Баковец Михаил: другие произведения.

Главная палочка Нью-Йорка

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
  • Аннотация:
    Наброски по миру марвел-11 из одноимённой заявки с фикбука. Герой получил уникальную мутацию или Дар, которым без всякой скромности пользуется налево и направо. Попав в тело молодого человека в иной вселенной, наш соотечественник был сильно удивлён окружающим миром. Мало того, что за окнами его квартиры ходят персонажи комиксов, так ещё и соотношение между женщинами и мужчинами было 1 к 10 не в пользу последний. Рай? Малинник? А вот это и предстоит ему узнать.

   ПРОЛОГ
   Лежу. Смотрю в потолок. Пытаюсь понять и вспомнить хоть что-то. В голове пусто, как в барабане.
   'Интересно, почему я вспомнил именно барабан, он имеет ко мне отношение? -зародилась первая внятная мысль в сознании. - И где вообще я?'.
   И тело, и мысли, и соображение были вялыми, будто после спросонья. Точно не могу сказать, но мне понадобилось несколько минут, чтобы просто провести взглядом по комнате и мельком осмотреть обстановку. Первое, что я понял - это не комната. Я находился в больничной палате. Замечу, что шикарной палате. Кроме меня в просторном помещении больше никого не было. Лежу на широкой койке на высоте от пола не меньше чем в метр. За головой и справа стоят ящики и экраны аппаратуры, что даже на вид выглядит очень серьёзной. Что-то там попискивает, но тихо и ровно, ничуть не раздражая. В правой руке торчит толстая игла, от которой прозрачная трубочка уходит в... капельницу? Кажется, вся эта конструкция в общем и целом называется именно так. В прозрачном пакете примерно четверть жидкость осталось. Пахло на удивление приятно, морской свежестью и чуть-чуть то ли травами, то ли цветами. Справа на стене висели большие жалюзи. Напротив кровати торчала дверь с белой круглой ручкой, почти не выделявшейся на таком же белом фоне.
   'Интересно, откуда я знаю запах моря? И что за цветы я чую?', - опять подумал я, определив раздражители обоняния. Следующая мысль была такой. - Палата, как в кино каком-то голливудском'.
   Тут же стало интересно, что же за такое кино голливудское, про что оно? Это название кинокартины, страны, компании?
   С момента моего пробуждения прошло уже немало времени, вялость понемногу сошла большей частью, мысли задвигались быстрее, появилось желание сменить позу. Но стоило мне слегка зашевелиться, как приборы запищали в новой тональности - громко, я бы сказал, что тревожно.
   'Ну, блин, - про себя поморщился я от новых неприятных звуков. Я замер, надеясь, что вскоре писк вернётся к прежнему звучанию, а ещё непроизвольно стал считать вслух количество звуков. Где-то после сотни (я пару раз сбивался и начинал с произвольной примерной цифры) дверь в палату распахнулась и ко мне быстрым шагом вошла очень высокая девушка в белом больничном костюме с медицинской шапочкой, под которой незнакомка спрятала свои волосы. - О-о, какая красивая! Откуда такая красота в больнице?'.
   Потом мысли свернули на тему, а красота девушки под какие критерии попадает: это мой любимый типаж или общемировой?
  - Вы очнулись! - радостно воскликнула незнакомка. - Как вы себя чувствуете? Вы меня слышите?
  - Да, слышу. А вы кто? Где я? Я в больнице?
  - С вами всё хорошо. А находитесь вы в клинике доктора Аманды Кромвель, - с широкой располагающей улыбкой сообщила она мне.
  - В клинике, но со мной всё хорошо? - усомнился я. Голова всё ещё туго соображала, и я выкладывал всё то, что в неё приходило. - Это странно.
   Та покраснела, как мак.
  - Всё, что было плохого, уже давно прошло, - торопливо сказала она. - А давайте я позову вашего лечащего доктора?
  - А давайте, - слабо улыбнулся я. - 'Хоть мужик придёт, а то у этой или лифчика нет, или он тоньше, чем халат и потому соски выпирают. А мне от этого... хм, неловко? Смущаюсь? Интересно знать, почему?'.
