизона попало в плен.
   Крепость Гезлев (Евпатория) была занята войском Б.К.Миниха 5 июня без боя -- татары покинули её, не успев вывезти или уничтожить запасы продовольствия и фуража. Всё это досталось российской армии, испытывавшей к тому времени трудности из-за недостатка воды и провианта. 17 июня в районе Бахчисарая произошли два столкновения с ханским войском, после чего Б.К.Миних легко занял покинутую жителями столицу Крыма. Укрепления Бахчисарая были разрушены, а город сожжен. Все это в отчете императрице фельдмаршал представил как "полную викторию", в то время как основные силы противника не были разгромлены, а просто ушли в горы. Хан Каплан-Гирей готовился к новым сражениям. Чтобы затруднить проход русских к еще одному ключевому пункту -- Каффе, татары засыпали колодцы вдоль дороги к нему из Бахчисарая. Однако Б.К.Миних принял решение уйти с полуострова, т.к. его солдат преследовали болезни, ощущался недостаток воды и сильная жара. На обратном пути он приказал сжечь и пустующую Ак-Мечеть. 6 сентября армия достигла Перекопа и покинула Крым. Императорский двор посчитал отступление необоснованным. Но такое решение фельдмаршала надо признать правильным. В этом походе из 60 тыс. солдат погибло 25 тыс., причем большинство не в сражениях, а от болезней.
   Гораздо успешней проходило наступление в низовьях Дона корпуса под командованием П.П.Ласси, который уже к середине лета возвратил России Азов (Азак). Это Событие не осталось без внимания со стороны Турции. Турецкий султан сместил Капланирея с ханского престола, и в августе 1736 г. его преемником стал хан Фэтх-Гирей. В отместку за Азов и появление "неверных" в пределах Крыма новый хан совершил набеги на земли Поднепровья и грабил их в течение полутора месяцев.
   Третий и четвертый походы российских войск на Крым состоялись под руководством фельдмаршала Ласси в 1737 и 1738 гг., армия [145] насчитывала 55 тыс. человек. К ней присоединились 10 тыс. башкир и калмыков, 12 тыс. донских казаков, казаки Гетманщины. В помощь фельдмаршалу передали флотилию Бредаля из 500 единиц.
   4 мая 1737 г. войска из Азова двинулись на запад -- к рекам Миус и Калмиус. В устье Калмиуса к ним присоединилась флотилия. Армия и флот направились к Сивашу. В это время хан Фэтх-Гирей укреплял свои позиции у Перекопа. Однако Ласси решил провести войска необычным и рискованным путем -- по Арабатской стрелке длиной в 106 верст. Пройдя косу, фельдмаршал с армией подошли к городу Арабату, куда подоспели основные ханские силы. С помощью моста из судов, по отмелям Ласси совершил блестящий маневр и вывел армию в обход вражеских позиций. А перед ними устроил ложную военную демонстрацию силами отряда майора Храпова. В целом операция прошла успешно, и русская армия вошла на территорию Крыма. Ласси повел ее в направлении Карасубазара. 12 июля в 29 верстах от него произошло первое сражение, в котором основные силы ханского войска потерпели поражение. Через день уже у стен Карасубазара потерпел поражение 15-тысячный татарский отряд, а 15 июля на р. Карасу Ласси разгромил 70-тысячное войско. Вслед отсту-пающему неприятелю фельдмаршал отправил калмыков, которые дошли до Бахчисарая и благополучно возвратились с тысячей пленных. В этом, третьем, походе на Крым в период войны 1735-39 гг. русскую армию преследовали те же проблемы, что и в двух предыдущих: нехватка воды, провианта, фуража, сильная жара, эпидемии. 17 июня Ласси отдал приказ покинуть Крым. 22 июля у урочища Шунгары войска по понтонному мосту перешли на противоположный берег. В октябре они разместились на зимовку по Донцу и Дону.
   В кампании 1737 г. Ласси сумел не только неоднократно нанести поражения татарским войскам, но и сохранить основную часть армии для следующего похода на Крым. Однако русская дипломатия на переговорах с турками в Немирове после ухода фельдмаршала из Крыма лишилась своего главного козыря и не смогла склонить их к подписанию договора. Переговоры были прерваны.
   К моменту четвертого похода России на Крым в 1738 г. татары пол-ностью восстановили перекопские укрепления и ждали штурма. Но Ласси вновь не повел свою армию в лобовую атаку на Перекоп. Казаки и калмыки указали место к востоку от оконечности Перекопа, где Сиваш в жару пересыхает. 26 июня российские войска переправились через Сиваш. Узнав об этом, хан немедленно отступил от Перекопа. 29 июня после непро-должительной осады главное укрепление -- крепость Ор-Капи -- сдалась.
   Армия Ласси направилась в глубь Крыма, но вновь начались трудности с продовольствием и водой. Шедший из Азова флот с провизией был разбит бурей. В начале июля фельдмаршал отдал приказ отступать к Перекопу, а оттуда к Днепру. При отходе российские войска неоднократно вступали в стычки с татарскими. При этом чувствительные потери несли обе стороны. У Перекопа Ласси стоял до конца августа. Затем, взорвав его укрепления, ушел в пределы России на зимовку.
   Летом 1739 г. фельдмаршал Ласси вновь возглавил русскую армию. [146] Ему подчинили Днепровскую флотилию. Но новый поход на Крым не состоялся, т.к. стороны заключили мир. По Белградскому мирному договору от 18(29) сентября 1739 г. России теперь уже официально возвращался тремя годами ранее ею занятый Азов (без укреплений), Кабарда признавалась нейтральной, "как барьер" между сторонами. Россия по-прежнему не имела права держать флот на Азовском и Черном морях. Не удалось ей оставить за собой территории в Подолье и Молдавии, занятые в ходе войны. К России лишь отошла небольшая территория на Правобережной Украине. Таким образом, главные стратегические цели России не были достигнуты: условия Прутского (Адрианопольского) договора 1713 г. были пересмотрены лишь частично, попытки овладеть Крымом успехом не увенчались, Османская империя по-прежнему не признавала императорский титул за российскими монархами. Война 1735-1739 гг. унесла жизни 100 тыс. российских воинов, причем в основном не на поле боя, а из-за болезней.
   Русско-турецкая война 1768--1774 гг. Вторая половина XVIII в. была отмечена решительным продвижением России к берегам Черного моря. Его целью было включение причерноморских земель и Крыма в состав Российской империи, их интенсивное экономическое развитие в интересах дворянства, развитие внешней торговли через черноморские порты, ликвидация военного присутствия Турции к югу от тогдашних границ России, упразднение Крымского ханства, создание условий для прорыва к проливам Босфор и Дарданеллы. Эти экспансионистские планы могли быть реализованы только при условии военного разгрома Оттоманской империи (так тогда именовалась Турция). Пришедшее к власти в начале 1760-х гг. новое, энергичное руководство во главе с императрицей Екатериной II активно взялось за решение внеш-неполитических задач. Эта активность вызвала раздражение правителей Турции, которое умело "подогревалось" дипломатией Франции, опасав-шейся усиления России на Востоке. Непосредственным поводом к войне послужил российско-турецкий конфликт вокруг польского вопроса. Благо-даря тому, что в сентябре 1764 г. польский сейм избрал королем россий-ского ставленника Ст.Понятовского, в марте 1765 г. между Россией и Польшей был заключен военный союз, а в феврале 1768 г. по решению сейма православные и католики были уравнены в правах. Противники этих шагов среди польских магнатов и шляхты составили Барскую кон-федерацию и подняли восстание против короля и сейма. Барские конфе-дераты были разбиты правительственными войсками, после чего отступили на юг, к тогдашним турецким границам, и попросили помощи у Турции.
   Не утратившая еще своих великодержавных амбиций Турция потребовала от России добиться отмены решения польского сейма о равноправии православных и католиков и вывести свои войска из Польши. Отказавшийся гарантировать выполнение этих требований посол России А.М.Обрезков был арестован и заключен в Семибашенный замок. Турция объявила войну России. Так началась русско-турецкая война 1768-1774 гг.
   Турция планировала наступательную войну. Главный удар из Хотина (Молдова) должен был быть направлен сначала на Варшаву, а затем на [147] Смоленск и Киев. Планировалось и наступление с Северного Кавказа на Астрахань, а также вспомогательный удар войск Крымского ханства по российским войскам, расположенным в Гетманщине.
   Турецким войскам противостояли 1-я и 2-я российская армии под командованием, соответственно, князя А.М.Голицына и генерал-аншефа П.А.Румянцева, которые должны были наступать на Хотин. Корабли Балтийского флота должны были войти в Средиземное море, блокировать морские пути из Константинополя и поддержать греческое национально-освободительное движение.
   Попытка войск Крымского ханства под руководством хана Крым-Гирея нанести упреждающий удар по российским войскам, расположенным в Гетманщине, была пресечена силами 2-й армии П.А.Румянцева, которая в конце января -- феврале 1769 г. остановила крымское войско близ Елисаветграда (ныне Кировоград) и Бахмута. Не испытывая судьбу, Крым-Гирей тут же повернул назад. Это был последний поход сил Крымского ханства на украинские и российские земли.
   Занятие Крыма российскими войсками. В.М.Долгоруков-Крымский, Решающие действия российских войск по овладению Крымом были намечены на 1771 г. К тому времени российская армия добилась крупных успехов на дунайском фронте, где были сосредоточены главные силы враждующих сторон. Победы П.А.Румянцева у Ларги и Кагула и адмирала Г.А.Спиридова при Чесме позволили российской стороне захватить инициативу в войне. Ногайские татары, вытесненные со своих земель к р.Прут в результате неудачного похода Крым-Гирея в 1769 г., обратились с письмом к новому командующему 2-й армией П.И.Панину с просьбой разрешить вернуться в родные края -- Приазовье и Причерноморье. Ногайцам было дано такое разрешение, но при условии, что они примут российское подданство. Это условие приняли татары Белгородской (Буджакской) и Очаковской (Едисанской) орд, а позднее ногайские татары Едичкульской и Джамбуйлукской орд.
   В Крыму в это время активно готовились к обороне. В сентябре 1770,г. хан Селим-Гирей III, находившийся в главном лагере турецких войск на Дунае, прорвался через линии российских войск и вернулся в Крым. По поручению султана он взялся за укрепление обороны полу-острова. В этом ему помогали турецкие инструктора во главе с сераскиром Ибрагим-пашой и специально присланными из Стамбула 23 военными специалистами, в число которых входил один из лучших полководцев Турции Абазех-Мухаммед-паша, а также турецкие регулярные войска.
   В конце 1770 г. 2-я российская армия под командованием опытного боевого генерала -- князя В.М.Долгорукова начала поход на Крым. Основные силы продвигались к Перекопу степями, а отряд генерала Н.К.Щербатова на судах Азовской военной флотилии высадился в тылу Перекопских укреплений примерно в 50 км от Перекопа. Подошедшие 9 июня 1771 г. с севера основные силы 2-й армии нанесли фронтальный Удар по Перекопу. Предварительно российский отряд генерала князя А. А.Прозоровского переправился через Сиваш и обошел Перекопскую Крепость слева, оказавшись в тылу войск Селим-Гирея. [148]
   Хан попытался помешать высадке войск Прозоровского, двинулся с войсками ему навстречу, но опоздал и был отброшен огнем быстро принявшего боевой порядок российского отряда. Этот маневр привел к резкому ослаблению сопротивления на основном направлении обороны, где фронтальный удар В.М.Долгорукова встретил благодаря действиям Прозоровского и Щербатова значительно меньшее, чем ожидалось, сопротивление. Селимирей III, который, по словам турецкого историка Васыфа, "совершенно ошалел, не зная, что делать", отступил вглубь полуострова и остановился в селении Тузла. 40-тысячная российская армия, преодолев сопротивление 70-тысячной армии Селим-Гирея и 7-тысячного турецкого гарнизона Перекопа, 17 июня начала продвижение вглубь Крыма. 1-я колонна под командованием В.М.Долгорукова, не встречая сопротивления, двигалась в центр полуострова, к Бахчисараю, отряд генерал-майора Брауна наступал на Гезлев (ныне Евпатория), а отряд генерала Щербатова -- на Каффу (ныне Феодосия). Вторично разбив близ Каффы 29 июня теперь уже 100-тысячную армию Крымского ханства, отряд Щербатова занял Керченский и Таманский полуостровы. В.М.Долгоруков, добравшись до центра Крыма, устроил свой лагерь и штаб-квартиру на р.Салгир, недалеко от г.Ак-Мечеть (ныне на этом месте в центре Симферополя стоит обелиск -- знаменитый Долгоруковский шпиль).
   Причиной столь скорого краха турецко-татарских сил, оборонявших полуостров, была более высокая степень организации российских войск, обученных по европейскому образцу, и удачно разработанный тактический план вторжения. С другой стороны, слабые полководческие способности продемонстрировали и хан Селим-Гирей III, и его турецкие наставники. Вот почему крымскотатарское войско, успешно действовавшее в условиях внезапных набегов, не выдержало противостояния с наступавшими регулярными войсками.
   Реально оценив всю тяжесть сложившегося положения, Абазех-Мухаммед-паша бросил турецкие позиции под Каффой и бежал с полу-острова. Селим-Гирей, убедившись в бессмысленности дальнейшего сопро-тивления, прислал в русский лагерь под Каффой своих представителей, предлагая переговоры и выражая согласие, отказавшись от турецкого покровительства, "вступить в дружбу с Россией". Тогда же В.М.Дол-горуков получил письмо от крымскотатарской аристократии (мурз и беков) и духовенства Крыма с предложением союза и дружбы Крымского ханства и России. Однако при приближении российских войск к Бахчисараю, предпринятому с целью дальнейшего продвижения и захвата судоходных гаваней Балаклавы, Бельбека и Ялты, опасавшийся пленения хан, не дожидаясь возвращения своего посольства из Каффы, бежал сначала в Ялту, а оттуда, погрузив на корабли гарем, отплыл в Стамбул.
   Два хана в Крымском ханстве. 27 июня 1771 г. к В.М.Долгорукову прибыл из Карасубазара (ныке Белогорск) ширинский мурза Измаил с подписанным 110 представителями крымскотатарской знати присяжным листом об утверждении вечной дружбы и неразрывного союза с Россией. Он был принят на собрании знати (султанов, беев, мурз, представителей [149] духовенства), организованном Джахан-Гиреем и Бегадыр-Гиреем. На этом собрании новым ханом был избран сторонник крымско-российского сближения -- орский бей Сагиб-Гирей, а калгой-султаном -- его брат Шаган-Гирей. После избрания они заявили, что отказываются от турецкого протектората и вступают под российский. В.М.Долгоруков утвердил избрание на престол Сагиб-Гирея. Тем самым Крымское ханство было провозглашено суверенным государством под протекторатом Российской империи.
   Турция не признала этих актов. В Стамбуле на собрании султанов и мурз, бежавших вместе с Селим-Гиреем в ноябре 1771 г., крымским ханом был избран Максуд-Гирей. Турецкая сторона рассчитывала на то, что новый хан при помощи задунайских татар вернет Крым под власть Оттоманской империи. Но надежды эти не оправдались. Максуд-Гирей и его 10-тысячное войско, расквартировавшееся в Шумле (на территории современной Болгарии), пассивно выжидали, благо средств из турецкой казны им отпускалось более чем достаточно.
   Вместе с тем правивший в Крыму Сагиб-Гирей, несмотря на все заверения, не проявлял качеств послушного партнера России. Поначалу Сагиб-Гирей отказывался допустить постоянное пребывание российских войск в крепостях Керчь и Еникале. Только под давлением ногайской аристократии, обильно финансируемой Россией, Сагиб-Гирей 1 ноября 1772 г. в Карасубазаре подписал с В.М.Долгоруковым договор, по которому к России отходили черноморские порты Керчь, Еникале и Кинбурн. После заключения этого договора, оставив гарнизоны в городах Крыма и освободив более 10 тыс. русских пленников, армия В.М.Долгорукова отошла на позиции к Днепру.
   Кючук-Кайнарджийский договор (1774 г.) После побед российской армии в 1772 г., среди которых выделяется выигранная под командованием А.В.Суворова битва у Козлуджи (Болгария), Турция запросила мира. Под давлением Австрии, Великобритании и Франции, которые прилагали огромные усилия, чтобы не допустить полного разгрома Турции, Россия была вынуждена заключить 10(21) июля 1774 г. в небольшой болгарской деревне Кючук-Кайнарджи мирный договор. Его подписали П.А.Румянцев и великий визирь Муссун-заде Мехмет-паша.
   По этому договору к России отходили земли по берегам Черного моря от Азова и Приазовья на востоке до Буга на западе, а также крепости Керчь, Еникале, запиравшие выход из Азовского моря в Черное, и Кинбурн у устья Днепра. Тем самым Россия утвердилась на Черном море и сделала Керченский пролив полностью находящимся под российским контролем. Согласно договору, русские торговые суда получили право проходить черноморскими проливами наравне с английскими и французскими. В третьей статье Кючук-Кайнарджийского договора был по-новому определен статус Крымского ханства: " Все татарские народы... имеют быть признаны вольными и совершенно независимыми от посторонней власти, но пребывающими под самодержавной властью собственного их Хана чингисского поколения, всем татарским обществом избранного и возведенного, который да управляет по древним их законам и обычаям, [150] не отдавая отчета ни в чем никакой посторонней державе, и для того ни российский двор ни Оттоманская Порта не имеет вступаться как в избрание и возведение помянутого хана, так и в домашние, политические и внутренние их дела ни под каким видом...".
   Кючук-Кайнарджийский договор, тем не менее, не разрешил окончательно ситуацию вокруг Крыма*. Турецкий султан, являясь верховным халифом, сохранял духовную власть и право утверждения новых ханов, что оставляло у него в руках рычаги давления на Крымское ханство. В Крыму же усиливался раскол крымскотатарского общества на пророссийскую и протурецкую группировки, борьба между которыми обострялась с каждым годом, доходя до настоящих сражений.
   (* Уже на второй день после подписания договора в Алуште высадился турецкий десант численностью до 20 тыс. чел. Разгромив находившийся в городе небольшой гарнизон, турки направились в верховья Алуштинской долины к деревне Шумы (ныне Верхняя Кутузовка). Здесь их встретил русский отряд, в авангарде которого был гренадерский батальон под коман-дованием 29-летнего подполковника М. И. Кутузова, будущего фельдмаршала. В том бою турецкое войско потерпело поражение, но Кутузов, проявивший себя в бою с наилучшей стороны, был тяжело ранен в голову, что привело к потере правого глаза. Позже, при прокладке дороги Симферополь-Алушта (1825), вблизи места ранения М. Кутузова был сооружен мемориальный комплекс, получивший название "Кутузовский фонтан".)
   Шагин-Гирей. Попытки "модернизации" по европейскому образцу. Обострение внутренних противоречий. Восстание против Шагин-Гирея (1777 г.) и его последствия. Сторонник ориентации на Россию Сагиб-Гирей вызывал недовольство как протурецких кругов в Крыму, так и турецкого султана, который весной 1775 г. лишил этого хана престола и возвел в ханское достоинство очередного Девлет-Гирея. Екатерина II отказалась признать нового правителя Крыма и оказала помощь своему ставленнику Шагин-Гирею, который, находясь на Кубани, был провозглашен там крымским ханом. Затем на полуостров были введены российские войска под предлогом возвращения расхищенного российского имущества, оставленного войсками в 1774 г., и привлечения к ответственности виновников ограбления курьеров, посланных в русские гарнизоны на Керченском полуострове. Кроме того, был использован тот факт, что турецкие войска, которые по Кючук-Кайнарджийскому договору должны были удалиться из Крыма, не спешили этого делать и продолжали стоять в Каффе. На основании этих фактов российский корпус под командованием А.А.Прозоровского без объявления войны в ноябре 1776 г. вошел в Крым и, не встречая сопротивления, закрепился на Перекопе. Ранней весной 1777 г. русские войска под командованием А.В.Суворова заставили рассеяться военные силы татар под Карасубазаром и заняли степную часть Крыма. Тем временем Шагин-Гирей высадился в Еникале. Большинство крымскотатарской знати перешло на его сторону. 29 марта 1777 г. диван (собрание знати) вынес решение об отстранении Девлет-Гирея от власти и избрании ханом Шагин-Гирея. 20 мая русскими войсками была занята Каффа, а Девлет-Гирей отбыл в Стамбул. Шагин-Гирей обратился с официальной просьбой оставить российские войска в Крыму и оказать помощь в наведении порядка в ханстве, вполне резонно опасаясь, что без [151] такой помощи ему не удержаться на престоле. Эти российские войска расположились в районе Ак-Мечети.
   Характерной чертой правления Шагин-Гирея было стремление к "модернизации" (осовремениванию) государства посредством внедрения в его жизнь элементов европейской цивилизации. Однако они не соответствовали сложившимся у татар за многие века укладу жизни, структуре управления, традициям народа.
   По образцам европейских абсолютистских государств Шагин-Гирей создал многочисленный бюрократический аппарат, чиновники которого получали огромные оклады, разорявшие народ. Доступ к хану, ранее довольно простой, стал почти невозможен -- он даже ездить стал только в карете, а не верхом, как прежде. Недовольный Бахчисараем и его дворцом, хан начал строить новый дворец в Каффе. Для всех этих начинаний нужны были деньги, и немалые. Шаган-Гирей увеличил налоги, многие века остававшиеся неизменными и освященные традициями ислама, чем не только понизил уровень жизни большинства населения, но и задел его религиозные чувства. Шагин-Гирей передал сбор ряда доходов государства (с соляных озер, таможен, пасек) откупщикам-немусульманам, а также уравнял в податях райю (немусульманское население) с мусульманами, провел всеобщую перепись населения, чем вызвал среди правоверных, не знавших такой процедуры, настоящий переполох.
   Последней каплей, переполнившей чашу терпения, стала попытка хана модернизировать татарское войско, из которого Шагин-Гирей задумал создать регулярную армию на основе рекрутской повинности. Обучение войск проводил лично хан, причем для поддержания дисциплины начали применяться даже телесные наказания -- порка шпицрутенами.
   В октябре 1777 г. давно копившееся недовольство привело к мятежу против Шагин-Гирея. После высадки в Крыму в декабре 1777 г назначенного в Стамбуле ханок Селим-Гирея III, восстание охватило весь полуостров и ногайские орды. Только энергичные действия российских войск под командованием А.А.Прозоровского позволили в феврале 1778 г. подавить это восстание. Селим-Гирей был убит сторонниками Шагин-Гирея, которого Турция в конце концов была вынуждена утвердить на ханском престоле. Шагин-Гирей между тем продолжил европеизацию Крыма, что готовило новый всплеск недовольства.
   В марте на пост командующего российскими войсками в Крымском ханстве вместо А.А.Прозоровского был назначен А.В.Суворов. Он разделил Крым на 4 территориальных округа и расставил по побережью линию постов на расстоянии 3-4 км друг от друга. А.В.Суворов также, начав строить укрепления при выходе из Ахтиарской бухты, запретил брать пресную воду из р.Бельбек туркам из остававшихся в бухте турецких кораблей. Вместе с тем, А.В.Суворов в специальном приказе обязал своих солдат "соблюдать полную дружбу и утверждать обоюдное согласие между россиян и разных званиев обывателей".
   Тогда же А.В.Суворов по рекомендации Г.А.Потемкина организовал переселение христианского (преимущественно греческого) населения из Крыма на присоединенные к России земли Азовского побережья и устья [152] Дона, которые нуждались в быстром освоении. Но этим переселением решались и другие задачи: подрыв экономики Крымского ханства, так как христианские народы (греки и армяне) составляли наиболее полезную в хозяйственном отношении часть населения, и использование мотива будто бы притеснения христиан в качестве оправдания перед европейскими державами присутствия в Крыму российских войск. А.В.Суворов начал переселять греков и армян, не поставив в известность даже Шагин-Гирея, что вызвало резкое недовольство хана и его окружения. В результате решительных действий А.В.Суворова с мая по сентябрь 1778 г. из Крыма в Приазовье и Северное Причерноморье была переселена 31 тысяча человек. К исходу следующего года уже были основаны г, Мариуполь и более десятка сел с крымскими названиями.
   В июле 1778 г. у берегов Крыма в Феодосийской бухте появился турецкий флот из 170 кораблей под командованием Гассан-Гази-паши. Турки потребовали запрета плавания российских кораблей вдоль крымского побережья, угрожая топить их в случае невыполнения этого ультиматума. Но твердая позиция А.В.Суворова, пригрозившего в ответном письме обеспечивать недосягаемость Крыма всеми доступными ему способами, не дала возможности турецкому флоту высадить десант. Вторая такая же попытка была предпринята турецким флотом в сентябре 1778 г. -- и вновь решительно пресечена действиями А.В.Суворова. Однако, несмотря на то что в Крыму стояли российские войска, правящие круги России во главе с Екатериной II на тот момент еще не решались на ликвидацию Крымского ханства и включение его территории в состав Российской империи. Более того, под давлением европейских держав, прежде всего Франции, Россия была вынуждена подписать с Турцией Айналы-Кавакскую конвенцию от 10 марта 1779 г. Согласно этой конвенции, Россия должна была вывести свои войска из Крыма и, как и Турция, не вмешиваться во внутренние дела ханства. Турция, в свою очередь, взяла на себя обязательство признать Шагин-Гирея крымским ханом, подтвердила независимость Крыма и право свободного прохода через Босфор и Дарданеллы российских судов. В середине июня 1779 г. российские войска, оставив 6-тысячный гарнизон в Керчи и Еникале, покинули Крым.
   Ханство после Айналы-Кавакской конвекции. Положение Шагин-Гирея после заключения Айналы-Кавакской конвенции оставалось непрочным, тем более что хан продолжал вредить себе непродуманными действиями по европеизации ханства. Нараставшее недовольство крымских татар политикой своего хана привело к новому восстанию осенью 1781 г. Его возглавили брат Шагин-Гирея Батыр-Гирей и крымский муфтий. Это восстание было подавлено, но последовавшая серия казней привела к возобновлению восстания в 1782 г., что заставило Шагин-Гирея вместе со своим русским советником Веселицким бежать в Керчь. При поддержке Турции в Каффе новым ханом был провозглашен Махмут-Гирей. В этой ситуации российское руководство направило для восстановления Шагин-Гирея на престоле корпус русских войск по командованием генерал-поручика де Бальмена, который взял Карасубазар, разбил войско нового хана и восстановил Шагин-Гирея на престоле. [153]
   Манифест Екатерины II от 8 апреля 1783 г. о присоединении Крыма, Тамани и Кубанской земли к России. Ликвидация Крымского ханства.
   С восстановлением Шагин-Гирея на ханском престоле позиция этого хана отнюдь не стала прочнее. Очень велика была вероятность того, что он не удержится у власти даже при поддержке российских войск. В создавшихся условиях Екатерина II принимает решение о ликвидации Крымского ханства и включении его земель в состав Российской империи. Императрица впервые открыто высказала эту идею Г.А.Потемкину в рескрипте от 14 декабря 1782 г. Сам Г.А.Потемкин также был сторонником ликвидации Крымского ханства и, скорее всего, предложил Екатерине II план действий в этом направлении. Было принято решение об устранении с ханского престола Шагин-Гирея, и недопущении выборов нового хана. Генерал Самойлов, посланный со специальной миссией от российского правительства к Шагин-Гирею, передал хану повеление Екатерины II добровольно отказаться от власти и передать Крым России. Взамен ему были обещаны персидский шахский престол, а также ежегодная субсидия в 200 тыс. рублей. Шагин-Гирей, лишенный поддержки своих подданных, в феврале 1783 г. отрекся от престола.
   8 апреля 1783 г. Екатерина II издает специальный манифест "О принятии полуострова Крыма, острова Тамана и всей Кубанской стороны под Российскую державу". В нем среди прочего говорилось: "... Но ныне... по долгу предлежащего Нам попечения о благе и величии Отечества, стараясь пользу и безопасность его утвердить, как равно полагая средством, навсегда отдаляющим неприятные причины, возмущающие вечный мир, между империями Российскою и Оттоманскою заключенный, который мы навсегда искренне сохранить желаем, не меньше же и в замену и удовлетворение убытков Наших, решилися Мы взять под державу Нашу полуостров Крымский, остров Таман и всю Кубанскую сторону". Екатерина II обещала в манифесте татарскому населению "содержать их наравне с природными Нашими подданными, охранять и защищать их лица, имущество, храмы и природную веру".
   В соответствии с манифестом и по приказу Г.А.Потемкина россий-ские войска под командованием де Бальмена, стоявшие в крепости Кизикермен, вошли в Крым, а войска А.В.Суворова и М.А.Потемкина заняли Керченский полуостров и Тамань. С моря эти войска прикрывала Азовская эскадра вице-адмирала Ф.А.Клокачева.
   В июне 1783 г. близ Карасубазара, на вершине горы Ак-Кая Г.А.По-темкин принял присягу крымской знати и представителей всех слоев крым-ского населения на верность России. Созданным земским правительством вначале руководил де Бальмен, а с августа -- барон Игельстром. Процедура включения Крыма в состав Российской империи завершилась.
   Бывший хан Шагин-Гирей так и не дождался персидского престола. Он проживал сначала в Воронеже, а затем в Калуге, получая обещанное содержание в 200 тыс.рублей. В 1786 г. Шагин-Гирей стал проситься в Турцию и был отпущен. В январе 1787 г. он покинул пределы Россий-ской империи, а через несколько недель после прибытия в Турцию был казнен по повелению султана на о.Родос. [154]
   Политика России в Крыму. Изменения в этническом составе населения полуострова. После включения Крыма в состав Российской империи началось создание новых местных органов управления. В декабре 1783 г. по указанию И.А.Игельстрома было образовано "Таврическое областное правление", в которое наряду с российскими чиновниками вошли почти все влиятельные представители крымскотатарской знати. 14 июня 1784 г. в Карасубазаре прошло его первое заседание. Были изданы указы, имевшие целью привлечь на сторону новой власти крымскотатарскую знать. 22 февраля 1784 г. указом Екатерины II высшему сословию Крыма -- беям и мурзам -- были предоставлены все права и льготы российского дворянства. Русскими и татарскими чиновниками по приказу Г.А.Потемкина были составлены списки, включавшие 334 новых крымских дворян, сохранявших за собой земельную собственность.
   Были приняты меры по расширению возможностей для торговли в Крыму. Уже в 1783 г. отменяются внутренние торговые пошлины, что привело к увеличению торгового оборота внутри Крыма, быстрому росту таких торговых центров, как Карасубазар, Бахчисарай, Гезлев (он был переименован в Евпаторию) и Ак-Мечеть (переименован в Симферополь). 22 февраля 1784 г. Севастополь, Феодосия и Херсон были объявлены открытыми городами для всех народов, дружественных Российской империи. Иностранцы могли теперь свободно приезжать и жить в этих городах, а также принимать российское гражданство.
   В аграрном вопросе царская администрация стремилась изменить сложившиеся на протяжении столетий традиционные земельные отношения и привести их в соответствие с законодательством, действовавшим в Российской империи. Вместо приблизительно 10 форм местного землевладения и землепользования: бывшие ханский и султанский домены, калагалык, ходжалык, бейлик, мурзинский и поселянский клинья, вакуфы -- духовенства (вакф-шер) и обычный (вакф-адет), пустоши (меват) -- должны были утвердиться только 2 формы, принятые в России: государственная и частная дворянская земельная собственность.
   Формально в Крыму не вводилось крепостное право, и татарские земле-дельцы были объявлены казенными крестьянами, что не препятствовало началу передела земельной собственности. Земли и доходы, принадле-жавшие ранее крымскому хану, перешли к российской казне, а мелкая земельная собственность трудового населения, земли эмигрантов, наряду с турецкими землями были объявлены "пустопорожними" и подлежали раздаче российским и местным дворянам. Благодаря этому крупнейшими землевладельцами Крыма стали Г.А.Потемкин, его секретарь В.С.Попов, граф Безбородко, адмиралы Мордвинов и Ушаков. Из крымскотатарского дворянства больше всего выиграли Метмет-Шах Ширинский, получивший округу Коккозы-2, и Батыры-ага, завладевший Салгирской округой.
   На полуострове стал утверждаться новый тип землепользования, кото-рому были свойственны юридические нормы и формы эксплуатации, при-сущие крепостнической России. Крестьяне были обложены феодальными повинностями - 15-дневной барщиной, неограниченной трудовой по-винностью во время уборочной страды, десятиной, увеличенной до 20% [155] всего собранного урожая и 30 копеек с каждой головы крупного рогатого скота. Устанавливалась неограниченная подворная повинность, обязанность делать помещику натуральные подношения и бесплатно работать на него на дому. Попытки протеста против насаждения новых порядков жестоко подавлялись властями.
   Результатом этой политики, а также ограничений в правовом отношении стала начавшаяся вскоре после присоединения Крыма к России эмиграция крымских татар в Турцию. Уже в первые годы российского владычества такая эмиграция составила 4-5 тыс. человек, а к 1787 г., по данным выдающегося крымского краеведа А.Маркевича, число эмигрантов достигло 8 тыс. человек. В дальнейшем, особенно после русско-турецкой войны 1787-1791 гг., когда исчезли последние надежды на возвращение Крыма под власть Турции, этот процесс еще более усилился. По данным того же А.Маркевича, после Ясского мира из приблизительно 500 тыс. крымских татар, населявших полуостров, эмигрировало почти 100 тыс.
   Здесь необходимо напомнить, что среди этносов, которые, кроме крымских татар, населяли Крым в конце XVIII в., были караимы, крымчаки, цыгане, греки и армяне.
   Караимы. Одной из древних этно-конфессиональных общин Крыма являлись караимы. Они имели свои религиозные и культурные особенности. Караимы исповедовали своеобразную религию -- караимизм, основанную на почитании "Пятикнижия Моисеева", или "Торы", и отрицании авторитета основы еврейской учености -- Талмуда. У них существовала оригинальная конфессиональная структура, ими были разработаны собственные религиозные ритуалы, которые отправлялись в специальных молитвенных домах -- кенассах. Их язык являлся диалектом крымскотатарского. Они жили замкнуто и свято чтили обычаи предков. Довольно богатыми и влиятельными были караимские купцы. Их коммерческие интересы выходили и за пределы Крыма. Высокого уровня у караимов достигло декоративно-прикладное и ювелирное искусство. Традиционными занятиями являлась выделка грубых и тонких сортов кож, изготовление седел, обуви, производство войлока. Кроме того, они занимались садоводством и пчеловодством (А.Г.Герцен, Ю.М.Могарычев).
   Крымчаки. Еще одной из древних этнических групп региона являлись крымчаки. Их история связана с возникновением и развитием иудейского вероисповедания в Крыму. Известны иудейские общины и в Крымском ханстве, после присоединения которого крымчаки сохранились и в составе Таврической губернии. Они мало растворялись среди своих единоверцев и сохраняли этническую и общественную самоидентификацию. По отзыву М.С.Воронцова, данному им в 1841 г., крымчаки являлись иудеями-талмудистами по происхождению, но в качестве языка общения использовали "наречие" крымскотатарского языка. Они имели собственные молитвенные дома, особенности богослужений и молитвенные школы. Образ жизни крымчаков того времени был "тихий". Они занимались "ремеслами, делают седла, шьют шапки, очищают хлопчатую бумагу и т.п., торговлей занимаются немногие, поведения вообще честного и в домашнем быту благоустроены" (И.В.Ачкинази). [156]
   Цыгане. Общепринятого мнения о происхождении крымских цыган до сих пор не выработано. Среди имеющихся предположений наиболее убедительной является гипотеза В.И.Филоненко. Он полагал, что цыгане появились на полуострове не одномоментно, а несколькими волнами. Поначалу цыгане появились в пригороде Бахчисарая -- приходе Салачик и оттуда расселились по Крыму. По вероисповеданию цыгане Крыма были преимущественно мусульманами, а по внешнему виду и быту мало чем отличались от крымскотатарского населения.
   Греки. Одним из наиболее древних этносов Крыма являются греки. К концу XVIII в. произошло событие, надолго изменившее этно-конфессиональную ситуацию в крае. В мае -- сентябре 1778 г. по сообра-жениям экономического и политического характера многие греки (более 18 тыс. чел.) были переселены из Крыма преимущественно в Приазовье*.
   (* Предложения ряда исследователей считать это депортацией неубедительно, так как элемент добровольности играл здесь важную роль, вследствие чего много тысяч христиан, воспользовавшись этим правом, осталось в Крыму.)
   Вынужденная эмиграция коснулась и более 13 тыс. крымских армян (армяно-григориане и армяно-католики). Известно, что армянская община в Крыму была хоть и малочисленной, но довольно богатой и экономически влиятельной.
   Чтобы возместить потерю населения, вызванную татарской эмиграцией, и изменить демографическую ситуацию на полуострове, царское прави-тельство развернуло программу переселения в Крым населения из других областей Российской империи и колонистов различных национальностей. Спустя почти сто лет после описываемых событий, в 1877 г., газета "Сева-стопольский листок" писала: "Для упрочения русского владычества во вновь присоединенном крае необходимо было заселение его чисто русскими людьми". Одним из первых шагов в этом направлении было поселение в Крыму по распоряжению Г.А.Потемкина отставных солдат российской армии. Для обзаведения семьями этим солдатам были закуплены на средства казны и в принудительном порядке переселены в Крым свыше 100 крепостных женщин, предназначенных в жены поселенцам. Так воз-никли первые деревни переселенцев: Солдатская (позже Петровская) слобода в Петровской балке на территории нынешнего Симферополя, Мазанка, Курцы, Мангуш, Зуя, Бия Сала, Верхние Саблы, Владимировка в Симферопольском уезде; Изюмовка, Елизаветовка -- в Феодосийском уезде; Степановна и Трех-Абламы -- в Евпаторийском уезде.
   Переселялись в Крым также государственные крестьяне и "инородцы". В 1787-1788 гг. из Черниговской губернии были поселены 233 старо-обрядца, а несколько позже на р.Конской, близ Знаменки, поселились около 3 тыс. старообрядцев из Новгород-Северского. К началу Крымской войны (1853 г.) число русских и украинских поселенцев достигло 15 тыс. человек. В окрестностях Топлы, Орталан и Старого Крыма поселились армяне из Восточной и Западной Армении, присоединившись к малочисленной колонии крымских армян, а близ Аутки -- часть вернувшихся с берегов Азовского моря греков. Кроме того, на Керченском полуострове появились [157] селения греков с островов Эгейского Архипелага, отличившихся в борьбе с турками на стороне России и помогавших подавлять сопротив-ление татар в ходе присоединения Крыма к России.
   Первые поселенцы из числа немцев -- "данцигских колонистов" -- появились в Крыму в конце 80-х гг. XVIII в. Значительную часть переселенцев составили приглашенные Екатериной II сектанты-менониты из Эльбинга и Данцига (ныне польского города Гданьска), общим числом более 500 человек, а также немцы из Нассау, Вюртемберга и Баварии. Известно, что к 1865 г. в Крыму было зарегистрировано уже 49 населенных пунктов с немецкими поселенцами.
   Таким образом, уже в первые годы существования Крыма в составе Российской империи заметно сократилось крымскотатарское население, а его убыль была частично возмещена за счет переселения на полуостров русских, украинцев, немецких колонистов, греков и армян.
   Основание Севастополя. Начало создания Черноморского флота. Создание Таврической области (1784 г.). Симферополь -- администра-тивный центр. По распоряжению Екатерины II сразу же после присо-единения Крыма к России к его берегам был направлен фрегат " Осто-рожный" под командованием И.М.Берсенева для выбора гавани у юго-западного побережья. Осмотрев в апреле 1783 г. бухту у поселка Ахтиар, находившуюся недалеко от развалин древнего города Херсонеса Тав-рического, И.М.Берсенев рекомендовал ее в качестве базы для кораблей будущего Черноморского флота. И в том же году Екатерина II своим указом повелела основать в указанном месте "военный порт с адмирал-тейством, верфью и сделать его военным городом". Во исполнение этого указа в первой половине 1784 г. были заложены порт и крепость, полу-чившие наименование Севастополь ("Величественный город" или "Город достойный славы").
   Решение о создании Черноморского флота было принято Екатери-ной II еще в конце 1782 г., а 11(22) января 1783 г. императрицей был издан указ, согласно которому командующим "флотом, заводимым на Чер-ном и Азовском морях", назначался вице-адмирал Ф.А.Клокачев. Под его командованием 2(13) мая 1783 г. в Ахтиарскую бухту вошла эскадра из 11 кораблей Азовской флотилии. Этот день считается официальной датой создания Черноморского флота. Вскоре к этой эскадре присоеди-нился отряд Днепровской флотилии из 17 кораблей, которые вместе с прибывшими ранее составили ядро нового флота. В конце мая 1783 г. вместо направленного в Херсон Ф.А.Клокачева командование Севасто-польской эскадрой принял контр-адмирал Ф.Ф.Мекензи, англичанин по происхождению, отличившийся в Чесменском морском сражении. Он стал, по сути дела, первым реальным командующим Черноморским флотом, возглавившим также основные работы по строительству Севастополя.
   Указом Екатерины II от 2 февраля 1784 г. была учреждена Таври-ческая область (под управлением Г.А.Потемкина). Она состояла из Крымского полуострова и Тамани. В том же, 1784 г. императорским указом близ Ак-Мечети был основан областной центр Симферополь. В нем началось строительство зданий для учреждений областного управления. [158]
   Г.А.Потемкин и его деятельность в Крыму. Путешествие Екатерины II в Крым (1787 г.). В судьбах Крыма второй половины XVIII в. огромную роль сыграл Григорий Александрович Потемкин (1739 -1791), выдающийся русский государственный и военный деятель, удостоенный звания генерал-фельдмаршала. Восхождение Г.А.Потемкина к вершинам власти началось в 1762 г., когда за активное участие в дворцовом перевороте, приведшем на престол Екатерину II , он получил чин гвардии поручика. Затем Г.А.Потемкин отличился в русско-турецкой войне 1768-1774 гг., дослужившись до чина генерал-поручика. После начавшегося в 1770 г. сближения с Екатериной II он поднимается еще выше по служебной лестнице. В 1774 г., едва закончилась война с Турцией, Потемкин был отозван в Санкт-Петербург, возведен в графское достоинство, назначен вице-президентом Военной Коллегии и стал одним из могущественнейших людей в империи.
   Г.А.Потемкин сыграл исключительно важную роль в процессе присоединения Крыма к России. Именно его проект решения крымского вопроса был реализован в 1783 г., за что Г.А.Потемкин был удостоен титула "Светлейшего князя Таврического". Под руководством Г.А.По-темкина происходило преобразование Крыма в интересах российского руководства: строительство военного и торгового флотов на Черном море, организация управления Таврической областью, строительство городов, реформирование системы землевладения.
   Важнейшим событием, которое подвело итоги первому этапу деятель-ности Г.А.Потемкина, стало путешествие в Крым императрицы Екатерины II, состоявшееся в 1787 г. Эта поездка должна была показать прочность позиций Российской империи в Крыму и создать у иностранных наблю-дателей (а в поездку были приглашены австрийский император Иосиф II, а также австрийский, британский и французский послы) впечатление благотворности присоединения Крыма к России для местного населения. Отдавая себе отчет в том, что Турция не смирится с потерей Крыма и включением его в состав России, Екатерина II стремилась заручиться поддержкой Австрии в ожидаемой войне и ее согласием восстановить на турецкой территории новою Византию под российским протекторатом.
   Первоначально поездка планировалась на 1785 г., но в связи с эпидемией в ряде губерний России она была перенесена на 1787 г. Г.А.Потемкин провел огромную работу по подготовке путешествия императрицы. В сохранившихся ордерах Г.А.Потемкина детально распланированы мельчайшие подробности организации поездки. Средств не жалели. 19 мая 1787 г. царский кортеж прибыл в Перекоп, где его встретил почетный караул и артиллерийский салют. Императрицу встречали Г.А.Потемкин, правитель Таврической области В.В.Каховский, гражданские и военные чины, а также предводитель дворянства Перекопского уезда Сеит-Ибрагим-ага с шестью мурзами. После обеда гостям было продемонстрировано главное природное богатство перекопской земли -- 13 сортов местной самосадочной соли. Затем по дорогам, благоустроенным солдатами российской армии, императрица в карете в сопровождении кортежа и охраны двинулась на юг, к Бахчисараю. У Алма-Кермена ее приветствовали [159] 26 знатнейших беев и мурз бывшего Крымского ханства и почетный караул из 1000 татар, поступивших на российскую службу, который сопровождал Екатерину II во время ее дальнейшей поездки к Бахчисараю. При спуске с крутой горы на въезде в бывшую ханскую столицу императорская карета, запряженная 10 лошадьми, чуть не опрокинулась. Спасли положение несколько местных жителей, которые бросились к экипажу и удержали его от падения. В Бахчисарае Екатерина II и ее окружение разместились в специально отреставрированном и меблированном по указаниям Г.А.Потемкина дворце, прежде служившем ханам резиденцией. Здесь Екатерина II провела две ночи - с 21 на 22 мая и на обратном пути с 24 на 25 мая. Пребывание в Бахчисарае произвело, видимо, на Екатерину большое впечатление, и она не раз возвращалась к нему в своей корреспонденции. Так, в одном из писем своему постоянному корреспонденту барону Гримму императрица писала: "Здесь мы помещаемся среди минаретов и мечетей, где голосят, молятся, распевают и вертятся на одной ноге пять раз в сутки. Все это слышно нам из наших окон". 28 мая Екатерина II сочиняет стихотворное послание к Г.А.Потемкину, в котором вновь возвращается к бахчисарайским впечатлениям.
   "Лежала я вечор в беседке ханской,
   В средине бусурман и веры мусульманской;
   Против беседки той построена мечеть,
   Куда всяк день имам народ влечет;
   Я думала заснуть, и лишь закрылись очи,
   Как уши он заткнув, взревел изо всей мочи...
   О, божьи чудеса! Из предков кто моих
   Спокойно почивал от орд и ханов их?
   А мне мешает спать среди Бахчисарая
   Табачный дым и крик... Не здесь ли место рая?
   Хвала тебе, мой друг! Занявши здешний край
   Ты бдением своим все вящше укрепляй."
   Утром 22 мая кортеж императрицы направился к Инкерману. Там, на вершине самой высокой в окрестностях горы, был построен специальный дворец-павильон. Во время обеда, по знаку Г.А.Потемкина, неожиданно раздвинулся занавес на одной из стен, и перед собравшимися открылась величественная картина - панорама Ахтиарской бухты со стоящими в ней кораблями Черноморского флота, общим числом 40 вымпелов, салютующими из всех орудий. Это зрелище, подтвердившее рождение нового флота России, стало едва ли не самым эффектным за все время путешествия. В Севастополе, который к тому времени стараниями адмирала Ф.Меккензи строился ударными темпами, Екатерина II расположилась в бывшем доме адмирала, скончавшегося незадолго до приезда императрицы. Впечатления, которые остались у зарубежных наблюдателей от Севастополя и от Черноморского флота, были противоречивы. С одной стороны, Иосифа II восхитил Севастопольский Порт, который он назвал лучшим в мире и способным вместить до 150 кораблей, сам город, где за короткий срок было построено множество домов, магазинов, арсенал и адмиралтейство. Австрийский император в [160] своих записках высказал уверенность в большом будущем Севастополя. С другой стороны, от наблюдательного взгляда Иосифа не ускользнуло то, что "матросы мало обучены своему делу, просто набрали две тысячи рекрут да и назвали их матросами. Едва только поступив на флот, они уже лазят на мачты. Случается, некоторые ломают при этом руки и ноги... На судах и во флотском госпитале много больных, которые находятся в ужасном положении...".
   Утром 24 мая императрица покинула Севастополь, посетила имение Г.А.Потемкина в Байдарской долине, была встречена под Балаклавой ротой амазонок (замысел Потемкина), составленной из жен и дочерей лучших семейств балаклавских греков. Поздней ночью того же дня она прибыла в Бахчисарай. Во время путешествия Екатерина II побывала еще в Симферополе, Карасубазаре, Старом Крыму и Феодосии. При въезде в эти города императрицу встречали: высшее дворянство, войска, местные жители. К ее приезду везде были подготовлены роскошные путевые дворцы. 31 мая Екатерина II отправилась из Крыма в Санкт-Петербург. Это путешествие призвано было решить несколько важных экономических, политических и дипломатических задач. В своих записках французский посол граф Сегюр указывал, что "богатства степного края, быстрое развитие городов, изобилие военных запасов и снарядов, отменное устройство войска, значение военных портов, прелесть южной природы в Крыму, заботливость князя (Потемкина) при управлении всем краем -- все это должно было поразить Екатерину, обезоружить недоброжелателей князя и в то же время привести в удивление Европу. На Западе должны были узнать, какими источниками богатства и могущества располагает Россия. Путешествие это из контроля над действиями Потемкина должно было превратиться в торжество его, Екатерины и вообще России в глазах Европы, в демонстрацию перед Оттоманской Портой (Турцией) и ее союзниками, оно должно было внушить страх недоброжелателям России...". Многие элементы этого плана удалось осуществить, но от взгляда внимательных наблюдателей, в частности того же Иосифа II, не укрылось негативное отношение к новой власти крымских татар. "Что ни делает императрица для здешнего населения, нет ни одного, особенно из стариков, кто бы не рад был уйти из-под новой власти". Только в Феодосии императрица получила более 100 прошений о разрешении переселиться в Турцию. Сегюр отмечал тяжелое положение ряда городов, особенно Феодосии, трудно переживавших переходный период после присоединения Крыма к России. Он писал о том, что ранее процветавшая Каффа влачит при новых властях жалкое существование по причине разрыва прежних торговых связей с Турцией. Французы во главе с Сегюром "нашли в городе едва 2000 жителей, бродящих среди развалин храмов, дворцов, пышных зданий".
   Не всего удалось достичь и в дипломатии. Екатерина II не смогла убедить Иосифа II поддержать идею ликвидации турецкого государства и замены его возрожденной Византией. Как заметил Иосиф II: "Для Вены безопаснее иметь соседей в чалмах, нежели в шляпах", но на включение Крыма в состав России австрийский император согласился. [161]
   Русско-турецкая война 1787--1791 гг. А.В.Суворов. Победы Черно-морского флота. Ф.Ф.Ушаков. Ясский мир и итоги войны. Русско-турецкая война 1768-1774 гг. не разрешила противоречий враждующих держав. Турция, не желавшая смириться с потерей своих владений в Северном Причерноморье и утратой контроля над Крымом, активно готовилась к реваншу. Россия, воодушевленная победой в прошедшей войне, нацеливалась на черноморские проливы и Стамбул. Конфликт активно "подогревался" европейскими державами, жаждавшими ослабления России (Пруссия) и не желавшими усиления ее конкуренции в средиземноморской торговле (Великобритания). В восьмидесятые годы обострились российско-турецкие противоречия в Дунайских княжествах и на Балканах. Турция постоянно оспаривала права России защищать интересы христианского населения Молдавии и Валахии, хотя они были официально признаны в Кючук-Кайнарджийском мирном договоре. Турция также не признавала российского протектората над Грузией, который был закреплен Георгиевским трактатом от 23 июля 1783 г. В конце концов, Турция направила России ультиматум, в котором обвинила своего северного соседа в нарушении Кючук-Кайнарджийского договора. В устной форме турецкая сторона также потребовала вернуть Крым под опеку Турции. Получив решительный отказ, Турция объявила России войну. Началась русско-турецкая война 1787-1791 гг.
