Атаманов Александр Сергеевич: другие произведения.

Пари

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Нувориш Адам Джессеп заключает пари с тихоней Сэймуром Пленти. Всего-то и надо, что ночью выкопать гроб на заброшенном кладбище и вбить в него гвоздь. Что может быть проще?

  Стояла прелестная лунная ночь. Одинокий человек в плаще, котелке и с тростью брёл по разбитой дороге в сторону заброшенного кладбища. Из сумки за спиной, где обычно покоились клюшки для гольфа, торчал клин совковой лопаты. Дорога показалась особенно долгой и выматывающей, потому что мужчина прихрамывал на левую ногу. Новенькие, не разношенные ещё кожаные туфли натёрли мозоль на мизинце. Остальной костюм был скроен точно по фигуре и чист, если не считать грязь и пыль, налёт, который путешественник приобрёл в пути.
  Человек шёл и бормотал под нос:
  - Проклятый спор! Надо было отказаться сразу. Не ввязываться. Но как? Честь джентельмена на кону и десять тысяч фунтов! Этого хватит, чтобы починить мою машину. Подумать только! Сломаться в пяти милях от места назначения! Проклятый Адам Джессеп со своим проклятым спором. Нужно было всего лишь обойти паяца стороной и ночь прошла бы совсем иначе. Одно слово, зато какой результат! Всё лучше, чем хромать по грязи без фонаря.
  Адам был известен в светском Лондоне своим буйным нравом и толстым кошельком. Разумеется, он не всегда был таковым. Буйный нрав мистер Джессеп прихватил с низов, откуда поднялся, а толстым кошельком обзавёлся во время подъёма. Никто не мог сказать наверняка чем промышлял белокурый дьявол, но он никогда не стеснялся в словах и средствах.
  Одним из первых он обзавёлся серийным автомобилем Генри Форда, Ford model T, который везли из Америки больше года и долгое время продержали на таможне. Также Адам дорого одевался, предпочитая богатые цвета и ткани, украшенные золотыми запонками, часами, кольцами и браслетами. В высшем обществе Лондона даже ходила шутка, что если бы чьей-либо жене довелось появиться перед Адамом в роскошном бриллиантовом колье, а его угораздило родиться женщиной, то несомненно он бы присутствовал на данном вечере в роскошной трёхуровневой диадеме похожей на перевёрнутую хрустальную люстру.
  Кроме того, Адам отличался приметной внешностью. Белокурые, зачёсанные назад волосы и голубые пронзительные глаза могли бы сделать его миловидным, если бы не мощные скулы и подбородок. Мягкость и грубость соединились во внешности Адама в изощрённом танце, отражающем суть всякого прирождённого авантюриста: мистер Джессеп мог быть как гибок, так и твёрд в зависимости от ситуации. Одно было неизменно - он всегда получал то, чего хотел.
  Особенно примечательной была привычка нувориша на скучных банкетах говорить нечто вроде "Не знаю, как вам, а мне будет весело". Расшифровать это можно было так: буду делать, что хочу, не считаясь с вашими интересами. Так обычно и происходило. Адам паясничал, выставлял окружающих идиотами и уходил со сборища задолго до окончания в прекрасном настроении. Объекты же его нападок, которыми могли и зачастую оказывались наиболее обеспеченные и именитые гости вечера, чувствовали себя так, словно мимо них пронёсся ураган, растрепал одежду, взметнул волосы и унёс с собой остатки их самоуважения.
  - О, вы, кажется поправились, - подметил Адам госпоже фон Блюменхельм. Жене железнодорожного магната, габариты которой росли сообразно влиянию её мужа.
  - Как нынешний брак? Уже составили завещание? - подколол мистер Джессеп горячего испанца Куарона, охмурявшего очередную престарелую жертву.
  - Как медали? Ещё не устали приписывать себе чужие заслуги? - похлопал остряк по широкой округлой спине министра Мелвилля, щеголявшего очередной наградой на лацкане пиджака.
  Веселье Адама зачастую превращалось в пытку для окружающих, поэтому всякий здравомыслящий человек после слов "Не знаю, как вам, а мне будет весело" старался перейти в другое помещение или даже сменить место проведения вечера. Хуже приходилось невинным, которые оказывались на пути Адама случайно и до поры не знали о его присутствии.
