Bad Dancer: другие произведения.

Краткая история агентства недвижимости

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Первый мой рассказ не в жанре фантастики. Написан для конкурса "Русская рулетка"

   Свободных мест в закусочной сегодня было немного - но этот человек, как и всегда, сидел за столиком один. Спокойный мужик, молчаливый и нелюдимый. Если кто-нибудь из случайных посетителей, не разглядев сослепу или спьяну наколки, направлялся в его сторону с намерением присоседиться, ему было достаточно просто поднять взгляд - и у посетителя вдруг пропадало всякое желание сесть именно за этот столик.
   Интересно, почему я даже про себя называю его - "этот человек"? Петром его зовут. Он старше меня на десяток лет. Пётр Васильев, 37 лет, холост, нет, да, участвовал, привлекался. Биографию его я знаю неплохо, фотографии фас и профиль видел. Да и в закусочной я встречаю его не в первый раз. Он почти всегда сидит здесь в одно и то же время. Правда, о моём интересе к нему он вряд ли догадывается. Но сегодня у меня есть шанс познакомиться.
   - Разрешите? - я твёрдо намеревался выдержать и его взгляд, и его холодное равнодушие.
   - Присаживайся, - медленно поднял он голову.
   Мне показалось, или в его взгляде действительно мелькнули узнавание и едва уловимая насмешка?
   Впрочем, это не особо удивительно, я теперь в этой забегаловке тоже почти что завсегдатай. Я прихожу сюда в обеденное время, чтобы перекусить, завершив трапезу ста граммами водки и бутербродом с ломтиком селёдки и колечками лука. Иначе не поймут, просто не впишусь в здешнюю атмосферу. Я в неё и так с трудом вписываюсь, я здесь самый молодой. Ходят сюда сбежавшие на время от своих бабок старички-пенсионеры, чтобы за стопкой водки или стаканчиком портвейна поболтать со сверстниками. Ходят громкоголосые бомжеватые мужички в сопровождении безвкусно одетых боевых подруг, пропивать срубленные на очередной шабашке деньги. Заходят пообедать и тихие офисные работники из близлежащих контор, которым не хочется переплачивать вдвое за обед в ближнем кафе, и которых часто соблазняет возможность показать фигу в кармане опостылевшему начальству, слегка нарушив трудовую дисциплину. Захожу и я, косящий под начинающего лузера молодой мужик в потрёпанных джинсах и футболке. Ради этих походов я не поехал в отпуск с ребятами в Карелию. Поваляюсь с утра на пляже - и сюда, как на работу. Втянулся уже, хотя толку от моих хождений мало. Пётр здесь всегда один; он никуда не спешит и, судя по всему, никого и ничего не ждёт.
   И вот что удивительно, мне здесь не то чтобы нравится - просто ничто сейчас не вызывает у меня отторжения, как в первый день. Ко мне привыкли, да и я привык к этому заведению, которое уже не кажется мне столь убогим. В конце концов, не место красит человека, а человек место. А человеки здесь попадаются весьма интересные и живописные. Вот как сосед по столику, которому мне так хотелось бы задать очень важный для меня вопрос. И чем дольше я здесь сижу, тем меньше моя решимость сделать это.
   - Я вижу, ты о чём-то хочешь спросить меня, парень? - услышал я его голос.
   - А? - от неожиданности я чуть не поперхнулся. - С чего вы взяли?
   - Видишь ли, мне пришлось не один год проходить, скажем так, курсы практической психологии. И за плохие оценки там дрючили строго. А то, что ты пялишься на меня не первый день и что-то ко мне имеешь, увидеть нетрудно. Чего ты хочешь, говори прямо?
  
   Чего я хочу... Да, а чего же я на самом деле хочу? Отчего я который уже день таскаюсь за этим человеком, в наивной надежде, что смогу, наконец, узнать всю правду? Потому что я хочу именно правды. Вот только скажет ли мне её этот отсидевший срок от звонка до звонка убийца? Ну что же, прямо так прямо. Глядя ему в глаза и стараясь не поломать свою решимость о его твёрдый немигающий взгляд, я ответил:
   - Я хочу знать, кто убил моего отца, Василия Керженцева.
   Миг - и его всегдашняя твердокаменность куда-то исчезла. Я никогда не видел, чтобы у человека, ни один мускул лица которого не шевельнулся, в глазах так явственно промелькнули растерянность, удивление, боль, печаль. Промелькнули и исчезли. Осталось только то, чего я меньше всего ожидал и на что почти не надеялся - понимание и сочувствие.
   - Вот оно что... - негромко сказал Пётр. - Ты сын моего бывшего следователя, так?
   Я кивнул. К горлу подступил ком, и я больше не мог сказать ни слова. Я как-то сразу понял две вещи. Что Пётр не виновен в смерти моего отца. И что мне предстоит узнать что-то очень важное.
   - А почему ты решил, что я об этом что-то знаю? - спросил Пётр, внимательно глядя на меня. - Та-ак! Тебе кто-то напел, что это связано с моим делом?
   Я опять кивнул. И, преодолевая неловкость, спросил:
   - А это не так?
   - Это и так, и не так, - задумчиво ответил Пётр. - Вот что, парень, пойдём-ка отсюда. Не место здесь для разговора.
  
