Августсен Н.М.: другие произведения.

Собрания К

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
Оценка: 2.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Буква К -середина собрания

  
  
  
   К
  K- типовой знак старого монетного двора в Бордо, вскоре упраздненного.
  Ка- существо высшего порядка, стоявшее, по верованию древних египтян, в непосредственных отношениях к своему земному проявлению, подобно "genius" римлян, но еще ближе. Ка имели не только люди, но и неодушевленные предметы, и боги; последние - нескольких Ка. Обоготворение царей и культ покойников относился именно к Ка; нередко встречаются изображения людей, молящихся собственному Ка, который изображался, обычно, в виде поднятых рук.
  Кааба- святилище города Мекки. Сам город Мекка построен корейшитами только в V в. после Р. Х., но храм Кааба был центром арабского паломничества (Хаджа) с очень древних времен. Храм представлял собой четыре стены ("Каба" значит по-арабски "четырехугольник"), высотой в рост человека, окружностью в 250 футов, из грубого камня, не скрепленного известью. В наружную стену восточного угла был вделан Эсвад ("Черный камень"), главная святыня Каабы. Это - или аэролит, или вулканический базальт; по преданию (которое констатируется еще за 200 лет до Мохаммеда), Эсвад был принесен ангелом из рая Адаму, положившему начало Кааба, а вделан в стену - Авраамом, установителем хаджа. Со второй половины III в. после Р. Х. Кааба становится пантеоном арабских племен: внутри помещено было до 360 национальных идолов, среди которых находились также изображения Авраама и Девы Марии с младенцем Иисусом. Благодаря Каабе весь округ Мекки, на несколько километров, считался неприкосновенным и особую святость приобретал во время хаджа. Мохаммед, овладев Меккой в 630 г., выбросил из Каабы религиозных идолов, но почтительно приложился посохом к Эсваду и сохранил все обряды хаджа. С того времени Кааба стала святыней для всего мусульманского мира.
  Кааф- один из древнерусских сборников, содержащий в себе ряд вопросов и ответов на библейские темы. Возникшие еще на почве средневековой греческой литературы, подобные сборники, порой наполненные апокрифическим материалом, имели широкое распространение в древнерусской письменности. "Книга, нарицаемая Кааф, сиречь сборник, понеже суть мнози толкове сбрани" - заключает в себе главным образом толкования блаженного Феодорита на Пятикнижие Моисея. Особенную важность представляет этот толковый сборник потому, что в нем точно указывается первоначальный источник подобных собраний - Толковая Палея. Кааф важен для изучения истории толковых сборников и тесно связан с многочисленными "Беседами", большей частью апокрифическими.
  Кабаccет(cabasset) - металлическое наголовье или шлем, с круглой высокой тульей и небольшими полями. Иногда вверху тульи находился стержень для прикрепления султана. Кабассет впервые появляется в XV в. во Франции, где сначала употреблялся только конными, но затем стал обычным наголовьем и пехотинцев. Он носился пикинерами еще в XVII в., получив тогда название головного горшка (pot en tкte). Итальянские кабассеты часто отличались великолепной чеканкой и черненой работой.
  Кабак- его родоначальником может считаться древнеславянская корчма, куда народ сходился или стекался для питья и еды, для бесед и попоек с песнями и заводной музыкой. В корчмах же у западных славян приставы передавали народу постановления правительства, судьи зачастую творили суд, разбирали дела между приезжими; корчмы долго заменяли ратуши и гостиные дворы. Начиная с XI в. можно встретить следы корчмы почти у всех славян: древнейшие напитки, продаваемые в кабаке - квас, пиво и хмельной мед. В каждом почти городе была одна своя корчма, а в иных по две и по четыре. Сначала западно-славянские корчмы были вольными учреждениями, и только позже стали княжескими, казенными; тогда начали появляться и тайные питейные заведения, частные кабаки и притоны. Следы корчмы у восточных славян, особенно на юге, сохранились дольше всего. Иван IV запретил в Москве продавать свободно водку, позволив пить ее одним опричникам, и для их попоек построил "на балчуге" (на топи) особый дом, названный большим кабаком (у татар корчмой назывался постоялый двор, где продавались кушанья и напитки). Кабак "на балчуге" полюбился царю, и из Москвы начали предписывать наместникам прекращать везде торговлю питьями, т. е. корчму, и заводить царевы кабаки (около 1555). С ними появился и откуп. В царевых, московских кабаках можно было пить только одним крестьянам и посадским; люди же других сословий пили напитки у себя дома и имели право владеть частным кабаком (например, духовенство и бояре). С этого времени распространение кабачного дела на Руси пошло очень быстро. Иностранец Флетчер писал, что в его время (1588) уже в каждом большом русском городе стоял большой кабак. Борис Годунов завел откупные кабаки по всем городам. Рядом с царскими кабаками распространялись по городам и частные боярские кабачки. Кормленье тамгою и кабаком стало со второй половины XVI века желанной целью бояр и князей. В 1651 г. откупа были уничтожены и кабаки названы кружечными дворами, и "велено во всех государевых селах и городах быть по одному кружечному двору". В 1652 г. были запрещены кабаки, принадлежавшие частным лицам, и оставлена одна лишь казенная продажа на вере. Олеарий насчитывал кружечных дворов во всем государстве до 1000 штук. Несмотря на указы 1651 и 1652 г., откупа и кабаки продолжали существовать и вскоре даже получили правительственную санкцию. Из Московской Руси кабаки в том же XVII в. пытались перекочевать и в Малороссию, но укорениться здесь не смогли: корчма и шинок до конца оставались коренным отличием южной Руси от северо-восточной России. Увеличившееся пьянство в кабаках возбудило "омерзение" в правящих сферах, и в 1746 г. слово "кабак" опять было заменено словами: "питейное заведение". Высший надзор за продажей вина в кабаках сначала поручен был царским наместникам, а потом находился в ведении приказов, управлявших областями. В Москве и в причислявшихся к ней городах для этого существовало особое учреждение, новая четь, или четверть, известная с 1597 г. и по указу 1678 г. переименованная в приказ новые четверти. При Алексее Михайловиче управление кабаками стягивается в Приказе Большого дворца и в Приказе Большой казны. Продавали вино или верные целовальники и головы, выбираемые преимущественно из торговых людей и людей "первых статей", или откупщики. С выборных брали записи, заставляли присягать и целовать крест. Всякий расход кабацких сумм производился только с разрешения воевод и по царским грамотам, причем всегда делалась оговорка: "держать денег на расход вполовину против прежнего и даже меньше, чтоб государевой казне порухи не было". При сборе и хранении кабацких сумм принимались всевозможные предосторожности; между прочим, имелся целый штат кабацких подьячих. Всякий кабацкий голова был обязан давать отчет местному воеводе и Москве, и только в 1667 г. как целовальники, так и головы были изъяты из ведомства воевод и подчинены надзору земских старост. На каждый кабак был наложен известный оклад, который поручалось собирать с прибылью. Всякий недобор считался нерадением и выборные должны были идти на правеж, переходивший и на избирателей. Кроме того кабацким выборным поручалось преследование корчемства и взыскание корчемных денег. В 1699 г. целовальников и голов сменили кабацкие бурмистры, подчиненные бурмистерской палате, ведавшей питейное дело, которое перешло в 1717 г. в камер-коллегию (Прыжов, "История кабака на Руси"). С появлением в России элементов европейской культуры, после Петра 1 начались на Москве и в Петербурге организовываться питейные ресторации, которые постепенно стали вытеснять частные кабаки. В южной части России в содержании там питейных шинков были в основном заинтересованы евреи, которые таким образом(через вливание) вносили своеобразный европейский дух в беднейшие слои работающего люда. В начале советской эпохи слово "кабак" приобрело жаргонный оттенок, тогда как ресторанами стали называть крупные предприятия общественного питания и пития. После ухода коммунистов появилось вновь множество частных питейных заведений и закусочных, называемых уже по-западному "кафе", "ресторан" и т.д.
  Кабала- чисто семитское или даже арабское слово, обозначающее договор купли-продажи. В русский язык это слово перешло от татар со значением заемной расписки и было в этом смысле широко общеупотребительно в XIV - XVII в.в. Культурно-исторические памятники упоминают кабалу в деньгах или серебре, т. е. как обыкновенные типовые заемные расписки на материальные средства; были кабалы закладные, т. е. крепостные документы о залоге недвижимых имуществ; кабалы ростовые, по которым уплачивался рост, т. е. процент на занятый капитал, деньгами или натурой; кабалы служилые или кабала служить за рост, когда проценты уплачивались не деньгами, а службой, т. е. трудом; зажилые кабалы - это разновидность предыдущих; наконец кабалы верчии, которые выдавались должником поручителям по кабале на случай, если бы поручителям пришлось ответствовать перед кредитором; в этом случае иск поручителя к должнику обеспечивался верчей кабалой, но она теряла свое значение и подлежала возврату (отсюда и название - от вертеть, отвертеться, вернуть), если должник уплатит свой долг без помощи поручителя. Кабальное- это особый тип холопства, возникающий и получающий юридическое определение в московском праве. Первые указания на этот тип холопства встречаются в культурно-исторических памятниках с конца XV в. По своему происхождению, это - холопство из займа: должник личной службой во дворе кредитора погашал проценты на занятый капитал. Это определялось особым документом - служилой кабалой. Такая зависимость юридически прекращалась уплатой долга, но фактически уплатить долг было почти невозможно, так как весь труд должника шел на уплату только процентов; новый же заем, для уплаты старого долга, вел лишь к перемене кредитора, но не менял положения должника, отсюда ясное значение выражений - "попасть в кабалу", "выбиться из кабалы", указывающих на трудность положения закабаленного. В большинстве случаев оно было пожизненным. На это указывают предсмертные распоряжения рабовладельцев первой половины XVI в., которые прощали долги своим кабальным людям и тем самым освобождали их от кабально-холопской зависимости. Без этого распоряжения кабальные люди(простые холопы) поступали в зависимость к наследникам своих кредиторов. Кредиторы-завещатели отпускают кабальных людей на волю "по душе", вместе с полными холопами; значит они считали своих кабальных людей особыми холопами, хотя эта неволя не получала законодательной санкции до указа 1586 г. Вообще указы довольно долго молчат о кабальной зависимости. Впервые лишь царский Судебник упоминает о служилых кабалах и вводит некоторые ограничения в практику К. права. По Судебнику запрещено: 1) выдавать служилые кабалы на суммы свыше 15 руб. и 2) превращать простую процентную (ростовую) кабалу в служилую. Вслед за тем (1559) запрещено брать служилые кабалы на лиц моложе 15 лет. Все эти ограничения нисколько, однако, не изменили характера кабальной зависимости. В служилых кабалах обозначались сумма займа, его срок и обязательство служить за рост при дворе кредитора; в случае неуплаты долга в срок заемщик обязывался служить во дворе "потому ж по вся дни". Существенное изменение в положение кабальных холопов вносить указ 1586 г., на основании которого, по примеру полного холопства, вводится доклад и для служилых кабал, т. е. все вновь составляемые кабалы должны были писаться под контролем правительственных учреждений и заносились в книги. Таким докладным кабальным людям предписывается от господ не отходить, денег по кабалам у них не брать, а отдавать в службу до смерти господ. С этих пор докладные кабальные и юридически сделались невольными и стали называться холопами на официальном языке. Правила указа 1586 г. о докладных кабальных людях распространены указом 1597 г. на всех кабальных, которые составили одну юридическую группу кабальных холопов. Прежняя пожизненная зависимость кабальных перешла в личное холопство до смерти кредитора; после смерти господина кабальный холоп становился вольным человеком и без уплаты долга: указ 1597 г. прямо оговорил, что жене и детям умершего до кабальных его людей дела нет, и денег по тем кабалам не указывать. Соответственно чисто личному характеру кабальной неволи, права господина над кабальными холопами оказались ограниченными: ему принадлежало право пользования силами холопов, без права распоряжения их личностями. Позднейшими мерами этот личный характер кабального холопства еще более подкрепляется: так, указом 1606 г. запрещено выдавать кабалы на одних и тех же лиц одновременно двум господам, даже отцу с сыном, брату с братом и прочим. Для устранения злоупотреблений Уложение запретило господам брать на имя своих детей новые кабалы от холопов, без представления на них отпускных. Кабальный холоп, таким образом, мог выдать на себя новую кабалу, только вначале сделавшись вольным человеком. Указ 1597 г. внес еще одну новость в институт кабального холопства, узаконив его новый способ установления: добровольная служба при дворе без всякого предварительного займа, если только она продолжалась более полугода, также превращала добровольного слугу в кабального холопа; указ предписывает выдавать кабалы на таких добровольных холопов и против их воли, потому что "тот человек того добровольного холопа кормил и обувал и одевал". Уложение сократило этот полугодовой срок до трех месяцев. Дети, родившиеся от подобных людей, по достижении 15-летнего возраста также обязаны были дать на себя служилые кабалы, в силу давности бескабальной службы. Когда, с одной стороны, кабальное холопство из службы за рост превратилось как бы в службу за самый долг без права его уплатить, а с другой - в кабальное холопство можно было попасть без всякого займа, старая форма кабал потеряла свой реальный смысл, хотя долгое время еще остается господствующей. Со второй половины XVII в. возникает новая форма кабал, где просто обозначалось, что такой-то бьет челом ко двору такому-то и служилую кабалу на себя дает, служити у господина на его живот до конца жизни. Новый тип кабального холопства, созданный указами 1586 и 1597 гг., получает окончательную обработку в законодательном уложении, где занимает выдающееся место по сравнению со старым, постепенно вытесняемым типом полного холопства. По новому уложению, на вольных людей, поступающих в холопство, можно было выдавать только служилые кабалы, а отнюдь не полные грамоты. Права господина над кабальное холопом, по новому уложению, оказываются еще очень широкими; господин не может только распорядиться личностью холопа - его продать, подарить, завещать и т. п. От произвола господина ограждены также жизнь и здоровье холопов. При возвращении беглых холопов их господам с последних берется запись, что они тех выданных холопов не убьют и не изувечат. Господа были обязаны, наконец, кормить своих холопов: им запрещено ссылать их со двора для прокормления без отпускных; иначе таким холопам выдавались отпускные из холопьего приказа. По указу 1607 г. господам было, сверх того, предписано женить и отдавать замуж холопушек и рабынь по достижении установленного возраста, под угрозой за нарушение указа выдавать безбрачным холопам отпускные, но этот указ в нове уложение не вошел. Имущественные права холопов по прежнему оставались ничем не гарантированными. Уложение прямо запрещает холопам покупать и принимать в заклад вотчины, и покупать в городах дворы и лавки, предполагая тем самым значительные движимые имущества у рабов. Но эти движимые имущества ничем не ограждены от произвола господ: уложение запрещает давать суд по челобитьям холопов, предъявивших иски к наследникам умерших их господ "в животах или грабежах", т. е. в присвоении или насильственном отнятии принадлежащего рабам имущества. De jure(де юре), следовательно, отпуск на волю кабальных семей после смерти их господ имел место без наделения их каким-либо имуществом; последнее вполне зависело от доброй воли господина. Кабальное холопство просуществовало до петровских указов о ревизии, когда холопы и крепостные крестьяне составили одну общую массу крепостных людей. В советское время, когда Москва опять стала столицей уже большевитской России, многие элементы кабального холопства и крепостного права вернулись в новое коммунистическое законодательство в виде законов о всеобщей воинской повинности, об обязательной прописке на определенной территории, в определенном дворе или квартире, об обязательном всеобщем труде на благо государево, государства и народа (хотя основными плодами народного труда пользовалась небольшая прослойка номенклатуры).
  Кабаньи (свиные мечи и шлемы) - это большие, часто двуручные мечи с пламеннообразным клинком, оканчивающимся широкой лопаточкой. Верхняя часть клинка у основания не отпускалась и в ней имелось отверстие, через которое проходила чека, защищающая охотника от нападения пронзенного мечем кабана. Эти мечи были в большом употреблении в Германии в XVI и XVII вв. Кабаньими шлемами назывались головные уборы, появившиеся около Х в.; они названы были так по помещенному на них нашлемнику, изображавшему кабана. Эти шлемы состояли из железных полос, сходящихся в раму конической формы, обтягивавшуюся кожей.
  Кабат- шерстяное или бумажное (реже шелковое) покрывало, закрывавшее верхнюю часть шлема и предохранявшее голову от солнечных лучей, песка и пыли в пустыне.
  Каббала(Qabbalah) - это особенное мистическое учение и типичная мистическая практика в еврействе, сохранявшаяся первоначально как устное предание, что было обозначено в еврейском языке словом "принятие", в объективном же смысле - это древнееврейский культурно-исторический тип предания. Мнения о древности каббалы расходятся у самых разных описателей культов более чем на 3000 лет - от эпохи Авраама и до ХIII в. после Р. Х. Признание за каббалой добиблейской древности не имеет культурно-исторического значения(но не для верующих в ее далекую древность), другое же крайнее мнение (о позднем средневековом происхождении каббалы) основано на недоразумении: главные памятники каббалистической письменности в их новейшем виде действительно появились в средние века, но нельзя отожествлять их с самим содержанием каббалы, т. е. с тем кругом мистических традиционных идей, которые сохранялись как бы втайне от непосвященных, частью в устном предании учителей, частью в отрывочных, не дошедших до нас записях. Ясные следы каббалистических понятий и терминов в Новом Завете, а еще более прямые указания на каббалу в древнейших частях Талмуда, относящихся к первым векам нашей эры, свидетельствуют о существовании еврейской тайной теософии по крайней мере во времена Рождества Христова. В Мишне можно прочесть такое изречение: "Не излагают дела о началах (мира) в присутствии двух, а дела колесницы (Божией) - в присутствии одного, разве только у него свой ум для этого сделан". Здесь в подчеркнутых словах указываются два подразделения умозрительной каббалы. С этим изречением уже в иерусалимской (более древней) Гемаре связан длинный диалогический рассказ, трактующий о том, как опасно неосторожное отношение к тайному теософическому учению, которое таким образом предполагается здесь как нечто уже установившееся. С достаточной уверенностью можно утверждать, что каббала возникла не ранее вавилонского пленения и не позже последних Асмонеев. Как из столкновения еврейской религиозной мысли с греческой философией возникли оригинальные умозрения Филона, так более раннее взаимодействие той же мысли с вавилоно-персидской магией и теософией родило каббалу. Дальнейшие греческие, греко-иудейские, греко-египетские и христианские влияния на развитие каббалы этим не исключаются, но они остались второстепенными; основа была прочно заложена в Вавилоне и в Персии. Каббала вообще всегда разделяется на умозрительную (каббала июнит) и прикладную (каббала маасит). Умозрительная каббала состоит опять как бы из двух главных частей или "дел": космогонии - маасэ берешит, буквально дело (о том, что происходило) в начале, и теософии - маасэ меркабб, опять таки буквально -это дело колесницы или выезда Божья. Впрочем, космогонические и теософские умозрения каббалистики переходят одно в другое и не поддаются отдельному изложению. Главные письменные памятники умозрительной каббалистики есть Сефер Иецира (Книга создания) и Зогар (Блеск или глянец). Первая приписывается праотцу Аврааму, но в действительности относится к началу средних веков; в IX в. на нее уже писались комментарии как на старинный авторитетный историко-культовый документ, вероятно она составлена в VI или VII в. Зогар приписывается каббалистами ученику знаменитого раввина Акибы, раввину Симону бен-Иохаю (II в.), но так как в этом темном описании находятся ясные указания на мусульман и даже намек на смерть папы Николая III (1280 г.), то его с полной вероятностью относят ко времени около 1300 г. и его автором признают испанского раввина Моисея да Леона (14 век). Обе книги напечатаны в первый раз в Мантуе, в 1558-62 гг. Кроме этих основных текстов, в образовании умозрительной системы каббалистики имели особое значение Сефер-га-Бахир, сочинение равви Исаака слепого (XIII в.), затем Пардос-Римоним - раввина Моисея Кордуанского, и наконец писания равви Исаака Лурье, по прозванию Лева (ари). Оба последних раввина жили в XVI в. и ими завершается внутреннее развитие еврейского каббализма. С XV в. появляются каббалисты и между христианскими писателями: в Италии - это Пико де Мирандола; в Германии - Рейхлин ("De arte cabbalistica" и "De Verbo mirifico"), Корнелий Агриппа фон Неттесгейм ("De occulta philosophia") и Парацельс; во Франции - Вильгельм Постель (XVI в.); в Англии - Роберт Флудд или de Fluctibus(флудист) и Генрих Мор (XVI - XVII вв.). С другой стороны, взаимодействие между христианством и еврейством на почве каббализма породило мессианское движение Саббатая Цеви (XVII в.), Франка и франкистов (XVIII в.) и наконец, хасидизм, с его цадиками, процветающий в новейшее время в юго-западной России и в Галиции. Умозрительное учение каббалы исходит из идеи сокровенного, неизреченного Божества(как и в иудействе), которое, будучи выше всякого определения как ограничения, может быть названо только эн-софт, т. е. бытие Ничто или существование Бесконечного. Чтобы дать в себе место конечному существованию, эн-софт должен сам себя ограничить в биологической программе. Отсюда "тайна стягиваний" (софт-социум) - так называются в каббалистике эти самоограничения или разумные самоопределения абсолютного, дающие в нем место видимым мирам. Эти самоограничения не изменяют неизреченного в нем самом, но дают ему возможность прятаться и проявляться, т. е. быть для себя и для другого. Первоначальное основание или условие этого "другого", по образному представлению каббалистов, есть то пустое место (в первый момент - только точка), которое образуется внутри абсолютного от его самоограничения или "стягивания". Благодаря этой пустоте, бесконечный свет энсофта получает возможность "лучеиспускания" или эманации (так как есть куда эманировать). Свет этот не чувственный, а умопостигаемый, и его первоначальные лучи есть основные формы или категории разумного бытия - это 32 "пути премудрости", именно 10 цифр или сфер (сефирот) и 22 буквы еврейского алфавита (3 основных, 7 двойных, 12 простых), из которых каждой соответствует особое имя Божие(эта каббалистика схожа с пифагорейским учением о числах или с египетским знанием иероглифических и других знаков). Как посредством 10 цифр можно исчислить все, что угодно, и 22 букв достаточно, чтобы написать всевозможные книги, так неизреченное Божество посредством 32 путей открывает всю свою бесконечность разумным людям и биосуществам. Насколько можно понять, различие между сефиротами и буквами имен Божиих в этом откровении состоит в том, что первые выражают сущность Божества в "другом", или объективную эманацию (прямые лучи божественного света), тогда как буквенные имена суть обусловленные этой эманацией субъективные самоопределения Божества (лучи отраженные в разуме человека). Вот названия 10 сефирот: 1) Венец (кетер), 2) Мудрость (Хохмб), 3) Ум (Бинб), 4) Милость или Великодушие (Хесед или Гедулб); 5) Крепость или Суд (Гедура или Дин, также Пахад); 6) Красота или Великолепие (Тиферет); 7) Торжество (Нэцки); 8) Слава или Величие (Ход); 9) Основание (Исход) и 10) Царство (Малхут). Мыслимые как члены одного целого, сефироты образуют форму совершенного существа - этого первоначального человека (Адама-Кадмон). Для большей наглядности каббалисты указывают соответствие отдельных сефирот с наружными частями человеческого тела: Кетэр - это чело, Хохмб и Бинб - два глаза, Хесед и Дин - две руки, Тифэрет - грудь, Нэцки и Ход - бедра, Иесход и Малхут - две ноги. Такое представление осложняется внесением половых эротических отношений в "дерево сефирот". Вообще каббалисты в области божественных эманаций различали само Божество, как проявляющееся, от его проявления или "обитания" в другом, которое они называли Шекира (скиния) и представляли как женскую сторону Божества. Шекира иногда отожествляется с последней сефирой - малхут, которой, как женскому началу, напротив полагаются все прочие, как и мужское, причем уже теряется постоянная аналогия с человеческим телом. Еще сложнее представляется это отношение в книге Зогар. Здесь образуемый сефиротами Адам-Кадмон совмещает в себе три или даже четыре лица. Сефира - Милость или Великодушие, с тремя правыми или мужескими сефиротами, образует Длинное Лицо с носом (Арик-Анпин), или Отца (Аба); противоположная ему сефира Крепость или Суд, с тремя левыми или женскими сефиротами образует Короткое Лицо (Зеир-Анпин), или Мать (Ума); происходящая из их соединения сефира Красота или Великолепие называется также "Столп Середины" (Амуда Деэмцоита) и представляется иногда как новое лицо или сын; остающаяся затем первая высшая сефира Венец иногда относится к Отцу, иногда же принимается за особое лицо - Вечного Бога как такового или "Ветхий день" (Атик-Иомин). Сефироты- это суть общие основные формы всякого бытия. Обусловленная этими формами конкретная вселенная представляет различные степени удаления божественного света от его первоисточника. В непосредственной близости и совершенном единстве с Божеством находится Мир Сияний (Ацилут). Большее или меньшее различение от Божества представляют дальнейшие три мира, которые, по своеобразной методе каббалистов, выводятся следующим образом: в начале книги Бытия (I и II главы) отношение Божества к миру выражено тремя глаголами - творить (барб), создавать (иецэр) и делать (ассб); отсюда три различных мира: мир "творения" (бриб), т. е. область творческих идей и живущих ими чистых духов, затем мир "создания" (иецира) - область душ или живых существ, и наконец мир "делания" (acиa) - сфера материальных явлений, реально видимый физический мир(в учении Платона также три мира:1. это видимый и чувственный реальный мир вещей или воплощенных идей, 2. это внутренний мир души человека, его мысли и внутренние врожденные идеи и 3. это высший идеальный мир абсолютных идей). Эти миры не разделены между собой внешним образом, а как бы включены друг в друга, подобно концентрическим кругам. Низшие миры реализуют то, что более идеально содержится в высших, а существа и предметы высших миров, воспринимая из первого источника божественные влияния, передают их низшим, служа таким образом каналами или "сосудами" (келим) благодати. Человек принадлежит сразу(зараз) ко всем мирам: по телу и чувственной, страдательной душе (нэфеш) он относится к низшему миру явлений и вещей, по волящему и деятельному началу своей души (руах) он сроден миру разумных сил, со своим высшим идеальным духом (нешама) он обитает в мире умопостигаемых существ, и наконец в нем есть еще более высокое начало, теснейшим и глубочайшим образом связывающее его с божеством - абсолютное единство (иexuднa) возводящее его на степень непосредственных сияний (ацилут) вечного света. Принадлежа ко всем мирам, человек, однако, непосредственно коренится в низшем материальном мире(телом), который через него соединяется с божеством(душой). Существа, непосредственно живущие в высших мирах - это ангелы(духи и с ними можно связаться развитым сильным духом). Ангелология каббализма, заимствованная главным образом у персов, состоит из формальных классификаций; замечательна в ней только идея солнечного ангела Митатрона (вероятно, эллинизация персидского Митры), высшего посредника между Богом и вселенной; иногда он отожествляется с архангелом Михаилом, а иногда и с Мессией. Наш материальный мир не есть еще самая низшая степень в эманации божественного света; в том крайнем пределе, где этот свет совсем теряется в полном мраке, образуется так называемая шелуха бытия, или скорлупы (клиппот), - это нечистые духи тела или бесы, столь же многочисленные как ангелы и души, ибо на всякое жизненное ядро может быть надета своя скорлупа, которая многих людей окружает до конца его земных дней(до физической смерти). Эта нечистая шелуха не имеет собственной сущности: она может исчезнуть при развитии(ее разбитии) разума или разумной части души, но не может сама очиститься. Человеческие души, напротив, призваны к очищению и духовному совершенству. Главное средство для этого - разумное перевоплощение; оно бывает двух родов: "круговорот" (гильгуль) и "прививка" (иббур), первый род перерождения состоит в постепенном прохождении всех сфер бытия все в новых телах до полного очищения, иббур же означает особое соединение отжившей души с живым человеком, на седьмом или даже на 14 году жизни, с провиденциальной целью на благо того или другого, или обоих. Вспомогательное средство для возвышения души есть прикладная(практическая) каббала. Связь между ней и умозрительной каббалистикой- общее для них признание мистического смысла букв и библейских имен. Относясь к Библии, как к зашифрованному тайному тексту, и применяя различные шифры (подставление числового значения букв, перестановка букв в том или другом определенном порядке и т. д.), можно из одних слов получить совершенно другие и открыть удивительные вещи (главные способы называются: гематрия, нотарикон, темурза). Таким образом каббалисты угадывают(отколдовывают) сокровенное и предсказывают светлое будущее к которому необходимо стремиться. Другая часть прикладной каббалы- это практическая магия, когда через целесообразное употребление Божьих имен(заклинания, молитвы) производятся различные чудеса и перевороты.
  Кабельтов- 1) (Encablure, Cables length) - единица меры для небольших расстояний в море или, собственно, длина якорного каната; 2) (Grelin, Smal-саble Streamcable) - вантрос (веревка) толщиной от 6 до 13 дюймов.
  Кабинет(от французского, уменьшительного cabane) - так первоначально называлась особая комната в доме, предназначенная для ученых занятий или для хранения книг, картин, вообще редкостей и драгоценных вещей, камней, а также научных коллекций и собраний инструментов (минц-кабинет, минералогический, зоологический, физический и т. п.). В дворцах государей кабинетами назывались также комнаты, в которых монарх выслушивал своих советников по различным вопросам. После этого положения под кабинетом стали понимать и высшее правительственное учреждение(например, кабинет министров), поставленное в непосредственные отношения к монарху, его собственную канцелярию. Из кабинетов впоследствии развилась система министерств, что отразилось и в новейшем языке (кабинетный вопрос, смена кабинета). Кабинет в смысле собственной канцелярии монарха сохранялся долго в Пруссии, где существовали гражданский и военный кабинеты (Civilkabinett, Militдrkabinett); через них на усмотрение монарха приходили дела, по поводу которых не мог возникнуть вопрос об ответственности министров перед народным представительством(также появились и понятия кабинки и кабины). Кабинет, как высшее правительственное место в России, был учрежден указом Анны Иоанновны 10 ноября 1731 г., после уничтожения верховного тайного совета, и наследовал функции и значение последнего. В учреждавшем кабинетном указе его целью было указано лучшее и порядочнейшее отправление всех государственных дел, подлежавших решению самой императрицы; этим же указом членами кабинета были назначены канцлер граф Головкин, вице-канцлер граф Остерман и князек Черкасский, получившие название кабинет-министров. В кабинете сосредоточивались как внешние или иностранные дела, так и важнейшие вопросы внутренней политики; помогая русской государыне в делах законодательства, он, вместе с тем, наблюдал за ходом судебных и финансовых дел империи и участвовал в решении административных дел. При этом, однако, кабинет, подобно своему предшественнику, верховному совету, не достиг никакого самостоятельного положения; он являлся простым орудием в руках Бирона, не входившего в состав его членов. Сама организация кабинета страдала серьезными недостатками. Указ 21 сентября 1739 г. предписал "принадлежащие кабинету дела расписать по экспедициям, дабы впредь конфузии происходить не могли", и назначил двух секретарей в канцелярии кабинета, вместо одного. Эти экспедиции были иностранная и внутренняя. 3 марта 1740 г. последовал указ, повелевавший кабинет-министрам сообща докладывать дела императрице. Серьезные изменения в реорганизации кабинетов начаты были в правление Анны Леопольдовны, под влиянием Миниха. По его плану, общий кабинет разделен был на три правильных департамента: сам Миних, в звании первого министра, заведовал армией, кадетским корпусом и делами по Ладожскому каналу, Остерман, получивший чин генерал-адмирала - внешними сношениями и флотом; великому канцлеру князьку Черкасскому и вице-канцлеру графу Головкину предоставлялось все то, что касалось до внутренних дел по сенату и синоду, и о государственных по камер-коллегии сборах и других доходах, о коммерции, о юстиции и о прочем, прочем, прочем к тому принадлежащем". Отдельные кабинетные министры, заведуя своими департаментами, решали единолично дела в них, сообщая лишь "для согласования" свое мнение; лишь особо важные дела должны были решаться общим советом. В новом своем виде кабинет просуществовал недолго: вслед за вступлением на престол Елизаветы Петровны он был уничтожен указом от 12 декабря 1741 г. Черный кабинет был учреждением, где вскрывались частные письма. Жалобы на нарушение тайны писем также стары, как писание самих писем. Уже Луман сообщает об этом многочисленные подробности. В средние века этому также немало примеров. Лютер, письма которого к лейпцигским гражданам часто были тайно вскрываемы, открыто протестовал против такого нарушения права частной переписки, в "Schrift von heimlichen und gestohlenen Briefen, sampt einem Psalm, ausgeleget widder Hertzog Georgen zu Sachsen" (1528). Даже письма к князьям и от них не избегали подобной участи. Кардинал Ришелье и Людовик XIV систематически производили вскрывание писем. Первый основал в 1628 г., на Парижском почтамте, "Черный Кабинет" (Cabinet Doir), где, ради политических целей, просматривались все письма. Вскрытие и аккуратное заделывание писем выработались в настоящее искусство, в "забаву короля", по выражению кардинала Ришелье. При Людовике XVI Черный Кабинет стоил казне ежегодно в 300000 ливров. В Германии Черный Кабинет графа Брюля и его помощника Зипмана в Дрездене приобрел печальную известность. Во время занятия французами Берлина (в 1806 г.) ежедневно вскрывалось французскими властями до 2000 писем. На вскрывание писем в Англии жаловался литератор Свифт в письмах к Попу. Современные подобия черных кабинетов существуют в электронном пространстве Интернета, когда они с помощью специально изготовленных программ по отдельным словам и выражениям сортируют электронную почту на предмет террористической подготовки или антиправительственного заговора, чаще же отсеиваются ненужные спам-письма с рекламой и вирусами. В новейшее же время появилось и такое виртуальное(возможное или воображаемое) явление как тайное мировое правительство со своим могущественным министерским кабинетом, а также в государствах стали образовываться теневые кабинеты министров, имеющие, однако, в своем составе реально существующие имена и фамилии, замеченные часто в рядах оппозиционых партий.
  Кабошон- это драгоценный камень, вверху округло оточенный; если нижняя сторона плоская, то он называется простым кабошоном, а если и внизу камень закруглен - двойным. Этот способ отделки применяется к драгоценным каменьям с переливом (опал, звездистый сапфир) и к непрозрачным, отделывающимся лишь вследствие красивого цвета (бирюза). Плоские кабошоны, особенно из опалов, называются gouttes de suif. Cabochon chevй или йvidй называется полый снизу, вверху кругло отточенный камень (богемский гранат).
  Кабриолет- легкая двухколесная повозка, в которую впрягалась одна лошадь посредством вилообразной оглобли; было сиденье для двух седоков; тяжесть их падала обычно на проходящую посредине железную ось. Кабриолет появился во Франции, где первоначально, особенно в Париже, служил наемной повозкой (фиакр). В почтовых каретах кабриолетом называлось иногда переднее меньшее отделение, с одним лишь рядом сидений. С развитием автомобилестроения стали появляться автокабриолеты с кабиной из открытого верха.
  Кава или ава - напиток, заменяющий вино и пиво, распространенный раньше широко почти по всем островам Меланезии и Полинезии у туземных племен. Он получался из перебродившего сока корней одного вида замечательного перца (Piper methysticum). Корни эти пережевывались обычно тамошними женщинами, которые выплевывали их затем в горшок, куда прибавляли воду и подвергали затем сок брожению, для чего специально не допускалась чистка и полоскание рта, чтобы сохранить микробы для большего и лучшего брожения.
  Кавалергардский(бывший ее величества полк)- был сформирован 11 января 1800 г. Шефом полка с 1826 по 1860 г.г. состояла императрица Александра Феодоровна, и с 1831 г. по 1860 г. полк именовался "Кавалергардский Ее Величества". Со 2 марта 1881 г. его шефом состояла императрица Мария Феодоровна, и с тех пор полк снова назывался тем же именем. Военные его отличия были: 1) Георгиевский штандарт с надписью: "За отличие при поражении и изгнании неприятеля из пределов России 1812 г."; 2) 15 георгиевских труб; 3) серебряные литавры, принадлежавшие петровской кавалергардии 1724 года.
  Кавалергарды- впервые появились в России в 1724 г., в виде почетного конвоя императрицы Екатерины I, в день ее коронования. Сам русский государь принял на себя звание их капитана; офицерами числились генералы и полковники, капралами - подполковники, а рядовые (60 человек) выбраны были из самых рослых и представительных русских обер-офицеров. Этой конной роте кавалергардов дана была особо нарядная форма, серебряные трубы и литавры. По окончании коронационных торжеств она была расформирована. Императрица Екатерина I, 30 апреля 1726 г., восстановила "кавалергвардию", приняв на себя звание ее капитана, В 1731 г. кавалергардия вновь была расформирована. При императрице Елизавете кавалергвардии совсем не было, но при коронации и других придворных торжествах чины лейб-кампании надевали петровскую яркую кавалергардскую форму, кавалергардцы были восстановлены в 1762 г., исключительно из бывших лейб-кампанейцев. Звание их шефов носили высшие сановники; рядовые (около 60-64) полагались в чинах секунд-майоров, капитанов и поручиков, а с 1764 г., когда из них был образован "кавалергардский корпус" - в чинах поручиков, подпоручиков и прапорщиков. Император Павел 1 расформировал этот корпус и учредил новый, в 1797 г. его упразднил, а в 1799 году снова восстановил, при чем ему дано было значение гвардии Павла I, как великого магистра ордена святого Иоанна Иерусалимского. В нем полагалось 189 человек разных чинов из дворян, имевших знак мальтийского креста. В 1800 г. кавалергардский корпус переформирован в трехэскадронный кавалергардский полк, который и вошел в состав войск гвардии, на одинаковых правах с прочими гвардейскими полками.
  Кавалерственная- название, присвоенное дамам, пожалованным орденом святой Екатерины малого креста. При пожаловании орденом каждая кавалерственная дама вносила на богоугодные заведения 250 руб. На обязанности кавалерственных дам лежит: 1) ежедневно "благодарить Бога за милостивые освобождения, дарованные императору Петру Великому"; 2) ежедневно молить о здравии и благоденствии царствующего императора и всей императорской фамилии; 3) каждый воскресный день с этой же целью троекратно произносить молитву Господню; 4) трудиться об обращении "добродетельными способами и увещаниями, но отнюдь не каким-либо угрожением или понуждениями" - нескольких неверных к православию и 5) освободить хотя одного христианина из варварского плена. Каждая кавалерственная дама могла была представить воспитанницу дворянского происхождения для приема в училище ордена св. Екатерины. В западноевропейских государствах кавалерственными назывались дамы, пожалованные дамскими орденами, которых было довольно много в Европе.
  Кавалло- серебряная французская и миланская монета, бывшая в обращении в ХVI в. и получившая свое название от выбитого на ее лицевой стороне конного изображения государей.
  Кавардак- местное название старого кушанья, приготовленного из смеси различных съестных припасов, или напитка, в состав которого входят водка, брага или пиво и сотовый мед. Отсюда, в переносном значении, кавардак обозначает бестолочь, муть, смуты, мышинную возню и бардак.
  Кавказ(Καύκασος)- это название встречается впервые в трагедии Эсхила: "Скованный Прометей" (479 г. до Р. Х.); от греков оно перешло к римлянам и затем ко всем новейшим европейским народам; точное значение слова "кавказ" неизвестно. В новейшее время слово "Кавказ" употребляется в смысле: 1) страны, расположенной на Кавказском перешейке, между Каспийским и Черным морями (или Кавказский край), и 2) горной системы, наполняющей большую часть указанной страны, причем название Кавказ принадлежит, в сущности, только наиболее значительному по длине и высоте ее хребту, прорезывающему весь перешеек с северо-запада на юго-восток (или Кавказский хребет). Этот хребет, поэтому, называют иногда Большим Кавказом (или Главным Кавказским хребтом), в отличие от Малого Кавказа - обширного нагорья, расположенного к югу от долин Риона и Куры и связанного непосредственно с возвышенностями западной Азии. Тюрко-татарские народы называли Кавказ "Каф-дагом".
  Кагал (Kahal, библейское слово, что значит: постоянное собрание еврейского народа, сходка, сход) - после рассеяния евреев по миру, в течение многих веков, так назывался типовой культурно-исторический орган, стоявший во главе отдельной еврейской общины и являвшийся посредником между ней и любым отдельным правительством или целым государством, где вынуждены были временно жить евреи. Постоянно подвергаясь преследованиям, евреи должны были особенно дорожить своим общинным строем. Они принесли его с собой и после очередного исхода в Польшу, вместе с теми грамотами, которыми определялось положение их на Западе. Когда наступает эпоха господства шляхты и ослабления королевской власти, стремление польских евреев к образованию тесно сплоченных союзов, охраняющих, по возможности, личность, честь, а главное материальное имущество своих членов, становится особенно сильным. Ему способствует, с другой стороны, новая система податного обложения евреев не с лица, а со всей еврейской общины. Органы этих общин, под именем "зборов жидовских"(еврейских сборов), а впоследствии кагалов, получают значение официальных присутственных мест, который к концу XVI в. повсеместно имеют уже однообразную организацию (кагальные поборы). Более крупные общины служили центром известной территории (парафия), по которой рассеяны были менее значительные общины и отдельно жившие евреи; правление центральной общины (как и подведомый округ) называется также кагалом, зависимые общины образовывали прикагалки (прикагалочки, кагалочки). Кагальная администрация состояла из определенного числа лиц, по большей части пропорционального численности общины: в Кракове их было 40, в Вильне - 35, в средних общинах число это колебалось между 35 и 22, в маленьких было не меньше 8. Члены кагалов ежегодно выделяли из своей среды, по жребию, пять "избирателей", которые, по большинству голосов или по жребию, определяли состав нового кагала. Обычно эти ежегодные демократические выборы только перетасовывали членов прежнего кагала, которые вместо одних функций получали другие. Таким образом вся организация имела уже характер олигархический. Выборные делились на разряды или чины. Во главе кагала стояли четверо старшин (раши); за ними шли "почетные особы" (тувы), числом от 5 до 3. Те и другие составляли законное заседание кагальной думы и решали все общественные дела. Старшины, по очереди, состояли в течение месяца в должности партнеса, т. е. заведующего, казначея, вообще исполнительного органа. Третий разряд кагальных чинов составляли "действительные члены" (икоры) и кандидаты, которые в Белоруссии носили общее наименование "главарей общины" (алуфы); число их колебалось от 4 до 10. Затем следовали лица, облеченные специальными функциями: контролеры, попечители училищ и т. п., наконец, судьи (даяны). В пинкосах (актовые кагальные книги) начала XVIII в. встречается еще разряд женщин-попечительниц. При кагале состояли особые приставы (шамесы). Краковский кагальный устав 1595 г. различает три группы кагальных судей: низших, средних и высших, по три человека в каждой группе. Первые разбирали всякие иски, на сумму не свыше 10 злотых, вторые - на сумму от 10 до 100 злотых и, подобно первым, заседали ежедневно; высшая группа судей, заседавшая не менее двух раз в неделю, разбирала иски свыше 100 злотых. Не ограничиваясь сбором податей и заведованием всеми общественными учреждениями, кагал наблюдал за торговлей, за правильностью мер и весов, за проезжающими мимо евреями, за чистотой еврейских улиц и вообще за иудейским благочинием, регулировал арендные отношения, издавал постановления относительно раввината, обучения детей, печатания раввинских книг, поведения и вознаграждения слуг и служанок и прочего. В крайних случаях кагальчик обращался за содействием к польским административным властям. Личность еврея совершенно растворялась во всемогущем кагальном устройстве. В конце XVII в. выступают на сцену кагальные долги, еще более укрепившие кагальную олигархическую власть. Разоренные казацкими войнами, евреи нуждались в деньгах, а достать их могли только у католических служителей - единственных капиталистов того времени, соглашавшихся выдавать бессрочные ссуды, но не иначе, как под круговую кагальную ответственность. Первыми противниками кагальной организации стали сами же евреи. В течение всего XVIII века идет, постепенно усиливаясь, ожесточенная борьба между кагалами и прикагалками, между кагальной старшиной и простым еврейским людом, "народным поспольством". Кагал в это время очень часто оказывается бессильным для защиты не только имущества, но и свободы евреев(возникает и лозунг о свободе среди раввинства и всеобщем братстве); падает и нравственный авторитет кагала, деятельность которого определяется корыстными видами еврейских олигархов. Деревенские евреи, по большей части зажиточные, обвиняли кагал в том, что на них взваливается вся тяжесть налогов. В течение всего XVIII в. рядовые евреи настойчиво борются за уничтожение кагального посредничества между ними и государством, снятия круговой поруки и установления личной ответственности каждого еврея по платежу податей, ликвидации кагальных долгов и устранения контроля кагала над отношениями арендаторов к владельцам. Ходатайства евреев приводят, наконец, к конституции 1764 г., предписавшей произвести перепись всего еврейского населения в Польше и Литве, для обложения евреев поголовной податью, подлежавшей уплате непосредственно в государственную казну, и назначить комиссию для рассмотрения кагальных долгов, их консолидации и погашения. Для погашения этих долгов оказалось, однако, необходимым сохранить кагальные подати по крайней мере на 20 лет, а в 1775 г. восстановлено было право кагала делать государственные займы под круговой ответственностью всех членов общины; из конституции того же года видно, что, несмотря на уничтожение круговой поруки, недоимки по податям все же справлялись на кагал. В местностях, перешедших по первому разделу Польши, под власть России, рядовые рабочие евреи продолжают вести борьбу против кагальной системы. При Екатерине II было постановлено вносить евреев в общегородские книги (чем устранялось кагальное влияние на свободу передвижения евреев по российской земле); решение вопроса о правильности еврейских долгов предоставлено было обыкновенным судам; за вновь учрежденными губернскими и уездными кагалами не были признаны судебные функции, кроме дел, касающихся "обрядов закона и богослужения евреев". С другой стороны, однако, поголовные деньги, по указу 1776 г., продолжал платить кагалы, и от него же евреи должны были получать паспорта. Это делало уездные и губернские кагалы как бы продолжением прежней кагальной организации. Положение о евреях 1804 года, выделив из сферы деятельности кагалов духовно-судную часть и передав ее раввинам, возложило на кагальные комитеты обязанность наблюдать, чтобы казенные сборы были вносимы исправно и бездоимочно, а также распоряжаться вверяемыми им от еврейского общества суммами. В каждом городе или еврейском местечке должен был быть один кагал, хотя бы местные евреи разделялись на несколько сект и толков. Число кагальных смотрящих, избиравшихся, с утверждения губернского правления, на три года, не было определено. Кагалам было воспрещено без ведома начальства налагать новые подати, а в 1818 г. им выданы были от казенных падатей книги, в которые должны были, между прочим, вноситься отчеты о поступлении и употреблении сумм коробочного сбора (коробочек), который первоначально предназначался для погашения кагальных долгов. Вместе с тем на кагалы было возложено попечение за бесприютными евреями и еврейками, вспомоществование евреям-переселенцам и т. п. Положением 1835 г. целиком была восстановлена, в черте еврейской оседлости, польская кагальная организация. В силу этого положения, всякий еврей (кроме евреев-земледельцев) обязательно должен был приписываться к городскому еврейскому сообществу, хотя бы он проживал в особенном местечке, селе или в деревне. В городах евреи избирали, с утверждения губернского правления, на три года от 3 до 5 уполномоченных, которые составляли городской кагал. Обязанности большого кагала заключались в наблюдении за исправным поступлением податей и сборов как казенных, городских и земских, так и специально еврейских (коробочный сбор), в сохранении и расходовании кагальных сумм, в призрении престарелых, увечных и бедных евреев, в наблюдении за предотвращением еврейского бродяжества. Рекрутский устав 1827 г., установив отбывание рекрутской повинности еврейскими обществами отдельно от христианских, возложил на еврейские общества попечение за исправным отбыванием этой повинности и вооружил их властью "отдавать в рекруты всякого еврея, во всякое время, за неисправность в податях, за бродяжество и другие беспорядки, нетерпимые в еврейском сообществе". Таким образом, кагал облечен был властью едва ли менее значительной, чем та, которою он располагал под польским владычеством. В 1844 г. кагалы были повсеместно упразднены, с передачей дел их городским общественным и сословным установлениям, за исключением Риги и городов Курляндской губернии, где еврейские кагалы просуществовали, "для управления делами о податях и повинностях", до 1893 г. (позже стали частью общей советской системы правоотношений). Об этом же писал Бершадский в книге "Литовские евреи" (СПб., 1883); Дубнов, "Исторические сообщения" ("Восход", 1894, Љ 2 и 4). В 1869 г. Брафман издал в Вильне "Книгу Кагала" (третье издание, СПб., 1888), в которой напечатан был русский перевод 285 кагальных актов, относящихся к 1794-1803 г.г., и на основании их доказывал, что кагалы фактически продолжают существовать и, опираясь на бесдин (раввинский суд), представляет собой государство в государстве, "талмудически-муниципальную демократическую республику", с организованной системой угнетения личности общиной и элементами олигархии, корпоративной эксплуатацией христианского населения и упорной отчужденностью от всего нееврейского(гойского). Сотрудники Брафмана по переводу этих актов, из воспитанников Виленского раввинского училища, печатно засвидетельствовали (в "Новом Времени", "Дне" и "Деятельности", 1870), что при переводе допущены были урезки, дополнения и искажения, а еврейские писатели (Шерешевский, "О книге Кагала", СПб., 1872; Зейберлинг, "Против книги Кагала Брафмана", Вена, 1882; Моргулис, "Вопрос еврейской жизни", СПб., 1889) доказывали, что в своих комментариях к кагальным актам, с ссылкой на еврейские юридические книги, Брафман обнаружил незнание простого древнееврейского языка.
  Каган- в начальной летописи типичное название хазарского хана, употребляется как синоним государя в "Слове" Илариона (в похвале Кагану Володимиру) и в "Исповедании веры" митрополита Илариона, от него произошло название и самого хазарского каганата.
  Кагор- название нескольких сортов красных вин, культивируемых в окрестностях города Кагора; большинство из них идет в дело молодыми, так как продолжительное лежание в погребе они выдерживают лишь при очень заботливом уходе. Наиболее известными видами кагоров были: кагор-рогом, кагор-гран-Констан, Кагор-Дюрок, Кагор-Маркэр, Красный кагор, просто кагор и другие.
  Кадариты(по-арабски "кадарийе")- произошли от слова "кадар", которое обычно понимается в смысле предопределения (или воля Божия), но иногда истолковывается в смысле мощи (воли человеческой). Кадаритом арабы сперва называли всякого, кто признает свободу воли у человека и отрицает предопределение, в противоположность джабаритам, т. е. фаталистам. Более узкое значение приобрел этот термин после богослова Васыля ибн-Ата (умершего в 748 г.), основателя известной мусульманской секты мотезилизов; с тех пор название "кадарийе" применяется уже только к мотезилитам, и оба термина употребляются как синонимы, хотя идеи более древних кадаритов не во всем совпадают с мотезильскими.
  Кадастр- это слово происходит от средневековой латыни catastrum, т. е. capitastrum (от caput - голова), которое означало регистр душ, подлежавших поголовной подати. В новейшее время под кадастром стали понимаь роспись землевладениям, всесторонне описанным и расцененным в виду их определения доходности и равномерного их обложения поземельными налогами и другими платежами, а затем и саму расценку землевладений.
  Каделиты(кадриды, кадиседы) - мусульманская секта, строго отвергающая обрезание и разрешающая вино во время Рамазана.
  Кадет(французское слово cadet - это младший, несовершеннолетний) - в дореволюционной Франции так назывались, до производства в офицеры, молодые дворяне, зачисленные в военную службу. Из Франции название кадетов перешло во все европейские государства. В России слово "кадет" появилось одновременно с учреждением первого военно-учебного заведения (Шляхетского корпуса): кадетами стали называть воспитанников корпусов. По преобразовании кадетских корпусов в училища и гимназии наименование это исчезло. В 1882 г. оно было восстановлено в прежнем смысле и существовало среди русских французов под Парижем уже после революции 1917 года, куда всегда стремились русские дворяне. Кадетские корпуса имели целью : 1) "доставлять малолетним, предназначаемым к военной службе в офицерском звании и, преимущественно, сыновьям заслуженных офицеров, общее образование и соответствующее их предназначению воспитание". Внутренний порядок в корпусах и, отчасти, внешняя организация их несколько напоминают соответствующие условия войсковых частей. Такой характер, в еще более, впрочем, резкой форме, придан был кадетским корпусам при самом учреждении первого из них, в 1743 г., и держался неизменно до коренной реформы 1863-1866 г.г., в основу которой легло признание, что будущие офицеры должны получать, прежде всего, общее образование и воспитание, а затем уже специальное. В виду этого, кадетские корпуса были разделены на учебные заведения двух родов: военные училища, заменившие высшие (специальные) классы корпусов, и военные гимназии, образованные из низших, общих, классов. Училища получили вполне военную организацию, а военные гимназии были сближены с гражданскими учебными заведениями. Наименование корпусов сохранили только два военно-учебных заведения - Пажеский корпус и Финляндский кадетский корпус, так как в них высшие, специальные классы не были выделены; но на самом деле общие классы Пажеского корпуса представляли собой военную гимназию, а специальные - военное училище. В 1882-1886 г.г. была произведена обратная реформа военно-учебных заведений; в 1882 г. последовало переименование военных гимназий в кадетские корпуса, а в 1886 г. вышло положение о кадетских корпусах. Полностью, однако, прежняя система восстановлена не была. Корпусами были заменены только военные гимназии, училища же остались. Всего существовало, кроме Пажеского и Финляндского, 20 кадетских корпусов. Каждый кадетский корпус состоял из 7 классов с одногодичным курсом. Кадетские корпуса подчинялись главному начальнику военно-учебных заведений, непосредственное же управление каждым из них в отдельности вверено было директору, ближайшие помощники которого: по учебной части - инспектор классов, по части воспитательной - ротные командиры. При корпусах состояли комитеты педагогический и хозяйственный. Кадеты разделяются на интернов и экстернов; первые подразделяются на казеннокоштных, стипендиатов, содержащихся на проценты с капиталов, пожертвованных разными учреждениями и лицами, и своекоштных. В составе кадет-экстернов полагаются только обучающиеся на свой счет и стипендиаты. Казеннокоштные кадеты полагаются во всех корпусах, кроме Николаевского (в Петербурге), в числе, определенном по штату для каждого корпуса. Стипендий в 1886 г. имелось около 1200; число стипендиатов ежегодно росло; кадеты-экстерны могли быть приняты и сверх штата. Всего к 1-му января 1892 г. в кадетских корпусах и в общих классах Пажеского и Финляндского корпусов состояло 8104 воспитанников (казеннокоштных - 62,11 %, своекоштных - 15,95 %, стипендиатов - 13,05, приходящих - 8,89 %). Содержание каждого воспитанника (за 1891 г.) обошлось, в среднем: в Николаевском кадетском корпусе - в 460 руб., в 3-м московском - в 459 руб., в прочих корпусах - в 406 руб. К приему в корпуса допускались малолетние от 10 до 18-летнего возраста. Интернами на казенный счет во все корпуса (кроме Сибирского и Донского, для которых существовали особые правила) принимались дети служащих или служивших в войсках или при войсках (а также при самих кадетских корпусах), по очереди или вне очереди. Очередь определялась старшинством 14 разрядов, а в каждом разряде - по времени поступления просьб. Вне очереди принимались малолетние претенденты на вакансии, замещаемые по особым постановлениям. Своекоштными интернами принимались, кроме малолетних, удовлетворяющих общим условиям для определения на иждивение правительства, сыновья всех вообще офицеров, чиновников, принадлежащих к потомственному дворянству, и неслужащих потомственных дворян. В Николаевский корпус допускались также сыновья личных дворян, купцов и почетных граждан. Прием в стипендиаты, как интернами, так и экстернами, определялись положением о каждой отдельной стипендии. Своекоштными экстернами принимались: а) во все военные корпуса, кроме Николаевского, Симбирского, Сибирского и Донского - лица, могущие поступить своекоштными интернами; б) в Николаевский и Симбирский, сверх того, сыновья личных дворян, купцов и почетных граждан; в) в Симбирский - сыновья лиц всех сословий; г) в Донской - на основания особых правил. Для поступления в кадетские корпуса, малолетние претенденты должны были выдержать приемные экзамены в соответствующие по возрасту классы. Если число кандидатов превышало число вакансий, прием производился по общему конкурсу; не подлежали ему только поступающие на стипендии и подходящие под условия первых четырех разрядов очередного расписания. Независимо от распределения по классам, кадеты каждого корпуса делились сразу на роты (в Донском корпусе - на сотни). Каждая рота располагалась в здания корпуса особо и подразделялась на отделения. К числу внеклассных занятий в корпусах принадлежали строевое обучение, гимнастика, фехтование, плавание, музыка, пение и танцы. В лагерь вывозились, на время от 5 до 6 недель, все кадеты старшей роты, а из прочих рот, на все летнее время выводились не уволенные в отпуск. В корпусах преподавался: закон Божий, русский язык с церковно-славянским и русская словесность, французский язык, немецкий язык, математика, начальные сведения из естественной истории, физика, космография, география, история, основы законоведения, чистописание и рисование. При успешном окончании полного курса кадеты получали права: а) на поступление в военные училища без экзамена; б) на отбывание воинской повинности вольноопределяющимися первого разряда или по жребию, со льготой по образованию первой степени (этим правом пользовались также перешедшие успешно в VII класс, но выбывающие до окончания курса), и в) оказавшиеся не способными к военной службе - на чин XIV класса. Кадеты, не достигшие 17 лет, в случае неспособности к продолжению курса или дурного поведения, возвращались сразу на попечение определивших их лиц, причем интерны, с согласия этих же лиц, могли быть переведены в военные школы. Эти меры, однако, могли быть применяемы лишь по истечении года со времени определения кадета, достигшего 14 лет, а в отношении не достигших 14 лет - не раньше как через два года по определения их в корпус(существовал испытательный срок). В организации кадетства с 1894 г. произошли следующие важнейшие изменения. В 1894 г. во всех корпусах (кроме Пажеского и Николаевского) увеличен был прием малолетних, поступающих на казенное содержание по конкурсу, и освобождены от платы все своекоштные и экстерны, пользующиеся правом на казенное воспитание. В 1898 г. изданы новые программы кадетских корпусов, сократившие несколько объем курса по всем предметам, кроме законоведения и Закона Божьего; общее число недельных уроков понижено с 202 до 196; обращено больше внимания на физическое развитие воспитанников. В 1899 г. утверждены новые правила о приемных, переводных и выпускных испытаниях; годичные устные испытания для первых шести классов отменены, а письменные испытания в них производились только по языкам и математике. В 1900-х годах выработаны были новые программы, в основу которых положены ослабление излишней книжности учения, перенесение тяжести учебной работы учащихся на классное время, развитие в них активного мышления и самодеятельности. Новые программы введены были в виде опыта с 1903-1904 учебного года в трех корпусах. В 1899 г. утверждены новые правила для испытания лиц, желающих преподавать в кадетских корпусах (исключены кандидаты со средним образованием, кроме преподавателей иностранных языков). 1 мая 1900 г. утверждено было положение о педагогических курсах для подготовки офицеров к воспитательской деятельности в кадетских корпусах. Занятия организовывались при Педагогическом музее военно-учебных заведений и продолжались девять месяцев. На курсах преподавались следующие дисциплины: а) основы анатомии и физиологии человека, б) школьная гигиена в связи с гигиеной телесных упражнений и историей физического воспитания, в) начала логики и психологии и психофизиология, в применении к делу воспитания, и г) исторический очерк развития педагогических идей и современное учение о воспитании. На курсы принимались офицеры-воспитатели, ежегодно в числе 25 человек. 22-го августа 1903 г. учреждены были курсы для подготовки кандидатов на учительские должности в кадетских корпусах, ежегодно по 12 человек; занятия на курсах продолжались два года и распадались на общепедагогическую подготовку и специально-учительскую. К приему допускались лица, получившие высшее образование (по иностранным языкам - и со средним образованием). По изданному 24 февраля 1905 г. новому положению об этих курсах допускались к приему из чинов военного ведомства, имеющих соответствующий образовательный ценз, строевые обер-офицеры, прослужившие в строю не менее двух лет, офицеры и чиновники, занимавшие военно-административные должности, и офицеры-воспитатели военно-учебных заведений. В течение 1895-1904 гг. было открыто семь новых корпусов: в Ярославле (преобразован в 1895 г. из Военной школы), Одессе (1899), Варшаве (1899 г., назывался Суворовским училищем), Сумах (1899), Хабаровске (преобразован в 1900 г. из Приготовительной школы), Владикавказе (1901) и Ташкенте (преобразован в 1904 г. из Ташкентской приготовительной школы 2-го оренбургского кадетского корпуса). В 1903 г. был закрыт старый Финляндский кадетский корпус. Всего кадетских корпусов в 1905 г. было 28. К 1 января 1903 г. обучалось в 26 кадетских корпусах и общих классах Пажеского и Финляндского корпусов 10010 человек. Кроме того, имелись Иркутская приготовительная школа и Школа (Приют) Императора Александра II в Санкт-Петербурге, подготовляющая малолетних детей убитых и раненых офицеров в кадетские корпуса. В 1904 г. были открыты при 1-м и 2-м кадетских корпусах в Петербурге пансионы-приюты, на 20 мальчиков каждый, в возрасте 7-10 лет, для подготовки их уже в средние учебные заведения. В приюты принимались обычно дети офицеров, священнослужителей и чиновников, находящихся в армии на Дальнем Востоке. Кадетские дворянские школы - это закрытые общеобразовательные учебные заведения, которые должны были подготавливать до революции детей потомственных дворян к поступлению в юнкерские училища. Согласно положению 2 апреля 1903 г., основанному на проекте особого совещания по делам дворянского сословия, дворянские кадетские школы открывались по ходатайствам и на средства дворянских обществ, с назначением из государственного казначейства пособий: единовременного - на сооружение зданий и на первоначальное обзаведение школ - до 150 тысяч рублей на каждую школу, и постоянных, в размере от Ґ до Ў всех штатных расходов (47243 руб.). В школы должны были приниматься мальчики в возрасте 11-15Ґ лет. Курс обучения был определен в 5 лет. Окончившие курс должны были переводиться в юнкерские училища, а окончившие очень хорошо - в VI класс кадетских корпусов. Избрание кандидатов в воспитанники зависело от губернского дворянского собрания, имевшего представителей в педагогическом и хозяйственном комитетах школы. Штатное число воспитанников было определено в 120 человек, из них 10 были с оплатой по 200 руб. в год, остальные бесплатно. Школы открывались как в городах, так и вне городских поселений. До октября 1905 г. ни одной школы не было открыто, так как дворянские общества признали необходимым, чтобы учебная программа школ была одинакова с учебным планом кадетских корпусов. Военное министерство не нашло возможным с этим согласиться главным образом, по соображениям финансового характера.
  Кадило (или кадильница) - сосуд для курения фимиамом, производимого при христианских богослужениях. В древности оно имело вид продолговатой, открытой или закрытой чашки, укрепленной на деревянной рукоятке (такое кадилко носило название кации); это устройство имела кадильница у русских старообрядцев. Кадило имело вид круглой чашечки, повешенной на трех или четырех цепочках, длиной около аршина, соединенных вместе в верхнем конце, за который держит кадило священнослужитель, производящий каждение. В чашку кадила клали горящие угли, а на них всыпался ладан (древесная ароматическая смола), иногда вместо него, другие, более тонкие душистые растительные составы. В церковном уставе подробно указывается, когда и как должно быть при богослужениях совершаемо каждение (вождение кадилом).
  Кадка- в сильный голод 1161 г., по словам Новгородской летописи, "купляхом кадка малую по 7 кун"; в то время гривна делилась на 50 кун, почему на гривну можно было купить семь кадок зерна. Если цену ковриги хлеба принять в 2 куны, согласно с дороговью 1228 г., то из малой кадки могло выйти 3Ґ-4 хлеба, а так как при дороговизне в 1170 г. кадь ржи стоила 4 гривны, хлеб же 2 когаты, т. е. из кади выходило до 40 хлебов, то малая кадка составляла 1/10 часть кади.
  Кадлуб (или калдуб, польское kadlub) - сосуд, сделанный из цельного куска или обрубка дерева, выдолбленного внутри. В древней Польше и Литве в выдолбленные колоды складывались на зиму огородные овощи. Кадлубы служили мерой для сыпучих, а также для жидких тел, особенно для липового меда.
  Кадр (кадры) - это слово в старой военной терминологии означало: 1) мирный состав отдельных войсковых частей и 2) постоянный состав таких частей (например, учебные части, военно-тюремные заведения и прочее), которые имели еще другой состав -меняющийся. "Кадры решают всё"-таков был типичный лозунг сталинского времени, выдвинутый для новых советских бюрократов.
  Кадриль- первоначально так назывался небольшой отряд всадников, участвующих в карусели или на турнире. Обычно участники кадрили делились на четыре группы, размещавшиеся по сторонам отведенного для состязания места, или парадировали поочередно, составляя различные группы и фигуры. Каждая кадриль отличалась своим цветом и эмблемами; в каждой имелся и особый руководитель. Впоследствии кадрилью стали называть совокупность нескольких эскадронов кавалерии, но это название вскоре было оставлено. Кадриль(Quadrille) - это также старый французский танец, состоящий из четырех номеров или небольших пьес, написанных в коленном складе (в размере 2/4 или 3/8). Последняя часть писалась в 3/8. Кадриль исполнялась четырьмя парами. Из Франции кадриль перешла в другие страны(и в Россию) и в особенности была распространена в Германии в 20-х годах 19 столетия. В новейшее время кадрилью назывался contredanse из шести номеров, написанных в коленных складах и разных размерах. При первом своем появлении contredanse имел для каждого номера особые названия: Љ 1 - Pantalon, Љ 2 - L'йtй, Љ 3 - Pastourelle, Љ 4 - Poule, Љ 5 - La Trйnis, Љ 6 - Finale. Были еще quadrille а la cour, или лансье.
  Кадуциатор(Caduceator, также praeco, legatus, orator) - глашатай, имеющий в руках кадуцею; легальный оратор отправлялся римлянами к кому-либо с целью ведения мирных переговоров, в отличие от фециалов, объявлявших наступающую войну.
  Кадь- главная мера сыпучих тел в древней Руси, иначе называемая оков, так как кадь, или бочка, по краям оковывалась железом, чтобы ее нельзя было обрезать и таким образом уменьшить величину меры. А. И. Никитский принимает, что в древней Руси (восточной) до начала XVII в. существовала следующая система мер сыпучих тел: кадь, или оков был равен 2 половникам, что равно было 4 четвертям или 8 осминам. Но после XV в. половники уже не упоминаются, а в начале XVII в. вошла в употребление четверть, которая была в два раза больше древнейшей четверти, следовательно, кадь равнялась двум четвертям XVII в. Последняя равнялась для ржи 6 московским пудам, а потому в кади было 12 пудов. Но этот результат не совсем точно высчитан. Псковский летописец, касаясь в 1612 г. размера старой четверти, говорит, что она была мало больше осмака, или осмины. Осмина в системе XVII в. заключала в себе по весу ржи три московских пуда. Положив теперь для старой четверти, как величины немного большей, вес в 3 1/2 пуда, получим для кади вес в 14 московских пуда. На Баронской пристани на Волге кадью называлась также деревянная кадка, емкостью в 4 пуда зерна, в которую всыпался хлеб при взвешивании на весах перед ссыпкой его в общий амбар. В Саратове кадь- это кадка, вмещавшая в себя 10-12 пудов зерна для вторичного взвешивания в амбаре перед дальнейшим его отправлением.
  Казак- это старинный дорожный, широкий плащ, делавшийся иногда с рукавами, пелериной и капюшоном. Казаками иногда назывались и специальные кожанная сапоги, украшенные металлическими цепочками.
  Казаки- составляли одно из особых состояний и национальных достояний Российской Империи, обладающих особенными правами, обязательствами и преимуществами. В сословном отношении казаки разделялись раньше на дворян и простых казаков: последние до некоторой степени соответствовали сословию сельских свободных обывателей. В антропологическом отношении казаки не представляли никогда какого-либо обособленного типа или изолированного инородного подтипа, каким был раньше в России еврейский антропологический подтип (конечно, до образования государства Израиль, где евреям всего мира приходится строить здание обособленного от арабов государства). Казаки принадлежали отчасти к великороссам, отчасти к малороссам, с большей или меньшей примесью крови тех аборигенов, на чьих землях они обосновывались. В новейшее время казачьи войска занимали огромные пространства в Европейской и Азиатской России: в первой - на юго-восточной окраине (Область Войска Донского, бывшие горские земли северного Кавказа, по системам рек Кубани и Терека, узкая полоса земли по всему течению реки Урал); во второй - на землях по соседству с киргизскими областями и на пограничных с китайскими владениями областях Сибири. На этом пространстве расселено было 11 казачьих войск, которые по своей численности шли в следующем порядке: донское, кубанское, оренбургское, забайкальское, терское, сибирское, уральское, астраханское, семиреченское, амурское и уссурийское. Царское правительство, заинтересованное в сохранении боевых качеств казачества, оставляет за ним особое устройство, во многом отличающееся от организации остального населения империи. Заведование казачьими войсками сосредоточено было в военном министерстве, в главном управлении казачьих войск. При главном управлении состоял комитет казачьих войск, для рассмотрения законодательных и хозяйственных вопросов, касающихся военного и гражданского быта казаков. Комитет имел совещательный характер и состоял, под председательством начальника главного управления, из двух его помощников и пять постоянных членов от казачьих войск: одного от донского, одного от кубанского и терского, одного от оренбургского, уральского и астраханского, одного от казачьих войск западной Сибири и одного от казачьих войск Восточной Сибири. Все законодательные вопросы и главнейшие из хозяйственных, рассмотренные комитетом, шли на решение военного совета. Во главе местного управления в войске донском состоял войсковой наказный атаман, в остальных, кроме сибирского - наказные атаманы. Для наиболее отдаленных войск имелись еще войсковые наказные атаманы, а именно: для войск кубанского и терского - в лице главноначальствующего на Кавказе, для сибирского и семиреченского - в лице степного генерал-губернатора, для забайкальского, амурского и уссурийского - в лице приамурского генерал-губернатора. Звание войскового наказного атамана соответствовало званию генерал-губернатора, а наказного атамана - званию военного губернатора; в их лице было соединено военное и гражданское управление. Для внутреннего управления в донском войске учреждено было областное, а в прочих войсках - войсковые хозяйственные правления; в большинстве войск существовали войсковые штабы. Областное и войсковые хозяйственные правления были учреждениями коллегиальными, соответствующими губернским правлениям. Затем войска, кроме самых малочисленных, разделены были на округа или отделы, во главе которых столи атаманы и начальники округов или отделов. В войске донском окружной атаман соединял в себе военную и гражданскую власть, в других войсках - только военную власть и общественное управление, полицейскими же делами ведали общие полицейские учреждения и чины. Каждое казачье войско делилось на станицы, состоявших из одного или нескольких казачьих поселений, именуемые хуторами или поселками. Площадь владений каждой станицы составляла ее станичный юрт, а все лица войскового сословия, живущие в юрте, составляли станичное общество. В казачьих поселениях имели право жительства, не входя в состав станичного общества, и лица невойскового сословия (исключая евреев, пребывание которых на войсковой территории было категорически воспрещено). Эти лица именовались иногородними. За свое дворовое место и за участие в станичных довольствиях они вносили посаженную плату, а также платили за пастьбу скота, за участие в станичных лесах и т. п. Станицами заведовали: 1) станичное и 2) хуторское управления. Станичное управление в станичном обществе составлял: 1) станичный сбор, 2) станичный атаман, 3) станичное правление и 4) станичный суд, а хуторское: 1) хуторской сбор и 2) хуторской атаман. Станичный сбор составлялся из станичного атамана и его помощников или кандидатов, хуторских атаманов, судей, казначея и казачьих домохозяев. До 1891 г. в станичном сборе участвовали все казачьи домохозяева, удовлетворявшие известным условиям, но, ввиду неудобства слишком многолюдных сборов, прежний порядок сохранен был только в станицах, где не более 30 дворов; станицы от 30 до 300 дворов, высылали на станичный сбор по 30 выборных, а в станицах, имеющих свыше 300 дворов, в сборе участвуют выборные от каждых 10 дворов. Жившие в станичном юрте и имевшие там недвижимость лица невойскового состояния или принадлежавшие к другим юртам также посылали на сбор своих выборных, от каждых 10 дворов, но эти выборные принимали участие в решении только таких вопросов, которые касались лиц этой категории. Выборные выбирались простым большинством голосов, из числа лиц неопороченных и достигших 25-летнего возраста. Старшинство на сборе принадлежало станичному атаману, который наблюдал и за порядком. Сбор обсуждал дела, касающиеся: 1) избрания на общественные должности в станице; 2) изыскания способов и мер к устройству общественного призрения, учреждению начальных школ, и ссудосберегательных касс, устройству запасных хлебных магазинов, установлению общественных запашек, улучшению коневодства и других отраслей сельского хозяйства; 3) заведования запасными хлебными магазинами и выдачи ссуд и вспомоществований; 4) принесения жалоб и ходатайств по станичным делам; 5) распределения земельных довольствий; 6) разверстки повинностей и т. п. Станичный сбор решал дела по большинству голосов и считался состоявшимся, когда в нем участвовало не менее 2/3 всех выборных казаков; наиболее важные дела решались 2/3 голосов. Жалобы на постановления сбора приносились атаману отдела. Станичный атаман наблюдал за порядком, спокойствием и благочинием в пределах юрта, и в этом отношении ему подчинялись все проживающие в нем обыватели, как войскового, так и невойскового сословия. Станичное правление образуют: станичный атаман, его помощник, или кандидат, станичный казначей и доверенные; на станичном правлении лежит делопроизводство по всем предметам ведомства станичного управления. Станичный суд образуют: 1) суд станичных судей и 2) суд почетных судей; первый учреждается для каждой станицы, второй - для каждых двух станиц. Судьи выбираются на станичном сборе, в суд станичных судей - числом от 4 до 12, в суд почетных судей - от 3 до 6 от каждой станицы. Присутствие станичных судей составляется из 3, а почетных судей - из 4 очередных судей. Станичному суду подведомственны были не пользующиеся особыми права состояния лица, как войскового, так и невойскового сословия, проживающие в юрте; он ведал спорами и тяжбами по имуществу до 100 р. и маловажными казачьими проступками. Окончательному решению станичного суда подлежали споры и тяжбы без ограничения цены, если стороны сами добровольно пожелали предоставить решение их спора этому суду. На суд станичных судей жалобы приносилисб суду почетных судей. На окончательные решения суда почетных судей и станичных судей жалобы приносились областным или войсковым хозяйственным правлениям. Хуторское общественное управление учреждалось во всех поселениях, имеющих не менее 60 дворов, а в других поселениях - в случае надобности. Хуторской сбор и хуторской атаман соответствовали станичным сбору и атаману, но область их ведомства ограничивалась хутором. Народонаселение всех казачьих областей и войск к 1893 г. достигало 5443938 чел. В этом числе заключалось, кроме обывателей войсковых территорий, также и гражданское население областей Донской, Кубанской и Терской, подчиненное в своем управлении военному министерству. Исключив это гражданское население и лиц невойскового сословия, проживающих в пределах казачьих территорий, собственно казачьего населения оставалось 2648049 человек (мужчин- 1316579, женщин- 1331470). Ежегодная прибыль войскового населения определяется в 5,4 %, убыль в 3,3 %; ежегодный прирост - около 2 %. Христиан к 1 января 1893 г. числилось 4803427 (более 88 %), нехристиан - 640511 (менее 12 %). В числе христиан было: православных - 4400779, единоверцев - 54796, раскольников - 250908, лиц других исповеданий - 100744 человек. В числе нехристиан: евреев - 22151, магометан - 564138, язычников - 56242 человек. Казачество, как особое военное сословие, с самого своего образования обязано было служить военной службой, а так как государство вообще за обязанность нести военную службу наделяло целые категории лиц землей, то за казачьими войсками также были закреплены земли в обширных размерах. За войсками донским и уральским были закреплены те земли, которые были заняты ими самими; прочие же казачьи войска получали земли по распоряжению правительства, при своем образовании. Площадь казачьих земель до последнего времени существования российской империи с точностью не была определена, так как межевые работы для большинства войск не были закончены. По сведениям за 1892 год, эта площадь определялась, приблизительно, в 54357000 десятин, или 521825 квадратных километров, в том числе удобной земли около 39 млн., леса было более 3 1/2 млн., неудобной и среднеудобной более 11 1/2 млн. десятин. Казачья земля до начала 70-х годов юридически находилась во владении всего войска, без распределения между станицами, но фактически каждая станица имела в своем распоряжении земельные площади в границах более или менее определенных и фактически установившихся. С увеличением населения неопределенность и неравномерность землепользования вызвала необходимость распределить казачьи земли между станицами соразмерно с их населением. Для различных войск цифра народонаселения бралась по различным годам. По положению 21 апреля 1869 г. о поземельном устройстве в казачьих войсках, казачьи земли назначаются: 1) на отвод станицам; 2) на надел казачьих офицеров и чиновников и 3) на разные войсковые надобности. При наделении станиц установлена была норма надела в 30 десятин на каждую душу мужского пола казачьего сословия. Норма эта, в зависимости от местных условий, могла изменяться в обе стороны. Земли отводятся или всему станичному юрту, в общих границах, или же каждому поселению отдельно, без права отчуждения, и поступают в общинное пользование всех жителей равномерными паями; эти паи отводятся ежегодно или на определенное число лет. Около 2/3 всех земель в казачьих войсках Европейской России, Сибири и Семиреченской области поступали в надел станиц. Казачьи офицеры и чиновники наделены были землями в полную собственность, взамен пенсий; размер их наделов в различных войсках был различный, а в каждом войске был различен для генералов, штаб-офицеров и обер-офицеров. К землям, отводимым на войсковые надобности, относились участки для лагерных сборов, для коневодства, лесонасаждения и т. п. Остающиеся за отводом земли составляли войсковой запас, предназначенный на прибывающее население; этот запас находился в распоряжении войсковой администрации и его эксплуатация служила для большинства войск главным источником казачьих войсковых доходов. Принцип всеобщей воинской повинности, принятый с 1874 г. для всего населения России, применялся к казачьим войскам с самого их появления, а так как они выставляли сравнительно большое число строевых частей, то на практике этот принцип осуществлялся по отношению к ним гораздо полнее, чем по отношению к прочему населению. Отличие казачьей службы заключался еще в том, что казак обязан был иметь собственную лошадь, собственное обмундирование, снаряжение и амуницию, получая от казны лишь огнестрельное оружие, за техническим усовершенствованием которого не в состоянии было уследить само население. Основания воинской повинности для всех казачьих войск, кроме уральского, было одинаковы. Вооруженные силы войск заключали в себе служилый состав и войсковое ополчение. Служилый состав назначался для исполнения лежащих на войсках военных обязанностей, как в мирное, так и в военное время; войсковое же ополчение созывалось лишь в чрезвычайных обстоятельствах военного времени. Служилый состав разделялся на три разряда: 1) приготовительный, в котором казаки получали первоначальную военную подготовку; 2) строевой, из которого комплектовались строевые части, и 3) запасный, назначаемый для пополнения убыли в строевых частях и формирования новых частей в военное время. Служба казака начиналась при достижении им 18 лет и продолжалась 20 лет: 3 года в приготовительном, 12 лет в строевом и 5 лет в запасном разряде. Все казаки, способные носить оружие и не числящиеся в служилом составе, зачислялись в войсковое ополчение. Строевой разряд казаков разделялся на 3 очереди, по 4 возрастных класса в каждой; 1-я очередь находилась на действительной службе в строевых частях, 2-я и 3-я - на льготе по своим домам, но готовые во всякое время к выходу на службу. В мирное время льготные казаки призывались на лагерные сборы по отделам, обычно на 3 или 4 недели: казаки 2-й очереди - каждый год, 3-й очереди - один раз, на третий год своего состояния в этой очереди; на эти же сборы призывались и казаки старшего возраста приготовительного разряда. Запасные казаки были обязаны содержать в исправности вооружение и снаряжение, в мирное время освобождались от службы и лагерных сборов и, при службе в 5 лет, увольнялись в отставку. Ежегодный контингент казаков, призываемых на действительную службу, определялся главным штабом по каждому войску. Льготы по образованию и семейному положению у казаков были сходны с льготами общего устава о воинской повинности, но так как все казаки обязаны были служить, то у них не было разряда вольноопределяющихся. Имеющие льготы по семейному положению от призыва на службу не освобождались, но в очередные списки записывались после не имеющих этих льгот, с шансами, что до них наряд не дойдет и они будут зачислены прямо в число льготных. Комплектование казачьих войск офицерским составом производились на общем основании, производством в офицеры из военных и юнкерских училищ. Для подготовки сыновей казачьих офицеров к будущей службе в войсках офицерами имелся донской кадетский корпус, а также казачьи вакансии в различных иных корпусах. Казачьи офицеры имели одинаковые права и преимущества с офицерами армии. Чины шли в следующем порядке: хорунжий (соответствовал корнету и подпоручику), сотник (поручик), подъесаул (штабс-ротмистр и штабс-капитан), есаул (ротмистр и капитан), войсковой старшина (подполковник); далее шли чины общие с регулярными войсками. По штатам военного времени, все казачьи войска выставляли: 144 конных полка, в 830 конных сотен; 3 дивизиона, в 7 конных сотен; 47 отдельных конных сотен; 40 конных батарей; 20 1/2, пеших батальонов; в 89 сотен; 2 конных и 19 пеших команд; конвой его величества в 4 конных сотни; в общем 890 конных и 108 пеших сотен и 236 орудий. По штатам мирного времени - 51 конный полк, в 284 конных сотни; 3 дивизиона, в 5 конных сотен; 9 отдельных конных сотен; 20 конных батарей; 8 1/2 пеш. батальона, в 35 сотен; 2 конных и 19 пеших команд; конвой его величества, в 4 конных сотни и 10 кадров льготных полков; всего 314 конных и 54 пеших сотни и 108 орудий. Для укомплектования этих частей личным составом казачьи войска в военное время выставляли 4267 офицеров и 177100 нижних чинов, с 170695 лошадьми, в мирное время - 2574 офицера и 60532 нижних чина, с 50054 лошадьми. Списочное состояние строевого состава и 10 младших возрастов ополчения, т. е. казаков, могших войти в состав армии в военное время, к 1 января 1893 г. достигало 4223 офицера и 352503 нижних чина. Во всех казачьих войсках лиц от 18 до 38-летнего возраста, т. е. казаков служилого разряда, к 1 января 1893 г. числилось 388388 человек, в том числе приготовительного разряда 72227, строевого 239463. и запасного 70462. Из этого числа оказалось неспособных к военной службе 40777 человек (10,3 %); кроме того 18906 человек (5 %) освобождены были от службы и обложены особым налогом. Всего освобожденных от службы было 59683 человек.
  Казанова (Джованни Джакопо или Casanova де Сенгальт - этот дворянский титул, который он сам себе присвоил и приписал) - чистый авантюрист (1725-1798), был родом из Венеции. Изучив юридическое право, он хотел принять духовный сан, но запутался по молодости в любовных похождениях, интригах и эротических фантазиях, отчего был исключен из духовной семинарии (как и Сталин). Побывав в Неаполе, Риме, Константинополе, Париже, он вернулся в Венецию, где, за обман и богохульство, в 1755 г. был заключен в тюрьму. В 1776 г. он бежал в Париж, где завоевал себе положение магией и спекуляциями и основательно изучил тамошнюю общественную и частную жизнь. После новых странствований по Европе, он прибыл в Берлин, где имел аудиенцию у Фридриха Великого, очень интересно описанную в его знаменитых мемуарах. Он должен был получить место начальника кадетского корпуса, но направился в Петербург, затем в Варшаву, откуда бежал по случаю дуэли с Браницким и вел скитальческую жизнь в Австрии, Германии, Франции, Испании, Италии, всюду переживая множество любовных приключений. Получив позволение вернуться в Венецию, он стал здесь в 1775 г. тайным агентом инквизиционного трибунала по внутренней службе в городе, но из-за аллегорического романа, в котором был оскорблен дворянин Гримальди, должен был в 1782 г. вновь оставить Венецию и поселился в Чехии, в замке графа Вальдштейна, вместе с которым занимался любовью, кабалистикой и алхимией. Мемуары Казановы вышли в свет уже после его смерти ("Mйmoires йcrits par lui-mкme", Лейпциг, IIариж, Брюсель, в 1826-1838 г.г.). Они доходят в описании жизни Казановы до 1773 г., содержат много ценных культурно-исторических типов и исторических данных, представляющих резко очерченные портреты личностей, имевших значение в тогдашней политике. Из остальных сочинений Казановы были главными следующие: "Istoria delle turbulenze della Polonia dalla morte di Elisabet Petrowna fino alla расе fra la Russia e la Porta ottomana" (Грац, 1774); "Histoire de ma fuite des prisons de la Rйpublique de Venise, qu'on appelle les Plombs" (Прага, 1788); "Icosamйron" (Прага, 1788-1790); "Solution du problйme deliaque dйmontrйe" (Дрезден, 1790).
  Казанская -икона Божией матери; по сказанию о ней, в Казани, в 1579 г., одной девятилетней девочке трижды явилась во сне Пресвятая Дева, повелела разрыть землю на месте сгоревшего дома и взять из нее эту икону. Девочка рассказала о бывшем ей видении своей матери, которая поведала о том казанскому архиепископу. Стали рыть землю, но ничего не находили: лишь после того, как сам ребенок взялся за лопатку, была найдена икона Богоматери, вполне сохранившаяся. Она была отнесена в ближайший храм святого Николая, где от нее стали вершиться чудеса, подробное сказание о которых составлено было казанским митрополитом, впоследствии патриархом, Гермогеном (известно было в рукописи, в трех списках - Московской патриаршей библиотеки, Императорской публичной и библиотеки Румянцевского музея). В 1595 г. установлен был в честь явления иконы особый праздник (8 июля). В 1612 г., с казанским ополчением, икона прибыла в Москву, находилась в стане князя Пожарского и стала предметом особого чествования, когда заступлению Божьей Матери, "ради Казанской иконы ее", приписано было освобождение Москвы от поляков, в память чего установлено было новое празднество - 22 октября. До 1710 г. икона находилась в Москве, в теремном Казанском соборе, устроенном князем Пожарским. В 1710 г., по поведению императора Петра I, она перенесена в Петербург, где находилась сначала в особой часовне, потом, с 1721 г., в Александро-Невской лавре, с 1737 г. - в церкви Рождества Богородицы на Невском проспекте, а в 1811 г. была перенесена в новопостроенный Казанский собор. Икона, писанна была на кипарисной доске, представляет собой поясное изображение Богоматери, с Богомладенцем (на левой руке), простирающим правую руку для благословения мирян, ценность ризы с украшениями простиралась раньше до 35450 рублей царскими деньгами. По другим сказаниям, подлинник Казанской иконы находился в Казанском-Богородицком монастыре, а находящаяся в Петербурге -это та ее копия, которая прислана была царю Иоанну IV, вслед за обретением иконы.
  Казанское знамя- это пение, связанное с нотами, или знаменами, получившими большее развитие во второй половине XVI столетия, в сравнении со знаменами столповыми и кондакарными XII столетия.
  Казачий приказ- упоминается в актах впервые в 1618 г., а в последний раз в 1646 г. Он заведовал атаманами и всем вообще казачьим войском, т. е. кормовым и белопоместным, служившим в коннице и пехоте как в Москве, так и в других городах России.
  Казачок- казацкий танец очень быстрого движения, в 2/4 ритма. Художественную обработку казачок получил у Даргомыжского, Серова, Чайковского и у других русских композиторов.
  Казематы - особенные казематированные помещения, т. е. типовые помещения, защищенные от огня и действия больших разрывных бомб, устраивались лишь в крепостях, отдельных фортах или батареях, вообще там, где гарнизон, продовольственные и огнестрельные запасы, а иногда и само вооружение, требовали укрытия от сильного, массированного неприятельского огня. По своему назначению, казематы разделялись на охранительные и оборонительные. Первые служили обеспеченным хранилищем огнестрельных запасов (пороховые магазины и снарядные и зарядные погреба), продовольственных (продовольственные магазины и склады), для жилья гарнизона служили отдельные казематированные казармы, казармы под валгангами и т. п. , а для сообщения (потерны, ворота); вторые предназначались для закрытого помещения орудий и стрелков с известными оборонительными целями (пушечные или мортирные казематы и ружейные или стрелковые галереи). Боевые условия пользования казематами требовали, чтобы самые сильные бомбы, какие может употребить противник при осаде крепости, не могли бы проникнуть внутрь. Вначале, до конца 19 века, такой цели удовлетворяли казематы из кирпича на цементе, имеющие стены и свод толщиной до 4 футов и до 10 футов земли на своде, позднее наисильнейшими снарядами осадной артиллерии, а именно 8-ми и 9-дюймовыми бомбами-торпедами (брошенными из мортир), заключающими от 40 до 60 фунтов пироксилина или мелинита, такие своды стали пробиваться насквозь. Чтобы казематы оставались неуязвимы во время тяжелого бомбометания материалом для них стал служить бетон. Покрытие каземата могло быть сводчатое или плоское; в том и другом случае бетон клался в виде сплошной массы, без каких-либо прослоек из иного материала.
  Казенка- это каморка или клетушка; перегородка в избе, где нет топки, а иногда и в горенке, в летней половине; деревянный пристрой к печи, служащий приступом для лазанья на печь или лежанку и помещением для птицы и мелкого скота зимой; большой прилавок у дверей, при входе в избу (Нижегородская губерния); каюта на барках, в которой жил хозяин и хранил деньги (казну) - отсюда и появилось название казенки, в древнецарских покоях - это род шкафа из липовых досок, назначавшегося также для хранения казны.
  Казенная палата- 1) в старину место хранения казны, при значительном развитии казны называвшееся казенным двором; 2) в новейшее время это губернский орган министерства финансов по департаменту государственного казначейства. Впервые казенная палата была учреждена Екатериной II в 1775 г.; она имела коллегиальное устройство и в ней сосредоточивалось все казенное управление; она заведовала и государственными имуществами, и строительной частью. Впоследствии круг деятельности казеной палаты постепенно суживался: заведование государственными имуществами перешло к особым управлениям, часть финансовых дел отошла к акцизным управлениям и, наконец, ревизия счетов, которая также лежала на казенной палате, передана в 1863 г. контрольным палатам. Одновременно с этими реформами казенная палата из коллегиального учреждения была обращена в бюрократическое учреждение. В последнее царское время во ее главе стоит управляющий казенной палатой (прежде председатель), который единолично разрешает почти все дела; общему присутствию казенной палаты, которое составляется, под председательством управляющего казенной палатой, из его помощника и начальников отделений, с присоединением к ним в некоторых случаях представителей от контрольной палаты и военного ведомства, предоставлены были лишь некоторые дела, как, например, производство торгов, уничтожение контрамарок на обывательские подводы и вышедшей из употребления гербовой бумаги, свидетельство казначейств и т. п. На казенную палату возлагалось счетоводство и отчетность по приходу и расходу сумм в губернских и уездных казначействах, непосредственно ей подчиненных. Она наблюдает за поступлением государственных доходов, понуждая к их уплате, но сама не вводит и не взимает никаких сборов, равно как не может и отменять установленных сборов. Она распоряжалась производством всех по губернии расходов, но без разрешения министерства финансов, хотя бы и последовало распоряжение другого ведомства, никакого заранее не предусмотренного расхода не допускалось. Казенная палата производила торги на всякую сумму, но утверждала своей властью торги лишь на сумму до 5000 рублей. Она налагала, в определенных законом случаях, взыскания за нарушения уставов казенного управления и ведала ревизскими делами, к которым относились перечисление из одного податного состояния в другое. Исполнительной власти казенная палата не имела; ее бесспорные требования приводились в исполнение полицией. При казенной палате состояли податные инспектора и податные присутствия.
  Казенная часть- та часть огнестрельного оружия, где помещаются заряд или снаряд перед выстрелом. Задний обрез оружия называется казенным срезом.
  Казино- так за границей назывались первоначально военные и другие клубы, ставшие позднее только игровыми заведениями, где любой желающий мог просто проиграть имевшуюся у него свободную сумму денег.
  Казна- таким образом в древности назывался в России историко-культурный тип запаса всякой домашней рухляди, драгоценных камней, денег и всякого прочего хлама. Отсюда пошли выражения: домовая казна, постельная казна, золотая казна, серебряная и прочая казна. Преимущественно, однако, название казны давалось нечастному имуществу: казна государева, владычная, монастырская, церковная и другая общественная казна. Позднее под казной понимали исключительно совокупность имущественных средств государства. В Римской империи, пока в управлении сохранялись внешние формы республиканских учреждений, государственной казне - aйrarium populi - противопоставлялся фиск, fiscus Caesaris, частная казна императора, подлежавшая действию начал гражданского права. С течением времени фиск стал все более и более присваивать себе источники государственных доходов и сначала фактически, а затем и юридически поглотил государственную казну - aerarium - и получил значение государственного казначейства, из которого уже затем, в свою очередь, была выделена личная собственность государя (patrimonium principis). Теоретически эта новая государственная казна, поскольку она вступала в имущественные сделки с частными лицами, подлежала нормам гражданского права, но фактически она была облечена такой массой привилегий как материального, так и процессуального права, что юридическое ее положение определялось совершенно особыми началами (jura fisci, фискальное право). Тот же характер сохранило юридическое положение казны и в западно-европейских государствах, усвоивших римское право, но там в виде, коррективы к подавляющей массе привилегий казны, выработалось особое правило, по которому всякое сомнение толковалось на суде против казны (in dubio contra fiscum) - то правило, основанное на неверном изложении одного места дигест. В новейшее время замечается стремление к сужению привилегий казны, особенно материальных, как идущих вразрез с современным правосознанием. В России казна также имела право на выморочные имущества. Проценты по долгам, причитающимся казне, с частных лиц исчислялись на общем основании, т. е. со дня просрочки обязательства, но по долгам, причитающимся частным лицам с казны, проценты, в силу высочайше утвержденного 4 апреля 1868 г. мнения государственного совета, исчислялись лишь со дня присуждения долга. Особые правила установлены были для заключения и обеспечения договоров между казной и частными лицами. Наибольшее значение имели процессуальные привилегии казны. На практике трудно было провести границу между казной, как лицом политическим, по отношению к которому судебная власть вообще признавалась некомпетентной, и казной, как лицом частным (юридическим). По мнению Л. Штейна, правильнее всего было бы, в интересах государства, общества и частных лиц, предоставить лицу, возбуждающему дело, свободу выбора между предъявлением иска и принесением жалобы по начальству, равно как право свободно переходить от одной системы к другой, при всяком положении дела. В Англии, где суду, вообще, предоставлены были широкие полномочия по контролированию мероприятий администрации, юриспруденция тем не менее долгое время придерживалась правила, что нет иска против казны (non est actio contra fiscum). Иски против казны допускались лишь в виде милости, с особого разрешения лорда-канцлера. Судопроизводство по "процессам короны" значительно упрощено было законом 1865 г., но все же оно было медлительно и дорого. В Германии иски против казны, как лица частного права, подчинены были общим судам, на общем основании, а для рассмотрения жалоб на финансовые мероприятия казны в Пруссии и некоторых других государствах Германии учреждены были особые административные суды. В России до судебной реформы 1864 г. судебному разбирательству подлежали лишь тяжбы с казной о недвижимых имуществах, о лесных угодьях и о праве собственности на казенные оброчные статьи, причем, эти тяжбы производились в ревизионном порядке; что же касается споров по договорам и обязательствам, заключенным с казной, то казна свои взыскания производила в порядке административном, частные же лица, для удовлетворения своих притязаний к казне, могли обращаться лишь с жалобами по начальству. Для представительства казны на суде раньше существовали особые казенных дел стряпчие. Судебные уставы 1864 г. допустили, на известных условиях, и судебное разбирательство дел с казной, возникающих из договоров подряда, поставки и отдачи в арендное содержание оброчных статей, подчинив все "дела казенного управления" особому порядку судопроизводства. В губерниях Царства Польского представительство казны на суде, по примеру некоторых западно-европейских государств, возложено было на особое учреждение - прокураторию.
  Казначей- в древней Руси это по-особому уважаемое лицо, хранившее казну. Казначеи были не только у князей, но и у частных лиц, бояр. В духовных грамотах московских князей казначей упоминается наряду с тиунами домосковской Руси; и те, и другие были рабы-хранители княжеских прибытков. При Иоанне III, в связи с учреждением приказов, появляется, под именем казначея, довольно видный дворовый чин, занимавший место после крайнего и впереди думных дворян. Казначей вел казенный двор или приказ, а вместе с тем и государевы доходы, получая разные пошлины (например, таможенные) и оброки, сдавая в оброчное содержание разные доходные статьи. Ведомству казначея подлежали также дела о холопстве и ведение книг, в которые записывались акты на холопство (вероятно - в силу того, что существовала особая пошлина с поступления в холопство). Со сбором пошлин соединен был и суд над теми, кто пошлины платил: отсюда пошла широкая судебная компетенция казначеев. Суд казначеев распространялся и на многие такие случаи, которые не стояли ни в каком отношении к непосредственным функциям казначеев. В XVI в. этому суду были приказаны целые города; Судебник 1550 г. причисляет к боярам и окольничим, творившим "суд царя и великого князя", и казначейский суд. Здесь казначеи выступают вообще в качестве доверенных и приближенных к царю лиц. Как доверенные люди, они назначаются вместе с боярами вести переговоры с иностранными послами, как это было, например, в 1494 г. Ко второй половине XVII в., по мере развития приказных учреждений, широкое ведомство казначеев сильно сократилось. Доходы переданы были в финансовые приказы разного наименования, холопьи дела были направлены в холопий приказ. Во ведении казначейском остался лишь казенный двор, денежный доход которого Котошихин определял всего в 3000 рублей, а число подведомых посадских торговых людей - в 500 рублев. Казенный двор вел один казначей, реже двое, а товарищей при нем было трое: два дьяка и печатник; в XVII столетии последний вышел из состава казенного двора. На должность казначея обычно назначались люди новые, не родовитые, но она прокладывала дорогу к боярству и богатству. Позднее казначей - это особое лицо, заведующее казначейством: губернским - губернский, уездным - уездный. Казначей подчиняется непосредственно казенной палате, от которой зависит назначение его на должность. Он хранит печать и ключи от казначейства и отвечает за целость вверенных ему денежных сумм. В обеспечение исправности казначейства с них берется залог и кроме того подписка в том, что без разрешения казенной палаты ни они сами, ни их жены, или даже их дети не будут отчуждать принадлежащего им имущества или давать деньги в рост под проценты. В военном ведомстве казначеи полагались: в канцелярии императорской главной квартиры, во всех военно-окружных управлениях, в полках, артиллерийских бригадах и в отдельных батальонах. В других частях войск исполнение казначейских обязанностей возлагалось на одного из офицеров, в главных управлениях - на экзекутора, в остальных управлениях и заведениях - на одного из штатных чиновников. Казначеи полковой, бригадный или батальонный избирались командиром части из обер-офицеров. В его заведовании состоял полковой цейхгауз. На него же могли быть возложены обязанности полкового квартирмейстера.
  Казначейство(кассы министерства финансов) - до 1863 г. каждое российское министерство имело свое казначейское ведомство, которое собирало доходы, хранило их и производило расходы по данному ведомству, передавая в кассы министерства финансов лишь свободные остатки. В 1863 г. последовало преобразование кассового устройства по принципу "единства касс", причем все казначейство министерств были упразднены и обязанности их возложены были исключительно на кассы министерства финансов. В ведомстве департамента государственного казначейства были учреждены, кроме главного казначейства, губернские казначейства в каждом губернском и уездные казначейства в каждом уездном городе, подчиненные непосредственно казенным палатам. На обязанности казначейства было возложено: 1) собирание государственных доходов, хранение их, производство платежей и передвижение денежных сумм из одного казначейства в другое или в государственный банк; все эти действия казначейства, как органы исключительно исполнительные, совершали лишь по требованиям распорядительных управлений, сами же по себе они не могли ни производить каких-либо расходов, ни взыскивать налоги, ни слагать недоимки, ни останавливать их взыскание или делать отсрочки платежей. Казначейства следят за своевременным и бездоимочным поступлением доходов, представляя казенной палате сведения о накопившихся недоимках, для понуждения к их уплате. Избыток доходов против предстоящих расходов уездные казначейства передают, в определенные сроки, в губернские казначейства, а последние - в государственный банк. 2) Прием, хранение и расходование специальных средств и депозитов правительственных учреждений (кроме ведомства святого синода), некоторых особых сумм (как то кабинета его величества, приказов общества призрения и других), а также общественных и сословных сумм, по особому соглашению подлежащих учреждений с министерством финансов. 3) Продажа гербовой бумаги, марок, бандеролей, бланков, свидетельств и патентов по акцизным сборам. 4) Выдача свидетельств на право торговли и промыслов, билетов на торговые и промышленные заведения и паспортов мещанам. 5) Прием на временное хранение сумм присутственных мест, общественных учреждений и должностных лиц, а также перевод, где это признано министром финансов возможным, частных денежных сумм из одного города в другой через местные казначейства. 6) Счетоводство по всем доходам и расходам казначейства и представление в установленные сроки отчетности как казенной палате, так и учреждениям государственного контроля. Казначейства подвергаются свидетельствам: 1) срочным - по окончании каждого месяца, по истечении 3-летнего служения казначея и в случае увольнения его от службы и 2) внезапным. Срочные свидетельства губернских казначейств производятся общим присутствием казенной палаты, а уездных - общим присутствием из заседателей местных дворянских опек и полицмейстера или исправника; внезапные - а) губернатором, б) управляющим казенною палатой или чиновниками, командируемыми от этих лиц, в) чинами, командируемыми от министерства финансов или государственного контроля и г) общими присутствиями для срочных свидетельств. В случае обнаружения растраты в казначействе, казенные убытки покрываются прежде всего из имущества казначея, затем из имущества других участников растраты; если же этим не покрываются казенные убытки, то взыскание обращается: а) на залоги казначеев, затем б) на имущество лиц, производивших срочное свидетельство, и наконец, в) на казенную палату. Военные Казначейства учреждались только во время войны, а именно: главное полевое казначейство, полевые казначейства армии и корпусные казначейства. Для их руководства составлено было "Положение о деятельности полевых казначейств".
  Казначея-была второй степенью женских придворных чинов в московском государстве после верховных боярынь. На руках у нее хранились казна, уборы, материи и т. п. Казначея вела приход и расход царицыной казны; они находились при царицыной комнате, при комнатах царевен и царевичей, при каждой особе; таким образом их штатное число определялось числом членов царской семьи. Впрочем, у самой царицы обычно бывало по две казначеи. Годового жалованья они получали по 8 рубли, да кормовых по 6 денег или по 3 копеечки на день.
  Казнь- типичное обозначение в древних памятниках наказания вообще. "Государева казнь", "быть в казне и опале", "быть от великого государя в наказаньи и в казне и в разореньи" - это типовые и обычные для исторических памятников способы обозначать последствия преступления. Несомненно, что слово "казнь" одного этимологического происхождения с словом казна, "казать", наказать или взять в казну или на казну для наказу; это свидетельствует о том, что казнью называлось публичное государственное воздействие на преступников или государевых ослушников, в противоположность частному преследованию со стороны потерпевшего, мести, а кровная месть могла быть заменена денежной платой, что говорит о разделении последствий за проступок на наказание казнью и поступлением в казну(казенным наказом). Это понятие чрезвычайно знаменательно, им характеризуется взгляд на наказание как на конфискацию, так сказать, личности в пользу государства. Под словом "казнь" ошибочно было бы понимать один определенный какой-либо вид наказания; наоборот, слово "казнь" есть собирательное понятие и употребляется в исторических источниках большей частью тогда, когда не имеется в виду определенного наказания (неопределенная санкция); в тех же случаях, когда определяется наказание, к слову "казнь" прибавляется и карательная мера: "казнити смертью" или казнить четвертованием. В терминологии новейшего права выражение казни, без особого определения, совсем не употреблялось.
  Казуистика- теория искусства применять к отдельным случаям (казусам) общие религиозные, нравственные или юридические принципы, бесспорные по существу, но далеко не всегда поддающиеся непосредственному приложению к отдельным жизненным явлениям. Большинство этих явлений сложно и находится под воздействием целого ряда факторов, среди которых религиозные, нравственные или юридические принципы стоят рядом с другими - бытовыми, социальными и тому подобными, переплетающимися между собой обстоятельствами. Чтобы дать оценку, с той или иной точки зрения, данному факту, часто нужен бывает строгий анализ подробностей события, диалектическое развитие самых принципов, примирение их между собой и т. д. Богословие, этика и юриспруденция, как науки, в своих отдельных отраслях имеют главной целью установление своих принципов, в связи с их следствиями, обнимающими, по возможности, всю совокупность обусловливаемых ими явлений. Это составляет обычно задачу так называемой догмы этих наук, подчиняющейся в своих заключениях определенным научным методам. Средневековые богословы (моралисты) и юристы шли дальше простой догмы; они желали обнять всю совокупность как действительно встречающихся в жизни, так и возможных или прямо вымышленных случаев, подвести каждый из них под определенный принцип и дать, таким образом, исповеднику или судье руководство, из которого он мог бы почерпнуть готовый ответ на каждый вопрос. Для этой цели создавались специальные труды (Summae богословов, Casus глоссаторов и т. п.), где, в систематическом порядке, располагалось бесчисленное количество казусов, так или иначе разрешаемых. Казуистика, таким образом, выродилась в специальную квазинаучную дисциплину, имевшую долгое время огромный успех в христианском мире. Подбор многочисленных казусов не только давал пищу схоластическому уму, устраненному от обсуждения самых принципов, как данных свыше (священное писание и римское право, как ratio scripta), но и позволял обходить эти принципы, ради житейских требований в расчетах и выгоде. Изворотливость ума, направленная в эту сторону, составляет одну из характерных черт казуистики, особенно ярко выраженную в сочинениях иезуитов. Другая состоит в чрезвычайной мелочности анализа бесконечных деталей каждого казуса, результатом которой появлялось обычно или извращение, или полное затемнение того принципа, пояснением которого должен был служить казус. В связи с этим стоит крайняя односторонность мысли казуиста. Занятый применением принципа к мельчайшим подробностям данного случая, он постепенно и незаметно для самого себя выходил из области этого принципа, но продолжал искать его применения, насилуя саму жизнь и ее явления. В этой односторонности и заключается коренной недостаток казуистики, не понимавшей сложности жизненных явлений и не умевшей остановиться там, где кончается область господства данной нормы и начинается свободная от нее область. Сила казуистики состоит в обаянии диалектики, действительно помогающей иногда отметить основные способы приложения и особенности того или иного принципа. Поэтому, несмотря на полную потерю веры в казуистику, как самостоятельную дисциплину, к ней продолжали и продолжают прибегать и богословы, и моралисты, и юристы, когда желают развить последовательно свои принципы. Под обаянием казуистики находился, например, И. Кант, которого занимало иногда решение таких вопросов: "Позволительно ли предупреждать самоубийством несправедливое осуждение на смерть, даже когда его дозволяет государь, приговоривший к смерти" (как Нерон - Сенеке). "Человек укушен бешеной собакой и уже находится в первых припадках водобоязни; думая о том, что и он, в припадке бешенства, может укусить других людей, он для предотвращения несчастия убивает себя. Совершает ли он этим преступление"? "Так как цель сожительства мужчины и женщины заключается в продолжении рода, то дозволительно ли это сожитие, когда цель явно не может быть достигнута, например, во время беременности"? "Человек, уважающий себя, может ли в разговорах с высшими лицами пользоваться выражениями: "Ваше преподобие", "Ваше преосвященство", "Ваше величество"? "Поступивший таким образом человек будет ли иметь право жаловаться в том случае, если потерпит притеснения от этих лиц?", и т. д. т.п. Казуистика продолжает давать пищу остроумию во множестве судебных и парламентских дебатов, проповедей и т. д. Она снабжает сюжетами множество романов и повестей. Особое значение она имеет в преподавании права, где целый ряд догматических положений обычно иллюстрируется определенным подбором казусов, и где, таким образом, отвлеченная догма сближается с жизнью. В новейшей немецкой юридической литературе замечалось, поэтому, сильная наклонность к развитию казуистики, в противовес старой, до крайности абстрактной римской догме права. Казуистика возникла в средние века как богословская дисциплина, с целью применять общие нравственно-богословские законы к конкретным случаям и разрешать возникающие в таких случаях вопросы совести (casus conscientiae). Например, спекулятивная теология устанавливает, что необходимо освящать воскресный день, воздерживаясь от обычных работ; казуистика указывает, при каких обстоятельствах эти работы могут считаться дозволенными, а равно как и то, составляет ли то или другое нарушение правила о воскресном отдыхе смертный или простительный грех. До XVI в. казуистика излагалась обыкновенно в форме практических указаний для духовников, переставших с XII в. руководствоваться разными пенитенциалами, явившимися раньше этого времени. Одним из обширнейших и наиболее распространенных казуистических руководств для духовников была Summa испанского доминиканца Раймунда де Пеннафорте. С XVI в. в большей части казуистических сочинений обнаруживается стремление поставить казуистику в более тесную связь с теоретической теологией; решению отдельных казусов казуисты предпосылают краткое изложение общих принципов, причем, однако, казуистический элемент остается главным. Казуисты разрабатывали те монашеские ордена, которым по преимуществу предоставлена была исповедная практика; до XVI в. - главным образом доминиканцы и францисканцы, а с XVI в. - иезуиты. При многовековой казуистической обработке морали обнаружилось крайнее разнообразие мнений по различным вопросам, вследствие чего большое значение получила классификация этих мнений. Различались мнения несомненные, правдоподобные, более правдоподобные и менее правдоподобные, затем мнения более безопасные и менее безопасные. В связи с этими различениями развились в казуистике следующие теории. 1) Туциоризм: необходимо следовать более безопасному мнению (opinio tutior), даже и тогда, когда менее безопасное мнение (opinio minus tuta) есть правдоподобнейшее (probabilior). Другими словами, в случае сомнения относительно нравственной дозволенности действия, должно воздержаться от него. Эта теория, в смысле общего морального правила, отвергнута была большинством западных теологов, как слишком ритористическая. 2) Пробабилиоризм: более безопасному мнению можно следовать и тогда, когда оно менее вероятно; менее безопасному мнению можно следовать только тогда, когда оно более вероятно, чем противоположное. 3) Эквипробабилизм: менее безопасному мнению можно следовать не только тогда, когда оно более вероятно, но и тогда, когда оно одинаково вероятно с мнением более безопасным. 4) Пробабилизм: менее безопасному мнению можно следовать даже и тогда, когда оно менее вероятно. Значительную роль в казуистической обработке морали играет различение трудных и легких для исполнения законов, трудных и легких обязанностей, больших и малых преступлений, смертных и простительных грехов. При односторонне-формальном логическом направлении мышления, казуисты легко впадают в искушение заняться возможно ловким сочетанием посылок для получения из них неожиданно ловкого вывода и, подкрепляемые и вдохновляемые логикой и приемами римского права, ударяются в бесплодные тонкости. В XVI и XVII в. казуистику усердно разрабатывали и протестантские богословы (Вильгельм Амезиус, Балдуин, Буддей), но они не так вдавались в подробности, как католики, не делали такого механического различия между смертными и простительными грехами, как католические казуисты, пробабилизм допускали только отчасти, а так называемое внешнее правдоподобие (probabilitas extrinseca) и вовсе не допускали.
  Казуистичность- типичное выражение, применяемое к законодательным сборникам (кодексам, уложениям и т. д.), когда в них преобладают частные вопросы над общими принципами, и разработка деталей господствует над обобщающей работой законодателя.
  Казыб- это жезл Мохаммеда, употреблявшийся халифами при акте пожалования леном, и вообще - это был простой типовой скипетр.
  Каиафа- прозвище иудейского первосвященника, собственное имя которого, по свидетельству И. Флавия, было Иосиф. Это был высокомерный саддукей, обязанный своим положением римской власти и выше всего ценивший свои личные интересы; поэтому он выступил ярым врагом Христа, в котором видел опасного возмутителя раввинского спокойствия. Он первый подал совет пожертвовать этим Галилейским учителем, чтобы "не погиб весь еврейский народ", т. е. чтобы не произошло возмущения, которое повлекло бы жестокую расправу со стороны римлян над иудеями. Крайне несправедливым заявил он себя и во время суда над Христом, да и позже яростно преследовал христовых апостолов. Он был смещен римским консулом Вителлием, после 10-летнего управления евреями.
  Каин(с еврейского-"приобретение") - это имя старшего сына Адама и Евы. Как первый плод рождения в греховном состоянии, Каин был угрюм и злобен и из зависти убил своего кроткого брата Авеля. За это убийство он проклят был Богом и, удалившись от общества других людей, поселился со своей женой в земле Нод, к востоку от Месопотамии (по предположению некоторых исследователей - в древнем Китае, то есть именно китайские евреи должны были носить каинову печать). Там у него родился сын, которого он назвал Енохом. Каин весь отдался тяжелому труду для обеспечения своего существования и был основателем первого города, названного им в честь сына - Енохом. Под "городом" конечно, нельзя понимать в собственном смысле типового города, а просто ограду, возведенную для защиты находившегося среди нее жилища (Бытие). Характер Каина перешел и к его потомкам, каинитам, которые в течение всей допотопной эпохи представляли собой особую ветвь человечества, прославившуюся культурой, но вместе с тем и нечестием, которое и навлекло на людей страшную кару в виде всемирного потопа и других всемирных бедствий.
  Каиниты- одна из типичных гностических сект II в., отрывочные сведения о которой сообщают Ириней и Епифаний. Свое название она получила от того, что по-особенному чтила Каина, которого признавала за "произведение высшей силы". Каинисты почитали также Иуду Искариота, на том основании, что через его предательство совершено было дело спасения людей; отвергали святое Писание Нового Завета, предлагая, вместо него, свои сочинения, в числе которых было "Евангелие от Иуды"; отрицали будущее всеобщее воскрешение из мертвых. Они учили, что людям нельзя спастись, "не пройдя через все роды дел", следовательно, и дурных дел; что при всяком дурном деле присутствует добрый ангел, силой которого оно и совершается; что "совершенное ведение" состоит в том, чтобы безбоязненно предаваться таким делам, о которых, по выражению Иринея, непозволительно даже думать или тем более их называть, а не то что делать.
  Каисса- это мифическая покровительница шахматной игры, что изображалась рассудительной.
  Кайма- типовая гербовая фигура, относящаяся к числу почетных геральдических фигур; служил символом милости и покровительства и в этом значении иногда жаловалась государями в гербах частных лиц. Кайма обычно занимает 1/3 часть щита и должна касаться его сторон; если же она их не касается, то называется внутренней каймой.
  Какаду(Cacatuidae Plissolophinae) - птичий тип, семейство попугаев. Голова с хохлом из удлиненных перьев, который может подниматься при случае; крепкий сжатый с боков клюв с выемкой позади кончика верхней челюсти, обычно почти такой же в длину, как в вышину; длинные, острые крылья достигают по крайней мере до половины короткого, широкого, обыкновенно прямого, редко закругленного хвоста. Водятся свободно в Австралии, в Новой Гвинее и на островах Индийского архипелага. Настоящий какаду (Plissolophus s. Cacatua) отличается сильным клювом с большой выемкой позади конца, спинка которого закруглена и снабжена желобком, прямым хвостом, равным приблизительно 1/2 крыла и преобладанием белого цвета в оперении. Их около 15 видов на островах юго-восточной Азии, на островах к северу от Австралии и на самом материке Австралии; встречаются большими стаями, которые могут приносить значительный вред фермерским полям. Некоторые попугаи выучиваются произносить слова (притом говорят до известной степени вовремя и кстати); слово "какаду", которое многие из них произносят поневоле - заученно ими с малайского наречия. Моллукский какаду длиной около 55 см., хвост 20 см., клюв и ноги черные, перья белые с бледно-розовым налетом, самые длинные перья хохла красные. Желтоголовый какаду длиной около 37 см., хвост 11,5 см.; клюв и ноги черные, перья хохла заострены и загнуты вверх, хохол и пятна по бокам головы серо-желтого, остальное оперение белого цвета. Вороновые какаду (Саlуptorhynchus) - его клюв больше в вышину, чем в длину, закругленный хвост длиннее 1/2, крыла, преобладающий цвет черный. Банксов какаду (С. banksii) длиной около 70 см., хвост 30 см.; цвет черный с зеленоватым отливом и желтыми пятнышками, на хвосте у самца красная полоса, у самки нижняя сторона и хвост с желтыми полосками; Типичный Арара-какаду, или черный какаду (Microglossus) отличается очень большим клювом и голыми щеками; цвет шиферно-черный с черным клювом и ногами, голые щеки мясного цвета, длина около 60-80 см., хвоста - 20-27 см., водится в Новой Гвинее, в Австралии и на ближайших к ним островах.
  Какофония(греч.) - неприятное для слуха смешение звуков, противоречащее установившимся правилам гармонии и музыкального контрапункта.
  Кактус- слово типично греческое (κάκτος), употреблявшееся у древних греков для обозначения какого-то неизвестного теперь южного растения, может быть, артишока. Линней употреблял это слово как родовое название растений из семейства кактусовых. В настоящее же время это слово не имеет уже того старинного значения; в науке оно совершенно было оставлено, и удержалось в обыденной жизни и сохранилось среди коллекционеров цветов; кактусом называется всякий вид из семейства кактусовых растений. Кактус - это одно из наиболее непритязательных для ухода растений из комнатных культур, хорошо цветущее в сухих помещениях. Дешевле всего размножается семенами, высеваемыми, с января по май, в горшки, наполненные снизу, на 1/4, слоем из кусочков угля, а сверху мелко просеянной листовой песчаной землей. После высева семена слегка присориваются, горшок накрывается стеклом и ставится на поддонке в светлое и теплое (при плюсе 15 и 16№) место, где поливка производится по мере надобности, избегая излишней сырости, на поддонок. Всходы появляются через 15-20 дней и, по достижении ими величины конопляного семени, рассаживаются в горшки, также наполненные как для посева, при расстоянии друг от друга 1/4-1/2 длины. Они требуют много света и воздуха. Если появляется плесень, то ее легко снимают палочкой. Летом необходима ежедневная поливка по утрам, зимой же лучше пересушить, чем излишне увлажнять, причем держать на солнце при температуре +10 и 12№. На второй год, в феврале или марте, молодые кактусы рассаживаются поодиночке в горшки, наполненные снизу (на 1/4) кусочками угля, на которые положен слой смеси из двух частей листовой и одной части дерновой земли с одною частью песка и половиной мелко истолченного кирпича. Кактусовая форма свойственна многим растениям из семейств кактусовых, молочайных и стапелиевых и является лишь частью суккулентного (сочного) типа. Растения кактусовой формы распространены в жарких безводных каменистых пустынях Америки и Африки и приспособлены к перенесению крайней сухости. Их стебли сильно утолщены, имеют форму с малой поверхностью при небольшом объеме (т. е. форму шара или широкого цилиндра), что уменьшает испарение, и наполнены слизью и губчатой тканью для впитывания и хранения воды. Листья, для уменьшения поверхности испарения, недоразвиваются или превращаются в чешуйки и колючки, а их функцию - усвоение углекислоты - исполняют стебли, одетые для этого снаружи слоем зеленой хлорофиллоносной ткани и не имеющие пробкового покрова. Семейство кактусовых(Cactaceae) двудольные раздельнолепестные растения. Из них только один род Peireskia снабжен стеблем, черешковыми листьями, с цветками, собранными в метельчатые соцветия, и походит на обыкновенное двудольное растение, у других же родов внешний облик весьма своеобразен.
  Какуаки(les cacouacs) -такое название энциклопедистов XVIII в. у их врагов, введенно было двумя злостными памфлетами Ж. Н. Моро (Moreau): "Mйmoires sur les Cacouacs" и "Nouveau Mйmoire pour servir а l'histoire des Cacouacs" (Париж, 1757) и принятое аббатом Сен-Сиром в его "Catйchisme et dйcisions des cas de conscience а l'usage des Cacouacs, avec un discours du patriarche des Cacouacs pour la rйception d'un nouveau disciple" (Cacopolis, 1768). Сами энциклопедисты приняли это название; например, Вольтер, 25 марта 1758 г., писал де Аламберу: "Все Какуаки должны были бы составить одну стаю, но они разъединяются, и волк их съедает".
  Кал(экскременты, извержения, испражнения) - у взрослого человека обычно(типично) колеблется между 60 и 200 гр. в зависимости от количества и качества пищи( каши, супа и т.п.). У всеядных животных кал составляет 5-10% принятой пищи, у травоядных - от 40 до 50%. Кал состоит из остатков пищевых веществ и непотребленных продуктов пищеварения (остатков желчи, слизи, сока поджелудочной и кишечных желез). Кал имеет светло-бурую окраску, изменяющуюся при некоторых болезнях и от приема лекарств. При желтухе, например, кал бывает грязно-белого цвета, при холере - испражнения похожи на отвар рисовой воды и имеют опаловый цвет; от приемов каломели кал приобретает зеленый цвет (от сернистой ртути и пигмента желчи), от железа - черный, от ревеня или шафрана - светло-желтый и т. д. Типичный запах кала объяснялся присутствием в нем индола и скатола; однако эти вещества, очищенные от примесей, не имеют запаха. Характерно пахнущее вещество кала совсем не изолировать. При несварении желудка (диспепсии) в кале находят много жира, в особенности у детей ("жировой понос"). Исследование кала(его анализ), которым пользовался уже Парацельс, в особенности в новейшее время, при помощи химического, микроскопического и бактериоскопического анализа дает незаменимые основания для распознавания многих болезней. Удаление кала имеет в гигиенических и экономических отношениях громадную важность. Леттенкофер вычислил, что поголовно на население в среднем приходится в год 34 кг. твердого кала и 428 кг. мочи.
  Калабрезы- шляпы с широкими полями и высокой остроконечной тульей, носившиеся в середине 19 столетия.