  Таковым оказался наш герой - Сеймур Пленти - джентльмен в сером твидовом костюме, мирно попивавший шампанское в приятной компании. Но кто может быть уязвимее, чем мужчина в компании женщины, с которой только что познакомился? Хищник в карминово-красном бархатном костюме перешёл в наступление.
  - Ооо, Сэймур. Рад тебя видеть. Всё также трусишь ставить на лошадей или уже собрался с духом? - Адам хлопнул мистера Пленти по плечу и тот поперхнулся, нырнув соломенным усами в бокал с шампанским.
  - Считаю нецелесообразным, - ответил Сеймур под испытующим взглядом женщины.
  - Но это же отличный способ разнообразить свою жизнь! Как на счёт споров? Страх перед ними всё также отгораживает тебя от самого интересного, Сеймур. Я возьму, - Адам позаимствовал бокал из руки мистера Пленти и одним махом осушил его. Рукав бархатного пиджака на мгновение задрался и стала видна золотая запонка с тончайшей гравировкой в виде головы льва.
  - Адам, я сейчас не в том настроении. Позавчера мне довелось похоронить мать, - промолвил Сеймур просевшим голосом. Взгляд Джессепа немигающе буравил собеседника, который пока уходил от зрительного контакта.
  - Однако, прийти на званый вечер плохое настроение тебе не помешало, - ответил мистер Джессеп задумчиво, - Как зовут твою даму?
  - Мисс Сирил Кольтрейн, - подала руку девушка в серебристого цвета платье. Каштановые локоны с медным оттенком ниспадали до плеч. На светлом лице сияла учтивая улыбка.
  - Что ж, в таком случае... Смотрите мисс Кольтрейн. Внимание! Внимание! - орал Адам, колотя в пустой бокал из-под шампанского вилкой, - Мы с мистером Пленти хотели бы сделать важное заявление!
  Сеймур, предчувствовавший беду, готов был провалиться сквозь землю.
  - Позавчера Сеймур похоронил собственную мать, - мистер Джессеп сделал паузу, - А теперь хорошая новость. Мы с мистером Пленти заключили пари на десять тысяч фунтов, что ему не удастся ночью проникнуть на кладбище, вырыть гроб собственной матери и вбить в него гвоздь.
  Толпа разноголосо роптала. Мужчинам это казалось интересным, хоть и дерзким. Женщинам недостойным мужчины, но втайне привлекательным, как и всё авантюрное, либо запрещённое.
  - Попробуй теперь откажись, - прошептал Адам. Сеймур взял бокал в руки и трижды ударил по нему вилкой. Зал затих в ожидании очередного заявления. Сирил заметила, что взгляд чайного цвета глаз Пленти, выражением схожий с тлеющей сигарой, вдруг вспыхнул.
  - Прошу простить нашего хорошего друга за такую дерзость, но мы не заключали пари...
  - Как же не заключали? - перебил Адам, - Как только я огласил условия перед почтенной публикой, все эти люди стали свидетелями нашего соглашения, Сеймур. Принимаешь ты моё предложение или нет?
  - Нет, - мотнул головой мистер Пленти.
  - Что ж. Я так и думал, что сдрейфишь. Готов ли ты, Сеймур, при таком скоплении народа расписаться в собственной трусости? - пожал плечами мистер Джессеп, повернувшись спиной. Сеймур посмотрел на застывших в ожидании ответа людей, заглянул в глаза мисс Кольтрейн и понял, что его переиграли и помощи ждать неоткуда.
  - Хорошо, - через силу проговорил Пленти, - Однако, я отказываюсь осквернять могилу своей матери. Пусть это будет чужая могила на заброшенном кладбище, где нет охраны.
  - По рукам, - ответил Адам и так сжал ладонь Сеймура, что даже теперь, ровно через сутки, рука ныла от боли.
  Мистер Пленти до сих пор гадал почему Сирил не отговорила его от столь опрометчивого поступка, позволив ввязаться в авантюру. Из-за этого Сеймур битый час брёл по ухабистой дороге. Ориентировался он лишь в блеклом свете луны и ничего не видел, когда дорогу укрывали кроны деревьев на обочине.
  Где-то вдалеке ухали совы. Рядом был только треск сверчков и подвывание ветра. Если что Сеймура и пугало, так это не темнота или компания диких животных. Его пугало, что на данный момент времени он единственный живой человек в радиусе пяти, а то и десяти миль. Что бы ни случилось, помощи ждать неоткуда.