   Девушка так же стремительно покинула мою палату, как и вошла. Но при этом не забыла покачать попкой, туго обтянутой тонкими штанами медкостюма, под которыми чётко обрисовывались небольшие трусики.
   Прошло минуты три, когда дверь в палату вновь распахнулась, и я увидел на пороге ещё более шикарную представительницу слабого пола. Рост не ниже ста девяноста сантиметров (правда, на шпильках), густая грива чуть вьющихся антрацитово-чёрных волос, карие глаза, гладкая светлая кожа и кроваво-красные от помады губы. Настоящая леди-вамп! Высокая и крупная грудь размером между третьим и четвёртым слегка выглядывала из блузки, у которой были расстёгнуты две верхних пуговицы. Белоснежный халат был распахнут, показывая, что гостья любит носить свободные красного юбки немногим выше колен. Чёрные чулки и красные туфли на высоком тонком каблуке дополняли её облик.
   Что я могу сказать про неё с точки зрения мужчины? Фигура - шик! Мордашка - прелесть! Сексуальность зашкаливает! Леди-вамп и секс-бомба в одном флаконе. Удивительно, что такая женщина делает в больнице. Может, я какой-нибудь богач или сын богача? Родственник олигарха, важного чиновника, политика? Если так, то понятно, почему вокруг меня так она вьётся. Навскидку ей лет двадцать пять-семь.
   'А сколько мне?', - вдруг пронзила меня мысль.
  - Здравствуйте, Алекс, - улыбнулась она мне. - Можно к вам так обращаться?
   А я завис после её слов. Я Алекс? Это от Алексея или Александра?
   Красавица подошла к моей кровати и села на высокий стул с низкой спинкой.
  - Что-то не так? - в тоне женщины проскользнула обеспокоенность. - Я прошу прощения за такую фамильярность, мистер Смит.
   'Смит?!', - я охренел про себя. Других слов было не подобрать для описания моего состояния.
  - Я, простите, не знаю, как к вам обращаться.
  - Доктор Оливия Вонг, - сказала она и коснулась кончиков длинного красного ногтя бейджика на халате. Я его только сейчас и заметил. До этого взгляд не отрывал от прелестей доктора. - Если желаете, то обращайтесь просто по имени.
  - Оливия, - мне показалось, что собеседнице приятнее такое обращение, чем официальное, - Я... не знаю, как сказать...
  - Смелее, - она подбодрила меня улыбкой.
  - Я не помню ничего, - быстро сказал я. - Когда услышал имя Алекс, то не сразу понял, что это меня так зовут. И Смит для меня, как... как пустой звук. Будто это не я.
   Из взгляда доктора пропала игривость, он стал профессионально-холодным.
  - Так, - она сменила позу, одернула халат, прикрывая грудь, - что вы помните и знаете?
  - Я знаю, что нахожусь в больнице, лежу на кровати, вон там окно, наверное, оно закрыто жалюзи. Вы вошли сюда сквозь дверь, на вас одежда. Но не знаю своего имени, не помню, как здесь оказался, чем занимался. Я помню, что такое учёба, школа, колледж с университетом, но в голове ни единого воспоминания про то, а учился ли я в них и где это происходило, - перечислил я по пунктам.
  - Амнезия.
  - Угу, - кивнул я.
  - Вы знаете, что это? - она приподняла левую бровь.
  - Только что вспомнил. Это потеря памяти. Есть частичная и полная, - ответил я ей и добавил с сомнением. - Вроде бы.
  - Всё будет хорошо, Алекс, - доктор вновь перешла на приятельский тон. - Раз вы помните так много, и память появляется при подсказках со стороны, то очень скоро вы всё вспомните. Я попрошу, чтобы принесли ваши личные вещи. Уверена, что это поможет быстрому восстановлению.
  - Буду только рад. А можно вопрос?
  - Всё, что угодно, - докторша опять принялась стрелять глазками. Видать, убедилась, что я совсем не овощ, которого нужно учить заново есть с ложки и расслабилась.
  - А что со мной произошло? Как я тут оказался? И давно ли лежу?
  - Несчастный случай во время массового собрания на улице. Привезли сюда вчера вечером около восьми часов, сейчас, - она быстро взглянула на левое запястье, - уже почти десять утра. Алекс, если что-то нужно, то скажи, не нужно молчать.