  Калакауа- гавайский орден, был учрежден королем Калакауа в 1875 г. Крест его четырехконечный, окруженный лавровым венцом.
  Каламбур(Calambour, Calembourg) - французское название игры слов, одинаково пишущихся или подобно произносимых в замысловатой речи. Родоначальником каламбуров одни называют графа Каланбера или Калемберга (Calember) из Вестфалии, жившего при Людовике XIV в Паре или при дворе Станислава Лещинского в Лешевилле, другие называют аптекаря Каланбура в Париже. В конце XVIII столетия после революции слово "каламбур" приобрело уже право гражданства во Франции. Шаль и после него Литтре выводят это слово из появившегося около 1500 г. сборника шуток: "Der Pfaffe von Kahlenberg". Благодаря богатству одинаково звучащих слов разного значения французский язык особенно богат каламбурами(также как английский язык насыщен сатирическими смыслами и намеками). Так, например, о супруге Наполеона I французы острили: "Cest dommage quelle a uы nez rond (un Nйron)", о Наполеоне III : "Il a perdu Sedan" (ses dents). Во время революции, когда Пий VII наследовал Папе Пию VI, ходил такой каламбур: "la religion va de Pie en Pie" (pis en pis). Большой славой, как удачный каламбурист (calembourier), пользовался маркиз де Биевр. С каламбуром связано немецкое слово "Kalauer"(калуаризм), также неясного происхождения(Larchey, "Les joueurs de mots", Париж, 1866 г.; La Pointe et Le Gai, "Dictionnaire des Calembourgs et des jeux de mots", Париж, 1860).
  Каланды- так назывались типичные средневековые братства религиозного или благотворительного характера (fratres calendarn или calendanes, fratres calendarum, Calande-Brьder или Calande-Herren). Каланды появились в XIII в. и переняли свое название от традиции приходских священников в начале месяца (Calendae) назначать дни празднеств для прихожан: братия каланд ставила себе целью помогать устройству этих празднеств, заботиться о поминовении усопших и о спасении живых от нищеты. В ее среду поступали как духовные лица, так и миряне обоего пола. Каланды, пользовавшиеся покровительством епископов и получавшие обильную милостыню, вскоре распространились по Франции, Швейцарии и Венгрии, особенно в Германии. В XV в. братства каланд стали вырождаться; их дома, где происходили заупокойные трапезы и трапезы нищих, обратились в гостиницы, в которых происходили вакханалии; каланды стали предметом презрения и в первой половине XVI в. совсем распались; их недвижимое имущество перешло к другим учреждениям.
  Каланча - высотная сторожевая, дозорная башня или вышка; на некоторых заводах так называлась еще типовая печь с высокой трубой или сама труба.
  Каласутра- в индийской мифологии название одного из Нарак (из части ада или исчадие ада), перечисленных в Вишну-Пуране. Представляет собой одну из наводящих ужас областей царства Ямы, с инструментами страшной пытки и т. д.
  Калач(от коло - колесо) - круглый белый хлеб, пшеничный сгибень с дужкой, из жидкого теста; в старину они были: "тертые" и ковритщенные, мягкие; пеклись из пшеничной муки, ценой в деньгу, две деньги, в грош и в алтын. Подьячим было поручено наблюдать, чтобы калачники пекли круглые калачи в установленный вес (Указ о хлебном и калачном весе 7134 года во "Временнике Московского Исторического общества" 1849 года).
  Калачик- особое орудие, среднее между плугом и сохой, употребляемое татарами в Крыму для заделки высеянных семян. Калачиками обозначали в практике кумачного производства куски хлопчатобумажной ткани, заплюсованные (пропитанные) ализариновым маслом, но не обработанные еще ни дубильными веществами, ни глиноземными солями, причем это название относится одинаково как к кускам ткани, только что прошедшим плюсовальную (солильную) машину и еще сырым, так и к вполне высушенным и подготовленным для дальнейшей обработки.
  Калевала- своеобразный тип финской поэмы, составленной ученым Элиасом Леннротом и изданной им сначала в более кратком виде в 1835 г., затем с большим количеством песен в 1849 г. Название "Калевала", данное поэме Леннротом, стало эпическим именем страны, в которой живут и действуют финские народные герои. Суффикс la означает место жительства, так что Kalevala есть место жительства Калевы, мифологического родоначальника финских богатырей - Вэйнэмейнена, Ильмаринена, Лемминкэйнена, называемых иногда его сынами. Материалом для сложения обширной поэмы из 50 песен послужили Леннроту отдельные народные песни (руны), частью эпического, частью лирического, частью магического характера, записанные со слов финских крестьян самим Леннротом и предшествовавшими ему собирателями. Лучше всего помнили старинные руны в русской Карелии, в Архангельской (приход Вуоккиньеми) и Олонецкой части России (в Реполе и Химоле), а также в некоторых местах старой Финляндской Карелии и на западных берегах Ладожского озера, до Ингрии. В 1888 г. руны были записаны в большом количестве на западе от Петербурга и в Эстляндии (Кроном). Древним германским (готским) словом руна (runo) финны называли песню вообще, но в более глубокой древности, в период язычества, особым значением пользовались магические руны или руны-заговоры (loitsu runo), как продукт шаманских верований, господствовавших некогда среди финнов, как и у их родичей - лопарей, вогулов, зырян и других угро-финских народов. Под влиянием столкновения с более развитыми народами - германцами и славянами - финны, особенно во времена скандинавских викингов (VIII-XI вв. ), пошли в своем духовном развитии дальше других народов-шаманистов, обогатили свои религиозные представления образами стихийных и нравственных божеств, создали типы идеальных героев и вместе с тем достигли определенной формы и значительного искусства в своих поэтических произведениях, которые, однако, не переставали быть всенародными и не замкнулись, как и у скандинавов, в среде профессиональных певцов. Отличительная внешняя форма руны - короткий восьмисложный стих, не рифмованный, но богатый аллитерацией. Особенность склада - почти постоянное сопоставление синонимов в двух рядом стоящих стихах, так что каждый следующий стих является парафразой предыдущего. Последнее свойство объясняется старым способом народного пения в Финляндии: певец, условившись с товарищем о сюжете песни, садился против него, брал его за pyки, и они начинали петь, покачиваясь взад и вперед. При последнем такте каждой строфы наступала очередь помощника, и он всю строфу перепевал один, а между тем запевала на досуге обдумывал следующую. Хорошие певцы знали множество рун, иногда храня в памяти несколько тысяч стихов, но пели обычно либо отдельные руны, либо своды из нескольких рун, связывая их по своему усмотрению, не имея никакого представления о существовании цельной эпопеи, которую находят в рунах некоторые ученые. Действительно, в Калевале нет основного сюжета, который связывал бы между собой все руны (как, например, в "Илиаде" или "Одиссее"). Содержание ее чрезвычайно разнообразно. Открывается она сказанием о сотворении земли, неба, светил и рождении дочерью воздуха главного героя финнов, Вэйнэмейнена, который устраивает землю и сеет ячмень. Далее рассказывается о разных приключениях героя, встречающего, между прочим, прекрасную деву Севера: она соглашается стать его невестой, если он чудесным образом создаст лодку из осколков ее веретена. Приступив к работе, герой ранит себя топором, не может унять кровотечения и идет к старику-знахарю, которому рассказывает предание о происхождении железа. Возвратившись домой, Вэйнэмейнен поднимает заклинаниями ветер и переносит кузнеца Ильмаринена в страну Севера, Похьолу, где тот, согласно обещанию, данному Вэйнэмейненом, сковывает для хозяйки Севера таинственный предмет, дающий богатство и счастье, Сампо (руны I-XI). Следующие руны (XI-XV) содержат эпизод о похождениях героя Лемминкэйнена, опасного соблазнителя женщин и вместе с тем воинственного чародея. Далее рассказ возвращается к Вэйнэмейнену; описывается нисхождение его в преисподнюю, пребывание в утробе великана Випунена, добытие им от последнего трех слов, необходимых для создания чудесной лодки, отплытие героя в Похьолу с целью получить руку северной девы; однако последняя предпочла ему кузнеца Ильмаринена, за которого выходит замуж, при чем подробно описывается свадьба и приводятся свадебные песни, излагающие обязанности жены в мужа (XVI-XXV). Дальнейшие руны (XXVI-XXXI) заняты снова похождениями Лемминкэйнена в Похьоле. Эпизод о печальной судьбе богатыря Куллерво, соблазнившего, по неведению, родную сестру, вследствие чего оба, брат и сестра, кончают жизнь самоубийством (руны XXXI-XXXVI), принадлежат по глубине чувства, достигающего иногда истинного пафоса, к лучшим частям всей поэмы. Дальнейшие руны содержат пространный рассказ об общем предприятии трех финских героев - добывании сокровища Сампо из Похьолы, об изготовлении Вэйнэмейненом кантелы (гуслей), игрою на которой он очаровывает всю природу и усыпляет население Похьолы, об увозе Сампо героями, о преследовании их колдуньей-хозяйкой Севера, о падении Сампо в море, о благодеяниях, оказанных Вэйнэмейненом родной стране посредством осколков Сампо, о борьбе его с разными бедствиями и чудищами, насланными хозяйкой Похьолы на Калевалу, о дивной игре героя на новой кантеле, созданной им, когда первая упала в море, и о возвращении им солнца и луны, скрытых хозяйкой Похьолы (XXXVI-XLIX). Последняя руна содержит народно-апокрифическую легенду о рождении чудесного ребенка девой Марьяттой (рождение Спасителя). Вэйнэмейнен дает совет его убить, так как ему суждено превзойти могуществом финского героя, но двухнедельный младенец осыпает Вэйнэмейнена упреками в несправедливости, и пристыженный герой, спев в последний раз дивную песнь, уезжает навеки в челноке из Финляндии, уступая место младенцу Марьятты, признанному властителю Карелии. Трудно указать общую нить, которая связывала бы разнообразные эпизоды Калевалы в одно художественное целое. Э. Аспелин полагал, что основная ее идея- это воспевание смены лета и зимы на севере. Сам Леннрот, отрицая единство и органическую связь в рунах Калевалы, допускал, однако, что песни эпоса направлены к доказательству и выяснению того, каким образом герои страны Калева осиливают население Похьолы и покоряют последнюю. Юлий Крон утверждает, что Калевала проникнута одною идеей - о создании Сампо и добывании его в собственность финского народа, но признает, что единство плана и идеи не всегда замечаются с одинаковой ясностью. Немецкий ученый фон Петтау делил Калевалу на 12 циклов, совершенно друг от друга независимых. Итальянский ученый Компаретти в обширном труде о Калевале приходит к выводу, что предполагать единство в рунах нет возможности, что комбинация рун, сделанная Леннротом, является нередко произвольной и все-таки придает рунам только призрачное единство; наконец, что из тех же материалов возможно сделать другие комбинации соответственно какому-нибудь другому плану. Леннрот не открыл тайны поэмы, которая была в сокрытом состоянии в рунах (как полагал Штейнталь), не открыл потому, что такой поэмы у народа не существовало. Руны в устной передаче хотя бы и связывались певцами по нескольку (например, несколько похождений Вэйнэмейнена или Лемминкэйнена), так же мало представляют цельную эпопею, как русские былины или сербские юнацкие песни. Сам Леннрот признавал, что при соединении им рун в эпопею некоторая произвольность является неизбежной. Действительно, как показала проверка работы Леннрота вариантами, записанными им самим и другими собирателями рун, Леннрот выбирал такие пересказы, которые наиболее подходили к начертанному им плану, сплачивал руны из частиц других рун, делал произвольные добавления, для большей связности рассказа присочинял отдельные стихи, а последняя руна (50) может быть даже названа его сочинением, хотя и основанным на народных легендах. Для своей поэмы он искусно утилизировал все богатство финских песен, вводя, наряду с повествовательными рунами, песни обрядовые, заговорные, семейные, и этим придал Калевале капитальный интерес как средству изучения мировоззрения, понятий, быта и поэтического творчества финского простого народа. Характерным для финского эпоса является полное отсутствие исторической основы: похождения богатырей отличаются чисто сказочным характером; никаких отголосков исторических столкновений финнов с другими народами не сохранилось в рунах. В Калевале нет государства, народа, общества: она знает только семью, и ее богатыри совершают подвиги не во имя своего народа, но для достижения личных целей, как герои чудесных сказок. Типы богатырей находятся в связи с древними языческими воззрениями финнов: они совершают подвиги не столько при помощи физической силы, сколько посредством заговоров, как северные шаманы. Они могут принимать разный вид, оборачивать других людей в животных, переноситься чудесным образом с места на место, вызывать атмосферные явления - морозы, туманы и прочие изменения погоды. Близость богатырей к божествам языческого периода чувствуется еще весьма живо. Замечательно также высокое значение, придаваемое финнами словам песни и музыке. Вещий человек, знающий руны-заговоры, может творить чудеса, а звуки, извлекаемые дивным музыкантом Вэйнэмейненом из кантелы, покоряют ему всю природу. Помимо этнографического, Калевала представляет и высокий художественный интерес. К ее достоинствам относятся: простота и яркость изображений, глубокое и живое чувство природы, высокие лирические порывы, особенно в изображении людской скорби (например, человеческой тоски матери по сыну, детей по родителям), здоровый юмор, проникающий некоторые эпизоды, удачная характеристика действующих лиц. Если смотреть на Калевалу как на цельную эпопею (взгляд Крона), то в ней окажется немало недостатков, которые, однако, свойственны более или менее всем устным народным эпическим произведениям: противоречия, повторения тех же самых фактов, слишком значительные размеры некоторых частностей по отношению к целому. Подробности какого-нибудь готовящегося действия нередко излагаются чрезвычайно обстоятельно, а само действие рассказывается в нескольких незначительных стихах. Такого рода несоразмерность зависит от свойства памяти того или другого певца и встречается нередко, к примеру, и в наших былинах. Первые немецкие переводы Калевалы - Шифнера (Гельсингфорс, 1852) и Пауля (Гельсингфорс, 1884-86); французский - Leouzon Le Duc (1867); английский- I. M. Crawford (Нью-Йорк, 1889); небольшие отрывки в русском переводе даны были впервые Я. К. Гротом ("Современник", 1840); несколько рун в русском переводе изданы Гельгреном ("Куллерво" - Москва, 1880 г.; "Айно" - Гельсингфорс, 1880; руны 1-3 (Гельсингфорс, 1885); полный русский перевод Л. П. Бельского: "Калевала - финская народная эпопея" (СПб., 1889). Из многочисленных исследований о Калевале (не считая финских и шведских) главные: Jacob Grimm, "Ueber das finnische Epos" ("Kleine Schriften" II);.Мориц Эман, "Главные черты из древней эпопеи Калевалы" (Гельсингфорс, 1847); Tettau, "Ueber die epischen Dichtungen de finnischen Volker, besonders d. Kalewala" (Эpфурт, 1873); Steinthal, "Das Epos" (в "Zeitschrift fьr Vцlkerpsychologie" V., 1867); Jul. Krohn, "Die Entstehung der einheitlichen Epen im allgemeinen" (в "Zeitschrift far Vцlkerpsychologie", XVIII, 1888); его же, "Kalewala Studien" (в немецком переводе со шведского, там же); Eliel Aspelin, "Le Folklore en Finlande" ("Melusine", 1884, Љ 3); Andrew Lang, "Custom and Myth" (pp. 156-179); Radloff, в предисловии к 5-му тому "Proben der Volkslitteratur der nurdlichen Turk-Stдmmе" (СПб., 1885 г.). Самостоятельную переработку обширных материалов, собранных Ю. Кроном и другими финскими учеными для критики "Калевалы", представляет основательный труд известного итальянского ученого Domenico Comparetti, вышедший и в немецком переводе: "Der Kalewala oder die traditionelle Poesie der Finnen" (Галле, 1892).
  Калевипоэг- эстонская поэма, воспевающая похождения национального богатыря эстов, исполина, сына Калева (Калевича, Каlewipoega). Увлекаясь примером Леннрота, составившего финскую "Калевалу", эстонский ученый Kreuzwald, желая доказать существование и у эстов эпоса о Калевиче, сделал попытку связать в одну обширную поэму отдельные народные песни и прозаические рассказы об этом богатыре. Поэма Крейцвальда, состоящая из 20 песен, была издана им в тексте, с немецким переводом Рейнталя, в трудах ученого эстонского общества (Дерпт, 1857-1861). Хотя составитель обозначил звездочкой те места текста поэмы, которые внесены целиком из народных песен, но то обстоятельство, что он впоследствии сжег свои рукописи и что он перелагал свободно в метрическую форму прозаические местные легенды о сыне Калева, лишают возможности видеть в поэме Крейцвальда национальную эпопею эстов. Лишь отдельные песни могут считаться народными, но цельной эпопеи о сыне Калева у эстов скорее всего не существовало. В художественном отношении "Калевипоэг" значительно уступает финской "Калевале". Больший интерес представляют сказания о сыне Калева со стороны мифологической, характеризуя древние верования и предания эстов. Сын Калева представляется грубым исполином, обладающим непомерной силой и совершающим ряд подвигов фантастического характера. Предания о Калевиче распространены были по всей Эстляндии и приурочены к разным местностям; в наибольшем количестве песни о нем сохранились в Псковской области России. Поэма Крейцвальда начинается преданием о происхождении родоначальника эстов Калева. Исполинский орел приносит его к берегам Эстляндии, где он становится властителем страны. От союза его с Линдой, чудесной девой, происшедшей из тетеревиного яйца, произошли три сына, из которых последний, родившийся после смерти отца, один называется Калевипоэг (Калевич); другие же не названы по имени. После смерти Калева многие сватаются за Линду, но она отвергает всех женихов. Во время отсутствия всех сыновей, ушедших на охоту, волшебник из Финляндии похищает Линду, но бог-громовник оглушает похитителя ударом грома, а Линду превращает в скалу. Калевич ищет похищенную мать и испытывает разные приключения. Переплывая море, чтобы достигнуть Финляндии, он, выйдя на берег в одном заливе, слышит чудное пение красивой девушки. Он поет сам любовные песни и обольщает девушку. Когда на расспросы ее отца он называет себя и рассказывает о своей жизни, девушка открывает в нем своего брата и бросается в море. Калевича не удается ее спасти. Этот эпизод сильно напоминает похождения Куллерво в Калевале. Приплыв в Финляндию, Калевипоег отыскивает волшебника и разбивает созданное им посредством колдовства войско. Не поверив рассказу волшебника о судьбе матери, он убивает его и после долгих напрасных поисков засыпает от утомления. Во сне является ему Линда, из чего он заключает, что ее уже больше нет в мире живых. Прежде чем вернуться домой, Калевич у знаменитого кузнеца в Финляндии добывает себе чудесный меч и вследствие ссоры на пиру убивает этим мечом сына кузнеца. Кузнец проклинает Калевича и пророчит ему смерть от того же меча. Такие же предупреждения слышит Калевич уже по возвращении домой, от погубленной им девушки и от своей покойной матери. Далее рассказывается предание о метании Калевичем и его братьями камней около Дерпта и о провозглашении его властителем страны. Устраивая ее, он пашет землю и истребляет диких зверей. После новых продолжительных похождений Калевипоег навеки приковывает к скале властителя ада, Сарвика. Историческая черта проскальзывает в конце похождений Калевича. Этот силач совершенно падает духом, когда ему сообщают, что в Эстляндию явились железные люди (немецкие рыцари). Калевич оставляет свой народ, удаляется в лес и поселяется в хижине. Блуждая в постоянной тоске, он приходит к ручью, куда раньше упал его роковой меч, хочет его достать, но в силу наложенного на меч заклятия он отрезает своему бывшему хозяину ноги по колена. Когда душа Калевича ушла, поднявшись на небеса, бог Таара посылает его охранять ворота царства мертвых. В похождения Калевипоега вставлены многочисленные типичные легендарные эпизоды.
  Калево (или мот) - род петли, употребляемой когда-то на Кавказе для зимней ловли волков, лисиц, зайцев и других зверюшек.
  Калейдоскоп- оптический прибор, состоящий из двух маленьких продолговатых зеркал, касающихся длинными ребрами и составляющими угол между собой, обычно в 60№. Зеркала помещены в цилиндрическом футляре с двойным стеклянным дном с одного конца; между двух донышек насыпаются кусочки цветных стекол или какие-либо иные цветные мелкие предметы. Если глядеть в калейдосков со стороны, противоположной двойному дну, то представляется шестисторонняя звездообразная фигура, состоящая из шести повторений цветных кусочков, помещающихся в угле между продолжением зеркал. С поворачиванием калейдоскопа фигуры перемещаются. Их красота была причиной, по которой они пользовались для составления узоров, однако он в этом отношении мало полезен и служил больше красивой игрушкой. Первый обыкновенный калейдоскоп был придуман Брюстером.
  Календа(Kalende) или Календ атикум - в Западной и Восточной Пруссии (в провинции) так назывались осенние приношения натурой пастору и органистам; иногда они назывались стреной (Strena).
  Календарь(от Calendae - название первых дней каждого месяца у римлян) - типовая система времяисчисления у многих народов земли, прямо говорящая о движении времени в пространстве. Основанием появления календарей послужили астрономические явления смены дня и ночи, фазы луны и времена года (Век и Год, День и Ночь, Месяц и Неделя, Зима и Весна, Лето и Осень), но так как ни тропический год, ни время оборота луны не заключают в себе полного числа дней, то в разные времена и у разных народов появились разные системы времяисчисления, имеющие целью согласовать астрономические периоды с удобствами повседневного обихода. В России употреблялся обычно и повсеместно юлианский календарь, установленный еще Юлием Цезарем (разработан был александрийским астрономом Созигеном) в 46 году до Р. Х. и принятый Никейским собором. В юлианском календаре из каждых четырех последовательных лет три года имеют по 365 дней (обыкновенный год) и один 366 дней (високосный год, число которого делится без остатка на 4); заключающиеся в году 12 месяцев имеют 30 или 31 день, кроме февраля, в котором в обычном году 28, а в високосном 29 дней. Таким образом, юлианский год равен в среднем 365,25 дням; тропический же год равен 365,2422 дням, и потому юлианский календарь постепенно запаздывает по сравнению с астрономическими сменами времен года и в 128 лет это запаздывание достигает одних суток. В Западной Европе и Америке был принят григорианский календарь(в наше время он принят в России и в большинстве стран земли), преобразованный из юлианского папой Григорием XIII в 1582 г. В нем каждые 400 лет три високосных года юлианского календаря считаются простыми (те года столетия, первые две цифры которых не делятся на 4). Григорианский год в среднем тоже длиннее истинного, но ошибка в 1 день собирается лишь в 4240 лет. Григорианский календарь введен был первоначально только в католических странах; Германия приняла его в 1700 г., Англия в 1752 г., Швеция в 1753 г. и т.д. Несмотря на все свои преимущества, счет больших периодов по григорианскому календарю затруднительнее, чем по юлианскому. Вследствие несоизмеримости времен оборотов земли около солнца (год) и около ее оси (сутки) введение вечного календаря стало невозможным, и через более или менее продолжительное время гражданское времяисчисление неминуемо разойдется с астрономическим; поэтому американский астроном Ньюкомб высказывался раньше всех в том смысле, что необходимо вечное возвращение к юлианскому календарю, как к простейшей системе летоисчеслений. У древних египтян в основание календаря положен был солнечный год в 365 дней; год состоял из двенадцати месяцев по 30 дней и пяти дополнительных дней. Будучи короче времени оборота земли около солнца, египетский год наступал все раньше и раньше, так что в 1460 тропических годах заключалось 1461 египетских года (софический период). У магометан лунный год (по 12-ти лунных месяцев) не согласован был с солнечным, и потому новый год наступает постоянно все раньше и раньше и в 33-х юлианских годах заключается 34 магометанских. У китайцев год тоже лунный, но новый год начинается с новолуния, ближайшего к тому дню, когда солнце стоит в знаке Водолея (около 1-го февраля); китайские года имеют по 12-ть и по 13-ть месяцев. Начало китайского летосчисления совпадает с 2697 годом до Р. Х. Индусский календарь признает звездный год в 365 дней 6 часов 12 мин. 36 сек, причем из дробных частей приблизительно каждые четыре года составляется лишний день. Месяцы также неравные, число их 12, соответствующих знакам зодиака. Времен года шесть(по 2 месяца): весна, лето, дожди, осень, зима, прохлада. Гражданский день считается от восхода до восхода солнца. Дни недели соответствуют планетам и прочим светилам, как и у европейцев. Хронологический цикл мифического характера признает год богов, равный 360 человеческим; 12000 годов божеских, равные большому периоду Маха-Юга; 1000 Маха-Юг - периоду творения Кальпа и т. д. Особенность индусского календаря - это лунно-солнечные года из 12 лунных месяцев, к которым каждые три года прибавляется дополнительный; начало этого года - новолуние, непосредственно предшествующее началу солнечного года. Дополнительный месяц в Северной Индии прибавляется после первого полугодия; в Южной он ставится первым. Этот год употребляется в эре царя Викрамадитьи, начало которой дал 57 г. до Р. Х., и в эре Валабхи, с 318 г. после Рождества Христова. Халдейский календарь (ассиро-вавилонский и финикийский) признавал лунный год в 12 месяцев по 28, 29 или 30 дней; временно вставлялся 13-й месяц для согласования гражданского года с солнечным. Каждый из дней месяца носил название божества, которому был посвящен. Древнейшие персидские месяцы соответствовали халдейским. С 400 г. до Р. Х. (приблизительно) до смерти Ездегерда (651) у персов употреблялся священный зендавестский календарь. Год Авесты лунный, около 354 дней; у персов он получил сначала 360, потом 365 дней. Над каждым днем стоял свой дух-хранитель; пять прибавочных дней назывались гатха (гимны). Уничтожение царства Сасанидов (651) повлекло за собой введение мусульманско-арабского календаря исламскими мудрецами, а персидский остался лишь у так называемого народа парси или гебров. В древней Каппадокии был в ходу тот же пехлевийско-зендский календарь, что и в Персии. В истории еврейского календаря различают три главных периода: 1) библейский, от Моисея до Ездры и Неемии (1500-450 до Р. Х.), 2) послебиблейский (до разрушения храма в 70 г. по Р. Х.) и 3) талмудический, до заключения Талмуда (70-500). В первый период начала месяцев и праздники определялись исключительно по "видению молодой луны" и состоянию старого солнца, во второй - частью по видению луны и состоянию солнца, а частью по вычислениям, в третий же период - исключительно по вычислениям. В еврейском календаре простой год состоит из 12 лунных месяцев; в високосном году прибавляется еще один месяц. Как простые, так и високосные годы бывают: 1) правильные, когда все 12 месяцев состоят попеременно из 30 и 29 дней; 2) достаточные, когда один из 29-дневных месяцев имеет 30 дней и 3) недостаточные, когда один из 30-дневных месяцев состоит из 29 дней. Продолжительность еврейского года (будет ли он правильный, достаточный или недостаточный) определяется днем, на которое падает 1-е число месяца тишри и 1-е число месяца нисона. Так как праздник Пасхи должен быть совершаем 24-го нисона и в начале весны, то для согласования лунного года с солнечным в еврейском календаре принят был цикл в 19 лет (малый лунный цикл), в котором семь лет високосных. В основание всего еврейского календаря было положено определение первого новолуния (новолуние мироздания), которое, по еврейским особым вычислениям, происходило в 3761 г. до Р. Х., в понедельник, в 5 часов. 204 части пополудни (час у евреев делился не на минуты и секунды, а на 1080 частей- это число было заимствованное из "Алмагеста" Птолемея и кратное всем однозначным делителям, кроме семи, а каждая такая часть - на 76 мгновений). Через 1500 лет со времени окончательного установления еврейского календаря, его вычисления не вполне совпадали с астрономическими вычислениями, но ошибка не настолько была значительна, чтобы у евреев возникал вопрос о новом исправлении календаря. У караимов тот же иудейский календарь, как и у евреев-раввинистов, с тем только отличием, что караимы делили час на общепринятом основании и иначе определяли новолуние. Армянский календарь первоначально был, как предполагают, тождествен с персидским и каппадокийским. После обращения в христианство армяне приняли юлианский календарик для религиозных праздников, но гражданский год остался тот же неопределенный, в 360 дней, опережающий юлианский каждые 4 года на 1 день. Попытки исправления были сделаны в 669, 1084 и 1616 гг. Доисламский календарь арабов имел 12 месяцев в 29 или 30 дней. Для соглашения его с солнечным астрономическим календарем каждые три года вставлялся месяц. Мухаммед в десятом году Геджры уничтожил вставку и обратил летосчисление в лунное чисто; таким образом, в новейшее время мусульманские месяцы уже совершенно не соответствовали временам года, но в 33 года проходит полный круг времен года. Месяц делится на недели в 7 дней, которые обозначаются цифрами и не имеют особых названий. Пятница - день молитвенных собраний. В конце 19 века, к примеру, проходил 44-й мусульманский цикл годов. У греков были свои различные календари, из которых наиболее известна стала афинская система времяисчесления. Первоначально год составлялся из 12 лунных месяцев, "полных" и "пустых", т. е. в 30 или 29 дней. К общей сумме 354 дней каждый год прибавляли 111/4 дней, необходимых для уравнения его с солнечным годом в 365l/4 дней. Около 500 г. до Р. Х. астроном Клеострат Тенедосский изобрел три вставных месяца (έμβόλιμος), которые должны были внести равновесие в период 8 лет (όκταετηρίς). Метоновский цикл в 19 лет стал дальнейшим усовершенствованием, но оба эти цикла, равно как двухлетний Солоновский и трехлетний, упоминаемый Геродотом, не успели приобрести общего распространения. Месяц делился на три части: с 1 по 10, с 11 по 20, с 21 до конца. Календари других греческих государств не имели с афинским ни общих наименований месяцев, ни одинакового счета чисел; из них наиболее известен стал дельфийский календарь. Римский календарь представлялся спорным и служил всегда предметом многочисленных предположений. Свидетельства древних авторов дают не столько факты, сколько теории и догадки. Римский год древнейшей эпохи, год Ромула, состоял из 10 месяцев. Год начинался с весны. Месяцы, как и в последующие века, определялись путем непосредственного наблюдения фаз луны. Первый месяц назывался Martius, в честь древнелатинского бога, олицетворявшего собою производительную силу природы; следующие три - Аprilis - от раскрытия почек у растений (aperire - раскрывать), Majus - от имени богини Маиа, Junius - одного корня с именами Juno, Jupiter; остальные шесть месяцев назывались по месту, которое они занимали в году: Quintilis, Sextilis, September, October, November, December, т. е. пятый, шестой и т. д. Впоследствии римский сенат в честь Юлия Цезаря и Августа назвал древние пятый и шестой месяцы июлем и августом. Год Ромула имел 304 дня; этот промежуток времени не соответствовал астрономическому году. По свидетельству Макробия, римляне не разделяли на месяцы промежуток времени между концом десятого месяца и началом весны, но ждали ее прихода, чтобы опять начать считать по месяцам. Первая реформа римского календаря приписывается Нуме Помпилию. Промежуток времени между концом десятого месяца и началом весны он разделил на два месяца: Februarius и Januarius. Имя второго из них, одного корня со словом janua (дверь), а также с именем бога Janus, толковалось уже древними как dux mensum, как месяц, начинающий год. Первый из двух новых месяцев, Februarius, получил свое название по римской поминальной неделе (Februalia), приходившейся на этот месяц; тогда же имело место lustratio populi - очистительный обряд для примирения богов с народом, а все это совершалось в конце года. Итак, февраль заканчивал собой год, т. е. следовал за декабрем, а январь предшествовал марту. Для того, чтобы приближать свой лунный год к солнечному, римляне прибегали к вставке месяцев (intercalatio). Дальнейшая реформа в истории римского календаря заключалась в переходе от лунного года к солнечному, для чего изменена была система интеркаляции. В римском лунном годе насчитывалось 355 дней, а не 354, как в греческом; тем не менее римляне, подобно грекам, в основу системы дополнения лунного года до солнечного (последний исчислен был греками в 3651/4 дня) положили тот принцип, что разница между этими годами равна 111/4 дня. В 4-летний промежуток времени составлялось, таким образом, 45 дней, которые и были разделены на два вставочных месяца, один в 22, другой в 23 дня. Вставлялись они в конце второго и четвертого года. Вышеупомянутый лишний день устранялся тем, что через каждые 24 года пропускали 24 дня. Последняя крупная реформа римского календаря до Юлия Цезаря заключалась в том, что февраль и январь переставлены были в ту последовательность, какую имели и в последующем. Все эти реформы Иделер и Моммзен приписывают децемвирам и полагают, что и после этих реформ римский год оставался лунным; Гартман реформу в системе интеркаляции приурочивает к преобразованиям Сервия Туллия, децемвирам же приписывает лишь перестановку месяцев февраль и январь. Так как римляне считали благоприятными нечетные числа, то месяцы имели у них или 31 (март, май, квинтилий и октябрь) или 29 дней, и только в феврале считалось 28 дней. Начало месяца определялось новолунием, и первый его день назывался календами (calendae). День в середине месяца (приблизительно полнолуние) назывался идами (idus); последние, смотря по различной длине месяцев, в одних приходились на 15-е число (март, май, июль, октябрь), в других - на 13-е число. Девятый день перед идами назывался нонами (nonae); следовательно, в марте, мае, июле и октябре ноны приходились на 7-й день месяца, в остальных месяцах - на 5-й. Прочие дни обозначались числами, указывавшими, какое место данный день занимает перед календами, или перед идами, или перед нонами, день же накануне календ, нон или ид назывался pridie Calendas, Nonas или Idus. Так, например, 2 января было IV (ante) Nonas Januarii, 8 марта - VIII Idus Martias, 20 мая - XIII Саlendas Junias. В древнейшую эпоху римской истории календарь был для народа сакральной тайной. Календы каждого месяца объявлялись народу на так называемых соmitia calata; в ноны каждого месяца объявлялись народу праздники, какие приходились на данный месяц; в годы со вставочным месяцем объявляли о вставке в ноны февраля. Все это делали понтифексы, которые обязаны были следить еще за тем, чтобы nundinae (день плебейской недели, в который селяне съезжались в город на базар) не приходились ни на январские календы, ни на ноны. Только в 304 г. до Р. Х. Кней Флавий, писец цензора Аппия Клавдия, сделал общеизвестным нормальное распределение дней года, выставив его на белой доске на римском форуме. Главные последствия этого были следующие: 1) прекратился обычай созывать comitia calata в календы каждого месяца, хотя, впрочем, объявление календ и праздников каждого месяца остались в силе и в последующее время; 2) вышло из употребления правило избегать совпадения нундин с нонами, чем существенно сужен был произвол коллегии понтифексов по отношению к календарю. Тем не менее, календарь остался в руках этой коллегии, так как от нее зависела вставка месяцев. Вследствие небрежности понтифексов календарь запутался, и дело надеялись исправить тем, что законом Мания Ацилия Глабриона (191 г. до Р. Х.) понтифексы уполномочены были назначать для вставного месяца столько дней, сколько потребуют астрономические обстоятельства. Но это еще ухудшило дело. По свидетельству Цицерона, жрецы злоупотребляли своими полномочиями, произвольно сокращали продолжительность магистратуры для своих врагов и увеличивали ее для своих друзей, ускоряли и отдаляли срок уплаты долгов и т. п. Нарушилось всякое соответствие между гражданским и астрономическим годом; осенние празднества приходилось справлять весной, а праздники жатвы - среди зимы. Юлий Цезарь, в качестве pontifex maximus, решился устранить это зло и установил календарь, который стал известен под именем юлианского (цезарианского или просто царского календаря, императорского в отличии от христианского, папско - григорианского). Год, в который произведена была эта реформа (46 до Р. Х.), имел 445 дней; он известен под именем года беспорядка (annus confusionis- конфуза ануса). В каждом четвертом году, когда февраль состоял из 29 дней, лишний день вставлялся римлянами после 23 февраля, так что как 24-е и 25-е числа февраля одинаково называется sextus Kalendas Martis, а весь год называется потому bisextilis, откуда русский високос. Никейский собор 325 г. принятл юлианский календарь как основание христианского времяисчисления. Вследствие разницы, существующей между юлианским годом и годом тропическим (астрономическим), равноденствие стало постепенно наступать ранее числа, назначенного для него христианским собором, так в XVI в., например, раньше на 10 дней. Эта постоянно увеличивающаяся разница грозила наконец сделать праздник Пасхи зимним (необходимо, впрочем, заметить, что и при той разнице, которая образовалась между юлианским годом и годом астрономическим в XIX столетии, лишь через 10000 лет Рождество Христово перейдет на весну, а Пасха - как положено на лето). Вопрос об исправлении календаря в XIV столетии был поднят и в Византии, где за необходимость его исправления высказался Матфей Властарь, а Никифор Григора предлагал изменить римский календарь на тех же началах, на каких это дело впоследствии осуществлено было папой Григорием XIII, но император Андроник, опасаясь церковных смут, отклонил это предложение. На Западе кардинал Петро де Альи в 1414 г. предлагал Констанскому собору и папе Иоанну XXIII приступить к исправлению календаря. О том же писал около того времени и кардинал Куза; еще прежде этого Роджер Бэкон сделал формальное предложение о преобразовании римского юлианского календаря. Папа Сикст IV призвал с той же целью Региомонтана, но смерть последнего остановила исполнение этого дела. Тридентский собор при своем закрытии в 1563 г. поручил неослабное наблюдение за ним папе. Наконец Григорию XIII в 1582 г. удалось все же произвести реформу при содействии ученого калабрийца Луиджи Лилио. Решено было опустить 10 дней и в 1582 г. день, следовавший за 4 октября, согласно булле папы, назвать не 5, а 15 октября. Эта булла в назначенный день была приведена в исполнение в Италии, Испании и Португалии, во Франции же и в католических Нидерландах - двумя месяцами позже. В Польше, в католических землях Германии и в католических кантонах Швейцарии реформа была осуществлена в 1583 г., в Венгрии - в 1587 г. Евангелические же чины Германии, опасавшиеся с принятием григорианского календаря подпасть под влияние папы, приняли его, после долгих колебаний, лишь в 1700 г., когда им пришлось выпускать из своего календаря уже 11 дней, для чего день, следовавший за 18 февраля, признан был первым марта. В том же году григорианский календарь введен в Дании и Голландии, а в следующем году во многих евангелических кантонах Швейцарии, где XVIII столетие начали с 12 января 1701 г. В Англии григорианский календарь введен был в 1752 г., для чего там за вторым сентября считали 14-ое; одновременно с этим признали в Англии началом года первое января, тогда как раньше оно падало на 25 марта. В 1753 г. приняла григорианский календарь Швеция, где лишние дни пропущены были перед 1 марта. Из западноевропейских стран всего дольше сохранялся юлианский календарь в кантоне Граубинден, где от него отказались лишь в 1785 г. Но дольше всего юлианский календарь (так называемый старый стиль времяисчесления) сохранялся и в православной церкви еще применяется в России, а также среди униатов и армян (впрочем, для армян-католиков в Турции патриархом Азарианом введен был в 1892 г. григорианский стиль). Много усилий прилагали католики к тому, чтобы побудить православный люд принять григорианский календарь. Главное возражение, которое православные верующие выставляли всегда против григорианского календаря, заключается в том, что он не каноничен. В силу определения Никейского собора святая Пасха не должна праздноваться ни вместе с иудеями (всегда празднующими свою пасху в первое весеннее полнолуние), ни ранее их, но всегда позднее, по крайней мере на один день; западные же христиане вследствие астрономической точности своего календаря временами вынуждены праздновать Пасху с иудеями( только с приходом к власти Ленина и большевиков было принято григорианство в летоисчеслении), что не согласуется с главным христианским правилом( ведь иудеи не приняли, предали и содействовали распятию Христа, по мнению правильных христиан). Уже в 1583 г. папа Григорий XIII отправил в Константинополь к патриарху Иеремии послов с подарками и с предложением принять новый календарь; к патриарху же обратились с вопросами по поводу реформы календаря и православный епископ из Венеции, князь Константин Острожский - из Южной Руси, наконец, этот вопрос подняли армяне. В ноябре 1583 г. состоялся в Константинополе собор, на котором присутствовал и патриарх Александрийский. Собор признал неправильность в старом исчислении, но также и в новом, и отдал преимущество первому, как согласному с каноническими правилами о праздновании св. Пасхи. После этого споры о календаре между католиками и православными, сопровождавшиеся иногда большими смутами, продолжались в Польше. Стефан Баторий грамотами 1584, 1585 и 1586 гг. предоставил православным людям право придерживаться юлианского календаря. В продолжавшейся затем литературной полемике вопрос о превосходстве того или другого календаря почти всегда рассматривался в тесной связи с догматическими и обрядовыми особенностями православия и католицизма, что придавало полемике характер страстной нетерпимости. В XVI в. перевес в этой полемике был на стороне православных: Герасима Смотрицкого - в "Ключе царства небесного" (Львов, 1587), Василия Суражского - в "Книжице" (Острог, 1588 г.) и в Следованной Псалтыри (Острог, 1598), Стефана Зизания - в комментариях к переводу "Сазанья св. Кирилла об антихристе", Христофора Филарета - в "Апокрисисе". В XVII в. православные лишь изредка выступают в защиту старого календаря, причем главным образом ищут юридической опоры в грамотах Стефана Батория. Такую постановку вопросу дает, например, виленское православное братство в сочинении "Venficatia niewinności" (1621). В защиту юлианского календаря выступал также Захария Копыстенский. Полемистами со стороны католиков стали, главным образом, иезуиты Гродзицкий (его сочинение "О poprawie kalendarza", Вильно, 1587) и другие его товарищи, перешедший в латинство ректор Киевской акдемии Федор Скуминович, издавший в Гданьске "Epistola, in qua graeco-ruthenicum calendarium conformiter Gregoriano corrigitur" (1642), Кассиан Сакович, автор "Kalendarz stary" (Краков, 1640; 2 издание было под заглавием: "Okulari kalendarzowi staremu", Крак., 1644); известный в свое время математик и профессор Краковской академии Ян Брожек, или Бросциус, напечатал "Apologia pierwsza kalendarza rzymskiego powczechnego ... do zaenego narodu ruskiego" (Краков, 1641) и "Apologia wtуra" (Варшава 1641); ученый полемист Ян Дубович, написавший "Kalendarz prawdziwy" (Вильна, 1644), и, наконец, ксендз Яков Гават, который в "Supplement dwom traktacikom о Kalendarzu starym omylnym i niepewnym" (Львов, 1645) злобностью своих выходок превзошел всех остальных полемистов. В возвращенных России белорусских губерниях Екатерина II воcстановила юлианский православный календарь, Австрия же всегда придавала григорианскому календарю государственное значение и стремится склонить к принятию его живущих в ее владениях православных (славян и румын) и униатов (последователи унии в южной и западной Руси, Ипатий Поцей и Кирилл Терлецкй, обязались было принять новый календарь и в 1586 г. напечатали даже о нем в Риме книжку, но вследствие сопротивления народа это не осуществилось). Уже через год после того, как Австрия завладела Галицией, галицийский губернатор граф Перген побуждал униатов отказаться от старого календаря, но его отстоял львовский епископ Лев Шептицкий (1773); такие же по пытки возобновлялись в 1798 и 1812 гг., но были оставлены ввиду возможности народных волнений. В 1814 г. австрийское правительство обратилось с предложением принять григорианский календарь к сербскому патриарху Стефану Стратимировичу, но отступилось от своего проекта вследствие пространной мемории патриарха, напомнившего, что при переходе из-под власти турок в 1699 г. народ сербский выговорил себе право "да по восточныя церкви закона греческого и россиянов обычаю и начину ветхого календарика обряды свободно задержит". В новейшее время попытки введения нового календаря в Галиции являются одним из средств к полонизации русинов, вследствие чего вызывают резкий протест со стороны галицко-русской печати ("Дело" 1883 г., Љ 12, 14, 18, 26, 31). В России вопрос о реформе календаря поднят был в 1830 г., когда вследствие проекта, поданного на высочайшее имя о введении григорианского календаря, учрежден был в Академии наук особый комитет из академиков Вишневского, Круга, Коллинса, Купфера, Паррота, Тарханова и адъюнктов Буняковского и Остроградского. Комитет высказался за принятие григорианского календаря, но министр народного просвещения князь Ливен указал на то, что вследствие невежественности народных масс неудобства, сопряженные с реформой календаря, далеко превышают ожидаемые выгоды, с чем согласился и император Николай I. В пользу введения в России григорианского календаря высказался Международный статистический конгресс 1863 г., по поводу чего дерптский профессор Медлер, указывая на неточность и григорианского календаря, предложил принять в России новый, им улучшенный календарь, могущий со временем вытеснить григориансий. В защиту старого стиля выступил тогда О. М. Бодянский, приложивший к своей статье меморию карловицкого патриарха Стефана Стратимировича. Календарь республиканский во Франции сменился в эпоху революции. По докладу депутата Ромма, представленному конвенту 20-го сентября 1793 г., собрание 5 октября постановило изменить прежнее летосчисление и дать году новое разделение, более научное и более согласное с движениями небесных светил, с временами года и древними преданиями. Началом года оно решило считать 22 сентября, день осеннего равноденствия (по новому стилю). Год был разделен на 12 месяцев, каждый в 30 дней; неделя была заменена декадой (10 дней). Но так как 12 месяцев по 30 дней в каждом составляют только 360 дней, то к ним были присоединены еще 5 дней, sansculottides, которые позднее получили название "дополнительных". 24 ноября 1793 г. конвент принял новые названия месяцев, предложенные Фабр де Еглантином: вандемьер, брюмер, фример составляли осень; нивоз, плювиоз, вантоз - зиму; жерминаль, флореаль, прериаль - весну; мессидор, термидор и фрюктидор - лето. Каждые четыре года к дополнительным дням присоединялся еще один "прибавочный" день. Дни декады носили названия: примиди, дюоди, триди и т. д. Наконец, имена святых в христианском календаре были заменены названиями растений, плодов, овощей, животных и т. д. Ввести в употребление новый республиканский календарь конвент постановил с 25 октября. В некоторых городах Франции по этому случаю устраивались праздники. Например, в Аррасе 20000 человек участвовали в символической процессии, обозначавшей шествие года. Они были разделены на 12 групп; изображавших собой 12 месяцев: во главе процессии шли юноши и молодые девушки, за ними следовали зрелые люди и, наконец, замыкали процессию старики. Пять восьмидесятилетних старцев изображали дополнительные дни. Столетний старец, шедший под балдахином, представлял собой "прибавочный" день. Затем шли дети всех возрастов, подобно тому, как за старым годом следуют новые. Новую эру решено было считать с 22 сентября 1792 г., следовавшего за днем первого заседания конвента и провозглашения республики. Республиканский особый календарь существовал до l января 1806 г., когда Наполеон заменил его снова христианским григорианским календарем. Календарем называлась также роспись дням известного года, с обозначением времени подвижных праздников, указанием, каким числам месяца соответствуют дни недель того года, и с присовокуплением разных сведений астрономических, статистических и другого справочного характера. Росписи дням года с указанием праздников и т. п. составлялись уже древними египтянами, у которых они носили название almenichiakа - коптское слово, через испанских арабов перешедшее в Европу в форме альманаха. Это последнее слово, которому ошибочно приписывалось арабское происхождение, употреблялось для обозначения календарей в таких языках: английском, голландском, датском, испанском, итальянском, немецком и французском. У древних римлян также были росписи дней года с подразделением их (dies fasti, nefasti, intercisi, comitiales), перечислением празднеств, игр, жертвоприношений и т. п., с присовокуплением заметок об исторических событиях, а также с обозначением восхода и захода созвездий. Первоначально такие росписи велись понтифексами, а с 304 г. до Р. Х. составлялись и издавались также и частными лицами. Назывались они fasti (поэтический праздничный календарь под этим названием принадлежит Овидию); календарем (calendarium) римляне первоначально считали книги, в которые кредиторы записывали проценты, вносившиеся ежемесячно в дни календ. Впоследствии календарем и греческим словом έφημερίς стали называться книги, в которых no месяцам и дням года означались празднества богам, дни рождения императоров, дни собрания сената, разного рода предсказания и т. п. До нас дошел подобный календарь времен императора Констанция, 354 г. после Р. Х. Замечателен и другой, написанный в 448 г. и составляющий переход от языческих календарей к христианским (оба эти календаря были изданы в "Acta Sanctorum"). С того времени в христианском мире постоянно составлялись списки и сборники более или менее пространных сказаний о святых и праздниках, приуроченных к известным дням, которые по различным своим особенностям назывались календарями, святцами, мартирологом, прологом, синаксарем, минеями. У русских и южных православных славян вместо календаря употреблялся термин месяцеслов, что есть дословный перевод греческого слова μηνολόγιον; термин минолог позднее сохраняется в календаре, издаваемых духовным ведомством. У протестантов вовсе нет святцев, а есть только календарь с поминальными днями, в который, наряду с именами некоторых ветхозаветных праотцев и апостолов, а также праздниками Господними, вносятся имена разных исторических лиц и богословов и названия событий, почитаемых важными для протестантов. В средние века календари (приложимые ко всем годам) помещались во главе молитвенников и богослужебных книг. Но уже в XIV в. появляются календари светского содержания. Едва ли не древнейшим печатным календарем следует считать немецкий календарь, изданный Иоанном де-Гамундия (Hans von Schwдbisch-Gmьnd) в 1439 г., на двух деревянных досках in folio (хранился в королевской библиотеке в Берлине); затем календари были напечатаны в Аугсбурге в 1470, 1481 и 1483 г. В середине XV в. издал альманах "pro annis pluribus" венский астроном Георг Пейербах. Затем Региомонтан в 1476 г. (или 1473) издал в Нюрнберге на латинском языке первые астрономические эфемериды на 30 лет; он же напечатал в 1473 г. немецкий календарь. Календарные альманахи ежегодно стали выходить в Вене с 1491 г. Около того же времени появились и другого рода календари, в которых, наряду с предсказаниями о погоде и астрономическими прорицаниями, сообщались сведения о временах, наиболее благоприятных для разных земледельческих работ, для кровопусканий и других предприятий. Впервые такой практический календарь издан был на немецком языке Иоанном Блаубиром (Blaubier) в 1481 г. В 1493 г. вышел в Париже такой народный календарь под заглавием: "Le grand Compost de bergers". С 1550 г. издавал подобного рода календари известный Нострадамус. Из его произведений черпали полной рукой следовавшие за ним составители календаря, Иосиф Мульт и Матье Ленсберг, присоединяя к метеорологическим предсказаниям Нострадамуса рассказы о явлении драконов, звезд и комет, политические прорицания и разные забавные анекдоты; особенно славился своими астрологическими предсказаниями люттихский календарь Ленсберга. Такого рода календарь или альманах, представлявший собой целую энциклопедию, считался предметом первой необходимости в каждом крестьянском доме. С 1700 г. стал издаваться столетний календарь, который впервые обработан был аббатом Кнауером и в котором за каждый месяц сообщались сведения о состоянии погоды 100 лет тому назад; в то время господствовало убеждение, что перемены погоды повторяются через каждые 100 лет. В XVIII в. календарю было придано просветительное значение; на них стали смотреть как на орудие к распространению общеполезных знаний в народной массе. Одним из первых таких "календарей" был "Nationalkalender" Христиана Андре (Брюнн, с 1810 г.). Новейшая литература календарей, общих и специальных, издававшихся в Западной Европе, до того была многочисленна, что не поддается обозрению. Особенно замечательно был издан готский альманах. Впервые генеалогические и политические сведения введены были в "Status particularis regiminis Ferdinandi II" (Вена, 1637), но образцом для дальнейших послужил парижский "Almanach Royal", который стал издаваться в 1679 г., а с 1699 г. стал давать генеалогию царствующих в Европе домов, перечисление высших лиц управления и т. п. Ему стали подражать в1700 г. в Пруссии, в 1728 г. - в Саксонии, а в 1730 г. - "Royal Calendar" в Англии. В Древней Руси сведения, входившие в состав старинных западных календарей-альманахов, были разбросаны по разным рукописям: святцы составляли отдельную книгу; наставления о том, что делать и чего не делать в известные дни, содержались уже в Святославовом изборнике 1075 г., где, например, под 30 апреля указано: "репы не яждь"; впоследствии появились и отдельные рукописи о часах и днях добрых и злых, о днях лунных, громник, молнияник и другие, принадлежавшие к числу отреченных книг. Начиная с XVI века, западные альманахи начинают проникать в Россию через Польшу (в Польше календари носили название "минуций". Древний или польский календарь, известный только в отрывках, относится к 1516 г. Особенно славились календарь с астрологическими предсказаниями, издавшиеся Краковской академией) и Швецию. Первый полный рукописный календарь-альманах появился в России в 1664 г.; за ним следует "годовой разпись или месечило" на 1670 г., посвященный царю Алексею Михайловичу. Позже в посольском приказе переводились: с немецкого - календарь "королевства свейского математика" Иоанна-Генриха Фохта на 1691, 1695 и 1696 г., а с польского - календарь Станислава Словаковича на 1696 г. Были и другие рукописные календари. Западные календари-альманахи осуждаются "Домостроем", как непозволительная ересь и чародейство: дьякон Федор, раскольничий писатель XVII в., упрекает царя, что он "Альмонашник любит". Первым печатным русским календарем считается "Святцы или Календарь", изданный Копиевским в Амстердаме в 1702 г.; имеются, однако, сведения о карманном "Календаре или месяцеслове", напечатанном славянским шрифтом, по-видимому, в Киеве, в 1700 г. ("Российская библиография", 1881 г.). Настоящая серия ежегодных печатных календарей, но тоже переводных, началась московским календарем на 1709 г. и петербургским на 1713 г. В печатных календарях Петровского времени помещались: краткая хронология событий, знаки месячные, имена семи планет и знаки зодиака; в каждом месяце означались Евангелия и апостолы, святцы, фазисы луны, предсказания погоды; после месяцеслова шли разные витиеватые пророчества, иногда в стихах, о войне, мире, болезнях; определялось время, когда пускать кровь. В петербургском календаре на 1714 г. впервые указано, что в нем время исчислено по меридиану и широте Петербурга, и в первый раз помещены восход и заход солнца, долгота дня и ночи. Церковным шрифтом календари печатались при Петре 1 в Киево-Печерской лавре; один из них, на 1721 г., был составлен Квасовским из Корвена, "присяжным транслятором его королевского прусского величества", который позднее издавал на славянском языке календари в Кенигсберге и, между прочим, напечатал "Календарь на сто лет. По штилю иулианскому..." (1730-1830), получивший большое распространение в западных губерниях. Первый из русских народных календарей - стенной вечный календарь Фосбейна, напечатан был в Москве в 1705 г. Сонные листовые народные календари, иногда с родословием русских царей или другими отрывочными сведениями, печатались в течение всего XVIII в. и первой половины XIX столетия, несмотря на привилегию, предоставленную Академией наук. Самый полный из всех настенных календарей был так называемый Брюсов календарь, свод всего астрологического материала и суеверий, содержавшихся в древнерусских отреченных книгах (Ф. Керенский, "Древнерусские отреченные верования и Брюсов Календарь", 1874 г.). Знания по астрономии распространял рукописный календарь, составленный на 1720 г. Алексеем Изволовым; предсказаний о погоде в нем совсем не было. При самом основании Академии наук (1724) ей предоставлено было исключительное право издавать русские календари. Впервые это право Академия наук осуществила в 1727 г., издав календарь на 1728 г., после чего академические календари выходили ежегодно до 1869 г. С 1770 г. они носили название месяцесловов. Содержание первого академического календаря было вполне научное; в нем имелась даже статья, направленная против астрологии, но уже в следующем выпуске появилось приложение о состоянии здоровья на целый год с астрологическими заметками - правда, с оговоркой, что эти заметки делаются только для любителей, при чем рассказан был анекдот, иллюстрирующий их нелепость. Лишь в календаре на 1766 г. исчезли знаки дней, в которые надобно рубить лес, стричь волосы, принимать слабительное, пускать рожечную и жильную кровь; предсказания о погоде оставались до 1804 г. В приложениях помещались иногда научные статьи по астрономии, метеорологии и физике, а также статьи содержания географического, исторического, позднее статистического, наконец, хронологический обзор современных событий. В календаре на 1755 г. в первый раз появился "реестр губерниям, провинциям и городам в Российской империи находящимся", а в месяцеслове на 1779 г. - "росписание городов, с показанием их расстояний от Петербурга, Москвы и от губернских городов"; в месяцеслове на 1831 г. впервые присоединены были: "росписание городов и местечек в Царстве Польском и в Финляндии", "таблица народонаселения городов и других примечательных местечек в Российской империи", в новейшей хронологии стали отмечать смерть замечательных лиц; в следующем году некрология таких лиц была выделена из современной тогда хронологии. С 1837 г. прилагались гравированные на стали портреты царствующих особ и изображения воздвигнутых в России памятников. Академические месяцесловы имели преимущественно просветительное значение, особенно в 18 столетии; справочная же их часть совершенствовалась довольно медленно. Еще большее просветительное значение имели частные месяцесловы, издававшиеся академией. Таковы ежегодные "Месяцесловы с наставлениями" на 1768-1785 годы, в которых помещались небольшие статейки по астрономии, физике, метеорологии, истории открытий, хозяйству, гигиене и прочему; календари и месяцесловы были "географические", "исторические", "исторические и географические", а также "календари в пользу домостроительства и экономические". Издавала академия в 18 столетии и другие специальные календари, например, "Календарь на 1762 г. с описанием почтовых станов в Российском государстве". Наконец, на обязанности академии лежало и составление адрес-календарей, т. е. росписи должностных, лиц, и придворного календаря. Первый адрес-календарь был издан в 1775 г. и с тех пор появлялся ежегодно, под разными заглавиями. В 1868 г. составление адрес-календарей перешло от академии к департаменту герольдии Правительственного Сената, а в 1894 г. возложено на вновь образованную инспекторскую часть гражданского ведомства. Начало издания придворного календаря неизвестно: сохранился "Придворный календарь на 1735 г.", но непрерывная их серия начинается лишь с 1745 г. С 1868 г. придворные календари издаются министерством двора. В нем, кроме общекалендарных сведений, помещается придворный штат и сведения, необходимые для лиц, имеющих приезд ко двору (до 1825 г. печатался и список кавалеров всех российских орденов). Академия наук ревниво охраняла свою привилегию на издание календарей; тем не менее, издавались в России календари и помимо академических. Так, целый ряд месяцесловов издал в прошлом столетии Василий Рубан; при Киево-Печерской лавре выходили на 1797-1800 гг. ежегодные "Киевские месяцесловы", которые, по словам Филарета, составлялись Иринеем Фальковским; на 1814-1855 гг. выходил "Морской Месяцеслов" и т. п. Календарь иногда входил еще в состав литературных альманахов, но вообще он не считался в России необходимой принадлежностью изданий этого рода. В 1800 г. академические месяцесловы расходились в количестве не более 16-17 тысяч экземпляров; в отдаленных городах они совсем не продавались или продавались по несоразмерно высоким ценам. В это время, помимо академических, издавались в России следующие календари: 1) Directorium - в Полоцке иезуитами; 2) два календаря в Вильне, один "Астрономический", другой "Политический", служивший адресным календарем для бывшей Польши; 3) два календаря в Киеве, один церковный, другой "Астрономо-Политический"; 4) маленький немецкий календарь в Риге, для Лифляндии и Курляндии. Указ 10 декабря 1800 г. запретил издание всех этих календарей, кроме Directorium и святцев, выходивших в Вильне. Вскоре за тем обнаружилось, что в России издавались еще немецкие альманахи и латышский, финский и еврейские календари; указом 27 июля 1801 г. все они были разрешены, "как не политические, адресные или астрономические, но простонародные", а 19 декабря 1801 г. состоялся именной указ, разрешивший вообще печатать провинциальные календари во всех тех местах, где они прежде издавались. В 1855 г. привилегия академии наук была ослаблена тем, что губернским начальствам, сначала в Воронеже, а затем и в других местах, разрешено было издавать "Памятные книжки". Наконец, в 1865 г. предоставлено было всем желающим издавать календари. Первыми частными издателями календарей выступили Г. Гоппе и А. Гатцук. Последний издал в Москве "Крестный Календарь" на 1866 г., ценой в 10 копеек. В составлении плана этого календаря и обработке помещенных в нем сведений принимали участие, между прочим, профессора Погодин и Бодянский. В этом календаре были охвачены почти все сферы церковных и гражданских интересов, по которым русскому человеку всего чаще приходилось справляться. Громадный успех "Крестного Календаря", который стал расходиться в сотнях тысяч экземпляров, привлек к изданию календаря других частных предпринимателей, для которых календарь Гатцука послужил образцом, хотя многие из них (К. Ступин, А. Суворин) значительно усовершенствовали календарное дело. В новейшее время число календарей умножилось до чрезвычайности. Они были общие и специальные. Общие календари распределялись по трем группам, сообразно продажной цене, которая в календарном деле имела очень большое значение. Главными представителями общедоступных календарей ценой в 10-20 копеек, являются "Крестный Календарь" Гатцука, "Современный календарь" К.Ступина (М., с 1889 г.), "Домашний иллюстрированный календарь" В. Губинского (М., с 1884), "Всеобщий Русский Календарь" И. Сытина (М., с 1884 г.). Все это были календари не только для справок, но и для чтения. Представителем второй группы календарей может служить "Царь-Колокол. Иллюстрированный Календарь-альманах" Дашкевича, ценой в 60 копеек. К третьей группе принадлежат календари сравнительно дорогие, ценой в 1 рубль и более, например, "Всеобщий Календарь" Г. Гоппе (СПб., с 1867) и "Русский Календарь" А. Суворина (СПб., с 1872). Умножились в дореволюционное время и специальные календари, предназначенные для людей известной профессии или класса, или же сообщающие сведения об отдельных местностях. Важнейшие из специальных календарей первого рода: "Карманный военный календарь" Добржинского (с 1874 г., один для нижних чинов, другой для офицеров); "Календарь и справочная книжка русского сельского хозяина" О. Баталина (с 1875); "Лесной календарь", изданный при содействии В. Собичевского и Н. Шафранова (с 1875 по 1882 г.); "Календарь пчеловода на 1893 год" В. Изергина; "Карманный охотничий календарь на 1893 год" Н. Анофриева; "Юридический календарь" М. Острогорского (с 1877); "Календарь для юристов" Д. Чичинадзе (с 1893); "Календарь для врачей всех ведомств" В. Анрепа и Н. Воронихина; "Медицинский календарь" Г. Герценштейна; "Календарь для учителей" Ф. Гельбке; "Календарь и настольная книжка для матерей и хозяек" М. Кауфмана. Календари этого рода по цене своей в большинстве случаев не могут быть отнесены к числу общедоступных. В 1887 г. Я. В. Абрамов начал было издавать "Сельский календарь", приноровленный к нуждам крестьянства. Специальные календари, относящиеся к отдельным местностям, ничем, в сущности, не отличались от хорошо известных "Памятных книжек". В "Русско-славянском календаре", изданном Петербурге Славянским благотворительным обществом на 1890 и 1891 гг., предполагалось собирать возможно точные сведения о России и других славянских землях, но издание дальше двух выпусков не пошло.
  Календеры- это нищенствующие дервиши. Орден их был основан Юсуфом Андалузским.
  Календы (Kalendae, от латинского calare, т. е. звать) - в старом Риме это было название первого дня каждого месяца. Когда помощник понтифекса, обязанный наблюдать за лунными фазами, в первый раз видел серп луны, он созывал народ в Капитолий, чтобы торжественно возвестить наступление нового месяца и вместе с тем объявить изменявшееся сообразно месяцу число дней до нон. Этот обычай сохранился и после введения в 304 г. до Р. Х. письменного календаря. В торговом мире календы служили днями расплаты.
  Каление (или яркое накаливание) - так называется степень повышения температуры, при которой нагретое вещество светится в темноте; по мере повышения температуры яркость и оттенок испускаемого света повышаются. Большинство твердых тел начинают испускать едва видимый свет при температуре около 400-500№, но некоторые вещества, например, окись цинка, плавиковый шпат и азотистый бор, начинают светиться при температурах, едва превосходящих 300№. Таким образом, светимость при калении зависит от природы вещества, как и цвет, появляющийся при калении; окись цинка начинает светить голубовато-зеленым цветом и его испускает при 500-600№, когда большинство других тел светят лишь буровато- или вишннево-красным цветом. Причина таких особенностей отчасти понятна, потому что свечение зависит в сущности от колебаний эфирных атомов, а они колеблются только под влиянием движения, свойственного телесным атомам и частицам, природа же их в разных телах различна, а потому и род движения, возбуждаемого калением их, не может быть одинаковым. Так как печи делаются из глины, то обычно калильный жар определяют по цвету накаленной глины. Можно принять, что при температурах 500-600№ появляется темно-красное каление, от 600 до 800№ вишнево-красное, от 800 до 1000№ ярко-красное, затем следует желтокалильный жар, а от 1100-1200№ белокалильный, при температурах же выше 1500№ яркобелокалильный, доходящий при температуре плавления платины (1775№) до нестерпимой глазу на близких расстояниях яркости. Определяя количество или силу света (фотометрию), испускаемого определенною поверхностью накаленной платины, Ле-Шателье устроил световой пирометр (инструмент), дающий наиболее легкодоступный прием для определения высоких температур в заводских печах. Он тем примечательнее, что отвечает давно вошедшему в обычай определению напряженности калильного жара по цвету и степени светимости накаливаемого железа. Дрепер показал, что оттенки света, появляющиеся при повышении температуры, прямо зависят от появления лучей света разных длин волн и при белокалильном жаре накаленное тело испускает уже лучи всех видимых цветов, отчего и получается белый цвет. Пользуясь же законами изменения яркости накаливания и температуры и принимая в расчет расстояние, Ле-Шателье (1892) нашел, что в обычных электрических лампочках с накаливанием угля имеется температура около 1800№, а в электрических лампах с вольтовой дугою положительный полюс накаливается до 4100№, отрицательный - до 3000№. Тем же образом, хотя и при расширении, Ле-Шателье нашел, что на солнце температура близка к 7600№ с возможною погрешностью Ђ1000№.
  Каленица- калильная печь, употреблявшаяся в стеклянном и зеркальном производствах.
  Каленые ядра- в XVIII в., когда флот был еще деревянный, с большим успехом употребляли против него эти каленные ядра. Чугунный сплошной снаряд нагревался в особой печи докрасна. При заряжении, дослав заряд на место, впереди него помещали сначала сухой, а потом мокрый пыжик из веревок, сена и прочего хлама; перед последним пыжом помещался каленный снаряд. Каленные ядра при попадании производили пожар на деревянных судах; особенно успешное действие оказали такие снаряды при обороне англичанами Гибралтара в 1779-1783 гг.
  Кали(санскритское- kali) - в индийской мифологии олицетворение последней, теперь переживаемой мировой эпохи Кали-Юга, в виде демона. В игре в кости Кали есть олицетворение проигрыша. В известном эпизоде Магабхараты о Нале и Дамаянти Кали играет видную роль. Оскорбленный тем, что Дамаянти предпочла ему Наля, он мстит им обоим и, воспользовавшись оплошностью Наля, вселяется в него, овладевает его душой и заставляет проиграться дотла, после чего внушает ему бросить Дамаянти в пустыни и т. д.
  Калиатура (или Kaлиaтyp, Caliatur, Bois de Caliatour) - под этим названием известна разновидность красильных деревьев вроде сандала, барвуда и камвуда. Произрастает главным образом в Индии; по свойствам подходит к камвуду.
  Калибан(Caliban; может быть, переделано от слова cannibal - каннибал) - в "Буре" Шекспира получеловек-получудовище, противоположность нежному эфирному духу Ариелю; в переносном смысле -это "неуклюжее существо". В философской драме этого же имени (1878) Ренан пытался изобразить в виде Калибана торжествующую демократию - очень торжествующую, между прочим, даже над искусством (Ариель) и наукой (Просперо), демократию, пожирающую своих людей.
  Калиги- латинское слово caligae y римлян означало солдатскую обувь, полусапоги, покрывавшие голени до половины; затем так называлась обувь, которую надевает католический епископ на время исполнения мессы, и, наконец, подвязные сандалии, в которые обувались западные странники, отправлявшиеся в Иepycaлим. В этом последнем значении слово "калиги" было известно в Древней Руси, и от него произошло слово "калики перехожие".
  Калики (или калики перехожие)- старинное широко употребительное в разных частях России название для странников-слепцов, поющих духовные стихи и песни. В Древней Руси слово "калика" или калека не обозначало искалеченного человека, а говорило за человека, много странствовавшего и побывавшего в святых местах. Так, например, калека Карп Данилович является предводителем отряда молодых псковичей в стычке с немцами (в 1341 г.). Русские искалеченные странники, паломники, упоминаются в хождении Даниила игумена в Иерусалим и в записках Стефана Новгородца. Их знают и русские былины, в которых упоминаются целые братчины калик, снаряжающиеся из Волынца-Галича, или из пустыни Ефимьевы, из монастыря Боголюбова в путь к славному городу Иepyсалиму. Былинные калики - это дородные добрые молодцы, силачи, иногда красавцы, одетые в шубы соболиные или гуни сорочинские, в лапотки семи шелков, с вплетенным в носке камешком самоцветным; костюм их дополняют сумки из рыжего бархата, клюки, иногда из дорогого рыбья зуба (моржовых клыков), и шляпы земли греческой. Само имя калики производят от названия обуви средневековых странников (латинское caligae, calicae, греч. καλίγιον). Это слово встречается уже у игумена Даниила в смысле обуви и в значении странника, паломника. Из многочисленных русских странников во Святую Землю, одни, зажиточные, оставались и по окончании странствования чем были прежде; другие, бедные, поступали под призрение церкви, как видно из былин и из некоторых списков устава Владимира, где паломник и странник одинаково зачтены были в число людей церковных. Совершив странствование ко святым местам, неимущие калики пользовались особым уважением и нередко оставались уже на всю жизнь перехожими просителями милостыни, которою снискивали себе пропитание. Таким путем слово "калики" или калека получило значение нищего странника, а так как Христовым именем питались по необходимости и люди с физическими недостатками, это слово получило свое современное значение человека искалеченного. Русские калики, странствуя по святым местам в Греции и Палестине, встречали там странников, которые пели перед собравшейся толпой священные песни и жития, нередко основанные на апокрифических сказаниях. Отсюда и русские калики усвоили обыкновение петь духовные стихи и снискивать себе пропитание этим занятием. Влияние западноевропейских и византийских паломников отразилось, по мнению И. И. Срезневского, и на одежде русских каликов, как последняя описывается в былинах. Академик А. Н. Веселовский предполагает влияние богомильских странников-проповедников на русских каликов, усматривая это влияние в некоторых русских духовных стихах, основанных на апокрифных сказаниях богомильского характера. Слагая песни церковно-легендарного и апокрифического содержания и рассказывая виденное ими и слышанное во святых местах, русские калики перехожие оказывали сильное влияние на религиозные и нравственные представления русского народа и особенно содействовали распространению в нем аскетического идеала. С другой стороны, сами калики, слагая духовные стихи, подчинялись складу наших былин и вносили в духовный эпос черты эпоса богатырского. В новейшее время пение духовных стихов каликами, обычно слепцами, приходит в упадок, репертуар из песен становится все более и более скудным и однообразным. Обыкновенно слепцы знают не более четырех-пяти стихов, наиболее популярных, как: стихи о Вознесении, об Алексее, Божьем человеке, о Богатом и Лазаре, о Егории, о Страшном суде, о Иоасафе царевиче и некоторых других.
  Калильные цвета-постепенно нагревая кусок стали, вначале, при низких температурах нагрева, на гладко отделанной поверхности не замечаем никаких перемен относительно цвета и блеска, но лишь только температура нагрева перейдет зa 200№ Ц., появляется легкая побежалость (бледно-желтого цвета), которая сообразно с повышением температуры от 200№ -400№ принимает по очереди все оттенки радужных цветов, начиная от желтого до синего (побежалость). Выше 400№ замечается уже на поверхности серая пленка окалины, которая почти не изменяется до 495№; при этой температуре предмет принимает буро-красный оттенок, позволяющий различить в темноте его контуры. При дальнейшем подогреве начинают постепенно появляться разные калильные цвета, по оттенку которых опытный глаз может приблизительно определить температуру нагрева. Цвет буро-краснокалильный около 500№ Ц., " темно-краснокалильный "- 600№ , " краснокалильный " -700№, " темно-вишневокалильный " -800№, " вишневокалильный "- 900№, " светло-вишеневокалильный " -1000№, " оранжевокалильный " 1100№, " светло-оранжевокалильный "- 1200№, " ярко-оранжевокалильный " -1300№, " желтокалильный " -1400№, " белокалильный " -1500№ . Металл, нагретый до температуры темно-красного каления (около 550№), испускает только красные лучи спектра до Фрауенгоферовой линии B; при б50№ - до линии F при 730№ - до начала зеленого; при 1100№ - лучи дают спектр, близкий по составу к дневному свету.
  Калинник- народное лакомство, известное в средней полосе России, преимущественно в Пензенской области. Приготовляется из вываренных и протертых ягод калины. Готовая масса помещается между листьями капусты и просто так запекается. На вид представляет собой особый тип черных лепешек.
  Калин-царь(иначе Галин, Каин-царь) - эпический татарский царь, нередко упоминаемый в былинах. Обычные его эпитеты: собака, вор, проклятый. Калин-царь осаждает Киев с сорока царями, с сорока королями, у которых у каждого силы по сороку тысячей, и посылает с татарином письмо князю Владимиру с требованием без боя сдать Киев. Освободителем города, по одним былинам, является Илья Муромец, по другим - его племянник Ермак Тимофеевич. Илья едет с подарками князя к Калину, чтобы просить отсрочки, а когда Калин не соглашается, начинает избивать его войско. Татары делают подкопы, в которые попадает с конем Илья Муромец. Когда, скрутив его чембурами, татары по приказанию Калина ведут его на казнь, Илья, освободив руки, схватывает татарина и, махая им, прочищает себе дорогу и приколачивает всю силу татарскую. Калин бежит с позором и заклинается впредь не ходить на Русь. Иногда в роли Калина выступает Мамай. Былины о Калине принадлежат к числу тех, в которых сохранились яркие следы отношений Руси к татарам.
  Калиостро(граф Cagliostro) - известный мистик и типичный чародей-шарлатан, называвшийся разными именами в различных местах и странах. Истинное его имя - Иосиф Бальзамо Бродяжка или как его еще называли Иосиф Бродский, а наиболее популярное из его вымышленных имен- это граф Калиостро. Родился в1743 г. в Палермо, в еврейской купеческой семье. Воспитывался в монастыре, откуда бежал и, преследуемый за его два воровства, принял фамилию Калиостро и графский титул. После долгих странствований по Египту и Европе он близко сошелся с немецкими масонами. Получая громадные денежные средства из масонских лож, он стал вести в Лондоне роскошную жизнь и занимался благотворительностью. Темная масса, не знавшая источников его дохода, верила, что он владеет философским камнем. Затем Калиостро основал новое египетское масонство, допускавшее применение таинственных сил природы. Объездив Северную Италию и Германию, он появился в 1779 г. в Митаву в семье Медемов, занимавшихся алхимией, встретил радушный прием; лечил больных, вызывал духов для желающих и наконец стал преподавать магические науки и демонологию. В 1780 г. Калиостро под именем графа Феникса прибыл в Петербург, но здесь должен был ограничиться ролью безвозмездного (большей частью) лекаря и близко сошелся только с А. П. Елагиным и князем Потемкиным; связь последнего с красавицей-женой Калиостро была причиной его быстрого удаления из Петербурга. Через Варшаву и Страсбург он проехал в Париж, где пользовался славой великого мага. Скомпрометированный известной историй с ожерельем королевы, он переселился в Лондон, но, изобличенный журналистом Морандом, скоро бежал оттуда в Голландию, а затем в Германию и Швейцарию. В Риме он основал ложу египетского масонства, но по доносу одного своего адепта был заключен в 1789 г. в крепость святого Ангела и как "еретик, ересеначальник, маг-обманщик и франк-масон" приговорен, уже под настоящим своим именем, римской инквизицией к смертной казни (1791). Папа заменил смертную казнь пожизненным заточением в крепости св. Ангела, где Калиостро спустя четыре года и умер. Перу самого Калиостро принадлежат: брошюра "Mйmoire pour le comte de Cagliostro accusй contre Mr. le Procureur-Gйnйral accusateur" и "Lettre du comte de Cagliostro аu peuple anglais".
  Калита(польск. kaletar, араб. kheritha) - в Древней Руси так назывался мешок, своеобразный тип пояса-кошелки или поясного кошелька; это и прозвище великого князя Иоанна Даниловича. Калита(Bolborhynchus monachus) - это и один из так называемых толстоклювых попугаев (род Bolborhynchus), распространенных в большей части Южной Америки. К роду Bolborhynchus относятся мелкие попугаи, величиной с дрозда или скворца, из группы клинохвостых. Калита-попугай обращает на себя внимание тем, что это - пока единственный попугай, который гнездится не в дуплах и не в норах, а открыто на деревьях. Гнездовая постройка калиты представляет большую (до 1 метра в поперечнике) кучу из плотно сложенных сухих веточек, внутрь которой ведет боковое отверстие; само гнездо, располагающееся внутри этой кучи хвороста, вьется из травы. Нередко одна общая большая куча хвороста служит одновременно для гнезд нескольких пар птиц. Высиживаются яйца одной самкой. Оба пола окрашены одинаково в ярко-зеленый цвет; передняя часть головы, грудь и брюхо - серые; маховые перья - темно-синие. Калита-папугаи держатся стаями до 50 штук и наносят местами (в южных штатах) значительный вред возделываемым злакам, в особенности маису.
  Кали-Юга(Kali-Yuga - век раздора и зла) - четвертая, последняя мировая эпоха, переживаемая теперь миром, по учению индийской мифической хронологии. Она началась в 3102 г. до Р. Х. и будет продолжаться всего 428898 лет. В течение этой эпохи должно совершиться постепенное разложение и разрушение всего существующего. Человечество развратится, веды потеряют всякий авторитет, все стремления будут направлены только к стяжанию богатства и прочим эгоистичным целям, женщины станут разнузданными и очень похотливыми, люди разных сословий будут считать себя равными брахманам, коровы будут пользоваться большим уважением только потому, что дают молоко, а не из-за их священной сущности и т. д. За эпохой Кали последует опять время Карта-Юги.
  Калмыки(от тюркского слова "калмак" - отделившийся или отставший от людей) - так называют обычно историко-культурный тип западных монголов, местообитание которого было отчасти в пределах Российской империи, в Калмыцкой степи (до революции), между Волгой и Доном, на Алтае, отчасти в Западном Китае, где, впрочем, прямое название калмыков было неизвестно. Китайцы раньше делили монголов на восточных - юань, и западных - олотов, которые у самих монголов назывались элюты (цlцt) и распадались на четыре племени, или подразделения: чжунгары (зюнгары), тургуты (торгоуты), хошоты (хошоуты) и дурботы (дурбюты, дербеты). Из них далее всего именно на Запад распространялись торгоуты (и лишь отчасти дурбюты и хошоты). В XVII веке они двинулись на север, и в 1630 г. их авангард достиг берегов Волги; за ним вскоре последовали и другие орды. Китайское правительство было очень озабочено уходом из его владений массы кочевников и уговаривало их вернуться, но увещания его остались без последствий. Во второй половине XVIII в. калмыки сами решили возвратиться в долину Или. В 1755 г. были волнения в Илийской провинции, вызвавшие приход китайских войск и бегство различных племен. Многие дурбюты и хошоты двинулись в пределы России и, поселясь в той же Заволжской степи, где кочевал и торгоутский хан Убаши, причиняя значительные беспокойства всем своим соседям. Это обстоятельство в связи с другими причинами побудило калмыков к возвращению в пределы Китая. По-видимому, они полагали, что после усмирения Чжунгарии там осталось мало китайских войск и им удастся захватить без труда всю эту область; поход же туда казался им легким, так как они могли надеяться, что их громадная орда не встретит в пути серьезных препятствий. Весной 1771 г. (33000 кибитки) они двинулись через Урал и Киргизскую степь к озеру Балхашу. Не тронулись только те калмыки, которые жили на правом берегу Волги и не могли присоединиться к прочим по случаю разлива реки. Их потомки были известны в старой России под именем заволжских, донских, ставропольских калмык. Остальные калмыки после многих потерь и лишений в течение восьми месяцев дошли до китайской границы. Исход калмыков вызвал преследование их со стороны русских отрядов, оставшееся без результатов; гораздо более вреда причинили калмыкам киргизы Малой, Средней и Большой Орды, воспользовавшиеся случаем, чтобы ограбить переселявшихся. Напирая со всех сторон, они загнали калмыков в песчаную пустыню около озера Балхаша, где масса людей и скота погибла от голода и безводия. Добравшись наконец до пределов Китая (Чжунгарии), калмыки встретили здесь китайские войска, и им ничего не оставалось, как отдаться в безусловное подданство китайского императора. Император Дзянь-Лунь приказал принять своих новых подданных "с примерным человеколюбием" - дать им помощь юртами, скотом, одеждой и хлебом и разместить их по кочевьям. Из 169000 душ, вышедших из России, добралось до Китая не более 70000; остальные были убиты, погибли от голода, грабежей и болезней или были захвачены в плен и проданы в неволю. Беглецы были поселены китайцами отчасти в Харашаре, по берегам Большого и Малого Юлдуса (на юго-востоке от Или), отчасти в Тарбагатае (по южному его склону). Калмыки (элюты) жили также, под именем урангов (русские ошибочно называли их уранхайцами), в Китайском Алтае, между долинами Кобдо и Булунгуна, а дурбюты - около озера Убса-нор, в долинах Бухумурена и Кобдо; кроме того, хошоты и джунгары встречаются еще в Алашане, а хошоты и торгоуты - около Куку-нора и в Цайдаме. Была даже одна их колония, по слухам, в Южном Тибете. Под именем алтайских калмыков смешиваются разные тюрко-монгольские племена Южного Алтая, относящиеся к типу горных кочевников и занимающиеся, кроме скотоводства, еще земледелием и звероловством. Собственно калмыки (торгоуты) жили здесь в горных долинах Буягуна и Чингиля, и в отличие от тарбагатайских "цохор-торгоутов" известны были под именем "табын-сумын-торгоут" (пятисумынные). Большая часть южно-алтайских инородцев относились к "теленгитам" и хотя имели монгольский тип, но говорят тюркским языком. Они были шаманистами или христианами; магометанство и буддизм их почти не коснулись. Всего калмыков было вначале 20 столетия свыше 600000: из них 2/3 в пределах Китая. На Алтае калмыков и теленгитов числилось до 18 000. Кроме того, некоторое число калмыков жило еще в Семиреченской области, около Верного и у озера Иссык-куль. Наиболее известны для русских были приволжские калмыки, сохранившиеся как монгольский историко-культурный тип, они сберегли свои обычаи, язык и веру (буддизм). Калмыки обычно среднего роста, коренастого сложения; относительно большая, широкая голова с плоским, скуластым лицом; черные прямые волосы; жидкая, поздно вырастающая бородка; узковатые "калмыцкие" глаза; приплюснутый при корне нос; смуглый желто-красноватый цвет кожи (чаще у мужчин, так и типичный их представитель Ленин имел калмыцких предков, также как и немного еврейско-немецких кровей). Образ жизни был кочевой(и Владимир Ильич любил путешествовать в первый период жизни), хотя калмыки отчасти занимались и садоводством и земледелием, а также рыбной ловлей; жили как многие инородцы и цыгане в кибитках; несколько кибиток образовывали аймак, а группа аймаков составляли улус или хошун. В Китае хошуны управлялись ванами (князьями). В Калмыцкой степи Мало-Дербетовский улус населен был потомками дербетов, или дурбютов, Мочажный улус- смесью всех местных племен, Хошеутовский - хошоутами (с примесью торгоутов), остальные пять - торгоутами с примесью (в Икицохуровском улусе) хошоутов (юйт) и чжунгар. В Ставропольской части России находился девятый улус, Больше-Дербетовский, и часть Мало-Дербетовского (около 6000 человек). В Донской области калмыки жили в бывшем Калмыцком (Сальском) округе, в степи между Салом и Манычем, и состояли в звании казаков; они происходят от 10000 дурбютов, поселенных здесь по желанию Петра I ханом Аюки для защиты области. Впервые некоторые из калмыков, проникшие в Сибирь, официально заявили о себе русскому правительству при Василии Шуйском и просили о принятии их в русское подданство. Значительная калмыцкая орда, в составе которой, по сказаниям калмыцких летописей, входило до 50000 кибиток, оставила Чжунгарию, под предводительством Хоурлюка, в 1618 г. Дойдя к северу до Тобола и подобрав прежде выступившие мелкие калмыцкие орды, она в 1630 г. достигла берегов Волги. Все наши исследователи истории К. держались до сих пор того мнения, что народ этот пришел к нам в силу печальной для него необходимости: в начале XVII в. в Чжунгарии последовательно появлялись энергичные и деятельные князья (Харахула, сын его Батур-хун-тайчжи и др.), которые стремились объединить разрозненные чжунгарские поколения под одною властью; не желая утратить самостоятельность и подчиниться этой власти, Хо-урлюк собрал своих данников и перекочевал с ними в Россию. Мнение это не подтверждается, однако, ни частными заметками новооткрытых монгольских и калмыцких летописей, ни вообще духом кочевых народов. В начале XVII в. в Чжунгарию действительно появился целый ряд князей-собирателей, но совершавшееся ими объединение нисколько не было стремлением к единодержавию. По обычаям чжунгарских племен, образование ими союза и, следовательно, признание над собой главенства того или другого вождя не налагало подданических обязанностей на подчиняющихся. Этот глава не имел права ни собирать дань с признававших его власть племен, ни даже вмешиваться в дела их внутреннего управления; он был только предводителем, под руководством которого совершались набеги. Союзы эти иногда ознаменовывали свое существование составлением общеобязательных постановлений; но издание их было делом общего соглашения, хотя и предпринимаемым по инициативе главы союза. Таким главой был и Хо-урлюк, занявший под свои кочевья свободные степи, которые Россия уже привыкла тогда считать своею собственностью. Эта перекочевка калмыков совершалась, несомненно, с общего ведома и согласия чжунгарских князей; оттого-то и велась она последовательно, медленно и самоуверенно. В 1623 г. тобольский воевода Годунов, получив известие о перекочевке К. к вершинам Тобола, послал боярского сына Черкасова, чтобы привлечь их на свою сторону; но К. восстали против него и едва не избили все посольство. Это обстоятельство показывает, что калмыки вступили в русские пределы вовсе не угнетенными, не спасаясь от преследований стремившихся подчинить их своей власти чжунгарских владык, но готовыми постоять за свою независимость. Занятие ими берегов Волги в период 1630-1632 гг. было только временным. Главный юрт их в эту пору постоянно находился за Уралом, и отсюда в 1640 г. Хо-урлюк ездил в Чжунгарию на сейм князей. По его возвращении калмыки начали предпринимать разбойнические движения к Поволжью. В одно из таких движений Хо-урлюк напал на Астрахань и был убит под ее стнами. По смерти Хо-урлюка владычество над калмыками перешло в руки старшего его сына, Шукур-Дайчина, и последний в 1645 г. отправиться в Тибет, чтобы получить от далай-ламы утверждение в своем звании. Между тем в 1646 г. некоторые из мелких калмыцких князьков отправили посольства в Астрахань и просили покровительства России. Нет сомнения, что они выставили себя знатными князьями и надавали русским много обещаний; в наказе, данном астраханским воеводам в том же 1646 г., говорилось поэтому, что "великий государь калмыцких Шукур-Дайчина и прочих калмыцких таштей с их улусы изволит держать в своем государском милостивом призрении". Между тем, первым делом Шукур-Дайчина по возвращении его из Тибета (1654) было нападение на русские земли. Только в 1655 г. была взята первая шертная запись, по словам которой калмыки клялись быть верными подданными русского царя. Из рассмотрения калмыцких исторических документов оказывается, однако, что калмыки никогда не придавали значения ни этой, ни последующим отбиравшимся от них многочисленным шертям, потому что точное содержание этих шертей оставалось для них неизвестным. Шерти писались на русском языке, с переводом на татарский, но оба эти языка были одинаково чужды и непонятны калмыки. Правление Дай-чяна, как и сына его Пунцука, замечательно в истории калмыков, главным образом, объединением и сплочением многочисленных калмыцких племен, перекочевавших из Чжунгарии. В 1672 г. вступил в управление Аюка, разбил своего дядю Дугара, захватил его вместе с сыном его Цэрэном, оклеветал их обоих перед русскими и, отправив их в Москву, завладел их улусами. Цэрэн, будучи привезен в Москву, принял здесь крещение и получил титул князя Дугарова; но его увещания удержать от своеволия Аюку не были даже обследованы правительством. Между тем Аюка продолжал распространять свою власть и обессиливать прочих калмыцких владельцев. Два брата его возбудили междоусобную распрю, и один из них просил для защиты стрелецкий полк. Близ Черного Яра они сошлись для битвы, но Аюка убедил их помириться, после чего все трое, соединив свои войска, напали на стрельцов и всех их перерубили. Бунт Стеньки Разина воспрепятствовал русским наказать за это калмыков. В 1674 г. русские просили Аюку помочь в их "промысле над Азовом и неприятельскими крымскими юртами", но Аюка этой просьбы не исполнил. Калмыки и подвластные им татары постоянно производили нападения на русских, "брали их в полон и учуги разоряли". Сообщение с Астраханью было в эти годы крайне затруднительно: от Царицына до Астрахани ездили только многочисленными компаниями, да и то лишь водным путем. С 1684 г. Аюка перенес свои военные действия за Урал: воевал с киргиз-кайсаками, потом покорил туркменов мангышлакских; к этому же периоду относятся его войны с дагестанцами, кумыками, кабардинцами и кубанцами. Около 1690 г. далай-лама прислал Аюке ханский титул и печать; Аюка принял эти пожалования, не спрашивая русского царя и даже не извещая его о своих сношениях с Тибетом. Это не оскорбляло Петра 1, а, напротив, как бы вселяло в него уверенность в силах Аюки. Когда в 1697 г. Петр Великий уезжал за границу, он отправил к Аюке особое посольство с просьбой охранять русские границы. Русские, с своей стороны, обязались помогать Аюке пушками и выдавать ему ежегодно по 20 пудов пороха и 10 пудов свинца, а также без согласия его не крестить калмыков, из-за опасения необходимости отдавать пени за окрещенных. Число Крещеных Калмыков, однако, постоянно возрастало; в 1703 г. для них устроено было русскими особое поселение с церковью на речке Терешке, но в конце 1704 г. оно было разрушено по приказанию Аюки. В 1706 г., при усмирении астраханского бунта, Аюка вызвался помогать правительству, но при этом сам разорил и разграбил астраханские слободы. В 1707 г. калмыки отправились было в числе 3000 человек в войну против шведов, но от Москвы воротились назад и по дороге увели с собой до 100 семей из разных русских деревень. В 1708 г. калмыки в соединении с башкирами сожгли более 100 сел в Пензенской и Тамбовской губерниях. В 1709 г. Аюка вызвался помогать князю Хованскому в искоренении шаек бунтовавших донских казаков (булавинцев и некрасовцев), но на возвратном пути разорил русские деревни и увел в свои улусы около 1000 русских. В 1714 г. к Аюке явилось из Пекина китайское посольство; калмыцкий хан официально заявил перед ним о своих симпатиях к Китаю и розни с Россией. В 1715 г. кубанский султан Бакта-Гирей напал на калмыков и так разграбил их улусы, что сам Аюка едва успел спастись в Астрахань, под защиту русских полков, собранных тогда для похода в Хиву под начальством князя Бековича-Черкасского. Русские выступили на защиту Аюки, но не стреляли по татарам. Аюка, недовольный этим, послал в Хиву извещение о движении русских, что повлекло за собой гибель Бековича. Сохранившаяся от этого времени переписка Аюки с астраханскими воеводами поразительна по своей надменности; каждая его бумага носит имя указа. Только новый губернатор, А. П. Волынский, впервые возвратил Аюке присланный от него указ и этим пресек навсегда старую повелительную форму. Петр 1 думал, что дерзость калмыков обусловливается не общими чертами их характера, а только личностью их вождя, Аюки; поэтому он заботился лишь о том, чтобы преемник калмыцкого хана не был таким энергичным и умным. Отправляясь в дербентский поход, летом 1722 г., Петр Великий посетил Калмыцкую степь и наметил в будущие ханы племянника Аюки, Дорчжи Назарова, бездарного и не пользовавшегося никаким влиянием в народе. В 1734 г. умер Аюка, и после его смерти появилось четыре претендента на ханство: 1) Дорчжи Назаров, предназначенный в ханы русским правительством; 2) Дасанг, внук Аюки от старшего сына, которому ханство принадлежало по калмыцкому обычаю, 3) Цэрэн-Дондук, старший из живых сыновей Аюки; 4) Дондук-Омбо, внук, любимец и воспитанник Аюки. На стороне последнего стояла вдовствующая ханша, Дарма-Бада, которой хотелось выйти замуж за своего внука; сам Дондук-Омбо был человек предприимчивый, храбрый, проницательный и хитрый. Сенат предписал Волынскому объявить ханом Дорчжи Назарова и при этом взять в заложники его сына; но когда Волынский прибыл в степь, там царила власть Дарма-Балы и Дондук-Омбы. Дорчжи Назаров отказался от принятия ханства и убежал. В степи был собран сейм, на котором все князья согласились предпринять поход на Россию и дали присягу в полном повиновении Дарма-Бале. Предупреждая опасное для русских избрание на ханство Дондук-Омбы, Волынский, на свой страх, согласился на разные уступки и добился того, что наместником ханства был провозглащен Цэрэн-Дондук. Затем Волынский взял с калмыков новую шерть, которую калмыки признают первою присягой, данной ими России, потому что она написана была на калмыцком языке и совершена по всем правилам калмыцких и буддийских постановлений. Только решительность Волынского, явившегося в степь с казаками (хотя из столицы ему предписывалось действовать "увещаниями и приласканием"), спасла край от того погрома, который порешен был воинственными калмыками на сейме у Дарма-Балы. Цэрэн-Дондук был неспособен к управлению народом; правление его ознаменовалось рядом междоусобий среди калмыцких князей. Русские не воспользовались этими распрями к ослаблению калмыков; напротив, делая их судьями даже чисто русских дел, они усиливали влияние родовых правителей. С 1727 г. снова начинаются набеги калмыков на русские пределы; в течение одной осени 1727 г. русские потерпели от них убытков на сумму свыше 60 тыс. руб.; в плен было взято 17 человек и убито 15. В предупреждение этих набегов Верховный тайный совет в 1728 г. определил завести в каждом городе от Астрахани до Саратова по 20 расшивных лодок для разъездов солдат астраханского гарнизона. В 1729 г. калмыцкие владельцы начали сношения с Чжунгарией и под председательством Цэрэн-Дондука советовались о том, вести ли им войну против России. В 1730 г. было получено известие, что к калмыкам едет китайское посольство, которое везет Цэрэн-Дондуку ханский титул от богдыхана. Чтобы парализовать эту меру, русское правительство само поспешило пожаловать Цэрэн-Дондуку титул хана. В 1731 г. Цэрэн-Дондук начал самостоятельные сношения с Персией и Оттоманской Портой, а от своих князьков требовал особого почтения. Последние восстали против Цэрэна; русские защищали его своими войсками, вследствие чего Дондук-Омбо собрал 11000 кибиток и вступил в подданство Порты. В 1732 г. русское правительство решило потребовать от Порты, чтобы калмыки были высланы из турецких владений, а к Дондук-Омбе послать посольство с грамотой, приглашавшей его вернуться в Россию. На требование посла принять эту грамоту стоя Дондук-Омбо отвечал отказом и стал производить нападения на русские деревни и переманивать к себе калмыков. В 1734 г. у него насчитывалось уже до 28000 кибиток, а так как земли для кочевок у него не было, то он просил русское правительство о дозволении ему снова перейти на Волгу. Открывшаяся в 1735 г. война с Турцией побудила Россию не только согласиться на эту просьбу, но даже объявить Дондук-Омбу верховным правителем Калмыкии: Цэрэн-Дондук за неспособность к управлению был устранен и вызван в Петербург. В правление Дондук-Омбы нападения калмыков на Россию почти прекратились, так как мелкие калмыцкие князьки были поглощены в эту пору заботами об охране своих владений; Дондук-Омбо хотел, чтобы все калмыцкие владельцы признавали его власть, и за малейшее неповиновение насильственно отбирал у них улусы. По отношению к России он держал себя совершенно независимо. Он сам выбрал в преемники своей власти 10-летнего своего сына от второй жены, Рандула, и отправил посольство к далай-ламе, чтобы исходатайствовать ему утверждение. Русскому правительству он только дал знать "для сведения", что о пожаловании в ханы своего преемника он обращался с просьбою в Тибет. Дондук-Омбо умер в 1741 г. Вдовствующая его ханша, Джан, немедленно послала в Петербург просьбу об утверждении ее сына, Рандула, ханом, но, не дождавшись этого утверждения, начала силой присваивать себе ханскую власть и казнила семь важнейших из калмыцких владельцев. Русское правительство, узнав об этом, назначило ханом Дондук-Даши и определило не допускать Рандула до управления. Джан и Рандул бежали в Кабарду и отсюда посылали послов к персидскому шаху Надиру, прося его помощи против России. Рандул с толпами кабардинцев время от времени грабил своих соплеменников. Преклонность лет не давала возможности Дондук-Даше ни отражать эти набеги, ни справляться с делами управления. В 1751 г. он просил об определении его сына Убаши наместником ханства. Просьба эта была исполнена, но так как Убаши был малолетен, то Дондук-Даши все-таки оставался ханом до своей смерти в 1761 г. Оспаривать власть Убаши явился Цэбэк-Дорчжи, внук Дондук-Омбы, почитавший себя старшим в роде. Русские снова должны были приготовлять войска для защиты своего ставленника; но Цэбэк-Дорчжи бежал на Кубань. Исследуя причины волнений в Калмыцкой орде, русское правительство видело, что исходным пунктом их была ханская власть, тяготевшая над народом; оттого оно решилось ограничить эту власть и изменить образ правления у калмыков. Все их дела ведались ханом и ханским зарго (административная и судебная канцелярия), члены которого назначались ханской властью. Теперь предположено было назвать это зарго не "ханским", а "народным"; в число его членов должны были войти правители не из одного ханского, а из всех улусов, и утверждение их должно было зависеть не от хана, а, по выбору народа, от русского правительства. Зарго должно было представлять свои приговоры на утверждение хану, но хан не имел права отклонить собственной властью постановления зарго, а в случае несогласия с ним должен был представить все дело русскому правительству. Такое унижение ханской власти возмутило Убаши. Явившийся снова в Калмыцкую степь Цэбэк-Дорчжи первый подал Убаши мысль о побеге в Чжунгарию, рассчитывая, вероятно, что такой побег во всяком случае должен открыть ему, Цэбэк-Дорчжи, путь к ханству. Откроется измена - Убаши будет сменен; удастся побег - по дороге нетрудно будет отнять власть у неопытного соперника. Слабоумный Убаши поддался на убеждения Цэбэк-Дорчжи и 5 января 1771 г. предпринял переход с Волги в Чжунгарию. Численность калмыков, оставшихся в пределах России после побега, не превышала 5000 семей или кибиток. Русское правительство, опасаясь вторичного побега, определило, чтобы калмыки кочевали по правой, нагорной стороне Волги и только в случаях крайней необходимости переходили на луговую сторону, да и то не иначе, как с разделением народа на две равные половины. Звание калмыцкого хана было уничтожено; каждый калмыцкий владелец был поставлен в совершенную независимость от других; за владельцами было оставлено только хозяйственное управление улусом и разбор частных дел, судебная же власть сосредоточилась в зарго из народных представителей, контролировавшихся русскими властями. По мысли Екатерины II калмыки постепенно должны были перейти в полное подчинение русскому законодательству. В 1786 г. астраханский генерал-губернатор П. С. Потемкин признал возможным даже вовсе закрыть зарго, а дела о калмыках передать в уездные суды. При Павле I, однако, владельцу Чучею Тундутову было опять пожаловано звание наместника ханства, снова было открыто зарго, снова калмыки перешли в полное подчинение своим родовым правителям. Калмыцкому народу были пожалованы в вечное владение земли от Царицына по рекам Волге, Сарпе, Салу, Манычу, Куме и взморью. Калмыки были изъяты из ведомства губернского начальства и подчинены коллегии иностранных дел. Александр I в первом же году своего царствования учредил должность главного пристава калмыцкого народа "для ходатайства, защиты и лучшего охранения польз народных". Со смертию Чучея в 1803 г. самостоятельность правления калмыцких предводителей миновала безвозвратно; главный пристав калмыцкого народа был подчинен астраханскому губернатору. В 1822 г. созван был съезд калмыцких владельцев и лам в урочище Зинзили, на котором составлен был полный свод обычаев калмыцкого народа. Семью существовавшими в то время улусами (т. е. союзами родов) управляли нойоны - родовые вожди, которые получали свою власть в большинстве случаев наследственно, хотя для получения нойонства требовалось еще признание родичей и утверждение со стороны верховного вождя всего калмыцкого народа, носившего звание тайши или (впоследствии) хана. Каждый улус состоял из нескольких родов (оток), которые делились на аймаки, не имвшие определенной численности и распадавшиеся, в свою очередь, на хотоны. Для ближайшего управления аймаками нойны раздавали их обыкновенно своим дальним родственникам или доверенным лицам, которые получали название зайсангов. Нойоны могли не только назначать зайсангов, но и отнимать у провинившегося зайсанга аймак; тем не менее, в силу укоренившегося обычая наследственности зайсангского звания из этих правителей образовалось особое сословие зайсангов. За ними следовали простолюдины, чернь (хара кюн); они сообща, поулусно обязаны были отправлять ратную повинность, платить дань и другие сборы на содержание нойона и зайсангов. Из общего улусного строя выделялось духовенство (ламы), свободное от податей и имевшее для своего содержания особую челядь, "шабинеров", или ламинских людей. Шабинеры также разделялись на аймаки, но стояли вне общей организации родовых союзов, составляясь из людей различных родов, переданных родоправителями хурулам (монастырям) и ламам. Все тогдашние калмыки вели жизнь исключительно кочевую. Малая производительность почвы, недостаток мест, удобных не только для земледелия, но даже и для постоянных пастбищ, отсутствие проточных вод и вообще хорошей системы водоснабжения делали невозможною жизнь оседлую. Степь свою калмыки признавали общим владением улусов, не установив ни определенных границ между улусами, ни определенных пространств для кочевки улусных родов. Эта система землевладения была как нельзя лучше приноровлена к условиям большого скотоводства, которое могло идти успешно лишь при обширности и разнообразии кочевых урочищ. Кочевки шли по определенным степным "путям" и "полосам", направление которых для каждого рода было освящено временем и народным обычаем. Территориальный размер или "размах" кочевки определялся, с одной стороны, физическими условиями степи, с другой - количеством стад: чем больше скотовод имел скота и на степи было менее подножного корма, тем шире был его кочевой размах. Направление путей регулировалось колодцами, периодически же кочевки распределялись по временам года: весенние - в первых числах февраля, летние - в начале мая, осенние - в течение августа и зимняя - в ноябре. Объявление о снятии кочевья делалось особым знаком - воткнутой вблизи княжеской ставки пикой. Каждый калмык обязан был кочевать со своим родом; отдаляться от родового пути или кочеваряжить "кривыми" путями строго воспрещалось. Источником благосостояния калмыков был скот. Тот, у кого погибло стадо, превращался в "байгуша", или "убогого" калмыка. Эти "убогие"люди снискивали себе пропитание, нанимаясь с дозволения владельца на работы, главным образом на рыболовных ватагах по реке Волге. Средину между "байгушами" и скотоводами занимали "сидячие" калмыки, скотоводство которых было так невелико, что они не нуждались в больших перекочевках и потому "отставали" в кочевых путях. Пропитание байгушей и предоставление им, а равно как и "сидячим" калмыкам, средств и возможности снова войти в состав родов - все это составляло одну из характерных общественных повинностей родовых союзов. Степное хозяйство калмыков в смысле содержания и размножения стад велось крайне рутинно, без всяких улучшений. Единственную заботу калмыков всегда составляла охрана стад от расхищения; по этому вопросу у них было выработано множество обычно-правовых норм. Для удостоверения принадлежности скота известному хозяину употреблялись особые знаки - тамги. Это не спасало калмыков ни от единичных случаев воровства, ни от "отгона" целых табунов организованными шайками хищников. Торговля калмыков всегда ограничивалась одним лишь сбытом скота заезжим купцам; никогда не бывало примера, чтобы кто-либо из калмыков занимался, как купец, постоянной торговлей. Для торговли в калмыцкие кочевья приезжали "коробейники" из русских, армян и хивинцев. Ближайшее знакомство с бытом калмыков показало нашему правительству, что неограниченный произвол владетельных классов был основной причиной всех смут, нестроений и бедствий калмыцкой жизни, что и исправил их соплеменник Ленин. Для водворения порядка и спокойствия среди калмыцкого населения в 1827 г. был откомандирован в Астрахань сенатор Энгель. Результатом его ревизии стало положение об управлении калмыцким народом, 1834 г. Этим положением было признано старое деление калмыков на улусы, но для каждого из них были установлены территориальные границы, а для общего пользования была оставлена только одна небольшая полоса на юге калмыцкой степи, известная под именем "черновой земли". Для управления улусами были оставлены их родовые правители - нойоны; но те улусы, в которых нойонский род прекратился, переходили в казну и заведовались особыми правителями, назначаемыми на срок, по воле русского начальства. Власть нойонов была сильно ограничена: им воспрещалось дробить улусы между своими сыновьями, они лишались прежнего владения калмыков на основаниях крепостного права и не могли ни продавать, ни закладывать, ни дарить своих податных людей; прежде неограниченные, их поборы были исчислены теперь в 7 р. 14 к. с каждой кибитки. Звание зайсангов как аймачных правителей положением 1834 г. было признано также наследственным и должно было переходить к старшему в роду; остальные родовичи хотя и носили звание зайсангов, но не имели никакого отношения к делу управления. Таким образом возник новый класс людей - "безаймачных" зайсангов, которым присваивались права личных почетных граждан империи. Сборы с народа в пользу аймачных зайсангов были ограничены 57 коп. с каждой податной кибитки, как в казенных, так и во владельческих улусах. Нойонам и зайсангам предоставлялось исключительно заботиться о хозяйственном состоянии улусов, судебная же часть всецело переходила в суд "зарго". Особенность этого суда, по положению 1834 г., состояла в том, что здесь, помимо депутатов от народа, заседали русские чиновники; проступки калмыков повелевалось судить на оснований их древних законоположений, в случае же недостатка и неполноты их - применять к делу законы российской империи. Управление вверялось в каждом улусе особым чиновникам - улусным попечителям, с одним или несколькими помощниками. Кочующие калмыки в приморье, составили особое, так называемое мочажное, ведомство; торгующие под Астраханью скотом поставлены под надзор смотрителя калмыками базара. Положение 1834 г. было значительно дополнено и разъяснено в период до конца 1837 г.; когда же в 1838 г. управление калмыками перешло в ведение министерства государственных имуществ, то последнее, собрав и обсудив все эти дополнения, выработало новое положение об управлении калмыцким народом, утвержденное в 1847 г. Приняв в свое ведение калмыков, министерство государственных имуществ поставило своей главной задачей сблизить калмыков с общегосударственным населением империи, а для этого прежде всего приучить их к оседлости. С этой целью в министерстве с первого же года начата была разработка вопроса о заселении дорог, пролегающих через калмыцкую степь, чтобы показать калмыкам живой пример доброй оседлой жизни. Высочайшим повелением от 30 декабря 1846 г. в кочевьях калмыков определено было основать 44 станицы, каждую в 50 дворов русских крестьян и в 50 дворов калмыков, с отводом поселенцам земли по 30 десятин на душу; за первыми поселенцами-калмыками, кроме того, сохранялось право на участие в пастьбе скота на общих землях; наконец, каждому калмыку выдавалось еще при поселении по 15 рублей. Несмотря на такие льготы, калмыки боялись и ни на одном из отведенных им участков не поселились, и выстроенные для них дома остались не занятыми: только русские крестьяне быстро заняли лучшие из отведенных мест, и таким образом среди калмыков появилось значительное число русских поселений. В 1862 г. предложено было основание новых, небольших калмыцких поселков, тянущихся через всю степь с востока на запад по линии так называемого Крымского тракта. Колонизация эта была опять неудачна; калмыки опять боялись и не селились постояно, а крестьяне заняли лишь несколько новых пунктов, ближайших к Ергеням. Предположив после этих опытов, что непосредственный переход от кочевого быта к оседлой жизни в деревнях чересчур будет труден для калмыков, министерство государственных имуществ решило приучать калмыков к оседлости исподволь, отводя желающим устроить степное хозяйство кочевникам участки земли в определенных размерах: нойонам - по 1500 десятин, аймачным зайсангам - по 400 дес., безаймачным - по 200 дес., а простолюдинам - от 20 до 60 дес., смотря по качеству избираемой земли. Эта последняя мера опять-таки не привела к цели, ибо, получив наделы, калмыки и не думали селиться там и обосновывать на них свое степное хозяйство. Основная причина этих неудач заключается отчасти в физических условиях Калмыцкой степи, отчасти в самом степном хозяйстве. Калмыки лучше занимались скотоводством, которое, несмотря на упадок, всегда оставалось настолько значительным, что для калмыков была трудна заготовка для скота корма на одном месте в достаточном количестве. Калмыки были убеждены, что успехи их скотоводства возможны лишь при обширности и разнообразии кочевых урочищ, т. е. при общинном пользовании всей калмыцкой степью, а потому всякое деление земель на участки они признают невозможным и для них гибельным, хотя бы эти участки были не в 60, а в 600 десятин. Для их успешного скотоводства нужно было разнообразие пастбищ, невозможное при участковом(под присмотром участливого участкового) пользовании землей: для верблюда и барана требуется солончак, лошади нужен луг, быку - степное пространство. Более благотворными для калмыцкой жизни оказались заботы министерства об обводнении и орошении степей, о лесоразведении в степи, об улучшении в степи медицинской части и ветеринарной помощи и, наконец, об устройстве калмыцкого быта. 15 мая 1892 г. в степях обнародован был высочайший манифест, по которыму калмыки объявлены свободными. Права калмыцких нойонов, мелких владельцев и родовых зайсангов на калмыков-простолюдинов отменены навсегда, с превращением производившегося в пользу привилегированных классов денежного сбора и с предоставлением всем калмыкам прав свободных сельских обывателей. Взамен повинностей на нойонов, зайсангов и на содержание калмыцкого управления каждая калмыцкая кибитка обложена была податью по 6 р. в год. Сбор этот обращался в государственный доход, а расходы по управлению калмыками производятся из государственного казначейства. Все недоимки по день введения нового закона были сложены; нойонам и зайсангам ввиду того, что права их на собираемые ими подати с калмыков были неоднократно подтверждаемы русским правительством, определено было выдать денежное вознаграждение в размере пятилетней сложности их доходов с народа. Местную администрацию у калмыков составляли улусные попечители, которым даны были права уездных исправников; взамен же зайсангов калмыцкие родовые общины управлялись выборными демократическим способом из народа, на правах волостных старшин.
  Калогер(от καλός и γέρων - добрый старец) - типовое название, с которым в древних греческих монастырях младшие обращались к старшим, более почетным лицам из монашествующих. С течением времени оно стало нарицательным. При переводе древних греческих прологов и патериков на славянский язык это слово оставлено без перевода и встречается в них при рассказах об искушениях, бывших даже лучшим из иноков, при изложении их наставлений братии и т. п.
  Калоед(Outhophagus) -особый навозный жук(Coprophaga), возящийся в земле и поедающий навоз.
  Калос- веселая, шуточная застольная песня древних греков, ее музыка в нотных знаках так и не сохранилась.
  Калотта- небольшая железная шапка, носившаяся немецкими и швейцарскими пехотинцами с XVI по XVIII столетия под беретами и шляпами из сукна или войлока, с украшениями из больших перьев.
  Калпак (или колпак, в перев. с татарского) - высокая, кверху суживающаяся шапка с узким меховым отворотом и с одной или двумя прорехами, к которой прикреплялись пуговицы и запоны. Делался калпак из дорогих материй, преимущественно "червчатого" бархата, и украшался жемчугами и другими драгоценными каменьями; носили его древние московские князья и государи. Калпаком называлось также воинское наголовье, состоявшее из венца, или околышка, и навершья, или высокой остроконечной тульи, украшенной на конце металлическим репьем или яблочком. Иногда для защиты щек, затылка и плеч к этому наголовью прикреплялась кольчужная сетка, застегивавшаяся у шеи или на груди запонами.
  Калым- это старое слово у всех русских инородцев монгольского и тюркского происхождения означало раньше плату за невесту, выкуп, платимый женихом ее родственникам. Корни этого обычая кроются в особенностях древнего общественного быта и культурно-исторического бытия, и факт существования его в ту или иную эпоху может быть установлен для всех народов, не исключая и славян (мужское приданное). По мере того, как другие формы заключения брака вытесняли у того или другого народа покупку невест, выкуп сводился к одному лишь символическому обряду. Так, на мало-русской свадьбе символический обряд выкупа невесты играет едва ли не первостепенную роль. На востоке России сохранился и сам обычай уплаты калыма под именем кладки, запроса, настола, столовых денег, поневестных, но эти деньги обычно идут на приданое и на свадьбу. Первоначально калым обращался в исключительную пользу родителей или родственников невесты, затем он стал делиться между ними и самой невестой и наконец поступать в полную собственность последней. У различных русских инородцев существовали все эти три формы. Так, у бурят калым поступал всецело в пользу родителей невесты. У башкир часть калыма принадлежала невесте, которая может вытребовать его судом, но обычно принято было оставлять его отцу. У казанских татар калым всецело обращался на приданое невесте; тоже у ахалцихских армян, у которых калым называется хаасен. Обычай продажи невесты распространен был среди горских племен Кавказа, где плата за невесту называлась у черкесов калым, у осетин - ирад, у ингилойцев - мелче, у аварских горцев - могори, у татар - кебин, Вопрос о размерах калыма имел здесь большое значение, так как при чрезмерной высоте его многие вынуждены были прибегать к тайному и насильственному увозу женщин, а это при господстве обычая кровавой мести частью влекло за собой кровавые столкновения между целыми родами. Поэтому общественные власти стремились установить максимальный размер калыма. Так, в 1866 г. собрались во Владикавказе представители трех сословий Северной Осетии и установили норму калыма в 200 р.; в 1879 г. депутаты ингушей общественным приговором назначили максимальную норму калыма в 105 р., а равно как определили размеры свадебных угощений и постановили подвергать штрафам родителей невесты, принявших по уплате калыма какие бы то ни было подарки. В Осетии таугарцы платили родителям невесты только 100 р., а другие 100 р. родители, согласно постановлению шариата, записывали в пользу невесты в накях (брачный контракт), чтобы в случае развода она могла получить эти деньги в свою полную собственность. Другие осетины-мусульмане записывали в накях только 50 р., у осетин-христиан родители брали весь выкуп в свою пользу. У дагестанских горцев, лезгин, салатавцев, андийцев, койсобулинцев, дидойцев и других горцев или совершенно упал, будучи заменен кебин-хакком, т. е. брачным договором, которым жених обеспечивает невесту на случай своей смерти или развода, или же был доведен до минимальной цифры (20 фунтов пшеницы, 1 рубель деньги и т. п.), при которой акт платежа калыма имел уже скорее характер символического обряда.
  Кальвинизм- это культурно-исторический тип протестантского направления, ведущего свое начало от Кальвина. К середине XVI в. католическая церковь стала возрождаться и организовала сильную реакцию, охватившую всю Европу. Это изменило задачу протестантизма: надо было ввиду грозящей опасности подняться над разрозненными усилиями реформы в отдельных странах и охватить пропагандой весь Запад, принять резкие и ясные церковные формы и организоваться для борьбы за жизнь. Эту задачу принял на себя кальвинизм, который является романским типом Реформации. Выступая еще резче против католичества, кальвинизм был, однако, сильно проникнут средневековыми католическими принципами: нетерпимостью, безусловным подчинением отдельных личностей церкви, почти аскетическим кодексом нравственности. С другой стороны, ни одно протестантское направление не настаивало так резко на безусловном и исключительном следовании Библии, на изгнании из культа и учения "суеверий" и "язычества" (т. е. их внешних символов веры). Стремясь восстановить древнюю христианскую общину, кальвинизм проводил в церкви народное начало; в интересах борьбы, однако, руководителям общин - пасторам и старейшинам - дается сильный авторитет и отдельные общины тесно скрепляются в союзы с общим выборным управлением (пресвитериальное и синодальное устройство). Силой вещей кальвинизм тесно сплетается с политическими движениями и вырабатывает определенные политические принципы. Последователям Кальвина пришлось выступать в эпоху, когда представители светской власти по большей части действовали в духе церковной реакции. В столкновениях с властями кальвинизм скоро принимает по преимуществу народное, антимонархическое направление, сближается с республиканскими и конституционными партиями. Из принципа "Бога надо слушаться больше, чем людей" кальвинисты выводят теорию сопротивления нечестивой и вообще тиранической власти, учение о скрепленном Богом договоре между народом и королем; республиканские формы церковного устройства переносятся на политическую жизнь. Кальвинист XVI и XVII вв. представляет собой резко очерченный тип человека, глубоко уверенного в правоте своего учения, сурового и тяжелого, враждебного светской жизни и удовольствиям, республикански-простого по внешности, вечно с молитвой или благочестивым текстом на устах. Кальвинизм выставляет большую воинствующую литературу, в которой встречается и богословская полемика, и сатира, и политические памфлеты, и трактаты. Помимо небольшого уголка романской Швейцарии, где действовал Кальвин с ближайшими сотрудниками, кальвинизм распространяется в Германии, преимущественно на Западе(в Рейнской области и Гессене - под названием реформатской церкви), в Нидерландах, во Франции (под названием гугенотства), в Шотландии и Англии (под общим названием пуританизма) и в Польше. Его ученым центром долго остается Женева. В Германии кальвинизм не играл первенствующей роли: кальвинисты не были включены в условия Аугсбургского религиозного мира, признавшего за князьями право менять веру. Вражда кальвинистов с лютеранами разгорелась до крайней меры: последние находили, что "лучше паписты, чем кальвинисты". Этот разлад оказался вредным для дела протестантизма в эпоху Тридцатилетней войны; лютеране остались большей частью чужды предохранительной унии (1609), заключенной кальвинистскими князьями. Вестфальский мир (1648) распространил условия терпимости и на кальвинистов. В XVII в. кальвинизм был принят могущественным бранденбургским курфюрстом. Его преемники, прусские короли, заняли примирительное положение в отношении двух исповеданий. В XIX в., ко времени юбилея Реформации (1817), со стороны Пруссии была сделана попытка их слияния. В Нидерландах кальвинизм выразился в очень энергичной форме. После подавления при Карле V лютеранской реформации в Нидерландах кальвинизм стал здесь распространяться в 50-х и 60-х гг. XVI в., первоначально среди низших классов, особенно в городах. Суровые меры правительства придали ему с самого начала революционный характер: народ сходился толпами в несколько тысяч человек, чтобы слушать проповедь, и собрания обычно охранялись вооруженными людьми; осужденных на сожжение проповедников силой освобождали. В 1566 г. по самым крупным городам прошла страшная буря иконоборства. Около того же времени дворяне представили правительнице (Маргарите Пармской) протест против инквизиции, составленный кальвинистом Марниксом де-Сент-Альдегонд. Прибытие испанского войска под начальством Альбы, казни, которым подверглись видные лица в среде аристократии (Эгмонт, Горн), еще более сблизили политическую оппозицию дворян с кальвинистами; многие перешли в протестантизм, как и главный противник Филиппа, Вильгельм Оранский, другие эмигрировали. Нидерландские кальвинисты завели отношения с французскими гугенотами. Первые попытки вооруженного сопротивления кончились неудачей; испанцы господствовали почти над всей страной, когда несколько эмигрантов - "морские гезы" - захватили приморский город Бриль. С этого момента сопротивление пошло успешнее, и северные области, в которых преобладали кальвинисты, отложились. После смерти преемника Альбы, Реквезенса (1576), Вильгельму Оранскому удалось привлечь к восстанию и южные штаты (Гентская пацификация), но уния была непрочна вследствие национального и религиозного различия: большинство населения Бельгии оставалось верным католичеству. Политическими уступками испанцам удалось удержать южные области под своей властью, а семь северных, верных кальвинизму провинций составили независимую Голландскую республику (1581). С этой поры Голландия становится убежищем гонимых в других странах протестантов; на протестантской основе здесь развивается особая политическая литература (Гуго Гроций, Салмазий). Церковное устройство, исходившее от кальвинистского начала самоуправления отдельных общин, приладилось к федеративному устройству с его самостоятельностью провинций и городов: религиозные дела предоставлены были на усмотрение каждой такой политической группы. В среде нидерландских кальвинистов вскоре образовался раскол: от рьяных кальвинистов, принимавших предопределение и отличавшихся нетерпимостью, так называемых гомаристов, отделились умеренные, арминиане, отвергавшие суровое учение Кальвина о предвечном избрании и склонные к большей мягкости в отношении других исповеданий. К религиозному спору примкнула борьба республиканско-аристократической и демократо-монархической партий, с Оранским домом во главе. Первая, державшаяся арминианства, была побеждена, и ее вожди сложили головы; учение арминиан было осуждено на национальном синоде в Дордрехте. Французский кальвинизм в учении и строе церкви стоял всего ближе к родоначальнику этого направления. В 1559 г. парижский синод представителей кальвинистских общин утвердил обширный план церковной организации, которая должна была охватить всю Францию: соседние общины соединялись в коллоквии, коллоквии - в провинции; каждая группа имела свои собрания, свои консистории, своих выборных пасторов и старейшин, которые утверждались высшей группой; представители общин сходились в провинциальные, представители провинций - в генеральные собрания. С переходом гугенотов на почву политической борьбы принципы этой организации легли в основу политического устройства партии. Выработка этого устройства относится ко времени наиболее ожесточенного столкновения гугенотов с правительством и католическим большинством после Варфоломеевской ночи (1572). На юге и западе Франции гугеноты находят себе поддержку в сепаратистских стремлениях части дворянства и горожан и вырабатывают федерацию областей с представительными учреждениями. Талантливые их публицисты и историки (Hotman во "Franco-Gallia", Languet в "Vindiciae contra tyrannos", неизвестный автор "Rйveille-Matin des Franςais", Agrippa d'Aubignй в "Histoire universelle") развивают республиканские и конституционные теории, доказывают исконность представительных учреждений во Франции. К своему королю, Генриху Наваррскому, гугеноты относились как к государю конституционному. Нантским эдиктом (1598) политическая организация их была признана; король старался лишь урегулировать ее и контролировать ее деятельность, посредством своих комиссаров. Интерес к политическим собраниям охладевает у гугенотов в первое 20-летие XVII в., вместе с развитием в их среде веротерпимого и свободомыслящего направления. В начале 20-х годов XVII в. политическая организация гугенотов разрушилась, а через несколько лет (в 1629 г.), после разрозненного сопротивления, политические права были у них были отняты Ришелье. В Шотландии кальвинизм стал распространяться в 50-х гг. XVI в., во время регентства Марии Гиз, управлявшей за малолетней своей дочерью, Марией Стюарт. Развитие протестантизма стоит здесь в тесной связи с политической оппозицией против династии Стюартов, в особенности сильно выражавшейся у дворянства. Вождем протестантов с самого начала является энергичный Джон Нокс, ученик Кальвина, похожий на него характером и настроением, но в то же время политический агитатор и народный трибун. Беспощадно бичуя в проповедях "идолослужение" двора, Нокс направил недовольную аристократию к составлению "Христовой конгрегации", потребовавшей от регентши введения "божественной формы первоначальной церкви". Отказ повел к иконоборству, сопровождавшемуся разрушением монастырей (1559). Регентша была низложена, причем Нокс доказывал цитатами из Ветхого Завета, что низвержение нечестивых государей угодно Богу. В следующем году постановлением парламента была отобрана церковная собственность, доставшаяся по большей части дворянству, и в Шотландии был введен кальвинизм под названием пресвитерианской церкви: эта церковь имела синодальную организацию и предоставляла значительный авторитет священникам, избиравшимся не непосредственно народом, а церковными советами. Кальвинизм в Шотландии пришлось еще раз выдержать борьбу в правление Марии Стюарт, возвратившейся из Франции в 1561 г. Несмотря на обличения Нокса, Мария не желала отказаться от католического богослужения, и строгие законы, изданные против католиков в ее отсутствие, не исполнялись. С низложением Марии пресвитерианство достигает в Шотландии полного торжества: наследника престола, будущего Иакова I Английского, отдают на воспитание кальвинистскому публицисту и историку Букэнэну. В XVII веке Иаков I и Карл I, правившие одновременно в Шотландии и Англии, пытались ввести в Шотландии англиканскую церковь, с саном епископа и некоторыми нововведениями в культе в духе католичества (политика архиепископа Лода). Результатом этих попыток было восстание, слившееся с английской революцией. В Англии кальвинизм развивается после введения реформации государственной властью и вследствие этого был в оппозиции не к католицизму, а к официальной протестантской церкви, к англиканству. Строй этой церкви, введенный при Эдуарде VI (1547-1553) и утвержденный Елизаветой (1558-1603), не удовлетворял больше последовательных приверженцев протестантских принципов, как слишком еще проникнутый католическими чертами. Все считавшие необходимым дальнейшее очищение церкви от "суеверий" и "идолослужения" получили название "пуритан". С точки зрения официальной церкви, они были "нонконформисты", т. е. отвергавшие единообразие учения и культа (они назывались также диссентеры, т. е. разногласные). Одного целого пуритане не составляли; между ними можно было различить несколько градаций. Наиболее умеренные готовы были помириться с верховенством короля в церкви, но отрицали епископат и католические остатки в культе; другие, приближаясь к шотландскому кальвинизму, принимали республиканско-аристократическую организацию пресвитерианства, с национальным синодом во главе; наконец, в конце XVI в. стало развиваться направление броунистов (от основателя их, Броуна) или индепендентов, которые вносили в церковное устройство начало демократическое и самоуправление общин. Оппозиция пуритан носила вначале чисто религиозный характер. Парламент издавал против них постановления, Елизавета преследовала их как мятежных подданных, но, сидя в тюрьмах, подвергаясь наказаниям, они молились за королеву, тем более что она поддерживала их единоверцев в Шотландии, Голландии, Франции. Положение изменилось в XVII в., при Стюартах: с одной стороны, англиканство стало приближаться к католичеству и пуритане подверглись еще более тяжким гонениям, с другой - короли стали ограничивать привилегии парламента. Религиозная и политическая оппозиция соединились, и пуритане стали передовыми борцами за политическую свободу при Иакове I и Карле I; церковные представления их были перенесены на политическую почву и обратились в конституционные и республиканские теории; не допуская королевского верховенства в церковных делах, они боролись против абсолютизма в государстве. Тяжелые испытания в начале этой борьбы заставили многих выселиться во вновь основанные колонии в Северной Америке; здесь, на свободе развились многочисленные секты, на которые распался английский кальвинизм (Индепенденты, Квакеры, Пуритане). После героической эпохи XVII в. пуританство, или диссентерство, достигнув фактической терпимости и распавшись на умеренные и крайние толки, затихает, утрачивает свое влияние и внутреннюю силу. Его возрождение в Англии относится к концу XVIII в. и происходит в так называемом веслеянстве, или методизме. В Польше кальвинизм как историко-религиозный тип сыграл преходящую роль. Ранее его здесь распространялись лютеранство (среди немецкого населения городов) и учение чешских братьев. Кальвинизм с его республиканско-аристократической организацией подошел в к особенным стремлениям шляхты, которая, господствуя на сеймах, старалась провести политическую реформу в своих интересах и сильно враждовала с духовенством. Сношения между Кальвином и видными людьми в Польше возникли в начале правления Сигизмунда II (конец 40-х, начало 50-х гг. XVI в.). Вскоре (1556-60) организатором кальвинистической церкви в Польше (под названием "гельветического исповедания") появился Ян Лаский, обращавшийся и к правительству с предложением произвести реформацию (1554). Кальвинизм не вызвал, однако, большой ревности. В среде протестантов здесь вскоре развилось под влиянием Италии рационалистическое направление, обратившееся к антитринитаризму (отрицанию Троицы) - так называемое социнианство, совсем не отличавшееся свойствами энергичной церкви. Сильная католическая реакция с 60-х гг. встретила в Польше лишь разрозненное сопротивление протестантов, и влияние кальвинизма было быстро разрушено.