  - Может быть, зря я бреду на это кладбище? Всё уже пошло наперекосяк. Что и кому я хочу этим доказать? Адаму плевать. Остальных людей на вечере я даже не знаю. Какой смысл прилагать усилия? - разговаривал Сеймур сам с собой, чтобы немного отвлечься.
  - А что на счёт Сирил? Она внимательно слушала, когда я говорил. Следила за спором. Кажется, мисс Кольтрейн... Кажется, она важна для меня. Выходит, поэтому я не могу повернуть назад. До сих пор помню этот взгляд. Почему всё должно быть так запутанно?
  Впереди виднелся сумрачный силуэт, арка похожая на готические ворота. Сеймур поймал себя на мысли, что видел подобные очертания минуту назад. Тогда деревья склонились под тяжестью собственных крон и образовали арку.
  - Надеюсь, теперь ворота настоящие, - пробормотал мистер Пленти вслух, хотя надеялся на прямо противоположное. Его просто-напросто успокаивал звук собственного голоса.
  Ворота снова оказались мнимыми. Сеймуру стало казаться, будто он на самом деле проходит через множества ворот загробного мира и по достижении ворот на кладбище окончательно переместится в мир мёртвых, попадёт в полную их власть и сгинет. От мрачных мыслей ноги мужчины стали ватными, колени подкашивались.
  Зрение, усиленное очками, предавало Пленти. Он видел в тёмно-синих тенях деревьев и чернильно-чёрные тени, которые двигались совершенно самостоятельно от общего фона. От увиденного Сеймур ощущал, как стынет в жилах кровь. Ледяное дыхание ветра доносило до него шёпот голосов похожий на шелест листвы.
  - Они следят за мной. Кто? Кто они? Здесь никого нет на расстоянии десяти миль. Совершенно никого.
  Сеймур старался смотреть впереди себя, чтобы не возбуждать собственное воображение. Он миновал очередные ворота царства мёртвых и увидел впереди ещё одни.
  - Уму непостижимо. Что я здесь делаю? Это же глупо. Безумно глупо. Я не должен здесь находиться, - Пленти остановился и не мог заставить себя идти дальше.
  Джентльмен принялся резкими движениями охлопывать плащ, будто через пару минут уберётся из захолустья и окажется в более подобающем месте. Однако, когда он закончил приводить одежду в порядок, редкие деревья с густой кроной всё ещё были по краям дороги, а сама дорога вела вперёд, прямиком на кладбище.
  - О чём я только думал? Теперь на кону моя репутация и репутация мисс Кольтрейн. После того, как её видели со мной, дело может принять серьёзный оборот, - накручивал себя Сеймур. Однако, ему всё же удалось заставить себя сделать шаг, - Это может показаться сложным, но на самом деле план состоит из исключительно простых действий, - мужчина считал, загибая пальцы, - Прийти на кладбище, выкопать гроб, вбить в него гвоздь и убраться оттуда. Не сложнее, чем разобрать и собрать радиоприёмник, чёрт побери. Я справлюсь, - рассуждал Пленти, набираясь мужества, - В конце концов, у меня есть лопата и молоток на случай, если кто-нибудь нападёт.
  Молоток и впрямь покоился на дне сумки из-под клюшек для гольфа. Гвозди лежали там же и позвякивали при ходьбе. Сеймур даже немного жалел, что не прихватил на кладбище своего кэдди. Нести сумку, хромая и параллельно ведя в одиночку бой со многими страхами, оказалось трудной задачей, хоть и посильной.
  Кладбищенские ворота вынырнули из ночи прямо перед Сеймуром, ожидающим очередного обмана зрения. В темноте проступили призрачные силуэты замшелых крестов и памятников...
  - Здесь нет ничего особенного. Это кладбище создали люди для упокоения мёртвых. Живым здесь не место. Некому причинить мне вред, - убеждал себя Сеймур, но он боялся смерти, избегал её атрибутов всеми возможными способами. Знать, что жизнь однажды кончится для него не значило смириться с этим фактом и Пленти много работал, чтобы не думать о глупостях.
  С ближайшего памятника вспорхнула ворона, испугав Сеймура до чёртиков. Вслед за ней с остальных кладбищенских памятников взлетели десятки ворон. Они громко каркали, демонстрируя своё отношение к незваным гостям. Оцепеневший Пленти наблюдал за растворяющейся в ночи стаей птиц со страхом и благоговением. На секунду его захватили мысли, что вороны улетели неспроста, что в свои владения явился повелитель мёртвых и общество живых ему совершенно не понравится. Архаичный увешанный костями языческий божок слишком привык к обществу верных подданных, к которым Сеймур пока не имел отношения.