  - В туалет хочу, - признался я.
   Почему-то доктор сначала посмотрела на капельницу, лишь потом ответила:
  - Я могу помочь с уткой.
  - Что? - в памяти сначала появилась крупная птица, которая плыла по воду и то засовывала себе клюв куда-то под хвост, то этим клювов оглаживала перья по всему телу. Затем её сменила чудная стеклянная посудина с широкой горловиной сбоку. - Нет, нет, - всполошился я, - я сам спокойно дойду до туалета. Я же не умираю, так, со мой всё хорошо?
  - Конечно, всё хорошо. Сейчас я отсоединю капельницу и провожу до места. Будет немножко больно, можно даже чуть-чуть покричать, - она подмигнула мне и взялась за иглу. - Раз, два, три!
   В руке неприятно дёрнуло, словно я оторвал 'корочку' с почти зажившей ранки.
  - Молодец, даже не вскрикнул, - похвалила она меня, как какого-то ребёнка. - А теперь я помогу тебе встать с кровати. Обопрись на моё плечо.
   Я о себе ничего не помню, зато помню общеизвестные вещи, и среди них было знание про слабость женщин. Это я к чему? А вот к тому, что Оливия с внешностью европейки и фамилией азиатки оказалась крепче, чем я ожидал. Мне показалось, что она меня поднять может и на руках донести до туалета без каких-либо сложностей. Замечу, что это сделала бы на каблуках! Впечатляет? Меня тоже.
   Сделав свои дела в небольшом санузле, расположенном прямо в моей палате, я с помощью Оливии вернулся в постель.
  - Всё хорошо? Ничего нигде не болит?
  - Всё в порядке, только слабость и тело плохо слушается. А можно поточнее узнать, что за несчастный случай был? Меня ударили? Затоптали? Упал с высоты?
  - Пока нет, - ответила женщина с уже привычной улыбкой.
   'Прямо американка натуральная. Они там все улыбаются по поводу и без. Хм, а я не американец ли часом, а? И фамилия характерная', - подумал я, потом спросил. - Почему?
  - Это может повлиять на выздоровление. Ненужное волнение. Всё узнаешь потом, Алекс, - она коснулась моей руки на пару секунд. - Так, я сейчас тебя оставлю, пойду распоряжусь насчёт завтрака для тебя.
   И ушла, оставив меня с кучей мыслей, догадок, и ещё большим количеством вопросов. Сильнее всего резала меня фамилия, кажущаяся чуждой настолько, насколько чужд огонь холоду.
   'Может, я не Смит, а? В толпе перепутали или на сортировке больных. Например, я потерял свою верхнюю одежду с документами, а рядом нашлась чужая куртка с чужим паспортом. Паспортом...паспортом... если я американец, то должен думать о водительских правах. По крайней мере, во всех фильмах они фигурируют. Тьфу, - я разозлился на самого себя. - Какие фильмы, если я в реальности?! Чёртова память, ну, вот почему она пропала. Кто я? Кто?!!'.
   Никаких прояснений не случилось ни после завтрака, ни после дневного сна, в который я провалился сразу после лёгкого перекуса каким-то бульоном с гренками и тостом с маслом, плюс, что-то похожее на фруктовый коктейль, наверное, витаминизированный.
   Проснулся уже вечером. В голове стало намного чище, но память так и не вернулась. Зато стал соображать лучше. Сразу подумалось, что врач не сказала про моих родственников. А те не пришли меня проведать. Может, я круглый сирота? Или здесь что-то не чисто. Не просто же так я чувствую отторжение к фамилии.
   'Ага, это клиника чёрных трансплантологов и они готовят меня к операции, - хмыкнул я про себя. - Ну, а если серьёзно?'.
   Увы, но никаких мыслей в голову не приходило. Я имею ввиду полезных, которые прояснили бы хоть что-то. Память так же молчала, будто я клон какой-то без прошлого. Хм, вот и ещё одна версия. Причём, достаточно неплохая. Сразу вспомнились фильмы про клонов, которых выращивали для миллионеров, держа их в разных санаториях и станциях, внушая, что за стенами жизни больше нет, а они немногие счастливчики, кому повезло выжить.
