Вокзальный шум, идущий сквозь витрины
Косых ларьков зигзагами путей,
И тонущий в пространстве розмарина,
Под южным солнцем, будто из частей

Он исчезает в бездне меланхолий,
В вагоне душном оставляя стук
И досок скрип на стареньком перроне 
(Он скрипом отгоняет пустоту)

И говорит, что счастье быть единым 
Со всем вокруг; всему не быть чужим
И даже скрип — он трелью соловьиной 
Внутри большой и радостной души

Он чертит путь, и смотрит время: поезд 
Ушёл туда, в цветущий розмарин.
Вокзальный шум, ларьки,— не беспокоят.
Но что-то вечное пропало вместе с ним.