   21 августа 1787 г. турецкий флот атаковал российский у западных берегов Крыма. Это было первое вооруженное столкновение в ходе войны. Первые сражения сложились успешно для российских войск. Попытка высадить десант на Кинбурнской косе закончилась для турок жестоким поражением от войск, которыми командовал А.В.Суворов, полководческий талант которого развернулся в этой войне в полную силу.
   Действия Екатеринославской (командующий Г.А.Потемкин) и Украинской (командующий П.А.Румянцев-Задунайский) армий привели в 1788 г. к взятию Очакова -- военно-морской базы Турции на северном берегу Черного моря и Хотина -- турецкой крепости в Бессарабии.
   А.В.Суворов (1729-1800) продемонстрировал в этой войне свои выдающиеся качества полководца в битвах под Фокшанами и Рымником, где подготовленные по суворовскому методу войска быстротой и осмысленностью маневра, мощью удара, безупречной выучкой и инициативностью не оставили турецкой армии никаких шансов на успех, разбив ее наголову. Вершиной полководческих достижений А.В.Суворова этого периода стало взятие считавшейся неприступной турецкой крепости на Дунае Измаил (1790 г.). Кроме того, российские войска взяли в ходе военных действий такие важные в военном отношении турецкие крепости, как Хаджибей, Аккерман и Бендеры.
   Успешно действовал и Черноморский флот, которым чрезвычайно умело и успешно командовал адмирал Ф.Ф.Ушаков* (1744--1817 гг.). Ф.Ф.Ушаков разработал и внедрил в практику новаторские приемы ведения морского боя. Он отказался от линейной тактики, вместо которой ввел тактику маневра на максимальное сближение с противником и [162] стремительную атаку без перестроения из походного в боевой порядок. Он обратил внимание на эффект удара по флагманскому кораблю эскадры противника, сочетание прицельного огня на короткой дистанции и маневра кораблей в бою, а также на применение резерва. Благодаря применению этих приемов российский флот уничтожил турецкий в его собственной базе в Керченском проливе у о.Тендра, а также у мыса Калиакрия у побережья Болгарии, что позволило более успешно действовать российским сухопутным войскам на Балканах.
   (* В 2004 г. решением Священного Синода Русской Православной Церкви Ф.Ушаков был канонизирован -- причислен к лику святых.)
   После целой серии тяжелых поражений Турция оказалась на грани полного военного крушения, но под дипломатическим давлением Великобритании и Франции Россия была вынуждена отказаться от полного военного разгрома своего противника и пойти на мирные переговоры. 29 декабря 1791 г.(9 января 1792 г. по новому стилю) был заключен Ясский мир. Турции пришлось подтвердить условия Кючук-Кайнарджийского договора, согласиться на присоединение Крыма и Очакова к России. Занятые российскими войсками Молдавия и Бессарабия возвращались Турции, но русско-турецкая граница в Северном Причерноморье была передвинута на запад -- от устья Буга до устья Днестра. Турция также отказалась от притязаний на Грузию. В результате Россия еще прочнее утвердилась на северных берегах Черного моря, надежно закрепила за собой Крым, усилила свои позиции на Кавказе. Исход войны создал условия для активизации процесса русификации Крыма.
   Разумеется, в нестабильном Крыму были сосредоточены значительные воинские контингенты. Они обеспечивали спокойствие вновь присоединенных территорий и являлись залогом мирного развития региона. Уже на следующий после присоединения Крыма к Российской империи год из числа крымскотатарского населения были сформированы шесть добровольческих дивизионов -- т.н. "Таврические татарские дивизионы бешлейского войска". В их обязанности входило патрулирование территории, обеспечение охраны природных ресурсов и даже почетное конвоирование высоких гостей. Располагавшиеся в черноморских портах военные суда принимали активное участие в военных операциях. Так, например, Черноморский флот в ходе кампании 1798-1800 гг. против наполеоновской Франции одержал ряд побед в Сре-диземном море у острова Корфу, участвовал в изгнании французов из Италии и освобождении ряда греческих Ионических островов. Весомый вклад сделали крымчане и в ход Отечественной войны 1812 г. и освободительных походов в Европу 1813-1814 гг. Достаточно вспомнить подвига четырех крымских конно-татарских полков -- Симферопольского, Перекопского, Евпаторийского и Феодосийского. Они принимали участие в знаменитом Бородинском сражении, в битвах при Тильзите, Бранденбурге-Данциге и многих других. Черноморский флот в период военной кампании 1812 г. выделил в действующую армию отдельный экипаж в составе четырех рот (400 чел.). [163]
  

КРЫМ В XIX в.

  
   Создание Таврической губернии. Ее административное устройство. На рубеже XVIII-XIX вв. административное устройство Крыма претерпело несколько изменений. После смерти Екатерины II (1796 г.) новый император Павел I (1796-1801 гг.) упразднил Таврическую область и включил ее в состав Новороссийской губернии. Многим городам Крыма были возвращены прежние имена: Симферополь снова стал Ак-Мечетью, Севастополь -- Ахтиаром. Но короткое и сумбурное царствование Павла I было прекращено дворцовым переворотом 11 марта 1801 г., в результате которого Павел был убит дворянскими заговорщиками, а на престол был возведен его сын Александр I. Именно по его указу 8(20) октября 1802 г. была учреждена Таврическая губерния, а на карте Крыма вновь появились Симферополь, Севастополь и другие названия городов времен Екатерины II. Таврическая губерния состояла из 7 уездов, в числе которых были 4 крымских (Симферопольский, Феодосийский, Евпаторийский и Перекопский) и 3 уезда, включавших земли за пределами Крыма (Днепровский, Мелитопольский и Фанагорийский). Фанагорийский уезд вскоре был переименован в Тмутараканский, а в 1820 г. передан в управление Кавказского края и присоединен к землям Черноморского казацкого войска. В 1837 г. был выделен из Симферопольского уезда и стал самостоятельной административной единицей Ялтинский уезд.
   Переселение в Крым различных народов: русских, украинцев, немцев, болгар, греков и др. Как было указано в предыдущей главе, включение Крыма в состав России имело одним из своих последствий значительную эмиграцию крымских татар в Турцию. Это привело к за-пустению многих селений и городов. Чтобы компенсировать потерю населения, вызванную татарской эмиграцией, российское правительство поддерживало уже начавшееся переселение в Крым жителей других реги-онов Российской империи и колонистов из зарубежных стран. Наряду с продолжавшейся миграцией в Крым русских, украинцев, которых к началу Крымской войны на полуострове насчитывалось до 15 тыс., активно раз-вивалось переселенческое движение немцев-колонистов. Им оказывалась всесторонняя помощь со стороны властей: немцам из секты меноннитов бесплатно предоставлялось 85 десятин земли на семью и освобождение на 10 лет от всех налогов, а также крупные денежные пособия и семенной материал; другим немецким поселенцам передавались в собственность 60-65 десятин земли на семью, предоставлялись льготы по уплате налогов на 20 лет, оказывалась помощь деньгами, скотом, колонисты полностью осво-бождались от воинской повинности. Во многом именно для нужд немецких колонистов, занимавшихся садоводством, и в основном их руками был заложен Никитский ботанический сад и несколько садовых питомников близ Старого Крыма. И хотя первые немецкие колонисты появились в Крыму еще в 1787 г., массовый характер переселение немцев на полуостров приобрело в начале XIX в. В 1805 г. они образовали в Симферо-польском уезде 3 колонии: Нейзац, Фриденталь и Розенталь. Еще 3 колонии были созданы в Феодосийском уезде -- Гельбрунн, Судак и Герценберг. [164]
   Выходцы из нескольких швейцарских кантонов основали в 1804 г. собственную колонию, названную Цюрихталь. Как и в немецких поселениях, семьи переселенцев стали заниматься преимущественно сельским хозяйством.
   В начале XIX в. начинается расселение в Крыму болгар. По указу Александра I от 23 октября 1801 г. было предписано селить в Крыму болгар, эмигрировавших из Османской империи. Переселенцы из Тырнова и Гратикова в 1802 г. создали колонию под Старым Крымом, а в 1803 г. -- колонию Кишлав в Феодосийском уезде. В 1806 г. болгары, переселившиеся из Анатолии, поселились в селе Балто-Чокрак Симферопольского уезда. В этих трех колониях в 1827 г. проживало 2717 человек. Вторая волна болгарского переселения в Крым прошла после русско-турецкой войны 1828-1829 гг. Но основная масса болгарских переселенцев прибыла на полуостров после Крымской войны. Большинство болгарских хозяйств устроились на хороших землях, стали со временем весьма зажиточными, особенно преуспевая в животноводстве, но сравниться с немецкими в экономической эффективности они не смогли.
   Довольно заметную этническую группу составляли поляки. Источниками формирования этого населения стали, прежде всего, известные национально-освободительные восстания 30-х и 60-х гг. XIX в. в польских землях, входивших в состав Российской империи. В то время неблагонадежных поляков ссылали в отдаленные и мало обустроенные регионы страны. Так как это были, в своем большинстве образованные и квалифицированные специалисты, то они оседали по преимуществу в городах, вливаясь в состав чиновничества и мещанства.
   В связи с тем что Таврическая губерния попала в черту оседлости, то ее стали активно осваивать и представители еврейского народа*. Они селились в первую очередь в городах, что было связано с их этническими предпочтениями и традиционным бытовым укладом.
   (* До настоящего времени нельзя с абсолютной точностью определить время появления евреев на полуострове. Высказывается мнение, что евреи появились в Крыму уже во времена киммерийцев. Но более достоверны сведения о пребывании евреев на полуострове во II-I вв. до н.э. Некоторые эпиграфические памятники I в. н.э. пантикапейского происхождения имеют еврейскую символику и надписи на иврите. Среди херсонесцев тоже были евреи. Перенимая чужой язык и обычаи, евреи, со своей стороны, несли местным жителям свою древнюю культуру. В период средневековья удельный вес еврейского населения в Крыму возрос за счет выходцев из Византии и Хазарии. Иудаизм получил распространение по всему полуострову. В 1096 г. византийский император приказал выселить евреев из Херсонеса. Часть их была вынуждена разместиться на территории Киевской Руси. Но уже в XIII в. среди многонационального населения генуэзских колоний еврейский элемент был заметным (С.Г.Кащенко).)
   Экономическая жизнь. Рост землевладения. Развитие промыслов. Новые занятия населения. Торговля. В первой половине XIX в. продолжился рост дворянского землевладения, которое расширялось за счет земель, изымавшихся у местного, главным образом татарского, населения, часть которого эмигрировала в Турцию. Попытки комиссии под председательством сенатора Лопухина, работавшей с 1802 по 1809 гг., [165] разрешить земельные споры привели к тому, что вопрос этот еще больше осложнился. К тому же в 1803 г. было принято решение правительства, предписывавшее комиссии не возвращать вернувшимся татарам земли, уже отданные новым помещикам, если они успели построить на этих землях здания, мельницы, иные хозяйственные объекты.. В 1809 г. законодательство запретило крымским крестьянам покидать место жительства у помещика с декабря по март, а в случае допускаемого переселения в другое время года земля и имущество их отходили к помещику. Руководствуясь этими законами, комиссия решала большую часть земельных споров в пользу дворян. Даже в том случае, когда барин не мог доказать своих прав на землю, он, забирая землю, только возмещал крестьянской общине стоимость земли согласно приблизительной оценке. В 1827 г. вышло Положение для татар, поселян и владельцев земель Таврической губернии, дававшее право помещикам на произвольный сгон крестьян с барской земли. Указ 1833 г. "О поземельном праве в Таврическом полуострове и облегчении в оном межевании" предоставил помещикам право продавать даже общинные земли. Генеральное межевание земель, которое началось в Крыму с 1830 г., оказалось не в состоянии существенно повлиять в сторону ограничения помещичьего землевладения. При всех этих негативных факторах XIX век стал временем заметного экономического подъема Крымского полуострова. В первой половине века основным занятием населения степных районов Крыма было скотоводство с преобладанием коневодства и овцеводства. Количество славившихся на всем Востоке тонкорунных овец увеличилось со 112 тыс. в 1823 г. до 1 миллиона голов в 1848 г. Большое количество шерсти тонкорунных овец шло на экспорт, улучшая торговый баланс Российской империи.
   Значительно меньшее место в экономике полуострова занимало в то время земледелие. Но и здесь были достигнуты определенные успехи. Так, валовой урожай пшеницы вырос за несколько лет в 2,5 раза.
   В предгорных и приморских южных землях успешно развивалось садоводство, виноградарство и пчеловодство. Крымский мед в больших количествах вывозился за пределы страны, особенно в Турцию. До присоединения Крыма к России на полуострове выращивались в основном столовые сорта винограда, так как требования ислама, осуждающего винопитие, татарами в те время строго соблюдались. В начале XIX в. российским правительством были предприняты усилия, направленные на развитие на полуострове виноградарства и виноделия. В 1804 г. в Судаке, а в 1828 г. в Магараче (под Ялтой) были открыты государственные учебные заведения виноградарства и виноделия, больше внимания стало уделяться выращиванию винных сортов. Издавались указы, предоставлявшие льготы лицам, занимавшимся виноградарством, им бесплатно выделялись в потомственное владение казенные земли. В результате предпринятых мер число виноградных кустов уже к 1830 г. достигло 4 миллионов -- в основном они были высажены на Южном берегу Крыма, в долинах рек Бельбек, Альма, Кача, в районе Судака. Начинало развиваться и степное виноградарство. В округах Симферополя, Феодосии, Евпатории под 35 [166] миллионами кустов было занято 5 тыс. десятин земли. Большая поддержка оказывалась государством развитию садоводства. В ряду других мер были приглашены опытные садоводы из Германии, которым предоставлялись такие же льготы, как и виноградарям. Как уже отмечалось, громадное значение для развития крымского садоводства имело основание в 1812 г. Никитского ботанического сада.
   Вместе с тем, уровень агротехники оставался довольно низким, а перио-дические засухи и неурожаи сдерживали развитие земледелия. В свою очередь развитие скотоводства ограничивалось его экстенсивным характером, периодами бескормицы, приводившими к падежу скота.
   Важным источником дохода была добыча соли. В первой половине XIX в. в Крыму ежегодно добывалось от 5 до 15 миллионов пудов соли, которая вывозилась как во внутренние районы Российской империи, так и на экспорт. Продолжал активно развиваться рыболовный промысел. Ежегодно только за пределы государства вывозилось до 12 млн. пудов рыбы, выловленной в Черном и Азовском морях.
   В Крыму на рубеже веков начинается ускоренное развитие обраба-тывающей промышленности. К середине XIX столетия на полуострове работали 114 предприятий згой отрасли, в том числе 12 суконных фабрик, предприятия кожевенной промышленности, изготовлявшие столь ценившиеся на российском и мировом рынках крымские сафьяны, а также табачные мануфактуры. На крупных государственных корабельных верфях Севастополя строились военные корабли (первым из них был построен-ный в 1810 г. 18 пушечный корвет "Крым"), а на частных верфях Ялты, Алушты, Мисхора, Гурзуфа, Феодосии строились торговые суда и малые суда для прибрежного (каботажного) плавания.
   Развивается производство строительных материалов, которые стали столь необходимыми для строительства городов. Уже в 1784 г. были основаны 2 кирпично-черепичных и 2 известковых завода близ Ак-Мечети, которые в XIX в. давали значительную часть производимых на полуострове стройматериалов.
   Подъем производящих отраслей способствовал развитию торговли Крыма. В центральные районы Российской империи вывозился крымский виноград, фрукты, вино. В 1846 г. была основана первая и крупнейшая не только в Крыму, но ив России виноторговая фирма "Г.Н.Христофоров и Ко". Одними из главных потребителей указанных товаров были Москва и Харьков. Кроме того, в пределы империи ввозились овечья шерсть, кожи, табак. Предметами экспорта через черноморские порты были: шерсть тонкорунных овец, мед, вина, табак, хлеб.
   В первой половине XIX в. по инициативе новороссийского и бессарабского генерал-губернатора М.С.Воронцова (1782-1856) начинается строительство благоустроенной дороги на Южный берег Крыма. В 1826 г. силами солдат двух полков была построена дорога от Симферополя до Алушты, которая в 1837 г. была продолжена до Ялты, а в 1848 г. -- до Севастополя. В 1848 г. в процессе строительства этой дороги границей Южного берега Крыма и северного склона Крымских гор были определены Байдарские ворота. Строительство этой дороги [167] было важнейшим событием в жизни Крыма. Первое горное южнобережное шоссе стало важнейшим связующим звеном для развития крымской экономики и нарождавшихся курортов.
   Рост городов. Характерной чертой развития Крыма после 1783 г. было ускоренное развитие городов и их радикальная перестройка в стиле российской архитектуры того времени, следствием чего вскоре стал относительно большой удельный вес городского населения, а также быстрое развитие морских портов. Увеличилось население Феодосии, Ялты, активно заселялся основанный в 1783 г. Севастополь. После периода упадка и запустения ряда городов Крыма, связанного со сменой статуса полуострова и эмиграцией значительной части городского татарского и греческого населения, начинается постепенный рост численности их жителей. К 1792 г. в Бахчисарае проживали 5,4 тыс. человек, в Евпатории -- 3,4 тыс., в Карасубазаре -- 3,1 тыс., в Симферополе -- 1,6 тыс. В дальнейшем численность городских жителей неуклонно увеличивалась главным образом за счет купечества и представителей мещанского сословия. Уже в 1827 г. городское население Таврической губернии составило 21409 душ обоего пола, что было на 17% больше, чем в 1792 г. По данным переписи населения 1863 г. в городах полуострова проживали 85705 человек. В Феодосии, Евпатории и Керчи были учреждены порты по европейскому образцу. Для развития торговли сюда были приглашены иностранные поселенцы, большинство из которых были греками. В 1838 г. была преобразована из селения в город Ялта, быстро строился губернский город Симферополь.
   Особенности социальной структуры населения полуострова. После присоединения Крыма к России в его социальной структуре произошли значительные изменения. Господствующие позиции в обществе заняло российское дворянство, а также представители крымскотатарской ари-стократии беи и мурзы, которым были предоставлены все права и льготы российского дворянства, а также сохранена их земельная собственность.
   На Крымском полуострове формально не вводилось крепостное право и крымскотатарские крестьяне были объявлены государственными. Отношения между крымскотатарской знатью и крестьянами также не были изменены. Но, как было указано выше (см. раздел "Экономическая жизнь..."), реформируя земельные отношения, царские власти с первых же шагов стали ущемлять права и интересы татарского трудового населения. Не являясь формально крепостными, они были вынуждены выполнягь многие повинности, свойственные крепостным крестьянам, были ограничены в праве перехода. Происходило изъятие в пользу помещиков крестьянских частных, а затем и общинных земель, шло разрушение общины. Ханские и турецкие земли были объявлены "пустопорожними", а права живших на этих землях крестьян игнорировались. В городах продолжало углубляться социальное расслоение между владельцами мануфактур и купечеством, с одной стороны, и наемными рабочими и мелкими ремесленниками - с другой. Заметно увеличилось количество чиновничества, больше стало представителей интеллигенции, преимущественно выходцев из России, Украины, а также Польши и Прибалтики. [168]
  

КРЫМСКАЯ ВОЙНА (1853-1856 гг.)

  
   В первой половине XIX в. важнейшее место в европейской политике занимал т.н. "Восточный вопрос". Этим термином именуется комплекс противоречий между европейскими державами, предметом которых было влияние на территориях быстро слабевшей Османской империи. Наследие "больного человека Европы" (как называл Турцию Николай I) приковывало внимание России, Великобритании, Франции, Австрийской империи, причем если Российская и Австрийская империи имели конкретные цели захватов, то английские и французские правящие круги больше занимала задача недопущения усиления влияния России на Ближнем и Среднем Востоке.
   Крым и Черноморский флот играли важнейшую роль в укреплении позиций России в этом регионе. Целью российского царизма было овладение Стамбулом (Константинополем) и проливами Босфор и Дарданеллы, что обеспечивало неприступность рубежей России с юга и укрепляло ее влияние в средиземноморском регионе и на Востоке в целом, а также усиливало экономические позиции России в черноморском и средиземноморском бассейнах. Черноморский флот был важнейшим инструментом для решения этих задач, а Крым, и в частности Севастополь, представлял собой удобнейший форпост для операций флота.
   Царское правительство стремилось укреплять Черноморский флот. На флоте развивались традиции флотоводческого искусства, основы которого закладывал Ф.Ф.Ушаков. Их продолжателями были флотоводцы начала XIX в., отличившиеся в русско-турецкой войне 1806-1812 гг., в том числе Д.Н.Сенявин, который силами своей эскадры сумел нанести серьезные потери турецкому флоту в Дарданелльском и Афонском сражениях. Черноморский флот в этой войне способствовал взятию крепостей Анапа, Браилов, Измаил, Суджак-Кале, Сухум-Кале и Рущук (Русе). Одним из продолжателей этих традиций стал и адмирал М.П.Лазарев, который сумел уберечь Черноморский флот от системы казарменной муштры, свойственной сухопутным частям российской армии, и создал школу флотоводцев, которые отличались творческим подходом к своему делу, преданностью морской службе и гуманным отношением к матросам. Эта школа дала Черноморскому флоту адмиралов В.А.Корнилова, П.С.Нахимова, В.И.Истомина, а также многих замечательных морских офицеров. Опираясь на мощь Черноморского флота, Россия усиливала свое давление на Турцию. В 1827 г. корабли флота приняли участие в Наваринском морском сражении и вместе с англо-французской эскадрой разгромили турецкий флот. Особенно отличился в этом сражении П.С.Нахимов, который командовал артиллерийской батареей на корабле "Азов". В ходе русско-турецкой войны 1828-1829 гг. корабли Черноморского флота оказывали поддержку сухопутным войскам в операциях на Балканах, в частности во взятии Варны, осаде Кюстенджи, высадке десантов в Мангалии и Созополе.
   Воспользовавшись мятежом паши Египта Мехмета-Али, который поставил под угрозу власть турецкого султана, российская дипломатия, [169] представленная А.Ф.Орловым, подкрепленная мощью кораблей Черномор-ского флота, вошедшего в Босфор и высадившего десант, сумела устранить для Турции эту опасность, получив взамен в 1833 г. исключительно выгодный для России Ункиар-Искелесийский договор. Согласно этому договору, Турция закрывала пролив Дарданеллы для любых иностранных военных кораблей, сохраняя в то же время за флотом России право прохода через проливы. Тем самым Российская империя становилась недосягаемой с юга для флотов других держав. Исчезало единственное слабое место в государственной обороне России.
   В противовес этому соглашению европейские державы по истечении срока Ункиар-Искелесийского договора, заключили Лондонскую конвенцию, согласно которой проход через проливы был запрещен любому флоту, в том числе и российскому.
   Но, вопреки всему, Николай I, уповая на свою репутацию гаранта стабильности системы "Священной лиги", все же рассчитывал на благосклонную позицию ряда европейских держав при решении "Восточного вопроса". 9 января 1853 г. император сделал послу Великобритании в России Г.Сеймуру предложение о полюбовном разделе Турции и ее владений. Это предложение встретило крайне негативную реакцию британского руководства, так как усиление России на Востоке, овладение черноморскими проливами противоречило основным геополитическим интересам Великобритании. Крайне встревожено планами Николая I было и руководство Австрийской империи, имевшее свои интересы на Балканах, а также Франция, стремившаяся сохранить свои позиции на Ближнем Востоке. Таким образом, российское руководство оказалось в полной дипломатической изоляции и было обречено на противостояние с целой коалицией европейских государств. Формальным же поводом для начала войны стал "спор о Святых местах."*.
   (* Суть конфликта состояла в приоритете владения Святыми местами в Иерусалиме и Вифлееме. Православную церковь поддерживала Россия, католическую - Франция. Султанское правительство предложило предоставить католикам и православным совместное право распоряжаться Святыми местами. Но это предложение было отвергнуто как Францией, так и Россией. В 1852 г. царскому правительству удалось добиться султанского указа, признававшего преимущественное право православной Церкви в Святых местах. Франция вскоре добилась признания в Святых местах прав католической церкви в ущерб православной.)
   28 февраля 1853 г. в Турцию прибыл чрезвычайный посол России А.С.Меншиков. Он должен был добиться от султана привилегий для русской православной церкви в Святых местах и права России оказывать покровительство всем православным Османской империи. Его дипломатическая миссия не привела к желаемому результату. Турция под влиянием Великобритании и Франции отклонила ультимативные требования своего северного соседа. 15 мая 1853 г. Россия разорвала дипломатические отношения с Турцией, а 2 июля по приказу Николая I русские войска под командованием князя М.Д.Горчакова оккупировали ее вассальные дунайские княжества Молдову и Валахию. На их территории развернулись военные действия между российскими и турецкими войсками. [170] Кроме того, военные действия велись на Кавказе, где турецкие войска попытались создать плацдармы для дальнейшего наступления.
   На первом этапе войны Крым, и особенно Севастополь, играли важную вспомогательную роль, служа базой для Черноморского флота, который активно поддерживал российские войска на Кавказе. Эскадра Черноморского флота под командованием вице-адмирала Лазаря Серебрякова (Казара Артагоряна) в ходе войны прикрывала от нападения с моря Новороссийск и порты Кавказского Причерноморья. Другие эскадры Черноморского флота, которыми командовали вице-адмирал В.А.Корнилов и вице-адмирал П.С.Нахимов*, крейсировали по Черному морю, препятствуя действиям турецкого флота. Выдающимся достижением российских военных моряков стала победа эскадры под командованием П.С.Нахимова над турецкой эскадрой в Синопской бухте 30 ноября 1853 г. Российская эскадра средь бела дня ворвалась в бухту, где располагались турецкие военные корабли, метким огнем подавила и уничтожила береговые артиллерийские батареи и одновременно начала истребление турецкого флота. В результате боя все турецкие корабли, находившиеся в Синопской бухте (за исключением одного парохода "Таиф"), были уничтожены. Вместе с ними погибли почти все матросы - их было более 3 тысяч. Российские корабли, хотя и получили повреждения, все остались на плаву и своим ходом вернулись в Севастополь. Их потери в людях составили 38 человек убитыми и 240 ранеными. Таким образом, решающий успех атаки был достигнут при очень малых жертвах со стороны атакующих. Это было следствием высокого уровня боевой подготовки российских матросов и умелого руководства эскадрой со стороны П.С.Нахимова.
   (* Выдающийся русский флотоводец Павел Степанович Нахимов (1802-1855) родился в Смоленской губернии в семье офицера (секунд-майора). В 1815 г. поступил в Морской кадетский корпус, после окончания которого служил на Балтийском флоте. В 1822--1825 гг. совершил кругосветное плавание в качестве лейтенанта на фрегате "Крейсер" под командованием М.П.Лазарева. П.С.Нахимов особо отличился в Наваринском морском сражении, где под командованием того же М.П.Лазарева блестяще сражался против турок, командуя артиллерийской батареей корабля "Азов". За участие в этом сражении и личную храбрость он был награжден георгиевским крестом и получил чин капитан-лейтенанта. В 1832 г. он получает под команду фрегат "Паллада", в 1836 г. -- линейный корабль "Силистрияь и производится в капитаны первого ранга, а в 1845 г. становится контр-адмиралом и командующим бригадой кораблей. С 1852 г. П.С.Нахимов -- вице-адмирал и начальник флотской дивизии. П.С.Нахимов пользовался репутацией моряка, абсолютно и безраздельно преданного флоту, и неутомимого труженика. Он никогда не имел семьи, большую часть своего офицерского, а затем адмиральского жалования тратил на ремонт и оснастку кораблей, раздавал нуждавшимся матросам и членам их семей. Один из его подчиненных писал: "Нахимов был тип моряка-воина, личность вполне идеальная... Доброе, пылкое сердце; светлый, пытливый ум; необыкновенная скромность в заявлении своих заслуг". Синопская победа и участие в обороне Севастополя сделали П.С.Нахимова одной из ключевых фигур Крымской войны. П.С.Нахимов был смертельно ранен на Малаховом кургане 28 июня 1855 г. Похоронен во Владимирском соборе Севастополя в одном склепе с М.П.Лазаревым, В.А.Корниловым и В.И.Истоминым.)
   Известие о Синопской битве, которое принес бежавший с поля боя капитан парохода "Таиф", англичанин на турецкой службе А.Слейд и [171] которое совпало во времени с вестью о поражении турецкой армии на Кавказе под Башкадыкларом, заставило правительства Великобритании и франции срочно вмешаться в русско-турецкую войну, чтобы не допустить полного военного разгрома Турции и непомерного, по их мнению, усиления России. В ночь на 4 января 1854 г. англо-французская эскадра вошла через Босфор в Черное море и начала сосредотачиваться в Константинополе. В начале марта эти державы завключили союзный договор с Османской империей, а 27 и 28 марта 1854 г. соответственно Великобритания и Франция объявили войну России, которая в ответ 11 апреля объявила войну этим странам. Таким образом, война вступила во второй этап, когда, России противостояла уже коалиция европейских государств.
   Появление морских флотов союзников сразу изменило соотношение сил на Черном море. Англичане и французы имели значительно больше кораблей на паровом ходу, чем российский Черноморский флот, а парусные корабли не выдерживали состязания на скорость и маневренность с пароходами. Пользуясь своим превосходством, союзники в апреле 1854 г. предприняли атаку на один из основных портов Российской империи на Черном море -- Одессу. Эскадра из 19 линейных кораблей и 8 пароходов с 530 орудиями на борту подвергла город бомбардировке с моря, но береговые батареи дали жесткий отпор и после 12-часового боя заставили англо-французскую эскадру отступить. Для союзников тяжесть неудачи усугубилась тем, что во время разведки из-за густого тумана сел на мель один из лучших британских паровых фрегатов "Тигр". Он был расстрелян из орудий береговых батарей, а экипаж корабля сдался в плен.
   Вскоре сухопутные войска союзников высадились в порту Варна (на принадлежавшей тогда Турции территории Болгарии), где с мая по сентябрь готовились к высадке в Крыму. Пребывание англо-французских войск в Варне серьезно осложнила эпидемия холеры, а также пожар 10(22) августа, во время которого выгорели большие запасы одежды, обуви, продовольствия.
   Важно отметить, что в этот период стычки, а иногда и серьезные боевые операции происходили между воюющими сторонами в разных местах Российской империи. Так, в течение лета англо-французские военные корабли атаковали Кронштадт. Под натиском союзников в июле-сентябре Русская Дунайская армия поочередно оставила Валахию и Молдову.
   В начале сентября 1854 г. англо-франко-турецкие войска высадились в Крыму в заливе Каламита близ Евпатории, не встретив сопротивления российских войск, для которых эта высадка оказалась совершенно не-ожиданной. 62-тысячная армия союзников начала продвижение к Сева-стополю. Попытка русской армии под командованием А.С.Меншикова остановить противника на Альме закончилась неудачей. Сказалось превосходство англичан и французов в вооружении (большинство их солдат были вооружены нарезными ружьями -- штуцерами, которых было крайне мало у русских), а также в численности -- им противостояло всего 35 тыс. русских. Не меньшую роль сыграли и ошибки командного состава. Беспечность главнокомандующего А.С.Меншикова*, [172] поставившего на ответственнейший участок сражения малоопытного генерала Кирьякова, привела к тому, что Кирьяков утратил управление войсками и отдал практически без боя ключевую позицию на левом фланге. Заняв ее позицию, союзники перевезли на господствующие высоты артиллерию и расстреливали российские полки почти безнаказанно. Храбрость и стойкость русских солдат в таких условиях не могла принести победы, а вела только к огромным потерям. После поражения на р. Альме А.С.Меншиков отвел русские войска сначала к Севастополю, а затем к Бахчисараю, рассчитывая оттуда тревожить неприятеля, отвлекая его от Севастополя, в возможность защитить который он не верил. В сентябре англичане занимают Балаклаву, а французы -- Камышевую бухту.
   (* Александр Сергеевич Меншиков (1787-1869), происходивший из рода светлейших князей Меншиковых, один из представителей которого А. Д. Меншиков служил верой и правдой России еще при Петре I, заслужив звание генералиссимуса (1727). Что же касается А.С.Метиикова, то получив безо всяких военных заслуг в 1817 г. чин генерал-адъютанта, а в 1833 г. - адмирала, став фактическим руководителем всего морского ведомства, он так и не удосужился приобрести какие-то познания в военно-морском деле. Историк Е.В.Тарле писал, что "он был и генерал-адъютантом Его Величества, и морским министром, и кавалером разнообразнейших, орденов, но никогда не был ни настоящим моряком, ни настоящим армейским военным. Действия А.С.Меншикова в сражениях на р.Альме, под Балаклавой и Инкерманом показали его некомпетентность как в подборе командного состава, так и в разработке плана действий войск. При всем этом А.С.Меншиков продолжал пользоваться доверием Николая I, который решился отстранить его огп командования только в феврале 1855 г. Последний военный пост, который занимал А.С.Меншиков, - должность генерал-губернатора Кронштадта.)
   Дело обороны Севастополя взяли в свои руки адмиралы Черномор-ского флота В.А.Корнилов, П.С.Нахимов, В.И.Истомин, талантливый военный инженер Э.И.Тотлебен, генералы В.И.Васильчиков, А.П.Хрущев, С.А.Хрулев, в подчинении которых находилось 18 тыс. моряков и солдат. Начальник штаба Черноморского флота вице-адмирал В.А.Корнилов практически отстранил от руководства командующего войсками Севастопольского гарнизона генерала Моллера и руководил обороной по своему усмотрению. Воспользовавшись промедлением командования англо-французских войск, которые не решились на немедленный штурм Севастополя, Э.И.Тотлебен при поддержке упомянутых генералов и адмиралов в кратчайший срок организовал работы по постройке оборонительных сооружений, которых ранее не было и в помине. Южные рубежи Севастополя были прикрыты 7 бастионами, а также редутами, люнетами, в крайнем случае траншеями. Для усиления этих укреплений были сняты с кораблей и установлены на бастионах 2 тыс. корабельных орудий, а несколько кораблей были затоплены при входе в Севастопольскую гавань, чтобы преградить кораблям союзников вход туда. Матросы с затопленных кораблей пополнили ряды защитников города. По отзывам современников, они составляли главную ударную силу осажденного Севастополя и по своим боевым качествам намного превосходили замордованную казарменной муштрой пехоту.
   Как было сказано выше, английское и французское командование не решилось штурмовать Севастополь с ходу, опасаясь больших потерь, [173] хотя Севастополь как раз в это время был крайне слабо укреплен с юга и почти не защищен с севера. Не случайно император Франции Наполеон III, узнав после войны от русских о действительном состоянии укреплений Севастополя в начале осады, вскричал в гневе: "Если бы я знал это тогда, я приказал бы Сент-Арно (командующего французской армией в Крыму) повесить!" Союзные войска проделали фланговый марш вокруг Севастополя и остановились у Балаклавы, где и оборудовали свой лагерь. Они получили морем подкрепления, доведя численность войск до 120 тыс., наладили снабжение их боеприпасами и провиантом.
   Первая попытка взять Севастополь, предпринятая 5(17) октября 1854 г., была неудачной. Мощная бомбардировка нанесла серьезный ущерб бастионам, но российская артиллерия подавила французские батареи и успешно вела дуэль с британскими артиллеристами.
   Союзники, потерпев относительную неудачу в этом бою, решили отказаться от продолжения штурма и перешли к планомерной осаде. Они рассчитывали на свое превосходство в технике -- паровой флот, нарезное стрелковое оружие, перевес в артиллерии.
   Сложным было положение и защитников Севастополя. В ходе этой бомбардировки они понесли большие потери. Особенно тяжелой была потеря организатора обороны, начальника штаба Черноморского флота вице-адмирала В.А.Корнилова, убитого ядром во время объезда им пози-ций. После Корнилова руководство обороной взял на себя адмирал П.С.Нахимов. К тому же в результате развала снабжения российской армии и всеобщего казнокрадства армия и флот были лишены самого необходимого. Невероятно, но факт: первые укрепления Севастополя во время осады сооружали при помощи деревянных лопат -- деньги на железные лопаты были разворованы! Продовольствие и медикаменты также систематически расхищались интендантскими службами. Только с ноября 1854 г. усилиями великого хирурга Н.И.Пирогова в лазаретах Севастополя стал наводиться некоторый порядок.
   Под давлением императора Николая I А.С.Меншиков предпринял несколько попыток отвлечь союзников от Севастополя. 13(25) октября 1854 г. была проведена атака на англо-франко-турецкие позиции под Балаклавой. Российскими войсками были достигнуты определенные успехи, а попытка английской легкой кавалерии перейти в контратаку привела к почти полному ее истреблению у Кадыкиоя. Но из-за инертности Менши-кова успех под Балаклавой развить не удалось.
   Второй попыткой была атака под Инкерманом. Начавшееся наступ-ление российских войск на английские позиции, которое создало угрозу истребления и повального бегства британцев, было приостановлено кон-тратакой французской армии. В этой сложной обстановке главноко-мандующий Меншиков и генералы Данненберг и Горчаков проявили нерешительность, а отданный Данненбергом приказ об отступлении едва не привел русскую армию к полной катастрофе. Поражение под Инкер-маном свело на нет надежды российской армии прорвать осаду Севастополя.
   Но и у союзников было немало проблем. Страшный шторм 2(14) Ноября 1854 г. разрушил многие постройки союзников. Были сорваны с [174] якорей и затонули многие английские и французские корабли. Вместе с ними погибли большие запасы теплой одежды и обуви, пищевых продуктов и боеприпасов. Британский пароход "Принц", который привез, кроме одежды и прочих припасов, новые артиллерийские орудия, затонул у Балаклавы вместе со всем грузом и экипажем. Громадный французский корабль "Генрих IV" был сорван с якорей и затонул у берегов Евпатории. В результате этого шторма союзники всю зиму страдали от недостатка теплых вещей и боеприпасов, а с 20 ноября 1854 г. на некоторое время замолчала вся англо-французская артиллерия.
   В Севастополе, получившие определенную свободу рук Нахимов, Ис-томин, Тотлебен, Васильчиков, эффективно используя новые веяния в военном искусстве, подняли на новый уровень значение оборонительных сооружений и позиционной войны в целом. Они сочетали жесткую пози-ционную оборону с подземной минной войной, где признанным авто-ритетом был капитан А.В.Мельников, и с внезапными вылазками в лагерь противника. В этих вылазках отличились такие герои севастопольской обороны, как лейтенант Н.А.Бирюлев, матросы П.Кошка, И.Шевченко, солдат Аф.Елисеев, сапер Жуков. Храбрость показывали даже дети: сы-новья убитых матросов 12-летний М.Рыбальченко и 10-летний Н.Пищенко помогали подносить снаряды и заряжать орудия. Севастопольские жен-щины соперничали в храбрости с мужчинами Очевидец осады вспоминал: "Во время боя жара была неимоверная и дала случай солдаткам и матроскам выказать всю силу самоотвержения и смелости русских женщин... они разносили под градом пуль сначала квас, а когда не хватило квасу -- воду в самые жаркие места схватки". А ведь это стоило многим из них жизни или увечья. Среди этих женщин особой отвагой выделялись Ефросинья Прокофьева и Авдотья Скрынникрва. Знаменитостью осажденного города стала 18-летняя дочь матроса Дарья "Севастопольская". Узнав о высадке в Крыму союзников, она продала все свое имущество, купила на эти деньги лошадь с телегой-двуколкой и бочку для воды, запаслась чистыми тряпками в качестве перевязочного материала и поехала оказывать первую помощь солдатам российской армии. Впервые она выступила в качестве сестры милосердия во время Альминской битвы, а затем исполняла эти обязанности в течение всего периода обороны Севастополя. С ноября 1854 г. защит-никам Севастополя начали оказывать медицинскую помощь 30 сестер ми-лосердия Крестовоздвиженской общины во главе со старшей сестрой Стахович. Позже к этому отряду присоединились еще три. Все четыре отряда оказывали медицинскую помощь на передовых позициях, под огнем противника.
   19 ноября в Севастопольский гарнизон прибывает подпоручик Л.Н.Толстой, добившийся перевода из Дунайской армии в Крым, а 24 ноя-бря - Н.И.Пирогов и начинает работу в лазарете при батарее N 4.
   Союзники высоко оценивали боевые качества защитников Севастополя. Главнокомандующий французскими войсками под Севастополем маршал Канробер, сам храбрый и стойкий солдат, по рассказам его друзей, на вопрос: "С какими противниками имели мы дело?" -- поднимался с кресла и, глядя на собеседников своими [175] огненными глазами, восклицал: "Чтобы понять, что такое были наши противники, вспомните о шестнадцати тысячах моряков, которые, плача, уничтожили свои суда с целью загородить проход в гавань и которые заперлись в казематах бастионов со своими пушками под командой своих адмиралов Корнилова, Нахимова, Истомина! К концу осады из них осталось восемьсот человек, а остальные и все три адмирала погибли у своих пушек...".
   Но со временем неравенство в силах и вооружении стало сказываться все более ощутимо. Неудачной оказалась попытка войск под командованием генерала С.А.Хрулева атаковать гарнизон союзников в г.Евпатория 5(17) февраля 1855 г. Николай I отдал приказание атаковать Евпаторию из опасения, что союзные войска, выступив из этого города, могут захватить Перекоп и отрезать Крымскую армию и Севастополь от остальной территории Российской империи. Кроме того, было весьма желательным парализовать активность высадившегося 5 января в Евпатории 15-тысячного контингента турецких войск во главе с генералом Омер-пашой. Но атака не удалась, и Хрулеву пришлось отвести свои войска от Евпатории. Следствием поражения стала замена А.С.Меншикова на посту главнокомандующего генералом князем М.Д.Горчаковым. (Многие историки считают, что эта неудача ускорила кончину императора Николая I, умершего 18 февраля 1855 г. Весьма распространена и версия о самоубийстве императора, который якобы не смог перенести позора поражения. На престол взошел его сын, Александр II.)
   Тем временем войска антироссийской коалиции наращивали усилия. С апреля 1855 г. усилились бомбардировки Севастополя. 8 мая в Бала-клаве высаживается 15-тыс. экспедиционный корпус Сардинского королевства, ставшего пятым, последним участником войны. По специально проложенной железной дороге от Балаклавы до позиций союзников под Севастополем регулярно доставлялись боеприпасы, в то время как у защитников города все более ощущался их недостаток -- запас снарядов на 1 орудие у российской армии был в 4 раза меньше, чем у англичан и французов. 26 мая (7 июня) 1855 г. в результате атаки французов был взят Камчатский люнет, а также Волынский и Селенгинский редуты -- ключ к Малахову кургану.
   Параллельно 24-25 мая англо-французский флот, высадив десант в 16 тыс. человек, захватил Керчь и Еникале, стремясь перерезать русские коммуникации со стороны Азовского моря.
   Общий штурм, предпринятый союзными войсками 18 июня 1855 г., был успешно отбит защитниками Севастополя, но положение осажденного города заметно ухудшилось. Невосполнимой потерей стала гибель 28 июня 1855 г. адмирала П.С.Нахимова. Гарнизон Севастополя терял ежедневно до 2 тыс. человек убитыми и ранеными. Последняя попытка прорвать блокаду Севастополя была предпринята обороняющимися 4 августа 1855 г. в ходе битвы на речке Черной. Хотя общее командование осуществлял уже не Меншиков, а Горчаков, качество руководства войсками не стало лучше. Плохо продуманная атака на Федюхины высоты при всем героизме и стойкости солдат завершилась очередной неудачей. Стало ясно, что [176] падение Севастополя -- вопрос не столь долгого времени. М.Д.Горчаков приказал готовить эвакуацию города. 22 августа (5 сентября) 1855 г. возобновилась бомбардировка Севастополя, а в полдень 27 августа (8 сентября) на 349 день обороны англо-франко-турецкие войска пошли на решающий штурм. На Малахов курган, который защищали 880 матросов и солдат, двинулись 6 тысяч французов, которые сумели после жестокой рукопашной схватки овладеть этим ключевым пунктом. И хотя в ходе этого штурма французские войска понесли тяжелые потери -- одних только генералов было убито 5 и ранено 10, а российские войска сумели отбить наступление противника на 2-й и 3-й бастионы, деморализованный потерей Малахова кургана М.Д.Горчаков приказал оставить Южную сторону Севастополя, взорвать все укрепления и склады и отступить на Северную сторону. За Южную сторону Севастополя, превращенную в руины, союзники заплатили жизнями 73 тысяч своих солдат. Наступательный порыв их был подорван. Даже главнокомандующий французскими силами генерал Пелисье отказался после Севастополя продвигаться вглубь Крымского полуострова. Более того, французы и англичане не решились даже атаковать Северную сторону Севастополя.
   Вместе с тем, на Кавказе военные действия шли более удачно для российских войск, которых активно поддерживали грузинские ополченцы. Решающим событием на этом фронте стало взятие 28 октября 1855 г. турецкой крепости Каре, которую защищал гарнизон под командованием английского генерала Вильямса.
   К этому времени руководство обеих враждующих сторон пришло к выводу о необходимости прекращения военных действий. В конце февраля 1856 г. начался Парижский конгресс, на котором были выработаны условия мира. Умело использовав противоречия между Великобританией и Францией, российская делегация во главе с графом А.Ф.Орловым сумела добиться минимальных территориальных потерь для России. Так, пришлось отказаться от островов в дельте Дуная и прилегавшего к ней района Южной Бессарабии, вернуть взятую крепость Карс и Карскую область. Вместе с тем, была полностью восстановлена довоенная граница на Западном Кавказе. Россия вернула себе все Кавказское побережье Черного моря. Наиболее неприятными для России были дальнейшие условия Парижского мирного договора: отменялся протекторат России над дунайскими княжествами, Черное море демилитаризировалось. Тем самым Россия и Турция лишались права иметь на Черном море военный флот, а также крепости и арсеналы. Только спустя 15 лет российская дипломатия, использовав выгодную международную обстановку, в одностороннем порядке отказалась выполнять ограничительные статьи Парижского мира.
   Восточная (Крымская) война, театром военных действий которой были Балканы и Балтика, Белое и Баренцево моря. Тихий океан, Кавказ и Черное море, унесли жизни более 1 млн. человек. Война имела бедственные последствия для Крыма: почти полностью был разрушен Севастополь, разорены многие приморские города, особенно на Западном побережье, серьезно подорвана экономика. [177]
   Наука. Крупные ученые. Включение Крыма в состав России привело к большим изменениям в состоянии образования, науки и культурной жизни крымчан. Сюда все активнее проникали передовые веяния европейской цивилизации, которые привносили представители российской интеллигенции. Их силами в конце XVIII в. начинается активное изучение природы и истории Крыма.
   Начало географического изучения полуострова связано с именем академика Василия Федоровича Зуева (1754-1794), который еще до официального присоединения Крыма к России предпринял в 1782 г путешествие в Крым. Результаты своих исследований ученый изложил в небольшой по объему, но очень значительной по месту в крымоведении (ведь это была по существу первая научная книга о природе Крыма российского автора) работе "Выписке из путешественных записок ... касающихся до полуострова Крыма". Несмотря на трудные условия этого путешествия, В.Ф.Зуев собрал много ценных сведений по географии и истории Крымского полуострова. За несколько месяцев своего путешествия, В.Ф.Зуев побывал на Перекопе, в равнинном и горном Крыму, на Керченском полуострове, где изучил их основные природные особенности. В частности, он отметил наличие в "плоской" и "безлесной" части полуострова чернозема (впервые!).
   Вместе с тем В.Ф.Зуев отмечал нерациональное использование богатых почв полуострова местным населением. Он писал, что "беспрестанное па-сение множества скота, количеством вправду числу людей несоразмерного, и вождение его весь год по степи с места на место (вред. -- Авт.) причиняет, что весною, осенью и летом в большую засуху после дождей не успевает трава из земли отпрыснуть, как скот ее и сорвет или помнет ногами". Оценивая богатые природные возможности для развития хозяйства, В.Ф.Зуев писал о том, что если бы пространство ровной степи занять пашнями, то Крым мог бы стать "обетованным полуостровом, ибо нет никакой причины, которая бы хлебородию земли и богатству жителей препятствовала". Исследуя Крымские горы, В.Ф.Зуев отметил преобладание известняков в их "сложении", которые ближе к югу превращаются "в твердую породу", выявил дробление горных массивов, вызванное оседанием и отделением глыб известняка, что так характерно для рельефа Южного берега Крыма.
   В "Путешественных записках" В.Ф.Зуева можно найти немало самых разных материалов по истории Крыма. Своими записками В.Ф.Зуев пробудил интерес к Крыму у российских исследователей и стал первооткрывателем нового этапа исследования полуострова.
   С Крымом была тесно связана творческая биография российского академика Петра Семеновича (Пьера-Симона) Палласа (1741-1811). Приехав в Крым в 1793 г. с научным заданием Петербургской Академии Наук, П.С.Паллас посвятил изучению природы полуострова почти два десятилетия (до 1810 г.). Получив в качестве награды за свои выдающиеся научные заслуги земли в окрестностях Симферополя, он поселился в 1795 г. в доме, расположенном на левом берегу Салгира. П.С.Паллас сделал этот дом опорной точкой своих многочисленных научных экспедиций по Крыму. П.С.Паллас побывал почти во всех уголках полуострова, Добираясь в ходе пеших экскурсий до самых неприступных мест горного [178] Крыма. Исследователь собирал материалы как о рельефе, геологическом строении, флоре и фауне Крыма, так и о его истории, этнографии, археологических памятниках. Итоги своих исследований Крыма П.С.Паллас изложил в своих трудах: "Краткое физическое и топографиче-ское описание Таврической области" (1795 г.); "Путешествие по южным провинциям Российского государства" в 2-х томах (1799-1801), где второй том полностью посвящен Крыму; "Перечень дикорастущих растений Крыма" (1797 г.) -- и еще в трех исследованиях. В "Кратком ... описании Таврической области" академик ввел в научный оборот новые данные по минералогии и физической географии Крымского полуострова, дал описание его соляных озер, грязевых сопок, растительного и животного мира. В труде "Перечень дикорастущих растений Крыма" П.С.Паллас охарактеризовал 969 видов флоры полуострова и впервые дал совершенно правильное описание растительного покрова Крыма, а также составил исчерпывающий список дикорастущих растений, произраставших в то время в Тавриде. В частности, он указал на то, что на юго-западе Крыма прежде рос можжевельник, что на яйле ранее было много лесов, но население "употребляет всевозможные усилия, чтобы истребить эти полезные леса", показал границы произрастания на полуострове сосны и земляничного дерева (земляничника мелкоплодного). Не случайно в память об ученом один из видов растущей в горном Крыму сосны назван сосной Палласа. П.С.Паллас немало сделал для развития сельского хозяйства Крыма, был инициатором закладки садов и виноградников в Судакской и Солнечной долинах. В Симферополе им был основан парк "Салгирка", который ныне возрождается в качестве ботанического сада Таврического национального университета им. В.И.Вернадского.
