Авик Валерий Анатольевич: другие произведения.

De malorum origine (О проблеме зла)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    В рамках традиционных толкований Библии, по мнению автора статьи, невозможно логически непротиворечиво совместить наличие зла в мире (при столь больших его масштабах) с декларируемыми свойствами Бога, не принося в жертву какие-либо из них. Автор предлагает, на его взгляд, логически возможную трактовку согласования предполагаемых характеристик Создателя с наблюдаемым Злом в реальном мире.


Валерий Авик

De malorum origine (О проблеме зла)

   Всё хорошо, прекрасная маркиза Дела идут и жизнь легка Ни одного печального сюрприза, За исключеньем пустяка.
  
   I. Осознание проблемы: существует ли зло в нашем мире ?
  
      -- Что об этом свидетельствуют философы, богословы и мыслители.
      -- В чем основное противоречие существующих попыток связи наличия зла с декларируемыми свойствами Бога?
   Каждый человек, рождаясь в этом мире, взрослея и развиваясь, с неизбежностью столкнется с наличием того или иного проявления зла. Взрослеющий молодой человек начинает задавать себе вопросы о том, почему в мире существует зло. Смышлёные молодые люди спрашивают окружающих их взрослых людей, ищут объяснения в пыльных томах библиотек, пытают вопросами интернет и, наконец, обращаются к внешне респектабельно-авторитетным представителям религии. И что-же они получают в ответ? Массу теорий, множество ссылок на авторитетные имена (которые так задорно, путаясь в логике, опровергают конкурентов и противоречат друг другу), много ссылок на недопустимость вообще задавать подобные вопросы (все, что нужно уже сообщено в Библии, все остальное, что ты хочешь узнать и прояснить, суть любопытство "от лукавого").
  
   Но, тем не менее, мир далеко не всегда кажется нам самым радостным местом для жизни. Каждый из нас - будь он сторонником христианства, или теистом, деистом, атеистом, мистиком или нигилистом - несет бремя страданий и сталкивается со злом. Отрицать реальность зла бесполезно, просто приписав его невежеству или иллюзиям. В реальной жизни радость и добро чаще, чем страдание и зло, являются иллюзией! Почти для всех людей существование зла не подлежит сомнению. Мало того ужасают масштабы зла в современном мире: чего стоят ужасы второй мировой войны и сталинских депортаций и, конечно, Holocaust - убийство миллионов евреев (народа, избранного самим Создателем!) нацистами. Людям легче сжиться, свыкнуться с единичными проявлениями зла ("Что тут поделаешь", "Бог дал - Бог взял", "Время лечит и позже не будет так больно от потери"), чем простить и забыть массовое зло, причиненное целым народам (для Латвии это несколько волн депортаций, с последующей гибелью тысяч невиновных). Особо нетерпимо в глазах людей то, что исполнители и вдохновители злодеяний не понесли никакого наказания (дожили до глубокой старости, получая все привилегии от правящего режима). И для жертв репрессий очень слабым утешением будут стандартные обкатанные и обтекаемые фразы о грядущем возмездии. Большие масштабы зла вызывают большое сомнение в справедливом устройстве нашего мира (недаром мысли о несправедливости Создателя возникали у евреев в годы концлагерей и газовых печей).
  
   Многие мыслители, начиная с древности, философы античных школ (Сократ, Платон, Аристотель, неоплатонизм, стоицизм), восточные религии (зороастризм, буддизм), христианство, западноевропейская и русская мысль 19 - 20 вв. - все они четко и недвусмысленно показали, и доказали наличие зла в мире. Подобные вопросы, по поводу присутствия зла в мире, задавали и ветхозаветный пророк Ездра, и псалмопевец Давид, видя временное (по утверждению благочестивых теологов того времени) благоденствие нечестивых, и праведный Иов, и пророк Иеремия. Автору, как европейцу, будет проще и убедительнее рассматривать проблему наличия зла в мире с позиций монотеистического понимания сотворения нашего мира.
  
   Время от времени автор встречает в своем микрорайоне еще совсем молодую семейную пару, которая в коляске везёт десятилетнего ребенка-инвалида (больного детским церебральным параличом). После таких встреч мне как-то трудно говорить о справедливости в этом мире - ибо несправедливость прямо вопиет: за что? Нас охватывает чувство сострадания и беспомощности, гнев на подобное устройство мира (на силы, создавшие столь жестокий мир) и желание изменить его для восстановления справедливости. Родители ребенка - интеллигентные приличные люди (не алкоголики, не бомжи), они физически здоровы - и за что им такое испытание? Если же и есть в чем-то вина родителей, то причем здесь несчастный ребенок? Почему церебральным параличом наказано невинное дитя, а не действительный виновник (если он в действительности существует)? Таких примеров зла в обычной нашей жизни (такой спокойной, на первый взгляд) каждый может привести не одно и не два. Многое о страданиях невинных детей могут рассказать врачи детской клинической больницы в Риге - и эти рассказы должны встревожить официальную благостность ортодоксов, должны наконец заставить их хоть немного задуматься: почему все это возможно в "лучшем из миров".
  
   Вот что пишет известный представитель русской христианской мысли конца 19 века протоирей Тимофей Буткевич в своем капитальном труде "Зло, его сущность и происхождение": "Как согласить еще и ныне существующее зло в мире с благими и мудрыми целями Божественного Промышления? Как примирить учение о божественной беспредельной любви, благости и милосердии с тем, что землетрясение, бывшее в Лиссабоне 1-го ноября 1775 г. истребило более 60.000 человек, землетрясение, бывшее в Сицилии в 1693 г. принесло смерть 50.000 человек, в Рио-Бамбе в 1797 г. от 30 до 40 тыс. человек, что не меньшее количество жертв потребовало также землетрясение, бывшее в Малой Азии и Сирии в 19 и 526 годах, а землетрясение, бывшее на Зондских островах в новейшее время причинило смерть 75.000 человек и в том числе весьма многим христианам!... Даже Гете в своей автобиографии рассказывает, что его детская вера в Промышление была сильно поколеблена бедствиями, произведенными лиссабонским землетрясением. А как соединить учение о любви Божией, напр., с тем обстоятельством, что почти половина наших детей умирает, не достигши зрелого возраста, многие прекращают свое существование до рождения, а целые сотни тысяч людей становятся жертвами кровопролитных войн и убийств, оставляя в сиротстве своих детей и без помощи своих престарелых родителей? [1, с.169-170]. Это слова не какого-то злопыхателя атеиста, а просвещенного священнослужителя.
  
   Почти все книги Библии говорят о зле, с которым сталкивается человек. А книга Ветхого Завета, книга Иова, почти полностью посвящена проблеме зла. Это одна из самых замечательных и в то же время трудных для экзегетики книг (автором, предположительно, был царь Соломон). Можно предположить, что Иов жил еще в домоисееву эпоху библейской истории, вероятно в конце её, так как в книге видны уже признаки высокого развития общественной жизни. Он был очень богат и знатен, имел многочисленное потомство (семь сыновей и трех дочерей), жил праведно и счастливо (чем не идеал для благочестивого иудея). И далее автор книги повествует о череде несчастных событий, свалившихся на праведного Иова, что не является чем-то исключительным - все мы, время от времени, испытываем удары судьбы.
  
   Но вот что вызывает неподдельное недоумение: в книге описывается почти дружеская беседа Бога с сатаной, в которой сатана предстает, как бы, так называемым чиновником для "деликатных поручений". Примечательно, что инициатором судьбоносного разговора был сам Яхве. Для личной беседы среди бесчисленной массы ангелов, архангелов и херувимов был выделен Сатана, что свидетельствует о его очень высоком статусе среди небесной иерархии.
  
   "И был день, когда пришли сыны Божии предстать пред Господа; между ними пришел и сатана.
   И сказал Господь сатане: откуда ты пришел? И отвечал сатана Господу и сказал: я ходил по земле и обошел ее.
   И сказал Господь сатане: обратил ли ты внимание твое на раба Моего Иова? ибо нет такого, как он, на земле: человек непорочный, справедливый, богобоязненный и удаляющийся от зла.
   И отвечал сатана Господу и сказал: разве даром богобоязнен Иов? Не Ты ли кругом оградил его и дом его и все, что у него? Дело рук его Ты благословил, и стада его распространяются по земле; но простри руку Твою и коснись всего, что у него, - благословит ли он Тебя?
   И сказал Господь сатане: вот, все, что у него, в руке твоей: только на него не простирай руки твоей. И отошел сатана от лица Господня" (Иов 1:6-12).
  
   Первое, что бросается в глаза - это договоренность Господа с сатаной, которому фактически выдается carte blanche для нанесения непоправимого урона человеку и его близким (фактически для решения внутренних, еще добиблейских, споров между Яхве и Люцифером). Результатом этих разборок между различными партиями небесной иерархии была гибель десяти детей Иова ("паны дерутся - у холопов чубы трещат", "лес рубят - щепки летят"), не считая такого "пустяка" как гибель тысяч верблюдов и другой живности, находящейся во владении Иова. Любого искреннего и чистого душой верующего должно коробить от подобной ситуации, если конечно это не твердокаменный ортодокс.
  
   Второе - это ограждение Иова от личной гибели (только на него не простирай руки твоей), которое является явным вычленением Иова в привелигированную часть общества. Что же на это могут сказать обычные люди, о которых не было такого высочайшего личного предуведомления сатане?
   В нашей обычной жизни встречаются аналогичные ситуации. Лет пятнадцать назад в рижской церкви "Новое поколение" был очень активный и горячий в вере лидер - помощник пастора Алексея Ледяева. Будучи по национальности кубинцем, он горячо работал на поприще евангелизации, привлекая в церковь Ледяева новых сторонников. Был он успешен и в бизнесе, но однажды в его работе начались хронические проблемы, приведшие к тому, что этот бизнес рухнул. Какова же была реакция, окружающих его лидеров и паствы церкви? Далее пожеланий усердно молиться и просить у Бога решения проблем дело не сдвинулось, ибо в библейской школе их учили, что с помощью поста и молитвы они смогут преодолевать силу сатаны, изгонять бесов и сдвигать горы, "...истинно говорю вам: если вы будете иметь веру с горчичное зерно и скажете горе сей: "перейди отсюда туда", и она перейдет; и ничего не будет невозможного для вас; сей же род изгоняется только молитвою и постом" (Матфея 17: 20,21). Постились и молились горячо, по графику вели круглосуточную молитвенную борьбу с происками "сатаны", замахнувшегося на финансовое положение одного из лидеров церкви. Но все было тщетно - никаких гор не передвинули ни в прямом, ни в переносном смысле.
  
   Сколько эмоций мы видели на служениях "Нового поколения", с каким энтузиазмом пастор, возлагая руки на головы страждущих, с ревом выгонял из них "бесов". Страждущие, на волне эйфории, охотно соглашались с тем, что из них были изгнаны "бесы". Это практиковалось и на собраниях домашних групп (ячеек), где лидеры церкви, в том числе и этот кубинец, изгоняли "сатану". Но после финансовых неудач, после неудачных опытов с постом и молитвой, после отсутствия реальной помощи от членов церкви, наш активный и горячий в вере лидер покончил свою жизнь самоубийством.
  
   Иов в конце концов, после длительных стенаний (с традиционным для иудеев посыпанием головы пеплом), после страстных и горестных диалогов с друзьями (которым было легко что-то советовать, самим не испытывая страданий, "сытый голодного не понимает", почти также, как в вышеописанном случае в церкви Ледяева) получает ответ от Господа. В котором Бог указывает на всю несоразмерность претензий человека и на величие Создателя Вселенной.
  
   "Препояшь ныне чресла твои, как муж: Я буду спрашивать тебя, и ты объясняй Мне: где был ты, когда Я полагал основания земли? Скажи, если знаешь.
   Препояшь, как муж, чресла твои: Я буду спрашивать тебя, а ты объясняй Мне.
   Ты хочешь ниспровергнуть суд Мой, обвинить Меня, чтобы оправдать себя?
   Такая ли у тебя мышца, как у Бога? И можешь ли возгреметь голосом, как Он?
   Укрась же себя величием и славою, облекись в блеск и великолепие; излей ярость гнева твоего, посмотри на все гордое и смири его; взгляни на всех высокомерных и унизь их, и сокруши нечестивых на местах их; зарой всех их в землю и лица их покрой тьмою.
   Тогда и Я признаю, что десница твоя может спасать тебя". (Иов 38: 3-7; 40: 2-9).
  
   Что-то подобное, в таком же стиле, мне было однажды сказано (взамен аргументации) в дружеском споре с моим давним оппонентом, ныне доктором психологии (правда, после долгого общения за обильно накрытым столом): "Ну, и хто (имелось в виду "кто") ты такой, чтобы спорить со мной?". Но несоизмеримая разница в положении Бога и человека не отменяет требования равной справедливости для всех.
  
   В нашей жизни ежедневно мы слышим о человеческих бедах и несчастьях: лично для меня мощным толчком для пристального внимания к проблеме зла послужила гибель парома "Эстония" с сотнями жертв в Балтийском море. Географически близкая трагедия заставила по-новому взглянуть на современный мир с его войнами, нищетой, болезнями, преступлениями, страданиями и смертью. Уже упомянутый протоирей Тимофей Буткевич констатирует: "Итак, все недоумения, возникающие при усвоении учения Божественного Откровения о происхождении и существовании зла в мире, за исключением пустых и искусственных, сводятся, как мы видели, к вопросу о том, как примирить появление и существование зла в мире со свойствами Божества - всеведением, премудростью, благостью, всемогуществом и справедливостью? ... На этой почве мы встречаемся с длинным рядом труднейших и не вполне разрешимых для человеческого разума вопросов. И люди легкомысленные, не желающие руководствоваться в решении этих вопросов голосом божественного Откровения или святоотеческими изъяснениями, приходят к заключению: если Бог всеведущ и всемогущ, то Он - единственный виновник зла, господствующего в мире, а следовательно, и не благ; если же виновником зла должен быть признан человек, то Бог - не всемогущ и не всеведущ в абсолютном смысле; существование зла опровергает-де учение Божественного Откровения о Боге как Промыслителе мира" [1, с.165,171-172].
  
   Богослов и историк церкви Филарет (в миру Дмитрий Гумилевский) в своем труде "Православное догматическое богословие" не без основания утверждает, что "свобода нравственных созданий и зло мира нередко наводят сомнение относительно верховного Промыслителя" [2, с.244]. Итак, все возникающие вопросы к христианской теологической концепции о происхождении и существовании зла в мире сводятся, в конечном счете, к вопросу о том, как примирить появление и существование зла в мире с предполагаемыми свойствами Божества?
  
   Попытки логически, непротиворечиво связать свойства Бога с наличием мирового зла являются почти неразрешимой задачей. Кажется, что существует внутреннее логическое противоречие в одновременном принятии следующих четырех посылок:
      -- Бог существует.
      -- Бог всеблагой.
      -- Бог всемогущ и всеведущ.
      -- 3ло существует.
   Принимая любые три из них, нам, по всей видимости следует отбросить четвертую. Несметное количество авторов решали задачу теодицеи (оправдание благого управления Вселенной Божеством, несмотря на наличие зла в мире), но убедительного для всех результата достичь не смогли. Скорее всего, ошибкой авторов в решении этой проблемы были их философско-религиозные "шоры". Они в своих рассуждениях исходили из наличия предположительно правильного ответа - Бог (каким Он нам представляется) всегда прав, и старались, путем словесной эквилибристики и жонглирования цитатами, путем создания новых неясных и псевдо-глубокомысленных терминов (по существу лишь затуманивающих существо вопроса) подогнать решение проблемы к этому ответу. Это подход нерадивого школьника - подсматривать ответ в конце учебника для создания впечатления решенной задачи.
  
   Из этих посылок следуют четыре логических вывода:
      -- Если Бог существует (по теологическим предположениям Он желает всеобщего добра (всеблагой). Этот Бог, без сомнения, должен быть всемогущим, чтобы достичь всего, чего желает), то зла не должно быть.
      -- Если Бог существует и желает миру добра, но зло существует, то Бог не достигает желаемого. Значит, Он не всемогущ.
      -- Если Бог существует и всемогущ, а зло также существует, то Бог желает существования зла или зло - это неотъемлемая часть сотворенного мира, без которой тот не может существовать. В таком случае Бог не может называться всеблагим.
      -- Если мы под Богом подразумеваем творческую личность, всемогущую и всеблагую, но, тем не менее, зло в мире существует, то такого Бога не существует.
  
   Возможны несколько решений, так логически сформулированной, проблемы теодицеи.
      -- Ответ атеизма - отрицание посылки "Бог существует". Таким подходом автоматически отметаются также посылки 2 и 3. Остается лишь голая констатация факта существования зла в мире, ничего не говорящая о его природе.
      -- Ответ пантеизма - отрицание посылки "Бог всеблагой". Для пантеиста зло необходимая составляющая в взаимодействии Бога и созданного им мира, своего рода инструмент для эволюции мира. Шопенгауер называет пантеизм "вежливой формой атеизма". Пантеист верит в Бога, тождественного природе и миру в целом.
      -- Ответ современного деизма - отрицание посылки "Бог всемогущ и всеведущ". Они понимают Бога, как Творца универсума со всем необходимым для существования мира. И после акта творения Бог принципиально не вмешивается в ход развития сотворенного мира. Все несовершенства мира - суть необходимы для его саморазвития.
      -- Ответ современного идеализма - отрицание посылки "Зло существует". Одним из известнейших западноевропейских философов-идеалистов является Фридрих Шеллинг. Он трактовал зло, как умаление добра (всеблагой Бог сотворил абсолютно все и, следовательно, то, что мы полагаем злом есть лишь неполное добро (любое зло, в конечном счете, по мнению идеалистов, ведет к чему-то доброму)).
      -- Ответ теизма (ортодоксальное христианство, иудаизм, ислам) - признают все четыре посылки как истинные без логических противоречий между ними. Это возможно лишь в том случае, если для решения проблемы используются неоднозначные или нечетко определенные термины. Теисты верят в единого Бога - в высшее Бытие, личное и моральное, Творца, ответственного за свое творение.
   Выводы из вышеизложенного по проблеме наличия зла и
   противоречий со свойствами Бога:
   1) Мыслители почти всех времен и народов констатируют наличие всемирного зла. Об этом свидетельствует и окружающая нас жизнь.
   2) Декларируемые свойства Бога находятся в логическом противоречии (возможно принципиально непреодолимом) с фактом наличием зла в сотворенном Создателем мире.
  
   II. Тупики теодицеи - Поиски решения
  
   1. Является ли присутствие зла в мире жизненно необходимым
   условием для самого существования жизни на планете?
   2. Определение понятия зла и необходимость теодицеи.
   3. Общие возражения против библейского учения о происхождении зла в мире.
   4. Противоречия библейского учения о происхождении зла со всеведением Божьим. Мнения богословов индетерминистов и детерминистов.
   5. Противоречия библейского учения о происхождении зла со свойством справедливости Божьей.
   6. Противоречия библейского учения о происхождении зла с Божественным Промыслом.
  
   1. Является ли присутствие зла в мире жизненно необходимым условием
   для самого существования жизни на планете?
  
   Представим себе некую идеалистическую картинку теплого летнего утра: ярко светит солнце, играет под легким дуновением ветерка шелковистая зелень травы, островками желтого проглядывают задорные одуванчики, весело чирикают птички, приветствуя долгожданную весну. Вот на степной тропинке появилась маленькая трясогузка. Она озабоченно бежит, тряся своим длинным хвостиком - наверно проголодалась. Но, к счастью, весной еды достаточно - мгновение и она уже проглотила небольшого жучка. Трясогузка счастлива: она хорошо позавтракала. Но для съеденного жучка - это событие является необратимым ЗЛОМ.
  
   Беззаботная трясогузка весело побежала дальше, строя дальнейшие планы на сегодняшний день. Настало время создавать семейную пару и ожидать появление долгожданных птенцов. Обилие планов отвлекло её внимание, и она не заметила парящего в небе ястреба, который тоже желает позавтракать. Так устроена земная жизнь - все, время от времени, желают кушать. Мгновенное пике ястреба и трясогузка уже в его цепких когтях. Ястреб счастлив: он и его птенцы сегодня утром не останутся голодными. Но для беззаботной трясогузки этот день стал днем необратимого ЗЛА. Позавтракав ястреб снова вылетел на охоту в поисках новой жертвы, ведь впереди еще длинный день, а птенцы требуют новой порции еды.
  