   Мы расположились в небольшом ресторанчике с гордым именем "Олимп". Одним из его немногочисленных достоинств было то, что каждый столик здесь стоял в небольшой нише, и разные компании не мешали друг другу своими разговорами. Впрочем, и народу здесь в этот час почти не было. Петр заказал коньяку и закуски на двоих и отмахнулся от моих объяснений, что я не при деньгах.
   - Сколько тебе было тогда, лет пятнадцать?
   - Двенадцать.
   - А мне двадцать два, и я в тот момент уже был в лагере. Ну да, в этом твоём возрасте... - Он задумался. - Знаешь, расскажу-ка я тебе кое-что, а уж ты там сам соображай, что и как. Тебя звать-то как? Александр? Александр Васильевич, стало быть. В армии служил? Ну, тогда тебе легче будет меня понять.
   - Я как раз тогда отбарабанил срочную, ещё и на первой чеченской довелось побывать. Схлопотал там пулю за пару недель до дембеля; вернулся домой после госпиталя - с работой туго, родители сами кисло сидят. Наведался к знакомым ребятам в спортклуб по старой памяти. Ну, кто по спортклубам в те годы тусовался, ты, наверное, знаешь. Приглашали меня ребята в дело вступить, но в бандюки мне идти совсем не хотелось, я на них ещё в Чечне досыта насмотрелся. И тут друг детства предложил мне работу в одном агентстве недвижимости. Как я тогда понял, спортклуб это агентство крышевал. Не совсем правильно понял, но это я сообразил уже позднее. А пока был я там работником на все руки - охранником, водилу подменял, даже с клиентами работал.
   Но потихоньку стало до меня доходить, что вляпался я таки в самое бандитское логово. Агентством руководил мужик лет под сорок, невысокого роста, средненький такой, незаметный, чуть ли не интеллигент. Не то чтобы матом кого обложить, никогда голоса даже не повысит - но боялись его некоторые аж до усеру. И не зря боялись. Фамилия у него была Кузькин, но никто даже не пробовал назвать его Кузькой или Кузей. Один, правда, попробовал - так его на скорой увезли. Толян его звали среди своих, а для прочих он был Шеф.
   Так вот, занималось это агентство, помимо всего прочего, перепродажей квартир в элитных домах. Ну, какие в нашем городе элитные дома тогда были, знаешь? Сталинки в основном или тот дом в центре, который после войны пленные немцы строили. Ну, правда, в тех квартирах ещё и жильцы жили - вот агентство и вело с ними "разъяснительную работу". Специализировались, в основном, на одиноких. Живёшь один, а переехать в халупу не хочешь, падла, когда тебе хорошие люди предлагают? Такой часто был обречён. Спаивали, похищали, заставляли подписывать бумаги - и выкидывали на улицу. А то и с концами, в реку.
   Слухи не удержишь, начал я это понемногу просекать, но до конца не верил. Всё же решил уйти из бандитской конторы. Не в одночасье, Толян так просто не отпускал. Но тут грянули эти события...
   Пётр помолчал, видимо, что-то вспоминая. Налил в фужеры мне и себе немного коньяку, взглянул на меня. Мы выпили.
   - Водитель наш основной, Валька, попал в аварию. Вез шефа, на перекрёстке на красный проскочил какой-то раздолбай и здорово их помял. Служебная наша машина вдребезги, да и Валька загремел в хирургию на долгий срок. Толян же отделался помятым ребром и синяками. В общем, водилой стал я, на машине шефа. И вот проходит недели три, заезжаю я к Вальке в больницу, захожу в палату - а на нём лица нет. Ну, на костылях он уже шкандыбал - пошли мы с ним в курилку, подальше от народу. "Вы что же, суки, творите? - спрашивает он меня. - Вы же, гады, дядьку моего убили!".
   Короче говоря, попал Валькин дядька в поле зрения Толяновой команды. И те, похоже, не стали заморачиваться излишними юридическими процедурами. Выбили из него подпись о продаже квартиры - и в яму.
   Многое я тогда узнал от Вальки. И про случай с одним из братков, который решил сдать Толянову контору ментам. Выслушали его, заявление от него приняли со всеми признаниями - а потом нашли того парня в канализации, изуродованного так, что смотреть страшно. "Подвязки у него, Саня, - шептал мне Валька, - везде подвязки. Ты думаешь, заместитель мэра по недвижимости себе и дочке квартиры в сталинке на зарплату купил? Беги-ка ты парень, оттуда, пока не поздно. А то скоро устроят тебе крестины, повяжут кровью..."
   И тут вспомнил я недавний случай. Была у меня одноклассница, симпатичная девчонка. Поглядывал я на неё в своё время. За полгода до этого умерла у неё мать, и ей в наследство досталась материна квартира. И чёрт её дёрнул продавать эту квартиру через наше агентство. Нет, всё прошло нормально, и деньги она получила, причём не наличкой, а через банк. Только вот сболтнула, дура, что собирается съездить посмотреть Париж. И пропала. Вышла из дома в свой Париж, с дорожной сумкой - и больше никто никогда её не видел.
   "Толянова работа, - угрюмо подтвердил Валька. - Его кореша следили за ней, когда она в банк ходила. Эти, знаешь, из спортсменов".
  