  Теперь, чтобы собраться, потребовалось куда больше времени. Куда бы ни обращался взгляд Пленти, он встречал мрак, зловещие кресты и памятники, заросшие тропинки, а в самом центре кладбища, которое оказалось больше, чем Сеймур предполагал, виднелось слабое мерцание. Что-то джентльмен мог понять, чего-то понять был не в состоянии. Подозрительное мерцание он отнёс ко второму и предпочёл держаться от него подальше. Выбрав крест возле кладбищенских ворот, чтобы легче было сбежать в случае непредвиденной ситуации, Сеймур принялся за работу.
  Не успела лопата отбросить в сторону и двух порций земли, как в спину гробокопателя кольнуло холодком: Пленти стоял спиной к кладбищу. За ним снова кто-то следил, словно в тени кладбищенских камней скрывались чуждые живым тени, обладающие разумом, наблюдающие. Сеймуру не сразу удалось взять себя в руки.
  Теперь он копал с противоположной стороны, стоя спиной к ограждению и лицом к кладбищу. Металлический витой забор был на голову выше джентльмена, служа прекрасной защитой. От чего именно Сеймуру оставалось только догадываться.
  Работа спорилась. Увлечённый раскопками Сеймур не замечал, как сгущается тьма вокруг него. В своём стремлении он был похож на Генриха Шлимана, нашедшего свою Трою: даже в детстве Пленти не копал настолько старательно. Именно поэтому стук лопаты о гнилую крышку гроба привёл его в восторг, как если бы он нашёл сокровища. Никакие страхи теперь не имели значения. Осталось самое малое: поднять гроб из ямы, чтобы днём было проще продемонстрировать доказательство, и вбить гвоздь в крышку.
  Предвосхищая поднятие деревянного короба, Сеймур копал ступенчато, чтобы можно было поднимать груз постепенно, а не пытаться забросить наверх с помощью одной только грубой силы. Тем более, что осторожный Пленти таковой силой не славился.
  - Что не сможем силой взять, то доберём умом, - бормотал Сеймур, приступая к подъёму. Он запустил руки в перчатках под деревянную коробку, зарыл в землю, чтобы найти край. Ожидания не оправдались - червей под гробом не было. Впрочем, Пленти читал "Дракулу" Брэма Стокера и понимал какое значение происходящее могло иметь для него.
  - Аккуратней... - инструктировал Сеймур сам себя. Он поставил гроб на предпоследнюю ступень из четырёх, когда услышал треск. В месте, куда он опёрся рукой, чтобы передохнуть, доска просела, обнажая содержимое. Изнутри пахнуло сладковатой гнилостной вонью, от которой мистера Пленти вырвало на траву. Четырежды. Подряд. Лишь спустя несколько минут он сумел окончательно взять себя в руки. По счастью, Пленти удалось избежать серьёзного отравления. Он слышал о трупном яде и понимал насколько опасно иметь дело с покойниками.
  Сеймур повязал на лицо надушенный платок мисс Кольтрейн и перешёл к заключительной части своей грязной работы. Теперь он знал, что внутри гроба совершенно точно не вампир, и чувствовал себя более уверенно. Тени, казавшиеся живыми, теперь не трогали его. Наступавшая со всех сторон ночь оказалась бессильна перед очевидным: мистер Сеймур Пленти выиграл пари и со дня-на-день станет счастливым обладателем десяти тысяч фунтов.
  Пленти поднял ветхий гроб на последнюю ступень импровизированной земляной лестницы и достал со дна сумки для клюшек увесистый молоток с гвоздём. Удар отдался звонким эхом в кладбищенской тишине. Второй удар был похож на стук молотка судьи, знаменующий конец слушания. Гвоздь легко вошёл в подгнившую крышку гроба до половины. Дело было сделано.
  Сеймур положил молоток в сумку для клюшек, уместил туда же лопату, заранее счистив комья налипшей земли о край гроба, и собрался уходить. Пленти сделал шаг, когда вдруг почувствовал, что не может двигаться дальше: что-то удерживает его. Повелитель мёртвых не пожелал отпустить живого из своих владений, вцепившись ледяными пальцами в матерчатую ткань. Сеймур обречённо рванулся вперёд, не смысля что делает. Послышался треск - ткань выдержала, а сердце мистера Пленти нет. Оно забилось, как сумасшедшее, накачивая кровь. Затем, в считанные секунды, разорвалось от ужаса. Сеймур Пленти рухнул замертво прежде, чем понял, что его удерживало. Он прибил полу дорожного плаща к гробу.