   В это же воскресное утро отставной полковник, старик Петрович, собрал свои охотничьи снасти и выехал на природу, чтобы отдохнуть и развлечься охотой. Хорошая пенсия от министерства обороны позволяла ему не заботится о хлебе насущном: в это утро Петрович очень хорошо перекусил и выпил рюмочку первача для поднятия настроения. Но для полноты восприятия всех радостей жизни ему не хватало остроты ощущений. Опыт армейской службы говорил: охота - это великолепное средство для поднятия настроения. Вот Петрович заметил в небе одиноко летящего ястреба: выстрел и ястреб камнем упал к его ногам. Петрович счастлив - он все еще великолепный охотник. Но для ястреба и для его четырех птенцов этот день стал днем необратимого ЗЛА.
  
   В тот же чудесный день, отведав вкусного жаркого из ястреба, Петрович прилег отдохнуть на террасе своей дачи. Он совершенно не подозревал того, что жучок, съеденный трясогузкой (которую в свою очередь сожрал ястреб), являлся переносчиком смертельного вируса, который, как вы уже догадались, тоже хотел есть. И он стал питаться тем, что ему подвернулось под руку (извините за тривиальное выражение) - то есть телом Петровича. Через месяц Петровича провожали в последний путь безутешная вдова и его дети, обремененные большими семьями. Православный батюшка после отпевания полковника, который еще при жизни характеризовал себя в качестве православного коммуниста, утешал родственников покойного словами: "Бог дал - Бог и взял. Видно на это была Господня воля". Счастливый день охоты Петровича стал для него и его вдовы стартовой точкой процесса, приведшему к необратимому ЗЛУ для самого Петровича, так для его вдовы, потерявшей материальную поддержку в виде полковничьей пенсии мужа, так и для вредоносного вируса, потерявшего источник пропитания.
  
   Какой же вывод можно сделать из подобных идеалистических (а скорее всего очень реальных) историй, которые (учитывая количество живых существ, одновременно обитающих на планете), каждую минуту миллиарды раз повторяются без остановки? Только один: видимая идиллия и благостность бытия, по сути, являются неким спасительным для нашей психики самообманом. На деле же для осуществления самого процесса жизни необходим непрестанный прилив энергии, главным образом через питание, который, к сожалению, неразрывно связан с принципиально неизбежным умерщвлением других живых существ - то есть с причинением им необратимого ЗЛА.
   Примечательно, как реагируют на подобные примеры из реальной жизни "ортодоксы" из моих знакомых воцерквленных прихожан, претендующих на знание особых теологических тонкостей. Один из них, желая нивелировать неприятное впечатление от реалий жизни, сказал: "Животные никоим образом не творят ЗЛО - они просто кушают". В этом я вполне согласен с оппонентом, действительно те животные, которые КУШАЮТ не творят осознанно ЗЛА. Но как к подобному положению дел надо относиться тем животным КОТОРЫХ КУШАЮТ? Для них положение жертвы есть окончательное ЗЛО. То есть, как не пытайся вывернуться из неприглядной драматической ситуации, факта ЗЛА все равно не удастся избежать.
  
   Жизнь и её воспроизводство основаны на безостановочном процессе взаимного истребления одних представителей живого другими, просто в силу поддержания своих жизненных сил. И этот процесс доказывает принципиальную неизбежность определенной дозы ЗЛА, которая заложена в фундаментальные основы нашего мира.
  
   Даже этот небольшой экскурс в реально существующую систему поддержания жизни живыми существами показывает небезосновательность теологических предположений пантеизма и деизма. Но проблема ЗЛА всё же намного шире, ведь кроме подобной разновидности функционально-необходимого ЗЛА для поддержания способности физически существовать живым существам, существуют другие виды ЗЛА, которые не связаны с борьбой за физическое выживание конкретного представителя жизни. И эти виды зла преимущественно характерны для представителей гордого племени Homo Sapiens, которое умудрилось облечь выгодное для себя ЗЛО ореолом мифов и догматов. Приходится удивляться как философы и теологи пытаются совместить пагубную склонность Homo Sapiens к изощренном формам ЗЛА с образом идеального Творца Мироздания, которому они присвоили все те качества, которых не хватает им самим. Об этом речь пойдет далее в статье.
  
   2. Определение понятия зла и необходимость теодицеи.
   Давайте разберемся в предлагаемых решениях проблемы зла, которые предлагают богословско-философские доктрины, имеющие целью согласовать идею благого Божьего промысла о мире с реальным присутствием зла. Эти доктрины получили общее название "теодицея" [4]. Термин ввел христианский ученый Г.В. Лейбниц в 1710 г. Сама проблема теодицеи ставилась и ранее, например, Мальбраншем и даже в древности - Эпикуром. Суть проблемы теодицеи (в переводе "Бог - справедливость" или "оправдание Бога") состоит в следующем: как совместить наличие в мире зла с представлением о том, что мир не только сотворен, но и направляется всемогущим и всеблагим Богом? Большинство христианских теологов всеми силами скорее стараются уклониться от этого спорного вопроса, чем по-настоящему разрешить дилемму. Об этих весьма неплодотворных попытках пишет и современный русский философ Виктор Аксючиц: "И, наконец, одно из главных несоответствий, которое изначально сковало христианскую мысль, создало множество неразрешимых вопросов. В рамках традиционного толкования невозможно решить по-христиански проблему происхождения зла. Это, с одной стороны, формировало традицию обвинения Бога во зле, логическим итогом чего явился атеизм (логика этого рода описана, например, Ф.М. Достоевским в рассуждениях Ивана Карамазова о слезинке ребенка). С другой стороны, попытки оправдать Бога породили множество казуистических систем теодицеи - богооправдания...
   Все известные теодицеи сводятся к трем вариантам:
      -- Источник зла видится в глубине самого Божества (бездна в Боге (Ungrund) у Беме, безосновная основа, бездна Божества, по Шеллингу, оказывающаяся чем-то неразумным и темным, эта бессознательная воля является источником раздвоения Абсолюта). Но после этого никакая казуистическая апология не способна превратить Бога, порождающего зло, в Бога добра.
      -- Причина зла укореняется вне Бога, в некоем независимом от Творца начале (неисследимая бездна, меон, по Бердяеву, "первичнее Бога и вне Бога", - источник свободы и зла). И это, в конечном итоге, превращает Бога в не-бога, ибо умаляет основные божественные свойства.
      -- Зло сводится к недостатку в бытии, по сути к иллюзии, фикции (как в теодицее Лейбница). Но это есть форма отсрочки или отказа решать проблему, по существу" [5, с.57-59].
  
   Для обсуждения проблемы зла желательно иметь определение этого понятия. Философы дали множество таких определений, но для наглядности разберем реальную ситуацию, когда одно и то же событие может быть, или не быть злом:
      -- высоко в горах естественным образом сходит лавина (ситуация нейтральна),
      -- аналогичная лавина естественным образом сходит, но внизу находятся люди, которые погибают (пример природного зла),
      -- в горах находятся люди, которые гибнут от схода лавины, вызванной случайным вмешательством человека (пример взаимосвязи морального и физического зла),
      -- в горах находятся люди, которые гибнут от схода лавины, вызванной специально для этой цели намеренным вмешательством человека (пример морального зла).
  
   Исходя из этого примера можно определить зло как любое действие (природное или действие человека (намеренное или случайное)), приводящее к ущербу (физическому или моральному) для живых существ. Сформулируем ещё короче - все, что направлено на поддержания Жизни (в полном смысле этого слова) - является добром; все, что направлено против Жизни - является злом.
  
   В данной формулировке зла следует иметь ввиду, что она верна с точки зрения заинтересованной стороны, т.е. живых существ.
   Для более тщательного изучения проблем наличия зла в мире, мы подробно рассмотрим взгляды четырех известных представителей богословия. Одним из них является известный русский богослов конца 19 века протоиерей Тимофей Буткевич (публицист, профессор Харьковского университета, член Государственного Совета), написавший фундаментальный труд в двух томах "Зло, его сущность и происхождение". Двое других являются крупными представителями западноевропейской богословской мысли 20 века. Первый - это известнейший британский физик-теоретик сэр Джон Полкинхорн, ставший впоследствии, известным всему миру богословом. Он внес значительный вклад для разрешения данной проблемы в современном богословии. Мы будем разбирать его капитальный труд, переведенный на русский язык, "Наука и богословие. Введение". Второй - это почетный профессор Оксфордского университета Ричард Суинберн, который является ярким представителем современного ортодоксального философско-богословского мышления. Для понимания его подхода к вопросу оправдания Бога будем рассматривать его книгу "Есть ли Бог?". Четвертым автором в нашем анализе будет современный российский философ, публицист, религиозный и политический деятель Виктор Аксючиц, написавший основательное исследование "Под сенью креста".
  
   Зависимость классификации зла от теологических предпочтений богословов.
  
      -- Природное зло.
   Анализируя проявления зла, почти все философы и богословы сходятся в том, что зло можно подразделить на две категории. Первой из них является физическое (природное) зло (болезни и бедствия, землетрясения, пожары, наводнения, пандемии). По мнению Джона Полкинхорна физическое зло "делает жизнь тягостной и полной опасностей. И хотя действие физического зла может быть усилено человеческим безрассудством (как это происходит, например, когда школы и больницы строятся на сейсмоопасных участках из-за дешевизны земли), большая часть ответственности за его существование, как кажется, лежит на Создателе" [7, с.103]. В свою очередь Ричард Суинберн утверждает, что природное зло - это следствие действия естественных законов, приводящих к злу или предоставляющих людям знание, которое они сами могут использовать для создания зла. По его мнению, наблюдая за действием естественных процессов, приводящих к болезням, люди имеют возможность либо использовать эти процессы для передачи болезни другим людям; либо, проявив небрежность, допустить заражение других ею; либо принять меры для предотвращения заражения людей этой болезнью (то есть мы имеем возможность выбора между благим действием или злым).
  
   Уже на данном этапе по определению того, что подпадает по категорию "природного зла" мы видим расхождения во мнениях двух современных теологов примерно одного возраста и принадлежащих к западной культуре. В отличие от взвешенного строго научного подхода Полкинхорна, приводящего к пониманию ответственности Создателя за природное зло (как автора существующих во Вселенной законов природы), Суинберн, как истинный представитель ортодоксального крыла теологии, всеми силами пытается сместить вину за наличие природного зла на людей. В сетовании на то, что люди могут воспользоваться знаниями о законах природы в неблаговидных целях, видны отголоски древнего библейского текста о грехе первых людей, сорвавших плод с древа познания Добра и Зла. Суинберн в свое определение природного зла вводит человеческий фактор, который характерен для категории морального зла. В этом виден отзвук древней философской максимы, ярко выраженной в конфуцианстве: "Император всегда прав. Даже если он и не прав, то он все равно прав".
  
      -- Моральное зло: весьма неуклюжие попытки теологов совместить его с основополагающими максимами вероучения путем более охотного обращения к авторитетам древности, чем к изучению логики генезиса зла.
   Вторая разновидность зла - это моральное зло (зло, возникшее в результате намеренных действий людей или небрежного бездействия, сознательный выбор злого самими людьми). Ответственность за моральное зло, в первую очередь, лежит на тех, кто этот выбор совершает. Если у людей существует действительная (не иллюзорная) свобода выбора своих действий, то перекладывать груз последствий своих ошибок на Создателя весьма неблагодарное дело. Поэтому Джон Полкинхорн отмечает: "Можно спросить, почему Бог не остановил Холокост, но нужно понимать, что он был прямым следствием решения дурных людей и одобрения этого решения политической системой, полностью подчиненной воле государства" [7, с.103].
  
   Виктор Аксючиц справедливо отмечает неумение христиан видеть специфические для эпохи проблемы и нежелание давать религиозный ответ на вызовы времени, которые, оставаясь за стенами Церкви, порождали внехристианский образ мысли. "Пытливая, но духовно несориентированная мысль, натыкаясь на религиозный запрет или непонимание, двигалась нерелигиозными путями, оказывалась в оппозиции историческому христианству и создавала очаги безблагодатной культуры, обмирщалась в худшем смысле. В этом и есть внутренний грех христианской традиции, призванной быть открытой, универсальной, вселенской. Христианство учит терпимому отношению к иным вероисповеданиям. Но приходится признать, что другие религии нередко более последовательны в воплощении собственных принципов, нежели историческое христианство. Христиане вели священные войны с иноверцами, как требует Ислам, ограждались стенами Закона, как предписывает Тора, а ныне легко впадают в буддийское равнодушие" [5, с.28-29].
  
   Георгий Флоровский, известный богослов российского зарубежья, также справедливо отмечал: "Наступает время, и уже наступило, когда богословское молчание, или замешательство, сбивчивость или нечленораздельность в свидетельстве становится равнозначным измене и бегству от врага. Молчанием соблазнить можно не меньше, чем торопливым и нечетким ответом" [8]. В церковном сознании (особенно в России) господствует унаследованный из глубины веков консервативный и охранительный подход к святоотеческому преданию, заимствованный от Византии буквалистски-догматический подход к наследию святых отцов и учителей Церкви. Александр Шмеман (священнослужитель Православной церкви в США, протопресвитер) писал: "В истории Византии наступил момент, когда и государство, и Церковь учли опыт прошлого, когда это прошлое - из вчерашнего своего превратилось в древность, освятилось этой древностью, психологически выросло в некий вечный идеал, который уже не столько вдохновляет на будущее творчество, сколько требует постоянного возвращения к себе, подчинения сегодняшнего себе. С молчаливого согласия Церкви и государства поставлена была некая психологическая точка, подведен итог. И всякое новое касание богословских тем, всякую постановку новых вопросов нужно теперь уж свести к этому прошлому. Святоотеческое предание, подтвержденность, хотя бы внешняя, авторитетом Св. Отиов, в виде ссылок и цитат, иногда даже вырванных из их общей связи, становится как бы гарантией благонадежности!" [9].
  
   То есть во главу угла теологических исследований ставится не поиск более или менее достоверного объяснения коллапсов логики при сопоставлении теоретических представлений о качествах и практике Создателя с наблюдаемым результатом в реальном мире, а демонстрация своей благонадежности высшему церковному священству. Подобные книги и статьи современных ортодоксальных теологов, посвященные оправданию Бога от обвинений в нежелании или неумении ограничить распространение зла, при недобросовестном и алогичном исследовании этих проблем, чаще всего прибегают к заградительному огню из ссылок на Св. Отцов и к жонглированию многочисленными цитатами.
  
   Но реальная история богословия всегда складывалась в острейших духовных борениях. Виктор Аксючиц указывает: "Отцы и Учители Церкви нередко ошибались, возвращались к истине и вновь отпадали от нее. Некоторые, уже став христианами, с одной стороны закладывали основы христианского богословия, с другой же - оставались вне Церкви. Тертуллиан во многом предвосхитил богословские формулы последующего времени, в Западной Церкви он считается величайшим из Отцов, но к христианству он пришел в зрелом возрасте, после чего стал монтанистом и выступал против Церкви" [5, с.31]. Но вне зависимости от их исторических судеб (по словам Сергея Булгакова), когда одни прославлялись, как учители Церкви, другие анафемствовались, как еретики - но одно остается бесспорным, что все творили одно общее дело, создавая богословие эпохи, и при этом влияли до такой степени один на другого, что невозможно понять ни богословских учений, ни соборных определений вне этого единства и взаимной связи.
  
      -- Масштабы морального зла в современном мире настоятельно требуют четкого логического ответа по согласованию реалий с догматическими максимами религии.
  
   В современную эпоху люди столкнулись с невиданными формами зла, неведомыми в святоотеческие времена. Человечество прошло через опыт предапокалиптических катастроф, выявляющих новые проблемы, ранее не осязаемые. По словам Николая Бердяева, в современном мире столкнулись две противоположные тенденции. С одной стороны, "человек стал более сострадателен, чем был прежде, он не выносит уже жестокости былых времен, он по-новому жалостлив ко всякой твари, не только к людям, к самому последнему из людей, но и к животным, и ко всему живущему. Стало нестерпимо нравственное сознание, отрицающее это новое сострадание и жалость", а с другой стороны "наряду с этим действуют в современном человеке и другие инстинкты, инстинкты рабства и жестокости" [10]. Но, тем не менее, несмотря на столь диаметральные противоречия нравственности современных людей, неизменной доминантой для людей все ещё остается стремление к свободе и состраданию.
  
   По мнению Буткевича (характерный подход для теологии 19 века), простые люди (не философы, не богословы) должны бы только со смирением преклониться перед всесовершенной премудростью и благостью Господа и отказаться от дерзновения подвергать своему исследованию непостижимые судьбы Божественного Промысла, так как Бог есть существо непостижимое для ограниченного человеческого разума: "Мои мысли не ваши мысли, ни ваши пути -- пути Мои, говорит Господь. Но как небо выше земли, так пути Мои выше путей ваших, и мысли Мои выше мыслей ваших". Это место из Ветхого завета лишь показывает кардинальные различия между масштабом первопричины, создавшей существующий мир и человеком, по сути песчинки во Вселенной. Но этот грандиозный разрыв не всегда будет оставаться столь непреодолимым, ведь Создатель человеку предоставил творческий разум (ведь он создан по образу и подобию Бога). Ничто не мешает человеку изучать окружающий мир, о чем свидетельствуют нам достижения современной квантовой физики и космологии - стоящим на пороге создания всеобъемлющей теории Всего (Theory of everything), описывающей все известные фундаментальные взаимодействия. Человек, конечно же, не будет в состоянии проследить судьбу каждой элементарной частицы (да это и не нужно), но понять законы, логику и взаимосвязь существования Вселенной вполне в его силах.
  
   Но тем не менее в современном мире, с его лавиной всевозможной информации (правильной, неправильной, массовым увлечением мистикой, причудливым взаимосплетением в массовом сознании язычества и христианства) должны быть даны теологические четкие ответы на вопрос о причинах существования зла или о причинах его возникновения. Отсутствие таких ответов наносит невосполнимый ущерб морально-этическому миропониманию массам людей и христианской церкви. Поэтому логически непротиворечивая теория одновременного существования зла в мире наряду с декларированными свойствами Создателя (теодицея) настоятельна необходима. В противном случае массовое сознание общества будет разъедаться эрозией анархического скептицизма или массового увлечения мистикой, подмывая заложенные в фундамент современной цивилизации иудео-христианские ценности.
  
   Аналогичные высказывания мы видим и у профессора Ричарда Суинберна. В своем труде "Есть ли Бог?" он констатирует: "Мир, таким образом, содержит много зла. Всемогущий Бог мог бы воспрепятствовать этому злу. Разумеется, совершенно благой и всемогущий Бог так и поступил бы. Так почему же есть это зло? Не является ли его существование сильным свидетельством против существования Бога?" [11,с.85]. Примечательно высказывание Суинберна о том, что "всякая попытка создать теодицею указывает на аморальный подход к страданию... и, более того, проявлением полной нечувствительности к человеческому страданию... Если у теиста нет удовлетворительного ответа, то его веру в Бога нельзя считать в полной мере разумной, а у атеиста нет основания разделять эту веру" [11, с.85-86].
  
   Выводы из вышеизложенного по определению понятия зла и необходимости теодицеи:
  
   1) Понятие зла самым тесным образом связано с наличием жизни на Земле. Любые катастрофы, даже космического масштаба, без присутствия живых существ не являются злом, но лишь естественными процессами.
   2) Логические противоречия между свойствами Бога и наличием зла необходимо решать в дискуссиях и обсуждениях. Убегание от проблем аморально и является сдачей позиций атеистическому мировоззрению.
  
   3. Общие возражения против библейского учения о происхождении зла в мире.
   Вопиющий контраст между декларированными свойствами Бога и реально существующим в реальном мире злом - все это заставляет современных богословов искать решения этой сложнейшей проблемы. Если в мире существует непреодолимая конфронтация между этими двумя обстоятельствами, то в одном из них (или в обоих сразу) заключено некоторое логическое недоразумение. Либо свойства и стратегия Божества теологами сформулированы не совсем правильно, либо зло является неотделимой характеристикой реального мира, либо правы современные, экстремальные во взглядах на генезис мироздания, представители научного мира типа Стивена Хокинга и Ричарда Докинза утверждающие, что для возникновения Вселенной со всеми населяющими её представителями живого мира не было необходимости в наличии какого-либо Бога.
  
   Общая тенденция недоумения по поводу данной проблемы у западноевропейских теологов.
  
   Сэр Джон Полкинхорн называет свой взгляд на мир критическим реализмом и твердо убежден в том, что существует единый мир, различные аспекты которого рассматривают религия и наука. "Плоское утверждение о существовании мира", которое делают атеисты, является "совершенно недоказуемым взглядом на реальность" говорит он, утверждая, что "теизм объясняет гораздо больше, чем редукционистский атеизм даже может принять в рассмотрение" [6]. Он обоснованно считает, что теизм предлагает более убедительное рассмотрение этических и эстетических вопросов, нежели атеизм. Однако и он рассматривает проблему зла как наиболее серьезное интеллектуальное возражение против существования Бога. В книге "Наука и богословие. Введение" Полкинхорн пишет: "Если Бог на самом деле действует в мире, неизбежно возникает вопрос: а почему эта деятельность недостаточно эффективна и всестороння? Ведь в мире столько зла и страданий, что это, казалось бы, взывает к божественному вмешательству" [7, с. 103].
  