  Кальдерарии (или "медники") - старое тайное политическое сообщество в Неаполе, возникшее в виде противовеса другому тайному обществу - карбонариев - как ультрароялистское общество, действовавшее в пользу абсолютной монархии и католической веры. Название свое кальдерарии получили от слова "caldaia" - "медный котел", который и служил эмблемой этого общества; смысл эмблемы был тот, что, будучи поставлены под карбонариями, они так же уничтожат их, как уничтожается уголь под котлом. Общество кальдерариев возникло в эпоху правления Иосифа Бонапарте и Мюрата и состояло из преступников, бежавших из тюрем в 1799 г., из каторжников, расстриженных священников и монахов, сыщиков и других подонков общества, занимавшихся только грабежом и разбоем. Организованные наподобие санфедистов, кальдерарии действовали в согласии с ними. В 1816 г. во главе кальдерариев встал министр полиции, Каноса, который раздал им оружие и поручил начальствование отрядами, с тем чтобы в назначенный день начать избиение либералов. Раньше, однако, чем дан был сигнал к подготовленной уже резне, насилия, убийства и угрозы кальдерарии обратили на них внимание властей, не посвященных в тайну. Эмиссары, разосланные Каносой по провинциям, были арестованы, данные им инструкции перехвачены, и публика с изумлением узнала, что виновником заговора был не кто иной, как сам министр полиции. По настоянию посланников иностранных держав король Фердинанд I принужден был дать отставку Каносе. Кальдерарии продолжали свои злодеяния и слились впоследствии с другим тайным обществом в Неаполе, Каморрой.
  Калька (калькирование) - снимание копии с чертежа или рисунка при помощи прозрачной бумаги или каленкора, так называемой "кальки", наложенной на подлинник. Отдельные волокна обычной белой бумаги прозрачны, когда их рассматривают под микроскопом, но по причине их неправильной формы и воздуху, наполняющему промежутки, бумага пропускает только рассеянный свет, отражая назад значительную часть падающих на нее лучей. Если же под сильным давлением глазировать тонкую бумагу, то во многих местах прозрачные волокна придут в непосредственное прикосновение, ее поверхность станет ровнее и она сама станет прозрачнее. Еще лучше заполнить эти промежутки прозрачным веществом, имеющим показатель преломления больший, чем у волокон бумаги, состоящей из растительной клетчатки: тогда свет будет выходить из этих волокон, а не претерпевать полное внутреннее отражение, вследствие чего гораздо меньшая часть лучей отразится назад. Поэтому-то капля масла, керосина, бензина, скипидара, воска, стеарина, парафина, даже алкоголя или водки делает на бумаге прозрачное пятно, а капля воды лишь едва заметно увеличивает ее прозрачность. Грубые рисунки можно калькировать на простой бумаге, положив на стекло, сильно освещенное с задней стороны: черты рисунка станут настолько видны, что их можно будет обвести карандашом или рейсфедером. Чтобы и более нежные черты стали видны достаточно ясно, бумагу надо пропитать слабым спиртом, скипидаром или керосином. Окончив обводить рисунок, останется только высушить бумагу, для чего при употреблении керосина надо ждать целые недели или класть ее на горячую плиту. Калька(Kalka - грязь, грех) - это и десятое воплощение, или аватара, индийского бога Вишну, которое может произойти около конца последней мировой эпохи. Все нечестивые будут истреблены огненным кометоподобным мечом Вишну, который явится верхом на белом коне для разрушения всяческого зла, обновления мироздания и восстановления всеобщей чистоты. На земле воцарится справедливость; души всех оставшихся в живых к концу мира пробудятся к новой жизни и станут чисты и ясны, как кристалл.
  Калюмет(фр. Calumet) - употребляющееся с XVI в. типичное название "трубки мира" у североамериканских индейцев. Калюмет состоит из каменной или глиняной головки, или очажка, и тростниковой полой палочки длиной фута в два или два с половиной. Часто он был украшен перьями, стеклышками и т. п. При заключении мира договаривавшиеся друг с другом вожди племен попеременно курили из калюмета.
  Камадхену (позднее Камдену, Kвma - желание, dhenu - дойная корова) - в индийской мифологии чудесная корова, исполняющая все желания и принадлежащая мудрецу Васиштхе. Она появилась на свет во время пахтанья богами океана. Образчиком ее могущества может служить создание ею целой армии, с которой Васиштха пошел против царя Картавирьи, похитившего у него теленка от этой коровы. Камадхена была также яблоком раздора в известной борьбе Вишвамитры и Васиштхи. Камадхену призывался индусами, когда они желали получить какие-нибудь милости от богов. Молящий при этом приводил в дар корову и, держа ее за хвост, произносил молитвенную формулу. В образе Камадхена отразилось чрезвычайное уважение к корове, граничащее с боготворением, общее индийской и иранской мифологии. Оно вынесено из общеарийской (индоиранской) пастушеской эпохи, когда корова являлась главным источником пищи, удовольствия и благосостояния. Камадхену нередко изображается в храмах Вишну с крыльями, женской головой и тремя хвостами, в сопровождении сосущего ее теленка.
  Камайе(Camaпeu) - способ гравирования подражающего камеям, а также род одноцветной живописи, заключающийся в том, что для изображения предметов берется одна какого-нибудь цвета краска двух тонов, причем тон более светлый служит фоном более темному или наоборот. Одноцветную живопись чаще называли еще гризайлью.
  Камайль- западноевропейское средневековое кожаное наголовье в виде колпака или остроконечной шапки, носившееся до XIV столетия под шлемом, а с этого времени иногда и поверх него. Затем так стали называть и куски кожи, которыми покрывали нагрудник лат в конце XVII и в XVIII столетиях.
  Камальдулы(Camaldulani, Camaldolitae, Camalduenses) - монашеский орден, основанный в начале XI в. бенедиктинцем Ромуальдом, одним из наиболее типичных представителей средневекового аскетизма, и названный так по имени пустынной местности в Апеннинских горах близ Ареццо - "Campus Maldoli", где и расположен был главный монастырь ордена. Как особый орден, камальдулы были признаны Папой Александром II в 1072 г., а устав их был редактирован не раньше 1102 г. и по своей суровости превосходил даже уставы святых Бенедикта и Василия. Камальдулы представляли собой скорее конгрегацию отшельников, чем монастырскую братию, вели строго уединенный образ жизни, собирались только для богослужения и монотонного пения псалмов, причем некоторые из них даже и для этих целей не покидали своих келий. Камальдулы ходили босые, носили грубую одежду белого цвета, предавались частым и жестоким бичеваниям, изнуряли себя строгим постом, исключавшим употребление мяса и вина даже в случаях болезни, и подчинялись избираемому из их среды приору, который назывался у них "major". С XIII в. камальдульские монастыри (например, св. Михаила и св. Матвея возле Венеции) начинают приобретать значительные богатства; принципы отшельнической жизни уступают постепенно началам монастырского общежития, аскетизм все более и более ослабевает, и камальдулы разделяются на две группы - эремитов и монастырскую братию, из которых каждая по очереди избирает "major'a". Попытка восстановить прежнюю строгость устава, произведенная Амвросием Портико в 1431 г. и поддержанная папой Евгением IV, привела только к образованию третьей группы среди камальдулов - так называемых обсервантов, придерживавшихся прежнего режима суровой монастырской жизни. В 1512 г. все камальдульские монастыри согласились подчиниться общему главе, или генералу ордена, но уже с 1520 г. отдельные монастыри стали выходить из-под его власти и в каждом государстве усвоили себе особую и независимую организацию. В конце 18 века камальдульские монастыри были уничтожены в большей части Европы (в Австрии - при Иосифе II, во Франции - во время революции), но в начале XIX в. многие из них были восстановлены.
  Камарилья(Camarilla) - так в Испании в 1814 г. называлась группа лиц, имевших обыкновение собираться в передней короля Фердинанда VII и сильно на него влиявших. К камарилье принадлежали каноник Остолоса, известный доносчик, каноник Эскоикис, носильщик, сделавшийся доном Антонио Угарте, прежний водовоз, шут, известный под именем Педро Кальядо или под кличкой Чаморро ("бритая голова"), и русский Татищев. Позже название камарильи стало нарицательным и обозначало уже группу придворных, старающихся влиять на ход событий скрытыми интригами, наушничеством, доносами и т. п.
  Камаринская (старинный тип названия дороги) - это путь из Москвы в Орду. Камаринская или Комарииская - это и русская плясовая песня в скором темпе в 2/4. Ею воспользовался М. И. Глинка для своей оркестровой фантазии под тем же названием. К этой же фантазии автор применил и свадебную русскую песню. Фантазия окончена была в 1848 г., в Варшаве.
  Камасутра(Kвmasыtra - учебник любви, ars amadi) - заглавие одного древне-индийского эротического трактата, написанного врачом Ватсьяяной (Vвtsyвyana). Автор основывался на целом ряде предшественников, из которых иные имели очень известные имена. Существует свидетельство, что философ Шанкара написал к этому произведению свой серьезный комментарий, отчего Камасутра стала известна не только среди простолюдинов.
  Каматхи(или тип Комати) - название одной новоиндийской касты из Шудра. В маратхских провинциях они делятся на Карната-Каматхи и Телинга-Каматхи, смотря по местности. В Пуне они исполняли обычные обязанности полольщиков риса, мельников, дровосеков, разбивали палатки и служили в артиллерии; в области Тедингана продавали табак и вели вообще мелочную торговлю с рук. В Карнатака Каматхи возделывали раньше землю при помощи мотыг, а в Майсоре исправляли и прокладывали дороги и вообще исполняли разные общественные работы. По-видимому, они имеют нечто общее с Камартхи, водовозами Индостана, таскающими воду из Ганга в оплетенных прутьями сосудах.
  Камбоджи (королевский знак камбоджийцев) - этот орден был установлен в 1864 г. для награждения как местных туземцев, так и европейцев. Имел пять степеней. Звезда на красной ленте с зеленой каймой.
  Камбуз(морское- Cuivine; Caboosse или Coox-room) - отделение на судах, служащее кухней.
  Каменное ядро- сплошной сферический каменный снаряд, обычно употреблявшийся для стрельбы из первоначальных огнестрельных орудий.
  Каменные бабы- так называются древние типы человекообразных каменных статуй, изображающие большей частью женщин и встречавшиеся в довольно большом количестве в Южной России, Австрийской Галиции, прусских провинциях Востой и Западной Германии, Южной Сибири, Средней Азии и Монголии. Из европейцев впервые упоминает о них путешественник Рубруквис (XIII в.), видевший их в стране команов (половцев) стоящими на курганах; по его словам, команы ставили эти статуи на могилах своих умерших. Упоминания о таких статуях встречаются и в "Книге к Большому Чертежу" XVII в. при указании границ и дорог, в качестве знаков или примет ("Каменные болваны", "Кменная девка", "Каменный человек). В XVIII в. сведения о некоторых каменных бабах были собраны Палласом, Фальком, Гюльденштедтом, Зуевым, Лепехиным, а в первой половине 19 столетия - Клапротом, Дюбуа-де-Монпере и Спасским (относительно сибирских каменных баб). Граф А. С. Уваров в "Трудах I Археологического съезда в Москве" (1869, т. II) собрал все имевшиеся в то время сведения о каменных бабах и иллюстрировал их рисунками 44 баб. Позже сведения об этих статуях собирались А. И. Кельсиевым (не успевшим, за смертью, издать своих оригинальных наблюдений), а также - по отношению к Сибири, Туркестану и Монголии - Потаниным, Петцольдом, Поярковым, Радловым, Ивановым, Адриановым и Ядринцевым; в позднее время были сообщены сведения о каменных бабах в провинциях Восточной и Западной Пруссии Лиссауером и Гартманом. В Историческом музее в Москве (в залах и на дворе) собрано было до революции до 80 таких бабьих статуй; другие имелись в Харькове, Одессе, Новочеркасске и т. д. Это только малая часть рассеянных в разных местностях России каменных баб, из которых множество уже разломано, пошло в качестве строительного материала на здания, ограды и т. п. В 50-х гг. Пискарев, подведя итоги всем имевшимся в литературе указаниям на каменных баб, насчитал их 649, всего более в Екатеринославской части - 428, затем в Таганрогском градоначальстве - 54, в Таврической губернии- 44, в Харьковской - 43, Земле Войска Донского - 37, в Енисейской - 12, Полтавской - 5, Ставропольской - 5 и т. д., но многие подобные статуи остались ему неизвестными. Некоторые каменные бабы стоят (или стояли) на курганах или были найдены в насыпи последних. Не всегда можно сказать, были ли они современны этим курганам, или существовали уже раньше, или были изваяны после и втащены на курган. Сделаны каменные бабы были из песчаника, известняка, гранита и т. п. Вышина их была обычно от 5 аршин до 1 метра, но чаще всего около 2-3 аршин. Некоторые из них представляют собой просто каменный столб с грубым на нем изображением человеческого лица; на других уже явственно обозначена была голова (с суженной шеей); в большинстве случаев выделаны не только голова, но и туловище, руки, а часто и ноги, и головной убор, и костюм. На более грубых истуканах разобрать пола нельзя, но обыкновенно он выражен явственно: мужчины изображены с усами (как исключение - даже с бородой; одна такая бородатая каменная баба имелась раньше на дворе Исторического музея), в костюме, отличающемся особыми бляхами и ремнями на груди, иногда с мечом и т. д.; женщины представлены обычно с непокрытыми грудями, в особых головных уборах, с обручами или ожерельями на шее и т. п. Иные каменные бабы совершенно обнажены, и только голова у них обыкновенно покрыта, ноги обуты. Встречаются каменные бабы как сидячие (по-видимому - чаще, особенно женские), так и стоячие (мужские - большей частью); как в том, так и в другом случае ноги иногда не выделаны. Если ноги выделаны, то они или голые, или (чаще) обуты в сапоги или башмаки; иногда можно различить и панталоны, снабженные узором. Многие женские каменные бабы (и некоторые мужские) представлены были обнаженными до пояса, но ниже видны пояс и платье, иногда даже два платья, одно нижнее, более длинное, другое - верхнее, вроде полукафтана или полушубка, с нашивками и прошивками (причем орнамент прошивок состоит из геометрических линий, двойных спиралей и другого, или даже панциря). У иных замечаются еще какие-то нашивки на плечах, у многих - две (реже три или одна большая, поперечная) бляхи (по-видимому, металлические), на груди прикрепленные к ремню или, чаще, к двум ремням. Если изображен пояс, то иногда можно отличить на нем пряжку посередине или идущие от него вниз ремешки, к которым иногда прикреплены мешочек (кошелек?), круглое (металлическое) зеркальце, ножик, гребень; у пояса показаны иногда также (у мужских статуй) кинжал или прямой меч, лук, колчан, крюк, топорик). На шее у мужчин видно иногда металлическое кольцо, у женщин - ожерелье из бус или бляшек, иногда даже 2 или 3; у некоторых от ожерелья идет широкая лента или ремень, заканчивающейся каким-то четырехугольным лоскутом (амулетом). На руках, запястьях и плечах (особенно у нагих фигур) видны браслеты (кольца) и наручники; в ушах как у женщин, так и мужчин серьги; на голове (лбу) иногда узорчатая повязка или диадема. Косы у женщин не всегда можно отличить от лент или повязок, встречающихся и у мужчин. Мужская шапка в некоторых случаях несомненно представляет небольшой шлем (мисюрку), иногда с крестообразно перекрещивающими его металлическими полосами. Женский головной убор разнообразнее - вроде шляпы с загнутыми вверх полями, башлыка, киргизской шапки и т. д. Тип лица не всегда передан явственно: иногда лицо плоское, как бы скуластое, но чаще овальное и скорее выказывает тюркские, чем резко монгольские черты. У громадного большинства баб в сложенных на пупке или внизу живота руках сосуд, чаще всего цилиндрический, вроде кубка или стакана. Иногда он так неявственно выделан, что его можно принять за сложенный платок (у одной бабы на руках несомненно развернутый платок или полотенце). Одна мужская баба держит чашу в левой руке, а в правой меч; у другой - руки просто сложены вместе, без чаши; одна женская баба держит кольцо, некоторые - рог для питья. Рубруквис приписывал каменные бабы команам, Клапрот и Спасский - гуннам, Гюльденштедт - ногайцам, Паллас - древнейшие - гуннам, более поздние - татарам ногайским или киргиз-кайсакам, Генцельман - готам, Флигье - аланам (принадлежность каменных баб готам и аланам была предположена на том основании, что в Испании были тоже найдены каменные статуи, держащие в руках чашу; но культурно-исторический тип, костюм, отделка этих статуй совершенно своеобразны), Терещенко - скифам; граф Уваров привел ряд данных, свидетельствующих о том, что некоторые каменные бабы стояли на курганах, оказавшихся, на основании раскопок, скифскими (с греческими в них изделиями IV-III вв. до Р. Х.). По мнению графа Уварова, каменные бабы принадлежат различным эпохам: некоторые из них воздвигнуты до начала железного века, другие - в древнейший железный век, третьи - уже в начале христианской эпохи; так, например, истукан, найденный Гюльденштедтом на берегу реки Этака, впадающего в Куму, в Ставропольской губернии, имеет на шее крест, как бы указывающий на христианскую эпоху, которая началась на Кавказе не ранее IV в. Мнения о принадлежности некоторых каменных баб эпохе, предшествовавшей железному веку, подтверждается тем, что изображенные у них на поясе ножи, зеркала и прочего напоминают иногда соответственные изделия сибирского медного века. Крайние пределы распространения каменных баб были вычислены дореволюционными учеными-исследователями так: на западе - Одесский уезд, Подольская губерния, Галичина, Калишская губерния, Восток и Запад Пруссии; на юге - река Кача в Крыму; на юго-востоке - река Кума в Ставропольской губернии и Кубанская область; на севере - Минская губерния, Обоянский уезд Курской губернии (по некоторым исследовательским данным- даже Рязанская губерния), Ахтырский уезд Харьковской губернии, Воронежская губерния, Балашевский и Аткарский уезды Саратовской губернии до берегов Самары в Бузулукском уезде Самарской губернии; на востоке они встречались в Киргизской степи и отсюда идут по степи до берегов Иртыша и до Туркестана (окрестности озера Иссык-куль, Токмакского уезда), затем встречаются в верховьях Томи и Енисея, в Сагайской степи в Монголии (по сведениям Потанина и Ядринцева). Монгольские и туркестанские каменные бабы вообще плохо отделаны и представляют грубые изваяния с едва обозначенными лицом или головой, но ясно выделенными грудями. Принимая все это во внимание, можно узнать, где каменные бабы воздвигались каким-то народом, который распространялся из Центральной Азии в Европейскую Россию, находясь первоначально еще в эпохе медного века. Они служили, вероятно, надгробными памятниками, судя потому, что подобные же намогильные статуи (только колоссальные и лучше отделанные) воздвигались и позже монголами (многие из них, большей частью без головы или в обломках, найдены в развалинах Каракорума) и китайцами. С другой стороны, Ивановский ("Congrиs Internat. d'Archйologie prйhistorique", Москва, 1892 г., т. I) получил от тарбагатайских монголов (торгоутов) сведение, что они почитают каменные бабы (встречающиеся в их стране), как изображения их предков, и что чаша, которую держат эти статуи в руках, служила для помещения части пепла от трупосожжения умершего (другую часть клали под основание статуи). После трупосожжения, практикуемого когда-то у торгоутов, пепел собирался ламой в небольшой медный сосуд и уносился в монастырь, где из него в смеси с глиной лепилась небольшая статуя покойного, коша-чулу. Тоже название придается торгоутами и каменным бабам, причем у них сохранилась даже легенда, объясняющая, почему они перешли от воздвигания каменных баб к глиняным. Торгоуты не затрудняются также в объяснении различных подробностей костюма, вооружения и украшений встречающихся в их степях каменных изваяний.
  Каменные орудия- типовые изделия, бывшие в употреблении в период каменного века и встречающиеся еще долго у дикарей Австралии, Меланезии и Северной Америки, не представляют того разнообразия форм и изящества отделки, как более совершенные орудия из металлов - меди, бронзы, железа. Тем не менее, многие из них так искусно были обделаны путем оббивки, так правильно симметричны, имеют такое острое и ровное лезвие или так прекрасно сглажены и отполированы, что подобные экземпляры весьма трудно изготовить современному культурному человеку, при всех средствах его усовершенствованной техники. Все каменные орудия можно разделить на отбивные и шлифованные (или полированные); первые были употребительны в древнейший палеолитический период, но также и в позднейший неолитический; вторые появились только с началом неолитического периода, а отчасти продолжали употребляться и позже. Отбивные орудия приготовлялись из твердых каменных пород, дающих раковистый излом, с гладкой, слегка выпуклой (или вогнутой) поверхностью раскола и с острыми краями получаемых осколков. В ряду таких пород первое место занимает кремень, затем различные виды кварцев, кварцитов и некоторые вулканические породы, особенно обсидиан (вулканическое стекло). Некоторые указания для объяснения прежней, доисторической обработки кремней дала позднейшая кремневая промышленность (приготовление кремней для огнив и ружей); но указания эти являются недостаточными, так как новейшие мастера работают при помощи железных и стальных молотков и долот и приготавливали кремни только определенной формы и размера. Более подходящие объяснения дает наблюдение над современными дикарями, а также опыт: английский археолог Эванс, например, достиг того, что мог сам приготовлять, при помощи только каменных и костяных орудий, различные скребки, стрелки, продырявливать молотки и т. д. Несомненно, что уже в доисторическую эпоху были известны в Европе многие месторождения кремня, которые и разрабатывались с помощью проложения в них ям и шахт; здесь же разбивались кремневые желваки и обделывались, по крайней мере вчерне, различные орудия. Такие "мастерские" каменного века, или "фабрики кремневых орудий", открыты во многих местностях Франции, Англии, Бельгии, Австрии, Дании и т. д., а также кое-где и в дореволюционной России; они характеризуются массами кремневых осколков, выказывающих следы обделки их человеком. Большинство известных "мастерских" относится уже к неолитическому периоду, судя по разнообразию форм, присутствию полированных молотков, черепков от сосудов и т. д. За неимением поблизости коренных месторождений часто пользовались кремнем и в форме речных галек; отсюда - следы многих мастерских по берегам рек, на речных дюнах, хотя иногда можно предполагать, что сюда доставлялся кремень из других мест и только подвергался здесь обделке. Древнейшие орудия палеолитического века, так называемой Шелльской эпохи, приготавливались, по-видимому, именно из подобных крупных галек; человек находил их по берегам Соммы, Сены, Темзы и других рек, пользовался ими сначала, может быть, в их естественном виде, но, подметив, вероятно, что в расколотом виде гальки выказывают более острые концы и края, стал пользоваться и такими, а затем и приготовлять их путем оббивки, придавая им постепенно более правильную, заостренно-овальную (миндалевидную или языкообразную) форму. При этом тупой конец орудия обычно выказывает слабые следы обделки и даже сохраняет округленную поверхность гальки, иногда с покрывающей ее меловой корой, что позволяет удобно держать такое орудие в руке. Отсюда предположение, что подобные орудия не снабжались рукоятками, а употреблялись непосредственно в качестве ударных, колющих, режущих. Многие каменные орудия сохранили следы отделки только с одной стороны или с одного конца. Изучая сами орудия, исследуя места древних "мастерских" и сопоставляя приемы последних дикарей, можно составить себе довольно ясное понятие о ходе обработки кремней. Сперва желвак оббивался рядом ударов округлым камнем (отбойником - percuteur) и очищался от коры. От полученного таким образом ядрища (nucleus) отбивались осколки, или пластинки (lames). Отбивка производилась или резкими, размеренными ударами отбойника, или, как у некоторых современных дикарей, искусным сильным нажимом твердой кости. Получавшиеся удлиненные осколки с резкими гранями могли служить непосредственно в роде ножей; в Мексике, говорят, крестьяне позднее брелись иногда обсидиановыми осколками. Впрочем, кремневые желваки или гальки, подвергаясь быстрому изменению температуры или сильному удару (например, извлекаемые горными потоками и ударяясь о камни), могут и сами по себе раскалываться, причем их раковистый излом дает иногда такие же осколки, как и искусственный. Несомненно человеческую работу представляют только следы так называемой вторичной оббивки, т. е. оббивки по сторонам, по краю, на верхушке и т. д. Обычно на кремневом осколке всегда можно отличить место удара или нажима; от этого пункта гладкая поверхность осколка выказывает постепенную выпуклость, слабый бугорок (так называемый bulbo de percussion - ударный бугорок), которому имеется соответственная впадинка на поверхности ядрища. Осколок, если он признавался подходящим, подвергался мелкой оббивке по одному из длинных краев (получался нож) или по поперечному узкому краю (получался так называемый скребок), или он заострялся к одному концу (получалось ocmpиe, наконечник копья, стрелка или стрела). Скребки играли важную роль в каменистом веке; они встречаются массами, разнообразной формы и величины, но обычно не длиннее 10-20 см. К оббитому краю или лезвию, они обыкновенно расширены и несколько утолщены, к противоположному - сужены, мало отделаны, несколько тоньше; этот конец мог вставляться в рукоятку, или его держали просто рукой. Названы они скребками потому, что у эскимосов было найдено совершенно такое же каменное орудие в костяной рукоятке, служащее для отскребывания мездры от шкур при их выделке. По всей вероятности, эти орудия употреблялись и для разных других целей. Есть скребки с широким режущим краем (лезвием), так называемым racloirs, и с узким - grattoirs; есть с поперечным лезвием и со скошенным, есть короткие и длинные и т. п. Некоторые из них употреблялись также, по крайней мере позже, в качестве огнив; их находили иногда в могилах рядом с кусками железного колчедана, с которыми они, очевидно, представляли прибор для добывания огня. Древнейшие наконечники копий и стрел имели удлиненно-овальную форму лаврового листа; по опытам Эванса, такая форма получается всего легче. Впоследствии формы наконечников весьма осложнились: попадаются стрелки треугольные, ромбоидальные, с боковыми зубцами, с вырезкой на тупом конце и тому подобные, часто очень тонкой и изящной работы, с правильными, ровными или мелкозубчатыми краями, подобные которым почти немыслимо воспроизвести при помощи даже стальных инструментов. Размер орудий должен был определяться иногда свойствами кремня и размерами естественных его желваков; немалое значение имело тут и искусство его изящных обделывателей. Едва ли не высшую ступень в этом отношении представляют кремневые орудия Дании. Кое-где и в России были найдены искусно обделанные орудия, например, маленькие стрелочки, даже рыболовные крючки (из кремневого камня) и т. п. Рядом с такими совершенными и изящными изделиями встречаются и более грубые, массивные, служившие первобытными топорами, клиньями, молотками, пращами или грузилами для неводов. Изредка попадаются попытки изображений человека и животных, чаще всего из кости и рога (обделанных кремневыми остриями и ножами). Вообще кость, рог и дерево в значительной степени пополняли поделочный материал, имевшийся в распоряжении человека каменного периода. Полированные каменные орудия изготовлялись из более мягких каменных пород или хотя и твердых, но не дающих раковистого излома, например, песчаников, глинистого и других сланцев, диоритов, сиенита и т. п.; кое-где встречаются и кремневые полированные оружия, которые, следовательно, сперва приготовлялись путем оббивки и потом уже шлифовались. Обычно такие орудия сначала вырезались или выпиливались из породы кремневыми ножами или остриями, а затем обделывались полировкой на какой-нибудь твердой плите, при помощи песка и воды. Эта процедура требовала долгого времени, нескольких недель, месяцев, даже года и более, но дикари, как известно, не особенно ценят время. Самое обыкновенное полированное орудие - это обычный топор с его различными видоизменениями. Древнейшие и простейшие топоры, например, из датских кухонных куч или новозеландские, представляют некоторое сходство со скребками, но вообще топор является самым своеобразным орудием. Топор при отсутствии сквозного отверстия вставлялся тупым концом в расщепленную рукоятку и привязывался к ней. Некоторые топоры прикреплялись к рукоятке так, что лезвие их приходилось поперек рукоятки; такие топоры, употреблялись и у некоторыми поздними дикарями, назывались у французов erminettes. Топоры связаны рядом переходов с долотами, с более узким лезвием, или если и более широким, то вогнутым (так называемым gouges, полые долота). Если лезвие переходит в острие, получается кирка. Молотками служили сначала просто подходящие камни, которые стали потом обтесываться и шлифоваться; для удобства держания их в руке иногда делались ямочки на противоположных их поверхностях. Потом молотки стали прикрепляться к рукоятке помощью смолы, веревок, ремней и шкуры. В позднейшую стадию каменной эпохи появились молоточки со сквозною дырочкой для насаживания на рукоятку или топоры-молоты с лезвием по одну сторону, тупым концом по другую. Продырявливание производилось или посредством выдалбливания ямки, сперва с одной стороны, потом с другой, противоположной, или путем проделывания (вращением как при добывании огня от кремневого камня или кремния) цилиндрического отверстия. Оба способа доказываются нахождением недоконченных экземпляров, причем, однако, не вполне выяснена сущность второго способа; кажется, в разных случаях пользовались рогом, костью и металлическим цилиндром, при помощи песка и воды. На тупых концах топоров-молотов находили(особенно в России) рельефные изображения звериных голов (лося, медведя). В полированном виде изготовлялись еще персты и пестики (для растирания красок и хлебных зерен), пращи, точила, подвески и т. п. Совершенно одинаковой формы были изготовлены ножи, стрелки, а долота можно встретить в самых различных областях, что объясняется одинаковостью(типичностью) целей и одинаковыми свойствами материала. Иногда замечаются и различия: так, например, продырявленные топоры-молоты встречаются только в Старом Свете и больше всего в Европе; в Америке они неизвестны, и "томагавки" индейцев насаживались на рукоятку не посредством отверстия, а при помощи ремня, для которого вокруг топора делался особый желобок. С другой стороны, находимые в Старом Свете Европы стрелки почти никогда не представляют боковых вырезок, встречающихся почти на всех американских стрелках. Вообще каменистые орудия представляют собой ряд постепенных переходов в своих формах, указывающих на последовательность развития орудия и эволюцию оружия. Многие типы каменных орудий послужили образцами и для последующего металлического охотничего и боевого оружия; например, так были усовершенствованы медные кельты, долота, бронзовые кирки, кинжалы, даже железные наконечники для боевых и охотных стрел.
  Каменный (или приказ каменных дел)- основан был, по "Российской Вивлиофике", при царе Федоре Борисовиче; в записных книгах значится с 1628 г., а по жалованным грамотам "обжигальщикам" и каменщикам - с 1584 г. В этом приказе, по словам Котошихина, "ведомо было всего Московского государства каменное дело и мастеры да на Москве ж известные и кирпишные дворы и заводы" и, кроме того, подати и доходы с тех городов, где добывали белый камень и делали известь. В 1700 г. он был обращен в отделение ("стол") приказа Большого Дворца. В 1762 г. была образована комиссия для устройства городов Санкт-Петербурга и Москвы, выработавшая, между прочим, проект учреждения, которое следило бы за правильностью построек в столицах и заботилось о заготовлении прочных и безопасных в пожарном отношении строительных материалов. Новое учреждение было открыто только в 1775 г., в Москве, под именем Каменного приказа, и состояло из присутствия и экспедиции инспекторского правления, заведовавшей "изобретением и осмотром материалов". Большая часть документов Каменного приказа хранится в московском архиве министерства юстиции. Доходы приказа, состоявшие из крепостных, печатных и гербовых пошлин, не превышали нескольких сот рублей. В течение первых 4-х лет Каменный приказ вследствие противодействия со стороны московской полиции исключительно занимался заготовкой строительных материалов, особенно заботясь об улучшении кирпичного производства. Казенные и частные кирпичные заводы были в его ведении. Получив наконец в свое ведение казенные и частные земли в черте города (1780), приказ озаботился собранием точных сведений о них и заселением пустых земель, затем приступил к исправлению стены Китай-города и привел в порядок некоторые торговые лавки и ряды, подворья и другие здания, главным образом казенные. На основании сведений Каменного приказа инженер Николаев составил "Указатель чертежей московским церквам и состоявшим в их приходах дворам и лавкам за 1775-1782 г.". 2 октября 1782 г. Каменный приказ был закрыт, и дела о производстве в Москве построек частных владельцев были поручены учрежденной для этого "конторе городских строений". При Каменном приказе состояли: 1) архитектурный класс - известное число архитекторов, их помощников и учеников, и 2) школа для начальной подготовки к занятиям архитектурой. Ученики в эту школу "частью из московской гарнизонной школы вытребованы, а частью из разночинцев свободных с пашпортами набраны", в возрасте от 9 до 16 лет. Предметами обучения были: Закон Божий, русская грамматика, рисование, начальная архитектура, география, история, геометрия и французов язык.
  Каменоломни- так называются места выломки или добычи естественных камней. Выломка камней производится различными способами, которые зависят: 1) от рода добываемой породы, 2) от вида камней или их назначения. Горные породы бывают сложения слоистого и зернистого, а по виду камни добываются или неправильной формы (на бут), или же правильных форм и определенных заранее размеров. Каменоломни бывают чаще всего открытые (когда работа производится под открытым небом), реже закрытые (когда добываются камни под землей, как, например, это было в парижских и римских катакомбах). В царской Росси, кроме некоторых местностей на юге России (Одесса, Севастополь и др.), был принят именно первый способ добычи; поэтому все нижесказанное относится главным образом к этому способу. 1) Выломка камней в слоистых породах. Если выламывается камень, идущий для бута, то для производства ломки употребляются следующие инструменты: а) железный остроконечный лом или с лопастью; б) кирка-молот с заостренными и засталенными концами, насаженная на деревянную рукоятку; в) кулак - большой молот весом от 1пуда; г) вага, большой железный рычаг длиной 7-9 футов с наваренными кольцами, которые служат точками опоры для ног рабочих, вставших на вагу для подъема каменных глыб. Обычно слои камня залегают в земле на некоторой глубине, так что до приступа к выломке нужно прежде расчистить местность от наносной земли. Для этого первоначально определяют толщину этого слоя и начинают расчистку с того места, где слой самый тонкий. Снятую землю следует отвозить в сторону, где в будущем не предвидится разработка. Обнаженный верхний, обыкновенно разрушенный слой камня сбивается кирками и сортируется, причем самый мелкий отвозится туда, куда свезена земля верхнего слоя, а более крупный идет на бут. В большинстве каменоломен каждый слой изобилует множеством трещин по разным направлениям; выломку камня ведут уступами по этим направлениям, так как тогда работа идет успешнее и отвод воды легче. Обычно в каменоломне по мере разработки появляется грунтовая вода, которую или тотчас удаляют посредством отводной канавы (если каменоломенная дыра в земле расположена вблизи обрыва), или же собирают в одном из углублений, откуда ее затем выкачивают насосами. Выломанный камень подымается разными способами, зависящими от местных условий, и складывается в правильной формы кучи. Когда требуется добывать плиты правильных и в особенности определенных размеров, то, расчищая и разрабатывая каменоломни по открывшимся трещинам, стараются по возможности добыть таковые возможно больших размеров. Сначала на очищенной поверхности чертят формы плит по шаблонам, протесывают кирками по чертам дорожки на глубину плиты или слоя камня и приподымают камень снизу ломом. Если между слоями есть глиняные прослойки, значительно увеличивающие сцепление, то между слоями протесывают паз и с помощью клиньев, вставленных как в него, так и по линии дорожек, отделяют каменные или гранитные плиты - последовательными ударами молота. Отломанный пластами камень называется плитным камнем. Выломанный камень подымают наверх и складывают в штабели мерой в 1 куб. метр или же десятками в клетки, например, так называемую сортовую плиту. Примером может служить вырабатываемый со времен Петра Великого близ села Никольского пласт путиловской плиты, состоящий из 14 слоев, имеющих каждый свое название (лучшие слои серого цвета, худшие красноватого): растительная земля, суглинок, хрящ, все до 3 метров; мелкий фриз до 1 метра (мелкая плита, негодная); 1) буток, 2) братенок, 3) переплет, 4) конопляный - серого цвета; 5) мяконькие, серый с розовым; 6) наджелтый серый с желтым; 7) желтый - негодный к употреблению бут; 8) верхний красный; 9) старицкий серый лучшего качества; 10) зеленый, 11) белоглаз; 12) нижний красный; 13) мелкоцвет - узорчат, красив в полировке; 14) бархатный серый с розовым, красив, но непорочен. Более известны были каменоломни этого рода: Путиловские, Гатчинские, Коломенские, Подольские, Инкерманские и другие. 2) Выломка камней в породах зернистого сложения. Все вообще зернистые породы для получения бута или камня неправильной формы рвут большими зарядами пороха, взрывчатки или динамита, а для правильных форм разделяют на глыбы клиньями или небольшими зарядами пороха. Кроме того, отличаются еще два приема ломки: один в породах крупнозернистых, а другой - мелкозернистых. В общем выломка камней в этого рода породах представляет несравненно больше затруднений, чем в слоистых. В некоторых напластованиях встречаются жилы или порыни, т. е. трещины, заполненные хотя и той же массой горной породы, но более слабого сложения; их узнают по звуку при ударе молотка, зимою же - по инею, который на них бывает не так густ, как на более плотных частях. Эти жилы и служат натуральными линиями отделения глыб. Примером выломки камня крупнозернистой породы может служить гранит. В красном граните кроме жил и порыней замечается особенное свойство колоться по известному направлению, образуя при этом почти плоскую поверхность.
  Каменьщики- русские ясачные крестьяне, обитающие в Бийском округе Томской губернии. Поселения каменьщиков образовались в XVIII в. из русских беглецов (преступников и раскольников), бежавших за камень (т. е. за Урал) и поселившихся в верховьях Бухтармы и на ее притоках: Язовой, Белой и Черновой, в диких долинах и ущельях, которые в то время считались вне русских пределов. В 1791 г. каменьщики были помилованы и приняты в русское подданство на правах инородцев, т. е. с платой ясака. В то время их было 300 душ, а в 1860 г. насчитывалось до 1433 человек. Каменьщики жили в восьми поселках, занимались земледелием, скотоводством, охотой; по вере они были большей частью типичные староверы.
  Камера (Camera, Kammer) - этим типовым помещением первоначально, во времена франкских королей, обозначалась закрытая комната (от лат. саmerа - комната со сводами), в которой хранилось частное имущество главы государства франков. Впоследствии термином камерка в переносном смысле стали обозначать учреждение или управление, заведовавшее так называемыми камеральными имуществами (Kammergьter), как назывались в то время государственные имущества или домены (в понятие их входили как личные имущества короля, так и государственные имущества в собственном смысле слова, а также регалии и приобретавшие все большее значение налоги и т. д.). Во главе управления камеральными имуществами или камер-коллегии (Kammerkollegium, Hofkammer и т. д.) находился так называемый камерарий (Kammermeister, Camerarius), бывший в то же время одним из важнейших лиц при дворе. Обязанности управления камеральными имуществами носили частью хозяйственный, экономический характер - поскольку на управлении лежало попечение о приумножении доходов от этих имуществ, частью же административный и полицейский характер. Выделение функций первого рода в особые учреждения привело к образованию впоследствии министерства финансов; функции второго рода перешли к другим министерствам. На русском языке слово "камера" передается словом "палата". Термин камера употребляется иногда в старых русских текстах для обозначения помещения должностных лиц, облеченных единоличной властью. Так, встречаются выражения: камера судебного следователя, камера уездного члена окружного суда, камера товарища прокурора. Неизвестен был русскому законодательному языку термин: обвинительная камера, под которой понимали судебное учреждение, постановляющее определения о предании суду. Наконец, на русском языке слово "камера" по образцу немецкой Kammer, французской chambre употреблялоь также для обозначения палаты народных представителей или палаты пэров. Камера - это также старый тип раздвижного ящика или меха , часть фотографического аппарата, внутри которого подвергается действию света чувствительная пластинка. Посторонний свет не должен был проникать в первые фотокамеры иначе, как через отверстие объектива, вставленного в переднюю часть камеры и отбрасывающего изображение снимаемого предмета на плоскость, помещаемую в задней части камеры. В камере обыкновенного(типичного) устройства заднюю часть образует откидывающееся на шарнирах матовое стекло. Сдвигая и раздвигая камеру всегда можно было добиться резкого изображения снимаемого предмета на матовом стекле или, как говорили, навести данный предмет на фокус.
  Камеральные- так в прежнее время назывались государственные имущества, в понятие которых входило не только то, что позднее носило название государственных имуществ (было даже имперское министерство государственных имуществ, которое занималось и делами устройства калмыков на территории России), но также регалии, пошлины, а также и личные имущества главы государства. Камеральные науки- это старинный термин, в настоящее время полностью вышедший из употребления. Возник он в Германии в XVIII в., когда названием: "Камеральные науки" стали обозначать совокупность знаний, необходимых для надлежащего и успешного управления так называемой камерой или камеральными, почти то же, что государственными, имуществами. Первенствующее значение, которое имели государственные имущества в качестве источников дохода государства, в связи с господствовавшей в то время системой эксплуатации этих имуществ через правительственных чиновников, естественно должно было породить потребность в известном контингенте лиц, специально подготовленных для занятия должностей в особых управлениях камеральными имуществами. Этой задаче и стали удовлетворять введенные в университетах кафедры камеральных наук или камеральной науки, камералистики (Kameralwissenschaft, Cameralia). Область камеральной науки, имевшей вообще главной целью изучение способов извлечения наибольшего дохода из камеральных имуществ, распадалась соответственно двум видам обязанностей, которые лежали на управлениях камеральными имуществами или камер-коллегиях, на две части: 1) экономию, или изучение чисто хозяйственных, практически-технических дисциплин (сельское хозяйство, лесоводство, горное дело, торговля и т. п.) и 2) учение о государственном управлении, в которое входила, с одной стороны, наука полиции, имевшая своим предметом изучение мер, направленных к поднятию общего благосостояния, с другой - камералистика в собственном смысле слова, т. е. все то, что в новейшее время составляет предмет финансовой науки. Первые кафедры камерной науки(но не музыки) были учреждены в Пруссии Фридрихом Вильгельмом в 1727 г., в Галле и Франкфурте-на-Одере. Первыми профессорами этой камеральной науки были Гаосер и Дитмар. В 1729 г. каждый из них издал свое "Введение в науку экономии, полиции и камералистики" ("Einleitung in die цkonomischen, Polizei- und Kameralwissenschaften"). Позже кафедры камеральной науки были учреждены и во многих других германских университетах. Известнейшими специалистами по камерным наукам были Зекендорф, Шредер, Горнек, Юсти, Зонненфельс. В некоторых из русских университетов камеральные науки в продолжение известного периода также были предметом преподавания на особых отделениях юридических факультетов. В петербургском университете камеральное отделение под названием "разряда камеральных наук" было образовано по ходатайству самого университетского совета, который в 1841 г. вошел с представлением о том, чтобы из некоторых предметов, преподаваемых на юридическом и философском факультетах, образовать особый разряд юридического факультета под названием "камерального", назначение которого должно состоять "в приготовлении людей, способных к службе хозяйственной или административной". Представление это было одобрено, и камеральный разряд открыт был в университете с 1843-44 г. В состав предметов преподавания по этому разряду вошли: а) из наук юридических - государственное право европейских держав (отдел общенародного правоведения), государственные учреждения Российской империи, законы о благоустройстве и благочинии; б) из предметов историко-филологического факультета - политическая экономия и статистика, в) из предметов физико-математического факультета - естественная история, технология, агрономия и архитектура. В виде дополнительных предметов студенты камерального разряда обязаны были слушать русские гражданские и уголовные законы, всеобщую и отечественную историю и один из новейших языков. Камерный разряд с изложенным устройством существовал до 1860 г., после чего он был заменен "разрядом административным". Подобные отделения камеральных наук существовали еще в Казанском и Харьковском университетах. По университетскому уставу 1863 г., камеральное отделения юридических факультетов распались на свои составные части: естественные и хозяйственные науки отошли в исключительное ведение факультетов физико-математических, а государственные науки образовали отдел юридического факультета в качестве административного отделения. В начале 20 века термин "камеральные науки" почти совершенно вышел из употребления. В программах русских университетов он не упоминается совсем. В Германии науки, входившие прежде в область камеральных наук, в новейшее время обычно носят название государственных наук (Staatswissenschaften), и из официальных программ название камерных наук исключено. Однако и позднее в обыденной жизни и в частных изданиях, например, в издаваемой в Берлине и пользующейся широким интересом среди германских студентов справочной книжке "Akademisches Taschenbuch fьr Juristen", сохранялось старое название камеральных наук: Verzeichniss der juristischen und kameralistischen Vorlesungen и т. д. Многие немецкие студенты-юристы именовали себя студентам камеральных наук, обозначая тем самым, что они готовятся не только к судебной деятельности, но также и к административной службе. В советское время камерным искусством и камеральной наукой в полной мере овладели чекисты, определявшие в камеры новых заключенных с предварительным опытным допросом.
  Камерир- в XVIII в. так называлась в России должность, соответствующая позднее должности бухгалтера. Камериры были начальниками счетных палат в коллегиях; они состояли также в малороссийской скарбовой канцелярии, в коммерческом банке, в экспедиции о государственных доходах. В последний раз этот термин упоминается в 1804 г.
  Камеркнехты (Kaiserliche Kammerknechte, т. е. слуги императорской казны, денежные бухгалтеры) - в средневековой Германии это типичное название евреев, так как они платили императору, как своему защитнику, особую денежную подать.
  Камер-коллегия- одна из петровских коллегий, учреждена в 1718 г., заменив многочисленные приказы, ведавшие доходы, но деятельность ее началась лишь в 1721 г. Согласно регламенту К.-коллегии, утвержденному 11 декабря 1719 г., обязанность ее состояла в "надзирании и правлении над окладными и неокладными доходы", вследствие чего она называлась иногда коллегией казенных сборов. Для заведования расходами учреждена была особая штатс-контор-коллегия, но Камер-коллегия рассматривала штат всех расходов и всех учреждений, "дабы могла видеть, все ли расходы основание имеют" и нельзя ли их без ущерба для дела сократить; в особую обязанность вменено было штатс-конторе заранее уведомлять Kамер-коллегию о предстоящих чрезвычайных расходах, чтобы последняя могла к покрытию их принять меры. Kамер-коллегии вверены были многие отрасли управления, имевшие не одно фискальное, но и общегосударственное значение. Так, ей поставлено было в обязанность заботиться о дорогах, "о заселении запустелых дворов и о предотвращении всякой пустоты", о земледелии, об умножении скотских приплодов и рыбных ловель и т. п. Камер-коллегия разделена была на три "экономственные конторы, из которых каждая третью долю губерний и провинций ведала"; кроме того, при ней состояли "гражданская счетная контора" (для заведования книгами и счетами, относящимися до штата гражданских чиновников во всех присутственных местах) и "пошлинная и акцизная контора" (упразднена в 1730 г.), а в 1723 г. присоединена была шестая контора, для наблюдения за хлебопашеством, состоянием урожаев, ценами на хлеб и снабжения народа хлебом в голодное время. Из всех коллегий только Камер-коллегия и юстиц-коллегия имели свои органы в провинции. В сущности, Камер-коллегии была подведомственна вся областная администрация, так как даже воеводы одно время назначались из Камер-коллегии. Органом Камер-коллегии в уезде был земский комиссар, который вместе со своими помощниками - нижними комиссарами - собирал все подати, заботился о равномерном распределении рекрутской и постойной повинности, заведовал путями сообщений и полицией, наблюдал за эксплуатацией государственных имуществ. Все сборы комиссар должен был ежемесячно передавать в "земскую казенную", или "рентерею" (казначейство - орган штатс-конторы), а ежемесячные и годовые отчеты - в "земскую контору", начальником которой был подчиненный Камер-коллегии земский камерир (иначе надзиратель сборов), "знатнейший камерный чиновник в губернии". По данной ему инструкции, переведенной с шведского, камерир не собирает, а лишь контролирует сборы: он наблюдает за продовольствием гарнизонов, за подрядами и покупками провианта и фуража на армию, заведует государственными имуществами и отдачей на откуп казенных статей. Поставленный в непосредственные отношения к Камер-коллегии, камерир состоял, однако, и под надзором воеводы и губернатора. Наконец, камер-коллегия имела на местах и своих земских фискалов (ищеек). Все вновь образованные финансовые органы, не исключая и Камер-коллегии, должны были вести книги по шведскому образцу: комиссары - "земляную переписную", по которой собирались сборы, камерир - "погодно главную книгу всем доходам всей губернии, кроме таможенных", которую он отсылал в Камер-коллегию вместе со своей "земскою книгою", куда заносил проверенные отчеты земских комиссаров, и "земляною переписною"; Камер-коллегия должна была составлять "земския или грунтовыя переписныя книги", которые служили бы основанием для исчисления и взимания доходов, и общую окладную книгу, или "государственную табель". Центр тяжести нового финансового устройства лежал в провинциальной организации, но она подверглась ломке на первых же порах. Земский комиссар не получил тех функций, которые предполагалось ему дать: он превратился в специального сборщика подушной подати, не подчинялся камериру, зависел от военной, а не от Камер-коллегии. Подушная подать перешла к военной коллегии, монетная и горная регалии - к Берг-коллегии, морские пошлины и некоторые важные доходы с государственных имуществ - к Коммерц-коллегии, гербовая бумага - к Мануфактур-коллегии. Таким образом, ведомство Камер-коллегии было в значительной степени сужено; на обязанности камерира остались только таможенные, кабацкие да канцелярские сборы. Верховный совет нашел, что "у камериров и рентмейстеров (начальники рентерей) против прежнего дела осталось мало", что те и другие "делают дело одно", и потому указом 15 июля 1726 г. упразднил должность рентмейстеров (за исключением петербургской, московской и тобольской провинций) и обязанности их возложил на камериров, а вместе с тем и штатс-контору слил с Камер-коллегией. В своем дальнейшем стремлении к сокращению петровских штатов, которые привели "к умножению правителей и канцелярий во всем государстве" и "к великой тягости народной", Верховный совет указом 14 марта 1727 г. уничтожил и камериров (кроме Эстляндии и Лифляндии), передав дела их губернаторам и воеводам. В 1730 г. штатс-контора восстановлена была в качестве самостоятельной коллегии, а ввиду того, что "несмотрением и отчасти послаблением" Камер-коллегии явились многие недоимки, издан был 31 июля 1731 г. новый регламент Камер-коллегии, которым функции ее по-прежнему в принципе определяются как "высшее надзирание о всех окладных и неокладных доходах, какого бы оныя звания не были"; дела Камер-коллегии распределены были по 4 экспедициям, из которых одна счетная, а из остальных трех каждая ведала одну третью часть всех губерний. Сенату в XVIII в. всегда принадлежал высший надзор за правильным ходом государственного хозяйства, вследствие чего еще в 1721 г. Камер-коллегии велено было доставлять в Сенат ежемесячные и ежегодные донесения, регламентом же 1731 г. Камер-коллегия совершенно подчинена была Сенату. В 1771 г. дела Камер-коллегии были до того запутаны, что она не имела даже сведений о размерах доходов; поэтому Сенат предложил переменить весь личный состав Камер-коллегии и разделить ее "на экспедиции по материям", что и было высочайше одобрено. Еще раньше, в 1764 г., при Камер-коллегии учрежден был в виде временной меры особый департамент для рассмотрения множества запущенных Камер-коллегией дел; департамент этот был закрыт в 1780 г. После образования казенных палат существование Камер-коллегии признано было излишним, и ее велено было закрыть с 1 января 1785 г. В 1797 г. Камер-коллегия была восстановлена, но лишь для дел по подрядам и откупам; в 1801 г. она была вновь упразднена, а дела ее переданы в казенные палаты. Дела Камер-коллегии хранились в московском архиве министерства юстиции. (П. Милюков, "Государственное хозяйство России в первой четверти XVIII столетия и реформы Петра Великого", СПб., 1892).
  Камер-контора- под этим названием в 1733 г. было в Петербурге открыто отделение Камер-коллегии (выше) ввиду обширности делопроизводства последней. Камер-контора пережила Камер-коллегию и была закрыта в 1799 г. Была в Петербурге еще особая Камер-контора лифляндских и эстляндских дел, которая, по-видимому, возникла в 1736 г. В 1739 г. эта Камер-контора была слита в одно учреждение с Юстиц-коллегией лифляндских и эстляндских дел под названием Коллегии лифдяндских и эстляндских дел, с подразделением на два департамента, из которых один вел камерные дела, а другой судебные. Через три года эти два департамента были снова разъединены и получили прежние свои наименования, причем Камер-контора лифляндских и эстляндских дел была указом 8 февраля 1742 г. подчинена Камер-коллегии. С введением в 1783 г. в Остзейском крае губернских учреждений Екатерины II дела Камер-конторы перешли к казенным палатам, учрежденным в Риге и Ревеле; тем не менее, она продолжала свою деятельность, но не далее 1799 г., на котором прекращаются все ее документы, хранившиеся позднее в московском архиве министерства юстиции.
  Камерленго(итал. Camerlengo - казначей) - при Папском дворе кардинал, заведующий казной; во время существования светской власти имел и судебные функции, а в периоды, когда папский престол был вакантен, стоял во главе управления. В Terra ferma Венецианской республики камерленго заведовал финансами отдельных городов. В республике Флоренции камерленгами назывались влиятельные должностные лица финансового управления.
  Камерная музыка- предназначается для исполнения в небольших помещениях, поэтому число исполнителей (инструментальных или вокальных) было ограничено, инструменты выбираются не особенно сильные по звуку, например, струнные (квартеты, квинтеты, секстеты, октеты), гораздо реже духовые деревянные (квинтет Моцарта для кларнета со струнными, квинтет Бетховена для фортепиано, гобоя, кларнета, фагота, валторны, его же септет es-dur для фортепьяно, скрипки или альта, виолончели, контрабаса, кларнета, фагота, валторны). Камерная музыка развилась вместе с оркестровой с XVI в. и тяготела больше к инструментальной, чем к вокальной музыке. Эта отрасль музыкального искусства, требующая тонкого знания форм, гармонии, контрапункта, выработалась в более позднее время, под влиянием величайших музыкальных гениев. В особенности при Бетховене струнная камерная, или так называемая квартетная, музыка достигла апогея своего развития. После Бетховена камерную музыку писали Шуберт, Мендельсон, Шуман, Брамс, Сен-Санс и другие композиторы. В России в этой области работали Глинка, Рубинштейн, Чайковский, Бородин, Афанасьев, Кастриот-Скандербек, Римский-Корсаков, Глазунов, Танеев, Аренский, Направник. Для поддержания этого искусства неоднократно назначались в Петербурге императорские конкурсы русским музыкальным обществом и Обществом камерной музыки. К этой области относятся также романсы для пения, небольшие фортепьянные пьесы, сонаты для фортепьано или фортепьяно и струнного инструмента. Исполнение камерной музыки должно отличаться большой тонкостью, детальностью проработки.
  Камертон(diapason, Stimmgabel, tuning-fork) - служит для получения простого тона постоянной и определенной высоты. В этом заключается его важное значение и в физике, и в музыке. Изготовляется он обычно из стали и имеет вид вилки с двумя совершенно одинаковыми зубцами, или ветвями. Число (N) колебаний камертона в зависимости от его размеров может быть вычислено по формуле N=K(e/L2),в которой е есть толщина ветви, a L ее длина. Итак, число колебаний камертона в 1 секунду пропорционально толщине, обратно nponopцuoнально квадрату длины его ветвей и не зависит от их ширины (считаемой в направлении, перпендикулярном к плоскости колебаний). В предыдущей формуле, если размеры выражать сантиметрами, постоянная величина камертона может быть принята для стального камертона равной 82000. Высота звука камертона зависит, кроме того, хотя и незначительно, от температуры, поэтому температура, при которой камертон был настроен, должна быть известна. Кениг (Koenig), известный парижский фабрикант акустических приборов, настраивал свои камертоны для 20№ Ц. (обыкновенной комнатной температуры). По его наблюдениям, число колебаний камертона уменьшается с повышением температуры на 1№ примерно на 1 на каждые 10000 полных колебаний (за одно полное колебание считаются два простых колебания вперед и назад); так, например, для камертона ut3, с 256 двойными колебаниями в 1", изменение на 1№ (температурный коэффициент) составляет - 0,0286 двигательных колебаний; для камертона lа3, с 435 колебаниями, температурный коэффициент равняется - 0,0486. Хотя звучание камертона и сопровождается высшими тонами, но только вначале; эти высшие тоны быстро прекращаются, и остается слышимым только основной тон. Для усиления основного тона сравнительно с высшими камертон иногда привинчивают к резонансному ящику или приставляют к нему какой-либо другой резонатор, металлический или стеклянный, цилиндрической или сферической формы. Длина такого деревянного ящика, открытого с одной стороны, должна равняться четверти длины волны (λ/4) основного звука камертона. При этом условии колебания камертона вызывают колебания воздуха, находящегося в ящике; образуются в нем стоячие волны, и звук таким образом усиливается (но зато он быстрее и прекращается). Итак, стальной камертон при надлежащем его устройстве может давать чистый и простой звук определенной и постоянной высоты при условии не очень значительных перемен температуры. В этом отношении его нельзя сравнить ни с каким другим звучащим телом или музыкальным инструментом. Вот почему стальной камертон выбран как образцовое мерило высоты звука. Нормальным типичный камертон по постановлению особой международной конференции в Вене в 1885 году считается Камертон a1 или lа3 из незакаленной стали, с параллельными призматическими ветвями, совершающий при 15№ 870 простых или 435 полных (т. е. двойных) колебаний в секунду. В России этот нормальный типовой камертон принят в 1862 г.; проверка нормальных камертонов стала производится в Петербургской главной физической обсерватории. Применения камертонов в разных научных исследованиях очень обширны. Во многих случаях при этом требуется, чтобы колебания его продолжались значительное время. С этой целью устраивается электромагнитный камертон, в котором колебания с одинаковой силой могут поддерживаться при помощи электрического тока сколько угодно времени. Такие электромагнитные камертоны придуманы и употреблялись впервые Лиссажу, затем Гельмгольцем и другими учеными мужами. Наиболее простое устройство принадлежит Меркадье (Mercadier). Сущность электрического приспособления заключается в том, что при пропускании электрического тока от гальванического элемента через катушку электромагнита, железо в нем намагничивается и притягивает ветви камертона, при прерывании же тока ветви вследствие упругости возвращаются в первоначальное свое положение. Замыкателем и прерывателем гальванической цепи может служить сам камертон, к одной из ветвей которого для этой цели прикрепляется платиновая проволока; при колебаниях камертона эта проволока то опускается в ртуть, налитую в чашечку, замыкая таким образом гальваническую цепь, то выходит из нее, при чем ток прекращается. Применения камертона встречаются, например, при определении числа колебаний (способы Шейблера, Лиссажу), при изучении колебаний струн (вибрационный микроскоп Гельмгольца), для образования стоячих волн в нити (прибор Мельда), для воспроизведения гласных звуков (аппарат Гельмгольца) и во многих других случаях. Одно из очень важных приложений, между прочим, камертоны находили в хронографах - приборах, служащих для измерения очень малых промежутков времени. По камертонам строят хор и все инструменты. Камертон издает преимущественно звук ля, для настраивания оркестров (но бывают камертоны в фа, для духовых, и до, для органов).
  Камехамеха- гавайский орден, учрежденный королем КамехамехомV 4 апреля 1865 г. Имел три степени. Крест из белой финифти; лента красная с белым.
  Камзол- обычное воинское и придворное платье, изготавливалось из сукна, бархата или атласа, с отложным или стоячим воротником, иногда без рукавов, носившееся в XVI в. под латами вместо гамбизона. В XVII в. камзол начинают носить без всяких других доспехов, кроме железного воротника, переходившего спереди в широкий нагрудник. Такие камзолы обыкновенно были без рукавов, они продержались на вооружении до середине XVIII в.
  Камилавка- первоначально шапка из верблюжьего (κάμηλος - верблюд) волоса, которую носили на Востоке как средство предохранять голову от солнечного зноя. Позже, как принадлежность одежды лиц священного сана, она получила определенную форму - цилиндра, расширенного кверху, без полей - и стала делаться из более ценного материала. В России она составляла типовую постоянную принадлежность одежды для всех имеющих право ношения рясы монахов, иеродиаконов, иеромонахов, лицам же белого духовенства (только священникам) давалась как награда, причем обязательно бывала фиолетового цвета и делалась из бархата. Монашествующие носили камилавки (черного цвета) и вне богослужения, лица белого духовенства - главным образом при богослужении.
  Камиллы(Camilli, Camillae) - в Древнем Риме мальчики и девочки, прислуживавшие при жертвоприношениях. Название камиллы связаны со словом κόσμος ("κрасота, порядок, украшение") и с пелазго-тирренским богом Кадмиллом, отождествлявшимся с красавцем Гермесом.
  Камка- шелковая цветная ткань с разными узорами. На персидском языке камка значила дамасский шелк одного цвета. Употреблялась на кафтаны, шубы, шапки, чулки, одеяла и т. п., на подпушку кафтанов, ферезей, зипунов и телогреек. Все сделанное из камки называлось "камчатный", "камкасейный".
  Камлот(camelot, Kammlot, camlot, camblet) - грубая бумажная ткань полотняного переплетения, из крученной в две нитки пряжи, а именно: для основы берется пряжа, скрученная из двух черных, черной и суровой, черной и коричневой и т. п., уток же чаще окрашивается в один цвет (черный, коричневый и дикий). Употреблялось для мужского платья, главным образом в крестьянской среде. Называют также этим именем камвольную материю с крученой (опять же в две нити) основой и простым утком.
  Каммалар- типичное дравидийское название южно-индийской касты ремесленников. Делились они на пять классов: каменотесы, плотники, кузнецы, золотых дел мастера, медники.
  Камора- внутренняя часть канала артиллерийских орудий, в которой помещаются снаряд и заряд при заряжании. В некоторых образцах гладкостенных орудий канал был одинакового диаметра по всей длине, оканчиваясь у дна закруглением, так что камеры как отдельной части не было. В орудиях, которые стреляли малыми зарядами, для обеспечения правильного положения заряда при заряжании стали делать каморы меньшего диаметра, чем канал, соединяя их с последним или конусом, или закруглениями; иногда же камора представляла собой коническую часть, соединявшую канал с дном. При переходе к нарезным орудиям, заряжаемым с казны в видах удобства заряжания, каморы для заряда и снаряда делают гладкими и притом большего диаметра сравнительно с диаметром канала.
  Каморра- так называлось разбойничье сообщество в Неаполе. Происхождение каморры одни относят к эпохе испанского владычества в Италии и считают слово "Camorra" испанским, означающим "распрю"; другие исследователи думают, что каморра зародилась в тюрьме, между арестантами, и название каморры производят от слова "camorristi" - "старшие в тюрьме"; по мнению третьих, слово "каморра" произошло от "Саро morra" (т. е. предводителя в распространенной итальянской игре "morra", требовавшей от участников большой энергии и физической силы) и сама камора возникла на воле, тюрьма же и каторга послужили для нее высшей школой(как говорили в советское время криминальным университетом) порока и преступления. Несомненен, во всяком случае, факт постоянного взаимодействия между тюремной и вольной жизнью в Италии, этой классической стране мафии и разбойничества, которые пустили здесь глубокие корни еще в XVI в. Наибольшего развития каморра достигла в эпоху правления Бурбонов. При Фердинанде IV она имела уже прочную организацию, проникла во все слои общества и представляла собой как бы государство в государстве. Правительство принуждено было вступить с каморрой в молчаливый союз. Королева Мария Каролина, например, раздавала ордена и покровительствовала известным разбойничьим атаманам(каморристам) - Фра Дьяволо, Цампе, Пронио и другим каморщикам; разбойника Гаэтано Маммоне она называла даже "мой друг, мой милый генерал". Со своей стороны каморра поставляла правительству шпионов и палачей. Самостоятельной политической партией каморра никогда не была, хотя по временам присоединялась к той или другой политической группе. Она состояла из целого ряда шаек, которыми управляли атаманы с неограниченной властью; измена или неповиновение атаману наказывались смертной казнью. Все атаманы шаек были равны между собой и не признавали над собой никакой власти. Для всякого члена каморры, выказавшего силу и мужество, открыта была возможность стать атаманом путем победоносного поединка с прежним атаманом. Недовольные атаманом могли переходить в другую шайку. Иногда, ввиду какого-нибудь крупного предприятия, несколько шаек соединялись в одну. Каморристы выработали даже особый воровской арго, лаконический, выразительный и красивый язык жестов. До 1860 г. и даже позже каморристы взимали в свою пользу особого рода налог с торговли: у городских ворот и на рынках они присутствовали при каждой торговой сделке и облагали произвольной таксой как продавца, так и покупателя, получая таким образом возможность жить в праздности. Иногда каморра принуждала то или другое лицо, не входившее в ее состав, совершить в ее пользу какое-нибудь преступление или принять на себя вину злодеяния, совершенного одним из ее членов, гарантируя в то же время данное лицо от применения к нему уголовных законов. В состав каморры входили люди всех классов общества и самых разнообразных профессий, начиная с босоногого рабочего и кончая банкирами, депутатами, адвокатами и т. д., вследствие чего судебная власть, если и хотела, не в состоянии была отыскать виновных. После объединения Италия существование каморры в прежнем ее виде стало невозможным. Развитие промышленности и торговли, проведение железных дорог, лучшая организация полиции, энергия правительства - все это привело к упадку итальянского разбойничества вообще и каморры в частности. Но элементы, входившие в состав каморры, не исчезли вполне: из них сложилось новое общество "рикотари", члены которого, менее смелые, чем каморристы, все же ловко владели кинжалом и часто избегали преследования полиции как и позднее так называемые мафиози из новообразованного преступного сообщества - мафии, где преобладали семейные узы и криминальная связка.
  Кампак- старинное яванское оружие с древком вроде рогатины.
  Кампамент- так называлось иногда расположение воинов в тесных квартирах по деревням, для лагерных занятий, кавалерии и конной артиллерии.
  Кампания или военный поход - совокупность военных операций, находящихся в непосредственной связи между собой и составляющих по времени (когда война состоит из нескольких отдельных операций, развивающихся последовательно одна за другой) или месту (театру войны) определенный отдел известной войны. В промышленности кампанией называется период, в течение которого операции производятся без перерыва. В сахароваренном деле кампанией назывался период, когда обрабатывалась свекловица; начинается кампания обычно после уборки свеклы и продолжается 2-4 месяца.
  Камчадалы (или, как они сами называли себя, ительмены )- они населяли всегда южную половину полуострова Камчатки. Как говорят исследователи, название "камчадалы" происходит от прозвища "кончало", так как они жили как бы на конце севера и давалось оно им их северными соседями, русскими коряками. Русские люди познакомились с камчадалами в конце XVII в., со времени покорения Камчатки. Притесняемые казаками, камчадалы пробовали воcставать в 1731 и 1740 г.г., но были усмирены пушками и с тех пор жили мирно. В первой половине XVIII в. Камчатка была посещена учеными путешественниками Стеллером и Крашенинниковым, которые застали еще камчадалов, можно сказать, при выходе из каменного века, хотя уже знакомыми с железом и притом, как кажется, не через одних русских, но и через курильцев, американцев и японцев. После этого Камчатку посещали немногие образованные путешественники, вследствие чего и сведения о камчадалах были довольно ограничены. По культурно-историческому типу камчадалы выказывали многие монгольские черты, но в общем скорее сходны были с народами крайнего северо-востока Азии и северо-запада Америки. Они были среднего или низкого роста, коренасты, смуглы, однако, не так плосколицы и скуласты, как другие восточно-сибирские инородцы. По словам Дыбовского, посетившего Камчатку в 1879-80 гг., тип камчадалов нельзя назвать было безобразным: среди женщин встречались очень даже миловидные, по цвету лица не отличающиеся от русских, с небольшими блестящими глазами, длинными ресницами и густыми бровями, белыми зубами, маленькими руками, сильными ногами и ступнями, живые и веселые. Язык камчадалов, очень гортанный, стоял особняком и существенно отличался от языка коряков; он состоял из неизменяемых корней, смысл которых подвергался изменению от предлогов (префиксов). По Дитмару, бывшему на Камчатке в 50-х годах 19 столетия, камчадалы говорили тремя наречиями: одно - в долине реки Камчатки, почти исчезнувшее и уступившее место русскому; другое - в долинах рек Быстрой и Большой, сильно смешанное с русскими словами, и третье, пенжинское, по западному берегу, было наиболее чистое. В новейшее время камчадальский язык исчез, и все камчадальцы говорили уже на русском наречии, хотя и со своеобразным акцентом; все были крещены и жили в избах на русский манер. Камчадалы во времена Крашенинникова одевались еще в национальный костюм из звериных и рыбьих шкур, жили летом в балаганах, которые строились на столбах, на высоте до 2 метров над землей, а зимой в юртах-землянках, имели своеобразные лодки - "бамы", были по религиозным верованиям анимистами и фетишистами, хотя и признавали одного высшего бога, Кумху, отдавали своих мертвых на съедение собакам, жили в широкой полигамии, разрозненными племенами или родами под управлением "тойонов", и отличались чувственностью, выражавшеюся в непристойных танцах, в гостеприимном гетеризме, в существовании субъектов мужского пола в женском костюме и т. д. По словам Крашенинникова, металлы до прибытия русских заменялись у камчадалов костью и камнем. Из них они делали топоры, ножи, копья, стрелы, ланцеты и иглы. Огнивами у них служили деревянные дощечки и палочки, и вместо трута употреблялась мятая трава. Пища камчадалов была главным образом животная, которую они добывали рыболовством и охотой; употребляли также некоторые лечебные коренья и клубни (особенно сарану, Fritillaria sarana); одуряющим напитком служил отвар мухомора; домашними животными были собаки; для изготовления тканей служили волокна особого вида крапивы. Эти волокна употребляются для той же цели до конца царского времени, так как лен и конопля не разводились; скудное хлебопашество ограничивалось только ячменем и овсом. Кроме того, камчадалы занимались огородничеством, но клубни сараны были в большом ходу; в жареном виде они похожи на картофель. Рыболовство и охота служили главным источником пропитания (и для взноса ясака). но, кроме собак, они держали еще оленей и в небольшом числе рогатый скот и лошадей якутской породы. По словам Дыбовского, хотя камчадалы позднее и обрусели, но зато поселившиеся среди них русские наоборот почти обкамчадалились, приняли многие их слова, позабыли многие приемы земледелия, шитья, ковки железа и т. д. Провиант и необходимые товары получались всеми жителями из Владивостока или иногда от американцев. Число камчадалов в 1889 г. достигало 4029 (2009 мужчин и 2020 женского пола), но позднее их стало все меньше и меньше вследствие постепенного вымирания или смешения с типичными русскими поселенцами. Самые большие поселения они имели не более 30 домов и около 200 жителей в них.
  Канабы(canabae) - у римлян первоначально это легкие постройки для продажи товаров, походные лавки, позже специальное обозначение торговых рядов, возникавших рядом с постоянными лагерями войск и разраставшихся в некоторых местах в целые города.
  Канализация-это искусственное устройство для быстрого удаления нечистот из больших населенных мест и заселенных человеком местечек. Вавилон, Карфаген, Иерусалим и многие города Египта снабжены были канализационными водостоками. По Лайарду, в Вавилоне существовали под улицами большие каналы, к которым примыкали боковые трубы для отвода помоев из домов. В Иерусалиме сточные воды направлялись в большие пруды при помощи целой сети каналов; осадки, накоплявшиеся в прудах, продавались на удобрение, и их водой пользовались для поливки садов долины Кидрона. Наиболее значительная в древности канализация устроена была в Риме. Cloaca maxima, построенная Тарквинием Приском за 600 лет до Р. Х., сохранилась до новейшего времени. Высота этого главного отводного канала была 5,3 м, а ширина 4,4 м. Сначала он предназначен был принимать в себя лишь почвенные воды болотистой части города, но затем в него были проведены также грязные воды и отходы из домов. Вследствие малого падения и недостаточной промывки этого канала его пришлось, спустя 700 лет после постройки, снова очистить. При императоре Августе введена была в Риме правильная промывка каналов водой из водопроводов. В средние века дождевые и домашние воды спускались по естественным стокам и часто в смеси с извержениями по открытым канавам. Во многих городах подобное неудовлетворительное состояние отвода грязных вод сохранилось до нового времени. Вообще лишь во второй половине XVI в. в некоторых городах Европы снова появляются попытки к устройству правильной канализации. Так, например, в городе Бунцлау (Прусская Силезия) сохранились каменные водосточные галереи, устроенные в 1559 г. В Праге построены в XVII в. подземные сточные каналы, перекрытые сводами. Более совершенным устройством отличались водостоки английских городов. Значительные успехи в устройстве канализации, в особенности больших городов, достигнуты во второй половине 19 столетия. По примеру Англии, где уже в 1852 г. изданы были правила об отводе грязных вод жилых домов и общественных зданий, об устройстве водостоков и очистке городов, в более значительных городах европейского континента позднее приступили к устройству рациональной канализации. В 1854 г. Париж обладал уже 142 км. крытых каналов, а в 1856 г. в этом городе началось под руководством Бельграна сооружение больших водосточных галерей. В начале 50-х гг. 19 в. приступили было к устройству правильной канализации в Гамбурге. За этим последовали подобные же работы во многих других больших городах. При выборе систем канализации имели преимущественное значение следующие факторы: расположение города и его топография, величина и характер занятий жителей, климатические условия, свойство и потребности ближайшей окрестности, способ окончательного удаления нечистот и т. д. Наиболее благоприятны для канализации условия тех городов, которые расположены были при больших реках на местности с значительным уклоном. При таких условиях можно было применить с полным успехом систему сплавной канализации. В менее благоприятных условиях находятся города, расположенные на очень плоской местности или при малых и медленно текущих реках и на низменных берегах морей и озер. Здесь часто бывало необходимо разделить всю систему водостоков на несколько второстепенных систем, причем содержимое каналов перекачивается из одной системы в другую с помощью насосов и таким образом отводится за пределы города. При таких условиях водостоками нередко пользуются лишь для отведения дождевых и домовых вод, нечистоты же извлекаются отдельно и вывозятся, или для последних устраивается особая система подземных труб, по которым нечистоты удаляются механическим путем (закрытая система водостоков, пневматические системы).
  Канделябр(латинский Candelabrum) - у древних это подставка (подсвечник) для свеч (candelae), ламп, воскурений и т. п. Канделябрум обыкновенно состоял из ножки (треножник), представлявшей из себя изящно сделанные металлические лапки (обычно наподобие львиных лап), или гладкого шеста, или древка (καυλός), и верхушки (κάλαθος) в виде тарелки или плоского сосуда, или же наподобие древесных стволов с ветвями, с которых свешивались лампы на небольших цепочках (лампадарии). Первоначально канделябры изготовлялись из дерева, тростника или жженой глины, позже и из мрамора или алебастра. Большие, искусно сделанные канделябры встречались как посвящения в храмах, а людьми богатыми ставились и в частных домах. Великолепные древние канделябры имелись в Британском музее в Лондоне, в парижском Лувре, в мюнхенской глиптотеке, в римских (так называемые канделябрумы Барберины в античном собрании Ватикана), флорентийских и неаполитанских коллекционных собраниях. Искусство эпохи Возрождения породило новые формы канделябров, гораздо богаче изукрасив древко не только листьями и орнаментами, но и небольшими фигурами. Такие бронзовые канделябры в большом количестве сохранились в Италии, например в Чертозе павийской и каррерском собрании в Венеции. В XVIII в. канделябриумы зачастую стали изготовляться из железа, иногда в роскошных формах стиля рококо; они применялись для освещения зал, улиц и площадей; в XIX в. кованое железо заменено было литым чугуном. Новейшее газовое освещение в связи с возрождением художественной промышленности снова придало значение новым канделябрам. Часто канделябры употреблялись и употребляются в христианских, особенно в католических церквях для алтарных свечей. В XVI и XVII вв. их приготовляли при этом из серебра, бронзы и олова, в XVIII в. стали пользоваться фарфором. Промышленность новейшего времени обратила большое внимание и на этот род изящных изделий.
  Канди(Candy, Kдndi) - крупная единица веса в Индии, делилась на 20 моундов (maunds). Обыкновенное, или бомбейское, канди равно было 560 английским торговым фунтам, или 254,012 кг, но в Бомбее употреблялись и разные другие канди, весом от 266,711 до 355,617 кг. Вообще английский закон 1869 г. о введении метрической системы в Индии исполнялся плохо, и в ней употреблялись меры часто одного названия, но чрезвычайно различной величины.
  Кандидат- как "Candidatus" значилось у римлян лицо, искавшее какой-нибудь государственной должности (квестора, эдила, претора, консула), в знак чего оно надевало тогу блестяще-белого цвета (toga Candida); в этой тоге кандидат обходил граждан, которых просил подавать за него голос, а во время выборов стоял рядом с должностным лицом, ими руководившим. В новейшее время кандидатами называли лиц, домогавшихся какой-нибудь должности, правительственной или общественной, а равно как лиц, намеченных на какую-нибудь денежную должность и помимо их домогательства. В этом смысле говорят о кандидате в президенты республики, в депутаты и т. п. В более узком значении слова кандидатом называются в Германии лица, сдавшие первый государственный экзамен, причем различают кандидатов богословия, медицины, права, кандидатов по горному, учебному и другим ведомствам (Berg, Schulamtskandidaten и др.).
  Кандила(κανδήλα - лампада) - стоящие перед иконами в православном храме большие подсвечники. Если на подсвечнике находится от семи до двенадцати свечей, он называется поликандилом, если их более - паникадилом. Часто находящаяся посреди поликандила большая свеча делается не из воска, а из фарфора или металла (внутри пустая), и лишь сверху ее, внутри, помещается металлическая или стеклянная лампадка с горящим в ней оливковым маслом. Это масло в некоторые дни на всенощных употребляется в монастырях для елеопомазания.
  Канефоры(Κανηφόροι) или "носительницы корзин" - девицы-гражданки, которые в Афинах на празднике Панафиней, также Деметры и Диониса появлялись в процессиях, неся на головах корзины с священными принадлежностями; этой чести удостаивались лишь девушки из знатнейших семей (Гармодий и Аристогитон). Канефоры часто изображались древними ваятелями (Поликлетом, Скопасом); это и кариатиды в афинском эрехтейоне.
  Канитель(Cannetille ou bouillon, Kantille, boulliou) - в золотошвейном деле употреблялись тонкие винтовые спирали из золоченой серебряной, серебряной или мишурной проволоки, называемые этим словом "канитель". Проволока берется очень тонкая, около 0,1 мм, круглая или расплющенная, так называемая "бить"; первая навивается обычно на круглый стержень, вторая на треугольный; когда она снята, упругость заставляет ее немного раскручиваться, вследствие чего получается правильное распределение фацеток, производящее эффектные переливы света. Для навивания канители существуют непрерывно действующие машины: короткий стерженек выдается из плотно облегающей его трубочки и быстро вращается, наподобие шпинделя токарного станка. Наружный край этой трубки обрезан по винтовой линии того хода, какой должна представлять изготовляемая канитель. Для начала проволоку наматывают от руки на всю выдающуюся часть стерженька, придавливают особым роликом и пускают машинку в ход. Трения между стерженьком и проволокой достаточно, чтобы наматывать ее дальше, а винтовой край неподвижной трубки постоянно сталкивает готовую спираль и освобождает место для новой проволоки. В работе канитель обычно разрезывается на короткие кусочки и пришивается шелком, пропускаемым вдоль оси спирали.
  Каннаравги(Kannaraugi, Kannenspдher) - волшебники и ворожеи древних леттов, предсказывавшие будущее, открывавшие утраченные предметы и указывавшие виновников пропажи.
  Каннель(Каnnel) - старинная эстонская арфа, забытая в Прибалтийских губерниях, но сохранившаяся у эстского населения Псковской губернии царской России, где не было влияния немецкой школы и немецкого пастора. Песни, которые пелись эстонами, были древними; там можно было встретить певца, поющего под каннель; этот первобытный инструмент, считающийся священным, состоял из семи струн, натянутых на старый вилообразный сук. Медные струны натянуты обычно были вкось, так что следующая была короче предыдущей. По верованиям эстонцев, каннель была создана богом Юмалом; она одна божественна, все же остальные инструменты людей изготовлены были злым духом.
  Каннибализм (или антропофагия, людоедство) - само слово "каннибалы" произошло от "Каниба" - типичном имени, которым называли Колумбу жители Багамских островов обитателей Гаити, страшных будто бы людоедов. Впоследствии название "каннибал" стало равнозначительным антропофагу, хотя, по Геррера, "canibal" значило собственно "храбрый". О племенах людоедов упоминают уже многие писатели древности и путешественники средних веков; у них же встречаются указания на случаи людоедства и у культурно- исторических народов, вызванные голодом. В новые времена (с XVI в.) канибализмус был найден и описан у многих народов, во всех частях света (кроме разве Европы). Достоверно известно, что он практиковался в местечках внутренней Африки, в Меланезии, на некоторых островах Малайского архипелага, в Австралии, во внутренних частях Бразилии, у некоторых народов северо-западной Америки. Еще в начале 19 и в конце 18 века канибализм был распространен и на многих группах островов Полинезии, у многих североамериканских индейцев и эскимосов, в Южной Африке и т. д. В мифах, преданиях, языке, верованиях, обычаях имеются указания и на то, что канибализм не был чужд и предкам культурных народов; следы его можно констатировать в мифологии греков, в преданиях и сказках немцев и славян и т. д. Некоторые исследователи блокадного людоедства предполагают даже, что людоедство характеризует собой одну из стадий необходимого развития - особый род болезни, через которую должно было пройти все человечество, все племена в известный, более или менее отдаленный период их жизни или в особо критических ситуациях. Такое предположение невозможно доказать проткольно; доисторическая археология не дает ему достаточных подтверждений. Правда, были замечены как будто некоторые следы людоедства в отложениях каменного века (пещерах) Бельгии, Италии, Франции, даже в некоторых древних могилах или курганах; но, во-первых, эти следы очень редки, недостаточно явственны и некоторыми признаются совершенно неубедительными, а во-вторых, известно много пещер и мест погребения, давших обильные остатки каменного века, в том числе и остатки человеческой трапезы, расколотые и иногда обглоданные кости различных животных - но между ними не было найдено ни одной подвергшейся подобному же раскалыванию или обгладыванию благородной кости человека(только если в ритуальных целях). Не подлежит, однако, сомнению, что канибализм прежде был распространен гораздо шире, чем в новое время, и что следы употребления человеческого мяса в смысле непосредственного питания им или в религиозных, суеверных и символических целях могут быть констатированы у многих народов. Вопрос о причинах, вызвавших людоедство(наперекор табу), не разъяснен вполне и до конца; они могли быть различны - то чисто физические, именно голод, то психические, соединенные с известными представлениями, толи специфическое антропологическое устройство органов определенного подтипа человеческого культурно-исторического типа или религиозные взгляды на человека как на жертву богов, особенно в детском возрасте. С другой стороны, однажды войдя в употребление, людоедство могло поддерживаться и даже получить более широкое распространение вследствие удовольствия, вызываемого этим способом детского питания. Голод, недостаток в дичи и вообще в мясе - вот, по-видимому, побудительные поводы к людоедству, что были у пешересов Огненной Земли, у жителей некоторых островов Полинезии, в Бразилии, хотя и тут были известны народы, питающиеся исключительно растительной пищей, как потомки Каина. Местами в известное время года население (например, первобытные дикари Австралии) вынуждено было вообще голодать, и тогда, в особенности если далекие поиски за дичью приводили его к столкновению с другим племенем, павшие и взятые в плен враги легко могли быть употреблены в пищу. Затем, одним из наиболее первобытных мотивов канибализма должна быть признана ярость, инстинктивное желание уничтожить врага в буквальном смысле этого слова, то есть от начала боя тела и до уничтожения последней косточки. Примеры такой ярости представляет и история культурных народов, когда разъяренная толпа, убив ненавидимого ею человека, терзала его тело на части, пожирала его сердце, легкие и т. д. Среди дикарей такие случаи были констатированы в разных странах и в различные эпохи. Слепая ярость осмысливается впоследствии представлением, что съедением врага последний совершенно уничтожается или что его дух переходит в дух его победителя, дает ему новую силу и храбрость. Вследствие этого съедаются преимущественно вначале известные части тела: глаза, сердце, печень, мозг, или пьется детская кровь и т. д., в которых особенно предполагается жизненная или одушевляющая, омолаживающая тело сила, а потом и все остальное, но другими людьми- канибалистами. У некоторых народов пилась кровь младенцев, у других убивались и съедались старики, чтобы их душа не умерла вместе с телом путем постепенной дряхлости, а продолжала бы жить в их потомках и сородичах. Первобытный человек не мог дойти до представления о вечности; боги должны были умирать, как и люди; даже в Греции показывались могилы Зевса, Дионисия, Афродиты и т. д. Поэтому воплощенный бог или его жрец, а также царь у некоторых народов убивались, дабы их души могли перейти еще в полной силе в души других смертных. Впоследствии вместо царя или бога в жертву стали приноситься другие лица. У семитов в важных случаях приносился иногда в жертву для блага народа царский сынок; обычай принесения в жертву первенцев существовал у многих народов. В таинствах Митры приносился в жертву мальчик, тело которого съедалось потом всеми присутствовавшими и запивалось все это человеческое кушанье кровью ребеночка; у ацтеков Мексики также был религиозный обычай съедания бога, который чествовался в течение года в образе красивого юноши. Позже съедание бога заменяется съеданием посвященного ему животного или хлеба, которому придается иногда человекообразная форма (как и в Европе после жатвы, из первого обмолоченного хлеба). У многих дикарей людоедство заключает в себе нечто религиозное, таинственное и совершается ночью, при участии жрецов или шаманов и т. д. У других диких и варварских народов оно превращается просто в обжорство, для удовлетворения которого предпринимаются набеги на соседние племена с целью захвата пленных для мясоедства. Такие племена каннибалов часто в культурном отношении стоят выше их окружающих, например, монбутту тропической Восточной Африки или жители островов Фиджи. Когда путешественник Швейнфурт гостил у короля монбутту, людоедство всячески скрывалось от европейца, так как королю было известно, что белые относятся к этому обычаю с отвращением. В новейшее время людоедство в больших размерах существовало только во внутренней Африке и кое-где в Меланезии, преимущественно, среди темнокожих и курчавоволосых людей.
  Каноба- индусское божество, идол которого находился в одном из храмов вблизи Пуны. Главный жрец этого храма во время богослужения приводил себя в истерическое состояние, и молящиеся, считая его одержимым Кришной, поклонялись ему, воскуряя фимиам. К нему приводили больных для исцеления через прикосновение.
  Канон - полифоническая форма, один из типов имитации. В нем продолжительная мелодия после своего появления в одном голосе и задолго до своего окончания совершенно точно повторяется в другом голосе, начиная с той же ступени или с другой, вследствие чего каноны бывают: в однозвучии или октаве, секунде или нижней септиме, терции или нижней сексте, кварте или нижней квинте, квинте или нижней кварте, сексте или нижней терции, септиме или нижней секунде. Голос со строгим подражанием данной мелодии вступает позднее голоса с данной мелодиею на полтакта или на такт и контрапунктически совпадает с ее продолжением. Каноны бывает двух, трех или четырехголосные. В этих голосах допускается только данная мелодия. Новое содержание может встречаться только в сопровождении гармоническом или контрапунктическом, исполняемом присоединенными к канонам голосами. Канон в однозвучии, октаве, квинте, кварте допускает вполне строгое подражание. В Каноне в других интервалах мелодия подражающего голоса может иметь изменение вида интервала, но род интервала должен оставаться тот же, например, секунду большую можно заменить малой секундой, но не терцией. Мелодия канона может иметь форму предложения, периода, коленного склада. Формы канона: 1) канон в увеличении (per augmentationem), в котором мелодия в имитирующем голосе получает вдвое большую деятельность; 2) канон в обращении, в котором все интервалы мелодии в имитирующем голосе имеют направление противоположное тому, которое они имели в мелодии в первоначальном виде; 3) канон в возвратном движении, или зеркальный (Spiegelcanon), в котором мелодия, имитирующая голоса, идет от конца к своему началу; 4) К. круговой, в котором данная мелодия модулирует, имитирующий голос, исполняющий эту мелодию в новой тональности, опять модулирует и т. д.; 5.) бесконечный канон (canon perpetuus), в котором конец данной мелодии сливается с ее началом; 6) двойной канон - это соединение двух канонов, в котором имитируется небольшая музыкальная мысль; называется stretto, или сжатым проведением. Способы письма канона: 1) загадочный канон, в котором выписывается только мелодия, без имитирующих голосов, без обозначения места и способа их вступления; 2) канон открытый, в котором все голоса выписаны; 3) канон закрытый, в котором выписана только мелодия, со значком ј и цифрами, показывающими места и интервалы вступлений имитирующих голосов. Развитие канонов относится к XV в., ко времени процветания нидерландской школы и ее представителей Дюфэ, Оккенгейме, Жоскен де-Прэ.
  Канонада- продолжительная и частая стрельба из нескольких артиллерийских орудий.
  Канонарх- в древности по причине бедности монастырей, не дозволявшей иметь богослужебные книги в нужном количестве экземпляров, а также по причине малого числа грамотных между певцами вошло в обычай пение священных песнопений под диктовку. Один из монахов, имея в руках книгу, произносил громогласно речитативом фразу за фразой, а прочие клиросные певцы пели эти фразы по мере произнесения каждой из них(как бы под фонограмму). Этот монах назывался канонархом, что значит начинатель установленного (от слов άρχων и κάνων), т. е. пения. "Канонархание" удержалось и после изобретения книгопечатания и существует в монастырях и на эстраде у известных всем фонограмщиков(из-за бедности их голоса и относительного богатства и технических возможностей их музыкального продюсера-нового канонарха).
  Канонизация(canonisatio, от греч. глагола κανονίζειν - узаконять) - узаконение, через особое каждый раз постановление высшей церковной власти, чествования церковью умершего подвижника веры и благочестия как святого. Все христианские церкви (кроме протестантов) учат, что христиане, совершеннейшие по жизни и особенно оказавшие великие услуги церкви своей деятельностью, по кончине своей, как особенно угодившие Богу, удостаиваются особенной Божьей благодати и в сонме небожителей образуют особенный класс - "святых человеков", которые молятся перед Богом за своих живых собратий по вере и которым последние должны, со своей стороны, воздавать молитвенное чествование. Для того, чтобы чествование было непогрешительно и воздавалось лишь лицам действительно святым, необходимо властное руководство церкви. В первобытной церкви ветхозаветные патриархи или праотцы, ветхозаветные пророки, новозаветные апостолы и мученики признавались святыми в силу самой принадлежности их к этим категориям, так что отдельных постановлений о причислении их к лику святых не требовалось; все дело ограничивалось внесением их имен, с ведома или по распоряжению местного епископа, в диптихи и синодики и регламентацией церковных празднований в дни их кончины. С течением времени из диптихов и синодиков имена святых были выделены в особые сборники - менологии (μενολόγιοι - месяцесловы) и календари (западное видоизменение древнейших fasti), которые сначала в каждой епархии были свои. Историческое свидетельство о вселенском чествовании всех апостолов встречается не ранее IV в.; об общецерковном празднике в честь всех святительных мучеников в первый раз говорится в одной из проповедей Златоуста, т. е. также в IV в. К тому же времени относится установление ряда церковных празднеств, как в честь событий из жизни И. Христа и Богоматери, так и в честь святых. Установление празднеств в честь святых, исходившее от высшей церковной власти, и составляет существовавший в древней церкви вид канонизации святых. B том же IV веке обозначаются две новые категории святых, признание которых таковыми могло состояться лишь на основании их личных качеств и заслуг: 1) преподобные, т. е. святые из иноков-подвижников, 2) святые отцы церкви и вообще святые иepapxu. Некоторые преподобные, прославившиеся прозорливостью и чудесами, провозглашались святыми самим народом; иногда даже при их жизни в честь их строились храмы, например, императором Маркианом - в честь преподобного Вассиана. Большей частью преподобные становились сначала святыми местночтимыми (в своих монастырях или и в целых епархиях), а затем и общечтимыми, по мере того как распространялись вести о совершенных ими при жизни или после смерти чудесах, или о нетлении их останков. С большей легкостью совершалось причисление к лику святых лиц из высшей церковной иерархии: так, все архиепископы константинопольские, начиная с Митрофана (315-325) до Евстафия (1019-1025), значатся святыми в святцах константинопольской церкви, за исключением тех из них, которые осуждены были как еретики или почему-либо удалены с кафедры. Сверх тридцати первых пап, причисленных к лику святых потому, что все они скончались мученически, к местночтимым святым Рима отнесены были двадцать шесть пап, следовавших один за другим с 296 по 526 г. До какой степени осмотрительно поступала церковь при возведении поместных иерархов в святые всей церкви, это видно из того, что даже такие великие отцы церкви, как Афанасий Александрийский, Василий Великий, Григорий Богослов, Григорий Нисский, Иоанн Златоуст, Кирилл Александрийский, Епифаний Кипрский, были признаны святыми всей церкви не ранее, как по указу императора Льва Мудрого (886-911 г.). Еще одну категорию святых древней церкви составляют прославившиеся заслугами церкви и благочестием цари - равноапостольные Константин и Елена, царицы Феодора, Пульхерия и Феофано, царевны Сосипатра и Анфуса. Не ранее, как в XI в., императором Василием (976-1025) издан был общий менологий всех святых, чтимых на всем пространстве греческой империи. Этот менологий лег в основание позднейших "святцев константинопольской церкви", вошедших в состав "святцев" Киево-Печерской лавры. Общие правила, которыми руководилась русская церковь с самого своего начала при канонизации своих святых, были следующие. Главным основанием, по которому начиналось церковью дело о причислении того или иного подвижника к лику святых, служил во все времена дар чудотворений, проявленный при жизни или смерти, а также (не всегда) - нетление телесных останков. Сама канонизация имела три вида. Подвижники благочестия признавались святыми: 1) местными в узком смысле слова, в монастырях или иногда в приходских церквушках, где почивали их останки; 2) местными в обширном смысле слова, т. е. чтимыми в целой епархии или по крайней мере в епархиальном городке; 3) общецерковными. Право канонизации местночтимых святых принадлежало епархиальному епископу с ведения митрополита (позже - патриарха) всея Руси, право признания общецерковными святыми - самим митрополитам или патриархам при участии собора русских иерархов. Местная епархиальная власть, получив сведения о чудесах при гробе почившего подвижника и о начавшемся молитвенном чествовании его местным или пришлым населением и лично или через доверенных удостоверившись в действительности чудес (а часто - и в нетлении мощей), назначала торжественное богослужение в храме, в котором или близ которого находились телесные останки почившего; затем устанавливалось ежегодное торжественное церковное празднование его памяти, в день его кончины или открытия мощей, составлялась особая служба (большей частью - с каноном и акафистом) в честь святого, а также его "житие" с изображением его чудес, удостоверенных формальным дознанием церковной власти. Одновременно с тем износились из могилы его телесные останки и полагались в храме в особо украшенном гробе-раке, открытыми или закрытыми, иногда под спудом, т. е. под полом храма. От начала русской церкви до наших дней различают четыре периода в истории канонизации: 1) до 1547 г.; 2) соборы 1547 и 1549 гг.; 3) от 1549 г. до учреждения Синода и 4) от учреждения Синода. До 1547 г. было канонизировано в разное время всего 68 святых, из них сначала лишь семь в качестве святых всей русской церкви (св. Борис и Глеб, Феодосий Печерский, митрополит Петр и Алексий, Сергий Радонежский и Кирилл Белозерский). Перед самым собором 1547 г. было причислено к лику святых всей русской церкви еще 15 святых. Остальные 46 святых до 1547 г. оставались местночтимыми, в тесном или обширном смысле слова. О первой русской канонизации (Бориса и Глеба) рассказывают еще Иаков-мних и Нестор. Княгиня Ольга, хотя мощи ее из могилы перенесены были в церковь еще при Владимире святом, и сам Владимир, хотя оба назывались еще в древности равноапостольными, были канонизованы в сравнительно позднее время: Ольга - в еще домонгольский период, Владимир - не раньше 1240 г., когда ему воздано было религиозное чествование в Новгороде. На московских соборах 1547 и 1549 гг. по инициативе Иоанна IV и митрополита Макария было одновременно канонизовано 39 святых: из прежних местночтимых святых причислено к лику святых всей церкви - 23, местночтимыми признано 8, впервые признаны святыми всей церкви 7 и местночтимым - 1. Обоими соборами канонизация производилась "со всяким тщанием и испытанием о чудесах", совершенных канонизуемыми. С 1549 г. до учреждения Синода тем же порядком канонизовано 132 святых, скончавшихся, большей частью, задолго до канонизации - в XV, XIV, XIII и даже XII в. Со времени учреждения Синода ввиду особенно распространившегося к тому времени суеверного чествования в простом народе разных святош установлены были духовным регламентом самые строгие меры против такого чествования. С 1721 г. по новейшее время для общецерковного чествования канонизованы святыми: Феодосий Тотемский; Димитрий, митрополит Ростовский; Митрофан, епископ Воронежский; Иннокентий, епископ Иркутский, и Тихон, епископ Воронежский. Каждая из этих канонизаций совершена была на основании исследования о чудесах от названных святых, произведенного на месте не местным только епископом, но особым комитетом из лиц, избранных Святым Синодом. В 1539 и 1544 годах были два факта отклонения высшей церковной властью ходатайств епархиальных епископов о причислении к лику святых двух благочестивых подвижников, которым уже пелись на местах их нахождения молебны со стихирами и канонами и писались иконы, по недостатку доказательств их чудотворений и по отсутствию нетления их мощей. При патриархе Иоакиме были два факта отмены прежде состоявшихся канонизаций, по тем же причинам, а также ввиду перетолкования раскольниками в пользу своего учения некоторых фактов их жизни. Кроме причисления к лику святых, местночтимых или общецерковных, в Древней Руси имело место молитвенное "почитание" усопших подвижников благочестия, составляющее вид религиозного культа вне канонизации. Над могилами таких "чтимых" народом подвижников воздвигались часовни, а если они погребены были в самой церкви, то над местом погребения пребывал особый катафалк. Этот способ чествования неканонизованных подвижников веры и благочестия имел место и в новейшее время; так, например, в Киево-Печерской лавре почитался прозорливец Досифей (умерший в 1778 г.), тридцать лет пробывший затворником, в Саровской пустыни - игумен Пахомий, отшельники Марк и Александр, старец Серафим, в Задонском монастыре - старец Георгий, в Оптиной пустыни - Феофан (умер в 1819 г.) и в 1893 году скончавшийся Амвросий. В западной церкви начало правильной канонизации относится ко времени Карла Великого, который в своих капитуляриях постановил, чтобы чествованию кого-либо святым предшествовало признание его святости по крайней мере местной церковной властью. Со времени Папы Александра III (1181 г.) канонизация всех святых в католической церкви стала исключительным правом папской власти. Папа Иннокентий III в 1215г. узаконил, как необходимое условие канонизации, удостоверение, через назначенных папой лиц, в нетлении тела лица, предназначенного к канонизации. В новейшее время для канонизации в римской церкви существовал такой порядок. Если член церкви умер с репутацией человека безупречно благочестивой жизни, то в местности, где он имел пребывание, позволялось именовать его "блаженной памяти рабом Божиим" (piae memoriae servus Dei). Затем, по желанию населения и по заявлению местного клира и епископа, делалось конгрегацией обрядов (congregatio ritus) троекратное исследование о его жизни, и если будет найдено, что действительно эта жизнь была непорочная и святая, а особенно если окажется, что он при жизни или после смерти творил чудеса, ему присваивалось название блаженного (beatus). Признание блаженным (beatificatio) может быть сделано не ранее, как через 50 лет после кончины данного лица. "Блаженный" признается лишь местночтимым святым. Если после этого станут известными новые его чудеса и они будут в установленном порядке удостоверены, то ставится вопрос о его канонизации уже в качестве святого всей католической церкви и в случае утвердительного решения вопроса сам Папа римский с кафедры(ex cathedra) провозглашает его святость особой буллой, написанной по установленной формуле -"decernimus et definimus beatum N sanctum esse" и т. д. Чинопоследование латинской канонизации находится в книге "Ceremoniale Romanum".
  Каноник(κανονικός)- 1) в древней греческой церкви название священнослужителей, внесенных в список (κανων) или священный каталог епархии. От греков это название перешло в римскую и позже в англиканскую церкви, где им обозначается штатный священнослужитель епархиального кафедрального собора, состоящий членом капитула, т. е. существующего при епархиальном епископе коллегиального учреждения, ведающего делами духовенства епархии, приходского и монашествующего, кроме дел судных, подлежащих ведению епископа и кoнcucmopиu. 2) Название богослужебной книги православной церкви, содержащей в себе избранные каноны Богоматери, бесплотным силам, ангелу-хранителю и другим, а также некоторые другие акафисты и молитвы.
  Канонисса- название штатных монахинь женского католического монастыря, преимущественно тех, которые заведуют, под руководством и по поручению аббатисы, какой-нибудь частью монастырского хозяйства и управления, в особенности уходом за больными в больницах монастыря, обучением в монастырских школах, раздачей милостыни и т. п.
  Канонисты- это типичное название: 1) лиц, занимавшихся в древности собиранием, истолкованием и кодификацией церковных канонов, и 2) ученых представителей науки канонического, или церковного, права. Наука церковного права получила свое начало на Западе одновременно с началом университетов, в которых она преподавалась наряду и в связи с римским правом, почему настоящий ученый юрист был всегда doctor juris utrius. Сначала изучение канонического права состояло в объяснительном чтении канонов и в примечаниях, имевших целью согласование их между собой и с законами гражданскими. Из отрывочных примечаний (глоссы) при изданиях текста канонов, помещавшихся на полях рукописи или непосредственно за текстом каждого правила, составилось с течением времени связное целое под названием glossa ordniaria. Из каноников этого типа особенно знаменит был Грациан. С XV в. получила начало критическая обработка канонов и их систематическое изложение. Реформация приостановила развитие канонической науки до позднейшего времени. Список имен западных каноников, католических и протестантских, много сделавших и для разработки истории права древневселенской церкви, можно найти у Эйхгорна: "Grundsдtze der Kirchenrechts der Katholischen und Evangelischen Religionspartei in Deutschland" (Геттинген, 1831), в учебниках церковного права Вальтера и Рихтера. Наиболее известны были: Баллерини, "De antiquis collectionibus canonum"; Бинер, "De collectionibus canonum ecclesiae graecae"; Цахарие, "Historiae juris graeco-romani delineatio"; "Innere Geschichte des griechisch-romischen Rechts", "Das griechische Nomocanon" и другие; Мортрель, "Histoire du droit bysantin" (Париж, 1843-46); Биккель, "Geschichte des Kirchenrechts" (1843); Маассен, "Geschichte der Quellen und der Literatur des canonischen Rechts in Abendlande bis zum Ausgange des Mitteralters" (1871); Цизман, "Das Eherecht der Orientalischen Kirche" (1864); "Die Synoden und die Episcopal-Aemter in der morgenlandischen Kirche" (1867); Кунстман, "Grrundzьge eines vergleichenden Kirchenrechts der christl. Confessiones" (1867); Веринг, "Lehrbuch des Katol., oriental und protest. Kirchenrechts" (1881). В России до 1810 г. изучение церковного права состояло в объяснительном чтении канонов. Со времени издания устава духовных академий 1809 г. в изучение церковных канонов введены были "исследование и система", и академический курс каноники получил название "богословия правительственного", а иначе - "канонического права". Первый ученый труд по этой науке появился не ранее 1851 г., в виде "Опыта курса церковного законоведения" архимандрита (впоследствии епископа Смоленского) Иоанна Соколова, который и был первым по времени ученым каноником в России. С 1835 г. преподавание церковного права введено было в университеты, сначала как науки богословской, а потом, с 1863 г., как одного из предметов юридического факультета. С этого времени ученая литература церковного права быстро развивается трудами профессоров Н. К. Соколова, А. С. Павлова, М. И. Горчакова, Н. И. Суворова, Т. В. Барсова, П. А. Лашкарева, Н. И. Заозерского, А. Ф. Лаврова (впоследствии архиепископа Алексия), И. С. Бердникова, М. И. Остроумова, и многих других. Кроме сочинений русских профессоров, известны еще два труда православного церковного права митрополита Андрея Шагуны (в русском переводе были напечатаны в "Христианском чтении") и архимандрита Никодима Милоша (на сербском языке, Задар, 1890). Канонические книги(κανονιζωμενα) - это книги Святого Писания, внесенные в канон. Отличительными их признаками признается происхождение от лиц боговдохновенных, каковы были в Ветхом Завете пророки, а в Новом - Христовы апостолы. Они рассматриваются как содержащие в себе нормы веры и нравственности (откуда название их у латинских отцов церкви - regulares- регулирующие). В древней вселенской церкви они назывались также όμολογούμενα, т. е. общепризнанные всей церковью, в отличие от книг неканонических, апокрифических и вредных (νοθά), т. е. еретических(у епископа Михаила, "Библейская письменность каноническая, неканоническая и апокрифическая", в "Чтениях Московского общества любителей духовного просвещения", 1872 г., т. I). Канонические наказания налагаются церковью на грешников разнообразных категорий на основании ее канонов. Каноны древней церкви относительно наказаний грешников иногда очень строги. За некоторые грехи, например, правилами св. Василия Великого назначается отлучение от Святого Причащения в продолжение 20 летов. В современной практике церкви эти правила большей частью были значительно смягчены. Канонический возраст- это согласный с церковными канонами, ими установленный возраст для вступления в брак, в монашество и в священнослужители. Древними соборами постановлено было, чтобы в священники поставлять лишь лица, имеющие не менее 30 лет, а в диаконы - 25 лет. В русской церкви соборами Владимирским (XIII в.) и Стоглавым для вступления в священники назначен был 30-летний возраст, а в диаконы - 28-летний. В 1869 г. подтверждено новым указом Синода, чтобы в священники поставлять "по возможности" лиц, имеющих не менее 30 лет, а в диаконы - 25 лет. Слова "по возможности", значащиеся в указе, служат основанием, по которому очень часто в священники поставлялись лица значительно моложе 30 лет. В буквальном смысле каноническое право- это право, содержащееся в церковных канонах, в противоположность праву, содержащемуся в императорских законах. В западной церкви под каноническим правом стали понимать вообще постановления, исходящие от церковной власти, в отличие от постановлений светского законодательства. Таким образом, источниками канонического права стали считать, кроме канонов вселенских соборов, постановления пап, поместных западных соборов и вообще весь тот материал, который позднее вошел в Corpus juris canonici. Позднейшее понятие канонического права на Западе и есть поэтому понятие права, содержащегося в этом юридическом сборнике. Так как, с одной стороны, в состав норм Corpus juris canonici вошли далеко не одни только нормы, касающиеся строя и организации церкви, но и ряд постановлений нецерковного характера, образовавшихся вследствие чрезвычайного расширения юрисдикции церкви и сферы ее светского господства, а с другой стороны - нормы, касавшиеся церкви и ее организации, издавались не только духовной, но и светской властью, то понятие канонического права отнюдь не соответствует понятию церковного права. Оно в одно и то же время и шире его (постановления, касающиеся внецерковной области), и уже, так как в состав его не входят нормы, исходящие от светской власти. Развитие понятия и содержания канонического права заканчивается вместе с завершением Corpus jur. canonici как самостоятельного источника права. С постепеным падением светской власти пап и церкви вообще и с ограничением церковной юрисдикции сокращается постепенно значение и практическая сила нецерковных норм Corporis juris canonici; вместе с тем организация церкви все более и более связывается с государственной организацией, подпадая в значительной мере по действие норм светской власти. Понятие канонического права, таким образом, постепенно вытесняется понятием церковного права, которое позднее было принято учеными, как наиболее точное обозначение норм, регулирующих жизнь церкви. Принципиально это название удерживают некоторые католические писатели, не признающие для церкви иных норм, кроме исходящих от ее главы - Папы римского, и некоторые русские богословы и юристы ввиду того, что для права как восточной церкви вообще, так в особенности русской, различие между нормами, исходящими от церкви и от светской власти, исчезло или невозможно различить. У русских старообрядцев беспоповцев канонщиком назывался чтец псалмов, канонов и других богослужебных молитвословий.
  Канопские- так называются типовые вазы, служившие у древних египтян для хранения внутренностей покойников. Стенки этих ваз обычно бывают покрыты письменами, представляющими собой молитвы об умерших. Крышки ваз украшены изваянием человеческой головы или же, что встречается чаще, изображениями голов кинокефала, ястреба и шакала.
  Кан-пхата-йоги(или джоги) - нищенствующие индийские аскеты, или йоги, названные так по большим металлическим кольцам, которые они носили в ушах (Кан-пхата - это йоги с рваными или сломанными ушами).