   Ужин был плотнее. А ещё и полезнее, так как вместе с тележкой, заставленной судками и тарелками, Оливия доставила в мою палату пластиковый бокс с крышкой, в котором лежала груда вещей. Несколько тетрадок, планшет и телефон, фотоальбом, бумажник с карточками, с мятыми купюрами и мелочью. Первым делом я за него схватился, вспомнив, что в таких вещах обычно держат некоторые документы, те же водительские права, фотографии семьи и так далее.
  - А это кто? - спросил я, указав на фото под прозрачным пластиком в бумажнике. На нём широко улыбались две молодые женщины, лет тридцати и мелкий парень с лохматой светлой шевелюрой, выглядящий мягко говоря, по-гейски. Все трое были мне незнакомы.
  - Твои мамы, Алекс. Судя по заднему плану, ты с ними в центральном парке гуляешь.
   'Ты с ними? Ты с ними?! - я ужаснулся, когда осознал, что этот хиппи хлюпик в обтягивающих лосинах и есть я. - Да ладно?'.
   Благоразумие, пробудившееся после еды, посоветовало пока не показывать этот факт.
  - А где они? Почему не пришли сегодня меня проведать? - я посмотрел прямо в глаза собеседнице.
   Та смутилась и отвела взгляд в сторону, тем самым показав, что дело тут ой как не чисто. Прямо разит от него, как из переполненного септика.
  - Они тоже, м-м, пострадали вчера. И сейчас не могут никак прийти к тебе. Но ты не волнуйся, Алекс, всё будет хорошо, - сказала она. - Ты их вспомнил? Посмотри фотоальбом с твоими одноклассниками.
  - Нет, не вспомнил, - пробормотал я, рассматривая пластиковый прямоугольник водительских прав, на которых торчала фотография того же хлюпика, что и на семейном фото. - Можно, посмотрю один. Если что, то я позову.
  - Конечно, можно, - Оливия встала со стула, провела ладонями по телу, разглаживая кладки халата и неторопливо, покачивая бёдрами, направилась к двери.
   Среди вещей в коробке нашлась косметичка с зеркалом (неудивительно при такой-то внешности пацана на фото), которому я обрадовался больше всего на свете. Но стоило мне в него заглянуть, как вопросов только прибавилось. Хотя, я получил ответ на то, почему меня все считают Александром Смитом. В отражении я увидел бледную худую мордашку (а по-другому и не скажешь) того же типа, который фигурировал на фото в правах и с парой женщин. Кстати, то, что этих дамочек доктор назвала моими мамами, меня особо не тронуло. Откуда-то я знал, что в Америке легко создаются однополые семьи, детей те заводят или усыновляя чужих, или используя искусственное оплодотворение, если супруги женщины. Странно, что Оливия назвала их не толерантно - мамы. Официально же существует определение родитель один и родитель два. Хм, а может, одна из них моя настоящая мать, а вторая мачеха, при этом они неплохо ладят друг с другом и часто берут меня с собой? А тогда где отец, почему Вонг про него ничего не сказала? Или он погиб вчера, и докторша решила не травмировать подростка такой новостью?
   'Подростка, ага, - фыркнул я. - Права выданы в две тысячи третьем. Их можно получать в шестнадцать. Значит, сейчас мне точно шестнадцать и я уже юноша'.
   Но если с этой темой я немного разобрался, найдя логичные объяснения, то вот странная реакция на свою внешность и фамилию продолжала сильно беспокоить. Будто это был не я, а кто-то другой.
   'Ну, здравствуй, Билли Миллиган, - невесело усмехнулся я про себя. - Интересно, сколько во мне таких личностей сидит, которые считают своё тело чужим? М-да, неприятно. Пусть лучше я вообще ничего про себя вспомню и останусь таким, как сейчас, чем начну войну воевать в своей голове'.
   Телефон планшет потребовали пароли, которые я не помнил. Ознакомление с фотоальбомами никак не помогли моей памяти. Только узнал, что учился всегда в девчачьих классах. На каждом групповом снимке присутствовало от двадцати до двадцати четырёх представительниц слабого пола и три-четыре-пять пацанов. Все они чахлые, волосатые, в обтягивающей и цветастой одежде, которая в моём понимании подходит больше девочкам и девушкам. И 'я' от этих полупедиков в полукедах ничем не отличался.