   Велики заслуги П.С.Палласа в изучении географии Крыма. Он дал красочное описание Крымских гор в прибрежной зоне: "Слои как бы обрезаны направлением берега и ясно видны в приморских утесах, подобно как в книге листы или в библиотеке книги... Они действительно суть такая книга, в которой испытатель естества весьма много найдет того, что может послужить к изъяснению состава нашего земного шара и происхождения его внешних слоев". Изучая строение этих слоев, П.С.Паллас выдвинул гипотезу о существовании суши (Понтиды), которая некогда простиралась к югу от Главной гряды Крымских гор на месте современной Черноморской впадины. Эта гипотеза вызывает споры ученых и в наше время. Изучая особенности рельефа южных склонов Главной крымской гряды, П.С.Паллас справедливо уделил главное место разрушению склонов под воздействием внешних сил. Он впервые описал знаменитый Кучук-Койский оползень, произошедший на Южном берегу Крыма в районе современного с.Оползневое 10 февраля 1786 г., и тем самым привлек внимание ученых и строителей к проблеме крымских оползней, которая является актуальной и в наши дни. П.С.Паллас выдвинул гипотезу, по которой Крым в отдаленном прошлом мог быть островом: "Так как весь Крымский полуостров соединяется с материком только посредством узкого, низменного Перекопского перешейка, то больше чем вероятно, что Крым был когда-то отделен от материка и со своей южной, более возвышенной частью составлял настоящий остров именно в то время, когда уровень Черного моря стоял выше, как об этом [179] свидетельствуют и некоторые места из древних писателей". Такое представление об островном развитии Крыма не противоречит выводам геологов более позднего времени о причинах своеобразия крымской природы. П.С.Паллас изучал особенности ландшафта Крыма, указывал на "редкие ложбины" (балки) в равнинной части полуострова, "холмы и низкие горы" и "иловатые" (грязевые) сопки на Керченском полуострове, "южный, как бы обломленный край этого прекрасного полуострова".
   Не остался равнодушен Паллас и к истории Крыма. В его сочинениях описаны многие исторические места, в том числе Мангуп, Ай-Тодор, Аю-Даг, Судак, приведены сведения об античных памятниках истории полуострова.
   Одним из первых российских исследователей Крыма был Карл Иванович Габлиц (1752-1821) -- выдающийся географ и натуралист. В 1783г. он был назначен в Крым вице-губернатором. Совершив незадолго до этого в составе экспедиции Академии наук поездки по югу Российской империи, он получил практический опыт географических исследований и был подготовлен к научной работе по изучению природных богатств Тавриды. Экспедиция К.И.Габлица отправилась в путь в конце июля 1783 г., но из-за начавшейся в Крыму эпидемии чумы была отозвана обратно в Петербург. Только в мае 1784 г. путешествие возобновилось, и примерно к концу мая 1784 г, К.И.Габлиц достиг Крыма. За 4 месяца К.И.Габлиц изъездил почти весь полуостров, ознакомился с его рельефом, климатом, растительным и животным миром. Он побывал в Присивашье, где наблюдал добычу соли на озерах у Перекопа, на Керченском полуострове, где его внимание привлекли "соляные ключи, кои горное масло, или так называемую черную нефть, с собою выбивают, которая в вырытых около их ямах на поверхность воды всплывает, а потом с оной собирается для мазания колес и для жжения в лампадах вместо свечек...". В Севастопольской бухте он наблюдал стада тюленей, на Тарханкуте его внимание привлекли фруктовые сады. Особое внимание ученого привлекала природа горного Крыма. "В редких, может быть, других странах света можно найти столько разных, совокупленных вместе совершенств, как в сей горной здесь полосе", -- восхищенно писал исследователь.
   Результатом исследований К.И.Габлица в 1784 г. стало "Физическое описание Таврической области по ее местоположению и по всем трем царствам природы" (1785 г.) Этот труд был написан всего за 2 месяца (ноябрь -- декабрь 1784 г.) в экстремальных для научных занятий условиях -- в землянке второго гренадерского полка, командир которого "по благосклонности своей" дал приют ученому, так как в Карасубазаре, который был недалеко, и в селениях невозможно было остановиться ввиду опасности чумы. Книга К.И.Габлица быстро завоевала широкую известность, была переведена на французский, немецкий и английский языки. Крым был теперь открыт не только для российской, но и для мировой науки. В отличие от "Записок" В.Ф.Зуева, книга К.И.Габлица была более солидным по объему и научному содержанию трудом. Само заглавие книга говорит о многостороннем и одновременно комплексном характере этого исследования, что позволило К.И.Габлицу дать всестороннюю характеристику природы Крыма, увязать описание современного автору состояния географических объектов с их [180] происхождением и возможностями экономического использования. Научное значение "Физического описания..." еще и в том, что оно внесло большой вклад в развитие научной терминологии. Многие термины, названия, характеристики географических объектов, которые применяются в наши дни при описании природы современного Крыма, были введены в научный оборот К.И.Габлицем. Так, исследователь разработал первое географическое районирование Крыма, разделив его на 3 части: "плоскую или ровную", "горную" и "полуостров Керченский". В горном Крыму Габлиц впервые выделил 3 гряды: "передовые", "средние горы" и "краткий Южный хребет". Ученым был впервые выделен в качестве самостоятельной географической единицы Южный "Полуденный" берег Крыма. Из книги К.И.Габлица в России узнали о минеральных богатствах полуострова -- керченской нефти, минерале кеффекилит. Автор указал на многообразие растительности -- травяной (в степях) и лесной (в горах Крыма), обратил внимание на ее родственные связи с растительностью Южной Европы, Азии и северных областей. К.И.Габлиц упомянул в своем труде о 511 видах растений, создав, по сути, первый научный ботанический каталог Крыма. Позже П.С.Палласу удастся превзойти результат К.И.Габлица, но и он опирался на опыт своего предшественника.
   Внимательный наблюдатель, К.И.Габлиц сумел обнаружить множество оригинальных явлений географического и геологического характера: наличие различных известковистых, глинисто-сланцевых и вулканических горных пород, значительную крутизну южных склонов горных пород и пологий характер северных, наличие карстовых явлений и ледяных пещер. Ученым была дана характеристика рек Крыма и впервые упомянут в научной литературе водопад Учан-Су.
   В 1803 г. К.И.Габлиц издал еще одну книгу, посвященную Крыму, -- "Географические известия, служащие к изъяснению прежнего состояния нынешней Таврической губернии", где более углубленно высказал свои взгляды по поводу геологической истории Крымского полуострова.
   Изучая Крым, К.И.Габлиц много занимался практическими проблемами его развития. Он стал зачинателем крымского шелководства, обследовав район Старого Крыма и признав его "преудобным местом к разводу шелковых червей", содействовал посадке тутовых деревьев, модернизации соляных промыслов. Дважды, в 1788 и 1793-1796 гг., К.И.Габлиц возглавлял управление Таврической областью и внес значительный вклад в развитие экономики и культуры Крыма. На протяжении последних 10 лет своей жизни он неизменно председательствовал во всех государственных комитетах и комиссиях, учреждавшихся для решения крымских дел.
   Заметное место среди первых исследователей Крыма занимает Павел Иванович Сумароков (? - 1846), российский писатель, сенатор и член Российской Академии Наук, племянник известного литератора А.П.Су-марокова. В молодости П.И.Сумароков служил офицером в гвардии, затем находился на службе в судебных учреждениях, некоторое время был председателем Таврической Судебной палаты, исполнял обязанности судьи в Крыму. Его перу принадлежат две книги описаний путешествий по Крыму: "Путешествие по всему Крыму и Бессарабии Павла Сумарокова в 1799 году" (1800 г. издания) и "Досуги крымского судьи или Второе путешествие в Тавриду" в 2 книгах (опубликовано в 1803-[181]1805 гг.) В этих книгах, написанных под влиянием сентиментализма Д.Стерна и Н.М.Карамзина, содержатся: очерк истории Крыма с древнейших времен до конца XVIII в., характеристика географических и климатических особенностей Крыма, его флоры и фауны. Особый интерес вызывают заметки автора о состоянии Крыма на рубеже XVIII -XIX вв., описание городов, быта и нравов народов полуострова, характеристика экономической и социальной жизни Тавриды, перспектив ее дальнейшего развития. Написанные блестящим художественным языком, показывающие проницательность П.И.Сумарокова, его вдумчивый подход к изучению Крыма, эти книги до сих пор привлекают читателя.
   Крым во многом определил судьбу Федора Карловича Мюльгаузена (Мильгаузена), который был одним из ведущих медиков Российской империи рубежа XVIII-XIX вв., одним из главных медицинских специалистов русской армии, членом-корреспондентом Медико-хирургической академии, членом Комитета по учебно-медицинской части и членом медицинского совета Министерства духовных дел и народного просвещения. С момента своего приезда в Симферополь в 1820 г. он развил активную деятельность в сфере здравоохранения, вел борьбу с эпидемиями, обследовал карантины в Севастополе, Феодосии, Евпатории, военный госпиталь в Симферополе, чумные бараки в Севастополе. Его пациентами были А.С.Пушкин, К.Н.Баратынский, В.А.Жуковский, В.Г.Белинский, М.С.Щепкин.
   Вместе с тем Ф.К.Мюльгаузен активно занимался метеорологическими исследованиями, был, наряду с академиком П.И.Кеппеном, зачинателем метеорологических наблюдений в Крыму. Именно Ф.К.Мюльгаузен основал в 1821 г. в Симферополе первую на полуострове метеоро-логическую станцию, где вел систематические наблюдения вплоть до своей кончины в 1853 г.
   Ф.К.Мюльгаузен был в центре общественной жизни Крыма, участвовал в издании газеты "Таврические губернские ведомости", работе публичной библиотеки, был попечителем Симферопольской губернской казенной мужской гимназии. В доме Ф.К.Мюльгаузена бывали И.К.Айвазовский, академик П.И.Кеппен, А.И.Серов, Х.Х.Стевен, С.И.Танеев. Симферопольская городская дума в конце XIX в., увековечивая имя этого замечательного человека, постановила назвать его именем улицу, на которой стоял дом ф.К.Мюльгаузена (ныне улица называется Киевской).
   Интереснейшей фигурой культурной жизни Крыма XIX в. был Николай Андреевич Арендт (1833-1893), который получил известность в таких, казалось бы, далеких друг от друга областях человеческой деятельности, как медицина и воздухоплавание. Н.А.Арендт родился в Симферополе, в семье врачей. Окончив Петербургскую медико-хирургическую академию, состоял на военной, а позже на государственной службе. Не отрываясь от исполнения служебных обязанностей, Н.А.Арендт защитил диссертацию, и ему была присуждена степень доктора медицины. В 1865 г. он вышел в отставку, вернулся в Симферополь, где работал земским врачом, заслужив на этом месте большое уважение и популярность.
   Большим увлечением Н.А.Арендта было воздухоплавание. Он разработал теорию парящего и планирующего полетов, изобрел планер, [182] первый ввел в научный оборот слова "авиация" и "авиатор". Свои идеи в области воздухоплавания аппаратов тяжелее воздуха он изложил в сочинениях: "К вопросу о воздухоплавании", "О воздухоплавании, основанном на принципе парения птиц", вышедших, соответственно, в 1874 и 1888-1889 гг.
   Н.А.Аревдт был видным земским деятелем Таврической губернии. С 1867 г. он участвовал в работе различных земских учреждений, избирался гласным Таврического губернского земского собрания, его секретарем, а в 1875 г. исполняющим обязанности председателя Таврической губернской земской управы.
   Христиан Христианович Стевен (1781-1863) получил от современников и учеников почетное имя "Нестор ботаников". Вся деятельность этого замечательного человека -- академика, выдающегося ученого-ботаника, основателя и первого директора Никитского ботанического сада, создателя первого специального труда по флоре Крыма доказывает его правомерность.
   Впервые Х.Х.Стевен познакомился с Крымом в 1807 г., во время поездки по служебным делам в качестве старшего инспектора по шелко-водству юга России. После недолгой остановки в Симферополе он отпра-вился в путешествие по горному Крыму, Южному берегу, посетил Судак, где встретился со знаменитым исследователем Крыма П.С.Палласом. Х.Х.Стевен проехал по дорогам вокруг Алушты мимо гор Кастель и Аю-Даг, мыса Плана, гурзуфского полукружия гор к мысу Мартьян и горно-лесным урочищам близ села Никита, которые через несколько лет стали местом основания знаменитого в наше время ботанического сада. В этой поездке ученый делает свои первые открытия, касающиеся флоры Крыма: подмечает обилие рощ высокого можжевельника, своеобразие терпентинных деревьев с характерным для них серебристым оттенком листвы, укромное, убежищное произрастание земляничника мелкоплодного и некоторых других средиземноморских реликтовых растений.
   Природа Крыма настолько поразила Х.Х.Стевена, что он решил остаться в Крыму навсегда. В 1810 г. он поселился в Симферополе в долине р.Салгир. Отсюда он совершал многочисленные исследовательские поездки, во время которых собирал гербарий, исследовал флору полуострова. В декабре 1811 г. Х.Х.Стевен получает предложение генерал-губернатора Новороссийского края возглавить работы по устройству и стать директором учреждаемого "экономо-ботанического казенного сада", который решено было создать в приморской полосе Южного берега Крыма, ниже села Никита. Уже осенью 1812 г. в дикой овражно-лесной местности близ Никиты под руководством Х.Х.Стевена были произведены первые посадки плодовых и декоративных деревьев. При устройстве парка была умело использована и местная, аборигенная растительность. В целях дальнейшего развития научно-исследовательской и селекционной работы Х.Х.Стевен в своем "плане экономо-ботанического сада" предложил создать в его пределах фруктовый сад, парк, "экономический сад", цветник, ботанический сад, библиотеку, кабинет с коллекцией плодов и семян, гербарий и коллекцию образцов древесины. Благодаря настойчивости ученого за 14 лет непрерывных работ в Никитском ботаническом саду удалось собрать до 450 видов экзотических [183] деревьев и кустарников, в том числе ливанских кедров, платанов, пробковых дубов, кипарисов. Только за первые 7 лет существования сада в нем было посажено 175 тыс. декоративных и плодовых деревьев.
   Х.Х.Стевен много работал над распространением ценных сортов плодовых деревьев в различных местах Крыма. За годы своего директорства он раздал местным жителям свыше 100 тыс. саженцев. Особое внимание ученый уделял культивированию грецкого ореха, шелковицы, маслины и лаванды.
   Не забывал Х.Х.Стевен и научно-исследовательскую работу. В ходе частых поездок по Крыму он накапливал фактический материал, обрабатывал его, вел подробные записи своих наблюдений в дневниках, обобщал результаты своих наблюдений в многочисленных письмах своим коллегам - ботаникам.
   В 1824 г. Х.Х.Стевен отходит от непосредственного руководства Никитским ботаническим садом, хотя формально остается его директором до 1826 г., и переезжает в Симферополь, где занимается ботаническими и историко-географическими исследованиями, пишет и публикует свои итоговые научные труды. После многолетнего детального анализа накопленного фактического материала ученый в 1856-1857 гг. публикует свое главное исследование -- "Перечень растений, произрастающих на Крымском полуострове" -- для того времени вершину научных знаний о растительном мире Крыма. Х.Х.Стевеном было описано на 196 растений больше, чем в самой подробной до него описи крымских растений ботаника К.Ф.Ледебура. В этой книге приведены также сведения о ботанико-географических областях Крыма, их климатических особенностях, почвенном покрове.
   Деятельность Х.Х.Стевена не ограничивалась только ботаническими исследованиями. В 1864 г. ученый первым выдвинул идею переброски днепровской воды в Крым посредством специального канала. Этот проект был реализован только спустя 120 лет.
   Память о Х.Х.Стевене увековечена мемориальной доской на доме, в котором жил ученый, названием местности, прилегающей к дому, -- "Стевеновские холмы". Его именем названы произрастающие в Крыму растения: клен Стевена, солнцецвет Стевена, сосна Стевена, манжетка Стевена, борщевник Стевена и др.
   Одним из зачинателей изучения Крыма был Петр Иванович Кеппен (1797-1864). Окончив в 1814 г. Харьковский университет, он посвятил себя науке, активно занимаясь географией, статистикой, археологией и этнографией. П.И.Кеппен был одним из организаторов и учредителей Русского географического общества. Он был вместе с Ф.Ф.Милыаузеном зачинателем метеорологических наблюдений в Крыму и создателем в 1821 г. первой метеорологической станции на полуострове. П.И.Кеппен много занимался археологией Крыма, обследовал ряд до того времени неизвестных науке памятников античного и средневекового времени, сделал их описания и зарисовки. Особенно плодотворными были его исследования древностей Южного берега Крыма и Крымских гор. П.И.Кеппену принадлежит честь первооткрывателя и первоисследователя заградительных стен в районе Гурзуфа, на перевалах Караби-яйлы, Демерджи, у Чатыр-Дага, в которых он видел "длинные стены", построенные [184] по велению византийского императора Юстиниана и описанные в сочинении историка Прокопия Кесарийского "О постройках". Это сочинение было впервые переведено П.И.Кеппеном на русский язык.
   Плодотворными были исследования П.И.Кеппена в районе Алушты, где им были обследованы и описаны многочисленные памятники древности и средневековья, в том числе т.н. Алуштинское укрепление, укрепления у гор Кастель и Ай-Тодор, крепость Фуна у горы Демерджи и многие другие. Результаты своих трудов в этой области П.И.Кеппен изложил в своем обобщающем труде "Крымский Сборник. О древностях Южного берега Крыма и гор Таврических" (СПб, 1837). За свои научные труды П.И.Кеп-пен в 1837 г. был избран академиком Российской Академии Наук. П.И.Кеп-пен был похоронен в Крыму близ Алушты в сосновой роще живописного урочища Карабах между гор Кастель и Ай-Тодор на берегу Черного моря.
   Образование. После включения Крыма в состав России меняется характер организации народного образования на полуострове. Оно приводится в соответствие с новым статусом края.
   Особое внимание новые власти уделяли привлечению к учебе детей из местного населения. Таврический губернатор В.Д.Мертваго в!806 г. писал по этому поводу, что народные училища российского типа в Крыму имеют особую ценность "для татарского населения в деле приобщения к интересам Российского государства", поскольку "даже мурзы не имеют никаких знаний и многие из богатейших, грамоты не умеющие и даже языка русского не понимающие, не могут споспешествовать (содействовать) установлению порядка... необходимо учить их, особенно детей мурз, вместе с дворянскими детьми".
   Уже 10 июля 1793 г. в Симферополе было открыто первое в Крыму народное училище, где изучался Закон Божий, русский, немецкий, фран-цузский языки, арифметика, история, география и рисование. До 1797 г. оно имело статус четырехклассного Главного народного училища, но после ликвидации Таврической области произошло преобразование этого учеб-ного заведения в двухклассное Малое народное училище с сокращенной программой обучения. 19 мая 1809 г. училище было преобразовано в уездное.
   Вскоре, 2 сентября 1812 г., в Симферополе была открыта первая в Крыму гимназия. Ее полное наименование: Таврическая мужская казенная гимназия. Основанная как четырехклассная, в 1817 г. она стала учебным заведением с полным курсом гимназических наук. Позже, в ходе школьной реформы начала 60-х гг. XIX в., произошло преобразование этого заведения в Симферопольскую мужскую казенную гимназию.
   Создавались и первые профессиональные учебные заведения. В 1804 г. по инициативе академика П.С.Палласа в урочище Ачиклар близ Судака было открыто первое в России казенное училище виноградарства и виноделия. П.С.Паллас пригласил для преподавания опытных специалистов, выписал 90 тыс. образцов виноградных лоз из Франции, Италии, рейнских германских княжеств, а также из Астрахани и Кизляра. В течение почти 40 лет училище готовило профессионалов высокого класса, выдвинувших крымское виноградарство и виноделие на одно из ведущих мест в Европе. [185]
   Театр. В начале XIX в. у крымской общественности зародилась идея создания театра. Но долгое время эти намерения не подкреплялись практическими делами. Только в 1821 г. поклонник театрального искусства московский купец Волков, приехавший в Крым на лечение, купив одно из строений (сарай для лошадей и карет) у симферопольского городничего Косанчича, перестроил его под театр. И хотя не были даже оштукатурены стены, этот примитивно оборудованный любительский театр стал центром культурной жизни Симферополя. Театр стал знакомить симферопольцев с произведениями русских драматургов Д.И.Фонвизина, А.П.Сумарокова и др. Через 20 лет директор Симферопольской казенной мужской гимназии А.В.Самойлов (брат известного в то время актера В.В.Самойлова) переоборудовал театр -- оштукатурил стены, переделал партер, устроил ложи, оборудовал подъезд. Театр приобрел достойный своего имени вид. В Нем начали играть известные профессиональные актеры. Так, в сентябре 1846 г. великий русский актер М.С.Щепкин сыграл здесь в 13 спектаклях, среди которых были "Ревизор" Н.В.Гоголя и "Москаль-чарiвник" И.П.Котляревского. В 1858 г. в театре выступил выдающийся американский трагический актер Аира Олдридж, сыгравший Отелло в одноименной трагедии В.Шекспира. Во время гастролей свое блистательное мастерство демонстрировали М.Г.Савина, В.Ф.Комиссаржевская, П.Н.Орленев и др.
   Интересные сведения об "интервенции" украинской театральной куль-туры в Крым сообщает профессор П. М. Киричек.
   (Почти весь зимний сезон 1876-1877 гг. выдающийся украинский актер М. Л. Кропивницкий играл в трупе антрепренера Л. Яковлева, арендовавшей в Симферополе дворянский театр*. Дебютировал в роли городничего в пьесе "Ревизор" Н. В. Гоголя, исполнял роли во многих других произведениях русских писателей.
   В апреле и мае 1886 года на сцене театра выступает украинская театральная труппа под руководством М. П. Смотрицкого. В ее репертуаре "Наталка Полтавка" И. П. Котляревского, "Сватання на Гончарiвцi" Г.Ф.Квитки-Основьяненко, "Назар Стодоля", "Невольник" Т. Г. Шевченко и другие произведения украинских писателей. Пресса одобрительно отзывалась об основных спектаклях труппы.
   В 1890 году прибывает в Симферополь со своей труппой А. К. Саксаганский, к которой принадлежал и И. Тобилевич (Карпенко-Карый). Товарищество А. К. Саксаганского находилось в Симферополе с 1 по 6 июня. За эти дни были показаны пьесы "Безталанна", комедии И. К. Тобилевича (Карпенко-Карого) "Мартин Боруля", "Сто тисяч", оперу С. С. Гулака-Артемовского "Запорожець за Дунаем", в которых знаменитый драматург мастерски исполнял ответственные роли. Украинские театральные коллективы выступали в Керчи, Ялте, Севастополе и пользовались большим успехом среди зрителей, ознакамливая их с наилучшими пьесами драматургов, в которых правдиво изображалась история, жизнь и быт народа.)
   (* Официальное название театра -- театр Таврического дворянства (с 1988 г., когда театр перешел в ведение Дворянского собрания). Обиходное название -- "дворянский" -- появилось значительно раньше, так как театр находился рядом с административным зданием собрания.) [186]
   Архитектура и искусство. Среди архитектурных памятников, появившихся после присоединения Крыма к России, выделим самые ранние из них, символизирующие последствия российского присутствия в Крыму. Так, не позже 1835 г. был воздвигнут обелиск в честь солдат Козловского и Нащенбургского полков, которые под командованием инженер-полковника П.В.Шипилова в 1824-1826 гг. построили первую в Крыму горную дорогу Симферополь--Алушта. Он был установлен в 600 м к востоку от Ангарского перевала и представлял собой обелиск с помещенными на нем 4 чугунными досками, на которых были выгравированы памятные надписи.
   В 1839 г. в Севастополе был установлен памятник в честь подвига экипажа брига "Меркурий" под командованием капитан-лейтенанта А.В.Казарского, сумевшего в бою с двумя турецкими линейными кораблями успешно отразить нападение превосходящих сил противника. Этот памятник, выполненный в стиле классицизма по проекту А.П.Брюллова (брата знаменитого художника К.П.Брюллова), является одним из лучших произведений русского монументального искусства первой половины XIX в. Краткую, но выразительную надпись на памятнике: "Казарскому. Потомству в пример" -- велел начертать император Николай I. В незначительно измененном виде памятник существует и поныне.
   Несколько позже, 17 ноября 1842 г., был открыт знаменитый Долгоруковский обелиск. Он был сооружен на средства внука В.М.Долгорукова-Крымского на том месте, где 22 июля 1771 г. во время занятия российскими войсками Крыма главнокомандующий В.М.Долгоруков распорядился установить свою штабную палатку. Проект памятника был разработан архитектором А.Штрейхенбергом, а работы по камню выполнил мастер Ф.Вахрушев.
   Заметным событием в развитии архитектурного искусства в Крыму стала постройка знаменитой Графской пристани в Севастополе. Строи-тельство пристани началось в 1783 г., а было завершено только в 1846 г. Она получила свое название в честь графа М.И.Войновича, который с 1786 по 1790 гг. командовал Черноморской эскадрой и имел привычку именно с этой пристани садиться в шлюпку для отбытия к кораблям. В 1830 г. Графская пристань была украшена каменной лестницей, а в 1844-1846 гг. ее увенчала колоннада, построенная по канонам русского классицизма.
   Газета. С XIX в. в Крыму идет становление газетного дела. В 1830 г. в Симферополе открывается первая в Крыму типография и начинает вы-ходить первая крымская газета "Таврические губернские ведомости". Во второй половине XIX в. начали выходить "Таврические губернские ве-домости" (с 1869), "Полицейский листок Керчь-Еникальского гра-доначальства" (с 1860), Первой общественно-политической литературной газетой, издававшейся в Симферополе, стал "Крымский листок" (с 1875), позже поменявший название на "Салгир". С 1882 г. в Севастдполе печатается "Севастопольский справочный листок", а с 1884 г. в Ялте "Ялтинский справочный листок". Появляются такие популярные газеты, как "Крымский вестник" -- в Севастополе, "Южный курьер" -- в Керчи, газета "Таврида" под редакцией караимского просветителя И.Казаса. [187]
   Крым в жизни выдающихся людей. Великий русский поэт Александр Сергеевич Пушкин (1799-1837) впервые прибыл в Крым 15(27 по н.ст.) августа 1820 г. вместе с семьей генерала Н.Н.Раевского. Этой поездке предшествовали следующие обстоятельства. За некоторые острые эпиграммы и оду "Вольность", в которой он высказал неприемлемые для властей оценки существовавших тогда в России крепостного права и политического строя, Пушкин был выслан в Екатеринослав. Причем официально ссылка была оформлена как служебная командировка. Коллежскому секретарю А.С.Пушкину предстояло выполнение должностных обязанностей в "Комитете об иностранных поселенцах южного края". Однако благодаря заступничеству Н.Н.Раевского, который сумел добиться для Пушкина разрешения сопровождать его, героя войны 1812 г., в поездке по Кавказу и Крыму, поэт обрел возможность посетить край, о котором он знал из стихов одного из самых близких для него поэтов К.Батюшкова как о крае красоты и "священной древности" -- "русской Элладе", противостоящей "душному городу", столице с ее гнетущими душу своекорыстием и суетностью "большого света". Общение с Крымом совпало у А.С.Пушкина со сближением с семейством Раевских. Сам Пушкин так писал об этом: "...счастливейшие минуты жизни моей провел я посреди семейства почтенного Раевского. Я не видел в нем героя, славу русского войска, я в нем любил человека с ясным умом, с простой, прекрасной душою; снисходительного, попечительного друга, всегда милого, ласкового хозяина... Суди, был ли я счастлив: свободная беспечная жизнь в кругу милого семейства; жизнь, которую я так люблю и которой никогда не наслаждался, -- счастливое полуденное небо; прелестный край; природа, удовлетворяющая воображение, -- горы, сады, море; друг мой, любимая моя надежда -- увидеть опять полуденный берег и семейство Раевского". Но первая встреча с Крымом оказалась для поэта достаточно прозаической. 15 августа А.С.Пушкин вместе со спутниками высадился с корабля в Керчи. Осмотр древностей города мало что дал воображению, хотя древности античного времени интересовали поэта прежде всего: "нет сомнения, что много драгоценного скрывается под землею, насыпанной веками". А.С.Пушкин осмотрел место, называемое могилой понтийского и боспорского царя Митридата VI Евпатора: "...на ближней горе посреди кладбища увидел я груду камней, утесов, грубо высеченных, -- заметил несколько ступеней, дело рук человеческих. Гроб ли это, древнее ли основание башни -- не знаю". В силу зачаточного состояния археологии в то время вряд ли кто мог бы дать поэту удовлетворительный ответ на его вопросы. Не произвела на А.С.Пушкина впечатления и Феодосия, как древняя, так и современная. После ее посещения он высказался о Крыме как о "стороне важной, но запущенной". Поэт вместе с семейством Раевских останавливался на даче бывшего градоначальника С.М.Броневского (кстати, большого знатока Крыма и его истории), в двух верстах от Феодосии. Ныне о пребывании Пушкина 16-18 августа 1820 г. напоминает мемориальная доска, установленная у входа в построенный на месте усадьбы Броневского военный санаторий. Далее путь А.С.Пушкина лежал морем в Гурзуф, куда отплыли он и его спутники на корвете "Або". Впечатления об этом морском путешествии глубоко тронули поэта: "Всю ночь не спал. Луны не было, звезды блистали; передо мною, в тумане, тянулись полуденные горы...". Эта ночь стала переломной в творческом настрое А.С.Пушкина. Впервые после четырех месяцев поэтического молчания он начинает творить. На борту судна он создает свое первое крымское стихотворение "Погасло дневное светило...", где причудливо смешаны его реальные впечатления от встречи с Крымом и [188] Черным морем и представления, сложившиеся от чтения стихотворений других поэтов, особенно Батюшкова. Но все затмило первое утро в Гурзуфе: "Корабль остановился в виду Юрзуфа. Проснувшись, увидел я картину пленительную: разноцветные горы; плоские кровли хижин татарских издали казались ульями, прилепленными к горам; тополи, как зеленые колонны, стройно возвышались между ними; справа огромный Аю-Даг... И кругом это синее, чистое небо, и светлое море, и блеск, и воздух полуденный". Позже ои передал эти свои впечатления в стихах:
   "Прекрасны вы, брега Тавриды,
   Когда вас видишь с корабля
   При свете утренней Киприды,
   Как вас впервой увидел я;
   Вы мне предстали в блеске брачном
   На небе синем и прозрачном
   Сияли груды ваших гор,
   Долин, деревьев, сел узор
   Разостлан был передо мною...
   Какой во мне проснулся жар!
   Какой волшебною тоскою
   Стеснялась пламенная грудь!"
   ("Путешествие Евгения Онегина")
   В Гурзуфе Раевские и Пушкин поселились в доме, принадлежавшем быв-шему (1805-14) ген.-губернатору Новороссии А. Э. Ришелье (дом в несколько перестроенном виде сохранился до наших дней. В 1989 г. здесь был открыт Музей А.С.Пушкина). Незаметно пролетели три "счастливейших недели". Пушкин так описывал свою жизнь в это время. "В Юрзуфе жил я сиднем, купался в море и объедался виноградом; я тотчас привык к полуденной приро-де и наслаждался ею... Я любил, проснувшись ночью, слушать шум моря -- и заслушивался целые часы. В двух шагах от дома рос молодой кипарис: каждое утро я навещал его и к нему привязался чувством, похожим на дружество".
   Успешно пошли и творческие дела. Поэт работал над поэмой "Кавказс-кий пленник", писал чудесные стихотворения. В начале сентября Пушкин и Раевские продолжили путешествие по Крыму. Ярким впечатлением этого эта-па странствий стал подъем на яйлу по Шайтан-Мердвен (Чертовой лестни-це), что за Кикенеизом (ныне с. Оползневое): "По горной лестнице взобра-лись мы пешком, держа за хвост татарских лошадей наших. Это забавляло меня чрезвычайно и казалось каким-то таинственным восточным обрядом". Около Балаклавы путешественники посетили Георгиевский монастырь, рядом с которым, по древнему преданию, в античные времена стоял храм Девы-Арте-миды, где богине приносились человеческие жертвы. Под впечатлением от этого места Пушкин написал стихотворение, посвященное его другу П.Я.Чаа-даеву, "К чему холодные сомненья?"
   "Я верю: здесь был грозный храм,
   Где крови жаждущим богам
   Дымились жертвоприношенья...
   Теперь и лень и тишина,
   И, в умиленье вдохновенном,
   На камне, дружбой освященном,
   Пишу я наши имена".
   Последние строки соответствуют действительности. Поэт в память о сво-ем пребывании в этих местах высек свое имя и имя друга на камне. Впрочем, эта надпись не сохранилась до нашего времени. Следующая остановка была в Бахчисарае, где на поэта произвел впечатление ханский дворец, вдохновивший его на поэму "Бахчисарайский фонтан" и стихотворение "Фонтан любви, [189] фонтан живой! (К фонтану Бахчисарайского дворца)". Вместе с тем А.С.Пушкин покинул дворец "с большой досадой на небрежение, в котором он истлевает". 8 сентября Пушкин приехал в Симферополь, где, вероятно, остановился в доме губернатора А.Н.Баранова. Здесь он лечился от лихорадки, которой заболел еще в Бахчисарае, у местной знаменитости -- врача Ф.К.Мильгаузена (о нем -- отдельный раздел). Из Симферополя Пушкин уехал 13 или 14 сентября, увозя с собой яркие, теплые воспоминания о посещении Тавриды. Общеизве-стен его риторический вопрос в письме к Дельвигу: "растолкуй мне теперь -- почему полуденный берег и Бахчисарай имеют для меня прелесть неизъясни-мую? Отчего так сильно во мне желание вновь посетить эти места?". Крым не раз впоследствии вдохновлял пушкинскую музу, и даже незадолго до роко-вой дуэли поэт сделал набросок рисунка фонтана и рядом несколько строк:
   "Кто б ни был ты: пастух...
   Рыбак иль странник утомленный,
   Приди и пей".
   Крымские впечатления сохраняли для поэта "прелесть неизъяснимую" на протяжении всей его жизни.
   Александр Сергеевич Грибоедов (1795-1829). С Крымом связано около трех месяцев жизни известного драматурга и поэта А.С.Грибоедова в 1825 г. Возвращаясь из отпуска к месту своей службы на Кавказе, он 18 июня въехал на перекладных в Симферополь и разместился в Афинской гостинице (ныне на этом доме по проспекту Кирова, 25 установлена мемориальная доска). А С.Грибоедов искал в Крыму уединения для творчества, но не нашел его. Он не без горького юмора так описывает свое пребывание в Симферополе: "Весь век желаю где-нибудь найти уголок для уединения, и нет его для меня нигде. Приезжаю сюда, никого не вижу, не знаю и знать не хочу. Это продол-жалось не более суток... ворвались ко мне, осыпали приветствиями, и ма-ленький городок показался мне тошнее Петербурга. Мало того. Наехали путешественники, которые меня знают по журналам: сочинитель Фамусова и Скалозуба, следовательно веселенький человек. Тьфу, злодейство! Да мне невесело, скучно, отвратительно, несносно." Отдых душе писателя давали разве что посещения дома генерала М.Ф.Орлова (близкого к декабристам), расположенного на правом берегу Салгира, да общение с товарищем по пансиону Московского университета Н.В.Сушковым, которого он "услаждал... своею певучею разумною игрою на клавикордах", а также с петербургским журналистом А.К.Боде, интересовавшимся крымским виноградарством и виноделием. Утром 24 июля А.С.Грибоедов "выехал вверх по Салгиру верхом", побывав по пути в имении "Кильбурун" (ныне с. Пионерское), Аяне (ныне с.Родниковое) и Чавке (ныне с.Сорокино). Посетив пещеру Кизил-Коба, он высек на ее стене автограф "А.С.Грибоедов, 1825", существовавший до недавнего времени. 25 июня А.С.Грибоедов взошел на Чатыр-Даг и был поражен открывшимся на вершине видом. Спустившись с горы, он заночевал у чабанов, а наутро встретился с путешествовавшим там же петербургским издателем П.П.Свиньиным, который позже писал, что "сердечно сожалеет и доселе, что ненастная погода не допустила меня сделать с столь милым това-рищем путешествие на вершину сего крымского гиганта". Далее Грибоедов Посетил Корбек (ныне с. Изобильное), Алушту, остановился в с. Кучук-Ламбат (ныне с.Карасан) в имении теперь уже бывшего таврического губернатора А.М.Бороздина, проехал Партенит, Артек, Никиту, Дерекой (ныне с.Ущельное), Аутку, Ореанду, Гаспру, Кореиз, Мисхор, Алупку, Симеиз. Пройдя по Чертовой лестнице, А.С.Грибоедов был очарован открывшейся перед ним Байдарской долиной. Три дня провел он в Севастополе, отметив, что "город красив". Большое впечатление произвел на Грибоедова осмотр Развалин Херсонеса. Позже поэт осмотрел развалины Мангупа, Бахчисарай [190] и крепость Чуфут-Кале. В письме своему другу С.Н.Бегичеву он пишет о том, что доволен путешествием, "хотя здесь природа против Кавказа все представляет словно в сокращении... Зато прелесть моря и иных долин, Качи, Бельбека, Касикли-Узеня (р.Черная) и проч. ни с чем сравнить не можно". После Бахчисарая поэт посетил Саблы, где "все зелено, между тем, как в степи, позади меня, все желто". Проезжая по юго-западному Крыму, Грибоедов остановился 10 июля в Татаркое (ныне с.Машино) в имении Е.О.Офрен, "в прекрасной Качинской долине". Отсюда он совершил экскурсию в пещерный город Тепе-Кермен. Возвращение в Симферополь дало ему те часы уединения и покоя, о которых поэт так мечтал: "12 июля. Лунная ночь. Пускаюсь в путь между верхнею и нижнею дорогою. Приез-жаю в Саблы, ночую там и остаюсь утром. Теряюсь по садовым извитым и темным дорожкам. Один и счастлив... Возвращаюсь в город". В дальнейшем А.С.Грибоедов жил то в Симферополе, то в Саблах, иногда совершая экскур-сии. В августе в Артеке, на даче польского поэта Г.Олизара, он имел дружес-кую встречу со знакомым ему по Петербургу великим польским поэтом А.Миц-кевичем. За три месяца, проведенных в Крыму. Грибоедову не удалось под-няться на новую вершину в творчестве. Уединения для поэзии добиться он не смог (или почти не смог), депрессия и сомнения в творческой судьбе не проходили. 15 сентября А.С.Грибоедов переправился через Керченский пролив и направился на Кавказ, к месту службы. До его трагической гибели в Тегеране оставалось меньше четырех лет...
   Николай Васильевич Гоголь (1809--1852) не только побывал в Тавриде, но и интересовался ее историей, что получило определенное отражение в его творче-стве: в "Тарасе Бульбе" речь идет и о борьбе украинского казачества против крымских татар. В подготовленных Гоголем материалах по истории имеется раздел "О Таврии", в котором изложены основные события крымской истории с V до XII вв. В 1833 г. писатель уже намеревался совершить путешествие в Крым, но осуществить задуманное не удалось. Причиной этого, как отмечал он в письме к своему другу, известному деятелю украинской культуры М.А.Максимовичу, было то, что "недостает денег". К 1835 г. финансовое положение писателя несколько улучшилось, а состояние его здоровья ухудшилось. И он решил отправиться в Тавриду, где, как отмечал он в письме к другому известному деятелю украинской культуры и своему школьному товарищу Н.Я.Прокоповичу, "ныне славятся мине-ральные грязи и купание в море". В конце мая 1835 г. он отправился в путь. По дороге в Крым Н.В.Гоголь сделал остановку в родной Украине, на Полтавщине, а оттуда двинулся на полуостров. По нему, как отмечал писатель, он "странство-вал для здоровья и для того, чтобы повидать его". В Тавриде, по собственному выражению, "пачкался в минеральных грязях". Он был одним из 165 больных, лечившихся в тот год на Сакском курорте. Этот курорт уже начал набирать известность: в петербургских периодических изданиях ежегодно появлялось "Извещение о заведении сакских целительных грязей". В начале июня он прибыл в Саки, представлявшие собой в то время небольшое селение, насчиты-вавшее 130 домов. Здесь Гоголь для поправления здоровья начал принимать грязевые ванны. С утра на берегу соленого озера, где не было соляных крис-таллов, выкапывалась яма в три аршина длины и в аршин глубины. К полу дню она прогревалась на солнце. Обнаженный писатель ложился в нее на спину. Вырытой грязью покрывали его тело, а голову от солнца завешивали холстом или затеняли зонтом. В яме он находился 2-3 часа, попивая "прохла-дительные питья". Принимались ванны и в помещении, где грязь разводилась рапой в продолговатых каменных бадьях. Грязелечение оказалось эффективным. "Здоровье... -- отмечал Гоголь, -- поправилось". Направляясь в Крым, писатель намеревался посетить различные его районы, но осуществить задуманное не удалось. После лечения в Саках пришлось покинуть полуостров [191] из-за недостатка денег -- их "не стало и на половину вояжа", который был задуман. Поездка в Крым сопровождалась творческим подъемом. "Сюжетов и планов, -- сообщал он В.А.Жуковскому, -- наметилось во время езды ужас-ное множество". В 1835 г. он опубликовал повесть "Миргород", сборник "Арабески", написал "Ревизора", работал над комедией "Женихи", повестью "Нос", "Мертвыми душами". Через 13 лет в связи с ухудшением состояния здоровья Гоголь вновь начал собираться в Тавриду, но из-за недостатка "прокля-тых денег" до самой своей смерти не смог еще раз побывать на полуострове.
   Адам Мицкевич (1798-1855). С Крымом была связана одна из страниц жизни и творчества великого польского поэта А.Мицкевича. В 1824 г. за уча-стие в кружке т.н. филаретов он был приговорен к высылке из польских губерний Российской империи. После пребывания в Санкт-Петербурге А.Миц-кевича и его товарищей по ссылке перевели в Одессу в распоряжение графа Я.Витта -- попечителя Одесского учебного округа и командующего войсками южной провинции Российской империи. Я.Витт предложил А.Мицкевичу уча-ствовать в поездке по Крыму с 14 августа по 14 октября 1825 г. Поездка внешне носила развлекательный характер, но преследовала весьма серьезную скры-тую цель: Я.Витт инспектировал Крым на предмет обеспечения безопасности императора Александра I, готовившегося в это время к поездке на юг. Вот как описал польский биограф А.Мицкевича М.Яструн эти дни жизни поэта: "Мицкевич вместе с Генриком Ржевусским (польским шляхтичом -- спутником в этой поездке) бродили в горах, топча облака на Чатыр-Даге, им случалось сяать на диванах Гиреев, а однажды в лавровой роще они играли в шахматы с ключником покойного хана". А.Мицкевич объездил многие живописные ме-ста Крыма. География его странствий по Крыму хорошо прослеживается по заголовкам поэтического цикла "Крымские сонеты", написанного под впечат-лением пребывания на полуострове: "Штиль на высоте Тарканкут", "Вид гор из степей Козлова (Чатыр-Даг)", "Байдары", "Бахчисарай", "Алушта днем", "Алушта ночью", "Дорога над пропастью в Чуфут-Кале", "Гора Кикенеиз", "Развалины замка в Балаклаве", "Аю-Даг". В "Крымских сонетах" А.Мицке-вич воспел красоту природы Крыма и его обитателей: "Передо мной страна волшебной красоты. Здесь небо ясное, здесь так прекрасны лица".
   Картины Чатыр-Дага, Крымских гор, пропасти у Чуфут-Кале, виды Алуш-ты и Тарханкута одушевлены поэтическим воображением А.Мицкевича, его тоской по родине. Специфика Крыма заставила поэта приложить к сонетам небольшой словарик с пояснением географических терминов, татарских слов, исламской терминологии. "Крымские сонеты" остались в истории литерату-ры прекрасным образцом романтической поэзии.
   Михаил Семенович Щепкин (1788-1863). С Крымом связаны несколько эпизодов биографии великого актера М.С.Щепкина. С 1 по 12 сентября 1846 г. он сыграл в 13 спектаклях на сцене Симферопольского драматического театра. Сыграл свои лучшие роли: матроса Симона в спектакле "Матрос", казака Чупруна в спектакле "Москаль-чарiвник", Макогоненко в "Наталке-Полтавке" И.П.Котляревского, городничего в "Ревизоре" Н.В.Гоголя. С Крымом свя-зан и заключительный, печальный эпизод актерской карьеры М.С.Щепкина. В 1863 г., будучи уже старым и больным человеком, он согласился выступить в голубой гостиной Алупкинского дворца для семейства князя М.С.Воронцова, рассчитывая на то, что Воронцовы помогут ему получить аудиенцию у императрицы, находившейся тогда в Ливадии. Аудиенция была нужна Щепкину, чтобы попросить об улучшении положения молодых актеров. Во время выс-тупления Щепкину стало плохо. По тряской горной дороге он выехал сначала Ливадию, а затем в Ялту. Вскоре его не стало. [192]
   Реформы 60-70-х гг. и их влияние на развитие Крыма. Крымская война показала отсталость феодально-крепостнической Российской империи. Необходимость социально-экономических реформ стала очевидной. Руководство страны во главе с новым императором Александром II начало подготовку преобразований. В 60-70-е гг. эти реформы были проведены. Самой важной из них была Крестьянская реформа 19 февраля 1861 г. Эта реформа отменяла крепостное право. Она ликвидировала личную зависимость крестьян от помещиков, но сохранила помещичье землевладение. Помещики сохранили возможность полубарщинной или отработочной системы хозяйства, основанной на отрезках и недостаточных наделах крестьян. Крестьяне, ранее бывшие крепостными, объявлялись свободными и получали звание "сельских обывателей". Отныне они имели право заниматься любым ремеслом или торговлей. В Таврической губернии крестьянская реформа осуществлялась на основе "Местного положения о поземельном устройстве крестьян, водворенных на помещичьих землях Великороссии, Новороссии и Белоруссии". Согласно этому положению крестьянам губернии было дано право выкупа в собственность усадебной земли. Полевые наделы выкупались только с согласия помещиков, причем за ними было оставлено право отрезать в свою пользу землю, превышающую уставную норму. Размеры крестьянских наделов, установленные для крестьян Таврической губернии, были значительно ниже размеров наделов, которыми крестьяне пользовались до реформы. Земельный надел переходил к крестьянам не в собственность, а лишь в "постоянное пользование" до выкупа земли. Поскольку собственником земли оставался помещик, за пользование землей крестьяне продолжали нести повинности до завершения выкупной сделки, оставаясь "временнообязанными". В "Положении" не был указан срок выкупа, и "временнообязанный" часто становился "бессрочнообязанным". Отношения помещиков и временнообязанных крестьян регулировались Уставными грамотами, где определялся размер надела и повинности временнообязанных. Уставные грамоты свидетельствуют о том, что крестьянское землевладение в Таврической губернии в пореформенный период заметно сократилось. Размеры отрезков земли, которой ранее пользовались крестьяне, составили теперь в Симферопольском уезде 51,8%, Феодосийском -- 37%, Перекопском -- 30,2%. Вообще не получили наделов крестьяне Южного берега и горной части Крыма, переведенные на положение дворовых. Реформа привела к обезземеливанию большой части крестьянства. По данным 1877 г., дворяне владели 45% всей пахотной земли, крестьянские общины -- 9%, крестьяне-собственники -- 10%, остальные земли принадлежали государству, удельным ведомствам, церкви. В 1880-х гг. 44% крестьян были безземельными, а из имевших землю крестьян половина была вынуждена прибегать к дополнительным приработкам. Возмущенные крестьяне нередко отказывались подписывать уставные грамоты с кабальными условиями освобождения. Дворянам приходилось прибегать к помощи властей. Массовые волнения таврических крестьян продолжались с 1861 по 1873 г. Волнения охватили 10 селений Симферопольского и Феодосийского уездов, но были подавлены войсками. [193]
   Несмотря на крайне невыгодные для крестьянства условия реформы, она сыграла важнейшую роль в развитии Крыма по пути рыночной экономики. Резко возросла подвижность населения, расширился рынок наемного труда, оживленнее стали торговые связи полуострова с центральными областями империи и зарубежными странами.
   Самой последовательной по содержанию, подготовке и проведению была Судебная реформа, основные положения которой были зафикси-рованы в 4 документах, подписанных Александром II 20 ноября 1864 г.: Учреждении судебных установлений, Уставе уголовного судопроизводства, Уставе гражданского судопроизводства, Уложении о наказаниях, налага-емых мировыми судьями. Новые судебные уставы ввели в законода-тельство Российской империи важнейшие элементы современной системы правосудия: гласность, открытость судопроизводства, формальное равен-ство перед законом представителей всех социальных групп и слоев, состя-зательность и устность судебного процесса, суд присяжных, адвокатуру. Процесс проведения судебной реформы на местах занял довольно длительное время. В Таврической губернии процедура закрытия старых судебных учреждений и передачи дел новому главному судебному органу -- Симферопольскому окружному суду была осуществлена только в 1867-1869 гг. В результате этой подготовительной работы 22 апреля 1869 г. Симферопольский окружной суд был открыт и начал свою работу. На территории Крыма в компетенцию этого суда входили: Симферопольский, Евпаторийский, Перекопский, Феодосийский и Ялтинский уезды. Первым председателем Симферопольского окружного суда был опытный юрист Евстафий Николаевич Коловрат-Червинский. Для обеспечения исполнения решения судебных органов были введены должности судебных приставов - по одному на уезд. Начали свою работу нотариусы.
   Самый многочисленный корпус мелких дел был передан мировым судьям. Каждый судебный округ был разделен на несколько судебно-мировых округов, где высшей апелляционной и организационной инстанцией был съезд мировых судей.
   Судебная реформа 1864 г. сыграла огромную роль в становлении нового типа правовых отношений и укреплении юридической защищенности субъектов рыночных отношений и всех подданных государства.
   В 60-70 гг. осуществлялась также военная реформа. В ходе ее реализации Российская империя была разделена на 10 военных округов. Таврическая губерния вошла в состав Одесского военного округа. Во главе округа стоял командующий, который через штаб и окружной совет осуществлял руководство войсками на вверенной ему территории. В Таврической губернии было введено также управление военного начальника. Оно находилось в ведении руководства округа. После создания системы подготовки резерва и введения всеобщей воинской повинности оно приобрело большое значение. 1 января 1874 г. в Российской империи была введена всеобщая воинская повинность. Реформа не предусматривала освобождение крымских татар от военной службы, к тому же отбывать ее они должны были не в отдельных мусульманских частях, а в [194] общеармейских. Ответом на этот закон стала эмиграция военнообязанных татар. Властью была сделана попытка приостановить этот нежелательный процесс. В Крым прибыл князь С.М.Воронцов, сын в прошлом знаменитого генерал-губернатора М.С.Воронцова, который от имени командования пообещал создание особых татарских воинских частей. Такой мусульманский эскадрон действительно был создан, но принимали в него только тех, кто мог явиться в эскадрон с собственным конем, что серьезно ограничивало доступ бедноте. Позднее число таких частей постепенно увеличилось. Они комплектовались на призывной основе.