   - Через пару дней Вальку зарезали. Видно, не один я его в больнице навещал - и Валя не сдержался, наговорил лишнего. Нашли его в той же курилке, мёртвого. И никаких концов.
   А ещё через день повёз я Толяна вечером к его любовнице. Осторожный он был, гад, мы всегда втроём ездили, с его охранником - а тут облажался. "Езжайте по домам, я на такси вернусь". Ну, домой так домой. Вернулся я туда через пару часов - знал, примерно, сколько он у своей бабы торчит. Стоял в подъезде, покуривал. Через полчаса спускается Толян, морда довольная. "Ты?" Саданул я ему ножом в ключичную ямку - и амба, Толян. Не должны такие гниды как ты поганить собой белый свет. Зря ты думал, что у тебя всё схвачено, кто-нибудь всегда найдётся, чтобы разуверить тебя в этом. Не все продажны, и не у всех яйца тряпочные.
   Вычислили меня быстро. Да и не рассчитывал я, что не найдут, и бежать никуда не собирался. Отец, мать, сеструха младшая - не хотелось подставлять их всей этой кодле.
   А допрашивал меня твой отец, Саня. Я не запирался, выложил ему всё как на духу. Смотрю, проняло его, задело сильно. Дождался он, когда мы с ним вдвоём останемся, и говорит: "Если ты, парень, всё это расскажешь на суде - заработаешь вышку. А скорее всего, тебя в камере ещё до суда убьют. Никто здесь делишки этой сволочи Толяна раскапывать не собирается. Не дадут просто. Тебя же твой Валентин Малахов об этом предупреждал. А если я все эти протоколы начальству покажу, на меня посмотрят как на идиота и уволят за профнепригодность. И это в лучшем случае". - "А что же мне, говорить, что я его за задержку зарплаты убил?" - "Скажи, что приревновал его к этой бабе. Подкараулил, стали выяснять отношения, ты не сдержался, и..." - "А баба эта..." - "А баба эта скажет то же самое. Что любила тебя, да разлюбила, что сердцу не прикажешь, что отбил её у тебя Толян". - "Ловко вы устроились, гражданин начальник, - говорю. - Легко живёте, сытно".
   Его аж перекосило. Чувствую, хочет он вызвериться на меня, но сдерживается. И говорит мне: "Я подготовлю два варианта протоколов допроса, понял? Подпишешь оба, в суд я передам второй, а этот пусть полежит пока до поры до времени. А до того постарайся не сгинуть на зоне, парень, я тебя очень прошу. От вышки я тебя избавлю, но большего пока сделать не могу. Пока не могу, понял?"
  
   - Ну, вот, собственно, и всё. Я уже зону топтал, когда мне сообщили, что твоего отца убили. Якобы, вооружённое ограбление. И что следы, якобы, ведут к браткам из агентства. Потому что агентством тем уже заинтересовались, слишком много к нему вопросов накопилось. Но, насколько я знаю, убийц так и не нашли?
   - Не нашли.
   Пётр плеснул в бокалы ещё коньяка.
   - А что было дальше, ты знаешь, Александр?
   - Знаю, что в милиции и в следственном отделе были большие перестановки. Кого-то куда-то перевели, кого-то уволили, кое-кого повысили.
   - Правильно. А ещё нашли какие-то финансовые злоупотребления в департаменте недвижимости, и его директора вместе с заместителем мэра тихо отправили на пенсию. А сам мэр не стал выдвигать свою кандидатуру на следующий срок и вообще уехал из города. Это я уже сейчас узнал, когда вернулся.
   - А братки?
   - А братки кончили по-разному. Кого-то в том же году закопали, кто-то сейчас сидит, остальные разбежались кто куда. Есть один такой мастер спорта, тренирует сейчас, говорят, испанских дзюдоистов. Вот с кем бы не мешало поговорить при встрече, да вот уж только ради такого удовольствия я в Испанию не поеду. Я свою войну закончил и свои долги оплатил.
  