  - Тьфу, срамота, - прошептал я и закрыл бесполезный альбом с фотокарточками, чтобы дальше не травмировать своё больное сознание дикими видами себя-старого. - Итак, что я знаю сейчас? Меня зовут Александром Смитом, мне минимум шестнадцать, но скорее всего старше на год-два судя по зеркалу. Я попал в неприятность где-то на улице с родителями. Те весьма обеспеченные граждане, раз моя страховка окупила содержание в такой шикарной палате с шикарным доктором и медсестрой. Я потерял полностью память о своей прошлой жизни, но сохранил общие знания. Я американец и живу в Нью-Йорке, о чём говорит адрес на водительских правах.
  'Блин, я же не уточнил, где сейчас нахожусь, - спохватился я. - Вдруг где-то на Аляске или в Техасе?'.
   Заснул я в середине ночи, с трудом успокоив табун мыслей в голове, которые там вовсю разошлись. В очередной раз на первое место вылез план заговора против меня любимого. Сознание придумало, что меня захватили в плен, чтобы шантажировать родителей. Еле-еле сумел запихнуть эту версию в самый дальний и тёмный угол подсознания.
   Проснулся около десяти часов, но с куда как более свежей головой, чем вчера. Тело ощущал лучше, не путался в ногах и руках. Вот только в голове ни на грамм не прибавилось воспоминаний. Сам сходил в туалет, оправился, умылся, мечтательно посмотрел на навороченную душевую кабину, но решил опробовать её позже, после завтрака.
  - Оливия.
  - Да, Алекс?
  - Скажите правду, про моих родителей. Стоп, подождите, ничего не говорите, пока я кое-что не поясню. Так вот, память ко мне за ночь не вернулась, я не вспомнил никого из родных, друзей и прочих близких людей. И если родители, - тут я сделал паузу для вида, чтобы совсем уж не казаться роботом, каким я себя ощущал, когда думал про женщин с фото и гипотетического отца, вздохнул и продолжил чуть-чуть другим тоном, - погибли, то лучше пусть я узнаю это сейчас, пока для меня эта новость окажется не такой болезненной.
   Доктор с минуту молчала, внимательно рассматривая меня. Наконец, нарушила молчание.
  - Да, Алекс, твои мамы погибли в тот же вечер, когда пострадал ты. Соболезную, - ровным тоном сказала она.
   А я даже ничего не почувствовал.
  - Точно? Может, у них лица... лица... пострадали, а сами они без сознания? А отец, с ним что?
  - Отец? - переспросила собеседница. - Алекс, твоя биологическая мама зачала тебя искусственно. Ты помнишь, что такое банки спермы?
  - Да, я помню. Значит, вот как, - пробормотал я.
  - Это большое горе, но ты остался жив. Твои мамы хотели для тебя самого лучшего, чтобы ты не грустил и не отчаивался. Их нет, но их частичка всегда будет с тобой, - торопливо произнесла Оливия. - Они живы пока ты жив, понимаешь?
  - Да, я понимаю, - кивнул я. - А другие родные у меня есть?
  - Я не смогла найти, когда обращалась в полицию по поводу твоих вещей. Пришлось вскрывать квартиру с детективами и хозяином здания. Родственников, которые могли бы присутствовать, не нашлось.
  - Понятно.
   Несколько минут мы молчали. Я искал в глубине души хоть какую-то реакцию на новость, что стал круглым сиротой. И не находил.
   'Блин, я какой-то бесчувственный чурбан. Или у меня психическое расстройство, потому и спокоен, как аутист какой-то?', - подумал я про себя.
  - Я могу найти твоих друзей, Алекс, - отвлекла меня от дум доктор. - Никого из них не вспомнил?
  - Я отрицательно мотнул головой.
  - Вспомнишь, - уверенно сказала она.
   'Ну, нахрен, - я едва удержался, чтобы не сказать это вслух, когда вспомнил педиковатых одноклассников, с которыми всегда стоял плечо к плечу на фотографиях. - Я лучше новых заведу. Хотя бы эту докторшу, которая - видно же - что клеится ко мне'.