   Подобные взгляды были характерны и в конце 19 века. Например, Буткевич в своем труде приводит авторитетное мнение современных ему немецких богословов Мартенса и Меринга: "если Бог всеведущ и от века неложно с аподиктическою точностью предвидел все, что должно было случиться, то свобода человеческой воли есть пустое слово и все в мире предустановлено Богом от века, все, а, следовательно, и грехопадение прародителей, произошло по необходимости, - то виновником зла является Бог" [1, с. 166]. Как мы рассмотрим далее, в этом мнении есть вполне разумное и рациональное зерно. Эти богословы, решая подобные логические противоречия, неизбежно приходили к прямому утверждению, о том "что учение о Божественном всеведении несоединимо с признанием человеческой свободы: если Бог всеведущ, то человек не свободен в своих действиях; если же свободен человек, то Бог не может быть независимым, а, следовательно, и свободным; если есть всеведение, то нет будто бы свободы ни у Бога, ни у человека... Если Бог от вечности предвидел, что человек не устоит в добре, падет и вместе с собою низринет в погибель и бедствие всю тварь, то зачем же Он создал его? Не соответственнее ли было благости всеведущего Бога вовсе не давать людям жизни, чем дать ее им для скорбей, болезни, труда и смерти?" [1, с. 167]. Кажется, что перед богословами существует логический тупик, не имеющий убедительного для всех решения.
   Во взглядах западноевропейской богословской мысли 19 - 20 веков мы видим удивительную схожесть в оценке наличия зла в мире, недоумение по поводу невмешательства Бога в дела мира и понимание, что масштабы зла в мире могут приводить и приводят к возражениям против существования Бога.
  
   Честное признание масштаба зла российским теологом конца XIX столетия Т.Буткевичем.
  
   Восточные христианские богословы, и российские в частности, придерживаются несколько другого похода к оценке данной проблемы, что мы можем наблюдать на примере известного русского богослова конца 19 века протоиерея Тимофея Буткевича. По его мнению, учению Божественного Откровения о господствующем в мире зле чужды всякие противоречия, взаимно исключающие друг друга. Хотя и он ясно понимает наличие зла в мире (см. высказывание протоиерея в первом разделе). Хотя он и его современники, желая разобраться в вопросе об ответственности Бога в появлении и существовании зла в мире, неизменно натыкались на непреодолимость логических противоречий.
  
   Буткевич (надо отдать должное очень смелому и честному подходу священнослужителя) приводит длинный список вопросов своих современников (фактически обвинений Богу). Эту цитату приводим полностью, несмотря на её длину, так как даже сегодня мало кто осмелиться публично высказаться подобным образом: "Зачем, спрашивают они Бог вводил человека в испытание, если Он, как всеведущий, от века предвидел, что человек не устоит в нем? И какую цель могло иметь это испытание, когда Испытующий наперед несомненно знал его гибельный конец? Если Бог знал, что дарованная человеку свобода послужит только к падению его, зачем Он нас создал свободными? Если он всеведущ, благ и всемогущ, отчего Он не создал нас неспособными к греху, так чтобы нам нельзя было согрешить, если бы мы даже и хотели того? Зачем Он вложил в нашу свободу возможность зла? Разве Он не мог создать ее без этой гибельной возможности? Если Бог благ, всеведущ и всемогущ, зачем Он дозволил Диаволу явиться в самый рай для искушения невинных прародителей? Зачем была дана самая заповедь, нарушение которой повлекло за собой столь тяжкие последствие для всего рода человеческого? Зачем это древо познания посреди рая? Не все ли было как бы нарочито устроено для погибели человека? Неужели мы назовем мудрым и добрым того отца. который бы намеренно ввел своего сына в искусителъное и опасное положение, в котором несчастный и погиб, а он после стал бы уверять, что вовсе не погубил своего сына, потому что он только попустил зло, но не хотел его, не содействовал ему? (выделено автором статьи). По учению Божественного Откровения Бог справедлив, благ и многомилостив. Но соответствует ли, спрашивают, в истории грехопадения наших прародителей наказание вине? Можно ли допустить, чтобы всеблагой и праведный Господь за единичный факт непослушания прародителей на целые тысячелетия обрек все их потомство, весь человеческий род на страдания, скорби, болезни и смерть? Кто может поверить, чтобы Бог, требующий от нас любви, всепрощения, благотворительности и самопожертвования даже по отношению к обижающим и ненавидящим нас, Сам, со Своей стороны, так чрезмерно гневался и так жестоко наказал не только самих нарушителей Его заповеди, но даже их детей и потомков, лично не могших принимать никакого участия в том непослушании? Можно ли допустить, чтобы Бог, Отец всех людей, Сам меньше оказывал Своим детям прощения и милости, чем сколько Он требует от них в отношении друг к другу? Можно ли проклятие назвать действием достойным Бога? Если Бог благ и всемогущ, отчего Он просто не простил несчастных прародителей за их первый грех? Почему он не уничтожил зла в самом его зародыше, а допустил ему разлиться по всему миру? Как возможно, чтобы Диавол, творение и существо ничтожное перед Богом, мог стать во вражду со своим Творцом и вместе с собой увлечь человека и весь мир в бездну нестроения и зла? Чем виновна тварь, невольное орудие казней, подчиненная под иго тяжкой работы тлению? За что же страдает она, нисколько неповинная в грехе человека?" [1, с. 168-169]. Смелые заявления, учитывая реалии религиозной жизни конца 19 столетия в России. На все эти резонные вопросы необходимо наконец дать четкие ответы.
  
   Логические тупики богословского представления о происхождении зла.
  
   Каково же библейское учение о происхождении зла? Почему до настоящего времени общими усилиями теологов, в течении многих веков, не удалось создать убедительное объяснение существованию зла в русле представлений о качествах Создателя? Возможно древние тексты Пятикнижия являются недостаточно полными, местами фрагментарными просто по причине своей древности. До момента фиксирования древних текстов в письменном виде, они присутствовали в виде эпических источников Йахвист и Элогист, к которым были добавлены книга Второзаконие и Жреческий Кодекс. Основополагающие сведения, касающиеся проблемы появления зла в мире, излагаются в самой древней части Пятикнижия - в книге Бытия (Бе-решит). Возможно текстовые и смысловые утраты привели к тому, что возникли логические недоразумения в трактовке некоторых мест книги Бытия. Конечно нельзя требовать от древних текстов абсолютной точности, присущей современному состоянию научного мировоззрения. Но логическая структура все же должна прослеживаться, иначе невозможно понять мотивы поступков библейских персонажей. Если встречаются такие гордиевы узлы логики, то следует приложить усилия для переосмысления имеющихся фактов. От этого меняется наше понимание происхождения зла в свете теологических представлений.
  
      -- Причина изгнание первых людей из Эдемского Сада.
  
   Первые главы Библии намекают о том, что зачатки зла существовали уже до падения человека в виде присутствия змея-искусителя в райском саду. Если следовать тексту книги Бытия, то уже из первой главы мы узнаем об одновременном создании мужчины и женщины. Человек создан по образу и подобию Божиему, то есть обладает полнотой благости. Айзек Азимов (известный американский писатель и популяризатор науки) в книге "В начале" об этом пишет так: "Фразу "...по образу Нашему и по подобию Нашему" сегодня богословы интерпретируют следующим образом. Бог намеревается снабдить человечество всеми качествами, которые присущи ему одному и никакой иной, кроме человека, форме жизни, будь то мощь разума или способность к нравственным суждениям, бессмертная душа или способность охватить сущность Бога" [12, с. 125]. Вместе с тем, люди всё ещё являются по-детски невинными и наивными существами. Им заповедано: "плодитесь и размножайтесь...!" для освоения созданного мира. На этот момент следует обратить особое внимание. Также люди получают все права управления над всем животным и растительным миром планеты. Примечательно, что в этой первой версии творения мира Создатель не выдвигает никаких запретов для людей.
  
   Во второй главе говорится о второй версии творения, в которой первоначально созидается мужчина из праха земного. Затем Бог создает рай посреди земли, в котором Богом насаждаются Дерево Жизни и Дерево Познания добра и зла. Человека Создатель поселяет в Эдемском Саду, по теологическим представлениям, для вечной жизни в раю. Человеку (а это пока лишь созданный мужчина) разрешено питаться от всех дерев, кроме плодов Дерева Познания добра и зла: "И заповедал Господь Бог человеку, говоря: от всякого дерева в саду ты будешь есть, а от дерева познания добра и зла не ешь от него, ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь". И только после этого Бог вводит мужчину в глубокий сон и из его ребра создает женщину. Мужчина называет эту только что созданную женщину своей женой. Из второй главы видно, что женщина не получила никакого запрета непосредственно от Бога.
  
   В третьей главе впервые появляется хитроумный змей (пока нет намеков на то, что это сатана). Змей фокусирует внимание женщины на вопросе употребления в пищу плодов деревьев Эдемского сада. И тут женщина говорит о запрете Бога: "только плодов дерева, которое среди рая, сказал Бог, не ешьте их и НЕ ПРИКАСАЙТЕСЬ к ним, чтобы вам не умереть". В этой фразе женщины (в последствии названной Евой) есть фактическая ошибка, свидетельствующая о том, что Ева не получала персонального запрета от Бога. Возможно она цитирует запрет Бога, притом неправильно, пересказанный ей Адамом. Змей настойчиво искушает Еву, предлагая вкусить плод запретного Дерева Познания добра и зла. Женщина нарушает запрет Бога, данный только Адаму, и вкушает плода от Дерева Познания. Но Бог не запрещал Адаму ПРИКАСАТЬСЯ к этим плодам. Речь шла лишь о запрете употребления в пищу этих плодов. Эта неточность в словах Евы показывает, что она не нарушала никакого запрета: ей лично ничего Богом не запрещалось. Об этом свидетельствует и Айзек Азимов: "в сущности, женщина не знает ни о каком запрете, исходящем от Бога, потому что Бог высказал свое условие мужчине до того, как женщина появилась на свет. Возможно Бог повторил свои инструкции специально для женщины, но в Библии об этом ничего не говориться" [12, с.190-191].
  
   В беседах с очень "ортодоксальным" оппонентом автора статьи выяснилось, что этот человек (в данный момент являющийся семинаристом второго курса) при изучении Библии даже не обратил внимания на указанный выше факт: "Неужто Бог лично заповедовал запрет только одному Адаму?". При привлечении его внимания к конкретным местам книги Бытия, наш "ортодокс" фактически выразил некоторое недоверие к синодальному переводу Библии, предложив посмотреть иной источник - перевод Пятикнижия, сделанный под редакцией М.П. Кулакова. К его изумлению тексты этого перевода, по интересующей нас проблеме, были идентичны текстам синодального перевода. Этот эпизод подтвердил, по крайней мере для автора статьи, нежелание наших "ортодоксов" размышлять о внутренней логике библейских текстов. Они более склонны заглушать логические конфликты грудой цитат из трудов авторитетных фамилий прошлого. Желательно взять себе за правило: не навязывать Библии того, что в ней должно, по нашему мнению, быть. Будем довольствоваться тем, что есть.
  
   Авторская попытка понять возможную логику происшедших событий в Эдемском Саду.
  
   Грех первых людей, по учению теологов, заключался в непослушании Творцу. Они нарушили повеление Бога из-за вполне понятной любознательности, желая постичь разницу между добром и злом. Учитывая, что прародители человечества к тому моменту были фактически духовными младенцами, не сталкивавшимися с какими-то тяготами жизни, то судить их за вполне понятное детское желание познавать окружающий мир показанным в Ветхом Завете образом просто абсурдно. Более логично предположить, что запрет Бога был лишь тактическим маневром, чтобы привлечь внимание Адама к ключевому объекту Эдема. Как известно любому родителю, если ребенку предоставить сотню различных игрушек и строго запретить пользоваться одной из них (тем самым явно вычленив эту игрушку из общей массы), то можно с уверенностью сказать, что ребенок начнет знакомство с миром игрушек именно с запретной. Вполне естественно, что дети, вырастая, желают самостоятельно творить собственную судьбу и приготавливаются в дальнейшем к началу самостоятельной жизни. С вкушением запретного плода Адам и Ева потеряли милость Божию, первоначальное целомудрие, невинность и стали греховны. Лишь с этого момента Адам и Ева, осознав себя разнополыми существами, получили возможность выполнять Божью заповедь о размножении.
  
   Выходит, что размещение Древа Познания в Раю было не случайным - оно было приурочено к тому, чтобы запустить механизм выполнения основополагающей заповеди о размножении. Во всем виден четкий план: изгнание перволюдей из Рая по сути означает запуск механизма эволюции в природе. Запрет на вкушение плодов древа Познания, по мнению автора статьи, был направлен именно на стимулирование быстрейшего начала процесса заселения планеты людьми. Именно для этого и был использован психологический момент запрета для вычленения нужного объекта на гигантских просторах Эдемского Сада.
  
   Если же рассматривать данную библейскую ситуацию иным образом, то до конца не будет понятен запрет на вкушение плода от Древа Познания добра и зла. Для существа, сотворенного по образу и подобию Божию, был предложен совершенно не мотивированный запрет. Из традиционного описания мотивировки запрета, решающего судьбу человека и мира, перед нами возникает образ наивного и безответственного человека (почти ребенка по существу) и капризного, эгоистического и жестокого Бога.
  
   По мнению многих теологов грехопадение первых людей совершилось в области человеческого познания: с вкушением плодов от Древа Познания человек утратил первоначальное невинное, интуитивное, непосредственное знание. По их мнению, начав аналитически рационально познавать бытие, человек с помощью таких знаний приобретает все большую власть над предметами, но теряет непосредственную, глубокую внутреннюю интуитивную связь с космосом. Общим для обоих подходов является убеждение, что земной путь человечества есть результат изначального грехопадения перволюдей. Вероятно, по их мнению, через плод Древа Познания людям открылось то, что должно было быть от них скрыто. Хотя, если следовать догме о Божьем всеведении, то свершилось то, что и должно было свершиться. Вряд ли Яхве желал вечного пребывания одинокой пары людей, не осознающих свою разнополость и не имеющих сексуального влечения, в парниковых условиях Эдема.
  
   Теологические предположения, основанные на недостаточной точности библейских текстов, как причина возникновения ЗЛА.
  
   Уже с первых глав Ветхого Завета непредвзятый исследователь замечает, что некоторая неточность или неполнота в изложении библейских событий (возможно из-за утерянных фрагментов повествования в эпоху создания письменной версии текстов Библии) приводила к появлению, основанных лишь на субъективных предпочтениях, теологических концепций. И они, будучи внедренными в массовое сознание верующих, приводили к самым неприглядным последствиям - к прямому ЗЛУ.
  
   Некая двусмысленность древнего библейского текста привела к тому печальному факту, что некоторые теологи стали рассматривать женщину в качестве источника и носителя злого начала, искушающего собственно человеческую - мужскую природу. Хотя для этого нет никаких фактических оснований - лично Еве Яхве ничего не запрещал. Подобная практика поиска зловредного начала в первую очередь среди слабой половины человечества привела к позорным процессам по охоте на "ведьм" в средние века в Европе. Первопричиной подобного подхода был, скорее всего, конфликт теологически "обоснованной" культуры верхних элит общества с народной культурой, во многом корнями уходящей в язычество. Жертвой подобных "предположений" богословов стали примерно 100 000 человек.
  
   Другим, еще более кровопролитным итогом, обоснованных на не совсем убедительных интерпретациях библейских текстов, является многовековое преследование евреев во многих странах мира. В основном оно основывается на одной фразе Евангелия от Матфея "...весь народ сказал: кровь Его на нас и на детях наших", приведенной в сцене суда Понтия Пилата над Иисусом. Даже если этот факт действительно имел место, то довольно сложно перенести мимолетный эмоциональный порыв внушаемой незначительной части народа Израиля, на весь этнос и тем более на их потомков. ЗЛО, принесенное этой совершенно чудовищной "богословской", по сути антихристианской доктриной, измеряется десятками миллионов человек. Трудно представить в какой иной области человеческой деятельности или знаний возможно получить подобные "достижения". Чересчур дорого обходятся заблуждения теоретиков богословия. Лишь в 1965 году обвинения в распятии Иисуса Христа были сняты с евреев, живших в I веке и c их потомков, на Втором Ватиканском Соборе. Папа Римский Бенедикт XVI предложил, в частности, свое толкование библейского описания суда над Иисусом. Он доказывает, что толпа, требующая казни и соглашающаяся с тем, что "кровь Его на нас и детях наших", олицетворяет все грешное человечество, при этом кровь есть не проклятие, но символ искупления и спасения. Это более миролюбивое толкование этого судьбоносного текста, хотя некая доля фарисейства в этом толковании присутствует.

***

   В итоге, по догматическому учению, за нарушение Божественного запрета Адам и Ева изгнаны из рая на землю, где в поте лица вынуждены добывать свой хлеб. Обреченные на тяжелый труд, Адам и Ева становятся прародителями всего человечества. Первородный грех, по ортодоксальной трактовке, как последствие грехопадения Адама и Евы распространяется на всех людей, передаваясь как бы по наследству (предположение сильное, но ничем не доказанное). Назначение людей на земле, по христианской традиции, состоит в том, чтобы искупить первородный грех и прожить земную жизнь так, чтобы она открыла возможность душе человека, после земной смерти, вернуться в райские сферы - в первоначальное состояние невинности, в котором и были сотворены Адам и Ева. Однако подобная теологическая трактовка понятия первородного греха приводит к нескольким логическим несоответствиям, о которых мы расскажем далее.
  
   Загадки первых этапов существования мироздания.
  
   а) Отпадение части ангелов и грехопадение прародителей - неотъемлемая часть Небесного плана?
  
   На земле люди стали смертными, ибо (по предположению Виктора Аксючица) Бог для того и изгнал их из рая, чтобы греховные люди не вкусили еще и от Дерева Жизни и не стали жить вечно. Предположение это довольно спорно, так как насчет этого Древа первоначально запрета не было. Лишь после акта изгнания прародителей Яхве как-бы спохватывается и поспешно замечает: "теперь как бы не простер он руки своей, и не взял также от дерева жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно" (Быт. 3-22). Традиционная теология христианства причину первоначального зла видит в непомерной гордости Люцифера и, примкнувшей к нему части падших ангелов. Но откуда вообще могла появиться эта гордость у чистых духов? Если ангелы, по теологическим представлениям, являются служебными духами, то почему Создатель, будучи всеведущим по определению, создал своих помощников с потенциальной возможностью противления? Почему вообще часть ангелов попало под воздействие зла, когда ещё не было совратителя?
  
   На этот вопрос Божественное Откровение не дает прямого и точного ответа. Буткевич замечает: "Указать вообще на падение ангелов было необходимо, потому, что оно находится в связи с падением прародителей, ибо кто допустит возможность грехопадения человека без искушения со стороны дьявола?" [1, с.165]. То есть, по мнению высокопросвещенного протоиерея, падение ангелов является чисто инструментальной необходимостью для оправдания главной мистерии человеческой истории - грехопадения прародителей. В этом подходе теолога присутствует что-то неудобоваримое, служащее лишь одной цели оправдания свершившегося изгнания прародителей человеческого рода. Неужели грехопадение ангелов - это всего лишь необходимая предпосылка для грехопадения человека? Но что послужило причиной грехопадения ангелов? Если Люцифер до своего грехопадения был образцовым ангелом и другого совратителя ещё не существовало, то что (или кто) послужило причиной реализации его бунта? Напрашивается ответ, что отпадение группы ангелов во главе с Люцифером - это целенаправленное создание оппозиции в высших сферах мироздания для стимулирования процесса эволюционного развития, создаваемого в дальнейшем человечества. Это аналогично созданию разности электрических потенциалов в опытах по физике, которые неизбежно приводят к началу физических процессов. Нечто подобное было необходимо для начала процесса развития и эволюции человеческого сообщества. Автор статьи видит в этом четкий Божественный план - у Бога все в мире под контролем!
  