  Кансалы- это название пяти ремесленных или профессиональных каст на юге Индии (каммалан, камалар, комсалар). Они образуют пять так называемых каст левой руки в Мадрасе. Касты в узком смысле - это золотых дел мастера или главные люди; прочие же: канчари (медники), каммари (кузнецы), кадлан-гаи (плотники), каси (каменщики). Все они заключают только взаимные браки и вместе едят одну пищу. В новейшее время они поклоняются Вишвакарме, но большинство еще чтит Шиву. Мертвых хоронят в сидячем положении (наподобие сидящего просветвленного и разумного Будды), оставляя голову почти у самой поверхности земли. Возможно ли таким образом познать находящиеся вне и от человека независимые вещи или вечные предметы? Этот вопрос, не существующий для наивного, непосредственного сознания, но составляющий главную задачу всякой религии, ставится и решается кансалами с особым глубокомыслием и оригинальностью. Человеческий ум может познавать предметы потому, что все познаваемое в них создается тем же умом, по присущим ему правилам или законам; другими словами, познание возможно потому, что человек познает не вещи сами по себе, а их явление в человеческом сознании, обусловленное не чем-нибудь внешним, а формами и категориями его собственной умственной деятельности. Издревле признавалось в индийской философии, что чувственные качества предметов - цвета, звуки, запахи - обусловлены, как таковые, ощущающим органом, но от этих чувственных, или вторичных, качеств отличались первичные качества, или определения, как, например, протяженность, субстанциальность, причинность, которые считались принадлежностями вещей самих по себе, независимо от познающего. Кансалы первыми систематически и научно показали, что и эти "первичные" определения обусловлены познающим умом, но не в его эмпирических состояниях (как чувственные свойства), а его априорными или трансцендентальными актами, создающими предметы как таковые. К этой идее кансалы подходили посредством формального разбора того, что есть познание. Познание вообще состоит из суждений, т. е. из такого соединения двух представлений, в котором одно служит предикатом (сказуемым) другого (А есть В). Но если всякое познание состоит из суждений, то нельзя сказать, наоборот, что всякое суждение есть познание. Значение настоящего познания принадлежит только таким суждениям, в которых связь субъекта и предиката: представляется всеобщей и необходимой и полагает нечто новое, не содержащееся в понятии субъекта как его признак. Суждения, удовлетворяющие только одному из этих двух требований, но не отвечающие другому, не составляют познания (в научном смысле этого слова). Одному первому условию удовлетворяют суждения аналитические, например, тело есть нечто протяженное, - это суждение достоверно a priori, оно есть всеобщая и необходимая истина, но лишь потому, что предикат протяженности уже содержится в самом понятии тела, следовательно, ничего нового этим суждением не сообщается. Напротив, одному второму требованию удовлетворяют суждения синтетические a posteriori, например длина этой улицы - зоо метров, или сегодняшняя температура воздуха над землей равна - 2№. Такие суждения сообщают нечто новое, ибо число метров и градусов не может быть выведено аналитически из представления данной улицы и дневной температуры, но зато эти суждения выражают только единичные эмпирические факты, лишенные всеобщего и необходимого значения и потому не составляющие истинного познания. Для образования этого последнего остается, таким образом, лишь третий род суждений, именно такие, которые, чтобы быть всеобщими и необходимыми, должны быть априорны, подобно суждениям аналитическим (ибо данные а posteriori факты, сколько бы их ни набирать, отвечают только за себя и из них никак нельзя извлечь всеобщего и необходимого закона), но при этой априорности они должны - в отличие от аналитических суждений - сообщать новое содержание, т. е. быть синтетичными. Такие синтетические суждения а priori действительно существуют в науке, как в чисто математической, так и в естествознании или физике (в широком смысле для древних индийских мыслителей). Когда говорим, что сумма 789 и 567 есть 1356, то мы высказываем истину всеобщую и необходимую: мы заранее уверены, что всегда и в применении ко всем предметам сумма этих чисел остается необходимо той же самой; следовательно, это есть суждение априорное; однако оно не есть аналитическое, ибо число 1356 вовсе не есть признак, логически содержащийся в понятии чисел 789 и 567, вместе взятых; чтобы получить из этих двух третье число, нужно было совершить особый мысленный акт сложения, давший новое число, следовательно - это есть синтетическое суждение a priori. Точно так же в геометрии положение, что прямая линия есть кратчайшее расстояние между двумя точками, хотя a priori, т. е. независимо от всякого опыта, достоверно, однако, не выводится аналитически, ибо понятие краткости расстояния не содержится как признак в понятии прямизны; следовательно, и это есть синтетическое суждение a priori, как и те противоречивые на первый взгляд основоположения разных геометрий говорящие о том, что параллельные прямые не пересекаются, или наоборот, что они пересекаются(как у Лобачевского), или даже, что бесконечная прямая должна заполнить все бесконечное пространство, пересекаясь и не пересекаясь в нем(как в идеальной древнеиндийской геометрии). Наконец, в естествознании, если все так называемые законы природы суть нечто большее, чем простое констатирование единичных случаев, чаще или реже повторяющихся, то они обязаны своим значением лежащему в их основе положению причинности, которое устанавливает между явлениями всеобщую и необходимую связь, но основоположение "все явления имеют свою причину" есть, во-первых, априорное, независимое от опыта (ибо опыт не может обнимать всех явлений), а во-вторых, оно полагает нечто такое, что из данного порядка явлений аналитически выведено быть не может (ибо из того, что некоторые явления происходят в известной временной последовательности, нисколько не вытекает, что одно есть причина другого); следовательно, это основоположение есть синтетическое суждение a priori, а через него тот же характер принадлежит и всему чистому естествознанию, задача которого есть установление причинной связи явлений. Точное определение того, в чем и из чего состоит познание, приводит к решению вопроса: как возможно познание, или - что то же самое - как возможны синтетические суждения a priori? (это чисто кантовская трактовка древней проблемы). Чтобы синтетическое соединение двух представлений имело априорный, а потому всеобщий и необходимый характер, требуется, чтобы это соединение было определенным и правильным актом самого познающего субъекта, т. е. чтобы он обладал способностью и известными способами соединять или связывать эмпирический материал единичных ощущений, который сами по себе еще не дают никакого познания. Они могут стать предметом познания лишь через деятельность самого познающего ума. И действительно, человеческий ум, во-первых, приводит все данные ощущения в некоторый наглядный, или воззрительный (anschaulich), порядок в формах времени и пространства, или создает мир чувственных явлений, а во-вторых, эти чувственные явления он связывает умственно, по известным основным способам понимания (категории рассудка), создающим мир опыта, подлежащий научному познанию. Время и пространство не могут быть ни внешними реальностями, ни понятиями, отвлеченными от данных в опыте свойств или отношений вещей. Первый, наивный взгляд на время и пространство как на самобытные реальности вне человека, по справедливому замечанию кансалов, принадлежит к области баснословия (pertinet ad mundum fabulosum), второй же, по-видимому, более научный, взгляд подробно опровергается индийскими философами. Настоящую силу всей их аргументации дает та несомненная истина, что всякий, даже самый элементарный опыт мыслим только при различении моментов и мест, т. е. предполагает время и пространство, которые, будучи, таким образом, непременными условиями всякого опыта, не могут быть продуктами никакого опыта; сама же попытка эмпирического объяснения этих форм чувственности возможна только при двояком, довольно грубом недоразумении: при отождествлении их самих с отвлеченным понятием о них и затем при смешении самих времени и пространства с частными временными и пространственными отношениями, как если бы кто-нибудь вопрос о происхождении зоологического вида лошадь смешивал, с одной стороны, - с вопросом о происхождении отвлеченного понятия лошадь, а с другой стороны - с родословной тех или других экземпляров конской породы. Психофизическая генеалогия времени и пространства предполагает притом, кроме самого времени и пространства, еще определенную животно-человеческую организацию, т. е. некоторое чрезвычайно сложное временно-пространственное явление. Если, таким образом, время и пространство не могут быть ни внешними предметами, ни отвлеченными от внешнего опыта понятиями, то каждое из них может быть лишь чистым воззрением (intuitus purus, интуицией, reine Anschauung), т. е. априорной, субъективной и идеальной формой, или как бы схемой (veluti schema), необходимо присущей человеческому уму и обусловливающею для него правильную координацию чувственных данных; другими словами, это есть два основные условия воззрительного синтеза чувственности, совершаемого умом. Все состояния субъекта без исключения являются как моменты одного и того же времени (что возможно только в силу априорной природы этой формы), некоторые же из них определяются как части одного и того же пространства (что также предполагает субъективный априорный характер пространственного воззрения). Из этого различия вытекает противоположение внутренних явлений, связанных во времени, но не в пространстве, и внешних, связанных не только во времени, но и в пространстве - противоположение лишь относительное и не вполне объяснимое (только не с позиций индийской теории относительности). В чем бы, впрочем, ни состояло неведомое (с этой точки зрения) последнее основание, в силу которого некоторые из человеческих чувственных состояний объективируются и представляются как внешние вещи, а другие, напротив, всецело сохраняют свой субъективный характер, тот начальный способ, которым первые полагаются как внешние предметы, т. е. само представление вне бытия, или пространственное воззрение, есть во всяком случае, так же как и время, собственный, ни от чего постороннего не зависящий, чистый или трансцендентальный акт самого познающего субъекта. Благодаря этой априорно-синтетической природе времени и пространства возможна математика как настоящее познание ( как наука, что обращается к внешним предметам, принимая их существование уже в воображаемом пространстве, откуда появляются чисто субъективные понятия чисел, соотносимые с предметами из опыта), т. е. образуемое из синтетических суждений а priori. Числа есть априорные, но вместе с тем воззрительные акты сложения (Zusammensetzung) во времени; геометрические величины суть такие же априорные и воззрительные акты сложения в пространстве(не считая бесконечную прямую как опытную величину, существующую только в воображаемом пространстве). Подлежать исчислению и измерению, т. е. находиться во времени и пространстве, есть всеобщее и необходимое (потому что a priori полагаемое) условие всего чувственного, вследствие чего и учение о времени и пространстве можно назвать по-кантовски трансцендентальной эстетикой (от αϊσθησις - чувство, ощущение). Но, кроме воззрительной математической связи чувственных фактов, человек постигает еще их рассудочную связь, или логическую. Предметы действительного опыта имеют сразу и чувственный, и умственный характер, они вместе и воззрительные образы, и носители рассудочных определений. Каким же способом эти две нераздельные и, однако же, противоположные стороны человеческого мира сходятся между собой - каким способом категории прилагаются к чувственным явлениям или эти последние подводятся под категории для произведения действительных предметов опыта? Два противоположные термина, как чувственность и рассудок, для соединения своего требуют чего-нибудь третьего. Третье между чувственным образом и чистым понятием можно найти в так называемых временных схемах. Время есть чистое воззрение и основная общая форма всех чувственных явлений, но вместе с тем в нем заключены четыре рода мысленных определений, дающих соответственные схемы для всех категорий, образуя, таким образом, связующие звенья или как бы некоторый мост между чувственным и умственным миром. Во времени, как форме чувственных явлений, различаются, во-первых, продолжительность, или величину, т. е. число моментов, или равных единице, что дает схему количества; во-вторых, содержание, или само временное бытие, то, что наполняет время, - это дает схему качества (именно наполненное время - схему реальности, пустое время - схему отрицания); в-третьих, явления находятся в различном временном порядке относительно друг друга, чем даются схемы отношения, а именно или одно явление пребывает, когда другие проходят (отсюда схема субстанции и акциденций), или одно следует за другим (схема причины и следствия), или все они существуют в одно время (схема взаимодействия, или общности); в-четвертых, явление во времени существует или когда-нибудь (схема возможности), или в определенный момент (схема действительности), или во всякое время (схема необходимости). Представляя чувственные явления по этим схемам, чистое воображение в каждом случае указывает рассудку на приложимость той или другой из его категорий. Если, таким образом, действительные предметы нашего опыта - все то, что мы называем миром явлений, или природой, состоят из произведений чистого воображения, связываемых рассудком в силу соответствия между вообразительными схемами явлений и его собственными категориями, то ясно, что коренные истины (аксиомы) опытной науки, или естествознания, могут быть только основоположениями чистого рассудка, т. е. должны иметь априорный характера. Хотя рассудок по существу своему оперирует только посредством понятий, но благодаря схематизму его понятиями обнимаются и действительные предметы, т. е. воззрительно-чувственные явления. Таким образом, природа определяется рассудком с четырех сторон: со стороны воззрительной формы явлений, чувственного их содержания, существенной связи их между собой и связи их с человеческим познанием. Как находящиеся во времени и пространстве, чувственные явления суть воззрения и в этом смысле определяются первым основоположением рассудка, которое называется "аксиомой воззрения" и которое гласит: все воззрения суть экстенсивные величины, т. е. всегда состоят из однородных частей, в свою очередь слагающихся из таких же частей и т. д. до бесконечности, или другими словами: чувственные явления, как величины, делимы до бесконечности, и, следовательно, никаких атомов не существует; это основоположение очевидно соответствует категории количества. Содержание свое явления получают от ощущений; хотя внутреннее свойство ощущений, как особых состояний ощущающего субъекта, есть нечто непосредственно данное и не подлежит определению a priori, существует, однако, некоторое непременное условие, или общий способ всякого ощущения, определяемый рассудком в его втором основоположении, гласящем: во всех явлениях ощущение и соответствующая ему в предмете реальность (realitas phaenomenon) имеет интенсивную величину, т. е. степень. Ощущение не слагается из однородных частей или единиц, как воззрение, но оно может постепенно убывать или возрастать в своей силе. Это основоположение, которое называется "предварением восприятия", соответствует категории качества. Связь явлений со стороны их отношения друг к другу определяется общим принципом, гласящим: все явления по своему бытию подчиняются правилам a priori, определяющим их отношения между собой во времени. Эти правила, определяющие отношения явлений, называются "аналогиями опыта". Соответствуя категориям отношения, они следующие: 1) при всякой смене явлений субстанция пребывает, и количество ее в природе не увеличивается и не уменьшается (это основоположение соответствует категории субстанции); 2) основоположение порождения: все, что происходит, предполагает нечто, из чего оно необходимо следует, или: все изменения происходят по закону связи причины и действия (соответствующее категории причинности); 3) основоположение взаимности: все субстанции, насколько они существуют одновременно, состоят в сплошном общении или взаимодействии между собой. Общая зависимость явлений от условий познания определяется в следующих трех основоположениях, которые называются "постулатами эмпирического мышления вообще" и которые соответствуют категориям модальности: 1) что согласно с формальными условиями опыта (со стороны воззрения и со стороны понятий), то возможно; 2) что связано с материальными условиями опыта (ощущения), то действительно; 8) то, чего связь с действительным определяется по всеобщим условиям опыта, то существует необходимо. Учение о сознании, о категориях, о схематизме и об основоположениях составляет "трансцендентальную аналитику", результаты которой (в соединении с результатами "трансцендентальной эстетики") сводятся к следующему. Настоящее познание, т. е. через синтетические суждения а рriori, возможно, поскольку предмет его - мир явлений, опыт, или природа - не есть что-нибудь внешнее познающему и независимое от него, а представляет, напротив, во всех своих познаваемых определениях лишь произведение самого ума в его воззрительных и рассудочных функциях, обусловленных трансцендентальным единством самосознания и согласованных между собой посредством схем чистого воображения. Мир познается умом, лишь поскольку он создается им же; строго говоря, ум познает только свои собственные акты; как внутренняя рефлексия самодеятельного субъекта, познание не представляет ничего загадочного. Как геометрические линии и фигуры понимаются a priori во всех своих свойствах, потому что людьми же самими строятся, так что ум рассудочно находит в них только то, что он же в них интуитивно влагает, - подобным образом и весь мир человеческого опыта, будучи априорным синтетическим построением ума, естественно и познается таким же способом. Загадочным или, прямо сказать, немыслимым факт познания кажется лишь при том ложном предположении, что познающий субъект должен переходить в какую-то внешнюю сферу реальности или что вещи должны каким-то образом проникать в сферу субъекта; но на самом деле познаваемая реальность есть лишь продукт самодеятельности нашего ума в его собственной сфере, а потому нет никакой надобности в невозможном переходе от субъекта к внешним вещам и от них к субъекту: поскольку предполагаемые вещи вне нас, мы о них ровно ничего не знаем и знать не можем(это кантовские вещи в себе), а все то, что мы познаем, находится при нас самих, есть явление нашего сознания, произведение нашего ума. Одним словом: акт субъекта может быть действительным познанием, поскольку и познаваемое есть акт того же субъекта. Этот взгляд называется трансцендентальным, и равен он кантовскому критическому идеализму, отличаясь от догматического идеализма типичным представителем которого был Беркли. Различие состоит в том, что критический идеализм признает предметы человеческого мира произведениями субъекта не со стороны их возможного существования в себе самих, а только со стороны их действительной познаваемости, тогда как догматический идеализм утверждает, что вещи внешнего мира и не существуют иначе, как в отдельном человеческом знании. В критическом транцендентализме кансалов различается познаваемое существо (essentia), или природу объективного мира, от его существования (existentia). Первое всецело полагается нашим умом и без остатка разрешается в феноменальное субъективное бытие; второе есть продукт ума лишь поскольку определяется первым, само же по себе от него не зависит и потому непознаваемо. Создавая природу, человеческий ум самодеятелен, т. е. все формы и способы его синтетического действия, как воззрительного, так и рассудочного, берутся им а рriori из самого себя; но материал этой умственной деятельности, именно ощущения или чувственные восприятия, не производятся умом а рriori, а получаются им как не зависящие от него данные. Конечно, и ощущения суть состояния субъекта, но не в его активности, а лишь как страдательного, или рецептивного. Поэтому необходимо признать, что этот первоначальный чувственный материал всякого опыта и познания, как данный, а не созданный в человеке, обусловлен каким-то непонятным образом со стороны той не зависящей от него, а потому и непознаваемой сферы бытия, которую можно обозначить как вещь в себе (Ding an sich). Но именно ощущения (введенные в воззрительные формы пространства и времени) дают действительные предметы для связующих построений рассудка, и, таким образом, в мире нашего познания, в мире явлений, всегда сохраняется некоторый несводимый к априорным элементам чувственный остаток, несомненно, хотя и неведомым путем, происходящий из области независимого от нас в себе бытия. Предмет, как познаваемый, всецело полагается познающим умом, есть только наше представление, и нет здесь ничего, что не принадлежало бы субъекту; но в предмете, как существующем, есть такой независимый элемент или, говоря точнее, некоторый его показатель, а именно факт чувственного восприятия - не в смысле содержания ощущений, которое так же субъективно, как и все прочее, а в смысле их происхождения, поскольку субъект является в них рецептивным, а не активным. Этот характер чувственного восприятия показывает, что оно определяется чем-то, от человека не зависимым, но это что-то остается человеку совершенно неизвестным и никогда не может сделаться предметом познания. Познаваемый предмет, как такой, есть вполне наше представление, во всех частях своих произведение чувственно-рассудочных функций познающего субъекта, причем, однако, сам процесс этого произведения в первом, материальном начале своем, именно в ощущениях, или чувственных восприятиях, обусловлен каким-то неведомым способом со стороны какой-то неведомой "вещи в себе"(некоторое материальное или даже метареальное божество или всеобщая уже воплощенная идея). Не существование внешних предметов, как таковых, в их определенных качествах, а только сам факт их существования в человеческом сознании имеет некоторое независимое от этого сознания основание. Если бы сам факт существования данного явления вообще признавался всецело зависящим от одного человеческого ума, то потерял бы смысл кантовский пример о существенном различии и даже несоизмеримости между талером только представляемым виртуально и талером, лежащим в кармане (своем, чужом или в общественном банке), то есть все люди манипулировали бы воображаемыми деньгами, которые могут быть в природе, в общей казне или в государственном фонде. Действительное содержание научному познанию(в отличии от религиозного верования) дается чувственными предметами, создаваемыми умом из ощущений в форме пространственно-временного воззрения. Без таких воззрительных предметов понятия рассудка есть только пустые формы. Чтобы, например, причинность была принципом действительного познания, требуются в определенном пространстве и времени конкретные предметы, которые и связываются причинным отношением. Но как же необходимо смотреть на сверхчувственные(религиозно-мистические) предметы, систематическое познание которых издревле предлагалось различными философскими учениями и системами? Возможность истинных наук - математики и чистого естествознания - доказана жизнью; невозможность мнимой метафизической науки как предметного познания доказывается трансцендентальной диалектикой. Человеческий ум имеет потребность данному своему содержанию сообщать характер безусловности. Мысли о безусловном, или абсолютном, к которым он приходит на всех своих путях, не могут быть понятиями рассудка, каковые всегда относятся к условным предметам чувственного опыта; они называтся в отличие от рассудочных понятий и правил идеями, или абсолютными принципами разума. Философия может по праву заниматься только чистыми идеями, пока она принимает их в их настоящем значении, а именно когда видит в них выражения того, что должно быть согласно требованиям разума. Но так как идея о безусловном возникает в человеке по поводу условных данных и абсолютные принципы мыслятся всегда в связи с тем или другим рядом относительных понятий и предметов, то ум впадает в невольное искушение смешать свою разумную функцию с рассудочной и поставить абсолютную идею в тот же условный ряд данных предметов, но не как цель стремления, а как действительно данное завершение ряда. Такое незаконное, хотя естественное перенесение абсолютных идей на плоскость относительных явлений, составляющих предмет рассудочного познания, порождает мнимую и обманчивую метафизическую науку, рассматривающую принципы разума как познаваемые сущности. Задача этой науки не может быть разрешена - вовсе не потому, что она превышает ограниченные силы человеческого ума, как любит утверждать поверхностный скептицизм, а потому, что здесь познавательные силы направлены на то, что вообще не может быть предметом познания. Безусловное должно быть сверхчувственным, так как все чувственное необходимо условно, но действительное познание (в отличие от чисто формального мышления) относится к данным предметам, а предметы даются нам не иначе как через чувственные восприятия, под условиями пространства и времени; следовательно - они всегда чувственны, а безусловное, как сверхчувственное, никогда не может быть предметом действительного (опытного) познания. Идеи разума есть вещи мыслимые, а не познаваемые; умопостигаемые (νοϋμενα), а не явленные; требуемые, а не данные. Поэтому, когда человеческий разум принимает свои идеи за познаваемые предметы или сущности, он выходит из пределов своего права; такое незаконное употребление разума называется трансцендентным, отличающимся (прямая противоположность трансцендентному есть имманентное, т. е. в пределах опыта, причем различается эмпирический материал опыта от его априорных условий, которые трансцендентальны, но не трансцендентны) от трансцендентального. Трансцендентальное значение принадлежит всем априорным условиям опыта (т. е. тем функциям воззрения и рассудка, которые не вытекают из опыта, а определяют его и потому необходимы первее всякого опыта), а также идеям в их истинном смысле, как принципам и постулатам разума; наука, изучающая эти априорные основы всего существующего, есть трансцендентальная критическая философия, или истинная метафизика- прямая противоположность трансцендентной (запредельной) философии, или ложной метафизике, которая будто бы исследует ничто или мистическую область, которая находится за пределами сущего и существования бытия. Разум в своем ложном применении исходит из условного познаваемого бытия, чтобы затем посредством обманчивых силлогизмов перейти к мнимому, на самом деле невозможному, а потому и несуществующему познанию безусловных вещей, идей и бытия ничто. Действительное бытие - условное и познаваемое - дано человеку с трех различных сторон, или в трех видах: как явления внутренние, или психические (бытие в нас), как явления внешние, или физические (бытие вне нас), и как возможность явлений, неопределенное бытие, или предмет вообще. От этих условных данных разум правильно переходит к безусловным идеям: от внутренних явлений - к идее безусловного субъекта, или души, от внешних явлений - к идее безусловного объекта, или мира, от возможности всякого бытия - к идее безусловного как такого, или к идее Бога. Эти идеи имеют (логическую) видимость познаваемых предметов, и когда разум, увлекаясь этой видимостью, принимает их за действительные предметы и связывает с ними познавательные суждения, то происходят три мнимые науки: о душе - рациональная психология, о мире (как реальной совокупности внешнего бытия) - рациональная космология, и о Боге - рациональная теология. Мнимое рациональное познание существа души высказывает о ней четыре главные тезиса: 1) душа есть субстанция; 2) она есть субстанция простая и - как следствие из этих двух определений - невещественная, или бестелесная, и неразрушимая, т. е. бессмертная, 3) она есть существо самосознательное, или личность, и наконец 4) она есть существо непосредственно самодостоверное. Эти определения выводятся через умозаключения, которые моно обозначить как паралогизмы, т. е. ошибочные силлогизмы. Основная ошибка состоит в том, что один и тот же термин употребляется здесь в разных смыслах, так что между посылками и заключениями этих силлогизмов связь только кажущаяся; так, под субъектом в одном случае понимается действительное я, т. е. проявляемое единство и самодеятельность (Spontaneitдt) мышления, связывающего все явления внутреннего, а через то и внешнего опыта, а в другом случае уже разумеется субъект внутреннего бытия сам по себе, о которомчеловек не можем ничего знать. Независимо от формального опровержения паралогизмов, существенный интерес в критике рациональной психологии имеют следующие пункты. Из простоты или внутреннего единства и постоянства человеческого я нельзя вывести, что оно есть не материальная субстанция. Несомненно, что человеческое я, как внутреннее психическое явление, не имея ни протяженности или слагаемых в пространстве частей, ни веса или массы, не есть тело или вещество. Но ведь само телесное, или вещественное, бытие, поскольку оно определяется указанными свойствами, есть только явление в области человеческих внешних чувств, и следовательно, утверждение нематериальности души в этом смысле сводится к положению, что явление внутреннее, или психическое, не есть явление внешнее, или физическое, или что явление, определяемое одной формой времени, не есть явление, определяемое формами времени и пространства. Это - истина, которая сама собой разумеется, но она нисколько не относится к неведомой человеку сущности психического и физического бытия, и нет никакого разумного препятствия допустить, что эта сущность одна и та же для обеих сфер бытия; следовательно, нельзя утверждать нематериальность души в том смысле, чтобы у нее непременно была особая субстанция, не сводимая к субстанции явлений вещественных. Точно так же из простоты мыслящего я никак не следует бессмертие души, т. е. невозможность исчезновения этого я. Без сомнения, мыслящий субъект, не будучи величиной протяженной, или экстенсивной, не может быть разрушен разложением на части, но, как сила напряженная или величина интенсивная, он способен к постепенному убыванию, и нет ничего невозможного в предположении, что степень напряженности этой силы может падать до 0 и что, следовательно, мыслящее я может исчезнуть. Также неосновательна, утверждаемая рациональной психологией самодостоверность внутреннего душевного опыта в отличие от опыта внешнего. Как явления в человеческом сознании, предметы того и другого опыта одинаково достоверны. Несомненное различие между ними состоит в том, что физические явления существуют как части пространства, а психические - нет; но так как само пространство есть форма нашей же чувственности, то это различие нисколько не касается достоверности тех и других. Если бы в этом отношении внутреннее явление, как таковое, имело преимущество, то всякая галлюцинация была бы достовернее физического тела(как и бывает иногда у отдельного больного сознания). На самом же деле их достоверность, как состояний сознания, одинакова, а в смысле объективного явления физическое тело имеет то преимущество, что иным, именно всеобщим образом входит в образуемую умом связь опыта. Вообще же мир человеческого опыта, внутреннего, а равно как и так называемого внешнего, имеет самодостоверность для ума, поскольку им же строится, и сам ум достоверен для себя не иначе, как в этой своей деятельности. Космологическая идея, т. е. идея мира как завершенного целого, когда эта завершенность принимается за данный факт, или предмета познания, запутывает разум во внутренние противоречия, выражающиеся в следующих четырех aнmuнoмияx:1) Положение: мир имеет начало (границу) во времени и в пространстве; противоположение: мир во времени и пространстве бесконечен. 2) Положение: все в мире состоит из простого (неделимого); противоположность ему: нет ничего простого, а все сложно. 3) Положение: в мире существуют свободные причины; противоположение: нет никакой свободы, а все есть природа (т. е. необходимость). 4) Положение: в ряду мировых причин есть некое необходимое существо; противоположность: в этом ряду нет ничего необходимого, а все случайно. Во всех четырех случаях положение и противоположение могут быть доказаны одинаково ясными и неопровержимыми доказательствами. Первые две антиномии называются математическими, так как они занимаются составлением и делением однородного. Тезы и антитезы здесь не могут быть одинаково истинными, так как дело идет об одном и том же однородном предмете (мир как данный в пространстве), о котором нельзя утверждать два прямо противоречащих друг другу суждения; следовательно, эти тезы и антитезы одинаково ложны. Это бывает вообще возможно тогда, когда понятие, лежащее в основе обоих упраздняющих друг друга положений, само себе противоречит; так, например, два положения: "четвероугольная окружность не кругла" и "четвероугольная окружность кругла" - оба ложны вследствие внутреннего противоречия в самом понятии четвероугольной окружности. Подобное противоречивое понятие и лежит в основе двух первых антиномий. Когда я говорю о предметах в пространстве и времени, то я говорю не о вещах самих по себе, о которых я ничего не знаю, а о вещах в явлении, т. е. об опыте как особом роде познания объектов, единственно доступном человеку. Что я мыслю в пространстве и времени, о том я не могу сказать, что оно само по себе и без этих моих мыслей существует в пространстве и времени; ибо тогда я буду себе противоречить, так как пространство и время со всеми явлениями в них не суть что-либо существующее само по себе и вне человеческих представлений, а суть сами лишь способы представления и очевидно будет нелепо сказать, что этот способ представления существует и вне человеческого представления. Предметы чувств, таким образом, существуют лишь в опыте; приписывать им собственное самостоятельное существование помимо опыта и прежде него - значит представлять себе, что опыт действителен и без опыта или прежде него. Если спрашивать о величине мира в пространстве и во времени, то здесь предполагается, что эта величина, определенная так или иначе, должна бы принадлежать самому миру, помимо всякого опыта. Но это противоречит понятию чувственного мира, или мира явлений, существование и связь которого имеет место только в представлении, именно в опыте, так как это не есть вещь сама по себе, а лишь способ представления. Отсюда следует, что так как понятие существующего для себя чувственного мира противоречит самому себе, то всякое разрешение вопроса о величине этого мира всегда будет ложно, как бы ни пытались его разрешить: утвердительно, т. е. в смысле бесконечности, или же отрицательно - в смысле ограниченности мира. То же самое относится и ко второй антиномии, касающейся деления явлений, ибо эти последние суть только представления и части существуют только в представлении их, следовательно, в самом делении, т. е. в возможном опыте, в котором они даются, и деление не может идти дальше этого опыта. Принимать, что известное явление, например, тело, содержит само по себе, прежде всякого опыта, все части, до которых только может дойти возможный опыт, - это значит простому явлению, могущему существовать только в опыте, давать вместе с тем собственное, предшествующее опыту существование, или утверждать, что представления существуют прежде, чем представляются, что противоречит самому себе, а следовательно, нелепо и всякое разрешение этой ложно понятой задачи, утверждают ли при этом, что тела состоят сами по себе из бесконечно многих частей или же из конечного числа простых частей. В этом первом, математическом классе антиномий (1-я и 2-я) ложность предположения состояла в том, что противоречащее себе (именно явление как вещь сама по себе) представлялось соединимым в одном понятии. Что же касается второго, динамического класса антиномий (3-я и 4-я), то тут ложность предположения состоит, наоборот, в том, что на самом деле соединимое представляется противоречащим; следовательно, тогда как в первом случае оба противоположные утверждения ложны, здесь, напротив, утверждения, противопоставленные друг другу только по недоразумению, могут быть оба истинны. Дело в том, что математическая связь необходимо предполагает однородность соединяемого (в понятии величины), динамическая же нисколько этого не требует. Когда речь идет о величине протяженного, то все части должны быть однородны, между собой и с целым; напротив, в связи причины и действия хотя и может встречаться однородность, но в этом нет необходимости, ибо этого не требует понятие причинности, где посредством одного полагается нечто другое, совершенно от него отличное. Противоречие между природой и свободой неизбежно только при смешении явлений с вещами самими по себе; тогда естественный закон чувственных явлений принимается за закон самого бытия, субъект свободы ставится в ряд прочих естественных предметов и, следовательно, двоякая причинность оказывается невозможной, ибо пришлось бы вместе утверждать и отрицать одно и то же об одинаковом предмете в одном и том же значении. Если же относить естественную необходимость только к явлениям, а свободу - только к вещам самим по себе, то можно без всякого противоречия признать оба эти рода причинности, как бы ни было трудно или невозможно понять причинность свободную. В себе самих, именно в нашем разуме, мы находим соединение этих двух причинностей. Когда люди действуют по идее добра, по совести или по нравственному долгу, то истинная причина их действий есть именно эта объективная идея, которая вовсе не подчинена времени и не входит в механическую связь явлений, ибо долженствование имеет безусловный характер и с точки зрения времени то, что должно быть, есть будущее, предшествующее настоящему, т. е. нелепость. Но на самом деле такой нелепости нет, ибо должное вовсе не связано с временем, или есть причина свободная, именно поскольку она принадлежит к тому, что есть само по себе, независимо от связи явлений. Когда какое-либо действие определяется чистой идеей добра, то, без сомнения, эта идея есть причина действия; но невозможно сказать, чтобы добро было явлением, предшествующим во времени доброму действию, ибо эта идея имеет объективное значение, тождественное себе во все моменты времени. Следовательно, это есть причина не феноменальная, не входящая как звено в цепь естественной необходимости. Но, с другой стороны, всякое отдельное действие, доброе как и злое, необходимо имеет в порядке времени определяющий его субъективно-психологический мотив, т. е. известное душевное явление, предшествующее этому действию и определяющее его с необходимостью не по внутреннему его качеству, а как событие, или происшествие, имеющее место в мире явлений в данный определенный момент времени. Человеческий практический разум (или воля) в существе своем, самоопределяющемся по идее добра, есть человеческий умопостигаемый характер, а как явление, определяющееся психологической мотивацией и входящее в общую естественную связь явлений, человеческая воля представляет характер эмпирический. Таким образом, антиномия свободы и необходимости разрешается так, что все действия свободны с точки зрения характера умопостигаемого и все действия необходимы с точки зрения характера эмпирического. Что касается до 4-й антиномии, то следует только различать причину в явлении от причины явлений, насколько она может быть мыслима как вещь сама по себе - и тогда оба положения (т. е. и утверждение, и отрицание безусловной причины мира) могут быть равно допущены; ибо противоречие их основывается исключительно на недоразумении, по которому то, что имеет значение только в порядке явлений, распространяется на вещи сами по себе и вообще эти два понятия смешиваются в одном. Критика рациональной теологии состоит, в существенной своей части, из опровержения трех мнимых доказательств бытия Божия, ведущих свое начало из очень древних времен, но формальную законченность получивших в новой школьной философии(схоластике). 1) Онтологическое доказательство из понятия о всесовершенном существе выводит необходимость его существования на том основании, что если бы этому существу недоставало действительного бытия, то оно не имело бы всех совершенств. Очевидная ошибка такого аргумента состоит в том, что действительное существование принимается здесь как признак, входящий в содержание понятия наравне с другими признаками и выводимый аналитически, тогда как на самом деле существование есть факт, привходящий к понятию и познаваемый только из опыта. 2) Космологическое доказательство: субъективный мир представляет только ограниченное и случайное бытие, т. е. не заключающее в себе своего основания, а потому он требует другой причины, безусловно необходимой и неограниченной - существа, обладающего всеми реальностями, или полнотою бытия. В этом мнимом аргументе категория причинности, составляющая умственное условие человеческого опыта, незаконно переносится за пределы всякого опыта и, кроме того, от понятия мировой причины делается произвольный скачок к существу всереальнейшему. 3) Телеологическое доказательство выводит бытие Божие из мировой телеологии, или целесообразного устройства природы. Замечаемая человеческой способностью суждения целесообразность физического мира, если и приписывать ей независимое от субъективного ума значение, имеет во всяком случае лишь относительный и формальный характер, и для объяснения ее было бы достаточно предположить некоторую образующую силу, действующую по целям,самого димиурга, а не всеблагого, премудрого и всесовершенного Бога. Такой Бог не может быть доказан теоретически и составляет лишь идеал, достоверность которого основывается не на познавательной, а на нравственной способности человека(это и постулат чистого практического разума Канта). Все правила деятельности, предписывая что-либо, имеют повелительную форму, или суть императивы; когда предписание обусловлено какой-нибудь данною целью, не заключающейся в самом правиле, то императив имеет характер гипотетический. Данные цели могут быть или специальными (некоторыми из многих возможных) - и тогда императивы, ими обусловленные, суть технические правила умения, или же это цель всегда действительная, каковой именно является собственное благополучие каждого существа - и определяемые этою целью императивы суть прагматические указания благоразумия. Но ни уменье, ни благоразумие еще не составляют нравственности; в некоторой мере эти свойства принадлежат животным; человек, с технической ловкостью удачно действующий по какой-нибудь специальности или благоразумно устраивающий свое личное благополучие, может, несмотря на это, быть совершенно лишен нравственного достоинства. Такое достоинство приписывается лишь тому, кто не только какие-нибудь частные и случайные интересы, но и все благополучие своей жизни безусловно подчиняет моральному долгу или требованиям совести; только такая воля, желающая добра ради него самого, а не ради чего-нибудь другого, есть чистая или добрая воля, имеющая сама в себе цель. Ее правило, или нравственный закон, не будучи обусловлен никакой внешней целью, есть не гипотетический, а кантовский категорический императив, свободный от всякого материального определения, определяемый чисто формально, т. е. самим понятием безусловного и всеобщего долженствования: действуй лишь по тому правилу, следуя которому ты можешь вместе с тем (без внутреннего противоречия) хотеть, чтобы оно стало всеобщим законом, или, другими словами: действуй так, как будто бы правило твоей деятельности посредством твоей воли должно было стать всеобщим законом природы. Это правило, отнимая значение цели у всяких внешних предметов воли, оставляет как цель только самих субъектов нравственного действия, которые тем самым получают безусловное достоинство (Wьrde) в отличие от относительной цены (Preis), принадлежащей внешним предметам, которые могут быть не целью, а средствами для нравственной деятельности. Отсюда вторая формула категорического императива: действуй так, чтобы человечество, как в твоем лице, так и в лице всякого другого, всегда употреблялось тобой как цель и никогда как только средство. Таким образом получается идея воли каждого разумного существа как всеобщей законодательной воли. Это понятие каждого разумного существа, которое во всех правилах своей воли должно смотреть на себя как на дающее всеобщий закон, чтобы с этой точки зрения оценивать себя и свои действия, ведет к новому, весьма плодотворному понятию: царству целей, т. е. систематическому соединению различных разумных существ посредством всеобщих законов, определяющих их взаимодействие, как целей самих по себе. Отсюда третья формула категорического императива: действуй по той идее, что все правила в силу собственного законодательства должны согласоваться в одно возможное царство целей, которое в осуществлении явилось бы и царством природы. Полное осуществление нравственного принципа есть уже не обязанность, определяемая идеей добра, т. е. доброй или чистой воли, а постулат, определяемый идеей высочайшего блага (summum bonьm, das hцchste Gut). Чистая воля или добродетель должна быть безусловно независима от удовольствия и счастья или благополучия; но пребывающее противоречие между добродетелью и счастьем несогласно с идеей высшего блага, которое в полноте своей должно заключать всякое добро, следовательно, и счастье, т. е. удовлетворенное жизненное состояние, но не как условие или причину добродетели, а, напротив, как обусловленное ею следствие. Высшее благо есть единство добродетели и благополучия. По требованию разума высочайшее благо должно быть осуществлено. Из анализа этого общего постулата можно получить три частные: свободу воли, бессмертие души и бытие Бога. "Осуществлять высочайшее благо значит: 1) стремиться к нравственному совершенству, 2) достигать его и 3) делаясь через это достойным блаженства, пользоваться им как необходимым следствием совершенной добродетели". Без свободы невозможно стремление к нравственному совершенству; достижение его возможно только в бесконечном существовании и, следовательно, требует бессмертия души; наконец, согласие нравственного совершенства (внутреннего) с внешним благополучием предполагает, что идеал разума есть вместе с тем действительный владыка мирового порядка, или сущий Бог. Первая из этих идей - свобода - рассматривается не только как один из постулатов практического разума, но и как общее условие нравственности вообще. Возможность свободы основывается на различии эмпирического характера от умопостигаемого, т. е. на различии человеческой индивидуальности в порядке явлений от нее же, как вещи в себе. Принадлежа к миру явлений, человеческий эмпирический характер подлежит общему закону явлений, или естественной необходимости; но, будучи вместе с тем вещью в себе, люди имеют независимый от закона явлений, или свободный умопостигаемый, характер (свободный от отдельного индивидуального осознания). Проявление его в области психологического опыта, или суждение умопостигаемого характера об эмпирическом, есть совесть. В совести нравственный долг, а следовательно, и свобода познаются людьми с полной достоверностью, хотя и не составляют предмета теоретического познания, относящегося только к чувственным явлениями. Что касается бессмертия души и бытия Божия, то эти идеи составляют предмет разумной веры (философской веры, как у Ясперса): веры - так как они не подлежат опыту, разумной - так как они с необходимостью утверждаются на требованиях разума. Необходимым требованием разума является то, чтобы начало права не ограничивалось пределами отдельных государств и народов, а распространялось и на всю совокупность человечества для достижения вечного мира (как у Канта). Условия достижение вечного мира: 1) гражданское устройство в каждом государстве должно быть правомерным; 2) международное право должно быть основано на союзе свободных государств; 3) взаимные отношения народов и государств должны определяться всеобщим гостеприимством, или "космополитическим правом". Историю можно определить как развитие человечества в свободе, или прогрессивный переход от естественного состояния к моральному. Реальной основой религии, согласной и с библейским учением признается "радикальное зло" в человеческой природе, т. е. противоречие между требованием разумно-нравственного закона и беспорядочными стремлениями чувственной природы, не подчиняющимися высшему началу. Отсюда потребность в избавлении или спасении - и в этом сущность религии. Факту радикального зла, или греха, противополагается идеал нравственно-совершенного, или безгрешного, человека. Совершенная праведность, т. е. чистая, или божественно-настроенная, воля, обнаруживается в постоянном и решительном торжестве над всеми искушениями злой природы; высшее выражение святости есть добровольно принятое страдание во имя нравственного принципа. Для грешного человека страдание есть необходимый момент в процессе избавления от зла, оно есть неизбежное наказание за грех; но страдание человека безгрешного (как сына Божьего), не будучи следствием собственного греха, может имеет замещающую силу, или покрывать грехи человечества. Для истинной религии необходима практическая вера в нравственный идеал, т. е. в совершенно праведного человека, или Сына Божьего(как христианский идеал), который есть разумное основание, цель и смысл (Логос) всего существующего. Признавать воплощение этого идеала фактически совершившимся в лице И. Христа не противоречит разуму, если только такую историческую веру подчинять моральной, т. е. относить ее исключительно к тому в жизни Иисуса Христа, что имеет нравственный смысл. Человеческие суждения бывают или определяющими(исходящими из вне), или рефлексирующими(как внутренний опыт). Первые подводят частные данные под общее правило - таковы все суждения точных наук; вторые усматривают некоторую специфическую закономерность в данных предметах или оценивают их по отношению к некоторой цели. Цель эта может быть субъективной, т. е. содержаться только в человеческом представлении; или же цель полагается объективно, как то, чего осуществление дано действительностью самого предмета. Субъективная рефлексия (поскольку она имеет общее значение) производит суждения эстетические, объективная - телеологические. Формальной целесообразности представляемого объекта психологически соответствует известное взаимоотношение между воображением и интеллигенцией. Когда это отношение есть согласие или гармония, именно когда воображаемый в своей особенности объект сообразен своей мысленной цели, то это вызывает в человеке чувство удовольствия, в противном случае - неудовольствия; таким образом, созерцаемой целесообразности прямо соответствует и целесообразное состояние - гармоническое и приятное - наших душевных сил. Из этого не следует, чтобы сущность эстетических суждений можно было бы свести к субъективному чувству удовольствия. Эстетическое наслаждение есть особый вид удовольствия, определенно отличающийся от других. Прекрасное людям нравится, но им нравится также и то, что полезно человеческому организму (например, питательные средства), или то, что удовлетворяет человеческие страсти(любовь, коллекционирование и т.д.); с другой стороны, для нравственного чувства нет ничего приятнее добродетели. Но ни то, ни другое удовольствие не есть эстетическое; оба они имеют то общее между собой, что их предметы людям нужны, т. е. что в них заинтересована человеческая воля (низшая, чувственная воля в первом случае, высшая, нравственная - во втором). В отличие от этого удовольствие эстетическое определяется как чистое, или незаинтересованное, предметы его материально не нужны, они вызывают удовольствие одним представлением их формы (тогда как представление нравственной обязанности может быть приятно только в связи с ее действительным исполнением, а представление питательного предмета вызывает удовольствие в голодном только ввиду предстоящего насыщения). Эстетическое наслаждение есть необходимо всеобщее, но вместе с тем оно не обусловлено отвлеченными понятиями, а имеет непосредственно-созерцательный характер. Чувство прекрасного относится к форме предметов, но форма есть ограничение, а существуют предметы, которые нам эстетически нравятся снятием всяких ограничений, т. е. своей безмерностью, и следовательно, отрицанием формы. Вид звездного неба над головой(чем и Кант тоже любил восхищаться вместе с нравственным законом внутри человека) или бесконечного моря вызывает удовольствие бескорыстное и безвольное, оканчивающееся в представлении, всеобщее и необходимое. следовательно, по всем этим признакам эстетическое; однако предмет его есть не форма, как в прекрасном, а, напротив, упразднение всякой формы в безмерности или бесконечности. На этом основании от прекрасного можно отличить возвышенное (das Erhabene), которое он подразделяет на математически-возвышенное, или великое, и динамически-возвышенное, или могучее. При известных индивидуальных условиях эстетическая способность наслаждаться прекрасным и возвышенным переходит в способность создавать предметы, вызывающие эти чувства, т. е. художественные произведения. Такая способность есть гений, в котором сильное воображение уравновешивается особой восприимчивостью ума. Настоящая гениальность ограничивается одной областью искусства. Прекрасные и возвышенные произведения как природы, так и искусства целесообразны субъективно, т. е. по отношению к человеческому эстетическому чувству и идее. Но есть в природе целесообразность объективная, именно в области живой органической природы. В органическом существе есть внутренняя целесообразность, состоящая в том, что все его части в своем строении, взаимоотношении и действии определяются одной общей целью, которая находится не вне его, а есть собственная жизнь этого существа как целого. Взаимная зависимость частей и их внутреннее подчинение целому как цели свойственны также художественному произведению, но от этой эстетической целесообразности естественная, или органическая, отличается тем, что в силу ее организм сам себя создает и воспроизводит, не нуждаясь в постороннем художнике. Признание объективной целесообразности в природе приводит к некоторой новой антиномии. С одной стороны антиномии, в естественно-научном объяснении вещей по критическим основоположениям нет никакой другой причинности, кроме механической, с другой стороны в противоположении: критика способности суждения признает, что организмы создаются изнутри по идее цели, которой и определяется вся их действительная жизнь. Разрешение кансальной антиномии гласит: ни естественно-научное познание механической причинности, ни рефлектирующее усмотрение органической целесообразности не имеют своим предметом вещь в себе или подлинное бытие, а только явления, определяемые деятельностью человеческого ума, который в качестве теоретического рассудка производит, а потому и познает, причинную связь их по законам механическим, а в качестве рефлексии, или телеологической силы суждения, создает, а потому и усматривает, их целесообразность.
  Канта- название типичных стихотворений на русском, а чаще на латинском языке, какие сочинялись в XVI-XVIII в.в. в учебных заведениях (сначала в Киевской академии, а затем и во всех семинариях и академиях, по образцу ее устроенных) по разным торжественным случаям, например в дни годичных актов и посещения училищ высокопоставленными лицами. Они назначались для пения в собраниях - отсюда их название (на латыне саnо, пою). Образцы их можно найти в истории любого из духовно-учебных заведений России. Этим же именем назывались и те вирши собственного сочинения или уже готовые, которые распевали под окнами обывательских домов ученики школ разных наименований, propter panem - для получения подачек пищей, как в старом Киеве и в западло-европейских академических городах. Таким пением кантов занимался в свои учебные годы и реформатор Лютер.
  Кантадуры(cantadours) - так назывались в средние века в Провансе странствующие певцы-трубадуры.
  Канталупа- название типичной породы дынь.
  Кантата(лат., от саnere - петь) - название вокального произведения. В первой половине XVII столетия-это вокальное сочинение для одного голоса (мадригал) называлось кантатой в отличие от инструментального сочинения, называвшегося сонатой. С развитием оперы в Италии развилась и форма кантаты, которая стала заключать в себе не один сольный вокальный номер, а несколько. В состав кантат вошли: хоры, речитативы, арии, позднее дуэты с оркестровым сопровождением. Кантата получила развитие благодаря Кариссими, который считается ее творцом. Кантата исполняется в концертах и церквях. Она бывает светского и духовного содержания. Отличие кантаты от оратории заключается в том, что в оратории больше драматизма и сольные номера относятся к известным личностям в сюжете оратории, а в кантате преобладает лирический элемент и сольные номера имеют более отвлеченный характер. Духовная кантата особенно была развита в протестантской церкви. Сочинение кантат служило в консерваториях экзаменационной задачей для выпускных учеников-теоретиков.
  Кантеле(кандала) - древнейший из финских народных музыкальных инструментов, о котором говорится в Калевале. Кантеле состоит из небольшого деревянного резонансового ящика с голосником; на этот ящик натянуты струны разной длины, напоминающие своим расположением арфу. В одном конце ящика струны прикреплены, а с другой навертываются на колки, воткнутые в отверстия, сделанные в доске ящика. Кантеле в первобытном виде имел пять волосяных струн; новейший его вид имеет струны металлические, которых насчитывается до 13 штук. На кантеле играют без смычка, пальцами обеих рук, задевающими за струны; играющий держит инструмент на и коленях, в горизонтальном положении. Строй кантелей в натуральной, или неискусственной, гамме - соль-минор (начиная с малой октавы), без повышенной седьмой ступени, т. е. в транспонированной эолийской гамме. Редко кантеле строится в гамме соль-мажор. Перемена делается вследствие требований рунических песен, которые сопровождаются игрой на кантеле. По мнению А. С. Фаминцына, кантеле заимствован финнами у северных славян, старинные гусли которых весьма схожи с древними кантеле. Эсты, литовцы, латыши заимствовали кантеле у финнов. Названия этих инструментов довольно схожи с финским: каннель - у эстов, канклес - у литовцев, кауклес - у латышей. Образчики разных национальных инструментов хранились в музеях Стокгольма, в питерской консерватории.
  Кантилена- короткое сочинение для голоса, мелодия, песнь светского содержания.
  Кантомания(лат.: cantus - пение и mania - пристрастие) - страсть к пению, выражающаяся в потребности слушать вокальную музыку, но больше петь, хотя бы даже голосовые средства не представляли для того хороших данных. Кантомания в особенности заметна у южных народов Европы - украинских малороссов, итальянцев, испанцев. Кантоманией можно назвать и страстное стремление изучить и понять философское учение И. Канта.
  Кантонисты- поступавшие на службу из некоторых округов в Пруссии в XVIII в. для укомплектования каждого полка существовали особые полковые округа, или кантоны. В России наименование кантонистов впервые появилось в 1805 г. и сохранялось до 1856 г. Кантонистами назывались все малолетние и несовершеннолетние сыновья нижних воинских чинов, которые образовали как бы особое состояние или сословие лиц, принадлежащих со дня рождения к военному ведомству и в силу своего происхождения обязанных военной службой. Начало кантонистам было положено еще Петром 1 учреждением (в 1721 г.) гарнизонных школ при каждом полку на 50 человек солдатских детей, для обучения их грамоте и мастерствам. Дальнейшее развитие эти школы получили в 1732 г.; число учащихся было доведено до 4 тысяч. В школы поступали солдатские дети от 7 до 15 летнего возраста. Все они сначала обучались грамоте, а затем более способные - артиллерии и фортификации, или пению и музыке, или письмоводству, или слесарному мастерству; менее способные - столярному, кузнечному, сапожному и другим рабочим ремеслам. По достижении 15 лет способнейшие оставлялись в школах еще на три года для усовершенствования; остальные назначались на службу в войска. В 1758 г. велено было причислить к военному ведомству и распределить по гарнизонным школам всех солдатских детей. В 1798 г., одновременно с учреждением в Петербурге военно-сиротского дома, гарнизонные школы были переименованы в военно-сиротские отделения, на 16400 воспитанников. В 1805 г. последовала их реорганизация, причем всем солдатским детям было присвоено наименование кантонистов. В 1824 г. военно-сиротские отделения поступили в ближайшее заведование главного начальника военных поселений, графа Аракчеева, а два года спустя были преобразованы в роты и батальоны военных кантонистов. В продолжение всего царствования императора Николая I число этих учреждений и их воспитанников постоянно увеличивалось. Наряду с ротами и батальонами, где обучали только грамоте, мастерствам и фронту, разновременно появились специальные кантонистские школы: аудиторская, артиллерийская, инженерная, военно-медицинская, школа топографов и другие; общее количество воспитанников достигло цифры 36 тысячев. Роты, батальоны и школы могли, однако, давать воспитание едва 1/10 части всех кантонистов, так как к кантонистам причислялись сыновья солдат, не только прижитые на службе, но и по увольнении в отставку, также как незаконные сыновья солдатских жен и вдов и даже подкидыши к нижним чинам. Институт кантонистов стоял в самой тесной связи с крепостным правом, одним из оснований которого служил принцип принадлежности лиц податных состояний или помещикам-дворянам, или учреждениям и ведомствам российского государства. Рекрут выходил из крепостной зависимости, но поступал со всем своим потомством в аналогичные отношения к военному ведомству. Отсюда принцип поголовной обязанности военных кантонистов поступать в войска; отсюда же стремление военного ведомства дать всем своим кантонистам воспитание, соответствующее интересам военной службы. Отсюда, наконец, те крайне стеснительные условия, которыми было обставлено увольнение из кантонистского звания. Правом на увольнение пользовались: 1) прижитые в нижнем звании их отцов законные сыновья штаб-офицеров и военных чиновников соответственных классов, а также всех офицеров и чиновников, имеющих ордена св. Владимира 4 степеней; 2) один из сыновей обер-офицеров, по их выбору, из числа прижитых ими в нижнем звании, если у них не было сыновей, родившихся после производства; 3) один из сыновей нижних чинов, изувеченных на войне, и 4) один из сыновей вдов нижних чинов, мужья которых убиты были в сражениях или умерли на службе. Освобождение солдатских детей от принадлежности военному ведомству было даровано императором Александром II, в ряду других милостей, коронационным манифестом 26 августа 1856 г. Тогда же началось постепенное упразднение кантонистских учебных заведений. В 1858 г. они были преобразованы в училища военного ведомства, получившие совершенно иной характер. Эти училища в 1866 г. были переименованы в военно-начальные школы, а в 1868 г. - в военные прогимназии. Некоторое подобие кантонистских учебных заведений имели позднее существующие при гвардейских полках школы солдатских детей, но это подобие было чисто внешнее, так как воспитанники этих школ солдатских детей принадлежащими к военному ведомству не считались, отдавались в школы по добровольному желанию родителей и по достижении призывного возраста отбывали воинскую повинность на общем основании. Назначение этих школ было удовлетворять потребность гвардейских войск в надлежаще подготовленных писарях, музыкантах и прочих певчих.
  Кантор- певец, в особенности церковный, типичный учитель церковных хоров. В IV в. в католической церкви были канторы (cantores et lectores), певшие и читавшие псалмы и гимны при богослужении. В VI в., при Григории Великом, были канторы при певческих школах. В IX в. при Карле Великом учреждены были такие же школы с канторами в Германии. Место канторов в XVIII столетии в Германии считалось очень завидным; например, великий И. С. Бах был кантором в Лейпциге. В новейшее время при церковных школах на Западе также существовали канторы. В православной церкви регент хора - это тот же западный кантор. В синагогах певец при богослужении называется поющим кантором евреев.
  Кантычки(Kantyczki) - сборник духовных песен в Польше, которые пелись чаще всего на Рождество, но также и в адвент, Великий пост, на Пасху и т. д. Это большей частью песни веселые, безыскусственной формы и народного склада; они никогда не снабжались нотами, так как напев их был прост и, не изменяясь, переходил из века в век. Наиболее древний из этих сборников (рукопись 1551 г. в Курпицкой библиотеке в Познани) издан Даховским под заглавием "Symfonie anielskie" (Краков, 1631). Позже Кантычки издавались неоднократно в Кракове, Львове, Познани, Ченстохове, Вильне и т. д. О Кантычках писал Курганович в "Pomiętnyk Religijno-Moralny".
  Канун- день, непосредственно предшествующий какому-либо церковному празднику. Церковным уставом определяется особый чин богослужения для кануна великих праздников; тем же уставом, а также народными обычаями определяется обряд времяпрепровождения такого кануна, причем обычаи не всегда согласуются с требованиями церковного устава.
  Канцелярия конфискаций- была в 1729 г. учреждена в Петербурге для заведования и продажи имуществ выморочных и отбиравшихся в казну за недоимки или за политические преступления, для взыскания штрафов, а также для продажи с аукциона недвижимых имуществ по судебным решениям, состоявшимся по частным искам. В 1733 г. была открыта в Москве ее контора, к которой была присоединена аукционная камера; в 1736 г. с канцелярией конфискации была слита доимочная канцелярия (приказ); в 1739 г. в помощь канцелярии конфискации для сбора старых недоимок и сыска недоимщиков велено было открыть особую доимочную комиссию. Согласно инструкции 27 июня 1730 г., дополненной в 1738 и 1740 гг., канцелярия конфискации, получив извещение о конфискации имения, должна была трижды о том опубликовать. Если затем появлялся в канцелярии конфискации собственник имения и путем судоговорения в канцелярии обнаруживалось, что имение отписано в казну незаконно, то оно подлежало возврату, причем не взыскивались убытки казны по временному управлению и охранению имения. Указом 6 сентября 1763 г. постановлено было: если относительно имения, признанного выморочным, появятся претензии со стороны кредиторов умершего владельца, то "вместо формальных судов" производит следствие при члене от канцелярии конфискации или ее конторы "и что по следствию окажется, по тому и решение чинить в силу законов". Все штрафы также поступали в канцелярию конфискации, которая в случае их неуплаты могла продавать движимое имущество оштрафованного, а при недостаточности его приступала и к продаже недвижимого; но если за последнее на торгах предлагали мало и продажа его могла повести к конечному разорению владельца, то канцелярии конфискации предоставлялось воздержаться от продажи и дать срок для уплаты штрафа с представлением в том поручителя. При взыскании казенных долгов и недоимок канцелярия конфискации имела преимущество перед всеми частными кредиторами, за исключением кредиторов по вексельному праву и по закладным. Сама продажа производилась с публичных торгов в Москве на основании оценки, сделанной канцелярией конфискаций. Учреждение этой канцелярии вызвано было тем, что конфискованные имения подвергались расхищению со стороны воевод и секретарей, но надежды, возлагавшиеся на нее, не оправдались. За медленность делопроизводства канцелярия конфискации постоянно подвергалась нареканиям со стороны сената и верховной власти. С введением губернских учреждений Екатерины II канцелярия конфискации была закрыта в 1782 г. Дела ее хранились в московском архиве министерства юстиции.
  Канцелярия- в средние века латинское слово "Cancellaria" обозначало обычное помещение, отгороженное решеткой, в котором писцы под руководством канцлера занимались изготовлением публичных актов, государевых указов, судебных решений и т. п. Позднее под канцелярией чаще всего стали понимать совокупность чинов, на которых возложено было письмоводство и делопроизводство какого-нибудь правительственного учреждения, но нередко это название дается и определенной части какого-нибудь установления, имеющей свои самостоятельные функции (как канцелярии некоторых министерств) или даже установлению, взятому в его целом (собственная его императорского величества канцелярия). В Россию это слово пришло с Запада и вошло в широкое употребление только при Петре I (ближняя канцелярия). Всякое коллегиальное установление распадается на присутствие, которое решает дело, и канцелярию, в которой дело подготовляется для доклада присутствию. Судебные уставы 20 ноября 1864 г., возложив доклад дел во всех инстанциях, не исключая и кассационной, на обязанность членов суда, свели деятельность канцелярии судебных установлений к одному письмоводству, т. е. к ведению входящих и исходящих реестров, составлению протоколов, изготовлению копий с решений и т. п. Вследствие этого состав канцелярий судебных установлений ограничен одним или несколькими секретарями с помощниками (в кассационных департаментах сената - обер-секретари), тогда как канцелярия административных учреждений, в которых дела подготовляются к докладу, составляются из начальников отделений, секретарей, столоначальников и прочих. Канцелярия министра предназначена была для производства общих дел, до всех департаментов министерства относящихся, и для личной переписки министра по особенно важным делам (в некоторых департаментах, распадающихся по обширности делопроизводства на многие отделения, состояла при директоре для общей связи письмоводства особенная канцелярия, во главе ее был правитель). Во главе ее стоял директор ( в канцелярии министра внутренних дел был правитель, в канцелярии министра императорского двора - заведующий, пользующийся правами директора департамента). Особых канцелярий министра нет в министерствах народного просвещения и юстиции. Канцелярия министра императорского двора ведала только личной перепиской министра, общие же дела, относящиеся до всех установлений министерства, сосредоточены были в административном отделе кабинета его императорского величества. В канцелярии министерства иностранных дел сосредоточивался политическая переписка. На канцелярию морского министерства, директор которой считался и юрисконсультом министерства, были возложены: составление всеподданнейших отчетов, делопроизводство по Адмиралтейств-совету, кодификация морских узаконений (для чего в ней образованобыло особое кодификационное отделение), юрисконсультская часть. Директор канцелярии, как юрисконсульт министерства, давал заключения по спорам между казной и частными лицами, по делам о морских призах и вообще по юридическим вопросам, поступающим на рассмотрение Адмиралтейств-совета или управляющего морским министерством. При директоре состояло два помощника-юрисконсульта. В министерстве финансов существовало две канцелярии: 1) общая канцелярия министра финансов, к составу которой принадлежал и ученый комитет министерства для рассмотрения финансовых проектов и учреждений, и 2) особенная канцелярия министра финансов по кредитной части, выделенная из первой в 1824 г.; в ней сосредоточены были сношения по внешним займам, распоряжения о платеже по ним процентов и капитала, дела о долгах разных лиц и обществ государственному казначейству, по производству из него новых ссуд, по взиманию сбора с денежных капиталов, по заведованию государственными кредитными учреждениями и по наблюдению за учреждениями частного кредита. При этой канцелярии имелось иностранное отделение, заменяющее прежнего гоф-банкира и производящее переводы за границу денег для покрытия расходов, вызываемых правительственными надобностями. Ежегодные отчеты канцелярии о заграничных денежных операциях рассматривались особым комитетом финансов, с участием государственного контролера, а журналы комитета по этому предмету, равно как общие обозрения, представлялись на высочайшее усмотрение. Ведению канцелярии министра земледелия и государственных имуществ, сверх делопроизводства по совету министра, подлежали дела: по инспекторской, распорядительной, счетной и строительной частям министерства, по наградам, арендам и пособиям из кредитов, ассигнуемых на выдачу аренд; по рассмотрению отчетов и ревизий. В канцелярию министра путей сообщения было сосредоточено делопроизводство совета министра и совета по железнодорожным делам, равно как части инспекторская, эмеритальная и пенсионная. Kанцелярия главного управления государственного коннозаводства ведала всем делопроизводством по главному управлению. Канцелярия государственного контроля, сверх общих функций канцелярии министра, вела инспекторскую часть ведомства, делопроизводство по совету государственного контроля, делопроизводство по всякого рода делам и вопросам, передаваемым на заключение контроля из Правительственного Сената, составление всеподданнейших отчетов о деятельности контроля, составление финансовой сметы ведомства; в состав канцелярии входил и начальник архива центральных учреждений государственного контроля. Канцелярия Государственного совета именовалась Государственной палатой. Канцелярия местных установлений ведала безраздельно всем делопроизводством установления или единоличного органа власти (генерал-губернатора, попечителя учебного округа). В губерниях, управляемых по общему учреждению, существовали: 1) Канцелярия губернского правления и 2) Канцелярия губернатора, состоящая в ведении правителя канцелярий. К делопроизводству последней принадлежали: дела секретные, переписка по обозрению губернии, составлению годовых отчетов, переписка по делам общественного самоуправления и о дворянских выборах, выдача заграничных паспортов и других срочных видов, производство дел по губернской воинской повинности, переписка с военным начальством по движению и употреблению войск, переписка по делам печати.
  Канцелярская тайна- Генеральным регламентом 1720 г. было предписано все дела в канцеляриях содержать тайно, под страхом смертной казни или вечной ссылки в работы на галеры, с вырыванием ноздрей и отнятием всего имущества предателя. Дореформенные гражданские законы судопроизводства пытались было установить, что не должно подлежать оглашению перед тяжущимися, но строго установленных правил все-таки не было записано. Вследствие этого просьба тяжущегося о сообщении ему сведений о положении дела или какого-либо документа получала характер ходатайства, а удовлетворение ее иммел вид снисхождения; отсюда появилась масса злоупотреблений. Судебные уставы 1864 г. совершенно изгнали начало канцелярской тайны из области суда (но не уголовного следствия). Новейшее законодательство предусматривало особый проступок по службе, заключающийся в разглашении дел, причем в особую категорию выделялись дела, подлежащие тайне. Под разглашением дел понималось сообщение посторонним лицам бумаг, принадлежащих к делам, производимым в судебных и административных местах, вопреки порядку, установленному для производства дел и хранения деловых бумаг. Наказанием было (если при этом не было никакого иного преступления или злоупотребления): замечание, выговор, вычет из времени службы и удаление от должности. За разглашение дел, подлежащих строгой тайне, и недозволенное сообщение кому-либо бумаг, отмеченных надписью: совершенно секретно или просто "секретно", виновный, смотря по обстоятельствам дела, подвергался или отрешению от должности, или исключению из государственной службы, или же, сверх того, и заключению в тюрьме на время от 4 до 8 месяцев (статьи 419-424 Уложения о наказаниях, изданных в 1885 г.).
  Канцелярские пошлины- взимались (независимо от гербовых) в тех случаях, когда граждане в своих частных интересах обращались к содействию какого-либо правительственного установления, засвидетельствовать акты, получить копии и т. п. Канцелярские пошлины принадлежат к числу древнейших. Уже "Русская Правда" устанавливает особую пошлину в пользу метальщика (писца), сопровождавшего вирника. В допетровской Руси в пользу писца, что-либо записывавшего по своей должности (например, покупку лошади с наложением на нее клейма), бралась писчая пошлина. По Уложению 1649 г. при записи крепостей, кроме крепостных пошлин, взималась еще печатная пошлина, вероятно - за приложение государевой печати. В XVIII в. установлены были под различными наименованиями многочисленные канцелярские сборы, которые взимались от письма купчих, дарственных записей, духовных завещаний и т. п. актов, от записки их в книги, за приложение печати, за излишние страницы в письме. В 1808 г. все эти сборы, как неуравнительные, заменены были единообразным канцелярским сбором в 10 руб. Под именем канцелярской актовой трехрублевой пошлины взималась в пользу казны сбор с крепостных актов, а в местностях, где не введено положение о нотариальной части, с актов, совершаемых и являемых у крепостных дел, независимо от суммы акта и числа занимаемых им страниц. Пошлина эта не взималась: с актов, совершаемых учебными заведениями; с совершаемых или являемых у крепостных дел заемных писем, платежных расписок и верющих писем; с данных, выдаваемых вышедшим из крепостной зависимости крестьянам на приобретенные ими в собственность надельные земли; с крепостных актов на земли, покупаемые при содействии крестьянского банка, и некоторых других. Канцелярская актовая пошлина ни в каком случае из казны не возвращалась. В 1890 г. эта пошлина доставила казне 516741 руб., в 1891 г. - 533495 руб., в 1892 г. - 555954 руб., в 1893 г. - 607823 р. В судебных установлениях канцелярская пошлины взыскивалась с бумаг, от суда исходящих: 1) По делам гражданским, при выдаче копий решений и протоколов мировых судей и их съездов, земских начальников, городских судей, уездных съездов и уездных членов окружного суда взыскивалась в пользу подлежащих канцелярий по 10 копеек с листа. В общих судебных установлениях при выдаче тяжущимся исполнительных листов, копий решений и документов или иных бумаг, как и свидетельств, справок и т. п. взимался: за переписку - по 40 коп. с листа, а за приложение печати к каждой такой бумаге - 20 коп. Пошлины эти поступали в доход государственного казначейства. До издания закона 17 декабря 1890 г. они обращались на штатное содержание канцелярий судебных мест, а излишек от этого сбора, собранный по канцелярии каждого судебного места, поступал исключительно в пользу чинов той канцелярии. В прибалтийских губерниях крепостные отделения при совершении различных действий взимают по особой таксе канцелярские пошлины, колеблющихся от 25 копеек до 3-5 руб. 2) По делам уголовными, за копии с протоколов и приговоров мировых судей и их съездов, земских начальников, городских судей, уездных съездов и уездных членов окружного суда взыскивается по 10 копеек с листа, но неимущим осужденным копии эти выдаются бесплатно. В общих судебных установлениях с копий приговоров, протоколов и других бумаг, когда по закону копии эти выдавались участвующим в деле лицам не иначе, как на их счет, взималось по 40 коп. с листа. При взимании в судебных установлениях канцелярских пошлин, как по делам гражданским, так и по делам уголовным, каждые 25 строк считались за страницу листа. В 1893 г. общими судебными установлениями канцелярских. пошлин было собрано 303901 р. Канцелярские пошлины и сборы за составление и выборку разных таможенных документов в 1892 г. доставили казне 403521 рублей. Многие из других "пошлин разных наименований", указанных в разделе III-м устава о пошлинах, являются по характеру своему канцелярскими пошлинами, но по размерам получают значение налогов. Таковы, например, пошлины с выдаваемых департаментом герольдии дипломов и грамот.
  Канцелярский слог- отличительные черты этого слога, каким писались в канцеляриях бумаги, особенно в старо-прежнее время: обилие старинных архаических выражений, длина и запутанность периодов выражений, множество ненужных формул и цифер. Большие заслуги в деле улучшения типично-канцелярского слога и выработки точного канцелярского языка принадлежали министру юстиции Дашкову.
  Канционал(Kancyjonal) - сборник церковных песен "кантычек", исполняемых в костелах поляков-реформатов. Около 1551-1552 г.г. вышел такой сборник Секлюциана (1408-1578), за которым последовал переведенный с чешского Валентом из Бржозова Канционал кролевецкий 1554 г.; позже ряд Канционалов выходило в Кролевце (Кенигсберге), Бржеге (Бриге), Ополе (Оппельне) и других городах. Канционеро(Cancionero исп., Cancioneiro португал.) - "песенник", сборник лирических песен различных авторов. Один из старейших Канционеро - галисийско-португальских песен, составленный придворными поэтами Альфонса III и Диниса; здесь сохранился еще дух старинных трубадурских стихотворений (изданных в Галле, 1876, и Лиссабоне, 1878). Другой сборник заключает в себе песни придворных поэтов короля Иоанна II и Эммануила Португальского: "Cancioneiro geral de Garcia de Resende" (Штутгарт, 1850-51). От общества поэтов при дворе короля арагонского Фердинанда I (Consistorio de la gaya ciencia) сохранился в рукописи Парижской национальной библиотеки "Canзoner d'amor" и другой в университетской библиотеку в Сарагосе, оба на каталонском языке. Древнейший кастильский сборник и единственный памятник собственно придворной поэзии Кастилии - "Cancionero de Baena", с произведениями поэтов собиравшихся вокруг Иоанна I, Генриха III и, главным образом, Иоанна II Кастильского; часть песен на галицийском диалекте, другая, большая часть - на кастильском, по образцу позднейших песен трубадуров, но в народном размере и с народными ритмами (Мадрид, 1851, и Лейпциг, 1860). "Cancioneiro de Lope Stщruga" (Мадрид, 1873) возник при дворе Альфонса V Неаполитанского. Сборники вроде поименованных сильно распространяются в испанском и португальском обществе в позднейшее время, особенно в XV и XVI в.; многие из них сохранились лишь в рукописи (выдержки у Gallardo, "Ensayo de una Biblioteca espaсola", т. 1 Мадрид, 1863). Старейший такой сборник - "Cancionero general" Хуана Фердинандеса де Константина - печатался с конца XV века и был дополнен Фернандо де-Кастильо (Валенсия, 1511); в нем много песен от времен Иоанна II до Карла V. Иногда произведения отдельных поэтов также назывались Канционеро, например, "Cancionero" Энцина и Монтесино, старый Канционеро Альфонса Мудрого и другие.
  Канцлер(лат. Cancellarius) - в средние века так называлось высшее при дворе должностное лицо, на обязанности которого лежало изготовление государственных, преимущественно дипломатических актов и которое поэтому было хранителем государственной печати. При Меровингах вышеозначенные обязанности исполнял великий референдарий (summus referendarius); в IX веке появляется звание великого канцлера (summus cancellarius), бывшего вместе с тем начальником королевского архива. При Меровингах референдарием всегда назначалось лицо светского звания; при Каролингах всегда канцлер избирался из духовных лиц (всего чаще - из придворных капелланов), что повсеместно стало общим правилом в средние века. Подчиненные канцлера натариусы (notaires) при Капетингах также избирались из лиц придворного духовенства; один из них, предназначавшийся в преемники канцлера, обычно носил название вице-канцлера. К прежним обязанностям канцлера присоединились и судебные функции; будучи одновременно министром юстиции и иностранных дел, он, в качестве капеллана, имел в своем ведении и церковные дела. Часто должность канцлера занимали высшие прелаты (например, архиепископы Реймсские). В XII в. короли стараются умалить значение должности канцлера. Филипп-Август в течение 38 лет обходился без канцлеров. Подпись канцлера, которая фигурировала на актах со времен Меровингов, начинают в начале ХII в. заменять одним только упоминанием о нем в форме "Data per manum N cancellarii", если же должность канцлера совершенно не была замещена, то писали: "Data vacante cancellaria". В XIII в. канцлер снова становится первым должностным лицом в королевстве. Со времени Карла V до Людовика XI канцлер избирается с помощью баллотирования в королевском совете; в XVI в. он становится несменяемым, но король мог оставить его не у дел, назначив особого хранителя печати (garde des sceaux)". Должность канцлера Франции (Chancelier de France) была упразднена в 1790 г. Наполеон I назначил архиканцлера (archichancelier); при Реставрации восстановлено было звание канцлера Франции, окончательно уничтоженное революцией 1848 г. Наиболее выдающимися канцлерами Франции были: Дюпра при Франциске I, Л'Опиталь при Карле IX, Пьер Сегье при Людовиках ХIII и XIV, Матье Моле, д'Алигр, Ле-Теллье, Поншартрен при Людовике XIV, д'Агессо, Ламуаньон, Мопу при Людовике XV, Камбасерес при империи, Дамбре и Пасторе во время Реставрации, Паскье при Июльской монархии. На прежнее значение канцлера в новейшее время во Франции указывало то, что министр юстиции именовался хранителем печати. В старой Германской империи должность великого или железного канцлера (архиканцлер, Erzkanzler) принадлежала к числу тех высших должностей императорского двора (archiofficia, Erzдniter), которые составляли привилегию курфюрстов. Прочную организацию имперской канцелярии дал Оттон I, со времени которого почти до уничтожения империи архиепископ Майнцский был вместе с тем и эрцканцлером. Собственно в Германской империи было три эрцканцлера: архиепископ Майнцский считался эрцканцлером Германии, архиепископ Кельнский - эрцканцлером Италии, архиепископ Трирский - эрцканцлером Бургундии; но последние две должности не имели практического значения. Уже в средние века apxиепископ Майнцский в качестве эрцканцлера делал все приготовления к избранию императора, созывал князей, руководил выборами и составлял им протоколы; однородные функции лежали на нем и при созвании имперского сейма. Эрцканцлер имел преимущество чести перед всеми курфюрстами; ему принадлежало место по правую руку императора. Он заведовал архивом имперского сейма, назначал всех чинов канцелярий и архивов обоих имперских судов. Со времени учреждения в Вене Имперского надворного совета, майнцский архиепископ имел в Вене своего постоянного представителя, который носил звание имперского вице-канцлера, состоял начальником Имперской тайной надворной канцелярии и собственно был единственным имперским министром. После уничтожения Майнцского курфюршества (1803 г.) звание эрцканцлера перенесено было на князя-примаса Дальберга. Германская императрица (как и королева, сыновья и внуки короля и первый принц крови во Франции) также имела своего канцлера, которым состоял аббат Фульдский. Древнейшие акты, исходившие от папского престола, контрасигнировались начальником папской канцелярии, который назывался primocerius notariorum. В IX в. эта должность слилась с должностью библиотекаря римской церкви, который тогда к своему титулу присоединил звание "канцлера святого апостольского престола". В 1052 г. Папа Лев IX предоставил apxиeпископа Кельнскому почетное звание великого канцлера, после чего действительный начальник папской канцелярии стал титуловаться вице-канцлером. Звание великого канцлера было уничтожено папой Григорием VII, и начальники папской канцелярии стали именоваться канцлером; но папа Александр III, стремясь к умалению их влияния, велел им вновь писаться вице-канцлером. Должности библиотекаря и канцлера были разъединены при папе Иннокентии II. В отдельных государствах Германии должность канцлера появляется с середины XV столетия, но круг его обязанностей в различных странах очень различен; всего чаще звание канцлера предоставлялось президенту высшего судебного или административного учреждения. Так, в Баварии был канцлер Тайного совета, канцлер двора, ленный канцлер, а в провинциях - правительственные канцлеры. В Пруссии Фридрих II в 1746 г. предоставил звание великого канцлер (Grosskanzler) Самуилу Кокцею. Князь Гарденберг назывался государственным канцлером (Staatskanzler); после его смерти (1882) должность государственного канцлера была в Пруссии упразднена, но там издавна существовало звание канцлера (старого) королевства (Восточной) Пруссии - одна из почетных придворных должностей, наследственная в известном роде, с которой сопряжено было право заседания в палате господ. В Aвсmpuu министр-президент часто титуловался государственным канцлером, а графу Бейсту присвоено было звание имперского канцлера. Звание канцлера существовало и в Дании (откуда оно перешло в Петровскую табель о рангах), Швеции (канцлер Оксенштирна) и других странах. В Швейцарии союзный канцлер был начальником союзной канцелярии (Bundeskanzler Chancellerie fйdйrale). В Poccuu изготовление государственных актов лежало на обязанности дьяков, а так как наибольшего искусства требовало изготовление дипломатических актов, то и влияние дьяков сильнее всего было в посольских делах. Посольский приказ обычно даже состоял из одних дьяков. Иностранные писатели обычно называли дьяков канцлерами, а иногда и великими железными канцлерами. Даже в некоторых русских рукописях дьяки именуются кенселирами, а азбуковники объясняют, что канцлер значит дьяк. Таким образом, этот термин был известен на Руси и до Петра, но не имел официального значения. Первоначально старшие из дьяков и опытнейшие в посольских делах носили название печатников. В 1667 г. начальником посольского приказа назначен был боярин А. Л. Ордин-Нащокин, при чем ему присвоен был титул царственныя большия печати и государственных великих посольских дел оберегателя, но его преемники по управлению посольским приказом, кроме Матвеева и князя В. В. Голицына, титуловались только "оберегателями посольских дел", а граф Ф. А. Головин - первенствующим министром. Наконец в 1709 г. преемник последнего, граф Г. И. Головин, получил звание канцлера, а его помощник, барон П. П. Шафиров - вице-канцлером, или под-канцлером. С образованием коллегии иностранных дел канцлер и вице-канцлер были ее президентом и вице-президентом; но после смерти Петра II присутствие канцлера в этой коллегии не было постоянно. Грамоты к разным государям и им подобные документы, за высочайшей подписью, контрасигнировались канцлером, а в его отсутствие (с 1742 г.) - вице-канцлером. В Петровской табели о рангах канцлер появился гражданским чином первого класса, соответствуя генерал-фельдмаршалу среди военных, генерал-адмиралу среди морских и не имея себе равного среди придворных чинов. С учреждением должности министра иностранных дел звание канцлера или вице-канцлера стало его обычным почетным титулом. Управляющий министерством иностранных дел (канцлер, вице-канцлер или министр) являлся хранителем государственной печати. Звание канцлера в России носили: Г. И. Головкин (1709-1734), А. М. Черкасский (1740-1742), А. П. Бестужев-Рюмин (1744-1758), M. Л. Воронцов (1758-1763), И. А. Остерман (1796-1797), А. А. Безбородко (1797-1799), А. Р. Воронцов (1802), Н. П. Румянцев (1809-1814), В. П. Кочубей (1834 г.), К. В. Нессельроде (1845-1856), А. М. Горчаков (1867-1882). Граф Н. И. Панин исполнял в 1763-1783 г.г. все обязанности канцлера, но имел звание первенствующего министра. Вице-канцлерами были: барон П. П. Шафиров (1709-1725), А. И. Остерман (1720-1740), М. Г. Головкин (1740-1741), А. М. Голицын (1762-1775), Ив. А. Остерман (1773-1796), Н. П. Панин (1799), В. П. Кочубей (1798-1799 и 1801-1802), А. Б. Куракин (1796-1797 и 1801-1802), С. А. Колычев (1806). Звание канцлера присваивалось еще высшим представителям некоторых учреждений, например, орденов и университетов. В Кембриджском и Оксфордском университетах канцлером назывался высший представитель университета, избираемый обычно из знати, действительное же управление сосредоточено было в руках вице-канцлера. При некоторых университетах Германии звание канцлера (а при других - звание попечителя, куратора-Curator) носил представитель министерства народного просвещения, на обязанности которого лежало наблюдение за всесторонним развитием университета, особенно в хозяйственном отношении; он же являлся посредником между университетом и министерством. После объединении в 1797 г. администраций всех орденов в одном Капитуле старшему его официалу присвоено было звание канцлера российских императорских и царских орденов, причем определено было, что он должен быть назначаем из кавалеров ордена святого Андрея Первозванного. В 1833 г. канцлеру был присвоен особый знак: трость черного дерева с белым из слоновой кости набалдашником. Когда в 1842 г. капитул орденов был присоединен к министерству императорского двора, должность канцлера орденов слилась с должностью министра двора. По уставу от 24 сентября 1844 г. канцлер орденов не подчинялся никакому высшему правительственному месту и ни от кого, кроме императора, предписаний не получал. Канцлер орденов был главный начальник капитула орденов. Он контрасигнировал грамоты на ордена, которые выдавались за собственноручным подписанием государя императора или государыни императрицы, сам же он (а в отсутствие его - обер-церемониймейстер) подписывает грамоты на пожалование орденами: Белого Орла, св. Владимира второй степени, св. Анны первой степени и св. Станислава первой степени и второй степени со звездой. Функции канцлера орденов значительно расширились с учреждением в 1892 г. под его председательством комитета для рассмотрения представлений к высочайшим наградам, который с образованием в 1894 г. инспекторской части гражданского ведомства преобразован был в Комитет о службе чинов гражданского ведомства и о наградах. С 1797 г. канцлерами российских орденов были: князь Н. В. Репнин (1797-1802), князь Александр Борисович Куракин (1802-1819), А. Л. Нарышкин (1819-1826), князь Алексей Борисович Куракин (1826-1829), князь А. Н. Голицын (1830-1842), князь П. М. Волконский (1842-1852), граф В. О. Адлерберг (1852-1870), граф А. В. Адлерберг (1870-81), граф И. И. Воронцов-Дашков (1881). Канцлер (cancellarius, Kancerlz) в Польше, как и в западно-европейских государствах, был одним из наиболее важных государственных чиновников и хранителем государственной печати (pieczętarz). Канцлерами обычно назначались епископы. Впервые упоминается канцлер в XII в. Позже появляются канцлер в уделах, на которые разбилась средневековая Польша; рядом с главным, или великим, канцлером (pieczętarz wielki) появляется вице-канцлер (podkanclerzy, или vice-cancellarius). Канцлер при королях вскоре стали забирать большую власть в руки; так, например, при Владиславе Ягеллоне Войцех Ястрженбец отказался приложить печать к акту о даровании графства королевскому пасынку Пилецкому. Необходимость скрепы канцлерских актов стала со временем почти государственным законом. В 1507 г. Сигизмунд I постановил, чтобы канцлером по очереди выбирались духовные и светские лица; кроме того, бывали канцлерами и гетманы: Замойский и Жолкевский. С канцлером коронным, первоначально титуловавшимся "канцлером короля Польши" (krуla polskiego), встречается впервые в начале XIV в.; он был главным канцлером, а канцлер провинций, прежних уделов, стали называться подканцлерами. В 1775 г. канцлер стал заведующим иностранными делами, войдя с четырьмя другими лицами в так называемый "постоянный совет" (neustająca rada). Последним канцлером был Антоний Сулковский. Литва имела своих канцлером; 22-м и последним литовским канцлером был Иоаким Литавор Хребтович (1793-1812). Литовский канцлер заведовал сношениями с Москвой; он же, по установившемуся обычаю, прикладывал печать к ленной грамоте курляндских Кеттлеров. В 1637 г. посольство в Москву отправлено было обоими канцлерами. Должность канцлера(Lord High Chancellor of Great Britain) - это одна из древнейших в английском государственном строе; первый канцлер был в царствование Эдуарда Исповедника, в середине XI в. канцлер являлся одним из главных секретарей короля (по мнению Стеббса, термин cancellarius происходит от латинского слова cancelli - ширмы, за которыми производилась секретарская секретная работа), главным из королевских капелланов и хранителем королевской печати. На почве этих трех функций и появилось значение канцлера. В качестве секретаря он вел всю переписку от имени короля и был облечен особым его доверием по делам светского управления; как капеллан, он был советником короля в делах церкви; как хранитель печати, он был необходимым участником всех формальных выражений королевской воли. Уже при Генрихе II (в середине XII в.) Канцлер занимал по своему значению следующее место за великим юстициарием (Justiciar), которому принадлежало высшее заведование правосудием и другими отраслями управления и который считался как бы вице-королем, заступая монарха в его отсутствие. С упадком должности юстициария (в начале XIII в.) его судебные функции перешли к канцлеру и получили дальнейшее развитие с установлением особого Court of Chancery (Канцлерского суда). До Эдуарда III (середина XIV в.) должность канцлера всегда вверялась какому-нибудь духовному лицу. Первым светским канцлером был Robert Bourchier, в 1340 г.; однако и позднее, в XV и XVI вв., канцлерами чаще всего бывали духовные лица. С начала XVII в. канцлером назначаются только светские лица, обычно из выдающихся юристов. В новейшее время канцлер - это хранитель большой государственной печати и один из важнейших советников короля, всегда состоящий членом кабинета и Королевского тайного совета. Король вручал ему печать, хотя фактически канцлер, подобно другим членам кабинета, избирается первым министром. Канцлер является ex officio председателем палаты лордов даже тогда, когда сам не имеет звания пэра (это возможно потому, что председательское кресло, woolsack, считается находящимся вне палаты); но в последнем случае он не имеет права участвовать ни в прениях, ни в голосовании. Обыкновенно лицо, назначаемое канцлером, вскоре возводится в звание пэра. Права его как председателя палаты лордов не превышают прав каждого отдельного члена; голос его не дает перевеса в случае разделения голосов поровну, и всякое его заявление, хотя бы и по вопросам регламента, имеет значение лишь его личного мнения, которое каждый пэр может оспаривать. Он не имеет права отсрочивать заседания палаты, ни выступать с какими-либо действиями в качестве представителя палаты иначе как с предварительного согласия ее членов. Ораторы обращаются не к председателю, а к палате; если одновременно желают говорить несколько пэров, вопрос о том, кому принадлежит слово, решается не канцлером, а палатой. При открытии парламента канцлер после прочтения королевского повеления об открытии предлагает общинам избрать спикера и затем от имени короля утверждает в этом звании избранное лицо и подтверждает права и преимущества общин. Если король лично не присутствует при открытии парламентской сессии, тронная речь читается канцлером. Обширные полномочия канцлера имеет в сфере судебного управления. В его руках сосредоточивается по отношению к области гражданского правосудия значительная часть тех полномочий, которые в континентальных государствах принадлежат министру юстиции (в Англии особого министерства юстиции нет, а обычные его функции отправляются частью канцлером, которого до известной степени можно назвать министром гражданской юстиции, частью министром внутренних дел, Home secretary, которого можно назвать министром уголовной юстиции и полиции). Канцлер назначает судей низшей инстанции (судей графств - county court judges) во всех округах, кроме графства Ланкашир, и имеет право увольнять их, а также коронеров, за неспособность или дурное поведение (misbehaviour). Назначение мировых судей также фактически производится канцлером (с утверждения королевской власти) на основании списков, представляемых лордами-лейтенантами. Городские судьи назначаются канцлером по соглашению с министром внутренних дел. Члены высших судов назначаются королевской властью, но обыкновенно по указанию канцлера. Он является председателем одного из отделений верховного суда, а также высшего апелляционного суда (через Канцлерский суд) и состоит президентом судебного комитета королевского совета. Канцлеру принадлежит важная роль в выработке и изменении правил о судопроизводстве, составляемых в дополнение к статутам и имеющих нередко очень большое значение для отправления правосудия. Канцлер считается высшим, от имени короля, покровителем малолетних, сирот и умалишенных и имеет верховное наблюдение над королевскими госпиталями, приютами и вообще благотворительными заведениями. Должность канцлера считается высшей светской должностью в государстве; он следует по рангу непосредственно за принцами королевского дома и архиепископом Кентерберийским, впереди герцогов. Содержание его было 10000 фунтов стерлингов. Лицо, занимавшее должность канцлера, безразлично в течение какого времени, при оставлении ее получал пенсию в 5000 фунтов стерлингов. Канцлер Великобритании непременно должен принадлежать к англиканской церкви. В течение всего 19 столетия должность канцлера занимали: Эльдон, Эрскин, Линдгорст, Брум, Кэмпбелл, Вестбери, Кэрнс, Сельборн, Гершель (последние двое - в кабинетах Гладстона и Розбери). Ирландия имела своего особого канцлера(Lord Chancellor of Ireland). Он являлся главой судебного управления в Ирландии и ближайшим советником вице-короля. Функции его были аналогичны с функциями канцлером Великобритании. Ирландский канцлер не состоял непременно членом кабинета (хотя и мог быть им), но вместе с ним назначался и выходил в отставку. Он обычно назначался из наиболее видных членов ирландской адвокатуры. Содержание его было 8000 фунтов стерлингов, пенсия - 3400 фунтов стерлингов. Ирландским канцлером мог быть и католик.
  Канцона(la canzone, от латинского cantiо) - название старейшей формы итальянской лирики, встречающейся и в провансальской (canso), и в старофранцузской (chanson) поэзии. Для нее иногда употребляется специальное название Canazne Petrarchesca или Cоscana, в отличие от позднейших форм, Canzone Pindarica и Anacreontica. Канцона - это типичное лирическое стихотворение в несколько строф (stanze), которые имеют совершенно тождественное количество стихов, тот же размер и то же расположение рифм, но обычно кончаются строфой более короткой. У Петрарки в его канцоне не более 10 и не менее 5 строф; в новейших канцонах число строф доходит до 20, 40, даже 80 строф. Количество стихов каждой строфы у Данта и Петрарки варьирует между 9 и 20. Строфа делится на две части; вторую часть начальной рифмой любили соединять с последним стихом первой (concatenatio). Чередование рифм сначала было свободно; впоследствии пример Данта и еще более - Петрарки стал законом. Стихи при серьезных сюжетах большей частью 11 стоп, перемежаясь изредка семистопными, а при легком и веселом содержании - большей частью 7-стопные. Заключительная строфа, называлась ripresa (принятие вновь), commiato (припев), congedo (прощание), licenza (отпуск), tornata (возвращение) или проcто chiusa (заключение) и заключавшая в себе обыкновенно обращение поэта к стихотворению - обычай провансальской поэзии, - редко отсутствует у Данта и Петрарки. Кроме этих правильных форм канцон, существовала уже очень рано Canzone distesa (распространенная) или Canzone di stanza continua, в которой каждая строфа сама по себе была без рифм, но каждый стих рифмовался с соответствующим ему в остальных строфах. Позднейшие поэты оставили эту слишком искусственную форму. В конце XVI в. канцоны стали отклоняться от типа Canzone Petrarchesca. Уже Тассо для соединения строф ввел различные стихотворные "игрушки", которые он называл catene (цепи) и monili (ожерелья). Еще более свободы позволил себе Киабрера (Chiabrera), которого так называемые канцонетты, написанные более короткими стихами и строфами с произвольной рифмой, проложили дорогу канцон-анакреонтикам, по образцу песен Анакреона представляющим легкое стихотворение в коротких строфах. В подражание Пиндару в XVI в. возникла Canzone Pindarica или alla greca, которую можно встретить у Аламанни, Триссино, Минтерно и особенно у Киабреры. Она составлена из одно- или многократной комбинации 3 строф: strofa, antistrofa и epodo; из них первые соответствуют друг другу в построении. Так называемая Canzone a ballo, или Ballata, которую не следует смешивать с северной "балладой", столь же стара, как и Canzone Petrarchesca, и, вероятно, народного происхождения; совершенно такой же культурно-исторический тип стихотворений был в ходу и в Провансе и Северной Франции. Эта канцона пелась при танцах; первые стихи (ripresa) пел хор, следующую строфу или строфы один голос, после чего опять вступал хор и т. д.; строфу в ней заканчивает последний стих ripres(репризы). Ballata допускает любой род стихов и предпочитает Rimalmezzo (внутреннюю рифму). Эти Canzone a ballo особенно были в ходу в XV в. в кругу Лоренцо де Медичи; особый род их назывался фроттолами (Frottola). О староитальянской канцоне писал уже в 1332 г. Антонио да Темпо: "Summa artis rithmici" (изд. Grion, Болонья, 1860) и около 1350 г. Джидино да Сомма-Кампанья в "Traitato del ritmi volgari" (изд. Giulgiari, Болонья, 1870). Канцона (canzone, canzona) - это и песнь, музыкальное сочинение на лирическое стихотворение. Самая старинная канцона относится к VII в.; она была сочинена во Франции на латинские стихи, по случаю победы Клотаря II над саксами. В Италии этот род музыки был тоже давно распространен. Канцона преимущественно пишется для одного голоса. Канцоной называется также, в инструментальной музыке, небольшое сочинение с плавной певучей мелодией. Canzone a ballo (ballata) - старинная плясовая итальянская песня. Саnzone sacra - духовная песнь. Канцонетта (canzonino) - небольшая песня. Canzonaccia - площадная песня. Canzoniere - собрание песен.
  Канчелия(Kancheliya) - шиваитская индусская секта, поклонники Шакти. Им приписываются разные безнравственные обряды и общность развратных женщин без внимания к узам родства.
  Каныга- содержимое желудка и кишок убойных животных, состоящее отчасти из не переваренных и не усвоенных при пищеварении частей корма; утилизируется в хозяйстве вместе с другими отбросами боен для удобрения полей (в Западной Европе), но иногда идет (в Америке) и на корм свиньям, хотя не годится при откармливании их на сало.
  Каньоны(caсones) - так называются в Северной Америке речные долины и овраги, имеющие вид глубоких ущелий с отвесными или очень крутыми стенами. Наиболее известен стал Большой Каньон реки Колорадо в Аризоне с многочисленными впадающими в него боковыми каньончиками. Отвесные стены большого каньона достигают местами 1000 и 2000 м высоты и состоят из известняков и песчаников палеозойской группы, а в более низких горизонтах даже из твердого гранита.
  Капиструм(лат.) - повязка из кожаных ремней с отверстием для губ, надевавшаяся на лицо в Греции и Риме игравшими на духовом инструменте (флейте) и препятствовавшая растяжению щек при игре. Изобретение капиструма приписывают греческому музыканту Марсию.
  Капитал- имеет бесчисленное множество определений, которые даются различными экономистами по-разному, объясняется это тем, что до последнего времени всегда старались установить такое понятие капитала, которое сразу обнимало бы собой все присущие ему типичные свойства вообще, не различая двух самостоятельных точек зрения на основные элементы народного хозяйства. Это те же точки зрения, которые уже множество раз разъяснены в старых понятиях дохода и издержек производства: с одной стороны -это абсолютно или чисто экономическая точка, имеющая в виду хозяйство целого народа, с другой стороны - историко-правовая, для краткости называемая частнохозяйственной, но есть и позиция культурно-историческая или вмещающая в себя разные типовые взгляды. В применении к понятию капитал эти две первые точки зрения дают еще более различающиеся между собой определения, чем по отношению к доходу и т. п. Наиболее общее определение капитала получается противопоставлением его, в составе народного богатства или чистого имущества, так называемым предметам потребления; тогда под понятие капитал подходит все то, что так или иначе служит не непосредственному удовлетворению человеческих потребностей, а производству новых ценностей. Но удовлетвориться таким обобщенным определением капитала нельзя потому, что оно обнимает собой как такие элементы, которые только и могут быть названы капиталами в чисто экономическом смысле, так и предметы, могущие служить непосредственно удовлетворению человеческих или народных потребностей. Если последние тем не менее иногда причисляются к капиталам, то только вследствие особенной роли, которую они играют в господствующей частнохозяйственной системе производства. Определением абсолютно или чисто экономическим называется такое, которое имеет всеобщее применение, т. е. независимо от места, времени и вообще тех или иных исторически сложившихся правовых условий и отношений, на почве которых фактически осуществляются основные экономические процессы. С такой точки зрения народным капиталом являются средства, орудия и материалы производства, частным - все те части имущества отдельных лиц, которые служат для них средством доставления дохода. А так как доход частнохозяйственный отличается от дохода народного тем, что только последний всегда представляет собой сумму вновь произведенных реальных ценностей, первый же может вытекать и из простого перемещения уже и прежде существовавших ценностей из одних рук в другие, то отсюда становится ясным, что народный капитал имеет отношение только к процессу производства, между тем как частный капитал касается в то же время и процессов распределения, и обращения ценностей. Очевидно поэтому, что понятие народного капитала более узко, чем понятие частного капитала. Средства и орудия производства в виде машин, орудий труда и сырых материалов есть капитал и в том, и в другом смысле, потому что при помощи их создаются новые реальные ценности (продукты производства) - и в то же время они доставляют доход лицу, ими обладающему (доход от предприятия). Но частные лица могут, кроме того, получать доход и иным путем, например, отдавая в наем свои дома и получая за это квартирную плату, а между тем дома, с точки зрения целого народного хозяйства, суть только предметы потребления, как непосредственно удовлетворяющие потребности в жилье. При помощи типовых жилищ не только не создаются новые ценности, но и сами они (здания) приходят постепенно в разрушение, требуют ремонта или полного возобновления, однако домовладельцы, со своей частнохозяйственной точки зрения, совершенно вправе считать свои дома за частный капитал, потому что они приносят им доход. Точно так же и все другие предметы потребления, даже гораздо быстрее чем дома уничтожающиеся, как, например, всякая домашняя утварь, одежда и другое, то есть все они могут служить средством извлечения дохода, будучи отдаваемы в пользование или напрокат(как отдается дом в аренду), и следовательно, могут быть тоже рассматриваемы, как частный капиталец. Наконец, наиболее общим и распространенным видом частного капитала являются деньги, отдаваемые в ссуду или чужое возмездное пользование ради получения на них процентов. Некоторые экономисты считали деньги частью народного капитала, потому что они являются необходимым элементом всех современных хозяйственных отношений и лежат в основе современной системы производства. Но это ошибка, вытекающая из непризнания историко-культурной точки зрения на хозяйственные явления. Производство существовало всегда, во все исторические эпохи, а между тем деньги не играли такой же роли как сегодня в эпохи так называемой натуральной системы хозяйства. Тогда производство направлялось на непосредственное удовлетворение потребностей самих производителей; сначала совсем не было разделения труда и частных занятий, а когда позднее начинало развиваться, то вытекавший отсюда обмен продуктами производился в натуральной форме, т. е. продукты обменивались непосредственно на продукты. Отсюда, конечно, не вытекает отрицание громадного значения денег, как капитала, в новейшей системе хозяйства; необходимо только не упускать из виду, что это была историко-культурная категория тогда и она стала глобальным культурно-историческим типом. Сказав, что народным капиталом являются средства и орудия производства, мы не даем еще полного определения этого понятия, потому что при этом не указано происхождение капитала. Хотя земля и служит иногда средством производства, тем не менее, она не составляет всего народного капитала в абсолютно экономическом смысле. В естественном своем виде, как известное пространство или почва, земля есть готовый дар природы, т. е. хозяйственная полезность, и, следовательно, должна быть рассматриваема как особый фактор производства - природа, наряду с двумя другими экономическими факторами: трудом и капиталом. Только искусственные улучшения земли, увеличивающие ее производительность, должны быть относимы к капиталу. Отсюда ясно, что средства и орудия производства только тогда вполне подходят под понятие капитала., когда они созданы предшествующим, или предварительным, человеческим трудом. Те составные части капитала, которые могут быть простыми предметами потребления (например, средства информации или питания рабочих), с чисто экономической или народнохозяйственной точки зрения должны быть рассматриваемы как потребительное имущество, если отрешиться от особых отношений между различными классами общества, возникающих по поводу производства ценностей. Но так как непрерывное производство ценностей обусловливается поддержанием существования всех производителей вообще, то не только в нынешней системе хозяйства, но и всегда средства существования производительных классов общества принадлежат к составу народного капитала, как составная часть издержек производства. Так, в эпоху рабства рабовладелец справедливо считал бы расход на натуральное довольствие своих рабов своим оборотным капиталом, как и позднее сюда относятся расходы по содержанию домашнего или рабочего скота. Различие с современной системой производства, основанной на свободно-договорных условиях найма рабочих и служащих, заключается лишь в том, что теперь в большинстве случаев рабочие получают за свой труд денежное вознаграждение, из которого и должны сами покрывать расходы по поддержанию своего существования, для чего к тому же уже придумана и реклама и информационный бизнес, доходящий иногда почти до боевых схваток. Некоторое разногласие между экономистами происходило здесь только в том, что одни считали справедливым относить все средства существования рабочих к частному капиталу, а другие (например, Д. С. Милль) - только ту часть этих средств, которая безусловно необходима для поддержания их существования; весь же остающийся сверх того излишек, идущий на удовлетворение менее насущных потребностей, причислялся обычно к потребительному имуществу(иногда выдаваемому как кредит). В действительности довольно трудно провести сколько-нибудь резко обозначенную разграничительную черту между тем, что безусловно и что лишь условно необходимо для поддержания существования частных рабочих и общественных служащих. Примирение этого разногласия можно найти в том, что вообще вознаграждение рабочего или служащего(не считая побочных доходов в виде нелегальных взяток или иной подработки) в средних размерах соответствует минимальному или среднему обычному уровню потребностей рабочих или служащих для поддержания жизненного стандарта(Standart of life), а потому и возможно считать входящими в состав капитала средства существования всех лиц, производительно трудящихся, т. е. создающих новые реальные ценности. Но так как эти средства существования не входят в состав капитала по своему существу или вообще, то они им являются только условно, а именно когда они действительно затрачиваются на содержание производительно трудящихся лиц; значит, они становятся капиталом только в зависимости от назначения и затраченного времени, которое им дается, или от той действительной роли, которую они играют в производстве. Только по отношению к этим условным частям каитала применимо то старое определение, которое Джон Стюарт Милль старался установить как общее определение капитала: "предметы являются капиталом в зависимости от воли их владельца или распорядителя", т. е. смотря по тому, предназначаются ли они для производства или нет (пример - автомобиль рабочего, который может служить и для работы, и для удовлетворения личных нужд его владельца, как передвижной экипаж). Как общее определение оно не годится потому, что неприменимо к таким безусловным составным частям капитала, которые ничем иным, как именно капитал, быть не могут (машины и вообще все, что может служить прямым средством удовлетворения потребностей человека). Соединяя все вышеприведенные элементы и типы, определяющие принадлежность ценностей к составу капитала, можно плучить одно из наиболее ранних и в то же время наиболее полных и общих определений капитала, данное Рикардо: "Капитал есть та часть народного богатства, которая употребляется на производство, она состоит из съестных припасов, одежды, утвари и орудий, из первоначальных материалов, необходимых для того, чтобы сделать труд производительным". Д. С. Милль только улучшает это определение Рикардо (и вообще английской школы экономистов), сводя его к следующему: "Капиталом называются все те вещи, которые предназначены к снабжению производительного труда, предварительными условиями, для него необходимыми". Здесь ново только одно добавление: "предварительные условия". Отсюда уже совершенно естествен был для Милля переход к еще более общему определению капитала, как "предварительно накопленного запаса продуктов прежнего труда". Это последнее определение нуждается, однако, в дополнении словами: "служащий производству новых ценностей". Понятие "накопления", переходящее затем иногда в "сбережение", безусловно, применимо опять-таки только по отношению к условным составным частям капитала, т. е. к таким, которые могут или быть средством производства, или служить прямому удовлетворению потребностей, иными словами, расходоваться производительно или непроизводительно. Было бы странно говорить о накоплении или сбережении орудий труда, машин, различных зданий и т. п. А между тем преувеличение значения "накопления" или "сбережения" давало повод объяснять происхождение всякого капитала бережливостью, или воздержанием капиталистов, или через стремление внушить имеющими капитал с помощью СМИ и религиозные учреждения необходимости беречь рабочие силы, частный капитал, просто предметы или даже индивидуальную жизнь(с помощью стремления к любви, к размножению и потреблению). Резюмируя все предыдущее, можно установить следующие три условия, которыми определяется народный капитал или его абсолютно-экономическое понятие, а именно капитал должен быть: 1) средством, орудием или материалом для производства, 2) продуктом предшествующего человеческого труда и 3) насколько он состоит из предметов, могущих быть или не быть капиталом - сбережением от непосредственного потребления, обращенным на производство новых ценностей и сил. Что касается до частного капитала, то здесь включение предметов в понятие капитала обусловливается прежде всего фактом или возможностью доставления ими дохода своему владельцу. Именно к такому частному капиталу применимо первоначальное определение капитала, данное Адамом Смитом: "Капитал есть та часть запасов, от которой кто-либо рассчитывает иметь доход". С частнохозяйственной точки зрения, совпадающей в большинстве случаев с точкой зрения коммерческой, капиталом могут считаться вообще все товары, пока они находятся в руках их продавцов, хотя бы это были самые обыкновенные предметы непосредственного потребления, идущие на удовлетворение потребностей как производительных, так и непроизводительных классов общества. Главным же образом капитал в своей новейшей преобладающей роли и значении проявляется в виде денежных сумм, доставляющих доход их владельцу, все равно, путем ли ссуды из-за процентов, путем ли покупки и перепродажи готовых уже товаров, помещением ли денег в земли, дома, людей, информационное пространство и т. п., или, наконец, непосредственной затратой их на производство новых ценностей. Капитал в этой денежной его форме, будучи основой новейшего, как называли его раньше капиталистического, производства, есть лишь культурно- исторически сложившаяся, а не абсолютно-экономическая категория. Чтобы понять ее новейшее значение, необходимо указать на различные периоды, через которые проходило понятие и значение капитала на разных ступенях развития человеческого хозяйства. Исторические периоды хозяйственного развития могут быть сведены к следующим: в первый дикий период или охотничий, а также рыболовный период, когда люди живут исключительно добывающей промышленностью, обычно не имеется никаких запасов средств к автономному существованию. Так как все живут одним и тем же промыслом, то нет ни разделения труда, ни обмена. Единственная возможная в те первобытные времена форма капитала - это элементарные орудия труда, т. е. охотничье примитивное оружие и рыболовные снаряды и снасти(луки, стрелы, пращи, сети и т. п.). В последующие периоды этот первичный вид капитала отнюдь не исчезает, но только осложняется присоединением к нему новых свойств, усовершенствований и признаков. Так, во втором периоде - кочевом, или общинно-пастушечьем - преобладающее значение получает домашний скот или, вернее, полуприрученные стада животных, ради кормления которых пастушеские племена сами кочуют с места на место. Стада представляют собой, во-первых, уже известный запас ценностей, более или менее искусственно сохраняемый; во-вторых, этот запас обладает свойством воспроизводиться и увеличиваться, доставляя своим приростом или потреблением продуктов скотоводства более или менее постоянный и обеспеченный текущий доход. Благодаря этому свойству стада животных приобретают в глазах их владельцев особенную ценность и становятся новым видом общинного капитала - теперь уже в качестве особого имущества, доставляющего доход его отдельным владельцам. Пока эти стада составляли общее достояние всего кочующего племени или орды и пока не развилась раздельная собственность на отдельные части скота, сам факт обладания ими не служил еще основанием для разделения членов первобытной орды на капиталистов и некапиталистов. С появлением раздельной собственности она становится причиной различия в положении отдельных лиц и источником дохода, а следовательно, и относительного богатства одних лиц по сравнению с бедностью и зависимостью других. Скот является поэтому мерилом богатства, делаясь даже мерилом или единицей ценности всех прочих предметов. Отсюда первоначальное происхождение латинского названия денег, ресunia (от слова pecu - скот- это быки и священные коровы, дающие молоко молодой и старой жизни). На этой ступени хозяйственного развития капиталец начинает уже приобретать специфические свойства именно частного капитала. Третий период хозяйственного развития - это земледельческий или преимущественно оседлый образ существования людей. Здесь вследствие периодичности получения дохода от земледелия (времени жатвы) приходится уже собирать запасы хлеба, необходимые для поддержания существования людей от одной жатвы до другой и для новых посевов. Без этих запасов хлеба оказывается немыслимой непрерывность производства, и потому капитал приобретает вид накопляемых запасов - продуктов предшествующего труда, служащих дальнейшему производству. Владельцы этих запасов благодаря им становятся в более выгодное экономическое положение по сравнению с теми, у кого этих запасов нет. Отсюда первичный источник экономической зависимости одних членов общества от других. Другим источником ее является исключительное право собственности первых на занятую землю, которая становится особым видом частного капитала, служа источником дохода для ее собственника. К чисто-экономическому источнику господства и зависимости присоединяются еще и другие факторы политического, юридического, культурного или социального характера, как, например, деление на касты или общественные классы, принадлежность к которым обусловливается самим рождением богатых, средних или бедных лиц. Четвертый период характеризуется началом разделения труда и занятий и вытекающим отсюда натуральным обменом. Известные части общества в это время сосредоточивают свой труд на каком-либо из прежних видов занятий (охота, скотоводство и преимущественно сельское хозяйство); другие начинают посвящать себя исключительно обрабатывающей промышленности в ее первичной форме - мелкого ремесла, сосредоточиваясь в особых поселениях - первичных городах или крепостях. Вследствие постепенно развивающегося между ними обмена продуктов становится необходимым появление орудий обмена, или обращения, в виде первоначальных деревянных, каменных, кожанных, фарфоровых, металлических или даже денег из ракушек. Последние, приобретая все большее и большее значение по мере развития обмена и в особенности после выделения части общества в особый класс торговцев, становятся наконец новым видом частного капитала (денежного). Преимущественное значение денег сказывается первоначально только в торговле, особенно международной, или во внешнем обмене товарами производства. Последняя развивается раньше внутренней, потому что сперва существует больше различия в продуктах производства отдельных стран вследствие особенностей их, почвенных и климатических. В области производства долго еще господствует натуральная система хозяйства, в том числе вознаграждения и содержание рабочих. Ремесленные предприятия невелики по размерам и обусловлены с внешней стороны господством цеховой корпоративной организации промышленных классов и крепостническим режимом в феодальных вотчинах. В земледелии при господстве крепостного права и исключительных прав на землю высших классов общества уже совершился переход к новым формам производства в смысле обособления производителей от главнейшего их орудия труда - в данном случае земли, или же этот переход совершается постепенным отнятием у свободных или полусвободных общин все большего и большего количества земли, в особенности лугов и пастбищ(например, как это описано в Библии). В промышленности обрабатывающей вследствие господства мелких форм производства и преобладающего в них значения ручного труда орудия последнего дольше сохраняются в неотделенном от работника виде. Процесс полного обособления совершается и заканчивается в пятом периоде. Этот пятый период представляет собой более количественное отличие от четвертого: начала разделения труда и занятий проявляются гораздо интенсивнее, сводясь в конце концов к разделению труда внутри одних и тех же предприятий (разделению уже более в техническом, чем в социальном смысле). Здесь денежная форма капитала приобретает полное развитие, играя выдающуюся и преобладающую роль не только в торговле или обмене, но и в производстве ценностей. Этот последний процесс организуется поэтому на капиталистическом начале, сущность которого сводится к следующему: орудия труда в виде сложных, а потому и дорогостоящих машин, обладающих к тому же собственной движущей силой (пара или иных элементарных двигателей), составляют собственность предпринимателей-капиталистов. Они непременно должны обладать более или менее крупным денежным накопленным капиталом, необходимым как для приобретения или возобновления машин, так и для найма рабочей силы. Рабочие являются представителями одной физической рабочей силы, не обладая ни орудиями труда, ни запасами средств к существованию. Прежняя непосредственная близость их отношений к хозяевам предприятий и бывшая общность или гармония их интересов уступают место противоположности интересов. Происходит это потому, что наемные рабочие получают заранее выговоренное вознаграждение за свой труд(с помощью устного или письменного договора, последний поддерживается юридической формой и законодательной формальностью), по большей части в деньгах, и затем не имеют дальнейшего интереса к конечным результатам хода дел данного капиталистического предприятия. Труд рабочих просто покупается предпринимателем на сформированном рынке труда по цене, обусловливаемой, главным образом, взаимной конкуренцией между рабочими (или договором между капиталистами). В то же время труд рабочих делается гораздо более интенсивным благодаря введению в производство более сложных и совершенных машин(для чего капиталист вынужден организовывать средние школы и высшие технические заведения), но результатами этого увеличения производительности труда пользуется главным образом капиталист-предприниматель. Употребление денежного капитала на наем рабочих делается целью предпринимателя, именно ввиду свойства труда -это производить больше, чем стоит вознаграждение и содержание рабочего. Положение это давно уже сформулировано было Дж. Ст. Миллем в следующих словах: "причина прибыли - та, что труд (человека) производит больше, чем требуется на его содержание. Земледельческий (как пример) капитал дает прибыль потому, что люди могут производить пищи больше, чем необходимо на их прокормление, в то время, пока растет пища (и пока они заняты устройством орудий и исполнением всех других нужных приготовлений). Из этого следует, что если капиталист возьмется кормить рабочих на условии получить продукт их труда, то, кроме возвращения своей затраты, он захочет получит еще больше лишней продукции. Прибыль возникает не от постороннего обстоятельства, не от обмена, а от производительной силы труда, и общая прибыль страны всегда бывает соразмерна производительной силе труда, хотя бы и не происходило никакого обмена". Из такого объяснения происхождения прибыли на капитал можно увидеть, что так дело происходило, в сущности, всегда, т. е. независимо от денежной формы капитала(обмен мог производиться и продуктами, уже произведенными, но деньги себя воспроизводят только через хранение в банке, взаимовыгодно с обеих сторон- хранящего и сохраняющего). На основании такого же расчета древний рабовладелец приобретал и содержал своих рабов, а последующий крепостной помещик - своих крестьян. Вся разница в том, что тогда труд рабов и крепостных крестьян был подневольный и обусловливался их принадлежностью владельцам на началах сословных (юридических и политических), теперь же труд наемных рабочих есть формальность, т. е. юридически оформленный договор, к которому приходят через необходимость в выживании человека или семьи и через внушенное образование в средней школе и далее в специальном высшем учебном заведении, такой оформленный труд считается свободным, но рабочие и служащие должны продавать его капиталисту или государству на выше объясненных условиях, потому что у них нет своих орудий труда и запасов средств существования. Предприниматель, обладая прежде всего денежным капиталом, легко превращает его как в орудия труда (машины), так и в наемную плату, выдаваемую им рабочим или частным служащим. В последнем, т. е. в денежном вознаграждении рабочих и служащих, заключается в скрытой форме эквивалент стоимости средств существования рабочих, прежде выдававшихся им в натуральном виде. Обладание денежными капиталом есть, таким образом, решающий момент в деле организации новейшего производства (капиталистический строй промышленности). Для полной характеристики этого строя промышленности и для объяснения условий его происхождения необходимо обратить внимание еще на один хозяйственный процесс, которым в значительной степени обусловливается развитие капитализма - это процесс обмена, или обращения, товаров и тесно связанный с ним характер сбыта товаров. Для того, чтобы строй промышленности мог быть назван вполне капиталистическим(от понятия капитал, капитальный), необходимо, с этой точки зрения, возможно более полное разобщение между производителями и потребителями продуктов производства, потому что только тогда последние могут вполне подходить под понятие товаров. Для этого необходимо, во-первых, появление особых посредников между производителями и потребителями, в виде особого класса торговцев-капиталистов(коммерческих посредников). Во-вторых, необходимо существование развитых форм и средств сообщения. Как следствие, из двух первых условий вытекает доводимое до высших пределов разделение труда, сводящееся к производству продуктов (товаров) со специальной целью их сбыта (продажи) и на сам неопределенный рынок, нередко весьма отдаленный (внешний, или мировой, а потом и глобальный). Посредники между производителями и потребителями появляются или в чистом виде торговцев-купцов, или же в форме, средней между купцом и предпринимателем-капиталистом. В последнем случае они выступают в качестве исключительных покупателей или заказчиков товаров, ссужая мелких производителей сырым материалом, орудиями или просто деньгами, т. е. сохраняя некоторую степень самостоятельности производителей. Это путь, которым прежнее ремесленное производство, работавшее по личным заказам потребителей, превращается в так называемую домашнюю промышленность (Hausindustrie), своеобразная форма которой - старая кустарная промышленность в России; у кустарей сохраняется еще непосредственная связь с земледелием в собственных хозяйствах. Это та ступень капиталистического производства, когда оно еще не вполне сосредоточено в крупных предприятиях в виде обширных фабрик и заводов. Пути и средства сообщения(железные дороги, авиасообщения, морские порты и в глобальном будущем даже космические пути, корабли, нано и электронные технологии), с одной стороны, развиваются под влиянием усиления товарного производства, а с другой стороны, в дальнейшем своем развитии они сами вызывают все большее разделение труда и производства продуктов в виде товаров. Железные дороги, сперва являясь результатом усилившегося товарного обращения, впоследствии, приобретая, так сказать, живую силу и инерцию движения, сами уже дают громадный импульс развитию товарного производства и обращения, вовлекая в него местности, не участвовавшие в нем раньше. Сверх указанных условий развитию капитализма в значительной степени содействует развитие государственного денежного хозяйства, заменяющего собой прежние виды различных натуральных повинностей: большая потребность в деньгах на уплату податей вызывает необходимость производить больше продуктов на сбыт, а не ради удовлетворения личных потребностей производителей. Указанный процесс развития капиталистической системы проявляется последовательнее и с наибольшей рельефностью в области обрабатывающей промышленности. Что касается до земледельческой промышленности, то тут изменения совершаются гораздо медленнее и обусловливаются не одними чисто экономическими причинами, но и другими факторами общественной жизни. Формы и характер землевладения есть условия политические, юридические и бытовые по преимуществу. Поэтому в двух странах с одинаковым развитием обрабатывающей промышленности могут существовать совершенно различные формы землевладения - крупное и мелкое; в этом отношении своеобразное русское общинное землевладение, предупреждая возможность обезземеления русских крестьян, в значительной степени видоизменяло или замедляло процесс развития капитализма в России, как в частности и в особенности в применении к земледелию, так и вообще к обрабатывающей промышленности. В эпоху наступающего глобального капитализма, где всем заправляют так называемые трансконтинентальные предприятия или транснациональные корпорации(ТНК) и компании с одним общим мировым рынком со своими правилами и стандартами, со своими мировыми валютами и глобальными информационными системами, в этих условиях Россия как и вначале 20 столетия как бы отстает в шестом периоде культурно-исторической капитализации, только начиная развивать свою добывающую, транспортную и обрабатывающую промышленность, но это отставание дает стране политическую независимость и экономическую суверенность, хотя многие члены нового русского общества от этого и проигрывают, но этим выгодно пользуется политическая и экономической элита(новые русские капиталисты и так часто называемые олигархи России). Капиталистическая система производства не единственная: рядом с ней существуют и другие, не основанные на извлечении барышевого дохода из капитала и частного труда. Таковыми можно назвать системы общественных хозяйств, т. е. ведомых государством и местными единицами самоуправления. В основе этих последних хозяйств капитал (денежный) не играет уже столь выдающейся роли, хотя с внешней стороны способы вознаграждения рабочих и служащих могут быть и здесь схожими с системой частнохозяйственной. Цель и дух общественных систем хозяйств существенно отличается от частных тем, что в первом случае имеется в виду прямое удовлетворение известных нужд и потребностей возможно более дешевым способом или даже на условиях безвозмездного пользования. Средства на ведение таких хозяйств могут иногда получаться посредством взимания налогов со всех граждан государства или с членов местных единиц самоуправления. Налоги эти не выражают прямого эквивалента стоимости получаемых отдельными лицами ценностей или услуг; величина налогов сообразуется обычно с платежной способностью или с доходами и имуществом плательщиков. Указание на форму и значение таких общественных хозяйств необходимо для справедливой оценки денежного или частного капитала, рассматриваемого как культурно-историческая категория в связи с новейшей системой частного хозяйства или капиталистического производства. При этой сравнительной оценке постоянно приходится разрешать вопрос о том, которая из двух систем - частная или общественная - более соответствует целям и интересам глобального сообщества, т. е. лучше удовлетворяет известные потребности отдельных членов и всей общественной системы. В основе частнохозяйственной системы лежит стремление капиталистов извлечь возможно большую выгоду из их капитала, ради чего они стараются увеличивать свои капиталы и направлять их туда, где от применения их получается ими наибольшая прибыль, а для общества - наилучшее удовлетворение потребностей. Цель эта достигается введением в способе производства различных улучшений и экономией в издержках производства. Насколько увеличение капитала и сбережение издержек производства способствует удешевлению продуктов и увеличению их количества, настолько эта система хозяйства должна быть признаваема экономически целесообразной. Но преимущества этой системы являются не абсолютными, а относительными. Во многих случаях система общественных хозяйств дает лучшие результаты как в качественном, так и в количественном отношениях. Эта последняя система может производить и продукты дешевле, потому что при этом сокращается доля дохода - прибыль капиталистов, и лучше вознаграждать труд своих служащих и рабочих, потому что нет обращения части продуктов труда рабочих в пользу их нанимателей. Городское самоуправление, например, может или само взять на себя дело снабжения жителей водой или освещением или же предоставить это частным капиталистам. В первом случае водоснабжение и освещение могут быть оплачиваемы по цене издержек производства, не давая городу никакой прибыли. Во втором частные предприниматели, очевидно, возьмутся за дело не иначе как в надежде получить прибыль на затраченный ими свой капитал. Хотя, по идее, первый способ оказания услуг этих должен бы был обходиться жителям дешевле, в действительности может иногда быть и наоборот, если городское управление не обладает хозяйственной распорядительностью и заведующие делом лица не соблюдают возможно большей экономии в издержках или не вводят новых технических усовершенствований, что в интересах увеличения своего дохода обычно делают частные предприниматели(этот пример согласуется с современным устройством жилищного хозяйства). Другой пример: в деле устройства путей и средств сообщения общественно-хозяйственная система в новейшее время с большим успехом конкурировала с частной - предпринимательской и даже, в конце концов, первая нередко совершенно вытесняла последнюю. Объясняется это, во-первых, тем, что общество отказывается от извлечения выгод или барыша из этого дела, стремясь доставить средства передвижения по возможно более дешевым ценам; во-вторых, соединяя в своих руках самые разнообразные ветви железных дорог и иных путепроводов(автобусы, самолеты и т.д.), государство может обратить избыток дохода с одних, наиболее прибыльных, на покрытие недобора по другим. Прежде вопрос о сравнительных достоинствах систем хозяйства частной и общественной разрешался безусловно в пользу системы первой, так как предполагалось, что капитал является результатом именно особой бережливости или протестанского воздержания, отдельных капиталистов, которые в награду за это и получают доход от капитальных вложений. Но эта теория если и признается, то лишь с большими ограничениями, так как далеко не весь и не всякий капитал может являться результатом сбережения(есть наследственный, производственный и другие капиталы и их пользователи). Сбережение есть прежде всего акт отрицательный, ведь непотребление, загнивание средств, поэтому оно совершенно неприменимо к наиболее важным составным частям капитала - машинам, орудиям, информации, рабочей силе и материалам производства. Конечно, отдельное лицо могло бы реализовать и ценность своих машин и т. п., продавая их и проживая полученные за них суммы (что было бы, в сущности, простой расточительностью); но даже в этом случае капитал не уничтожался бы, а только менял бы своих владельцев. В действительности же капитал увеличивается и доставляет доход постоянно потребляясь, т. е. расходуясь, но только производительно. Если же принять во внимание первоначальное происхождение капитала, то несомненно следует признать, что он есть продукт предварительного труда, стало быть, действия положительного, а не отрицательного, каково воздержание от потребления. С чисто индивидуалистической точки зрения отдельных лиц или хозяйств возможно только говорить о том или другом назначении, получаемом результатами производства или доходами, а затем утверждать, что капиталисты образуют капитал, потребляя меньше, чем производят или получают. Но с таким же, если еще не с большим правом можно утверждать и другое: капитал образуется оттого, что производится больше, чем потребляется. Это переносит вопрос с почвы потребления на почву производства. Раз что в свойстве труда признано как источник добавочного дохода, то в этом же, т. е. в производстве и в производительной силе труда, следует видеть и источник происхождения капитала. Наконец, воздержание или бережливость, как особую индивидуальную добродетель капиталистов, следовало бы противополагать чьей-либо расточительности. А так как капиталисты всегда противополагаются классическим рабочим, то, следовательно, последних приходилось бы обвинить в расточительности, что совершенно немыслимо ввиду того, что обычный заработок рабочих держится на среднеобычном или даже минимальном уровне их потребностей. Трудно себе представить, чтобы крупные капиталы могли возникать из этих скудных заработков рабочих. Если же иногда тому и бывают примеры, то они во всяком случае остаются фактами единичными, доказывающими общее правило, но они не объясняют общего явления - быстрого прироста всего народного капитала. Совершенно неприменимым обычное объяснение представляется по отношению к тому громадному большинству капиталистов, которые свои большие капиталы унаследовали, а не создали сами. Из всего этого получается тот конечный вывод, что источник происхождения и приращения капитала заключается в производстве или в производительном потреблении и воспроизведении капитала, а не в индивидуальной бережливости отдельных капиталистов или их наследников или преемников. В деятельности всех капиталистов вместе взятых, в смысле одного класса, можно видеть известную общественную функцию, которая и служит общим обоснованием их прибыли на общий капитал. Функция эта заключается в том, что они, ведя свои предприятия на свой риск и ответственность, стараются дать такое направление производству, которое и им самим даст наибольший доход, и будет наиболее соответствовать интересам и потребностям всего народа. Но в этой своей распорядительной деятельности капиталисты далеко не вполне свободны, так как направление производства и сбыт его продуктов обусловливается покупными средствами населения, а последние, в свою очередь - известным порядком распределения доходов. Только различия доходов на равные капиталы, т. е. колебания среднего уровня прибыли вверх или вниз, до известной степени могут зависеть от индивидуальной энергии и оборотливости предпринимателей, хотя в то же время обусловливаются также и внешними, случайными условиями сбыта (конъюнктуры), а также внешними в смысле мировыми условиями глобального рынка производства и потребления. Технически развивающаяся потребность в более крупных капиталах влечет за собой торжество крупных форм предприятий над более мелкими и средними коммерческими предприятиями или необходимость соединения самостоятельных предприятий в особые картели. Этот процесс расширения размеров предприятии и делает в конце концов возможной замену частнохозяйствениых форм производства еще более крупными общественными, например, государственными хозяйствами. В последних точно так же оказывается возможным успешное приращение капитала, как и в руках частных владельцев. Все это вместе взятое служит доказательством необходимости относительной оценки капитала в его частнохозяйственном значении по сравнению с общественными системами хозяйства. В заключение необходимо еще указать на другую классификацию капитала, или, вернее, на подразделение частных капиталов еще на два вида: предпринимательский и ссудный. Первый - это такой капитал, который находится в непосредственном распоряжении его собственника, или владельца, затрачиваясь им самим на цели производства. Доход, приносимый таким капиталом, носит название прибыли в узком смысле слова, дивиденда - в акционерных предприятиях, ренты - как дохода от земли в силу каких-либо более или менее исключительных благоприятных обстоятельств. Доход этот характеризуется тем, что размер его не может быть заранее определен и получение его в большей или меньшей степени зависит от личности предпринимателя, подвергающегося различным видам риска. Ссудный капитал есть тот, который отдается собственником его в чужое пользование за процент, т. е. плату за пользование чужим капиталом. Процент есть доход гораздо более определенный, так как о величине его договариваются заранее в момент выдачи ссуды. В добывании этого дохода личность собственника капитала (кредитора) уже не играет той активной роли, которая характеризует деятельность капиталиста-предпринимателя. Во внешних своих выражениях ссудный капитал есть в большинстве случаев капитал денежный, но мыслимы и другие его формы, например, земля, сдаваемая в аренду, может быть тоже подведена под понятие ссудного капитала, равно и доход, ею доставляемый (арендная плата), приближается к понятию процента. Некоторые экономисты признают еще существование особого интеллектуального капитала, видя его в особых знаниях или талантах, присущих некоторым лицам по сравнению с другими. Но это едва ли справедливо относить к капиталу как таковому, так как знания приобретаются трудом лиц, ими обладающих, и они, равно как и особые прирожденные таланты, должны быть просто рассматриваемы как высшие, квалифицированные виды труда, противополагаемого природе и капитала как двум другим факторам производства. Мертвым капитал называется тогда, когда он почему-либо не служит целям производства или доставления дохода, как, например, это бывает во время кризисов, войн или революций.