   Потом подумал, что клеится она из-за того, что я стал единственным владельцем наследства, которое должно быть немаленьким, раз меня так обхаживают и заботятся. Старше меня лет на восемь-десять? Тю-ю, проблема нашлась. Хваткий адвокат легко всё разложит по полочкам и найдёт способ, чтобы мы стали супругами. Кстати, ночью эта версия подтвердилась. Проснувшись в два часа, я решил размяться, потренировать тело, которое всё ещё казалось чужим. В палате мне быстро надоело ходить из угла в угол, и я решил выйти в коридор. Моя палата оказалась одной из трёх в коридоре, который вывел меня к лестнице и лифту. Последний я проигнорировал и неторопливо пошёл по ступенькам вниз, держась одной рукой за перила. Пройдя два пролёта, я собрался возвращаться, сообразив, что с моим немощным организмом подъём будет сродни подъёму на Эверест, но тут услышал, как кто-то назвал моё имя. Сначала я вздрогнул, решив, что меня увидели и сейчас начнут отчитывать. Но потом сообразил, что слышу чей-то разговор этажом ниже рядом с лестницей. И там беседующие упомянули меня. Любопытство потащило меня вниз. Вдруг, узнаю сейчас то, что мне никогда прямо не сообщат. Я спустился ещё ниже и присел рядом с перилами, превратившись в одно большое ухо.
  -... стерва она, тощая богатенькая стерва! - невидимая девушка в запале повысила голос.
  - Тише, а то ещё услышит. Она же дежурит в больнице уже два дня безвыездно.
  - Из-за него и дежурит. Увидела симпатичного и богатого мальчика, который остался без семьи и потерял память, вот и решила ему голову закружить. Видела, как она к нему приходит? Как проститутка какая-то. А нас не пускает, заставляет застёгиваться, надевать маски и шапочки. Стерва сорокалетняя! Сучка фригидная, - было ясно, что эта девушка люто ненавидит моего доктора.
  - Не такой он и богатый уже. Я слышала разговор детектива с инспектором из опеки, что его матери переписали всё имущество, все деньги на счетах на активы той секты, которой руководит Эрика Ланшерр.
   'Кто-кто? Бли-и-ин, я где-то слышал это имя точно слышад! Что за тётка эта Эрика, откуда я её знаю?', - пронеслось в голове мысль-торнадо, от которой чаще забилось сердце.
  - У него должен быть свой личный счёт, плюс выплаты по несовершеннолетию, плюс мужские выплаты.
  - Магда, ты завидуешь ему?
  - Да, завидую! - чуть ли не на всю больницу выкрикнула та. - Я вкалываю в две смены, а он получает те же деньги просто за то. Что у него отросток между ног болтается.
  - Тс-с, совсем сдурела так орать? - шикнула на неё подружка. И дальше, я слышал только неразборчивое бормотание. Посидев ещё пару минут, я пополз по перилам назад, по пути прокручивая в голове услышанное. То, что я лишился наследства из-за 'мамочек' меня мало волновало. В Америке секты тот ещё бич, не одна сотня благополучных семей разрушила свою жизнь, когда связалась с одной из них. Но всё это ерунда, пусть и коснулось меня. Куда интереснее было имя главной сектантки, что так неожиданно меня задело за живое. Может, память возвращается? Не удивлюсь, если в моём промытом мозгу имя сектантки укрепилось прочнее, чем имена матерей, потому и среагировал я так, стоило его услышать от посторонних. Ещё один вопрос: почему та невидимая девушка так зло по мне прошлась? О чём она говорила, когда упомянула некие выплаты за 'отросток между ног'? Я - проститут?!
  - Чур меня, чур, - пробормотал я. - Не хватало ещё такого прошлого и такой славы. Оливия, ты ещё не икаешь? Готовься - завтра будет для твоего языка тяжёлый день. Мозолей заработаешь на нём - мама не горюй.