   Но и само событие грехопадения полно логических загадок. За нарушение заповеди Господь угрожает человеку смертью, но эта угроза должна остаться непонятною, так как прародителям в Раю была чужда идея смерти. По меткому замечанию Виктора Аксючица: "подлинный смысл события, около которого сосредоточивается и развивается вся драма мировой истории, не может быть совершенно прост и ясен. Можно заметить, что общепринятое толкование преисполнено противоречий, которые невозможно разрешить, если находиться в рамках его представлений. Обычно противоречия эти не замечаются или же попытки их решения наивны и носят, как правило, натуралистический характер" [5, с.48]. Описываемые события оказались основополагающими для последующей истории человечества, но все описывается на примере незначительных, по высшему счету, бытовых сценок и психологических мотивировок, совершенно не подходящих Творцу всего сущего. Вся стилистика несоразмерена трагическому событию, которое лежит в основе бытия. Непонятно, как эти камерные сцены вообще смогли определить жизнь вселенной.
  
      -- Куда пропал Рай на Земле и где он появиться в будущем?
  
   В рамках традиционного толкования не осмыслена концепция Рая - возникают много, не полностью проясненных, вопросов. С одной стороны, все, что создано Богом (небо, рай и земля) - "хорошо весьма". Но с другой - остается необъяснимым явное противопоставление Рая и Земли актом изгнания грешных людей из Рая на Землю. Откуда и куда, по существу, изгоняются первые люди после грехопадения? По утверждению многих авторов человек изгнан из рая, находившегося на земле где-то между Тигром и Евфратом. Если это так, то куда исчезает рай с земли после изгнания людей? Ибо, по теологическим представлениям, после акта изгнания земля становится проклятой и для Рая там уже места нет (между Тигром и Евфратом археологи пока не нашли никаких его следов). Где же сейчас тот рай, в котором обретали прародители и какова его природа? Как соотносится предвечный рай Адама и Евы с тем раем, в который после смерти возносятся души праведников? Это один и тот же Рай или нет? Изгнаны двое, а вернутся миллиарды. Возникает ощущение, что Рай конца времен - иной, нежели Рай первозданный. На эти логические трудности в понимании древних текстов отчетливых ответов у теологов нет и по сей день.
  
      -- Теологические трудности с определением "первородного греха" и "вечной души".
  
   Также исполнение заповеди "плодитесь и размножайтесь" невозможно до грехопадения и без него, ибо результат грехопадения людей и заключалось в том, что они познали способ собственного размножения. Следовательно, грехопадение было совершенно необходимым условием для выполнения этой заповеди Яхве. В таком случае грехопадение нельзя ставить в вину прародителям человечества и тогда теряет свой смысл понятие "первородный грех". Кроме того, можно заметить некоторое несоответствие богословского определения змея-искусителя в качестве злой силы, тексту библейского повествования, в котором змей не характеризуется в этом качестве, а тем более как сатана.
  
   Традиционное толкование последствий грехопадения во многом не соответствует основным христианским истинам. Если душа человека создается Богом в момент зачатия, то она, строго говоря, не является вечной, ибо вечность в одну сторону - нонсенс. Не может вечная душа иметь начало во времени. Тогда возникает вопрос: каким же образом происходит перенос первородного греха на вновь возникающую душу человека, если она создается Богом лишь в момент зачатия? Очень добросовестно этот аспект исследовал Виктор Аксючиц в своей книге "Под сенью креста": "В связи с этим возникает ряд недоумений. Прежде всего, почему человек несет ответственность за то, что совершилось не только до него, но что не имеет никакой сущностной связи с ним? Как душа приобретает грех, к которому она не имеет никакого отношения? Все попытки ответить на этот вопрос сводятся к следующим логическим ходам:
      -- Бог вкладывает грех в создаваемую душу, творит каждую душу, грешной. Это предполагает допущение, что Творец может создавать и злые сущности, или же Творец связан в своем творчестве последствиями проступка перволюдей. Бог как бы вынужден все дальнейшее творение "корректировать" в сторону греха в соответствии с греховной волей Адама и Евы. Но все это недопустимо, ибо полностью искажает христианские представления о природе Всеблагого и Всемогущего Бога.
      -- Либо эстафета первородного греха передается не через души людей, а через мировую плоть: если рождающаяся душа никак не связана с душами предшествующих поколений в вечности (ибо ее там и не было), если Бог не может быть источником греховного творения, то остается единственный канал передачи первородного греха - хаотическая космическая материя" [5, с.51-52]. Ни один из этих ответов с христианских позиций недопустим. Но, более того, в рамках принятой концепции творения и грехопадения, оформившейся под сильнейшим влиянием святого Августина, других вариантов логически не может быть.
  
   Младший брат Василия Великого, св. Григорий Нисский предпринял попытку выйти из этого противоречия. Он пытался отделить грех Адама от первородного греха. Грех Адама является лишь причиной первородного греха. Природная наклонность к греху вошла в человеческую природу через грех первого человека. Она и является первопричиной всех грехов, но не вызывает греховность принудительно. Всякое уклонение ко злу является актом свободной воли на почве природного расположения к греху. Получается, что природная наклонность к греху передается в форме генетического дефекта.
  
   Аксючиц констатирует неизбежный логический вывод из факта творения человеческой души в момент зачатия: "То, что творение вечной души человека непосредственно и жестко завязано на земном зачатии, накладывает на традиционное толкование неразрешимые противоречия. Если зачатие случайно, то почему на хаотический импульс из времени Бог вынужден отвечать актом вечного творчества? Если же зачатие - создание вечной души происходит по воле человека, то в делах миротворения господствует человеческий произвол.
   В обоих случаях Бог превращается как бы в "автомат с кнопками", нажатие которых, чем бы оно ни было вызвано - человеческой волей или случайностью, - вынуждает Бога творить вечную человеческую душу" [5, с.52].
  
   Если предположить, что зачатие не случайно и не определено волей человека, то это отменяет свободу человека и превращает его в безвольную песчинку. Таким образом, традиционный взгляд на происхождение душ, отрицающий их предсуществование и утверждающий, что во время образования каждого человеческого тела особым актом Божественной воли творится из ничего соответствующая ему душа, - этот взгляд заведомо отказывается от всякого разъяснения богословских и философских трудностей, связанных с предметом.
  
   Вся история сотворения прародителей пронизана целым комплексом логических тупиков:
      -- Бог создаст подобное себе существо, которое должно узнать все, что касается творения, чтобы проявилась его Божественная природа.
      -- Но, с другой стороны, Бог скрывает от человека именно то, ради чего он создан - смысл творения Божьего, который заключен в знании добра и зла.
      -- Творец налагает категорический запрет на познание добра и зла, тем самым приговаривая вечного человека к вечному незнанию, ибо никакое знание невозможно без приобщения к критериям добра и зла.
      -- Без этого человек не богоподобен. Ибо, не зная, что есть добро и зло, невозможно совершить сознательный выбор, а значит, и нести за него ответственность. Без знания добра и зла невозможно совершить ни греха, ни благого деяния.
      -- Без понимания различий добра и зла невозможно осмыслить запрет в категориях того что должно делать (добрые дела), а чего делать категорически нельзя.
  
   И философ Аксючиц ставит недвусмысленный вердикт: "Попытки в рамках сложившейся концепции грехопадения разрешить противоречие между всезнанием Бога и созданием человека таким, что он предопределен к падению, приводит к казуистике - изворотливости в доказательстве ложных или сомнительных положений, крючкотворству, которые очень далеки от христианства.
   Получается, что Бог творит бессознательное, безответственное существо, но ставит его в ситуацию полностью осознанного и ответственного выбора и осуждает его по высшей мере ответственности. Всезнающий и Милосердный Бог обрекает человека на греховный поступок и, тем не менее, подвергает его жестокому суду. Эти нехристианские выводы логически следуют из общепринятых в христианстве толкований.
   К этому можно добавить, что вкушение плодов познания добра и зла еще не является грехом, соединением со злом, так как познание критериев добра и зла не означает совершения выбора. Поэтому необоснованным представляется осуждение за акт познания как за злой поступок...
   Иными словами, Творец создал человека таким, каким хотел. Творец, естественно, знал, что такой человек неизменно падет. И хотя все это создано Разумом Бога, все же это есть неразумная природа в человеке. Эти взрывающие друг друга смыслы неестественно объединены во имя того, чтобы сохранить представления об изначальной пассивности человека, но таким образом, чтобы оправдать Бога: перенести ответственность с ответственного и все решающего Творца на безответственное, младенчески невинное существо" [5, с.54].
  
   Человек, подобный Богу по определению должен быть свободным творческим существом, так как Создатель является свободным Творцом. Но если человек в действительности является пассивным, бесстрастным существом, призванным только к созерцанию, то тогда подобный человек не богоподобен. Здесь одно исключает другое. Исходя из этого мы неизбежно придем к выводу о том, что существующие системы богооправдания покоятся на внехристианских представлениях о Боге: "В данном случае мера проступка несоизмерима с мерой наказания. Величайшее из возможных наказаний по справедливости должно иметь под собой величайшее из возможных преступлений.
   Адам и Ева, по существу, были предопределены Богом к грехопадению, однако они наказаны с наивысшей строгостью. Но если невинное младенческое существо не могло не совершить того, что породило зло, то значит, Бог является источником и виновником зла. Логика традиционной концепции творения и грехопадения приводит к неизбежному выводу о том, что немилосердный жестокий Бог отвечает за мировые страдания, несправедливости и зло жизни. Беспощадно последовательный человеческий ум вынужден был приходить к этому безысходному выводу. А далее уже полный тупик: боль за мировую несправедливость приводила к богоборчеству, к богоотрицанию, безбожию - атеизму. Искреннее религиозное чувство многих не допускало додумывать вопрос до трагического финала, и мятущийся человеческий разум искал выход на подступах к нему. Это и породило множество систем богооправдания" [5, с.57-58]. Осознавая наличие множественных логических тупиков, приходится предположить, что все было не совсем так, как представляется в общепринятых концепциях.
   Подытоживая мнения теологов по проблеме истоков происхождения зла (согласно христианскому учению) мы сталкиваемся с большим количеством принципиально неразрешимых проблем. Автору статьи кажется, что более логичен несколько иной взгляд на эти вещи, который основывается на теологическом догмате о "всеведении Божьем". Если этот догмат верен, то Яхве достоверно знал о всех в дальнейшем произошедших события, которые не были случайны, но целенаправленно включены в план помощи людям в деле заселения и успешного освоения дарованной им планеты. Следовательно, и отпадение части ангелов во главе с Люцифером, и акцентирование внимания Адама на наличии в Раю запретного дерева (отлично понимая, что этим только разжигается любопытство первого человека), и акт изгнания прародителей из Эдема - всё это были лишь необходимые элементы Божьего плана по запуску эволюционного взросления человечества. Для подобного жизнеспособного эволюционного развития недостаточно только исключительно благоприятных (тепличных) условий, которые могут привести лишь к полному застою, как в стоячем болоте. Жизненная стойкость человечества может закаляться только, сталкиваясь с различного рода трудностями, которые могут характеризоваться как "зло". Такой подход во многом снимает логические препятствия по истолкованию самой древней части Ветхого завета, попутно ликвидируя понятие "первородного греха", которое отсутствует у матери всех монотеистических религий - у иудаизма. То, как христианские теологи трактуют "всеведение Божье" в традиционалистском ключе, пытаясь соединить этот догмат с наличием зла, мы рассмотрим далее.
   Выводы из вышеизложенного об общих возражениях против библейского учения о происхождении зла в мире:
   1) Логические противоречия библейского учения о зарождении зла и о грехопадении прародителей - занимают умы мыслителей уже длительное время.
   2) В сложившихся подходах к проблеме творения и грехопадения до конца не осмыслены важнейшие проблемы: о цели творении мира, о создании человека и его вселенском назначении, о вечности человеческой души, о природе рая и земли, о происхождении и природе зла, о сущности добра. На некоторые вопросы не дается никакого ответа.
   3) Многие существующие ответы, по сути являются внехристианскими.
  
   4. Противоречия ортодоксальной трактовки библейского учения о происхождении зла со всеведением Божьем.
   (Мнения богословов детерминистов и индетерминистов).
   Представление о таком Божьем свойстве, как всеведение, применительно к свободе человека, неизбежно наталкивается на логические трудности совмещения одного с другим. Эти трудности приводят богословов к двум взаимоисключающим концепциям: детерминизму и индетерминизму. Человек несет ответственность за свои поступки только тогда, когда он свободен при их совершении. Но имеет ли он необходимую духовную свободу и свободу воли?
  
   Детерминизм - это концепция, отрицающая нравственную свободу выбора и рассматривающая нравственное поведение человека с точки зрения причинно-следственной обусловленности. Последователи этого учения не признают наличия в человеке свободы воли. Они утверждают, что в каждом своем поступке человек действует только по внешним причинам. Если Бог всеведущ, то Он знает все поступки человека и их последствия (все происходит по воле Божьей) - следовательно, человек не обладает собственной свободой.
  
   Индетерминизм признает в человеке свободу воли. Свобода является главным выражением личности. Человек, благодаря тому, что обладает свободой, имеет возможность изменять процесс своего становления. Если человек свободен, то невозможно никому предвидеть всех его поступков и их последствий - следовательно, Бог не всеведущ. Также попытки оправдывать наличие зла, дарованной свободой поступков для человека, наталкивается на парадокс "свободы жертвы". Агрессор имеет свободу выбора - уничтожить жертву или нет. Жертву же никто не спрашивает о её желаниях - хочет ли она быть уничтоженной или нет. У неё фактически свободы выбора нет.
   ***
   Попытку выйти из этого круга противоречий предпринял Ричард Суинберн. По его мнению, как Бог обладает способностью принести людям добро или причинить им вред, так и людям (имеющим возможность участия в его созидательной деятельности) предоставлена такая возможность, однако в меньшей степени, чем Богу. Бог делегирует ответственность людям для того, чтобы допустить их участие в творении мира. Он предоставит им возможность выбора: причинять вред (нарушая божественный план) или противиться злу. Но возможность творить моральное зло предполагает некую порочность человека (для этого нужно иметь само желание сделать зло). По Суинберну "такая порочность сама по себе - зло, являющееся необходимым условием большего блага (свободы человека)" [11, с.89]. По его представлениям Бог предоставляет естественную возможность морального зла, но не зло само по себе. Эта возможность и будет являться необходимым условием реализации морального зла. Случится ли моральное зло - это находится вне контроля Бога и зависит от людей. Но и подобным образом сформулированные предположения идут в разрез с традиционным пониманием "всеведения Божьего".
  
   Полкинхорн же, считает, что сердцевиной всякой теодицеи должна быть "защита, исходя из свободы воли", которая заранее не предопределяет, случится зло или нет. По его мнению, возможны два основных способа решения проблемы теодицеи.
      -- Первый состоит в отрицании или сведении к минимуму реальности самого зла (ответ современного идеализма). Это решение предлагал Августин, определяя зло как "недостаток блага". По аналогии с тем, как темнота не есть истинное качество, но просто недостаток света, так и зло не есть истинное качество, а лишь отсутствие блага. Современным исследователям, в наш век страдания, такая теория кажется слишком легкомысленной, не способной признать ту ужасающую интенсивность зла современного мира.
      -- Второй способ состоит в утверждении, что зло - необходимая цена других благих вещей. Аргумент "защиты свободы воли", примененный к проблеме морального зла, - прекрасный пример того, что для блага самого же сотворенного мира оно должно вмещать в себя тех, кто обладает свободой выбора. При любом возможном выборе (как добром или злом), это все же лучше, чем мир, населенный полностью запрограммированными автоматами. Морально-нравственный стержень человека не может появиться уже готовым - он должен формироваться посредством серии нравственных решений. В таком мире свободы наряду с благим выбором должна быть и возможность выбора зла. Существование морального зла понимается как необходимая цена такого более значительного блага, как человеческая свобода и моральная ответственность.
  
   Полкинхорн: Бог предоставил возможность всему идти своим естественным чередом.
  
   Именно второй способ является основным в аргументации современных авторов. Полкинхорн считает, что подобный аргумент можно применять и в отношении проблемы физического зла. Такой вариант "защиты свободы процесса" предполагает, что мир, которому позволено творить себя посредством эволюционного изучения своих потенциальных возможностей, лучше, чем уже готовый мир, созданный "по божественному указу". Но в таком мире неизбежно будут тупики развития, когда процессы развития могут приводить не только к положительным результатам. Те же биохимические процессы, что позволяют одним клеткам мутировать и производить новые формы жизни, позволят другим мутировать и стать злокачественными.
  
   Большие затруднения для Полкинхорна вызывает вопрос о масштабе страдания. Мир, совершенно свободный от опасности, был бы слишком мягким и не смог бы стимулировать духовный рост и развитие человека. И все же тяжесть страданий часто кажется превосходящей то, что можно вынести, и часто сокрушает тех, на чью долю они выпали - оно подавляет их настолько, что практически уничтожает в них все человеческое. Лишь отдельные люди могут возвыситься над страданием, даже быть вдохновленными им.
  
   И все же человечество настолько тесно связано с физическим миром, его породившим, что создается впечатление, что только во вселенной, обладающей "свободой процессов", могли появиться существа, к которым применим аргумент "свободы воли". Джон Полкинхорн утверждает, что "свободно развивающийся мир должен содержать в себе и возможность возникновения рака. Его существование в природе - отнюдь не признак некомпетентности Создателя или его бессердечия" [7, с. 104-105]. Удачи и неудачи нашего мира, по его мнению, следствие взаимодействия двух даров Бога: дарованную творению власть творить самое себя, посредством эволюции, и дарованную Богом надежность законов природы.
  
   В его теодицее Бог не самоуправствует. Он направляет человечество с великодушным уважением к целостности творения. Можно считать убийство и рак противными божественной воле, но им позволено случаться по Божьему попущению, поскольку мир - это не творение Космического Тирана. Но, тем не менее, основной проблемой в классической теодицее, считается вопрос о том, как Бог (одновременно любящий и всемогущий) мог создать мир, воспринимаемый многими как юдоль скорби. Христианское богословие, сохранив свою веру в благость божественной воли, все же готово несколько скорректировать свое понимание божественного всемогущества - создание мира, который был бы просто кукольным театром, шло бы вразрез с Его волей (этим отвергая подход детерминистов). По Полкинхорну, вместо этого Бог предоставил вещам идти своим чередом. Но с принятием дара свободы необходимо принять и те следствия, что могут происходить из свободы физических процессов и проявления свободной воли человека.
  
   Суинберн: воля Создателя превыше всего и мир таков, как угодно Создателю.
  
   Подход Ричарда Суинберна ко второму способу решения проблем теодицеи отличается акцентом на право Бога позволять людям причинять страдания друг другу, так как Бог - причина нашего существования и Он дает нам все, чем мы являемся и все, что мы имеем. То есть логика Суинберна проста - воля Создателя превыше всего и мир создан так, как угодно Создателю. Если существует зло, то оно необходимо (и не дело творению протестовать) во имя какой-то высшей цели. Задачей творения является желание претерпевать все невзгоды, даже воспринимать их как благо. Суинберн уточняет, что если бы единственной хорошей вещью в жизни было бы чувственное удовольствие, а единственной плохой - физическая боль, то наличие страдания было бы действительно последовательно убедительным возражением против существования Бога. "Но возможность претерпеть страдание для того, чтобы сделать возможным какое-то великое благо есть привилегия, даже если эта привилегия нам навязана" [11. с.90]. По этой логике солдаты, погибающие по приказу, участвуя в различных военных конфликтах, получают именно такую привилегию (хотя она им фактически навязана политиками). Интересно, как изменились бы взгляды Суинберна, если такой привилегией был удостоен его сын?
  
   Богослов признает право Бога позволять людям причинять страдания друг другу, но с оговоркой, что должны существовать пределы у того страдания, которое люди причиняют друг другу во имя какого-то великого блага. По мнению богослова, такими пределами (возможностей людей наносить ущерб друг другу) являются: скоротечность конечной жизни людей (примерно 80 лет) и "другие, встроенные в нашу физиологию и психологию предохранительные механизмы, ограничивающие меру боли, которую мы способны вытерпеть" [11, с.94). Очень странная позиция для богослова - мировые тираны будут уничтожать подвластные народы не очень долго (лет восемьдесят), пока не отойдут в мир иной; но каково жертвам тирании - их жизнь определенно не продлиться столь долго. А под встроенными в нашу физиологию и психологию предохранительными механизмами, ограничивающими меру боли, которую мы способны вытерпеть, автор понимает потерю человеком сознания от болевого шока?
  