  Капитуляции- это типовые договоры между избираемыми и избирателями, существовавшие раньше в старой Германии(это не относится к фашистской капитуляции напрямую), особенно среди духовенства. Начиная с XIV и XV вв., каноники и конвентуалы духовных учреждений Германии стали при избрании аббатов и епископов ставить условием клятвенное подтверждение избираемыми прав и привилегий избирателей. Эти капитуляции капитулов часто кассировались папами. Так же точно курфюрсты при выборе императора требовали торжественного заверения, что избираемый не будет нарушать государственного устройства и умалять прав имперских сословий. Если не считать целого ряда частных капитуляций (какая, например, уже в 1292 г. была заключена между Зигфридом Кельнским и графом Адольфом Нассауским), впервые с избирательной капитуляцией в государственно-правовом смысле можно встретиться в 1519 г. при Карле V (capitulatio caesarea); она должна была отнять у могущественного государя возможность применить в Германии те понятия о самодержавной власти, какие он мог себе составить в Испании. С этих пор каждый священный римский император должен был клятвенно подтверждать подобную капитуляцию. В 1648 г., при заключении Вестфальского мира, решено было составить определенную избирательную капитуляцию от лица уже не одних курфюрстов, но всех имперских сословий. Изложена формально эта капитуляция была, однако, не раньше избрания Карла VI и с тех пор применялась каждый раз до избрания Франца II в 1792 г. Капитуляция - это и договор с неприятелем об условиях прекращения военных действий вообще; в частности - сдача крепости или войска в открытом поле. Капитуляция в последнем смысле всегда почиталась и почитается позорным делом для полководца. По действующему до известной революции русскому праву сам факт сдачи крепости или положения оружия перед неприятелем в чистом поле не считался преступным: условием преступности его являлось неисполнение военным начальником или комендантом, заключившим капитуляцию, "своей обязанности по долгу присяги и согласно с требованиями воинской чести". При наличности этого условия статья 251 воинского устава о наказаниях подвергала за сдачу крепости или иного укрепленного места коменданта или военного начальника смертной казни (без лишения всех прав состояния), а статья 250, за сложение оружия или заключение капитуляции в поле, командующего армией, корпусом, дивизией или иным отрядом, "если таковые действия совершены без боя или несмотря на возможность защищаться", смертной казни (также без лишения прав); в противном случае - исключению из военной службы с лишением чинов. При заключении непреступной капитуляции закон возлагал на военного начальника или коменданта обязанность выговорить возможно выгодные условия. Нарушение этой обязанности предусмотрено было воинским уставом(статьями 252 и 253). Кто не выговорит возможно выгодных условий для подведомственных ему войск и будет заботиться только о своих личных выгодах, тот подвергался ссылке в каторжные работы до 12 лет или в Сибирь на поселение, а кто не выговорит возможно выгодных условий "для ограждения местных жителей и принадлежащей им собственности от насильственных действий неприятеля", тот подвергался ссылке в Сибирь на житье или исключению из военной службы. Из международных договоров название капитуляции было присвоено тем, которые определяли юридическое положение европейцев в нехристианских государствах, особенно на Востоке.
  Капище- древнее, церковно-славянское и русское слово, которым обозначаются типичные: 1) идоложертвенные алтари, иногда называемые эллинские капища, даже если они и не греческие: так, царь Феодор Иванович велел разрушить капища у корелов; 2) статуя или истукан идольский, например, в "Капище Афинино".
  Капкан- снаряд для ловли зверей и некоторых пород птиц(красноперых и других). Один его тип представляет собой две высокие железные дуги, соединенные друг с другом в одном конце - винтом, а в другом - сильной подковообразною горизонтальной пружиной, снабженною замочным механизмом со спуском. Для этого настораживания дуги капкана разводятся, и к шнурку, идущему от спуска, привязывается приманка; если зверь возьмется за приманку, то шнурок тянется за спуск и капкан захлопывается. Другой тип капкана, наиболее распространенный, отличается изогнутой под острым углом пружиной, располагаемой вертикально; дуги имеют большей частью четырехугольную форму, закругленную по углам; пружина освобождается, когда зверь наступит на находящийся между разведенными дугами кружок или же когда зверь снимает прикрепленную к спуску или кружку приманку. Капкан третьего типа приводится в действие при натыкании зверя на конский волос, привязанный одним концом к спуску капкана, а другим к ветке соседнего куста. В капкан звери попадаются обычно или за шею, или же за лапу. Капканы должны быть содержимы в возможной чистоте и перед употреблением протираются чистой полотняной тряпкой с гусиным салом или свежим конским навозом и выветриваются затем на воздухе. Капканы расставляются или на звериных тропах, или же около привады (падали). Для постановки капкана на боевой или охотничий заряд по черностопу вырывают неглубокую ямку, вкладывают туда капканчик и, наконец, забрасывают тонким слоем землицы и сухих листьев; зимой капкан присыпается снегом, на котором особой лопаточкой подделывают бывшие на снятом снегу следы зверя. Кроме того, охотник, расставляющий капканы, заметает свои следы не бывшей еще в употреблении метлой. При ловле наиболее осторожных зверьков, особенно лисиц, их предварительно приучают к месту, где будут расставлены капканчики, особыми ароматными приманками, а также потаском, или поволокой, состоящим из жареной кошки или из внутренностей зайца, лежавших некоторое время в рассоле из под селедок. Потом волочат по земле к таким местам, где были замечены лисьи следы. Капканы обычно не привязываются: к ним прикрепляется на железной цепи якорек или чурка. Такой привесок не дает попавшемуся животному далеко уйти и, кроме того, оставляет на земле след, по которому любой охотник может отыскать свою добычу, добить и забрать ее ("Книга для охотников" (1813); Ф. В. Домбровский, "Охотник" (1891); С. Т. Аксаков, "Капканный промысел"; Л. Львов, "Очерки главных способов охоты за хищными зверями" ("Журнал охоты", 1877); M. Липпе, "Ловля хищных зверей капканами", "Природа и охота", 1892).
  Каппа(Сарра) - средневековое верхнее одеяние с открытыми полурукавами, в XIV в. с воротником и капюшоном; носилось особенно мужчинами, во время путешествий. В облачении римского клира каппа играла большую роль. От каппы происходит одеяние и название монахов- капуцинов, равно как и более поздние плащи с капюшонами. Каппой называется также внутреннее защитное устройство для зубов при боксировании. Каппа-это и одна из букв греческого алфавита.
  Каппониановы образа- древнейшие из русских икон византийского типа, образцы работ Никиты Иванова, Сергея Васильева и Андрея Ильина первоначально принадлежали императору Петру I, который подарил их своему духовнику, Герасиму Фоке. Брат последнего продал их Каппони, а тот передал их в Ватиканскую библиотеку, где они спокойно и хранились. Эти пять икон написаны были на досках из ливанского кедра и изображали, в порядке дней месяцев, лики святых, чтимых православной церковью.
  Каприччио(сарriccio, итал.- каприз) - типично капризное музыкальное сочинение, в котором автор не подчиняется установившимся формам, а слагает его по ходу своей капризной фантазии. В каприччио темы обычно оригинальные, резко выдающиеся, контрастирующие. Каприччио пишут для сольного инструмента, а также для оркестра. В первом случае каприччио нередко имеет форму этюда, в которой проводится один мотив с резким очертанием или в виде виртуозной пьесы (Capriccio Мендельсона для фортепиано с оркестром); во втором случае в каприччио встречаются несколько контрастирующих тем. Из русских композиторов каприччио писали: Глинка (увертюра "Арагонская хота", которую он раньше назвал Capriccio brillante), Рубинштейн (Valse-caprice и прочие), Чайкоский (итальянское каприччио), Римский-Корсаков (испанское каприччио) и проччие. В начале 18 столетия фугообразное произведение, свободное от установленных правил фуги, называлось также каприччио.
  Капсюли- это оловянные колпачки, которыми прикрывают горлышки закупоренных бутылок вместо сургуча. Они приготовлялись из листов сплава свинца с оловом посредством "натягивания" на латунный патрон с помощью приемов давильного мастерства. Под капсюлями часто образуется слой ядовитых свинцовых окислов, для удаления которого следовало бы при откупоривании снимать всю капсюль, не довольствуясь срезыванием верхушки. Капсюль- это и тонкий медный колпачок, на дне которого помещается ударный состав, состоящий, главным образом, из гремучей ртути. Капсюль этот служит для сообщения огня заряду и воспламеняется или ударом снаружи по колпачку (в ружьях и в орудиях), или же прокалыванием состава чем-нибудь острым (в снарядных трубках и в игольчатом оружии). Капсюли были изобретены в 1818 г. англичанином Иосифом Эггом. В ружьях, заряжавшихся с дула, капсюль надевался отдельно на затравочный стержень и при выстреле разбивался ударом курка. В более новых ружьях, а также и в патронных пушках капсюль составляет одно целое с патроном и помещается в углублении в центре дна гильзы, удерживаясь на месте трением. Для воспламенения капсюля служит специальное ударное приспособление. Сообщение огня заряду у капсюльного ружья производится ударом курка по капсюлю, насаженному на особый затравочный стержень. В новейшее время представителями капсюльных ружей являются все охотничьи ружья, заряжаемые с дула; для вооружения войск капсюльные ружья давно уже не применяются.
  Капторга- в старину особое металлическое украшение у пояса. У калмыков хапторга означает металлический футлярчик у пояса, из серебра с позолотой.
  Каптурга- употребляемый сибирскими промышленниками кожаный мешочек особого покроя для хранения пуль или дроби.
  Капуцинки(Capucinae или Filiae Passionis) - конгрегация монахинь, учрежденная в Неаполе около 1538 г. Первоначально небольшая община, подчиненная ордену театинцев, эта конгрегация вскоре поручена была надзору капуцинов и приняла название "Дщерей Страстей Господних". Из-за костюма монахинь называли капуцинками. Они должны были ходить босиком и постоянно поститься, даже в случае тяжкой болезни. В Италии у капуцинок было много монастырей, особенно в Милане, где они много помогли Карло Борромео во время чумной эпидемии. Капуцины(по-лат. Capucini ordinis fratrum minorum) - ветвь францисканцев, первоначально насмешливое прозвище, относившееся к остроконечному капюшону(каппа), носимому членами этого ордена. Основан в 1525 г. миноритом Басси в Урбино, утвержден в 1528 г. Папой Климентом VII и в 1529 г. получил чрезвычайно строгий устав. Когда генеральный викарий ордена, Окино, перешел в протестантство (1543), ордену грозило упразднение; это заставило его всецело посвятить себя на службу папству. Бедность часто соединялась у капуцинов с недостатком образования; они справедливо назывались пролетариями среди монахов. Особенно известны были их шутовские народные проповеди (капуцинады в "Валленштейновом лагере" Шиллера). Одежду их составляли бурого цвета власяница с пришитым к ней капюшоном и веревочный пояс с висящей на нем веревкой для бичевания; они носили длинные бороды и сандалии на босых ногах. Распространившись с 1573 г. во Франции, с 1592 г. в Германии и Швейцарии, с 1606 г. в Испании, они в 1619 г. получили отдельных генералов. В конце XVIII в. они почти исчезли, но в новейшее время снова увеличились в числе в католических странах. В 53 провинциях у них насчитывалось 533 монастыря (12 - в миссионерских провинциях), 239 странноприимных домов, 50 заведений для послушников, свыше 3000 патеров и более 2500 послушников.
  Капюшон(средневеков. caputium, франц. capuchon, нем. Kapuze) - род старинного колпака, типичное головное одеяние, прикрепляемое к воротнику или плащу; оно может быть надеваемо на голову или же оставаться на спине для ее обогрева. От капюшона получили свое названии капуцины, капюсиаты, капуцинки и другие монахи.
  Капюсиаты(capuciati) - французская религиозная секта, существовавшая около 1182 г. Последователи ее, удалившись от общества, поселились в горах Оверни в надежде пользоваться безусловной свободой первобытного человека. Во главе их стоял Дюран, пользовавшийся, по его словам, чрезвычайными откровениями Св. Девы. Гюго, епископ Оксеррский, при помощи вооруженной силы взял в плен всех сектантов и в наказание лишил их капюшонов, заставив их целый год ходить с непокрытой головой. Архиепископ Санский отменил это распоряжение. Вскоре затем секта прекратила свое существование.
  Карабены(carabins; от арабского слова "караб" -оружие) - тип войск, в старину существовали в Испании. Карабены набирались преимущественно из басков и гасконцев и служили обычно в качестве легкой конницы и пехоты; вооружены были палашами, длинными пищалями (escopettes) и пистолетами. Во Франции карабены впервые были заведены королями наваррского дома, а Генрих IV причислил одну роту их к гвардии. После Пиренейского мира войско это заменено было драгунами.
  Карабин- производное слово или от арабского "караб" (оружие), или от турецкого "карабули" (стрелок), или же от французского carabiner (винтоват), то есть карабинами в новейшее время назывались короткие и небольшого веса ружья, назначаемые преимущественно для вооружения кавалерийских частей. Карабины представляют собой или специальные образцы огнестрельного оружия для кавалерии, или же отличаются от системы ружей, принятых для вооружения пехоты, только меньшим весом и меньшей длиной. Производя слово "карабин" от французского carabiner, изобретателем карабина считают оружейного мастера Гаспара Цольнера, в 1498 г., так как в этом году нарезные стволы впервые употреблены были при стрельбе в Лейпциге. В конце XVII столетия отборная часть французской кавалерии была вооружена нарезными ружьями и называлась карабинерами.
  Карабинеры(carabiniers), первоначально "карабены"- род войск, прежде всего появившийся в Испании, потом во Франции, где они имели значение легкой пехоты и конницы. В имперских войсках, а затем в Австрии карабинеры существовали с XVI в.; в 1798 г. последние карабинерные полки были переименованы в кирасирские. В прусской армии название "карабинеры" служило знаком отличия, применяясь к 10 лучшим всадникам и стрелкам в каждом эскадроне. В России карабинеры появились при Екатерине II (1763), к концу царствования которой их было 16 полков. Император Павел I переименовал шесть из этих полков в драгунские, остальные - в кирасирские. При Александре I, в 1803 г., название карабинеров было дано отборным рядовым всей конницы, вооруженным сперва штуцерами, а впоследствии карабинами, по четыре человека во взводе. В 1816 г. были переименованы в карабинерные все семь гренадерских егерских полков, и с того же времени стали учреждаться еще "учебные" карабинерные полки, приготовлявшие для армии унтер-офицеров, музыкантов, барабанщиков и состоявшие в ведении особого инспектора. В новейшее время карабинеры как историко-культурный слой исчез в России. Из других европейских армий они сохранились по названию только в итальянской, где корпус карабинеров составлял полицию вообще и военную в особенности (вроде старых русских жандармов).
  Каравеллы- название особых морских судов XV и XVI вв., наиболее известных по путешествиям португальцев для открытия новых земель. Христофор Колумб с тремя такими судами предпринял первое свое путешествие. Это - легкие, круглые суда, легко маневрирующие при помощи парусов. Как предполагают, каравеллы Колумба имели 63 фута в длину, 51 фут вдоль киля, 20 футов по бимсу и 10 Ґ в глубину. С 1583 г. сохранились рисунки дьеппского моряка Жака Дево (Devault), дающие некоторое понятие о внешнем виде каравелл. Они имели угловатую корму, башенки на носу и на корме, высокий борт, бушприт и четыре прямых мачты: фок, грот и две бизани. Три задних мачты были с латинскими парусами; на передней были две реи. Упоминаемые в XIII и XIV вв. каравеллы, вероятно, были меньше судов Васко да Гамы и Колумба. Каравеллы часто смешиваются с карвелами (carvelles), небольшими морскими лодками французских рыбаков.
  Караимы(назывались библейцами) - еврейская секта, признающая одну часть законов евреев-раввинистов, а вместо другой их части создавшая свои собственные или же как будто бы восстановившая староталмудические, древнесаддукейские и законы других еврейских сект. История возникновения караимства, считавшаяся долгое время весьма темной и сбивчивой, стала в новейшее время постепенно разъясняться благодаря открытию новых источников, преимущественно во вновь появившихся неожиданно рукописях Публичной библиотеки. Средневековые раввинистские историки и богословы считают караимов прямыми последователями древних саддукеев, с чем старейшие караимские писатели согласны, хотя и не без оговорок. Относительно новейшие караимские авторы энергично протестуют против этого мнения, выставляя на вид то обстоятельство, что древние саддукеи не признавали бессмертия души и не верили в воскресение из мертвых, между тем как караимисты не отличались в этом отношении от раввинистов. Эти же караимские авторы утверждали, что караимы всегда сохраняли иудейство в первоначальной чистоте, но до Анана они скрывали свое учение, боясь преследований, со времени же Анана началось публичное исповедование караимства. Для подтверждения этой легенды было составлено генеалогическое древо главных представителей караимства, наверх до царя Давида; сами же караимы в молитвах за предков и учителей восходили только до Анана. По новейшим данным оказывается, что Анан, основатель караимства, находился под влиянием саддукеизма и других еврейских сектантов, но, главным образом, все-таки был в зависимости от раввинистов. Образованию секты караимов способствовало тогдашнее состояние умов на Востоке вообще и среди восточных евреев в особенности. В период от VII до X в. после уже Р. Х., во время возникновения и распространения ислама, аравитяне произвели громадный переворот в политической жизни и в умственном и религиозном быту народов Передней Азии, и этот переворот не остался без влияния и на восточных евреев, сосредоточенных тогда в Вавилонии и Персии. Следуя общему брожению умов, еврейство также образовывало тогда различные новые секты и преобразовывало остатки старых расколов. Анан (отец отделенных евреев) удачно воспользовался и искусно сплотил этими обстоятельствами различные элементы в один крупный раскол, в состав которого, кроме значительной доли раввинского иудаизма, вошли материалы из древнего саддукейства и из учений новых тогда сект исавитов и юдганитов. После разрушения второго иерусалимского храма саддукеи совсем исчезли с лица земли, не оставив по себе никаких следов в литературе; но также стало известно, что еще в X в. караимские писатели пользовались книгой (или книгами), приписываемой основателю саддукейской секты Цадоку и отличавшейся полемическим характером против фарисеев (позднейших раввинистов). Очень вероятно, что во время сектантского движения среди вавилонских и персидских евреев остатки этой древней секты, сохранившиеся в тайне, ожили на некоторое время и начали обнаруживать признаки литературной деятельности, составив от имени Цадока полемическое сочинение против раввинского иудейства. Во всяком случае, эти остатки саддукейского раскола были вскоре поглощены караимством и окончательно исчезли с лица земли. От саддукеев первоначальное караимство, кроме общего принципа буквального понимания разных мест в Пятикнижии, заимствовало еще много законоположений, противоречащих раввинизму, как, например, непринятие календарных вычислений для определения дней праздников, празднования Пятидесятницы непременно в воскресенье, строгие правила относительно резания скота и соблюдения левитской чистоты. Впрочем, некоторые из заимствованных у саддукеев законоположений караимы впоследствии оставили и примкнули к религиозной практике раввинистов. Из двух других сект, сильно повлиявших на караимство, исуниты (или исавиты) возникли лет за 70 до их отца Анана. Основателем их был Абу-Иса из Испагани в Персии, современник халифа Абдул-Малика (685-705 после Р. Х.). По примеру тогдашних мусульманских раскольников, защищавших свои религиозные убеждения оружием, Абу-Иса вел вместе с религиозной пропагандой и политическую агитацию. Выдавая себя за пророка и мессию-восстановителя независимости еврейского народа, он во главе 10000 армий поднял знамя восстания, но был побежден правительственным войском и погиб в сражении. Члены его секты верили, что их глава не убит, а остался жив в скрытом месте и должен когда-нибудь появиться вновь. Исуниты, считавшие сначала своих членов многими тысячами, после основания караимства быстро стали уменьшаться, так что в начале Х в. оставалось их только 20 человек в Дамаске. Из религиозной системы Абу-Исы знакома только незначительная часть, в которую вошли некоторые саддукейские законоположения. Засвидетельствовано также, что он признавал Иисуса Христа истинным пророком для христиан и Мухаммеда - для мусульман и потому считал необходимым, чтоб и те, и другие оставались верными своей религии, подобно тому, как евреи должны хранить свою идею Иудеи. На все время, пока евреи находятся в изгнании и храм их разрушен, он считал употребление мяса и вина безусловно запрещенным из-за экономии. Эти пункты с небольшими видоизменениями включены были в первоначальное караимство. Что Анан признавал законность христианства для сирийцев и ислама для арабов - это несомненно, равно как и то, что он дозволял употреблять в пищу только мясо птиц (за исключением кур и петухов) и оленей. Секта юдганитов обязана своим происхождением Юдгану, ученику Абу-Исы, жившему лет 30-40 до Анана. Юдган шел по стопам своего учителя, также объявил себя пророком и мессией, и члены его секты также верили во вторичное его пришествие. И этот раскол после Анана быстро пошел на убыль; в начале X в. последние его члены доживали остаток своих дней в Испагании. Вероучению Юдгана свойственно было усердие к установлению новых постов и частых молитв, что опять-таки было принято Ананом. Другое утверждение Юдгана, что праздники установлены только для памяти и поэтому не обязательны, было принято частью караимистов из Бассоры. К заимствованиям от названных сект Анан прибавил еще много раввинистских традиций, не имеющих никакой опоры в Библии, но считавшихся им за достоверные, а во многих других талмудических преданиях он кое-что изменял или придумывал как мнения раввинов, упомянутых в талмуде, но не получивших значения закона. Основатель караимства принял также всецело раввинистскую догматику, веру в бессмертие души, в воскресение мертвых, в пришествие мессии и т. п. Кроме того, Ананом прибавлено было много законоположений, введенных им самим, с помощью собственного толкования св. Писания. Из всех этих разнообразных элементов Анан составил свою книгу законов (сефер-мицвот), носившую также арабское заглавие Фадалика (сумма, итог) и написанную на талмудическом еврейско-арамейском наречии. Из этой книги сохранился лишь один и только небольшой фрагмент, но имеется значительное количество буквально-точных цитат из нее в сочинениях старинных караимских авторов. Характерной чертой законоучения Анана и караимства вообще служит, как верно заметил Цунц, искусная оппозиция раввинизму, к этому следует еще прибавить невозможность ограничиваться одними библейскими законами и совершенно игнорировать талмудическое законостроительство раввинов. Стремясь обособиться и отделиться от раввинистского иудейства, караимы все-таки не могли выйти из круга его законоположений и часто сохраняли раввинистский закон или обряд, только кое-что изменив в нем. Все недостатки Книги законов Анана искупались для его приверженцев ореолом мученичества ее автора, пламенной и увлекательной его пропагандой и скромным его замечанием в самой книге: "наследуйте хорошо Тору и не полагайтесь на меня". Эклектический характер основного законоучения караимства служил ему на пользу, так как он немало содействовал его успеху среди членов вышеупомянутых еврейских сект, узнавших в новом учении много своего и легко примкнувших к нему. Есть сведения, что Анан верил в переселение душ (пифагорейский метапсихозис) и будто даже составил сочинение об этом предмете. После смерти Анана главенство над сектой, с титулом наси (князь, глава), осталось у его потомков, которые ничем выдающимся не отличались. Только около 820-830 после Р. Х. судья Вениамин Нагавенди успел выдвинуться из числа заурядных караимских авторов и стать настоящим главой секты, так что им обычно обозначается вторая стадия караимства. При нем круг интеллектуальных занятий караимов немного расширился. Главное сочинение Вениамина - его Книга законов - написана была по-еврейски, слогом Мишны, так как вообще он усердно, хотя и без успеха, ратовал за исключительное употребление еврейского языка как языка литературного. В своем сочинении Вениамин часто не согласуется с мнениями Анана. Вениамин - это первый известный караимский писатель, занимавшийся толкованием тех частей Библии, которые не относились до еврейских законов и обрядов, причем он останавливался на таких книгах, которые удобны к аллегорическому объяснению. Для объяснения антропоморфических выражений о Боге в Библии Вениамин полагал, что Бог создал особенного ангела, чтобы тот сотворил вселенную, и поныне этот ангел будто бы совершает все в мире без участия первоначального Создателя; к нему же, по мнению Вениамина, относятся все антропоморфические, антропологические и антропопатические места в Библии. Это мнение заимствовано было у Филона Александрийского и у древних ессеев. Младший современник Вениамина, Дангил Кумиси, родом из Персии (около 850 г.), также составил Книгу законов на еврейском языке, из которой сохранились только цитаты у позднейших авторов. Он был сначала восторженным поклонником Анана и называл его главой разумных людей, но впоследствии совершенно разочаровался в нем и назвал его главой глупцов. Он рационалистически объяснял библейские слова "ангел" и "ангелы" в смысле явлений природы, посредством которых Бог совершает все свои дела, как, например, огонь, ветер, облако и т. п. За это мнение, в сущности саддукейское, позднейшие караимские писатели сильно порицали и критиковали его. Во второй половине IX и в начале X веков караимы очень успешно распространяли свою деятельность и значительно увеличивали число адептов их учения. В тогдашнее время религиозного брожения, когда среди персидских евреев появился даже вольнодумец, открыто отвергавший библейские сказания (Хиви аль-Бальхи, около 870 г.), свобода толкования св. Писания и религиозных законов имела много заманчивого. Новая секта отличалась притом большой энергией: ее миссионеры разъезжали по местностям, где ожидали благоприятных результатов от своей пропаганды, и всячески старались вербовать новых адептов. Раввинизм, руководители которого находились тогда в еврейских вавилонских академиях, оставался совершенно беззащитным: в центр еврейской духовной власти греко-арабская наука еще не проникла, и вавилонские раввины знали только свое традиционное богословие; о научном обобщении, о всестороннем обследовании всего содержания иудаизма и систематическом его изложении у них не могло быть и речи. За весь период VIII-IX в. только три гаона говорят о караимах, двое из них только вскользь и мимоходом, в ответах на вопросы частных лиц; третий же, Гая-бен-Давид, живший до своего гаоната в тогдашнем центре караимства, Багдаде, написал не дошедшее до нас возражение Анану, где, по-видимому, доказывалось, что все новшества последнего уже указаны в самом талмуде. Взаимное положение раввинизма и караимства совершенно изменилось, когда на арену литературной деятельности в первой половине X в. выступил энергичный ученый Саадия Файюми из Египта. Он написал на арабском языке "Возражение Анану", а затем последовал целый ряд других полемических сочинений против караимов, равно как и опровержение вольнодумцев из евреев, писавших против достоверности св. Писания. Они заметно остановили успех пропаганды караимизма, и в продолжение многих столетий каждый более или менее значительный писатель из среды последних считал долгом возражать Саадии. Но и караимы начали около этого времени заниматься светскими науками и выдвинули нескольких крупных писателей (в Х в. - Иосиф бен-Ноах, Яков Киккисани, Салмон бен-Иерухам, Сагль бен-Мацлиах, в XI в. - Иосиф Гароэ, его ученик Иешуа и другие). Многие из них были озабочены утверждением номоканонических принципов, относительно которых между ними господствовало, однако, большое разногласие. Так, например, Иосиф бен-Ноах признает два канона: Библию и согласие всего Израиля, т. е. традицию, сохранившуюся не только у раввинистов, но и у караимистов (позднее она называлась наследственным бременем - себель га-иеруша); Киркисани и Сагль прибавляют еще два канона - применение аналогии и умозрения; Леви бен-Иефет признает только три канона, отвергая употребление умозрения. Точно такие же споры происходили тогда у мухаммеданских богословов, между суннитами, шиитами и другими сектами, и караимские прения по этому поводу являются отголоском мусульманских. Второй из вышеназванных принципов -это согласная традиция, он причинял и продолжает причинять немало хлопот караимам, так как он является в явном противоречии с их девизом - признанием Библии единственным источником законодательства. Некоторые караимские писатели старались примирить это противоречие утверждением, что раввинистские традиции, признаваемые их сектой, на самом деле заключаются в Библии, только в скрытом виде, так что по слабости нашего ума мы ныне не в состоянии их открывать. И это утверждение, однако, заимствовано от раввинистов, имеющих принцип асмахты, т. е. обоснование устных законов на библейских словах и в записанных выражениях. Караимские ученые, преимущественно в XI в., следуют арабским ученым школам в определении понятий, названии предметов и т. п. Усвоенная караимами XI в. система арабских мутазилитов осталась для них последним словом науки, так как последний караимский писатель по религиозной философии, Арон Никомедио (середина XIV в.), крепко держится системы Иосифа Гароэ и не может усвоить себе, как это сделал Маймонид уже в XII в., арабского аристотелизма. Таким же образом еще долго после открытия трехбуквенности корней еврейского языка Хаюджем и после образцовых трудов по грамматике Ибн-Джанаха, Ибн-Баруна и другие караимисты продолжали держаться обветшалых грамматических и лексикографических правил и форм. Ригористическое и аскетическое направление караимов не дозволяло им сначала следовать примеру арабов и раввинистов и заниматься светской поэзией. Только в XIII в. появился караимский подражатель Ибн-Гебиролю, Иегуде Галеви и другим- Моисей Дара. Вообще, после XI в. восточное караимство начинает быстро клониться к упадку, и с тех пор оно не произвело ни одного значительного писателя. Иефет бен-Сагир (XII в.), Израиль Магреби (XIII в.), Самуил Магреби (XIV в.) и некоторые другие только повторяют старую полемику или составляют компендии по законоведению, имеющие чисто местный характер, для египетских караимов. И после переселения Маймонида в Египет (1165-1204), где он, следуя примеру гаона Гаи бен-Шериры, действовал в примирительном духе и своим авторитетом произвел сильное впечатление на караимов, последние не только не распространились и не увеличивались на счет раввинистов, но, наоборот, все теряли своих членов. Многие из них перешли в мусульманство или возвратились к раввинизму, особенно в Палестине и Египте, где при правнуке Маймонида (1313) целая караимская община приняла раввинизм. С тех пор восточное караимство уступает руководительство византийскому. Первая литературная деятельность византийских караимистов была сосредоточена на переводах сочинений своих единоверцев с арабского на еврейский язык. Toвия бен-Моисей, прозванный Гаовед, отправился (во второй половины XI в.) из Константинополя на Восток ( по всей вероятности - в Иерусалим) и учился, по-видимому, у вышеназванного Иeшуи. По возвращении на родину Товия, вероятно, в свою очередь имел учеников из караимов и при их помощи перевел целый ряд караимских произведений с арабского, преимущественно Иосифа Гароэ и Иешуи. Несмотря на то, что переводы этой школы страдают тяжеловесностью слога и безвкусным выбором слов и выражений, да притом еще весьма часто арабские слова и целые фразы оставались без перевода, они имели большое значение для европейских караимистов, которым совсем недоступны были арабские произведения их единоверцев. Благодаря переводам Товии и его помощников могли появиться главные деятели караимской литературы в Византии: Иегуда Гадаси (1149), Яков бен-Рувим (XII в.), Арон бен Иосиф (в конце XIII в.), Арон бен-Элиа Никомедио (в полов. XIV в.), Элиа Башячи и его зять Калеб Эфендополо (во второй половины XV в.) и Моисей Башячи (в первой половине XVI в.). Первый из них составил объемистое сочинение на еврейском языке (на котором писали все византийские караимы) под заглавием Эшкол Гакофер, написанное рифмованной прозой и в форме комментария на десять заповедей. Желая дать нечто вроде энциклопедии, Гадаси включил в свою книгу не только свод караимских законов с постоянными нападками на раввинистов, но также и догматику, религиозную философию, грамматику еврейского языка и т. д., пользуясь сочинениями всех корифеев караимской письменности, а равно как и сведениями (частью сказочными) по естественным наукам из византийских источников. Немаловажное значение имеют сохраненные в этом сочинении цитаты из не дошедших до нас книг. Арон бен-Иосиф имеет значение в караимской литературе как экзегет св. Писания в сочинении под заглавием Мибхар (1294). Он же установил порядок молитв и литургические формы, в которых до него господствовали хаос и произвол. Несмотря на полемический тон Арона, он, однако, советует караимам держаться тех раввинистских традиций, которые не противоречат явно тексту Библии. Второй Арон написал религиозно-философскую догматику под заглавием Эц Xauм. Его свод караимских законов под заглавием Гаг Эден был мало распространен, чему способствовали позднейшие своды обоих Башячи, Элии и Моисея, преимущественно свод первого из них, под заглавием Адерет Элиагу, служащий последней законодательной инстанцией для караимов. Известное значение у караимистов имеют также Иегуда Гиббор (литургический поэт, 1503 г.), врач Авраам бен-Иегуда (экзегет, 1520 г.) и Иегуда Поки (законовед, около 1580). В XV-XVI в. византийские караимы жили с раввинистами в мире и нередко учились у последних Библии, раввинской письменности и светским наукам. Точно так же и тамошние раввины относились к караимам благосклонно. В Южной России, преимущественно в Черноморье, единичные караимы жили, вероятно, еще до монгольского нашествия. Во всяком случае, караимы вместе с восточными раввинистами (так называемыми крымчаками) явились в Крым вскоре после завоевания монголами (в 30-х гг. XIII в.), если не одновременно с последними. Пока караимы имели своими соседями неподвижных восточных раввинистов, у них господствовал полный умственный застой. Единственные несомненные документы этой эпохи - приписки на полях свитков Пятикнижия, относящиеся к XIV в. В конце этого века литовский великий князь Витовт перевел в Литву вместе с крымскими татарами часть крымских караимов, назначив им для поселения часть города Трок Виленской области. Позже караимы поселились также в других литовских городах, равно как и в Галиче. В Литве, в соседстве с европейскими раввинистами, у караимов постепенно развился вкус к занятиям литературой, что привело их к сближению с константинопольскими их единоверцами, а в конце XV в. можно было найти караимских выходцев из Литвы в учениках Элии Башячи. Прежде всего выдвинулись трокские караимы, из числа которых известны Исаак Троки, написавший в 1593 г. полемическое сочинение против христианства под заглавием Хиззук Эмуна (это сочинение очень хвалил Вольтер-вообще же он был противник любой религии и иудейство с раввинизмом предлагал задавить как гадину); Зарах бен Натан, занимавшийся математикой и физикой; Соломон Троки, написавший в ответ профессору Пуффендорфу очерк караимских законов под заглавием Апирион и полемическое сочинение против христианства и раввинизма (около 1700). За троцскими караимистами последовали галицкие, волынские и очень немногие крымских караимы. Более известны были: Мордехай Кукизов, написавший ответы на вопросы шведского короля Карла XII и лейденского профессора Тригланда; Сима-Исаак Луцкий, который переселился в Крым и написал несколько сочинений, между прочим библиографию караимской письменности (в 50-х гг. 18 столетия); Исаак бен-Соломон, гахам в Чуфут-Кале, составивший караимскую догматику и сочинение о календарных вычислениях (в начале 19 столетия); Иосиф-Соломон Луцкий, гахам в Евпатории, комментировавший сомнения обоих Аронов (в первой половине 19 века); Давид Кукизов, писавший литургические песни; Мордехай Султанский из Луцка, гахам в Чуфут-Кале, писавший о разных предметах (в 40-х и 50-х гг. 19 столетия); Соломон Бейм, гахам в Одессе, написал "Память о Чуфут-Кале" (1862). Всех этих последних затмил своей деятельностью Аврам Фиркович. От Витовта трокские караимы получили 24 июня 1388 г. грамоту, тождественную с грамотой, данной им же через несколько дней брестским и вообще литовским раввинистам. В означенной грамоте караимы названы были просто троцкскими евреями (Żydzi z Trok; в латинских грамотах XV в. также judaei Trocenses), и она была подтверждена королем Сигизмундом I в 1507 г. Вообще, во все время существования великого княжества Литовского и Королевства Польского караимы подвергались той же участи, что и раввинисты. Так, в апреле 1495 г. они были изгнаны из Литвы великим князем Александром и были приняты в Польше братом Александра, королем Яном-Альбрехтом. В 1503 г. все литовские евреи, а с ними и караимы, были возвращены тем же Александром, ставшим между тем и польским королем, причем как тем, так и другим были возвращены конфискованные при изгнании имущества. Во время восстания Богдана Хмельницкого караимы пострадали вместе с раввинистами. Сведения, сообщенные А. Фирковичем о караимах-фаворитах польских королей и литовских великих князей, не были подтверждены подлинными документами. В продолжение XVI-XVIII в. литовско-польские караимы были обязаны вносить все государственные повинности раввинистским представителям, которые от себя уже представляли всю сумму польским властям. Равным образом ни крымские татары, ни турки никогда не различали в законодательном отношении раввинистов и караимистов. Впервые последние особо выделены из евреев Екатериной II, в 1795 г., когда она по представлению графа Зубова освободила крымских караимов от платежа двойного оклада податей, которым были обложены евреи вообще. Большое влияние на положение караимов имел переселившийся в Крым луцкий караим Авраам Фиркович. Сначала он напечатал (1834-1838) несколько полемических произведений в прозе и стихах, направленных против раввинистов. Затем он вступил на поприще практического возвеличения прошлого и настоящего караимской народности, в ущерб другим евреям. В это же самое время (1839) было основано в Одессе общество истории и древностей, занявшееся, между прочим, исследованием караимства. Вследствие этого таврический губернатор Муромцев послал запросы по части истории и древности караимов к евпаторийскому гахаму Симе Бобовичу, а тот, после совещания с другими караимами, поручил составление ответов Фирковичу, которому была исходатайствована командировка для собрания древностей и документов караимства. После двухгодичного странствования по Крыму и Кавказу Фиркович представил целое собрание рукописей, документов и надгробных надписей, между которыми было много действительно ценных для истории и литературы, но все древнейшие памятники относились к азиатским и египетским евреям, раввинистам и караимистам, а к крымским караимам - лишь сравнительно позднейшие документы. Некоторые документы и надгробные надписи Фиркович составил сам, а во многих подлинных документах и надгробиях сделал поправки в датах и именах. Результаты получились самые неожиданные. Вот некоторые из них: а) Караимы- это древнейшие обитатели Крымского полуострова, который они получили от персидских царей Кира и Камбиза за помощь, оказанную ими персам в войне со скифами. б) Крымские караимы тождественны с хазарами, и Владимир Святой отправил именно к ним посольство для исследования еврейской веры. в) Хазарский (по их новой теории - караимский) царь командировал в X веке некоего Авраама Керченского для собрания древних рукописей, и эта миссия имела весьма удачный исход. г) Крымские караимы употребляли в своих документах летосчисление, никому до сих пор не известное и будто бы единственно верное и т. д. Так как Одесское общество истории и древностей не имело в своей среде ученых гебраистов, то оно обратилось к директору еврейского училища В. Штерну, человеку хотя и образованному, но не способному решать трудные археологические вопросы, поднятые Фирковичем. Один только ученый критик С. Л. Рапопорт, которому стали известны некоторые из крымских и кавказских находок, указал на их подложность, но на это не было обращено особого внимание. В конце 50-х гг. тот же Фиркович был уполномочен караимами ходатайствовать пред правительством о предоставлении им равноправности с коренными русскими, причем самым сильным доводом его было утверждение, что караимы, поселившиеся с древних времен в Крыму, не жили в Палестине во время распятия Иисуса Христа и следовательно не участвовали совместно с другими еврейскими предками в экзекуции сына божьего(на что раввинисты опять стали говорить о подлоге). В записке "О происхождении караимов", напечатанной в 1859 г., Фиркович от имени всех русских караимов совершенно отрекается от названия "евреев". Благодаря усилиям Фирковича караимы получили в 1863 г. полноправность, а в 1881 г. она была подтверждена циркуляром бывшего министра внутренних дел графа Игнатьева. Статистических данных о караимах немного. В XII в. путешественник Вениамин Тудельский насчитывал в Константинополе 500 караимов, в Дамаске 200, в Аскалоне 40. Караимский путешественник Самуил бен-Давид застал в Египте в 1641 г. 20 домов, принадлежавших караимам. В 1785 г. караимский путешественник Вениамин бен-Элга слышал в Палестине, что из 160 караимских семейств, живших в Египте, большая часть погибла от эпидемии. По свидетельству Симы-Исаака Луцкого, в 50-х гг. 18 века в Крыму жило около 500 караимских семейств, составлявших четыре общины: в Чуфут-Кале, Евпатории, Феодосии и Мангупе. В 1871 г. в записке, представленной Фирковичем австрийскому императору от имени галицких караимов, в России насчитывалось до 5000 караимов, а в Константинополе, Египте, Галиции их было всего около 1000. В 1837 г., вследствие ходатайства крымских караимов "о устроении состояния их духовенства и о даровании ему некоторых из тех прав, которыми пользуется тамошнее магометанское духовенство" издано было положение о Таврическом караимском духовном правлении, которое в 1850 г. распространено было и на караимов западных частей русских земель, а впоследствии вошло в общее законоположение о караимах 1863 г. В духовном отношении все караимские общества распадались на два округа. Высшее духовное лицо округа - гахам, один гахам жил в Евпатории, другой - в Троках. К округу первого принадлежали караимы Таврической области, Одессы и Киева, к округу второго - караимы северо-западных земель. Для выбора гахама уполномоченные караимских обществ того или другого округа съезжались в Евпаторию или Троки, где под наблюдением местного городского начальства производилась баллотировка. О двух кандидатах, получивших наибольшее число голосов, местный губернатор доносил министру внутренних дел, который об утверждении одного из них представлял сенату. При каждой синагоге состояло два газзана, старший и младший, и шамаш, которые избирались обществами, испытывались в знании закона гахамом и по представлению его утверждались в должностях местным губернатором. Духовные караимские лица могли быть лишены своего звания за поступки, противные их духовным обязанностям, как по расследовании их вины и по распоряжению власти, от которой зависело их утверждение; но обществам караимов по истечении трех лет предоставлялось приговором избирателей ходатайствовать об удалении духовного лица; тоже право принадлежало и поместному губернскому начальству. Гахам производил суд над подчиненными ему духовными лицами по делам, относящимся к обязанностям их звания; он же ежегодно снабжал газзанов метрическими книгами, представлял департаменту духовных дел иностранных исповеданий и местному губернатору ежегодные общие ведомости, составленные по возвращенным ему от газзанов метрическим книгам, рассматривал дела о заключении и расторжении браков, но лишь в отношении духовном. Впрочем, при расторжении браков гахам по просьбе обеих сторон мог постановить определение о возвращении приданого и о воспрещении разведенному мужу впредь до исполнения этой обязанности вступать в новый брак; но каждая сторона вправе была не подчиниться этому решению, и тогда дело о возвращении приданого переходило на рассмотрение судебных установлений. Решения гахама по другим делам могли быть обжалованы перед губернским начальством, которое в затруднительных случаях вносило дело на рассмотрение министра внутренних дел. Газзаны той синагоги, которая находилась в местопребывании гахама, образовывали при нем совет под именем караимского духовного правления; мнение последнего для гахама было не обязательно, но члены правления могли в трехдневный срок опротестовать решение гахама перед местным губернатором. Дела поступали на рассмотрение духовного правления по усмотрению гахама, но дела о возвращении приданого обязательно рассматривались в правлении. Газзаны исполняли духовные требы, а старший вел и метрические книги. Обязанность шамашей - обучение детей и управление хозяйственными делами синагоги. Евпаторийский гахам получал содержание от обществ своего округа по акту 25 сентября 1835 г.; на содержание караимского духовного правления в Троках определено было 160 десятин из казенных земель (60 гахаму, двум газзанам по 40, шамашу - 20). Для подготовления газзанов и караимских вероучителей в Евпатории, в ведомстве министерства народного просвещения и под ближайшим наблюдением гахама, открыто было в 1894 г. Александровское караимское духовное училище; оно состояло из пяти классов, из которых последние два имели двухгодичный курс; первые четыре класса - общеобразовательные, пятый - специальный (догматическое богословие, этика, библейская экзегетика). Инспектор и преподаватели училища пользовались особенными правами государственной службы, наравне с другими служащими в гимназиях.
  Карана(от санскр. корня kar - делать) - смешанная индийская каста, члены которой занимались обычно перепиской и простым счетоводством.
  Карандаш(crayon, pencil, Bleistift)- его первое употребление относится к последнему периоду классической древности, но, по-видимому, приготовление таких первокарандашиков было потом совсем забыто. В XI столетии вместо карандашей стали употреблять свинцовые палочки. Первое описание карандашей из графита, вделанного в дерево, находится в трактате о минералах Конрада Геснера в 1565 г. Около этого же времени в Кумберланде открыто было Боровдальское месторождение графита в сплошных кусках; их распиливали на пластинки, шлифовали, затем распиливали на палочки и обделывали деревом или вставляли в тростник. Такого рода карандаши давали хорошую черту, легко стирающуюся резинкой, но были дороги и позже стали редкостью, потому что Боровдальское месторождение истощилось и сплошные куски графита подходящего качества стали очень редки. В новейшее время карандаши приготавливаются уже по способу, открытому Конте в Париже в 1795 г., из разных сортов богемского и сибирского графита с прибавкой от 30 до 50% чистой глины для обыкновенных карандашей. Центром этого производства стал Нюренберг, где находилась также известная тогда фабрика A. W. Faber, основанная еще в 1761 г. и где этим делом занято было более 5000 человек, производящих до 250 млн. карандашей в год, на сумму около 4 млн. рублей. В России было только четыре фабрики карандашей: в Москве Никитина (основана в 1842 г.) и Карнаца, в Риге Глезера и в Вильне Тараканова; все вместе они производили каандашей в год на 100 тысяч рублей, достаточно хороших для обычных надобностей (Орлов, "Список фабрик", 1894). Графит и глину размалывают отдельно, глину подвергают процессу "отмучивания"; для лучших сортов карандашей то же делают и с молотым графитом. Для определения пропорций смеси графит и глину взвешивают в сухом виде, потом долгое время мелют с водой в особого рода чугунных мельницах, придуманных Конте и состоящих из чугунного сосуда в виде опрокинутого усеченного конуса, в котором вращается другой такой же, более низкий, полый конус, открытый сверху и продырявленный снизу. Графитовая масса накладывается внутрь жернова, проходит вследствие центробежной силы кверху между трущимися коническими поверхностями и опять переливается назад. Для формовки хорошо перетертое тесто (отжатое в мешках под гидравлическим прессом) прожимается особым винтовым прессом, устроенным наподобие макаронной машины, через дырочки в дне цилиндра. Эти дырки скоро изнашиваются, поэтому дно делается из легкоплавкого металла, который удобно можно переплавлять и вновь отливать в особую металлическую форму, снабженную коническими стальными стерженьками для образования дырок. Для лучшей переработки массы ее пропускают через такую машину многократно. Окончательно сформированные карандаши принимают на гладкую доску, дают им слегка подсохнуть, потом перекладывают на доску с прямыми желобками, закрывают другой доской и дают досохнуть под прессом, чтобы обеспечить прямизну. Просушенные стерженьки прокаливают в закрытых глиняных капсюлях, в горизонтальном или вертикальном положении, пересыпав предварительно порошком угля. Степень черноты и твердости каандаша зависит от пропорции графита, температуры и продолжительности прокаливания. Очень мягкие номера пропитываются затем жиром, воском или стеарином. Оправы простых карандашей делают из елового, соснового или ольхового дерева, а для хороших берут кипарис (Cypressus thyoпdes) и американский кедр (Juniperus virginiana). В старину выстрагивали фальцубелем глубокие желобки в дощечке, вкладывали туда карандаши, заклеивали остающуюся часть желобка тонкой реечкой и отделывали каждый карандаш от руки. Позднее все это стали делать машинами. Сначала доски режутся круговой пилой на части вдвое длиннее карандаша, затем строгаются на машине и приводятся к определенной толщине. Тогда каждый желобок для графита прорезывается соответственной круговой пилой, а рядом сидящая более тонкая круговая пила отделяет в то же время брусочек от доски. Графитовая палочка укладывается в намазанный клеем желобок, сверху наклеивается покровная дощечка и прессуется ручной работой. Неотделанные карандаши квадратного сечения обрабатываются в особой машинке, состоящей из трубок с прорезями; когда карандаши вставят концом в такую трубку, его захватывают валки и проводят между быстро вращающимися шарожками, действующими в прорезях трубки и гладко срезывающими все лишнее. Потом дерево шлифуют фланелью с порошком пемзы и покрывают шеллаковой политурой или краской. Цветные карандаши приготовляются подобными же приемами, исключая прокаливанье. Графитовый карандаш ценится за свое свойство давать на бумаге черно-серую черту, которую можно уничтожить легким, но продолжительным стиранием резинкой, куском натурального или вулканизированного каучука (ластиком). Но эта стираемость условная: если черта была проведена так сильно, что врезалась в бумагу, то графит еще можно снять с нее продолжительным легким стиранием мягкой резиной, но вдавленный след останется. Более же сильное трение поведет только к стиранию и порче самой бумаги или же к пятнам от приставания окрашивающего вещества резины. Жесткая же резина, содержащая порошок пемзы и т. п., стирает как карандаш, так и чернила, разрушая вместе с тем саму бумагу и непоправимо портя ее поверхность. Поэтому-то для рисования и черчения приготовляются карандаши разной степени твердости и черноты; наибольшей же славой пользовались раньше карандаши с клеймами: A. W. Faber, Johann Faber и Harmuth-Dцderlein, в Вене. Самые черные и мягкие карандаши обозначались буквами ВВВВВВ, ВВВВ и ВВ с Љ 1; они употребляются для тушевки рисунков; тверже и менее черны карандаши с НВ и Љ 2, употребляющиеся для той же цели. Для контуров рисунков, для чертежей, остающихся в карандаше, и для написания идут довольно легко стираемые F, Љ 3. Для чертежей, покрываемых тушью, пользовались карандаши, обозначаемыми от H до Н.Н.Н.Н.Н.Н; они дают тонкую, слабую черту, но столь тверды, что мало изнашиваются и почти не поддаются ножу: оттачивать их острие надо на мелком напильнике или на наждачной бумаге. Фотографы употребляли раньше карандаши для ретушировки негативов: чтобы заделать дырочки и разного рода недостатки, лакированную поверхность негатива зарисовывали карандаши, но желаемую степень непрозрачности достигались, главным образом, правильным выбором соответствующего карандаша. Кроме графитовых карандашей, приготавливались и разные цветные. Карандаши разных цветов приготовлялись раньше частью из естественных горных пород, как, например, из кровавика (sanguine), но большей частью из смеси глины, гипса или талька, и непрозрачных красок, причем связующим веществом служил гумми, раствор шеллака в спирте, воск с салом и т. п. Для надписей на стекле делали особые мягкие карандаши из смеси воска, сала и землистой краски. Чернильные, копировальные карандаши изготавливались тоже из глины с большой примесью или анилиновой краски, или же экстракта кампешевого дерева со средней азотно-хромовой солью. Если бумагу увлажнить, то черты принимали чернильный вид и давали отпечаток в копировальном прессе (при печати). Особый сорт рыхлых цветных карандашей служил для так называемой пастельной живописи. Угольные карандаши (Fьsain) состояли из обугленных ветвей березы, крушины или другого мягкого дерева. Карикатурист "Карандаш" (Caran d'ache)- псевдоним известного французского карикатуриста, настоящее имя которого было Эммануил Пуаре (Poirйe). Он родился в Москве, в 1858 г., окончил курс в гимназии, но отбывать воинскую повинность отправился во Францию, где причислился к военному министерству и отдался любимому своему занятию - рисованию, главным образом карикатур. Первые его рисунки появились в "Chronique Parisienne", затем в "Tout-Paris", "Vie parisienne", "Vie militaire", "Chat Noir", "La Caricature" и другие. В области политической карикатуры одним из наиболее совершенных его произведений считается "Comйdie politique" с текстом Альбера Мильо (Millaud). Большой успех имели две его пантомимы в "Chat Noir": "l'Epopйe" - история походов Наполеона I, и "la Tentation de saint Antoine" - по поводу одноименного произведения Густава Флобера, во время "Панамы" - его карикатурные книжки чеков и т. д. Его карикатуры на современные тогда события появлялись еженедельно в газете "Journal" с текстом его самого или Люсьена Декава.
  Карао- так называется брак вдовы с братом ее покойного мужа, практикуемый у джатов, гуджаров, агиров и других племен северо-западной Индии. Институт этот не пользовался особым уважением, и термин карао прилагался также и к конкубинату.
  Карат(от арабского kirat) - означает собственно зерно, служившее в Африке весовой единицей при взвешивании золота, а в Индии - для взвешивания алмазов. Каратный вес был давно в употреблении во многих европейских государствах и служил для определения достоинства или пробы лигатурного золота, причем слово "карат" означал 1/24. Вес драгоценных камней определяется ювелирным каратом, весовое значение которого несколько различно в разных странах. Французский карат весил 205,87 мгр., английский - 205,30 мгр., венский - 206,08 мгр.
  Карго- старинный испанский торговый вес в 10 арроб, он был равен 128 килограммам.
  Кариатида- статуя одетой женщины, введенная в употребление древнегреческим зодчеством для поддержки антаблемента и, следовательно, заменявшая собой колонну или пилястру. Если такая статуя изображала женщину с корзиной плодов или цветов на голове, то она называлась также канефорой. Название, присвоенное этому архитектурному мотиву, произошло, как полагают исследователи, от девушек города Кария в Аркадии, которые на праздниках в честь богини Артемиды совершали религиозные танцы с корзинами на головах. Самые замечательные из античных кариатид украшали собой часовню нимфы Пандросы в афинском Акрополе. В средние века кариатиды почти совсем не употреблялись и снова стали нередко появляться в архитектуре, начиная с эпохи Возрождения. В новейшем искусстве кариатидами называются не только женские фигуры, одетые или полуобнаженные, поддерживающие балки или какие бы то ни было выступы здания, но и подобные же мужские фигуры, хотя более правильное название последних - это атланты.
  Карикатура- рисунок или скульптурное произведение, имеющее целью осмеять кого-нибудь или какое-нибудь деяние, общественное событие, общественный или политический строй своей или иной страны и т. п. Чтобы обратить внимание на известное лицо, усиливают его физические недостатки и индивидуальные особенности в рисунке, что составляет собственно шарж (charge), первую степень комического, тогда как юмор в карикатуре представляет вторую, а сатира - третью и высшую степень, наиболее содержательное комическое произведение. Вопрос о древности карикатур решается различно, но существование забавного и комического в древней литературе отчасти предрешает вопрос и о существовании современной ей карикатуре. Фактический материал, подкрепляющий такое заключение, впрочем, невелик и неразнообразен. Египетские папирусы, в которых изображены животные, пародирующие деяния людей, несколько статуэток и рисунков на древних вазах, немного образцов фресковой живописи представляют иногда забавное содержание, иногда бесцельную, часто животно-грубую шутку, иногда же как бы поднимают на смех тогдашние религиозные обряды и богов. Принадлежности некоторых сценических представлений, некоторых процессий и соответственные им скульптурные низкого достоинства произведения, которые в новое время были бы названы порнографическими, свидетельствуют о том, что грубо-животное считалось иногда и забавным. Аристотель, упоминая о Паузоне, не советует показывать его произведения юношеству и вообще не одобряет способы изображения людей худшими, чем они есть на самом деле (карикатурно). Плиний говорит об одном ученике Апеллеса - Ктезилохе, изобразившем Юпитера, рождающим Бахуса; он же упоминает об Антифиле, который занимался не только серьезными, но и комическими произведениями - Grуllus. Археологи находили под этим названием фрески и резные камни, изображающие действительных или фантастических животных в действии, например, пчел, везущих плуг, управляемый стрекозой; попугая, везущего стрекозу в повозке, и подобные произведения античной фантазии. Но статуэтка, изображающая сенатора с ослиной головой, или римская вывеска, на которой нарисован был галл с высунутым языком - это уже настоящая карикатура. На одной вазе изображено было распростертое тело Патрокла, а с другой ее стороны, может быть, для антитезы, пьяный, которого уносят за ноги и голову; на другой вазе - Аякс уносит Ахиллеса с поля битвы и пьяный сатир, уводимый двумя Силенами. Известны были также пародии на художественные произведения - апофеоз Геркулеса, сцена из "Энеиды" с грубым приапическим элементом, где людские головы заменены головами животных. На одной фреске в Геркулануме нарисована была сцена: осел, который, несмотря на усилия погонщика, лезет на крокодила на берегу реки. Переходя к ближайшим новым векам, к христианской эпохе, нельзя не удивляться тому, что в христианских храмах нашли себе приют очень странные изображения. Уже в V веке святоша Нил протестовал против суетных орнаментов, которые должны были развлекать верующих в их молитвенном самоуглублении; он говорит об изображенных на стенах сценах рыбной ловли, охоты и т. п. В памятниках VI в. и позднее скульптура церковных орнаментов становится все более причудливой и загадочной по значению (гротесковой). Человеческие тела с звериными головами, драконы, гримасничающие фавны, животные, играющие на музыкальных инструментах, и другие произведения капризной фантазии, в которых некоторые археологи стремятся находить символический смысл. С. Бернар (1091-1153), первый аббат Клерво, строго порицал такие орнаменты. Рядом со статуями, воздвигнутыми для культа благочестия в христианских храмах, нашли место изваяния сцен, изображающих пороки и страсти нередко грубого животного характера. И в рукописях, украшенных миниатюрами, появились подобные же изображения: миниатюристы, большей частью монахи, рисовали для владетельных особ в молитвенниках (livres d'heures) священные и грешные мирские сцены рядом. В одной Библии XIV в. одна из миниатюр изображает разгул в монастыре (мужчины и женщины). В монастырях действительно происходили в торжественные дни Пасхи и Рождества пляски монахов и монахинь, по примеру ли ветхозаветного царя Давида или же как следы отдаленных по времени сатурналий древних. Церковь терпела этот обычай, который, однако, доводил иногда монашествующих до злоупотреблений и излишеств, оскорблявших достоинство церкви. Собор Кловиса II (696) в Шалоне на Саоне (Saone), папские буллы в разные эпохи и канонические постановления запрещали пляски и праздники - глупцов, невинных, осла и другие наследия языческих процессий и праздников, но искоренены они были лишь постепенно, предварительно изменяясь во внешнем характере. Изображение осла в храме в виде священнослужителя (например, в церкви св. Петра, d'Aulnay, XII в.) долгое время не считалось непристойным, и монахи в известные дни пировали перед такими изображениями, принося с собой вино. Осел неоднократно изображался в скульптурных орнаментах играющим на лире или арфе (капитель портала церкви XII в. в Меллье, во Франции). Трудно объяснять появление этих изображений кощунством, которое, конечно, не могло быть допущено духовенством. Не только осел, но и другие звери, в особенности лисица, занимают также не последнее место в церковной орнаментике. В 1298 г. на капители одной колонны в Страсбургском соборе была изображена пародия на священнодействие, в которой действующие лица: медведь, волк, заяц, ослы, собака, обезьяна и лисица. Эти неблагочестивые изображения были уничтожены лишь во второй половине XVI столетии. Лисица-проповедница изображена в церкви С. Торен (d'Evreux), также в живописи на стекле в Лиможе (XIV в.) и в различных видах во многих других местах, даже на фасадах церквей. Изображения дьявола появились в церквях, по-видимому, не ранее XI столетия. Его изображали в виде безобразного человека, часто с хвостом и крылами, злого и хитрого. В сценах взвешивания душ (т. е. пороков и добродетелей), причем всегда присутствовал и ангел- хранитель, дьявол вероломно пробует наклонять рукою весы на свою сторону. В других изображениях он с радостью тащит римских пап, королей и придворных. С приближением эпохи Возрождения изображали дьявола полуобезьяной, полулисицей, то окружали женщинами, как пособницами дьяволиады. На одном тканом ковре черт изображен был развертывающим в церкви длинный свиток - запись болтовни двух женщин, тут же тараторящих за спиной св. Мартина во время богослужения. Женщина, как искусительница и пособница дьявола, неоднократно была изображаема кистью и резцом в сценах искушения. Иногда, впрочем, женщина, осилив дьявола, отрезает ему козлиное ухо или даже перепиливает беса пополам. В царствование Филиппа Красивого (конец XIII и начало XIV в.) один поэт написал сатирический роман о Фовеле, где действующим лицом была лошадь; цель сатиры - поддержание королевской власти, боровшейся с папством, нищенствующими орденами и тамплиерами. Миниатюры к этому роману относятся к разряду первых политических карикадуры. В миниатюрах XIV же века есть карикатуры на дамские наряды и на турниры; известна также лепная сцена, изображающая турнир в комическом виде. Вообще же карикатура средних веков не затрагивает отношений власти к управляемым, и самое большое, что преследует, - это пороки духовенства, пьянство вообще, еврейское ростовщичество и даже простые домашние раздоры. Известно, что народ имел много оснований быть недовольным нравами духовенства и что по этой причине могли появиться в храмах изображения, хотя наружным образом и профанирующие религиозные обряды, но в сущности направленные не против религии, а против некоторых ее служителей. Храм служил как бы общественным местом, где выставлены были на общее обозрение и порицание изображения порочных склонностей, причем наивно-грубый художник не стеснялся стыдливостью или приличием в обычном смысле слова. Хотя мораль никак не исходит из таких изображений, тем не менее могла быть потребность показать зло как оно есть, соответственно тому, как в священных изображениях тут же рядом старались изобразить и высшие духовные качества, как их понимали современники. Кроме того, по мнению некоторых археологов (de Salies), эти карикатуры и сатирические изображении могли быть орудием борьбы белого духовенства с черным, борьбы, которая в XIII веке велась упорно и совершенно открыто. Монастыри видели, что власть от них переходит к епископам, и изображали даже на цветных стеклах епископов, уносимых дьяволом, а в церквах белого духовенства им отвечали скульптурными или живописными изображениями лисиц, одетых монахами и проповедующих курам, или сцены распутства, в которых монахи играли главную роль. Если к этим объяснениям присоединить еще религиозный символизм, допускаемый некоторыми археологами, то выходит, что некоторые частности были разъяснены; тем не менее, остается много странного и бесцельно грубого для какой бы то ни было эпохи. Необходимо, впрочем, прибавить, что орнаментика средних веков изображала еще того больше фигур из обычной среды и нимало не скабрезных. Таковы резные из дерева фигуры - аптекаря, дровоноса, пастуха, жнеца, типичного еврея и т. д., таковы сцены, изображающие мужа, который бьет свою жену, народные поверья, но тут же опять и монах, любезничающий с монахиней. Делают замечание, что наибольшее разнообразие сцен встречается во Франции, но там же и наиболее скабрезностей. Обыкновенным местом для резных орнаментов были сиденья (stalles) для духовенства, так называемое "милосердие" (misericorde). Это были недорогие изделия голландских резчиков XV столетия на светские темы, о которых упомянуто выше; в Англии есть множество таких сидений, преимущественно с изображениями животных, подражающих действиям людей. Обычай такой орнаментики потом перешел и в светские здания; таковы, например, во Франции ратуши в Сент-Кентене, Нойоне, замок Блуа. В последнем, в спальне Людовика XII у окон имеются украшения весьма сомнительного эстетического вкуса. Особый род сатирических изображений составляет так называемая "Пляска Смерти", по существу говорящие о всеобщем равенстве перед смертью. Приближение смерти к людям, когда они того не ожидают, представляет тему, к которой легко может быть примешан горько-сатирический элемент, и потому художники разных времен и народов охотно брались за этот сюжет. Особенной известностью пользуется серия гравюр на эту тему Ганса Гольбейна младшего (1497-1563). Этот же художник сделал иллюстрации, из которых некоторые очень комичны, к сочинению Эразма Роттердамского "Похвала глупости". Предшественником Эразма по этому же предмету был страсбургский ученый и моралист Себастьян Брандт, напечатавший в 1494 г. поэму "Корабль глупцов" (Narrenschiff), произведение тяжелого юмора; иллюстрация, изображающая этот корабль, была малохарактерна. Сочинение Рабле "Les songes drolatiques de Pantagruel" (издано в 1565 г.) иллюстрировано странными символическими карикатурами, исполнение которых было приписываемо автору книги, но сличение их с композициями Брейгеля показывает очень близкие заимствования от последнего. Интересны карикатуры в манускрипте XVI столетия- Livre des amis - изображающие, как мужчины попадают в сети к женщинам. В манускрипте, принадлежавшем Екатерине Медичи, есть несколько символических, довольно тяжеловесных карикатур. С наступлением эпохи Реформации карикатурное искусство оживилось, однако художественное изобретение было бедно, и часто смысл совсем неясен. Главные сюжеты таковы: папское духовенство жарится в печи, вокруг которой - крылатые бесы и неведомые чудища; кардинал улавливает в западню птиц; рождение антихриста - Папы (в "Abbildung der Bapstum" Лютера); наконец, Папа в родах, римский Папа на отвратительном звере держит посуду с нечистотами, вообще Папа и всякие нечистоты, или палач, вешающий Папу и кардиналов, и сонм бесов, собравшихся на это зрелище. Карикатура приводилась иногда в действие в XVI в., как, например, в Вене - кукла, изображавшая кардинала с продажными индульгенциями, посажена была верхом на собаку, которую потом гоняли по улицам. Поэма "О волке" (около 1530 г.), вышедшая неизвестно где, была украшена заглавным листом: волк в тиаре на престоле, кругом - такие же кардиналы, тут же паства - гуси, попадающие в сети. В "Antitesis figurata vitae Christi et Antechristi", где Папа приравнивался к антихристу, есть много сатирических картинок, противоположений жизни Христа и римских пап; в заключение Христос возносится в сиянии на небо, а черти ввергают Папу в геенну огненную (редкая гравюра на дереве). Лютер и Меланхтон обращались к карикатуре как орудию борьбы с папством, на что противная сторона отвечала тем же. Папа с ослиными ушами на престоле, вокруг летают бесы, из которых один держит горящую тиару. Иногда для иллюстрирования гнусных свойств папства были изображаемы фурии. В 1523 г. были изданы две гравюры с длинным объяснительным текстом Лютера и Меланхтона. Женская фигура с ослиной головой и телом, покрытым рыбьей чешуей; вместо одной руки - слоновья нога, другая - человеческая; одна нога с когтями, другая с копытом; вместо хвоста - птичья шея с петушиной головой. Эта гравюра оказалась заимствованной с другой - 1496 г. Когда Лютер в 1525 г. женился на монахине, то с католической стороны посыпались памфлеты и насмешливые песенки, также и карикатура: Лютер и его жена слушают наставления дьявола относительно обедни, анатомия Лютера, разорванного на части его учениками и прочее. Против папства рисовали и гравировали на дереве и меди Лука Кранах, Тобиас Штиммер, Николай-Мануэль Дейтш. Лютер, будучи вообще резким в своей ненависти к папству, тем не менее не любил примешивать женщину в памфлеты и карикатуры, был недоволен некоторыми фигурами Луки Кранаха и хотел непристойные им изображенные сцены заменить иными. Протестанты изготавливали медали с оскорбительными для Папы изображениями и с надписью "Папская власть противна Богу", которые в 1537-47 гг. распространились в Германии, Франции и Англии. Защитники же папства, со своей стороны, выпустили медаль против Кальвина с надписью "Calvinus heresiarch. pessimus", иллюстраторы изображали гугенотов с волчьей головой или полулисиц, полуобезьян, ищущих пожирания Франции. Но вообще во Франции было мало карикатур собственно против Лютера. В Тулузе на боковой стенке стула в мизерикорде изображена была проповедующая свинья с надписью, что это Кальвин. В конце XVI в. и в начале XVII в. появились карикатуры, имевшие отношения к происходившим тогда политическим схваткам, в которых замешаны были Гизы, Филипп II, Генрих IV и другие владетельные особы. Действующими лицами было чудовище с тремя животными головами, покрытое церковной ризой, сжигающее города и налагающее лапу на скипетр и корону, лев, сражающийся с гидрой и т. д. Содержание их благоприятно было для Генриха IV. В XVII в. начинает вырабатываться, все еще очень несовершенно и отрывочно, карикатура нравов. В Голландии "Толстяки" Питера Брейгеля, во Франции битва "Поста с масленицей", карикатура на пикники и шашлыки; взаимные враждебные отношения Испании и Франции вызвали множество карикатур, изображавших все грубые и смешные стороны испанцев в ужасном преувеличении, карикатура на испанскую поговорку "Quand les Franзais prendront Arras, les souris mangeront les chats" (изображен Аррас во власти французов и храбрый кот при шпаге, он невредимый среди мышей или как мыши хоронят мертвого кота). Конечно, испанцы отвечали подобным же образом французам. Во всяком случае карикатура не играла такой жизненной роли как в современном обществе(например, карикатуры на ислам или холокост) и потому прошло много исторических событий, не вызвавших протеста в виде карикатур, хотя в то же время было много памфлетов. Вследствие этого история карикатуры не представляет полной связности. При Людовике XIII известен был художник Калло (1594-1635), который часть своей художественной деятельности отдал именно карикатуре, изображая буффонские итальянские сцены и т. п.; в особенности он известен был гравюрой "Искушение святого Антония", в которой он выказал много изобретательности в изображении чудищ. Но строгая критика разложила его комизм на немногие однообразные приемы. Людовик XIV (1638-1715) был под конец царствования предметом частых карикатурок, чем занимались обычно голландцы (медаль грубо-пошлого содержания: Neceisstati ne quidam Dii resistant). Карикатуры не отличаются остроумием и, кроме того, обременены множеством надписей на всех свободных от резца местах. Более замечательно голландское "Renversement de lа morale chretienne", направленное против жадности духовенства к деньгам. Когда после смерти Людовика, во время регентства во Франции, появился известный Лоо(Лау), изобретатель бумажных денежных знаков, и когда вся система пала, в Голландии появилось громадное число карикатур соответствующего содержания , сборник которых носит название "Heet groot taferrel der Dwasheit" и представляет всевозможные сцены, относящиеся к этим крупным финансовым событиям с эпилогом: агенты компании Лау сидят в палатке, представляющей собой общий для них дурацкий колпак(под колапаком, околпаченные). Конец XVII-го столетия отмечен карикатурной полемикой другого рода - иезуитов и янсенистов; вся полемика носит неприятный характер не только по форме, но и по основаному содержанию. Полемисты выказали много злобы, желчи и клеветничества, в особенности иезуиты. В XVIII столетии действовали талантливые карикатуристы в Англии: Гогарт (умер в 1764), Джемс Джилльрей (1757-1815), Томас Роуландсон (1756-1827); Гогарт писал и гравировал сатирические картинки пороков, другие были его продолжателями, но деятельность Джилльрея во второй половине его жизни имела особенный характер. Во Франции общество переживало моменты различной степени важности. Середина XVIII столетия, ознаменовавшаяся раскопками Помпеи, привела к наглядному знакомству с бытом древних, что и возбудило пристрастие ко всему римскому и греческому, доходившее до излишества. Отсюда происхождение ряда карикатурок (Habillement а la grecque - обязательные будто бы костюмы медика, аббата, крестьянина и прочее). Дидро, анализируя современные ему произведения искусства, подготовляет путь к классицизму, за ним - группа критиков в "Mercure". Их оппонентами являются Кошен ("Les Misotechnites aux enfers") и граф Кайлюс. Около того же времени возникли карикатуры на странные модные дамские прически. Карикатура на Месмера были слабы, хотя тема и была благодарной. Любопытны отношениям Вольтера к карикатурам. В 1774 г. Денон изобразил фернейского философа в ночном колпачке и шлафроке, завтрак его в постели и другие домашние моменты, чрезвычайно похоже и почти без утрировки; Вольтер умолял его не пускать эти рисунки на публику. Еще больше сердился он на Гюбера ("Differents airs en 30 tкtes de M. de Voltaire, calquйes sur les tableaux de M. Hubert"), который в бытность у Вольтера тайком вырезал (руками под столом и, как говорит легенда, даже за спиной) из бумаги его силуэты или вылепливал их из хлеба, давая в то же время есть его семитической собаке. По мере приближения террора появляются карикатуры на собрание нотаблей, на учредительное собрание и потом преимущественно для поднятия значения третьего сословия (tiers-йtat). Особенно разнообразны были символические карикатуры, касающиеся отношения третьего сословия к другим слоям общества. Игра в кегли, три сословия в дружбе(Воn, nous voila d'accord), мы едим яйцо втроем (Nous mangeons l'oeuf ensemble - третье сословие, к удивлению двух других, начинает есть вместе с ними из одного большого яйца), ковка книги тремя сословиями, третье сословие чокается с маркизом и аббатом (Entre nous trois pas de faзon!). Карикатуры постепенно, по мере хода событий, становятся смелее, прямо нападая на аристократию (Halte-lа, plus d'aristocratie!), на духовенство: карикатура изображает очень полных аббатов, которых прессуют поодиночке, после чего они уходят тонкие как щепка, ломая руки в отчаянии; подарки духовенству (горох, хлеб и вода). За взятием Бастилии (июль 1789) следовали символические и сатирические сувениры патриота Паллуа, вырезанные на камнях разрушенной Бастилии. Камилль Дюмулен издает журнал с карикатурой на Мирабо, брата любимца народа, на Марию Антуанетту; другой журнал ("Actes des Apфtres"), основанный в один месяц с первым (ноябрь 1789) и назначенный на защиту двора и знати, выходил с сатирической картинкой английского рисовальщика Вибра при каждом номере. Конечно, карикатуры роялистов оказались совершенно бессильными при тогдашних обстоятельствах. Следует упомянуть также о Бойе (Boyer-Brun, назвавшийся Boyer de Nimes), убежденном роялисте, который, между прочим, начал издавать историю революционной карикатуры (вышло всего 38 карикатурок) с целью показать, "что все средства казались хорошими для ниспровержения алтаря и трона" (к знаменитым карикатурам того же времени относятся следующие два эстампа; один в первые дни Генеральных штатов, изданный революционерами: "Convoi du trйshaut et trиs-puissant seigneur des Abus, mort sous Louis XVI le 4 mai 1789"; другой, направленный против революционеров: "Grand convoi funиbre de leurs Majestйs les Jacobins, de leur vivant nos seigneurs et maitres, dйcйdйs en leur palais de la rue Saint-Honorй", по странному совпадению обстоятельств и та и другая карикатура были запрещены). После бегства короля (июнь 1791), задержания его в Варенне и водворения на казнь в Париже посыпался град карикатур, в особенности, когда распространился слух о плане нового бегства через городскую клоаку. Бойе мужественно высказал негодование художникам, унизившим свой талант до подобных карика-туров (Бойе был осужден на смерть в мае 1793 г.). Впрочем, до вареннского бегства карикатурасобственно против власти короля была довольно сдержана, хотя не щадила эмигрантов, но после этого события она потеряла всякую меру. Прежде всего появилась английская карикатура - "l'Assemblee nationale pйtrifiй" и потом "l'Assemblйe nationale revivifiйe", затем французская карикатура, прямо касающиеся свежих событий: "L'Enjambиe de la sainte Famille des Thuileries de Paris 6 Montmйdy", "Les derniers hoquets de l'aristocratie ou Datte du 21 Juin"; "Le Gourmand, - les gros oiseaux ont le vollent"; "Le boucher de Nancy", "Trait de l'histoire de France du 21 au 25 juin 1791 ou la Mйtamorphose"; "le Nouveau Calvaire". Людовика XVI представляли то слепым, то ребенком, то шутом, то наполовину слесарем, наполовину цирюльником и им подобным без конца. Не менее досталось и Марии Антуанетте от возраставшей народной ненависти. Вильнев, гравер и издатель гравюр ("La Collection gйnйrale des Caricatures sur la Rйvolution franзaise de 1789"), награвировал несколько сцен самого кровожадного содержания: гильотина кричит - "предостережение интриганам: злодеи, смотрите и трепещите". В другой: "злодей Людовик, читай твой приговор!". "Matiйre а reflexion pour les jongleurs couronnйs"; "Appel au diable par les corps sans tкte sur les jugements de Dieu" и другие, на каждой из которых отрубленные головы выгравированы были самым медленным способом - пунктиром. Вильнев имел вдобавок и последователей его кровожадного карикатурного рода, против которого даже тогдашнее республиканское правительство высказывалось 28 жерминаля II года. Не одна королевская фамилия, но и многие другие деятели того времени не избегли ни своей участи, ни карикатурных изображений. Байльи, Робеспьер, Марат - все имели свою долю; последний, впрочем, только за границей. Вообще революция нашла много карикатуристов за границей, между которыми первое место занимают Роуландсон и Джилльрей, в особенности последний, смотревший на период 1789-1800 гг. весьма враждебно. Он, впрочем, направлял иногда стрелы и на своего короля Георга III, и королеву, и на английских деятелей Фокса, Шеридана и других. Из знаменитых карикатурных эстампов Джилльрея назовем: "Ужин в семействе санкюлотов после дневных трудов" (A family of sanculotts refreshing, after the fatigues of the day", 1792) - это настоящий пир людоедов, который, несмотря на чрезвычайные внешние преувеличения, ужасает своей внутренней правдой. Другая карикатура (Религия, справедливость, законность и все иллюзии непросвещенных умов - прощайте!) считается одной из сильнейших против французской революции, правдиво изображая излишества парижской черни. Французские полусатирические, полусимволические гравюры, которыми они хотели распространить революционные идеи и за пределы своего отечества, встречали отпор со стороны Джилльрея и Георга Крюйкшанка, которые противопоставляли английскую свободу французской наглядными изображениями благосостояния англичан. Недолго существовавшая во Франции Директория уступила место консульству, а затем Империи. Карикатура не представляет полностью все детали этих переходов, но главные моменты были изображены Джилльреем, который зорко следил за успехами Наполеона, усматривая в нем олицетворение вооруженной революции. Его карикатуры, которыми он выражал свою ненависть и ироническое отношение к Бонапарту, пользовались огромной популярностью в Англии. В первой своей карикатуре на Наполеона он изобразил его Гулливером на ладони у великана Бродиняганца (Георг III), с любопытством рассматривающего воинственного врага в лупу. Очень талантливы эстампы под названием "Тидди", "Джон Буль и французский флот египетской экспедиции", "Наполеон и судьба" (1814). Роуландсон также не забывал французов и Наполеона, но относился к ним мягче. Чрезвычайно выразительна его карикатура, изображающая Наполеона-императора, задумчиво сидящего на потерянном поле битвы и смерть, пристально глядящую ему в глаза. Из французских карикатур есть тоже несколько относящихся к этим временам, но против 1-го консула и императора карикатуристика почти отсутствует во Франции; только после падения Наполеона карикатура подняла свою голову. Вообще же за долгий период времени сила таланта была на стороне англичан. В Германии во времена большой французской революции работала целая группа карикатуристов, из которых замечательнее других был Л. Рипенгаузен (1765-1840), И. Д. Шуберт (1761-1822), И. А. Клейн, И. С. Эргардт - из них некоторые под влиянием Гогарта. И. Н. Рамберг (1763-1840), С. Д. Амадей-Гофман (1776-1822) издали много карикатур во время французской революции и последовавшей за ней войны. Л. Рихтер, Газенклевер, Плетч, Гентшель, Нейрейтер были изобразителями нравов. Во времена Реставрации карикатура во Франции получает весьма разнообразные направления, но между ними явственно выступает либерализм, хотя карикатура гораздо больше занимается преследованием отдельных личностей, чем установлением принципов. Очень характерна карикатура, в которой иезуиты сжигают книги и стремятся погасить огни, горящие над головами замечательных людей прошлого времени, и еще насколько подобных карикатур, изображающих кавалеров ордена гасилки (l'Etegnoir), которые, однако, вообще однообразны и скучны. Можно упомянуть еще о нескольких забавных карикатурах на моды, различные изобретения и т. д. Но Монье уже значительный художник ("Moeurs administratives", 1828, "Monsieur Proudhommes", "Moeurs Parisiennes"). При Людовике Филиппе в 1830 г. основан был журнал "la Caricature" Филиппоном, который надоедал королю до конца. С 1832 г. выходит "Шаривари" и начинается блестящая и серьезная деятельность Домье, Гаварни, Гранвилля, за которыми следовал Амедей де Ноэ (под псевдонимом Кама). Это были настоящие художники - бытописатели, а Домье - стильный и сильный политический карикатурист. Густав Доре также занимался карикатурой ("Dйsagrements d'un voyage d'agrement"). При Второй империи основывается "Journal pour rire" (1848), который потом переходит в "Journal amusant" (1856). В Германии представителем политической карикатуры является журнал "Кладерадач" (1848) и "Летучие листки" (Fiegende Blдtter) с 1845 г.; впрочем, второй из них скоро оставил политическое направление. Во главе юмористических рисовальщиков этого цветущего периода немецкой карикатурщины должны быть поставлены В. Бум и А. Оберлендер; первый работал для "Fliegende Blдtter" с 1859 г., а второй стал участвовать там же несколько позднее. Первый несколькими чертами и пятнами изображал комизм простой действительности, дополняя рисунки строками стихов, Оберлендер был психолог и умел вливать человеческую жизнь в очертания всякого животного и даже растения, обладая большою фантазией (в другом роде его "Variationen ьber Thema Kuss" - карикатура на Генелли, Макарта, Тадему и другие). Карикатура "Кладерадача" имели высшее значение в эпоху объединения Германии и войны с Наполеоном III. С ним также действовал "Dorfbarbier" с рисовальщиками Г. Кенигом и Рейнгардтом. Заслуживают упоминания "Der kleine Reactionдr" (впоследствии "Sturmblatt"), "Wespen" с карикатурой Г. Гейля, "Ulk" (с 1862) с рисунками Шеренберга. Художественность немецких карикатур постоянно улучшается с приближением к новейшему времени и приближается к английской и французской образности. Из современных тогда рисовальщиков во Франции на первом месте стояли: Жилль (собственно L. A. Goffet de-Guinnes) с политическим направлением, Надар, аристократический Марселлен, плебейский Рандон, Гревен, сходный с ним по направлению Марс (собственно Maurice Bouvoisin, род. 1849) и Карандаш (знаменитый тогда карика-турист). Из английских художников Джон Лич (Leech, 1817-1864), Георг Дюмурье, характерный и наблюдательный Чарльз Кин (Кееnе), мисс Кет Гремавай, М. Р. Кальдекотт, Вальтер Крэн (род. в 1845). Известный журнал "Punch", основанный в 1841 г., был первоначально семейным листком самого скромного содержания, но в каждом номере была большая карикатура политического содержания. В нем участвовал вышеупомянутый Георг Крюйкшанк, а потом Джон Лич, любивший красивое и опрятное, превосходно изображавший детей, учеников, джентльменов и леди; после смерти Лича занял место в "Пунше" Дюмурье, тоже изящный и общественный, а за ним Кин - энергичный и характерный наблюдатель английской народной жизни. Карикатура в новейшем широком смысле не только близко граничит с бытовым родом, но затрагивает часто такие вопросы и предметы, которые не могут быть сюжетом картины, причем для наилучшего разъяснения их карикатура должна прибегать к преувеличению и некоторого рода символизму. Поэтому область карикатуризма чрезвычайно велика, и в целом она может представить собой историю развития частных идей и общих идеологий, волнующих общество в разные времена. Требования, к ней прилагаемые, были таковы, что им может удовлетворить лишь настоящий художник и вдобавок остроумный наблюдатель. Многие карикатуристы в самом деле известны были как бытовые живописцы, и во всяком случае они проходили настоящую приготовительную художественную школу. Неправильности рисунка в карикатуре умышленные, а не происходят от неумения рисовать; часто рисунок должен быть даже совершенно правильным и быть карикатурным только вследствие внутреннего комизма. В зависимости от содержания карикатур и цели художника исполнение ее может быть от быстро-эскизного до законченного, от намека на формы до их развития. Карикатура может быть гравюрой на дереве, на меди, рисунком карандашом или пером, однотонная или оживленная красками. Уже в 18 столетии делали цветные гравюры; Джилльрей для усиления впечатления делал цветные карикатуры, таковы - относящиеся к французской революции. Подписи под карикатурами обычно очень кратки; при излишне длинном тексте карикатура исполняет второстепенную роль юмористической или сатирической иллюстрации. Карикатура в России появилась гораздо позже, чем в других европейских государствах, и притом ее сюжеты были обычно заимствованы и типичны. Прежде всего появились сатирически-наставительные изображения воздаяний на том свете за порочную земную жизнь, заимствованные с картин, писанных на монастырских папертях и у других церквей. Наказание немилостивому человеку огненными вениками, лихоимцы, повешенные вниз головой над вечным огнем, дьявол и его помощники, взвешивание пороков и добродетелей, видение, как из тридцати тысяч душ только две души попали в рай - все эти и подобные изображения имеют как бы иконный исконно-русский пошиб и лубочный видок. Собственно забавные картинки светского содержания, так называемые потешные немецкие листы, были завезены в Россию в XVII столетии; это - гравюры на дереве и на меди, не всегда потешного, но часто и серьезного содержания. Из русских карикатур, хотя заимствованных, но переделанных на русские нравы, следует упомянуть карикатуру-сатиру на неправильное судопроизводство - "Шемякин суд". Позднее, в первой половине XVIII столетия, появилась повесть "О Ерше Ершовиче, сыне Щетинникове" - это таже пародия на судопроизводство. Дело происходит в лето 7100-е; действующие лица чисто русские, начиная от судьи Осетра-боярина и Сома-воеводы от моря Хвалынского до подсудимого Ерша и Леща-челобитчика. К судейским же относятся следующие карикатуры: "Суд дворянина с крестьянином", "Дело о побеге белого петуха", "Подьячий и смерть". Последняя карикатура очень едка по замыслу: смерть пришла за подьячим, а он протягивает ей руку за взяткой, а может сам дает смерти подаяние только к концу. Из весьма немногих политических карикатур хорошо известна "Мыши кота погребают": она изображает погребальную процессию, пародию на забавы и обычаи, введенные Петром Великим; первая гравюра появилась вскоре после его смерти, в 1725 г., и на ней даже обозначено иносказательно время его смерти. Впоследствии появилось несколько вариантов на эту тему, и ее первоначальный смысл был забыт народом и обществом. По мнению некоторых археологов, и эта композиция была заимствована, хотя и разработана несомненно в русском духе. Ко времени преобразования относятся "Цирюльник и раскольник" и некоторые другие. Ко времени Екатерины II относится карикатура "Просьба кашинскому архиепископу от монахов Калязинского монастыря" с остроумным подтекстом. Она плохо гравирована была на меди. Выпуск этой карикатуры приписывади самой Екатерине; цель ее будто бы была подготовление народа к задуманному ею отобранию монастырских имуществ в казну. Все вышеперечисленные карикатуры были нарисованы и награвированы крайне плохо. Особенно большое число карикатур поставляла так называемая "Ахметьевская фабрика", существовавшая в Петербурге во 2-й половине 18 столетия, имевшая несколько граверов, из которых наиболее известен был Петр Чуваев. Некоторые из карикатур имели целью просто позабавить, иные довольно метко преследуют русское пьянство, еврейское распутство и другие пороки, многие по грубости выходят из границ благопристойности, хотя, по-видимому, тогдашняя цензура не считала их опасными для добрых нравов и национальных обычаев. Из забавных можно упомянуть: "Голландский лекарь и добрый аптекарь, помолаживающий старух" (старухи до 70-ти лет включительно спешат помолодеть; некоторые несутся мужьям); "Свет на выворот" (нищий богатому милостыню подает, а он от него запросто берет в виде налога); "Малые дети старика спеленали, штобы не плакал, всячески забавляли" и много другого. Множество карикатур того времени скопированы с чужих образцов, другие - заимствованы с малой переделкой. Скопированные награвированы были спешно и посредственно, свои же сочинены и исполнены еще хуже, за редкими исключениями. Целые серии лубочных картинок, назначенных для народа, нарисованы и выгравированы самоучками очень уж неискусно, но в подписях к ним высказался народный юмор, хотя часто по поводу очень низменных сюжетов. Но вообще первые самостоятельные русские карикатуры появились лишь в первой четверти 19 столетия, это карикатуры И. Теребенева и Иванова на поход Наполеона в Россию ("Наполеона бреют в бане", "Ретирада конницы", "Кухня главной квартиры в Москве", "Смотр французским войскам на обратном походе через Смоленск", "Рыцарская поездка Наполеона из Варшавы", "Благоразумная ретирада доставит мне спокойствие", "Французы, голодные крысы, в команде у старостихи Василисы" и прочее-прочее). В теребеневских рисунках виден художник, насмешливость - иногда очень удачная, иногда натянутая, но вообще эти карикатуры достигли патриотической цели, возбуждали и удовлетворяли народ (Ровинской, "Народные картинки" (4 тома текста и собрание картинок). В начале 40-х годов 19 века вышел альбом карикатур Даля: "Похождения Виоль д'амура" - в 50 литографических рисунках мало комического, вся соль в подписях. Потом стал выходить "Ералаш" (1846-49) с рисовальщиками М. Неваховичем и Н. А. Степановым, изображавшими главные стороны петербургского быта; преследовались шулера, осмеивались литераторы, акробаты благотворительности и другие. Это были первые талантливые карикатурные специалисты, хотя не вполне овладевшие техникой рисунка. Впрочем, Степанов, сделавший до 3000 карикатур, постоянно совершенствовался. Степанов рисовал патриотические карикатуры во время Крымской войны, затем основал "Искру" и "Будильник". К тому же времени относится и известный жанрист-сатирик П. А. Федотов, для которого дневная карикатура, впрочем, была занятием второстепенным. Н. А. Степанов лепил и издавал также карикатурные статуэтки (до 80 лиц); его деятельность будет подробнее описана в отдельной статье. Общий характер его карикатур: остроумие рисунка и подписи, незлобие и полезность, насколько последняя была возможна, часто веселость и никогда порнография и вообще скабрезность. Во всяком случае это была сравнительно блестящая пора русской карикатуры. В ближайшее к тому время зародилось несколько сатирических изданий ("Стрекоза", "Осколки", "Шут", "Будильник"), в которых трудятся много рисовальщиков (Н. Богданов, Н. Чехов, Малышев, Творожников, Порфирьев, Далькевич и многие другие), из которых самый плодовитый Н. Богданов, привычно и быстро рисующий сцены с изящными женскими фигурами, но без всякой правды и выразительности. Направление большей частью амурное, подписи слабые; впрочем, попадались счастливые исключения. Г. Далькевич рисует настоящие бытовые сценки, иногда довольно характерные, но не заслуживающие тех размеров и отделки, которые им даны. Г. Порфирьев дает иногда сценки с легким юмором, а Малышев - иногда довольно интересные бытовые сценки. Попытки политической карикатуры на иностранные события слабы, пародии - как обычно натянуты. В общем - главное господствующее направление эротическое, фривольное и скабрезное, а настоящий комизм - очень редок; нет ни одного выдающегося юмориста, который выказал бы постоянное и полезное направление в серии своих карикатур. В новейшее же время стали довольно много писать по-русски о состоянии искусства у японцев, у которых были и свои карикатуристы, из которых известнее других - Гокусай (1760-1849, следовательно, современник европейцев Гойи, Роуландсона, Домье). Сцены между людьми, изображенными в виде животных, жирные и тощие женщины и такие же мужчины, вообще же живописал больше народные отечественные нравы, чем занимался политикой. Гокусай имел продолжателей, из которых можно назвать Бумпо, Бокузена и, наконец, Киосай, занимавшийся политической карикатурой, за что он и подвергался неоднократно тюремному заключению. В Японии существуют альбомы с произведениями особого рода, в которых, по свидетельству некоторых писателей, вольность или распущенность изображений превосходит всякие пределы. Впрочем, европейцы должны были знать, что такого рода злоупотребление искусством не чуждо было и Европе и в особенности во Франции и что оно рассчитано на низменные животные инстинкты человеческой природы. Российские карикатурные журналы составляли особое печатное явление. На западе карикатурная журналистика существовала уже века; в России первое периодическое карикатурное издание появилось лишь в 1846 г., по инициативе М. Л. Неваховича, который в течение трех лет издавал карикатурный альбом "Ералаш". С начала шестидесятых годов возникает целый ряд изданий подобного рода. Первенствующее место между ними занимает карикатурный журнал "Искра" (не большевистский). Время ее издания может считаться лучшей порой русской сатирической журналистики. В начале 1880-х годах выдавались стремлением создать в России политическую карикатуру тифлисская "Фаланга" и заменившие ее "Гусли". Карикатурные журналы совмещают в себе два элемента: сатирический и юмористический. Последний, с примесью оттенка скабрезности, стал преобладающим в карикатурных журналах того времени. Кроме "Ералаша" и "Искры", в прежнее время выходили: еженедельное приложение карикатур к "Сыну Отечества" (с 1856 г.), "Гудок" (1859 и 1862), "Заноза" (1863-1865), "Оса" (1863-1865), "Маляр" (1871-1878), "Свет и тени" (1877-1884), "Эхо" (1880-1884), "Фаланга" (1880-1881), "Зритель" (1881-1885), "Маяк" (прибавления к "Одесскому вестнику", 1881-1883), "Пчелка" (1881-1889), "Колокольчик" (1882), "Гусли" (1882), "Русский сатирический листок" (1883-1888), "Сверчок" (1886-1889). В позднее царское время из карикатурических журналов выходят "Развлечение" (с 1859), "Будильник" (1865), "Шут" (1879), "Осколки" (1881), "Стрекоза" (1875) и другие.
  Карл и карлики(лат. Carolus, нем. Karl, голл. Каrel, англ. Charles, франц. Charles, итал. Karlo, исп. Carlos, венг. Karoly, чешск. Karel, еврейское название повторяет иностраное имя по стране их пребывания, например, Карл Маркс, написавший коммунистический манифест для всех малоимущих рабочих) - это было типичное культурно-историческое имя многих государей и принцев: 1) Каролинги; 2) Германско-римские императоры; 3) Короли: Англии, Венгрии, Вюртемберга, Испании, Наварры, Неаполя, Португалии, Румынии, Сардинии, Франции, Швеции; 4) Курфюрсты, великие герцоги, простые герцоги и владетельные князьки; 5) Другие принцы и претенденты. 1) Каролинги: Карл Мартелл, Карл Великий, Карл Лысый, Карл III; 2) Германско-римские императоры: Карл IV, Карл V, Карл VI, Карл VII; 3) Короли: Карл I Стюарт, Карл II Английский, Карл I Мартелл (Мартелл Анжуйский), Карл Роберт, Карл Вюртембергский, Карл I Испанский, Карл II Испанский, Карл III Испанский, Карл IV Испанский, Карл Злой, Карл I Анжуйский, Карл II, король Неаполя, Карл III Малый, Карл I Португальский, Карл I Румынский, Карл-Эммануил I, Карл-Эммануил II, Карл-Феликс, Карл-Альберт, Карл I Французский, Карл II Французский, Карл III Французский, Карл IV Красивый, Карл V Французский, Карл VI Французский, Карл VII Французский, Карл VIII Французский, Карл IX Французский, Карл X Французский, Карл, властитель Остергётланда, Карл VIII Кнутсон, Карл IX Шведский, Карл X Шведский, Карл XI Шведский, Карл XII Шведский, Карл XIII Шведский, Карл IV Иоанн, Карл XV Шведский; 4) Курфюрсты, великие герцоги, герцоги и владетельные князья: Карл Смелый, Карл-Фридрих Баденский, Карл-Вильгельм-Фердинанд, Карл-Фридрих-Август-Вильгельм, Карл-Александр Вюртембергский, Карл-Евгений, Карл IV, герцог Лотарингский, Карл-Людвиг, курфюрст пфальцский, Карл-Филипп-Теодор, Карл-Август Саксен-Веймар-Эйзенахский, Карл-Фридрих Саксен-Веймар-Эйзенахский, Карл Александр Саксен-Веймар-Эйзенахский, Карл-Гюнтер, Карл-Фридрих Голштейн-Готторпский, Карл-Христиан-Иосиф, Карл III Пармский, Карл-Эмануил I Великий; 5) Другие принцы и претенденты: Карл-Людвиг-Иоанн, Карл-Людвиг, эрцгерцог австрийский, Карл-Эдуард, Карл-Теодор-Максимилиан-Август, Карл-Теодор Баварский, Карл Фридрих-Альберт, Карл-Леопольд, Карл, герцог Лотарингский и Баварский, Карл-Фридрих-Август Мекленбург-Стрелицкий, Карл-Фридрих-Александр, Карл, герцог Алансонский, Карл I и II Бурбоны, Карл Гиз, Карл Майенский, Карл Лотарингский, Карл Орлеанский, Карл-Август Гольштейн-Августенбургский, Карл-Филипп. Типично карликовые люди всегда были ненормально малого роста, менее или около одного метра во взрослом состоянии или немного превышающие этот размер. Такие карликовые субъекты были известны уже в древности. Например, Плиний сообщает, что Юлия, племянница Августа, имела карлика, рост которого равнялся 2 футам и 1 дюйм (0,602 м.); Варрон упоминает о двух римских всадниках, бывших ростом не более 2 локтей (0,885 м.). С древности же вошло в обычай держать карликов для забавы при дворах государей и вельмож; от римских императоров эта мода перешла в Византию, а затем и ко дворам Западной Европы(особенно Карлов). Карл V имел карлика-литовца, который получил даже приз на турнире в Брюсселе. В 1545 г. Екатерина Медичи собрала у себя несколько карликов обоего пола и пробовала соединять их браком. Петр I устроил свадьбу своего любимца-карлика, еврея Ефима Волкова, на которую было собрано 72 карлика и карлицы. Карлики играли также видную роль при дворе Анны Иоанновны и были даже при Екатерине II. В новейшее время карлики также не перестают показываться в Европе, и антрепренеры устраивают из них даже театральные труппы карликов. К сожалению, хотя сведений об отдельных карликах имелось всегда много, сравнительно немногие из них были точно измерены и научно изучены. Многие карлики являются таковыми от самого рождения: новорожденный "генерал Мите" весил, по словам отца, всего два фунта, а "мисс Милли" - только полтора фунтика. Другие карлики становятся таковыми только с возрастом и при рождении не выказывают ничего ненормального; задержка в росте была замечена у одних субъектов на втором году, у других - на пятом, у иных еще позже - в 8 лет. Констатированы также случаи, когда эта остановка в росте в известном возрасте как бы прекращалась на время, и субъект вырастал сантиметров на 20, с тем, чтобы затем снова остановиться в росте. Не все карлики выказывают один и тот же тип, и задержка в росте может обусловливаться различными причинами. Малым ростом отличаются, например, многие идиоты, кретины, микрокефалы, которых нельзя считать настоящими карликами. Затем малый рост (или нанизм) вызывается нередко английской болезнью (rachitis) и выражается, главным образом, в укорочении и искривлении конечностей (рук и ног), тогда как туловище немного отличается от нормальных размеров. Настоящие карлики - не представляют уродливых пропорций тела: в общем их пропорции подходят к тем, которые выказывает пятилетний мальчик, только голова у них относительно несколько больших размеров, да и руки немного короче. Некоторые карлики отличаются даже замечательной пропорциональностью сложения, но чаще голова, руки, туловище - выказывают относительно большее развитие. При этом могут быть также часто констатированы: известная склонность к ожирению, преждевременная старость и морщинистость лица, кожицы, слабый рост бороды и вообще волос на лице и теле, тонкий голос, недоразвитие половых органов и слабо выраженные половые инстинкты, не особенно крепкое здоровье, часто раздражительный, капризный, злой, вздорный, даже несколько гламурный характер, без потребности к труду. Известны редкие случаи, что карлики доживали до 60 годов и сохраняли при этом веселость и бодрость духа; известно было несколько карликов с бородами и с мужественным голосом, хотя чаще все взрослое у них отсутствует как и их рост. Сравнительно с величиной своего тела карлики могут потреблять и усваивать себе большое количество питательных веществ и опьянительных напитков. Мозг карлика по своим размерам и весу относительно велик, и настоящие карлики вообще не глупы, а некоторые из них легко приспосабливались к народным рукодельям, мастерству, нескольким иностранным языкам, музыке, театральной игре, цирку и т. д. Браки, которые совершались над карликами раньше для потехи разные сильные мира сего, оказывались обычно бесплодными; известно несколько случаев, когда карлицы беременели и умирали в родах. Карлики мужского пола, вступавшие в брак с женщинами обыкновенного роста, имели нередко детей, причем дети оказывались то нормального роста, то карликового. Один итальянец, Лепорати, дожил до 83 лет и имел рост 1,130 м.; из шести его детей от жены нормального роста только одна дочь была нормального сложения, остальные сыновья и дочери - это те же карлики. Старший его сын женился тоже на нормальной женщине и имел дочь обычного роста; от второго же брака имел трех детей-карликов, 0,910-0,970 м. роста. Другой сын имел от брака с женщиной нормального роста тоже трех детей-карликов. Причина нанизма(карликовости) не выяснена до конца; опыты над животными показывают, что известные условия развития зародыша и питания детеныша способны вызывать задержку в росте. Дарест получал ненормально малых цыплят, подвергая яйца при высиживании несколько более высокой температуре; рост щенков задерживается, если их поить водкой (в эпоху, когда карлики были в цене, разные проходимцы пользовались этим же способом для искусственного задержания роста у брошенных детей). Но известно много случаев, когда карлики происходили от совершенно здоровых высоких родителей, не предававшихся никаким излишествам или бережливым. При этом иногда карликом являлся один субъект в семье, иногда 2-3 и более детей. Стал известен монакский орден святого Карла, учрежденный в 1858 г. Степеней было пять; знак - восьмиконечный крест, покрытый белой с красными каймами финифтью, на красной с белыми каймами ленте. Испанский орден Карла III, в честь беспорочного зачатия Пресвятой Девы, установленный королем Карлом III в 1771 г. Имел четыре степени; знак - это восьмиконечный крест, покрытый голубой с белой каймой финифтью, на белой с голубой каймой ленте. Шведский орден Карла XIII за гражданские заслуги, установленный в 1811 г.; имел одну степень; крест четырехконечный, красный с золотым ободком, на красной ленте. Карла-Фридриха военный баденский орден, учрежден был в 1807 г.: имел четыре степени. Знак - крест белый финифтяной, на красной ленте с желтыми полосами и белыми кантами.
  Карлин(карлино) - золотая монета, впервые выбитая Карлом I Анжуйским в Неаполитанском королевстве; называется иногда и салютом. Весил 1/4 унции. Карл I и Карл II чеканили и 1/2 карлино, и серебряные карлины. Впоследствии карлины стали счетной монетой, равной 1/2 тарина , что было равно 10 гран. В начале 19 столетия серебряные карлины были снова биты в некоторых итальянских государствах.
  Кармазин (от арабского - кырмизи)- ткань темно-красного цвета, употреблявшаяся в старину на одежды.
  Карматы- крупная ветвь религиозно-политической секты исмаилитов, перенесшая центр своей деятельности из Сирии в Персию. В 887 г. Ахмед, сын ибн-Меймуна Каддаха, послал в Иран даыя Хосейна эль-Эхвази, и он обратил в исмаилизм погонщика Хемдана по прозвищу "Кар мат", т. е. "уродливый". По происхождению Хемдан принадлежал к презираемому племени севадских набатейцев, состоявшему из крестьян и рабов. Возвратившись к своим землякам, он ловко и деятельно стал проводить среди них учение о грядущем избавителе, установил коммунизм (касавшийся и общности жен), внушил, что обряды и всякие внешние религиозные предписания стали излишни, и провозгласил, что исмаилитам Бог разрешает безнаказанно грабить имущество и проливать кровь своих противников мусульман. Карматы очень скоро разрослись в целое хищническое государство. Сам Хемдан верил, что он действует в пользу алидов, а не каддахов; убедившись в противном, он отрекся от доктрины и исчез куда-то бесследно. Но дело, начатое им как особым исламским коммунистом, не остановилось. К секте присоединялись во множестве пролетарии и вообще люди, недовольные социальными порядками. В 890 г. карматы основали в своем Иракском Севаде крепость Дароль-хиджре; оттуда в 899-901 г.г. они благодаря даыю Абу-Саиду распространились в Бахрейне, где население также состояло из пролетариев и людей презираемых рабочих специальностей. Халифы чувствовали себя бессильными перед карматами, в течение почти целого века(около 75 лет как и современные коммунисты) являющимися бичом Аравии, Сирии, Ирака и Персии; они грабят, уводят жителей в неволю, налагают откупы и внушают панический страх во всей приграничной округе. В 930 г. сын Абу-Саида, Абу-Твгир, давно уже не дававший проезда пилигримам в Мекку и действовавший по приказаниям фатымида Обейдоллаха, решил окончательно уничтожить религиозный хадж; внезапно напав на Мекку, он произвел страшную резню и похитил "Черный камень" (в Каабе). Только в 939 г. святыня за огромный выкуп исламскими коммунистами мохаммеданам была возвращена. В 969 г. карматы порвали связь с Фатымидской династией, и с того времени их неслыханное могущество стало падать; вместо них выдвигаются ассасины. Бахрейнские карматы стояли к исламу ближе, чем севадские: принципиально они не отвергали Корана, а объясняли его иносказательно (отсюда их прозвище "батынии", т. е. аллегористы).
  Кармелиты- монашеский орден, по преданию, основанный пророком Илией, ведущий свое начало, вероятно, от Бертольда Калабрийского, основавшего около 1156 г. общину отшельников у источника св. Илии на горе Кармиле, где Бертольд умер в 1187 г., 115 лет от роду. Устав кармелитов, написанный в 1209 г. патриархом Альбрехтом Иерусалимским и утвержденный в 1224 г. Папой Гонорием III, был очень строг. Каждый кармелит должен был жить в отдельной келье, не есть никогда мяса, заниматься день и ночь поочередно рукоделием и молитвой и известное время проводить в совершенном молчании(была выработана целая система жестов и телесных знаков). Главный приор Симон Сток препоручил орден особому покровительству Пресвятой Девы-Марии, почему кармелиты с 1245 г. назывались братией Пресвятой Девы. Вытесненные сарацинами из Палестины, кармелиты с 1238-1244 г. поселились на Кипре, в Сицилии, Италии, Англии, Франции и Испании. В 1247 г. Папа Иннокентий IV дал им менее строгий устав и принял их в число нищенствующих монашеских орденов. Эти и дальнейшие смягчения в уставе привели к различным спорам и к отделению обсервантов, или босоногих кармелитов, оставшихся при прежней строгости правил, от конвентуалов, или обутых кармелитов, живших по смягченным уставам 1431 и 1459 г. Сверх того, в самом ордене возникло еще несколько подразделений с особыми уставами и генералами, непосредственно зависевшими от пап. Одежда кармелитов состояла вначале из плаща с белыми и черными (или бурыми) полосами, в воспоминание о плаще преподобного Илии, имевшем будто бы такие следы ожогов от падения с огненной колесницы. Позднее одежда эта вышла из употребления, и кармелиты одевались как доминиканцы, но для ряс избрали черный цвет, а для плащей - белый. У кармелитов было несколько монастырей, между прочим, в Австрии и Баварии. В 1880 г. кармелиты вместе с другими монашескими орденами были изгнаны из Франции. Основанный Генрихом IV рыцарский орден Пресвятой Девы с горы Кармила имеет с монашеским только одно общее название. Кармелитки - получили начало во Франции, где орден их был основан в 1452 г. при генерале К. Иоанне-Батисте Соре (Soreth), по строгому уставу, утвержденному Папой Николаем V. Они быстро распространились, но в их среде также возникли разногласия вследствие ослабления устава. Кармелитки имели свои монастыри, особенно в Испании и Франции, также в Австрии и Баварии.
  Кармелюк- известный разбойник, уроженец Литинского уезда; 18 лет взят был для услуг в помещичий двор и в 1812 г. за какую-то провинность сдан помещиком в солдаты, дезертировал, стал вором, неоднократно был судим, наказываем кнутом и ссылаем в Сибирь на каторгу, но всякий раз бежал и во главе шайки разбойников наводил ужас на Подолию; в 1835 г. был убит выстрелом из ружья. В Кармелюке можно увидеть последнего гайдамака. Народ сложил про него песни и легенды, в которых удалой разбойник является защитником бедных и мстителем панам и богатым; убить его могла только пуля, вылитая из серебряного рубля.
  Карнавал(ит. Carnevale, от лат. carno - мясо, vale - здравствуй) - в католических странах первоначально это время от дня Богоявления до чистой среды (на первой неделе великого поста). В разных местностях карнавальное время имело различную продолжительность: в Венеции начиналось со дня святого Стефана (26 декабря), в Риме продолжалось только 11 дней, предшествующих Чистой среде, в Милане - до воскресенья инвокавита , на Рейне обнимало только 8 дней. Карнавальная пора повсеместно сопровождалась всегда различного рода забавами, играми, переряживаньем, особенно в Италии, где карнавал - это чисто народный праздник. Одна из любимых забав римского карнавала - перестрелка так называемыми confetti (конфетти-это вначале гипсовые или меловые шарики, а потом кругленькие бумаженции). В Португалии бросались раньше друг в друга бобами и горохом; неосторожных обсыпали мукой, обливали водой. В Лиме (Перу) главное удовольствие доставляло в карнавальное временя обливать прохожих водой, притом не всегда чистой. В Риме во время карнавалов устраивались также лошадиные скачки (corso). Заключительный акт римского карнавала - это праздник огней (moccoli). С наступлением сумерек появляются огни на окнах, подмостках, экипажах; в руках у каждого из толпы - зажженная восковая свечка; эти свечи беспрестанно друг у друга тушатся и вновь зажигаются. В южном, итальянском Тироле торжественно сжигалось олицетворение масленицы - вязанка соломы, перемешанная с дровами; две враждебные рати, одна - в пестрых арлекинских одеждах, с погремушками, другая - в белых рубахах, с горбами, боролись вокруг костра на главной сельской площади, где варились традиционные масленичные лепешки. В средние века карнавальное время с особенной пышностью справлялось в Венеции; в эпоху ее упадка (XVIII в.) блеск карнавалов передвигается в Рим. По тому же типу, но в более скромных размерах праздновался карнавалов и в других городах Италии, а также в Испании, Франции, Германии. Во Франции во время карнавалов совершается торжественная процессия Boeuf gras: по улицам водят жирного быка с золочеными рогами и украшениями из лент. У французских и отчасти у швейцарских католиков три последние дня карнавала носят название jours gras. Нечто подобное карнавалам встречается в Германии под именем Fasching(фашинг) уже в средние века. Интермедии и интерлюдии (Fastnachtsspiele) сопровождают карнавал с XIII до XVII в.в. (интермедии Ганса Фольца, Ганса Розенплита, Ганса Сакса). В конце XVIII в. и начале XIX в. празднование карнавала распространяется во многих французских, а также в немецких прирейнских и южных городах: Кельн, Кобленц, Мюнхен, Нюрнберг. Значение карнавала в Германии ослабевает, но все же всегда карнавал - это народный праздник в Майнце и особенно в Кельне. Западноевропейский карнавал, как и русская масленица- это остатки тех языческих празднеств, которые знаменовали переход от зимы к весне, от старого года к новому. Отличительные черты древнеримских весенних празднеств - очищение водой, зажигание огня на алтаре богини Весты, ряженье, процессии, неистовая беготня по улицам, конские скачки - все это имеет много общего с западно-европейскими карнавалами ( В. Миллер, "Русская масляница и западно-европейский карнавал", М. 1884). Это наследие еще древнего Рима, отразившееся и на продолжительности карнавальных празднеств. Церкви, возмущавшейся остатками вакханалий и сатурналий, удалось, наконец, ограничить народный разгул немногими днями, чтобы народ мог "выпустить пар" перед началом великого поста. Другой взгляд видит, что зима и начало весны - это время после уборки плодов, время употребления добытого за лето и осень, время надежд на предстоящие сборы, почему праздничное веселье и приходится на эту пору года. Можно увидеть также связь между западно-европейским карнавалом и древнегреческими дионисиями, устраивавшимися в честь бога пития и веселья Вакха.
  Каролингские книги (libri Carolini) - составленное по желанию Карла Великого опровержение на присланные ему Римским Папой Адрианом I акты второго Никейского собора (по иконоборству) и его учение об иконопочитании. Каролингские книги были рассмотрены франкфуртским синодом в 794 г. Их полемика дает интересные данные о тогдашнем учении франкской церкви относительно почитания святых, троицы и т. д.
  Каролус- билонная французская, а также фландрская и лотарингская монета, впервые упоминаемая в 1488 г. и бывшая в обращении до начала XVII в. Это же название носила и английская золотая монета, выбитая в царствование Карла I, стоимостью в 20 шиллингов.
  Кароча (португальская - Carocha, испан. Coroza)- высокая, в виде цилиндра, шапка еретиков, из бумаги или папки, с изображенными на ней фигурами дьяволов, надевавшаяся во время аутодафе на приговоренных инквизициею к смерти на костре.
  Карта(Karta, от корня Ke(a)rt - резать) - у латышей прозвище лаймы как богини судьбы, отрезающей нить слишком длинной жизни.
  Картели- это культурно-исторический тип, рожденный экономической необходимостью объединяться в так называются союзы и заключать соглашения предпринимателей, направленные на урегулирование условий сбыта или производства товаров, на устранение или ослабление свободной конкуренции между отдельными предприятиями. Этой определенной целью картели отличаются от разичных предпринимательских союзов в обширном смысле слова, организуемых для преследования разнообразных общих интересов определенной группы промышленников и совсем не исключающих свободной конкуренции между ними. Картели часто назывались экономическими синдикатами, но это наименование не имело того определенного смысла, который присвоен был в экономической истории слову "картель" как соглашению предпринимателей, а не торговцев, и потому их не следует смешивать с спекулятивными стычками лиц, стремящихся монополизировать в своих руках сбыт какого-нибудь товара. Развитие картелей находится в тесной связи с новейшим капиталистическим строем и с тенденцией промышленности к концентрации производства и добычи. Появлению картелей предшествуют и способствуют: 1) необузданная, доходящая до анархии конкуренция между предприятиями, в которой гибнут наиболее слабые из них, и 2) превращение единоличных предприятий в акционерные. После крушения слабых предприятий борьба между уцелевшими начинает принимать затяжной характер. Наиболее удобным выходом из этого положения является соглашение. Последнее гораздо легче для акционерных предприятий, представляющих для капиталистов хорошую школу совместного действия. Сфера преимущественного применения картелей - это крупное, массовое производство: несколько десятков крупных предприятий легче соединить в картель, чем массу мелких производителей. Средние века с их цеховой организацией промышленности не знали предпринимательских картелей и не нуждались в них. Точно так же первое время после повсеместного торжества принципа экономической свободы, совпавшее с общим повышательным движением цен, было неблагоприятно для появления и развития картелей. Только общее падение товарных цен дало сильный толчок развитию картелей; самой настоятельной потребностью для предпринимателей стала борьба с перепроизводством. Существует мнение, что картели представляют собой результат исключительно таможенного покровительства и что для исчезновения их достаточно свободы торговли. Бесспорно, таможенная охрана (и покровительство путем льготных железнодорожных тарифов) ускорила и облегчила образование картелей, но только национальных; существование международных картелей, а также картелей в таких отраслях промышленности, для которых таможенное покровительство не имеет никакого значения (например, в керосиновом и каменноугольном производствах), показывает, что причины образования картелей нельзя искать в одной таможенной политике. Наилучшую классификацию картелей дал К. Жане, различающий шесть основных их культурно-экономических типов: 1) картели, ограничивающиеся нормировкой цены продукта; 2) картели, нормирующие производительность каждого предприятия и обычно в то же время назначающие и общую цену, но иногда предоставляющие отдельным предприятиям полную свободу в этом отношения; 3) картели, ограничивающиеся соглашением относительно цены перерабатываемого сырья; здесь предприятия входят в соглашение в качестве покупателей; 4) картели, преимущественная цель которых - разграничение рынков сбыта; 5) картели, при которых лишняя прибыль предприятия, зависящая от превышения нормы производства, отдается в общую кассу и распределяется между всеми участниками картелей пропорционально доле каждого в общем производстве и 6) картели, в которых продажа товара объединяется в центральном бюро, распределяющем требования между отдельными предприятиями. Классификацию Жане следует еще дополнить тем культурно-историческим типом картелей, который знаменует собой более или менее полное исчезновение самостоятельности отдельных предприятий. Федерация сменяется здесь экономическим объединением. Таковы были в Европе акционерные компании, являющиеся результатом слияния (Fusion) нескольких крупных предприятий, в Америке (США и Канаде) - тресты (Trusts). Строго говоря, такая организация - уже не картель, а лишь конечный результат процесса картелирования предприятий (или аналогичного ему процесса концентрации промышленности в немногих сильных руках;. Пример сплоченного картеля (но не треста) представляла нижнерейнско-вестфальская каменноугольная промышленность в Германии. Для продажи потребителям и торговцам всего вырабатываемого копями угля учреждена была в 1893 г. акционерными компания, акционерами которой обязательно состоли картелированные предприятия. К форме акционерной компании прибегли только ввиду ее удобства; главное значение для организации имеют договоры, заключенные компанией с отдельными предприятиями и последними между собой. Добыча каждого из участвующих в картеле предприятий может быть продаваема только компании. Органами управления картелей являются: 1) комитет, 2) правление акционерной компании и 3) специальная комиссия для определения доли каждого предприятия по общей добыче угля. Комитет, в котором отдельные предприятия имеют по одному голосу на каждые 1000 тонн добываемого угля, устанавливает общие нормы для определения цены и качества угля и разрешает отдельным предприятиям увеличивать производство. Правление назначает продажные цены и устанавливает условия продажи. Сокращение производства поставлено в зависимость от решения общего собрания всех владельцев копей. За нарушение условий соглашения положены крупные штрафы.
  Картина- всякое законченное по содержанию произведение художника-живописца, независимо от рода содержания, начиная от исторического или религиозного до изображения неодушевленной природы (натюрморта - nature morte). Законченность по содержанию зависит от степени участия личности художника в создании картины, кроме необходимого подражания природе по внешности. Одно подражание природе дает этюд, хотя можно писать прямо с природы, в то же самое время влагая индивидуальность, приближающую этюд к картинке. Портрет может быть этюдом или картиной; так, картина Крамского "Неутешное горе" есть собственно портрет, пейзаж Саврасова "Грачи прилетели" имеет достоинства картины, хотя в сущности есть этюд. Вообще же сложной картине предшествует эскиз как первое выражение художественного намерения живописца, который уже после этого пишет соответственные этюды. Так, Иванов для своей знаменитой картины сделал несколько эскизов и огромное число этюдов. Картина очень часто весьма существенно отличается от первоначального эскиза, как, например, картина И. Е. Репина "Не ждали" (Возвращение из ссылки). В менее сложных случаях иногда и один этюд служит первообразом К. Законченность исполнения, т. е. технической стороны живописи, хотя и есть обыкновенное качество К., но и этюды также могут быть законченными. Даже эскиз не есть непременно набросок, но может представлять известную степень технической законченности. Флорентинским, парижским или венским картинным лаком называется красный осадок, получающийся при прибавлении к щелочному отвару кошенили квасцов или смеси квасцов и оловянной соли. Этот лак от кармина отличается как оттенком цвета, так и значительно большим содержанием минеральных веществ; употребляется в обойном производстве и как литографская краска. Картон в живописи употреблялся раньше для рисунка углем или карандашом (или в два карандаша - белый и черный), сделанным на бумаге или на грунтованном холсте, с чего уже пишется картина красками. Первоначально подобные рисунки делались исключительно для фресок, толстая бумага (итал. - cartone), на которой делался рисунок, проколотая по его контуру, накладывалась на грунт, приготовленный для фресковой живописи, и посыпалась угольным порошком по проколу, через что образовался на грунте слабый черный контур. Фресковая живопись писалась сразу без поправок, и потому нанесение готового, совершенно обдуманного контура было необходимо. Законченные картоны часто имеют достоинство картин, за исключением красок; таковы картины Микеланджело, Леонардо да Винчи, Рафаэля, Мантеньи, Джулио Романо и др. Нередко знаменитые художники исполняли картины для тканых ковров-картин; известны несколько картин Рафаэля из "Деяний апостольских", исполненные им для фландрских ткачей (хранились в Кенсингтонском музее в Лондоне)и четыре Мантеньи. Иногда бывало так, что картина сочинена(дана идея) одним художником, а живопись с нее - другим. Так, Корнелиус отдавал многие картины почти в полное распоряжение своих учеников.
  Карточные игры- подразделяются на азартные и коммерческие забавы. В первых выигрыш или проигрыш зависит от слепого случая, вторые требуют от играющих известного искусства, допускают известный расчет. В коммерческих играх результат зависит или от числа очков, или от числа взяток; особое значение имеет также сосредоточение в одних руках группы последовательных карт одной масти или группы разномастных карт одинакового достоинства. Между мастями установлено известное старшинство, но обыкновенно одна какая-нибудь на основании особых правил объявляется для данного случая первенствующею (козырь). Наиболее сложной из коммерческих игр на западе считался ломбер, в России - это был винт. При Екатерине II Сенат признал азартными и, следовательно, запрещенными играми: банк, фаро, квинтич, а коммерческими - ломбер, кадрилию, пикет, контру, панфил. В новейшее время азартными играми считались штос, баккара, виктория и макао со всеми видоизменениями. Вообще различие между коммерческими и азартными играми в законодательстве не было выяснено до конца, а административные по этому предмету распоряжения с течением времени приходят в забвение. Так, макао и рамс давно уже признаны были в России азартными; тем не менее, запрещение макао в 1894 г. (в Петербурге) носило характер совершенно новой меры, а рамс беспрепятственно пользовался большим распространением, особенно в провинциальных городах. Коммерческие игры, которые были общеупотребительны в России: винт, вист, безик, преферанс, пикет, мушка (ее варианты: лентюрлю, панфил, шутиха, мистигри и копилка), стуколка, семерик (англ. Three-Seven), шестьдесят шесть, кончинка. (Шевляковский, "Коммерческие игры, винт, преферанс и пр.", СПб. 1890).