   С 1 января 1864 г. начинается проведение в жизнь земской реформы, согласно которой в 43 губерниях Российской империи, в том числе и Таврической, вводились выборные органы местного самоуправления -- земства. Они ведали здравоохранением и курортным делом, строительством и содержанием дорог, рядом общеобразовательных учреждений, в основном начальных школ, почтовой связью (в пределах уезда), благотворительностью, устраивали сельскохозяйственные выставки, опытно-показательные станции. Земские органы существовали в виде представительных губернских и уездных земских собраний, депутаты (гласные) которых избирались по трем куриям: землевладельческой, городской и сельских обществ (крестьянской), -- и избиравшихся земскими собраниями постоянных органов -- уездных и губернских земских управ. В Таврической губернии в каждом уезде было образовано уездное земское собрание и уездная земская управа. В Симферополе действовало губернское земское собрание и губернская земская управа. В 1870 г. была проведена городская реформа, которая установила новый порядок городского управления. Устанавливался порядок выборов в городскую думу (главный представительный орган городского самоуправления), полномочия избираемых думой городской управы и городского головы.
   В 1860 г. была проведена финансовая реформа, которая предоставила частным лицам право учреждать частные коммерческие банки и акцио-нерные общества. В Таврической губернии в соответствии с положениями этой реформы были образованы общества взаимного кредита.
   Реформа образования, проведенная в 1863-1864 гг., сформировала стройную систему органов образования от начальных школ до универси-тетов. Для получения среднего образования были утверждены два типа гимназий: классические, с углубленным изучением классических и со-временных иностранных языков и гуманитарных дисциплин; реальные, с акцентом на преподавание математических и естественнонаучных предметов.
   Новые явления хозяйственной жизни. Расширение сферы рыноч-ных отношений. Реформы 60-70 гг. XIX в. привели к значительным изменениям в экономической жизни Крыма. Быстро расширялась сфера рыночных отношений. Росло число торговых заведений. К началу XX в. в одном только Симферополе действовали свыше 650 торговых пред-приятий, а в Евпатории -- более 350. Резко возрос объём торговых сделок. Из Крыма в другие губернии России вывозились фрукты, табак, виноград, вино, рыба, соль, железная руда. И с каждым годом объем экспорта заметно [195] увеличивался. Если в 1860-х гг. вывозилось за границу товаров на общую сумму 2,8 миллионов рублей в год, то к концу века эта цифра достигла 24 млн. рублей, а доля экспорта во всем товарообороте Крыма повысилась с 48,5% до 96,8%. Преобладавшей отраслью внешней торговли был экспорт хлеба, возросший с 2,2 миллионов пудов в 1860-х гг. до 10 млн. пудов в 1913г. Рост хлебного экспорта поставил сельское хозяйство полуострова б зависимость от мирового хлебного рынка, заставив расширить произ-водство зерна до максимально возможных пределов, оттеснив на второй план другие, традиционные для Крыма отрасли (скотоводство, виногра-дарство, садоводство и табаководство). Тем не менее указанные отрасли и экспорт их продукции пусть и не такими темпами, но также продолжали развиваться, за исключении поголовья тонкорунных овец, которое к концу 1880-х гг. начинает сокращаться. В го же время Крым даже в начале XX ст. был вынужден ввозить из других губерний многие продукты питания. В пореформенное время в Крыму начинают открываться заведения, характерные для новой эпохи финансовой и коммерческой деятельности. Так, в 1873 г. в Симферополе было открыто Общество взаимного кредита -- прямой предшественник коммерческих банков. Его основателем был ялтинский землевладелец В.К.Винберг. В конце века в Симферополе была открыта первая в Крыму биржа, располагавшаяся в доме купца первой гильдии Х.К.Чирахова. В начале 70-х гг. XIX в. также в Симферополе открывается первый Гостиный двор, ставший одним из ключевых пунктов торговой жизни Крыма. Крупнейшим центром внешней торговли стала Феодосия.
   Вместе с тем промышленность полуострова довольно долго сохраняла архаические черты. Преобладали мелкие предприятия легкой и пищевой промышленности, а также кустарные и ремесленные промыслы. Но количество предприятий и число работающих на них из года в год увеличивалось. Если в 1868 г. в Крыму действовали 63 предприятия, на которых было занято 184 рабочих, то к началу XX в. число предприятий достигло 264, а количество рабочих на них -- 14,8 тыс. Ведущее место занимал в этом отношении Симферополь. Уже в 1867 г. в городе было 11 предприятий (2 кирпичных, 2 известковых, 3 мыловаренных и свечных, а также 4 табачных завода). В 1876 г. был построен чугунолитейный завод, производивший простейшее оборудование для местных предприятий, а также сельхозмашины. В 1877 г. начали работать макаронная и кожевенная фабрики, пивоваренный завод. В 1880 г. в Симферополе была открыта первая и крупнейшая в Таврической губернии фабрика по переработке овощей и фруктов. Она принадлежала московской фирме "Товарищество А.И.Абрикосов и сыновья". В 1884 г. в Симферополе была создана конфетная фабрика московских купцов Эйнем, а в 1887 г. -- фруктово-конфетная фабрика купца Константинова. Самыми крупными предприятиями по численности рабочих на начало XX в. были металлургический завод в Керчи с 4,2 тыс. рабочих и построенный в 1859 г. судостроительный завод в Севастополе, где работали 4 тыс. человек.
   Среди городов по числу рабочих лидировали Симферополь, Севастополь и Керчь -- в каждом из этих городов их было более 1 тыс. [196] Далее следовала Феодосия -- около 700 рабочих и Евпатория - около 100 рабочих. Менее 100 рабочих имели предприятия Ялты, Перекопа, Балаклавы, Карасубазара и Старого Крыма.
   В пореформенные годы усиленными темпами развивается железно-дорожное строительство. Это было вызвано необходимостью перевозки большого количества грузов и людей в связи с ростом мобильности как товарной массы, так и населения. В 1873 году была завершена постройка линии Лозовая -- Симферополь, а в 1875 г. эта линия была продолжена до Севастополя. Это дало возможность организовать первую в Крыму железную дорогу с регулярным пассажирским сообщением Лозовая -- Севастополь. В 1892 г. вошла в строй действующих железнодорожная линия Джанкой -- Феодосия, а в 1900 г. -- Владиславовка -- Керчь. Эти железнодорожные линии шире открыли для Крыма внутренние рынки Российской империи, а также облегчили доставку экспортного хлеба в крымские порты.
   В пореформенные годы заметно вырос удельный вес хлебопашества, которое к концу 1880-х гг. прочно занимало первое место среди отраслей сельского хозяйства Крыма. Улучшение возможностей сбыта зерна благодаря развитию железнодорожного и морского транспорта привело к резкому увеличению посевных площадей под зерновые культуры и интенсификациизернового хозяйства. Рост производства зерна повлек за собой рост перерабатывающей промышленности, особенно вблизи железных дорог. Так, в Крыму предприятия мукомольной промышленности были сосредоточены в Джанкое, Сарабузе (ныне железнодорожная станция Остряково), Симферополе, Курман-Кемельчи (пгт. Красногвардейское).
   Увеличились посевные площади под табак с 0,5 тыс. десятин в 1861 до 3,7 тыс. десятин в конце 1880-х гг., что было связано с ростом товарности табака и табачных изделий. Первоначально большая часть плантаций крымских табаков находилась на землях Симферопольского и Феодосийского уездов, ко на рубеже ХIХ-ХХ вв. первенство переходит к Ялтинскому уезду, где со временем были сосредоточены 80% всех табачных плантаций Крыма и выращивались лучшие сорта типа Дюбек. Ежегодно с полуострова вывозилось до 100 тыс. пудов табака. Интересно, что основными производителями табака в Крыму были крестьяне, а помещичьи хозяйства играли лишь незначительную роль.
   Новый импульс для развития получило плодовое садоводство. Проведение в Крым железнодорожных путей сделало его более рентабельным. Если ранее крымские татары называли фрукты "гнилым товаром" из-за трудностей их хранения даже на короткий срок, то железнодорожные перевозки сделали возможной быструю доставку фруктов на большие расстояния. В 1880-х гг. из Крыма в центральные районы Российской империи по железной дороге вывозилось до 0,5 миллиона пудов свежих фруктов. Важную роль в развитии плодового садоводства сыграло создание на полуострове консервных заводов.
   Крымская война нанесла большой ущерб виноградарству полуострова. Только в 1880-е гг. были восстановлены на довоенном уровне площади виноградных плантаций, после чего начался их прирост. В Ялтинском [197] уезде во второй половине XIX в. площадь виноградников увеличилась в 2 раза. Большую роль в развитии крымского виноградарства играл в это время Никитский ботанический сад. С 1868 г. при нем функционировало училище садоводства и виноделия, готовившее специалистов для виноградарских и садоводческих хозяйств всего Крыма.
   На основе крымского виноградарства успешно развивалось промышленное крымское виноделие. Возникли крупные винодельческие предприятия и торговые фирмы: Губоника в Гурзуфе, Такмакова в Алуште, Тодорского в Кастеле. Огромный вклад в развитие крымского виноделия внес князь Лев Сергеевич Голицын (1845-1916), с именем которого связано возобновление начатого в первой половине XIX в. промышленного производства российского шампанского. На основе глубокого изучения виноделия Франции, Германии, Испании и Венгрии он пришел к выводу о возможности создания на основе крымского виноградарства и виноделия шампанского, которое по качеству не уступит лучшим зарубежным, в том числе и французским, сортам. Он покупает имение в селе Новый Свет, близ Судака, и строит промышленный комплекс для производства шампанского. После многолетних упорных усилий ему удается в 1890-х гг. наладить производство шампанского, названного сначала "Парадиз", а затем "Новый Свет". Это шампанское выпуска 1899 г. было удостоено в 1900 г. "Гран-при" на Всемирной выставке в Париже, причем признанный французский эксперт и производитель шампанского граф Шандон, к большому своему конфузу, принял голицынское шампанское за вино собственного производства. Это и другие достижения поставили Л.С.Голицына во главе российской школы виноделия. Его деятельность, к слову, носила откровенно некоммерческий характер. Он считал, что лучшие крымские вина должны быть доступны самым малообеспеченным слоям трудового населения и умышленно продавал свои высоко-качественные вина в Москве и других городах по неоправданно низким ценам. Свои средства Л.С.Голицын расходовал на строительство новых винных подвалов, выплату премий за лучшие сочинения по виноградарству и виноделию, лучший столовый виноград и виноградники, за лучшее столовое и ликерное вино и лучшему ученику Никитского училища виноградарей и виноделов. Эти многочисленные траты привели к тому, что Л С.Голицын со временем разорился и его винодельческое предприятие было передано за долги кредиторам.
   В 1894-1897 гг. был построен и начал производство знаменитых крымских вин завод "Массандра", который стал признанным центром возделывания высокосортных виноградных лоз и приготовления вин уникального качества, а также творческой лабораторией классического крымского виноделия. Древние винодельческие традиции населения Крыма, таким образом, не были утрачены.
   Изменения в социальном составе населения полуострова. Формиро-вание органов общественного самоуправления. Реформы 60-70-х гг. привели к значительным изменениям в социальной структуре населения Крыма. Многие из этих перемен произошли в среде крестьянства, Так, в результате реформы 1861 г. резко возросло количество безземельных [198] крестьян. По данным 1880-х гг. они составляли 44% всего крестьянства полуострова. К концу столетия удельный вес безземельных крестьян не-сколько снизился, но все равно составлял 40%. Одновременно шел рост прослойки зажиточных крестьян, в 80-е гг. она составляла 19%. Крестьян середняков было немного, всего 14%. К началу XX в. усилилась кон-центрация пахотной земли в руках дворянства и зажиточного крестьянства: 15,6 тыс. таких хозяйств имели 95% всей земли, причем встречались земельные латифундии до 10 тысяч десятин. Особенно внушительные владения имели такие дворяне, как Фальц-Фейн -- 200 тысяч десятин, Мордвинов (потомок известного адмирала) -- 80 тыс. Обладателями больших земельных владений были представители крымскотатарской аристократии -- мурзы, а также зажиточные немецкие колонисты. Большой земельный массив на Южном берегу Крыма принадлежал царской семье.
   В городах шел процесс формирования класса наемных рабочих. Но удельный вес его был относительно невелик. В 1868 г. в Крыму насчитывалось всего 184 наемных рабочих. К началу XX в. их количество резко возросло -- до 14,8 тыс. человек, но это было ничтожно мало, если принимать во внимание общую численность тогдашнего населения полу-острова -- 547 тыс., и численность городского населения, достигшего 41,9%, т.е. 228,2 тыс. человек. Городское население росло также за счет новых ремесленников, торговцев, количество же чиновников и представителей интеллигенции было невелико и не составляло значительного процента городского населения.
   В соответствии с положениями земской и городской реформ, в Крыму начинается формирование органов местного самоуправления. В каждом уезде были проведены выборы в уездные земские собрания, а на уездных земских собраниях -- в Таврическое губернское земское собрание. Избранные гласные собирались на сессии обычно раз в год на несколько дней. Между сессиями работу земства вели постоянные выборные органы -- уездные и губернские земские управы, состоявшие из председателя управы и нескольких ее членов. Таврическая губернская земская управа ведала вопросами сельского хозяйства, кустарной промышленности, продовольствия, народного образования, страхования, строительства и благоустройства городов на территории губернии. Среди земских деятелей Таврической губернии было немало ярких, неординарных личностей. С 1873 по 1881 гг. председателем Таврической губернской земской управы был В.К.Винберг. Он отличался прогрессивными взглядами, стремлением к демократизации общественной жизни, проводил через земские органы решения, направленные на оказание материальной помощи безземельным крестьянам, вел работу по созданию в Симферополе общества взаимного кредита, учредил земские стипендии неимущим студентам, имел связи с организациями народнического направления. Вскоре после убийства народовольцами императора Александра II В.К.Винберг имел смелость указать на Чрезвычайном губернском земском собрании причины, тормозящие развитие страны: "отсутствие свободы слова, малоземелие крестьянства и тягость лежащих на нем повинностей; а главное, отсутствие органа, правильно выражавшего народную нужду... Только весь народ, в [199] лице его истинных представителей, в состоянии указать на средства к спасению России...". Призыв к парламентаризму вскоре после цареубийства и почти сразу наметившегося поворота от реформ к реакции стал для В.К.Винберга роковым. Таврическим губернским жандармским управлением против него было заведено дело по обвинению в сочувствии стремлениям народников, и вскоре он был вынужден покинуть свой пост. Другой яркой личностью во главе Таврической губернской земской управы был А.Х.Стевен, сын знаменитого ботаника, основателя Никитского ботанического сада Х.Х.Стевена. Он занимал пост председателя управы с 1883 по 1894 г. Он также был человеком широких демократических взглядов, стоял во главе многих культурных начинаний в жизни Крыма, способствовал развитию крымских курортов, особенно евпаторийского и сакского. О его деятельности в качестве Председателя Таврической ученой архивной комиссии рассказано в отдельном разделе.
   Еще одним проявлением общественной активности в пореформенные годы было кооперативное движение. Появившееся на волне реформ, оно стало проявлением жажды общественного творчества активной части населения Крыма, стремившейся пересадить на родную почву ростки западноевропейской кооперации. В 1868-1870 гг. в Крыму возникли: Керченское потребительское общество "Сбережение и потребление", Севастопольское потребительское общество с тем же названием и "Симферопольское потребительское общество". Практичность и энтузиазм зачинателей нового дела первоначально позволили добиться роста числа покупателей в кооперативных магазинах, роста числа взаимовыгодных сделок, но усиление консерватизма правительства в 70-е гг., недовольство торговцев "старого закала" новоявленными конкурентами постепенно привели эту "первую волну" кооперативного движения к упадку. В 70-80 гг. была на время потеряна сама вера в кооперацию.
   К проявлениям общественной активности следует отнести и деятельность в Крыму представителей революционного народничества, самого сильного в то время оппозиционного царизму течения общественной мысли, применявших на разных этапах своей деятельности различные приемы борьбы с царизмом: от пропаганды своих идей среди крестьян и создания рабочих кружков до индивидуального террора. Народники были грозным и влиятельным фактором общественной жизни Российской империи. С Крымом были связаны детство и юность одного из лидеров организации "Народная воля" Андрея Желябова, уроженца Феодосийского уезда, выпускника Керченской гимназии. Именно в Крыму в беседах с крестьянами А.Желябов разочаровался в действенности пропаганды и пришел к идее террора. В июле 1879 г. А.Желябов и его сообщник П.А.Теллалов разрабатывали план покушения на императора Александра II в Крыму, изучали возможности для покушения в Ялте, Севастополе и Симферополе, тренировались в метании бомб на тогдашней окраине Симферополя -- Феодосийском шоссе. А.Желябов неоднократно бывал на железнодорожном вокзале Симферополя, тщательно изучая возможности для покушения. В конце концов А.Желябов за организацию Цареубийства был приговорен к смертной казни и повешен. [200]
   Изменения в национальном составе населения полуострова. Массо-вый выезд крымских татар. Переселение в Крым эстонцев, болгар, немцев, чехов. Главной характерной чертой демографических процессов в Крыму второй половины XIX в. был рост многообразия национального состава населения полуострова. Одним из важнейших факторов этого процесса была эмиграция крымских татар, усилившаяся после Крымской войны. Первая волна послевоенной крымскотатарской эмиграции была сравнительно немногочисленной и состояла из протурецки настроенных феодалов - беев и мурз и некоторых представителей мусульманского духовенства, опасавшихся репрессий за свои симпатии к Стамбулу в годы недавней войны. Вторая волна, относящаяся к началу 1860-х гг., вовлекла в эмиграцию несравненно большее число крымских татар. Причиной тому было ухудшение социально-экономического положения крымских татар в этот период. Созданная в 1856 г. Комиссия по разбору жалоб на помещи-ков и вообще для изыскания способов нормализации татарской экономики в 1859 г. приняла решение, согласно которому ходатайства о наделах вообще не принимались к рассмотрению, а арендная плата, ранее натуральная, заменялась денежной, что ставило крымскотатарских крестьян, которые вели преимущественно натуральное хозяйство, в экономический тупик. В ходе Крымской войны был прерван сбыт аграрной продукции по тради-ционным черноморским торговым путям, что привело к разорению многих крымскотатарских хозяйств, бедствовавших в условиях обезземеливания и произвола царских властей. В силу этих причин с начала 1860 г. эмигра-ционное движение принимает массовый характер. Пик этой волны пере-селения пришелся на 1863 г., когда совершенно опустели 784 деревни. Основную часть переселенцев составили жители степных уездов. Обитатели горных районов в большинстве своем остались на месте, так как имели больше возможностей для экономического выживания. По официальным данным, в период эмиграции 60-х гг. Крым покинули 141667 человек, но если учесть количество татар, выехавших нелегально, без паспорта, то вполне вероятно, что число эмигрантов могло намного превысить 150 тыс. Эмиграция нанесла тяжелый ущерб экономике полуострова. Резко сократилось сельскохозяйственное население. Если в 1853 г. количество сельских жителей составляло 225,6 тыс. человек, то в 1865 г. оно равнялось только 112 тысячам.
   Следующий этап эмиграции крымских татар относится к 1873-1890 гг. Он был также порожден целым комплексом социально-экономических, политических и идеологических причин. Недовольство татар актами экономического и национального притеснения со стороны царского правительства и российского дворянства усилилось после принятия в 1874 г. закона о всеобщей воинской повинности, который лишил крымских мусульман прежнего освобождения от военной службы в общеармейских частях. Принятие вышеуказанного закона привело к тому, что уже к весне 1874 г. Крым покинули первые 300 крымскотатарских призывников, а губернская канцелярия была завалена прошениями о выдаче паспортов на выезд за границу. До конца 1874 г. эмигрировало около 500 человек, не считая выехавших без паспортов на турецких фелюгах, отходивших по [201] ночам из Евпатории, Судака, Севастополя и Гурзуфа. Поток эмигрантов прекратился только после обострения российско-турецких отношений и начала русско-турецкой войны 1877-1878 гг.* Последняя, третья волна эмиграции имела место в 1890-е гг., когда в Крыму поднялась паника из-за создания Противомусульманской лиги. Ходили распускаемые кем-то слухи, что цель лиги -- насильственное обращение всех татар в православие. Публикациям об истинных целях лиги не верили. Власти также не препятствовали насаждению панических настроений. Сыграл свою роль и непомерный рост арендной платы, при котором работа на арендованных участках себя не окупала. В итоге эмиграции заметно сократился удельный вес крымскотатарского населения полуострова. К 1917 г. крымские татары оставляли 36,6% сельского населения и 11,3%-- городского. Одновременно с процессом эмиграции крымских татар шел процесс быстрого роста числа переселенцев в Крым, большинство из которых составляли бывшие русские крепостные крестьяне.
   (* К началу войны уже был восстановлен Севастополь, начал возрождаться Черноморский флот. В ходе войны Славные традиции русского оружия приумножили подвиг парохода "Веста", одолевшего туреикий броненосец "Фетхи Буленд", и удачные минные атаки, организованные С.О.Макаровым, будущим адмиралом (войну начал лейтенантом, закончил капитаном 2-го ранга). Тогда же при освобождении болгарских городов (Ловиче, Плевне и др.) от турок отличились две команды лейб-гвардии крымских татар собственного Его Величества конвоя, находившиеся в действующей армии.)
   В 1860-е гг. начинается переселение в Крым эстонцев, которых привлекла дешевизна земли из-за эмиграции татар. В 1861-1863 гг. эстонцы из Лифляндской губернии основали на территории Симферопольского, Евпаторийского и Перекопского уездов поселения Токульчак, Джурчи, Кият-Орка, Суерак, Моний, Темир-Булат, Замрукидр. Эстонцы имели весомые причины для переселения: они страдали от малоземелья, преследований властей по религиозным мотивам (за участие в сектантском движении крестьянина Ю.Лейнберга). Эстонские поселенцы сумели наладить в Крыму высокопродуктивное сельскохозяйственное производство, уступавшее разве что производству немецких колонистов. Также в 1860-е гг. происходит новый этап переселения в Крым болгар. Правда, часть из них после войны 1877-1878 гг. вернулась на родину, но и в 1897 г. в Крыму проживали 7,5 тыс. болгар.
   В это же время начинается новая волна переселения немцев. Уже в 1864 г. в Крыму появились 3245 новых немецких поселенцев, образована 41 колония, преимущественно в степной части полуострова. К концу столетия немцы составляли 22% населения Перекопского уезда, 12% -- Евпаторийского и 4% -- Феодосийского. Среди немецкого населения, как и прежде, преобладали сектанты-менонниты. Характерной чертой этой группы населения была замкнутость и нежелание общаться с другими национальными общинами Крыма. С экономической точки зрения немцы были самой преуспевающей частью переселенцев. Они добивались блестящих результатов в земледелии, скотоводстве, садоводстве, виноградарстве и шелководстве. По переписи 1897 г., в Крыму проживало более 30 тыс. немцев. [202]
   В начале 1860-х гг. царское правительство попыталось организовать переселение в Крым выходцев из Чехии, входившей тогда в состав Австрийской империи. Планировалось расселить в Таврической губернии до 10 тыс. чехов. Но прибывшие в Крым переселенцы не смогли быстро приспособиться к новым условиям, не получили пригодной для хозяйства земли и оказались в тяжелейших условиях. В результате многие из них вернулись на родину. Остальные были расселены на казенных землях Перекопского уезда, где образовали 4 деревни.
   Таким образом, в 1860-е -- 1890-е гг. за счет переселенцев произошло стремительное, небывалое в истории Крыма увеличение численности населения. За 30 с небольшим лет оно утроилось (со 194 тыс. человек в 1865 г. до 547 тыс. в 1897 г.). К 1897 г. доля русских среди жителей Крыма достигла 33,1% и почти сравнялась с долей крымских татар, украинцев стало 11,8%, немцев -- 5,8%, евреев -- 4,7%, греков -- 3,1%, армян -- 1,5%. Кроме того, в Крыму проживали поляки, эстонцы, чехи, крымчаки, караимы и другие народы.
   Начало превращения Крыма в здравницу. В XIX в. начинается процесс превращения Крыма в центр оздоровления. У истоков научного изучения лечебных факторов Крыма были такие выдающиеся медики как С.П.Боткин и В.Н.Дмитриев.
   В годы Крымской войны молодой врач С.П.Боткин добровольно вступил в отряд врачей, сформированный Н.И.Пироговым для службы в осажденном Севастополе. Это было его первое знакомство с Крымом. В 1870 г. С.П.Боткин, получивший к тому времени звание академика, первым из русских врачей был назначен лейб-медиком царской семьи. Сопровождая по долгу службы императрицу каждое лето в Крым (Ливадию), он одним из первых врачей открыл исключительную благоприятность климатических условий Южного берега Крыма для лечения туберкулезных больных. Наилучшими по своим целебным качествам он считал районы Эреклика и Ливадии. Согласно рекомендациям С.П.Боткина, в Эреклике был построен санаторий для императрицы. По его же инициативе был заложен лечебный корпус на Поликуровском холме. С.П.Боткин предсказывал Крыму "большую будущность".
   Достойным соратником С.П.Боткина по научному обоснованию и практическому обустройству курортов Крыма был В.Н.Дмитриев, которого коллеги назвали "собирателем и устроителем крымских курортов". Начиная с 1867 г. В.Н.Дмитриев занимался врачебной практикой в Ялте, одновременно изучая климатические и лечебные условия Южного берега Крыма. Будучи первооткрывателем в области изучения климата Южного берега, он уделял первостепенное внимание проблемам климатолечения, аэротерапии -- лечения воздухом, тем более, что сам лично избавился от болезни легких благодаря крымскому воздуху. В.Н.Дмитриев первый ввел во врачебную практику лечение виноградом, морскими купаниями, разумно дозированными физическими нагрузками, кефиром как лечебным средством. Итоги исследований В.Н.Дмитриева были обобщены в его печатных трудах: книгах "Очерки климатических условий Южного берега Крыма" (1890), "О пользовании воздухом в Ялте" (1894), "Лечение [203] виноградом в Ялте и на Южном берегу Крыма" (1886).
   Во второй половине XIX в. в Крыму начинается организация центров лечебного и оздоровительного характера. Особо модным и престижным с 1861 г. становится Южный берег Крыма, когда Ливадия стала летней царской резиденцией. Следом за царской семьей потянулись дворяне, военная знать, элита чиновничества, купцы, предприниматели. Они скупали здесь земли, строили дворцы и дачи. Человеку без высоких доходов отдых на Южном берегу был практически недоступен. Отдельные энтузиасты-филантропы пытались как-то изменить это положение, В конце XIX в. московский хирург А.А.Бобров решил создать детский санаторий для лечения костного туберкулеза. За счет собственных сбережений и при помощи общественности он сумел в 1902 г. открыть на западной окраине Алупки детский санаторий, получивший неофициальное имя "Бобровка". Усилиями великого русского писателя А.П.Чехова в 1900 г. на частные пожертвования был открыт сначала пансионат, а затем и санаторий для туберкулезных больных.
   Развивались оздоровительные учреждения и в других уголках Крыма. В Евпатории с 1874 г. в помещениях, где ранее размещалась карантинная служба, была открыта военно-санитарная глазная станция, где лечили морскими и лиманными купаниями, а также гимнастикой. Разработанные на станции под руководством талантливого врача В.Н.Парийского рекомендации стали, по сути, началом климатолечения в Евпатории. С 1874 г. начинается систематическое лечение больных на Мойнакском озере, при этом брало "Грязевое заведение" за услуги недешево. Тем не менее, лечение приносило исцеление людям и открывало дорогу более совершенным медицинским методам. В 1884 г. земские врачи С.И.Ходжаш и С.П.Цеценовский взяли озеро в аренду на 40 лет и уже через 2 года построили здесь здание грязелечебницы и купальню с 16 номерами.
   Во второй половине XIX в. начинается восстановление разрушенной в годы Крымской войны Сакской грязелечебницы. Ока возобновила свою работу в 1858 г., но до 1864 г. больных на курорте было сравнительно мало, лечились здесь в основном военные. В мае 1880 г. грязелечебницу приняла под свою опеку Таврическая губернская земская управа. Земству удалось построить гостиницу на 70 номеров для зажиточных больных, бараки для немногочисленных "земских" больных, лечившихся за счет земства, два ванных здания и другие постройки. Все эти расходы окупились и дали прибыль. В 1890 г. на земском собрании было решено залолсить курортный парк. Усилиями талантливого садовода П.С.Мельниченко в 1891-1892 гг. был создан "роскошный парк".
   Образование. Создание женской гимназии, научных центров, музе-ев. В процессе осуществления реформы образования 1863 г. происходило увеличение числа общеобразовательных учебных заведений. Открывались новые средние учебные заведения. Так, наряду с существовавшей с 1812 г. Симферопольской казенной мужской гимназией, были открыты: Керченская Александровская классическая гимназия, созданная по решению Совета Одесского учебного округа от 27 ноября 1863 г. на основе ранее существовавшего уездного училища. Были повышены в статусе из [204] прогимназий Феодосийская классическая гимназия (в 1883 г.), Ялтинская Александровская классическая гимназия (в 1894 г.) и Евпаторийская классическая гимназия (в 1903 г.). Кроме государственных, в Симферополе были созданы 2 частные классические гимназии. Мужская гимназия М.А.Волощенко, преобразованная из частного восьмилетнего мужского училища 1 разряда, была открыта в 1904 г., а гимназия Е.И.Свищова была повышена из категории прогимназии в 1907 г.
   В пореформенные годы начала создаваться система среднего женского образования. Согласно уставу учебных заведений 1871 г., в том же году в Симферополе была открыта первая в Крыму министерская женская гимназия. С 1876 г. начала работу Севастопольская женская гимназия. В 1889 г. из ранее существовавшей прогимназии была образована Ялтинская казенная гимназия. И, наконец, в 1900 г. открылась Карасубазарская женская гимназия. Были и частные средние учебные заведения для женщин. В Симферополе в 1904 г. открылась частная женская гимназия Е.И.Оливер, а в 1907 г. -- гимназия В.А.Станишевской.
   Созданные после проведения школьной реформы реальные гимназии с естественнонаучным профилем обучения просуществовали недолго и были, в соответствии со школьным уставом 15 мая 1872 г., преобразованы в реальные училища с шестилетним курсом обучения. Среди реальных училищ самую высокую репутацию имели Симферопольское и Севастопольское Константиновское. Кроме того, в Таврической губернии существовало несколько коммерческих училищ, в том числе Симферополь-ское, открытое в 1892 г., Ялтинское, работавшее с 1914 г., и Частное семиклассное коммерческое училище А.И.Хохловкина, начавшее работу с 1905-1906 гг. Они были подведомственны министерству торговли и промышленности и создавались за счет купечества Крыма.
   В рамках государственной системы образования существовало специальное учебное заведение, обеспечивавшее для Крыма подготовку кадров православного духовенства. В 1873 г. по решению учебного комитета Святейшего Синода в Симферополе была создана Таврическая духовная семинария. Аналогичные государственные учебные заведения имели и представители некоторых других этно-конфессиональных групп полуострова. Они имели статус прогимназий, как, например, Александровское караимское духовное училище, основанное в 1894 г., подчинявшееся Министерству народного просвещения, курировавшееся попечителем Одесского учебного округа и контролировавшееся Таврическим и Одесским караимским гахамом, или Симферопольская татарская учительская школа, созданная в 1871 г. и готовившая педагогов для русско-татарских министерских училищ.
   Вообще в Крыму этого периода возможность получать религиозное образование имели представители практически всех существовавших тогда конфессий. Кроме учебных заведений для христиан православного обряда -- духовной семинарии, епархиальных училищ и церковно-приходских школ, существовали школы для христиан-католиков: римско-католические приходские училища, армяно-католические начальные училища; протестантские учебные заведения: евангельско-лютеранские училища и [205] меноннитские учебные заведения; школы для армяно-григорианской церкви -- церковно-приходские школы и, наконец, учебные заведения для старообрядцев. Для представителей иудаизма существовали как еврейские учебные заведения различных типов (училища "Талмуд-Тора", училища при молитвенных домах и др.), так и караимские. Исламская конфессия, представленная крымскими татарами, турками, цыганами-мусульманами, имела систему крымскотатарских учебных заведений мектебов и медресе.
   Еще большее разнообразие имело деление учебных заведений по этни-ческому признаку. Учебные заведения имели представители следующих этнических групп: восточнославянские народы (русские, украинцы, белорусы), болгары, греки, поляки и литовцы, крымские татары, евреи, караимы, крымчаки, армяне, немцы, австрийцы, чехи, эстонцы.
   Свидетельством культурного развития Крыма рассматриваемого периода является совершенствование уже существующих и создание новых музеев. Так, открытый еще в 1811 г. первый на полуострове музей -- Феодосийский музей древностей получил новую жизнь после того, как в 1871 г. на средства, собранные выдающимся живописцем И.К.Айвазов-ским, и по его проекту было выстроено новое музейное здание. Уникальным явлением в музейном деле стала основанная в 1880 г. в той же Феодосии картинная галерея, ставшая единственным в мире музеем маринистической живописи. Она также была построена на средства знаменитого феодосийца И.К.Айвазовского и в 1900 г., согласно его завещанию, передана городу Феодосии. Основу экспозиции составили произведения И.К.Айвазовского, его учеников и последователей. В 1897 г. в Севастополе был открыт Севастопольский морской музей-аквариум, экспозиция которого была призвана показать богатсва растительного и животного мира Черного моря, его уникальные природные свойства.
   Память героев обороны Севастополя в Крымскую войну была призвана увековечить панорама обороны Севастополя, выполненная художником Ф.А.Рубо. Она была открыта 14 мая 1905 г.
   Все более оживленной становилась и научная жизнь Крыма. Ярким примером тому может служить деятельность Таврической ученой архив-ной комиссии.
   Таврическая ученая архивная комиссия (ТУАК). Во второй половине XIX в. возрастает интерес к научному отбору для постоянного хранения и изучения архивных материалов. В Крыму с этой целью 24 января 1887 г. была создана Таврическая ученая архивная комиссия (сокращенно ТУАК). Она была шестой по счету из 35 подобных комиссий, организованных в губернских центрах Российской империи. Перед Комиссией стояла задача изучения и упорядочения многочисленных архивных фондов Таврической губернии, накопившихся за столетие пребывания Крыма в составе России. ТУАК занималась также учетом и обследованием археологических памятников.
   В первые годы существования Комиссию возглавлял ее первый почетный председатель Александр Христианович Стевен (1814-1910), младший сын знаменитого Х.Х.Стевена, основателя Никитского ботанического сада, "Нестора ботаников". А.X.Стевен с золотой медалью окончил [206] Симферопольскую мужскую гимназию, а затем физико-математический факультет Петербургского университета. Он испытал благотворное влияние отца и его друзей -- академиков П.И.Кеппена и А.Я.Фабра, врачей Ф.К.Мильгаузена и А.Ф. Арендта. А.Х.Стевен рано проникся уважением и. интересом к историческому прошлому Крыма, Еще до образования ТУАК он пытался привлечь внимание местных властей к проблеме охраны памятников истории и культуры полуострова, основал при губернской земской управе библиотеку "Таврика", где были собраны книги и рукописи о Крыме на русском и иностранном языках (ныне это собрание стало основой библиотеки "Таврика" при краеведческом музее АР Крым), А.Х.Стевен был активным общественным деятелем. Он создал благотворительный фонд для безвозмездной выдачи пособий населению, пострадавшему от стихийных бедствий, стал инициатором благоустройства Сакской земской грязелечебницы, основания в Симферополе отделения Русского общества садоводства, учреждения при губернской земской управе первого в России энтомологического кабинета. А.Х.Стевен собрал превосходные археологическую и нумизматическую коллекции, которые подарил ТУАК, поддерживал раскопки Херсонеса, стал инициатором создания археологической карты Крыма, а в 1889-1890 гг. лично участвовал в раскопках курганов в окрестностях Симферополя.
   На первом заседании ТУАК 30 мая 1887 г. был определен круг ее работ и намечена первостепенная задача -- безотлагательно обследовать губернские архивы с минимальной гарантией сохранности и спасти исторически значимые документы. Решено было обследовать и древности, особенно те, которые нуждались в срочных охранных мерах, препятствовать вывозу из Крыма ценных археологических и археографических памятников. Было принято решение о периодической публикации "Известий ТУАК" и создании при Комиссии специальной библиотеки.
   Несмотря на самые неблагоприятные условия, крайнюю нехватку средств и помещений Комиссия вела самоотверженную работу по сохранению архивов Крыма, организовала выпуск первых томов "Известий ТУАК", создавала музей и библиотеку. При участии сотрудников ТУАК были организованы экспедиции по Крыму под руководством Н.И.Веселовского и Ю.А.Крачковского в Керчи, на Южном берегу Крыма и Мангуп-Кале. Сотрудники ТУАК разыскивали и изучали старинные документы, археологические, эпиграфические и нумизматические материалы, путевые записки, мемуарные и литературные работы по истории Крыма, вводя в научный оборот мало известные, а то и вовсе не известные сведения о полуострове. Значение Комиссии в научной жизни было настолько велико, что быть ее членами считали честью такие видные ученые, как В.Д.Смирнов, В.Б.Антонович, Н.И.Веселовский, А.С.Лаппо-Данилевский, А.И.Багалей, В.В.Латышев, М.В.Довнар-Запольский.
   Помимо ТУАК заметное место в научной жизни полуострова занимала открытая в 1871 г. Симферопольская морская биологическая станция, сотрудники которой занимались изучением живых организмов Черного моря, внесли немало полезных рекомендаций по рациональному использованию его рыбных ресурсов. [207]
   Развитие библиотечного дела. С деятельностью ТУАК было связано и развитие библиотечного дела в Крыму. В 1873 г. при ней по инициативе А.Х.Стевена была организована первая на полуострове научная библиотека, знаменитая "Таврика". Ее основу составили труды К.И.Габлица, "Памятная книга Таврической губернии", Новороссийские календари, сочинения П.С.Палласа, П.И.Сумарокова, П.И.Кеппена.
   В Крыму возникают и общественные библиотеки. В 1870-х гг. купец Ицка Берг устроил в Симферополе городскую платную библиотеку. В 1884 г. ее купил С.Б.Туманов, согласно завещанию которого эта библиотека в 1890 г. была передана городу и начала действовать как бесплатная городская библиотека и Тумановская бесплатная читальня.
   Развитие крымскотатарской культуры. Во второй половине XIX в. становится заметным возрождение светской научно-педагогической и художественной крымскотатарской литературы, продолжился процесс оформления национального языка. Этому способствовала деятельность выдающихся просветителей Абдурахмана Крым Ховадже и Абдурефи Боданинского. Они стремились сблизить русскую и крымскотатарскую культуру, творчески воспринять наиболее известные достижения мировой культуры. Их позиция основывалась на осознании необходимости развития просвещения и интеграции родного народа в полиэтническую среду Российской империи. Известным гуманистом и деятелем национальной культуры был Асан Нури, который вместе с Исмаилом Гаспринским обсуждал вопросы о необходимости создания и развития крымскотатарской печати, в том числе и периодической.
   Исмаил бей Мустафа оглу Гаспринский родился 8 марта 1851 г. (здесь и далее даты даны по юлианскому календарю) в дер. Аджикой в семье офицера русской службы, утвержденного в дворянском достоинстве. Первоначальное образование И.Гаспринский получил в начальной этно-конфессиональной школе. Позже продолжил обучение в Симферопольской казенной мужской гимназии (1861-1862), в Воронежском военном учебном заведении, а затем во 2-й Московской военной гимназии. Не окончив учебы, вернулся в Крым, где стал учителем начальной школы. В 1871 г. уехал во Францию. С 1874 по 1875 г. жил в Турции. Вернувшись в Крым, он был избран гласным (депутатом) Бахчисарайской городской Думы, а с 13 февраля 1879 по 5 марта 1884 гг. возглавлял органы местного самоуправления в должности городского головы.
   С 1879 г. И.Гаспринский предпринимал неоднократные попытки создать собственное издательство для единоверцев Российской империи. Известны его предложения организовать выпуск периодических изданий на крымскота-тарском языке "Файдалы эглендже" (1879-1880), "Закон" (1881). После дол-гой борьбы, с 10 апреля 1883 г. И.Гаспринскому разрешили издавать и редак-тировать первую крымскотатарско-русскую газету "Переводчик -- Терджиман", которая долгое время была единственным тюркоязычным периодическим изданием в России, а с начала XX в. -- старейшей мусульманской газетой в мире. Она просуществовала почти 35 лет и была закрыта 23 февраля 1918 г.
   Через газету его идеи, а также информация о положении тюрко-мусуль-манских народов в Российской империи распространялись во многих стра-нах. Известно, что о деятельности И.Гаспринского часто писали ведущие из-дания Франции и Англии, которые, как известно, имели свои политические и экономические интересы на Востоке. Однако больше всего материалами изда-ния И.Гаспринского пользовалась печать исламских народов. На ее страницах [208] проявился талант И.Гаспринского -- редактора, публициста, писателя.
   С именем И.Гаспринского связано основание и развитие просветительского движения народов исламского Востока -- джадидизм (новый, звуковой метод обучения грамоте), которое радикально изменило суть и структуру начального образования во многих мусульманских странах, придав ему более светский ха-рактер. И.Гаспринским были разработаны основы преобразования мусульман-ской этно-конфессиональной системы народного образования. Его "новые мето-ды обучения" с успехом применялись не только в Крыму, но и в Татарстане, Казахстане, Башкортостане, Туркменистане, Таджикистане, Узбекистане, Киргизстане, Азербайджане, Турции, Северной Персии и Восточном Китае. Им была написана и издана серия учебных пособий для национальных новометодных школ. Многие из них добивались присвоения им имени И.Гаспринского.
   С 1905 г. И.Гаспринский и его единомышленники создали мусульманскую либеральную организацию "Иттифак эль муслимин" ("Союз мусульман"), сто-явшую на позициях, сходных с программой "партии народной свободы" консти-туционных демократов (партия лево-либерального направления). Он был членом ЦК и непосредственно возглавил Крымское отделение "Иттифак эль муслимин". Осенью 1905 г. он и возглавляемое им отделение организации перешли на позиции "Союза 17 октября" (партия право-либерального направления).
   Мировоззренческие принципы и идеи И.Гаспринского зиждились на ос-нове либеральной идеологии, прогрессивного развития общества, дружбы сла-вянских и тюркских народов, конфессиональной терпимости христиан и му-сульман, неприятия наиболее радикальных требований социалистов. Ему были чужды революционные методы изменения общества.
   И.Гаспринский -- автор нескольких художественных произведений. Сре-ди них необходимо отметить роман "Письма Моллы Аббаса Франсови", час-тью которого является утопическая повесть "Дар уль Рахат мусульманлары"; антиутопическую повесть -- "Африканские письма"; исторический рассказ "Арслан Кыз"; мистическую новеллу -- "Горе Востока" и некоторые другие. Он явился родоначальником многих литературных и публицистических жан-ров не только у крымских татар, но и у других тюркских народов
   И.Гаспринский был награжден несколькими орденами и медалью.
   Он умер 11 сентября 1914 г. в Бахчисарае и похоронен на территории Зинджерлы медресе. Имя великого сына Крыма стоит в ряду величайших просветителей Востока.
   Среди других представителей крымскотатарской культуры, многие из которых были современниками И.Гаспринского, его единомышленниками и учениками, необходимо отметить Мемета Нузета, Абдурамана Кадри-заде, Якуба Шакир-Али, Мемета Ниязи, Османа Акчокраклы, Асана Чергеев, Усеина Шамиль Тохтаргазы, Абибуллу Одабаша, Номана Челебиджихана*, Аблякима Ильмий, Асан-Сабри Айвазова, Шевки Векторе, Абдуллу Лятиф-заде, Сеид-Абдуллу Озенбашлы, Джемиля Керменчикли, Бекира Чобан-заде и многих других. По мнению современных исследователей (Р.Фазыл, С.Нагаев), творчество этой плеяды литераторов сыграло огромную роль в пропаганде передовых идей в среде крымских татар. Художественное наследие писателей и поэтов этого времени составило золотой фонд [209] национальной литературы. Среди общественно-политических деятелей крымских татар того времени нужно отметить Сеит-Джелиля Хаттатова, Мустафу Давидовича, Мустафу Кипчакского, аджи Абдульджемиля бадраклы, Абла Гафари, Сулеймаиа Крымтаева. Их последователями стали представители нового поколения Номан Челебиджихан, Джафер Сейдамет, Сеит Умер Турупчи и ряд других. Они стремились отразить и защитить национальные чаяния крымскотатарского народа, способствовали реформированию системы народного образования, развитию культуры и искусства.
   (* Номан Челебиджихан (Челебиев Челеби) (1885-1918) является автором национального гимна крымских татар "Ант эткенмен". Начальное образование Номан получил в Крыму, а в 1912 г. закончил Стамбульский университет. После Февральской революции 1917 г. он возвращается в Крым и вместе с Д.Сейдаметом и др. активистами возглавляет национальное движение крымских татар. Расстрелян большевиками в феврале 1918 г.)
   Печатное дело развивал известный просветитель Ильяс Бораганский, которому удалось организовать в Санкт-Петербурге типографию для печатания литературы на "мусульманских наречиях". Развитием национальной периодики вплотную занимался выдающийся общественный деятель и пламенный публицист Абдурешит Медиев. Он в разное время издавал ряд газет на крымскотатарском языке, но наиболее известным его изданием стал "Ватан хадими" ("Слуга Отечества"). Вершиной общественно-политической деятельности было избрание А.Медиева депутатом Государственной Думы Российской империи II созыва, где он стал секретарем мусульманской фракции.
   Более правую позицию занимал выдающийся общественный деятель и просветитель Исмаил Муфтий-заде. Он активно работал в органах местного самоуправления, покровительствовал развитию национального образования, был избран депутатом Государственной Думы Российской империи III созыва, включившись в работу октябристской фракции.
   Влиятельным представителем просвещенного духовенства и прогрессивным деятелем образования был мудерис аджи Абибулла-ефенди. Он реформировал одно из старейших крымских медресе Зинджирли в соответствии с духом времени, являлся организатором обновленного учебного процесса, был известным поэтом и смелым мыслителем.
   Деятельность в Крыму выдающихся ученых. С Крымом связаны мно-гие страницы жизни великого хирурга, основоположника военно-полевой хи-рургии и анатомо-экспериментального направления в хирургии Николая Ива-новича Пирогова (1810-1881). Н.И.Пирогов закончил медицинский факультет Московского университета и был включен в число способнейших студентов, направленных для дальнейшей учебы в Дерптский (Тартусский) университет. В 22 года он защитил докторскую диссертацию и получил звание профессора. С 1835 г. он является профессором хирургии в Дерптском университете, а в 1841 г. назначается профессором Петербургской медико-хирургической акаде-мии. В 1846г. Н.И.Пирогов избирается академиком Петербургской Академии наук.
   С началом Крымской войны Н.И.Пирогов обращается в военно-медицин-ский департамент с предложением "употребить свои силы и познания для пользы армии на боевом поле". В октябре 1854 г. он добивается разрешения выехать в действующую армию "для дальнейшего наблюдения за успешным лечением раненых". Н.И.Пирогов собирает группу хирургов из числа своих учеников и 12 ноября 1854 года прибывает в Севастополь. Он осмотрел севас-топольские морской и сухопутный госпитали, принял меры по наведению в них элементарного порядка. Во время севастопольской обороны в полной мере раскрылись организаторские способности Н.И.Пирогова, который сумел осознать, [210] что успех медицинской службы на войне зависит прежде всего от ее правильной организации. Н.И.Пирогов четко определил ключевые пункты организации медицинской помощи раненым: устройство этапов эвакуации и главного перевязочного пункта, обеспечение транспортировки раненых и под-готовка транспортирующих врачей и медсестер. Он стал зачинателем метода сортировки раненых и больных. В ходе обороны Севастополя Н.И.Пирогов усовершенствовал и применил в массовом масштабе такие методы лечения, как костно-пластическая операция, обезболивание с помощью хлороформа, приме-нение неподвижной гипсовой повязки, положившее начало "сберегательному лечению" раненых с поражением больших костей. Н.И.Пирогов впервые ука-зал на регулирующее действие центральной нервной системы и общего состо-яния организма на лечение ранений и их осложнений. Он непрерывно опери-ровал в осажденном Севастополе, руководил эвакуацией и лечением раненых в больных. Несколько месяцев хирург жил в Симферополе, осмотрев и про-оперировав сотни раненых. Его непримиримая позиция по отношению к каз-нокрадам из военного ведомства и интендантства, с которыми он сражался, отвоевывая для госпиталей все необходимое и разоблачая факты воровства и наживы на раненых, привела к тому, что Пирогов был буквально выжит из действующей армии и 13 июня 1855 г. покинул Крым.
   После Крымской войны, будучи попечителем Одесского учебного округа, Н.И.Пирогов не прерывал связи с полуостровом. Он лично осмотрел все учеб-ные заведения в Симферополе, указал на плохое состояние учебных помеще-ний и другие хозяйственные неполадки и потребовал срочного исправления положения. Н.И.Пирогов предлагал расширить сеть учебных заведений в Крыму, восстановить пансион при Симферопольской казенной мужской гим-назии, закрытый в годы Крымской войны.
   Александр Львович Бертье-Делагард (1842-1920) внес большой вклад в развитие истории и археологии Крыма. Уроженец Севастополя, военный ин-женер по профессии, дослужившийся до генерала инженерной службы, он большую часть своей жизни занимался строительством. В Севастополе он устроил первый в городе водопровод, спланировал Приморский и Военный бульвары, восстановил Адмиралтейство, руководил озеленением города, строил береговые укрепления, причалы, порт. В Ялте плодами его трудов были порт и мол, а также водопровод, а в Феодосии -- ветка железной дороги и порт. Напряженная организаторская работа в области строительства не помешала серьезным занятиям А.Л.Бертье-Делагарда историей, археологией и нумизма-тикой, причем на весьма высоком научном уровне. Он основательно исследо-вал "пещерные города" Крыма, организовывал, как правило за свой счет, мно-голетние полевые археологические работы: разведки в окрестностях Севасто-поля, обследование Неаполя Скифского, раскопки в Херсонесе, Судаке, на Южном берегу Крыма. А.Л.Бертье-Делагард составил планы или схемы многих других исторических памятников Крыма. По материалам своих исследований он на-писал ряд содержательных научных трудов, опубликованных в "Записках Одесского общества истории и древностей", вице-президентом которого он состоял, и в "Известиях ТУАК", членом которой он был с 1889 г. Особенно интересны его публикации о древностях окрестностей Севастополя, об иссле-довании археологического комплекса Фуна у горы Демерджи, об археологичес-ких памятниках Каламита и Феодоро, о Тмутараканском камне. В "Известиях ТУАК" была опубликована его фундаментальная монография "Исследование некоторых недоуменных вопросов средневековья в Тавриде". Свое обширное собрание старинных карт, планов, гравюр, богатую библиотеку, на собирание которых он не жалел средств, А.Л.Бертье-Делагард передал в дар Тавричес-кой ученой архивной комиссии. Труды А.Л.Бертье-Делагарда высоко ценили современные ему ученые-историки. По словам большого знатока античности [211] профессора М.И.Ростовцева, "Бертье соединяет с большим знанием материа-ла и начитанностью в литературе тонкое техническое понимание памятников и всегда оригинальную их оценку". Свое восхищение " отчетливыми, тонкими по манере, оригинальными по мысли работами Бертье-Делагарда" высказывал и академик С.Ф.Платонов.