   Но той повезло - мне принесли телевизор и подключили несколько каналов. И вместо разговора с женщиной (надо же - ей сорок лет, если та медсестричка не наврала от злости) я решил приобщиться к тому, что происходит в мире. Увы, не срослось. Зомбоящик показывал сплошь ерунду: ток-шоу, о природе вроде дискавери и джиографикс, мультфильмы, музыкальные, спортивные (да и эти 'лёгкие', ни бокса, ни боёв без правил, сплошной фитнес) и всё в этом же духе. Наверное, сделано это было, чтобы защитить мою повреждённую психику от грубых сцен и реалий жизни. Вдруг ещё увижу в новостях, как толпа давит моих родителей на недавнем слёте секты?
   Бегло кликая по телеканалам, я обратил внимание на то, что везде сплошь ведущие женщины, выступают женщины, и лишь на одном ток-шоу и на спортивном канале с домашним фитнесом показали мужчин.
  - Тьфу, гадость! - я чуть не кинул в видеопанель стакан с водой, когда увидел типов в обтягивающих топиках и легинсах с, мать их, макияжем! Одни с жеманными повадками рассказывали о своём детстве, шопинге, первых поцелуях и прочей туфте. Другие дёргались и изгибались под ритмичную музыку, то и дело отклячивая задницы или выставляя напоказ гульфики. - Только бы не таким я был, только бы не таким. Блин, да должна же здесь быть какая-то защита несовершеннолетнего от такой хрени?
   Щёлкая пультом, я наткнулся на очередное ток-шоу, где несколько женщин с обязательными фарфоровыми улыбками несли какую-то ерунду. Одна из них выглядела весьма экстравагантно. Носила что-то похожее на смесь корсета и кирасы из коричневой кожи, очень короткую юбку из широких полосок (и эти были кожаными), причём юбка немного прикрывала бёдра по бокам, и чуть-чуть сокровенное место между ними, сандалии, ремешки которых оплетали её ножки почти до колен, металлические блестящие наручи, на поясе висела чудная верёвка, едва-едва светившаяся (или это такой трюк телевизионщиков). А ещё у неё была то ли диадема, то ли обруч на голове, закрывающий почти полностью лоб. И блестящие металлические наручи.
  - Я же её где-то видел, но где? - пробормотал я и стал тереть виски, который неожиданно заныли. - Где же, где? Кто же ты такая?
   Под усиливающуюся боль я стал внимательно слушать беседу женщин. Темой у них была драка 'кожаной' с некоей Дорис Зуель, носившей кличку Гиганта. Даже пускали короткие ролики на своём экране, где огромная женщина, ростом метров пять-шесть топтала машины, кулаками вышибала окна на вторых этажах, пинками проламывала двери и отбрасывала на десятки метров мотоциклы. А рядом с ней то и дело появлялась девушка в корсете-кирасе, часто принимающая удары великанши на скрещённые руки. И странное дело, эти пинки и затрещины, казалось, ей не вредили совсем. А потом я услышал её имя, вернее прозвище - Чудо-женщина. И всё вспомнил вместе с жутким приступом головной боли.
  - Александр да не тот, - прошипел я, направляясь шатающейся походкой в санузел, чтобы сунуть трещавшую голову под струю холодной воды. - Я Саша Кузнецов, а не Александр Смит. Двадцать пять лет, интернатовский, учитель ОБЖ в восьмилетке в посёлке Коммунар в Новгородской области. И заодно волонтёр и поисковик отряда 'Долг потомков'. И, мать иху, я попаданец.
   Все странности встали на свои места. Почему у меня не ёкнуло в груди после сообщения о гибели семьи, откуда такая неприязнь к фамилии, с чего вдруг я часто и не задумываясь употребляю такое русское выражение, как 'блин' и многое другое. Конечно, я мог быть 'Билли' и Кузнецов - это новая личность, пробудившаяся только что. Но должность попаданца (точнее вселенца) мне нравилась больше.
  - Остаётся узнать, что это за мир. Мой родной или такой же, просто параллельный. Или мир грёбаных, сорри за мой французский, марвеловских комиксов, - пробормотал я, поливая голову из душевой лейки. - Последнее... блин, и хочется, и колется. И интересно, и страшно, учитывая, что в этом Нью-Йорке творится волею комиксоводов. Ха, а может, мне тоже перепала какая-нибудь сверхспособность?