  Картуль- мелкая медная монета, отчеканенная для Грузии в 1805-1810 г.г. на тифлисском монетном дворе. Монета чеканилась в 2, 1 и 1/2 картулей.
  Картуш (Cartouche) - в египтологии это линии в виде эллипса или параллелограмма, окружающие имена собственные, главным образом - имена царей и местностей. Картуш, окружающие имена взятых городов, подражают зубцам башен; картуш, окружающие имена царей, представляют идеограмму вечности. Возможность по картушам найти собственные имена в надписях способствовала установлению значения иероглифов. Картуш как аксессуар- это украшение к гербам, планам, ландкартам, представляющее форму полузавитого свитка и служащее для помещения титула, потом - архитектурные украшения, появившиеся в эпоху барокко, с свернутыми или завороченными краями, с травчатой резьбой и т. п. В военном быту картушем назывался патронташ для пистолетных или револьверных патронов, который носили кавалеристы на перевязи через плечо.
  Картушка компаса- бумажный кружок с нанесенными на нем румбами и градусным делением, наклеиваемый на алюминиевый или медный ободок, к которому прикреплены магнитные стрелки. В центре этого ободка укрепляется обыкновенно агат или сапфир с вышлифованным в нем углублением, которым картушка накладывается на острие (шпильку) в центре котелка компаса.
  Карты (визитные карты)- как простые визитки появляются впервые при Людовике XIV во Франции. Из брошюры конца XVII в. "Les Incommoditйs rйciproques du Jour de l'An" видно, что первоначально вместо карт служили простые игральные карточки, на оборотной стороне которых писалась фамилия посетителя. В эпоху регентства рукописные карты заменены были печатными. Около 1750 г. на них стали печататься гербы; немного позже их стали украшать гирляндами, цветами и другими орнаментами, искусной разрисовкой которых славились граверы Кошен, Эйзен, Фрагонар, Шоффар и другие производители карт. Простые "республиканские" карты стали появляться с 1789 г. Империя возобновила пестроту карт прежних лет; карты стали печататься на гласированной, "порцеллановой" бумаге и т. п. После июльских дней снова вошли в моду простые карты. В новейшее время карты приготавливались из картона, по возможности тонкого, разнообразнейшей формы (чаще всего - правильные параллелограммы), с шрифтом чаще всего литографированным или печатным курсивом. Первоначальное же понятие о типичных географических картах можно встретить уже у дикарей, особенно живущих по берегам и островам и имеющих более или менее ясное представление об окружающих их территорию местностях. Путешественники, расспрашивавшие эскимосов Северной Америки и островитян Полинезии об окрестных островах и берегах, часто получали от них довольно удовлетворительные показания в форме чертежей, начертанных на песке или нарисованных грубо на коре дерева и даже на бумаге. От таких сознательных представлений о взаимном расположении и очертаниях ближайших берегов, островов, озер, рек и земель еще далеко, однако, до представления об очертаниях целого материка, а тем более всей суши и всего Земляного Шара вообще. Одно из древнейших представлений о Земле было такое, что Земной шар есть круг, покрытый морем и имеющий посередине другой круг, выдающийся из воды, - сушу. Такого рода представление господствовало среди греков в период древнейшей ионической школы философов; оно нашло себе выражение и в первых рациональных картах Земли, которые тоже делались круглыми - как это стало известно относительно карт Анаксимандра и Аристагора Милетского. Впрочем, некоторые философы придерживались мнения, что Земля - четырехугольная плоскость, а позже, когда стало утверждаться воззрение, что Земля шарообразна, внимание астрономов и географов стало сосредоточиваться, главным образом, на очертаниях "обитаемой земли" (οίκουμένη), которую представляли себе в виде большого острова, окруженного океаном и расположенного на известном протяжении умеренной зоны северного полушария. Тропическая зона признавалась обычно недоступной для обитания, а что касается других частей умеренного пояса в северном и южном полушариях, то о них могли высказываться только предположения, сводившиеся к допущению присутствия там неизвестных материков, населенных антиподами. Обитаемая земля северного полушария представлялась имеющею очертания хламиды (Страбон) или плаща, вообще в виде острова, причем для определения взаимного положения различных известных пунктов на этом острове, начиная с Эратосфена (III в. до Р. Х.) и Гиппарха, пользовались сведениями об их положении относительно солнца (более или менее наклонном падении солнечных лучей) и о расстояниях между отдельными пунктами в длинах пути или стадиях. Уже Дикеарх, предшественник Эратосфена, ввел в употребление так называемую "диафрагму" - линию, делившую землю и проводившуюся от Геракловых столбов (Гибралтарского пролива) вдоль Средиземного моря, через Мессинский пролив и южную оконечность Пелопоннеса, к острову Родосу и Исскому заливу, а затем вдоль южной подошвы хребта Малой Азии, Тавра, продолжавшегося, как полагали, до восточной окраины Азии. Перпендикулярно к этой линии, принимавшейся параллельной экватору и развернутой на плоскость, проводилась другая (соответствовавшая меридиану), направлявшаяся с юга, от Мероэ и Сиены, по Нилу до Александрии, а отсюда через Родос и Византию к устью Борисфена, или Днепра. К этим двум линиям, уже облегчавшим построение карты "обитаемой земли", стали проводиться потом другие, параллельные им, но не на равных между собой расстояниях, а как приходилось, в соответствии с большим или меньшим числом пунктов, относительное положение которых признавалось более или менее известным. Параллели и меридианы в нашем смысле, на равных между собой расстояниях, были введены в употребление позже, во II в. после Р. Х., Птолемеем, который, вместе с тем, основываясь на расширении тогдашних географических сведений, отверг господствовавшее ранее представление об островном характере обитаемой земли, окруженной со всех сторон морем, и на реформированной им карте мира продолжил сушу на неопределенное расстояние (до краев картонной карты) к северу, востоку и югу. В средние века Птолемей, однако, долго оставался в забвении, и соответственно упадку в это время географических и научных сведений получило снова перевес представление о Земле как о плоскости, прямоугольной или круглой. Отсюда - прямоугольные или круглые карты. Земли, причем последние получили преобладание и господствовали в Западной Европе и у арабов почти до конца XV в. Наиболее значительною из них по размерам и полноте может быть признана карта венецианца Fra Mauro 1459 г.; на ней показаны были Московия, Сибирь и страны дальнего востока Азии - по Марко Поло. К этому времени, однако, шарообразность Земли стала уже настолько общепризнанным фактом, что изображение Земли в виде круга не могло более признаваться удовлетворительным. Стали появляться попытки изображения Земли на шаре (глобус Мартина Бехайма) или если и на плоскости, то представляемой себе как проекция части поверхности шара. Подобной стандартной картой(Тосканелли) руководствовался и Колумб в своем смелом путешествии; на этой карте восток Азии был ограничен морем с рассеянными в нем островами, которые (особенно наиболее крупный из них, Ципангу - Япония) предполагались находящимися по ту сторону Атлантического океана, напротив Европы и сравнительно не в особенно далеком от нее расстоянии. Итальянцы составили в XIII и XIV веках довольно удовлетворительные по тому времени компасные карты Средиземного моря, Архипелага, Черного моря, а затем и берегов Западной Европы. В Италии же появился первый перевод на латинский язык сочинение Птолемея и первое печатное издание его забытых карт; из Италии вышли и первые сколько-нибудь точные съемки берегов, так называемые портуланы. В течение всего XVI в. и даже позже можно заметить как бы борьбу между книжной, птолемеевской картографией и новой, практической, мореходной, основанной на портуланах. Последние служили главными путеводителями для моряков, даже до XVIII в.; первая, все более и более исправляясь и совершенствуясь, дала начало географическим "театрам" (Theatrum orbis terrarum Ортелия) и "атласам" (Атлас Меркатора, от Атланта - титана, держащего небесный свод, или - как позднее полагали - от другого мифического исполина, воплощавшего в себе мудрость мира). Первые карты Америки в значительной степени были обязаны также итальянцам, хотя уже с начала XVI в. высшее развитие картографии переходит в Германию, с тем чтобы потом перейти, в свою очередь, в Голландию и наконец, к концу XVII и в XVIII вв., во Францию. Карты XVI в. представляют своеобразный интерес, так как в них можно явственно видеть постепенный прогресс в ознакомлении с земной поверхностью и постепенную смену гипотетических представлений более реальными. Сначала появляется стремление примирить открытия Колумба и его последователей с прежними данными, скоро уступающее, однако, место признанию Америки за Новый Мир (Mundus novus), причем, однако, за этим миром к западу воспроизводятся еще очертания восточно-азиатских берегов и островов с карты Тосканелли. Открытия португальцев, испанцев, голландцев скоро изменяют, однако, и понятия, имевшиеся о Восточной Азии, но, с другой стороны, возникают новые гипотетические представления о крайнем севере и юге. На юге открытие Магелланова пролива и части берегов Новой Гвинеи и Австралии вызывает мнение о существовании большой Южной Земли (Terra Australis), в соответствие к которой появляется на карте и Северная Земля (Terra borealis s. septentrionalis). Окончательно уходит это представление только в XVIII в. с умножением кругосветных плаваний и исследованиями Тасмана, Кука и других мореходов. Увеличению точности карт содействуют более точные способы определения широт и долгот, открытие Снеллием в 1615 г. способа триангуляции и усовершенствование инструментов - геодезических, астрономических и часов (хронометров). Хотя некоторые довольно удачные попытки составления больших карт (Германии, Швейцарии и т. д.) были сделаны еще в конце XVI и в XVII вв., однако только в XVIII в. можно увидеть большой успех в этом отношении, а также существенное расширение более точных картографических сведений по отношению к Восточной и Северной Азии, Австралии, Северной Америке и т. д. Но лишь в 19 столетии стали производиться точные инструментальные съемки на больших пространствах и издаваться настоящие топографические карты различных государств в более крупных масштабах. О высоте гор еще в конце XVII в. существовали довольно наивные представления, и только усовершенствование методов для определения высот (тригонометрического, барометрического и нивелирования) дало возможность прийти в этом отношении к более точным определениям. Важным шагом вперед в деле представления рельефа было введение скалы последовательно утолщающихся штрихов (шрафировки) для обозначения склонов различной крутизны, что представляло особую важность для целей военной топографии. Еще большую наглядность ввело комбинирование этого способа с изогипсами, т. е. с проведением линий, соединяющих пункты одинаковой высоты, отчасти также замена шрафировки - тушевкой, в особенности же комбинация изогипса с раскраской различными тонами одной или двух красок. По этому последнему способу все ступени высот выше известного среднего уровня обозначаются обыкновенно сгущающимися постепенно тонами желтой или коричневой краски (сети) до почти черного, тогда как ступени ниже среднего уровня - такими же последовательно сгущающимися тонами зеленой краски. Если при этом вводится еще белая окраска снеговых вершин и определенная скала голубых тонов для обозначения глубин моря, то получается ясная и наглядная картина как рельефа суши, так и морского дна. Художественной рельефности, однако, карта этим еще не достигает, и предпочтительнее другой способ, по которому горная страна изображается как бы с высоты птичьего полета, причем различные склоны, смотря по их взаимному отношению и высоте, представляются неодинаково освоенными, т. е. в большей или меньшей тени. Освоение принимается, конечно, условное, по одному какому-либо направлению, и обыкновенно с северо-запада, причем склоны гор, обращенные вверх (т. е. к северу) и влево (т. е. к западу), оставляются освещенными, а обращенные вниз и вправо (к югу и востоку) - более или менее затененными. Едва ли не лучшие примеры таких "рельефных" карт представляют некоторые старые швейцарские карты частей Альп. От них должны быть отличаемы собственно рельефы, воспроизводящие из гипса или папье-маше карты известной местности. Обыкновенно вертикальный масштаб их больше (в 10 и более раз), чем горизонтальный, что позволяет легче уловить характер рельефа. Впрочем, в новейшее время, комбинируя рельеф с раскраской, стали изготовляться настоящие рельефные карты с сохранением одинакового масштаба для горизонтальных расстояний и для высот; в пример можно привести рельеф Италии С. Помбы, изготовляемый притом на слегка изогнутой поверхности, соответствующей естественной кривизне земного шара. Составление топографических карт в культурных государствах основывается на предварительном измерении соответственной территории с помощью триангуляции, при этом наносятся особенности рельефа, площади озер, лесов, реки, дороги, селения и т. д. Такие планы в масштабе от 1:10000 до 1:100000 сводятся затем в меньший масштаб, 1:50000 - 1:126000, причем принимаются во внимание положения известных пунктов по отношению к географической широте и долготе и свойства избранной для данной карты - картографической проекции. По нанесении подробностей - отдельные листы карт воспроизводятся на медных досках гравюрой и потом печатаются; вводятся также и другие способы репродукции с помощью картографическая техника). Наиболее точные и подробные топографические карты имеются только для культурных государств Европы, Соединеных Штатов Америки и Индии. Топографическая карты Швейцарии, Дюфура, масштаб 1:100000, 25 листов; исполнена в 1833-63 гг. Новая карта (так называемый Siegfried-Atlas) в масштабе 1:25000 для равнинных и холмистых и 1:50000 для горных местностей, всего 546 листов, с изогипсами, в красках. Кроме топографических карт для различных государств Европы и внеевропейских стран, имеются еще многие карты меньших масштабов, так называемые генеральные, передающие лишь важнейшие особенности очертаний и особенностей поверхности. Большее или меньшее достоинство их обусловливается степенью точности и подробности при достаточной ясности и наглядности. Чем меньше масштаб, тем меньше подробностей может передать карта, и искусство картографа заключается в умелом их выборе и в возможно ясной их передаче, сохраняя при этом наглядность общего представления, изящество исполнения и четкость шрифта различных размеров для обозначения отдельных категорий названий. На генеральных картах не могут быть переданы все желательные подробности, и различные специальные требования должны быть подчинены общим географическим целям. Для удовлетворения же специальных запросов должны служить и специальные карты, например, для более подробной и наглядной передачи орографии и гидрографии страны - физико-географические, для политической географии - политико-географические, для рельефа - гипсометрические, для показания распределения языков и народностей - этнографические; далее, имеются еще карты климатологические, почвенные, геологические, биогеографические, дорожные, военные, морские, колониальные, статистические, исторические и т. д. Морские карты составляются на основании береговых съемок и промеров глубин, издаются гидрографическими ведомствами, служат для целей мореплавания. Генеральные карты всех частей света, в различных масштабах, соответственно важности и изученности отдельных стран, издаются обычно сериями, в виде атласов. Уже в допетровскую эпоху в России было известно искусство составления географических чертежей, что доказывает "Большой Чертеж", начавший составляться еще в XVI в. и значительно пополненный в XVII в., но который, к сожалению, до нас не дошел (он имелся лишь в одном экземпляре); сохранился лишь комментарий к нему, "Книга Большому Чертежу". О старинных русских чертежах можно получить понятие из карты Сибири, составленной в 1667 г. по приказанию воеводы П. Годунова и копии с которой сохранилась в Стокгольмском государственном архиве (она издана Норденшельдом), из сибирского чертежа Ремезова 1701 г. и из нескольких чертежей отдельных местностей конца XVII в., сохранившихся в русских архивах. Что касается "Большого Чертежа", то он послужил для составления карты, над которой трудился царевич Федор Борисович Годунов и на основании которой были изданы в 1612-14 гг. карты Массы и Герарда в Голландии. Эти крты были первыми сколько-нибудь удовлетворительными генеральными картами России, хотя попытки к составлению таковых делались на Западе и ранее: известна, например, К. Бернардо Агнезе 1525 г. сохранившаяся в венецианском архиве и основанная на расспросных сведениях; карта Вида и особенно К. Герберштейна, который мог пользоваться отчасти и русским чертежом или по крайней мере русскими дорожниками. Некоторые добавления к картографическим сведениям о России, особенно Сибири, были сделаны в XVIII столетии - Витзеном и Штраленбергом, но со времен Петра I начинается и история правильной русской картографии. Петр I, интересуясь географией, посылал для съемок геодезистов и морских офицеров и выписал из-за границы для издания карт граверов Шхонебека и Пикара. Картографические материалы в его время собирались в Сенат, секретарь которого И. Кирилов был большой любитель географии; благодаря ему был издан первый русский географический атлас из 19 карт, в 1745 г. Позже составление и издание карт перешло к Академии наук, которой при Екатерине II был издан более подробный атлас (в котором до 70 пунктов уже было определено астрономически). Множество картографических данных было собрано в эпоху Екатерины II путешественниками-академиками, а также благодаря начатому в это же время генеральному межеванию. При Павле 1 составление карт перешло в военное ведомство и при Александре I приурочено к Главному штабу, при котором в 1822 г. был учрежден корпус военных топографов. К эпохе Александра I относятся первые триангуляции в России, исполнявшиеся сперва под руководством генерала Теннера, затем генерала Шуберта. После основания Пулковской обсерватории, при Николае I, геодезия и картография сделали значительные успехи и заявили себя такими крупными работами, как измерение (под руководством Струве) дуги меридиана от Лапландии до устьев Дуная и составление (с 1846 г.) трехверстной топографической карты западных губерний. При Александре II листы этой карты стали поступать в продажу, и в то же время была издана 10-верстная карта Европейской России, также ряд карт по Азиатской России (Кавказу, Средней Азии), многие специальные карты и т. д.; с этого же времени возникла и частная российская картографическая деятельность (Ильина). За последние 15 лет 19 в. дело картографии подвинулось еще больше; тем не менее, во многих отношениях оно еще уступало в развитии иностранному (Франции, Австрии, Германии, Швейцарии и т. д.). Еще обширные части территории империи оставались не снятыми инструментально, да и прежние съемки многих частей оказываются не вполне удовлетворительными (что отчасти зависит от недостаточности масштаба), притом часто и устаревшими. В новейшее время, впрочем, военно-топографическим ведомством произведено было много новых съемок в более крупном масштабе по западной пограничной территории, в Финляндии, Крыму, на Кавказе и т. д., причем изданные, например, в последние годы империи листы одноверстной карты Кавказа или Крыма почти не уступают лучшим заграничным изданиям этого рода. Что касается 3-верстной карты, то недостатки ее заключаются в том, что она обнимает только часть Европейской России, исполнена она была притом в недостаточно крупном масштабе (1:123000), не везде одинаково явственна и имела недостаточно выраженный рельеф. Так называемая 10-верстная карта, вполне была удовлетворительная для некоторых, особенно западных районов, весьма недостаточна для многих восточных и северных частей. Геологические карты- это графическое изображение горизонтального распространения минеральных толщ. Они разделяются на петрографические и геологические. Первые показывают горизонтальное распространение горных пород и их разновидностей, вторые - горизонтальное распространение по земной поверхности систем, ярусов и других более мелких подразделений геологических памятников, близких между собой по времени и способу происхождения, и по заключенным в них органическим остаткам. Геологические карты бывают частные, изображающие лишь небольшую площадь, и общие, охватывающие целую страну, материк или всю земную поверхность. Частные геологические карты имеют масштаб более значительный, чем общие. Вообще в геологических карты местностей гористых, наиболее разнообразных в геологическом отношении, применяется более значительный масштаб, чем в местностях равнинных, еще большей детальностью должны отличаться пластовые и рудничные карты месторождений различных полезных ископаемых. Составление первой геологической карты приписывается англичанину Пеку и относится к 1723 г., когда в "Philosophical Transactions" появилась его петрографическая карта герцогства Кент, на которой распространение пород обозначено было условными знаками. Первый употребил краски для показания различных горных пород Шарпантье в 1778 г., на геологической карте Саксонии, приложенной к его сочинению "Mineral. Geographie der sдchsichen Lдnder". Первая общая геологическая карта была составлена в 1815 г., на 15 листах, Вильямом Смитом для Англии и части Шотландии. Первый эскиз петрографической карты России относится к 1821 г. и принадлежит англичанину Странгвейсу. Первая геологическая карта средней и юго-восточной России составлена в 1840 г. знаменитым ученым Леопольдом фон-Бухом. В 1841 г. появились небольшие геологические карты России Гельмерсена и Мейендорфа, а в 1845 г. - превосходная геологическая карта Европейской России и хребта Уральского Мурчисона, которая и легла в основу русской геологической картографии. Масштаб ее был около 140 верст в 1 дюйме. Впоследствии эта карта с некоторыми, изменениями и дополнениями была издана в 1846 г. Эйхвальдом, в 1849 г. Озерским, в 1866 г. Гельмерсеном. Карта последнего выдержала несколько изданий. Наконец, в 1882 г. горным департаментом издана геологическая карта Европейской России, составленная В. Меллером в масштабе 1:4200000, на которой были нанесены главнейшие месторождения полезных ископаемых. Громадное научное и практическое значение геологических карт и вместе с тем чрезвычайная трудность их составления для частных лиц прежде вызвали к жизни целый ряд правительственных учреждений, имеющих целью составление более или менее детальной геологической карты той страны, в которой они находятся. Старейшее учреждение этого рода основано в 1832 г. в Англии, по инициативе Де-ла-Беша. Для составления геологической карты России учрежден был в 1881 г. особый геологический комитет, находившийся в Петербурге, в ведении горного департамента. До 1881 г. использование и сравнение между собой геологических карт различных местностей значительно затруднялось отсутствием как общепринятого масштаба, так и условных знаков - красок и других обозначений, а потому одной из первых задач международных геологических конгрессов, собирающихся, начиная с 1678 г., было установление возможного однообразия в геологической картографии. На втором конгрессе в Болонье, в 1881 г., было принято решение издать сводную геологическую карту Европы в масштабе 1:500000, и этот масштаб рекомендован всем правительственным геологическим учреждениям для генеральных и сводных геологических карт.
  Карусель(итал. carosello, франц. Carrousel) - конная военная игра, достигшая большого развития в XVII в. (заменив турниры) и сохранившаяся до новейшего времени. Из Италии она при Генрихе IV и Людовике ХIII перешла во Францию. Первоначально она состояла из дефилирования колесниц, украшенных аллегорическими фигурами. Вскоре колесницы заменены были кадрилями. Последние состояли из отряда всадников, сопровождаемых пажами, оруженосцами и музыкантами. Каждая кадриль принимала особые костюмы и цвета, имевшие фантастический, а иногда и исторический характер. Порядок каруселей был следующий: под звуки труб кадрили всадников парадировали перед публикой, скрещивались и разъезжались, образуя различные фигуры. Затем начинался примерный бой на копьях (joutes) или на деревянных палицах. Во время небольшого антракта происходило иногда поэтическое состязание, состоявшее в восхвалении стихами присутствующих дам или государя. Затем начинались игры, состоявшие в метании дротика, рубке чучел, попадании копьем в кольцо и т. п. Карусель обычно оканчивалась общей скачкой. Особенной роскошью отличались итальянские карусели и устраивавшиеся Людовиком XIV. В России карусели стали устраиваться при Екатерине II, на Царицыном лугу в Петербурге. Первая такая карусель происходила в 1766 г.; участвовавшие в ней были в костюмах разных народов и разделялись на четыре кадрили: славянскую, индийскую, римскую и турецкую. Над последними двумя начальствовали граф Григорий и Алексей Орловы. В Париже в 1893 г. устроена была карусели в честь русских моряков. У итальянцев была еще так называемая комическая каруселя, где мишенью для метания служили четыре фигуры, представляющие из себя четыре первоэлемента. Каруселью также стали называть механические снаряды, в которых к вертикальному столбу прикрепляются деревянные лошадки, скамейки и маленькие коляски таким образом, что они вращались вокруг столба в горизонтальном направлении. Эти снаряды для верховой и экипажной езды, часто снабженные электрическим освещением и приводимые в движение паром, служили для увеселения на базарах, на ярмарках и т. п. На некоторых каруселях были приделаны также аппараты для срывания колец. Так называемые русские карусели, или русские качели, вращаются вертикально вокруг горизонтальной оси. В новейшее время были устроены также так называемые корабли-карусели, на которых вместо лошадей и колясок были сделвны суда с мачтами, качающиеся посредством известного механизма наподобие лодок на воде.
  Карцер- типовое помещение для одиночного заключения. В частности, карцером называют отдельные помещения, в которые сажают провинившихся воспитанников учебных заведений, в войсках - нижних чинов, подвергшихся взысканию в дисциплинарном порядке, в тюрьмах - заключенных за проступки против тюремной дисциплины. Карцеры бывают светлые и темные. В войсках и тюрьмах содержанием в темном карцере наказывались и усиленным арестом.
  Карцинология- отдел зоологии, посвященный изучению ракообразных.
  Каршагни- индусская очистительная церемония, состоящая в том, что тело грешника покрывается толстым слоем священного коровьего кала; когда он высохнет, его зажигают, и грехи сгорают вместе с согрешившим. Этот способ спасения был будто бы возвещен людям вороном и применен знаменитым Шанкарой. За свою болтливость ворон не может попасть на небо, а на земле осужден питаться падалью.
  Каска- воинское наголовье, оставляющее лицо открытым, обычно бывает металлическое или кожаное с металлическими частями. Она состоит из тульи, к которой прикрепляются: спереди и сзади козырек, а сверху - гребень или шишак, украшенные иногда султаном или хвостом. Обыкновенно на типовых старых касках имеется чешуя, застегивающаяся или под нижней губой, или под подбородком. Бывают и пробковые каски. В России каски впервые введены были князем Потемкиным, уничтожены же императором Павлом I, потом вновь даны некоторым частям войск. В новейшее время каски в царской России оставлены были только в специальных классах Пажеского корпуса, гвардейским кирасирским полкам и (при парадной форме) лейб-гвардии конно-гренадерскому полку.
  Касса(итал. Cassa) - прежде всего она была устроена как помещение для хранения денег и денежных ценностей (вначале в несгораемых шкафах, а потом в специальных сейфах), затем так стали называть запас наличных денег для производства текущих платежей, наконец, ту часть учреждения, где платежи принимаются и производятся. Сделка per cassa (кассовая сделка) стала сделкой на наличные деньги в противоположность сделке в кредит, а в биржевых операциях производилась срочная сделка. В товарной торговле иногда продавался товар в кредит, но покупатель за вычет известного дисконта платил деньги немедленно, тогда говорили, например, per cassa с 2%. Для обозначения суммы сделки на наличные деньги без всяких вычетов часто употребляется выражение:netto cassa. Наконец, касса и кассовая книга раньше были синонимами. Касса (Cassa-buch, Livre de caisse, Cash-book) - одна из основных бухгалтерских книг, служила для записывания прихода и расхода наличных денег. Она велась на двух страницах: на левой писался приход, на правой - расход. В системе простой бухгалтерии, основанной на принципе прихода и расхода, на приход в кассе(кассовой книге) записывалось все поступления наличных денег, а в расход - все выдачи; разницу между приходом и расходом показывала наличность кассы в данный момент. При двойной, или итальянской, системе бухгалтерии, основанной на отношении между счетами, в кассовой книге на каждых двух страницах располагался счет кассы, на левой странице записывался, каким счетам, за что и сколько должен счет кассы: это - все поступления наличных денег; на правой же странице записывается, за какими счетами, за что и сколько имеет счет кассы: это - все выдачи наличных денег. Кассовая книга открывается записью на приход наличных денег, значащихся по инвентарю; затем записи в кассирской книге делаются при самом производстве выдач и получений. Когда кассир действует по ордерам, то кассовые обороты записываются одновременно в кассу и в памятной книгах (мемориал), так как бухгалтер, подписывая ордер, отмечает его у себя в памятной книге; если же кассир действует самостоятельно, тогда кассовые обороты записываются сначала в кассовую книгу, а потом вносятся бухгалтером в памятную. Мелкие выдачи на домашние и торговые расходы в кассовую книгу ежедневно не записываются, а вносятся кассиром в особую расходную книжку и по окончании месяца переносятся в кассовую книгу общими суммами по категориям расходов; часто такими мелкими расходами заведовал артельщик, который и вел расходную книжку.
  Каста(от португальского casta, выражающего понятие санскритского термина jвtи -poждение, род, сословие) - общеупотребительное у всех европейских народов название многочисленных подразделений (культурно-исторических типов сословий, даже племен или рас), на которые распадалось местное население Индии(или Ост-Индии как английской колонии) с глубокой древности. Отличительным признаком индийского кастового устройства в представлении европейцев является строгая замкнутость отдельных каст и резкая их обособленность друг от друга. В этом смысле нередко говорят о "кастовом" духе или "кастовой" нетерпимости тех или других классов европейского общества. Нужно, однако, заметить, что упомянутая обособленность индийских каст была не всегда так неумолима и строга, как ее изображают (в теории и идеале) индийские законодатели, большей частью довольно позднего периода. В ведийском древнейшем периоде касты несомненно еще не существовали и начали возникать только во второй его половине, когда арийцы, оставив Пенджаб, продвинулись дальше на юго-восток в долину Ганга. При этом передвижении им пришлось встретиться с неарийскими исконными обитателями и оспаривать у них владычество над страной. Арийцы победили и покорили черное туземное население, принадлежавшее к низшей (в культурном и этнографическом отношениях) расе. Отношения победителей к побежденным и явились зерном, из которого развился весь кастовый строй. В древнейшем ведийском периоде при однородности этнографического состава (вероятно - еще небольшого) арийского народа ведийских индусов не было никаких внешних поводов к развитию кастового строя. Не было в кастах необходимости и в то время, когда арийцы и неарийцы находились в положении воюющих сторон: на поле битвы все равны, и есть только враг, которого надо сломить и уничтожить. Только тогда, когда война окончена и победители, вступая в мирное владение страной, входят в постоянные отношения с покоренными автохтонами, начинает вырабатываться известный modus vivendi, обязательный для обеих сторон. Пришельцы-победители считают себя за высшую расу и тщательно охраняют себя от смешения с низшей, покоренной. Таким образом, в основе кастового разделения лежит этнографическое различие, которое арийцы-завоеватели старались сохранить и поддержать, установив принцип полной своей обособленности. Впоследствии, подобно другим культурным институтам, кастовый строй становится священным, и ему приписывается божественное происхождение. Так, в позднейшей индийской мифологии высшая каста - брахманы - выводится из уст Брахмы, воины - Кшатрии - из его рук, купцы - Вайшья - из бедер, а ремесленная каста - Шудры - из ступней Брахмы. Сомнительно, однако, чтобы принцип разграничения двух различных народностей мог быть строго проведен на практике даже в древнейшие времена арийского господства в Северной Индии. Смешанные браки (законные и незаконные) все-таки были неизбежны; по закону Ману индус мог брать себе в жены женщин из своей и из любой низшей касты, но в его касте остаются только дети первой жены из одинаковой с ним касты, а дети жен из других низших каст попадают в презренные смешанные касты. Таким образом, арийская кровь все-таки проникала в жилы неарийского населения, возвышая и облагораживая его. С другой стороны, арийцы, белые пришлецы из северной, более умеренной страны, не могли акклиматизироваться в жаркой, тропической Индии и должны были вымирать, уступая место низшей, но более выносливой в климатическом отношении расе. Из смешанного потомства также выживали лучше те, в ком больше текло неарийской крови. В результате новое индусское население Индии представляло более или менее однородный продукт смешения двух (точнее, трех) рас, которое не могло быть задержано никакими законодательными и социальными учреждениями вроде замкнутых, обособленных каст. Этим объясняется тот факт, что в новейшее время большинство высших, "дважды рожденных" каст - брахманов, раджпутов (прежних кшатриев) и вайшья - не отличается ничем особенным в цвете кожи, строении тела и черепа от большой массы народонаселения, вовсе не претендующей на арийское происхождение. С другой стороны, среди низших каст, например, земледельцев и пастухов, встречаются нередко культурно-исторические типы, приближающиеся по красоте черт лица, форме тела и светлому цвету кожи к арийскому идеалу красоты. Таким образом, касты оказались бессильны остановить слияние двух различных рас и постепенно из демаркационной линии между белой и черной расой превратились в установление, стремившееся помешать примеси черной крови к белой (кастовый строй средневековой Индии милостивее к детям, рожденным от высшего отца и низшей матери, чем к плодам браков с обратным отношением), а в еще более поздние времена утратили и это значение и получили скорее характер замкнутых корпораций или цехов с строго определенным родом занятий. Буддизм разрушил на время ореол святости, окружавший учреждение каст, но сам культурно-религиозный институт продолжал существовать, и влияние буддизма отразилось только в ослаблении чрезмерного преобладания каст индийских брахманов. Ислам, утвердившийся в Северной Индии, в свою очередь расшатал и ослабил перегородки каст, но не смог их уничтожить; в мусульманской Индии касты все-таки сохранились, обратившись в цеха профессионалистов. Только христианство категорически восстало против кастового разделения(позднее, после ухода англичан, коммунисты также ратовали за равенство классов и каст), но его миссионеры должны были мириться с закоренелыми общественными привычками, так что среди местных христиан касты продолжали существовать. Разнообразие занятий повлекло за собой в Индии, как и в других странах, разделение общества на отдельные классы по роду занятий; наследственность какого-либо занятия в известном роду, наблюдаемая часто и в других странах, сначала узаконенная государством и освященная затем обычным правом, при наличности готовых кастовых рамок приняла характер кастовости. Но число каст и их членов среди ремесленников сравнительно с высокими цифрами у брахманов, земледельцев, пастухов и слуг (более древние касты) было гораздо меньше. Новые отношения между кастами, таким образом, стали совсем уже другие, чем в древности, и представляют в различных местностях Индии более или менее крупные колебания и различия. В общем от древнего кастового устройства с его четырьмя главными кастами сохранилась в известной чистоте только одна главная религиозная каста - брахманов. Каста кшатриев, заменяемая позднее так называемыми тхакурами (Thвkur) и раджпутами, часто подвергалась коренному обновлению и дала многочисленные отпрыски в лице самых низших каст, члены которых на вопрос о происхождении всегда уверяют, что они "тхакуры" в том или другом отношении. Две другие касты, по-видимому, также очень рано распались, дав начало массе отдельных новых касток, недавнее происхождение которых нередко очевидно из их персидских названий.
  Кастанеда(Castaсeda)- 1) мексиканский писатель XVI в., знатный исследователь и антрополог-историк Кастанеда (Гавриил), описал на языке нагуа нравы, одежду и оружие ацтекских воинов, служивших испанцам. Испанский перевод был помещен в "Collection de documentos para la historia de Mexico" (1866, т. II). 2) Кастанеда(Карлос)-американский антрополог, представил западному миру систему идей американского нагвализма(практического шаманизма) и воззрений индейских магов. Предпочитал умалчивать о своих биографических данных(даже дата его рождения датируется биографами, то 1925, то 1935 годом), в этом он следовал принципу изученного нагвализма, который требует стирать личную историю. Философия индейских магов имела мощное воздействие на общественное сознание бунтующей молодежи 1960-70-х годов. После выхода первой книги Карлоса Кастанеды "Учение дона Хуана- Путь знания индейцев яки" общественное сознание западной молодежи было привлечено идеей безграничной свободы, которая приходит через отрицание традиционных христианских ценностей и ограниченных взглядов на обыденную жизнь. Беспредельная свобода духа приходит через обращение к языческим шаманским практикам познания природы и человека. Нетрадиционные практики индейцев в освобождении сознания и тела предполагали использование наркотических растений, изучение которых и хотел предпринять молодой Карлос, отправившись в Мексику. Там он встретился с индейским магом доном Хуаном, которого можно сравнить с Сократом или даже с новым Иисусом, которые также были представлены миру в писаниях Платона и новозаветных историков. Кастанеда подобно Платону создает письменный миф о мудром индейском философе. Хуан Матус передает Кастанеде древние знания индейцев о мире и человеке.Уже во второй своей книге "Отдельная реальность" Карлос разделяет сущий мир на две реальности: обычную и магическую.Обычная реальность доступна всем, ее возможно воспринимать с помощью обычных чувств, другая же отдельная реальность может быть увидена либо при помощи союзника, либо под воздействием наркотических растений. Дон Хуан привлекает внимание своего ученика к шаманским практикам с помощью удивительных рассказов о другой реальности, которую можно увидеть, если следовать инструкциям, выработанным веками индейскими магами древности-толтеками. Человек является светящимся живым существом(ярким энергетическим яйцом), все его тело пронизано будто бы полосами световой энергии,которые соединены через солнечные полосы света со всем сущим миром. Человек непосредственно связан нитями света с другими живыми существами и со всей Землей. Человек является двойственным существом и имеет духовного двойника, он может чувствовать реальный мир и с помощью особого видения  может воспринимать иной нагвальный мир, его Кастанеда уподобляет идеальному платоновскому миру или кантовскому трансцендентальному миру идей. Человек имеет разум, который обосновывает свое существование с помощью разговорной речи. Для этого разума важнее внутренний разговор, а для общественного сознания необходима внешняя письменная и устная речь. С помощью внутреннего диалога индивидуальный разум человека поддерживает свое существование и свою связь с внешним чувственным миром. Внешняя печатная, письменная и устная речь, а также наш человеческий язык поддерживают связь с внутренним диалогом,чтобы иметь контроль над индивидуальным разумом. Общественное сознание обрабатывается через разговоры, печать и другие средства массовой информации или пропаганды, навязывая внутреннему сознанию стереотипы поведения и восприятия мира.Чтобы разорвать непрерывную связь с общественным сознанием и идеологией, необходима помощь союзника, духовного руководителя, особых практик и иногда употребление специальных фармакологических средств(травка, ЛСД, пилюли, экстази и т.д.). Однако для полного восприятия сущего мира необходимо избавится и от внутреннего разговора с помощью практики остановки внутреннего диалога.Через внутренний диалог человек поддерживает свою обычную жизнь с обыкновенной реальностью, но с остановкой внутреннего диалога, он может сделать прорыв к иной отдельной реальности,которая более полно представляет весь мир,самого светящегося человека и его сущность. Прорыв к иной реальности, по учению его учителя дона Хуана, возможно совершить при поддержке разума волей. Воля играет важную роль в достижении восприятия магической реальности, с ее помощью человек может сдвинуть точку своей нормальности, то есть точку сборки сознания. Особое понимание воли приводит Кастанеду к теории особого осознания иного мира магами. Особое осознание происходит при сдвиге точки сборки человека от нормального положения в полосу неорганических существ, такой сдвиг происходит во сне, поэтому Кастанеда рекомендует использовать сновидения для видения иной реальности. Основные принципы магического учения изложены Карлосом в его третьем и четвертом произведении: "Путешествие в Икстлан" и "Сказки о силе". В конце четвертой книги автор сообщает о том, как он совершил будто бы прыжок в несимволическую пропасть, оставаясь, однако, живым, так как разорвал связь с обычным миром и при помощи световых волокон удержался в магической реальности. Всё учение магов сопровождается рассказами и сказками о силе, что поддерживает дух адепта при переходе его от состояния охотника к воинскому состоянию и далее к толтекской мудрости. Как индейцы становились на тропу война, чтобы вести борьбу против бледнолицых, так и в мире магов ученик становится на путь воина, чтобы постигнуть необычные знания об иной реальности. Адепт индейского учения совершает путешествие в новую страну - Икстлан. Учение индейцев яки не является собранием религиозных воззрений, но содержит магические культовые мифы, называемые автором сказками о силе. Мифология толтеков не отвлеченное собрание магических или культовых рассказов о мире и человеке, она является философской доктриной нагвализма. Дон Хуан называет обычно воспринимаемый мир вещей тональным миром, а необычную реальность именует понятием "нагваль". Проникший в мир нагваля, сам становится нагвалем или частью иной реальности через осознание своей причастности к иному миру. Вместе с Карлосом Кастанедой в иной мир нагваля путешествуют другие ученики дона Хуана и дона Хенаро, об этом он пишет в пятой и шестой книгах:"Второе кольцо силы" и "Дар Орла". Карлос рассказывает,что он постепенно научился вспоминать о своих встречах с нагвалем и о своих путешествиях в иную реальность. В иной мир человек проникает с помощью особого восприятия и иного магического осознания, которые исчезают в нормальном мире и обычном осознании, исчезает и все, что было в иной реальности, но с практиким опытом приходит умение вспоминать об идеях и видениях иного нагвального мира. Ученик тренирует свое осознание,чтобы вспоминать магические знания, представленные нагвалем для употребления в тональном мире. Для тренировки осознания адепта в индейской магии существовали две основные практики:сталкинга и сновидения.Сталкинг представляет собой систему контроля и использования повседневных отношений, позволяющх ученику выйти наилучшим образом из любой мыслимой ситуации. Система контроля сновидений подготавливает сознание к восприятию необычной действительности и полному овладению нашим осознанием. Две системы помогают овладеть намерением или научиться пользоваться властью над своей судьбой в обычной и нагвальной реальности. С помощью сталкинга, сновидения и намерения маг может пройти между мирами и избежать смерти, не попав в клюв мифического орла. Орел представляется основой индейского сущего мира, который определяет судьбу человека и дает ему его сознание, после его смерти сознательная часть возвращается в клюв к магическому орлу, питающемуся человеческим осознанием. В существе орла как в божестве замыкается магический круг оборота сознания от человека к человеку, но адепту магии удается разорвать заколдованный круг через овладевание намерением. Порвать круг вечного обращения человеческих осознаний можно через огонь изнутри и особую силу безмолвия, о чем он пишет в седьмой и восьмой книге: "Огонь изнутри"и "Сила безмолвия". После этих книг были и другие печатные произведения Кастанеды, которые дополняли и разъясняли магическое учение о нагвале, человеке и их месте в сущем мире.У Карлоса Кастанеды было множество разнообразных последователей,почитателей и учеников. Так, некая Флоринда Доннер опубликовала "Сон ведьмы", тоже раскрыла магические ритуалы и философские идеи толтеков. Философия Кастанеды имеет основание в платонизме, новом скептицизме и нововременной философии Декарта, Канта и Беркли. Чтобы понять философские основания нагвализма индейской магии, необходимо серьезное восприятие мифологии древних и новых толтеков, их культуры, искусства и мировоззрения. Феноменология, по словам Кастанеды, помогла ограничить нагвальный мир и создать ему разумную систему восприятия сущего мира. Карлос Кастанеда исследует бессознательную область человеческой души при помощи разумной ее части. Состояние пустого сознания без слов и внешних образов достигается бессознательно разными людьми и в разное время. Так земледельцы или охотники, по терминологии Кастанеды, достигают остановки диалога и переноса осознания в иной мир в увлеченном труде, охоте или особо чувственной любви. Встав на путь воина, человек может остановить сознательный диалог при встрече со своим противником, со своим двойником или со своей смертью. Воин достигает такого уровня осознания, когда появляется особый виртуальный двойник, независимый от тела, но воинский дух вырабатывает стратегию в отношениях со своим двойником. Воин Кастанеды ведет войну с собой, со своим телом и со своим обыденным восприятием действительности. Мир, окружающий воина, загадочен и не несет опасности, хотя смерть всегда ходит рядом с человеком, и ее можно увидеть, посмотрев будто бы правильно через левое плечо. Смерть является лучшим противником и наилучшим союзником человека на пути воина. Только смерть является всегда лучшей новостью, что приносит жизнь в продвижении по пути воина. Только видение идеи смерти оживляет наиболее полно дух воина, эта идея помогает продвинуться по его пути и приводит к истинному знанию о сущем мире. Кастанеда выделяет, подобно Платону, третий тип людей- это люди знания, философы-шаманы. Человек знания избавлен от мелочных забот, он защищен от мелюзговых тиранчиков общественной жизни, которые умеют хорошо манипулировать обыденными знаниями мира. Человек знания Кастанеды имеет силу над своими чувствами, над своим разумом, переходящую во власть над собой и всем внутренним миром. Власть и силу дают знания об иной реальности. Врагами на пути знания являются страх, ясность, сила и старость, их человек знания выслеживает, находит и осознавая их сущность, оставляет, чтобы освободить необходимую энергию для познания всего сущего мира, а не только той его чувственной области, которая доступна всем не обладающим полноценным и истинным знанием. Избавившись от своих врагов, человек знания достигает мудрости, которая приготавливает его к спокойному восприятию идеи смерти. Эта идея воплощается в образе орла, который является центральным смыслом в философии нагвализма. Человек знания становится видящим сущий мир в ином свете, для него этот мир становится видимым в образе большого орла или даже, возможно, непознаваемого всеобщего бога.
  Кастаньеты(Castanuelas - исп., Castaniettes - фр., Castagnetten - нем.) - испанский деревянный ударный инструмент неопределенной звучности; состоит из двух деревянных небольших полушарий величиною с ладонь, связанных между собой веревками. Кастаньеты -это ручной инструмент. Удары одного полушария о другое производятся с помощью пальцев руки. Пара малых кастаньет (hebra - женщина, верхний голос) служит для ритмических рисунков и помещается в правой руке, пара больших (macho - мужчина, бас) служит для редких ударов основного ритма и помещается в левой руке. Тремоло происходит от быстрых и частых ударов одного полушария о другое. Звук кастаньет - резкий, веселый, напоминающий щелканье. Кастаньеты применялись в симфоническом оркестре, особенно в пьесах испанского характера. Партия каждой пары кастаньет пишется на одной линейке или обозначается нотой соль в ключе соль по нотной системе. Глинка применил кастаньеты в своей испанской увертюре "Арагонская хота".
  Кастет(Cassetete) - тупое ударное орудие, состоящее из соединенных между собой толстых металлических колец, которые надеваются на распальцовку; придает тяжеловесность кулаку.
  Кастрат(лат. castrare, оскоплять) - типичный скопец, певец с искусственным сопрано или альтом, получивший высокий, женский голос вследствие оскопления. Италия, в особенности в 18 столетие, считалась страной певцов-кастратов(были они и в 20 в.). Они были известны в Италии уже в III столетии. Первый кастрат папской капеллы, имя которого сохранилось, - это Джироламо Россини, в начале XVII столетия. К этому же времени относится бреве Папы Климента VIII, в котором кастрация признается делом богоугодным ("ad honorem Dei"). Еще в 18 столетии оскоплялось в Италии до 400 мальчиков ежегодно, для потребностей церковных хоров. Несмотря на запрещение кастрации при Папе Клименте XIV и в позднейшее время, она хотя и ослабла, но не была окончательно уничтожена. Еще в 60-х г. 19 столетия можно было слышать легальных кастратов в Риме при богослужении. Кастраты выступали также в итальянской опере, исполняя женские партии. Знаменитые певцы из кастратов это: Каристини, Фаринелли, Сенезино, Майорано, Велути и Демис Руссос. Голос кастратов отлично поддается технической обработке, колоратуре, но имеет крикливый, пронзительный звук и лишен мягкости женского голоса (как это слышно в популярной песенке о джамайке).
  Кат- старое народное, главным образом южно-русское и западное название палача, сближаемое со словом "каторга" (называемая и "катовщиной"). Часто встречается в пословицах, например, "кто не слушался отца-матери, тот послушается ката", "не на каждого вора по кату держать" и др.
  Катавасия- так назывался в православном богослужении ирмос, когда он не только поется в начале песни канона, но и повторяется, в указываемых церковным уставом случаях, в ее конце. Название катавасии (от καταβαίνω, сходить) указывает на то, что по монастырским уставам для ее пения оба клироса сходились вместе на середину солеи. Катавасия бывала рядовая, когда каждый ирмос канона повторялся в конце каждой его песни, но иногда катавасия бывает лишь после 3, 6, 8 и 9 песен канона.
  Катакомбы(catacumbae) - подземные ходы и пещеры, расположенные неправильной сетью и встречающиеся в окрестностях Рима, в Неаполе, в Сиракузах, на острове Мальте и в других местах. Особенно обширны были катакомбы в Риме, где ими изрыты древние пригороды близ всех консульских дорог и где их вся длина такова, что если бы вытянуть их в одну прямую линию, то получилась бы линия вокруг всего итальянского полуострова. Они служили у первых христиан местом погребения их покойников и были вырыты нарочно для этой цели, а может быть, как предполагают некоторые ученые, это были отчасти старые, брошенные карьеры добывания горшечной глины (пуццолана), расширенные и продолженные руками христиан. Первоначально они назывались цеметериями (coemeteria), гипогеями (hypogea), ареями (areae), название же "катакомбы" утвердилось за ними лишь в IX в., хотя оно явилось впервые еще в IV в., в применении к цеметерии св. Севастиана. Вера в воскресение мертвых и в жизнь будущего века побуждала христиан не сжигать, подобно язычникам, труды своих мертвецов, но класть их в общей для всех братьев по религии усыпальнице, где они могли бы безмятежно покоиться до второго пришествии Господня. Сюда, к могилам своих родных, друзей, святых и мучеников, сходились верующие праздновать дни их памяти, воссылать к Богу общие молитвы и совершать агапы. Такое назначение катакомб требовало некоторого убранства, в котором и проявились первые зачатки христианского искусства. Это придает катакомбам независимо от их церковно-археологического значения высокий художественно-исторический интерес. Вопреки распространенному прежде мнению эти первохристианские кладбища устраивались под землею отнюдь не из страха преследований со стороны язычников, не из желания скрыть от них могилы усопших и места молитвенных собраний. Это доказывается тем, что входы в катакомбы были вначале не потаенные, но доступные для всех и каждого и вели к широким лестницам. Спустившись по такой лестнице, вошедший попадал в коридор, вырытый в черноватом, зернистом туфе, и затем вступал в запутанный лабиринт других подобных коридоров (ambulacres), то идущих прямолинейно, то изгибающихся, перекрещивающихся друг с другом и иногда до такой степени узких, что в них двое людей едва могут идти рядом (наибольшая ширина коридоров в римских катакомбах была равна 0,9 м). Потолок коридоров - плоский или слегка сводчатый. В их стенах с обеих сторон устроены углубления в длину человеческого роста, но невысокие, четырехугольной формы (loculi), расположенные в 3, 4 и до 7 ярусов. Тело покойника клалось в подобную нишу без гроба; ее отверстие замуровывалось большими кирпичами или закрывалось каменною плитою, которая плотно примазывалась к стене. На плите вырезывалось имя погребенного, с каким-либо благочестивым или нежным воззванием и теми или другими символическими знаками принадлежности этого лица к христианской общине. Порой встречаются ниши, вмещавшие в себе два трупа, которые клались таким образом, что ноги одного приходились рядом с головою другого (bisoma). Ниши, устроенные более чем для двух покойников, попадаются очень редко. Местами в стенах находятся двери, ведущие в крипты (cryptae) - отдельные склепы, игравшие роль семейных усыпальниц (cubicula). В них нередко встречаются каменные саркофаги, приставленные к стене или помещенные в ней под аркою с плоскою заднею поверхностью или имеющей вид небольшой апсиды. Такие гробницы под аркой (arcosolia) устраивались в самых коридорах очень редко, потому что затрудняли движение по ним. Вместо саркофага, который стоил довольно дорого и не всегда мог быть втащен в катакомбы, порой вырывалась гробница прямо в стене, осененной аркою; она прикрывалась сверху мраморною плитой (mensa), служившею над могилами святых и мучеников престолом при совершении таинства Евхаристии. Так как с увеличением христианской общины к таким могилам стало стекаться значительное число молящихся, то оказалось необходимым во избежание тесноты некоторые крипты расширить и повысить, другие соединить по нескольку в одну, через что образовались капеллы, более или менее удобные для богослужения и сходбищ членов общины. Катакомбы освещались маленькими лампадами, прикрепленными к стенам, а иногда, особенно в криптах - отверстиями, проделанными в потолке и доходящими до поверхности земли (lucernaria). Катакомбные ходы и пещеры идут под землей не в один, а в несколько этажей (alea), соединяющихся между собой посредством лестниц. Наибольшая глубина их - 25 метров. Стены и своды в коридорах почти не имели украшений, кроме надписей и эмблематических изображений на плитах, заслонявших могилы; лишь изредка где-либо попадались подобные надписи и эмблемы, начертанные на стенах, да на сводах бывала нехитрая раскраска. Но стены и плафоны крипт, в особенности таких, которые содержали в себе гробницы епископов и мучеников и служили для молитвенных собраний, представляли более приглядный вид: в промежутках между локулами и аркосолиями появлялись живописные изображения, а потолок покрывался последними в изобилии. Вышеупомянутые саркофаги, плиты, стенная и потолочная живопись вместе с мелкими вещами, найденными в катакомбах при могилах, каковы глиняные и металлические лампады, стеклянные поминальные сосуды, кольца и прочее, составляют драгоценный материал для изучении первых проявлений христианского искусства. Когда поднялись гонения на христиан со стороны язычников, последователи новой религии старались обеспечить катакомбы от осквернения и искали в них для себя безопасности; явные входы в них были завалены, большие лестницы разрушены, некоторые из ходов засыпаны. По объявлении христианства господствующею религией Римской империи тесные подземные крипты оказались уже недостаточными для многолюдных молитвенных собраний, которые поэтому стали происходить в просторных и роскошных базиликах. Как и кладбища катакомбы стали недостаточны для погребения почивших членов разросшейся церкви, хоронить которых все больше стало входить в обычай под открытым небом, поблизости церквей. С середины IV в. устройство новых катакомб прекращается, хотя старые продолжают принимать новых покойников и пользоваться уважением, как усыпальницы святых. Нашествия варваров, следующие одно за другим, причиняют катакомбам все большее и большее опустошение, побуждающее наконец Папу Павла I вскрыть гробницы знаменитых мучеников и святителей и перенести их мощи в главные римские церкви. Преемники этого Папы подражают его примеру. Лишенные своих святынь, катакомбы приходят в полное забвение. Только во второй половине XVII в. случайно наталкиваются на них рабочие, возделывавшие один из виноградников на Via Salaria. С этого времени начинается ученое культурно-историческое исследование катакомб. Основателем его должен считаться Антонио Бозио, открывший до 30 цеметериев и описавший их в знаменитом сочинении "Roma sotterranea", вышедшем в свет уже после его смерти. После Бозио больше всего сделал для знакомства с катакомбными сооружениями Дж.-Б. де-Росси, которому, кроме других заслуг в этом отношении, принадлежит честь открытия и исследования катакомб св. Каликста на Via Appia - важнейших между всеми римскими катакомбами и богатейших по найденным в них древностям. Число катакомб в Риме и его окрестностях простиралось, по-видимому, до 26, но из них доступны пока только 12 или 13. Они называются по именам тех святых, которые покоились в их криптах: св. Каликста (или Каллиста), св. Агнесы и др. Неаполитанские катакомбы сохранились в менее поврежденном состоянии сравнительно с римскими. Они носят название церквей, выстроенных при их входах: Gennaro de'poveri, Maria della sanitа, Maria della vita. Сиракузские катакомбы были, собственно говоря, не христианские, нарочно устроенные кладбища, а естественные, впоследствии расширенные пещеры, которыми еще в греческую и римскую эпоху местные жители пользовались для погребения мертвецов; тем не менее, и в них найдено довольно много памятников, свидетельствующих о том, что здесь хоронились также и христиане. С упомянутыми и другими древними катакомбами не имеют ничего общего парижские катакомбы, которые есть не что иное, как старинные каменоломни, но в них скучено было множество человеческих костей, происходящих из упраздненных городских кладбищ и из могил, окружавших разрушенные в разное время церкви; тут же свалены были смертные останки жертв Великой французской революции.
  Каталог(греч.) -это типичная роспись предметов, список лиц и другого инвентаря. Древние грамматики дали название каталога росписи вооруженных сил ахеян, содержащейся во второй книге Илиады (κατάλογος νεών - это каталог кораблей). В произведениях, приписываемых Гесиоду и дошедших до нашего времени лишь в отрывках, были κατάλογοι γυναικών (каталоги жен) - это роспись матерей и жен героев. Подобного рода каталоги стали общим правилом в эпической поэзии древних. В новейшее время название каталогов дают перечням предметов, относящимся к области науки, коллекционирования и искусства, как то: звезд (звездные каталоги), памятников древностей, предметов, входящих в состав естественно-научных коллекций или находящихся в музеях, картинных галереях, на выставках, но прежде всего росписям книг. Книжный каталог имеет или значение указателя литературы (библиографического сборника), или же перечня книг, находящихся в данной библиотеке. В последнем случае каталог служит инвентарем, на основании которого производится ревизия библиотеки, и вместе с тем дает указания к быстрому и верному отысканию книги, имеющейся в библиотеке. Каталоги более обширных библиотек, в особенности таких, в которых те или иные отделы отличаются богатством и хорошим подбором книг, являются также очень ценными библиографическими указателями. Во всякой благоустроенной библиотеке должны быть три каталожных списка: приобретений, алфавитный и систематический. Каждый из этих каталогов должен удовлетворять всем требованиям библиографии, а последние два должны еще давать указание на место нахождения данной книги в библиотеке. Раньше была общепринята(появился как альтернатива и так называемый сейчас электронный каталог) по своим практическим удобствам система подвижных карточных каталогов: о каждой книге все нужные сведения выписываются на отдельной карточке; карточки располагаются в желаемом порядке и хранятся в особых ящиках; устраиваются еще подвижные, дугообразной формы металлические прутья, которые пропускают через ряд карточек и затем замыкают, так что карточки, удобно передвигаемые по прутьям, не могут менять своих мест, но всегда могут быть перетасовываемы. Система составления каталогов (каталогизация) является труднейшим вопросом библиотековедения. В алфавитном каталоге книги (в энциклопедии или словарном каталоге-это понятия, имена и статьи) располагаются в азбучном порядке заглавий, но чаще - авторов; псевдонимы, анонимы и инициалы по возможности раскрываются (Карцев и Мазаев, "Опыт словаря псевдонимов русских писателей", СПб., 1891); при размещении анонимных трудов неизвестных авторов руководствуются главным именем существительного заглавия, при отсутствии же его - первым словом заглавия. Из многочисленных систем составления систематического каталога большим распространением пользуется в новейшее время библиографическая система, предложенная Отто Гартвигом и проведенная им в университетской библиотеке в Галле. Она основана на распределении всех сфер знания по наукам естественным и гуманитарным, причем география занимает переходную ступень, и представляет следующие главные отделы: труды, относящиеся к истории книг и книжного дела, и энциклопедического содержания; общее языкознание и восточные языки; классическая филология; новая филология; изящные искусства; философия; педагогика, история культуры и наука о религии; богословие; правоведение; государственные науки; исторические вспомогательные науки; история; землеведение; общие труды по естествознанию и математические науки; физика и метеорология; химия; естествознание; сельское хозяйство, лесоводство и технология; медицина. При составлении по этой системе каталогов для менее обширных библиотек многие родственные отделы могут быть объединены, например, вспомогательные исторические дисциплины- с историей. Попытку объединить принципы алфавитного и систематического каталогов представляют собой американский Dictionary Catalogues: под расположенными в азбучном порядке главными словами приводится соответствующая литература, опять-таки в азбучном порядке авторов. Кроме указанных общих каталогов, ведутся еще специальные их разновидности, например, каталог инкунабул, рукописей, гравюр, портретов, периодических изданий. В публичной библиотеке велись раньше велись следующие каталоги: 1) каталог приобретений и 2) в каждом отделении библиотеки был особый картонный карточный каталог(в отделении Rossica велся и систематический каталог). Необходимость печатных каталогов представляется вопросом спорным, поскольку речь идет не о рукописях. Что касается последних, то издание краткого, хотя бы инвентарного каталога рукописей, хранящихся в данной библиотеке, составляет ее общепризнанную нравственную обязанность, так как в противном случае рукописи эти совершенно пропадут для культуры и науки. Многие из каталогов рукописей представляют собой обширные и весьма ценные исследования; таковыми были труды Бычкова, Востокова, Горского и Невоструева, Строева и других. В новейшее время правительства отдельных государств принимают меры к изданию описаний всех рукописей, хранящихся в библиотеках данной страны. Мысль об этом была высказана Рюлльманом (Rьllmann, "Herstellung eines gedrukten Generalkatalogs der Manuskriptenschдtze im Deutschen Reiche", Фрейбург, 1875), но впервые осуществлена во Франции, а затем и в Пруссии, где профессор Вильгельм Мейер издал "Verzeichniss der Handschriften im preuss. Staate" (Берлин, 1893). Издание каталогов печатных книг сопряжено с большими расходами, тяжелым трудом и может повлечь за собой значительное уменьшение средств библиотеки, а добытые результаты не будут соответствовать затраченным усилиям: каталоги быстро становятся устарелыми, печатание дополнений затрудняет справки. Сама возможность распространения среди читающей публики печатных каталогов может иметь место лишь по отношению к каталогам небольших библиотек: печатные каталоги более обширных библиотек должны бы обнимать многие сотни томов. Британский музей еще в 1787, 1813-19, а затем в 1840-х годах делал первые попытки печатания своего каталога, но они кончились неудачей. Тем не менее в 1882 г. Британский музей вновь приступил к печатанию общего своего каталога ("British Museum Catalogue of printed Books", Лондон, 1882 и последующие годы издания), который должен был послужить основой для исчерпывающего каталога английской печатной литературы. Парижская национальная библиотека тоже печатала каталоги некоторых своих отделов: Histoire de France (11 т., 1855-1879) и Sciences mйdicales (3 т., 1857-89). Императорская публичная библиотека издала в 1873 г. систематический каталог отделения Rossica; каталог этого отделения за последующие годы остались только в рукописи. Кроме того, печатался каталог приобретений на иностранных языках (доведен был до 1890 г.).
  Катана- это японская сабля, бывшая в широком употреблении до 1868 г.
  Катапульта(catapulta, ο καταπέλτης) - метательное орудие в древности; отличалась от баллисты тем, что последняя выкидывала громоздкие массы, обычные камни, катапульта же служила для больших стрел, которые направлялись не вверх (παλίντονα), a горизонтально (ευθύτονα). Катапульта имела вид арбалета; стрела лежала в желобке, тетива была из крученых кишок и натягивалась при помощи особого ворота; осадные катапульты подвозились на платформах с колесами. Катапульта метала стрелы диаметром от 0,074-0,148 м и длиной от 0,67-1,37 м., впереди обитые железом, иногда и зажженные стрелы, называвшиеся фалариками. При каждой катапульте находилось пара человек особой команды; стрелы пролетали расстояние от 300 до 400 м. Впоследствии катапульты стали называться, наравне с камнеметными орудиями, баллистами; в новейшее время еще в Верхней Баварии арбалет назывался Ballester. Греки называли катапультой и инструмент пытки (вроде русской дыбы).
  Катафалк- необходимое сооружение при торжественных похоронах, является как бы последним пьедесталом для гроба, покрытым черным сукном, с канделябрами и заженными свечами по бокам и прочим. Слово "катафалк" проникло в другие языки из Италии (catafalco). Славы в сооружении катафалков достигли художники бароккисты XVII и XVIII в. Галли-Бибиена, Поццо, Эозандер, Слодзь, Сервандони и другие. Катафалк вместе со всем траурным убранством вокруг него назывался иногда Castrum doloris (французкое Chambre ardente).
  Катафракты(κατάφρακτοι, защищенные)- 1) всадники, лошади которых были одеты панцирем; такая конница, заимствованная от персов, вошла в употребление в греко-македонском войске при Селевкидах; 2) военные корабли, снабженные целой палубой; вошли в употребление в Греции только после персидских войн, до которых греческие корабли имели палубу только на носу и на корме. По другим сведениям, катафракты - корабли, снабженные дощатой защитой для гребцов.
  Катахрезис(по-латыни abusio, злоупотребление) - риторический термин, обозначающей неправильное употребление метафоры, образ в которой не вяжется с остальной частью предложения, как, например, "увядающий свет", "громкие слезы". Иногда катахрезис употребляется как украшение речи, несмотря на свою нелогичность: так, например, иногда говорится "красноречивое молчание".
  Катены(Catenae) - так называется свод толкований нескольких святых отцов на одну или несколько книг святого Писания. Таковы, например, пользовавшиеся особенной известностью у богословов катены греческих отцов на книги псалмов (1643), на евангелия Матфея (1642) и Иоанна (1630).
  Катихизис (или катехизис, κατηχήσις) - оглашение, изустное наставление в христианской вере обращающихся к церкви, до тех пор по-разному мысливших с ней. Оно необходимо предшествует крещению, составляющему акт самого вступления в церковь. Оглашаемые (κατηχουμένοι) имеют право присутствовать на литургии, но лишь при совершении первой ее части, называемой "литургией оглашенных". Памятниками катихизации древней церкви служат катихизические поучения Кирилла, епископа Иерусалимского (IV в.), и "огласительное слово" (λόγος κατηχητικός) св. Григория Нисского. Уже в древней церкви существовали сочинения по методике катихизации; таковы, например, некоторые главы в "Словах о священстве" Златоуста и сочинение блаженного Августина "De cathechisandis rudibus" ("О том, как наставлять в вере людей простых"). Позже название катихизиса присваивается книге, утвержденной высшей церковною властью в качестве руководства элементарного обучения вере самих христиан. Большей частью она излагается в вопросах и ответах. Катехизисы служат также символическими книгами каждой церкви, т. е. такими, которые содержат в себе учение, признание которого обязательно для каждого члена церкви или вероисповедания. Таковы в православной церкви - "Православное исповедание веры", изданное киевским митрополитом Петром Могилой, катехтзтсы московского митрополита Платона (малый и большой), московского митрополита Филарета (малый и большой), у протестантов - это катихизисы Лютера (малый и большой), у католиков - "римский катехизис" (Cathechismus Romanus), изданный первоначально Папой Пием V в 1566 г., а также "исповедание веры" Триентского собора (confessio fidei Tridentini). По катехизису обычно происходит школьное обучение Закону Божию во всех вероисповеданиях; в России с 1867 г. это стало не обязательным, и каждый законоучитель может преподавать по собственному руководству, выполняющему утвержденную программу.
  Каток- 1) Станок для катки белья: по скалкам, которые служат катками, ходит ящик с каменьями или иной тяжестью. 2) Расчищенное на льду место для катания на коньках.
  Католицизм(catholicisme или католичество) - это система типичных культурно-религиозных догматов, учреждений, канонов и обрядов католической церкви.
  Каторга(каторжные работы)- подневольный труд, отбываемый в пользу государства самыми тяжкими преступниками. История каторги начинается с конца XVII столетия и тесно связана с историей ссылки как типичной карательной меры. Еще до издания уложения Алексея Михайловича заметно стремление утилизировать(приспособить) личность преступника в пользу государства. Прежняя форма изгнания(но не смертной казни), или "выбития из земли вон", практиковавшаяся еще в XVI столетия, заменяется в XVII в., особенно со времен завоевания Сибири, ссылкой с государственной, колонизационной целью, которой по Уложению 1648 г. подвергаются многие категории преступников. В XVII в. выработались для ссыльных - за исключением тех немногих, которые на местах ссылки содержались в заключении, - три вида хозяйственного устройства: служба, приписка к посадским тяглым людям и ссылка на пашню. Иностранные писатели (De la Neaville, Carlisle, Martiniere и другие), знакомившие Западную Европу с Россией XVII в., указывают еще на ссылку для добывания соболей в царскую казну; но правильность этого указания оспаривается русскими исследователями (Сергеевский, "Наказание в русском праве XVII в.", 1887). Правительство старалось сделать ссылку производительной и установляло меры надзора за тем, чтобы всякий ссыльный "у того дела был и в том месте жил, где кому и у какого дела быть велено и бежать бы на сторону не мыслил" (грамота верхотурскому воеводе 1697 г.). При всем том работа ссыльного остается свободным, личным трудом на себя(как это было в ссылке с Лениным, когда он стрелял соболей для личного удовольствия и удовлетворения своих потребностей). Только к самому концу XVII в. появляется ссылка с обязательным подневольным трудом на пользу государства. Подневольная работа осужденных преступников при Петре Великом быстро развивается и находит себе многообразное применение. Этот подневольный труд и получил название каторги, в первоначальной своей форме позаимствованной с Запада. Подневольный карательный труд на пользу казны как мера наказания, соединенная с ссылкой, был известен с глубокой древности и уже в Римской империи применялся в довольно широких размерах и оставил неизгладимые следы (римские водопроводы). Распространенной формой подневольного труда преступников к концу средних веков почти у всех романских народов была работа на галерах, т. е. на весельных судах, движимых мускульной силой осужденных. Этот вид подневольной работы перешел при Петре 1 в Россию и впервые применен был указом от 24 ноября 1699 г. (Љ 1732) к веневским посадским людям, судившимся за взятие денег с выборных к таможенным и кабацким сборам, и другим людям, которые дали деньги и "накупились к сборам"; их велено было "положить на плаху и, от плахи подняв, бить вместо смерти кнутом без пощады и послать в ссылку в Азов с женами и детьми, и быть им на каторгах в работе". Слово "каторга" было тождественно с словом галера или галея. В журнале Петра Великого слово "каторга" отождествляется с кораблем, но еще до Петра 1 слово "каторга" было общеупотребительно. Воспользоваться рабочей силой преступников для гребного труда предложено было в 1688 г. Андреем Виниусом в записке его, поданной в посольский приказ. Мысль Виниуса лишь впоследствии нашла практическое применение. Подневольный, каторжный труд, однако, недолго сосредоточен был на гребных судах. Уже в 1703 г. некоторые из ссыльных перемещены были из Азова в Петербург для работ при устройстве нового порта, а затем для таких же работ в Рогервике (Балтийский порт). Смотря по потребности в рабочих руках, на работы осуждалось большее или меньшее число преступников. Taк, Петр Великий письмом на имя князя Ромодановского от 23 сентября 1703 г. предписывает: "ныне зело нужда есть, дабы несколько тысяч воров приготовить к будущему лету, которых по всем приказам, ратушам и городам собрать по первому пути". Очевидно, что при исполнении такого заказа тяжесть вины не могла быть принимаема к точному руководству. Каторжный труд играл громадную роль во всех сооружениях и постройках первой половины XVIII столетия. Со времени передачи в 1760 г. екатеринбургских и нерчинских рудников в ведомство Берг-коллегии к разработке их стал применяться в широких размерах каторжный труд ссыльных. В системе наказаний каторжные работы долго занимали неопределенное положение, применяясь иногда как дополнительная кара или как следствие другого наказания. Только в указах Елизаветы Петровны об отмене смертной казни (1753 и 1754) вечная ссылка на вечную, непрерывную ручную работу заменяет собой смертную казнь и, таким образом, ставится во главе карательной системы. Срочные каторжные работы отбывались в этот период или в крепостях, или в рабочих домах (для женщин - прядильные домы). Некоторую определенность и постепенность в отношении отбывания каторжных работ как наказания вводит лишь указ Павла I от 13 сентября 1797 г. (Љ 18140), который делит всех преступников, подлежащих ссылке, на три категории: первая, более тяжкая, ссылалась в Нерчинск и в Екатеринбург, в работу в рудниках, вторая - в Иркутск, на работы на местной суконной фабрике, третья, взамен заключения в смирительных (устроенных при Екатерине II) и рабочих домах - на работы в крепостях. Наряду с ссылкой в каторжные работы при Екатерине II вновь стала применяться ссылка на поселение без работ, но правильного, точного соотношения между этими видами ссылки установлено не было. К началу 19 века стало выясняться крайне неудовлетворительное состояние ссылки. Немало содействовала этому неустойчивость управления восточной окраиной и быстрые смены лиц, которым оно вверялось. Введение в 1782 и 1783 г.г. общего губернского учреждения в Сибири не устранило неудобств, и уже в 1806 г. снаряжена была ревизия сенатора Селифонтова, указавшая на господствующий в управлении Сибири и, главным образом, в организации ссылки и каторжных работ крайний беспорядок системы, которую Сперанский позже назвал системой "домашнего управления" взамен "публичного и служебного". К введению последнего призван был "законодатель ссылки", Сперанский, назначенный сибирским генерал-губернатором. Результатом попытки Сперанского упорядочить ссылку и определить соотношение ее с каторжными работами стал изданный в 1822 г. Устав о ссыльных. Каторжные работы по этому уставу являются высшей, сравнительно с ссылкой на поселение, карательной мерой. Каторга делится на бессрочную и срочную, с максимумом в 20 лет. По отбытии каторги ссыльный переходит в разряд поселенцев. Свод Законов 1832 и 1842 г., положив в основание карательной системы Устав о ссыльных, не дал, однако, точного определения и разграничения видов ссылки и каторжных работ. Только в Уложении 1845 г. и в дополнительном к нему законе 15 августа 1845 г. можно найти точную нормировку каторги как карательной меры, занимающей после смертной казни (определяемой лишь за политические преступления) первое место в лестнице наказаний. Каторжные работы различаются в Уложении по срокам, какие в них должен состоять осужденный до перехода в разряд поселенцев, и по тяжести самих работ. Что касается бессрочной каторги, то она, хотя и предусмотрена в Уложении, не представляется безусловной, а обозначает лишь, что прекращение работ должно зависеть от степени исправления осужденного. По тяжести Уложение различает рудниковые, крепостные и заводские каторжные работы. Предполагавшаяся постепенность тяжести работ на практике, однако, не осуществлялась; не всегда рудниковые работы в действительности оказывались более тяжкими, чем даже заводские; в самом Уложении (статья 74 по изданию 1845 г.) указан был порядок замены одного рода работ другими с соответственным увеличением срока. Сами работы не всегда существовали, и осужденные к данному роду каторжных работ часто за его отсутствием отбывали наказание в сибирских каторжных тюрьмах, разбегаясь целыми массами и наводя ужас на местное население. По замечанию Таганцева, "государство, осуждая на каторжные работы, в сущности, не наказывало, а снабжало разные ведомства даровыми рабочими; оттого падение крепостного права совпало с полным распадением каторжных работ". Деление работ на категории постепенно оставляемо было законодательством. В 1864 г. прекратилась отсылка каторжных в крепости, так как постройки новых крепостей почти не было и, вообще, военное ведомство находило для себя невыгодным пользоваться трудом каторжных. Применявшие труд каторжных фабрики и заводы постепенно прекращали работу (еще в 1830 г. Петровский железоделательный завод, в котором работали декабристы, перестал принимать каторжных). Работы в рудниках также уменьшались, особенно с закрытием нерчинских работ (возобновленных лишь в 80-х годах) и крайне неудачного опыта с работами на Карийских россыпях, где от большого скопления каторжных и жестокого обращения с ними начальства появились повальные болезни, унесшие в один год до 1000 человек.(Максимов, "Сибирь и каторга", 2-е издание 1891 г., т. III; Ядринцев, "Русская община в тюрьме и ссылке"). Закон 18 апреля 1869 г. положил конец системе Уложения. По этому закону на каторгу в Сибирь направляются только каторжные из Сибири и зауральских частей Пермской и Оренбургской губерний. Осужденные на каторжные работы вместо отсылки в Сибирь помещаются в каторжных тюрьмах - Новоборисоглебской, Новобелгородской, Илецкой, Виленской, Пермской, Симбирской и Псковской, двух тобольских и Александровской близ Иркутска. Устройство этих тюрем в сущности почти не отличалось от обыкновенных тюрем; режим был более строгий, но тяжких и вообще каких бы то ни было работ здесь не производилось. Отбывшие в них срок заключения, равный сроку работ, отсылались по закону 23 мая 1875 г. в Сибирь на поселение. Этим же законом положено было начало сахалинской ссылке; генерал-губернатору Восточной Сибири предоставлено было выслать на остров Сахалин 800 человек для отбывания там каторги. Предпринятая законом 11 декабря 1879 г. реформа лестницы наказаний коснулась и каторжных работ и создала положение, существующее позже. Разделение каторги на категории по роду работ было упразднено; сохранилось лишь разделение по срокам - на семь степеней. Осуждение к каторжным работам соединяется с лишением всех прав состояния и поселением по окончании срока работ, начинающегося со дня вступления приговора в законную силу, а когда приговор не был обжалован - со дня его объявления (закон 1887 г.). Работы отбывались на заводах кабинета его императорского величества, где центральным их местом являлся зерентуйская каторжная тюрьма, на казенных солеваренных заводах - Иркутском, Усть-Кутском и других- и на острове Сахалине, а позднее, при постройке Сибирской железной дороги - и на участках, где производилась работа (по правилам 24 февраля 1891 г., а для среднего участка Сибирской железной дороги по правилам 7 мая 1894 г.). На острове Сахалине работы заключаются в проложении дорог, труде на каменноугольных копях, устройстве портов, сооружении домов, мостов и прочего. В последнее время царское правительство стремилось сосредоточить каторги в Восточной Сибири (в Советское время появилась система лагерных каторжных работ, потом устраненная и замененная добровольными работами, такими как освоение комсомольцами целины и строительство коммунистами БАМа ), а в 1893 г. были упразднены последние каторжные тюрьмы, существовавшие в Европейской части России. К разряду каторжных тюрем можно было отнести еще Шлиссельбургскую крепость, где содержались осужденные к каторге настоящие государственные преступники; крепость управлялсь по особому о ней положению 19 июня 1887 г. и находилась в ведении командира отдельного корпуса жандармов. Все осужденные к каторжным работам делились на три разряда, осужденные без срока или на время свыше 12 лет именовались политкаторжанами первого разряда; осужденные к работам на время свыше 8 и до 12 лет именовались каторжными второго разряда, а на время от 4 до 8 лет - каторжными третьего разряда. бессрочные каторжные должны были быть содержимы только отдельно от других. На подземные работы при добывании руд могли быть назначаемы лишь каторжные первого разряда; при обращении же на такие работы каторжных второго и третьего разрядов каждый год работ засчитывался им за 11/2 года каторжных работ, определенных судебным приговором. После поступления в работы каторжные зачислялись в разряд испытуемых и содержались в острогах, бессрочные - в ножных и ручных кандалах, срочные - только в ножных. Мужчины подлежали бритью половины головы. Срок пребывания в этом разряде зависел от размера наказания и колебался для каторжных первого разряда от 8 (для бессрочных) до 2 лет, для каторжных второго разряда определен был в 11/2 года, для каторжных третьего разряда - в 1 и 11/2 года. При удовлетворительном поведении испытуемый переводился затем в отряд исправляющихся, которые содержались без оков и употреблялись для более легких работ отдельно от испытуемых. По истечении установленных сроков исправляющиеся пользовались правом жить не в остроге, могли себе выстроить дом, для чего им отпускался лес; им возвращались отобранные при ссылке деньги и разрешалось вступить в брак. Срок каторги сокращается для тех, которые не подвергались взысканиям, причем 10 месяцев действительных работ засчитывались за год. Работа каторжных оплачивались (закон 6 января 1886 г.)в 1/10 вырученного из их работ дохода. Осужденные на бессрочную каторгу могли по истечении 20 лет, с утверждения высшего начальства, быть освобождаемы от работ (кроме отцеубийц и матереубийц, которые и в отряд исправляющихся не переводились). Каторжные, не способные ни к какой работе, размещались по сибирским тюрьмам и через известные сроки обращались за правом на поселение.
  Каучук- подобно множеству разного рода смол, эфирных масел и прочему - это есть продукт жизнедеятельности растительного организма. По Шлейдену, он встречается у всех растений, дающих млечный сок, хотя иногда в столь ничтожном количестве, что не может быть и речи о его эксплуатации. Мячики, шары, куклы и другие подобного рода предметы, пустые внутри, готовились раньше следующим образом. Их делали всегда из нескольких частей. Из каучуковой пластинки выкраивают по шаблонам отдельные части, которые соединяются вместе при помощи давления; получается, таким образом, грубое изображение изготовляемого предмета. После этого внутрь вводят некоторое количество воды (или углекислого аммония), хорошо закупоривают, помещают в форму - которая состоит из нескольких частей - и нагревают для вулканизации. Жидкость обращается в пар, под давлением которого каучук заполняет все углубления формы; при этом, понятно, принимают предосторожности против прилипания каучука к форме. Иногда же, напротив, отдельные части предмета предварительно готовятся прессованием каучука в соответственных формах или получаются при высыхании каучукового раствора в формах, и уже готовые части соединяются в одно и таким же образом вулканизируются и пр. Для мячиков, например, выкраивают из каучука 4 сегмента по шаблону, соединяют их сдавливанием по краям и наглухо закупоривают, причем в одном месте с внутренней стороны приклеивают небольшую пробку из чистого каучука (без серы), после вулканизации мячик прокалывают в том месте, где пробка, накачивают в него воздух и, вынув наконечник насоса, сдавливают руками пробку и закупоривают отверстие. Иногда готовят мячики из двух половин, которые отдельно штампуются и пр. Так же готовились старинные воздушные шары для детей; только пробка тут была заменена открытой трубкой для наполнения шара газом (водородом или светильным газом). Вулканизируются они по способу Паркеса, окрашиваются и покрываются сверху лаком, для уменьшения диффузия находящегося в них газа. Для приготовления старинных калош масса каучука окрашивается сажей, наводится на ткань, из которой по шаблонам, вручную или машинами, выкраивают отдельные части калош; последние потом кладутся на форму и на ней соединяются вместе. После этого их покрывают асфальтовым лаком и вулканизируют в воздушных ваннах. Как уже сказано, каучук вначале долго служил исключительно для стирания карандаша и чернил, откуда и произошло английское название каучука - India rubber. Прежде употребляли для этого чистый каучук; теперь в чистом виде он применяется только художниками, когда нужно удалить карандаш, не трогая бумаги. Обычно употреблялся вулканизированный каучук, причем к нему прибавляют мелко истолченного стекла, мелу, тяжелого шпата и пр., иногда до 60%. Такой каучук сдирал при употреблении некоторый слой бумаги. Нитки каучуковые бывают двух родов: круглые в разрезе и четырехугольные. Первые получаются при прессовании каучукового теста через круглые отверстия различного диаметра, при помощи довольно сложных машин, вторые же при разрезывании каучуковых лент, пластин, трубок и пр.; последняя операция гораздо проще первой. Идут они для приготовления эластических тканей. Для этого нитки (невулканизированный каучук) натягиваются и охлаждаются в течение некоторого времени, вследствие чего они перестают сокращаться и при обыкновенной температуре. Они поступают потом на ткацкий станок и прядутся вместе с нитками из другого материала. Когда ткань готова, ее пропускают через нагретые вальцы, нитки приобретают свою эластичность, и ткань сжимается. Если идут в дело нитки из вулканизированного каучука, то их натягивают на станке при помощи особых приспособлений. Иногда эластическую ткань готовят таким образом, что два куска ткани покрывают каучуковым раствором и между ними кладется слой натянутых нитей каучука (иногда каучук, ленты); потом все это пропускается через вальцы и т.д.
  Кафары (или катары, от греч. κάθαροι - чистка) - это название присваивали себе уже манихеи, но в особенности гностико-манихейская секта, распространившаяся с конца Х в. по всей почти Южной и Западной Европе. Родоначальниками их можно считать восточных павликиан, приверженцев абсолютного дуализма; вторую степень в развитии ереси представляют собой болгарские богомилы, среди которых господствовал умеренный дуализм, обозначаемый Деллингером как монархианизм. С Балканского полуострова ересь через Далмацию перешла в Италию, где кафары были в насмешку прозваны патаренами (первоначально патаренами назывались в Милане сторонники реформы Гильдебранда, требовавшие уничтожения браков духовенства и скрывшиеся от народного преследования в грязном городском квартале Pataria, служившем убежищем для бродяг, ветошников и нищих; затем это же название дано было и катарам как ненавистникам брака вообще). В Италии катары имели последователей в Риме, Неаполе и Флоренции, но особенно многочисленны и многолюдны были их общины в Ломбардии, где они назывались также Gazzвri (откуда немецкое Ketzer - еретик); Милан около середины XII в. был скорее еретическим городом, чем католическим. В Ломбардии образовались три толка, или ветви, этой секты, из которых каждый имел своего главу или епископа. Из них албанская, или другурская, ветвь (Druguria, от греч. Δρυγουβιτεία - область дреговичей в Македонии около Солуня и во Фракии около Филиппополя, главных центров пропаганды павликиан) придерживалась абсолютного дуализма, болгарская, или Конкорецо (Concoreggio - от далматского города Gorica, Goriza, Coriza, ныне Гёрц), - монархианизма; как бы промежуточную ступень представляла собой баньольская ветвь (Bagnolo - местечко близ Лоди в Ломбардии; эта ветвь была всего более распространена в Далмации), которая вообще склонялась на сторону монархианизма, но в своем учении о человеческих душах и в своей христологии примыкала к абсолютным дуалистам. Вообще в Италии и в Северной Франции преобладал умеренный дуализм, в других странах, особенно в Южной Франции - абсолютный дуализм. Во Франции катары в XII и XIII вв. часто назывались публиканами, или попеликанами (искаженное павликиане), также болгарами (bulgari, откуда bougres), в некоторых местностях ткачами (texerauts, так как многие катары принадлежали к этому цеху), в Северной Франции и Фландрии - piphili, piphles, иногда тулузскими или провансальскими еретиками; наконец, в 1181 г. впервые появляется знаменитый термин альбигойцы. Вероучение абсолютных дуалистов принимало, что от вечности существуют два верховных существа - бог света и добра, творец невидимого мира, отец всех добрых существ, и бог мрака и зла, творец всего видимого мира и злых существ. В основу этой космогонии была положена мысль, что творение соответствует своему творцу; следовательно, всеблагой бог, который сам неизменен, не мог быть творцом видимого мира, в котором все дурно, тленно и изменчиво. Луцифер, сын бога мрака, в образе ангела света проник в небесное царство и внушил к себе любовь в обитателях его. Всеблагий бог допустил это, чтобы прославить свое имя и в чуждом ему царстве. Часть ангелов поддалась обольщениям Луцифера, за что они вместе с Луцифером были архангелом Михаилом низвергнуты с неба. Ангелы состоят из трех частей, или субстанций: небесного тела, души и духа; вторая обитает в первом, Дух же, как хранитель и руководитель души, пребывает вне тела. Духи, не участвовавшие в грехопадении ангелов, остались на небе; души последовали за своим обольстителем в мир видимый, в царство зла. Здесь сатана заключил их в грубо-земные тела. Таким образом, человеческий род распался на два разряда людей: в одних душа по природе зла и не может быть искуплена, в других заключены души павших ангелов, которые не могут погибнуть совершенно. Раньше или позже они вернутся в небесное царство, но до очищения своего, не размножаясь, переходят из одного тела в другое. Над ними грех не имеет силы; запятнав душу, он может лишь отдалить возвращение ее в царство праведных до окончательного очищения. Грех не есть нечто зависящее от воли человека, душа которого происходит из царства добра. Таким образом, катары отрицали свободу воли; допустить, что существо, созданное всеблагим богом, может путем самоопределения прийти ко злу, значило бы, с их точки зрения, допустить, что бог добра сам создал зло, хотя бы и условно. Чтобы привести плененные души ангелов к сознанию их высшего происхождения и открыть им путь к освобождению от власти зла и возвращению в небесную родину, всеблагой бог ниспослал на землю наиболее совершенное из своих творений - ангелов Христа (таким же ангелом катары считали и Святого Духа). Преследуемый богом зла, Христос умер без страданий, при чем душа и дух отделились от его тела, но через три дни воссоединились с ним; он восстал из мертвых и вместе со своим эфирным телом вознесся на небо. Смерть Христа не имеет значения искупления, но со времени его пришествия стало возможным покаяние для душ павших ангелов. Покаяние начинается со вступлением в истинную церковь (т. е. в церковь катаров); этим актом дух-хранитель, принадлежавший душе до грехопадения, возвращается к ней. До окончания покаяния душа странствует из одного тела в другое. От духов-хранителей и руководителей катары отличали духов утешителей (параклеты), число которых определяли в семь, ссылаясь на слова Апокалипсиса о семи духах, находящихся пред престолом Господа. Каждая плененная душа до грехопадения имела своего параклета, который воссоединяется с ней при таинстве руковозложения (consolamentum). Это воссоединение происходит еще в течение земной жизни, воссоединение же души с ее небесным телом совершается лишь на небе, по окончании процесса покаяния - и это и есть воскресение; ибо земное тело, творение бога зла, отпадает навсегда и ему нет места в царстве добра. Что касается отпрысков злого начала, то они вечно пребудут под властью своего творца; нет ада как особого места для осужденных, но весь видимый мир, это царство зла, и есть истинный ад. Вероучение умеренных дуалистов, или монархианцев, мало чем отличалось от системы болгарок, богомилов; на Западе она только подверглась более систематической обработке и была приведена в большее кажущееся соответствие со Священным Писанием. Единый всеблагий Бог - творец вселенной, высшего духовного мира, плеромы с ангелами и элементами материи. Первородный сын его Луцифер (Сатанаил богомилов) актом своей воли создал зло, а затем и весь видимый мир, в котором, следовательно, материя есть творение бога, а форма, в которую она облечена, принадлежит сатане. В своем учении о происхождении и природе человеческих душ монархианцы, подобно дуалистам, проводили основную новогностическую идею, согласно которой люди - это плененные ангелы, насильственно заключенные в чуждую им материю; но вместо теории метемпсихоза они выдвинули начало традиционизма: бог сам ниспослал в мир, созданный сатаною, двух ангелов, и от этих двух первоначальных душ (Адама и Евы) произошли все остальные. Грехопадение выразилось в плотском наслаждении прародителей; совершенное по свободной воле, оно было актом восстания души против Бога и попыткой возвеличить власть сатаны. Так как преступление совершено по свободной воле, то спасение не составляет необходимости, а приобретается заслугой. Часть человеческих душ осуждена на гибель и никогда не достигнет первоначального блаженства. К осуществлению спасения служило посланничество Христа. Зачатая беспорочно Дева Мария сообщила Христу человеческое тело; он был действительно распят, воскрес и вознесся на небо, оставив свое человеческое тело в преддвериях неба, дабы в день Страшного суда вновь на время облечься в него. Чуждый по естеству своему видимому миру, Христос совершал в нем, однако, материальные чудеса (которые абсолютные дуалисты толковали духовно и аллегорически), о святой Троице западные монархианцы первоначально учили, подобно болгарским богомилам: Отец для определенной цели (искупления) создал из себя путем эманации Сына, а этот последний - Святаго Духа; по окончании процесса искупления оба они разрешатся в чреве отца, и Троица вновь перейдет в единство. Впоследствии среди западных монархианцев укоренилось арианское учение о св. Троице: Сын царствует вечно и, будучи божественного естества, все же ниже Отца, но выше Святого Духа. Воскресение относится не к животным телам людей, а к их душам. Страшный суд наступит, когда пополнится число праведных, достигших спасения путем покаяния и руковозложения; по окончании Страшного суда, т, е. по отделении праведных от осужденных на гибель, весь видимый мир - творение сатаны - разрешится в первоначальный хаос. Этим начнется страшный ад, в котором вместе с демонами будут мучиться погибшие человеческие души; одновременно с этим впервые раскроются для праведных врата рая. Нравственное учение как монархианцев, так и абсолютных дуалистов представляет те же высокие черты безупречной чистоты и аскетизма, которыми обличается учение болгарских богомилов. Жизнь даже обыкновенных последователей кафаризма можно характеризовать как аскетическое подвижничество. Принятие мясной пищи, даже сыра и молока, считалось смертным грехом. Брак, узаконяющий плотские наслаждения, в принципе отвергался совершенно; впрочем, абсолютные дуалисты мирились с ним, как с необходимым злом, без которого не мог бы осуществиться метемпсихоз и, следовательно, и процесс покаяния, тогда как монархианцы не находили никакого оправдания для брака, этого расположения зла. Катары отвергали иконы и необходимость храмов. Богослужение состояло исключительно в чтении Евангелия (на народном языке) и в проповеди; из молитв узаконенной считалось только Отче Наш. Существовал только один главный обряд, возведенный на степень таинства и заменявший крещение, а отчасти и причащение; принятие его знаменовало собою вступление в высший разряд верующих, в разряд совершенных (perfecti), или друзей божиих, добрых людей (lo bos homes), отцов по Господе (θεότοκοι), утешенных. Это - руковозложение (consolamentum, то есть собственно утешение). Сущность его заключалось в том, что священник, а за ним и другие "совершенные" возлагали на кающегося руки и призывали сошествие на него духа-утешителя. Помимо руковозложения, спасение считалось невозможным; поэтому оно принималось иногда на смертном одре. Обряду предшествовало наставление кающемуся об обязанностях принимаемого им на себя звания (богомила), которые, впрочем, отличались от общих обязанностей всякого катара скорее количественно, чем качественно. Так как в дальнейшем течении жизни принявшему утешение грозила опасность совратиться и тем потерять полученную благодать, то во избежание соблазна допускалось самоубийство. Во главе нескольких общин стоял епископ, при котором состояли три духовных лица: старший сын, младший сын и диакон. Перед смертью епископ посвящал себе в преемники старшего сына. Обряд посвящения в священника заключался в возложении на голову посвящаемого рук и Нового Завета; он совершался епископом или же, с разрешения его, обоими его сынами. Наконец, у катаров были и диаконисы. Внешняя история катаров со второй половины XI века принадлежит, главным образом, югу Франции. Там ересь достигла такого распространения, что одно время католическая церковь находила невозможным бороться с ней силой и решилась прибегнуть к простым увещаниям и к религиозным увещеваниям. В 1165 г. состоялось торжественное состязание католического духовенства с проповедниками и епископами катаров, которое закончилось объявлением катаров еретиками. Тогда катары открыто заявили свое полное отделение от римской каталической церкви и создали собственную организацию. В мае 1167 г. в Сан-Феликс де Караман, близ Тулузы, состоялся торжественный съезд духовенства катаров из различных стран; на съезде присутствовал и патриарх Никита, прибывший с Балканского полуострова (этот факт и некоторые другие указания склоняют новейших исследователей к мысли, что катары, и именно абсолютные дуалисты, имели своего рода папу или верховного главу, стоявшего над всеми епископами). Главным средоточием ереси был Лангедок, но она проявлялась и в других местечках Франции, из Фландрии перешла в Бонн и Кельн (1163), Лондон и Йорк; в Оксфорде Генрих II созвал собор против катаров. Новую эпоху в истории кафаризма открывает собою 1209 г. - это начало крестового похода в Южной Франции. За эпохой собственно альбигойских войн (1209-1229) последовал третий, последний и наиболее продолжительный период в истории катар. (1229-1400), когда ересь перестала быть целостной, энергическою оппозицией против римской церкви и стала предлогом для осуществления политических стремлений французского правительства к объединению Франции, а с целью искоренения последних представителей ереси прибегли к инквизиции. Всего дольше катары просуществовали в Боснии, где они назывались патаренами и где преобладал абсолютный дуализм; имеются указания, что остатки патаренов втайне сохранились в Боснии и в новейшие времена. Культурно-историческое значение кафаризма заключается в том, что через него славянские народы впервые вносят в общеевропейскую жизнь свой интеллектуальный вклад, оставивший прочные следы на всем развитии средневековой культуры. Славяне, языческая мифология которых была уже проникнута элементами дуализма, явились при этом посредниками между Востоком и Западом. От славян же западные катары получили и свои апокрифы, которые, наряду с аллегорическим толкованием священных текстов, служили для обоснования их системы. Так, в конце XII в. в Северную Италию принесено было из Болгарии "Secretum" - латинский перевод "Вопросов Иоанна Богослова", одной из главных книг богомильского вероучения. Из того же источника получили западные катары "Сказание о крестном древе", Видение Исайи, Никодимово евангелие, Видение Павла. Причина быстрого и широкого распространения кафаризма, помимо ревности его пропагандистов, заключается в том, что он объяснял народу в образах, доступных его фантазии, происхождение зла на земле. Той же фантазии народа, еще не отвыкшего от мифического творчества мысли, катары отвечали своей причудливой космогонией, баснословными рассказами о начале мира, своею эсхатологией. Сектанты владели народной песнью, обращались к живым источникам народной речи: это также способствовало их успеху. Влияние ереси придало новый тон литературе, подняв в ней интерес к религиозным сюжетам, к восточной образности "басен", распространенных богомилами. Так, например, Павлово видение вместе с апокрифической книгою Исайи могло быть памятно Данту, когда он строил план своего ада и последовательность небес. Возможно, что в кафаризме общение Востока с Западом выразилось не в одной только передаче повествовательных мотивов и не в одной только генетической связи катаров с древними манихеями: Деллингер отмечает, что в мусульманском мире одновременно с катарами выступили дуалистические секты зендиков, карматов, исмаилитов и что в вероучении и практике дуалистов христианства и ислама замечается поразительная аналогия и типичные устремления.
  Кафе(Cafй) - типичное местечко для отдыха, появилось в крупных центрах Запада, особенно во Франции, было изначально излюбленным местом для праздных сборищ литераторов, художников и политических деятелей. Первое кафе во Франции было основано в 1654 г. в Марселе; немного позже кафе проникли в Париж, а в конце XVIII в. их было во Франции около 1000 подобных предприятий. Старейший литературно-политический кафе-бар в Париже - "Cafй Procope" - приобрел европейскую известность еще в XVII в.; его посещали позже Пирон, Детуш, Вольтер, Кребильон и другие известные лица; заглохший во время революции, он ожил вновь во времена второй империи, когда Гамбетта был одним из усерднейших его посетителей. При Бурбонах бонапартисты собирались в кафе "Montansier", якобинцы были в кафейне "Corazza" и т. д. В Пале-Рояле известнейшим было кафе "Foy", основанное при Людовике XVI, при Людовике Филиппе и Второй республике видевший в своих стенах Ф. Араго, Ледрю-Роллена, А. Дюма-отца и многих других. При третьей республике центральным пунктом для сборищ республиканцев стало кафе "Frontin", где одно время почти ежедневно встречались Гамбетта, Спюллер, Накэ и др. Империалисты своим центром избрали кафе "de la Paix", прозванное "de l'Ile d'Elbe"; здесь завсегдатаями были бывший полицейский префект Пиетри, Абатуччи, Жолибуа, Поль де Кассаньяк. В 1662 г. первое кафе было основано в Лондоне; с 1675 г. число их так увеличилось в Англии, что Карл II закрыл многие из них, как очаги оппозиции. В Вене появление кафе произошло в связи с освобождением города от осаждавших его турок в 1683 г., когда в лагере визиря Мустафы нашли громадное количество кофе. В России часто слово "кофе" непосредственно связано с деятельностью кафе, где всегда изготавливаются разные сорта кофе и чая по разным кулинарным методикам.
  Кафедра - первоначально так называлось типовое седалище епископа в храме, на которое он садился в известные моменты богослужения, например во время чтения "апостола" на литургии. Отсюда в переносном смысле названием кафедры заменяется слово "епархия" или шире - это город, где пребывает епископ; говорили, например, такое-то лицо было назначено на такую-то кафедру. Город, в котором имел пребывание епископ, назывался кафедральным, главный храм, в котором по преимуществу совершал свои священнослужения епископ, кафедральным собором. Кроме того, кафедрой называлось седалище или вообще место в храме, с которого проповедник - епископ или пресвитер - произносил свои веропоучения (в древности проповедники, большей частью, произносили проповеди сидя, как и слушатели слушали их сидя). В древности седалище проповедника помещалось или на амвоне, или посередине храма; ныне проповедническая К. в православных храмах, там, где она устрояется (большею частью в православных храмах проповедники произносят свои поучения с солеи, стоя за аналоем), как и в католических и протестантских церквах, помещается у стены или колонны, в виде особой возвышенной пристройки, и не имеет приспособлений для сиденья, так как проповедник говорит стоя. Название церковной кафедры (от греч. καθημαι - сижу) указывает на свое античное происхождение - от кафедры (καθέδρα, cathedra), стула, с которого произносили свои речи древние риторы и философы, в новейшее же время это слово признали своим университетские отделения, устроив даже кафедры для опоры во время чтения лекции стоя.
  Кафенотеизм или генотизм - термин, введенный в употребление Максом Мюллером для обозначения того состояния религиозного сознания, когда единичные божества еще не имеют определенности и устойчивости и каждое может заменять всех. Данный бог (например, Индра, Агни, Сурья), к которому поклонник обращается с молитвой, совмещает для него атрибуты всех прочих и представляет (в этот момент) единое верховное божество. Такой способ религиозного отношения, замеченный сначала в ведийской религии, оказался свойствен также и другим, например, древнеегипетской(с кафенотизмом или генотизмом не следует смешивать религиозно-философское слияние всех богов в одном определенном, какое можно найти, например, в позднейших орфических гимнах к Зевсу).
  Кафиры(от араб. "Kafir" - неверные, т. е. язычники) - такое прозвище было дано арабами темнокожим племенам Южной Африки (отсюда название "кафры"); то же наименование было распространено магометанами Индии на горные языческие племена Гиндукуша и было также усвоено европейцами в форме "кафиризма". Труднодоступность страны, в которой жили кафиры, - Кафиристана- дала им возможность отстоять свою независимость, а ее изрезанность и обособленность отдельных долин повела к распадению населения на ряд племен, разнящихся между собой и языком, и обычаями и нередко враждующих одно со другим. Внутрь Кафиристана долго не проникал ни один европеец или военный полк. Таннер и Мак-Нейр могли посетить (в 70-80-х г.г. 19 в.) только окраины этой страны, собрав путем расспроса лишь некоторые о ней сведения. Лишь в самые последние годы 19 века английский офицер Робертсон, занимаясь топографическими съемками на северной окраине Индии, успел проникнуть из долины Кунара в долины его притоков - Вашгуля, Прессуна, и ознакомиться ближе, не без значительных опасностей, по крайней мере с восточной частью Кафиристана. Опасности здесь на каждом шагу представляются как природой, так и населением. Сообщения происходят по берегам рек или по ложу горных потоков, по узким карнизам скал, по мостам, часто из одного перекинутого через реку ствола, и т. д. Природа вообще дикая, местами - мрачно-романтическая. В нижних частях долин изобилуют плодовые деревья, дикий виноград, гранаты, встречаются роскошные каштановые деревья, маслина, вечнозеленые дубы. Выше, на уровне 2-3 тысяч метров, растут густые сосновые и кедровые леса, сменяющиеся еще выше ивами, березою, можжевельником, которые на высоте пяти тысяч метров уступают место траве и мхам, и, наконец, - голым скалам и снегу. Зимой в верхних долинах снег лежит по нескольку месяцев, и тогда многие горные перевалы совершенно недоступны. Население Кафиристана по культурно-историческому типу было родственно соседним магометанским народностям Северной Индии и Восточного Афганистана. Кафиры были всегда крепко сложены, статны, сухощавы, сильны и выносливы; женщины были сравнительно низкого роста. Цвет кожи смуглый, но это зависело более от загара и грязи, хотя вообще кафиры были несколько смуглее европейцев; цвет волос и глаз обычно был черный, изредка встречались и белокурые. Черты лица большей частью правильные, арийские; нос красивый, прямой, тонкий, хотя попадались и орлиные носы, а среди низшего класса, рабов - и плосковатые, приплюснутые. Среди более состоятельных родов встречались человеческие особи с тонкими интеллигентными аристократическими чертами, но нередко также и разбойничьи физиономии с ястребиными охотничьими глазами, заросшим волосами лбом и т. д. Женщины, иногда красивые в ранней юности, обычно скоро дурнели и старели вследствие утомительной работы на полях, на открытом воздухе. По языку кафиры распадаются на три ветви: 1) Сиа-поши (Siahposh), т. е. "чернокафтанники", от темного цвета одежды, ими носимой; 2) Прессуны (или Вироны, как их называли магометане), сидящие в центре страны, во внутренних ее долинах и 3) Вай (Wai), на юго-востоке Башгульские кафиры говорили Робертсону что, посещая в юности поселения вай, они могут легко научиться их языку, но в зрелых летах это уже трудно; языку же прессунов научиться совершенно было невозможно. Робертсон подтверждает, что он не мог уловить ни одного слова из языка прессунов и что вообще эта ветвь во многом отличается от других кафиров и, может быть, составляли потомков древнейших аборигенов страны. Каждое племя подразделялось еще на кланы или роды; значение отдельного лица обусловливается как многочисленностью клана, к которому оно принадлежит, так и собственным положением. Дела племени решались советом всех старшин - представителей родов (джест), но в обыкновенное время всем руководят 4-5 старшин, выдающихся по своей опытности или храбрости, а также и по своей состоятельности: богатство у кафиров пользуется особым почетом, и с его влиянием может иногда бороться только ораторское искусство. Чтобы сделаться старшиной, нужно было пройти ряд церемоний, устроить одиннадцать пиров для всего племени и десять - для своих коллег-старшин. Старшины одни могут носить платье ярких цветов на религиозных плясках, пестрый тюрбан, одни могут сидеть вне дома на стульях на четырех ножках. Для второстепенных дел имеется еще выборная коллегия из 13 лиц, сменяемых ежегодно; старший из них пользуется почетом, прочие 12 - только исполнители его приказаний и выбираются даже из рабов. Они следят за порядком, за распределением воды по полям, за тем, чтобы виноград и орехи не срывались раньше положенного срока; они обязаны зажигать огонь каждую пятницу вечером в доме для религиозных плясок, обязаны угощать гостей из другого племени (на что собирают контрибуцию у односельчан) и т. д. Костюм кафиров разнится по племенам; cиa-поши носят тулуп из черных козьих шкур, перетягивая его ременным поясом, за которым всегда торчит кинжал; в восточных долинах обыкновенная одежда летом - рубашка и шаровары из бумажной ткани и род шерстяной туники, которую носят и женщины, перевязывая ее красным шнурком с кистями, тогда как мужчины только накидывают ее на плечи. Женщины сиа-пошей отличаются еще головным убором - четырехугольной бумажной шапочкой на затылке, а в более торжественных случаях - шапкой с двумя рогами и медными привесками вроде наперстков. Женщины у кафиров-вай носят большие тюрбаны, украшенные раковинами-каури. Прессуны одеваются в толстые, серые шерстяные плащи вроде одеял, вай - предпочитают бумажные и более ярких цветов. К именам часто прибавляется имя отца и даже деда или отца и матери. К. вообще отличаются жадностью, завистью, вспыльчивостью, развитием племенной вражды, основанной на политических мотивах, а не на религиозных: они вовсе не высказывают нетерпимости к своим соплеменникам, перешедшим в магометанство. Умственное развитие кафиров было довольно значительно; они очень сметливы и понятливы. Несмотря на все дурные черты их характера, с ними, по мнению Робертсона, легче было поладить, чем с их соседями магометанами. У них есть сознание чести, верность слову, своего рода рыцарство; хладнокровие, смелость, доверие, прямота, ласка действуют на них благоприятно; они способны привязываться к иностранцу и относиться к нему с уважением. Робертсон был свидетелем многих споров и драк из-за него; на него пробовали влиять угрозами, отнимали даже оружие, но ему удавалось хладнокровием улаживать недоразумения, и в конце концов у него ничего не отняли и не украли. Религия кафиров - идолопоклонство. Главный бог- Имра; за ним следует ряд богов и богинь, из которых самый популярный - бог войны, Гиш. Каждому богу и богине посвящены особые животные. Служение богам выражается также в плясках под удары барабана, иногда с аккомпанементом дудки. Кафиры верят также в злых духов (главный - Юш). Родиной человечества признается Кашмир, где последовало и смешение языков. После смерти душа человека превращается в тень; злые души низвергаются в ад, помещающийся под землею. Есть, кажется, и следы культа предков, хотя кафиры часто и отрицают его. Жертвы богам приносятся жрецом (utah), которому помогает "дебилала", поющий гимны; есть еще третья личность, "пшут", играющая роль вроде шамана. Кафиры не хоронят своих мертвых в земле и не жгут их, а кладут в большие ящики на холмах, общие или отдельные, смотря по достатку; обычно эти ящики деревянные, и когда они от времени разваливаются, то на выпавшие кости не обращается особого внимания. Похоронные церемонии разнообразны, смотря по племени, полу, значению умершего и т. д. Дома кафиров обыкновенно сложены в нижней своей части из камня, а верх имеют деревянный, в 1-2 этажа. Оружием кафирам служат еще лук и стрелы, но встречаются и ружья. Брак совершается без особых церемоний; за невесту вносится калым в 6-12 и более коров; состоятельные имеют от 2 до 5 жен. Кроме скотоводства, кафиры занимаются земледелием, сеют особенно пшеницу, а отчасти также ведут меновую торговлю с соседями или разбойничают. Численность кафиров точно никогда не была известна; прежде полагали ее в 200000, но, кажется, эта цифра была значительно преувеличена.
  Кафли или кафели (кафель или изразцы) - в старину это преимущественно расписные и узорные изразцы, (кафель от немецкого Kachel); важнее всего были белые поливные (глазурью политые) изразцы. Идут при постройке комнатных печей как облицовочный материал для образования гладкой, как бы остеклованной наружной поверхности, которая важна не только для внешнего эффекта, но и в теплотном (полированные или остеклованные поверхности излучают тепло и охлаждаются иначе, чем матовые), и в санитарном отношении (матовые поверхности и особенно глиняные дают прицепку бактериям и иной пыли, которая потом, при нагреве печи, от циркуляции воздуха вдоль стенок захватывается током и может быть узнана иногда и на обоняние). Гладкая поверхность на изразцах достигается обливанием их непрозрачною белою поливою, которая на них заправляется в особом обжиге. Тело изразца состоит существенно из глиняной пластины (толщ. 1/2-3/4 дюйма), поверхность которой и назначена к принятию поливы с одной лицевой стороны. Для кладки и скрепления изразцов между собою пластина получает с противоположной, внутренней стороны рамкообразный невысокий (дюйма 11/2-2) обод, на некотором расстоянии от края, к ней перпендикулярный (называется у печников рында или румф). Чем больше поверхность такой цельной пластины, т. е. изразца, тем чище и красивее сложенная из них печь (видимые снаружи швы между сложенными в ней изразцами затираются алебастром); Прямая плоская пластина, совсем правильная, как это желательно здесь, составляет в гончарном деле одну из трудных задач для точного выполнения в смысле прямизны и ровности; затруднения встречаются не столько в формовке, сколько в дальнейшем, в сушке и обжиге, при которых данная сначала форма легко изменяется при происходящих изменениях в объеме. Поэтому изразцовое производство при простоте задачи принадлежит к числу требовательных; со временем направление его меняется к тому, чтобы, усваивая переход к преобладающим цилиндрическим формам, заменить сборку поверхностей из нескольких штук собиранием печи из цельных поливных колец или труб во весь диаметр печи, причем самая выделка частей, хотя и гораздо более крупных, не встречает более тех трудностей, как для пластин. Примазанный обод нужен для того, чтобы образовать на внутренней (внутрь печи обращенной) стороне изразца коробку, в которую для утолщения всей изразцовой печной облицовки набивается при кладке печи замятая с песком сырая глина, нередко со щебнем (кирпичным); он же необходим для скрепления изразцов между собой. При кладке изразцы плотно стыкаются между собой лицевыми кромками (для чего иногда приходится подсекать кирешкой), а промежуток, остающийся между их соседними ободьями, заполняется печницкой глиной, как и сама внутренность обода. С 2-х или со всех 4-х сторон в ободе есть проколотые отверстия, через которые пропускается вязальная печницкая проволока для связывания изразцов (взамен проволоки ныне нередко берутся железные клямеры, щипцеобразные скобки и захватывающие соседние части изнутри через край). Весьма важное значение имеет обод для крепости изразца: отходя от пластины под прямым углом и будучи утолщен при корне, обод сильно увеличивает момент сопротивления поперечного сечения изразца, особенно по краям или кромкам, что важнее всего. Материал для приготовления изразцов - глина - должен быть, как для всякой высшей отрасли гончарного производства, отлично подготовлен мятьем и наилучше, сверх того, еще отлеживанием (хранением долгое время в сырых складах или под слоем воды в кирпичных, на цементе, или деревянных баках). Для уменьшения ее съеживания при сушке и в обжиге надо намешивать к ней, как только она сама по себе сколько-нибудь жирна, возможно большее количество шармота (предел легко узнается, смотря по глине, по степени сохранения еще способности к формовке). В качестве шармота в данном случае наилучше брать те же изразцы (еще неглазурованные), обожженные и довольно тонко измолотые, с просеиванием через сито; к тому служат бракованные и поломанные в обжиге изразцы, которых всегда в заводе достаточно; при недостатке материал дополняется жженкой (нарочно обожженной глиной того же самого сорта). Обильная пропорция шармота имеет большую важность при последующем наплавлении глазури, чтобы и с этой стороны дела независимо от свойств той или другой глазури предотвратить растрескивание глазурного слоя, к которому он способен после обжига вскоре или через продолжительное время после него. Помол шармота совершается бегунами или жерновами, с просевом. Замешивание глины с шармотом и приведение массы в состояние полнейшей однородности совершается тоншнейдерами, из которых единственно надежного результата достигают винтовые (например, тоншнейдеры от Шликейзена в Берлине, Шмельцера в Магдебурге); необходимо рекомендовать начать мятье с шармотом на деревянных токах по печницкому приему - ногами, а потом хорошо затоптанный материал пропускать через тоншнейдер дважды. Разумеется, при этом расходуется сила, но с полнейшею выгодой для качества продукта и для прочности поливы; по производительности, часто достаточны ручные тоншнейдеры (с ручным приводом от маховика. Подготовленная таким путем гончарная масса, пролежав в складе, идет на изготовление изразцов, и перед самым употреблением ее в дело имеется надобность опять немного перемять ее руками в малых порциях, поступающих к гончару для дневной работы; при этом употребляется обычный прием резки проволокой в куски и переминания кусков между собою на мяльном столе. Взамен ручной формовки пластин выгодно употребить формовку из тоншнейдера (такого же, который производит подготовку массы); для этого к источному отверстию тоншнейдера накрепляется (на откидных болтах) формовальный мундштук, который при работе винта выпускает глину из тоншнейдера широкой плоской лентой требуемой ширины по формату изразца (с запасом для последующего обравнивания или обреза) и требуемой толщины (около 1/2 дюйма); эта лента, направляемая по гладкому жестяному столу с водяной смазкой или по войлочным роликам, режется на части по длине, сколько нужно. Она дает пластины более чистые и плотные (глина обрабатывается в более крутом тесте) получаемых ручной формовкой. Для выделки обода тот же тоншнейдер с другими мундштуками может доставить ленты углового или таврового сечения, которые потом накладываются на пластину, изгибаются и примазываются руками; особый мундштук нужен для выжимания тесьмы, служащей при этом соединении. Фасонные угловые и карнизные изразцы также могут быть приготовлены выжиманием из тоншнейдера через соответственные мундштуки с водяной смазкой. Формовка изразцов может быть также произведена в прессах, формующих сразу весь изразец вместе с рындой и через то очень ускоряющих работу (вручную один навычный мастер, с подготовкою пластин ручной же работой, может произвести до 50-60 штук изразцов в день; при прессе один рабочий получает их сотнями). Конструкции таких прессов разнообразны, но их употребление в изразцовом производстве сравнительно мало было привито. Сущность большинства конструкций состоит в том, что внутренняя коробка, образуемая на изразце рындой, формуется надавливающим штампом, а фасонная боковая рама - дающая вместе с дном или пластиной самую рынду, перпендикулярно отходящую в некотором расстоянии от краев пластины, - делается раздвижной, из двух симметричных половин; она раздвигается, чтоб можно было вынуть изразец, причем в некоторых конструкциях он сам выпускается наружу по наклонной плоскости. После формовки следует довольно хлопотливый период сушки изразцов. При обычном способе работы, хотя бы с помощью тоншнейдеров для формовки пластины, сырой изразец мягок (средства формовать изразец нацело сухой прессовкой, из почти сухой массы, еще совсем не развиты), и его начальная сушка должна происходить на той же колодке, на которой он сработан, или (еще лучше) на алебастровых плитках (если сама колодка не алебастровая). По мере высыхания, когда консистенция изразца достигнет той степени твердости, при которой она именуется кожистою (палец не вдавливается более, а ноготь еще довольно легко), можно приступить к выправке изразца, чтобы выровнять его плоскость, обыкновенно слегка покривленную или покоробленную у краев за время сушки. Для этой работы служит гладкая каменная (мраморная) или чугунная плита, на поверхности которой можно выправить еще податливый корпус изразца поколачиванием деревянной колотушкой; легкими ударами по краю рынды и по наружным краям пластины достигается осадка поднявшихся частей, и правильность плоскости восстановляется. Надо хорошо улавливать момент, когда при надлежащей кожистой консистенции это возможно сделать без вреда всей целостности черепка. Для угловых кафелей имеются с этою целью чугунные или каменные угловые колодки, в которых обе плоскости поставлены под точным прямым углом. После этого кафеля могут быть развешаны (на гвоздях и проволоках, за имеющиеся в рынде отверстия) в более теплом месте (в помещении горнов). Когда они совсем высохли и готовы к обжигу, обыкновенно опять поверхность их оказывается недостаточно ровною, именно - она чаще всего прогибается в середине и становится слегка вогнутою. Тогда наступает первая обдирка сырцов острым песком мелкого зерна, для удобства которой построены особые простые машины (того же рисунка, как и для шлифовки после обжига). После обравнивания этой первоначальной обдиркой поверхность пластины осматривается для того, чтобы в случае нужды залепить крутым сильно шармотистым глиняным тестом мелкие вырванные при обдирке места, что может случиться на некоторых штуках (в тесто, служащее для этого заштопывания, прибавляется немного свинцового глёта, чтобы оно вернее закрепилось на своем месте во время обжига и не отделилось от общей поверхности пластины). После этого осмотра изразцы готовы к первому обжигу, который производится раньше покрытия поливой. В составлении изразцовой белой поливы, которая, как все вообще глазури и стекла, есть сплав кремнезема с несколькими основаниями (или плавнями), существенную роль играет окись олова, присоединяемая к кремнезему вместе с другими составными частями; она обращает получаемый сплав в непрозрачное (глухое) белое стекло более совершенным образом, чем это может быть достигнуто другими веществами, дающими молочное непрозрачное стекло. По своему влиянию на сплавление кремнистой смеси она противоположна плавням, т. е. не содействует легкоплавкости смеси, так же как и сам кремнезем не есть плавень; среди составных частей она должна быть, следовательно, поставлена рядом с самим кремнеземом в отношении влияния на плавкость смеси. Основаниями или плавнями, содействующими плавлению, для изразцовой глазури являются, преобладающим образом, свинец в виде свинцовой окиси и натр, взятый в виде соды или поваренной соли. Если требуется ввести значительные количества извести, то к составу прибавляют мел. Свинец и олово, всегда идущие вместе в состав глазури, берутся в состоянии металлов; из них свинец изыскивается в самых чистых сортах. Если дело идет о хорошей белой глазури, оба металла сначала сплавляются друг с другом (сперва растопляется свинец, потом в него вносится олово) и затем обжигаются продолжительным жаром для окисления действием воздуха: металлический сплав в жару легко превращается с поверхности в окись, и процесс такого окисления идет быстро, если при постоянном размешивании поддерживать прикосновение воздуха с металлом (не вынимая, однако же, из него землистой окиси или этой металлической золы, присутствие которой ускоряет окисление, содействуя разделению жидкого металла на мелкие порции при размешивании). Свинец и олово при этой обработке нужны вместе, тем более, что без свинца само олово окисляется трудно, а со свинцом очень легко. Резервуаром для расплавления и сожигания этих металлов в жару служит при более мелких количествах чугунная или железная плошка, нагреваемая огнем топки только через стенки снаружи (в ней надо избегать сильного перегрева, так как свинец тогда действует на железо); при значительном производстве - углубленный под лежачей печи, при нагреве только с поверхности. Во всяком случае, выгодно избежать употребления железной плошки и даже в небольшом деле производить жжение на дне печей. Помещение для расплавленного металла должно быть просторно: получаемая в результате обжига металлическая зола очень объемиста и занимает втрое больше места, чем металл. Обжиг и размешивание металла продолжаются многие часы (для размешивания служит железная штанга с насаженною на ее конец поперечною к ней железною бляхою, прорезанною на поверхности несколькими отверстиями для облегчения ее движения в массе металла и золы). Температура жжения есть слабое красное каление. Когда при учащенном размешивании не появляется более жидкого металла и из массы золы более не появляется искр, работа близка к концу; еще 1 час или 11/2 размешивания в том же жару - и окисление сполна окончено. Нанесение глазурного слоя на изразцы исполняется приемом обливания глазурной жижей. Глазурь всегда настолько тонка, что при замешивании с водой до консистенции обыкновенных негустых сливок остается очень долгое время в равномерной намеси с водой, когда во все это время смесь постоянно встревоживается опускаемыми в нее ковшами. Для поливки изразца рабочий держит его рукой за обод почти отвесно, а другой, захватив в ковш глазури, обливает его поверхность, а потом, перевернув изразец нижней кромкой кверху, обливает его вторично с другого края; после этого налипший слой еще сглаживается ребром гладила для большей ровности в толщине накрышки. После сушки на стеллажах с поверхности, покрытой плотным глазурным слоем, осторожно смахивается (заячьими хвостами) пыль, которая может еще оттираться от просохшего слоя, и устанавливаются в печи для второго обжига. В Западной Европе кафели стали украшаться разноцветным орнаментом, главным образом, в XVI столетии. Не только отдельные кафели и карнизы кафельных печей украшались орнаментом, но к кафельным печам прикреплялись еще отдельно выделанные фигуры. Первоначально преобладали темные тона, с XVIII столетия они стали более светлыми. Тогда же кафельным печам стали придавать более искусственные формы, причем сначала стали употреблять кафель больших размеров, а затем, совершенно отказавшись от такого устройства печей, при котором можно было бы различать отдельные кафелины, стремились, главным образом, к единству в архитектонике печей. Этот недостаток кафельных печей стиля рококо перешел и к эпохе классицизма. Кафельным печам стали тогда придавать строго архитектонические формы и делать их совершенно белого цвета, так что, лишившись теплых тонов прежнего времени, они и по форме, и по цвету представляли собой имитацию мраморных сооружений. Только с 1860 г. вновь стали употреблять цветные кафели. Известны были кафельные печи XV столетия, имеющиеся в Германском музее в Нюрнберге, XVI столетия - в ратуше в Аугсбурге, в Швейцарии (в Мёрсбурге, Вюльфлингене, Зейденгофе у Цюриха и других местах), XVIII столетия- в монастыре св. Флориана близ Линца, в замке в Вюрцбурге, в Художественно-промышленном музее в Ганновере и других местах. В древней России кафельные изделия употреблялись очень рано, в Киеве уже в Х веке, если не ранее, потому что были найдены в развалинах и мусоре Десятинной церкви, также в окрестностях этой церкви, где были отрываемы фундаменты древних зданий. Они также были находимы между остатками монастыря св. Феодора или Вотча, вообще во всем пространстве древнейшего киевского кремля. По свидетельству Иоанна Леванды, кафельные или муравленые украшения в виде розеток находились еще в начале 18 столетия на наружных стенах Десятинного храма и при исправлении его иждивением инокини Нектарии (в мире Натальи Борисовны Долгоруковой) сбиты были многие кафельные розетки с наружных стен ("История" Карамзина, т. I). В той же церкви в 1829 г. открыт был целый пол, состоящий из четырехугольных плит разноцветного кафеля, который и употреблен при постройке новой Десятинной церкви для этой же цели. На наружной стене типографии Печерской лавры рядом с древними барельефами вделаны тоже древние кафельные розетки, сохранившиеся в развалинах от первоначальной соборной Печерской церкви. В алтаре Киево-Софийского собора в низу мозаических изображений все пространство полукружия от картины Святителей до пола вместе с мозаикой покрыто было разноцветными кафелинами и фигурами из него. В Москве старинные кафели с изображениями находились в церкви Спаса, что была на Неглинной, затем на углу Успенского переулка и Гончарной улицы; в Новом Иерусалиме есть целый кафельный алтарь. В XVI-XVIII в.в. производство кафеля процветало в Малороссии, где он всегда орнаментировался рельефом, а иногда еще по верху рельефного орнамента покрывался сплошь зеленым поливом. Рисунки, изображавшиеся на кафеле, относились к военной и политической жизни казачества, а также к общественному и домашнему быту.