   Одним из известнейших исследователей Крыма второй половины XIX в. был Арсений Иванович Маркевич (1855-1942). После окончания гимназии и Варшавского университета он работает учителем русского языка и словеснос-ти в Белоруссии и Литве. В 1883 г. он переезжает в Симферополь, где прожил более полувека. Здесь он прошел путь от учителя гимназии до признанного ученого, создавшего труды по истории Крыма, актуальные до наших дней. Со дня образования ТУАК А.И.Маркевич является одним из активнейших ее сотрудников. Благодаря его усилиям были приведены в порядок архивы многих губернских учреждений, сохранены тысячи архивных документов. А.И.Марке-вич написал более 80 трудов по истории Крыма, среди которых такие замеча-тельные исследования, как "Очерк истории Тавриды в 1805-1814 гг.", "Русское судоходство по Черному морю и история Черноморского флота", "Таврическая губерния во время Крымской войны" (книга переиздана в 1994 г.), "Краткий очерк деятельности генералиссимуса Суворова в Крыму". Особое место в твор-ческом наследии ученого занимает его библиографическое описание "Таuricа. Опыт указателя сочинений, касающихся Крыма...", которое, по словам академи-ка Б.Д.Грекова, должно быть настольной книгой каждого исследователя Крыма. Огромный вклад внес А.И.Маркевич в издательскую деятельность ТУАК. Став редактором "Известий ТУАК" в 1891 г., он за 29 лет издал под своей редакцией 40 томов этого сборника научных трудов по истории Крыма. А.И.Маркевич привлек к сотрудничеству в "Известиях ТУАК" крупнейших историков, архео-логов и филологов -- академиков В.В.Бартольда, В.В.Латышева, А.А.Шахматова, Н.Я.Марра, А.И.Соболевского, Ф.И.Успенского. Деятельность А.И.Маркевича, как активнейшего сотрудника ТУАК, была высоко оценена в научном мире. По оценке академика И.Ю.Крачковского, ни одна из ученых архивных комиссий "не поднялась до той высоты, как Таврическая, благодаря самоотверженной и в большинстве случаев единоличной деятельности А.И.Маркевича".
   С Крымом были связаны первые шаги в педагогической и научной дея-тельности Дмитрия Ивановича Менделеева (1834-1907) -- великого химика, первооткрывателя периодического закона химических элементов. После окон-чания Петербургского главного педагогического института Д.И.Менделеев при-ехал 2 октября 1855 г. в Симферополь и поступил на работу учителем есте-ственных наук Симферопольской казенной мужской гимназии. Проработал он недолго - до 30 октября 1855 г., поскольку узнал, что место в первой Одесской гимназии при Ришельевском лицее, на которое он претендовал, не занято. Интересен факт встречи в Симферополе Д.И.Менделеева с великим хирур-гом Н.И.Пироговым, который обследовал будущего великого химика и опроверг диагноз петербургских медиков, подозревавших чахотку.
   Культурная жизнь полуострова второй половины XIX в. Развитие культуры в Крыму в этот период достигло высокого уровня. Он, как и прежде, привлекает внимание многих выдающихся поэтов и писателей.
   Лев Николаевич Толстой. Этот всемирно известный русский писатель бы-вал в Крыму неоднократно. В первый раз это произошло во время обороны Севастополя (1854-1855), когда артиллерийский подпоручик Л.Толстой служил в Крыму, 2 месяца командуя батареей, стоявшей близ нынешнего села Лозовое, недалеко от Симферополя. Глубокое впечатление оставили у начинающего ли-тератора его командировки в осажденный Севастополь, а затем постоянное пре-бывание как защитника черноморской крепости с конца марта по 15 мая 1855 г. [212] и с конца августа 1855 г. Декабрьская командировка 1854 г. позволила ему нако-пить впечатления для первого из знаменитых "Севастопольских рассказов" "Се-вастополь в декабре", майское пребывание Толстого дало ему материал для второго рассказа "Севастополь в мае" и, наконец, августовский период стал основой для заключительного рассказа цикла -- "Севастополь в августе". Во время обороны Севастополя Л.Толстой написал также две песни, стилизованные под солдатские, в которых он крайне резко, на грани грубости, показывал бездарность и безответственность подчиненного главнокомандующему А.Меншикову генерали-тета. Песни эти имели немалый успех среди военных (публиковать их не было ни малейшей возможности в силу их содержания и особенно формы). "Севасто-польские рассказы" же, напечатанные в "Современнике", принесли Л.Толстому заслуженную славу и заставили его поверить в свои творческие силы.
   Во второй раз Л.Н.Толстой приехал в Крым, будучи уже знаменитым литератором, в марте 1885 г. Он сопровождал больного друга, князя Урусова. Они размещались в имении Мальцева, близ Симеиза. Природа Южного бере-га Крыма произвела на Толстого большое впечатление, но крайне не понра-вился "разврат цивилизации" среди курортной публики южнобережья, осо-бенно то, что среди нее "много безумных богачей".
   Летом 1901 г., после тяжелой болезни, Л.Н.Толстой приехал в Крым в третий и последний раз, проведя здесь десять месяцев. Графиня Панина пре-доставила ему безвозмездно свой дом в Гаспре. Толстой сначала поселился в комнате первого этажа, а затем расположился в угловой комнате второго эта-жа, в восточной башне. Время от времени писатель совершал поездки по Южному берегу, восхищаясь "красотой удивительной" природы, которая про-буждала в нем "чисто детскую" радость. В Ялте Л.Н.Толстой встречался с лечившимся там А.П.Чеховым, а в Симеизе -- с А.М.Горьким. Кроме того, он работал над повестью "Хаджи-Мурат" и серией статей на весьма занимав-шие его в то время морально-этические темы. В январе 1902 г. состояние здоровья Л.Н.Толстого настолько ухудшилось, что появились опасения за его жизнь. В связи с этим были приняты беспрецедентные полицейские меры для предотвращения волнений в случае смерти писателя. Однако на этот раз все закончилось благополучно. Писателю оставалось жить еще восемь лет.
   Впервые писатель Алексей Максимович Горький (1868-1936) попал в Крым в 1891 г. Тогда его именовали "нижегородский цеховой малярного цеха Алексей Максимов Пешков". Пройдя во время своего хождения "по святой Руси" центральные российские губернии, Поволжье, Дон, Украину и Молдову, А.М.Горький дошел и до Тавриды. Он прошел от Перекопа до Симферополя, затем через Бахчисарай до Севастополя и Балаклавы, а потом направился на Южный берег -- в Алупку, Ялту и Алушту. Берегом моря Горький добрался до Феодосии, пересек Керченский полуостров и через пролив переправился на Тамань. Все это время Горький зарабатывал на жизнь физическим трудом, при-чем и такую работу получить было нелегко. В центральных губерниях в то время свирепствовал голод, и в Крым на заработки, спасаясь от голодной смерти, стека-лись тысячи голодающих и безработных. В таких условиях Горький брался за любую работу. В Симферополе он таскал кирпичи и подвозил тачкой песок для строительства кафедрального собора, по дороге на Бахчисарай долбил камень для мощения шоссе, в Феодосии работал на строительстве морского порта. Позднее, свои впечатления от первого пребывания в Крыму он передал в рассказах "Мой спутник", "Коновалов", "Два босяка", "В степи". Горький, как "политически не-благонадежный", находился под постоянным полицейским наблюдением.
   Позже А.М.Горький приезжал в Крым еще 11 раз, встречался на Южном берегу с виднейшими писателями -- современниками Л.Н.Толстым, А.П.Чеховым, сотрудничал с подпольщиками-революционерами. Уже в советское время изучал состояние курортного дела, работу Никитского ботанического сада, развитие виноградарства [213] и виноделия, проблему водоснабжения Крыма, интересовался рабо-той Херсонесского археологического музея и литературной жизнью полуострова.
   Антон Павлович Чехов впервые посетил Крым в 1888 г., когда еще не жаловался на здоровье. Сильное впечатление на него произвело море. "Море чудесное, -- писал он, -- синее и нежное, как волосы невинной девушки. На берегу его можно жить 1000 лет и не соскучишься". Чехов посетил Севасто-поль и Ялту. В Феодосии он расположился на даче А.В.Суворина и прожил там две недели. В июле-августе 1889 г. писатель провел три недели в Ялте, где работал над повестью "Скучная история". Третье пребывание Чехова в Крыму было вынужденным: он приехал сюда лечиться. С 5 марта по 5 апреля 1894 г. он жил в гостинице "Россия" в Ялте (ныне "Таврида"). Ялтинские мотивы получили отражение в таких его произведениях, как "Черный монах", "Ариадна", "Три года". Ухудшение состояния здоровья привело к тому, что с сентября 1898 г. Чехов переселяется в Ялту на постоянное место жительства. "Крым очень хорош, -- с восторгом писал он. -- Никогда раньше он мне так не нравился, как теперь". На окраине Ялты писатель приобрел небольшой участок и приступил к строительству дома. Писатель сам посадил сад. К осени 1899 г. дом был закончен и писатель поселился в нем вместе с матерью и сестрой. Ялтинские впечатления легли в основу рассказа "Дама с собач-кой". Из-за болезни Чехов почти безвыездно жил в Ялте. В это время его пьесы с успехом шли на сцене Московского художественного театра. Чтобы показать свои спектакли автору, театр в апреле 1900 г. приехал в Крым. В Ялте, в городском театре, он показал "Чайку" и "Дядю Ваню". Последний спектакль превратился в чествование писателя. Чехов проявлял немалую ак-тивность, оказывая материальную и организационную помощь приезжим нуж-дающимся больным. На собранные им деньги был открыт пансионат "Яуз-лар". Затем Чехов собрал деньги на устройство первого общедоступного сана-тория на 45 мест. На его средства была построена школа в Мухалатке. В Ялте Чехов сблизился с А.М.Горьким, И.А.Буниным, Д.Н.Маминым-Сибиряком, И.И.Ле-витаном, Ф.И.Шаляпиным. Часто встречался с Л.Н.Толстым. За пять с лишним лет жизни в Ялте писатель создал девять крупных рассказов, две пьесы. Три года он работал над выпуском полного собрания своих сочинений. После смерти писателя его сестра Мария Павловна оставила в доме все, как было при жизни брата. Сейчас в нем музей А.П.Чехова.
   Тяжелый недуг привел известную украинскую поэтессу Лесю Украинку (Ларису Петровну Косач) в Крым в июле 1890 г. Она в течение месяца лечилась сакскими грязями, что несколько улучшило состояние здоровья. Пре-бывание в Саках вдохновило ее на создание двух стихотворений - "Морская тишина" и "Пой, моя песня". Плодотворным в творческом отношении оказа-лось и пребывание в Бахчисарае -- в прошлом столице грозных ханов. По-явились три новых ее сонета, вошедшие в цикл "Крымские воспоминания": "Бахчисарай", "Бахчисарайский дворец", "Бахчисарайская гробница". Во время своего первого пребывания в Крыму Л.Украинка посетила и Ялту. В июне 1891 г. она второй раз приехала на полуостров для лечения. В Евпатории Л.Украинка поселилась в доме на Фонтанной улице (ныне ул. Революции, 41). Несмотря на плохое состояние здоровья, написала стихотворение "На челне". В июне 1897 г. острые приступы болезни снова привели Лесю в Крым. Посе-лилась она в Ялте в урочище Чукурлар. Под впечатлением прогулки на Ай-Петри появляется стихотворение "Отрывок из письма". Южнобережье благо-творно влияло на поэтессу. Негативные впечатления ее от сытой, скучающей и легкомысленной курортной публики легли в основу ее рассказа "Над морем". В конце 1897 г. Л.Украинка переселилась на виллу "Ифигения", при-надлежавшую ее лечащему врачу Дерижанову. Возможно, этим было вызвано Появившееся у поэтессы желание создать драматическую поэму "Ифигения в [214] Тавриде", действие которой происходит в Партените. Из-за состояния здоровья пребывание Л.Украинки в Ялте затянулось почти на год. Здесь она создала цикл стихов "Крымские отзвуки", начала переводить на украинский язык "Каина" Байрона и "Макбет" Шекспира. В ее стихах немало трагических нот, вызванных тяжелым физическим и душевным состоянием поэтессы. Следующее посещение Л.Украинкой Тавриды относится к 1907-1908 гг. В этот крымский период (она в основном проживала в Ялте) поэтесса написала диалог "Айша и Мухаммед", работала над драматической поэмой "Кассандра" и драмой "Руфин и Присцилла". Во время двухмесячного пребывания в Балаклаве она работала над драмой "В пуще", написала стихотворение "За горой зарницы блещут". В конце 1908 г. Л.Украинка навсегда покинула Тавриду.
   С Тавридой связана жизнь и деятельность талантливого украинского пи-сателя Михаила Михайловича Коцюбинского. В 1895 г. он работал в филлоксерной комиссии, которая обследовала виноградники Южнобережья. Пер-вая остановка была в Симеизе. "Крым произвел на меня, -- отмечал он, -- такое сильное впечатление (красота природы не только поразила меня, но и подавила), что я ходил здесь, как во сне". Затем филлоксерный отряд обследо-вал виноградники в Кастрополе, Кучук-Кое (Бекетово) и Кекенеизе (Ополз-невое). Работа на виноградниках для писателя была нелегкой. Она была за-полнена утомительным хождением по крутым склонам и долинам. Видимо, этим объясняется то, что во время своего первого пребывания в Крыму Коцю-бинский ничего не написал. Ранней весной 1896 г. он с молодой женой снова на Южном берегу. Работа в филлоксерном отряде продолжалась. Известный украинский писатель работал на виноградниках в Биюк-Ламбате (Малый Маяк), Корбеке (Изобильное), Шумах (Верхняя Кутузовка), Демерджи (Лучистое), Куру-Узене (Солнечногорское), Кучук-Узене (Малореченское). В свободное от службы время он изучал быт и нравы татар. Это дало ему материал для двух первых крымских новелл -- "В сетях шайтана" и "На камне". Уехал писатель из Крыма поздней осенью 1896 г. Следующее пребывание Коцюбинского в Тавриде относится к лету 1904 г. В этот раз он не работал на виноградниках, а отдыхал. Посетил Ялту, Алупку, Алушту. В южнобережной природе писатель черпал вдохновение для своего творчества. Здесь у него созрел замысел новеллы "В грешный мир". Бахчисарайские впечатления легли в основу его самого крупного крымского произведения -- новеллы "Под минаретами", посвященной непростой жизни местных татар. В 1911 г. Коцю-бинский еще раз побывал на полуострове. Поселился он в Симеизе, в доме купца Гафурова, сохранившемся до наших дней. В этот приезд он получил творческий импульс, который позволил ему создать повесть "Тени забытых предков".
   Жизнь украинского поэта Степана Васильевича Руданского оказалась недолгой: больной туберкулезом, в Ялте он прожил последние годы жизни. Талант Руданского был многогранен. Он писал романтические баллады, лири-ческие стихотворения, юмористические произведения. В Ялте он и похоронен, одна из улиц названа именем Руданского, мемориальной доской отмечен дом, где он жил и работал.
   Не могли не восторгаться видами Крыма и художники. Многое связывало полуостров с творчеством крымчан И.К.Айвазовского и М.А.Волошина. Еще больше художников посещали Крым, активно занимаясь здесь творчеством.
   Иван Константинович Айвазовский (Ованес Гайвазян) (1817-1900) ро-дился в Феодосии в армянской семье. Его отец был базарным старостой, кото-рый подрабатывал писанием прошений за неграмотных. Еще в детстве Айвазовский [215] привлекал внимание своими рисунками, сделанными самоварным углем на стенах домов. Эти рисунки заинтересовали и Феодосийского губернато-ра А.И.Казначеева, который поддержал юного художника. Получив в 1831 г. должность Таврического губернатора, он взял юного Айвазовского с собой в Симферополь, определил в гимназию и поселил в своем доме. Гимназию И.К.Айва-зовский не окончил. Рисунки его высоко оценила представительница знатного дворянского рода Н.А.Нарышкина и послала их в Петербург придворному жи-вописцу Тончи. Тот показал рисунки президенту Академии художеств А.Н.Оле-нину, который высказался за определение И.К.Айвазовского казенным пансио-нером Академии. Так 14-летний феодосиец стал, несмотря на полное отсутствие начальной художественной подготовки, учеником Академии художеств. Он обу-чался живописи под руководством профессора М.Н.Воробьева. Годы учебы в Академии художеств, общение с выдающимися деятелями литературы и искус-ства К.П.Брюлловым, А.С.Пушкиным, М.И.Глинкой расширили кругозор ху-дожника, способствовали совершенствованию его мастерства.
   Весной 1838 г. по направлению Академии художеств И.К.Айвазовский воз-вращается в Крым, где проводит два года. За это время он написал несколько прекрасных живописных полотен, которые означали утверждение морской тематики как основной в творчестве художника: "Лунная ночь в Гурзуфе", "Морской берег", "Вид Керчи". Много дало Айвазовскому общение со знаме-нитым генералом Н.Н.Раевским, н то время начальником Черноморской берего-вой линии, и командующим Черноморским флотом вице-адмиралом М.П.Лаза-ревым. Впечатления от одной из совместных операций армии и флота против горцев Кавказа легли в основу картины "Десант в Субаши".
   В 1840 г. Академия художеств командировала Айвазовского в Италию. Там, в окрестностях Венеции, Айвазовский совершенствовался как художник-маринист. Его картины "Неаполитанская ночь", "Буря", "Хаос" имели большой успех у итальянской публики. Большой успех на Парижской выставке в Лувре имели посланные Айвазовским во Францию картины "Море в тихую погоду", "Ночь на берегу Неаполитанского залива", "Буря у берегов Абхазии". После пребывания в Италии художник совершил большое путешествие по странам Европы. За 4 года пребывания за границей художник написал 80 картин, которые имели большой успех в Европе и создали ему славу мастера морской живописи.
   Возвратившись из путешествия, Айвазовский принимает решение навсегда связать свою жизнь с Феодосией. Он покупает дом на окраине города, на мор-ском берегу, который становится одновременно его жилищем и мастерской. Вскоре после возвращения в Феодосию Айвазовский создает свою знаменитую карти-ну "Наваринский бой", на которой изображен бой русского фрегата "Азов" с турецким флагманским кораблем. Десятилетие своей художественной деятель-ности он отметил выставкой своих работ в Феодосии (1846 г.). В 1847 г. Акаде-мия художеств постановила присвоить ему звание профессора. В 1850 г. Айва-зовский создает свою самую знаменитую картину "Девятый вал", в которой он соединил восхищение величественной красотой разбушевавшейся морской сти-хии с мужеством противостоящих ей людей. В годы Крымской войны Айвазов-ский пишет серию картин, посвященных Синоцскому морскому сражению, бою парохода "Владимир" с пароходом "Перваз-Бахри", приезжает в осажденный Севастополь и два дня работает там. Позже он напишег несколько картин, запечатлевших эпизоды севастопольской осады, среди которых "Оборона Сева-стополя", а также картина "Малахов курган". В 1898 г. художник создал, по признанию ряда специалистов, свою лучшую картину "Среди волн". На ней он изобразил открытое море во время бури -- сюжет, типичный для Айвазовского.
   Айвазовский много занимался благотворительностью. Он подарил городу воду из источника на территория своего имения Субаш, на его средства в Феодосии был построен городской концертный зал и картинная галерея, которую [216] художник завещал родному городу. Благодаря его стараниям в Феодосию была проведена ветка железной дороги и оборудован торговый порт. Айвазов-ский открыл в 1869 г. в Феодосии мастерские, где обучались даровитые начи-нающие художники. Из этих мастерских вышли талантливые продолжатели традиций Айвазовского М.П.Латри, К.Ф.Богаевский, Э.Я.Магдесян, А.В.Ганзен, А.И.Фесслер.
   Айвазовский был удостоен высоких почестей. Он был избран членом пяти Академий художеств, его адмиралтейский мундир (он имел чин живопис-ца Главного морского штаба) украшали ордена многих стран.
   Умер И.К.Айвазовский 19 апреля 1900 г. в возрасте 82 лет. Он был похо-ронен в ограде древней армянской церкви в центре Феодосии.
   Архип Иванович Куинджи (1842-1910). Крым оказал большое влияние на творчество известного художника-пейзажиста А.И.Куинджи -- сына са-пожника из Мариуполя. В 14 лет он отправился пешком из Мариуполя в Феодосию, чтобы научиться у И.К.Айвазовского живописному искусству. Уроки Айвазовского сыграли немалую роль в становлении Куинджи как художника, а непродолжительное пребывание в Крыму дало материал для написания картины "Татарская сакля на берегу моря в лунную ночь". В 1868 г. Куинджи показал ее на академической выставке и получил за нее звание "неклассичес-кого художника". В том же году он был принят в Академию художеств в качестве вольнослушателя. Будучи уже известным художником, Куинджи ку-пил небольшое имение возле Кикенеиза (ныне с. Оползневое), где написал много этюдов, в которых пытался средствами живописи передать свои впечатления от общения с морем. Когда ученики его создали Общество имени А.И.Куинджи, он передал этому обществу свои земли в Крыму -- 225 десятин.
   Федор Александрович Васильев (1850-1873). С Крымом были связаны многие страницы жизни выдающегося художника-пейзажиста Ф.А.Васильева. Он с детских лет показывал несомненные признаки одаренности как художника и в 1863 г. поступил в Петербургскую рисовальную школу Общества поощрения художеств, среди преподавателей которой были такие замечательные художники, как И.Щепкин и И.Крамской. К концу 1860-х гг. Ф.А.Васильев становится настоящим художником -- мастером пейзажной живописи, он вошел в пятерку самых признанных российских пейзажистов XIX в. В 1871 г. здоровье Ф.А.Васильева резко ухудшилось -- он заболел чахоткой. По настоянию графа П.С.Строганова, который поддерживал художника (по свидетельству И.Крамс-кого, его внебрачного сына), Ф.А.Васильев получает субсидию на проживание в Крыму от Общества поощрения художеств и во второй половине июля 1871 г. выезжает в Крым. До Харькова художник ехал по железной дороге, а далее -- в конных экипажах, а по Крыму даже на упряжке волов. Он проехал Перекоп, Бахчисарай, ненадолго остановился в Севастополе, посетив развалины Херсонеса. Ф.А.Васильев вместе с матерью поселился в Ялте и начал активную твор-ческую деятельность. В этом ему помогал приехавший вскоре И.Крамской. Оба художника проводили в Ялте за мольбертом по 10-12 часов в сутки. Навещали Ф.А.Васильева и другие известные художники, в том числе И.Айвазовский и И.Шишкин. Результатом творческой работы художника конца 1871 -- начала 1873 гг. стали несколько замечательных пейзажей, среди которых выделяется картина "В Крымских горах" (1873 г.), выполненная в лучших традициях реа-листической живописи XIX в. Она была выставлена в Художественном салоне в Петербурге и получила премию Общества поощрения художеств. По заказу брата царя он выполнил пейзаж "Вид из Эраклика". Ф.А.Васильев начал также большую картину, изображавшую морской прибой, написал пейзажи "Мокрый луг", "Болото в лесу", которые признаны шедеврами пейзажной живописи. Но болезнь уже окончательно подорвала силы художника, и в сен-тябре 1873 г. он умер в Ялте в возрасте 23 лет. [217]
  

КРЫМ В XX В.

  
   1903 г. -- в Брюсселе и Лондоне состоялся II съезд Российской социал-демократической рабочей партии (РСДРП). В программе, при-нятой на съезде, РСДРП провозгласила своей целью свержение россий-ского самодержавия и установление диктатуры пролетариата. На II съезде победило наиболее радикальное крыло российских социал-демок-ратов, которое возглавлял В.И.Ленин, -- большевики.
   Апрель 1904 г. -- образование Антанты. Великобритания и франция сумели преодолеть колониальные споры и заключили военное соглашение, получившее название "сердечное согласие" (entente cordiale) -- Антанта. Англо-французский союз был направлен прежде всего на совместное противодействие колониальной экспансии Германии*.
   (* 18 января 1871 г. -- в Зеркальном зале Версальского дворца провоз-глашено создание Германской империи. Империя представляла собой союз 25 ранее независимых германских государств: 22 монархий и 3 вольных городов. Король Пруссии получил титул кайзера. Правительство возглавлял канцлер.
   1882 г. -- заключение Тройственного союза. К австро-германскому военному соглашению, подписанному в 1879 г., примкнула Италия. Тройственный союз носил антифранцузскую и антирусскую направленность.)
   9 января 1905 г. -- рабочие Санкт-Петербурга попытались по-дать петицию императору Николаю II с изложением своих нужд. На подступах к резиденции императора -- Зимнему дворцу -- 140-тысячное шествие было остановлено полицией и войсками, применившими про-тив мирных демонстрантов оружие. Около 200 человек были убиты, около 800 -- ранены. Весть о "кровавом воскресенье" облетела всю страну и вызвала массовое возмущение населения.
   17 октября 1905 г. -- Октябрьская Всероссийская политичес-кая стачка, в которой приняло участие более 2 млн. человек, парализовала страну. Участились революционные выступления в армии, революционные партии вели активную подготовку к вооруженному восстанию. В этих условиях Николай II издает Манифест, в котором населению Российской империи предоставлялись демократические свободы. Император заявил о готовности разделить власть с выбор-ным представительным органом -- Государственной Думой. Манифест 17 октября расколол революционное движение. Вооруженные выступления в ряде городов России, вспыхнувшие в декабре 1905 -январе 1906 гг., были поддержаны только наиболее радикальными политическими силами и завершились поражением восставших.
   1907 г. -- присоединение к Антанте России. Традиционный Франко-русский военно-политический союз был дополнен соглашением между Британской и Российской империями, противоборство которых длилось почти столетие. Перед угрозой столкновения со странами Тройственного союза вчерашние противники урегулировали противо-речия и разграничили сферы влияния в Тибете, Афганистане и Иране, после чего Россия присоединилась к англо-французскому союзу.
   В разгар Первой мировой войны, весной 1915 г., Италия выйдет из Тройственного союза. [218]
   Общественно-политическая жизнь в начале века. В начале XX в. Крым был втянут и в политическую борьбу, поэтому в Таврической губернии, как и в других регионах Российской империи, функционировали структуры общероссийских политических партий. Наибольшее влияние среди законопослушных подданных имели сочувствующие партийной платформе праволиберального "Союза 17 октября". Лезолиберальных крымчан объединяла "Партия народной свободы". Патриотическо-монархические силы объединились вокруг "Союза Михаила Архангела". Довольно влиятельными были социалисты-революционеры и трудовики, особенно среди недовольных крестьянских масс и экзальтированной интеллигенции. Агрессивно антиправительственную позицию занимали малочисленные большевистские ячейки РСДП, принимавшие активное участие в организации волнений и мятежей.
   Так, в ходе русско-японской войны 1904 - 1905 гг. разагитированные революционерами военнослужащие Черноморского флота оказались способными на вооруженный мятеж. Дошло до того, что Севастопольский комитет Крымского союза РСДРП, руководивший т.н. "Матросской централкой", взял курс на вооруженное восстание. Оно было запланировано на осень 1905 г. Однако разложившийся состав броненосца "Кн. Потемкин Таврический" и миноносца N 267 поднял бунт уже в начале 1905 г. Позже к ним присоединился и броненосец "Георгий Победоносец". Наиболее мятежными оказались матросы броненосца "Кн. Потемкин Таврический". Но после десяти дней бесчинств они были интернированы в Констанце (Румыния).
   Антиправительственная революционная агитация в Севастополе глу-боко пустила свои корни. В результате в ноябре 1905 г. был организован новый вооруженный мятеж, в котором наиболее активное участие принял личный состав крейсера "Очаков". Знаковой фигурой этих событий стал П.П.Шмидт. Будучи неординарной, склонной к авантюризму личностью, П.Шмидт 13 ноября убедил руководившую восстанием матросскую комиссию в наличии у него плана победоносного завершения восстания. После чего, по предложению депутатов с "Очакова", вначале принял командование крейсером, а затем, когда к взбунтовавшемуся "Очакову" присоединились броненосец "Св. Пантелеймон" (бывший "Кн. Потемкин Таврический"), миноносец "Свирепый" и около десятка других кораблей, принял командование и эскадрой. На "Очакове" был поднят сигнал: "Командую флотом! Шмидт". Свидетель тех событий Л.П.Арбузов вспоминал: "Шмидт начал объезд эскадры... меня удивляла видимая безнаказанность этой небывалой по дерзости прогулки невзрачного лей-тенанта, призывавшего к мятежу матросов в присутствии командиров и офицеров чуть ли не всего Черноморского флота". С большим трудом командованию Черноморским флотом удалось подавить революционное выступление и навести порядок. П.П.Шмидт и другие руководители вос-стания были приговорены к смертной казни. Однако полностью ликвиди-ровать революционные настроения командованию не удалось. Продол-жалась антиправительственная агитация и работа по организации новых вооруженных мятежей на флоте. [219]
   Особенностью политической палитры Крыма стали отделения национальных политических партий и организаций. Наиболее активным в этом смысле стало еврейское население. Имея очень небольшую по численности национальную общность, оно оказалось способным создать массу политических организаций разного толка и направлений. Наибольшее влияние на политические организации евреев Крыма оказали националистические идеи сионизма. Социальной базой для этих сил стали мелкие служащие, торговцы, предприниматели и ремесленники.
   Известно, что именно евреи силами членов "Поалей-Цион" впервые провели первую в Крыму майскую демонстрацию в 1901 г. Кроме того, сионистские силы объединялись вокруг организации "Альгемайн-Цион", имевшей в своем подчинении комитеты в Симферополе, Севастополе, Евпа-тории, Керчи, Ялте, Феодосии и других регионах.
   К весне 1904 г. в Севастополе организационно оформилось отделение социалистической партии Бунд. Постепенно к 1905 г. подобные структуры были организованы в Керчи, Феодосии и других регионах.
   Заметное место в революционных событиях 1905-1907 гг. в Крыму заняли местные отделения Еврейской социалистической рабочей партии. В 1906 г. они объединились в губернскую организацию.
   Создали влиятельные политические структуры и представители армянской национальной общины. Летом 1890 г. была появилась политическая партия, которая стала называться "Дашнакцутюн" (Союз Армянских Революционеров). Идейный замысел этой организации заключался в объединении всех армянских радикальных кружков: народников, патриотов, интеллигенции, а также чистых марксистов - членов партии "Гнчак" ("Колокол"). Однако в скором времени по идеологическим соображениям "Гнчак" вышел из состава "Дашнакцутюн".
   С началом XX в. более активное участие в общественной жизни страны стали играть и тюрко-мусульманские народы. Их социальное развитие было тесно связано с Крымом. Начало этим процессам положило органи-зованное в 1884 г. в Бахчисарае выдающимся просветителем народов Востока И.Гаспринским общественно-педагогическое движение - "джадидизм". Поначалу оно возникло в качестве реформации школы "усуль джадид" ("новый метод" обучения грамоте). В более широком понимании оно обозначало социальное "обновление". Это движение охватило многие регионы Российский империи, населенные тюркоязычными народами и этносами, исповедовавшими ислам. Оно было известно и в ряде зарубеж-ных стран. Еще одним явлением в мусульманской жизни стало создание в 1897 г. "Крымского благотворительного общества в г. Симферополе, Для вспомоществования нуждающимся крымским татарам". Возглавил общество и долгие годы руководил им Исмаил Муфтий-заде.
   Высшей формой общественной жизни мусульман Крыма стало создание в 1905 г. политической организации под названием "Бутюнрусие иттифак мусульманларнен" ("Всероссийский союз мусульман"). Эта организация стояла на либеральной политической платформе и постепенно двигалась от кадетской в сторону октябристской идеологии. Активными ее Участниками стали И.Гаспринский и И.Муфтий-заде. [220]
  

ПЕРВАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА

  
   28 июня 1914 г. -- убит наследник австро-венгерского престола 50-летний эрцгерцог Франц-Фердинанд и его жена Софи в Сараево (Бос-ния). Покушение осуществлено членом националистической организации "Млада Босна" Г. Принципом. Австро-Венгрия обвинила в случившем-ся власти Сербии и предъявила ей ультиматум. Несмотря на готов-ность сербского правительства пойти навстречу требованиям Авст-ро-Венгрии, 28 июля последняя объявила Сербии войну.
   1 августа 1914 г. -- начало Первой мировой войны. Германия объявила войну России, приступившей к мобилизации в ответ на объявление Австро-Венгрией войны Сербии. 3 августа Германия объявила войну Фран-ции, а 4 августа в войну на стороне России и Франции вступили Великобритания и Бельгия. 23 августа войну Германии объявила Япония.
   Мировая бойня затронула Крым не сразу, т.к. поначалу все внимание воюющих сторон было приковано к Западному фронту. В те дни в Среди-земноморском море, где подавляющее превосходство имели силы Антанты, оказались два германских крейсера -- линейный "Гебен" и легкий "Бреслау", под командованием контр-адмирала Вильгельма Сушона. Крейсерам все же удалось спастись в турецких территориальных водах, и Турция, остававшаяся на тот момент еще нейтральной страной, неожиданно объявила, что покупает эти боевые суда за символическую сумму в тысячу немецких марок. При этом немецкие команды крейсеров сохранялись, а Сушон стал командовать всем турецким флотом. За короткое время он сумел переподчинить наиболее боеспособные корабли и форты Турции на Босфоре и Дарданеллах немецким адмиралам и офицерам. Целью Сушона и, надо понимать, стоящего за ним германского руководства было втянуть Турцию в войну с Россией, что вполне устраивало и военного министра Энвер-пашу.
   На рассвете 16 октября 1914 г.* крейсер "Гебен" подверг орудийному обстрелу Севастополь, имелись человеческие жертвы. Орудия крепостной артиллерии и броненосца "Георгий Победоносец" открыли ответную стрельбу. Отпор вынудил крейсер ретироваться, но в районе Херсонесского маяка он был обнаружен тремя русскими миноносцами. Несмотря на явное превосходство "Гебена" в вооружении, было решено атаковать неприятеля. Однако уже четвертым залпом был поврежден головной корабль "Лейтенант Пущин". Это вынудило другие миноносцы отказаться от атаки. В то же утро "Гебен" захватил российский пароход "Ида", шедший из Мариуполя, и увел его на турецкую базу. Приблизительно в то же время крейсер "Бреслау" атаковал порт Керчи, где были подорваны российские пароходы "Ялта" и "Казбек".
   (* Здесь и далее до 1 февраля 1918 г. даты приводятся по старому стилю.)
   Еще один крейсер -- "Хамидие" обрушил огонь своих орудий на Феодосию, а турецкий заградитель "Нилуфер" скрытно выставил минное поле у Севастополя, а на обратном пути потопил пароход "Великий Князь Александр Михайлович". [221]
   Такие разбойничьи действия не могли не вызвать последствий, и 20 октября 1914 г. Россия объявила войну Турции. В ответ турецкий султан -- духовный вождь мусульман-суннитов -- объявил России и франции джихад -- священную войну, к участию в которой призывались все мусульмане мира.
   С созданием Кавказского фронта Черноморский флот проводил атаки на морские коммуникации противника вдоль побережья Анатолии, вы-ставлял минные заграждения, обстреливал Зонгулдак, откуда вывозился уголь для турецких пароходов, и Трапезунд. Неприятельские корабли обстреливали российские порты и нападали на русские пароходы.
   5 ноября русская эскадра, возвращавшаяся в Севастополь, неожиданно в тумане в районе мыса Сарыч встретилась с "Гебеном" и "Бреслау". Бой длился всего 11 минут. Обе стороны понесли потери. Пользуясь превосходством в скорости, вражеские корабли оторвались от преследования. Но 13 декабря "Гебен" все же подорвался на русских минах у Босфора и был вынужден стать на ремонт.
   Вскоре Черноморский флот получил значительное пополнение. Вступили в строй линкоры "Императрица Мария" и "Императрица Екатерина Великая". В состав флота вошли также пять новейших эсминцев, шесть подводных лодок и первый в мире подводный заградитель "Краб", авиатранспорты "Николай I" и "Александр I" с гидросамолетами на борту.
   15 марта корабли Черноморского флота с использованием гидроавиации нанесли удар по укреплениям Босфора. А 27 апреля неприятельский крей-сер "Гебен" оказался под огнем пяти русских линкоров и получил серьез-ные повреждения. "Гебен" был выведен в Мраморное море и вновь пос-тавлен на ремонт в порту Стения под защитой шести рядов старых судов.
   30 сентября 1915 г. на стороне Германии, Австро-Венгрии и Турции в войну вступила Болгария*, предоставив немцам свои порты Варну и Бургас. В Евксинограде была создана база германских подлодок, а корабли Черноморского флота начали боевые действия у берегов Болгарии. До конца года они совершили три похода, обстреливали Варну и Евксино-град. 26 декабря эсминцы "Пронзительный" и "Пылкий" обнаружили у Босфора "Гебен", вышедший для сопровождения транспорта. Они навели на него находящийся в прикрытии линкор "Императрица Екатерина Великая", который в течение получаса обстреливал неприятельский крейсер. Однако и на этот раз неуловимый "Гебен", хотя и получил ряд повреждений, сумел уйти в пролив под защиту турецких батарей.
   (* С этого момента блок получил название Четверного союза.)
   С начала 1916 г. корабли русского флота поддерживали наступление Кавказского фронта, перебрасывачи сюда войска. Продолжали наноситься удары по Зонгулдаку. В ответ противник попытался активизировать свои действия на море. Вновь использовались быстроходные "Гебен" и "Бреслау". Так, 24 апреля "Бреслау" произвел варварский налег на мирную Евпаторию. Подняв русский флаг, он подошел к городу, где не было никаких военных объектов, и открыл огонь. Отмечены попадания снарядов в здания гимназии и земского училища. [222]
   20 июня "Гебен" к "Бреслау" вновь отправились в рейд. Предупреж-денное своей агентурой русское командование имело реальные возмож-ности перехватить их и уничтожить, устроив засаду у Босфора. Однако недостаточно решительные действия командующего Черноморским флотом вице-адмирала А.А.Эбергарда не позволили это осуществить.
   После неудачи с перехватом вражеских кораблей Эбергард, прозванный севастопольцами "Гебенгардом", был смещен. Новым командующим флотом решено было назначить вице-адмирала А.В.Колчака*, сына 1 участника обороны Севастополя в годы Крымской войны, полярного 1 исследователя, отличившегося при защите Порт-Артура в русско-японской войне, командующего минной дивизией Балтийского флота. 28 июня 1916 г. он получил назначение на Черное море, а 8 июля принял флот от Эбергарда и поднял свой флаг на линкоре "Императрица Мария".
   (* Колчак Александр Васильевич родился в Петербурге в 1873 г. До третьего класса проучился в гимназии, затем поступил в Морской корпус, который окончил в 1894 г. Занимался полярными исследованиями (1900-1903), гидролог, автор научных публикаций. Участник русско-японской войны. Раненым и больным попал в японский плен в Порт-Артуре. Поступил в распоряжение Академии наук, в Географическом обществе удостоен высшей награды за полярные экспедиции -- большой Константиновской золотой медали. В 1912 г. перешел на Балтийский флот. С 1916 г. -- вице-адмирал, 28(11 июля) июня 1916 г. назначен командующим Черноморским флотом. Принял Февральскую революцию, но 7(20) июня 1917г., выступив против разоружения офицеров и выбросив свою саблю в море, передал командование флотом контр-адмиралу В.К.Лукину, после чего покинул Севастополь. Временным правительством послан в командировку в Великобританию и США. С 1918 г. -- адмирал. В октябре 1918 г. с английским генералом А.Ноксом прибыл в Омск. 4 ноября стал военным и морским министром Уфимской директории. 18 ноября, произведя переворот, установил в Сибири, на Урале и Дальнем Востоке военную диктатуру, приняв титул "Верховного правителя Российского государства" и главковерха (до 4 января 1920 г.). 15 января 1920 г. на станции Йнокентъевская, близ Иркутска, выдан белочехами эсеровско-меньшевистскому "Политическому центру", который передал его большевистскому Иркутскому военно-революционному комитету, приговорившему Колчака к расстрелу. Приговор приведен в исполнение 7 февраля 1920 г.)
   14 августа в войну на стороне Антанты вступила Румыния. Корабли Черноморского флота стали действовать на Дунае, прибыли в Констанцу. Но румынская армия вела боевые действия крайне неудачно, и уже к концу 1916 г. большая часть территории Румынии была оккупирована германскими и австро-венгерскими войсками. 12 октября русские корабли оставили Констанцу, превращенную немцами в еще одну базу своих подводных лодок. Кроме того, неприятелю достались огромные запасы нефтепродуктов. Для поддержки неудачливого союзника русским командованием был образован Румынский фронт.
   В течение 1916 г. противник потерял три миноносца, три канонерские лодки, четыре подлодки, много других судов. Потери несли и русские моряки. Настоящей трагедией для флота стал взрыв линкора "Императрица Мария" в Севастополе 7 октября 1916 г. Вместе с кораблем погибли 229 офицеров и матросов, имелось много раненых. Высказывались предположения, что это было дело рук германской разведки. [223]
   Со вступлением в войну Турции Крым был объявлен прифрон-товой зоной со всеми вытекающими отсюда последствиями. Был ужесточен полицейский режим, пресекались любые беспорядки и антиправительственная агитация, высылались вглубь страны подданные воюющих с Россией государств. Власти и некоторые слои местного населения, зная о случаях шпионажа и агитации в пользу противника, настороженно относились к крымским татарам и немцам, в целом видя в них потенциальных союзников неприятеля. И это несмотря на то, что крымскотатарские части, а также крымские немцы в составе русской армии сражались на фронте. Крымские немцы собирали также денежные пожертвования, вещи, продукты для армии, больных и раненых воинов.
   В годы войны Крым стал базой снабжения армий Кавказского фронта: отсюда морем перевозились войска, снаряжение и военная техника. В городах и курортах размещались многочисленные госпитали. Здесь находили приют беженцы из западных губерний, где проходили военные действия, из Турции (армяне и греки), спасаясь от резни со стороны ислам-ских фанатиков.
   Война не могла не отразиться на хозяйстве края. Ряд предприятий из-за недостатка сырья и топлива сократил производство, некоторые закрылись. Прежде всего это касалось составлявших костяк крымской промышленности небольших предприятий по добыче стройматериалов, кожевенных, мукомольных и других, связанных с переработкой продукции сельского хозяйства. Из-за нехватки сахара, жести и других материалов более чем в два раза уменьшился выпуск продукции консервных заводов. Резко снизилась выработка электроэнергии, часто прекращалось трамвайное движение. С перебоями работал крупный Керченский металлургический завод (2215 рабочих к 1 января 1917 г.).
   В то же время военные заказы стимулировали развитие некоторых отраслей экономики. В 1916 г. стали действовать аэропланостроительный завод "Анатра" в Симферополе (700 рабочих), аэропланные мастерские (завод) В. Адаменко в Карасубазаре, бромный завод в Саках. Расширились портовые мастерские в Севастополе. В 1915 г. проложена железнодорожная ветка Сарабуз (ныне Гвардейское) -- Евпатория.
   На селе более 40% крестьян составляли безземельные (из них 65% крымские татары), много было малоземельных. В сельской местности не хватачо рабочих рук. Причины тому -- мобилизации и сокращение притока сельскохозяйственных рабочих. Чтобы компенсировать потери, исполь-зовался труд военнопленных. К маю 1917 г. в крымской деревне их работало около 10 ты. Тогда же военное министерство разрешило использовать для сельскохозяйственных работ особые рабочие воинские команды. На развитии сельского хозяйства негативно отражались и мобилизации лошадей. Удар по крымскому виноделию нанесло введение с началом войны сухого закона.
   Ухудшение экономического положения, тяготы военного времени, рост цен не могли не вызывать недовольства населения. Оживилось забастовочное движение. [224]
  

ГОДЫ РЕВОЛЮЦИЙ И ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЫ

  
   18--28 февраля 1917 г. -- февральская революция в России. Нарастание стачечного движения в Петрограде началось с забастовки на Путиловском заводе. 24 февраля бастовало уже 190 тыс. питерских рабочих, 25 февраля -- 240 тыс. В следующие дни солдаты частей Петроградского гарнизона стали переходить на сторону восставших. 27 февраля был создан Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов, к которому фактически перешел контроль над столицей.
   2 марта Николай II отрекся от престола. В этот же день Государственная Дума сформировала Временное правительство, полномочия которого были признаны Петроградским Советом. Самодержавие пало.
   3-4 марта. Образование Украинской Центральной Рады (УЦР). Начало Украинской революции.
   Февральская революция в Петрограде, смена власти и формы правления были встречены большинством крымчан с безразличием. Они, погруженные в повседневные заботы, не понимали, да и не хотели понимать смысла случившегося.
   А тем временем начиналась новая эпоха. Верность новому правительству выразил командующий Черноморским флотом А.В.Колчак. Он телеграфировал военно-морскому министру А.И.Гучкову: "Черноморский флот просит Вас принять выражение глубокого к Вам уважения и уверения в твердом решении его приложить все силы для доведения войны до победного конца". И это была не демагогия, а реальное отражение тогдашних умонастроений моряков Черноморского флота. 18 апреля были переименованы корабли, носившие царские имена.
   Недвусмысленно о поддержке Временного правительства и его действий заявляли эсеры и меньшевики. Такую же линию проводили многочисленные национально-общественные и культурные организации.
   Верховная власть в Таврической губернии принадлежала теперь губернскому комиссару Временного правительства. Опорой комиссара были комитеты общественной безопасности (общественные комитеты), возглавляемые в основном деятелями либерального толка. Но, как и по всей стране, органы Временного правительства в губернии вынуждены были сосуществовать с иными властными структурами. Сохранились как органы самоуправления городские думы и управы, земства. Но первое место среди них начинают занимать советы и их исполнительные комитеты, где преобладали социалисты-революционеры и члены РСДРП(м).
   Очень быстро городское население полуострова, включая все социальные слои, пробуждается к политической жизни.
   В Крыму в этот период действовали организации почти 30 обще-российских и местных партий и движений (из них 13 -- национальных). Большинство крымских политических деятелей придерживалось социали-стической ориентации. Наиболее многочисленными, как и во всей после-февральской России, были организации социалистов-революционеров (во многом по причине неразборчивости при приеме в члены партии). Весной 1917 г. за счет матросов Черноморского флота численность только Севастопольской [225] эсеровской парторганизации достигала 13 тыс. человек. А осенью эсеры Таврической губернии уже насчитывают 35 тыс. человек. С конца ноября эсеры раскалываются на правых, консервативных, и левых, ультрареволюционных. Последние, как и анархисты (наиболее известный их вожак -- А.В.Мокроусов), вступают в блок с большевиками. Что касается правых эсеров (лидеры И.И.Бунаков-Фондаминский, С.А.Никонов), то они занимают ярко выраженные антибольшевистские позиции, окрашенные в цвета крестьянской общинной демократии.
   РСДРП (меньшевики, их лидеры -- П.И.Новицкий, Н.А.Канторович и др.) имели в Крыму давнюю опору в лице Крымского союза РСДРП (создан в 1902 г.) и фактически контролировали местные профсоюзы. Какое-то время это объединение просуществовало в губернии и после февральской революции. Однако осенью 1917 г. Крымский союз разваливается. Из него выходят большевики, еврейский Бунд, плеханов-ское "Единство", социал-демократы (интернационалисты), которых возглавил тот же Новицкий, и др. Если в течение 1917 г. численность популярных в Крыму меньшевиков доходила до 5 тыс., то к концу года в их рядах осталось до тысячи человек.
   Социалистическую окраску носили и многие национальные партии: украинские эсеры (лидер К.П.Величко), объединенная социалистическая крымскотатарская партия (так и не сумевшая обрести своего лица), еврейская Поалей-Цион и пр. Умеренные народные социалисты сумели объединить в губернии не более тысячи членов.
   Из несоциалистических партий в Крыму самыми активными были конституционные демократы (С.С.Крым, Н.И.Богданов, Д.С.Пасманик).
   Количество большевиков весной 1917 г. не превышало нескольких десятков: это в основном приезжие и военнослужащие. Первая самостоятельная организация крымских большевиков была создана в Севастополе в апреле-мае. Однако по мере ухудшения экономического положения и роста политической нестабильности, численность большевистских организаций за счет рабочих, солдат и моряков-черноморцев росла не по дням, а по часам. Ко времени II съезда РСДРП(б) Таврической губернии (конец ноября), по данным В.И.Королева, в Крыму членами партии был 1871 большевик.
   25 марта на общем собрании мусульман Крыма был оформлен Временный крымскотатарский (мусульманский) исполнительный комитет. Секретарь исполкома А.Боданинский разъяснил: цель его -- "неуклонное стремление... к организации демократических татарских масс, стремление к внедрению среди них сознательного и преданного отношения к идеям общероссийской, и в частности крымскотатарской, революции, стремление... стать во всех проявлениях татарской жизни центром, не повелевающим, не распоряжающимся, а регулирующим и контролирующим". В дальнейшем из Мусисполкома выделятся Курултай (парламент) и Директория (исполнительная власть). Его ядром становится созданная в июле Милли Фирка -- крымскотатарская Национальная партия -- с демократической программой и жесткой организационной структурой. В первом варианте программы провозглашался суверенитет народа, отстаивались равенство [226] всех граждан перед законом, политические свободы, демократические выборы, отмена сословных различий. Был выдвинут лозунг "Вся земля принадлежит общинам" по принципу: каждому землевладельцу столько земли, сколько он сможет обработать без применения наемного труда. Оговаривались культурно-просветительские задачи (создание национальных школ на основе обязательного, всеобщего и бесплатного обучения, введение делопроизводства на родном языке). К концу гражданской войны ее численность составила, видимо, около 10 тыс. человек. Лидеры движения -- Нуман Челеби Джихан (Ч.Челебиев), Дж.Сейдамет, печатные органы -- "Миллет" ("Нация", ред. А.С.Айвазов), еженедельник на русском языке "Голос татар" (ред. А.А.Боданинский, Х.Чапчакчи). Продолжается издание газеты "Терджиман" (с 1915г. "Ени Терджиман"), основанной И.Гаспринским в 1883 г.
   Как видим, исключительно пестрый национальный состав населения Крыма (по переписи 1917 г.: из 808903 человек -- 399785 русских и украинцев, 216968 крымских татар и турок, 68159 евреев и крымчаков, 41374 немцев, а всего -- 34 национальности) наложил свой отпечаток на общественно-политическую жизнь губернии. Возникают украинские грома-ды, армянские, еврейские и др. национальные организации.