   Такая извращённая и безжалостная аргументация, вызывает в памяти одну телевизионную дискуссию, в которой участвовали Ричард Докинз вместе с оксфордскими профессорами Суинберном и Питером Аткинсом. Она описана в книге Ричарда Докинза "Бог как иллюзия". В какой-то момент Суинберн пытался оправдать Бога по поводу геноцида евреев тем, что они получили замечательную возможность продемонстрировать мужество и благородство. В ответ Питер Аткинс яростно прорычал: "Чтоб ты сгнил в аду". Похожий комментарий сделал Суинберн о Хиросиме в книге "Существование бога": "Представьте, что от атомной бомбы в Хиросиме сгорело на одного человека меньше. Было бы меньше повода для проявления мужества и сострадания..." [13, с.68]. Редкостное сочетание богослова и морального слепца. Он, в стремлении подогнать решение проблемы под правильный ответ "Бог всегда прав", готов на любые спекуляции - даже дурно пахнущие.
  
   Очень пикантным местом в теодицее Суинберна является его сентенция о нежелательности достоверного знания о существовании Бога. По его мнению, конечно же, страдание, которое Бог допускает - это плохая вещь, которое люди желали бы избежать. Но Бог, создавая для людей возможность героического выбора в пользу возможности пострадать ради блага других, мог бы дать нам врожденное знание о последствиях тех или иных наших действий. Тогда, по мнению Суинберна, человек "стал бы рассматривать все свои действия как свершаемые под всевидящим оком Божьим. Такой человек не просто бы твердо верил в то, что есть Бог, но знал бы об этом достоверно. Такое знание серьезно стеснило бы его свободу выбора, очень затруднило бы для него возможность выбора в пользу зла (какая досада! - примечание автора статьи)" [11, с.95]. Почему-то Адаму и Еве достоверное знание о существовании Бога не помешало нарушить запрет. И Ричард Суинберн рисует перед нами апокалипсическую картину мира, в котором исчезли физические страдания: "Но попробуйте представить себе, что разом исчезли все страдания, обусловленные болезнями, землетрясениями и несчастными случаями. Никаких болезней, никакого горя из-за преждевременной смерти молодых людей. У многих из нас в таком случае просто не будет случая продемонстрировать мужество или вообще как-то проявить свою доброту" [11, с.96]. Доброта и забота в воспитании детей, уважение родителей, забота о бабушках и дедушках - наверно, все это тоже не будет нужно.
  
   По Суинберну такое природное зло, как физическая боль, делает возможным различные формы отношения к нему: предоставляет страждущему выбор - либо терпеливо сносить ее, либо стенать по поводу своей судьбы. А у друга страждущего есть выбор между сочувствием и черствым равнодушием. Природное зло в тех или иных формах дает нам знание, необходимое для выбора между добром и злом.
  
   Но как же соотнести отсутствие свободы воли у животных с их страданиями? По предположению богослова животные испытывают страдания в меньшей степени, чем люди ("поскольку низшие животные не страдают вовсе (откуда у теолога такая уверенность?), а люди испытывают сильные страдания, то животные промежуточной сложности страдают в умеренной степени") [11, с.97]. Умеренность страданий животных - это лишь предположение Суинберна для обоснования своей концепции, не подкрепленное научными исследованиями. Жизнь животных в большой степени сопряжена с опасностями (естественные враги, лесные пожары, спасение своих детенышей), но они, несмотря на это, превозмогают все ради жизни своего потомства. Все это наделяет ценностью жизнь животных.
  
   Для Суинберна осознание себя свободным важнее, чем ущерб от существующего зла. Полученные "блага настолько велики, что всеблагой Бог может быть оправдан за то зло, которое, делает возможными такие блага", хотя он понимает, что для многих эти рассуждения не будут убедительными - для тех, кто считает "что сколь бы велико ни было благо, оно не оправдывает сопряженное с ним зло" [11, с.98]. При этом он учитывает библейский факт, что Бог предоставляет компенсацию в форме посмертного счастья для тех жертв, чьи страдания сделали возможными указанные блага. Верующие считают, что жизнь после смерти необходима, особенно в случае с самыми страшными видами зла (но каковы гарантии, что такая загробная жизнь, служащая компенсацией, обязательно будет вечной жизнью в Раю?).
  
  
   Буткевич: любые поступки человека, даже явно несущие в себе ЗЛО, все равно будут использованы Богом в нужном Ему направлении.
  
   Протоиерей Буткевич, как типичный представитель просвещенного духовенства России конца XIX века, называет мнимой несоединимость богооткровенного учения о происхождении зла со всеведением Божьим. Он в этом противостоит тем богословам (индетерминистам), которые некоторым образом ограничивают это всеведение, утверждая, что Бог знает все альтернативы поступков людей в будущем. Но какую из этих альтернатив выберут люди - Ему неведомо, в силу дарованной Им свободы для человека.
  
   В древности уже Цицерон, высоко ценя человеческую свободу, отказывал Богу в предвидении (divinatio) будущих свободных действий человека. В XVIII веке аналогичных взглядов придерживался Вольтер. Многие серьезные западноевропейские богословы 19 века, такие как Рихард Роте, Иоанн Мартенсен (в своей "Догматике" и в "Христианском учении о нравственности") одинаково стараются ограничить Божественное всеведение, чтобы примирить его с человеческою свободою. По взглядам Мартенсена и Роте, изложенным в книге Буткевича "цель Бога должна осуществиться, но способ, которым она осуществляется, обусловливается свободою выбора, и в ходе событий всегда есть нечто непредвиденное, предположительное и проблематическое. Без этого история не была бы драмой, время и настоящий момент не имели бы значения, ничто не решалось бы во времени, но все всегда было бы установлено и закончено от вечности" [1, с.175]. Это же утверждает протестантский богослов Роте, что свободное, по определению, не может быть предвидено с абсолютною и непогрешимою точностью, "не может быть предметом и предвидения Божественного... В силу своего всеведения Бог может знать только то, что само по себе является возможным предметом знания" [1, с.177].
  
   Нечто подобное через пророка Иеремия говорил Бог: "Иногда Я скажу о каком-нибудь народе и царстве, что искореню, сокрушу и погублю его; но если народ этот, на который Я это изрек, обратится от своих злых дел, Я отлагаю то зло, которое помыслил сделать ему. А иногда скажу о каком-либо народе и царстве, что устрою и утвержу его; но если он будет делать злое перед очами Моими и не слушаться гласа Моего, Я отменю то добро, которым хотел облагодетельствовать его" (Иер. 18:7-10). То есть Бог недвусмысленно говорит, что Его действия зависят от действий людей, которые Он не может предвидеть в каждый конкретный момент истории. Кстати в этой цитате (в подчеркнутом мной месте) косвенно утверждается, что Бог иногда желать быть источником зла для наказания и воспитания народов.
  
   Если последовательно следовать взглядам индетерминистов, в частности Мартенсена и Роте, то, по словам Буткевича, с неизбежностью "выходит, что Бог не может предвидеть не только того, что будут делать люди, как свободные существа, но даже и того, что Он совершит Сам. Кроме того, если Бог не предвидит будущих свободных действий, а, подобно людям, узнает о них только в настоящем и прошедшем, то Его ведение, очевидно, подлежит изменению, как и человеческие познания; оно обогащается и усложняется с течением времени новыми фактами и явлениями, что противоречит понятию о неизменяемости как основном свойстве Божества... то необходимо отказаться от того чистого и истинного понятия о Боге и Его свойствах, которое предлагает нам Божественное Откровение" [1, с.178-179]. Действительно последовательная логика индетерминизма приводит неизбежно к противоречию с таким свойством Бога, как неизменяемость (о чем свидетельствует цитата из Книги пророка Иеремии). Буткевич же, в противовес индетерминистам, считает, что любые действия человека (какими бы свободными они не были) все равно будут использованы Богом в нужном Ему направлении.
  
   Он иллюстрирует свое понимание проблемы следующим образом: "Господь предвидел судьбу Иерусалима и предвозвестил о ней людям. Об этом предвозвещении знал и богоотступник Юлиан. Теперь история свидетельствует нам, что, желая посмеяться над пророчеством Иисуса Христа, Юлиан действовал не только совершенно свободно, но даже наперекор воле Божией, и, однако же, сам был орудием исполнения того, что было предвидено и предвозвещено Богом" [1, с.184-185].
  
   Конечно, в свете буквального прочтения Ветхого Завета, ортодоксальным богословам 19 столетия ясно, что Бог не предвидит будущего - Он созерцает его, потому что для Бога нет будущего, как нет и прошедшего. Буткевич пишет: "ближе к истине и учению Божественного Откровения стоят те мыслители, которые понимают Божественное ведение не как познание, основывающееся на воздействии предметов вне Бога, умозаключении и расчете, а как постоянное и неизменное, непосредственное, интуитивное, вечное созерцание, для которого нет ни прошедшего, ни будущего, но только одно вечное настоящее" [1, с.179]. Но миропонимание нашего времени претерпело драматические, для обыденного сознания, изменения, которые не были известны людям 19 века. Речь идет, в первую очередь, об открытии в квантовой механике немецким физиком-теоретиком Гейзенбергом принципа неопределенности, по которому физическая вселенная существует не в детерминистской форме, а скорее, как набор вероятностей, или возможностей. Альберту Эйнштейну принцип неопределенности не очень понравился. Он писал Максу Борну: "Бог не играет в кости", на что физик Нильс Бор, который был одним из авторов Копенгагенской интерпретации, ответил: "Эйнштейн, не говорите Богу, что Ему делать". Согласно опросу, проведённому на симпозиуме по квантовой механике в 1997 г., Копенгагенская интерпретация (толкование квантовой механики) является наиболее признаваемой из всех. Из этого следует, что в реальном мире существует принципиальный запрет на возможности достоверно знать что-нибудь о будущем любых материальных объектов.
  
   ***
   Из этого следует большая обоснованность трактовки, выраженной еще в XIX столетии немецкими мыслителями в такой форме: "выражение "Бог всеведущ" может, таким образом, значить лишь следующее: Он знает все, что вообще может быть предметом знания. Поэтому свободные действие не могут быть предметом Божественного ведения, пока они не совершились на самом деле. Бог может предвидеть их только как возможные. Этим нисколько не ограничивается всеведение, а вместе с ним и абсолютность Бога" [1,с.180]. Запустив процесс эволюционного возмужания человечества, Создатель, во избежание тепличных условий существования, целенаправленно не препятствует возможности появления физического и морального зла, которые способствуют физическому и моральному закаливанию и совершенствованию общества. Наблюдая за развитием человечества, Бог позволяет Себе вмешиваться в процесс развития лишь в очень редких случаях, когда нужна срочная корректировка вектора развития. Такой корректировкой была миссия Иисуса Нового Завета. Но печальной стороной такого предположения является возможность трагедий отдельных людей или групп людей, погибающих от борьбы различных социальных и политических слоев общества. Наблюдаемая незащищённость конкретного человека наводит на мысль о малой эффективности догмата об "ангелах-хранителях" и усиливает надежду на моральный прогресс в области мирского законодательства.
  
   Мнение детерминистов: Бог - это первопричина всех событий, добрых или злых.
  
   Конфликт совместимости божественного предвидения с человеческою свободой можно устранить не только через ограничение всеведения Божия, но и через отрицание свободы человеческой воли (подход детерминистов). Религиозный детерминизм признает волю Божью единственной причиною всех наших действий, которые мы только ошибочно можем относить к своей воле. При таком подходе (своего роде фатализме) истинным виновником всего существующего и происходящего в мире, всех наших "свободных" действий (как добрых, так и злых), является только один Бог. Еще древние греки представляли своих богов, по отношению к людям, не всегда добрыми и благодетельными, но чаще завистливыми, злорадствующими, виновниками греха и всевозможных бедствий. Человек представлялся древнегреческим язычникам жалким, страдательным существом по отношению к олимпийским божествам (пешкой в мистерии Олимпа).
  
   Подобное встречается и у христианских мыслителей, к примеру, в учении святого Аврелия Августина о предопределении - представление об исходящей от воли Бога предустановленности событий истории и человеческой жизни. В христианстве - это предварительная заданность жизни человека, его спасения или осуждения в вечности, волей Бога. Идея предопределения имеет особое значение в монотеистических религиях, поскольку с точки зрения монотеизма всё существующее определяется волей Бога (в том числе и зло). Но так как в таком случае всё существующее, с точки зрения монотеистической религии, окончательным образом зависит от всемогущей воли всеведущего Божества, то, значит, упорство во зле и происходящая отсюда гибель этих существ есть произведение той же божественной воли, предопределяющей одних к добру и спасению, других ко злу и гибели. Это заключение не представляет особенной трудности для такой религии, как ислам, видящий в Божестве преимущественно беспредельную силу или абсолютный волю, требующий только безотчетной покорности.
  
   Расцвет учения о предопределении достиг в эпоху Реформации (М.Лютер, Ф.Меланхтон, учение Кальвина). По учению Шопенгауэра характер человека прирожден и неизменяем. Если человеку прирождены пороки и добродетели, то в действительности нет ни добродетелей, ни пороков. Какую заслугу можно приписать добродетельному, если он добродетелен по природе! За что осуждать злодея, если он злодеем родился? По взгляду детерминистов, вся жизнь человеческая есть не что иное, как исполнение механически навязанных людям ролей (некая Fable convenue - условная сказка), в которой одним выпала роль негодяя, а другим роль героя. В ответ детерминистам протоиерей Буткевич отвечает: "Между тем ежедневный опыт и педагогическая наука ясно свидетельствуют нам, что возможно не только нравственное развитие человека в направлении противоположном природным наклонностям, но и исправление нравственных недостатков и порочного поведения... Человек свободен, но не независим; в большей или меньшей степени он зависит в своих действиях от воспитания, окружающих его лиц, традиций, национальности, различных обстоятельств, собственного здоровья и благосостояния, климата, погоды, различных привычек и обычаев, от общественного мнения и общепринятых приемов приличия ит. д." [1, с.208, 213].
  
   По мнению Буткевича расцвет и быстрые успехи естествознания (начиная с 18 столетия) вскружили голову человечеству. "В новейшее время так именно учат многие моралисты - философы (напр., Дюринг, Ницше и др.), материалисты и эволюционисты. Человек, говорят они, теперь обладает вполне достаточными силами для того, чтобы не нуждаться ни в Боге, ни в религии как для своего внешнего благополучия, так и для своего нравственного усовершенствования" [1, с.189]. Как показала последующая история развития человечества в XX веке, упование на развитие науки, медицины, экономики и промышленности, действительно приводящие к облегчению повседневного бытия, не приводят автоматически к нравственному росту людей (скорее большие возможности могут приводить к большему масштабу зла).
   Выводы из вышеизложенного о противоречиях библейского учения о происхождении зла со всеведением Божьем:
   1) Противоречия библейского учения о происхождении зла со всеведением Божьим объяснить убедительно и логически точно не могут ни детерминисты, ни индетерминисты.
   2) Желая любым путем решить эту логически тупиковую проблему, некоторые теологи готовы на аморальное крючкотворство.
  
   5. Противоречия библейского учения о происхождении зла со свойством справедливости Божьей.
   Как же соединить библейское учение о происхождении зла со свойством справедливости Божьей? Почему все мы должны нести наказание за грех другого, то есть за прародителей? По мнению протоиерея Буткевича "в книгах Святого Писания мы нигде не найдем указания на то, что мы несем наказание за грех Адама. Напротив, Слово Божие ясно учит нас тому, что мы и теперь рождаемся в состоянии невинности. На детскую невинность Сам Спаситель указал как на образ нравственной чистоты даже апостолам. Поэтому Он и учил, что таковых невинных детей есть Царствие Божие" [1, с.217- 218]. По его мнению, люди испытывают скорби и невзгоды не за грех Адама, а по грехам своим; болезни и различные неприятности в жизни имеют свою причину в нашем поведении, почему Христос и говорит одному исцеленному: "Иди и затем не греши, чтобы не было тебе хуже" и часто говорил при исцелении: "Прощаются тебе грехи твои" (Мф. 9:2, 5; Мк. 2:5,9; Лк. 5:20, 23).
  
   В отношении многих болезней, являющихся следствием вредных привычек и зависимостей (пьянства, наркомании, токсикомании), этот подход вполне справедлив. Но тем большее удивление и внутреннее отторжение вызывают столь типичные для ортодоксальных христиан взгляды, отчетливо выраженные Буткевичем: "...перед нравственным добром физическое зло теряет свое значение и свою силу. Потеря детей, родных, знакомых - для нас тяжкое зло, для праведника - только дело справедливости: "Господь дал, Господь и взял! Буди имя Господне благословенно отныне и до века!" Отнятие имущества -- для нас бедствие, для праведника оно не имеет никакого значения, ибо "нельзя отнять что-либо у того, кто ничего не имеет"; ссылка - для нас тяжкое наказание, для праведника - дело безразличное, ибо вся земля Господня; смерть - для нас страшное зло, она лишает нас земных привязанностей, она страшна нам, ибо, при нашем неверии в загробную жизнь, она есть наше уничтожение или же отворяет нам врата в место вечных мучений, если мы веруем в них; для праведника она - приобретение, ибо служит средством скорейшего воссоединения со Христом и достижения вечного блаженства" [1, с.218-219].
  
   Автору статьи в течении своей долгой жизни приходилось встречаться со очень многими глубоко верующими людьми, как православными, так и католиками - и ни один из них не воспринимал неминуемую смерть в качестве приобретения. У всех внутри души ощущался некий страх перед неизвестностью того, каким будет их посмертное существование. Несмотря на некую вербальную браваду, в кругу своих сверстников единоверцев, о желании скорейшей встречи с Иисусом на небесах, мне неоднократно приходилось констатировать факт того, что эти женщины весьма преклонных лет предпринимают все возможное, выкладывая последние деньги на лекарства, чтобы продлить свое земное существование. Теологические обещания, впитываемые ими в течении всей своей жизни через еженедельные проповеди духовенства, так и не смогли преодолеть инстинктивное отвращение к смерти.
  
   В любом случае подобный подход ортодоксальных верующих (особенно в отношении смерти детей) несет в себе черты моральной и нравственной глухоты, способный лишь повторять, в недоумении разводя руками: "Господь дал, Господь и взял!". Ведь как указал тот-же протоиерей Буткевич - дети рождаются в состоянии невинности (на них нет греха), то они не должны испытывать скорби и смерти по своим грехам. О каком деле справедливости, о каком приобретении можно говорить в упомянутом в первом разделе факте, что почти половина российских детей в 19 веке умирала, не достигнув зрелого возраста. Какое приобретение и какая справедливость в мировых эпидемиях, когда Европа, Азия и Америка регулярно, начиная с 1200 года до нашей эры (факты, доказанные археологией) подвергалась эпидемиям чумы, оспы, сыпного тифа, холеры. В древности от этих эпидемий вымирало до половины населения, в первую очередь маленькие дети. Реальная жизнь кардинально расходится с тем, какой она должна была быть по ортодоксальным представлениям.
  
   Как слабое утешение, признавая эти факты массовой гибели людей, рассмотрим высказывание известного российского богослова и философа, профессора Московской духовной академии (середина 19 века) Федора Голубинского: "В физическом мире бывают частные возмущения порядка: отчего же происходит, что они не распространяются далее и далее, так чтобы по времени разрушились стройные течения в целом? Есть на нашей планете случайные, непредвиденные, т. е. не вытекающие из необходимых физических законов, направления стихий, ветров, подземного огня, выступления рек из берегов, но всем этим явлениям положены пределы, начинаясь частными потрясениями, они не разрушают порядка в общем. Есть, например, непредвиденные истребления во время заразы, но при сем какие-нибудь роды существ не исчезают совсем; после заразы, напр., народонаселение умножается в большей мере, чем в годы благоприятные для физической жизни человеческого рода... Далее, для поддержания физической жизни, земля всегда производит нужное. Бывают неурожаи, вследствие которых происходит голод, но эти разрушительные явления не продолжаются на несколько десятилетий, так чтобы целые народы не могли существовать и целые роды животных погибли. Нет, частные эти бедствия скоро сменяются восстановлением плодородия земли. А по естественному ходу, следовало бы ожидать, что допущенное в один год расстройство будет распространяться далее и далее" [1, с.226].
  
   Объяснение профессора откровенно слабо, оно является лишь констатацией фактов и слабого утешения в том, что после мировых катастроф хоть что-то остается. Подобное объяснение было бы логичным в свете ветхозаветного учения, когда Создатель заботился главным образом судьбой всего Израиля, когда ценность отдельной конкретной личности не была актуальна. Но так рассуждать в новозаветные времена, когда делается акцент именно на ценность отдельной личности, уже недопустимо. Недоумение вызывает факт гибели масс людей во время таких бедствий - неужели погибшие были закоренелыми грешниками, уже не достойными исправления. Когда гибнет в катастрофе самолет с двумя сотнями пассажиров, неужели на этот рейс провидение отобрало лишь закоренелых грешников? Если это не так и на этом самолете летели также малолетние дети, то где был спасительный совет ангела-хранителя, который отвернул бы пассажиров от посадки на этот рейс? И предположение Голубинского о том, что "какие-нибудь роды существ не исчезают совсем" глубоко ошибочно: ученые приводит нам массу примеров исчезновения с лица нашей планеты многих видов живых существ. Ученые констатируют: многие виды растений, животных, птиц и насекомых исчезают с лица нашей планеты в 1 000 раз быстрее естественного уровня. Это означает, что мы теряем от 10 до 130 видов каждый день.
  