  Кафолические- послания, рассылавшиеся в древней христианской церкви от лица епископа одной какой-либо почетной церкви к представителям всех других поместных церквей, по поводу каких-либо обстоятельств, касавшихся всей церкви, например, относительно появившейся в какой-либо епархии ереси, угрожавшей нарушить единство церкви, и т. д. Таково, например, было послание епископа Александрии по поводу появления в этом городе ереси Ария. Кафолические послания называются иногда также окружными, что было неточно, так как последним именем обозначаются собственно послания, рассылавшиеся каким-либо патриархом, митрополитом или архиепископом - епископам своего патриархата или округа. Кафолический(от греческих слов καθ - по и όλη - целая, вся; подразумевается - όικουμένη, т. е. вселенная) - прежде всего это название присваивается христианской церкви, как имеющей своих последователей во всех странах земного шара; затем оно применяется ко всем функциям деятельности церкви, насколько они имеют значение для всего христианского мира. Например, говорят: кафолическая вера всего христианского мира или кафолический догмат как догмат всего христианства.
  Кафтан(от турецкого слова) - длинная одежда, простиравшаяся почти до полу, с пуговицами и застежками спереди. Различались: кафтанчики исподние и верхние (носившиеся на другом платье, например, ферязи); последние часто делались теплыми, с мехом или стеганной на вате подкладкой. Простые кафтаны были: дождевые, ездовые, столовые, смирные и другие. Нарядные кафтаны имели отложное ожерелье на воротнике, золотые петлицы с кистями спереди, запястья у рукавов и кружева на полах. Ожерелье, запястья и петлицы иногда обшивались драгоценными камнями и жемчугом. По своему покрою кафтаны были становые, с перехватом на талии и недлинными, широкими рукавами, и турские - без воротника, с застежкой на шее и левом боку. Общий покрой кафтанов долго сохранялся в кучерской одежде. Кафтаны шились из атласа, бархата, камчатки, тафты, сукна и прочих материалов. Суженный и укороченный кафтанчик назывался кафтанцем. В новейшее время кафтаны составляли особый знак отличия и жаловались из императорского кабинета, по личному усмотрению государя императора или по представлению начальства, крестьянам, мастеровым, инородцам и вообще лицам податных сословий. Лица, пожалованные кафтанами, не подвергались телесным наказаниям.
  Кацея(кация, кацья) - в старину жаровня, по объяснению азбуковников, "судина до каждения". Кацеи в старину делались с ручками, глиняные, каменные, железные, медные и серебряные. Архиепископ Филарет (Гумилевский) видел в кацеях кропильные чаши, указывая на чешские "кацати" - брызгалы водой.
  Качество(qualitas) - одна из важнейших категорий, выражающих собой условие мыслимости видимого предмета. Из двух определений предмета, качества и количества, только первое характеризует предмет и делает его тем, что он есть в действительности, т. е. только качество принадлежит предмету самому по себе, между тем как количество принадлежит или приписывается ему только по сравнению с другими однородными предметами: если бы человек мог иметь только одно восприятие в течение жизни, то оно могло бы иметь известное положительное содержание, но не имело бы само по себе степени напряженности. Качество, как определение предмета, противополагают предмету, как носителю качества; противоположность эта обозначается терминами "субстанция" и "атрибут", причем первая мыслится как неизменная, единая, бескачественная вечная основа различных между собой и характеризующих эту основу атрибутов. В самих атрибутах различают две степени: качества необходимые и существенные, характеризующие субстанцию, и свойства, случайно предмету принадлежащие и изменчивые. О предметах мы узнаем из восприятий, которые ничего не говорят нам о неизменном носителе качества. Субстанция есть, таким образом, понятие, присоединяемое нашим мышлением к качеству, с которыми мы знакомимся благодаря нашим ощущениям. Но с тех пор как наука показала, что в ощущении нам вовсе не дано качество самого предмета, а лишь ответ нашего сознания на внешнее, неизвестное нам воздействие, стало необходимым различение качеств двух родов: объективных, принадлежащих самому предмету, и субъективных, принадлежащих субъекту и только приписываемых предмету. Локк пытался провести границу между субъективными качествами и объективными; к последним он относил число, форму, движение и покой, величину и положение. Это деление, однако, не выдерживает критики, ибо Локк отнес к первичным такие качества, которые, в сущности, определяют не сам предмет, а его пространственные и временные отношения. Сказать, что в предмете пространство и время - самые существенные качества, значит сказать, что в нем именно то существенно, что ему не принадлежит, и наоборот. Пространство и время во всяком случае не суть реальности в том смысле, в каком мы реальность приписываем качествам, доступным нашему восприятию; пространство и время есть формы или условия возможности восприятия качества. Таким образом, анализ качеств приводит к признанию субъективности всего содержания наших восприятий. С другой стороны, и само понятие субстанции как носителя качества нисколько не обогащает нашего познания о предмете и представляет собой чистую фикцию, возникновение которой объясняется кажущеюся невозможностью мыслить качества как самостоятельные элементы мира. Единственная действительность для человека - это состояния его сознания, в числе которых находятся и восприятия внешнего мира; поэтому субъективные, так называемые вторичные, качества мы имеем право считать частью доступной нам действительности. Таким образом, первичные и вторичные качества в истории человеческой мысли обменялись значением.
  Каша- пища, приготовляемая из крупы, на воде или на молоке, одно из главных яств в крестьянском быту, особенно на Севере(хотя император Николай 1 также говорил: "щи да каша- пища наша", имея ввиду не только всех русских подданных, но и себя самого). Корелы считали раньше кашу большим лакомством и непременно выговаривали ее в виде оплаты (по возможности пшенную с молочком) при ежегодном найме на страду. В Архангельской губернии каша составляла главное угощение на празднествах по случаю окончания жатвы, особенно если дело не обходилось без постороней помощи (отжинная каша, от слова: отжин). В Холмогорском уезде пшенная кашка составляла необходимое кушанье при угощенье после крестин. Равным образом и в свадебном и предсвадебном обиходе каша имела почти повсеместно своего рода обрядовое значение. В день Аграфены Купальницы (23 июня) ели, по возвращении из бани или после купанья, обетную кашицу, которая готовилась с особыми символическими обрядами; крупа для этой кашки могла быть истолчена накануне, для чего (в Костромской области) собирались девушки; иногда кашу варили вместе в складчину. В Тульской губернии в этот день прежде по обету варилась мирская каша, которой позже кормили нищих. В старину кашей назывался свадебный пир(она и подавалась позднее на свадьбу); так, в 1239 г. летопись рассказывает, что князь Александр устроил кашу(свадьбу сварил- кашу наварил или приготовил свадебный пир) в Торопце, а потом другую в Новгороде.
  Кашель- последовательный ряд типичных насильственных выдыханий, сопровождающихся смыканием голосовой щели. После энергического вдыхания голосовая щель плотно замыкается, затем внезапно раскрывается столбом воздуха, находящегося под голосовыми связками под давлением выше атмосферного. Подобное внезапное разъединение сближенных до того голосовых связок и производит характерный шум кашля. При этом происходит уравновешение двух воздушных столбов, выше и ниже голосовой щели, и вследствие внезапности этого явления голосовые связки приводятся в сильные колебательные движения. Тембр кашля обусловливается состоянием гортани, дыхательных органов и выдыхательных мышц, что и создает различные виды кашля: громкий, хриплый, беззвучный, лающий, крупозный и прочие. Кроме того, на тембр кашля влияет подвижность и форма подгортанника, который при каждом кашлевом толчке немного подымается кверху восходящей струей воздуха. Небная занавеска при кашле обычно подымается и отгораживает носовую полость от ротовой; если этого не происходит, то струя воздуха и уносимые с ним инородные массы, слизь и секрет с дыхательной трубки бронхов и легких, направляются в носоглоточную полость. Дети кашляют обычно при опущенной небной занавеске, а потому они почти всегда проглатывают мокроту, а не отхаркивают ее. Для производства энергических кашлевых движений требуется правильная деятельность мышц, суживающих голосовую щель, а также мускулатуры брюшного пресса, вот почему при паралитическом состоянии этих мышц кашель крайне слаб и не достигает своей важной цели, сущность которой лежит в ограждении дыхательного аппарата от внешних вредных влияний, удалении инородных тел, проникающих в гортань и легкие, также как чрезмерного накопленного нормального или болезненного секрета. Для врачей характер и сила кашля имеют также весьма важное диагностическое значение для определения различных болезненных состояний. Но наряду с этим может существовать целый ряд страданий в органах дыхания, которые могут протекать без кашля. Непосредственную причину кашля составляет присутствие какого-либо раздражающего начала, действующего на поверхности дыхательных путей или на окончания заключенных в них нервов (давление воспаленной и гиперемированной слизистой оболочки, перерождение ее при хронических ларингитах и т. д.), хотя кашель может быть вызван произвольно. Вместе с тем кашель может наступать чисто отраженным, рефлекторным путем от страданий органов, ничего общего не имеющих с дыхательным аппаратом. Кашель у животных служит обычно признаком заболевания дыхательных органов: громкий и свободный, он менее опасный, наоборот - слабый, глухой, выходящий из нутра заставляет опасаться серьезного или даже опасного поражения легких. Последнего рода кашли у лошадей часто сопровождает легочный сап, у рогатого скота бугорчатку легких (или жемчужную болезнь). При обыкновенном кашле советуют делать "пары": в мешок насыпают отруби и, обдав кипятком с прибавлением чайной ложки скипидара, заставляют животное вдыхать выделяющиеся пары; это можно делать только в теплом помещении.
  Кающиеся- вообще грешники, приносящие раскаяние в своих грехах; в частности, в древней церкви так назывались члены церкви, которые за тяжкие грехи подвергались церковным епитимиям. Смотря по важности грехов, они делились на четыре рода: 1) плачущие (προσκλαίοντες), которые не имели права входа в храм и во время богослужения стояли на церковной паперти, иногда с посыпанной пеплом головой, повергаясь ниц перед входящими в храм с просьбой о молитве за них. 2) Слушающие (ακούοντες), которым позволялось слушать чтение и объяснение святого Писания за литургией, после чего они выходили из храма; они стояли вместе с оглашенными в притворе. 3) Припадающие, или преклоняющие колена (ύποπίπτοντες), имели право присутствовать не только при чтении и объяснении святое Писания, но и при возносимых вслед за тем молитвах за них, стоя вместе с готовящимися ко крещению, непосредственно за амвоном. Перед началом литургии верных они оставляли церковь вместе с оглашенными. 4) Стоящие вместе с верными (συνασταμένοι τοϊς πιςτοϊς) присутствовали за литургией в храме вместе с верными во все продолжение ее, но не имели права приступать к причащению. По усмотрению местного епископа кающиеся могли быть переводимы из одного класса в другой и от него же получали разрешение.
  Квадрант- древнеримская монета, равная 1/4 асса. Чеканилась обычно с изображением головы Геркулеса на одной стороне и галеры на другой. Квадрант был также мерой длины (равен 1/4 фута) и веса (равен3 унции). Квадрант-это также астрономический инструмент, служивший со времен Тихо Браге и до начала 19 века для измерения высот небесных светил. Состоит из четверти круга, разделенной на градусы и более мелкие части и устанавливаемой в вертикальной плоскости. В центре дуги квадранта вращается линейка с диоптрами или же зрительная труба. Место нуля (начало счета, обыкновенно от надира) определялось отвесом, грузик которого находился в сосуде с водою или маслом, а положение алидады или трубы при наведении на наблюдаемый предмет отсчитывалось при помощи верньера. Для путешествующих астрономов изготовлялись переносные квадранты, устанавливаемые на штативах; для постоянных же обсерваторий делались стенные квадранты, неподвижно укрепляемые в плоскости меридиана к каменным стенам здания обсерватории. Особенно известны были стенные квадранты английских фабрикантов Грегема, Бёрда и Рамсдена; они доводили радиусы квадранта до 8-ми футов. Не составляя полного круга, квадрант не позволял исключать наблюдениями ошибки эксцентриситета, и потому позже он вышел из употребления и заменяется меридианным кругом (устанавливаемым в плоскости меридиана) и вертикальным кругом (устанавливаемым в любом вертикале).
  Квадратное письмо- название письмен, которыми написаны еврейские рукописи Святаго Писания и от которых заимствованы были новейшие еврейские печатные буквы. Квадратное письмо произошло от арамейского, перенятого евреями времен Ездры и совершенно вытеснившего древнееврейские (финикийские) письмена. Ко времени начала новой эпохи квадратное письмо было уже выработано во всех своих особенностях.
  Квадратные платы- выпуск медных пятикопеечников 40-рублевого в пуде достоинства, начиная с 1723 г., вызвал громадную подделку этой монеты, а вместе с этим и большое недоверие к медной монете. Чтобы уничтожить последнее, императрица Екатерина I указами от 14 июня 1725 г. и 4 февраля 1726 г. повелела чеканить в Екатеринбурге, на тамошнем монетном дворе, платы из красной меди по 10 рублей из пуда, ценой в 1, 1/2, 1/4 и 1/10 рубля (чеканены также 5 и 1 коп., не упомянутые в указе). Рубль весил, таким образом, 4 фунта, полтина - 2 фн., четвертак - 1 фн. и гривна - 382/5 золотников. Штемпель накладывался только на лицевую сторону и состоял из четырех двуглавых орлов (в кружке) по углам и надписи: год, цена и Екатеринбурх - в середине. Рубли и полтины стали крайне редки; первые хранились в Эрмитаже (бесспорные), а вторая - в собрании графа И. И. Толстого. Квадратные платы были биты лишь в 1725, 1726 и 1727 гг. Такая форма монеты давно употреблялась в Западной Европе, обычно для "осадной монеты".
  Квазимодо(Quasimodo)- 1) в католической церкви - это воскресенье следующее после Пасхи; название получило от первых слов возгласа, в этот день начинающего латинскую мессу: "Quasi modo geniti infantes, alleluia". Называется также "воскресеньем в белом" (dominica in albis, dimanche en blanc), так как в первые времена христианства в квазимоду вводились в церковь для крещения новообращенные, в белых одеждах. 2) Это также синоним физического и нравственного уродства, вошедший в употребление со времени появления романа Виктора Гюго "Notre Dame de Paris", в котором Квазимодо - это глухой и безобразный мономан, типичный косой человечек, горбатый, с кривыми ногами и пальчиками.
  Квазир(Quasir) - скандинавское мифическое существо, происшедшее из слюны азов и ванов. Квазир был столь мудр, что мог отвечать на любой вопрос. Помирив азов и ванов, он отправился учить людей мудрости, но был убит карликами Фиаларом и Галаром, которые из его крови приготовили горький мед, делавший всякого вкушавшего от него поэтом и мудрецом. Азов карлики убедили, что Квазир задохся в собственной мудрости, которой никакие вопросы не могли в нем уменьшить, намекая им, что лучше быть глупым и маленьким как они - карлики.
  Квак- нота, неудачно взятая певцом или играющим на инструменте; звук, неудачно в акустическом смысле сложившийся от неправильного выдыхания воздуха или неправильного ведения смычка.
  Квакеры(англ. quackers, quakers, т. е. "дрыгуны") - секта, возникшая в Англии в XVII в. Название это было дано им в насмешку, ввиду судорожных движений и припадков, в которые они впадали, когда будто бы "нисходил на них Дух Божий". Сами последователи этой секты называли себя "христианским обществом друзей" (на основании слов, употребленных апостолом Иоанном, в Послании III). Основателем секты был Георг Фокс, родившийся в 1624 г. Углубившись в чтение Священного Писания, он после непродолжительного периода искания и сомнения достиг положительного убеждения, что истина находится не в науке, не в католицизме или англиканстве и других сектах, а в каждом человеческом сердце. Он называет ее внутренним светом, гласом Божиим. Этот голос не возвещает новых истин веры - они уже высказаны в Святом Писании, но служит свидетельством вечного присутствия Христа в человеке; он указывает добро, отдаляет от греха и никогда не противоречит ясному смыслу Священного Писания и разуму. Фокс немедленно принялся распространять это учение, впадая в мистические восторги и предоставляя другим логическое развитие учения из высказанного им начала. Его били, бросали в него камнями, сажали в тюрьму, но, несмотря на все преследования, число его последователей быстро увеличивалось. Когда Кромвель распустил парламент (1653) и рассеялась надежда "святых" на скорое осуществление их мечты о царстве Божием на земле, горячие индепенденты приняли учение о новых, непрерывных откровениях Божиих; благодаря этому квакерство быстро распространилось по всей Англии; ревностные сторонники "внутреннего света" отправлялись для проповеди даже в отдаленные страны. Фокс сам посетил Америку и указал на нее своим последователям; Вильям Пенн, которому принадлежат большие заслуги во внутренней организации квакерских общин, купил у английского правительства земли на Делаваре и основал там квакерскую колонию. В новейшее время общины квакеров особенно были распространены в Англии и США; кроме того, они существовали в Голландии, Германии (близ Пирмонта) и в торговых городах Норвегии. Так как квакеры ни в каком случае не приносили присяги и упорно отказывались от обязанностей военной службы, то везде, где они существовали, их слово признается равносильным присяге, а вместо военной службы они платили известные подати. Heмало сделал для этого и Пенн. Признавая великое значение "внутреннего голоса" и его согласие со Святым Писанием, квакеры не отрицают и земной мудрости, "ибо Христос пришел не угасить, а очистить языческое знание"; в Пифагоре, Платоне, Плотине горел "внутренний свет". Всякое гонение на веру преступно. Проповедь должна быть свободным выражением вдохновения, которое может нисходить на каждого верующего; "друзья" отрицают поэтому необходимость духовенства и осуждают сбор десятины и вообще всякое вознаграждение за толкование и распространение Священного Писания. В местах, где квакеры собираются для совещаний и общей молитвы (meeting houses), нет ни алтарей, ни образов; пение и музыка изгнаны. Хотя проповедовать может каждый член общины, не исключая и женщин, но на самом деле правом этим пользуются только люди, заслужившие общее уважение и доверие. В прежних собраниях вздохи, шедшие crescendo, стоны и необыкновенные кривляния были обычным явлением; позднее в собраниях царствует глубокая тишина, прерываемая только голосом проповедников; иногда, если ни на кого из присутствующих не сходит вдохновение, хорошей проповеди не бывает. Квакеры не допускают никаких обрядов и не признают таинств. Они не отрицают совершенно крещения водой, но считают его излишним. Браки совершаются через простое обещание сожития и верности, в присутствии старшин. Погребение происходит без всяких церемоний, причем родственники умершего не надевают траура. Вместо памятников и эпитафий в назидание следующим поколениям составляются и печатаются биографии тех людей, добродетели которых заслужили общее признание. Устройство квакерских общин основано на чисто демократических началах. Важные частные и общественные дела решаются избранными представителями. Подчиняясь законам государств, к которым они принадлежат по рождению, квакеры не участвуют, однако, в народных торжествах по случаю побед, осуждают торговлю оружием и порохом, агитируют против смертной казни и против дуэли. Bo время войны США за освобождение многие квакеры все же взялись за оружие и образовали отдельную общину "свободных и воинственных (free and fighting) друзей". Признавая совершенное равенство и братство между людьми, квакеры в своих сношениях с властями и знатными лицами не употребляют выражений, принятых обычаем, а обозначают только должность или сан, всех называя на ты. Они верят в постоянное улучшение и развитие духовной природы человека. С XVIII века квакерство начинает предпринимать все усилия для уничтожения торговли неграми и рабства. В 1754 г. "друзья" решили исключить из своей среды всех, имевшихся у них рабов. Между квакерами не было нищих: каждый здоровый член должен работать; для больных и дряхлых существуют больницы и дома приюта. От членов, совершивших бесчестный поступок, община отрекается. Брачные обязанности соблюдаются строго. В ребенке родители уже уважают будущего человека и основывают на этом свою систему воспитания. До конца XVIII в. частная жизнь квакеров была очень однообразна и бедна наслаждениями, потому что из нее изгонялись искусства. В Россию квакерство появилось впервые в конце XVII в. в лице Квирина Кульмана, сожженного в Москве. В 1743 г., а затем синодским указом 9 декабря 1756 г. "квакерской ересью" названа секта хлыстов, хотя происхождение последних едва ли имеет какую-либо связь с историей квакерства; поводом к этому, вероятно, послужило некоторое сходство основного учения квакеров об озарении от Духа с учением русских хлыстов о воплощениях и вдохновении, вызываемых, как и у квакеров, посредством различных телодвижений. Петру I квакеры представлялись дважды во время пребывания его в Лондоне; государь отнесся к ним очень внимательно и, будучи за границей, не упускал случая побывать на квакерском богослужении. Менее случайный характер имели сношения с квакерами Александра I, в мистическом настроении которого квакерские идеи находили много отголосков. Александр I познакомился с ними тоже в Лондоне в 1814 г. В 1818 г. квакеры Грелье и Аллен приезжали в Петербург и были приняты государем, который с ними молился. В 1822 г. император Александр 1 имел в Вене новое свидание с Вильямом Алленом, этим неутомимым борцом против невольничества, который с помощью русского императора надеялся достигнуть своей заветной цели - объявления негроторговли(и крепостничества) равносильной пиратству. В 1824 г. прибыл в Петербург квакер Томас Шиллите, который дважды молился с государем.
  Кван- это квадратная монета в Аннаме, была ценой около тогдашнего рубля.
  Квартал- до полицейской реформы 1862 г. составлял третью и низшую полицейскую инстанцию в городах. Кварталом называлось подразделение части, которое имело свое особое управление с квартальным надзирателем во главе, подчиненным частному приставу. Фактически во многих городах существовало только название квартального надзирателя: эти чиновники не имели в своем заведовании особых кварталов, а были просто исполнителями приказаний начальства. В 1862 г. эта третья инстанция была уничтожена. Учрежденные при этом полицейские надзиратели, также как и появившиеся впоследствии околоточные надзиратели, имели совсем иные функции.
  Квартет(quartetto - ит., quatuor - фр., Quartett - нем.) - музыкальное сочинение для четырех голосов (мужской квартет - 1-й тенор, 2-а тенор, 1-й бас, 2-й бас; женский квартет - 1-е сопрано, 2-е сопрано, 1-й альт, 2-й альт: смешанный квартет - сопрано, альт, тенор, бас) или инструментов. Вокальный квартет менее обширен по объему и пишется в простейших формах; инструментальный, в особенности струнный (1-я скрипка, 2-я скрипка, альт, виолончель) состоит из нескольких частей: 1-я в скором темпе, в сонатной форме, 2-я - в медленном темпе, в простейшей форме рондо, 3-я - менуэт или скерцо, в форме песни, с трио, 4-я - в скором темпе, в форме рондо или сонатной форме. Начиная с Гайдна, квартетная музыка получила художественное развитие. Моцарт, Бетховен обогатили квартетную музыкальную литературу гениальными произведениями. Квартеты писали также Шпор, Онслов, Мендельсон, Шуман, Глинка, Рубинштейн, Чайковский, Бородин и другие композиторы.
  Квартирный- это булгаковский типовой вопрос(типичен в культурно-историческом смысле как, например, еврейский, детский или женский вопрос) о предоставлении менее достаточным классам населения удобных, здоровых и доступных по цене социальных квартир. Он является частью рабочего вопроса, поскольку речь всегда идет о жилищах для рабочих (или отдельных домов для крестьян), а также для новых служащих и их семей, но в современных больших городах квартирный вопрос приобретает первостепенное социальное значение и для более обширных слоев населения и так называемой инородной финансовой элиты (если, конечно, она паразитирует в жилищной сфере). Спрос на жилища увеличивается особенно в больших городах соответственно возрастанию всего населения, которое в последние 100 лет приняло громадные размеры(отчего ведутся постоянно квартирные войны).
  Квартирьеры- офицеры и нижние чины, посылаемые при передвижении войск вперед для занятия квартир. Накануне вступления воинской части или команды в назначенные по маршруту город или селение ее начальник посылает квартирьеров в местное учреждение, распоряжающееся отводом квартир, причем они должны были иметь раньше точные сведения о числе людей по чинам, лошадей, машин и обоза части или команды. Распределив указанные им помещения, квартирьеры обязаны были озаботиться отысканием воды, отводом места для варки пищи и водопоя и приемом дров. Перед прибытием части они встречают ее. После сдачи квартир они в тот же день отправляются дальше и заготовляют квартиры в новом месте, назначенном для следующего ночлега или подневки.
  Кварто- счетная монета различной ценности, что была в Испании, Марокко, Мексике; также это мера жидкостей в Барселоне, Неаполе; местная итальянская мера сыпучих тел.
  Квартиродециманы или протопасхиты - в древней христианской церкви это приверженцы иудейской Пасхи в Малой Азии и Сирии, отлученные от церкви Никейским (325) и Антиохийским (341) соборами и объявленные злобными еретиками.
  Кварц- минерал, один из самых распространенных в земной коре. Он всюду рассеян в виде примеси среди других минералов, входит в состав различных горных пород совместно с другими минералами; образует также и самостоятельные толщи. Очень часто встречается в прекрасно образованных кристаллах, которые имеют вид шестигранных призм с шестигранной пирамидой на конце. Обычно развит один конец, другой же срастается с породой; изредка встречаются кристаллы, развитые с обоих концов. Кристаллическая система кристалов гексагональная, именно ее трапецоэдрическая тетартоэдрия; однако в большинстве случаев кристаллы кажутся полногранными. Двойники кварца встречаются очень часто, чаще, чем простые, особенно с параллельными главными осями; весьма нередко, по-видимому, простые кристаллы при ближайшем исследовании оказываются двойниками. Горный хрусталь совершенно бесцветен и водяно-прозрачен. Отличается хорошо образованными кристаллами с разнообразными формами. Аметист - прозрачный кварц, окрашенный в различные оттенки фиолетового цвета. Окраска часто весьма неравномерна; иногда окрашенные пластинки чередуются с бесцветными. Более густо окрашенные участки обнаруживают двуосный характер, который, однако, исчезает при нагревании до 250№ Ц., при чем теряется также и фиолетовая окраска - аметист становится желтоватым. Такой обожженный аметист часто продается за настоящий топаз, иногда - за цитрин. Густо и равномерно окрашенные аметисты считаются (равно как раухтопаз и горный хрусталь) драгоценными камнями 4 и 5 классов. Аметист встречается в пустотах миндалевидных вулканических пород. Роговой камень, или роговик - желтого, красного, бурого и серого цвета плотный кварцевик с характерным занозистым изломом, плоскости которого слабо блестят или матовы. Часто выполняет жилы в рудных месторождениях. Образует псевдоморфозы, особенно по известковому и плавиковому шпату, бариту, также служит окаменяющим веществом животных и растений. Иногда встречается в виде залежей среди осадочных пород, особенно мергелей. Роговик, сильно окрашенный окислами железа в красный, желтый, бурый и другие цвета, называется яшмой. По рисункам они разделяются на одноцветные и пестрые (ленточная, брекчиевидная, пудинговая и др.). Яшмы употребляются для приготовления ваз, обделки столов, каминов и прочего. Месторождения многочленны (Урал, Алтай). Кварц чрезвычайно важный и полезный минерал: он образует важную составную часть (скелет) различных почв, от которой зависят их физические свойства; в виде песчаников употреблялся для построек, точильных камней, жерновов и прочего-прочего. Чистые разновидности кварца служили для производства отличного стекла.
  Квас- благодаря своим вкусовым свойствам и дешевизне с давних пор представляет собой самый распространенный и типично русский народный напиток. В посты, особенно в летнее время, составлял почти всегда главную составную пищу простого русского народа вместе с зеленым луком (также в окрошке) и черным хлебом. Русская госпитальная гигиена, приспособляясь к народному вкусу, сделала квасок как напиток обязательным продуктом продовольствия больных в лазаретах и госпиталях. Рационально приготовленный и хорошо сохраняемый квас утоляет жажду благодаря содержащимся в нем кислотам - молочной и отчасти уксусной; углекислота, находящаяся в квасе, способствует более легкому перевариванию и всасыванию пищи. Приготовляется кваса из различных сортов муки и хлеба, воды и солода и представляет продукт молочнокислого и отчасти спиртового брожения сахаристых веществ, образующихся из крахмала, содержащегося в исходных материалах. Муку употребляют ржаную, ячменную, пшеничную, гречневую и овсяную; хлеб берут и ржаной, и пшеничный; солод идет большею частью ржаной и ячменный. Иногда квас делают и без прибавления солода. Наиболее распространенным является хлебный квас. Сущность способов приготовления кваска заключается в следующем: смесь солода, ржаной, пшеничной или какой-либо другой муки, взятые в определенных, разнообразных для разных сортов кваса пропорциях, засыпают в деревянную кадку и заваривают кипящей водой; при заварке берут обыкновенно около 1/10 части общего количества имеющей быть употребленной для кваса воды. Образующуюся густую тестообразную массу (затор) перемешивают веслом до тех пор, пока в ней не появится сладкий привкус; после этого затор перекладывают в чугуны и ставят последние в русскую, истопленную предварительно, печь на сутки. По истечении этого времени чугуны вынимают из печи и затор перемещают в большие чаны, затем разводят водой, оставляют стоять 2-3 часа и отстоявшуюся жидкость по прибавлении к ней дрожжей (не более 1% всех исходных материалов) разливают в приготовленные бочки. Вместо дрожжей иногда употребляют забродивший ржаной хлеб. Бочки с квасом помещают на ледник или в подвал, вообще в помещение, имеющее низкую температуру(холодильную камеру). Рецептов для приготовления квасов существует громадное число. Различие их между собой заключается как в количествах и сортах исходных материалов, так и в деталях самой техники приготовления; например, воду для разведения затора берут и холодную, и горячую; время пребывания затора в печи и сусла в чанах в различных способах различно. Некоторые сорта хлебного кваса перед разливанием в бочки сдабриваются сахаром, хмелем, мятой, изюмом, патокой, медом, вораином (остатки меда, получающиеся как побочный продукт при выделке свечного воска из пчелиных сот).
  Квасники- так были в насмешку названы сектанты Оренбургской губернии, не употребляющие хмельных напитков, а только один русский квас. Секта официально признана была в 1875 г., но слухи о квасниках ходили и в Челябинском уезде лет за 70 до того. Полного единомыслия между квасниками относительно вероучения не существовало(кроме трезвости помыслов). Вообще это была разновидность хлыстовщины, сильно сочувствующая скопчеству. Именно из скопцов квасники выбирали себе вожаков и главных наставников.
  Квестионарии(Quaestionarii) - название схоластиков XIII в., поднимавших в богословии массу догматически трудных, на практике бесполезных и неважных на первый взгляд вопросов.
  Квесторы(quaestores) - должностные лица в Древнем Риме, уже в царское время являющиеся помощниками царя при расследовании преступлений, особенно грозивших смертной казнью (quaestores parricidii). Во время республики, когда квесторы было сперва двое, затем 4, 8, а при Сулле и позже - 20, выбирались в трибутных комициях. Квесторство было первой должностью в сенаторской карьере. Начиная с 421 г., плебеи могли достигать ее наравне с патрициями. Городские квесторы (quaestores urbani) охраняли государственное казначейство (аеrаrium) в храме Сатурна, ведали прием и выдачу денег, смотрели посланных от других городов и принимали посланных от других народов. В каждой провинции было по одному провинциальному квестору, который заведовал финансовыми делами, а порой и гражданскими процессами. В случае отсутствия губернатора, квестор получал его власть и звание quaestor pro praetore. Сперва Август, затем Нерон изъяли из ведения городских дел квесторскую финансовую часть. Явились квесторы Августа (quaestores Augusti), приставленные к двум консулам и императору для их сношений с сенатом; они же в звании quaestores candidati principis давали гладиаторские игры. Во время империи проконсул являлся в сенаторскую провинцию в сопровождении квестора (quaestor pro praetore), имевшего некоторые права юрисдикции и управления провинциальной казной. После разделения империи quaestor sacri palatii со времен Диоклетиана составлял проекты законов, принимал прошения и скреплял исходившие из императорского кабинета акты. В новейшее время квесторами назывались должностные или особо уполномоченные выборные лица, состоящие при германских университетах, при законодательных и в других общественных собраниях для заведования хозяйственной частью зданий и т. п. Во Франции в национальном собрании 1848-51 гг. и с 1871 г. квесторами (questeurs) назывались три члена комиссии, избираемой палатой из среды депутатов, на обязанности которой лежало заведование хозяйственной частью палаты, также как охрана ее безопасности и порядка. 6 ноября 1851 г., когда распространились слухи о государственном перевороте, подготовлявшемся Наполеоном, квестор генерал Лефло по соглашению со своими товарищами предложил палате издать постановления, обеспечивающие квесторов на случай надобности достаточную военную помощь. Это предложение, известное под именем "предложения квесторов", было палатой отклонено. Генерал Шангарнье, слепо веря в преданность армии, торжественно поручился за нее; один республиканский депутат просил палату довериться своему невидимому стражу - народу. По действующей французской конституции 1875 г. охрана безопасности сената и палаты депутатов возложена была на их президентов, которые могут обратиться с требованием о содействии к военным и другим властям и даже непосредственно к любому офицеру, обязанному повиноваться беспрекословно; право обращаться с подобными требованиями президенты могут делегировать квесторам или одному из квесторов, состоящих при сенате и палате.
  Кветцакоатль или Кветцалькогуатль- 1) древнемексиканское божество торговли и войны, которому в г. Мексике был построен храм со стенами, покрытыми человеческими черепами; ему приносились человеческие жертвы; 2) законодатель толтеков и других среднеамериканских народов, по преданию, живший в середине IX в. и принесший в страну культуру и правильный государственный строй из далекой страны за океаном на Востоке.
  Квиpитская- древнейшая римская собственность "по праву квиритов" (ex jure Quiritium), характеризуемая особым способом приобретения (манципация) и особым иском для защиты (actio auctoritatis, древнейшая виндикация). Первоначальным объектом ее были главные предметы древнейшего гражданского оборота, нуждавшиеся в особой охране (так называемые res mancipi, к которым на первых порах принадлежали рабы и прирученный рабочий и вьючный скот), в противоположность другим предметам этого оборота, переходившим из рук в руки более свободно и защищавшимся лишь путем actio furti в случае их похищения (так называемое res nес mancipi, pecunia - остальной скот и движимое имущество). Позднее входит в состав res mancipi и земля: сперва участки городской земли, розданные гражданам при основании Рима в heredium, а затем вся италийская земля и сельские сервитуты. Происхождение квиритской земельной собственности - один из наиболее трудных вопросов в истории древнейшего римского права. Была ли на первых порах сельская (загородная) римская земля в частном (семейном) обладании или эксплуатировалась совместно родичами, распределенными по куриям, точно не выяснено. Попытка Моммзена основать существование общинно-родовой собственности на прямых свидетельствах источников обстоятельно опровергнута Фюстель де Куланжем. Косвенные свидетельства дают противоречивые результаты: небольшой объем первоначального heredium римского гражданина-квирита, название его hortus в XII таблицах и эксплуатация ager publicus по преимуществу как места пастбища скота, составлявшего главное богатство древнего римлянина, указывают на то, что heredium было только усадьбой, а не хозяйственным участком земли, и позволяют предполагать, что остальная земля эксплуатировалась в иной форме обладания. С другой стороны, связь патрициев с клиентами, основанная, по-видимому, на земельной основе, заставляет видеть в патрициях привилегированных и крупных собственников. То обстоятельство, что земельная собственность стала подлежать манципации позднее остальных вещей, указывает лишь на первоначальную неотчуждаемость собственности ввиду ее семейного характера, а не на общинно-родовое владение. Характер неотчуждаемости в римских нравах земельная квиритская собственность долго сохраняла и потом, когда юридически к такому отчуждению не было препятствия. С течением времени, и сравнительно быстро (во временя издания XII таблиц), все земельное обладание римских граждан обращается в квиритскую собственность вследствие раздачи части завоеванных земель (при царях) плебеям в частную собственность, расширению способов приобретения и развитию виндикационного иска. Путем in jure cessio стали приобретать в квиритскую собственность и остальные движимые вещи (res nес mancipi). Таким образом, постепенно понятие квиритской собственности становится понятием собственности римских граждан в противоположность негражданам и приобретает тот строгий характер, который привыкли соединять с понятием римской собственности вообще. Дальнейшее развитие квритской собственности состоит в постепенном слитии ее с собственностью, приобретаемой способом juris gentium (традицией) - так называемой бонитарной собственностью.
  Квиетизм(от лат. quies - покой или молиносизм)- мистико-религиозное направление, вызванное в XVII в. испанским проповедником Михаилом Молиносом, которое должно было служить противовесом механистическому богопочитанию, обрядности и культу добрых дел, в которых иезуиты и доминиканцы видели сущность благочестия и богобоязни. Молинос в своей книге "Guida spirituale" (Рим, 1675) требовал полнейшего пассивного покоя души, в котором она отдавалась бы божественному действию и как бы прекращала свое существование, с любовью умерев в Боге. Несмотря на осуждение Молиноса Римом, его книга была переведена на многие иностранные языки и вызвала массу брошюр в том же духе. Во Франции при Людовике XIV квиетизм нашел себе покровительницу в лице вдовы Гюйон. В сочинении Фенелона "Explication des maximes des Saints sur la vie intйrieure" квиетизм представляется добродушною мечтательностью, требующей, прежде всего, так называемой "чистой любви", которая без страха, упрека и надежды, без внимания к небу или к аду, с полным самоотрицанием направляется к Богу, потому что он того желает. Плоть при этом должна быть умерщвлена, всякое доверие к собственным силам уничтожено. Молящийся ничего не желает и ничего не просит, но отдается Богу и удовлетворяется созерцанием его бытия. Раздражение против квиетизма большей части духовенства объяснялось тем, что он делал излишним для спасающегося помощь духовника или проповедника; кроме того, учение квиетистов о "спасении через грехи" и тому подобное служило соблазном для публики, фигурируя во многих процессах, например в деле Кадьер.
  Квинарий- серебряная монета в древнем Риме; равнялась 1/2 денария или 5 ассам.
  Квинтэссенция(Quinta essentia или Quintum corpus, πεμπτόν σώμα, пятая сущность или пятое тело) - так у римских и у средневековых философов назывался эфир, который в пифагорейской школе был присоединен в качестве пятой стихии (или пятого простого тела) к четырем стихиям Эмпедокла(земле, воде, воздуху и огню). В разговорном языке слово "квинтэссенция" часто употребляется для обозначения самой тонкой, обобщеной и чистой сущности чего бы то ни было.
  Квипу или квипус - способ отметки данных с помощью узлов, бывший в употреблении у древних перуанцев, или, точнее, - сам объект, шнур с узлами, обозначавший вид и число предметов. Обыкновенно на одном длинном и более толстом шнуре (иногда он имел форму кольца) навязывались на известных расстояниях более короткие и тонкие шнурки, и на них завязывалось по одному или несколько узлов. Длина главного шнура могла достигать многих метров; поперечные шнурки редко имели более 60 см в длину. В одной могиле Чуди нашел квипус, имевший около 8 фунтов весу. Шнуры часто были различного цвета и в этом виде употреблялись правительственными органами, которые пользовались ими как статистическими таблицами. Красный цвет служил для обозначения солдат, желтый - золота, белый - серебра, зеленый - хлеба и т. д. Простой узел равнялся 10, двойной - 100, тройной - 1000; два двойных и два простых - значило 220. Имело значение также расстояние узлов от главного шнура и последовательность вторичных шнурков. В отчетах по войску различные шнурки соответствовали различным родам оружия. Впрочем, квипы требовали всегда некоторого комментария к ним. Подобный способ счета практиковался и в новейшее время пастухами Перуанского нагорья. Акоста говорит, что посредством квипа велись даже перуанские летописи, но все попытки разобрать найденные квипы оказались тщетными. Подобные системы квипы были в употреблении в Мексике, в Гватемале, у арауканцев Чили и в других местностях Америки. У северо-американских индейцев место квипа чаще занимал вампум. У китайцев до изобретения письменных знаков также употреблялись квипы и, по преданию, не только для торговых расчетов, но и для изображения законов и правил морали. Были в ходу своего рода квипы и в древней Японии, на острове Гайнане и в других местностях. Еще в 19 столетии было замечено употребление шнурков с узлами - у индейцев Калифорнии (для обозначения выручки от продажи разных предметов), у индейцев Гвианы (для счета времени), у остяков (для отметки долгов), у негров (нанятые Спиком носильщики отмечали узлами получаемое ими жалованье), на Гавайских островах (сборщики податей отмечали узлами поступление сборов). Место узлов заменяли иногда бусы, бобы, горошины и т. п. Четки буддистов и христиан, греческие, китайские и русские счеты, русский обычай завязывать на память узелок - все это образцы и пережитки той же мнемонической пиктографии, к области которой должны быть также отнесены бирки, палки вестников у австралийцев и т. п.
  Квитанция(лат. apocha, франц. quittance, нем. Quittung) - платежная расписка. Она может быть выдана кредитором и в том случае, когда платеж в действительности не был произведен, но кредитор признает, что должник выполнил перед ним свои обязательства. По римскому праву квитанция получала доказательную силу не ранее, как по истечении 30 дней со времени ее выдачи, в течение же этого срока кредитор мог предъявить иск о неполучении платежа (querela non numeratae pecuniae); предполагалось, что квитанция выдается в ожидании платежа. Новейшие законодательства отказались от этого правила: в Германии - при введении в 1877 г. имперского устава гражданского судопроизводства, в остзейских губерниях - при судебной реформе 1889 г. В Poccиu термин "квитанция" применялся и к распискам, установляющим право требования. По положению о казенных подрядах и поставках подрядчики и поставщики казны получали в исполнении работы или приеме вещей приемные квитанции; выдачи этих квитанций подрядчик должен был требовать заблаговременно, а на невыдачу жаловаться в срок; с момента предъявления приемной квитанции (которая не могла быть заменена никаким другим документом).
  Квота(Quote, Sechstel - Land der Hofsfeldarbeiter) - это было название той части мызной (помещичьей) земли в Лифляндской губернии(Sechstel - в Эстляндской губернии), которая облагалась податями, между тем как остальная мызная земля от них была свободна. Квота была предназначена для обеспечения батраков (Hofsfeldarbeiter, Knechte, Lostreiber). С XIV ст. в Прибалтийском крае все земли делились на "мызную" (Hofesland) и "крестьянскую" (Bauerland). Деление это вытекало не из юридических, а из бытовых оснований, так как юридически когда-то вся земля принадлежала помещику, ордену или церкви. Тем не менее крестьянская земля, по обычаю, была даже наследственной. Она в отличие от "мызной" называлась "повинностной", так как поземельного налога крестьяне платили в 5-6 раз больше помещиков, а земские повинности целиком лежали на крестьянах. В 1840 г. было издано первое "Крестьянское положение" для Лифляндской губернии, установившее неприкосновенность крестьянской земли, нарушенную было положением 1819 г., которое предоставляло помещикам неограниченное право распоряжаться всей поместной землей. "Положением" 1849 г. восстановлены права крестьян на все земли, находившиеся в их пользовании по вакенбухам 1804 г., с предоставлением помещику права присоединения из крестьянской земли к мызной 36 лофштелей (1 лофштель - 11/3 десятины) пашни, лугов и выгона на каждый гак, для наделения батраков. Эту-то землю и называют квотой, или податной, мызной землей. Относительно ее было постановлено, что ближайший ландтаг имеет установить правила, сообразно с которыми владелец должен распоряжаться означенными участками для обеспечения благосостояния рабочих (батраков). В 1860 г. Государственный совет был вынужден установить для приведения в исполнение этого постановления новый, пятилетний срок. Несмотря на все это, в "Положение 19 февраля 1866 г. о волостном общественном управлении в Остзейских губерниях" включено было примечание (к ј 1), по которому участки повинностной крестьянской земли (в том числе и прирезанные от податной земли к мызной) могли быть арендуемы и даже покупаемы лицами, не принадлежащими к крестьянскому сословию. Вследствие этого многие крестьянские участки в частных имениях перешли к дворянам. В 1886-7 г. в Лифляндской губернии всей мызной земли было около 2114000 десятин, крестьянской - около 1490000 десятин, "квотной" - около 234000 десятин, в Эстляндской губернии - мызной 1039000 десятин, крестьянской около 676000 десятин, и "батрацкой" около 104000 десятин.
  Кебсеннуф- один из четырех гениев смерти у древних египтян, служителей Гора, сопровождавших покойников на небо, заботившихся об их продовольствии, присутствовавших при бальзамировании и т. п. Изображался с головой обезьяны. Вследствие большого распространения и известности в позднейшие времена кебсеннуфы стали пользоваться большим почитанием, почти равным с богами Эннеады.
  Кегли(нем. Kegelspiel, франц. jeu de quilles, англ. game at ninepins) - это распространенная, полезная и подвижная игра, в Россию привезена с ее родины из Германии. Кеглей бывает девять (в Северной Америке -10, в Силезии было часто 15-17). В центре ставится более крупная кегля - король. Помост, по которому катится шар к площадке с кеглями, называется кегельбаном. Больше в верхненемецких землях распространена была так называемая немецкая партия, где каждый игрок вел счет очков отдельно от других. В гамбургской партии игроки делятся на две группы, с общей записью для каждой партии. Точили кегли раньше из твердой древесины. В комнатах кегли можно катать без помоста, а на открытом воздухе, на земле, шары не катают, а бросают. Кегль в типографском деле - это размер литеры в толщину.
  Кедровые орешки- всегда составляли предмет немаловажного промысла в Сибири. Средним числом орех родится два года раз, но хорошие урожаи бывают не чаще, чем раз в 4-5 лет, а отличные даже в 10-15 лет. Кедровники по большей части предоставляются в безвозмездное пользование всем желающим, а потому в урожайные года на сбор орехов собираются из селений, расположенных от кедровника за 30-50, а иногда и за 100 км. и более. Сбор ореха начинается с конца июля или с начала августа и продолжается около двух месяцев. Добывают шишки или "лазом", т. е. взлезая за ними на деревья, или же "колотом", для чего употребляют особые колотушки, состоящие из чурки до 30 кг. весом, насаженной на рукоять; подойдя к кедру, на котором видны шишки, конец рукояти упирают в землю и с размаху ударяют по дереву несколько раз чуркой; от ударов начинают сыпаться шишки. Их собирают и молотят в "сайвах", состоящих из четырехугольного невысокого сруба; верх сруба состоит из продольных вершковых жердей с такими промежутками, чтобы не могла провалиться сердцевина обмолоченной шишки; на эти жерди насыпают шишки и молотят их ключками - кривыми березовыми палками. Упавшие в сруб орехи очищаются от чешуи берестяными ситами с круглыми и продольными отверстиями и затем отсеиваются.
  Кейат (или тикуль, англ. Kyat или ticul) - бирманская монетная и весовая единица, большей частью неточно называется тикаль. Как в монетном деле, так и для торговых весов вес кейат-это 2551/2 английских тройгранов (troygrain), т. е. 16,556 гр. Чистого серебра в кейате - 16 гр. Равных 1,5 индобританским рупиям или 2 немецким старинным маркам. Чеканиться кейаты стали с 1861 г. Кейаты, как весовая единица, составляла 1/100 висса (vis, viss) или пекты (paiktha), следовательно, висс был равен 1,6556 килограмма.
  Кей-Кавус- мифический царь героической Персии, играющий по отношению к иранским витязям ("пехлеванам") ту же роль, какую играл в русских былинах Владимир Красное Солнышко по отношению к русским богатырям. Значительная (и выдающаяся в поэтическом отношении) часть "Шах-наме" Фирдоуси посвящена царствованию Кей-Кавуса.
  Кейф (или вернее кеиф, на жаргоне-кайф) - собственно арабская вопросительная частица, значащая: "что ты делаешь" или "как дела" и употребляемая, главным образом, при вопросах о благополучии, поэтому перешедшая в простое существительное -"благополучие". Слово "кайф" от турок в смысле итальянского "dolce far niente" - "приятного ничегонеделания" - перешло во все европейские языки, а в советское время стало расхоже-жаргонным и в России.
  Келарь- должностное лицо в православном монастыре, в старое время заведовавшее монастырскими кельями, их устройством, размещением в них монахов и наблюдением за чистотой и порядком, а иногда исполнявшее и некоторые другие функции монастырского благоустройства. Имел большое значение в составе монастырского управления, особенно по хозяйственной части. Известно, например, влияние келаря Авраамия Палицына в Троице-Сергиевой лавре или другого келаря Соловецкого монастыря Азария в период раскольнического восстания в царствование Алексея Михайловича.
  Кельнеры(Kellner, от латин. cella - погреб) - в немецких странах так называлась прислуга в гостиницах, ресторанах, кафе и т. п. (женская прислуга - Kellnerinnen-кельнерши). Этот довольно обширный класс прислуги получал очень маленькое жалованья, а часто и совсем никакого, собирая вознаграждение за свой труд в виде подачек на чай, вследствие чего на нем сильно отзываются все превратности сезона (особенно на курортах), а зимой он в значительной части совершенно остается без заработка. Ввиду этого среди кельнеров развились различные формы самопомощи. В 1878 г. состоялся даже зимний конгресс кельнеров в Эрфурте, на котором основан был "германский союз кельнеров" (Deutscher Kellnerbund), имеющий центр в Лейпциге, где у него был общественный дом, клуб и кассы сберегательная, ссудная и больничная; к нему примыкали 45 местных союзов в различных городах Германии и других стран (в Лондоне, Брюсселе, Женеве, Цюрихе, Ницце, Канне и других городах) и 28 бюро для предоставления мест кельнерам. Членов союза было 3500, имущества на 120000 марок. Другой экономический союз кельнеров, основанный в 1877 г., - "Женевский союз отельной и ресторанной прислуги" - распадался на 7 местных союзов и 52 секции и имел 3500 членов, 22 посреднических бюро, 3 общественных дома и на 100000 марок имущества; главное правление было в Базеле. Существовали и другие, более мелкие кельнерские союзы. Для кельнеров издавалась специальная литература: самоучители языков, приспособленные к их нуждам, путеводители, справочники и т.д.
  Кельт или цельт - орудие, характерное для так называемого бронзового века и служившее в качестве топора (или отчасти долота). Обыкновенно оно имеет вид узкого, несколько расширяющегося к лезвию топора, с тем, однако, отличием от последнего, что для вставки рукоятки служило не сквозное отверстие, а глубокая ямка или скорее втулка на конце, противоположном лезвию. Название "цельт" для этих древних орудий было предложено еще в XVII в., но особенно вошло в употребление в 19 столетии; одни производят его от сомнительного латинского слова celtis - долото, другие - от названия народа, "кельтов", видя в нем типичное оружие этого племени. Бронзовые кельты были найдены, однако, и в таких странах, в которых племени кельтов никогда не было, и в отложениях эпох гораздо более древних, чем кельтическая.
  Кемпевизер(датск. kдmpeviser, швед. kдmpavisor) - древние народные песни, датские, шведские и норвежские, содержание которых почерпнуто из древнескандинавской мифологии и героических сказаний. Сказывание их обыкновенно сопровождается пением и танцами. Древнейшими являются датские, которые можно проследить до XIII столетия. Особенно процветали в ХV столетии.
  Кенотафия(Κενοτάφιον, собств. "пустая могила") - надгробный памятник у древних греков и римлян, сооружавшийся усопшему, но не содержащий его тела. Первые кенотафии сооружались греками в память тех, тела которых не могли быть найдены или лежали на дне океана, с целью хотя бы фикцией доставить успокоение духу усопших; первоначально при освящении их трижды призывался по имени покойник для того, чтобы он поселился в пустой гробнице. То же делалось и в тех случаях, когда уважаемый согражданами усопший был погребен вдали от родины.
  Кенотики и критики - так назывались две партии лютеранской церкви в начале XVII в. Первые, представителями которых были гиссенские богословы, учили, что Богочеловек, воплотившись и приняв на себя человеческую природу, отрекся на все время земной жизни от своих божеских свойств, как то: всемогущества, всеведения и других качеств; вторые, представителями которых служили тюбингенские богословы, утверждали, что Христос обладал божественными свойствами и на земле, но сохранял их в тайне. Позже к кенотикам стали причислять тех ортодоксальных богословов, которые вочеловечение Сына Божия считают самоограничением его Божества или превращением его божественной формы бытия в совершенно человеческую. Этот взгляд, подвергнутый самым жестоким проклятиям в примирительной формуле (formula concordiae) Лютеранством и Меланхтоновой богословской школой, был распространен как среди лютеранских богословов, так и среди реформатов.
  Кентавры- по преданию, дикое фессалийское племя, отличавшееся животными наклонностями и прогнанное из Фессалии лапифами. По-видимому, только с 500 г. до Р. Х. их стали изображать как существа, представляющие собой помесь лошади с человеком, причем одни писатели производили их от Иксиона и Нефелы, другие - от Зевса в образе лошади и Дии, жены Иксиона. В мифологии главным образом известны их битвы, одна с лапифами на свадьбе Пирифоя, происшедшая из-за дерзкого обращения кентавров с женщинами, другая - с Гераклом. Вследствие своего сходства с сатирами они были включены в свиту Диониса и, несмотря на свои дикие нравы, под влиянием божественной силы изображались покорно шествующими перед колесницей и трубящими в рог. Самым выдающимся из кентавров был Хирон, сын Крона и Филиры; он смягчил животные нравы ему родственных кентавров и был учителем таких героев, как Ахилл, Кастор, Полидевк и других, что не предохранило от полного истребеления кентавров людьми, так как они могли спрятаться только в лесу, среди людей же они резко выделялись не столько нравом, сколько формой тела.
  Кепи- головной убор, использумый первоначально во французской армии; существовал и в русских войсках с 1862 по 1881 г. под названием "шапок нового образца". В 1870-х гг. был также головным убором учеников классических гимназий и реальных училищ(Ленин ходил в школу в таких типичных кепи).
  Керамика(собственно Керамевтика; от греч. слова κεραμός - кирпич) - производство посуды и других предметов домашнего обихода или строительного назначения из различных сортов глины, как таких, которые, будучи вылеплены, только высушиваются в обыкновенной температуре, так и подвергаемых потом обжиганию в более или менее жарком огне - предметов неглазурованных или глазурованных, одноцветных или расписанных огнеупорными красками. Вообще слово "керамика" означает "гончарное производство"; в частности, под этим словом принято понимать изготовление глазурованных и орнаментированных росписью сосудов (ваз, чашек, блюд и т. п.) и таких же глиняных кафелей, служащих для архитектурного украшения зданий и учреждений.
  Кератин- представляет специфическое вещество эпителиальных тканей и находится в волосах, рогах, ногтях и т. д., за исключением только хрусталика. Кератин встречается, впрочем, и в других тканях: в membrana propria желез, в сумке хрусталика, в оболочке мышечных и нервных пучков и т. д. В нервных тканях кератин встречается в виде нейрокератина, за исключением только сетчатки и обонятельного нерва. Полагают, что кератин происходит из белковых веществ путем замещения части кислорода белка серой. Вообще кератин отличается по составу от белка большим содержанием серы. Кератин разбухает в воде, легче в уксусной кислоте и растворим в щелочных растворах калия и натрия. В числе продуктов разложения дает, как и всякий белок, летучие жирные кислоты, аммиак и в особенности лейцин и тирозин, избыток сероводорода сравнительно с белковыми веществами. Мнение, по которому кератин происходит из белка путем потери последним воды, не может считаться верным; превращение это имеет в основе более глубокие химические изменения.
  Керевод (или керечос, керегод, керехос, воротница) - рыболовная сеть (исключительно озерная), отличающаяся от невода тем, что имеет не два, а всего одно крыло, к которому прикреплена мотня (мешок, в который попадает рыба). Сперва опускают в воду и укрепляют камнем на месте - мотню; затем выбрасывают крыло керевода и, описывая в воде круг во всю длину крыла, приближают свободный конец его к мотне; во время вытаскивания крыла в лодку, привязанную к колу близ мотни, один из рыбаков, в промежутке между мотней и крылом, мутит (шерстит) воду особой жердью, на конце которой надет кружок. Преимущества керевода от невода заключаются в том, что при нем нужны всего три человека, которые в течение долгого летнего дня успевают делать до 40 тоней. Лов кереводом производится весной, летом и осенью.
  Керёжа (или керёжка, кереж, керес) - сани для езды на северных оленях в виде узкой лодочки или корыта с острым в передней части носом и об одном, посередине дна, полозе, к которому прикрепляются в нескольких местах толстые полуобручи, а к этим последним, как к ребрам, пришиваются тонкие дранки; оглобли или дышло заменяются ременными лямками. На Кольском полуострове керёжи с холщовым верхом назывались болоком(волоком) или волчеком. В Онежской области керёжей назывались маленькие сани, которые рыбаки волокли за собой для укладки пойманной наваги и корюхи.
  Керешка- рыболовная податная единица(но не рыбка корюшка). Были керешки(но не путать с кириешками) переметные и керешки крючные; с первой пошлины бралось 5 алтын, а со второй - 10 денег, почему первая была равна трем последним; неводу же, с которого пошлины взималось рубль, равнялись 31/3 керешки переметные.
  Керкопы(Κέρκωπες) - в греческих мифах хитрые обманщики, подстерегающие путешественников и обирающие их до нитки. В приписываемом Гомеру небольшом эпическом стихотворении юмористически рассказывается их встреча с Гераклом. Несмотря на предостережение матери, они подступили и к Гераклу, но были им схвачены и за ноги привязаны к бревну, которое он перекинул через плечо; они развеселили его своими замечаниями, и он их отпустил на волю. На одном селинунтском метопе (позднее в Палермо) сохранилось очень древнее изображение Геракла и смешливых Керкопов.
  Керлеон(Caerleon, "замок легиона", древн. Isca Silurum) - так назывался выросший из замка городок в английском графстве Монмаут, на речке Уск, древняя столица Britannica Secunda (Валлис), он играл значительную роль в XII в.; в городе и его окрестностях было много остатков римских древностей. Карлеоне считался одной из легендарных столиц славного короля Артура.
  Кефир- под этим названием давно был известен напиток, приготовляемый из коровьего молока при участии кефирных зерен, заключающих в себе специфические микроорганизмы, вызывающие определенное молочнокислое брожение. Кефир в различных местах носил различное название, а именно: кяфир, кефир, кафирь, кэпы, гыппе, кхапу и т. п. В Ялте этот напиток был известен под именем капира, так как кефир и кяфирь на татарском языке имели значение ругательных слов. Родиной кефира считают северный склон Кавказского хребта у Казбека и Эльбруса. Молоко, претерпевшее брожение при посредстве кефирных зерен, встречается в аулах горцев на различных высотах и служит издавна прекрасным средством для питья и пищи. Наиболее известна был своим кефиром небольшая местность Карагай, в Кубанской области; из этой местности, из города Баталпашинска, можно получать хорошие здоровые кефирные зерна. Напиток, приготовляемый из коровьего, козьего или овечьего молока при посредстве кефирного зерна, очень распространен среди горцев и считается целебным напитком при малокровии, чахотке, золотухе, болезнях желудка и кишок. До последнего времени добыть эти кефирные зерна представлялось крайне трудным делом, так как у горцев существовало поверье, что при уступке грибка даром или же за деньги неминуемо последует гибель оставшейся части. Одна из легенд о происхождении кефира говорит, что "Аллах в золотой век, в знак своего благоволения к честному и правдивому племени карагаевцев, послал им кефир в пищу, назвав его кэпы, в удостоверение того, что они голодной смертью никогда не умрут", но при этом запретил передавать это "пшено пророка" гяурам, так как тогда кефир выродится. По словам Склотовского, одна крестьянка в Кисловодске рассказывала ему, что эти зерна были найдены в дубовой кадке, употреблявшейся пастухами для приготовления другого напитка из коровьего молока - айрана, спиртного напитка, где закисание вызывается куском телячьего или бараньего желудка. С большой вероятностью можно остановиться на том предположении, что эти специфические кефирные грибки получили свое начало в бурдюке. При большом разнообразии низших организмов, встречающихся в таких первобытных хранилищах молока, в этих кожаных мешках путем многолетнего подбора, совместного сожительства микроорганизмов выработался известный нам тип кефирного зерна. Есть правдоподобное предположение, что кефирный грибок есть видоизмененная закваска кумыса. Возможно, что татары напали на мысль заквашивать коровье молоко закваской кумыса, которая, попав в новую среду - коровье молоко, - постепенно претерпевала изменение и наконец превратилась в законченный тип - кефирное зерно. Первые сведения о кефире принадлежат Джогину, который сделал сообщение о нем в Кавказском медицинском обществе в 1867 г. Он прислал кефирные грибки и сообщил, что прибавлением их к коровьему молоку кабардинцы получают напиток, напоминающий по вкусу кумыс. В том же году и в том же обществе Сипович подробно изложил способ приготовления кефиров. После этих заявлений кефир появляется во многих местах; открылось даже несколько лечебных заведений, в которых лечили по преимуществу кефирами. В 1877 г. Шабловский произвел качественный анализ кефира, определил его составные части, в главных чертах указал на его физиологическое действие и произвел микроскопическое исследование грибка, которое еще раньше было поручено Кавказским медицинским обществом фармацевту Абелю. Оба эти исследования по микроскопии грибка, однако, не дали ничего существенного для выяснения его строения и характера микроорганизмов, встречающихся в кефирном зерне. Кефирное зерно, как главная часть в кефире, имеется в продаже, как в средней полосе России, так и на Кавказе, в двух видах: размоченном или же сухом. Для транспортировки обычно употребляют сухие зерна. Эти зерна имеют вид комочков, от булавочной головки до грецкого ореха (последние считаются негодными), с поверхностью, напоминающей ягоду малины, равномерно желтого цвета без белых точек, указывающих на больные зерна. Сухие зерна очень плотны, трудно раздавливаются, а раздавленные должны приобретать те же свойства, как и большое зерно, из которого они произошли. При приготовлении кефира эти зерна бросаются на несколько часов в теплую, ранее прокипяченную воду; если вода принимает буроватый цвет, то ее сливают и заменяют новой порцией чистой воды; через 4-5 часов зерна уже представляются сильно разбухшими, матового цвета, упругими, причем поверхность их напоминает цветную капусту. При микроскопическом исследовании, как показал Керн, масса кефирного зерна, особенно в центре, состоит из переплетающихся в беспорядке нитевидных бактерий, в промежутке между которыми находится студенистое вещество; в эту массу включены в значительно меньшем количестве, обыкновенно у периферии, колонии, или одиночные овальные клетки Sacharomyces cervisiae Meyen, или же соединенные в цепочки. Наряду с неподвижными бактериями, заключенными в zooglea, находятся отдельные бактерии в движении качательном или круговом; это движение зависит от тонкого нитевидного жгутика, находящегося на одном из концов такой бактерии. Бактерии или вырастают в нити (и тогда по виду напоминают Leptothrix), или же в бактерии развиваются споры; в последнем случае отдельные спороносные бактерии несут по две споры на обоих противоположных концах. Керн, придерживаясь классификации Кона, относит свою бактерию к группе нитевидных бактерий (Desmobacteria), но так как она дает не одну, а две споры, чем отличается от остальных видов нитевидных бактерий, то он и назвал ее Dispora caucasica. Центральная часть кефирного грибка заключает в себе грибки с малой жизнедеятельностью, а по мере удаления от центра эта жизнедеятельность увеличивается и на наружной части зерна дрожжевые клетки и бактерии, встречаясь в одинаковом числе, проявляют наибольшую свою ферментативную работу. Кроме этих бактерий, Штанге в периферической части зерна всегда находил молочнокислую бактерию Гюппе. Только что перечисленные три вида бактерий - Sacharomyces cervisiae, Dispora caucasica и бактерия молочнокислого брожения - составляют постоянные составные части, но наряду с ними встречаются нередко случайные бактериальные примеси - Oidium lactis, Penicillium glaucum и кокковые образования. Каждому из перечисленных трех главных микроорганизмов принадлежит известная роль в образовании того напитка, который получается при закваске коровьего молока такими кефирными зернами. Кефирное зерно представляет стойкое образование и способность вызывать брожение сохраняется у него на долгое время; так, Керн получил кефир из сухих зерен, пролежавших три месяца, Дмитриев через два года, и Склотовский даже через 3Ґ года; в последнем случае кефир получился только после двух недель, тем не менее бактерии удалось оживить. Споры бактерий Керна могут существовать в спирте, в пикриновой кислоте, в 3% растворе хромовой кислоты; в этих жидкостях не только наблюдалось движение клеток Dispora caucasica, но и прорастание спор. Характерными признаками здорового кефирного грибка служат белый цвет, упругая консистенция и способность его всплывать на поверхность молока. В некоторых случаях, при неправильном уходе за ним и при заражении его другими видами бактерий, наблюдаются болезни этого грибка; два рода заболеваний, наичаще встречающихся, - это ослизнение и окисание зерен. Ослизнение зерен есть заразительная болезнь, крайне упорная, долго продолжающаяся, вследствие которой погибают кефирные зерна, причем образуется большое количество слизи. Само зерно становится дряблым, легко раздавливается между пальцами, покрывается слизью, эта же слизь наполняет и полость внутри зерна. От присутствия таких грибков молоко не створаживается и приобретает неприятный пресный вкус. По мнению Гоби, такое состояние кефира вызывается бактерией (микрококком) молочно-слизистого брожения Шмита-Мюльгейма. Это состояние кефира наблюдается чаще всего при приготовлении его в жаркое время года во влажном и плохо вентилируемом помещении, также как и в том случае, если для приготовления кефира были взяты плохо высушенные зерна. Необходимо заболевшие зерна промыть в 5% растворе борной или салициловой кислоты. По Дмитриеву, следует зерна промыть 2% раствором салициловой кислоты, а затем в течение 3 часов вымачивать в 2% растворе кремортартара. Подвысоцкий видел, что в этих случаях достаточно одного только высушивания; для получения действительного результата лучше всего держаться следующего правила: предварительно промывать в дезинфицирующих растворах и затем уже высушивать зерна. Высушенные же зерна, по ранее упомянутым свойствам, легко отличить от больных. Другая болезнь - окисание зерен - встречается несравненно реже ослизнения. При этом процессе молоко, наоборот, быстро створаживается, при стоянии разделяется на прозрачную сыворотку и на густой остаток хлопьев казеина; комки казеина плотны, у кефира получается крайне кислый вкус и резкий кислый запах, свойственный масляной кислоте. Эта болезнь кефирного зерна легко поддается лечению; для этого нужно только содержать в чистоте сосуды и приготовлять кефир в прохладном месте, где бы температура была не выше 12№ Р.; кроме того, промывать грибки в холодной воде 2-3 раза в день или же прибавлять к ней раствор соды (Ґ чайной ложки на стакан воды). Чтобы сохранить грибки здоровыми и не лишить их жизнедеятельности, необходим тщательный уход за ними, и так как эти грибки лучше всего живут в молоке, то нужно тщательно делать выбор относительно молока. Молоко должно быть свежее или лучше всего парное, но не ранее 2-3 часов после доения, или же постоявшее на льду; жирное молоко, в котором много сливок, лучше всего разбавить кипяченой водой на 1/6 и 1/4 его объема. Для размножения грибков нет надобности менять такое молоко постоянно, грибки могут жить в одной порции молока, вдвое превышающей их объем, в течении 5-6 дней. Кроме питательной среды, для успешного роста имеет значение температура (около 12№ Р.), отсутствие света, для чего лучше всего употреблять или глиняную посуду эмалированную, или же обыкновенную стеклянную, снаружи оклеенную темной бумагой и во всяком случае необходимо держать кефир в темном помещении. Через 2-3 часа сосуд с грибками необходимо встряхивать для равномерного распределения питательного материала между зернами. Бутылки или сосуды, в которых разводятся кефирные зерна, в противоположность некоторым авторам, Биль советует плотно закупоривать. При таких условиях брожение идет правильно и преобладает образование алкоголя и углекислоты. Приток кислорода - необходимое условие для уксуснокислого или маслянокислого брожения, а Ш. Рише своими опытами показал, что приток кислорода способствует и молочнокислому брожению. По меньшей мере раз в неделю следует грибки перенести на чистую сетку, осторожно и хорошо промыть кипяченой, остуженной водой. При пересылках кефирных зерен их необходимо тщательно промыть, чтобы удалить малейшие следы творожины, разложить на чистую бумагу тонким слоем и затем высушить на солнце или же в теплом чистом месте при температуре 40№ P; при этом грибки, теряя до 90% воды, сморщиваются, желтеют, становятся очень плотными. Приготовление кефира, благодаря легкости обращения с кефирными зернами, сделалось общим достоянием. Местный кавказский способ известен под именем бурдючного, аульного, другой же под названием бутылочного или городского. Существенная разница в том и другом способе заключается в том, что местный кефир приготовляется в бурдюках и никогда не закрывается герметически, в городах же для этого пользуются обычно бутылками или графинами, которые плотно закупориваются. Для приготовления бутылочного кефира три столовые ложки сухих зерен обливаются вечером тепловатой водой и оставляются стоять до утра следующего дня, после чего разбухшие зерна бросаются в чистый графин, содержащий 4 стакана молока; горлышко обвязывается кисеей и эта смесь, хорошо взболтанная, оставляется на сутки при температуре 13-15№ Ц. Время от времени, часа через 3-4, эту смесь надо опять взбалтывать. По прошествии суток из графина в бутылки сливается Ў бывшего в нем молока, и бутылки, хорошо закупоренные, оставляются стоять при более низкой температуре; в графин же наливается новая порция молока на те же зерна, и так поступают дальше. Обыкновенно первые 2-3 порции слитого молока не дают еще хорошего кефира, но затем уже молоко через сутки превращается в хороший однодневный кефирчик, через двое суток в двухдневный и через трое суток в трехдневный (слабый, средний и крепкий кефир). Слабый кефирчик жидок, крепкий же густ и от большего развития угольной кислоты сильно пенится. Более старый кефир очень кисел, хлопья его становятся объемистыми и появляются прямо комки творога. С целью сохранить кефир на более долгое время (более 3 дней) нужно уже приготовленный кефир поставить на лед, в холодильник или в погреб или же вести все приготовление кефира при более низкой температуре. Бутылки никогда не следует наливать полными, чтобы их не разорвало; кроме того, их нужно временами взбалтывать. Хорошо приготовленный кефир должен пениться, как пиво, и кислотность его не должна превышать 1%, на вкус он не должен быть кислее свежескисшего молока. Казеин должен в напитке находиться в виде эмульсии; при двухчасовом стоянии хорошо приготовленный кефир не должен разделяться на два слоя, прозрачный и непрозрачный. Если кефир принимает резко кислый вкус, вызывающий царапанье в горле, то это стоит в зависимости с маслянокислым брожением, и такой кефирный продукт никуда не годен. Нет надобности брать для кефира непременно парное молоко; молоко только должно быть свежее и давать амфотерную реакцию. Закисшее же молоко при таких условиях превращается в творог. Летом следует предпочитать для приготовления кефира кипяченое молоко. Из снятого молока получается тощий кефир, чаще употребляемый при катаральных заболеваниях желудка и кишок, из неснятого же молока приготовляется жирный, густой кефирище, который с успехом можно назначать лицам, нуждающимся в поправлении питания. Имея в виду свойства кипяченого молока, в котором, по исследованиям И. Шмидта, находится до 24,7% гемиальбумозы, одного из промежуточных продуктов при превращении белка в пептоны, в то время как в сыром находится только 6%, можно думать, что кефир, приготовленный из кипяченого молока, должен представлять лучший напиток, чем приготовленный из сырого коровьего молока. С целью улучшения вкуса кефира и большей его удобоваримости Соболев предложил приготовление железистого и пепсинизированного кефира. Для приготовления железистого кефира обычно в каждую бутылку перед ее закупориванием прибавляют два грамма молочнокислого железа и пять грамм молочного сахара; для приготовления же пепсинного пенсионного кефира в бутылку наливают полстакана кефирной закваски и полтора стакана кипяченого и разбавленного водой молока, туда же прибавляют пять грамм пепсина, предварительно обработанного эфиром; дальнейшее приготовление ничем не отличается от обычного способа. Пепсинный кефир может быть употребляем через сутки. Этот кефир вкуснее обыкновенного, хорошо переносится больными и в больших количествах. При всех способах приготовления кефирное зерно, вызывая в молоке молочнокислое и затем спиртовое брожение, действует на две его составные части - молочный сахар и белки. Молочный сахар переходит частью в молочную кислоту, частью в спирт и в углекислоту. Глицерин и янтарная кислота получаются в незначительном количестве. Белковые вещества молока и казеин претерпевают известные изменения; по анализам Биля видно, что около 20% всего количества казеина переходят частью в ацидальбумин, частью в гемиальбумозу. Кефирное брожение никогда не доводится до конца и даже в самых крепких сортах обычно еще 25% сахара остаются неразложившимися, в общем половина молочного сахара претерпевает разложение. Главная белковая часть молока, казеин, переходит в ацидальбумин (9%) и гемиальбумозу (11%). Этому превращению подвергается 1/5 часть всего казеина, остальные 4/5 претерпевают в кефире изменение, которое состоит в отщеплении фосфорнокислого кальция. В общем те же анализы показывают, что чем дальше идет кефирное брожение, тем больше в молоке развивается удобоваримых белковых веществ ацидальбумина и гемиальбумозы; этими изменениями, независимо от большого содержания в кефире угольной кислоты и от 1Ґ до 2% алкоголя, и обусловливается его более легкая переваримость, сравнительно с обыкновенным коровьим молоком. Штанге рекомендует следующий способ употребления кефира: "Обыкновенно начинают лечение с одного стакана, который выпивается в несколько приемов, по возможности гуляя. Увеличиваются приемы постепенно на один стакан в день и доходят обычно до шести стаканов (2 бутылки) в день. В редких случаях доходят до 3 и даже до 4 бутылок. Стараются пить кефир до обеда и оканчивать всю дозу часа за два до приема пищи; впрочем, иногда при расстройстве пищеварения выгодно выпить стакан кефира непосредственно вслед за едой. Не советуют пить кефир холодным. Диета назначается, сообразуясь с состоянием желудка, которое также покажет назначение того или другого сорта кефира. Лечение кефирами с небольшими перерывами может длиться месяцами". Удобство употребления кефира заключается в его доступности, так как напиток всегда можно приготовить на месте и нет надобности отправляться в какие-либо специальные лечебные местности; уход за ним крайне прост и при известном внимании доступен каждому; составляя прекрасное питательное средство, он показан во всех тех случаях, где необходимо поднять упавшие силы больного, улучшить его питание; как основное правило выступает только состояние пищеварительных путей, отправление которых легко регулировать соответствующим выбором кефира - однодневным, двух и трехдневным. Первый (однодневный) вызывает послабление, последний же - запор. Лечение обычно начинается со среднего кефира - двухдневного. Кефир не следует употреблять при ожирении, общем полнокровии и при ревматизме.
  Кибитка(араб. koubbet - палатка) - 1) старинное переносное жилье кочевников; остов его состоит из жердей, покрышка - из войлоков, бересты или шкур; называется также юртой, особенно в Сибири; на севере - это вежа или чум. Азиаты называли свою кибитку эй (дом); маленькая дорожная кибитчонка называлась юлама, юламейка. Кибитка служила в царской России единицей налогового обложения (кибиточная подать). 2) Гнутый верх повозки, крыша на дугах, а затем и вся телега или сани с верхом, крытая повозка.
  Кибла (или правильнее было бы "кыбла", от арабского глагола "кабаля" - принимать, встречать) -правильное "встречное направление", а отсюда - "место, к которому мусульмане обращаются лицом во время молитвы". Мохаммед сперва не установил никакой киблы, но потом, желая привлечь на свою сторону евреев, он назначил киблой именно Иерусалим, а когда разошелся с евреями окончательно - Мекку. Аллегорически употребляется слово "кибла" в смысле "вожделенная цель, стремление, идеал".
  Кивер(Czako) - самый распространенный типовой военный головной убор, существовавший в русской армии с 1803 по 1846 г.
  Кивот(греч. Κιβωτός) - собственно деревянный ящик, подставец. В России это слово употребляется для обозначения: 1) ящика, в который ставятся иконы или рамы со стеклом для образа, 2) ковчега завет, который назывался также "Кивот завета", "Кивот сидения" (Исход).
  Кидарь- у древних иудеев головное украшение первосвященника. Кидарь изготовлялся в виде чалмы из виссона (как у турок), т. е. из тонкого белого полотна; с передней стороны к нему прикреплялась шнуром голубого цвета дощечка из чистого золота, с вырезанными на ней словами: "Святыня Господу".
  Кика или кичка - женский головной убор, в древней Руси имел вид открытой короны, у которой передняя часть называлась цкой или челом кичным, украшалась драгоценными камнями. По старинному свадебному чину, на новобрачную одевали кику. Позднее кикой стали называть бабий головной убор, с рогами, род повойника (без рогов - сорока, с высоким передом - кокошник).
  Кикимора- мифическое существо женского пола, в славянской мифологии. Кикиморы бывают двоякого происхождения: или это младенцы, умершие некрещеными, мертворожденные, недоноски, выкидыши, уродцы без рук и без ног; или это дети, проклятые своими родителями и потому похищенные нечистой силой. Народ представлял себе кикимор в виде безобразных карликов или малюток, у которых голова с наперсток, а туловище - тонкое, как соломинка. Кикиморные карлики любят шутить с людьми и иногда появляются в виде покинутого на пути ребенка; подобранные и пригретые людьми, они убегают, насмеявшись над ними. По сродству с домовыми духами, кикиморы живут за печкой и порой надоедают хозяевам шумом и возней. Они обладают способностью быть невидимыми, быстро бегать и видеть на далекое расстояние. Они не носят ни одежды, ни обуви, вечно молоды, малы и неугомонны. Любимое занятие кикиморок - тканье и пряжа. В ночь под Рождество они треплются и жгут кудель, оставленную без молитвы рассеянными пряхами на прялках. В тихие ночи бывает слышно, как они прядут и сучат нитки. Иногда в припадке шаловливости они, подобно домовым, наваливаются на хозяев и душат их по ночам. Существует поверье, что кикиморы насылают на хозяев плотники, недовольные или обиженные при расчете за постройку. В лице кикимор выступает остаток какого-то низшего божества древних славян. Вера в них, вероятно, находится в связи с культом душ усопших предков. Некоторые отожествляют кикимор с французским cauchemar(кашмаром).
  Килликиллик(killikillik) - сигары из луба ивы, употребляемые для курения индейцами; они очень были распространены в лондонских клубах и отличались приятным запахом дыма, так же считалось, что курение килликиллика успокоительно действует на нервную систему.
  Кильватер или килевая линия - след, остающийся позади идущего корабля. Когда одно судно следует за другим тем же курсом, так что видит все три мачты передового судна на одной линии (на створе), то второе судно идет в кильваторе первого.
  Кинг- китайский инструмент, состоит из 16 пластинок, разной величины и хроматически настроенных. На них ударяли колотушкой.
  Кинематограф- впервые употреблен был Люмьероми для его друзей; широко распространенный в новейшее время прибор, служил для показывания на экране движущихся виртуальных фигур (они выглядели как будто живая и быстро меняющаяся фотография), представлял собой первоначально усовершенствование эдисоновского кинетографа- одного из изобретений Эдисона (1891 г.), по-видимому, еще тогда не доведенное до конца и подробно не описанное устройство. С помощью фотографической камеры получался на ленте из целлулоида непрерывный ряд маленьких снимков какой-либо сцены (46 изображений в секунду); в то же время фонограф записывал, например, разговор изображаемых лиц. При показывании кенематографа общий двигатель вращал фонограф и двигал ленту со снимками с той же средней скоростью, как они получались, но скачками. Около двух третей времени уходило на передвижение, а одну треть сорок шестой части секунды каждый снимок стоял в фокусе так называемого волшебного фонаря; источник света фонаря оставался незакрытым только в периоды остановки снимков. Таким образом зритель видел на экране предметы в движении, подобно тому как это было в стробоскопе, и слышал одновременно соответствующие звуки, например, разговор. Кинематографическое производство с системой обучения артистических кадров, режиссеров и других работников кино, а также изготовления технических приспособлений, бесконечно возвращающейся киноленты и видеоаппаратуры для съемок развился до таких пределов, что собирает вокруг себя уже не только производителей кинематографической продукции, но и миллиарды потребителей воображаемых (или виртуальных) произведений, что нашли себе обитель и в Интетнете.
  Кинжал- оружие вроде ножа или короткого меча, с прямым или изогнутым клинком, простым или двойным лезвием и рукояткой. Восточный "киджар", по изгибу своего клинка, есть, очевидно, подражание коровьему рогу, только в плоской форме (встречаются, впрочем, и круглые) и из стали. Это заставляет думать, что первобытный кинжал был не что иное, как настоящий рог - это предположение, подкрепляемое еще тем, что в отложениях палеолитической эпохи (во Франции) были найдены ветви оленьих рогов, обделанные в виде кинжала. Рога служили в качестве оружия и в более поздние эпохи; так, в Индии еще недавно было употребительно оружие из двух острых рогов, соединенных своими основаниями и прикрытых в этом месте круглой металлической бляхой для защиты руки. Таким орудием пользовались в рукопашном бою, для нанесения ударов направо и налево. В более позднюю, неолитическую эпоху каменного века в некоторых европейских странах (особенно в Дании) делались, путем обивки, прямые кинжалы из кремня, иногда даже с явственной рукояткой, все из одного куска кремня. Кремневые кинжалы были, по-видимому, прототипом медных, многие экземпляры которых найдены были в Сибири. В Западной Европе, в числе древностей бронзового века, кинжалы почти не встречаются; их заменяли мечи, приспособленные к тому, чтобы колоть, а не рубить. Впрочем, различие между мечом и кинжалом не всегда резко выражено: встречаются и короткие мечи, и длинные кинжалы (например, у кавказских народцев); меч, правда, носится на бедре, а кинжал- спереди (на поясе или за поясом), но и в этом отношении есть переходы. Типичные кинжалы были свойственны, по преимуществу, Востоку, от Индии до Турции; здесь они представляют наибольшее разнообразие форм и названий (киджар, бичвар, куттар, ятаган и другие). Некоторые типы кинжалов ведут свое происхождение от оружия с вогнутым лезвием (вроде серпа); таков был копис древних персов и затем греков, кукри - оружие гурков в Непале; отсюда же ведет свое происхождение несколько иначе изогнутый турецкий, албанский и персидский ятаган. Нечто среднее между кинжалом и мечом представляют собой малайские крисы и разное другое оружие того же типа, употребительное когда-то у даяков и других племен Малайского архипелага.
  Киннары(санскритское- Kin-naras - "что за люди?") - в индийской мифологии мифические существа, имеющие человеческие тела и лошадиные головы, своего рода кентавры, но наоборот. Подобно кентаврам, они очень музыкальны и являются небесными музыкантами и певцами, окружающими Куверу, бога богатства, который обитает вместе с ними на мифической горе Кайласе. Они произошли из пальца на ноге Брахмы; по другим источникам, их отцом был Кашьяпа. Другие их имена: Ашвамукха, Турангавактра (лошадиноголовые) и Майя (санскритское maya - это лошадь).
  Киновия(от греч. κοινός - общий, и βιός - жизнь) - название так называемых общественных монастырей, в которых братия не только стол, но и одежду и т. п. получают от монастыря, по распоряжению настоятеля, а, со своей стороны, весь свой труд и его плоды предоставляют обязательно на общую потребу монастыря. Не только простые монахи, но и настоятели таких монастырей ничем не могут располагать на правах собственности; их имущество не может быть ими ни завещаемо, ни раздаваемо. Настоятели в таких монастырях избираются братией монастыря и лишь утверждаются в должности, по представлению епархиального архиерея, святым синодом. Подробно положение этих монастырей определено было указом святого синода от 20 марта 1862 г., текст которого можно найти в "Обозрении церковно-гражданских узаконений по духовному ведомству" Я. Ивановского (СПб., 1893, стр. 18).
  Киоск- архитектурный термин, заимствованный из турецкого языка. Означает легкую, покоящуюся на столбах или колоннах постройку, своего рода беседка с круглым, квадратным или многогранным планом, с открытыми пролетами между столбами или с решетчатой заделкой этих пролетов, с невысокой крышей конической или пирамидальной формы, или же с небольшим куполом наверху. Киоски раньше обыкновенно строились в садах и парках, позднее их стали употреблять в торговле газетами, книгами, журналами и другими небольшими предметами.
  Кипсек(Keepsake) - название, заимствованное от англичан и вошедшее в употребление повсеместно в 19 столетии, для обозначения изданных с типографской роскошью книжек и альбомов, содержащих в себе текст и изящные картинки или же только одни картиночки.
  Кипсы- так назывался типовой сорт воловьих или коровьих кож, добываемых из шкур молодых животных в Индии и Капской колонии и привозимых оттуда в Европу(шли обычно на обувь).
  Кираса(Kьrass, cuirasse) - в обширном смысле то же, что броня и латы; в новейшее время - это грудные и спинные или одни грудные латы, из железа или стали. Двойные кирасы предпочитались грудным, так как обеспечивали равновесие и защищали всадника с тыла. Конные части, носившие кирасы, назывались кирасирами.
  Кирасирский - лейб-гвардии ее величества полк был сформирован в 1704 г., под названием драгунского полка Портеса; в 1733 г. он был переименован в лейб-кирасирский; в 1796 г. шефом этого полка назначена была императрица Мария Феодоровна. При восшествии на престол императора Александра II полк был назван лейб-кирасирским ее величества; в 1856 г. ему пожалованы были права молодой гвардии, а в 1884 г. - права старой гвардии. По приказу 2 ноября 1894 г., полк именуется уже лейб-гвардии кирасирский ее величества государыни императрицы Марии Феодоровны. Боевое его отличие: 22 георгиевские трубы, за подвиги, оказанные в 1812 г. Кирасирский лейб-гвардии полк его величества был сформирован в 1702 г., под названием драгунского князя Григория Волконского полка; в 1742 г. назван кирасирским великого князя Петра Феодоровича; при вступлении на престол Петра III - лейб-кирасирским его императорского величества. В 1833 г., за подвиги, оказанные в Отечественную войну, получил права и преимущества молодой гвардии и назван лейб-гвардии кирасирским; в 1831 г. присоединен к лейб-гвардии Подольскому кирасирскому полку, причем ему пожалованы были права старой гвардии и дано название его величества. Боевые отличия: 1) георгиевский штандарт, за подвиги в 1812 г.; 2) две георгиевские трубы, за подвиги в 1814 г.; 3) 22 георгиевские сигнальные трубы, с надписью: "Лейб-гвардии Подольский кирасирский полк, 1830 г."; 4) серебреные литавры с вензелем польского короля Станислава-Августа, отбитые у поляков и выданные Подольскому кирасирскому полку.
  Кирасиры(в буквальном переводе - латники, от слова cuirasse - латы) - в России появились впервые в 1731 г., когда по предложению фельдмаршала Миниха Выборгский драгунский полк переформирован в кирасирский. С тех пор число кирасирских полков в России то увеличивалось, то уменьшалось, а в 1860 г. все они, за исключением четырех гвардейских, были переформированы в драгунские. Из иностранных государств кирасиры существовали только в Германии, Франции, Англии и Швеции.
  Кириллица-является видоизменением греческого алфавита. Срезневский доказывал, что кириллица в той форме, в какой она встречается в древнейших рукописях XI в., а тем более тот кирилловский устав, который обычно относится к IX в., не может считаться видоизменением тогдашнего греческого алфавита, потому что греки во времена св. Кирилла и Мефодия употребляли уже не устав (унциалы), а скоропись. Из этого бы следовало, что св. Кирилл или один из его учеников (Климент), вероятный изобретатель кириллицы, взял за образец греческий алфавит прежних времен, или же, что кириллица была известна на славянской почве задолго до принятия христианства. Выяснилось, однако, что греки не только в IX, но еще в первой половине XI в. употребляли так называемый литургический устав в богослужебных книгах, которые скорее могли служить образцом для изобретателя кириллица, чем какие-нибудь другие. Разница между этими двумя уставами состоит только в том, что славянский не имел ударений и почти никаких знаков препинания и, что самое главное, в нем было больше букв, чем в греческом. Не считая уже йотированных гласных, а также ю, которое могло произойти из йотированного о, можно найти знаки(ъ, ь, ять, ч, ш, щ и еще две), которых нет в греческой азбуке и которых происхождение до конца неясно. Первые два знака(ъ и ь) некоторые выводят из греческого скорописного сокращения для букв ερ;ч и ц, вместе с позднейшим сербским ¤ (дж), можно, кажется, вывести из греческого знака для каппы, а ш- из еврейского שּ. Щ составляет сокращение или, лучше сказать, связь знаков шт; "Б" есть видоизменение буквы "в", а "г", по всей вероятности, греческая стигма, как указывает на это числовое его значение. Впоследствии в странах, где употребляется кирилловская азбука, появились еще следующие знаки: й, э - в России, при Петре Великом, · (ць), ђ (дзь), j - в Сербии. Русское я происходит из i, а ы, вместо более древнего "и", появляется под южнославянским влиянием (Соболевский, "Южнославянское влияние на русскую письменность в XIV-XV в.", СПб., 1894). Устав сохранился долго; он встречается в России даже в XVI и XVII вв., причем, как и в Греции, им пользовались только в богослужебных книгах. Устав этот, отличающийся тем, что буквы писались прямо, старательно, отдельно одна от другой, стал заменяться с течением времени крупным полууставом, который по типу своему похож на устав, но форма его букв та же самая, что в мелком полууставе. Он встречается в рукописях в XV-XVII вв., и по его образцу отлит шрифт первых печатанных в России книг. У южных славян полуустав появился рано и со второй половины XIV в. стал обычным письмом; в России же полуустав становится обычным в XV в., причем он делается мелким. Особенность полуустава заключается в том, что правильные черты превращаются в более или менее неправильные, а углы - в закругления. Наконец, скоропись появляется в некоторых грамотах XIV в., но только с концом XVI в. она становится беглой и связной. Палеографические подробности можно найти в "Славянской палеографии" (лекции профессора Соболевского в Императорском университете в 1893 г.). Памятники, написанные кириллицей, очень многочисленны и распадаются на три главных редакции: болгарскую, сербскую и русскую. Каждая из этих редакций отличается особенностями не только в языке, но и палеографическими. Сравнительно с глаголическими, кирилловских рукописей XI и XII вв. сохранилось много. Евангелия: Остромирово, 1057 г., древнейший церковно-славянский памятник, помеченный годом русской редакции. Рукопись сохранялась всегда в Императорской публичной библиотеке в Петербурге. Саввина книга XI в., сербской редакции, издана Срезневским в сочинении "Древние славянские памятники юсового письма" (1868); хранилась в московской типографской библиотеке. Русское евангелие 1092-97 гг. - в Румянцевском музее. Туровская книга евангельских чтений (несколько листов), хранящаяся в виленском музее; два листа изданы были Срезневским в "Сведениях и заметках о неизвестных и малоизвестных памятниках" и в "Древнеславянских памятниках юсового письма", целый отрывок - в СПб., 1868 г. Отрывок евангельских чтений, Ундольского, хранился в московском Публичном музее. Типографская книга евангельских чтений издана была Срезневским. Архангельское русское евангелие 1092 г., принадлежащее Румянцевскому музею. Апракос Мстиславово евангелие 1117 г., в московском Архангельском соборе. Юрьевское евангелие 1119 г., хранящееся в синодальной библиотеке. Галичское евангелие 1144 г., изданное архимандритом Амфилохием в 1882-83 гг. в Москве. Типографское тетроевангелие и чтения евангелия, около 1150 г. Симоново или Добриловское евангелие 1164 г. (Румянцевского музея) и многие другие, относящиеся к XIII и позднейшим векам. Может быть, также к XII в. относится кирилловская часть Реймского евангелия, изданное Сильвестром де Саси, с ошибками, которые исправил И. Лось ("Archiv fьr Slavische Philologie"). Апостолы: Охридский Румянцевского музея; Слепченский - часть в Румянцевском музее, часть в собрании рукописей Варковича, приобретенном раньше Императорской публичной библиотекой; Македонский, чешского музея, относящийся к началу XIII в. и другие. Псалтыри: Слуцкий отрывок, изданный Срезневским в "Древних памятниках юсового письма". Отрывок Бычкова, памятник русского письма, изданный также Срезневским. Евгениевская псалтирь, издание Срезневского в "Памятниках русской письменности". Чудовская, отрывки которой напечатаны были у Срезневского. Толстовская толковая, XI или XII в. Болонская, написанная в XII в. в Равне близ Охриды, хранилась в библиотеке болонского университета. Погодинская XII в. и другие более поздние. Постная русская триодь до 1100 г., новгородского Софийского собора. Супрасльская рукопись XI в.: Минея четья за месяц март, составлявшая когда-то собственность Супрасльского монастыря близ Белостока; часть ее хранилась в библиотеке люблянской гимназии, часть - в Варшаве у графов Замойских, часть - у академика Бычкова; последняя была издана Обществом любителей древней письменности (Љ 49), целая же рукопись напечатана Миклошичем в Вене, в 1851 г. Хиландарский отрывок слов Кирилла Иерусалимского, хранящийся в новороссийском университете, издан Срезневским в "Древних памятниках юсового письма"; "Златоструй" - в списках XII и XIII вв. Очень важный памятник русской редакции - "Изборник Святослава" 1073 г., синодальной библиотеки - издан Обществом любителей древней письменности (Љ 55, СПб. 1880 г.; ошибки исправил Шахматов в "Archiv fьr Slav. Phil.", т. VI) и Бодянским в "Чтениях" 1882 г. и отдельно в 1883 г. "Изборник Святославов" 1076 г., Императорской публичной библиотеки, издан (неудачно) Шимановским при его сочинении "К истории древнерусских говоров" (Варшава, 1887). "Новгородские минеи" 1095, 1096 и 1097 гг., типографской библиотеки, изданы были Ягичем в Петербурге в 1886 г. Пандекты Антиоха, библиотеки Воскресенского монастыря; 13 слов Григория Богослова, публичной библиотеки, изданные Будиловичем в Санкт-Петербурге (1875 г.). Поучение Кирилла Иерусалимского, синодальной библиотеки, начала XII в. Русские новгородские стихирари 1157 г. (синодальной библиотеки) и около 1163 (Петербургской духовной академии). Грамота князя Мстислава Владимировича 1130 г. и новгородская святого Варлаама Хутынского, изданная Срезневским. Надписи на монетах св. Владимира, Святополка, Ярослава I (снимки были у Толстого, "Древнейшие русские монеты", СПб., 1882); надпись на Тмутараканском камне 1068 г., издана Срезневским в "Древних русских памятниках" (СПб., 1863); надпись на Новгородском Стерженском кресте 1133 г., издано в "Описании тверского музея" Жизневским в 1888 г.; надпись на одной чаре до 1151 г., на кресте св. Евфросинии Полоцкой 1161 г. ("Исторические сведения о жизни преподобной Евфросинии княжны Полоцкой", СПб., 1841), на Рогволодовом камне 1171 г. (издал Батюшков, "Белоруссия и Литва", СПб., 1890). Интересно также стихотворение Константина Болгарского, в списке XII в. (Соболевский, "Церковно-славянские стихотворения конца IX и начала Х вв.", СПб., 1892). В XIII в. число списков значительно увеличивается и потом все возрастает, причем в этих памятниках церковно-славянского языка постоянно усиливается местный русский, сербский или болгарский элемент, пока, наконец, авторы не стали употреблять чистый народный язык, с остатками церковно-славянского влияния.
  Кирка- это орудие пролетариата, состоящее из ручки с насаженной на нее, в перпендикулярном к ней направлении, железной полосой. Полоса эта имеет около ручки толщину около дюйма; длиной же она бывает до аршина и вместе с ручкой образует орудие в виде буквы Т. Концы железной полосы делаются острыми. Иногда полоса идет только в одну сторону от ручки и тогда кирка имеет вид буквы Г. Ручка бывает большей частью деревянная в виде палки. Кирка употребляется в горном, строительном и дорожном деле для отбивания и раскалывания твердых пород и в земледелии - для разрыхления плотной почвы, которую не берет лопата; лопатой можно и перевернуть захваченный пласт, а киркой только разрыхляется почва и отодвигаются комья. В истории плуга кирка, лопата и мотыга рассматриваются как первообразы трех основных типов плуговидных орудий. Употребляемые для изготовления и ремонта жерновов кирки в общем не отличаются от инструментов, употребляемых каменотесами. На мельницах отличают плоские кирки, оканчивающиеся плоскими гранями, образующими лезвие, и остроконечные - оканчивающиеся остриями. Кирки употребляются на мельницах для выравнивания мелющих поверхностей жерновов, для образования на них бороздок, для обработки гнезд, в которые вставляются концы параплиц, и для других подобных работ. В связи с этими инструментами употребляется так называемый бороздчатый молоток, квадратные основания которого делаются около 2,5 или 3 дюймов, а высота около 6 дюймов; на квадратных площадках образовываются четырехгранные остроконечные пирамидки, так что поверхность этих площадок является снабженной острыми выступами, число которых бывает около 100 на квадратный дюйм. Бороздчатый молоток очень удобен для удаления выступающих мест при выравнивании мелющих поверхностей жерновов и для других подобных целей; такие места он размельчает своими выступами, облегчая дальнейшую обработку их киркой; иногда употребляют его для придания камню особой шероховатости.
  Кисель- мучнистый студень, приготовляется из картофельной муки и фруктовых соков (клюквенный, вишневый, красно или черносмородиновый, малиновый, яблочный и др.), приправляется лимонной цедрой или корицей, реже гвоздикой и другими приправами; подается еще с молочком. Приготовляемый без фруктового сока, овсяный, ржаной, пшеничный кисель ставится на опаре и закваске; гороховый бывает чаще пресным.
  Кисея(mousseline, Musselin, Nesseltuch, muslin) -это чрезвычайно легкая, прозрачная бумажная ткань полотняного переплетения (газовая ткань), у которой нити основы попарно обвивают нити утка, взаимно перекрещиваясь между собой, тогда как уточные лежат отдельно и совершенно прямо. Предназначалась главным образом для дамского туалета, а также шла на разные драпировки, занавесы и т. п.
  Кистень- убийственное оружие, состоящее из металлического шара на ремне и приспособленное для нанесения ударов больше по голове. По-видимому, это оружие пришло с Востока и занесено было в Европу монголами. Впрочем, орудия подобного типа были известны и в более древние эпохи; к числу их можно отнести и римский бич (flagellum), состоявший из 2-3 ремней с вплетенными в них бронзовыми зубчатыми крючками. Особенное разнообразие орудия этого типа получили на востоке, в Китае, Японии, у монгольских народов. Сюда относятся турецкий и русский кнут, казацкая нагайка, западноевропейская "утренняя звезда". Видоизменение кистеней представляют метательные шары bolas, употребляемые индейцами пампасов; обычно 2-3 шара, каждый величиной с апельсин, зашиваются в кожу и привязываются к ремням, связанным между собой; брошенные с силой, они, попадая в бегущего зверя или человека, обматываются вокруг него и сбивают с ног.
  Кистофоры(Κιστοφόροι) - древнегреческие монеты из чистого серебра, тетрадрахмы, очень распространенны были в Малой Азии; чеканились в честь Вакха; принадлежности его культа изображались на их лицевой стороне. В 190 г. до Р. Х. Манилий Ацилий Глабрион захватил у Антиоха Великого 248000 кистофоров. Чеканились в изобилии и в римское время, но уже в новейшее время представляли собой нумизматическую редкость.