   Конструирование послефевральских политических структур проходило в сложных социально-экономических условиях. Из общего числа -- 64848 - крестьянских хозяйств более 40% оставались безземельными. В сельском хозяйстве было занято 580 тыс. человек (68% населении губернии). Что касается рабочих, то их к началу 1917 г. насчитывалось до 32 тыс. В 1917 г. функционировало всего два крупных предприятия -- Севастопольский морской завод (11 тыс. рабочих) и Керченский металлургический завод (3 тыс. рабочих), да и то последний летом был закрыт. Доминировали мелкие фабрики с 11 -- 12 рабочими. Росли безработица, инфляция, снижался жизненный уровень населения. С весны 1917 г. развертывается стачечное движение. Симферопольский Совет организовал 10 профсоюзов (свыше 2 тыс. рабочих), в Севастополе возникло 18 профсоюзов (7277 человек). Профсоюзные лидеры предпочитали выдвигать не политические (тем самым поддерживая Временное правительство), а экономические требования. Попытки властей как-то смягчить ситуацию -- введение норм отпуска товаров, твердых цен и карточек, борьба со спекуляцией, создание продкомитетов, даже хозяйственное обособление, подобное введению таможен отдельных городов, -- не помогали.
   Март--июнь 1917 г. -- развитие революционных событий в России. В стране сложилась уникальная ситуация двоевластия -- сочетания власти органов Временного правительства и Советов, созданных во всех крупных городах и армейских частях. Двоевластие было возможным в силу готовности эсеро-меныиевистского руководства Советов уступить власть Временному правительству, сформированному из представителей буржуазных партий. Только лидер большевиков В. И. Ленин настаивал в этот период на передаче всей полноты власти Советам. [227]
   В Киеве Украинская Центральная Рада 10 июня 1917 г. принимает т универсал, 3 июля -- II Универсал, в которых была провозглашена автономия Украины в составе России.
   16 мая в Севастополь прибыл военный и морской министр Временного правительства А.Ф.Керенский. Здесь ему, как и в других городах России, была устроена восторженная встреча. "Через сто лет после великой французской революции, -- вещал живой символ Февраля, -- Россия пережила такую же великую революцию, и мы теперь так же говорим: "свобода, братство и равенство...".
   В те же дни разыгрался конфликт вокруг генерала Петрова, уличенного в казнокрадстве. Исполком Севастопольского совета и моряки флота потребовали снятия генерала с должности и суда над ним, а также отрешения от командования всех неугодных им офицеров, включая командующего флотом А.В.Колчака, сумевшего ранее предотвратить кровавые эксцессы и сохранить боеспособность флота. Керенский согласился с этим требованием. 7 июня Колчак был освобожден от должности и отозван в Петроград.
   Солдатско-матросская масса, быстро разлагаясь в тыловых условиях и уверовав в полную свою безнаказанность, выходит из-под всякого контроля, даже собственных советов. Так, 3 июня в район Бахчисарая с целью поимки дезертиров были отправлены севастопольские солдаты и матросы, 16 июня -- солдаты симферопольского гарнизона. В ходе облав военные творили всевозможные бесчинства, учинили дебош в Ханском дворце, разрушив памятник 300-летию Дома Романовых. Председатель Бахчисарайского мусульманского бюро Б.Муртазаев с горечью констатировал: "(...) В городе и окрестностях начались грабежи. Воры являются в военной форме, как бы посланные комитетом для обыска, и, расхитив все драгоценное, исчезают бесследно". На селе крестьяне самовольно захватывали и распахивали помещичьи земли. Созданные земельные комитеты не в состоянии были контролировать крестьянскую стихию.
   18 июня Мусульманский военный комитет принимает решение о выделении солдат-татар, получивших осенью название эскадронцев, в одну часть, что явилось отражением стремления всех политических организаций Крыма опереться на вооруженные силы. Временное правительство вынуждено было с этим согласиться. В числе их (несколько тысяч) были и русские офицеры. Имеются сведения о наличии среди эскадронцев нескольких французских военнослужащих. Впоследствии делаются попытки создать другие национальные формирования, вооружаются немецкие колонисты. Представители Центральной Рады, конкурируя с большевиками, ведут агитационную работу среди моряков Черноморского флота. Челебиев, стремясь заручиться поддержкой крымскотатарских воинских частей, призывает солдат-татар не идти на фронт все еще продолжающейся 1-ой мировой войны, что послужило причиной его ареста севастопольской контрразведкой (вместе с прапорщиком Шабаровым). [228]
   "Арест муфтия, -- писал "Голос татар", -- есть покушение на честь народа, его достоинство... Весь татарский народ считает арест муфтия невероятным насилием над своим разумом, совестью". Массовые протесты крымских татар, демократических кругов полуострова вынуждают контрразведку на следующий день, 24 июля, освободить Челебиева.
   К концу лета в Крыму начинает оформляться не только социальная (одобряемая большевиками), но и национальная основа гражданской войны. Фиксируются первые стычки этнического характера,
   25-31 августа 1917 г. -- корниловский мятеж. Главнокоман-дующий русской армией Л.Г.Корнилов предъявил ультиматум Времен-ному правительству с требованием передачи ему всей полноты власти в стране. В ответ правительство, возглавляемое А.Ф.Керенским, объя-вило генерала Корнилова мятежником. Однако подавление корниловского мятежа стало заслугой, прежде всего, большевиков. Они организовали саботаж на железных дорогах, по которым корниловские части пере-брасывались к Москве и Петрограду, направили в мятежные войска своих агитаторов, сформировали из рабочих отряды Красной гвардии. Мятеж захлебнулся, Корнилов и его ближайшие сообщники были арес-тованы. После подавления корниловского мятежа авторитет боль-шевиков значительно возрос. Началась "большевизация" Советов -- переход рабочих и солдатских депутатов на сторону большевиков.
   Известие о попытке военного переворота в Петрограде в августе 1917 г. вызвало стремление к консолидации левых сил. Создается Объединенный комитет революционных организаций для борьбы с правой опасностью. Властные структуры Крыма, включая губкомиссара и губисполком, земскую управу, советы, Мусисполком и другие, объединились перед лицом общей угрозы. 29 августа ими было принято примечательное воззвание, заканчивающееся словами: "(...) У России нет и до Учредительного Собрания не может быть иной власти, кроме Временного Правительства, созданного Революцией для проведения в жизнь воли революционного народа! Свержение Временного Правительства повлечет за собою гражданскую войну, гибель Родины и Свободы. Довольно крови!".
   Мусисполком в своем отдельном воззвании 2 сентября также поддержал Временное правительство и советы и еще раз акцентировал внимание на необходимости единства революционной демократии.
   Но стоило поступить известиям о провале мятежа, как союзников снова потянуло в разные стороны. Большевики и прочие леворадикалы по-прежнему опираются на Черноморский флот и 30 августа возникает очередной властный центр в Крыму -- Центрофлот, или ЦКЧФ, во главе с анархистом Е.Н.Шелестуном, настаивающий на передаче власти ВЦИКу советов. С середины сентября на некоторых кораблях реют красные флаги. Тогда же появляются сведения о формировании отрядов Красной гвардии из рабочих. Крымские татары, объединяемые национальной идеей, также имеют в распоряжении вооруженные силы. Украинские организации, ориентирующиеся на Центральную Раду, разворачивают украинизацию флота, который на 65% был укомплектован призывниками из украинских губерний. В октябре национальные флаги (желто-голубые), вопреки [229] запрету Всероссийского Центрофлота, взвиваются над миноносцами "Завидный" и "Гаджибей", крейсером "Память Меркурия" и некоторыми другими. В этих условиях офицеры-монархисты, во избежание расправы вынуждены скрывать свои взгляды. Органы Временного правительства, беспомощные и не оправдавшие возлагавшихся на них надежд, теряют остатки власти.
   2 октября большевики Таврической губернии провели свою первую конференцию, избрав губком и парторганизатора -- евпаторийского лидера Ж-А.Миллера. Их ряды укрепляются представителями ЦК -- это Ю-П.Гавен (Я.Э.Дауман), Н.Н.Островская, Н.А.Пожаров, Я.Ю.Тарвацкий, С.П.Новосельский, из местных -- И.К.Фирдевс (Керимджанов). При этом опорой большевизма стало не гражданское население Крыма, а Черноморский флот, уже забывший о боевых выходах в море.
   24-25 октября 1917 г. -- октябрьское вооруженное восстание в Петрограде. После большевизации Советов большевики взяли курс на вооруженное восстание. Его подготовку возглавил Петроградский Совет, которому подчинялись войска гарнизона столицы, Балтийский флот и Красная гвардия. 24 октября верные Временному правительству войска (около 3 тыс. штыков) попытались захватить мосты и отрезать центр Петрограда от рабочих окраин. Однако этот план был сорван, и в ночь 24-25 октября красногвардейцы взяли под контроль все ключевые пункты, столицы. 25 октября в 22:00 по сигнальному выстрелу крейсера "Аврора" начался штурм резиденции Временного правительства -- Зимнего дворца. Заседавшие во дворце министры были арестованы и заключены в Петропавловскую крепость.
   25--26 октября 1917 г. -- II Всероссийский съезд рабочих и солдат-ских депутатов. Съезд начал работу одновременно с началом штурма Зимнего дворца. Среди его делегатов большинство поддерживали большевиков и их союзников -- левых эсеров. Съезд провозгласил переход всей полноты власти в стране к Советам рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, сформировал советское правительство -- Совет народных комиссаров (СНК) во главе с В.И. Лениным. Он принял Декрет о мире, предлагавший всем воюющим странам немедленно прекратить огонь и заключить демократический мир "без аннексий и контрибуций". Был также принят Декрет о земле, согласно которому вся земля национализировалась и передавалась крестьянам в вечное пользование. (Оказалось, только на бумаге.)
   Начало гражданской войны в Крыму. В октябре-ноябре 1917 г. в Крыму широко велась кампания выборов в Учредительное собрание с участием различных политических партий. Выборы засвидетельствовали сравнительно высокую популярность в массах эсеров и представителей национальных партий. Из 555851 голоса эсеры набрали 291549, мусульмане -- 64880, украинские эсеры -- 61177, кадеты -- 38108, большевики -- 31154, "русские немцы" -- 23590, меньшевики -- 14693.
   Неслучайно поэтому, когда 26 октября (ст.ст.) в Крыму стало изве-стно о большевистском перевороте в Петрограде, его приветствовал почти [230] исключительно флот. На кораблях были подняты красные флаги. Члены команды миноносца "Пронзительный" заявили о своей готовности оказать содействие в становлении новой власти на всем полуострове. Меньшевистско-эсеровский Севастопольский совет принимает весьма неожиданное решение о взятии власти в свои руки. Совет телеграфирует в центр: "(...)Приветствуем победную революцию. Власть Советом взята. Ждем дальнейших распоряжений". Командующий флотом контр-адмирал А. В. Немитц, опасаясь осложнений, приказал поддержать власть советов. Аналогичную позицию занял ЦКЧФ.
   Прочие советы, а также партии и общественные движения встретили октябрьские события крайне отрицательно. При этом они разумно учитывали настроения большинства населения Крыма (исключая рабочих завода "Анатра", части флота и жителей Севастополя), опасавшегося гражданской войны и возлагавшего надежды единственно на Учредительное собрание. Ограничимся одним документом (они в целом дублируют друг друга) - воззванием Ялтинского совета "К рабочим, солдатам и всему населению Крыма": "Кучка анархистов-коммунистов во главе с Лениным, Зиновьевым и другими, движимыми непомерным честолюбием и жаждой власти, поддержанная явными и тайными агентами германского штаба и черносотенными организациями Петрограда, посредством обмана, лжи и предательства увлекла часть петроградского гарнизона и рабочих на путь вооруженного восстания против революционного правительства и Советов солдатских, рабочих и крестьянских депутатов". Вскоре и Севастопольский совет, разобравшись в ситуации, заявляет о непризнании советской власти.
   27 октября для предупреждения захвата власти большевиками создается Севастопольский военно-революционный комитет, затем аналогичные комитеты возникают в других городах Крыма.
   С резко отрицательной оценкой петроградских событий выступил Мусисполком. Не были единодушными в оценках петроградских событий и большевики. К примеру, переворот в Петрограде был осужден Евпаторийской организацией во главе с В.А.Елагиным.
   31 октября начал свою деятельность Крымский революционный штаб, впоследствии -- Штаб крымских войск (во главе с Дж. Сейдаметом и полковником Макухиным), целью которого было противостоять большевикам в захвате власти. Войска были многонациональны, однако доминировали крымскотатарские соединения: 1-й и 2-й конные полки, 1-й полк Свободы. В таких условиях быстрый (по примеру Петрограда и Москвы) революционный переворот в Крыму оказался для большевиков невозможным. Поэтому они сделали ставку на постепенное накопление на полуострове революционных сил.
   Проследим хронологию дальнейших, очень разных событий.
   1917, 3 ноября. Преобразование Ханского дворца. Во дворце был торжественно открыт Национальный татарский музей. Его директором стал художник У.А.Боданинский. На открытии с яркой речью выступил Ч.Челебиев. "На Крымском полуострове, -- говорил он, -- ...много прекрасных цветов (этносов, народностей. -- Авт.). Каждый из них имеет [231] особую свою красоту и свойственный ему лишь приятный аромат. (...) Татарский народ признавал, признает и всегда будет признавать права каждой народности".
   1917, 4 ноября, Появление лозунга "Крым для крымцев". Этот лозунг формирует Ч.Челебиев, подразумевая под "крымцами" все население Крыма. Воззвание Мусисполкома, написанное им, гласило: "...Чрезвычайные обстоятельства повелевают народам Крыма взять на себя заботу об устроении судьбы своего края и объединиться для общей дружной работы на благо всех народов, населяющих Крым. Как и в какой форме может быть разрешена поставленная ныне перед Крымом эта задача, может решить только коллективное мнение и воля живущих в Крыму всех народностей".
   1917, 7 ноября. Третий Универсал Центральной Рады. На волне октябрьских событий III Универсал провозгласил создание Украинской Народной Республики (УИР) в составе Российской Федерации. Три северных уезда Таврической губернии -- Днепровский, Бердянский и Мелитопольский, хотя и "без Крыма" -- включаются в состав УНР, что вызвало возмущение большинства политических сил полуострова. На повестку дня встал вопрос о статусе региона.
   1917, 16--17 ноября. Губисполком созывает Всекрымский съезд советов (Симферополь). Из большевиков присутствовал только Ж.А.Миллер (Шепте), так как, усиленные прибывшими из центра опытными организаторами и агитаторами, они все более изолировали себя от лагеря, считавшегося демократическим. Съезд 9 голосами против 7 объявил Октябрь "преступной авантюрой", признал решения II Всероссийского съезда Советов неправомочными и констатировал необходимость передачи власти "Таврическому съезду представителей городских дум, земств, демократических и националистических организаций" "демократическому совещанию Тавриды". Таким образом, съезд призвал все антибольшевистские силы к консолидации.
   1917, с 20 ноября. Губернский съезд представителей городских и земских самоуправлений. Делегаты от земств, городов, советов и профсоюзов (большевики и кадеты отсутствовали) после весьма дружеских дебатов вынесли основную резолюцию: "До выяснения воли населения Крыма крымским учредительным собранием ... (...) ...учреждается орган управления губернией -- Таврический губернский совет народных представителей (СНП. -- Авт.), как временный высший орган губернской власти, ответственный перед органом, его создавшим, и будущей центральной законной властью".
   В это коалиционное образование, ориентированное на Всероссийское учредительное собрание, вошли 48 членов: представители городов, земств, советов, профсоюзов, фабзавкомов, Крымского революционного штаба. Оно включало и национальные фракции: от татар и украинцев -- по три человека, великороссов -- два, евреев -- два, немцев -- два, греков, армян, эстонцев -- по одному. Президиум СНП состоял из 11 членов: по два делегата от земств, а также украинцев, крымских татар и др. национальностей, по одному -- от советов и городских самоуправлений. [232]
   Создание СНП было первой попыткой в истории Крыма XX в. образовать представительный многонациональный орган власти, пользующийся доверием населения, однако показал он себя вялым и беспомощным, ограничившись разработкой избирательного закона в связи с так и не созванным крымским учредительным собранием, малозначимыми финансовыми вопросами.
   Ноябрь 1917 -- март 1918 гг. - победоносное шествие Советской власти. 3 ноября Советская власть была установлена в Москве, 20 ноября Совнарком (СНК) взял под контроль Ставку, чтобы вскоре существенно повлиять на весь ход 1-ой мировой войны. Советы стали формой режима диктатуры пролетариата, при котором главным источником власти провозглашался рабочий класс, а "эксплуататоры" лишались гражданских прав.
   К началу декабря 1917г. ив Украине руководство многими Советами перешло в руки большевиков.
   6.12.1917 г. Первый Всеукраинский съезд Советов в Киеве вы-сказался в поддержку Украинской Центральной рады. Недовольные делегаты от 96 советов (общее число советов в Украине в то время -- 300) выехали в Харьков, где 11-12 (24-25) декабря высказались за установление Советской власти в Украине. Советская Украинская Народная Республика признавалась федеративной частью Российской Советской республики со всеми вытекающими отсюда последствиями, включая и осуществление совместных действий в борьбе за укрепление советского строя. Центральная Рада не признала большевистское правительство в Харькове, что и привело к вооруженной борьбе между двумя украинскими правительствами. Возможности, ресурсы и тактика украинских большевиков в тех условиях оказались лучшими, что и предопределило в дальнейшем известный исход этого кровавого противостояния.
   Нужно отметить, что в современной украинской историографии распространена точка зрения, квалифицирующая указанные события не как гражданскую войну, а как агрессию Советской России против Украины.
   1917, 24 ноября. Рассмотрение вопроса об автономии Крыма на II конференции РСДРП(б) Таврической губернии. В тексте принятой конференцией резолюции говорится: "3. ...Констатируя, что население Крыма состоит из различных национальностей, из которых татары не являются численно преобладающим элементом (только 18% всего населения), съезд считает в силу местных особенностей единственно правильным решением вопроса об автономии Крыма референдум (народное голосование; среди всего населения Крыма, в то же время съезд находит, что все местные организации обязаны вести самую энергичную агитацию против разжигания национальных страстей в местном населении разными националистическими группами и партиями...". Впоследствии крымские большевики об идее референдума не вспоминали.
   1917, 26 ноября. Созыв в Бахчисарае Учредительного Курултая-Курултая начал свою работу как Учредительное собрание [233] крымскотатарского народа, а продолжил уже как постоянно действующий орган -- мусульманский парламент. В выборах приняло участие более 70% татарского населения Крыма, избрано 78 депутатов различной ориентации (3/4 причисляли себя к демократам). На первом же заседании Курултая выявились разные точки зрения на сотрудничество с различными политическими силами по созданию краевой власти. Если правые во главе с Дж. Сейдаметом предлагали работать вместе с СИП, то левые -- будущие коммунисты -- настаивали на коалиции между Курултаем, СНП и большевиками, К компромиссу с последними был склонен и Ч.Челебиев. 13 декабря Курултай сформировал из своего состава национальное правительство -- Директорию -- во главе с Ч.Челебиевым и принял Конституцию (Крымскотатарские основные законы). Конституция провозглашала создание Крымской Народной Республики (которая реально так и не возникла), равноправие всех жителей Крыма независимо от национальности, оговаривая, что окончательный ответ на вопрос о судьбе полуострова должно дать Всекрымское Учредительное собрание.
   Решения Курултая не привели к разрыву между СНП и Директорией, так как их сближали антибольшевистские позиции. Тем более что в условиях начавшейся на полуострове гражданской войны данную конституцию не представлялось возможным ввести в действие.
   1917, 27 ноября. Телеграмма СНК России главному комиссару Черноморского флота. В ней говорится: "Действуйте со всей решительно-стью против врагов народа, не дожидаясь указаний сверху. Каледины, Корниловы, Дутовы вне закона. Переговоры с вождями контрреволюции воспрещены". Это является свидетельством того, что гражданская война в Крыму инициировалась и управлялась сверху.
   И с конца ноября 1917 г., опираясь в основном на моряков Черноморского флота и армейские части, большевики переходят в наступление, чтобы вскоре осуществить революционный переворот и в Крыму.
   3--4 декабря 1917 г. -- перемирие между Советской Россией и странами Четверного союза. После того, как предложение совет-ского правительства всем воюющим государствам о заключении все-общего и демократического мира не получило отклика, Совнарком вступил в контакт с представителями Германии и ее союзников. На встрече в Брест-Литовске между Советской Россией и ее противниками по миро-вой войне было заключено перемирие до 14 января 1918 г., а 22 декабря 1917 г. уже начались переговоры о заключении сепаратного мира.
   В это время ЦР, получив благодаря своей антибольшевистской политике признание правительств стран Антанты, принимает обязательство продолжать войну, ооъединив Юго-Западный и Румынский фронты в единый Украинский фронт.
   1917, 16 декабря. Избрание Военно-революционного комитета (ВРК). Произошло это на чрезвычайном собрании представителей 51 судовой команды и крепостных батарей. Эсеро-меныдевистский Совет Севастополя был распущен. Власть в городе полностью перешла в руки ревкома в составе 18 большевиков и двух левых эсеров. Председателем ревкома был избран большевик Ю. П. Гавен (Дауман). На этой волне [234] разгулявшаяся матросская вольница устраивала самосуды над офицерами, жестоко с ними расправляясь и терроризируя город. Эсеро-меньшевистский исполком городского совета, не контролируя ситуацию, сложил свои полномочия. 18 декабря был переизбран Севастопольский совет. Большевики получили 87 мест из 235, их союзники, левые эсеры, -- 86.
   1917, 20-е числа декабря. Начало гражданской войны в Крыму. Происходят первые вооруженные столкновения большевиков и эскадронцев, которыми командует Объединенный штаб крымских войск СНП. Поддерживающие большевиков матросы ЧФ начали наступление на Бахчисарай, Симферополь, Карасубазар, а также высадили десанты в ряде приморских городов. Со своей стороны Объединенным штабом разрабатывается план захвата Севастополя, а 26 декабря 1917 г. эскадронцы начали разоружение "ненадежных" воинских частей в Евпатории. Стычки между противоборствующими сторонами происходят по всему Крыму -- на полуострове разгорается гражданская война.
   В начавшихся столкновениях политические и социальные конфликты, во многих случаях, бытовые, часто переплетаются с этническими. На Южном берегу резко обострились отношения между греками (по большей частью беднотой, поддержавшей большевиков) и крымскими татарами.
   Подводя итог уходящему, 1917-му году, публицист А.Ильин в газете "Южные ведомости" от 25 декабря писал: "Разрушены железные дороги, приостановлена почти работа телеграфа. Жизнь как бы замерла, здоровое биение пульса страны остановилось. (...) Вместо творческой созидательной работы у нас растет и множится анархия, всюду дикий разгул разъяренной толпы, разбои, грабежи, самосуды, расстрелы, всюду хаос и разрушение, идет братоубийственная война, улицы городов залиты кровью уничтожающих друг друга людей, всюду безумие и ужас".
   1918, начало января. Отставка Ч. Челебиева с поста председателя Директории. Ч.Челебиев, поддержанный немногочисленной левой группой делегатов (будущих коммунистов), склоняется к компромиссу с большевиками. Однако в состоянии острого душевного кризиса он 2 января 1918 г. неожиданно отдает приказ эскадронам занять Народный дом в Симферополе, где располагались различные общественные и политические организации, под резиденцию национального правительства и заявляет о претензиях татар на всю полноту власти в Крыму. Последовали протесты профсоюзов, СНП, Штаба крымских войск. Под давлением членов Курултая Челебиев подает в отставку с поста председателя Директории, который на короткий период занимает Дж.Сейдамет.
   5 января 1918 г. -- в Таврическом дворце (Петроград) начало работу Учредительное собрание. Выборы делегатов на него были проведены еще в ноябре 1917 г. Более половины мандатов досталось эсерам. Большевики, контролировавшие ситуацию в Петрограде, разрешили собраться избранному органу, но, когда он отклонил резолюцию о передаче всей полноты власти Советам, его депутаты были разогнаны. Учредительное собрание проработало всего два дня. [235]
   9 января 1918 г. УЦР принимает свой последний, IV Универсал, по которому УНР провозглашалась независимым государством.
   В результате самостоятельных (вопреки позиции России) переговоров в Брест-Литовске УЦР заключила свой мирный договор с Германией и ее союзниками. Россия вынуждена была с этим согласиться.
   В соответствии с этим договором в Украину вошли войска Герма-нии и Австро-Венгрии, вытеснив большевиков и снова вернув в Киев ЦР, которая до этого вынуждена была эвакуироваться в Житомир.
   Приход к власти большевиков. Республика Тавриды. 13-15 января 1918 г. в Симферополе вооруженным путем была установлена Советская власть, ВРК выпустил по этому поводу воззвание к населению Крыма. Создается объединенный штаб Красной гвардии, который разослал в различные районы Крыма вооруженные отряды, призванные помочь революционным силам в окончательном установлении Советской власти по всему Крыму. СНП, Курултай и Директория объявляются распу-щенными, закрываются неугодные газеты, в том числе "Ени Терджиман". Один из руководителей Штаба крымских войск Дж.Сейдамет покидает Крым, другой -- Макухин -- расстрелян. Челебиев арестован и препро-вожден в Севастопольскую тюрьму, где в феврале также будет расстрелян.
   На протяжении десятилетий официальная советская историография утверждала, что гражданская война в России была навязана белогвардейцами, сопротивлением свергнутых в результате революции эксплуататорских классов, внешней интервенцией. Не отрицая наличия этих факторов, отметим, что такие действия большевиков, как грубая продовольственная политика, конфискации, ограничения торговли, повальная национализация, явились в начале 1918 г. не менее важными причинами возникновения и распространения этой войны.
   Но особенно неприязненное отношение значительной части населения к Советской власти порождало то, что новая власть, не имея широкой социальной базы, сделала основную ставку на революционное насилие. Началось с того, что в феврале крымские властные структуры обложили местную "буржуазию" (частных предпринимателей) контрибуцией в 10 млн. рублей. Но в ревкомы поступило лишь 3 млн. рублей, что послужило поводом к жестокой расправе. Максимально, в духе "революционной законности", упрощалось следствие. Под угрозой репрессий ревкомы потребовали от крестьян Крыма выплатить недоимки еще царского времени. И снова началась волна репрессий, на этот раз исключительно к сельскому населению. Их организаторами, как правило, выступали военные. Этот шаг в значительной мере оттолкнул крестьян от Советской власти.
   Команды кораблей Черноморского флота, установив совершенно бесконтрольную власть, наводили ужас на население полуострова. Безрассудные расстрелы в Севастополе, Евпатории, Симферополе, Ялте унесли жизни тысяч безвинных, людей.
   Так, 23-24 февраля в Севастополе были убиты, зачастую зверски, адмирал С.Ф.Васильковский, контр-адмирал Н.Г.Львов, генерал-майоры И.И.Дефабр и К.Н.Попов, капитаны 1-го ранга А.Г. фон Ризенкампф, [236] А.А.Антонов, Ф. Ф.Карказ, полковники Я.И.Быкадоров и В.А.Эртель, подполковник С.И.Жирар, муфтий Ч.Челебиев, художник М.М.Казас (караим), купцы М.Е.Островерхов, А.Я.Гидалевич, Л.М.Шульман, Ф.И.Харченко, общественный деятель Г.А.Бронштейн и другие.
   3 марта 1918 г. состоялось подписание Брестского мира между Советской Россией и странами Четверного союза. Россия соглашалась на отторжение Польши, Прибалтики, Украины, Финляндии, части Белоруссии. Турция аннексировала в Закавказье Каре, Ардаган, Батум. Всего от России отторгалась территория площадью 1 млн. кв. км с населением около 50 млн. человек, на которой размещалось 54 процента промышленности и 33 процента железнодорожных путей страны.
   Крым в число отторгавшихся территорий не входил.
   7-10 марта 1918 г. Таврический губернский съезд советов рабочих, солдатских, крестьянских, поселянских и батрацких депутатов, земельных и военно-революционных комитетов, проходивший в Симферополе, в работе которого приняло участие свыше 700 делегатов, после бурных дебатов одобрил Брестский мир, поддержал советскую власть на Украине, передал землю в ведение местных советов, воздержавшись от ее передела (то, что крестьяне успели поделить сами, объявлялось временными наделами), одобрил меры по оказанию продовольственной помощи голодающим губерниям. Административным центром был определен Симферополь (вносились предложения перенести центр в Севастополь). Национальный вопрос, столь важный для полиэтничного Крыма, съездом не обсуждался. Был избран Центральный Исполнительный Комитет (ЦИК) под председательством большевика Ж.А.Миллера (Шепте) в составе 12 большевиков и 8 левых эсеров.
   В годы гражданской войны Крым дважды провозглашался социали-стической республикой. В первый раз Социалистическая Советская Республика Тавриды была объявлена декретом Таврического ЦИКа от 19 марта 1918 г. в границах Таврической губернии. Затем по предложению Совнаркома РСФСР декретом от 22 марта 1918 г. Таврический ЦИК объявил, что Реагублика Тавриды включает территорию только Крымского полуострова, без северных уездов (Днепровского, Мелитопольского, Бердянского), вошедших в состав Украины. Создание Республики Тавриды было вызвано сложной военно-политической обстановкой. В соответствии с Брест-Литовским мирным договором территория Крымского полуострова была признана неотъемлемой частью РСФСР. Однако кайзеровская Германия, начавшая оккупацию Украины, рвалась захватить Крым и Черноморский флот. В этих условиях СНК РСФСР и предложил объявить Крым республикой. А возглавил правительство Республики Тавриды видный большевик Н.Г.(А.И.)Слуцкий, прибывший в Крым по направлению ЦК РКП(б).
   Деятельность учреждений Республики Тавриды была подчинена ко-ренной задаче, провозглашенной в первых декретах советской власти, -- преобразованиям в духе казарменного военного коммунизма. Основным экономическим рычагом перехода к коммунизму мыслилась тотальная [237] национализация. В течение февраля -- апреля 1918 г. в собственность республики перешли: железнодорожный транспорт, торговый флот, предприятия, недра земли и моря, внешняя торговля, леса, крупные имения, имущество церковных и религиозных обществ, гостиницы, театры, кинемато-графы и т. д. Председатель Балаклавского Совета И.А.Назукин объявил о создании Балаклавской коммуны и достижении бесклассового общества. Балаклавский совет национализировал дома стоимостью свыше 20 тыс. рублей, рыбные заводы, объявил переход в свою собственность всего урожая 1918г., объединил профсоюзы, артели и приступил к "коммунизации населения" уезда. Значительная часть населения, разумеется, была раздражена подобными действиями.
   Хотя в большевистско-левоэсеровском по составу СНК Республики Тавриды и имелось два татарина -- И.КФирдевс (Керимджанов), первый большевик из крымских татар (нарком иностранных дел и по делам национальностей), и И.С.Идрисов, его помощник, практически не уделялось внимания решению национальных проблем. Особенно серьезным было положение в горных районах, где подавляющую часть населения составляли крымские татары. Следует отметить, что здесь же, не сложив оружия, укрылись значительные группы эскадронцев и офицеров.
   Поход Крымской группы Армии УНР и германских войск в Крым. Падение Республики Тавриды*. Согласно Третьего Универсала Крым не входил в состав УНР, однако украинские власти претендовали на Черноморский флот, следовательно, на его базу - город Севастополь. Украинцы, которые составляли по разным оценкам от 8,5 до 12,4% на-селения Крыма и были тут третьей по численности нацией, являлись ос-новной силой, на которую рассчитывала Центральная Рада в своих устремлениях. Кроме того, временно ее интересы совпали с позицией крымскотатарских национальных органов власти: Курултаем и Директорией. Первоначально Центральная Рада поддерживала идею создания на полуострове татарской автономии.
   (* Материал подготовлен Б. Грушецким.)
   Однако неспособность Директории реально прийти к власти в Крыму, тогда как это удалось сделать большевикам, вынудила украинское прави-тельство изменить свою политику насчет полуострова и рассматривать варианты его вхождения в состав УНР. В киевской газете "Ввдродження" от 23 апреля 1918г. утверждалось: "Украинское государство сделает из Крымской национальной территории государственный организм, связанный с Украиной в тесную федерацию". 24 апреля посол УНР в Османской империи сделал официальное заявление о том, что Крым является частью Украины. С целью воплотить в жизнь данные проекты 8 апреля в Харькове из украинских военных частей была создана Крымская группа Армии УНР во главе с 35-летним полковником Петром Болбочаном, целью которой было до подхода немцев взять под свой контроль Черноморский флот, а также очистить Крым от войск большевиков. Группа насчитывала до 6 тыс. человек и включала пехотный (4 тыс.) и конный (более 1,5 тыс.) полки, 2 бронепоезда, 4 артиллерийские батареи и конный пушечный дивизион. [238]
   Что же представляла собой противостоявшая немцам и украинцам армия Республики Тавриды? Так как среди высшего руководства рес-публики господствовала мысль о том, что немцы Крым обойдут (согласно Брестскому миру), то оборонные работы почти не проводились. И хотя на полуострове пребывало достаточное количество войск (по разным данным от 12 до 30 тыс. чел.), фактически под руководством штаба обороны пребывало всего 3,5 тыс. плохо вооруженных солдат. Под Пере-копом не хватало боеприпасов, войска были слабо обучены, а Черномор-ский флот (ок. 8 тыс.) пребывал в состоянии полуанархии. Командующий флотом, контр-адмирал Саблин, заявлял, что "с существующей организацией флота... чрезвычайные полномочия являются пустым звуком".
   Тем временем германская армия 4-5 апреля переправилась через Днепр и уже 15 апреля подступила к Перекопским укреплениям. Крымская группа Армии УНР 16 апреля заняла Мелитополь и Акимовку, а 19 - Новоалексеевку.
   Состояние же Перекопских укреплений было настолько слабым, что первая серьезная атака немецких войск в количестве 3 тыс. человек утром 18 апреля привела к полному разгрому обороны. Уже к вечеру того дня немцы вступили в Перекоп, а 19 апреля начали бой с отступавшими большевиками за Джанкой*. Ближе к ночи украинские войска, выдав себя за отступающие красные части, перешли по заминированному Чонгарскому мосту и, благодаря внезапности, выбили отряды Республики Тавриды с оборонных позиций. Их подход к. Джанкою сыграл решающую роль в захвате станции.
   (* В период вторжения германских и украинских войск в Степном Крыму на красные части нападали вооруженные отряды немцев-колонистов, снабжая наступающих сведениями разведывательного характера. В городах проявляла себя антисемитская агитация.)
   Тем временем, пока германские войска вели затяжные бои в направлении Феодосии, где 2-ой Феодосийский полк пытался даже перейти в контр-наступление, украинские части 21 апреля без какого либо противодействия заняли Симферополь, однако продолжить наступление не смогли. Тогда конный полк гайдамаков выступил через Крымские горы в обход войск большевиков, занял Зую, а вечером 22 апреля прибыл в Алушту, где принял участие в антисоветском восстании на ЮБК, организованном крымскими татарами и бывшими офицерами царской армии. Но уже 24 апреля, оставив Алушту в руках участников антиправительственного восстания, части украинской армии со стороны Крымских гор повели наступление на Бахчисарай и, по некоторым данным, заняли его.
   Очевидцы событий с разных сторон дают диаметрально противо-положные данные о действиях украинских войск и отношении к ним крымских жителей. Если большевики говорят о расстрелах рабочих в Симферополе и Сарабузе, то участник похода Б. Монкевич вспоминает: "Нигде на всей Украине не встречали украинские войска с таким энтузиазмом... как делало это население... занятых крымских местностей".
   Между украинцами и германцами сложились напряженные отношения. Еще в Джанкое генерал фон Кош пытался задержать украинскую [239] кавалерию, немецкие офицеры чинили ей всякие препятствия. 24 апреля в Симферополь прибыло немецкое командование, которое потребовало вывода украинских войск с полуострова. П. Болбочан не согласился, заявив: "Запорожцы все лягут как один, но этих требований не выполнят". Для переговоров в Крым прибыл командующий Запорожским корпусом З.Натиев, 25 апреля посетивший Курултай и заручившийся его поддержкой. По воспоминаниям командующего конным полком В. Петрива, "на совещании Натиева и Болбочана было решено продолжать исполнение директив правительства и любой ценой удержаться в Крыму". Немцы не поддавались на уговоры и ультимативно потребовали вывести войска Крымской группы, что и был вынужден сделать П.Болбочан 27 апреля. Украинские части отошли в Мелитополь и далее -- в Александровск (Запорожье). Черноморский флот, из-за которого и была задумана данная операция, в итоге не достался ни одной из сторон: большая часть его была уничтожена большевиками в Новороссийске, другая часть, на которой врангелевцы покинули Крым в 20-м, была дислоцирована на французской военно-морской базе в Бизерте (Тунис). После вялых попыток французов и Советской России договориться о возврате боевых кораблей, с них были сняты орудия и боеприпасы, а корпуса порезаны на металлолом.
   Как уже упоминалось, в 20-х числах апреля, с началом вторжения на полуостров германских войск и частей Центральной Рады, в горных районах и на побережье вспыхивает крымскотатарское восстание, называемое самими участниками "народной войной". 21 апреля они захватили руково-дителей Республики Тавриды. Почти все они, включая Н.Г.Слуцкого, погибли. Повстанцы обрушились не только на большевиков, в южных районах еще находившихся у власти, но и на местное христианское население, особенно греков, с которыми они отождествляли власть советов.
   Заместитель председателя Таврического ЦИК Иван Семенов (левый эсер), чудом избежавший смерти во время расстрела руководителей Республики Тавриды, позже писал: "Ночью с 23 на 24 апреля русские, жившие в окрестностях Алушты, подверглись нападению со стороны татар; было вырезано несколько семейств, всего около 70 человек.
   Русские жители, пережившие ужасную ночь, к следующей ночи стали собираться группами и вооружаться, чтобы защититься в случае повторного нападения".
   Однако 24 апреля матросы и красногвардейцы, к которым в ряде мест присоединились греки, потеснили восставших и заняли Алушту. Последовали кровавые расправы над побежденными. Это подтверждает и кадет В.А.Оболенский, скрывавшийся тогда в Биюк-Ламбате: "...большевики жестоко расправлялись с попадавшими им в руки татарами. В Гурзуфе и Кизилташе (с.Краснокаменка Ялтинского горсовета. -- Авт.) татар расстреливали и топили в море".
   "Этот день, -- вспоминал современник тех событий большевик В. А. Елагин, -- является одним из печальнейших дней в истории уродливой большевистско-татарской борьбы. После обстрела Алушты артиллерийским огнем с миноносца разъяренные гибелью комиссаров (Слуцкого и др. -- Авт.) матросы, сломав сопротивление восставших, ворвались в городок. [240] Рассыпавшись в погоне за отступавшими по его узеньким улицам, они рубили без разбора всех попадавшихся им навстречу татар". Разгулялись дикие инстинкты. "Когда здесь увидели те зверства, которые были проделаны националистами-татарами в ночь с 23 на 24 апреля, -- все взялись за оружие..."
   Но этноконфессиональный конфликт этим не завершился. С падением Республики Тавриды и оккупацией всего полуострова германскими войсками (украинские части, как известно, по настоянию германского командования были выведены из Крыма) на малочисленных христиан селений Южного берега (в основном греков) обрушился настоящий террор.
   В.А.Оболенский вспоминал: "Вечером мы смотрели на зарева вспыхнувших по всему южному берегу пожаров. Татары мстили греческому населению за кровь убитых братьев. Немало греков было убито в тот вечер, а все их усадьбы разграблены и сожжены".
   По сообщениям авторитетной газеты "Крымский вестник" (г.Сева-стополь) в результате погромов "погибло несколько десятков греков, в том числе дряхлые старики и малые дети. (...) На всем побережье между Ялтой и Алуштой не осталось сейчас (март 1919 г. -- Авт.) ни одного греческого семейства, все разбежались и многие терпят большую нужду и лишения". "На всем побережье Крыма не уцелело ни одной плантации греков, ни единого их дома -- все подверглось разрушению".
   Греки фактически изгонялись с Южного берега и части горного Крыма, их имущество грабилось. Последствия этого этнического конфликта ощущались еще в начале 20-х гг.
   Слабые части красногвардейцев и растерявший боеспособность Черноморский флот, значительное число матросов которого активно участвовало в установлении власти большевиков на Украине и юге России, не могли остановить наступление неприятеля.
   1 мая 1918 г. немецкие войска вошли в Севастополь. К этому времени они уже заняли Джаикой, Евпаторию, Феодосию, кое-где при решающей поддержке частей Центральной Рады. Понадобились еще день-два, чтобы немцы заняли всю территорию полуострова. Протесты Советской России результатов не возымели. Крым был красными сдан.
   Чтобы не попасть в руки врага, по приказу Военного совета и после длительных дебатов матросов в ночь с 29 на 30 апреля ряд судов флота покинул Севастополь. 30 апреля под обстрелом противника ушло еще несколько кораблей. Подводные лодки, катера и другие суда не смогли прорваться сквозь огонь неприятеля, поэтому возвратились в Южную бухту, где подлодки были выведены из строя своими командами. Чтобы помешать эвакуации, 1 мая к Севастополю подошли отремонтированный "Гебен" и турецкий крейсер "Гамидие", но они опоздали. В тот же день в Новороссийск начали прибывать боевые суда из Севастополя, Ялты, Керчи -- всего 25 единиц. Корабли, оставшиеся в Севастополе, подняли украинские флаги, но по приказу командования германских войск они были спущены и заменены флагами Германии. Всего в руки оккупантов попало свыше 170 боевых, вспомогательных и транспортных судов [241] различных классов, две авиационные бригады, склады со снаряжением, оружием, боеприпасами, портовое оборудование. 11 мая 1918 г. Германия потребовала немедленного возвращения в Севастополь остальных кораблей Черноморского флота, угрожая продолжить наступление. В ответ В.И.Ленин направляет "Протест германскому правительству против оккупации Крыма". В этом документе, состоящем из 11 пунктов, советская сторона упрекала германскую в нарушении Брестского договора. Ставился вопрос о желательности мирного договора Германии с Финляндией, Украиной, Турцией. Выражалось согласие гарантировать невмешательство в войну Черноморского флота. Протест В.И.Ленина был проигнорирован. Тогда 28 мая Ленин секретной директивой приказал командующему ЧФ контр-адмиралу М.П.Саблину эти суда потопить, на что тот ответил отказом и по вызову советского правительства отбыл в Москву. А 12 июня Советское руководство открытым текстом дало радиотелеграмму в Новороссийск, предписывающую вернуть суда в Севастополь и сдать германскому командованию. И следом, 13 июня, шифровкой за подписями В.И.Ленина и Я.М.Свердлова исполняющему обязанности начальника Морских сил Черного моря капитана 1-го ранга А.И.Тихменеву приказывалось открытую радиотелеграмму не выполнять и корабли уничтожить. Между тем на судах, команды которых к этому времени значительно сократились, проходили острые дебаты. 17 мая под коман-дованием Тихменева линкор "Воля", эсминцы "Дерзкий", "Беспокойный", "Пылкий", "Поспешный", "Жаркий" и "Живой", вспомогательный крейсер "Император Троян" отправились обратно. Эсминец "Громкий" по пути в Севастополь был затоплен своей командой. В Новороссийске 18 июня уничтожением оставшихся судов руководили член коллегии наркомата по морским делам мичман Ф.Ф. Раскольников, прибывший из Москвы, и старший лейтенант В.А.Кугель, командир эсминца "Керчь", который под утро 19 июня в Туапсе был также затоплен своим экипажем.
   Первое Крымское краевое правительство: стремление к государст-венности. Объявив население Крыма "туземцами", командующий оккупационными войсками на полуострове генерал Роберт Кот ввел военное положение. В целях умиротворения Крыма жителям было предписано под угрозой смертной казни сдать ко 2 мая имеющееся у них оружие. Грозные приказы неукоснительно выполнялись оккупантами.
   Германское командование первоначально сделало ставку на местных немцев-колонистов. Вместе с войсками в Крым прибыл и министр земледелия и колоний генерал фон Линдеквист, развернувший вместе с известным католическим пастором Винклером среди них активную деятельность. 7 мая в д. Бютень (с. Ленинское Красногвардейского района) была созвана конференция немцев, на которую прибыло около 400 делегатов не только из Крыма, но из Мелитополя, Бердянска, Херсона, Одессы. Делегаты приветствовали вторжение германской армии, выразили ей поддержку и просили распространить германскую власть на Крым, а если это окажется невыполнимым, то дать возможность переселиться немецким колонистам в Германию. Германским командованием рассматривался и вопрос о создании генерал-губернаторства с [242] выдвижением на пост генерал-губернатора крупного землевладельца Днепровского уезда барона В.Э.Фальц-Фейна, но тот отказался.
   Управлять полуостровом как колонией германское командование не смогло, поэтому занялось поиском политических сил для организации местной власти.
   В этой связи германское командование обратило особое внимание на возобновивших свою деятельность Курултай и Директорию, чье руководство проявило максимальную лояльность к оккупантам, намереваясь создать независимую Крымскую Республику. На турецком боевом корабле в Крым возврагился Дж. Сейдамет, встречавшийся в Стамбуле с Энвер-пашой, желая заручиться его поддержкой в борьбе за власть. Затем он "доставлен был в германский штаб, откуда после двухдневного уединения и задумчивости непосредственно препровожден на заседание курултая..." ("Таврический голос", 1919, 21 февраля).
   1918, 10 мая. Возобновил работу Курултай. Умеренная фракция Курултая считала, что "Крым должен стремиться к созданию независимого государства", которое обязано "защищать интересы всех классов, всех народов, населяющих Крым". Правые во главе с Дж. Сейдаметом стре-мились к установлению в Крыму татарской этнократии. 16 мая Сейдамет выступил на Курултае с программной речью, в которой были такие слова: "...Есть одна великая личность, олицетворяющая собой Германию, великий гений германского народа... Этот гений, охвативший всю высокую гер-манскую культуру, возвысивший ее в необычайную высь, есть не кто иной, как глава Великой Германии, Император Вильгельм, Творец величайшей силы и мощи.(...) Интересы Германии не только не противоречат, а, быть может, даже совпадают с интересами самостоятельного Крыма...".
   Курултай выдвинул кандидатуру Сейдамета на должность премьер-министра крымского правительства.
   21 мая в помещении Курултая состоялось "частное собеседование" "курултаевцев" (Бюро крымскотатарского парламента) с некоторыми общественными деятелями. Соглашения достигнуто не было. Фигура Сейдамета абсолютно не устраивала кадетов, считавших также, по словам В.А.Оболенского, что "нельзя было признать ответственность Крымского правительства перед Курултаем, т.е. парламентом национального меньшинства". С доводами кадетов согласилось и Губернское земское собрание, где преобладали эсеры. Премьерские вожделения Сейдамета, который не сумел составить правительственный кабинет, а заодно с ними планы германского генерал-губернаторства в Крыму потерпели провал.
   Левые (А.А. и У.А.Боданинские, а также С.М.Меметов, С.И.Идрисов, В.Ибраимов и др.) склонялись к большевикам и осенью 1918 г. вступили в РКП(б). Это отражало столкновение национальных интересов с растущими социальными противоречиями.
   В конце концов германское командование остановилось на фигуре литовского татарина, генерал-лейтенанта, бывшего командующего 1-м Мусульманским корпусом М.А.Сулькевича в качестве премьер-министра. С 5 июня он приступил к формированию кабинета, в который вошли князь С.В.Горчаков (товарищ премьер-министра и исполняющий [243] обязанности министра внутренних дел), В.С.Татищев (министр финансов, промышленности, торговли и груда, временно управляющий министерством юстиции), Дж.Сейдамет (министр иностранных дел), генерал-майор Л.Л.Фриман (министр путей сообщения, общественных работ, почт и телеграфа), немецкий колонист Т.Г.Рапп (министр земледелия, краевых имуществ и снабжения), октябрист В.С.Налбандов (краевой контролер и краевой секретарь, управляющий до августа министерством народного просвещения и исповеданий). Сулькевич также был министром внутренних, военных и морских дел.
   25 июня была утверждена Декларация первого Крымского краевого правительства. В ней провозглашался, несмотря на немецкую оккупацию, "строгий нейтралитет в отношении всех воюющих держав". В политиче-ской сфере Краевое правительство признавало целесообразность сохранения законоположений Российского государства, изданных до большевистского переворота, с оговоркой об их пересмотре в случае надобности. Предполагались выборы в органы местного самоуправления.
   Вводилось гражданство Крыма, закрепленное постановлением от 11 сентября. Государственным гербом Крыма утверждался герб Таврической губернии (византийский орел с золотым осьмиконечным крестом на щите), флагом -- голубое полотнище с гербом в верхнем углу древка. Столицей объявлялся Симферополь. Таким образом, Сулькевич взял курс на строительство крымской государственности.
   Фактически вводилось три государственных языка: русский, крымскотатарский и немецкий. Восстанавливалась частная собственность, так как на первый план в деятельности правительства вышли интересы землевладельцев и иных крупных собственников.
   Ограничивалась свобода печати и собраний, "временно" вводилась цензура (помимо оккупационной). Все общества, союзы, комитеты и партийные организации Крыма обязаны были в месячный срок представить свои уставы на утверждение в МВД.
   Согласно нынешней терминологии, в Крыму установился авторитарный политический режим при рыночной экономике и с узкой социальной базой. Жесткие методы правления правительства Сулькевича вызывали недовольство различных политических партий -- от меньшевиков и эсеров до кадетов (большевики действовали в глубоком подполье). Также он обвинялся и в протатарской политике.
   Что касается Германии, то она от официального признания созданного по ее же инициативе правительства воздержалась, а на угрозу отставки -- если не будет признания -- генерал Г. Кош ответил хладнокровно: "...Министерство может быть уверено в покровительстве Германских властей..."
   30 июля Сулькевич уведомил возродившуюся Директорию, которая превратилась в орган национального самоуправления и распоряжалась вакуфными (культовых учреждений) имуществами, о признании Краевым Правительством культурно-национальной автономии крымских татар и заверил, что МВД не будет препятствовать утверждению уставов национально-общественных организаций. Узаконивались воинские звания, [244] присужденные Дж.Сейдаметом эскадронцам в начале 1918 г. Однако радикально-националистические элементы стремились к большему. В обращении к германскому правительству от 21 июля 1918г. председатель Временного бюро Курултая А.Х.Хильми и его единомышленник А.С. Айвазов (за которыми стоял Дж.Сейдамет) отмечали, что татары -- "наиболее старинные господа Крыма" и посему следует восстановить их "владычество". Первым пунктом послания, к примеру, предусматривалось "преобразование Крыма в независимое нейтральное ханство, опираясь на германскую и турецкую политику". Этот меморандум, как и обращение за подписью трех лиц (П.Штолль, А.Я.Нефф и Э.Штейнвальд), от имени "немецкого населения" выразивших солидарность "с татарами в отношении об отделении полуострова от Великороссии и Украины и образовании из него особой государственной единицы", был тайно передан Дж Сейдаметом* в Берлин, но остался безответным. Возмущенные такими его действиями министры В.С.Татищев, С.В.Горчаков, В.С.Налбандов и Т.Г.Рапп подали в отставку. Правительство стало заполняться выдвиженцами Сулькевича, в том числе литовскими татарами.
   (* Дж. Сейдамет вскоре перебрался за границу, где не порывал с политикой. В годы второй мировой войны, находясь в качестве главы крымскотатарской миссии в Берлине, сотрудничал с нацистами. Скончался в 1960 г. в Стамбуле.)