   Иронией судьбы является тот факт, что профессор Голубинский сам умер в Костроме от эпидемии холеры в 1854 году в возрасте 57 лет. В то время, когда ортодоксы ограничивались лишь утешением окружающих (да и самих себя) сентенциями о воле и справедливости Божьей; другие люди (медики, ученые-химики, эпидемиологи), рискуя своим здоровьем, изобретали необходимые вакцины и прививки. И, какое чудо - эпидемии стали исчезать, детская смертность с более, чем 50 процентов снизилась до долей одного процента. Для ликвидаций эпидемий холеры, воспринимаемых ранее в качестве кары Божьей за грехи людей, оказывается было необходимо просто мыть руки мылом и соблюдать элементарную гигиену.
  
   Этот факт более чем убедительно свидетельствует о том, что "благочестивые" высказывания: "Потеря детей, родных, знакомых... для праведника только дело справедливости: Господь дал, Господь и взял!", "Эпидемии - это наказание Божье за грехи ваши" - по сути, являются КЛЕВЕТОЙ на Бога. Для того и дан нам Богом разум, чтобы в критических ситуациях не смиряться, но активно действовать, находя решения проблем (веря в то, что Бог поддерживает творческий подход, ибо и Он Творец). Следовательно, профессора богословия кардинально многое недопонимают в проблеме существования зла.
  
   По мнению Буткевича, как врач, исследуя болезни больного, интересуется тем, чем болели его родители (какова наследственность пациента), так и мы унаследовали ту природу Адама - греховную и порочную, которой обладал Адам после грехопадения и изгнания из рая, вместе со всеми связанными с ней скорбями и бедствиями. "Закон унаследования, как закон естественный, не может быть поставлен человеку ни в заслугу, ни в преступление, а потому и унаследование той или другой природы мы не можем считать ни наградой, ни наказанием, а тем более не может быть речи о наказании, когда мы унаследываем греховную природу наших прародителей. Мы не считаем нарушением справедливости, когда мы унаследываем от своих родителей добрые природные свойства - здоровый организм, гениальные способности, ровный и спокойный темперамент; почему же мы должны считать нарушением справедливости, когда мы получаем от родителей дурные предрасположения?" [1, с.220]. Буткевич уточняет: так как до грехопадения у Адама не было детей, то мы не смогли получить в наследство его догреховную природу. Дети появились после грехопадения - следовательно, и наследственность заражена грехом. Адам же, по ветхозаветному преданию, был единственным родоначальником всего человечества.
  
   Другой вопрос состоит в том, какова степень тяжести проступка Адама и Евы и насколько наказание соответствует проступку. Здесь мнения богословов сильно расходятся. По мнению Буткевича Адам получил свое бытие в Эдеме не за свои заслуги, а по милости Бога. И наказанием было простым отлучением от лица Божия, конечно со всеми вытекающими из этого последствиями (скорби, бедствия, труды). Человек в раю не был создан бессмертным и в раю он не переставал быть прахом ("Прах ты, и в прах возвратишься"). "Только по одной милости Божией, а не по праву или заслугам, даже не по природе своей, человек мог не умирать: оставаясь в союзе с Богом, пребывая в повиновении и наслаждаясь райским блаженством. Итак, все скорби и бедствия, которые испытывает человечество, собственно говоря, и не могут быть названы наказанием от Бога; они суть естественные и необходимые следствия, которые повлекло за собой добровольное удаление самого человека от Бога, истинного света и добра, и последование диаволу и собственным похотям" [1, с.224].
  
   Российский теолог Виктор Аксючиц, как мы подробно рассмотрели во второй части об общих возражениях против библейского учения о происхождении зла в мире, подробно и предельно точно рассмотрел подобные традиционные для теологов 19 столетия взгляды: "Строго говоря, в той картине, которую рисует нам традиционное толкование, виновником мирового зла является Сам Творец, ибо Он создает неискушенное беспомощное существо, но ставит его в ситуацию, которая требует осознанного ответственного решения; налагает произвольный запрет, никак не мотивированный логикой и смыслом миротворения, не ясный и не понятный самому человеку, но наказывает человека по высшей мере ответственности. В данном случае мера проступка несоизмерима с мерой наказания" [5, с.57-58].
   Выводы из вышеизложенного о противоречиях библейского учения о происхождении зла со свойством справедливости Божьей:
   1) Традиционное толкование происхождения зла приводит людей к пассивному оправданию массовых смертей во время эпидемий (вопрос, решенный наукой, медициной).
   2) Такое пассивное поведение и фактическая позиция оправдания такого рода зла - это, по сути, замаскированное кощунство на Божью справедливость.
  
   6. Противоречия библейского учения о происхождении зла с Божественным Промыслом.
   Как же соединить библейское учение о происхождении зла со свойствами Божественной премудрости и благости (т.е. Божественным Промыслом). По мнению Буткевича "существование зла не только не отрицает Божественного Промышления о мире и человеке, напротив, оно именно служит чаще всего поводом наиболее ясного проявления любви и премудрости Божией. Как мать обнаруживает с особенною энергией любовь к детям слабым и больным, так Господь явно показывает свое попечение о людях, находящихся в скорби и страданиях, ослабевающих в тяжкой борьбе со злом" [1, с.225].
  
   Нравственное зло не только не отрицает Божественного Промысла, а напротив, служит поводом для обнаружения особенной любви Божьей к человеку. Так богослов Филарет (известный богослов и историк церкви) в своем труде "Православное догматическое богословие" пишет: "Промыслитель попускает это зло, так как возможность греха неотделима от свободы, созданной и не исключает распоряжений Промыслителя. Бог не желает греха, но свобода его не стесняется Им в ее планах. С другой стороны, Промыслитель употребляет все, чтобы удержать созданную свободу от греха: воспрещает грех законом, обуздывает наказаниями и умеряет последствия зла..." [2, с.246].
  
   Мне всегда "нравился" этот такой расплывчато-многозначительный термин "попускает" [14]. Этот старинный термин очень многосмысловой, притом со смыслами во многом противоположными. В словаре В.И. Даля у этого слова есть значение "допускать, разрешать", есть значение "потакать, потворствовать" или "попущатели только других в грех вводят". В зависимости от мировоззрения философа или богослова, можно использовать для своего истолкования проблемы зла любое понимание: 1) неохотное, но в силу созданной для творения свободы, разрешение злу действовать; 2) потакание, то есть способствование, злу с целью проверки людей на благонадежность. Такая двусмысленность многих терминов богословия, скорее всего, и приводят к невозможности непротиворечиво и логично решить проблему существования зла.
  
   Профессор Голубинский приводит теорию бичей Божьих, как пример попущения (фактически санкционированного допуска) зла в очистительных целях для оздоровления общества: "Даже самые возбужденные честолюбием ши другими страстями дела завоевателей обращаются в общее благо, так что, под управлением Божиим, действие бичей человеческого рода бывают непроизвольным орудием планов наказания и помилования. Где в народе усиливается нечестие, растление нравов, там допускается этим бичам производить разрушения, истреблять много людей, изменять границы государств. Очистительное это наказание продолжается на время, потом порядок общественной жизни опять восстанавливается. Грозные завоеватели действуют в обществах человеческих подобно бурям в природе. Подобное бывает и в политическом мире после разрушительных действий, производимых завоевателями, но если бы владычественная сила Божия не умеряла, не обуздывала и не направляла страстей человеческих к благим целям, то восстановление порядка в обществах человеческих было бы необъяснимо для нас" [1, с.228].
  
   В очередной раз мы видим пример очевидной глупости даже профессоров, когда их логика замутнена благочинным (с детства вложенным) мировосприятием. Людям 20 века, пережившим ужасы мировых войн, революций, нацизма и большевизма, просто не могут без возмущения читать подобные взгляды. Такой подход фактически покрывает всех негодяев человечества: Гитлер был попущен для вразумления большевиков, а большевики попущены для вразумления и наказания россиян.
  
   "Вы еще не до крови сражались, подвизаясь против греха, и забыли утешение, которое предлагается вам, как сынам: сын мой! не пренебрегай наказания Господня, и не унывай, когда Он обличает тебя. Ибо Господь, кого любит, того наказывает; бьет же всякого сына, которого принимает. Если вы терпите наказание, то Бог поступает с вами, как с сынами. Ибо есть ли какой сын, которого бы не наказывал отец?" Евреям 12:4-7). Неужели это место из послания апостола Павла является источником поговорки, столь распространенной среди русских женщин: "Если муж бьет, значит любит"?
  
   Исходя из этого, среди ортодоксальных христиан популярны фатально-пассивные взгляды на окружающее их насилие. Буткевич указывает: "Бог не допустит своих разумно-свободных тварей подвергнуться непомерной для них борьбе со злом, искушению большему, чем какое они могут перенести, они уверены, что рука Промысла Божия всегда поддержит их и не допустит до совершенного падения и погибели" [1, с.228-229]. Говоря о постигшем их горе, ортодоксальные христиане обыкновенно выражаются так: "Господь посетил нас несчастием", так как это вроде свидетельствует о любви Божьей лично к ним (ибо Господь, кого любит, того наказывает). Конечно, во время катастроф и войн наблюдается пробуждение веры в Бога, но это не свидетельствует о том, что эти несчастья посланы специально для этой цели. Принуждение к вере силой чем-то напоминает нам знаменитое "принуждение к миру" Грузии в 2009 году.
  
   Зачем Бог дал человеку свободную волю, если эта свобода была причиною грехопадения? Отчего Он не создал его неспособным к греху? Святитель Василий Великий в своем труде "О том, что Бог не виновник зла" пишет: "Потому, почему и ты не тогда признаешь служителей исправными, когда держишь их связанными, но, когда видишь, что добровольно выполняют перед тобой свои обязанности; поэтому и Богу угодно не вынужденное, но совершаемое добровольной" [15]. По словам Буткевича: "Если бы человек был создан без возможности падения, то он был бы подчинен в своих действиях закону необходимости, не мог бы свободно усовершенствоваться в добре, был бы хорошо устроенной машиной, а, следовательно, не имел бы ни заслуг, ни права на блаженство" [1, с.231]. Весьма справедливое замечание.
  
   Иоанн Златоуст отмечает: "Обвиняя Бога, ты поступаешь так как те, которые стали бы винить запрещающего блудодеяние за то, что слышавшие это запрещение станут блудодействовать" [16]. По его мнению - если Адам и Ева, зная о запрете Божьем вкусить плод с Древа познания, все равно преступили его; то, если бы запрета не было, тогда первые люди скоро позабыли бы даже то, что они находятся под властью Господа. Так Бог своей заповедью заранее научил Адама, что он имеет Господа, которому во всем должен повиноваться. Конечно, данная Господом заповедь запрета не может быть причиной грехопадения, ибо тогда каждого законодателя следовало бы признавать виновником всех преступлений, совершаемых подданными (утверждение, несомненно, справедливое).
  
   Другое возражение в том, почему Бог попустил дьяволу искушать прародителей. "Приведенное возражение имело бы смысл только тогда, когда диавол обладал бы всесильною властью над человеком, так что с ним нельзя было бы вступать в борьбу и выходить победителем" [1, с.233]. Еве древо познания добра и зла показалось "хорошо для пищи, и что оно приятно для глаз и вожделенно, потому что дает знание; и взяла плодов его и ела; и дала также мужу своему, и он ел" (Быт. 3:6). Но, отсутствие всесильной власти дьявола над человеком, вынуждает его прибегать к искушению. Свободный человек свободен отказаться от искушения, Иоанн Златоуст указывает: "Итак, когда кто будет говорить: для чего Бог оставил диавола? - скажи ему вот какие слова: бдительным и внимательным (диавол) не только нимало не вредит, но и приносит пользу, - не по своей воле, потому что она зла, но по мужеству тех людей, потому что они пользуются его злобою, как должно" [17].
  
   Но почему же, Бог допускает праведным страдать, а нечестивым благоденствовать? Этот вопрос был предметом многочисленных размышлений лучших христианских богословов и философов, но, к сожалению, до сих пор принадлежит к вопросам неразрешенным; не все согласны между собою в определении счастья и несчастья и в указании истинного смысла земной жизни. Теоретически верующие в личное бессмертие человека, должны смотреть на земную жизнь только как на время для подготовки к вечной будущей жизни, где каждому воздастся по делам его на земле, где праведники будут наслаждаться неизреченным блаженством, а грешники будут преданы вечным мучениям. Неверующие в личное бессмертие человека, напротив, цель земной жизни должны полагать только в ней самой и потому и счастье, по их мнению, должны быть здесь на земле.
  
   Поэтому, одни должны считать счастливым того, кто обладает земными благами (богатством, высоким общественным положением, почетом и т. д.). Другие, напротив, должны полагать счастье только в душевном спокойствии, достигаемом через подавление собственных чувственных страстей (не придавая важного значения всем так называемым земным благам, потому что они причиняют скорбь и беспокойство). Даже Кант, этот выдающийся ум среди западноевропейских мыслителей, лишь в вере в личное загробное существование, нашел разрешение своего недоумения, почему в настоящей земной жизни нет совершенной гармонии между добродетелью и наградой, пороком и наказанием. Только надежда на загробное воздаяние и наказание нечестивых помогает верующим переносить земное зло, но не объясняет им его распространенность на земле. Неизбывное человеческое чувство справедливости заставляет верить в то, что и Богу оно свойственно. Очевидно отсутствие справедливости в этом мире, человек вынужденно переносит её ожидание в будущий загробный мир (без стопроцентной гарантии, без очевидных для всех доказательств - лишь по вере людей одной из мировых религий, которая не является столь самоочевидной для верующих других мировых религий).
  
   самом деле, когда ты увидишь, что муж праведный, исполненный великой добродетели, терпит без конца бедствия, так и уходит из этого мира, то ты невольно вынужден будешь подумать о тамошнем суде. Потому что если люди не дозволяют трудящимся за них уйти без награды и воздаяния, то гораздо больше Бог не захочет когда-нибудь отпустить не увенчанными тех, кто столько потрудился, а если Он никогда не захочет лишить их воздаяния за труды их, то необходимо должно быть какое-нибудь время после здешней смерти, в которое они получат воздаяние за здешние труды" [18, п.6] - так, констатируя реалии этой жизни и уповая на лучшее, писал Иоанн Златоуст. Лишь имея твердое упование на награду в будущей жизни, можно сказать словами Златоуста: "Он (Иисус) также заповедал вести борьбу со злом, господствующим в мире, но борьба невозможна без лишений, страданий и скорбей. Вот почему каждый христианин даже должен быть "скорбным" в этом мире; он должен пить ту же самую чашу страданий, которую испил до конца Сам Господь Иисус... христианин не только не должен считать переносимые страдания делом несправедливости, а должен радоваться им. Скорбь - великое дело, великое для того, чтобы человек стал доблестным и научился добродетели терпения" [1, с.238].
  
   Это все теологические предположения, но как говорится "гладко было на бумаге, да забыли про овраги". Конечно на этапе восхождения и распространения христианства (особенно в первые века) так и было - многие приняли мученическую смерть за веру. Но реальная современная жизнь свидетельствует совершенно о другом: и массы людей, номинально верующих (исключениями являются только праведники, вроде Матери Терезы) и массы неверующих с одинаковой силой пекутся о благах земных. Неверующие это свое стремление не скрывают (в этом они честны), а верующие (особенно высокопоставленные) часто подобный же интерес скрывают за фарисейской словесной ширмой. Часто это оправдывается желанием показать важное место церкви и её служителей в современном мире, где многое измеряется деньгами. Это вполне естественное желание, если бы не акцентирование на первоочередности нужд церкви перед нуждами людей. Протоиерей РПЦ Всеволод Чаплин говорит: "...люди жертвуют что-то на храм, на то, чтобы духовенство выглядело достойно, в том числе и перед лицом всех сильных мира сего, которые меряют отношение к человеку деньгами. Это естественное стремление человека показать, что самое главное - не рациональное расходование средств на те или иные преходящие нужды, которые никогда не будут полностью восполнены; а посвящение своих денежных средств, своих трудов на то, что принадлежит Богу. На те символы, которые напоминают нам, что главное - это не политика, не экономика, не обывательские нужды человека, не его материальные интересы, а присутствие Бога, Его тайны и духовная вертикаль в окружающем нас мире" [19]. Даже странно слышать от представителя столь высокого церковного ранга слова, о том, что денежные средства страны следует направлять не на экономику, а на символы, выраженные во внешнем великолепии храмов и священнослужителей. Что не говорите, а большая доля фарисейства и двойной морали в этих объяснениях есть.
  
   "Никакой слуга не может служить двум господам, ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить, или одному станет усердствовать, а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и мамоне (богатству)" (Лука 16:13). Еще Пушкин в поэме "Борис Годунов" в уста чернеца-монаха Варлаама вкладывает интересное суждение, характеризующее отношение христиан к мамоне уже в то время: "Ныне христиане стали скупы, деньгу любят, деньгу прячут. Мало Богу дают. Ходишь, ходишь; молишь, молишь; иной раз в три дни три полушек не вымолишь. Пройдет неделя, другая, заглянешь в мошонку, ан в ней так мало, что совестно в монастырь показаться; что делать? с горя и остальное пропьешь". Уж кто-кто, а Пушкин умонастроение современного ему общества знал, как никто другой.
  
   Выводы из вышеизложенного о противоречия библейского учения о происхождении зла с Божественным Промыслом;
   1) Двусмысленность употребляемых терминов приводит к логическим затруднениям в вопросе о взаимосвязи происхождения зла с Божественным Промыслом.
   2) Различные теории вынужденного оправдания зла по типу "бичей Божьих" противоречат справедливости Божьей.
   3) Обвинять в чем-то Бога малоперспективно, человеку следует быть бдительным и прилагать усилия для сопротивления злу.
   4) Реальная жизнь реальных людей, невзирая на их положение в обществе, часто идет вразрез с декларируемыми ими же принципами их веры.
   III. Альтернативные попытки решения проблемы наличия зла
  
   1. Антропоморфность образа Бога - препятствие к пониманию проблемы зла;
   2. Божественное недоразумение - взгляд психолога на проблему зла;
   3. Антропоморфность образа Бога - альтернативное решение проблемы зла.
  
   1. Антропоморфность образа Бога - препятствие к пониманию проблемы зла.
   Изучая такую выдающуюся книгу как Библия, неизбежно сталкиваешься с проблемой увязывания в единое целое деспотически- жестокого морально-этического подхода (в основном принуждение силой, как метод воспитания Израиля) в книгах Ветхого Завета - с подходом, полным любви и сострадания, в Новом Завете. Многие новообращенные христиане, с таким жаром и энтузиазмом рассказывающие о новозаветном Спасителе, инстинктивно уклоняются от подробного обсуждения книг Ветхого Завета. Когда разговариваешь с таким молодым ортодоксальным пропагандистом, то выясняется, что оппонент даже не читал Ветхий Завет. Он прочел множество брошюр апологетов христианства, знает выборочные места из Ветхого Завета - но не проникся духом, пронизывающий его. Они мне напоминают множество партийных агитаторов времен Советского Союза. Те тоже самозабвенно агитировали за правоту марксистко-ленинской идеологии, используя в своей работе подборки цитат из книг классиков марксизма. Однако, в массе своей, не читали трудов К.Маркса, Ф.Энгельса, В.Ленина, не говоря уже о Р.Гароди, М.Джиласе, В.Ильенкове и других марксистах, пытавшихся творчески развивать коммунистические идеи.
  
   Каким же, по выражению Аксючица, вырисовывается "образ Бога в традиционной интерпретации творения и грехопадения? Творец изображается строгим законодателем, жестко регламентирующим всю жизнь человека, вплоть до мелочей. Бог - жесткий Судия, свирепо наказующий за нарушения предписанных Им законов. Бог проявляет только гнев, а не милосердие; жестокость, а не любовь; наказание, а не прощение.
   Но это образ Бога ветхозаветного, а не христианского! Бог христианства - Иисус Христос, принявший плоть человека. Его крестный путь жизни, Его Смерть на Кресте, Его Воскресение во плоти, Его заповеди раскрывают Бога любви, свободы, милосердия, сострадания, прощения. Сложившаяся концепция грехопадения сформулирована вне основополагающих христианских истин о Боге... Не могут в основу мироздания полагаться одни принципы (несвободы, запрета, жесткого наказания) с тем, чтобы затем Творец через благовестие Иисуса Христа открывал человеку истины прямо противоположные" [5, с.59,61].
  