   - А тебе-то что сказали, Александр? - спросил он. - С чего ты вдруг решил, что я знаю убийц? И, главное, с какой стороны прилетела эта подсказка?
   - Да вот вторую версию как раз и рассказали, про любовную историю. И про то, что дружки решили помочь вам и вышли на отца, чтобы он отказался от обвинения. Дескать, прямых улик нет, подозрения беспочвенны. А когда отец не согласился, отомстили. Что-то в этом роде.
   - Ну, двенадцатилетнему пацану в такое можно и поверить.
   - Так я тогда и поверил. А когда начались разговоры про то агентство недвижимости, дядя Серёжа - это сослуживец отца, Сергей Ильич, который нам с матерью всё и рассказал - сказал, что отца, похоже, убили братки, потому что он мог знать от вас всякие ненужные им детали об этом агентстве.
   - Вот это уже больше похоже на правду, - сказал Пётр. - Так могло быть. Да вот только к тому времени агентство фактически уже не работало. Началась было делёжка наследства, на одного из братков покушались, Толянова охранника кто-то убил - но потом до них дошло, что пора рвать когти. Они там все, как перепуганные тараканы, засуетились - как же, третье убийство в агентстве, следователи из области приехали. Каждый спасал свою шкуру; стали они разбегаться со страшной силой, двое даже рванули за границу. И твой дядя Серёжа этого не мог не знать.
   - Но тогда... Не может быть...
   - Доверчив ты, парень. Но и смел тоже, не побоялся убийцу прямо спросить, - усмехнулся Пётр. - Так спроси и своего Сергея Ильича.
  
   Придя домой, я не особо удивился, что у нас в гостях Сергей Ильич. Друг семьи, как-никак.
   Сложное у меня к нему было отношение. С одной стороны, он здорово помог нам с матерью тогда, после смерти отца. Помог пробить помощь от МВД, собрал денег в отделе, да и из своих средств подкидывал нам регулярно. И сейчас редко без подарка является: бутылочка винца, а то и коньячку, коробка конфет, то-сё. С другой... Ну, не мальчик же я давно, да и всегда, в общем-то, догадывался, зачем он к нам захаживает. Мама так и не вышла замуж повторно, и за это я ей благодарен. А остальное меня не касается, честно говоря.
   Но еле уловимая натянутость, какая-то фальшь присутствовала в наших отношениях всегда. Я списывал её именно на двусмысленность его отношений с мамой - но сейчас, после разговора с Петром, мне стало казаться, что я всегда упускал что-то ещё.
   - О чём задумался, Александр? - с наигранным весельем спросил дядя Серёжа. - Что ты сидишь, как сыч на суку? Нельзя быть мрачным в такой солнечный день.
   "А каким можно быть, в такой-то день?" - чуть не вырвалось у меня. Вместо этого я поднял на него взгляд и, глядя прямо в глаза, спросил:
   - Сергей Ильич, кто убил моего отца?
   В точку! Он вздрогнул, побледнел, попытался что-то сказать - и не смог, отвёл взгляд.
   - Саша! Ты о чём? - растерялась мама.
   Я промолчал. Сергей Ильич тяжело опустился в кресло, положил руки на стол и какое-то время молча сидел, опустив голову.
   - Не знаю, Саня. Я же тебе объяснял, что, скорее всего это было связано с делом Васильева, когда убили директора агентства недвижимости. Ты что-то узнал, как я понимаю?
   - Вы говорили, что это дело бандюков из агентства. Но их к тому моменту в городе уже почти не осталось, да и не было у них причины отца убивать. Так кто его убил, Сергей Ильич? Пусть вы не знаете точно, но какие-то догадки у вас есть, правда?
   - Есть, Александр, - помолчав, глухо ответил Сергей Ильич. - Слишком многие кормились тогда от этого агентства, слишком многие были замараны. В том числе и у нас. Кто конкретно убил - я не знаю. Правда, не знаю. Но, похоже, кто-то из наших, из следственного отдела. А вот в заказчике я почти уверен, заказ пришёл из мэрии.
   - А вы, вы сами-то в этом деле - чистенький?
   - Да как ты смеешь, мальчишка! - закричал он с болью в голосе. - Тебе всё кажется таким простым!
   Я не отводил взгляда. Взгляд отвёл он. Закрыв лицо руками, на диване беззвучно плакала мама.
   - Если бы я тогда знал, до чего дойдёт дело... - продолжал Сергей Ильич, снова опустив голову. - Там, в этом агентстве, снова кого-то убили. Видимо, до области доходили какие-то слухи - и приехала тамошняя бригада следователей. Василий хотел передать им свои материалы, я его отговаривал. Он не знал, что все его разговоры с недавнего времени прослушивались...
   - Отец не знал... Но вы-то, вы - знали?
   - Уходи, Сергей, - твёрдо сказала мать, вставая с дивана и вытирая слёзы. - Если тебе есть что сказать, лучше не теперь. А сейчас - уходи!
  