  
  Адам Джессеп гордился хвалёными остроумием и проницательностью - победа над Сеймуром Пленти была для него предсказуемой, ожидаемой, как гарантированный приз. Адам никогда не ошибался ранее и вряд ли ошибся бы в этот раз. Однако, ему мало было оказаться правым. Сирил Кольтрейн должна была знать о поражении своего мужчины, должна была знать правду о своём дурном вкусе. Чтобы найти Сирил в калейдоскопе сменяющихся недовольных физиономий, мистеру Джессепу потребовалась неделя.
  - Добрый вечер, мисс Кольтрейн.
  - Добрый вечер, - ответила женщина без энтузиазма. На этот раз она была в сдержанном бежевом платье и не спешила заводить беседу.
  - Как дела у Сеймура?
  - Вам лучше знать, - бросила Сирил и продолжила следить за людьми в зале, как если бы они были безумно интересны. Адам практически осязал волны презрения, которые девушка источала.
  - Хм, в таком случае спрошу прямо. Как вы справляетесь с навалившимся на вас одиночеством? - нащупал Джессеп больное место и ударил без жалости, но стоило леди Кольтрейн повернуться и...
  - Лучше, чем вы. По крайней мере, чтобы чувствовать себя хорошо, мне не приходится причинять боль другим людям, - контратаковала Сирил.
  - Я всего лишь говорю людям правду. Кроме того, сейчас вы причинили боль мне.
  - Восстановила справедливость, - поправила леди Кольтрейн.
  - А должны были бы подставить другую щёку.
  - Я буддистка.
  - Я не виновен в его смерти.
  - Мы говорили о другом.
  - Об этом говорило ваше тело.
  - О чём ещё оно вам сказало? - Сирил кокетливо поправила чёлку.
  - Что я вам нравлюсь, но вы стесняетесь себе в этом признаться.
  - Сожалею, но я не имею дел с мужчинами, которые не умеют проигрывать, - смущённо ответила Кольтрейн.
  - Проигрывать? Но я выиграл! - возразил Джессеп.
  - Нет, - резко оборвала леди Кольтрейн и посмотрела на Адама в упор, - Вы проиграли.
  - Сеймур умер от страха, а значит проиграл.
  - Вы слишком плохо его знаете. Когда Сеймура нашли, он действительно был мёртв. Но он успел раскопать могилу, вытащил гроб на поверхность и вбил в него гвоздь.
  - Отчего же тогда Пленти скончался по-вашему?
  - Он прибил к гробу полу собственного плаща. Если бы вас на кладбище что-то схватило за плащ, то исход событий был бы тем же.
  - Вы намекаете, что я трус? А вы, леди Кольтрейн, вы ведь могли остановить Сеймура, если считали, что мы зашли слишком далеко - подметил Адам.
  - И помешать ему выиграть? Ну уж нет, - улыбнулась Сирил с превосходством, - Останавливать мужчину на пути к победе всё равно что бросаться под поезд.
  - Чего вы хотите от меня? Выигрыш Сеймура? Я могу хоть сейчас выписать чек. Ну же!
  Сирил Кольтрейн придвинулась к Адаму Джессепу так близко, что он остро ощутил цветочный аромат её духов, а нежные губы красотки застыли прямо возле его уха. Адам и не предполагал, что женщина может казаться такой неприступной в один момент и столь очаровательной в другой. Он стыдился признаться себе, что хотел её тогда, хотел, как никого и никогда.
  - Возьмите эти десять тысяч фунтов и...
  - Что?
  - Оплатите уроки хороших манер. Вы мне глубоко противны. Для мужчины нет ничего хуже, чем оказаться неспособным признать своё поражение, - сказала Сирил, затем добавила, - Да, Адам. У тебя серьёзные проблемы и теперь толпа не сможет тебе помочь. Заговоришь ты - заговорю и я. Посмотрим хватит ли у тебя смелости заглянуть на личное кладбище, где покоятся люди, которых ты подставил или вынудил подставиться. Сеймур ждёт тебя там, чтобы посмеяться в лицо и я, если дашь повод, посмеюсь вместе с ним, - прошептала леди Кольтрейн. Сирил ушла с торжествующей улыбкой на лице.