   1918, 30 августа. Кабинет М.А. Сулькевича принял решение "Об учреждении Таврического университета". Одним из инициаторов создания университета в Крыму был землевладелец, предприниматель и общест-венный деятель С.С.Крым. Еще 24 мая 1917 г. чрезвычайное губернское земское собрание постановило: "Признать открытие высшего учебного заведения в Крыму неотложной государственной необходимостью...". С.Крым стал попечителем университета. Занятия на пяти его факультетах -- историко-филологическом, физико-математическом, юридическом, медицинском и агрономическом -- начались в октябре 1918 г.
   1918, июнь-октябрь. Конфликт Крымского краевого правитель-ства с Украинской Державой**. Почти с первых же дней своего сущест-вования краевое правительство вступило в острый политический конфликт с Украинской Державой. Гетманская власть выступала за присоединение полуострова к Украине. Скоропадский писал в своих воспоминаниях, что "Украина не может жить, не владея Крымом, это будет какое-то туловище без ног. Крым должен принадлежать Украине, на каких условиях, это безразлично, будет ли это полное слияние или широкая автономия, последнее должно зависеть от желания самих крымцев". До формирования краевого правительства украинское руководство присылало в Крым, как якобы уже подчиненную Киеву территорию, свои распоряжения, а 12 июня 1918 г. гетман Скоропадский направил ноту германскому послу, в которой доказывал необходимость присоединения Крыма к Украинской Державе. Однако германское командование не спешило окончательно решить судьбу Крымского полуострова. С одной стороны, оно способствовало созданию краевой власти, с другой - на осрициальном уровне ее не признавало и в случаях каких-либо противоречий с крымской властью грозилось передать полуостров в состав Украины.
   (** Материал подготовлен Б. Грушецким.)
   Ко всему прочему, правительства Сулькевича и Лизогуба обменялись [245] недружественными телеграммами. Сулькевич сетовал, что "неожиданно получил от украинского правительства телеграмму, адресованную мне как "гуоерниальному старосте" на украинском языке". В ответ Сулькевич послал телеграмму, в которой (как позже писал гетман Скоропадский в своих воспоминаниях) в "очень дерзкой форме" объявлял, что "стоит во главе правительства ... что он украинского языка не понимает и впредь настаивает на том, чтобы к нему и к его правительству обращались на русском языке...". Но, по словам того же Скоропадского, "на Украине официальным языком был украинский, и не генералу Сулькевичу было менять заведенный порядок".
   После таких шагов отношения между Украиной и Крымом оконча-тельно испортились. Совет Министров Украинской Державы постановил прекратить любые сношения с Крымским Правительством и объявить полуострову экономическую блокаду. Украинские власти запретили ввоз в Крым фабрично-заводских изделий и хлеба, вывоз с территории полу-острова срруктов, табака и вина, прекратились почтовые и телеграфные сношения.
   Тогда же разворачивался и пограничный конфликт между обеими сторонами. Украинская власть, считая, что граница между Крымом и Украиной проходит по Перекопскому валу, 7-8 июня прислала в Перекоп свою комендатуру. Так как между соседями развернулась экономическая война, то хозяйственные отношения между Перекопом и его предместьем Армянским Базаром, оставшемся под контролем крымского правительства, значительно осложнились. В Перекопе была создана новая украинская городская управа, а старая была вынуждена переехать в Армянский Бгшар. Крымскому краевому правительству ничего не оставалось, как пожало-ваться командующему германскими войсками в Украине Эйхгорну, который заставил украинское правительство оставить Перекоп. 28 сентября крымское правительство сообщило, что "граница между Украиной и Крымом проходит в 8-ми верстах севернее Перекопа".
   Намного более запутанным оказался конфликт вокруг Арабатской стрелки, на которой располагалась станция, обеспечивающая водой украинский город Геническ. Крымское краевое правительство попыталось в продолжающемся конфликте с Киевом использовать эту карту, заодно присматриваясь и к Чонгарскому полуострову. Чтобы помешать этому, 23-25 июля украинский комендант Геническа организовал местный референдум, на котором большинство жителей северной части Арабатской стрелки, кто добровольно, а кто принудительно, согласились войти в состав Украинской Державы. После этого украинские войска заняли северную часть Арабатской стрелки, вместе с девятью деревнями, двумя хуторами и четырьмя соляными озерами. Таким образом, некоторые территории Крыма перешли под контроль Украинской Державы. На расстоянии 40 верст от Геническа и 70 верст от деревни Арабат украинцами был выставлен погра-ничный пост. Этот пост, осуществляя на месте политику экономической блокады, был обязан "не выпускать за пределы границы никаких товаров, продуктов и скота, вывозившегося из Украины, всех прохожих, проезжих и плавающих близ берегов ... в пытающихся проникнуть тайно производить выстрелы".
   Сулькевич в долгу не остался и запретил вывоз из Крыма соли, а 23 августа с целью недопущения перехода Севастополя под контроль Украины объявил его торговым, а не военным портом. В ответ на это Украина объявила железные дороги Крыма своей собственностью и ограничила их использование для нужд Крыма. [246]
   Все это привело к значительному ухудшению экономического поло-жения полуострова. Цены на основные продукты в августе по сравнению с апрелем выросли более чем в 2 раза. Крым, не получавший ничего со стороны Украины, России и Германии, оказался фактически в экономи-ческой изоляции. Торговлю второстепенными продуктами с ним вела лишь Османская империя. Неплохим оказался урожай фруктов, но таможенные свары существенно сбили цены. В то же время недостаток хлеба привел к голоду в некоторых крымских волостях. 7 августа были введены карточки на печеный хлеб (из расчета 1 фунт в день), но это мало помогло. Свидетельство тому -- забастовки рабочих табачных фабрик Феодосии, железнодорожников, аптечных работников Ялты и Севастополя, в Евпатории начались беспорядки. Подобные настроения были и в Киеве, но уже в отношении своего правительства. Когда в Крыму в виду затоваривания гнили фрукты, в Киеве их почти не было.
   Германскому командованию -- истинному хозяину положения в Крыму -- забастовки, разумеется, не нравились, особенно, если они непосредственно задевали его интересы. По его настоянию Сулькевич согласился на пере-говоры, которые начались в Киеве 5 октября. Крымскую делегацию (от немцев-колонистов - Т.Г.Рапп, А.Я.Нефф, от крымских татар -- Ю.Б.Везиров, А.А-С.Озенбашлы) возглавил министр юстиции А. М. Ахматович (12 октября его сменил министр народного просвещения и исповеданий Н.В.Чарыков). Украинскую делегацию возглавлял председатель Совета Министров Украинской Державы Ф.А.Лизогуб (с 12 октября -- министр иностранных дел Д.И.Дорошенко). Германское верховное командование представлял принц Рейс. В ходе переговоров украинская сторона предложила, чтобы Крым вошел в состав Державы на правах широкой автономии, крымская -- настаивала на федерации. Компромисса достигнуть не удалось. Однако Украиной была приостановлена таможенная война (позже она возобновилась), ее части покинули крымскую территорию, а делегация Краевого правительства отметила, что теперь Украина "считается с фактически существующим положением, в силу которого Крым является отдельным, независимым от Украины самостоятельным краем".
   Экономика Крыма, несмотря на экстремальность ситуации, сохраняла жизнеспособность. Не питавший симпатий к Сулькевичу и его политике В.А.Оболенский писал: "...Вспоминая теперь, как жилось в это время обывателям в Крыму, я должен признаться, что жилось сносно, лучше, чем в предыдущие и последующие периоды революции и гражданской войны в Крыму".
   Кабинет Сулькевича, избегая крупных реформ, в самой широкой степени использовал методы государственного регулирования экономики. В торгово-промышленной сфере правительство пыталось активно внедрять политику налогов, акцизов, пошлин. Спекуляция была, однако, неистребима.
   Авторитет -- и так невысокий -- правительства Сулькевича падал. "Все, кроме татар, -- несколько утрируя, пишет В.А.Оболенский, -- принимавших всерьез его лубочно-национальный фасад, относились к нему враждебно, одни за реакционность, другие за германофильство и сепаратизм, третьи за особые дефекты, связанные с личностью его главы, генерала Сулькевича. Говорили о неимоверно развившемся взяточничестве..." [247]
   Журналисты не жалели самых темных красок, перечисляя грехи ре-жима. "Все правление г. Сулькевича проникнуто антидемократическим ду-хом, -- настаивал один из них в газете "Крымский вестник" 22 октября. -- Первая конкретная ошибка заключается в роспуске городских дум и земских собраний, вторая -- в полнейшей неорганизованности краевых финансов. Если первая ошибка сразу поставила в оппозицию правительству широкие слои демократии, то вторая подорвала к нему доверие всего населения, и главным образом буржуазии.
   Наконец, третья ошибка -- неумение окружить себя компетентными помощниками. В каждом министерстве свили себе гнезда бывшие бюрократы, которые очень быстро "обюрократили всю машину".
   Если поначалу безработица в Крыму, несмотря на перенасыщенность беженцами, не достигала масштабности: часть населения с приходом немцев подалать в Россию, часть приняласьь торговать чем попало, часть была занята на полевых и садовых работах, -- то с октября она стала расти, как и непопулярность правительства.
   17 октября в Ялте на квартире Н.Н.Богданова кадетское руководство, предварительно заручившись согласием начальника штаба германских войск фон Энгелина, окончательно определяет судьбу правительства Сулькевича. На следующий день съезд губернских гласных и городских голов, представителей земских управ принял развернутую резолюцию, среди прочего выдвинув в председатели совета министров С.С.Крыма. Съезд также потребовал у Сулькевича "немедленного отказа от власти".
   Сулькевич мог бы сделать ставку на крымскотатарское национальное движение, но оно в данный период переживает серьезный кризис, фактически расколовшись в осени 1918г. В сентябре Курултай покидает левая группа во главе с А.А.Боданинским. Он, а также И.С.Идрисов, С.М.Меметов, В.Ибраимов, будущий председатель КрымЦИК, и другие вступают в РКП(б). На ноябрьском татарском съезде откалывается часть умеренных. Курултай сходит с политической арены Крыма.
   14 ноября германское командование официально уведомило губерн-скую земскую управу об устранении правительства генерала.
   Травимый теперь всеми, Сулькевич покинул Крым и направился в Азербайджан, где был назначен начальником Генерального штаба азербайджанской армии. После вступления в Баку 11-й армии Советской России в 1920 г. он был арестован и расстрелян.
   11 ноября 1918 г. -- завершение Первой мировой войны. 29 сентября из войны вышла Болгария, 3 октября -- Австро-Венгрия, 30 октября -- Турция. Германский фронт был прорван, а в самой Германии вспыхнула революция. В Компъенском лесу германское руководство подписало перемирие с Антантой, обязавшись очистить от своих войск все занятые в ходе войны территории, а также Эльзас, Лотарингию и левобережье Рейна. Полностью разоружался германский флот и частично -- сухопутная армия.
   Украинская Держава П. Скоропадского без германской поддержки не смогла удержаться, у власти. В ноябре 1918 г. во главе государства стала Директория (С. Петлюра и др.), которая восстановила УНР. [248]
   Второе Крымское краевое правительство: курс на "единую и неделимую Россию", 15 ноября 1918 г. приступило к деятельности второе Крымское краевое правительство. Его возглавил феодосийский землевладелец и предприниматель, кадет С.С.Крым (караим), бывший член Государственного совета от Таврической губернии, депутат I и IV Госдум. Он же -- министр земледелия и краевых имуществ.
   В это правительство вошли: Н.Н.Богданов, бывший губернский комиссар (министр внутренних дел, с 17 ноября военный и морской министр), М.М.Винавер (министр внешних сношений), В.Д.Набоков, отец писателя, управляющий делами Временного правительства (министр юстиции) -- оба всероссийской известности, члены ЦК кадетской партии, социалист-революционер С.А.Никонов, известный в Крыму врач, участник народнического движения, П.С.Бобровский, член партии "Единство" (министр труда), беспартийные: А.П.Барт (министр финансов), бывший председатель губернского продовольственного комитета А. А.Стевек, внук основателя Никитского ботанического сада Х.Х.Стевена (министр продовольствия, торговли и промышленности) и др. Состав этого правительства, в отличие от предыдущего, был достаточно стабилен.
   Кабинет С.Крыма выступил поборником "единой и неделимой России", а потому объявил себя временным, существующим до созыва Всероссийского Учредительного собрания. "Под единой Россией, -- поясняла декларация от 14 ноября, -- правительство разумеет не старую бюрократическую, централизованную Россию, основанную на подавлении и угнетении отдельных народностей, а свободное демократическое государство, в котором будут обеспечены права на самобытную культуру всех национальностей, его населяющих".
   Осенью 1918 г., после поражения Германии и ее союзников в Первой мировой войне, Антанта решила заменить в Украине немецкие и австро-венгерские войска на собственные. Германские оккупационные силы в ноябре выводятся из Крыма, основательно разграбив его перед этим. В начале 20-х чисел ноября к Севастополю подошла эскадра Антанты -- 22 судна, английских, французских, греческих и итальянских. На борту кораблей находились английская морская пехота, 75-й французский и сенегальский полки, греческий полк. Обыватели с любопытством смотрели на чернокожих африканцев, сошедших на берег.
   Также на полуостров вошли части Добровольческой армии А.И.Де-никина, у которого с Антантой был общий враг -- большевики.
   Стремление действовать в рамках российского законодательства входило в противоречия с реалиями гражданской войны, кадетские же лидеры демонстрировали свою неспособность справиться с ситуацией. Правительство, упразднив крымское гражданство и восстановив все органы самоуправления, намеренно отказалось от реформ. Крестьяне вновь и вновь подвергались реквизициям скота, хлеба, подвод. Ударом по крестьянской экономике стал приказ Деникина о мобилизации трудоспособной части мужского населения деревень. Ответом на него явилось движение "зеленых", которых становилось все больше. (Первые, более или менее организованные -- в основном из дезертиров -- повстанческие группы [249] стихийно появились в горном Крыму еще при немцах и носили зачастую полубандитский характер. Большевики постепенно прибрали к своим рукам это "зеленое" движение, а также создали собственные отряды, порой весьма крупные. Наибольшую известность получил Евпаторийский отряд "Красная каска" (ноябрь 1918-го -- январь 1919 гг.), который совершал регулярные набеги на белых и окрестные помещичьи имения. Лишь с большим трудом повстанцев удалось разгромить).
   Кабинет С.С.Крыма сразу столкнулся со множеством проблем. Одна из острейших -- состояние экономики края. К декабрю 1918 г. продоволь-ственное положение Крыма заметно ухудшилось. Крыму приходилось снабжать дислоцированный здесь военный контингент Антанты и Добро-вольческую армию, кормить бесчисленных беженцев. Действовала хлебная монополия (из расчета 3/4 фунта хлеба в день на человека). Нерасто-ропность продовольственных органов вызывала всеобщие нарекания.
   Поползли вверх цены, оживились спекулянты. Реакцией стали так называемые "женские бунты" в городах Крыма.
   Рука об руку с деградацией земледелия шло падение производства. Предприятия, в том числе и знаменитый Севастопольский морской завод, закрывались одно за другим. Катастрофически росло число безработных, неуклонно падал жизненный уровень всех слоев населения.
   Специфику событий в Крыму, как и ранее, в значительной степени продолжает определять национальный, в первую очередь крымскотатарс-кий, аспект. Крымские татары в правительство С.С.Крыма войти отказались и ему не доверяли. Их особенное недовольство вызывали мобилизации в Добровольческую армию, от которых они всячески уклонялись*.
   (* Отметим, что некоторое число татар служило в Крымском конном полку, других формированиях белых. Из немецких колонистов в составе Добровольческой армии была создана Егерская стрелковая бригада, не слишком стремившаяся к борьбе с Красной Армией, в рядах которой также сражались представители крымских немцев.)
   Правительство попыталось привлечь на свою сторону хоть какую-то часть татар, делая ставку на традиционалистов. К этому моменту крым-скими татарами была разработана программа культурно-национальной автономии. В этом же направлении эволюционировала Милли Фирка. О независимости Крыма речь уже не шла, по крайней мере открыто.
   Экономические трудности, жестокости, творимые "добровольцами", командование которых зачастую совершенно игнорировало правительство, не могли не вызывать недовольство населения, чем пользовались действовавшие в подполье коммунисты. Их работа разворачивалась по пяти основным направлениям: разложение войск Антанты; формирование боевых подпольных групп, устраивавших диверсии, нападавших на белогвардейские патрули и отряды; агитация среди рабочих и забастовочное движение; повстанческая борьба; работа в деревне. Работа, несмотря на преследования, смертные приговоры, выносимые военно-полевыми судами, разгромы подпольных групп, принимала все больший размах. Подпольные большевистские комитеты функционировали в Севастополе (самый сильный), Симферополе, Евпатории, Ялге, Феодосии и Керчи. [250]
   1919, 15-18 февраля. Подпольные большевистские конференции в Севастополе и Керчи. На них были выработаны программы по разложению войск интервентов. Предусматривалось направление в воинские части противника специально подготовленных агитаторов, издание и распространение агитационной литературы на иностранных языках.
   В феврале публикуется постановление Совмина "О борьбе с большевиками" (фактически, как его и стали называть, о внесудебных арестах), и согласно постановлению, формируется Особое совещание. 22 февраля Особое совещание получает право рассмотрения дел о лицах, изобличаемых в агитации против союзников, Добровольческой армии, призыва в армию. Затем восстанавливается цензура. Издания демократического толка начинают сталкиваться с серьезными проблемами, вплоть до приостановления выпуска. Отменяется свобода собраний. А в довершение всего -- в марте правительство откладывает созыв краевого сейма. Власть стремительно теряет авторитет. В марте -- апреле 1919 г. меньшевики и социалисты-революционеры на своих собраниях отказывают Краевому правительству в доверии. К апрелю 1919 г. оно оказалось в состоянии глубокого политического кризиса, усугубленного экономической разрухой и неумением с ней справиться.
   29 марта 1-я Заднепровская (3-я Украинская) советская стрелковая дивизия под командованием П.Е.Дыбенко (впоследствии командовал Крымской армией) вышла к Перекопу. Брошенный сюда греческий отряд из состава Антанты помочь оборонявшимся не смог. 4 апреля без особых трудностей Перекоп был взят красными.
   Среди имущих слоев населения началась "страшная", как писали газеты, паника, "...Творилось нечто невероятное. Нанимали автомобили, экипажи, линейки, дроги. Платили безумные деньги, лишь бы уехать и скрыться там, куда уехало правительство. Паника не ограничилась Симферополем: она перебросилась в Евпаторию, и оттуда на яликах, лайбах поплыли беженцы все в тот же Севастополь...".
   11 апреля Заднепровская дивизия была уже в Симферополе и Евпато-рии. 13 апреля, овладев Ялтой и Бахчисараем, она вышла к Севастополю. 15 апреля С.С.Крым, М.М.Винавер, В.Д.Набоков, А.П.Барт, А.А.Сте-вен, С.А.Никонов, П.С.Бобровский с семьями на греческом судне "Надежда" из Севастополя отплывают в Пирей. "Порт у же был захвачен большевиками, шла беспорядочная стрельба, ее звук, последний звук России, стал замирать, но берег все еще вспыхивал, не то вечерним солнцем в стеклах, не то беззвучными отдаленными взрывами", -вспоминал сын министра юстиции В.В.Набоков в "Других берегах".
   Командующий сухопутными войсками Антанты полковник Труссон вынужден начать переговоры с представителями советской стороны. В тот же день, 20 апреля, на французских боевых кораблях "Мирабо", "Жане Барт" и "Франс" были подняты красные флаги; состоялась совместная демонстрация французских матросов и севастопольских рабочих. На следующий день Труссон заявил, что силы Антанты покидают Севастополь. Власть в городе перешла в руки военно-революционного комитета.
   Керченский полуостров сохранила за собой Добровольческая армия. [251]
   Второй приход к власти большевиков. 28-29 апреля 1919 г. в Симферополе проходила VI Крымская областная партконференция. Присутствовали чрезвычайный уполномоченный Совета обороны РСФСР и УССР (на Юге) Л.Б.Каменев, кандидат в члены Оргбюро ЦК РКП(б), инструктор ЦК М.К.Муранов, нарком внутренних дел УССР К.Е.Ворошилов, прибывшие по поручению ЦК и наркомата по делам национальностей. Рассматривался вопрос о создании в Крыму республики и о составе ее правительства. Но судьба Крыма была уже определена в Москве. Еще 23 апреля Политбюро ЦК РКП(б) с участием В.И.Ленина постановило: "Признать желательным создание Крымской Советской республики". Партийная санкция, как это уже успело стать традицией, предварила государственную.
   10 мая 1921 г. создание республики в Крыму было утверждено СНК РСФСР, а 12-го - ВЦИК.
   1 мая на собрании крымского партийного актива был образован Совет народных комиссаров Крымской Социалистической Советской Республики. Председателем президиума Крымского областного комитета КП(б)У стал Ю.П.Равен (Я.Э.Дауман), участник установления большевистской власти на полуострове в 1918 г., один из руководителей военно-морского комиссариата Республики Тавриды.
   В состав Временного Рабоче-крестьянского правительства КССР вошли только коммунисты: временнопредседательствующий (постоянный председатель так и не появился) Д.И.Ульянов* (народный комиссар здравоохранения и социального обеспечения), Ю.П.Гавен (нарком внутренних дел), С.М.Меметов (нарком иностранных дел), И.Арабский (нарком юстиции), П.Е.Дыбенко (нарком по военным и морским делам), матрос И.А.Назукин (нарком просвещения), С.Д.Вульфсон (Давыдов) (нарком продовольствия и торговли), С.И.Идрисов (нарком земледелия), И.М.(Степан) Полонский (наркомтруда), Я.Ф.(Жан) Городецкий (нарком финансов, путей сообщения, почт и телеграфов, председатель совнархоза), А.А.Боданинский (управляющий делами Совнаркома). Наркомом по национальным делам чуть позже стал И.К.Фирдевс, исполняющей обязанности наркома пропаганды и агитации -- А.М.Коллонтай (супруга командующего армией П.Е.Дыбенко), начальник политотдела Крымской армии, созданной 5 мая.
   (* Брат В.И.Ленина. С 1911 г. работал санитарным врачом в Феодосийском Уезде. С мая 1918 г. жил в Евпатории. После занятия города красными частями вошел в Евпаторийский ревком. Избран в состав областного комитета КП(6)У. Объяснял в письме к сестре М. И.Ульяновой в Москву 1 мая) свое назначение главой правительства так: "Временно, за неимением лучшего, посадили меня -- в ожидании сильного кандидата с севера от вас".)
   Образование КССР было обусловлено как военно-политическими сооб-ражениями (нежеланием прямого столкновения с Антантой), так и национальной политикой.
   Кстати сказать, статус КССР оставался, строго говоря, неопределенным. Формально эта республика, как и Республика Тавриды, была создана на автономных началах и по территориальному принципу, входя в состав РСФСР. В то же время КССР в качестве полноправного члена была [252] включена в военно-политический союз советских республик: России, Украины, Латвии, Литвы, Белоруссии. А решение Политбюро 28 апреля приравнивало ее к губернии, областной партийный комитет -- к губкому. Крымская армия и флот полностью подчинялись центру (Крымская армия входила в состав Южного фронта).
   В КССР были учтены уроки недальновидной политики руководства Республики Тавриды по национальному вопросу. В состав Совнаркома вошли пять крымских татар (Фирдевс, Меметов, Идрисов, Арабский и Боданинский). На полуостров для работы среди татарского населения бы-ло направлено около 45 татарских и турецких коммунистов, включая вид-ного турецкого коммуниста М.Субхи. При Крымском областном комитете РКП(б) создается мусульманское бюро (появляются мусульманские секции при местных парторганизациях коммунистов). В городах и уездах раз-вернули деятельность комиссариаты по мусульманским делам. На татарском языке издаются коммунистические газеты и пропагандистская литература. Формировались мусульманские части Красной Армии -- две турецко-татарские сотни и мусульманская рота. Крымские татары участвуют в деятельности ревкомов, советов. Крымскотатарский язык, наряду с русским, стал официальным. Была фактически легализована Милли Фирка, осуждавшая белых и заявившая о признании Советской власти.
   При обкоме РКП(б) были созданы армянская, немецкая секции, планировалось создание еврейской. Правда, различные национальности Крыма не слишком рьяно проникались большевистской идеологией. Часть немецких колонистов, среди которых немало крупных землевладельцев, была настроена резко антикоммунистически. Братья-землевладельцы Шнейдеры стали формировать отряды для борьбы с Советами.
   Однако к сотрудничеству с новым режимом была готова немецкая Егерская стрелковая бригада (800 человек), которая просила не расформировывать ее, а поручить "охрану Крыма". В письме на имя Л.Б.Каменева П.Е.Дыбенко и др. колонисты просили, если доверия к ним не будет, о выселении 40 тыс. человек в Германию.
   Экономическая программа правительства была изложена в декларации от 6 мая 1919 г. и целиком выдержана в духе военного коммунизма. Здесь говорилось о национализации важнейших отраслей промышленности, курортов, конфискации помещичьих, монастырских и кулацких хозяйств и передаче их в руки малоземельных и безземельных крестьян (за исключением культурных имений) и всяческом поощрении коллективных форм обработки земли, что впоследствии выльется в повальное насаждение совхозов.
   Наладить сколько-нибудь целенаправленно ориентированную на развитие экономику в КССР не удалось, и не только ввиду недолговременности ее существования или военно-коммунистических перехлестов, но и потому, что "все силы и материальные средства Крыма в первую очередь отдавались Красной Армии". Полуостров вынужден был снова кормить армейские части, посылать хлеб и прочее продовольствие в центральные губернии и одновременно выпрашивать хлеб у Украины.
   Объектом своеобразной эксплуатации опять, как и весной 1918 г., стала [253] буржуазия. 13 апреля она была обложена контрибуцией в 10 миллионов рублей, затем увеличенной. Реквизиции приняли повсеместный характер, о чем горько писал проживавший в Крыму В.В.Вересаев, автор созданного в 1923 г. на крымском материале романа "В тупике". В деревни по примеру российских губерний отправились продотряды.
   Финансовая система пребывала в расстройстве. Ходили дензнаки -- российские, украинские, ростовские, Краевого правительства.
   Заводы и фабрики по-прежнему в массе своей пребывали в бездействии. Правда, было пущено несколько небольших предприятий, организованы добыча угля в Бешуйских копях, заготовка дров в лесах, но сбить уровень безработицы это не могло.
   По мере возможностей власти старались не забывать о вопросах образования и культуры, привлекали к работе интеллигенцию. Так, в Феодосии писатель В.В.Вересаев был назначен руководителем комиссариата просвещения. Продолжал работать Таврический университет. В Симферополе и Ялте были открыты народные университеты. Уделялось внимание охране историко-культурного наследия. 4 мая Симферопольский военно-революционный комитет объявил дом А.П.Чехова в Ялте национальным достоянием. Его пожизненной хранительницей стала М.П.Чехова. 22 мая в Симферополе был создан Крымский центральный архив. Его первым заведующим назначен историк Б.Д.Греков, впоследствии академик Академии Наук СССР. Специальным письмом председателя Симферопольского ревкома Е.Р.(Лауры) Багатурьянц предложено "беречь личности писателей С.Сергеева-Ценского и Ив.Шмелева", проживавших в Профессорском уголке близ Алушты. Правда, та же Багатурьянц 29 апреля 1919 г. отдала распоряжение о демонтаже памятника Екатерине II в Симферополе, что и было исполнено к утру 1 мая.
   Отношение правительства республики к политическим оппонентам в целом было сдержанным. Акты массового террора не прослеживались, хотя он и оставался официальной линией Москвы. Эсеры, левые эсеры, меньшевики, анархисты, национальные организации избежали жестких репрессий, участвовали в ревкомах, профсоюзах и т.д., но ограничения на прессу и пропаганду верными себе большевиками были наложены.
   Летом 1919 г. началось новое наступление деникинцев. После высадки в районе Коктебеля десанта генерал-майора Я.А.Слащева(Слащова), поддержанного десантом в Евпатории, Феодосия была отрезана от красных войск. Советские части, ведшие бои на Ак-Монайских позициях, были вынуждены оставить их. В мае -- июне 1919 г. Вооруженные силы на Юге России (ВСЮ?) под командованием А.И.Деникина успешно действовали и на Украине, заняв Донбасс, Харьков. Советская Россия никакой помощи оказать КССР не могла. Крымская армия, оказавшись под угрозой окружения, стала быстро отходить на север. 24 июня был покинут Симферополь, а через двое суток на территории полуострова не осталось ни одного красного отряда. Учреждения республики эвакуировались в Никополь, а затем в Киев.
   КССР прекратила свое существование. [254]
   "Деникинщина". 1 июля 1919 г. Крым был полностью занят Добро-вольческой армией. Сразу же была восстановлена Таврическая губерния, а Бердянский, Мелитопольский и Днепровский уезды были включены в ее состав.
   Командование так определило цель своей политики в Крыму: он должен был оставаться российским без всяких автономий, а "самостоятельному краевому правительству не может быть места".
   Приказом Главнокомандующего ВСЮР А.И.Деникина* генерал-лейтенант Н.Н.Шиллинг был назначен Главноначальствующим Таврической губернии, позже вошедшей в Новороссийскую область. Деникин распустил городские думы и земства, назначив новые выборы.
   (* Деникин Антон Иванович (1872-1947) -- сын майора, из крепостных. Окончил Киевское пехотное юнкерское училище (1892 г.). Участник русско-японской и Первой мировой войн. С 1915 г. -- генерал-лейтенант. После разгрома ВСЮР -- эмигрант. Жил в Англии, Франции, с 1945 г. -- в США. Зарабатывал писательством, автор объемного труда "Очерки Русской Смуты". Выступал с поддержкой Красной армии в борьбе с гитлеровской Германией, лелея надежду, что русские воины после разгрома нацизма свергнут и большевизм. Умер в штате Мичиган, США.)
   Профсоюзы, учитывая момент, заняли очень осторожную позицию. Однако права рабочих и служащих надо было все-таки защищать, и проф-союзы это делали. Поэтому они подвергались беспрерывным гонениям.
   Шиллинг издал распоряжение об обязательном предварительном его разрешении на проведение заседаний общественных организаций. В Крыму был введен паспортный режим и учет населения. Создаются паспортно-пропускные пункты. В декабре запрещается свободный въезд в Севасто-поль. Вводится военная и предварительная цензура повременных изданий.
   Контрразведка осуществляла тщательную сортировку "лиц, служивших в советских учреждениях". Многим это стоило не только лишения свободы, но и лсизни. Военные не стеснялись расстреливать.
   Репрессии не миновали и легальные как будто организации меньше-виков и эсеров. Например, 27 августа в Севастополе была задержана известная анархистка Маруся Никифорова. Повешена вместе с мужем.
   Репрессии обрушились и на крымскотатарское национальное движение. Его политическое кредо в этот период открыто объявлено в газете "Миллет": "...Мы не являемся ни большевиками, ни монархистами, ни кадетами, ни октябристами, а являемся лишь народниками. Мы стараемся завоевать наши национальные права и осуществить наши национальные желания...". На следующий день (18 августа) Шиллинг приказал закрыть газету. Его приказом (от 22 августа) запрещается татарская Директория. 23 августа здание Директории оцепили войска, начались обыски, а затем и аресты.
   Активное сопротивление белым оказывали в основном коммунисты. Крымский областной комитет РКП(6) вынужден был, в связи с положением на фронте, перебраться в Одессу, где сформировалось его бюро, которое, в свою очередь, эвакуировалось сначала в Киев, затем в Москву.
   К ноябрю 1919 г. руководящий подпольный центр (временное бюро) все-таки восстановили, его возглавили С.Я.Просмушкин (Спер), С.А.Бабахан (С.Я.Бабаханян), А.И.Бунаков (Бунаков-Рытвинский), Б.Горелик [255] (Моисей). На переломе 1919-1920 гг. был создан подпольный Крым-ревком и ревкомы в ряде городов. Недовольство белыми ширилось.
   Одна за другой, с помощью прорывавшихся с огромным риском из центра работников, возникают местные парторганизации. Первыми -- Севастопольская (В.В.Макаров, И.А.Севастьянов, А.И.Бунаков (Бунаков-Рытвинский) и другие), Симферопольская (руководители: С.Я.Про-смушкин, Б. Горелик), Феодосийская (во главе с авторитетным И.А.Назукиным), Ялтинская (возглавил П.М.Ословский) и т.д.
   Диверсионные акции (например, попытка потопления крейсера "Генерал Корнилов" ("Кагул") 4 января 1920 г.), индивидуальный террор, освобо-ждение арестованных, повстанческое движение, подпольная печать -- все это в сильной степени подрывало тыл белых и побуждало искать самые действенные формы борьбы с подпольем -- от провокаторства и жестоких казней до императивных аналитических "разработок".
   В январе -- марте 1920 г. контрразведка смогла добиться успеха. Были схвачены и казнены руководители Феодосийского (28 человек во главе с И.А.Назукиным), Керченского (5 человек), прочих большевистских комитетов. В апреле арестовали членов Мусульманского бюро при Крымском областкоме РКП(б). Ходатайство общественности не возымело последствий для обвиняемых. Шестеро из шестнадцати членов бюро были в мае приговорены к расстрелу. Но подполье отнюдь не было уничтожено. Оно постоянно возрождалось.
   Экономика продолжала дрейфовать в сторону все большей хаотичности принимаемых мер и в то же время полного пренебрежения интересами трудовых слоев. Вводится свобода торговли. Цены сразу взлетают вверх. Разворачивается денационализация. Цены взлетают еще выше.
   Бессмысленно озлобляя крестьян, власти повышают арендную плату до трети урожая, вывозя при этом хлеб за границу десятками тысяч пудов. Неудивительно, что уровень жизни неминуемо катился вниз. Жить стало хуже, свидетельствуют современники, чем при большевиках. Расп-ространяются эпидемии: в 1919г. холера, инфлюэнца, тиф, в 1920-м -- то же самое плюс случаи чумы. В Ак-Мечетской волости крестьяне, не желающие отдавать неподъемную для них арендную плату, оказывают карательному отряду первое в Крыму массовое вооруженное сопротив-ление. Последовала неизбежная расправа.
   Ситуацию на фронте в начале 1920 г. можно охарактеризовать в не-скольких словах: отступление всех белых армий, порой переходящее в бегство. Правда, 3-й корпус генерал-майора Я.А.Слащева, переименован-ный за успешные действия А.И.Деникиным в Крымский, отбив атаки красной бригады 46-й стрелковой дивизии в декабре, а потом -- 13-й армии в январе-марте, сумел зацепиться за Перекопом, удержав Крым -- последний бастион белого движения. Но это был единичный успех.
   В Крыму в этот период находились известные писатели и поэты: А.Т.Аверченко, В.В.Вересаев, М.А.Волошин, О.Э.Мандельштам, И.Д.Сургучев, К.А.Тренев, Е.Н.Чириков, И.С.Шмелев, И.Г.Эренбурги многие Другие. Здесь были лучшие русские журналисты и актеры, было очень много духовных лиц. Здесь, наконец, была масса дезертиров. [256]
   "...Крым был наводнен шайками голодных людей, которые жили на средства населения и грабили его. Учета не было никакого, паника была полная. Каждый мечтал только о том, чтобы побольше награбить и сесть на судно или раствориться среди незнакомого населения", -- писал Я.А.Слащев*.
   (* Выбран М.А.Булгаковым в качестве прототипа одного из героев драмы "Бег" -- генерала Хлудова. В ноябре 1920 г. И. А. Слащев эмигрировал в Турцию, где обвинил Врангеля в допущенных ошибках при обороне Крыма. В конце 1921 г. с согласия большевистского руководства возвращается в Россию, где преподает тактику на офицерских курсах в Москве. 11 января 1929 г. убит одним из курсантов, который отомстил ему за казнь своего брата в Николаеве в годы гражданской войны.)
   В водовороте военных неудач, разочарований и озлобления, полного нравственного падения верхов и разгула насилия над населением в феврале вспыхивает так называемый мятеж капитана Н.И.Орлова, командовавшего отрядом, ранее проводившим обыски в Симферополе и отличавшимся жестокостью, -- своеобразный бунт младшего офицерства против команд-ного состава, сочтенного разложившимся и недееспособным. В марте 1920 г. мятежники были разбиты в районе станции Сарабуз (Остряково) частями Крымского корпуса. 16 офицеров были расстреляны, солдаты включены в состав корпуса. Орлов скрылся в горах**.
   (** После эвакуации войск П.Н.Врангеля Орлов предлагал свои услуги советскому командованию. Ему поручили сформировать отряд по борьбе с бандитизмом, но после разоблачений симферопольских большевиков его расстреляли.)
   4 апреля 1920 г. приказом А.И.Деникина Главнокомандующим Воору-женными силами на Юге России, которые теперь располагались лишь на территории полуострова, назначен генерал-лейтенант барон П.Н.Врангель***.
   (*** Петр Николаевич Врангель родился 15(27) августа 1878 г. в Ростове-на-Дону в семье потомственного дворянина, директора страхового общества. Имеет шведские корни. Окончил Ростовское реальное училище, Горный институт в Санкт-Петербурге (1901). Первую мировую войну начал в 1914 г. ротмистром, а в январе 1917 г. получил чин генерал-майора. С августа 1918 г. -- в Добровольческой армии. Генерал-лейтенант (1918). Скончался в Брюсселе (1928). Позже его останки были перезахоронены в русском храме Святой Троицы в Белграде (1929).)
   Конец "белого дела". В разгар весны на полуостров с Северного Кавказа хлынули остатки деникинских войск. К местному населению, бе-женцам, тыловым службам прибавилось 25 тыс. "добровольцев", 10 тыс. донцев и кубанцев, и число их росло. "Состояние войск, прибывших в Крым из Новороссии, -- вспоминает Я.А.Слащев, -- было поистине ужасно: это была не армия, а банда. Орудия и обозы были брошены. Ружья и часть пулеметов сохранил еще Добровольческий корпус, в который была сведена Добровольческая армия под командованием Кутепова. Донцы и кубанцы в большинстве и этого не имели".
   Не хватало всего. Обмундирование, оружие и боеприпасы, лошади были оставлены противнику. Угля не было. Бензина не было. Хлеба -- могло не остаться в самом скором времени. Иные офицеры, сколотив банды, становились на дорожку профессиональной преступности. [257]
   Работа по наведению порядка предстояла огромная. Врангель взялся за нее с большой решимостью, энергией, со знанием дела. Барон работал с семи утра до полуночи, требуя того же от подчиненных.
   Врангель совмещает посты Главнокомандующего и Правителя, то есть военную и гражданскую власти. Он не терпел ни левых, ни крайне правых, открытых реакционеров. Самого Врангеля-политика можно квалифицировать как консервативного оппортуниста, прагматика, реформатора столыпинского типа.
   Гражданское управление представлял первоначально Совет началь-ников управлений при Главнокомандующем (Правителе). В него вошли: Управление внутренних дел (таврический губернатор Д.П.Перлик, кото-рого сменил С.Д.Тверской); финансов (М.В.Бернацкий); иностранных дел (П.Б.Струве, юрист, экономист, депутат II Государственной думы); юстиции (Н.Н.Таганцев), военное (генерал-лейтенант В. Е.Вязьмитинов). Струве большую часть времени пребывал за границей, и его обязанности на месте исполнял Г.Н.Трубецкой. По прошествии некоторого времени на место начальника выделенного Управления торговли и промышленности был назначен единственный "местный" в Совете -- В.С.Налбандов, бывший член кабинета Сулькевича.
   2 мая начальником Морского управления и командующим Черно-морским флотом назначен вице-адмирал М.П.Саблин.
   После настойчивых уговоров Врангеля в Севастополь, где размещался Правитель, прибыл известный государственный деятель, ближайший соратник П.А.Столыпина А.В.Кривошеин, который в разгар удачного наступления решился на отчаянный, по мнению многих, шаг -- остался в Крыму, был 19 июня назначен помощником Врангеля и не покинул его до конца крымской эпопеи.
   Свою главную цель Правитель определил так: "Не триумфальным маршем из Крыма к Москве можно освободить Россию, а созданием хотя бы на клочке Русской земли такого порядка и таких условий жизни, которые потянули бы к себе все помыслы и силы стонущего под красным игом народа".
   Крым был буквально нашпигован карательными органами: помимо Особого отдела главного штаба (разведка и контрразведка), армейская контрразведка при каждом более или менее крупном соединении (жупелом для населения была кутеповская: живыми оттуда не выходили), военно-полевые суды. Все они пользовались неограниченными правами, были бесконтрольны и творили что им вздумается, не чувствуя при этом противодействия ни Врангеля, ни его правительства.
   Репрессиям подвергались не только большевики, но и все, обвиненные в сотрудничестве с ними, реальном или мнимом, как, например, поэт О.Э.Мандельштам, арестованный в Феодосии 4 августа. Лишь благодаря заступничеству прежде всего М.А.Волошина его удалось освободить.
   Правда, вскоре Правитель отменил публичные казни, начавшиеся при нем. И не из каких-то гуманных соображений или под давлением снизу: как он сам пояснял, они уже не устрашают, а отупляют население.
   Но Врангель все-таки сумел внести в крымскую жизнь заметные [258] перемены: замолкают или удаляются из Крыма интриганы, успокаиваются войска, преследуются уголовники, почти прекращаются забастовки.
   Барон, будучи глубоко верующим человеком, не уставал пропагандировать и насаждать православие как духовную опору будущей возрожденной России. Церкви возвращались ее владения.
   При Врангеле выходило несколько десятков периодических изданий. Но "независимых" газет (в смысле: не пользовались материальной под-держкой правительства) среди них почти не было. Отмененная 4 апреля цензура была восстановлена, и вскоре газеты "заполнились" белыми пятнами. Партийная жизнь во врангелевский период замерла. Крым-скотатарский вопрос стушевался, ушел вглубь. Издавалась крымско-татарская пресса, но под бдительным контролем.
   16 мая в Симферополе открылся созванный по приказу Врангеля та-тарский съезд. Из 44 делегатов прибыло 20. На открытии съезда присут-ствовал Главнокомандующий. Из его речи следовало, что татарам необ-ходимо всячески поддерживать армию, а правительство пойдет навстречу "удовлетворению культурно-просветительных и некоторых экономических нужд татарского населения".
   Врангель не собирался возрождать Курултай и Директорию, тем более что при разборке изъятых документов последней ревизия "обнаружила сношения бывшей директории с Турцией...". Кривошеин склонялся к тому, чтобы вообще заморозить на время крымскотатарский вопрос.
   Наиболее активная часть крымскотатарского движения, объединенная Милли Фирка, ушла в подполье. В апреле 1920 г. прошли переговоры ЦК Милли Фирка с представителями от большевиков и меньшевиков о координации действий, в частности выпуске совместного антиврангелевского воззвания. На так называемом подпольном Коктебель-ском съезде (конференции) Крымской организации РКП(б), проходившей с 5 по 7 мая, было решено усилить контакт с Милли Фирка. Несмотря на огромный риск, увеличивалось число татар-коммунистов, уверовавших в превосходство социальных ценностей над национальными.
   11 мая Врангель провозгласил создание Русской армии -- не добровольческой, а общенациональной. Призыву подлежали все военнообязанные в возрасте от 18 до 34 лет. Крестьяне, несмотря на суровые меры -- конфискацию земли и имущества, репрессии, вплоть до физического уничтожения дезертиров и укрывающих их, -- всячески пытались избежать военной службы. Антиармейская тенденция была всеобщей. Это крайне усложняло действия армии, которая несла большие потери, развернув с 6 июня боевые действия в Северной Таврии.
   Расширение территории, находившейся под его властью, продиктовало Врангелю решение повысить статус своего административного аппарата. 19 августа было образовано Правительство Юга России во главе с А.В.Кривошеиным. Персональных изменений не произошло.
   7 июня публикуется приказ Главнокомандующего "О земле" и примыкавший к нему пакет документов по земельному вопросу. Эта была первая и единственная попытка руководителя белого движения осуществить аграрную реформу. [259]
   Экономическая политика врангелевского правительства носила в значительной мере импровизационный характер. Внешняя торговля свелась к обмену сырья, прежде всего зерна, на вооружение, боеприпасы и военное снаряжение.
   Промышленность. Крыма за годы гражданской войны пришла в полный упадок. Производство с 1919 г. сократилось на 75-85%; в 1920 г. работало 32 предприятия. Большая часть их обеспечивала военные нужды. Транспорт почти замер.
   Роль денег стали играть табак, вино, ячмень, шерсть.
   Совсем плачевным было положение интеллигенции и служащих. Они получали в 3-7 раз меньше рабочих, вынуждены были подрабатывать -- как у кого получится. Профессора, инженеры, учителя, чиновники, чтобы не умереть с голоду, уходили в дворники, чернорабочие, сторожа, грузчики. Спасала правительственная практика торговли хлебом по умеренным ценам. Но промышленные товары были не по карману никому, разве что спекулянтам.
   Тем не менее, несмотря на все трудности военного времени, продолжал работать Таврический университет, где преподавали выдающиеся деятели науки: историк, искусства член-корреспондент Академии наук Д.В.Айналов, геолог и палеонтолог академик Н.И.Андрусов, химик, металловед и метал-лург, будущий академик А.А.Банков, философ, экономист и богослов С.Н.Булгаков, В.И. и Г.В.Вернадские, историк Б.Д.Греков, литературовед, будущий академик Н.К.Гудзий, лесовод Г.Ф.Морозов, ботаник и географ, член-корреспондент Академии наук Н.И.Кузнецов, геолог и географ, будущий академик В.А.Обручев, биохимик, ботаник, физиолог растений академик В.И.Палладии, литературовед член-корреспондент Академия наук Е.В.Петухов и др. После смерти от сыпного тифа Р.И.Гельвига 2 октября 1920 г. на должность ректора университета избран академик В.И.Вер-надский.
   Под председательством А.И.Марковича (с 1908 г.), будущего члена-корреспондента Академии Наук СССР, действовала авторитетнейшая крае-ведческая организация -- Таврическая ученая архивная комиссия (ТУАК), созданная в 1887 г.
   В Крыму снимались кинофильмы с участием известных артистов, в Ялте А.А.Ханжонков продолжал их производство, проходили художественные выставки, открывались литературные клубы, издательства, гастролировали театральные группы.
   Режим Врангеля мог продержаться только за счет иностранной помощи. Армия целиком зависела от нее. Приходилось брать взаймы товарами под высокие проценты или расплачиваться золотом, валютой, сырьем.
   Италия, Бельгия, США, Япония благожелательно относились к режиму Врангеля, но признавать его не спешили. На это решилась Франция, 10 августа официально признав де-факто правительство Врангеля, однако выдвинула при этом ряд неприемлемых условий.
   Нельзя не признать значительной гибкости барона сравнительно с его предшественником, Деникиным, бескомпромиссным сторонником "единой и неделимой". Тактической целью Врангеля было создание единого [260] антибольшевистского фронта, в поисках союзников он даже попытался заключить соглашение с Н.И.Махно. Однако тот предпочел казнить врангелевских парламентариев.
   При начальнике штаба Главнокомандующего Русской Армией вводится должность генерала для поручений по делам Украины.
   24 октября Правитель Юга России принимает депутацию от национально-демократического блока, оформленного на съезде различных украинских организаций (Севастополь, 15-16 октября), представившую меморандум, где шла речь о самостоятельной Украине, находящейся в федеративной связи с Россией, гражданское и военное управление которой осуществляется специальными украинскими учреждениями, подчиненными непосредственно Врангелю, скорейшем формировании на особых основаниях украинской национальной армии.
   После этих контактов начинается создание украинских воинских частей, а 8 ноября Врангель издает приказ, уравнивающий на Украине украинский язык с русским: "Признавая, что украинский язык является, наряду с российским, полноправным языком Украины, приказываю: всем учебным заведениям, как правительственным, так и частным, в коих преподавание ведется на украинском языке, присвоить все права, установленные существующими законоположениями для учебных заведений той или другой категории с общегосударственным языком преподавания". Но было уже поздно. Отметим, что за все время пребывания белых войск на земле полуострова со значительным еврейским населением, активно участвующим в политической жизни, несмотря на периодически раздающиеся антисемитские призывы, здесь не было зарегистрировано ни одного еврейского погрома. Более того, Крым являлся одним из центров сионистского движения России.
   С конца 1919 -- начала 1920 гг. заметно активизировалось русское национальное движение. В 1920г. в Севастополе, Симферополе, Феодосии, Ялте действовали группы Союза русских национальных общин. Главным лозунгом Союза была борьба с большевизмом, заявлялось, что это организация не воинствующая или шовинистическая, а имеющая "...перед собой только вполне определенную задачу -- оборону своих русских интересов, русского языка, русской культуры, русской торговли и т.д., всего русского, национального". Русскую идею пропагандировал ряд издававшихся в Крыму газет.
   Тем временем 12 октября 1920 г. в Риге Польша подписала перемирие с Советской Россией. Фактически это стало одновременно и подписанием смертного приговора врангелевскому режиму.
   Южный фронт Красной Армии под командованием М.В.Фрунзе усиливается за счет войск Западного и других фронтов. Общее наступление войск началось 15 октября. "Не имея тыла, окруженные врагом со всех сторон, потрясенные жестокими испытаниями, войска дрались вяло", -- с горечью пишет Врангель. 21 октября красные овладели всей Северной Таврией. Русская армия откатилась за Перекоп.
   Врангель не питал большого оптимизма по поводу судьбы Русской армии. Еще до наступления красных в Северной Таврии он предусмотрительно [261] отдал распоряжение проверить уже составленный штабом я командующим флотом вице-адмиралом М.П.Саблиным план эвакуации и подготовить суда (помимо Севастополя) в Керчи, Феодосии и Ялте,
   Немалую роль в крушении врангелевского режима сыграли "зеленые". Массовость этого явления была следствием ненависти к мобилизациям, к войне, желания выжить. Все устали от не имеющей, казалось, конца бойни.
   Количество дезертиров -- "зеленых" росло с каждым днем, чему очень благоприятствовал крымский ландшафт -- леса и горы.
   С января 1920г. отряды "зеленых" начинают стремительно "краснеть", чему причинами были: усиление репрессий, влекущее жажду мести; бегство в горы большевиков и пленных красноармейцев и коммунистическая пропаганда; наконец, стремление появившихся "красно-зеленых" втянуть в свои ряды как можно больше людей. Так "зеленые", промышлявшие до этого грабежами и набегами, становятся повстанцами. В июле их общая численность достигла 800 человек.
   Разгромы подпольной сети большевиков весной, а затем в августе контрразведкой побудили их перенести основную деятельность в леса. В июне подпольные обком РКП (б) и Крымревком объявили мобилизацию в (Советскую) Повстанческую армию всех партийцев, комсомольцев, членов профсоюзов (армия как таковая была создана в мае Крымревкомом). Началась реорганизация по образцу регулярной армии. Командующим армией стал секретарь обкома С.А.Бабахан (С.Я.Бабаханян).
   Повстанцы нападали на стражников, срывали заготовку дров для железных дорог и городов, что грозило топливным кризисом и прекращением железнодорожного сообщения, и вообще старались держать противника в постоянном напряжении. Только в течение мая -- июня повстанцы провели свыше 20 операций. "Красно-зеленые" оттягивали на себя не менее 4-5 тыс. штыков.