  
   Вот и подошёл к концу мой отпуск. Меня опять занесло в ту самую закусочную. Он был там, и по-прежнему сидел за столиком в одиночестве. Взяв два стакана водки и закуску, я подсел к нему, не спрашивая разрешения.
   Пётр внимательно посмотрел на меня. Видимо, вид у меня был ещё тот - и он молча придвинул к себе один стакан.
   - Рассказывай.
   - Что рассказывать... С похорон я иду; постоял на выносе, а на кладбище не поехал. Сергей Ильич умер, бывший друг отца. Инфаркт. Помянем?
   - Вот оно как... Ну, если надо - помянем.
   Мы выпили и долго сидели молча, механически жуя бутерброды. Говорить мне не хотелось, да он и не спрашивал ничего. Мне иногда казалось, что и говорить-то с ним совершенно излишне, он понимал всё без слов. Странное дело, как иногда сходятся в жизни совершенно различные вроде бы люди. Чем дольше я сидел с ним, тем спокойнее становилось у меня на душе.
   - Я думал, он застрелится, - вдруг ляпнул я.
   Но Пётр понял.
   - Ну, и кому от этого было бы лучше? И застрелился бы, наверное, если бы не сердце. Инфаркт ведь - это тоже вроде самострела, когда не в ладах человек сам с собой.
   - А вы - в ладах? - опять не удержался я.
   - Я - в ладах, - задумчиво сказал он. - Я вот часто думал, что было бы со мной, если бы я тогда просто сбежал. Устроился бы где-нибудь в другом городе, поднакопил деньжат, женился, детишек завёл... А Толяна всё равно рано или поздно и без меня бы замели или замочили. Но вот только он со своими бандюками успел бы ещё не одного человека на тот свет отправить.
   - И что надумали?
   - Не вытанцовывается, Саня. Я всю жизнь не смог бы себе этого простить. Так что я сделал выгодный обмен, - усмехнулся он, - всю жизнь на каких-то пятнадцать лет. И не жалею. Хоть и не сладко там пришлось, особенно первое время.
   - А я вот не в ладах.
   - Из-за этого самого Сергея? Не виновать себя; он сам сделал свой выбор, тогда и сейчас. А ты должен отвечать за себя и за тех, кто тебе дорог.
   - Да умом-то я понимаю, только вот душой...
   - Эх, Саня, не говори громких слов. Душа, порядочность, честь, совесть - всё это есть. Только вот не надо трепать эти слова понапрасну, они не на вынос, они для внутреннего употребления. Ты ведь тоже поступил, как тебе сердце велело - вот и оставайся таким.
   Вся его всегдашняя суровость куда-то исчезла. Передо мной сидел мужчина средних лет, глядевший на меня внимательно и немного печально.
   - Только не заходи больше сюда, нечего тебе здесь ловить, - добавил он. - Здесь приют для слабых.
   Он поднялся из-за стола.
   - А теперь прощай, парень. Застал ты сегодня меня здесь, в общем-то, случайно. Уезжаю. Хватит дурью маяться, завербовался я на стройку в Сибирь. Я ведь и на тракторе, и на экскаваторе могу работать, да и каменщиком тоже. Словом, не пропаду. Удачи тебе, Александр!
   - Удачи, Пётр! - эхом откликнулся я.
   Мы крепко пожали друг другу руки, и он направился к выходу.
   Вот и заканчивается ещё один отрезок моей жизни; он уходит вместе с этим человеком. На пороге Пётр обернулся и ободряюще улыбнулся мне неожиданно доброй и какой-то даже мальчишеской улыбкой - в первый и последний раз.
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"