   Рассмотрим моральный и религиозный выбор человека, которого трудно заподозрить в мягкотелости и пацифизме - генерала А.И. Деникина: "Я лично прошел все стадии колебаний и сомнений и в одну ночь (в 7-м классе), буквально в одну ночь, пришел к окончательному и бесповоротному решению: человек - существо трех измерений - не в силах осознать высшие законы бытия и творения. Отметаю звериную психологию Ветхого Завета, но всецело приемлю христианство и Православие. Словно гора свалилась с плеч! С этим жил, с этим и кончаю лета живота своего" [20, гл. Школа]. Это пример интеллектуально-честного религиозного подхода к вопросу противоречия духа Ветхого и Нового Заветов.
  
   Вопрос о жестокости Ветхого Завета не нов, как и почти все трудные вопросы в этом мире. Уже среди первых христиан были такие, кто утверждал: христианский Бог Любви не может иметь ничего общего с жестоким, мстительным и капризным "богом", каким рисует его Ветхий Завет. Некоторые богословы первых веков христианства (в частности Маркион) предпринимали попытки противопоставления Нового Завета Ветхому. Маркион в своем основном сочинении "Антитезы", до предела заострил учение апостола Павла о противоположности двух Заветов Библии и решительно отверг Ветхий Завет, утверждая, что тот повествует о немилосердном Демиурге. Церковь осудила это учение как ересь.
  
   Андрей Десницкий в своей статье "Жесток ли Бог Ветхого Завета" указывает: "Но что же отталкивает современного читателя от Ветхого Завета? Прежде всего, его "жестокость". Ну что же, Библия - это правдивая книга и, если люди всегда убивали и ненавидели друг друга, если даже самые великие праведники бывали небезупречны, она повествует об этом честно и открыто. С этим, казалось бы, все ясно. Но сомневающиеся не успокаиваются: Ветхий Завет говорит не просто о жестокости отдельных людей, он приписывает эту жестокость самому Богу" [21]. В том-то и сложность, что в мораль ветхозаветных людей жестокость и массовые убийства вполне укладывались (у них были несколько иные представления о мире и морали, нежели у нас), но когда высказывания и категорические требования ветхозаветного Бога соответствуют стандарту неразвитой и жестокой морали древних племен - то это уже нонсенс.
  
   Где же именно в Ветхом Завете мы читаем о таких событиях? Прежде всего в книге Иисуса Навина. Наверное, если бы среди современных христиан провели голосование: какую книгу убрать из Библии - подавляющее большинство голосов набрала бы именно она. "В тот же день взял Иисус Макед, и поразил его мечом... никого не оставил, кто бы уцелел и избежал; и поступил с царем Македским так же, как поступил с царем Иерихонским. И пошел Иисус и все Израильтяне с ним из Македа к Ливне и воевал против Ливны; и предал Господь и ее в руки Израиля, и взяли ее и царя ее, и истребил ее Иисус мечом и все дышащее, что находилось в ней: никого не оставил в ней" (Ис.Нав. 10: 28-30).
  
   На современном языке это называется геноцидом, за это сегодня судят в международных судах. Но оказывается, Иисус Навин действовал при завоевании городов в полном соответствии с Божьей волей:
   "и когда Господь Бог твой предаст его в руки твои, порази в нем весь мужеский пол острием меча;
   только жен и детей, и скот и все, что в городе, всю добычу его возьми себе и пользуйся добычею врагов твоих, которых предал тебе Господь Бог твой;
   так поступай со всеми городами, которые от тебя весьма далеко, которые не из числа городов народов сих
   А в городах сих народов, которых Господь Бог твой дает тебе во владение, не оставляй в живых ни одной души, но предай их заклятию: Хеттеев и Аморреев, и Хананеев, и Ферезеев, и Евеев, и Иевусеев, как повелел тебе Господь Бог твой" (Втор. 20, 13-17).
  
   Ещё более грозный приказ из уст Яхве приводится в книге пророка Иезекииля:
   "идите за ним по городу и поражайте; пусть не жалеет око ваше, и не щадите;
   старика, юношу и девицу, и младенца и жен бейте до смерти, но не троньте ни одного человека, на котором знак, и начните от святилища Моего.
   И сказал им: оскверните дом, и наполните дворы убитыми, и выйдите. И вышли, и стали убивать в городе" (Иез.9: 5-7).
  
   Подобные места Ветхого Завета (которых там довольно много) показывают, в каком мире дремучей морали пребывали все народы и племена, обитавшие вокруг Средиземного моря. Человеческие жертвоприношения (в том числе и детские) для языческих богов были вполне нормальным, даже необходимым явлением. Единобожие Израиля, без жертвоприношений младенцев, было гигантским шагом вперед в области морали. И завоевание земли обетованной, с уничтожением языческого многобожества, требовало суровых мер. С точки зрения человека того времени никаких моральных препятствий не было (цель оправдывала средства). Сознавая моральное превосходство единого Бога над языческими богами, иудеи готовы были (на уровне религиозной идеологии) к истреблению всего языческого. Справедливости ради укажем, что по свидетельству историков, реальные захваты не приводили к тотальному истреблению населения в пограничных с иудеями городах.
  
   Но вложение в уста Бога высказывания "не оставляй в живых ни одной души, но предай их заклятию... как повелел тебе Господь Бог твой" вызывает у читателя неприятный осадок недоумения и отторжения. Нам известно (по библейскому преданию), что все народы произошли от членов семейства праведника Ноя, оставшихся в живых после всемирного потопа.
  
   "И благословил Бог Ноя и сынов его и сказал им: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю.
   И сказал Бог Ною и сынам его с ним: вот, Я поставляю завет Мой с вами и с потомством вашим после вас.
   Сыновья Ноя, вышедшие из ковчега, были: Сим, Хам и Иафет. Хам же был отец Ханаана. Cuu трое были сыновья Ноевы, и от них населилась вся земля" (Быт 9:18-19).
  
   Следовательно, после Ноя завет Божий был со всеми народами (как прямыми потомками патриарха), населяющими землю. И уже это одно препятствует нам воспринять вышеуказанный "призыв" Бога о поголовном уничтожении народов, стоящих на пути воинов Иисуса Навина, буквально. Велика вероятность того, что неизвестный автор "Книги Иисуса Навина", тактически необходимые для завоевания обетованной земли действия "освятил", вложив их в уста Бога. Подобные вещи возможны, без всякого желания сфальсифицировать или подправить те посылы от Бога, которые получали ветхозаветные персонажи. Вероятно, здесь играет важную роль антропоморфность образа Бога, столь характерная для древних людей. Понимая свое подобие Создателю, они не учитывали зачаточную степень своей неразвитой морали - что приводило их к мысли, что методы, тактически необходимые для народа завоевателя, являются также методами Бога.
  
   По библейскому учению Бог есть Дух, Он вездесущ и вечен, Бога никто никогда не видал. Его качествами по христианскому катехизису являются: вечный, всеблагий, всеведущий, всемогущий, всеправедный, неизменяемый, всесвятый, вседовольный, всеблаженный, вездесущий и т.д. Он пронизывает все сущее во вселенной. Описание Создателя (в ветхозаветном пятикнижии) в телесном виде: с руками, очами, ушами и другими членами - является очевидным примером антропоморфности образа Бога. Наряду с приписыванием телесного облика Богу, люди наделили Его человеческими качествами в максимальной степени (то, что у нас в недостатке - у Него в избытке). Особенно в этом преуспели мусульмане, наградив Аллаха более, чем сотней имен-определений.
  
   Так как Бог - это нематериальный Дух (пронизывающий все и вся), которого никто не видел, то воспринимать какие-то сообщения от Него могут только особо чувствительные к этому люди (вероятно обладающие особыми духовными качествами для вычленения их из хаотичного фона). В чем-то это напоминает процесс настройки радиоприемника на нужную очень слабую волну, подвергающуюся глушению. Многие люди среднего и более старшего возраста отлично помнят, как трудно было настроиться по радио на "Голос Америки", ''Радио Свобода" или "ВВС" (которые немилосердно глушились). В процессе такого восприятия, подсознательный антропоморфный образ Бога, может сыграть коварную роль корректора получаемой информации.
  
   Наверно этим объясняется то, что в Ветхом Завете на фоне кровавой истории борьбы Израиля за свое свободное государство (с требованием Бога беспрекословно выполнять свои, зачастую жестокие, требования, делегированные через царей и пророков), пробиваются, поначалу тонкие и слабые, ростки понимания Бога, как любящего отца (а не громоподобного правителя). Эти ростки получили дальнейшее развитие в новозаветной истории.
  
   "И сказал: выйди и стань на горе пред лицем Господним, и вот, Господь пройдет, и большой и сильный ветер, раздирающий горы и сокрушающий скалы пред Господом, но не в ветре Господь; после ветра землетрясение, но не в землетрясении Господь; после землетрясения огонь, но не в огне Господь; после огня веяние тихого ветра, и там Господь" (3 Цар. 19 : 11-12).
   В этом отрывке отчетливо видно начинающееся понимание того, что явление Бога для народа Израиля - это не грубые театрально-декоративные эффекты с гибелью тысяч людей, с пожиранием их огнем; а тихое веяние, несущее благодатную весть.
  
   По мнению автора этой статьи, воля Божия пронизывает всю вселенную подобно гравитационному полю, формируя и поддерживая жизнь, создавая благоприятные для неё условия. Бог посредством Своей воли направляет эволюционный процесс, включая трансформацию морали человека от первобытно-звериной (полной желания подчинить окружающих или уничтожить их), в сторону увеличения сострадательности и любви ко всему живому. Об этом и писал Николай Бердяев: "человек стал более сострадателен, чем был прежде, он не выносит уже жестокости былых времен, он по-новому жалостлив ко всякой твари, не только к людям, к самому последнему из людей, но и к животным, и ко всему живущему" [22, с. 138].
  
   Трудно себе представить, чтобы Иисус Христос, которого люди видели и слышали (оставив нам письменные свидетельства Его личных высказываний), высказал бы что-нибудь вроде такой цитаты: "...итак убейте всех детей мужеского пола, и всех женщин, познавших мужа на мужеском ложе, убейте..." (Числа 31:17-18). Если ветхозаветный Бог и Иисус Христос по сути две личности одного Бога, то подобные высказывания (встречающиеся в Ветхом Завете) от первого лица приводят нас к нескольким логическим выводам:
      -- Либо Ветхозаветный Бог и Иисус Христос -- это совершенно разные божества: Отец - суров и неоправданно жесток, а Сын же - добр, кроток и является воплощением любви;
      -- Либо Ветхозаветный Бог Яхве не в полной мере соответствует теологической догме о "принципиальной неизменяемости". Если догмат о Святой Троице верен, то можно предположить некую эволюцию Бога от сурового Яхве к сострадательному Иисусу Христу;
      -- Либо люди, получавшие информацию от Первого лица, что-то недопоняли и неправильно интерпретировали полученный ветхозаветный информационный посыл.
   "Если бы вы действительно знали Меня, вы бы знали и Моего Отца. И сейчас вы знаете Его и видели Его.
   Филипп сказал: - Господи, покажи нам Отца, и этого нам будет достаточно.
   Иисус ответил: - Неужели ты не знаешь Меня, Филипп? Ведь Я уже столько времени среди вас! Кто видел Меня, тот видел и Отца. Как ты можешь говорить: "Покажи нам Отца"?
   Неужели вы не верите, что Я в Отце и Отец во Мне? Слова, которые Я вам говорю, не Мои слова. Это Отец, который живет во Мне, совершает свою работу.
   Верьте Мне, Я говорю вам, что Я в Отце и Отец во Мне, или верьте, по крайней мере, по Моим делам" (Ин. 14: 7-11).
  
   Традиционное апологетическое богословие, принимая в качестве основополагающей истины положение о Божественной Троице и одновременно настаивая на абсолютной непротиворечивости положений и текстов Ветхого Завета, с точки зрения логики наступает на минное поле морали. Принимая во внимание догмат о Божественной Троице, утверждающий о единстве по существу трех Лиц (Ипостасей), мы неизбежно приходим к выводу о том, что с момента сотворения мира все важные решения принимались консенсусом - Богом Отцом (Яхве) и Богом Сыном (Иисусом), предвечно рожденным. В таком случае призывы о физическом уничтожении множества людей исходили не только от имени Яхве, но должны были быть акцептированными Сыном. Если Иисус еще не родился и не воплотился в образе человеческом, то это совсем не означает, что Он в своем нематериальном обличие не влиял на события. Но зная, не понаслышке, а воочию каким был Божий Сын, приходится с негодованием отвергнуть подобные предположения. Что-то не вяжется с логикой у апологетической теологии. Хоть и бессознательно, но прекратите клеветать на светлый образ Бога, господа!
  
   Автор статьи придерживается третьего логического вывода. Мы имеем личное высказывание Иисуса Христа, зафиксированное евангелистом, о том, что слова Иисуса не Его слова, но слова Отца, который через Иисуса совершает Свою работу. Дела Спасителя нам хорошо известны, это дела любви, прощения и искупления. Приведенные выше цитаты Ветхого Завета, сказанные якобы от первого лица, не могли быть сказаны непосредственно Богом, как материальным персонажем. Нет, из самой сути Бога, как нематериальной сущности, вытекает, что информация была получена реальными людьми через, так называемое, откровение. Реальные люди - это известный всем "человеческий фактор", зависящий от самочувствия человека, его врожденным способностям по восприятию такого рода информации. Маловероятно, чтобы Бог в различные времена истории посылал людям взаимоисключающую информацию. Более достоверна информация, полученная непосредственно от первоисточника в личном контакте, чем информация, полученная через посредника. Библия предупреждает, что не все сказанное пророками от имени Господа является действительно словами Бога: "Если пророк скажет именем Господа, но слово то не сбудется и не исполнится, то не Господь говорил сие слово, но говорил сие пророк по дерзости своей" (Втор. 18:22).
  
   Люди, по сути своей, из полученной незнакомой информации, в первую очередь воспринимают что-то более близко-знакомое, часто искажая смысл сказанного (феномен испорченного телефона: "Слышал звон, но не знает, где он"). И только, последующая эволюция морали человека, позволяет ему услышать в посыле Бога реальное содержание. Подводя итоги сказанному, автор пришел к выводу, что Бог не призывал к тому злу, которое в Ветхом Завете приписывают Его высказываниям.
  
   Теперь разберемся с наличием зла в мире, как это выглядит в рамках авторской концепции. По мнению автора статьи, Бог - это всеобъемлющее, созидающее и поддерживающее жизнь начало, пронизывающее всё и всех, без исключения. Это нематериальное Нечто послужило толчком к формированию мироздания из вакуума (фактически из ничего). Мало того Оно сформировало такое тонкое соотношение физических констант, которое позволяет нашей Вселенной быть устроенной так, чтобы в ней могли существовать наблюдатели (так называемый антропный принцип). Например, если бы масса электрона была бы немногим больше или немногим меньше, то стабильных атомов не было бы, и жизнь была бы невозможна. Причина этого точного соответствия часто определяется тем, что, по теоретическим предположениям, должно существовать много разных Вселенных, но мы можем наблюдать только ту из них, которая позволила сформироваться наблюдателям. Это вполне возможное научное предположение (сейчас многие физики склоняются к теории мультиверса или "пузырящейся Вселенной"), но оно не опровергает того, что в нашей Вселенной всё создано для успешного развития человека. Этот творческий импульс, несомненно, был благонастроен (отсюда антропоморфная характеристика Божества - Всеблагой) для успешной эволюции человека.
  
   Эта эволюция протекает в реальном физическом мире, имеющем определенные законы природы, вытекающие из благоприятных для возникновения жизни физических констант. Феномены физического природного зла (болезни и бедствия, землетрясения, пожары, наводнения, пандемии) - суть следствия реальности нашего физического мира. Например, землетрясения - это подземные толчки и колебания поверхности Земли, вызванные естественными причинами (главным образом тектоническими процессами). Ежегодно на всей Земле происходит около миллиона землетрясений, но большинство из них так незначительны, что они остаются незамеченными. Действительно сильные землетрясения, способные вызвать обширные разрушения, случаются на планете сравнительно редко. В процессе эволюции человеческого общества выработались знания о том, чтобы не следует расселяться для проживания вблизи вулканов или мест часто подверженным наводнениям и землетрясениям.
  
   Аналогично, болезни и пандемии являются следствиями воздействия вредных микроорганизмов или неправильного образа жизни (отсутствие личной гигиены или злоупотребление алкоголем, наркотиками). В реальной жизни все живые существа живут за счет других живых существ. Кролик поедает морковь, человек поедает кролика, микроорганизм (микроб) живет внутри человека и продукты его жизнедеятельности способны нанести вред человеку. Таков, установленный созидающим и творческим Божьим началом, порядок жизни в нашем физическом мире. Но эта вечная и вездесущая божественная воля, пронизывая и наполняя нас, в течении многих поколений ведет людей к изучению и познанию мира - учит, через ошибки и потери, находить пути преодоления болезней и эпидемий. Появляется наука, медицина, меняются отношения людей - они становятся сострадательней и разумней.
  
   Конечно, при таком подходе к объяснению природного зла, исчезает персональная защищенность от Бога. Эпидемии, жертвами которых в средние века становились миллионы европейцев (их объявляли жертвами Божьего наказания за грехи людей), в наше время прекратились после широкого распространения хлорирования воды и личной гигиены (люди руки стали мыть перед едой, притом мылом). Было ли желание Создателя уничтожить такое количество людей (среди которых большинство были христианами) за грехи народа? Очевидно, что нет. Но эти беды многому научили народы.
  
   Но, возразят мне, и сегодня от многих заболеваний умирают люди (добрые и злые) даже в высокоразвитых странах, несмотря на расцвет медицины и науки. Причиной многих заболеваний являются генетические мутации, которые невозможно предугадать. Статистика смертности в развитых странах от тяжелых болезней колеблется от 17% (ишемическая болезнь сердца) до 1,8% (рак желудка), что несоизмеримо меньше, чем в прошлые века. Но почему же от этих болезней умирают не только мерзавцы и грешники, но и много честных и благородных людей? Ответ прост: мы живем не в придуманном мире (который нам хотелось бы иметь) - нет, мы живем в реальном физическом мире с определенными законами природы. Реальный мир - это реальное сопротивление среды обитания процессу развивающейся жизни. На войне генералы, планируя наступательную операцию, в начале её проводят артподготовку по противнику. Из статистики военных действий они знают, что будет уничтожено до 20% противника. У солдат, находящихся в окопах, было в ходу выражение, что погибнет тот "на кого Бог пошлет". То есть погибают не по личным качествам доброты или греховности, а по совершенной случайности (любой может оказаться в этих 20 процентах). Что-то подобное случается и среди больных, к примеру, раком желудка. Из тысячи заболевших, невзирая на лечение, погибнут 18 человек. И мы не можем определенно сказать - кто из тысячи. С точки зрения постороннего наблюдателя (даже лечащего врача) эти 18 человек будут совершенно случайными.
  
   По мнению автора, физическое (природное) зло не является злом в полном смысле этого слова. Это школа для возмужания и взросления сотворенного человека. И по поводу несправедливости, причиненной физическим злом, не надо роптать. Лучше иметь такой мир для жизни, чем вообще никакой. Вселенная, созданная Создателем для жизни людей, может быть только такой, т.к. любое изменение мировых констант неизбежно привело бы к миру, в котором люди не появились бы.
  
   Михаил Веллер, названный современным пророком, в своей книге "Всё о жизни" пишет: "В неживой природе есть лишь естественные процессы, идущие по естественным законам, и не имеющие отношения к морали вообще и к добру и злу в частности. Извержение вулкана, рождение и гибель галактики - при чем здесь мораль... В неодушевленной природе, никак не воспринимаемой разумным субъектом, добра и зла не больше, чем в учебнике физики, который вдобавок некому читать" [23, с.500]. Предварительно вложенное знание, без способности к обучению, (типа инстинкта животных) не гарантировало бы адекватное поведение в незапланированных ситуациях. Зато приобретенное знание, даже ценою жертв, гораздо более ценно и адаптировано к неожиданным ситуациям.
  