  - Но... но... - заикался Адам. Он взял бокал, собираясь привлечь внимание публики. Затем поставил его на стол, понимая, что и Сирил есть что сказать. Хотел догнать леди Кольтрейн, но она к тому времени затерялась в толпе. В отчаянии он даже хотел извиниться перед Сеймуром и Сирил, но было уже поздно. В ту ночь Адам надрался до потери сознания, пытаясь заглушить боль. И лишь одному ему было известно, что оказалось унизительнее - быть отвергнутым столь мужественной женщиной или проиграть тому, кого считал презренным трусом.
  Адам вполне мог удовольствоваться поражением от Сеймура и даже поражением в споре с Сирил, но не обвинением в трусости. Порядочно смелости требовалось, чтобы каждый раз бросать вызов толпе богатеев и "околобогатеев". По крайней мере, поначалу. Потом Джессеп понял насколько это общество скованно собственной ханжеской моралью и представлениями о том, как должно проходить общение. Большинство даже не слышало его острот, воспринимая их как нечто среднее между порывом ветра и шелестом листвы.
  На мгновение Адаму показалось, что поступок Сеймура в действительности был смелым и заслуживающим уважения, несмотря на результат. Но остряк знал, что и сам способен на подобное. Нет. Даже способен превзойти! В считанные секунды в голове Адама созрел дьявольский план как победить Сеймура Пленти, хоть бы тот и был мёртв. Каким бы ни был следующий шаг скандалиста Джессепа Сеймур никак не сможет на него ответить. Никак! Эта мысль пьянила Адама похлеще виски, сводила с ума.
  За какой-то час он раздобыл лопату, молоток и гвозди, закинул их в ногах подле заднего сиденья и выехал в сторону Хайгейтского кладбища, где несколько дней назад похоронили Сеймура Пленти. Автомобиль носило по дороге - разгорячённый алкоголем Джессеп с трудом держал себя в руках, не говоря уже о руле Форда. Лопата, молоток и гвозди с грохотом летали по салону, отчего Адам злился и прибавлял газ. Он боялся, что что-нибудь повредит и спешил добраться до места.
  Резкое торможение с разворотом закинуло колёса автомобиля на бордюр, а лопату вышвырнуло в проём над задней дверью на брусчатку. Молоток Адам обнаружил воткнувшимся в дверцу стороной, служившей гвоздодёром. Смачно выругавшись, Джессеп собрал инструмент и направился к главным воротам. Искать обходные пути он даже не думал.
  - Чем могу помочь? - поинтересовался пожилой сторож, завидев человека, гремящего цепями закрытых на замок ворот.
  - Не могли бы вы меня впустить? У меня здесь дело.
  - Дело в Хайгейте? В такое время? Приходите днём. Экскурсоводы с радостью вам всё покажут.
  - Да. Мой хороший друг покоится здесь.
  - И это стало причиной вашего визита в три часа ночи на кладбище с лопатой и молотком?
  - И гвоздями, сэр, - поправил Адам.
  - Слушайте, нам только не хватало чокнутых, расхищающих могилы. Найдите себе другое кладбище, чтобы поживиться.
  - Но мой друг покоится именно здесь, - настаивал Джессеп.
  - Тогда что помешало вам наведаться сюда днём в частном порядке и заплатить за экскурсию?
  - Я не мог ждать до утра.
  - И для этого захватили с собой столько инструментов... Надо же. С каким пор, чтобы навестить друга нужны лопата и молоток? Лопатой вы выкопаете гроб, но зачем молоток? Чтобы сбить замок с ворот или пристукнуть меня, как только потеряю бдительность? - рассуждал сторож.
  - Сэр, сээээр. Вы не так меня поняли. Мне ОЧЕНЬ нужно попасть внутрь, - ответил Адам и протянул сквозь металлические прутья ворот чек на десять тысяч фунтов стерлингов с подписью, но без имени. Чек был выписан для Сирил Кольтрейн в пьяном угаре, чтобы купить эту сучку с потрохами. В тусклом свете фонаря с улицы сумма была отлично видна. Тем не менее выражение лица охранника выражало неодобрение. Лишь тогда Джессеп вспомнил во что одет. Серый твидовый костюм простого кроя и кепи в тон костюму выдавали в Адаме не то простофилю, не то бандита, хотя копать в такой одежде было сподручней, чем в бархате.