   По решению ЦК КП(б)У и Реввоенсовета Юго-Западного фронта для осуществления партизанской борьбы в тылу Врангеля в Крым была направлена группа бойцов из 11 человек во главе с анархистом А.В.Мокроусовым, организатором и командиром отрядов черноморских матросов в 1917-1918 гг. Они высадились 17 августа с катера "Гаджибей", вышедшего днем раньше из Анапы, близ с. Капсихор (Морское Судакского горсовета). С появлением Мокроусова деятельность повстанцев, которых он вскоре возглавил, несомненно, получила новый импульс: бесконечные рейды по тылам белых, нападение на артиллерийский транспорт, ограбление Массандровского лесничества на миллион рублей, уничтожение Бешуйских копей.
   Наконец, налет на Судак (12 сентября). Знамена нападавших были предусмотрительно свернуты. Мокроусов надел погоны полковника. Повстанцы были приняты за белых и спокойно заняли большую часть Судака. И только после того, как один из повстанцев развернул знамя, белые, находившиеся здесь на излечении, оказали отпор. "Собственно, Судак, -- пишет в своих воспоминаниях Мокроусов, -- нам нужен был для того, чтобы захватить в гарнизоне и у местных богачей необходимое количество одежды. Самое же главное -- необходимо было нанести [262] сильный моральный удар по противнику, заставить его отвлечь на нас большие силы с фронта".
   "Красно-зеленые"- достигли своих целей. Врангелю пришлось держать целый войсковой контингент для нейтрализации "зеленых" в тылу. Каких-либо успехов он не достиг. Главнокомандующий сделал специальное разъяснение, что служба в частях, ведущих борьбу с зеленоармейцами, приравнивается к боевой фронтовой службе.
   С августа по ноябрь повстанцы провели до 80 крупных операций. Когда красные войска вступили в Крым, "красно-зеленые", насчитывавшие, по сводным данным, до двух тысяч штыков, оказали им непосредственную помощь, отрезав белым путь на Феодосию и разбив несколько частей. В ноябре отряды Повстанческой армии были влиты в состав Красной армии.
   Утром 8 ноября части Южного фронта, имея решающее превосходство над Русской армией, переправились через Сиваш. В течение суток они удерживали захваченный плацдарм на Литовском полуострове, несмотря на контратаки Дроздовской дивизии, усиленной отрядом бронемашин. По приказу М.В.Фрунзе им была оказана помощь: к 5 часам утра 9 ноября под обстрелом Сиваш форсировала крымская группа войск крес-тьянской армии Н.И.Махно под командованием С.Каретникова (3000 сабель, 450 пулеметов на тачанках), потерявшая 30% личного состава, и кавалерийская дивизия красных. Это позволило спасти ранее пере-правившиеся войска и перейти в наступление в тылу перекопских укреп-лений. В результате был взят Турецкий вал, фронтальная атака которого первоначально успехов не имела. Врангелевцы отошли на Ишуньские позиции. В тяжелых боях 10--11 ноября красные смогли отразить все атаки противника, преодолели Чонгарские укрепления, переправились через Генический пролив. Значительную роль в разгроме конного корпуса генерал-лейтенанта И.Г.Барбовича у Ишуни сыграли махновцы.
   Врангелевцы отступали в организованном порядке, почти без контакта с противником. Сорвать эвакуацию врангелевцев красным не удалось. 11 ноября началась погрузка на корабли. Верховный комиссар Франции граф Де Мартель выразил согласие принять всех оставляющих Крым под покровительство своей страны. Для покрытия расходов французское правительство брало в залог российские корабли.
   12 ноября были прорваны Ишуньские позиции, врангелевцы начали стремительный отход по всему фронту. 13 ноября 2-я Конная армия под командованием Ф.К.Миронова заняла Симферополь. Основные врангелевские войска через портовые города покидали полуостров.
   Утром 14 ноября в Севастополе Главнокомандующий объехал на катере суда. Сошел на берег. Выступил перед группой юнкеров и в 2 часа 40 минут, видя, что погрузились все, взошел на катер и направился к крейсеру "Генерал Корнилов". На 126 судах было вывезено 145 693 человека, не считая команд. За исключением погибшего миноносца "Живой", все корабли прибыли в Константинополь.
   Было эвакуировано: до 15 тыс. казаков, 12 тыс. офицеров, 4--5 тыс. солдат регулярных частей, более 30 тысяч офицеров и чиновников тыловых частей, 10 тысяч юнкеров и до 60 тыс. гражданских лиц, в [263] большинстве своем семей офицеров и чиновников.
   1920, 14 ноября. Образование Крымревкома. Реввоенсовет Южного фронта принял постановление, гласившее: "...Образован Крымревком в составе: председателя -- члена РВС Южного фронта Бела Куна, членов: Лиде, Гавена, Меметова, Идрисова, Давыдова-Вульфсона".
   1920, 16 ноября. Телеграмма М.В.Фрунзе В.И.Ленину. В телеграмме, отправленной из Джанкоя, где находился штаб Южного фронта, говорилось: "Сегодня нашей конницей занята Керчь, Южный фронт ликвидирован". За время боевых действий -- 28 октября - 16 ноября -- войска Южного фронта взяли в плен 52,1 тыс. солдат и офицеров.
   В третий раз в Крыму была установлена Советская власть.
   16 ноября, в день занятия красными войсками всего полуострова, ревком, наделенный неограниченными полномочиями, приступил к работе. В городах и уездных центрах создавались местные ревкомы. Это означало введение в Крыму чрезвычайного положения, которое продлилось до избрания ЦИКа Крымской АССР на I Учредительном съезде Советов Крыма 10 ноября 1921 г. Ревком и другие избирательные органы устроили массовое истребление оставшихся в Крыму белогвардейцев и вчерашних союзников -- махновцев (последних за отказ расформироваться и влиться в Красную Армию. Сам Н.Махно находился в гуляйпольской группировке). По приказу Б.Б.Куна, а также назначенной секретарем Крымобласткома Р.С.Самойловой (Землячки, Залкинд), старой большевички, в первую очередь уничтожались зарегистрировавшиеся офицеры и военные чиновники белой армии, поверившие в амнистию. Казни не прекращались длительное время и коснулись интеллигенции, рабочих, крестьян, гимназистов. Невероятный размах карательных акций, осуществлявшихся не только ревкомами, но и Особым отделом Южного Фронта (командующий М.В.Фрунзе, как показывают архивные документы" знал об этих акциях и одобрял их), КрымЧК, когда число жертв исчислялось десятками тысяч (от 50 до 120), вызвал особую ревизию ВЦИК. Были вскрыты факты особой жестокости крымских чекистов: по подозрению в симпатиях к белым расстреливали, рубили шашками, вешали женщин, детей, стариков. Казнили раненых и медицинский персонал лазаретов, а тех, кому сохраняли жизнь, отправляли в лагеря.
   Гражданская война в Крыму имела свою специфику. По сути, она явилась не столько результатом внутренних противоречий, сколько была привнесена извне. Крым стал полем ожесточенной междоусобной борьбы большевистской России, украинских правительств, крымскотатарского движения, белогвардейских администраций, а также Германии, Турции и стран Антанты. Победа осталась за силами, объединившимися вокруг Советской власти, -- власти большевиков. Была ли эта ноша (абсолютная власть над 1/6 частью земной суши) все 70 лет большевикам по плечу -- мировой историей ответ уже дан, но на уровне политических партий и движений споры продолжаются.
   Прямым же следствием гражданской войны явились миллионы погибших и искалеченных, массовые эпидемии, голод, хозяйственная разруха, эмиграция творческой и технической интеллигенции. [264]
  

ПОЛУОСТРОВ В 20-30-е гг.

  
   Организаторам советской власти на полуострове пришлось столкнуться с рядом серьезных трудностей: многонациональный состав населения, насчитывавший по переписи 1921 г. 720 тыс. чел. 59 национальностей, в т.ч. 51,5% русских и украинцев, 25,9% крымских татар, 6,8% евреев, 5,9% немцев, 9,9% других (армяне, поляки, греки, караимы...); сложная демо-графическая обстановка, при которой на 41,8 % трудового приходилось 58,2% нетрудового населения; сохранение влияния в регионе более 20 мелкобуржуазных партий, основными из которых были Бунд, Милли Фирка, Серп; наличие 300 тыс. беженцев из других регионов России из числа буржуазии, чиновников, жандармов, деклассированных элементов; развернутое противниками советской власти партизанское движение и "политический бандитизм".
   Промышленность Крыма на тот момент практически бездействовала, что привело, наряду с массовым притоком демобилизованных из рядов РККА, к массовой безработице. В тяжелейшем положении, во многом по вине большевиков, оказался аграрный сектор. Так, в Крыму, где свыше 40% всех крестьян являлись безземельными, Ревком создал в конце 1920-го -- начале 1921 гг. 1150 совхозов, хотя к тому времени практика совхозного строительства в других регионах РСФСР уже показала их малоэффективность. Проблему продовольствия обостряла также необходимость снабжения 3-й пехотной Армии РККА, дислоцированной в регионе и готовившейся к отражению возможного вторжения остатков "белых" войск, интернированных в Болгарии и ряде других мест.
   В ряде официальных телеграмм в Москву обстановка в Крыму характеризовалась как нестабильная и взрывоопасная. В настроениях крымского населения отмечается недоверие к советской власти. В докладе представителя Наркомнаца в Крыму З.Булушева от 12 мая 1921 г. на имя Сталина говорилось: "...Вся крымская власть -- назначенцы, ничего общего не имеющие с местным населением. Они используют слишком широкое применение красного террора. Сотни заложников, батраков и беднейших крестьян заставляют работать в совхозах. Совхозы, являясь государственными формами, имеют больше прав для притеснения местного населения, чем бывшие частные владельцы. Совхозы захватывают лучшие земли. Крестьяне видят в советской власти еще большего эксплуататора, чем царизм".
   Летом и осенью 1921 г. вооруженное сопротивление приняло угрожающие размеры. В борьбе с советской властью участвовали не только белогвардейцы и кулаки, но и крестьяне-середняки и даже бедняки, недовольные земельной и продовольственной политикой. На борьбу с ними, продолжавшуюся более 3-х лет, были направлены специально созданные части особого назначения (ЧОН) и регулярные войска. Чрезвычайную тройку по борьбе с бандитизмом возглавил в Крыму В.Ибраимов.
   В такой обстановке Москвой было решено создать Крымскую автономную республику. 8 октября 1921 г. ВЦИК утвердил положение [265] "О Крымской Советской Социалистической Республике". Как и прежние Крымские республики, последняя создавалась в пределах полуострова. Через 10 дней появилось постановление ВЦИК и СНК РСФСР об образовании Крымской АССР, подписали его М.И.Калинин, В.И.Ленин, А.Ёнукидзе. 10 ноября 1921 г. I Всекрымский Учредительный съезд советов принял Конституцию Крымской ССР, определившую государственными языками русский и татарский, Всекрымский съезд советов - высшим органом власти, а КрымЦИК -- высшим законодательным и исполнительным органом, который выделял из своего состава Совет народных комиссаров (СНК), а для руководства отдельными отраслями -- народные комиссариаты.
   Председателем КрымЦИК стал Ю.П.Гавен, председателем СНК Крыма -- С.Г.Саид-Галиев. Вскоре был сформирован и аппарат управления республики -- 13 наркоматов и 3 управления. Таким образом, власть из рук Крымревкома была передана советам.
   Первоочередной задачей правительства новой республики стало возрождение хозяйства. Был взят курс на одновременное восстановление всех отраслей промышленности. Позже стала очевидной его нереальность. Для осуществления намеченного у республики не было достаточных материальных ресурсов. Поэтому в дальнейшем силы концентрировались на развитии менее пострадавших отраслей -- табачной, консервной, кожевенной, соляной, полиграфической.
   Но прежде всего надо было решить проблемы, связанные с голодом и его последствиями. Первые признаки наступавшего голода проявились летом 1921 г. В дальнейшем это бедствие приобрело катастрофический характер. Наибольшее количество голодавших в Крыму отмечалось в январе-феврале 1922 года: 60-70% населения полуострова. Голод продолжался до лета 1923 г. Общее количество погибших в Крыму от голода в 1921-1923 гг. по разным оценкам достигает 100-110 тыс. человек, большинство из которых составляют крымские татары. Большой удельный вес гибели крымских татар объясняется тем, что голод наиболее сильно затронул горные и предгорные районы Крыма, где большую часть населения составляли татары, имевшие минимальные участки земли и не ведшие зернового хозяйства.
   Причины массового голода в стране были объективные и субъективные. К числу первых относятся: последствия гражданской войны, хозяйственная разруха, сильная засуха 1921 г. К числу вторых -- волюнтаристская земельная и продовольственная политика советской власти. Власти отказывались удовлетворить земельные запросы крестьян, затягивали переход к новой экономической политике, проводили массовые конфискации продовольствия, а на Южном берегу -- и имений, с целью использования их для совхозов.
   Кампанию по борьбе с голодом возглавила в Крыму Центральная комиссия помощи голодавшим (Крымпомгол, впоследствии -- Последгол) под руководством председателя КрымЦИК Ю.П.Гавена. Она вводила в пользу голодавших специальные налоги, создавала детдома для сирот, организовывала общественные работы с оплатой труда, столовые и пункты [266] питания для голодавших, привлекала к делу помгола иностранные организации. Было закуплено 30 тыс. пудов хлеба внутри страны и 60 тыс. пудов за границей, 20 тыс. пудов зернофуража. В мае 1922 г. на содержании Крымпомгола находилось 200 тыс. голодавших.
   На основании соглашения с американской благотворительной ассоциацией (АРА) в Россию в 1921-1922 годах было завезено 28 миллионов пудов продовольствия. Для голодавших в Крыму было направлено по линии АРА 125 тыс. пудов зерна и 1200 пудов сала.
   Московская губернская комиссия по борьбе с последствиями голода также приняла решение об оказании помощи Крыму. Было решено предоставить Крыму 30 тыс. пудов ржи, отпустить средства для закупки на Украине 80 тыс. пудов семян, выделить 20 тыс. золотых рублей на борьбу с вредителями сельского хозяйства, 15 тыс. золотых рублей -- на оказание помощи беднякам.
   Последствия голода оказались тяжелыми. В помощи нуждались осиротевшие дети, инвалиды войны и труда. Главное внимание теперь обращалось на расширение посевных площадей и поднятие урожайности в крестьянских хозяйствах. Практиковалась крестьянская взаимопомощь при обработке земли, в хозяйствах крестьян при участии агрономов создавались "опытные участки".
   Замена продразверстки продналогом и переход в дальнейшем от политики военного коммунизма к новой экономической политике означал, по существу, компромисс между властью и крестьянством: власть получала возможность своего дальнейшего существования, крестьянство добилось отмены ряда экономических ограничений. Однако новая экономическая политика, как и в целом по России, осуществлялась в Крыму противоречиво.
   30 декабря 1922 г. -- советские республики: Белорусская, Украин-ская, а также Российская и Закавказская федерации подписали Договор о создании Союза Советских Социалистических Республик (СССР). В 1924 г. была принята первая Конституция СССР. Предполагалось, что каждая из союзных республик сохранит широкие права само-управления. Однако на практике они довольно скоро утратили все реальные признаки суверенитета, превратившись в административно-территориальные единицы в составе единого государства -- СССР.
   После смерти В.И.Ленина (21 января 1924 г.) лидером партии большевиков и руководителем СССР на целых 30 лет становится И. Сталин, который создаст один из самых жестоких политических режимов в истории человечества -- тоталитаризм.
   Итоги советского строительства за три года проанализировал 4-й Всекрымский съезд советов, проводившийся с 11 по 14 декабря 1924 г. Особенностями его работы стало то, что отчетный доклад председателя правительства Дерен-Айерлы был сделан на татарском языке.
   В ходе советского строительства велась постоянная работа по административно-территориальному делению автономии с учетом как экономического, так и национального фактора. В результате в автономии было образовано, кроме 6 татарских, 3 нацменрайона -- Биюк-Онларский [267] (немецкий), Ишуньский (украинский) и Фрайдорфский (еврейский).
   Переломным в истории Крымской ССР явился 1925 г. Именно в этом году на XII Всероссийском съезде советов была принята вторая Конституция РСФСР, содержавшая главу IV "Об автономных советских социалистических республиках и областях". Приводя в соответствие с этой статьей юридический статус Крыма, с мая по ноябрь 1925 г. в средствах массовой информации стал появляться новый термин "Крымская АССР", который окончательно утвердился за полуостровом к концу года в рабочем порядке. На состоявшемся в мае 1925 г. III съезде советов СССР по докладу М.И. Калинина была принята развернутая резолюция "О нацио-нальных меньшинствах", требовавшая привлечь во все выборные советские органы представителей национальных меньшинств, а в случаях значительной их численности образовывать отдельные советы с употреблением языков этих меньшинств, организацией судов и школ на родных языках.
   На 5-м Всекрымском съезде советов, работавшем со 2 по 7 апреля 1927 г., разгорелись дебаты о внесении изменений в Конституцию Крымской АССР по вопросу о языке. Делегат Х.Чапчакчи настаивал на том, что государственным, в силу исторического признака, должен стать татарский язык, а в силу общественного момента -- русский. Съезд принял решение сформулировать вопрос так: "Общеупотребляемыми языками в государственных и общественных учреждениях Крымской АССР являются русский и татарский, с правом всех остальных национальностей пользоваться их родными языками".
   Трагическим событием в истории Крыма явилось землетрясение, происшедшее 12 сентября 1927 г., сила которого на южном побережье составила 7 баллов. Стихия принесла значительный ущерб - как материальный, так и человеческий. Финансирования восстановительных работ осуществлялись как за счет бюджета автономии, так и за счет союзного бюджета,
   С 1927 г. начинает меняться политика властей в отношении использования финансовых средств и деловых способностей частных предпринимателей. Происходит постепенное вытеснение и ликвидация частного сектора. Параллельно разворачивается кампания по лишению избирательных прав "классовочуждых" элементов. Она сопровождалась снятием с работы, исключением из учебных заведений, лишением пенсий и пр., коснувшимися значительного количества населения. Чрезвычайные меры 1928г. -- принудительное изъятие хлеба у крестьян по методу "военного коммунизма" периода гражданской войны -- ознаменовали наступление новой эпохи.
   25 января 1928 г. был снят с поста председателя КрымЦИКа и затем арестован В.Ибраимов. Вместе с ним к суду были привлечены еще 15 человек (несколько позднее арестовали и брата Вели Ибраимова -- Умера, наркома земледелия). Ибраимов обвинялся в антисоветской деятельности и убийстве. Верховный Суд РСФСР 28 апреля 1928 г. приговорил Ибраимова "к высшей мере социальной защиты -- расстрелу". 3 мая приговор был приведен в исполнение (20 июня 1990 г. приговор отменен "за недоказанностью обвинения"). [268]
   Составной частью советской власти, проведшей значительную работу по формированию и укреплению крымских государственных органов, новой социально-экономической системы стала Рабоче-крестьянская инспекция (РКИ). В своей истории этот институт прошел в Крыму в 20-е гг. четыре основных этапа.
   В ходе первого этапа 11 декабря 1920г. была организована Крым-ская центральная РКИ по образцу губернского аппарата РСФСР, а затем ее местные структуры. На РКИ в этот период возлагались задачи осуществления контроля над всеми органами государственного управления, хозяйства и общественными организациями, борьбы с бюрократизмом и волокитой, за проведением в жизнь декретов и постановлений советской власти, борьбы со злоупотреблениями должностных лиц, другие вопросы. Большую часть РКИ составляли общественники, избранные на эту работу от предприятий, волостей и поселков. За этот период было проведено 152 ревизии, а обнаружено лишь 12 актов злоупотреблений, что говорит о слабости подготовки работников инспекции.
   В ходе второго этапа (с ноября 1921 г. по апрель 1924 г.) создается Крымский Народный комиссариат РКИ, который на базе полученного от Всеукраинской РКИ "Сборника N1" разработал собственные инструкции и циркуляры по работе контрольных органов. На данном этапе работа РКИ стала значительно эффективнее, и в ходе проведения "нормализации" госаппарата штат ее был так урезан, что от задуманной массовой организации осталась небольшая группа, все же успешно решавшая возложенные на нее задачи.
   В ходе третьего этапа (с мая 1924 г. до конца 1927 г.) объединяются Партколлегия и Коллегия РКИ. С этого момента акценты в работе РКИ смещаются с хозяйственного направления на политическое. Приоритетное внимание уделяется подготовке кадров из числа татар; чистке вузов Крыма, низового советского аппарата; совершенствованию госаппарата всех уровней,
   Начало четвертому этапу в 1928 г. положило рассмотрение на Оргбюро ЦК ВКП(б) под председательством В. Молотова вопроса "О работе и состоянии Крымской областной партийной организации". Оргбюро обязало народный комиссариат РКИ Крыма сконцентрировать свою работу на пересмотре личного состава советского, кооперативного и хозяйственного аппарата, проверке выполнения директив ВКП (б). В ходе проверок с участием общественности было уволено 598 чел., из них 368чел. по признакам социального происхождения.
   Конец 20-х гг. в крымской истории завершает б-й Всекрымский съезд советов, работавший с 27 апреля по 7 мая 1929 г. Съезд начался со вступительного слова нового председателя КрымЦИКа -- М.Кубаева. Съезд принял первый пятилетний план развития народного хозяйства и культурного строительства Крымской АССР на 1927-32 гг. Был принят новый закон о земельной реформе, внесены изменения в текст Конституции Крымской АССР, кстати, так и не утвержденные в Москве.
   Открыл 30-е гг. VII Всекрымский съезд советов, работавший с 15 по 19 февраля 1931 г. Делегаты рассмотрели отчет председателя СНК Саметдинова [269] о деятельности правительства за два года, которые были ознаменованы увеличением бюджета автономии на 65%, ростом валовой продукции -- на 39,4%. В сельском хозяйстве было коллективизировано 88,2% крестьянских хозяйств. Все это позволило преобразовать регион из аграрно-курортного в индустриально-аграрный и курортный.
   В начале 30-х гг. в Крымской АССР, как и по всему Союзу ССР, была ликвидирована Рабоче-крестьянская инспекция как составная часть советов. На ее месте была создана новая структура - Советский Контроль при СНК СССР. В Крымской АССР организуется институт Уполномоченного Комиссии Советского Контроля ари СНК Союза ССР, который решал те же вопросы, что и РКИ 20-х гг.
   Планы и темпы "социалистического строительства" были в центре внутрипартийной борьбы, находившей свое отражение в Крыму, определялись на партийных съездах. К концу первой пятилетки (1932 г.) объем промышленной продукции в Крымской АССР на 20% превзошел сельскохозяйственную. Однако в структуре крымской промышленности высокий удельный вес сохраняли и кустарные промыслы. Высокими темпами шло кооперирование кустарей. В 1928 г. насчитывалось 234 артели - кожевенные, ткацкие, войлочные, гончарные и др. Постепенно решалась проблема безработицы, хотя на январь 1930 г. на биржах труда республики числилось еще 28,5 тыс. безработных.
   К 1934 г. посевная площадь единоличных крестьянских хозяйств составляла лишь 3,8%. Крым стал одним из первых регионов страны, завершивших коллективизацию, хотя она и сопровождалась активным сопротивлением части крестьянства.
   В 1935 г. за счет разукрупнения и создания дополнительных 9 в республике стало 25 районов: Ак-Мечетский, Ак-Шеихский, Алуштинс-кий, Балаклавский, Бахчисарайский, Биюк-Онларский, Джанкойский, Евпаторийский, Ичкинский, Ишунъский, Карасубазарский, Кировский, Маяк-Салынский, Сакский, Сейтлерский, Симферопольский, Старокрымский, Судакский, Тельмановский, Фрайдорфский, Ялтинский. Симферополь, Севастополь, Керчь, Ялта и Феодосия являлись городами республиканского подчинения. В феврале 1937 г. был образован еще и Зуйский район. Таким административно-территориальное деление Крыма оставалось до начала войны.
   Важнейшей составной частью национально-культурного строительства в Крыму в 20-30-е гг. явилась политика коренизации. Официальное начало ей положили решения состоявшегося в 1923 году XII съезда РКП(б), признавшего необходимость обеспечения в национальных республиках приоритета национальных языков, широкого их использования в делопроизводстве всех советских учреждений, средствах массовой информации, культурно-просветительских учреждениях, первоочередного выдвижения на руководящие посты лиц коренной национальности, свободно владевших своим родным языком. Эта мера рассматривалась как одно из главных политических средств привлечения масс национальных окраин на сторону советской власти. Тогда же 3-й Всекрымский съезд советов, работавший с 10 по 14 декабря 1923 г., рассмотрел в качестве [270] основного вопрос о татаризации, с докладом по которому выступил председатель КрымЦИКа Ю.Гавен. На съезде журналист Амет Озенбашлы призвал объявить культуру татарского народа государственной. Съезд потребовал от правительства активизировать процесс татаризации, продолжить политику введения татарского языка в районах компактного проживания татарского населения, осуществить другие мероприятия.
   Особое внимание в ходе коренизации уделялось развитию социально-культурной сферы. Этот процесс в решающей мере тормозился отсутствием квалифицированных национальных кадров, острой нехваткой финансов. Но, несмотря на острый бюджетный дефицит, правительство находило средства на финансирование работ по изучению татарской культуры. Под руководством председателя ассоциации востоковедов при ЦИКе СССР профессора И.Н. Бороздина летом 1925 г. были проведены раскопки в Эски-Крыме (Старом Крыму) и начаты раскопки "Караван Сарая" в деревне Солхат, где были найдены остатки водопровода, фрагмент саркофага 1309 г., другие ценные предметы.
   Одним из переломных событий в истории крымскотатарского народа стал переход с арабского на латинский алфавит, что меняло сложившееся столетиями мировоззрение, культуру. Для решения этой проблемы был проведен комплекс мероприятий, в т.ч. создание в 1924 г. комитета ново-татарского языка (НТА).
   Но практика коренизации в Крыму в форме татаризации проводилась в жизнь с большими трудностями, сопровождалась частыми ошибками и перегибами. В ноябре 1929 г. КрымЦИК разработал 5-летний план коренизации аппарата автономии, который предусматривал увеличение кадров из числа татар на 10,5%, немцев -- на 1,6%, других национальных меньшинств -- на 0,6 %, процент работников соваппарата из числа русских сократить на 11,95 %, а украинцев -- на 1,7%. Главным инструментом в проведении этой политики была Нацменкомиссиия при президиуме КрымЦИКа. Она занималась вопросами подготовки национальных кадров из татар, вырабатывала и осуществляла планы выдвижения их в руководящие органы, устанавливала нормы представительства татар в советских хозяйственных и профсоюзных органах.
   Крымским татарам предоставлялись значительные привилегии по сравнению с другими национальностями, проживавшими в Крыму. Ассиг-нования на культурные работы для татарского населения всегда были пропорционально больше. Как правило, на пост председателя КрымЦИК и председателя СНК выдвигались работники из крымских татар.
   Так, нередко политика коренизации управленческого аппарата понималась как простая замена русских или украинских служащих на лиц татарской национальности. Это обстоятельство, а также введение в 1929 г. в управленческом аппарате делопроизводства на татарском языке, обострили национальные отношения, вызвали протесты служащих других национальностей. В конечном итоге административно-бюрократические методы татаризации в Крыму довели ее до абсурда, что привело к дискредитации самой политики коренизации. С середины 30-х г. она стала сворачиваться, удельный вес крымских татар в руководящих органах начал [271] заметно сокращаться. В конце 30-х г. с татаризацией было покончено и взят курс на удовлетворение запросов всех национальностей Крыма. Основную массу населения полуострова в это время составляли русские и украинцы.
   Февральская (1932 г.) сессия ЦИК Крымской АССР рассмотрела итоги выполнения первого 5-летнего плана, который был выполнен за 4 года 3 месяца. Валовая продукция промышленности за это время выросла в 4 раза, а тяжелой промышленности -- в 7 раз.
   В начале 30-х гг. было проведено очередное разукрупнение сельских советов, что позволило увеличить, по сравнению с 1925 г., число татар-ских национальных советов на 10,6 %, немецких -- 12,7 %, болгарских -- 12,8 %, греческих -- 16, %, еврейских - 140 %, армянских -- на 100 %.
   Ход выполнения второго 5-летнего плана развития народного хозяйства автономии рассмотрел VII Всекрымский съезд советов, работавший с 5 по 8 марта 1935 г. Съезд отметил, что валовая продукция промышленности возросла на 64,4 %; 89 % бедняцко-середняцких хозяйств объединены в колхозы, что позволило 85 % всех посевных площадей обрабатывать тракторами. Вместе с тем отмечалась низкая урожайность технических культур (табаки, хлопок, виноград); неудовлетворительное состояние животноводства; слабая организация труда в ряде МТС, колхозов, совхозов; недостаточная борьба с бюрократизмом и волокитой во многих звеньях советского и хозяйственного аппарата; нехватка кадров медицинских учреждений.
   Таким образом, характерной чертой 30-х гг. стали, с одной стороны, успешное продвижение в социально-экономическом развитии автономии, а с другой -- всевластие тоталитаризма, характерной чертой которого были ограничение реальных прав и свобод, массовые репрессии.
   Вот некоторые факты (по материалам проф. Н.В.Дементьева).
   1935, 23 июля. Бюро ОК заслушало вопрос: "О результатах просмотра истпартовской литературы, изданной за прошлые годы". Резолюция констатировала: "В своей подавляющей части эта литература дает неправильные и антипартийные оценки истории Крымской партийной организации и революционного движения в Крыму". Как "откровенно контрреволюционные" были изъяты и уничтожены работы И.К.Фирдевса, Ю.П.Гавена, В.А.Елагина, М.Ф.Бунегина, А.К.Бочагова, М.Л.Атласа, В.Советова. Уничтожение книг предваряло уничтожение их авторов -- они были объявлены "врагами народа".
   В 1936-1938 гг. было уничтожено все руководство Крымской АССР.
   Заметным событием в истории автономии был IX Чрезвычайный съезд советов Крымской АССР, работавший с 1 по 4 июня 1937 г. и принявший проект второй Конституции автономии. Конституция объявляла Крым-скую АССР социалистическим государством рабочих и крестьян, политической основой которого являются советы депутатов трудящихся; экономической -- социалистическая система хозяйства и социалистическая собственность на орудия и средства производства. Статья 9-я допускала мелкое частное хозяйство единоличных крестьян и кустарей, основанное на личном труде и исключающее эксплуатацию чужого труда. Статья 12-я [272] утверждала в республике принципы "кто не работает, тот не ест", "от каждого по способностям, каждому -- по его труду".
   Глава II "Государственное устройство" утверждала вхождение Крымской АССР в состав РСФСР с правом осуществления государственной власти на автономных началах, деление региона на 26 районов и города центрального подчинения: Симферополь, Севастополь, Керчь, Евпатория, Феодосия, Ялта.
   Высшим органом государственной власти в автономии объявлялся Верховный Совет, а исполнительным и распорядительным органом государственной власти -- Совет Народных Комиссаров (СНК).
   Исполнительными и распорядительным органами районных, городских, поселковых и сельских советов депутатов трудящихся объявлялись избираемые ими исполнительные комитеты. Им вменялось в обязанность осуществление руководства культурно-политическим и хозяйственным строительством на своей территории на основании решений соответствующих советов и вышестоящих органов. Но официальное утверждение ее законом РСФСР состоялось лишь 2 июня 1940 г.
   С первых дней установления Советской власти в Крыму велась работа по развитию народного образования. В 1921 г. была открыта первая тысяча школ, в том числе 343 -- татарских. К концу 30-х гг. было введено всеобщее начальное образование в деревнях и семилетнее -- в городах. На полуострове насчитывалось 1263 общеобразовательных школы, в т.ч. 857 начальных, 251 семилетка, 155 средних с общим числом учащихся 191 тыс. чел. В регионе работало 4 вуза (в т.ч. 3 в Симферополе: педагогический, медицинский, сельскохозяйственный и второй педагогический институт в Феодосии с общим числом студентов 2900 человек). В регионе работал 41 техникум, 9 рабочих факультетов (рабфаков), 6 театров, 25 музеев, 450 читален, 117 библиотек, 641 киноустановка, 150 радиоузлов, радиостанция им. М.В.Фрунзе мощностью 10 квт. Однако в деле народного образования имели место и отрицательные моменты: с начала 20-х гг. проводилась политика пролетаризации профессорско-преподавательского состава и студенчества, вытеснение из учебных заведений "классово чуждых элементов", заполнение их "чисто пролетарскими кадрами", что вело к резкому снижению качества подготовки специалистов. Нередко политика полиостью вытесняла из учебных заведений подлинную науку.
   Руководящую роль в этом деле осуществляли партийные комитеты и политпросветы -- специальные органы диктатуры пролетариата, призванные обеспечить перевоспитание широких рабоче-крестьянских масс на базе марксистско-ленинской идеологии. Политпросветы были созданы в 1921 г. по решению X съезда РКП(б) и просуществовали в РСФСР до 1934 г. В 1939 г. в автономии выпускалось 55 газет разовым тиражом 162,9 тыс. экземпляров, издавалось 3 журнала годовым тиражом 54,8 тыс. экземпляров. В том же году было издано 226 наименований книг общим тиражом 1394,4 тыс. экземпляров.
   Это стало возможно благодаря тому, что в годы первой пятилетки на социально-культурные мероприятия было выделено 41,8 %, а в годы второй [273] - 61,9 % всего бюджета. Во втором году 3-й пятилетки расходы автономии на социально-культурные мероприятия составили 66,6 %.
   С Крымом связано творчество многих писателей и художников.
   Почти полвека прожил в Алуште, на Орлиной горе Сергей Николаевич Сергеев-Ценский (Сергеев) (1875-1958) -- писатель, академик, автор широко известных эпопей "Севастопольская страда", "Преображение России".
   Весной 1905 г. прапорщик Сергеев был направлен в Симферополь, в 51-й Литовский полк для прохождения военной службы. Либерально настроенный прапорщик, ставший в этом же году свидетелем разгона революционной демонстрации и погрома, выступил с протестом против увиденного и подал в юридическую комиссию два заявления, в которых доказывал участие полиции в погроме. Все эти заявления вызвали недовольство начальства. Вскоре С.Н. Сергеев уволился со службы, основным его занятием стала литература. Сразу же после ухода из Крыма врангелевцев были написаны четыре повести о событиях революции, гражданской войны и первых послевоенных месяцев на полуострове! Писатель сообщал М. Горькому о том, что у него имеются "дюжины две рассказов из той же серии "Крымские рассказы"... (они хоть и "крымские, но, конечно, общерусские")". Четыре "крымских" рассказа были датированы 1922 годом. Современная критика отмечает, что никто из прозаиков, начинавших писать задолго до революции, не мог похвалиться такой активной разработкой труднейшего материала современности.
   Крупнейшим произведением С. Сергеева-ценского считается роман "Севастопольская страда" о героической обороне Севастополя в Крымскую войну 1853-56 г.г. В 1941 г. писатель получил за него Сталинскую премию. В период Великой Отечественной войны был выпущен сборник рассказов "Настоящие люди" (1943 г.), основная тема которого -- патриотизм и героизм советского народа. Сергеев-Ценский был награжден орденом Ленина, другими орденами и медалями.
   Александр Грин (Александр Сергеевич Гриневский) с 1924 г. проживал в Феодосии, а с осени 1930 г. -- в Старом Крыму. В своих романтических повестях "Алые паруса" (1923г.), "Бегущая по волнам" (1928 г.), цикле рассказов, романах "Золотая цепь", "Джесси и Моргиана", "Дорога в никуда" автор выразил веру в высокие нравственные качества человека.
   С творчеством С. Сергеева-Ценского периода 20-х годов прошлого века во многом перекликаются произведения Иван Сергеевич Шмелева (1873-1950) -- классика русской литературы XX века, писателя, которого называют "певцом русского благочестия". Его судьба тесно связана с Крымом, где он провел самые трагические годы своей жизни, с 1918 по 1922. К этому времени Иван Шмелев был известным писателем, в 1911 г. вышла его повесть "Человек из ресторана", получившая широкое признание, а в 1912-14 г.г. в московском "Книгоиздательстве писателей" выходит его первое собрание сочинений в восьми томах. К октябрьским событиям Шмелев отнеся крайне отрицательно, ив 1918 г. с семьей уехал в Крым. Шмелев надеялся переждать здесь "смутное время", но испытал и голод, и насилие. Его единственного сына Сергея расстреляли без суда и следствия в 1921 году под Феодосией, как и 120 тысяч других солдат и офицеров царской армии. Шмелеву, как офицеру запаса, также грозил расстрел.
   В крымский период творчества Ивана Шмелева написаны повести "Неупиваемая чаша" (1918), "Это было" (1919); начата повесть "Солнце мертвых" (дописывалась повесть в эмиграции, в Грасе у Бунина). В "Солнце мертвых" нет вымышленных имен и событий, здесь с трагической [274] силой описан "красный террор" в Крыму. На примере крохотной Алушты, едва насчитывавшей тогда две с половиной тысячи жителей, была показана трагедия всей России. Это произведение о страшном голоде в Крыму в 1921 году было переведено на пять языков и вызвало единодушные и горячие отклики лучших литераторов мира.
   В 1922 г. писатель выехал из советской России. За границей написаны книги: "Каменный век" (1924), "История любовная" (1927), "Родное" (1931), "Няня из Москвы" (1936). Наиболее значительные произведения "Лето Господне" (1933-1948) и "Богомолье" (1935). До последних дней писатель работал над эпопеей "Пути небесные" (1935-1947), третий том которой остался незаконченным.
   24 июня 1950 г. после перенесенной операции Шмелев скончался в деревушке Бюсси-ан-От, в 150 км от Парижа, в монастыре Покрова Божией матери. Похоронен в одной могиле с женой на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа. В своем завещании Шмелев просил после смерти перевезти его прах и прах его жены в Москву "для упокоения рядом с могилой отца в Донском монастыре". 30 мая 2000 г. в Донском монастыре состоялась церемония перезахоронения останков И.С. Шмелева и его жены. Панихиду отслужил Патриарх Московский и всея Руси Алексий II. Накануне, 29 мая, в Москве, рядом с Государственной Третьяковской галереей был открыт памятник-бюст русскому писателю Ивану Сергеевичу Шмелеву.
   Близко знавший писателя настоятель монастыря св. Иова Почаевского архиепископ Серафим писал о нем: "Никто из современных русских писателей не проник так глубоко в душу русского народа, не выявил ее "надмирную" сущность. Не многим удалось заглянуть в ее святая святых... Лучшего бытописателя русского благочестия не было в русской художественной литературе, нет и вряд ли будет..." ("Русское воскресенье", 25 июня 1960 г.).
   В 1909 г. приехал в Симферополь и прожил здесь в общей сложности 22 года Константин Андреевич Тренев (1876-1945). В прошлом учащийся Донской духовной семинарии, он впоследствии преподавал в частных гимназиях, в реальном училище. В течение 1910-1914 гг. опубликовал десятки фельетонов, статей о народном просвещении, литературе, искусстве. В 1912 г. была напечатана антицерковная повесть "Владыка", которую высоко оценил М. Горький и "прогрессивная общественность".
   В период Крымской Советской Социалистической Республики заведовал школьным отделом Наркомпроса. После установления в Крыму Советской власти Тренев работал в Крымском наробразе, Крымиздате, учился на агрономическом факультете Крымского университета.
   В 1927 г. на сцене "Первого Советского театра" (позднее - театра им. М. Горького) была поставлена "Любовь Яровая" К. Тренева (премьера пьесы состоялась в декабре 1926 г. в Малом театре в Москве) -- лучшее и известнейшее произведение писателя. События в драме происходят в годы гражданской войны в Крыму, многие детали и прототипы - симферопольские. Именем Тренева названы в Симферополе сквер (в котором установлен памятник писателю), улица и библиотека.
   В Симферополе родился замечательный поэт Илья Львович Сельвинский (1899-1968). Первое стихотворение 16-летнего гимназиста Сельвинского было напечатано в "Евпаторийских новостях". В 1918 г. молодой поэт вступил в красногвардейский партизанский отряд, участвовал в 1920-м в боях за Перекоп, был ранен и тяжело контужен. Закончив с золотой медалью Евпаторийскую мужскую гимназию, Сельвинской в 1920 г. посту-пил в Таврический университет, а через год перевелся в Московский университет. В Москве в 1922 году Илья Сельвинский, Корнелий Зелинский [275] и Алексей Чичерин в духе времени создали литературную группу конструк-тивистов. Сельвинский спорит с Маяковским о направлении развития поэзии, утверждая, что нужны не агитки и лозунги, а крупные эпические формы, т.к. большая тема современности может быть широко выражена только в эпосе. Поэт пишет эпопею "Улялаевщина" (изд. 1927 г.), при-несшую ему настоящий успех. В 1928 г. была написана первая пьеса в стихах "Командарм 2" о гражданской войне, где впервые в советской драматургии показано не противостояние двух лагерей -- "белого" и "крас-ного", а конфликт среди "красных". Как спецкор "Правды" в 1933-34 г.г. участвовал в арктическом походе "Челюскина". На борту "Челюскина" была написана пьеса "Умка -- Белый Медведь", с триумфом шедшая в театрах Москвы и Ленинграда, и впоследствии, в 1937 г., Постановлением Политбюро ЦК ВКП(б) снятая с репертуара "как антихудожественная и политически недостойная советского театра". Поэт решает больше не писать о современности и обращается к истории. Возможно, именно за это он в 1939 г. получил свой первый орден Трудового Красного Знамени. В начале Великой Отечественной И. Сельвинский попросился на фронт, дважды -- в январе 42-го и ноябре 43-го с десантниками штурмовал немецкие укрепления на керченском берегу и одним из первых узнал о трагедии Аджимушкая. Отсюда его стихотворение "Аджимушкайские каменоломни". Перу поэта принадлежат большие исторические трагедии в стихах: "Рыцарь Иоанн" (1937), "Орла на плече носящий" (1941), "Ливонская война" (1944), "От Полтавы до Гангута" (1951), социально-философская трагедия "Читая Фауста" (1952). Поэзия Ильи Сельвинского отличается высокой культурой стиха и многообразием форм.
   Очень любил Крым, неоднократно бывал здесь и выступал Владимир Владимирович Маяковский (1893-1930). Впервые он приехал в Симферополь вместе с поэтом Игорем Северянином* в конце 1913 года, поэты встретили Новый год в местном театре, где 7 января 1914 г. Маяковский выступил с чтением стихов. В последующие годы им был создан большой цикл стихотворений о Крыме: "Небесный чердак", "Евпатория". "Крым", "Земля наша обильная" и пр. В начале июля 1926 г. в симферопольском Доме работников просвещения обкома партии (ныне гарнизонный Дом офицеров) поэт выступил с докладом "Мое открытие Америки" и с чтением стихов. Выступление имело большой успех.
   (* Игорь Северянин (Игорь Васильевич Лотарев, 1887-1941) -- поэт, переводчик, литературный критик, лидер эгофутуристов. Его первые стихи появились в 1915 г. О даровании молодого поэта заговорили после появления его сборника "Громокипящий кубок" (1913), выдержавшего за два года семь изданий. Прекрасный чтец, Северянин исполнял свои стихи нараспев, подчеркивая их музыкальность. На его стихи писал музыки С. В. Рахманинов, романсы на его слова исполнял А.И. Вертинский. Об истинности и серьезности поэтического дарования Северянина в разное время говорили и писали А. Блок, Ф. Сологуб, О. Мандельштам, М. Горький, В. Маяковский, А. Толстой, Вс. Рождественский...
   Во многих городах России он выступал со своими "поэзоконцертами". Поэт Федор Сологуб пригласил Игоря Северянина в турне по России, начатое в Минске и законченное в Кутаиси. Во время этого турне Северянин посетил и Крым, в частности, Симферополь, где его приветствовал и принимал местный футурист Вадим Баян (В. И. Сидоров, 1880-1966). Эта поездка нашла отражение в автобиографическом романе "Колокола собора чувств".)
   Драматург, театральный критик Аркадий Тимофеевич Аверченко (1881-1925), один из создателей известного петербургского журнала "Сатирикон" (1908-1913, с 1913 г. -- "Новый Сатирикон"), родился в Севастополе. Всероссийскую известность Аверченко принесли книги [276] "Веселые устрицы", "Рассказы (юмористические)" и "Зайчики на стене". Сам император Николай II был "большим читателем и почитателем" автора этих изданий. В 1915 г. А. Аверченко ушел на фронт в качестве военного корреспондента. Февральскую революцию и первые шаги Временного правительства встретил восторженно, а вот Октябрьскую революцию не принял. В 1918 г. "Новый Сатирикон" был закрыт. Аверченко, спасаясь от ареста, выехал в Крым, занятый белыми. Сотрудничал в газетах "Приазовский край" и "Юг России", заведовал литературной частью в севастопольском Доме Артиста. В 1920 г, создал театр "Гнездо перелетных птиц". Осенью 1920 г. Аверченко эмигрировал в Константинополь, в 1922 г. переехал в Прагу. Рассказы Аверченко нередко появлялись в газетах русской эмиграции Константинополя. Праги, Берлина, Нью-Йорка. В Праге он написал "Смешное о страшном" (1923), "Отдых на крапиве" (1924). "Пантеон советов молодым людям" (1924) и др.
   Имя поэта, художника, литературного и художественного критика, одного из замечательных деятелей русской культуры начала XX века Максимилиана Александровича Волошина (1877-1931) неразрывно связано с Крымом, Киммерией. Коктебелем. Здесь он прожил большую часть своей жизни, здесь были написаны его знаменитые акварели, созданы лучшие его стихотворения. Коктебельские пейзажи Волошина -- явление уникальное, не имеющее аналогов в искусстве. Привлекательность Волошина-творца состоит в его высокой духовности, в широте культуры, в разнообразии его интересов. Он был настоящим хранителем нашей культуры, превратившим Коктебель, по словам Андрея Белого, в один "из культурнейших центров не только России, но и Европы".
   Творчество Константина Федоровича Богаевского (1872-1943) -- пейзажиста, живописца и графика, уроженца Феодосии, также связано с Киммерией. Первые уроки рисования брал у И.А. Айвазовского. С 1891 по 1897 г.г. учился в Академии художеств, которую окончил по классу Куинджи, примыкал к группе "Мир искусства". С 1908 г. поселился в Феодосии. Основная тема творчества Богаевского -- пейзаж Восточного Крыма, преломляемый художником сквозь призму эстетических норм классического пейзажа Мантеньи, Пуссена и Лоррена. "...Глубже всего Киммерия отражена и преображена в картинах К.Ф. Богаевского, ставшего воссоздателем исторического пейзажа в России... Искусство Богаевского -- это ключ к пониманию пейзажа Киммерии и к сокровенной душе Крыма", -- писал о художнике М. Волошин.
   К так называемой "Киммерийской" школе пейзажа принадлежит Михаил Пелопидович Латри (1875-1942) -- живописец, керамист, внук и ученик И.К. Айвазовского, сын его старшей дочери Елены Ивановны и Пелопида Саввича Латри, врача одесской городской больницы. В 1896 г. он поступил в Академию художеств, в пейзажный класс. В 1897-1899 г.г. совершил путешествие по Греции, Италии, Турции, Франции. Учился в Мюнхене. В 1902 г. окончил Академию художеств со званием художника. Дореволюционные годы Латри связаны в основном с Крымом, которому он посвятил многие свои натюрморты. Жил вблизи Феодосии, был общественным директором Феодосийской картинной галереи. Участвовал в выставках Нового общества художников в Петербурге в 1905, 1906, 1915 г.г., в выставках "Мира искусства" в 1912-1913 г.г. в Петербурге, Москве и Киеве. В 1920 г. уехал в Грецию, руководил Королевским керамическим заводом в Афинах. В 1924 г. поселился в Париже. Организовал декоративно-художественную мастерскую, выпускавшую вазы, сервизы, различные украшения. В 1935 г. в Реймсе состоялась его персональная выставка. М.П. Латри умер в Париже, похоронен на [277] кладбище Сент-Женевьев де Буа.
   В Крыму жил и творил выдающийся армянский художник Вардгес Яковлевич Суренянц (1860-1921), родившийся на юге Грузии, в Ахалцихе. Ему было семь лет, когда его отца-священника пригласили на службу в яомянскую церковь Симферополя. У отца художника завязались дружеские связи с семьей И.К. Айвазовского. Великий маринист однажды взял с собой в поездку в Бахчисарай юного Вардгеса, обратил внимание на карандашные наброски дворца и фонтана, сделаные мальчиком, и подарил ему набор красок. Так начался творческий путь будущего художника. Суренянц получил прекрасное образование в училище живописи, ваяния и зодчества в Москве, после -- в академии художеств Мюнхена. Периодически жил в Петербурге и Москве, путешествовал по Италии, Испании, Армении, Персии.
   Суренянц был живописцем и архитектором, теоретиком и историком искусства, родоначальником исторического жанра в армянской живописи. Он был членом Товарищества и регулярным участником выставок передвижников, оформлял спектакли в Императорском Мариинском театре. В 1904 г. Суренянца приглашают в Московский художественный театр для участия в качестве художника в постановках пьес Чехова и Метерлинка. Особый раздел творчества Суренянца -- книжная графика: зарисовки к армянским народным сказкам, оформление сборника "Восточные песни" Спендиарова, "Хаджи-Мурат" Л. Толстого. "Ашик-Кериб" Лермонтова. Шедевр его творчества -- издание поэмы А.С. Пушкина "Бахчисарайский фонтан" в издательстве Кнебелъ и Гроссман, вышедшее с иллюстрациями художника в 1899 г. к 100-летию со дня рождения Пушкина. Над иллюстрациями к "Бахчисарайскому фонтану" Суренянц работал около трех лет, и три месяца из них провел в Бахчисарае, тщательно изучая элементы дворца. Свою работу он посвятил Айвазовскому.
   В 1917 г. был приглашен в Ялту для росписи армянской церкви св. Рипсиме. В годы революции и гражданской войны оказался в тяжелых материальных условиях, заболел и умер. Похоронен в ограде армянской церкви в Ялте.
   Свой достойный вклад в развитие литературы того периода внесли такие крымские писатели, как В. Апошанский, Иргат Кадыров, А. Таежный (В.Кожевников), Э. Фейгин, Я. Чапичев. Татарский писатель Умер Ипчи перевел на родной язык ряд произведений Максима Горького.
   Большое содействие развитию культуры Крыма, Союзу писателей Крыма оказывал А.М.Горький. В 1930-х гг. он получил от Советского правительства в дар дачу в Тессели близ Фороса. В 1935 г. он принял группу крымских писателей, одобрив их творческие планы, и посоветовал уделить внимание сбору и публикации крымского фольклора.
   В Крыму провел свои последние годы жизни автор известной пьесы "Дети Ванюшина" Сергей Александрович Найденов (Алексеев, 1868-1922). В Ялту С.А.Найденов прибыл в 1909 г. больным туберкулезом легких - и поселился здесь навсегда (дом находится на территории сан. им.В.В.Куй-бышева по ул.Щербака, 5). В его доме бывали писатели М.Горький, И.А.Бунин, юная М.Цветаева.
   До революции Крым не имел стационарных театральных трупп и пользовался услугами гастрольных трупп. Первая труппа советского театра была образована 27 декабря 1920 г. в Феодосии. Зате