   В отношении морального зла ситуация немного другая. Напомним, что моральное зло - это зло, возникшее в результате намеренных действий людей или небрежного бездействия, сознательный выбор злого самими людьми. Так почему же человек выбирает для себя путь злых поступков? Апостол Павел в послании к римлянам написал: "Ибо не понимаю, что делаю, потому что не то делаю, что хочу, а что ненавижу, то делаю... Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю" (Рим. 2: 15, 19). Человек желает счастья в земной жизни, что вполне естественно, но когда он под этим понимает счастье лишь для себя (невзирая на окружающих его людей), то это первый шаг по дороге, ведущей к злу. Это торжество своеволия над всеобщей волей. И напротив, человек, желающий счастья не только для себя, но и для окружающих, уже стоит на пути добра. Подобное понимание добра и зла содержится в заповедях любви Иисуса Христа:
   "Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всею крепостию, и всем разумением твоим.
   Сия есть первая и наибольшая заповедь.
   Вторая же подобная ей: Возлюби ближнего твоего, как самого себя, на сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки" (Матф. 22:37-40).
  
   Путь добра - относится к другим как к самому себе, путь зла полная этому противоположность - любить и ставить себя выше ближних (т.е. окружающих тебя) людей. Веллер пишет: "Добро и зло могут существовать лишь для субъекта - в его восприятии, отношении, оценке чего-то... Познавая мир, человек и столкнулся давно с тем, что вроде бы все хотят одного, а получается то и дело другое. Все хотят счастливо жить и в общем представляют себе, как именно. А почему-то, из мелких и частных неистребимых желаний отдельных индивидуумов, получаются войны, убийства, разорения и прочее зло" [23, с.500, 504].
   Неотделимым свойством людей является их вечная неудовлетворенность миром, их окружающим. Они направляют все свои устремления и таланты на переделывание мира (этим добиваясь более счастливой жизни). Если субъект всецело закольцован на счастье исключительно для себя или для своей группы, то для него становится естественным подчинение окружающих.
  
   Чтобы быть впереди других: надо или расти самому, или опустить окружающих. Второе намного легче. Природа Добра и Зла во многом заключена в стремлении человека сделать мир иным, из-за неудовлетворенности настоящим.
  
   "Стремление это имеет единую природу - инстинкт жизни, принимающий вид инстинкта действия, - а форму добра или зла принимает в зависимости от многих объективных и субъективных обстоятельств: кому что по плечу, какая историческая погода на дворе, каково соотношение рацио и вита в индиивиде, как его воспитывали, куда он попал и т.д." [23, с.505]. В процессе эволюции морали человека, опирающейся на пронизывающую всех Божию Волю, появляются многие ограничивающие зло законодательные акты. Церковь ведет неоценимую работу по смягчению нравов людей, многое из того, что было приемлемым столетия назад - сейчас отвергается по моральным критериям. Конечно наивно верить, что эта работа эволюции под Божьим водительством, приведет к окончательному исчезновению зла (это произойдет лишь после Второго Славного пришествия Христа). Но значительных успехов на этом пути можно ожидать.
   2. Божественное недоразумение - взгляд психолога на проблему зла.
   Другой подход к логически непротиворечивому решению проблемы зла предложил, давний знакомый автора статьи еще со студенческих лет, доктор психологии, профессор Павел Тюрин, представляющий психологическую науку Латвии. Его статья "Божественное недоразумение (опыт психологического моделирования происхождения Люцифера-Сатаны)" является теоретически блестящим примером решения сложнейшей задачи. Он для решения проблемы зла попытался "представить состояние Высшего существа, преисполненного творческих сил и предваряющего дальнейшую историю Творения... В чем могло бы выразиться пределъное/максималъное выражение творческих возможностей Бога?" [24]. По мнению П. Тюрина, творческая свобода высшего существа неизбежно приведет к желанию творить по максимуму. Что же может быть максимальным выражением творения для Всемогущего Бога? Не что иное, как создание собственного подобия (только непонятно зачем, неужели лишь для подтверждения собственных сил). Тюрин вполне объективен, указывая, что "наряду с доктринациями о совершенном и безупречном Создателе...религиозная мысль постоянно пыталась как-то примирить их с наличием зла в созданном Всевышним мире, при твердом убеждении, что Бог никак не мог быть причиной его возникновения" [24]. Одним из самых странных теологических выводов из данной ситуации является придание "злой силе служебно-инструментальную функцию - искушения злой силы испытывают человека на верность Богу" [24]. Этим как бы соглашаются, что зло создано Богом, но не как фактическое зло, а лишь в качестве инструмента для тестирования человека. Такие утверждения горе-теологов (в буквальном смысле) разрушают веру человека в наличие отцовских чувств Бога, представляя Его в виде рабовладельца, а человека в виде жалкого раба. Эти утверждения явно свидетельствуют об отсутствии какой-либо христианской сострадательности у самих теологов.
  
   П.Тюрин данный конфликт решает предположением, что "причиной возникновения Дьявола явилось создание Всеблагим и Всемогущим Господом собственного подобия в стремлении проявить Свою творческую силу в максимальной степени" [24]. Это привело к появлению, равной по возможностям, конкурирующей личности. Возможное сотрудничество на первых порах, в дальнейшем обернулось соперничеством. Разница между Творцом и Его созданным подобием заключалась лишь в том, что Творец был первичен (теологически определяемый как "Сам причина самого Себя"). Этот конфликт двух, равных по возможностям, личностей привел к нарушению порядка всего сущего (хотя тут мы наблюдаем некоторое несоответствие со Всеведением Божием). Люцифер никак не хотел признать вторичность своего существования. По мнению профессора "Все же кажется, что идея богоборчества с большей вероятностью могла зародиться у Люцифера как реакция на событие, принизившее его воображаемый статус" [24]. Сотрудничество в подчинении Создателю неизбежно подчеркивало ущербность статуса Люцифера. И по логике, что "лучше быть первым парнем на деревне, чем вторым в городе", сатана (испытывая генетическое стремление к творчеству) начал свою борьбу против Первоначала. Для него это творчество было с противоположным знаком - созданное превращать в ничто.
  
   Сложность ситуации в том, что, несмотря на все эти логические построения, не прояснённым остается догмат о Всеведении Бога. П.Тюрин вынужден признать кардинальные неясности по этому вопросу. Он приводит слова выдающегося русского философа Алексея Лосева (сказанные под конец жизни): "Это меня всегда поражало. И так я прожил свою жизнь и до сих пор не могу понять. И так и знаю теперь -- не смогу понять... Бог правит всем, а здесь что творится? Разве не может Он одним движением мизинца устранить всё это безобразие? Может. Почему не хочет? Тайна... Ангелы во множестве отпали от Бога. Дьявол, бывший ангел, всё знает и всё признает, кроме абсолютного бытия Бога. Неужели Бог не мог бы привести его в такое состояние, чтобы дьявол не делал зла? Ха-ха! А почему Бог этого не делает? Тайна..." [24].
  
   Но несмотря на теоретические сложности, логика предположения П.Тюрина точна и кристально ясна. Творческая активность Создателя неизбежно привела Его к максимальной задаче - сотворить собственное подобие. Создание этого подобия, безусловно, по законам психологии, привело к противоборству Создателя и созданного Им подобия себя. При равности сил и возможностей (т.к. созданный был подобен Создателю во всем) для окончательной победы добра в мире неизмеримо возрастает роль третьей силы - человека (у которого оказался, так называемый, золотой мандат). В вышнем мире, по предположению Павла Тюрина, сформировалось шаткое равновесие и то, на чью сторону встанет человек решит главную проблему мироздания - победу Добра нал Злом. Поэтому в нашем реальном мире и идет борьба добрых и злых сил за влияние на умы людей.
   3. Антропоморфность образа Бога - альтернативное решение проблемы зла.
   По иудео-христианским богословским представлениям Бог монотеизма обладает множеством характеристик:
   Природные (абсолютные) качества: Вечный, Вездесущий,
   Всемогущий, Всеведущий.
   Нравственные (моральные) качества: Святость, Праведность,
   Справедливость, Верность, Благодать, Милость, Долготерпение,
   Любовь.
  
   Эти характеристики свое происхождение ведут из писаний Библии (в основном из Ветхого Завета). Как мы уже указывали выше, они во многом являются антропоморфной экстраполяцией лучших качеств и представлений человека о том, каким должно быть Высшее существо, т.к. Бог, по определению нематериален и импульсы, которые исходят от Него, могут воспринять лишь единицы. Все эти характеристики в своей сумме ведут к очень неприятным для верующего выводам. Сумма качеств Бога не согласуется с наблюдаемым в мире злом. Виктор Аксючиц указывает: "Традиционные толкования сходятся в том, что зло проистекает из человеческой свободы. Но тогда источник свободы внебожествен. Свобода оказывается одновременно и Божиим даром, и вместилищем зла. Так проблема происхождения зла порождает антиномию: если Бог всеблаг, то зло не может быть от Бога, но если Бог всеобъемлющ и вне Его ничего нет, то зло не может исходить из чего-то вне Бога" [5, с.354].
  
   Все попытки решить такую антиномию теодицеи наталкиваются на логические тупики. Убедительного решения до сего времени не было найдено. Но автор предпринял такую попытку, косвенно затронутую в статье "Конец Света не раньше, чем через 2 млрд. лет" [25]. В ней разбирается притча о злых виноградарях из евангелия от Луки, где в аллегорической форме рассказывается о том, что хозяин виноградника "отлучился на долгое время" и по возвращении "придет и погубит виноградарей", которые отвергли посланных слуг хозяина виноградника и убили его сына. Образы притчи более чем прозрачны: хозяин виноградника - это Бог Отец, посланные слуги - это пророки, посланный сын - это прообраз Иисуса Христа.
  
   Далее автор рассмотрел первые главы книги Бытие (Ветхий Завет), которые повествуют о сотворении мира в течении шести дней с особым выделением седьмого дня. В книге Бытие о седьмом дне сказано: "И совершил Бог к седьмому дню дела Свои, которые Он делал, и почил в день седьмый от всех дел Своих. которые делал. И благословил Бог седьмой день, и освятил его, ибо в оный почил от всех дел Своих, которые Бог творил и созидал" (Быт. 2:3-3). Протоиерей Леонид Грилихес, заведующий кафедрой библеистики Московской духовной академии: "За пределами Шестоднева стоит еще один день - день седьмой. Все, что вершилось в течение шести дней, -- лишь подготовка к седьмому дню, который не просто выходит за рамки, но превосходит всякое творение. Совершенство седьмого дня подчеркивается в книге Бытия не только вербально, но и формально: уже в композиции повествования о седьмом дне мы можем увидеть, с одной стороны, решительное отличие этого дня от всех прочих, а с другой - указание на его абсолютное превосходство" [25]. Только седьмой день Бог "благословил и освятил".
  
   Для нашего рассуждения свяжем седьмой день творения с констатацией факта об отлучке хозяина виноградника в притче. По нашему предположению длительная отлучка хозяина виноградника как-то связана с седьмым днем творения, в который Бог почил "от всех дел Своих". Святость этого дня незыблема, особенно для иудаизма и, через четвертую заповедь, для христианства: "Помни день субботний, чтобы святить его. Шесть дней работай, и делай всякие дела твои; а день седьмой -- суббота Господу, Богу твоему: не делай в оный никакого дела ни ты, ни сын твой, ни дочь твоя, ни раб твой, ни рабыня твоя, ни скот твой, ни пришелец, который в жилищах твоих" (Исх.20:8-11). Такое настоятельное требование, даже упомянутое в знаменитых десяти заповедях (Декалоге), данных самим Богом Моисею на горе Синай. Маловероятно, что сам Бог будет нарушать свои требования, данные Израилю в виде одного из основных законов.
  
   Но требование чтить седьмой день отдыха, посвященный Богу, не является чем-то обязательным для Люцифера - врага Бога. Напротив, то, что Бог почил от дел своих, развязывает ему руки. Вопрос только в том - сколь длинным является Божий "день субботний", после которого последует реальное возвращение Бога, когда Он "придет и погубит виноградарей тех". В статье "Конец Света..." приводится, логически неопровержимый (на взгляд автора), расчет длительности Божьего дня. Используя научные, неоднократно проверенные, данные космологии о времени, прошедшему с момента Большого Взрыва (при зарождении мироздания) и данные археологии о времени появления древнейшего человека - можно установить длительность Божьего дня. Со времени Большого Взрыва до времени появления древнейшего человека прошло примерно 13,5 миллиардов лет. По версии книги "Бытие" этот же процесс занял шесть Божьих дней. Простейший расчет показывает, что длина Божьего дня составляет 13,5:6 = 2,25 миллиарда лет.
   По истечению этого срока (если рассуждения автора и представления современной космологии верны) можно ожидать окончательного решения проблемы наличия зла - царственного возвращения Бога для воздаяния по заслугам: и совершавшим добро, и совершавшим зло.
   Выводы из альтернативных попыток решения проблемы наличия зла:
   Полученные данные показывают, что для выхода из неизбежных логических противоречий, следующих из постулируемых иудейскими и христианскими представлениями о антропоморфных характеристиках Бога, возможно лишь очень небольшое количество логически непротиворечивых вариантов решения проблемы существования зла.
   В первом варианте решения проблемы автор статьи исходил из предположения, что не все наши представления о характеристиках Божества действительно Ему соответствуют. Во-первых, существуют трудности транскрипции посылов Бога людьми, которые их потом декларируют. В библии указывается возможность ошибок пророками в интерпретации этих посылов (чаще всего неосознанных, вызванных заложенной в них предыдущим воспитанием антропоморфного восприятия образа Бога). Во-вторых, существуют драматические разногласия в моральной тональности сообщений от первого лица, сделанные Иисусом в присутствии свидетелей (которые зафиксировали их в евангелиях) и ряда сообщений первых книг Ветхого Завета, сделанных Создателем и переданных опосредованно (не напрямую) Израилю в интерпретации царей и ряда пророков. То, что сообщения передавались и через царей Израиля наводит на большие сомнения, что они не были скорректированы в нужном для царей политическом русле. Представленный первый вариант близок к позиции деизма в понимании Бога, как Творца универсума со всем необходимым для существования мира. И после акта творения Бог принципиально не вмешивается в ход развития сотворенного мира (дав творческий импульс и незримо присутствуя в мире и в каждом из нас). Только в процессе эволюции человека и его морали возможно будет избавиться от многих проявлений зла.
  
   Слабость первого варианта, в первую очередь, заключается в том, что отпадает личная защищенность человека от Бога. "А у вас и волосы на голове все сочтены. Итак, не бойтесь: вы дороже многих малых птиц" (Лк. 12:7). Многие трагические происшествия в мире, связанные с гибелью сотен людей при авиационных катастрофах, гибель беззащитных детей в гражданских войнах по всему миру, на мой взгляд, недвусмысленно показывают всю логическую шаткость теологически-ортодоксальных объяснения подобных вещей. Как согласовать подобные случаи с декларированными свойствами Бога? И сами несчастья приводят в ужас, и невозможность логически строго согласовать зло и Божьи свойства - тоже приводит к отчаянию. Можно отгородиться высказыванием "нам не дано знать пути Божьи", но душу этим не обманешь (она обеспокоена и болит из-за таких происшествий). Если это у кого-то не так, то такой человек неизлечимо болен душевной глухотой.
   Во втором варианте решения проблемы доктором психологии Павлом Тюриным показана психологическая составляющая творчества Высшего существа. Желание творить по максимальной шкале приводит Бога к созданию собственного подобия. Созданное творение во всем подобно Создателю, за исключением одной малости - оно вторично. Возникает неизбежная ситуация конкуренции, в которой нежелание признать свою вторичность, заставляет Люцифера всю свою творческую энергию направить на противодействие Создателю - в первую очередь творя зло для человека (который, по мнению сатаны, является любимчиком Бога). Возникшая патовая ситуация, вследствии равновесия сил Творца и сотворенного им подобия, может успешно разрешиться только привлечением человека на свою сторону какой-либо стороной небесного конфликта.
  
   Слабость второго варианта в том, что Бог по своему собственному желанию, создав своё полное подобие, фактически вывел Себя из игры - нейтрализовал свои силы и возможности (-1+1=0). Две одинаковые величины с противоположными векторами взаимно нейтрализуются. Даже в таком посттрадиционном подходе к проблеме зла, через исследование психологической логики Создателя, фактически вводится элемент многобожия - анти-Бога, обладающего равными возможностями. Тем самым закладывается теологическая мина под вековой постулат единобожия.
   В третьем варианте решения проблемы автор статьи, анализируя притчу о злых виноградарях и первые главы Ветхого Завета (книга "Бытие"), приходит к выводу, что долгое отсутствие видимого влияния Бога на преодоление проблемы зла можно объяснить исполнением заповеди "чтить день субботний". Но эта заповедь не указ для сатаны, который и день субботний использует для творения зла. Используя данные космологии и археологии, автор рассчитал длительность Божьего дня. Исполнение угрозы "погубить нечестие" можно ожидать после окончания Божьего субботнего дня.
  
   Слабость третьего варианта в том, что трудно представить, что Бог выжидает более двух миллиардов лет (один день для Него, но несоизмеримое время для человечества) для восстановления справедливости на Земле.
   Резюме.
  
   В рамках традиционных толкований Библии, по мнению автора статьи, невозможно логически непротиворечиво совместить наличие зла в мире (при столь больших его масштабах) с декларируемыми свойствами Бога, не принося в жертву какие-либо из них. Для убедительного ответа на все поставленные вопросы по проблеме зла необходимо внимательно наблюдать за происходящими событиями в нашем реальном мире. Нельзя отгородиться от неё забором теоретических брошюр и апологетической литературы. Как нам известно, практика критерий истины. Реальные происшествия отражают в себе, как в зеркале высшие закономерности.
   Библиография
   1. Буткевич Т. Зло, его сущность и происхождение. 2 том - Москва, 2007 г.
   2. Гумилевский Д. (Филарет). Православное догматическое богословие. - частъ1. 2 изд. Чернигов, 1865 г.
   3. Ольховский В. Проблема зла и теодицеи. - www.creationism.org/crimea/text/211 .html
   4. Что такое Теодицея? - http://www.slovopedia.eom/6/210/771227.html
   5. Аксючиц В. Под сенью креста. - Москва, Издательство "Выбор", 1997г.
   6. Полкинхорн Д. - http://www.bogoslov.ru/persons/292000/index.html
   7. Полкинхорн Д. Наука и богословие. Введение. Пер. с англ. (Серия "Богословие и наука") - Москва, Библейско-богословский институт св. апостола Андрея. 2004 г.
   8. Флоровский Г. Пути русского богословия. Часть II. На пути к катастрофе. - http://lib. eparhia-Saratov. ru/books/20f/florovsky/path2/38. html
   9. Шмеман А. Исторический путь православия. - http://www.sedmitza.ru/text/436711.html
   10. Бердяев Н. О назначении человека. - http://kгоtov.info/library/02_b/berdyaev/1931 026 _06.html
   11. Суинберн P. Есть ли Бог? Пер. с англ. (Серия "Богословие и наука") - Москва, Библейско-богословский институт св. апостола Андрея. 2006 г.
   12. Азимов А. В начале. - Пер. с англ. Москва, Издательство политической литературы, 1989 г.
   13. Докинз Ричард. Бог как иллюзия. - Пер. с англ. Москва, ООО "Издательская группа Аттику с", 2008 г.
   14. Значение слова "Попускать" в толковом словаре Даля - http://dal.scilib.com/word030510.html
   15. Василий Великий. О том, что Бог не виновник зла. - http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/patrologia/Article/Vasil_NeVin.php
   16. Св. Иоанн Златоуст. О путях покаяния. - http://www.wco.ru/biblio/books/ioannz-o_pokJH04-T.htm
   17. Св. Иоанн Златоуст. Беседа о диаволе. Часть III - http://www.pravoslavie.ru/put/2944.htm
   18. Св. Иоанн Златоуст. Беседы о статуях. Беседа I - http://www.ccel.org/contrib/ru/Zlat21/Statuesl.htm
   19. Протоиерей Всеволод Чаплин ответил на вопрос о "роскоши в Церкви" - http://www. blagovest-info.ru/index.php ?ss=2 &s=3&id=40348
   20. Деникин А. Путь русского офицера. - http://militera.lib.ru/memo/russian/denikin_ai/01.html
   21. Десницкий А. Жесток ли Бог Ветхого Завета? - http://www.goldentime.ru/hrs_text_033.htm
   22. Бердяев Н. О назначении человека, http://krotov.info/library/02_b/berdyaev/1931 _026_06.html
   23. Веллер М. Всё о жизни. - ООО Издательство "ACTМосква'', 2008 г.
   24. Тюрин П. Божественное недоразумение.
   http://fp. nspu. net/fileadmin/users/images/Konferenzia_2011 /turin.pdf
   25. Авик В. Конец Света не раньше, чем через 2 млрд. лет. http://scireprints. lu. lv/188/4/Aviks_Valerijs. о. konce. sveta.pdf
   ________________________________________
  
   Валерий Авик. Член Союза Художников ЛР, Homo Sapiens.
   Mob. (+371) 26303348, e-mail: Val_Luc@Balticom.lv
   ________________________________________
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"