  - Знаешь, парень, шёл бы ты отсюда. Ко мне много всякого отребья захаживает и для всех у меня ответ один. Проваливай! И чек свой липовый прихвати, - сплюнул охранник. В тёмной-синей форменной одежде он был похож на констебля, пусть и лишён дубинки и соответствующих полномочий. Однако, за первоначальной учтивостью и сединой скрывался опыт. Он же подсказал старику, что разговор окончен.
  Адаму нужно было думать быстро. То есть думать так, как в состоянии алкогольного опьянения думать не выходит. Он смутно представлял, как в таком состоянии перелезет через забор и незаметно для охранника отыщет могилу. Только вот каким образом? Фонарь он с собой не прихватил и на похоронах Сеймура не был - ему только предстояло найти где захоронен трусливый Пленти. Для парня с низов оставалась последняя надежда договориться.
  Послышался щелчок взведённого курка и Адам крикнул:
  - Иди-ка сюда, старый пень.
  Охранник обернулся:
  - Чего те... -он заметил нечто в руках незнакомца. Нечто способное поражать на расстоянии.
  - Иди сюда и открой ворота. Да побыстрее. У меня мало времени.
  Охранник сделал как было велено: снял замок с цепи, обвязывавшей створки ворот, и стянул цепь.
  - Отлично. А теперь повернись ко мне спиной, медленно.
  - Пришёл за Карлом Марксом, да, парень? - спросил охранник, прислушиваясь.
  - Не угадал. За Сеймуром Пленти, - ответил Адам. Дуло револьвера к тому моменту уткнулось в затылок сторожа.
  - Это ещё кто?
  - Один из новоприбывших. Идём. У тебя должен быть какой-то журнал, где записано его прибытие.
  - У меня нет такого журнала.
  - Значит, есть у кого-то ещё. Идём, старик, у меня мало времени.
  Хайгейтское кладбище, расположенное на южном склоне холма Хайгейт, простиралось на восток и на запад. Новоприбывших хоронили как в той, так и в другой части. Неприкосновенными оставались лишь старинные склепы восточной части кладбища. Даже днём темнеющие провалы входов навевали смешанные чувства. Адам и думать не смел, чтобы встретиться взглядом с зияющими провалами ночью. Казалось, стоит заглянуть в них и загробный мир протянет к тебе свои холодные костлявые руки, чтобы вынуть душу.
  Охранник медленно привёл Адама в контору и медленно, в свете лампы Эдисона-Суона, начал смотреть журнал прибытия. Потребовалось около десяти минут, чтобы старик обнаружил имя Сеймура Пленти в списке. Джессеп не понимал с чем это связано, ведь дуло револьвера по-прежнему было направлено в затылок сторожа. То ли в одно из самых известных кладбищ магической семёрки прибывало слишком много трупов, то ли старик ни черта не видел даже при свете.
  Как только ответ был получен, Адам вырвал телефон вместе с проводами и бросил в дальний угол.
  - Ключи от конторы. Быстро!
  Сторож спешно нашёл их и передал.
  - Сиди здесь и не высовывайся. Попытаешься позвать на помощь - пристрелю. Ты меня понял? - пригрозил Адам, выставив вперёд нижнюю челюсть.
  - Понял, парень. Не кипятись.
  - Затнись.
  Джессеп покинул контору, закрыв дверь на замок, сунул револьвер в карман и неохотно побрёл в восточную часть кладбища.
  Старая восточная часть с его готическими склепами проводила Адама взглядом из тьмы, отчего тот нервно сглотнул, хоть и был пьян, вооружён и освещал дорогу фонарём. Новая часть кладбища оказалась ухоженной и не такой массивной, как старая, отчего немного походила на поле, засеянное крестами. Будто что-то было посажено и уже дало каменные всходы, но никак не могло созреть. Непроизвольно в осоловелую от алкоголя голову Джессепа полезли плоды скрытого роста: мёртвое вампирское отродье, рвущееся в мир живых. После этого прогулка по кладбищу превратилась в настоящий кошмар.
  Адам не шёл - бежал, гремя инструментами. Если бы кто-нибудь был в столь поздний час в парке Уотерлоу, прилегающем на севере к Хайгейтскому кладбищу, то даже оттуда услышал бы грохот. Видения следовали за Джессепом в тенях, скрываясь за памятниками и заходя за спину. Он не видел ничего действительно страшного, но постоянно ощущал угрозу. Однако, отступать было уже поздно. Хочет того Хайгейт или нет - Сеймура Пленти в эту ночь побеспокоят. Адам прибыл на место запыхавшийся, злой и практически трезвый.