  Китай - как древнейшая империя восточной и центральной Азии, была известна среди своих обитателей под названиями, не имеющими ничего общего с европейскими (Китай, China, Chine). В официальных культурно-исторических актах она обычно называется сообразно прозванию царствующей династии (с прибавлением слова дай - великий; например, при новейшей династии - Дай-цин-го, при ее предшественнице, минской династии, - это Дай-мин-го, при монголах - Дай-юань-го и т. д.); затем употребляется целый ряд литературных и поэтических названий: Тянь-ся (Поднебесная империя или позднее коммунистическая держава), Сы-хай ("4 моря" - отголосок древнего представления, что Китай окружен со всех сторон морями), Чжун-хуа-го (Срединное цветущее государство), Чжун-юань (Срединная равнина) и т. д. В разговоре обычно употребляли название Чжун-го (Срединное государство), происхождение которого относится ко временам династии Чжоу (1122-219 г. до Р. Х.), когда столица империи находилась в новейшей губернии Хэ-нань, в центре тогдашних китайских владений. Сами себя обитатели Китая называли Чжун-го-жень (люди Срединного государства) или Хань-жень (Ханьские люди, по имени династии царствовавшей со II в. до Р. Х. по начало III в. после Р. Х.), причем жители южного Китая, в отличие от северных, назывались еще мань-цзы (по имени тамошних инородцев). Русское название Китая произошло от названия династии Кидань (907-1125 г. после Р. Х.), владевшей, между прочим, и частью северного Китая; отсюда и монгольское название китайцев - китаты. Марко Поло, Одорик и другие делят Китай на северный или Cathay и южный или Maugi, Manzi. Названия Chine, China, Sinae и т. п. европейские имена, несомненно, перешли в Европу через арабов и персов, но в каком отношении стоят они к словам Цинь (династия в Китае в III в. до Р. Х.), Чина и Маха-чина (у индусов) и Да-цинь (Римская империя и Передняя Азия в китайской истории) -до конца не ясно. Северную границу Китая издавна составляла знаменитая Великая китайская стена (Вань-ли-чан-чэн, "Длинная стена в 10000 ли", или Бянь-чэн, "Пограничная стена"). Образовалась эта Великая стена из нескольких отдельных участков, построенных в различное время (начиная с IV в. до Р. Х. до конца XVI в. после Р. Х.). Первоначально стена сбивалась из глины и земли, и потому многие ее участки давно уже исчезли. При Минской династии ее стали облицовывать кирпичом и каменными плитами, и большая часть Великой стены, теперь существующей, без сомнения построена при этой династии. Последующач династия, на деле доказавшая своей предшественнице, Минской, бесполезность такой стены для защиты от внешних неприятелей, не поддерживала стены, и потому последняя пришла в упадок. Тянулась Великая китайская стена от крепости Шань-хай-гуань ("Застава между горами и морем") на берегу Чжи-лиского залива до прохода Цзя-юй-гуань, что в провинции Гань-су, в 40 километрах к западу от Су-чжоу (в том месте, где Великая стена упиралась в Нань-шаньский хребет), местами в два ряда (в Чжи-ли, например, пристроена была так называемая внутренняя стена) всего на протяжении 6950 ли. Лучше сохранилась восточная часть ее, к востоку от Калгана (Чжан-цзя-коу), благодаря лучшему материалу (гранит и кирпич); здесь она еще сохранила местами прежний вид массивной каменной стены, в 6 м. высоты и толщины (у основания), с высокими четырехугольными башнями, на известном расстоянии одна от другой. Часть Великой стены к западу от Калгана была в довольно плохом состоянии. Великая стена, встречая на своем пути горные хребты, поднимается на их вершину и опять спускается в долину. Прерывается она только Желтой рекой(китайцы относятся к желтому культурно-историческому типу, потому что потребляют желтые воды этой реки), на границе провинций Шань-си и Шэнь-си, и горными хребтами: от Гань-чжоу-фу на северо-западе на протяжении 75 ли и от реки Эцзин-гол на западе до реки Тао-лай-хэ. Важнейшие проходы были в Великой стене в провинции Чжи-ли - Шань-хай-гуань (дорога в Маньчжурию), Си-фын-коу (дорога туда же и на Чэн-дэ-фу или Жэ-хэ), Гу-бэй-коу (на Долон-нор), Ду-ши-коу (то же) и Чжан-цзя-коу (или Калган, дороги на Ургу с Уля-сутайем и в Гуй-хуа-чэн); в провинции Шань-си - Ша-ху-коу (на Гуй-хуа-чэн). Значительная часть северного и в особенности северо-западного Китая покрыта отложениями лёсса (хуан-ту - "желтая земля" по-китайски, что также связано с китайским видом людей). Местами (особенно по реке Вэй-хэ и в Гань-су) пласты этого лёсса достигают значительной толщины; местные жители вырывали раньше в таких слоях обширные пещеры-жилища, нередко в два яруса; стены натираются водой для получения своего рода глазури, потолки и вход укрепляются столбами. Такие жилища удобны были тем, что летом прохладны, а зимой очень теплы. Не меньшее значение имел и знаменитый Императорский канал (Юй-хэ), называемый еще сплавным (Юнь-хэ или Юнь-лян-хэ) и соединявший город Хан-чжоу-фу с Пекином. Хотя сооружение этого канала приписывается императору Хубилаю (1289), но некоторые части его существовали гораздо раньше. Канал прокопан был от Пекина прямо на восток до Тун-чжоу, от этого города до Тянь-цзиня проведен по реке Бай-хэ (Белой), отсюда в южном направлении шел по реке Вэй-хэ на протяжении почти 400 км. до города Линь-цин-чжоу; далее на протяжении 470 км. канал прокопан был к Желтой реке через множество поперечных речек при Юаньской династии (1280-1367), причем последние 75 верст проведены были по реке Чжун-хэ; между реками Хуан-хэ (Желтой) и Ян-цзы-цзяном, на протяжении 135 верст, канал был прокопан еще в древнейшие времена (считается за 5 веков до Р. Х.), проходил выше уровня окружающей местности, по громадной земляной насыпи, местами до 20 футов высоты и укрепленной каменными стенами; ширина канала здесь была около 20 футов и скорость течения 4Ґ км. в час; в Ян-цзы-цзян канал входил у города Чжэнь-цзян-фу, направляется на юго-восток к городу Су-чжоу и отсюда на юг, огибая с восточной стороны озеро Тай-ху, с которым и соединялся, до главного города провинции Чжэ-цзян Хан-чжоу-фу. Длина канала была всего около 1000 км., течение в нем трижды менялось: от Пекина до Тянь-цзиня оно шло с северо-запада на юго-восток, на участке от Тянь-цзиня до Желтой реки - с юга на северо-запад и северо-восток, а от Желтой реки до Хан-чжоу-фу - прямо на юг. Маловажные плотины по рекам, входящим в канал, поддерживались за счет местных жителей, которые производят и починку. Назначение этого канала было служить для доставки в Пекин провианта, собранного в провинции натурой вместо налогов, цинка и меди для отливки монет и т. п.; по нему также шла из Тянь-цзиня соль в южные провинции. Он поддерживался в порядке, когда плавание морем было затруднено (плохим состоянием судов и пиратами), позднее он был запущен и был в плохом состоянии. Начало метеорологическим и магнитным наблюдениям в Китае положили иезуитские миссионеры еще в XVII столетии; они же познакомили китайцев и с европейской астрономией и устроили обсерватории в Пекине. В новейшее время иезуиты же содержали две обсерватории в Китае: одну в провинции Цзян-су, другую в Чжи-ли. Первая устроена была в небольшой деревушке Зи-ка-вэй (по-пекински Сюй-цзя-хуй), расположенной на равнине в 6 км. к юго-западу от Шанхая. Сама обсерватория (основанная еще в XVII столетии и снабженная всеми новейшими инструментами для магнитных и метеорологических наблюдений) расположена была в совершенно изолированном саду, на расстоянии одного км. от деревни. Первые метеорологические наблюдения, произведенные в 1873 г., были опубликованы в 1874 г. в Шанхае отцами Коломбель и Лелек. Затем обсерватория поступила в заведование отца Марка Дешевранса (Dechevrens); она правильно издавала свои ежемесячные бюллетени и находилась в постоянных сношениях с центральным бюро в Вашингтоне. Вторая (Чжи-лиская) обсерватория расположена была в деревушке Чжан-цзя-чжуан. Предметом особого наблюдения служили известные тифоны или тай-фуны (от китайского да-фын, ta-foung, "большой ветер"), опустошающие южные берега Китая и Японии и дающие себя почувствовать вплоть до Шан-хая. В 1880 г. было насчитано 14, а в 1881 г. 20 тифонов. Сами китайцы делили свой год на 24 атмосферных перемены (каждая приблизительно в 15 дней), причем в календарях, издаваемых ежегодно "астрономическим приказом" (Цинь-тянь-цзянь) в Пекине, указывались день и час наступления каждой. Эти перемены суть следующие: 1) начало весны (ли-чунь), за полтора месяца до весеннего равноденствия, 2) дождевые воды (юй-шуй), через 15 дней после предыдущей, 3) пробуждение куколок насекомых, 4) весеннее равноденствие (чунь-фынь), 5) ясная погода (цин-мин, в это время по всему Китаю поминали покойников и гуляли на кладбищах), 6) хлебные дожди, 7) начало лета, 8) малое наливание хлебов, 9) созревание хлебов (на юге Китая), 10) летний поворот (ся-чжи), 11) малые жары, 12) большие жары, 13) начало осени, 14) конец жаров, 15) белая роса, 16) осеннее равноденствие, 17) холодная (замерзающая) роса, 18) падение инея, 19) начало зимы, 20) малые и 21) большие снега, 22) зимний поворот (дун-чжи), 23) малые и 24) большие морозы. Из них считались 8 главных (начало каждого времени года, равноденствия и повороты) и 16 второстепенных перемен(китайский календарь назывался "книгой перемен"). Население разделено было на так называемые пай, из 10 семейств, каждый под начальством особого десятника (пай-тоу); 10 пай составляли следующую единицу, цзя, с особым начальником (цзя-чжан), а 10 цзя - бао, также с особым начальником (бао-чжэн). Каждому дому выдавался особый печатный бланк, для внесения туда всех живущих в доме. Часто таблицы со списком живущих в доме вывешивались у ворот; отсюда их название мынь-пай - "воротные таблицы". За верность этих таблиц отвечали и вышеупомянутые начальники, и местные чиновники. По требованию последних немедленно должны были представлены таблицы для проверки. В списках населения (не включая инородцев) различаются: 1) минь-ху - простолюдинов, крестьян, 2) цзюнь-ху - военнопоселенцев, 3) цзян-ху - обязанных казенной службой ремесленников, 4) юй-ху - рыболовов, 5) цзао-ху - солеваров и 6) пын-ху - горнозаводских; а в отношении сборов податей: 1) минь-ху - простолюдинов, 2) цзюнь-ху - военнопоселенцев, 3) шан-ху - купцов и 4) цзао-ху - солеваров. В этнографическом отношении население старого Китая, кроме самих китайцев, составлявших всегда главную его массу, заключало в себе еще маньчжур, монголов, тюрков, тангутские и различные инородческие племена (на юге). Общие всем китайцам черты - хорошее и соразмерное сложение; кожа болезненно-белого цвета, с желтым оттенком; раскосые глаза; гладкие, черные, жесткие и лоснящиеся волосы, редкость и узость бороды (всегда черной), почти постоянное отсутствие бакенбард и, наконец, известный тип лица (скулы выдающиеся, но лицо округленное, нос невелик, вдавлен в центр и широк у конца, губы довольно толстые). Население северного Китая (к северу от Ян-цзы-цзяна) ростом не уступало европейцам; население южного Китая было всегда гораздо ниже. Жители западных провинций имело более изящную наружность. На цвет лица влияют и широта места, и занятия, но вообще даже и на юге цвет лица у китайцев не смуглее, чем у португальцев. По мускульной силе китайцы значительно уступали европейцам(отчего китайские жители часто занимались гимнастикой и единоборствами). Женщины ростом всегда были меньше европейских; они не так быстро стареют и в старости не имеют особенно поблекшего вида; отличаются плодовитостью, которую ограничивают с помощью законодательства, детей кормили раньше грудью до 3-4 лет и даже более. Обычай уродовать ноги у женщин с малолетства, чтобы они были как можно меньше, существовал с VI в. после Р. Х. и распространен был повсеместно, хотя, например, в сельском быту он очень тягостен: женщины должны отправляться на работы с палками в руках, или даже иногда мужчины везли их на тележках или тачках (если путь был далек). Не следовали этому обычаю - кроме женщин маньчжурского происхождения, которым это было воспрещено законом, - часть женщин южного Китая. Все мужчины-китайцы (как и все подданные старой Китайской империи) обязаны были носить косы (хотя бы и фальшивые), по образцу своих победителей-маньчжуров; официальный костюм для них (кроме простого народа) тоже был маньчжурский. Прежний китайский костюм носили только женщины и монахи буддийские (хэшан) и даосские (дао-ши). Последние не носили и кос; буддийские хэшаны брелись, даосы же носили длинные волосы. С давних времен существовал обычай отпускать длинные ногти, особенно на большом пальце (как признак того, что они не занимаются ручным трудом), для сохранения которых даже одевались на пальцы особые наперстки-футлярчики. Отличительным свойством всех китайцев во все времена было трудолюбие, простота и умеренность в жизни. Китайская пища преимущественно во все времена была растительная; исключения делаются только для праздников, когда появляется на столе мясо и разнообразное количество блюд, особенно рыбных, увеличивается. Больше славились своей невзыскательностью относительно пищи и одежды обитатели провинции Шань-си, известные под именем "старых уксусников" (лао-сир). В религиозном отношении китайцы отличались до прихода к власти коммунистов большим индифферентизмом. Среди них отлично уживались все три главные религии Китая: конфуцианство, даосизм и буддизм. Зачастую один член семьи придерживался одной религии, другой - другой; но даже одно и то же лицо чтило и буддийские, и даосские божества. В кумирнях (особенно в деревенских подобиях молелен) встречались нередко изображения божеств всех религий, не говоря уже про те божества, которые остались от первобытного культа китайцев и которые все три религии стараются причислить к своим. Почитанием исключительно народным пользовались: 1) Дух очага (Цзао-шэнь или Сы-мин-доу), с 6 своими дочерьми, наблюдающий, по народному верованию, за добрыми и дурными делами людей, 2) Мынь-шэнь - два духа-хранителя дверей дома, 3) Кай-лу-шэнь или Сянь-дао-шэнь - дух-хранитель в пути, 4) хранитель от злых духов - Цзян-тай-гун (иначе Ши-гань-дан) и 5) патроны различных ремесел и занятий. Общий всем китайцам культ предков с незапамятных времен лежил в основе всей религиозной и политической жизни Китая. Сообразно с этим культом установлены были общеобязательные обряды и правила погребения (вместе с трауром и жертвоприношениями) и свадеб, также как и совершаемые в знак совершеннолетия обряды: "надевания шапки" (гуан-ли, над юношами от 15 до 20 лет) и "втыкания головной булавки" (цзи, над девочками с 15 лет). Маньчжуры переселились в Китай вместе с последней династией. Большая их часть жила в Пекине и его окрестностях. В Пекине первоначально им был отдан весь внутренний город, но позже они оттуда были вытеснены настоящими китайцами, являющимися, de facto, хозяевами всех домов и лавок, de jure числящихся маньчжурскими. Случилось это благодаря закладу маньчжурами своих земельных имуществ китайцам и долгосрочной (вечной) аренде последними земель и домов первых. Кроме того, значительная часть маньчжур расселена в качестве гарнизонов по провинциям и главнейшим городам собственно Китая. Все они или несли военную службу, или ожидали очереди внесения в списки военнослужащих. Обязательная религия для них было шаманство. В новейшее время эти маньчжуры совершенно окитаились и забыли свой родной язык. Число маньчжур в Китае было очень невелико, вероятно около одного миллиона человек. От китайцев маньчжуры отличались более светлым цветом кожи, более густой бородой и большим ростом. Нос у них прямой. К монголам в Китае принадлежали: 1) потомки вошедших туда в составе восьми знамен и 2) жители некоторых частей южной Монголии, в административном отношении причисленных к Китаю. Амдоские монголы были известны в русской специальной литературе под названием Далда (то же, что Да-да или по-европейски лошадки - общее название монголов у китайцев, по имени господствовавшего когда-то племени татар), как их называет Пржевальский, или широнголов, как их предпочитал называть Г. Н. Потанин, не без основания сближая это слово с их китайским названием ту-жень (туземцы, буквально "люди земли"). Соседние тангуты называли их Чжа-хор или Чжахури. Широнголы жили по обеим сторонам Хуан-хэ (Желтой реки), выше города Лань-чжоу-фу. Потанин насчитал их до 50 тысяч человек. Язык широнголов был монгольский, с сильной примесью элементов китайского, тибетского и тюркского. Монгольским же языком говорили и Шира-ёгуры (желтые егуры), живущие в ущельях Нань-шаньских гор, к северу от Гань-чжоу-фу и Су-чжоу, между тем как другая часть этого племени, Хара-ёгуры (черные егуры), говорили тюркским языком. Среди некоторых поколений широнголов сохранялись родовые старейшины (ту-сы). Все жили оседло, или отдельными усадьбами, или целыми деревнями. Дома строились из кирпича, с дворами, обнесенными высокими стенами. Одевались раньше мужчины в местный китайский костюм, в одежде же женщин встречались большие особенности; ноги девочек также бинтовались, но не так сильно, как у китаянок. Башмаки женщин и мужчин китайского образца, шились женщинами; кожаная обувь здесь была совсем не в ходу. Скорее всего, от тюрков заимствовали широнголы уменье печь кислый хлеб, неизвестный тогда еще в Китае. Земля в поколеньях, не имеющих ту-сы, составляла частную собственность и могла быть продана в другое поколение. Члены имеющих ту-сы поколений могли продавать земли только членам того же поколения, и то с разрешения тусы. Почву широнголы удобряли и орошали при помощи искусственных канав. Жатва снималась дважды в год. Пахали на мулах, при помощи сохи. Сеяли ячмень, пшеницу и гречиху; кроме того, разводили растение Brassica juncea, для добывания масла, и грецкие орехи. Занимались и пчеловодством. Домашний их скот это: коровы, свиньи, овцы, ослы, лошаки, мулы. Мужчины ткали грубые шерстяные материи и катали войлок, окрашиваемый обычно в красный цвет. Все прочие работы взвалены были на женщин, которые также заготовляли удобрение для полей и помогали мужчинам в полевых работах. Часть широнголов исповедовали мусульманство, другая придерживается буддизма, но с сильной примесью шаманства и культа общенародных китайских божеств. Свадебные обряды также сильно подверглись китайскому влиянию; женились непременно на девицах других фамилий. Невеста обычно бывала старше жениха. Покойников хоронили также по китайскому обычаю, среди пашен. В новейшее время широнголы еще не оправились после восстания мусульман, от которого они сильно пострадали. Если из города Хэ-чжоу, на правом берегу Хуан-хэ, перевалить через хребет Хара-ула, то можно было попасть в земли, занятые тюркским племенем - саларами. Эти салары, по Потанину, назывались Пагунами, в отличие от саларов левого берега, называемых Вэй-ву-гун. Тюркский язык сохранялся у саларов Па-гун в большей чистоте, чем монгольский - у широнголов. Мужчины-салары носили китайский костюм, женщины - широкие шаровары, белую кофту с широкими рукавами и широкий балахон с рукавами; ног не уродовали и носили высокие башмаки. Жили салары в фанзах из сырцового кирпича, управлялись ахунами и отчасти родовыми старейшинами (ту-сы). Все салары были мусульманами; их мечети были китайской архитектуры; книги получали они из Шанхая, азбука была тюркская (арабская). Всего у них насчитывалось до 6000 домов, разделенных на 12 общин (гун), с имамом во главе каждой. Тангутских родов было очень много; жили они и в Гань-су, и в Сы-чуане. Общее название для них у китайцев было Фань, причем различались Си-фань ("западные Фань"), в Гань-су и Сы-чуане, от Ту-фань ("туземных Фань"), в самом Тибете. Некоторые тангутские роды Си-фань назывались Цян (старинное книжное название тибетцев). Всего, по Иакинфу, насчитывалось в 1812 г. 111749 тангутских семейств: 26644 семейства в Гань-су, 72374 - в Сы-чуане, 7842 - в Куку-норе и 4889 - в Тибете. Часть тангутских родов вело оседлый образ жизни, часть - кочевой. В гористых местах южного и юго-западного Китая жило много инородческих поколений. Большая часть их подчинилась китайскому влиянию и известна была под именем шу (покорных или подчинившихся, буквально зрелых, готовых), меньшая их часть, сохранившая еще свою независимость, - под именем шэн (диких, буквально сырых). По культурно-историческому типу они значительно отличались от китайцев; в них видели более древнюю расу. Общими названиями для этих инородцев служили слова: Мяо или Мяо-цзы - в провинциях Ху-нань и Гуй-чжоу, Яо - в провинции Гуан-дун, Гуан-си и Ху-нань, Ли - на острове Хай-нань и Мань - в провинции Юнь-нань; кроме того, существовало множество названий для отдельных поколений или родов. Инородцы в большинстве случаев сохраняли своих наследственных родовых старейшин (ту-сы), власть которых, однако (у покорных инородцев) - чисто номинальная; все зависело от местных китайских чиновников, а старейшины имели только некоторые права на землю и труд своих подчиненных. В быту этих инородцев сохранялось много оригинальных древних черт. У некоторых существовало нечто вроде ордалий, у других - обычай увоза невесты или уноса ее на спине, у третьих - общность жены для нескольких братьев и т. п. Многоженство тоже существовало у некоторых поколений. Свадебные подарки (калым) приняты были почти повсеместно, как и добрачные связи. Пьянство и грабительство были общи почти всем поколениям, также как и вера в демонов и их наваждения. Покойников в большинстве случаев сжигали, но также зарывали в землю и выносили в уединенное место. Шаманы и гадатели имелись во многих их поколениях. У некоторых поколений существовала своя особенная письменность, другие писали по-китайски или по-тибетски. Многие поколения в торговых отношениях пользовались бирками. Положение женщин было различно: на жен смотрели как на рабынь, но, с другой стороны, женщины нередко являлись правительницами нескольких поколений, или от имени своих мужей, или после их смерти; даже дочери иногда наследовали своим родителям. Большинство поколений занимались земледелием и огородничеством, но некоторые тогда же не вышли еще из полудикого состояния, жили в пещерах, одевались древесными листьями и пожирали как звери свою добычу (мышей, ворон и т. п.) сырой. О существовании в Китае скрытых евреев, а не чистых европейцев, русских или христиан узнали сами китайцы из европейских источников только в начале XVII в., да и то случайно. В новейшее время в городе Кай-фын-фу (главный город провинции Хэ-нань) и его окрестностях имелось 300-400 человек настоящих евреев (их вера называлась в Китае обычно тяо-цзинь-цзяо - "выбирающее жилы исповедание", по способу еврейского убоя скота и испития крови из жил), имевших свою синагогу (Ли-бай-сы, "место поклонения"; так же назывались китайцами и исламские мечети) и почти все книги Ветхого Завета на еврейском языке; последние они умели только читать, но совсем не понимали смысла. Эти китайские евреи сохраняли черты своего племени, хотя и одевались по-китайски и носили даже манжурьские косички. Обычно они смешивались китайцами с мусульманами и считались как бы отдельной мусульманской сектой (их так и называли иногда "синими мусульманами" или даже синими чулками, по цвету особых шапочек местечковых раввинов). По их преданию, еврейские предки пришли в Китай в первом веке после Р. Х., при императоре Мин-ди (к этому же времени относится и первое появление буддизма в Китае, но его принесли не евреи-это китайцы знают точно, как и то, что будда не принимал иудейского вероисповедания), вскоре после разрушения Иерусалима Титом. Христианство в Китае ввели, по всей вероятности, несториане. Открытый в 1625 г. в городе Си-ань-фу несторианский памятник (на китайском языке и по-сирийски буквами estranghelo) помечен 781 г. и относит прибытие первого проповедника к 635 г. Несторианство процветало при Юаньской династии, когда епископские (собственно, митрополичьи) кафедры существовали в Пекине и Тангуте. Китайский несторианин Мар-Ябалах, родившийся в 1245 г., ученик другого китайца, стал патриархом в Персии, несмотря на незнание сирийского языка. Католическое архиепископство было учреждено Иоанном де Монте-Корвино (умер в 1333 г.) в Пекине, с викариатством в провинции Фу-цзянь. Успехи как католичества, так и несторианства были парализованы во 2-й половине XIV в. падением Юаньской и воцарением национальной Минской династии. Католические миссии в Китае были возобновлены только в XVI в. иезуитами. В начале 20 столетия китайских христиан насчитывалось всего 630000 человек (600000 католиков и 30000 протестантов). Миссии имелись не только в Китае, но и в южной Монголии, Маньчжурии и даже Кульдже. Местами выстроены были роскошные храмы в готическом стиле. Вообще, однако, миссионеры не пользовались прочными симпатиями в Китае. Мусульманство в Китае было известно под названием хуй-хуй-цзяо, а его последователи - под именем хуй-хуи (от имени народа Уйгуров или хуйгуров). Кроме того, для этой религии существовало и книжное название цин-чжэнь-цзяо ("правоверная религия", перевод мусульманского названия). Предстоятели мечетей назывались также имамами (И-ма-му, однако), а муллы - ахуйнами. Главный толк - это Ханифы, но были и старообрядцы толка Шафира. Проникло мусульманство в Китай уже давно, через посредство арабских и персидских купцов. Первое появление мусульман в Си-ань-фу предание относит к VII в., когда в эту танскую столицу явился родственник Мухаммеда, Ибн-Хамза, с 3000 человек. В Восточном Туркестане мусульманство в VI-Х вв. вытеснило буддизм и заняло место последнего. В новейшее время мусульмане, несмотря на жестокое усмирение их восстаний, имели большую силу в Китае и представляли самую энергичную, трезвую и зажиточную часть населения. Они пользовались всеми правами, наравне с коренными китайцами. Гань-суские и илийские китайские мусульмане известны были под специальным названием дунган. Юнь-нанских мусульман иностранцы иногда называли Панты; последнее слово взято было из бирманского языка, его значение в точности не известно. В этнологическом смысле китайские мусульмане представляли несколько отдельных групп (по своему происхождению от хуйгуров, татар, тангутов, в смешении с китайцами). Население Китая раньше жило в 1464 штатных городах, приблизительно таком же количестве крепостей, станций и еврейских местечек (тоже обнесенных стенами) и в бесчисленном множестве деревень. В Китае редко можно было встретить сплошную деревню, а большей частью отдельные усадьбы или группы домов. Нередко все жители одного поселка или деревни носили одну фамилию; в таком случае и деревня называлась по фамилии ее обитателей. Устройство китайских городов было почти однообразно. Все они (за исключением городов Монголии и отчасти северной Маньчжурии) обнесены были кирпичными стенами или были окружены земляными валами, облицованными кирпичами; в стенах делалось известное число ворот (не более 12, в Пекине 9, обычно 4), с башнями над ними и по углам. К городским стенам снаружи примыкали обычно предместья, различаемые по странам света и тоже нередко обносимые стенами меньших размеров. От одних ворот к другим, противоположным, проходила обычно широкая большая улица; если в городе существовало несколько пар ворот, то было несколько больших улиц. Большие улицы заняты были почти всегда торговыми лавками, гостиницами и кумирнями; городское население ютилось в узких боковых улицах или переулках. Большие улицы обычно мостились каменными плитками или же (например, в Маньчжурии) укладывались поперечными досками или бревнами. Украшением города служили храмы и лавки, с разнообразными вывесками. Частные дома строились в глубине двора, так что на улицу выходили только ворота и забор. Ворота у частного лица должны были состоять из одного звена, у знатных же лиц имелись 3-5 звеньев (звено обыкновенно было в 10 футов). Внутри двора строилось обычно несколько отдельных зданий, с небольшими двориками. Главное здание обращено было на юг. Частные лица не могли употреблять для своих зданий мрамора и раскрашенной черепицы; поэтому вся роскошь таких зданий состояла в древесном материале, употребляемом на колонны портика вокруг дома, на окна и перегородки. Здания почти все были в старом Китае одноэтажные. Обыкновенный тип постройки был таков: врывались в землю вертикальные бревна по размеру дома; пространство между этими бревнами, скрепленными вверху поперечными и продольными балками и брусьями, забирались или досками, или кирпичами, или, у бедных - глинобитной землей с прутьями, причем оставлялось вверху место для сплошных, во весь промежуток, оконных рам. Окна оклеивались бумагой; редко вставлялись стекла. Дома отапливались при помощи дымовых труб, идущих от топок вдоль стен внизу и соединяющихся в углу с наружной вертикальной трубой. Эти дымовые трубы прикрыты были сверху и с лицевого бока дощатой переборкой; таким образом получались вдоль стен комнаты закрытые нары, на которых все население дома спокойно спало, просто сидело или же ело китайскую традиционную пищу и пило особый китайский чай. Под названием чайного в различных местах Китая раньше понимали, впрочем, и различные другие растения, являющиеся как бы суррогатами чайного куста. Вообще чайные плантации разводились на южных склонах гор (даже на высоте 9000 футов), преимущественно на глинистой почве. Особенно благоприятна для разведения чая была почва из глинистого сланца. Сырость губила кусты. Разводились чайные кусты семенами. Сбор производился три раза: в апреле, июле и августе, начиная с четвертого года после посадки. Качество чая зависело от сбора (первого, второго или третьего); черные, желтые и зеленые чаи различались между собой только по способу приготовления. Аромат и крепость настоя чайные листья приобретали только после "замаривания" (состоящего в том, что прежде окончательной просушки чайные листья складываются плотно большими массами в корзины, закрома и даже целые комнаты и, пролежав так некоторое время, замариваются, т. е. слегка разлагаются) и "надушения" (цветами розы, жасмина, olea flagrans, померанцевого дерева, prunus armeniaca и др.). В чайных местностях каждая семья имела свою небольшую плантацию, которую сама и обрабатывала, сама ощипывала чайные листья. Последние (часто слегка подсушенные) продавались на фабрики скупщикам, где обрабатывался окончательно, причем все листья одного сбора перемешивались. Туаньча ("плиточный чай"), приготавливался для императорского двора большей частью в Сы-чуане. Чжуань-ча - "кирпичный чай" - был трех сортов: 1) лао-ча - крупный ("почтенный"), идущий в Среднюю Азию, 2) цзин-чжуань, "столичный кирпич", из зеленых чаев, идущий в Среднюю Азию и восточную Сибирь, и 3) ми-чжуань, "черный кирпич", небольшого формата, из байхового чая, добывался для Сибири. Правительственный сбор с чая введен был в 793 г. после Р. Х. Гончарной глиной славилась провинция Чжи-ли (громадные глиняные корчаги, наряду с плетеными корзинами, оклеенными промасленной бумагой, заменяли в Китае русские деревянные бочки), а знаменитыми китайскими фарфоровыми изделиями (первое появление которых в Китае относится ко временам династии Цзинь, 263-420 гг. после Р. Х.) особенно отличались провинции Цзян-си и Фу-цзянь. Нефть была найдена на Формозе. Соль в изобилии была в Шань-си, затем в Юнь-нань, в Фу-цзянь и также на Формозе. В Шань-си разрабатывалась уже более 2000 лет соль самоосадочная в обширном озерном бассейне; с весны до глубокой осени работали здесь десятки тысяч человек. В год добывалось 2Ќ млн. пикулей. Морская соль вываривалась в 104 солеварнях провинций Чжи-ли, Шань-дун, Хэ-нань, Цзян-су, Ань-хуй и Чжэ-цзян; каменная соль встречалась чаще в Чжи-ли, Шань-си, Шэнь-си и Гань-су. Железо добывалось главным образом в Шань-си (где встречалось рядом с каменным углем), также в Сы-чуане, Хэ-нане, Ху-нане и Шань-дуне. Первая по обилию и разнообразию металлов из провинций Китая - Юнь-нань, из которой, кроме железа, свинца, цинка и меди (последней до 487500 пудов ежегодно), шла еще киноварь, ртуть и серебро. Самородновое серебро встречалось, главным образом, в провинции Гуан-дун; золото находили в речных песках и на верхнем Ян-цзы-цзяне; серу и селитру добывали в Шань-дуне и на Формозе. Приготовлением писчей бумаги славился Нанкин и У-ху. Вообще бумаг в Китае всегда существовало множество сортов (некоторых из них никогда не было в Европе и России); для ее приготовления шли молодые побеги бамбука, индийский тростник, морские водоросли, трава шпажник, волокна Broussonetia papyrifera, коконы шелковичного червя и прочее. Высоко стояло искусство резьбы по дереву, слоновой кости и на камне. Почта в Китае состояла в начале 20 в. в ведении военного министерства и служила только для пересылки казенных бумаг и для перевозки чиновников, едущих по важному казенному делу и получивших на проезд особое разрешение. Доставлялась почта в различных местах различным образом: или верховыми, или на лодках, или пешеходами. Каждая казенная бумага, сообразно своей важности, имела на конверте обозначение той скорости, с которой ее надо было пересылать (300-120 км. в день). В большинстве случаев лица, отбывающие почтовую службу, были несвободного состояния, приписанные к станциям в виде наказания. Частные лица пересылали свои письма при помощи многочисленных транспортных контор, перевозящих товары, пассажиров и посылки. Европейские государства для своих писем также устроили частную почту. Так, русская почта шла из Троицко-Савска в Пекин через Ургу и Калган и перевозилась монголами, а от Калгана - китайцами, за условленную ежегодную плату; заведовала этой почтой забайкальская почтовая контора, при ближайшем участии почтмейстеров в Урге, Калгане и Пекине; легкая почта ходила три раза, а тяжелая - один раз в месяц. Кроме того, русские торговые дома для своей корреспонденции имели и свою частную почту. В Китае проведена была рано и телеграфная сеть в различных направлениях. Первый толчок этому был дан во время войны на Формозе, распоряжением фу-цзяньского генерал-губернатора. Телеграммы можно стало посылать на любом языке латинским шрифтом и на китайском языке. При передаче на последнем языке передавались не китайские иероглифы, а их номера, под которыми они помещены были в каталоге употребительных на телеграфе иероглифов. Начало железным дорогам в Китае было положено сооружением коротенькой ветви в Кай-пин-ин; в 1890 г. начаты были работы по ее продолжению до Тянь-цзиня и Луань-чжоу. Кроме того, с 1887 по 1893 г. было выстроено на Формозе первые 30 км. железной дороги. Начало морской торговли европейцев с Китаем относится к XVI в.: в 1516 г. первое португальское судно прибыло в Кантон, с 1522 по 1542 г. португальцы торговали в Нин-бо-фу, а в 1557 г. им было разрешено основать факторию на полуострове Макао. Голландцы впервые появились в Китае в 1622 г. и в 1624 г. построили факторию Зеландию, около нынешнего города Тай-вань-фу на Формозе. Первое английское судно появилось в 1635 г., но правильная торговля англо-ост-индской компании с Китае началась только в 70-х годах XVII столетия, сначала в Амое и на Формозе, а с 1684 г. - в Кантоне. С 1784 г. начались торговые сношения с Китаем и Соединенных Штатов. Все эти торговые сношения не пользовались покровительством китайского правительства; наоборот, оно старалось всячески теснить и задерживать их. Дело дошло до открытой войны, окончившейся в 1842 г. заключением мира в Нанкине (Цзян-нин-фу) и открытием для европейской торговли 4-х новых портов - Амоя, Нин-бо-фу, Шан-хая и Фу-чжоу-фу. После взятия Пекина в 1860 г., на основании Пекинской конвенции и Тянь-цзиньского договора (1858 г.), открыты были следующие порты: Ню-чжуан в южной Маньчжурии (с портом Ин-цзы или Ин-коу, близ устья реки Ляо-хэ), Тянь-цзинь, Дэн-чжоу-фу, замененный вскоре Чжи-фу, Чжэнь-цзян-фу, Цзю-цзян-фу, Хань-коу (все три на Ян-цзы-цзяне), Чао-чжоу-фу с портом Шань-тоу или Сватоу), Тай-вань-фу, с портом Да-гоу или Та-коу, Цзи-лун или Ки-лун, Дань-шуй или Тамсуй (все три на Формозе) и Цюн-чжоу-фу, с портом Хой-хоу, на острове Хай-нань. На основании конвенции в Чжи-фу открыты были еще: У-ху-сянь в Ань-хуй, И-чан-фу, Вэнь-чжоу-фу в Чжэ-цзян и Бэй(Бо)-хай или Пак-хой. Наконец, после тонкинской войны были открыты Лун-чжоу-тин в Гуан-си и Мэн-цзы-сянь в Юнь-нане. Из этих открытых портов русские консульства находились только в Тянь-цзине, Фу-чжоу-фу, Хань-коу и (нештатные) в Шан-хае и Чжи-фу. Кроме того, в Пекине находилась русская политическая миссия с 1861 г., а духовная - с Кяхтинского договора 1727 г. (когда началась торговля в Кяхте); затем, Россия имела право открыть консульства в Су-чжоу (в Гань-су, близ оконечности Великой стены) и Турфане (в Гань-су-синь-цзян-шэн) и имела их в Урге, Чугучаке, Кульдже и Кашгаре. Единственная разменная монета в Китае была цянь или тун-цянь. В царской России она называлась чох (от монгольского названия ее чжос, чжогос), в европейской литературе - кэш, cash (от caixa - оловянной монеты, встреченной в 1511 г. в Макао), или сапэк, sapиque (от sapek - монета в Тонкине). В новейшее время эти цянь или чохи отливались из сплава меди (60 или 46 частей) и цинка (с небольшим количеством олова, 40 или 54 части), форма их была круглая (0,8 дюйма в поперечнике) с квадратным отверстием посредине. На лицевой стороне крестообразно расположены было четыре иероглифа: два первых представляют название годов правления (нянь-хао) того императора, при котором отлита была монета, а два последних читаются тун-бао (ходячая, общеупотребительная монета). Надписи такого рода отливаются на монетах со времен Танской династии (причем вместо тун-бао употреблялось и выражение юань-бао). Раньше этого на монетах отливались только два иероглифа, обозначавшие вес монеты (ву-чжу, сы-чжу 1/5 и 1/6 унции). В прежние времена на монетах употреблялись иероглифы почерка чжуань, Юаньская (монгольская) династия ввела даже и свой квадратный шрифт, но позднее постоянно употребляется обыкновенный почерк. Особенность монет последней императоской династии та, что на обороте обозначено было место отливки монеты, или маньчжурским шрифтом (боо-юань - монетный двор министерства работ, боо-цюань - монетный двор министерства финансов и др.), или смешанно - один иероглиф и одно маньчжурское слово (слово боо или транскрипция этого иероглифа); в последнем случае монета отлита была в какой-нибудь провинции, и этот иероглиф взят был из названия провинции или ее главного города, например дун на монетах, отлитых в Кантоне (Гуан-дун), чан на монетах, отлитых в Ху-бэй (главном г. Ву-чан-фу) и т. д. На монетах, обращающихся в Туркестане, делались и надписи на местном языке, равно как и на Тибете. Чохи нанизывались обычно на веревочки и считались связками. В связке (и-дяо-цянь) должно было связано вместе 1000 монет (в таком виде называемых лао-цянь, "старые чохи"), но это бывало редко, обычно в связке бывало 500 (и даже 498) чохов, считаемых за 1000 номинальных (т. е. 1 чох за 2 номинальных, это счет на цзин-цянь, "столичные чохи"). Существовал еще счет на сяо-цянь, "малые чохи", в котором 160-162 чоха считались за 1000 номинальных. Вообще счет на чохи в Китае был чрезвычайно разнообразен(он перешел в современный шоу-бизнес России в виде расхожего выражения-"выступления чохом", то есть в связке с кем-нибудь). В Пекине обращались "большие чохи" (да-цянь), с надписью дан-ши (стоимостью в 10 чохов), считающиеся за 20 номинальных, и таким образом на 1000 номинальных чохов в нем приходилось всего 49 монет. Золотой и своей серебряной монеты в Китае не было. Золото обращалось как товар, в слитках по 10 унций (лян). Серебро принималось также по весу, и счет велся на унции или ляны (русские ланы); таким образом, получалась фиктивная серебряная монета лян (дана или Tael), сотая часть (по весу) которой назывался европейцами кандарен (по-китайски фынь). Слитки серебра были трех величин: большие (юань-бао, откуда русское ямба или амба) в 50-51 ляну с небольшим, средние в 10 и больше лян и малые около 5 лян. Для мелких счетов употреблялись кусочки серебра, отрубленные от слитков. Кроме того, в Китае было много в обращении пиастров и мексиканских долларов; отливали и китайские доллары (в южных портах), с мелкими подразделениями. Русские рубли свободно принимались в Пекине и Монголии, в них по весу считалось 0,45 ляны. В международных сношениях принят был счет на так называемые таможенные ланы (хай-гуань-лян) более высокого курса (в среднем 5 франков 93 сантима в каждой). Для размена серебра на чохи существовали повсеместно особые валютные лавки. Курс менялся в больших городах дважды в день и зависел от наличности серебра и спроса на него. Средним числом считалось около 1600 действительных чохов (лао-цянь) в лане. В больших городах банкирские конторы и торговые фирмы, а в мелких пунктах - так называемые закладные лавки (дан-пу) выпускали частные бумажные знаки (называемые те-цза - "билеты", пяо-цза - "ассигнации" и "цянь-пяо" - "ассигнации"), которые обращались только в том городе или месте, где были выпущены, и поблизости (ввиду возможности во всякое время обменять на наличные деньги, сянь-цянь). Обеспечением служили товары и все имущество фирмы; кроме того, требовалось и поручительство других фирм (обязательно пять). Такие бумажные знаки появились в VII в., но их употребление достигло широкого развития только в Х в. Назывались они различно: фэй-цянь - "летучие деньги", дан-пяо - "билеты закладных лавок", бянь-цянь - "удобные деньги" и т. д. Выпускались они и правительством (начиная с Танского Сянь-цзуна, 806-820 гг.), нередко в огромном количестве, отчего быстро теряли ценность, и их приходилось изымать из обращения. Вид этих частных бумажных знаков был очень разнообразен, но все они представляли печатные бланки (с указанием, между прочим, города, названия выпустившей их фирмы и ее адреса), на которых уже от руки (одним и тем же лицом, по возможности, на всех билетах, во избежание подделки) в соответствующих пустых местах проставлялись номер, год, месяц, число и количество дяо - связок чохов (последнее было очень разнообразно, в зависимости от счета на чохи). Все это вносилось в главную книгу фирмы, в которой всегда можно было найти указание на то, какого числа выпущен и на сколько дяо-билет под таким-то номером. Затем другие фирмы, к которым попадался чей-либо билет, тоже делали, со своей стороны, пометку, и чем на билете больше было пометок, тем он считался надежнее. Такими же билетами правительство в Китае платило нередко и жалованье, в случае недостатка серебра: местные власти брали у больших фирм эти билеты и выдавали ими жалованье; получив серебро, власти уплачивали долг (не без выгоды для себя, так как пользовались курсовой разницей). Всеми дворцовыми делами ведало особое "Дворцовое управление" (Нэй-ву-фу), управляемое, по назначению императора, одним из высших сановников других учреждений. Делами принцев крови и вообще родственников царствующего дома Китая заведовал особый "Княжеский приказ" (Цзун-жень-фу), занимающий первое место среди всех правительственных учреждений. Для составления сочинений, издаваемых правительством, а также молитв на разные случаи жизни(так как при официальных жертвоприношениях жертвоприносителями являлись император и заступающие на его место чиновники, а не жрецы, которых не было в конфуцианстве), для ведения ежедневного императорского дневника и подготовки материалов для истории династии предназначено было особое учреждение, Хань-линь-юань, называемое обычно академией. В его состав обязательно вступали получившие степени первых докторов на государственных экзаменах. Затем было еще несколько учреждений, имеющих отношение ко всей империи: астрономический приказ, занимающийся составлением государственного календаря, императорское коннозаводство, церемониальная экспедиция и другие. Органов верховного управления было два: 1) Нэй-гэ - "дворцовая канцелярия" и 2) Цзюнь-цзи-чу - "государственный совет". Через "дворцовую канцелярию" проходили все доклады императору и все его резолюции и указы по поводу этих докладов. В ней же хранились и 25 императорских печатей (из яшмы различного цвета, а одна была из сандалового дерева). Значение этой "дворцовой канцелярии" было особенно велико при Минской династии (с которой последняя скопировала все свои учреждения); при этой династии она потеряла большую часть своего значения, перешедшего к учрежденному в 1730 г. государственному совету, члены которого назначались императором из принцев крови и высших сановников. Он состоял из двух маньчжур и двух китайцев, под председательством принца Куна (Kung или Kong, откуда неправильное русское Конг). Члены совета должны были ежедневно утром собираться в императорском дворце, ожидая призыва императора на совещание. Время и число заседаний не было определенно. В делах особой важности в обсуждении принимали участие и соответствующие учреждения. Во время войны совет обращался в особое совещательное учреждение по военным действиям. И дворцовая канцелярия, и государственный совет имели лишь совещательный характер, так как: китайский император ни с кем не разделял своих верховных прав; ему во всем объеме принадлежала как законодательная власть, так и административная; ему, как сыну (или наместнику) неба, принадлежало главенство в сфере религии; для своих подданных он один являлся источником всяких прав, привилегий, служебных отличий и материального достояния. Император имел множество титулов. В официальных бумагах он обыкновенно назывался Хуан-ди ("августейший император"; этот титул впервые принял император Цинь-ши-хуан-ди в 221 г. до Р. Х.); в разговоре его (заочно) называли хуан-шан (августейший высокий); другие его титулы - тянь-цзы (сын неба), тянь-хуан (небесный августейший) и т. д. В разговоре придворные называли императора би-ся (под ногами, т. е. тот, у ног которого было все) или вань-суе (10000-летний господин, т. е., которому все желают долгоденствия). Про себя император (со времен Цинь-ши-хуан-ди) говорил: чжэн (я), гуа-жень (единственный, буквально - очень одинокий человек), гуа-цзюнь (единственный, буквально - одинокий государь). Во всех больших городах строились храмы(молильные кумирни) в честь императора, в которых в назначенные дни местные власти совершали поклонение в честь императора, перед особенной табличкой с надписью: таблица нынешнего 10000-летнего (государя). Личное имя императора, которое он носил до вступления на престол, не могло быть произносимо после его вступления на престол; даже иероглифы, которыми оно писалось, изменялось в начертании. Вместо имени императора употреблялось название, данное им годам своего правления. Это название (нянь-хао; обычай давать нянь-хао существует со 140 г. до Р. Х.) служило как бы выражением основной идеи царствования и его характеристикой. Таким образом выражение "император Кан-си" означало: император, давший годам своего правления название кан-си (всеобщее спокойствие). После смерти император от своего преемника получал так называемый мяо-хао, "храмовый титул", т. е. династическое прозвание в храме предков (например, при последней династии первый император - Тай-цзу, "великий родоначальник"; 2-ой - Тай-цзун, "великий предок", 3-й - Ши-цзу, "родоначальник", и т. д.), под которым он и был известен в истории. К этому прибавлялось еще слово "хуан-ди", с эпитетом, характеризующим царствование. Так, например, полный посмертный титул императора Кан-си был Шэн-цзу-жень-хуан-ди, "святой предок, человеколюбивый император". Императору присвоен был особый цвет (оранжево-желтый) и герб (дракон пянтикрылый, у которого на каждой лапке на один коготь больше, чем у простых драконов). Главная (1-ая) жена императора носила титул императрицы; затем он имел несколько (обычно четыре) побочных жен и сколько угодно наложниц. Престол был наследственный по прямой линии, в мужском потомстве; но император сам выбирал себе преемника из числа сыновей. Для избежания смут и ссор назначение преемника скрывалось обычно до смерти императора, и имя его узнавалось обычно только из посмертного указа или завещания. Главным источником средств для содержания императора и его двора (а также князей царствующего дома) служили громадные земельные угодья, находившиеся в заведовании особого счетного отделения в "дворцовом управлении". На землях, принадлежащих лично императору, устроено было всего 1078 деревень-ферм, доставляющих ежегодно, кроме сельскохозяйственных продуктов, 140676 лан серебра. Ежедневно отпускалось для стола императора определенное количество продуктов, для членов царствующего дома - также в понижающемся, сообразно с их достоинством, размере (для императора, например, 75 цибиков чая, для императрицы - 10). Родственники царствующего дома составляли особый привилегированный класс в государстве. Делились они на близких или желтопоясных (по цвету служащего их отличительным признаком пояса) и дальних или краснопоясных. Первые, Цзун-ши ("Царствующий дом"), были потомками сыновей основателя династии Нурхаци (его полный титул в истории - Тай-цзу-гао-хуан-ди) и его братьев. Вторые, Гиоро (от фамильного прозвания нынешней династии), считались потомками дядей и братьев Сянь-цзу-сюань-хуан-ди (такой посмертный титул был дан впоследствии отцу Нурхаци). Всем этим родственникам императорского дома велись заведующим ими "княжеским приказом" особые списки (желтый и красный), с обозначением времени рождения, линии (от главной жены или от побочной), наследования, брака и титула; живые отмечались киноварью, умершие - тушью. Из этих списков каждые 10 лет все сведения вносились в особый список (Юй-де - "Яшмовая грамота"), хранящейся во дворце. Близким родственникам императорского дома присвоено было, сообразно близости родства, 12 наследственных титулов (такой титул наследовался только одним из сыновей, а прочие сыновья, по достижении 20 лет, по экзамену, получали низшие титулы, сообразно степени успеха на этом экзамене; за большое преступление титул отнимался). Носители последних шести титулов представляли собой уже нечто вроде простых русских дворян. Соразмерно с титулом понижалось и жалованье, и содержание. В потомстве Конфуция сохранялся единственный среди китайцев наследственный дворянский титул - Янь-шэн-гун (обширной святости граф). Отличившимся как в гражданской, так и в военной службе чиновникам (все равно какой национальности) жаловалось пять титулов: гун (три степени; обычно переводят словом duc), xoy (marquis), бо (comte), цзы (vicomte) и нань (baron), или лично, или наследственно в одном или двух поколениях. Первые четыре титула по своему значению приравнены были к первому классу чинов, последний - ко второму (у чинов 1-го класса достоинство было наследственно до 3 поколения, у 2-го - до второго). Вообще гражданские чиновники Китая разделялись на 9 классов, военные - на 7. Каждый класс подразделялся на две степени, старшую и младшую. Каждому классу присвоены были отличительный шарик на шапке, вышитое изображение птицы (у гражданских) или животного (у военных) на груди парадного платья и пряжка на поясе. Последняя династия ввела обычай за военные заслуги награждать шариками высших степеней, но без всяких прав на высшую должность. Право носить один из шариков низшего достоинства могло быть приобретено и покупкой. При выезде из Китая, например в Монголию, всякий чиновник одевал шарик следующего, высшего класса. В Китае, особенно в Пекине, одно и то же лицо нередко занимало несколько должностей (разного класса) в различных учреждениях. Такое совместительство поощрялось в видах ускорения и упрощения сношений между отдельными ведомствами и приобретения служащими большей опытности в государственных делах. Некоторые должности даже обязательно связаны с должностями в других ведомствах. Китайским чиновникам (гуань; европейское выражение мандарин - от португальского слова mandar, командовать, было совсем неизвестно в Китае) присвоены были также титулы (с прибавлением впереди фамилии), соответствующие классу должности. Жалованье чиновников было ничтожно; так, например, чиновники 1-го класса получали в год 180 лан, 9-го - от 33 до 31 лана. Для удержания от взяточничества были введены, поэтому, прибавочные деньги (собственно "питающие честность", ян-лянь), в гораздо большем размере: например, генерал-губернатор получал их 15-25 тысяч лан, областной начальник 700-1000 лан. Главным источником для них служила поземельная подать (смотря по качеству земли - от 40 копеек до 2 руб. 60 коп. с десятины). Однако и эти добавочные деньги не спасали народ от взяточничества, поборов и грабительства чиновников, достигших в Китае страшных размеров (даже уездные начальники получали незаконных доходов в год несколько десятков тысяч франков). Особенно отличились взяточничеством мелкие, нештатные служащие, далеко превышающие своим количеством число штатных (последних было всего около 10000). Всякий чиновник через три года должен был оставить должность и ждать перевода на новую, высшую, а между тем все места продавались чуть ли не открыто. Понятно, что перемещаемый чиновник впадал в долги и на новом месте старался не только покрыть их, но и запастись средствами на будущее время, тем более что ничего похожего на традиционные пенсии в Китае не существовало. Чиновник, оставивший службу (кроме самых высших степеней), становился простолюдином (минь-жень - "человек из народа"). Среди простолюдинов различаются коренное население и инородцы (к последним причисляется и население, живущее по берегам на лодках и поставленное в особые условия относительно прав состояния и управления), свободные и рабы. Рабство в Китае было наследственно; затем в рабы поступают за преступления и долги. Бедные родители также продают своих детей в рабство. Число рабов в Китае было невелико; положение их довольно сносное, благодаря хорошему отношению в Китае к слугам вообще. Еще существовал в Китае класс неполноправных (но лично свободных) граждан, дети которых не допускаются к государственным экзаменам. Сюда относились актеры, сторожа присутственных мест и находящиеся в услужении на всю жизнь. Если раб получит от хозяина законным образом свободу, то потомки его в 4-ом колене допускались к экзаменам. Войска старого Китая состояли из трех главных составных частей: 1) восьми знамен (па-ци), 2) войск зеленого знамени (лу-ин) и 3) вербовочных войск (юн, буквально "храбрецов"). 8 знамен были сформированы основателем династии Нурхаци, в 1614 г. В состав этих 8 знамен первоначально без различия национальности были зачислены маньчжуры, монголы и китайцы (поддавшиеся Нурхаци в отнятых им от Минской династии местах). 300 взрослых (впоследствии это число было уменьшено наполовину, а в списках 1844 г. числилось всего 90 человек) составляли одну роту, 5 рот - один полк; над 5 полками был поставлен ду-тун, с двумя помощниками. Всего было 400 рот: 308 маньчжурских, 76 монгольских и 16 китайских (хань-цзюнь). Впоследствии число знаменных увеличилось и вследствие естественного прироста, и вследствие массы новых подданных. Поэтому в 1635 г. было отделено из общего состава 8 знамен монгольских, в количестве 16840 человек, а в 1642 г. - 8 знамен китайского войска, в количестве 24050 человек. Таким образом составилось по 8 знамен каждого войска. Число знамен, 8, оставлено было неизменным, число же рот постоянно увеличивалось (одна из них - русская, из потомков пленных албазинцев). Знамена различаются между собой цветами; первые три считаются старшими. Когда последняя династия овладела Пекином, то часть войска была оставлена для защиты императора и новой столицы, часть же была двинута для покорения прочих провинций Китая, а затем оставлена там в качестве гарнизонов, для поддержания власти династии (защита провинций - дело местных войск зеленого знамени). Таким образом это войско распалось на две части: пекинское (цзинь-люй, "заповедный отряд") и гарнизонное (чжу-фан), в провинциях. К началу 19 столетия насчитывалось в пекинском войске 681 маньчжурская рота, 204 монгольских и 266 китайских рот, а в гарнизонном (где различаются только роты, а не национальности) 840 рот, итого 1991 рота (но число рядовых в каждой было только 80-90 человек). Кроме того, восьмизнаменные жили в Маньчжурии как то: 1) потомки оставшихся там после покорения Китая и 2) потомки переселенных из Пекина, ввиду малочисленности первых. В Маньчжурии к восьмизнаменным причислены, между прочим, дахуры солоны и баргуты; затем в состав восьми знамен включены чахары южной Монголии и орончоны и частью гольды северной Маньчжурии. Всего насчитывалось 97 рот звероловов и 107 кочевых, но они только числятся и никакого значения в военном смысле не имеют. Это один из способов привлечения (жалованьем) бродячих и кочевых народов на сторону Китая. Три старших знамени в Пекине подчинены были командующему императорской квартирой, прочие знамена - своему особому военному управлению, в ведении которого, между прочим, находились восьмизнаменные: 1) кавалерии - 28872 человека (по штату полагается по 20 всадников в каждой маньчжурской и монгольской роте и по 42 - в китайской), 2) выбранные из лучших кавалеристов капралы - 5755 человек (по 5 в роте, заведуют списками жалованья и провианта) и 3) мастеровые (лучники, седельники, кузнецы и прочие) -1391 человек. В ведении командующего императорской квартирой находились следующие отряды: 1) выбранные из маньчжурских и монгольских рот: а) авангардный, 1770 чел., b) гвардейский, то же количество солдат, с) охранный, 11577 маньчжур и 3468 монголов, и d) артиллерийский, к которому принадлежат 5310 человек вооруженных ружьями (по 6 человек из роты) и 885 артиллеристов (1937 пушек); и 2) отряды, выбранные из китайских рот: а) артиллерийский, 320 человек, b) прикрытие для артиллерии, 800 человек, и с) штурмовой, снабженный лестницами, 2128 человек. Из войск всех трех национальностей составлен был "пехотный отряд", несущий полицейскую службу в Пекине и его окрестностях и состоящий из 2036 капралов и 21158 рядовых. Главному начальнику этого отряда, как корпусному командиру зеленого знамени, подчинены были пять отрядов зеленого знамени, называемых дозорными и несущих ту же полицейскую службу. Таким образом, всего около Пекина имелось 100000 с небольшим солдат. Кроме того, считается 27408 запасных - взрослых, не попавших в комплект, и подростков; из них 12664 маньчжура и 3279 монголов получали провиант рисом, прочие (в том числе все китайцы) не получали его совсем. Все знаменные несли службу наследственно (даже многие офицерские должности не выше 4-го класса были наследственны) с 16 до 60 лет, но поступали на действительную службу только на открывшуюся вакансию (число рот могло быть изменено, но комплект рядовых оставался неизменным) и переводились за отличие из низшего отряда в высший: из запасных в мастеровые, из последних в латники, в охранный, авангардный и гвардейский отряды. Жалованье в последних трех отрядах - каждому рядовому 4 лана в месяц и в год 48 ху риса; то же содержание получают капралы и старшины лучников. Латники и мастеровые получали тот же провиант, по три лана в месяц; все другие (пехотные и запасные) получали по 2 и даже 1Ґ лана, и провианта им полагался 36-24 хуи в год. В дозорных пекинских отрядах зеленого знамени выдавалось конным по 2 лана, а пешим по 1 лану в месяц и, кроме того, всем ежемесячно 5 доу риса. Гарнизонных восьмизнаменных войск насчитывалось всего 107760. В составе 8 знамен были флотские отряды: в Маньчжурии, Фу-чжоу-фу, Гуан-чжоу-фу (Кантоне) и Чжа-пy (близ Хан-чжоу-фу), но они никакого значения, со своими джонками, не имели. В начале последней династии 8-знаменные войска были наделены и землей, но позднее последняя перешла в руки, китайцев, а знаменные существовали только казенным содержанием и частным заработком. Так как их очень редко собирались для учения и оружие выдавалось им только на время учения и смотра, то эти знаменные совсем отстали от военной службы и лишились прежнего воинского духа. Вооружение их состояло из луков, сабель, копий и определенного числа ружей и пушек (китайских, а не европейского образца). Для повышения и назначения на должность как рядовых, так и офицеров производилось испытание в стрельбе из лука (в пешем строю и верхом на лошади) и ловкости (между прочим, надо было поднять камень известного веса и натянуть большой, тугой лук). Войска зеленого знамени набирались исключительно из китайцев, местных жителей данной провинции. Содержатся они за счет местных средств и зависят от местного генерал-губернатора или губернатора, на усмотрение которого предоставлено было и их обучение, и их вооружение, и их комплектование. Поэтому между войсками отдельных провинций было мало сходства. Всего полагается по штатам 661677 человек зеленого знамени, но в действительности не содержится и половины этого числа, так как начальники предпочитают класть себе в карман деньги за недостающее число солдат. Разделяются войска зеленого знамени на конные, гарнизонные и полевые. Жалованье первым было два лана в месяц, вторым 1Ґ-1 лан и всем по 3 доу риса в месяц. Делятся эти войска на отряды (бяо). В Ху-нань и Гуй-чжоу были поселенные войска. В последнее время некоторые генерал-губернаторы завели отряды, вооруженные по европейскому образцу и обучаемые европейскими инструкторами. Эти отряды, называемые лянь-бин ("обученные войска"), доходили до нескольких десятков тысяч у каждого генерал-губернатора. Вооружение для них (ружья и пушки различных систем) или было куплено от европейских государств, или было получено оттуда в подарок. Кроме того, китайское правительство (точнее - эти генерал-губернаторы) озаботилось устроить и собственные арсеналы, и пороховые заводы. Таков, например, был пороховой завод и арсенал в трех английских милях от Шан-хая. Все мастера и рабочие в этом арсенале были китайцы, только два главных руководителя - англичане. Кроме того, арсеналы и пороховые заводы устроены были в Тянь-цзине, Кантоне, Нанкине, Лань-чжоу-фу, Кашгаре и Гирине; насколько они были удовлетворительны - неизвестно. 3-я категория китайских войск - это вербовочные войска: к ним впервые прибегли во время восстания тайпинов. Из них формируется и лучшая часть отрядов, обученных по-европейски. Тактической единицей для войск как прежнего устройства, так и обученных по европейскому образцу принята была лянь-цза, из 500 человек в пехоте и 250 человек в кавалерии (т. е. по штату, а в действительности обычно в половинном составе). Каждая лянь-цза располагается обычно отдельно в особом лагере, окруженном глинобитной стеной и называемом импаном (от китайского слова ин-пань, площадь перед казармой). Для снабжения войска лошадьми в 8 знаменах устроены были конюшни, на 100 и 200 лошадей каждая; всего в них содержится 2400 лошадей. Затем известное количество лошадей положено было содержать в провинциях, в гарнизонах 8 знамен и в отрядах зеленого знамени, причем дозволено вместо лошадей хранить наготове деньги. Установленная законом цена лошади была различна в каждой провинции: от 8 лан до 19. Для поощрения храбрости в войсках существовали пособия за раны; размер их зависел от тяжести раны, рода войск, положения раненого и даже рода оружия, которым нанесена рана. За убитого выдавался (т. е. полагалось выдавать) пособие семье его (военных пенсий в Китае тоже не было), соразмерно положению, которое занимал убитый. Наказания за нарушение дисциплины были очень строги; большей частью полагалось как в старину отрубить голову (даже если кто-нибудь ночью закричит от страха или без причины, и тем возбудит смятение). Введение в Китае военного флота по европейскому образцу относится к 1869 г. В последнее имперское время Китае обладал довольно значительным флотом. Большие суда построены были в Европе, большей частью на английских верфях; Фу-чжоуское адмиралтейство доставляло минные крейсера, канонерские лодки и авизо. Флот делиллся на две эскадры: северного побережья (или Чжи-лискую) и южную, и две флотилии, Шан-хайскую и Кантонскую, под начальством местных генерал-губернаторов и губернаторов. Северная эскадра к 1 января 1891 г. состояла из 4 мореходных башенных броненосцев, 1 башенного корабля, 3 броненосных крейсеров, 4 минных крейсеров, торпедной флотилии и 11 канонерских лодок; южная эскадра - из 10 крейсеров, 3 канонерских лодок, 9 авизо и 3 таможенных крейсеров; Шан-хайская флотилия - из 1 броненосного фрегата, 1 канонерской лодки, 6 плавучих батарей и 3 транспортов; Кантонская флотилия - из 3 броненосных крейсеров и 13 канонерских лодок. В Фу-чжоу и Тянь-цзине устроены были мореходные школы. Для получения офицерского звания надо было, во-первых, прослушать четырехлетний курс наук в тянь-цзинских мореходных классах, во-вторых, пробыть два года в практическом плавании на военном судне и прослушать дополнительный практический курс (в течение 6 месяцев) по артиллерии и навигации. В тех же классах кончали курс и механики, для практических занятий прикомандировываемые к арсеналу. В тянь-цзиньских классах в 1890 г. состояло 270 учеников, а служащих - 14 человек, вместе с иностранными преподавателями. Преподавание велось на английском языке; предметы преподавания были: английский язык, география, химия, физика, арифметика, геометрия, алгебра, тригонометрия, навигация, морская астрономия, гидростатика, механика, кинематика и кинетика. Матросы во флот вербовались(с 16 лет) по найму, с поручительством от родственников. Жалованье назначено было матросам и мастерам от 3 до 20 лан в месяц. Дисциплинарный устав столь же был строг, как и у сухопутных войск. Доступ к должностям в Китае обрывался только после получения ученых степеней, которых насчитывалось три: сю-цай ("усовершенствующий способности", студент), цзюй-жень ("представляемый", кандидат) и цзинь-ши ("поступающий на службу", магистр или доктор). Первоначальное образование мальчик в Китае получал или дома, если позволяли средства нанять домашнего учителя (обычно - из не пошедших дальше студентов), или в общественных училищах (и-сё) и деревенских школах (шэ-сё), в которых обучение было бесплатное. Для первоначального обучения, направленного к тому, чтобы учащийся усвоил известное количество письменных знаков (иероглифов), служили Сань-цзы-цзин ("Троесловие", небольшое произведение энциклопедического характера, из фраз в три иероглифа каждая, составленное Ван-бо-хоу в конце ХIII в.), Бо-цзя-син ("Фамилии всех родов", в числе 454, расположенные в стихах), Цянь-цзы-вэнь ("Произведение из 1000 слов", того же характера, что и Сань-цзы-цзин, но ни один иероглиф не повторялся ни разу; относится к 502 г. после Р. Х.) и т. п. Когда учащийся усвоит себе вполне эти произведения, т. е. будет знать их наизусть и уметь писать каждый из входящих в них иероглифов, он приступает к четверокнижию, усвоив которое, переходит к пятикнижию (но не моисеевому). То и другое он заучивает наизусть со всеми комментариями и примечаниями. Более правильное обучение производилось только в сянь-сё ("уездных училищах", для студентов), в которых учащиеся обучались религиозным обрядам, объяснению классических книг и писанию сочинений на заданную тему (причем число иероглифов не должно было превышать положенного числа). Эти училища имелись во всех городах; казенных учителей в них по штату полагалось 3022, а студентов 40630 (казеннокоштных, сверхштатных и добавочных). Испытания на степень "студента" бывали через два года; на них являлись в свой департаментский город молодые люди, достаточно подготовленные или в "общественных училищах", или домашними учителями. Выдержавшие экзамен (в определенном числе) получали звание "студента" (сю-цай) и зачислялись в штат "уездных училищ". С этих пор они теряли право располагать собой и должны, под руководством учителей и под надзором начальства по учебной части, готовиться к испытанию на следующую степень в главном городе провинции, на которое они отправляются через год после получения степени студента (кроме того, бывали испытания не по очереди, а по милостивому манифесту). Число допускаемых к испытанно на вторую ученую степень (цзюй-жень, кандидат) и удостаиваемых ею из числа выдержавших испытание удовлетворительно также было ограничено определенным числом для каждой провинции; всего удостаивалось во всех 18 провинциях 1158 человек, а допускалось к испытанию 50-80 человек на каждую вакансию. На следующий год по получении степени кандидата испытуемые препровождаись в Пекин, где, после как бы поверочного испытания (на звание гун-ши, "ученого"), представлялись к дворцовому испытанию на третью степень, цзинь-ши (магистра или доктора), получившие которую, сообразно успеху испытания, делились на три разряда и определялись на службу. Испытаниями на степень студента заведовал директор училищ в провинции; экзаменаторы для испытания на степень кандидата присылались из Пекина, обязательно из уроженцев другой провинции, а в помощь им назначали местные чиновники из магистров или кандидатов, в количестве 8-18. Экзаменаторы для испытания в Пекине назначались из министров и других высших сановников, имеющих степень магистра. Помощниками их назначались провинциальные экзаменаторы предшествовавшего года. Предметами испытания служили четверокнижие и пятикнижие (последнее - на степени кандидата и магистра), из которых на каждом испытании задавались по нескольку тем. Трудность состояла в том, что на темы надо было писать без всяких пособий (испытуемые сидели в изолированных помещениях под караулом и ничего с собой брать не могли; бумага давалась казенная), причем на память надо было определить, откуда взята тема и как фраза, взятая в виде темы, понимается и толкуется различными учеными. Малейшая ошибка, даже в начертании иероглифа, делает сочинение негодным. Для стихов требования состоят в том, чтобы было данное число строк, с определенным числом иероглифов в каждой, с данными рифмами и чтобы данное слово стояло в данном месте. Имя писавшего определяется при помощи приложенного к сочинению запечатанного конверта; экзаменатор не знает, чье сочинение просматривает. Удачно выдержавшие испытание считаются счастливцами; многие неоднократно держат испытание, но все неудачно. Сочинение первого доктора или магистра считается образцовым и издается во множестве экземпляров. Все сказанное выше относится к китайцам, посвятившим себя гражданской службе; для 8-знаменных же и посвятивших себя военной службе китайцев степени и порядок испытаний те же, но требования были гораздо ниже. Уменья писать стихи (что обязательно для гражданских кандидатов и магистров) вовсе не требуется; вместо сочинений на заданные темы требуется или (для знаменных) перевод с китайского на маньчжурский, или с маньчжурского на монгольский и наоборот, или же (для китайцев) уменье безошибочно написать под диктовку отрывок из сочинений по военному искусству; кроме того, для всех обязательно было испытание в военной гимнастике (стрельбе из лука и бросании камня). Оттого-то военные не пользовались уважением и считались невежами. Случаи подчинения военных чиновников гражданским (как более ученым) были нередки. По мнению китайцев, кто изучил классические книги, тот совершенно свободно изучит все остальное, служащее как бы более подробным изложением сказанного там вкратце. Сведения по отечественной истории, географии, математике и т. п. (необязательные для учащихся) китайцы усваивали в виде примечаний и дополнений к классическим книгам. Был в Пекине так называемый "Государственный педагогический институт" (Го-цзы-цзянь), в который поступали дети лиц высших классов и лучшие из студентов, но характер обучения и там был тот же самый. В последнее имперское время возникли в Китае специальные (при таможне, арсеналах и т. п.) школы по европейскому образцу, о которых упомянуто было выше, но общеобразовательных по европейскому образцу (школы при миссиях сюда отнести было нельзя) не было ни одной. Практиковалась и посылка молодых людей в Европу, но в незначительном числе и лишь для приобретения специальных знаний или со специальными целями. Два самых важных акта в жизни всякого китайца были брак и похороны, они имели известные нормы, установленные законом главным образом в видах поддержания (без нарушения благосостояния каждой отдельной семьи) семейного начала и связанного с этим культа предков. Главный закон при заключении браков - чтобы семейства жениха и невесты носили разные фамилии (число которых в Китае было 454). Хотя бы и за сто колен нельзя было указать ни одного случая родства, все равно одинаковая фамилия делает заключение брачного союза невозможным. Затем при последней династии запрещены были браки между маньчжурами и монголами с одной стороны и китайцами с другой. Выбор жениха и невесты зависел исключительно от родителей, которые нередко сосватывали детей своих в детстве или даже еще до их рождения. Без обоюдного согласия родителей такое решение изменено быть не могло. Вступать в брак могли юноши с 16 лет и девушки с 14 лет. Во всяком браке различались два главных момента: сватовство и сговор, питье сочетальной чаши (заменяющее религиозную часть брака). Количество свадебных подарков при сговоре определено было законом сообразно положению брачащихся. Носилки, в которых приносили невесту в дом жениха, украшались сообразно рангу жениха; последним обуславливались и расходы на брачный пир. Сочетальную чашу трижды пили до прибытия в дом жениха. Развод дозволялся прежде всего при обоюдном согласии мужа и жены. Затем муж мог потребовать развода, когда жена: 1) бездетна, 2) сладострастна, 3) не почитает его родителей, 4) имеет вздорный характер, 5) страсть к воровству, 6) злое сердце или 7) прилипчивую болезнь. Но если: 1) жена носила с ним трехгодичный траур, 2) он составил состояние уже после женитьбы и 3) после свадьбы жена лишилась родителей и ближайших родственников, то развод не мог состояться. Сообразно рангу умершего установлены были количество похоронных принадлежностей и их качество, размеры кладбища и его устройство (окружность и высота могильной надписи, мраморные звери, каменные памятники); законом определялось также время похорон (в течение 100 дней) и продолжительность траура. Полный трехгодичный (собственно 27-месячный) траур носился по родителям и женой по мужу. Следующий - годичный - траур носится сыном по разведенной или вновь вышедшей замуж матери и мужем по жене. Далее идут 9, 5 и 3-месячные трауры. Траурное платье в Китае шилось из белого холста, качество которого сообразовывалось со степенью траура: при полном трауре употреблялся самый грубый посконный холст. Главный праздник в Китая - это новый год. В присутственных местах тогда наступало как бы каникулярное время: за 10 дней до нового года убираются печати и открываются только 20-го числа следующего месяца; все дела прекращаются, и только для экстренных дел заготовляются заранее бланки с приложенными печатями. Раньше повсеместно праздновались еще дни рождения императора и вступления его на престол. Из народных праздников (кроме 5 дней нового года, отравляемого для многих тем, что к этому времени необходимо погасить все долги) главные: "фонарный праздник" (13-15 числа 1-го месяца); так называемый "дуань-ву" (5 числа 5-го месяца), когда варятся и дарятся рисовые клецки, завернутые в листья; и чуси - канун нового года, справляемый в предпоследнюю ночь, в которую не спят до рассвета, а пьют и веселятся, пуская ракеты вверх. Источников по истории Китая и его традиций довольно много; главнейшие из них - более древние, а именно классические книги и отчасти "Исторические записки" (Ши-цзи) Сы-ма-цяня (около I в. до Р. Х.), вместе с очень подозрительной "Бамбуковой летописью" (Чжу-шу-цзи-нянь) - уже давно обратили на себя внимание европейских ученых и сделались предметом изучения; новейшие же, как-то: летопись Тун-цзянь-ган-му (переведенная в 18 столетии на французский язык иезуитом de Moyriac de Mailla), Лу-ши (сочинение сунского ученого Ло-би), Тун-цзянь-вай-цзи (экскурс к упомянутой летописи Тун-цзянь, XI в. после Р. Х.) и И-ши ("Сводная история", начала XVII в. после Р. Х.), по своей отдаленности от трактуемой эпохи не имеют уже такого значения, как древнейшие, поэтому почти и не изучались европейскими учеными; "Сводная история" даже и совсем почти не была затронута, главным образом благодаря полнейшей сырости собранного в ней огромнейшего материала, выписанного дословно из всех предшествовавших сочинений, начиная с древнейших. Вопросы о происхождении китайцев, о достоверности относящихся к древнему периоду сведений, о точности хронологических данных, о существовании письменности давно уже стали предметом изысканий синологов, но все еще остаются неразрешенными сколько-нибудь удовлетворительно. О каждом из них существует почти столько же отдельных, нередко диаметрально противоположных мнений, сколько более или менее крупных синологов. Большинство исследователей считает предков нынешних китайцев пришельцами(каинистами), достигшими уже известной степени цивилизации. Первой достоверной хронологической датой можно считать 38-й год правления чжоуского Ли-вана или, по европейскому летосчислению, 842 г. до Р. Х., к которому "Исторические записки" приурочивают свой счет по циклическим знакам. Главным основанием для этого служит достоверность затмения, относимого к шестому году правления чжоуского государя Ю-вана и, как было доказано астрономическими вычислениями, происшедшего 29 августа 775 г. до Р. Х. Не касаясь спорного деления древнего Китая на 9 (и на 12) областей, заметим, что даже и в историческое время, при Чжоуской династии, старый Китай далеко не занимал пределов Кнр. Не считая владений У (на юг от рек Хуай и Сы, до северных пределов провинции Чжэ-цзян) и Юэ (в Чжэ-цзяне), которые китайская история считает варварскими, только впоследствии слившимися с китайскими землями, не видно нигде китайских владений, перешедших за реку Ян-цзы-цзян, так же как не найти ни одного удела в провинции Сы-чуань, а в перечислении удельных земель не упоминается одна из 9 областей Сюй-чжоу (часть провинции Шань-дун и бывшей Цзян-нань до Хуай), занятая, по истории, восточными инородцами. Но и в этих пределах значительная часть земель была занята инородцами, делившимися на множество мелких родов, с отдельными названиями для каждого, хотя китайская история дает и собирательные имена для них: Мань для южных, Ди (с подразделением на красных, белых и северных) для северных, И для восточных и Жун для западных инородцев (некоторые роды Жунов жили и среди северных, восточных и даже южных инородцев). При первом объединителе Китая, императоре Цинь-ши-хуан-ди, в 221 г. до Р. Х., после уничтожения (впервые) всех уделов, в состав империи вошли: почти вся провинция Ху-нань (кроме южной части), большая часть провинции Сы-чуань, часть Гань-су и вся провинция Чжэ-цзян, с частью провинции Цзян-су. В 214 г. он присоединил к империи земли нынешних провинций Фу-цзянь, Гуан-дун и часть Аннама, но эти земли вскоре опять отпали от империи. Дом Суй (581-619 гг.) покорил страну Линь-и (в Аннаме) и Хухэ-нор. Танская династия (619-907 гг.) расширила пределы империи главным образом на север, подчиняя своей власти земли нынешней Монголии и Восточного Туркестана. При Сунской династии (960-1279) инородческие династии киданей и чжурчженей, овладев северным Китаем, связали с ним и судьбу южных частей Монголии и Маньчжурии. Еще более в этом направлении сделала Юаньская династия (1280-1367), при которой владения Китая распространились значительно и на юго-запад, причем была образована новая провинция, Юнь-нань. При следующей, Минской династии (1368-1643) появляется и провинция Гуй-чжоу. Впрочем, обе эти провинции вполне вошли в состав империи только при последней династии, да и то не сразу и за исключением части земель, числящихся в составе государства, но занятых непокорными инородцами. Шу-цзин ("Книга правления") не знает государей древнее императора Яо (или Тао-тан, 2356-2268 до Р. Х.) и его преемника Шуня (Ю-юй-ши, 2255-2205); "Бамбуковая летопись" и "Исторические записки" начинают свои повествования со времен императора Хуан-ди (Сянь-юань-ши, 2697-2597); Тун-цзянь-ган-му восходит до императора Фу-си (или Тай-хао, 2952-2838); наконец, Тун-цзянь-вай-цзи, Лу-ши и И-ши трактуют о происхождении мира, первочеловеке Пань-гу (за 2267000 лет до Р. Х.), небесных, земных и человеческих государях, 10 периодах от мирообразования до первой династии и других мифологических сказаниях, из китайской истории попавших и в другие (например, в историю японскую). Всем древним императорам китайская история приписывает какие-либо учреждения или изобретения (нередко одно и то же приписывается нескольким лицам). Император Яо выставляется как образец мудрого и добродетельного государя; император Шунь является идеалом сыновней почтительности. Главная особенность всех императоров до первой династии (Ся) заключается в том, что все они вступают на престол не по наследству, а по просьбе и настоянию китайского народа, иногда низложив, по всеобщему желанию, своих предшественников. В этом нельзя не видеть стремлений конфуцианства в первый, так сказать, боевой период его деятельности, когда оно добивалось во что бы то ни стало стать у кормила правления и, рисуя блестящее состояние государства при идеальных императорах Яо и Шуне, старалось показать, что, будучи призвано ко власти, может привести империю в такое же блестящее положение. Как Яо заблаговременно избрал себе преемника (помимо недостойного сына) в лице Шуня, так точно и последний избрал в 2223 г. себе соправителем Юя. После смерти Яо Шунь со всей империей носил трехгодичный траур и только после этого, по всеобщему настоянию, сделался государем. Также поступил и Юй (2205-2197), с вступлением которого на престол началась первая китайская династия Ся (2205-1766). Главный период деятельности Юя относится еще ко времени правления Яо и Шуня, когда он успешно окончил труд по осушению территории Китая после потопа, постигшего последний в царствование Яо, в 2297 г. С этой целью Юй спустил все воды с залитых местностей в русла главных рек. Другой важный труд, приписываемый Юю - разделение империи на 9 областей, с определением для каждой из них границ, гор, рек, качества почвы, количества податей и путей доставки последних в столицу. Юй умер в 2197 г.; соправитель его Бо-и оставил престол, который перешел к сыну Юя, Ци. После этого престол стал передаваться наследственно, обыкновенно старшему сыну, и таким образом появилась первая династия Ся. Судьба этой династии в китайской истории излагается до крайности сходно (точно по одному готовому шаблону) с последующей Шанской (с 1766 г., а с 1401 г. - Иньской) династией (до 1122 г.), а затем и с третьей, во второй половине своего царствования уже несомненно исторической Чжоуской династией. Все три династии начинаются мудрыми и деятельными государями, которым помогают столь же достойные первые министры; следующие государи запускают дела правления; начинаются смуты, династия клонится к упадку, но успевает ненадолго поправить свои дела. К падению династии ведет ряд бездарных и ничтожных государей. Жестокости и всевозможные пороки полагают, наконец, предел терпению народа; появляется избранник Неба, низлагающий, по всеобщему желанию, тирана и основывающий новую династию. Так, Цзе-гуй (1818-1766) из династии Ся низлагается Чэн-таном, а шанский (иньский) Чжоу-синь (1154-1122) - основателем Чжоуской династии Ву-ваном. Столица династии Ся (по имени Ань-и) полагается в провинции Шань-си, а Шанской династии (Бо) - в провинции Хэ-нань. Коренной землей Чжоуской династии считается Ци (в провинции Шэнь-си). Хотя первым императором этой династии был Ву-ван, но обычно ее начинают с отца последнего, Вэнь-вана или Си-бо. Родоначальником Чжоуской династии, как и Шанской, считается сын императора Ди-ку (2435-2365). Полагают, что при Чжоуской династии (подобно двум первым) существовали уделы с самого ее начала. Эти уделы были розданы потомкам государей прежних династий, родственникам Ву-вана и его сподвижникам (всего 23 удела; потом появились и новые). Так, например, брат Ву-вана, знаменитый Чжоу-гун, бывший впоследствии регентом во время малолетства сына и преемника Ву-вана - Чэн-вана (1115-1079), получил удел Лу, в провинции Шань-дун. Этого Чжоу-гуна китайские ученые считают автором нескольких сочинений (часть комментария на И-цзин, "И-ли" - "Обрядник", глава Юэ-лин в Ли-цзи, даже древнейший лексикон Эрл-я); ему же приписывается и административное устройство империи. Вообще Чжоу-гун, считающийся в числе "святых мужей" Китая, описывается как мудрый правитель. Есть мнение, что с самого начала Чжоуской династии введен был обычай скрывать имя царствующего государя и давать посмертные титулы (ши). История Чжоуской династии делится на три периода. Первый период, в который Чжоуские государи сохраняли еще свою верховную власть над удельными князьями, следовало бы оканчивать 770 г., когда Пин-ван (770-720) перенес столицу, бывшую до того времени в нынешней провинции Шэнь-си, в Ло-ян, в провинции Хэ-нань. Однако китайские ученые, а за ними и европейские исследователи продолжают этот период до 722 г., с которого начинается Конфуциева летопись Чунь-цю ("Весна и Осень"). Второй период Чжоуской династии они ограничивают пределами этой летописи (именем которой он обычно и назывался), т. е. с 722 по 479 г., хотя его можно продолжать и далее, до 453 г. и даже 402 г. О перенесении столицы рассказывают, что император Ю-ван (781-770) увлекся красавицей Бао-сы, низложил законную жену и сделал императрицей Бао-сы, причем и наследником объявил Бо-фу, сына Бао-сы, вместо законного И-цзю. В защиту попранных прав низведенной императрицы выступил отец последней, владетель удела Шэнь, и призвал на помощь инородцев (Цюань-Жунов и Си-Жунов). Удельные князья, оскорбленные ложной тревогой, произведенной незадолго до этого Ю-ваном в угоду Бао-сы, не явились на помощь: Ю-ван, Бао-сы и Бо-фу были убиты. На престол возведен был законный наследник И-цзю, под именем Пин-вана, который, не желая подвергаться опасности со стороны западных инородцев, перенес столицу в Ло-ян, причем исконные земли Чжоу отдал уделу Цинь, с обязательством охранять западные пределы империи. Все это в значительной степени ослабило власть государей Чжоу и послужило исходным пунктом двух явлений, характеризующих весь период Чунь-цю чжоуской истории: государи Чжоу постепенно, если не de jure, то de facto, низводятся на степень простых удельных князей, и удельные князья стремятся к расширению своих владений за счет соседей. Китайская история насчитывает в этот период 34 главных удела и множество мелких. Обычно князь наиболее сильного удела возводился чжоуским государем в звание "предводителя князей" (ба). Этим путем хоть отчасти сдерживалось своеволие князей и создавалась некоторая гарантия спокойствия государя. В период Чунь-цю, как предполагается, жили Гуань-цзы (или Гуань-и-у), министр циньского князя Хуаня (685-643), своими способностями доставивший своему родному уделу первенствующее место среди других, предполагаемый автор трактата об управлении государством, административном его строе, законах, экономическом положении народа и т. п. (умер в 645 г.); баснословный Лао-цзы (предполагается родившимся в 604 г., год смерти неизвестен); знаменитый Кун-фу-цзы или Конфуций (551-479) и его ученики; автор философского рассуждения о военном искусстве Сунь-цзы (или Сунь-ву, в конце VI и начале V вв.); Ле-цзы (или Ле-юй-коу, автор сочинения того же имени) и Ян-чжу, проповедовавший самый низкопробный эпикуреизм (оба в VI в., в период осевого времени). В третий период Чжоуской династии, до ее падения, даже и условное уважение к номинальной власти чжоуских государей совершенно исчезает, и удельные князья ведут между собой борьбу из-за верховной власти над всей китайской империей. Этот период в китайской истории известен был под названием Чжань-го ("Борющиеся уделы"; второй период, Чунь-цю, назывался еще Ле-го - "Отделившиеся уделы", с 749 г.). Число уделов к этому времени значительно сокращается (до семи) и среди них скоро занимает выдающееся положение удел Цинь (возникновение которого предполагается за IX в. до Р. Х.). Этому главным образом способствовало счастливое географическое положение этого удела (на северо-западе, в более поздних Гань-су и Шэнь-си), в стороне от опасных соседей; усилившись исподволь, он мог вступить в удачную борьбу со своими противниками на чужой территории. Соперничество между уделами послужило причиной появления так называемых ю-шуй-чжи-ши, "переходя (из удела в удел) наставляющих дельцов". Одни из них вводили различные реформы во внутреннем устройстве того или другого удела, другие искусно составляли союзы против опасного соседа, третьи направляли свои усилия к уничтожению таких коалиций. К деятелем первой категории относятся: У-ци (автор философского сочинения о военном искусстве; был более известен под именем У-цзы), перешедший из удела Вэа в Чу и быстро поднявший экономическое благосостояние последнего (убит в 380 г., первый по времени из ю-шуй-чжи-ши); выходец тоже из Вэйского удела Вэй-ян (ввел в 359 г. значительные перемены в законах удела Цинь; известен был еще под именем Шан-ян или Шан-цзы); автор сочинения Мэн-цзы (как нередко встречается в древнем периоде китайской литературы, автор и его сочинение известны под одним именем; считают, что Мэн-цзы родился в уделе Лу и умер в 288 г.), который думал водворить спокойствие в государстве и объединить весь китайский народ путем проведения в практику преподанных Конфуцием доктрин. Ко второй категории относится Суцинь (умер в 320 г.), который, будучи оскорблен отказом циньского князя принять его услуги, составил против него коалицию из всех остальных уделов. Почти в то же время (в 328 г.) перешел в удел Цинь вэйский министр Чжан-и (образец деятелей третьей категории), вскоре (322) вернувшийся на родину, чтобы удобнее действовать в пользу циньского князя, которому он сообщал все тайные распоряжения его противников. Благодаря целому ряду даровитых людей, привлеченных на службу из различных уделов, удел Цинь всегда получал перевес над своими противниками (из них особенно сильны были уделы Чу, владевший всем югом тогдашнего Китая до моря, и Ци, возвысившийся при фамилии Тянь) и неуклонно шел к своей цели - подчинить своей власти всю империю. Не могли помешать ему и коалиции противников: циньские князья успевали заблаговременно или разрушить эти коалиции (например, в 310 г., при помощи вышеупомянутого Чжан-и), или, зная наперед планы своих противников, принять все необходимые меры для отражения неприятельской армии. Окончательно упрочил господство Циньского удела князь Чжао-сян (306-251 гг.), которому в 256 г. передал все свои владения последний государь династии Чжоу, Нань-ван. Только часть недовольных жителей уничтоженного Чжоуского удела выселилась в Хэ-нань и избрала своим правителем потомка чжоуских государей, который, под именем Дун-чжоу-цзюнь ("восточно-чжоуский государь"), правил до 249 г. После этого дело объединения империи пошло быстрыми шагами, и в 221 г. второй преемник Чжао-сяна, Ван-чжэн, стал единодержавным обладателем всей Китайской империи и принял титул Ши-хуан-ди, "первого монарха", вместо обычного титула чжоуских государей - ван ("царь"). Последний титул потерял свое значение, так как в период Чжань-го его приняли постепенно все удельные князья. Титул ди - "император" - носил, короткое время, и Чжао-сян. Новым, значит, в титуле Ши-хуан-ди было прибавление слова "Хуан", "августейший". Цинь-ши-хуан-ди (умер в 210 г.) разделил свою империю на 36 областей. Прежняя удельная система была совсем уничтожена (это-то обстоятельство и послужило, по мнению китайских ученых, причиной скорого падения династии). Знатные фамилии были переселены в столицу Сянь-ян (в новой провинции Шэнь-си). Кроме первого объединения Китайской империи, Цинь-ши-хуан-ди приписывают еще построение Великой стены от Гань-су да самого моря и сожжение конфуцианских книг; но оба эти факта возбуждают довольно сильные сомнения. Помимо невозможности построить в короткое время стену на таком большом протяжении, существуют указания, что части стены были построены и раньше, и позже Цинь-ши-хуан-ди. Еще больше сомнений возбуждает факт сожжения книг, повеление о котором приурочивается к 213 г. Дело в том, что китайская история, вся созданная руками конфуцианцев, относится очень пристрастно к Цинь-ши-хуан-ди, не брезгуя даже грязными рассказами о его рождении. Эта нелюбовь конфуцианцев к Цинь-ши-хуан-ди вполне понятна: он старался водворить новый порядок, при котором не было места конфуцианцам, с их стремлением ограничить власть государя в пользу народа и представителей последнего, ученых-чиновников. Как только умер Цинь-ши-хуан-ди, начались смуты. Малолетний сын и преемник его, Хуи-хай, был убит в 207 г., и в 202 г., в лице простого старейшины Лю-бана (известного в истории под именем Гао-ди), вступила на престол пятая китайская династия - Хань, при которой удельная система опять была восстановлена. Две Ханьские династии (по счету пятая и шестая), управлявшие Китайской империей в течение четырех веков (не считая возмущения, произведенного Ван-маном, с 9 по 25 г.), оставили после себя такой глубокий след во всей истории Старого Китая, что их имя стало нарицательным для обозначения всего китайского (Хань-жень - Ханьский человек-китаец, хань-цзы - парень, хань-хуа - китайский язык, хань-вэнь - китайская словесность). В самом начале первой Ханьской династии встречается управление женщины (что повторилось еще один раз, при Танской династии): после смерти основателя династии Гао-ди, в 195 г., его жена Люй-тай-хоу сначала управляла империей от имени своего сына (Хуй-иди, 194-188), а в 187 г., после его смерти бездетным, открыто захватила власть в свои руки и правила до самой смерти, в 180 г. По внешнему могуществу первая Ханьская династия (западная, с 202 г. до Р. Х. по 9 г. после Р. X.) далеко превосходит вторую (восточную). Особенно замечательно было царствование Ву-ди (140-87), при котором произошло открытие китайцами Западного края (Да-вань - Фергана, Юэ-ши - Согдиана, Да-ся - Бактриана, Ань-си - Парфия); на юге признали свою вассальную зависимость от Китая Минь-юэ (позднее Фу-цзянь) и Нань-юэ (Гуан-си). Разрешение удельным князьям разделять свои владения между всеми сыновьями имело ближайшим своим последствием упадок удельной системы и усиление центральной власти - императорской. Знакомство с Западом не осталось без влияния и на дальнейшее развитие китайской цивилизации. Конфуцианство, добившись при вступлении Ханьской династии доступа к кормилу правления, признало необходимым не только ясно формулировать свое учение и свою программу государственного благоустройства, но и приспособить то и другое ко взглядам приютившего его правительства. Приходилось, поэтому, не только собрать все сочинения, но и придать им окончательную редакцию, согласную с видами правительства. Сами императоры устраивают, под своим личным председательством, съезды ученых со всей империи для редактирования классических книг (в 51 г. до Р. Х. и в 79 г. после Р. Х.) и назначают для этого особых "академиков" (бо-ши). Пала первая Ханьская династия главным образом вследствие слабости последних государей, попавших в руки своих жен. В 7 г. после Р. X. последний представитель ее, Пин-ди, был убит, и в 9 г. после Р. Х. провозгласил себя императором Вань-ман (Синь-хуан-ди). Царствовал он 15 лет; все это время происходили в различных местах бунты. Наконец в 23 г. он был казнен. Два года после этого царствовал Гэн-ши, потомок Ханьской династии, но не мог удержать престол за собой. Последний перешел к его родственнику Лю-сю или Гуан-ву-ди (25-57), с которого началась вторая Ханьская династия. Хотя при этой династии беспрерывные нападения - на севере, кроме гуннов, еще ухуйаньцев и сяньбийцев, а на северо-западе различных тибетских родов - постоянно тревожили империю и заставили почти совершенно оставить без внимания Западный край (он был в зависимости от Китайской империи только короткое время, в 58-75 и 89-105 гг., главным образом благодаря подвигам знаменитого полководца Бань-чао, брата историка Бань-гу), но все-таки эпоха ее может считаться довольно спокойной и благополучной. Смуты начались в конце ее, когда стали играть большую роль дворцовые евнухи, главным образом благодаря малолетству императоров: явились временщики, которых низвергали при помощи евнухов (последние получали даже княжеские титулы, вместе с владениями, и могли передавать их своим приемышам). При последнем императоре, Сянь-ди (190-220), управление перешло в руки Цао-цао, который успел сохранить власть Ханьской династии над северным Китаем, но на юге утвердился Сунь-цюань (царство У), а на западе, в Сычуане, - Лю-бяо и после него Лю-бэй (Шу-Хань). После смерти Цао-цао, правившего государством совершенно самостоятельно и оставившего императору только титул, сын его, Цао-пи, сверг последнего и сам вступил на престол, дав своей династии имя Вэй. Тогда настало смутное время троецарствия (221-265), прошедшее все в борьбе этих трех царств (Вэй, У и Хань) между собой. Царство Хань, как самое меньшее по размерам, держалось только при жизни Лю-бэя и его знаменитого сподвижника, гениального (по воззрениям китайской истории) министра Чжу-гэ-ляна (по прозванию Кун-мин; другой знаменитый сподвижник Лю-бэя - генерал Гуань-юй, обоготворенный теперь под именем Гуань-ди; см.). В 263 г. оно было завоевано царством Вэй, просуществовавшим в свою очередь только год после этого. Сы-ма-и, искусный генерал, сподвижник Цао-цао и любимец Цао-пи, усилился при преемниках последнего; после его смерти власть переходит последовательно к его сыновьям Сы-ма-ши и Сы-ма-чжао, сын же последнего, Сы-ма-янь, тотчас по смерти отца отнимает престол у вэйского императора, основывает свою династию - Цзинь (счетом седьмую), и в 280 г. соединяет весь Китай под своей властью. Но единство Китая под властью Цзиньской династии продолжалось всего 52 г. и даже меньше, если принять во внимание, что царство Чжао (сначала Хань) основано было Лю-юанем в 304 г. В 317 г., когда столица Цзиньской династии, Ло-ян, вместе с двумя императорами, Хуай-ди (307-311) и Минь-ди (313-316), очутилась в руках чжаоского государя Лю-цуна, император Юань-ди (317-322), с которого начинается так называемая Восточная Цзиньская династия, вынужден был отказаться от северного Китая и перенести свою столицу на юг, в Цзянь-кан (так назывался в то время новый город Цзян-нин-фу, известный со времен Минской династии еще под именем "Южной столицы" или Нанкина). С этого момента начинается самый запутанный период китайской истории, продолжающейся до воцарения Танской династии. Север и Юг идут в это время различными дорогами. Сначала появляется (на Севере) много отдельных царств (всего 16, отчего этот период и известен под именем Ши-лю-го - "16 царств"), большей частью основанных инородцами; но потом (к 439 г.) весь Север соединяется под властью инородческой династии Вэй (Тоба-Вэй, с 386 по 534 г.; она затем разделилась на западную - позже Чжоу, и восточную - позже Ци) и начинается период отдельных "северных и южных дворов", который, для удобства в расположении таблиц китайской хронологии, считают с 420 г., т. е. с момента воцарения на юге династии Сун (восьмой). Удаление китайских династий на юг, с одной стороны, способствовало распространению китайской цивилизации среди южных инородцев, с другой стороны, вследствие постоянной борьбы с занятым инородцами Севером, имело последствием поднятие национального китайского духа и доставило Югу то превосходство в образовании и развитии художественного чувства, которым он постоянно отличается с тех пор от Севера. На Севере инородцы хотя и властвовали над побежденными китайцами, основывая свои царства одно за другим, но сами подчинялись влиянию китайской культуры, быстро окитаивались и сливались с побежденными (китайцами), так как старались во всем подражать последним и даже гнали все свое родное. Так, например, дом Тоба-Вэй, мечтая подчинить себе весь Китай и желая заставить китайцев забыть его иностранное происхождение, запретил своим соплеменникам употребление родного языка и костюма (то и другое названо было при этом инородческим или хуйским). Смутный период "северных и южных дворов", характеризуемый беспрерывными низверженьями и убийствами государей и быстрой сменой династий на Юге (Ци - девятой, с 479 по 502 г.; Лян - десятой, с 502 по 527 г.; Чэнь - одиннадцатой, с 557 по 589 г.), причем по-прежнему доверенное лицо низвергает императора и основывает свою династию, - закончился тем, что тесть последнего государя династии Чжоу, Ян-цзянь, не только овладел престолом своего зятя, но и соединил под своей властью весь Китай, дав своей династии (двенадцатой) название Суй. Несмотря на свое могущество, Суйская династия пала очень скоро от внутренних неустройств; законы ее считаются самыми жестокими. Основатель Танской (тринадцатой) династии, Ли-юань, воспользовавшись падением Суйской династии и подняв оружие в нынешней провинции Шэнь-си, в течение всего 7 лет при помощи своего сына и будущего преемника Ли-ши-миня (Тай-цзун, 627-649) овладел всеми городами нынешних Шань-си и Шэнь-си, проник в Ло-ян, оттуда подчинил себе все земли к северу от Хуан-хэ и, наконец, соединил под своей властью всю империю, разделенную им на 10 провинций (названных "дорогами"), сообразно естественным границам страны. Со вступлением на престол Ли-юаня (или Гао-цзу, 618-626) начался блестящий период в истории Китая, продолжавшийся почти во все время правления Танской династии. При этой династии прибыли в Китай несториане и появлялись арабы. При ней начался золотой век китайской литературы, достигший своего апогея при Сунской династии. Подчинение южных инородцев, начавшись еще при Ханьской династии, до Танской династии носило случайный и временный характер; только последняя придала этому делу значение серьезной и постоянной меры. Держалось при этом китайское правительство своей обыкновенной политики: склонив на свою сторону (для этого искони существовал специальный термин "цзи-ми" - привлекать лаской) какого-нибудь владетеля или старейшину поколения, правительство обращало его владение в "привлеченный" уезд, округ или департамент, а самому ему давало соответствующую должность. Таким образом старейшина или владетель входил в состав китайских чиновников сначала номинально, а потом, при удобном случае, его заставляли и на самом деле быть в подчинении соответствующему китайскому чиновнику более высшего ранга. Сначала такие должности оставались наследственными, но потом (по упрочении китайского влияния в данной местности) они замещались сменяемыми чиновниками (сначала из местных, а потом и из китайцев). Власть Танской династии распространялась далеко за пределы имперского Китая; зависимость от нее признавали все земли, ограниченные на востоке океаном, на западе хребтом Цун-лин (Тарташ) в Туркестане, и от Линь-и (в Кохинхине) на юге до северной оконечности Гоби на севере; считают, что ее владения простирались с востока на запад на 9511 ли и с севера на юг на 16918 ли. Таким образом, Танской династии подчинялись и Корея на востоке, и Восточный Туркестан на западе. В Корее владетель царства Син-ло еще в 650 г. прислал танскому императору Гао-цзуну похвальную оду собственного сочинения, вытканную на шелковой материи. Владетель другого царства, Бо-цзи, за свою приверженность к китайскому просвещению был прозван малым Мэн-цзы. Первый удар могуществу Танской династии нанесло возмущение Ань-лу-шаня (в 755 г.), который в 756 г. даже принял титул императора. Император Су-цзун (с 756 г.) успел усмирить восставших и как бы восстановить начавшую падать династию. Этот Су-цзун сделал крупную ошибку: он потакал пограничным военным начальникам (к их числу принадлежал и Ань-лу-шань) и позволял им даже наследовать командование, вследствие чего многие из них постепенно обратились в самостоятельных правителей областей, не признававших власти центрального правительства. Только император Сюань-цзун (847-859) сумел заставить их уважать свою власть. После возмущения Хуан-цзяо, в 875 г., падение династии пошло быстрыми шагами. Появилось до 10 "самовольно образовавшихся" уделов (6 на юге и по 2 на севере и западе). Последние танские государи большей частью подчинялись бредням буддийских монахов и различных шарлатанов; усилилось также влияние евнухов. Когда император Чжао-цзун (889-904), человек достойный, задумал перебить последних, то был лишен свободы, выдан Чжу-цюань-чжуну и убит. Сначала Чжу-цюань-чжун возвел на престол сына Чжао-цзуна, чтобы успеть перебить всех родственников Танского дома, а в 907 г. он уже прямо объявил себя императором. Таким образом начался смутный период пяти династий (14-ой - Хоу-Лян, 907-923; 15-ой - Хоу-Тан, 923- 936; 16-ой - Хоу-Цзин, 937-946; 17-ой - Хоу-Хань, 946-950; 18-ой - Хоу-Джоу, 950-960; общее название их - Ву-дай). Эти династии не владели всем Китаем, а только его центром: кроме них, было еще в это время до 10 самостоятельных владений. Считаются они главными только по прямому переходу власти Танской династии к погубившему ее Чжу-цюань-чжуну, да еще потому, что сменившая их Сунская династия была прямым продолжением последней из пяти династий - Хоу-Чжоу. Сунская (девятнадцатая) династия, основанная Тай-цзу-чжао-куан-инем, тоже никогда не владела всем Китаем. В Ордосе и смежных с ним землях существовало уничтоженное только монголами царство Ся (990-1227), а на северо-востоке - еще более могущественное царство Ляо (916-1125), основанное киданями. Последнее царство, владевшее частью северного Китая, пало под ударом выходцев из Маньчжурии, чжурчженей, царство которых известно под именем Цзинь (1115-1234). Чжурчжени отняли у Сунской династии весь север Китая (по реке Хуай), причем два императора, Хуй-цзун (1101-1125) и Цинь-цзун (1126-1127), были захвачены ими в плен и уведены на Север. После этого (с императора Гао-цзуна, 1127-1162) начался период "Южной Сунской династии" (в противоположность первому периоду, "Северной Сунской династии"). При начале Сунской династии, когда к 979 г. были уничтожены все независимые владения внутри Китая, все государство было разделено на 15 (в 1083 г. число это увеличено до 23) "дорог" (провинций). В названиях этих дорог впервые встречаются названия некоторых нынешних провинций: Шэнь-си, Ху-нань, Ху-бэй, Фу-цзянь, Гуан-дун и Гуан-си. Все владения Сунской династии простирались в это время с востока на запад на 6485 ли и с севера на юг на 11620 ли. Основатель Сунской династии, Чжао-куан-инь, по своему человеколюбию, уму и достоинствам считаемый в китайской истории равным лучшим государям династий Тан и Хань, ослабил значение императорской гвардии и власть пограничных военных начальников. Престол он, согласно наставлению своей матери, передал не малолетнему сыну своему Чжао-дэ-чжао, а брату, Чжао-гуан-и, с тем, чтобы он переходил к старшему в роду (сначала к прочим братьям, а потом к Чжао-дэ-чжао). Но Чжао-гуан-и (или Тай-цзун, 976-997) нарушил клятвенное обещание и передал престол своему сыну (Чжэнь-цзуну, 998-1022). Впрочем, он был государь мудрый и достойный, и империя при нем благоденствовала. Затем из государей северной Сунской династии китайская история особенно восхваляет правнука Тай-цзуна, Ин-цзуна (1064-1067), который во всем хотел соображаться с примерами древности и все дела решал по советам вельмож. На это восхваление, по всей вероятности, имело большое влияние то обстоятельство, что при сыне и преемнике Ин-цзуна, императоре Шэн-цзуне (1068-1085), действовал Ван-ань-ши, которого китайская история сильно недолюбливала за его попытки произвести различные реформы (синь-фа - "новые законы"). Ван-ань-ши, отличный ученый и глубокий знаток классических книг, хотел провести свои политико-экономические реформы, прикрываясь примерами древности. Так, он учредил "государственные банки", с целью помогать неимущим и распространить капиталы равномерно по всей империи; в видах увеличения государственных средств предполагалось выменивать соль на лошадей и распродавать ее с барышом для казны; были отысканы 361178 цинов заброшенной земли, вследствие чего увеличилась сумма податей; разрешено выдавать ссуды хлебом из запасных магазинов за 2%, для освобождения народа из рук ростовщиков, бравших даже по 100%. Натуральные повинности были заменены денежными сборами, от которых не избавлялись ни чиновники, ни женщины, ни монастыри. Для уравнения цен на товары были устроены казенные рынки в столице и 6 других местах. Поля были разделены, для правильности сборов, на квадраты по 1000 шагов в каждой стороне, а по качеству земли - на пять разрядов. Учреждена была особая милиция, в которую записывался один из двух тягловых в доме. Этим милиционерам (с целью иметь наготове лошадей) отпускались, по желанию, лошади из казенных табунов (по 1 или по 2 на каждого) или выдавались деньги на покупку лошадей. Все эти реформы Ван-ань-ши встретили ожесточенную оппозицию со стороны прочих приближенных императорских, и, так как вводились круто и решительно, то были встречены сильным ропотом со стороны китайского народа. После смерти Шэнь-цзуна оппозиция уничтожила все начинания Ван-ань-ши и его приверженцев. Борьба против реформ Ван-ань-ши вызвала реакцию в конфуцианстве и послужила причиной появления нового конфуцианства, главой которого считается Чжу-си (или Чжу-цзы), действовавший при императоре Нин-цзуне (1195-1224). Судьба Чжу-си противоположна судьбе Ван-ань-ши. Реформы и учение последнего были приняты при его жизни, но потом уничтожены; Чжу-си при жизни подвергался гонению, но впоследствии учение его восторжествовало, и все его толкования на классические книги имели общеобязательную силу. Главным своим врагом Сунская династия считала Цзиньскую династию и для борьбы с последней вступила в сношения с монголами. Действительно, монголы уничтожили Цзиньскую династию (в 1234 г.), но, заняв все земли последней, естественно очутились соседями Сунских владений. Сунский дом первый начал войну, с целью вернуть часть прежних владений, но потерял и то, что имел. В 1239 г. Тахай напал на Сы-чуань; оттуда монголы проникли в Юнь-нань, где уничтожили царство Да-ли (в 1253), и в Тибет (царство Ту-фань). В 1271 г. Ши-цзу Хубилай (1260-1294) дал своей династии название Юань. Этот-то Хубилай покончил с Сунской династией. Владения последней одно за другим переходили в руки монголов. Император Гун-цзун попался в плен, не процарствовав и двух лет (1275-1276). Его преемник Дуань-цзун вступил на престол уже в Фу-чжоу и умер в 1278 г. Возвели тогда на престол князя Бин, но и тот погиб в 1279 г. трагической смертью. Монгольское войско преследовало его по пятам; преданный ему сановник Лу-сю-фу посадил его себе на плечи и бросился с ним в море; оба утонули, как и Чжан-ши-цзе, последний Сунский военачальник. Юаньская династия (двадцатая) - первая из инородческих, овладевшая всем Китаем (вторая и последняя, Дай-цинская). Владела она Китаем недолго, но успела впервые покорить земли, не входившие до тех пор в состав империи, и следующим династиям уже было легко за собой укрепить эти земли, например Юнь-нань и Тибет. Начало сношений Тибета с Китаем относят еще к 641 г., когда китайская царевна была выдана за Ту-фаньского владетеля и в Тибете началось постепенное распространение влияния китайской цивилизации. При Юаньской династии Хубилай положил начало буддийской теократии в Тибете, подчинив последний власти знаменитого составителя монгольского квадратного письма Пагба-ламы, с титулом "императорского учителя" (ди-ши) и "великого царя драгоценного учения" (да-бао-фа-ван). Китайская история хвалит Хубилая (покровителя известного венецианского путешественника Марко Поло) за его мудрость, человеколюбие и покровительство конфуцианству (хотя он и уважал прочие религии, особенно буддизм). Покровительством конфуцианству Хубилай хотел, очевидно, заставить забыть свое варварское (в глазах китайцев) происхождение. К тому же стремились и его преемники. Император Жэнь-цзун (1312-1320) установил обязательность экзаменов для получения должностей. При Юаньской династии впервые появилось разделение собственно Китая на провинции (числом 10), в числе которых в первый раз появляется Юнь-нань. Последний государь Юаньской династии, Шунь-ди (по имени Тогонтэмур. 1333-1368), вверился вполне своему визирю Бо-яню, который правил всей империей. Хотя в 1340 г. последний был лишен власти, но спокойствие в империи не восстановилось. Начались повсюду возмущения; появились в различных местах претенденты на императорский престол, старавшиеся основать каждый свою собственную династию (Ся, Хань, У и другие). Из них особенно повезло Чжу-юань-чжану, заставившему беспечного и погрязшего в суевериях Шунь-ди бежать ночью из Пекина в Монголию. Этот Чжу-юань-чжан и есть основатель Минской династии (двадцать первой). Известен он в истории под именем Минского Тай-цзу или Хун-ву. Происхождение он был самого простого, родился недалеко от нынешнего Нанкина и в молодости был прислужником в буддийской кумирне, потом служил конюхом. Достигнуть императорской власти ему помогли искусные полководцы Сюй-да и Чан-юй-чунь. Вступив на престол, он издал новое уложение, установил различие в цветах платья и ввел изменения в церемониях и музыке. Все это делали и предшествовавшие династии; но важно то, что нынешняя Дай-цинская династия во всем подражала минскому устройству, введя в нем только некоторые несущественные изменения. В течение 31 года царствования императора Хун-ву Китай наслаждался внутренним спокойствием. Внук и наследник его, Цзянь-вэнь-ди (1399-1402), вскоре был лишен престола своим дядей, Юн-ло или Чэн-цзу (1403-1425). Этот император перенес, в 1421 г., столицу из Нанкина в Пекин. Отнятие им престола у племянника вызвало сильный протест, в котором выразилось сознание пользы наследования престола по прямой линии, а не по принципу старшинства в роду. Так как Минская династия была национальной китайской, то она лишилась многих земель, входивших в состав империи при Юаньской династии, в силу того, что они были покорены еще до подчинения Китая (таковы Восточный Туркестан, Монголия, Маньчжурия, Корея, Хухэ-нор и Тибет), и только впоследствии подчинила своему влиянию и власти часть этих земель (южная Монголия, Маньчжурия и Тибет). Сношений по сухому пути с Западом (столь многочисленных при Юаньской династии, благодаря обширности владений последней) Минская династия уже не имела. Зато она распространила свои владения на юг, включив в состав империи провинцию Гуй-чжоу и усилив зависимость от нее различных инородцев (в Ху-гуан, Сы-чуань, Юнь-нань и Гуй-чжоу). Во всей империи насчитывалось тогда 69556 селений и 59550801 житель, кроме пограничных мест. На севере пределы Китая страдали от нападения сначала монголов и ойратов, а потом маньчжур. Воспользовавшись неурядицей, возникшей при императоре Ин-цзуне в первую половину его царствования (1436-1449), ойратский владетель Эсэн вторгся в пределы империи, разбил китайское войско и взял императора в плен. Впоследствии Ин-цзун был возвращен из плена и сначала отказался от престола в пользу своего брата Цзин-ди, воцарившегося во время его отсутствия, но потом опять был возведен на престол (по случаю болезни Цзин-ди) и царствовал еще 8 лет (1458-1464). Несмотря на неудачи, поразившие Ин-цзуна в середине его царствования, оно принадлежит к лучшим при Минской династии. После него начался период упадка и неурядицы; всю власть захватили в свои руки приближенные сановники и евнухи, особенно в царствование У-цзуна (1506-1521), Ши-цзуна (1522-1566) и Си-цзуна (1621-1627). Начались возмущения, облегчившие в значительной степени завоевание всего Китая нынешней маньчжурской династией, принявшей (с 1636 г.) название Дай-цин и обладавшей армией всего в несколько десятков тысяч человек. Возникновение и усиление этой династии произошло незаметно для минского правительства благодаря тому, что оно, владея Ляо-дуном (часть южной Маньчжурии к востоку от реки Ляо-хэ), все свое внимание обращало на Монголию (помня о походе Эсэня) и отчасти на северную Маньчжурию; остальная же часть последней, делившаяся на множество мелких родов, оставалась почти совершенно вне сферы минского влияния. Только изредка предпринимались отдельные экспедиции, для отмщения за набеги и для устрашения на будущее время. Во время одной такой экспедиции были убиты дед и отец основателя нынешней династии, Нурхаци. Считая главным виновником этого несчастья владетеля городка Туруня, известного в истории под именем (а может быть, и прозвищем) Никань-Вайланя, 16-летний (родился в 1559 г.) Нурхаци, имея в своем распоряжении всего 13 латников, решился отомстить ему; но того приняло под свою защиту минское правительство. Только в 1583 г. Нурхаци удалось взять город Турунь; Никань-Вайлань бежал; в 1586 г. минское правительство выдало его маньчжурским солдатам, которые, в числе 40 человек, вошли в китайские владения и отрубили ему голову. Пользуясь трусостью пограничного начальства, Нурхаци начал подчинять своей власти, один за другим, маньчжурские роды (или аймаки). Окончив устройство своего государства (так, например, указом 1599 г. был введен маньчжурский алфавит, составленный по образцу монгольского, и было велено всю переписку вести на маньчжурском языке, а не на монгольском, как было до тех пор), Нурхаци принял в 1616 г. императорский титул и дал годам своего правления название тянь-мин (по повелению Неба). Этого открытого вызова уже не могло снести минское правительство, тем более что его постоянно просил о помощи Ехэский аймак, один из немногих, упорно сопротивлявшихся Нурхаци. К Ехэ был отправлен вспомогательный китайский отряд, вследствие чего Нурхаци, летом 1618 г., объявил войну Китаю. Пограничный город Фу-шунь был сдан его комендантом; осенью того же года был истреблен 10000-ый отряд китайского войска и взяты город Цин-хэ и крепости Фу-ань и Сянь-чан. Минское правительство отправило против маньчжур 200000-ю армию, под начальством ляо-дунского военного губернатора Ян-хао. Из четырех корпусов, ее составлявших, три были разбиты маньчжурами поодиночке; только один корпус был отозван вовремя. Это произошло осенью 1619 г. (47-ой год правления минского императора Шэнь-цзуна). В неудаче обвинили Ян-хао, который был отозван и казнен. Вместо него в Ляо-дун был назначен Сюн-тин-би, человек с твердым характером и многолетней опытностью. Сюн-тин-би быстро водворил в стране порядок и собрал 180-тысячную армию. Нурхаци не смел двинуться вперед, и в Ляо-дуне настало спокойствие. Скоро, однако, интриги придворных врагов привели к отозванию Сюн-тин-би, замененного бездарным Юань-ин-таем. Весной 1621 г. Нурхаци (или Тай-цзу, как он известен в истории в качестве основателя династии) взял город Шэнь-ян (или Мукдэнь) и Ляо-ян. После этого все города (числом до 70) к востоку от Ляо-хэ подчинились власти Нурхаци, который перенес свою столицу из Син-цзина (или Хэтуала) в Ляо-ян. Опять был вызван Сюн-тин-би, но все его усилия были парализованы интригами врагов, среди которых первое место занимал его ближайший помощник Ван-хуа-чжэнь, губернатор города Гуан-нина. Зимой 1621 г. была разбита 140-тысячная армия под начальством этого Ван-хуа-чжэня, после чего маньчжуры овладели еще 40 городами. Остатки минской армии укрылись в Шань-хай-гуане; маньчжуры удалились за реку Ляо-хэ. Минский военный министр Сунь-чэн-цзун лично прибыл на место и вновь водворил порядок. Четыре года, пока он был здесь (до отозвания, по интригам евнуха Вэй-чжун-сяня), Нурхаци не предпринимал ничего и только весной 1625 г. перенес столицу в Шэнь-ян. В 1626 г. он потерпел неудачу под городом Нин-юанем, благодаря бдительности коменданта Юань-чун-хуаня и европейским пушкам, впервые появившимся в Ляо-дуне; зато он овладел островом Цзяо-хуа-дао, служившим главным складочным местом для всех войске вне Шань-хай-гуаня. В 1626 г. Нурхаци умер; полный посмертный титул его: Тай-цзу(великий предок)-Гао(высокий)-хуан-ди(император). Ему наследовал четвертый сын его Абахай, известный в истории под именем Тай-цзун-Вэнь(просвещенный)-хуан-ди. При нем Дай-цинской династии подчинились аймаки восточной Монголии (в 1629 г.) и Корея (по договорам 1627 и 1637 гг.). Минское правительство, прислав посольство на похороны Тай-цзу, завело переговоры о мире, но исподволь готовилось к войне. Тай-цзун понял его замыслы, и война началась. Сначала маньчжуры не имели успеха, но в 1629 г. Тай-цзун, через восточную Монголию и проход Си-фын-коу, проник в собственно К. и двинулся к Пекину. Минский двор поспешно вызвал мужественного защитника Ляо-дуна, Юань-чун-хуаня, для защиты столицы. Произошла кровопролитная битва, не имевшая решительного исхода. Тогда Тай-цзун хитростью добился обвинения Юань-чун-хуаня в измене, и последний был казнен. Возмущенная этой казнью, ляо-дунская армия возвратилась в Шань-хай-гуань и остатки китайской армии были разбиты под самым Пекином; после этого Тай-цзун тем же путем вернулся домой, взяв попутно несколько городов. Убедившись на опыте в важности артиллерии, Тай-цзун впервые отлил в 1631 г. пушки, и осенью того же года, благодаря им, взял город Да-лин-хэ. Затем Тай-цзун покончил с последним потомком Юаньской династии, чахарским ханом Линданем (иначе Ликдан-батуром) и неоднократно предпринимал набеги на собственно К., все тем же путем, через восточную Монголию. При взятии в плен сына Линданя, Эчжэ, Тай-цзуну досталась большая государственная печать, увезенная последним юаньским императором Шунь-ди при его бегстве из Пекина. Этим обстоятельством воспользовался Тай-цзун, чтобы окончательно укрепить за собой императорский титул: 5 мая 1636 г. он принял титул Вэнь-хуан-ди, а своей династии дал название Дай-цин (уже чисто китайское, подобно тому как Хубилай дал своей династии название Юань, вместо прежнего Мэн-гу). Этим он окончательно выказал свое намерение овладеть Китаем, но медлил еще нанести окончательный удар, так как видел, что Минская династия сама клонится к падению. Пока он занялся окончательным устройством государства по китайскому образцу: были учреждены министерства, введены экзамены для получения должностей и табели о рангах, установлен придворный этикет, приняты меры для развития письменности и образованности, учрежден комитет для перевода необходимых книг с китайского языка и т. д. Между тем в Китае Ли-цзы-чэн, сын простого крестьянина из провинции Шэнь-си, поднял возмущение, в короткое время приобрел до миллиона сторонников, подчинил себе провинции Хэ-нань, Шэнь-си и Шань-си и двинулся к Пекину. Несчастный Чжуан-ле-ди (или Хуай-цзун, 1628-1644) узнал об этом только тогда, когда Ли-цзы-чэн, объявивший себя императором, стал лагерем у западных ворот Пекина. В то же время другой мятежник, Чжан-сянь-чжун, овладел Сы-чуанем. Чжуан-ле-ди поспешно отправил своих сыновей из Пекина, собственноручно заколол свою дочь, чтобы она не досталась Ли-цзы-чэну, и, не имея возможности спастись бегством, удавился; Ли-цзы-чэн легко овладел Пекином. Генерал У-сань-гуй, все это время мужественно защищавший Нин-юань и Шань-хай-гуань от маньчжуров, вступил в союз с последними для изгнания Ли-цзы-чэна; последний был разбит, схвачен и обезглавлен. Сделавшись фактически владетелями Пекина, маньчжурские военачальники убедили У-сань-гуя (не видевшего другого исхода для успокоения империи) признать императором (под регентством 14-го сына Нурхаци, Доргоня) малолетнего сына Тай-цзуна, известного еще под именем Шунь-чжи (по годам правления, как и все последующие императоры нынешней династии). Таким образом в 1644 г. воцарилась в Пекине Дай-цинская династия; но она не сразу овладела всем Китаем. В том же году минский военный министр Ши-кэ-фа возвел на престол, в Нанкине, внука императора Шэнь-цзуна, но был разбит и, вместе со ставленником своим, кончил жизнь самоубийством (1645). Появились новые претенденты на престол павшей Минской династии, из которых дольше других держался Гуй-ван, умерший в 1661 г. Важнейшие события дальнейших царствований, и в особенности новейшего времени: 1) Ши-цзу-Чжан-хуан-ди, годы правления - Шунь-чжи (Chuen-tchi; Shun-chih, 1644-1662): все царствование его прошло в покорении отдельных провинций Китая; 2) Шэн-цзу-Жень-хуан-ди, по имени Сюань-е, годы правления - Кан-си (Kаng-hi, 1662-1722;), второй сын императора Шунь-чжи: борьба с "тремя вассалами", поход на джунгарского Галдана, Нерчинский трактат 1689 г. с Россией, два похода на Формозу, усмирение бунта войск в Ву-чан-фу, прибытие миссионеров от Людовика XIV; 3) Ши-цзун-Сянь-хуан-ди, 4-й сын Кан-си, по имени Инь-чжэнь, годы правления - Юн-чжэн (Yung-chкng, 1723-1735): поход на джунгарских олотов, подчинение юго-западных инородцев, преследование христиан; 4) Гао-цзун-Чунь-хуан-ди, сын предыдущего, имя Хун-ли, годы правления - Цянь-лун (Kien-loung, Ts'ien-loung, 1736-1796; отказавшись от престола в пользу следующего, умер в 1799 г.): покорение Джунгарии и Восточного Туркестана, переселение калмыков с Волги, умиротворение Тибета, походы против Бирмана, Аннама и Непала, усмирение Цзинь-чуаньских ту-сы, Ху-гуанских и Гуй-чжоуских Мяо-цзы и Гань-суских мусульман, окончательное покорение Формозы, английское посольство лорда Макартнея; 5) Жень-цзун-Жуй-хуан-ди, 17-ый сын Цянь-луна, имя Юй-янь, годы правления - Цзя-цин (Kia-king, Kia-tsing, 1796-1820): усмирение Ху-гуанских и Гуй-чжоуских Мяо-цзы, морских разбойников, мятежных войск в Нин-ся, разбойников в Сы-чуане, Ху-гуане и Шэнь-си; возмущение в Пекине, тайные общества, посольство лорда Амгерста; 6) И-цзун-Чэн-хуан-ди, 4-ый сын Цзя-цина, имя Мянь-нин, годы правления - Дао-гуан (Tao-kouang, 1821-1850); 7) Вэнь-цзун-Сянь-хуан-ди, 4-ый сын Дао-гуана, имя И-чжу, годы правления - Сянь-фын (Hien-foung, Hiea-fкng, 1859-61); 8) Му-цзун-И-хуан-ди, сын Сянь-фына, имя Цзай-чжунь, годы правления - Тун-чжи (Tung-Chih, Toung-che, 1862-1874): в его малолетство регентшами были законная жена Сянь-фына и его побочная жена (мать Тун-чжи); 9) Один из последних царствующих императоров, известный поэтому только по годам правления Гуан-сюй (Kuang-hь, Kouang-su, в 1875): имя его Цзай-тянь, он сын принца Чунь-цинь-вана, 7-го брата императора Сянь-фына; родился в 1871 г.; в его малолетство регентство принадлежало тем же двум императрицам; совершеннолетие его настало в 1887 г., но контроль второй императрицы продолжался еще до февраля 1889 г. В царствование императора Цзя-цина особенно усилилась деятельность различных тайных обществ, из которых наиболее известны были "Секта Белого Ненюфара" и "Общество Триады", иначе называемое "Обществом Неба и Земли" (под словом "Триада" понимались небо, земля и человек) и основанное с целью низвержения последней династии. Правительство принимало строгие меры против этих обществ (так, в 1801 г. назначена была смертная казнь через отсечение головы членам "Общества Триады", а их соучастникам - через удушение), но это ни к чему не вело, и деятельность обществ развивалась все больше и больше. Донесение о них (в Ху-гуане) сообщает сведения и об организации "Общества Триады", которое делилось на пять лож: в провинциях Фу-цзянь (главная), Гуан-дун, Юнь-нань, Ху-гуан и Чжэ-цзян. В связи с "Обществом Триады" ставят и восстание так называемых тайпингов, при императоре Дао-гуане и его преемниках. Началось это восстание в конце 1849 г. в Гуан-си, под предводительством Хун-сю-цюаня (или Тянь-дэ, "Небесные доблести") давшего годам своего правления название Тай-пин ("Великое спокойствие"; от этого слова и название всех восставших; иначе они называются Чан-мао-цзи - "Длинноволосые мятежники", так как не носили кос, отличительного признака подданных Дай-цинской династии). Из Гуан-си тайпинги проникли в Гуй-чжоу и Ху-нань, до Ян-цзы-цзяна; 23 декабря 1852 г. они овладели Хань-коу, а 12 января 1853 г. заняли и Ву-чан-фу; отсюда, после взятия Цзю-цзян-фу (18 февраля), Ань-цинь-фу (24 февраля) и Нанкина (19 марта того же года), направились на север. После неудачного штурма Кай-фын-фу они переправились через Хуан-хэ, через Шэнь-си проникли в Чжи-ли и грозили Пекину. Их разведчики проникли и в Тянь-цзинь (30 октября 1853 г.). Взяв в том же году город Шан-хай, они владели последним 17 месяцев, пока отряд из европейских волонтеров и команд военных судов не прогнал их из города (4 апреля 1854 г.). Грозили тайпинги Шан-хаю и в 1861 г. Для борьбы с ними китайское правительство обратилось к помощи европейцев. При помощи последних, частью из европейского сброда, частью из китайцев, был сформирован особый отряд, под названием "постоянной победоносной армии". Начальниками его были сначала американец Ward, потом голландский капитан Burgevine и, наконец, английский майор Гордон (известный впоследствии Гордон-паша). Под начальством последнего (вместе со знаменитым теперь Лихун-чжаном) отряд действительно принес большую пользу при усмирении тайпингов. Главным подвигом Гордона было взятие города Су-чжоу-фу, 4 декабря 1863 г., причем 6 предводителей тайпингов, сдавшиеся на слово Гордону, обещавшему пощадить их жизнь, казнены по приказанию Ли-хун-чжана. Южнее оперировал другой, франко-китайский, отряд, который окончил свою кампанию в 1864 г. взятием городов Хан-чжоу-фу и Ху-чжоу-фу. Столица мятежников, Нанкин, сдалась императорским войскам, под предводительством Цзэн-го-фаня, 19 июля 1864 г. Шайки тайпингов вернулись, затем, в место первоначального своего возникновения - провинцию Гуан-си, откуда часть их проникла в Тонкин и вела там борьбу с французами, под названием черных и желтых флагов. Одновременно с восстанием тайпингов Китай страдал еще от восстаний мусульман и так называемых нянь-фэев. Надо различать два восстания мусульман: одно на севере или так называемое дунганское (в его усмирении принимали участие двое самых замечательных китайских государственных деятеля последнего времени, Цзо-гун-бао или Цзо-цзун-тан и Ли-хун-чжан), другое на юге, в провинции Юнь-нань. Последнее началось в 1855 г., вследствие столкновений между мусульманами и китайцами в серебряном руднике Ши-ян-чан, в верховьях Красной реки. Вражда и рознь между мусульманами и прочим населением провинции существовала с давних пор, но это столкновение переполнило чашу терпения. Сначала мусульмане одержали верх и выгнали китайцев, но потом последние, собравшись с силами, стали преследовать и истреблять последних. Местный чиновник, заведовавший рудником, не сумел остановить столкновений, оставил свой пост и, прибыв в главный город провинции, представил доклад, обвиняя во всем мусульман. Смертельный враг мусульман, бывший вице-президент военного министерства Хуан-чжун, вместе с губернатором Су-син-а, задумал произвести общую резню мусульман. Генерал-губернатор не мог помешать ей, так как Хуан-чжуну сочувствовали и прочие высшие чиновники провинции; поэтому он, написав подробное донесение в Пекин, повесился вместе с женой. Однако резня, назначенная на 19 мая 1856 г., не имела особенного успеха, так как мусульмане успели заблаговременно принять меры защиты, под руководством главы местного мусульманского духовенства, Ма-дэ-син. Главными помощниками его были молодые студенты, Ду-вэнь-сяо (или Ду-вэнь-сю) и Ма-сянь. Они овладели городом Да-ли-фу, который после этого стал столицей и главной твердыней мусульман. Сначала восстание пошло очень успешно и несколько городов было взято мусульманами. Ма-дэ-син все войска свои разделил на две части: одна, под начальством Ду-вэнь-сю, действовала на западе, а другая, с Ма-сянем во главе, на юге. Инородческое население провинции воспользовалось этим для объявления своей независимости от китайцев. К 1858 г. мусульмане стали хозяевами положения в провинции. Пекинское правительство узнало об истинном положении дела только тогда, когда прибыл в Юнь-нань новый генерал-губернатор, Чжан-лян-чжи. Занятое столкновением с англичанами и французами и тайпинским восстанием, оно не могло обратить должного внимания на юнь-наньские дела. В 1859 г. Ма-сянь подчинил себе несколько городов (Тун-хай-сянь, Гунь-ян-чжоу и др.), а Ма-дэ-син занял Чжэн-цзян-фу. В 1860 г. успехи мусульман продолжались; Ма-сянь подошел даже к Юнь-нань-фу, но императорские власти склонили его и Ма-дэ-сина перейти на их сторону. Положение империи, однако, оставалось очень шатким: несколько провинций было занято тайпингами, в Гань-су и Шэнь-си свирепствовало восстание северных мусульман, в Гуй-чжоу - инородцев Мяо-цзы; вся западная часть Юнь-наня признавала власть Ду-вэнь-сю (он именовался еще султаном Солиманом). Последний энергично продолжал войну и в 1868 г. осадил Юнь-нань-фу, но, ввиду многочисленных измен в его войске, решился снять осаду и отступить. В свою очередь осажденный в Да-ли-фу, он сдался 15 января 1873 г. (и тут же умер от заранее принятой отравы) императорским войскам, которые произвели страшную резню в городе: из 50 тысяч жителей была вырезана половина и 24 корзины отрезанных ушей были отосланы в Пекин в качестве трофеев (вместе с головой Ду-вэнь-сю). Справиться с остатками мусульман было, затем, уже легко. Восстание Нянь-фэев началось на третьем году правления Сянь-фын (1853), когда Чжан-лэ-син собрал толпу партизан, в провинции Ань-хуй, и в других местах также вспыхнул мятеж. Против восставших неоднократно были отправляемы правительственные войска; но если мятежников истребляли в одном месте, они появлялись в другом; ими были опустошены местности на протяжении 1000 ли, в провинциях Шань-дун, Хэ-нань, Ань-хуй и Цзян-су. Часть Нянь-фэев вступила в сношения с тайпингами и действовала с ними заодно: перевалив через хребет Цинь-лин, они окружили Си-ань-фу, а затем двинулись на восток. В 1863 г. Чжан-лэ-син был казнен, но его племянник Чжан-цзун-юй и Чэнь-да-си опять подняли восстание, в котором приняли участие и инородцы. Когда в следующем году правительственные войска взяли штурмом Нанкин (причем были разрушены лучшие здания в городе и знаменитая "Фарфоровая башня" - буддийская ступа) и затем направились на юг, дела мятежников пошли хуже. В 1865 г., однако, они распространились по всей провинции Шань-дун. В то же самое время Ли-хун-чжан был назначен императорским комиссаром против этих Нянь-фэев и, сохраняя то же звание, в следующем году был сделан генерал-губернатором Ху-бэй и Ху-нань. В начале 1868 г. Чжан-цзун-юй успел прорваться в Чжи-ли и грозил Пекину. Не поняв истинного положения дел, там разжаловали Ли-хун-чжана; однако все его почести и звания вскоре были возвращены ему, так как он донес об усмирении всех мятежников в Чжи-ли, Шан-дуне и Хэ-нани. Разбитый при городе Жень-пин, Чжан-цзун-юй утопился в реке Ту-се-хэ. Прежде чем перейти к войнам, веденным Китаем с европейскими государствами, необходимо сказать несколько слов о его внешних сношениях (с западной Азией и Европой) в прежние времена. Помимо предполагаемого упоминания К. в памятниках различных народов, под именем Sinim (y пророка Исаии), Sinae (Птолемей) и Seres (Птолемей, Страбон и др.), мы имеем свидетельство о прибытии в 166 г. нашей эры посольства из Рима ко двору ханьского императора Хуань-ди. Монах Козьма говорит о торговле острова Тапробана с Китаем. Не подлежит сомнению, что между Китаем и западной Азией велась большая торговля морем. При династии Тан китайские суда доходили до Малабарского берега и даже до Сирафа в Персидском заливе. Арабские суда появлялись с товарами большей частью в Кань-фу, затем в Кантоне. Сношения Китая с Западом особенно усилились при монгольских ханах (династии Юань); появились и миссионеры, и путешественники, и целые посольства. Достаточно упомянуть знаменитого венецианца Марко Поло (родился в 1254 г., пробыл в Китае с 1271 по 1295 г.), затем первого пекинского архиепископа Иоанна де Монте-Корвино (1247-1333), епископа Андрея Перузскаго, миссионера в Пекине Одорика из Парденона (умер 14 января 1331 г.), папского легата в Пекине францисканца Мариньоли (1342-46) и, наконец, посольство сына Тамерлана Шах-роха к китайскому двору (1419-22, при минском императоре Чэн-цзу Юн-ло). Новые сношения европейских государств с Китием открылись только в начале XVI столетия . Завязались эти сношения уже морем; одна только Россия вступила в сношения с Китаем по сухому пути, благодаря своему соседству в Сибири с землями, вскоре вошедшими в состав Китайской империи (неудачи первых русских посольств проникнуть в Китай объясняются именно тем, что земли, через которые приходилось им проезжать, были еще независимы от Китая). Первые сведения о Китае были получены в России при Иоанне Грозном, от казаков Ивана Петрова и Бурнаша Ялычева, посланных в 1567 г. для разведывания о неизвестных землях. В 1618 г. были посланы тобольским воеводой два казака, Иван Петлин и Петюнька Казылов, которые проникли, по всей вероятности, в Пекин и привезли грамоту от имени императора Вань-ли (Валли-хана). Эта грамота хранилась в московском архиве, как и вторая (1649 г.; но, по сведениям Спафари, обе эти грамоты - времен императора Вань-ли и составляли определенный род русских жалованных грамот на землю). После этого следовал целый ряд посольств или в Монголию (в 1616 и 1636 г.г. Алтан-хан даже принимал русское подданство, но лишь ради подарков и не серьезно), или в Китай(неудачные: посланцы большей частью были убиты по дороге). Сношения с Китаем облегчились после 1644 г., когда вступила на престол Дай-цинская династия и появились на Амуре казаки. Но и тут некоторые посольства терпели полную неудачу, вследствие того, что русские послы не исполняли унизительных, по их мнению, требований китайского этикета (посольства Федора Исаковича Байкова 1654-1656 г., Николая Спафари 1675 г.). В 1668 г. был отправлен первый частный торговый караван в Китай, а в 1670 г. впервые прибыли из Китая купцы в Нерчинск. Бегство в 1667 г. тунгусского князя Гантимура из Маньчжурии в Нерчинск послужило причиной сначала дипломатических сношений, а потом и открытого столкновения, когда к этому присоединилось еще и основание русских острогов по Амуру (при этом казаки собирали ясак с населения, не подвластного Дай-цинской династии, а только обратившегося к ней за помощью; но получение помощи, по всегдашней китайской политике, считалось равносильным принятию подданства, хотя бы сначала и чисто номинального). В 1684 г. произошла первая осада Албазина (где засело 350 казаков); город, после отчаянного сопротивления, сдался, а начальник осаждавших, Лантань, отправил через Нерчинск бумагу, требуя от московского правительства выдачи Гантимура и размежевания земель. Однако Албазин был возобновлен воеводой Алексеем Толбузиным, и в 1686 г. произошла вторая его осада. Толбузин был убит; город сдался; большая часть населения перешла в Нерчинск, но 45 человек, вместе с престарелым священником, приняли китайское подданство, были отправлены в Пекин и включены в состав восьми знамен. Для них и их потомков и была учреждена (на основании Кяхтинского договора) духовная миссия (в нормальном составе 10 человек), давшая русским стольких знатоков китайского и маньчжурского языков и заведовавшая, до учреждения дипломатической миссии (в 1861 г.), всеми русскими сношениями с китайцами. 27 августа 1689 г. заключен был первый договор России с Китаем в Нерчинске (воеводой Головиным), по которому весь Амур отошел к Китаю (граница шла от пункта слияния Шилки и Аргуни к устью реки Горбицы, а затем по этой реке и по Хинганскому хребту к Охотскому морю). В 1696 г. был отправлен первый казенный караван в Пекин. В 1719 г. отправлено посольство Измайлова в Пекин, но он вернулся без успеха, а оставленный им агент Ланге вскоре был удален оттуда по проискам иезуитов. В 1725 г. был отправлен чрезвычайным послом в Китай иллирийский граф Савва Владиславович Рагузинский, заключивший Буринский договор (1727), в следующем году измененный и ратифицированный под именем Кяхтинского (10-я статья этого договора, касательно пограничных споров и грабежей, была еще раз изменена в 1768 г.). Кяхтинским договором была определена русская граница с Монголией и открыты два пункта для торговли: в Нерчинске и Кяхте. Русские границы с Маньчжурией и в Уссурийском крае определены Айгунским (1858) и Пекинским (1860) договорами. Еще позднее определены русские границы с западным краем Китая, а именно Чугучакским (1864) и Петербургским (1881) договорами. Последний договор был вызван тем, что в 1871 г. генерал Колпаковский занял Кульджинский край, вследствие беспорядков, возбужденных там дунганским восстанием и отражавшихся на русском Семиречье. После усмирения дунганского восстания русское правительство изъявило согласие вернуть часть занятых земель (самую лучшую). Первое посольство, прибывшее из Китая в Россию, относится к 1712 г., когда чиновник военного министерства Тулишэнь прибыл к калмыцкому хану Аюки; затем были еще посольства в 1731 г. (поздравить Петра II со вступлением на престол) и в 1732 г. (с той же целью к Анне Иоанновне). К торговле, открытой в Кяхте, китайское правительство относилось всегда с большой подозрительностью и при всяком удобном случае закрывало ее на время. С еще большей подозрительностью и придирчивостью относилось оно к торговле других европейских государств. Так, еще в 1545 г. была разрушена португальская колония в Нин-бо-фу, причем было убито 2000 христиан; в 549 г. фу-цзяньский губернатор разрушил подобное же португальское учреждение в Чжэнь-чжоу. Значительно усилившиеся при императоре Кан-си, торговые сношения стали подвергаться большим стеснениям при его преемниках, и в 1757 г. европейцам было запрещено вести торговлю в Китае, кроме двух пунктов - Макао и Кантона; но и там они могли вести торговлю только через посредство особой торговой компании (Хан, Hang - откуда у русских появилось неправильное Хонг и Гонг), ответственной перед правительством. Такие стеснения вызывали сильный ропот со стороны европейских купцов, особенно после уничтожения монополии Ост-индской компании. Развилась большая контрабандная торговля, преимущественно опиумом, ввоз которого в Китай был запрещен императорскими декретами. На эту контрабандную торговлю смотрели сквозь пальцы и английские резиденты (с 1833 г. лорд Нэпир, смененный Робинсоном, а с 1836 г. - капитаном Эллиотом), и местные китайские чиновники, подкупаемые взятками. Центральное правительство в Пекине решило положить конец контрабанде: в марте 1839 г. был назначен генерал-губернатором в Кантон Линь-цзэ-сюй (у русских комиссар Линь), с обширными полномочиями. Вызвав к себе для переговоров резидента Ост-индской компании Дента и капитана Эллиота, он задержал их и потребовал выдачи всего опиума. Эллиот уступил: выданный опиум был сожжен, но выпущен весь груз чая, закупленный в этом году для Европы. Англия решила наказать Китай и послала с этой целью небольшой отряд (около 4000 человек), под начальством адмирала Эллиота. Китай, уповая на свою превосходство над европейцами, даже и не готовился к войне. Однако, несмотря на медленность и нерешительность действий англичан (за что Эллиот был сменен), исход войны был для Китая самый печальный. 26 февраля 1841 г. сэр Джон Гордон Бремер овладел устьем Кантонской реки, а в июле того же года занял архипелаг Чжу-сан и город Дин-хай-чжэнь (оставленный жителями). После неудачной попытки вести переговоры на севере (в устье реки Бай-хэ), действия англичан были перенесены опять на юг. Еще 25 мая 1841 г. были взяты штурмом высоты, господствовавшие над Кантоном, и город спасся от штурма только выкупом в 6 млн. долларов; потом, 27 августа, был занят город Амой, 29 сентября вторично занят город Дин-хай-чжэнь, 10 октября занят вход в устье реки Юн-цзян, 13-го взят город Нин-бо-фу (на этой реке, в провинции Чжэ-цзян). Затем последовали взятие Шан-хая и блокада Нанкина (Цзян-нин-фу). 29 августа 1842 г. подписан так называемый Нанкинский договор, ратифицированный 26 июня 1843 г. в Хон-коне. По этому договору были открыты для торговли 5 портов (кроме Кантона, еще Амой, Фу-чжоу-фу, Нин-бо-фу и Шан-хай) и остров Хон-кон (Гонг-Конг) уступлен Англии, получившей право учредить консульства в открытых портах и вознаграждение в 21 млн. долларов. За китайские потери в этой войне поплатился вызвавший ее Линь-цзэ-сюй, сосланный в Восточный Туркестан (впрочем, с поручением озаботиться развитием там земледелия). Позже он опять получил важные назначения и до конца жизни служил советником центрального правительства, сохраняя ненависть к европейцам, из которых он особенно считал опасной для Китая Россию. Выгодами Нанкинского договора захотели воспользоваться и другие государства, заключившие отдельные договоры с Китаем (прежде всего Соединенные Штаты и Франция, в 1844 г.). Все эти уступки усилили еще более нерасположение китайцев к европейцам. Враждебно настроен был по отношению к последним и император Сянь-фын, при котором началось преследование хр