  Джессеп поставил фонарь на землю и в окружающей тьме, среди рассадника крестов, принялся за раскопки. Холод и тьма ночи, её особенная, кладбищенская тишина и даже призрачное свечение в разных частях Хайгейта Адама беспокоили мало. Час без четверти он непрерывно работал лопатой, как когда-то давно на металлургическом заводе топил печи углём. Яма было выкопана таким образом, что в могилу вёл пологий спуск, по которому Адам затем затянул гроб наверх.
  Мистер Джессеп огляделся по сторонам, убедившись, что всё ещё остаётся один-на-один с гробом Сеймура и приставил гвоздь к крышке. Удар. Гвоздь вошёл с трудом. Лакированное дерево отчаянно упиралось, будто под деревом скрывалась листовая сталь. Удар посильнее. Гвоздь вошёл чуть глубже. Сильный удар. Кусок стального прута утонул в крышке гроба, пробив её насквозь. Адам сплюнул на землю от удовольствия.
  - Ты проиграл, Сеймур! Подавись!
  Однако, и этого Адаму показалось мало - он захотел вскрыть гроб, чтобы полюбоваться как черви поедают лицо его врага. Задняя часть молотка с функцией гвоздодёра отлично подошла для этой цели. Крышка со скрипом приподнялась, выпустив облако ядовитых испарений. Джессеп прикрыл нос и рот, чтобы защититься от трупных газов и толчком ноги откинул крышку в сторону. Циничное выражение синих глаз Адама стала удивлённым, даже испуганным. Гроб оказался пуст.
  - Но как? Что... - мистер Джессеп в панике озирался кругом, напоминая волчок. Он искал нечто способное хотя бы намекнуть куда могло деться тело Сеймура. Высматривал следы других раскопок или следы самого Пленти, на случай, если тот оказался вампиром и решил перехитрить хитреца. Хайгейтское кладбище, скованное мертвенной немотой, наблюдало за паникой Адама и молча насмехалось над ним. Вокруг было множество мест, где Сеймур мог бы спрятаться.
  Адам выхватил револьвер и взял фонарь, готовый дать отпор хоть самому чёрту, если придётся. Чувства его обострились, как у бойцового пса. Теперь Джессеп слышал, видел, осязал и чуял даже то, что раньше прошло бы незамеченным в череде более ярких впечатлений. Так он и учуял знакомый после дождя свежий запах. Подозрительно свежий, поскольку дождя не было.
  Паяц резко обернулся и получил удар лопатой по лицу. Он свалился на землю, как подкошенный. Нечто по очертаниям похожее на Сеймура взяло в руки лопату и встало подле Адама.
  - Нет! Не надо!
  Острый клин лопаты занёсся вверх и опустился вниз, как лезвие гильотины. Правая кисть была отделена от руки с удивительным силой и точностью.
  - Не надоААААААа... - настала очередь левой кисти. Адам даже не мог пошевелиться, чтобы увернуться от удара. Затем нечто похожее на Сеймура методично отделило стопы Джессепа одну за другой, затем предплечья, голени, плечи, бёдра... Напоследок Сеймур заглянул в глаза обезумевшей от боли головы и нанёс последний удар - по шее.
  Видение исчезло, но показалось Адаму настолько настоящим, что он на самом деле пережил невероятную боль, разделывание на части и полное бессилие. От ступора и страха его сердце готово было выскочить из груди, а затем остановилось. Так останавливаются часы, когда кто-то издевательски долго удерживает стрелки на месте и ждёт, пока внутри механизма что-нибудь безвозвратно испортится. Сеймур последний раз посмотрел на лицо Адама и исчез: теперь он был готов признать ничью.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Кочеровский "Утопия 808"(Научная фантастика) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 2"(Антиутопия) М.Адьяр "Страсть Волка"(Боевая фантастика) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) А.Гаврилова, "Дикарь королевских кровей 2"(Любовное фэнтези) О.Гринберга "Проклятый Отбор"(Любовное фэнтези) С.Юлия "Иллюзия жизни или последняя надежда Альдазара"(Научная фантастика) Ю.Резник "Семь"(Антиутопия) В.Кретов "Легенда 2, инферно"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"