   Узнать всё это я мог только при помощи интернета или от постороннего человека. Вот только некоторые мои вопросы могут вызвать у расспрашиваемого оторопь или негодование. Интернет тут лучше всего, но как мне его получить?
   Тут меня посетила ещё одна мысль, я вспомнил подслушанный ночью разговор медичек.
  - Так, так, а ведь Эрик Ланшерр - это хренов Магнето. И почему его тогда медсёстры назвали по-бабски? Я, что ли, неправильно разобрал? Так вроде этот псих-расист никаких сект не создавал, имущество не забирал у паствы. Была у него группка соратников и как-то один раз армия небольшая, - озвучил я свои мысли. - Не, нужно получить доступ в сеть или я сойду с ума по-настоящему.
   Видать, мозги мои до сих пор работали кое-как. Я лишь во второй половине дня после ланча вдруг вспомнил, что Магнето и Чудо-девушка с Гигантой из совершенно разных вселенных. Одни родились по воле фантазии корпорации DC, второй с потрохами принадлежит Марвелу. Или я в доське, а Эрика не более чем совпадение, тем более, та женщина и сектантка, а не расист еврейского происхождения?
  - Зараза, тут без ста грамм не обойтись, - вздохнул, следом выключил воду, несколько раз провёл ладонями по волосам, отжимая лишнюю влагу, после чего взялся за полотенце. - Мать их всех, особенно этого Алекса. Вот на кой хрен такие патлы отрастил?
   Вернувшись в палату, я растянулся на койке, уставился в белоснежный потолок и задумался над тем, а что, собственно, я знаю про вселенную DC? Оказалось, что буквально ничего, кроме дюжины героев и злодеев. Про марвеловских персонажей в памяти имелось чуть больше, но тоже так-сяк.
  - Лучше бы в Хордвартс попал, - невесело усмехнулся я. - Поттериану я и смотрел, и читал. - Вспомнил, как в юношестве влюбился в одну молоденькую блондинку не от мира сего из фильма, а потом симпатия переключилась на азиатку, которая участвовала в опасных соревнованиях. - Эх, молодость, куда ты ушла? - потом до меня дошла вся соль моего текущего положения. - М-да, ушла и пришла назад.
   Но возвращаясь к недавним мыслям. Я не был фанатом Поттерианы, но при этом мне нравился этот мир, пусть не очень логичный, гротескно опасный, но он был лучше, чем миры двух компаний-комиксов. Да и логики там присутствовало больше, пожалуй. Окажись я там, да ещё в теле какого-нибудь мага, то был бы счастлив безмерно. И плевать в какое время, главное, не в войну, которую устроил Безносый, когда магический мир сильно пострадал. И не в Гарика, а то к нему странно тяготел бородатый педобир. В книге-то не напишут мерзостей, но в реальном мире может быть всё, что угодно.
   Новый удар я получил по своему не долеченному сознанию ближе к вечеру. Решил прогуляться по коридору, наплевав на все запреты Оливии, рекомендовавшей мне покой. Дойдя до лестницы, я поднялся на следующий этаж. Там оказался в коридоре, одно сторона которого была сплошным окном, выходящим на просторную площадку, на треть заставленную машинами. Пробудившееся любопытство заставило меня остановиться и начать глазеть на улицу, оценивать машины и пытаться высмотреть что-то полезное. И вдруг - он! На площадку со стороны больничного корпуса вышел... Железный человек. Этот самоуверенный Старк, бесивший многих в киносаге и который вызвал бурю из слёз, когда его прикончила перчатка с камнями Бесконечности. Я ещё подумал, что это косплей какой-нибудь или актёр в картонном костюме приходил к больным детям. Но тут красно-золотая фигура стремительно взлетела в небо и буквально через пятнадцать секунд пропала из вида.
  - Охринеть, - прошептал я. - Так DC или марвел? Или это мир солянка, может, и ГП тут есть? Выздоровею - в Англию слетаю, в Шотландию точнее.
   Тут за спиной раздался возмущённый голос моего доктора:
  - Мистер Смит, что вы тут делаете? Вам же положено отдыхать!
   Я резко обернулся назад и увидел Оливию, стоящую у распахнутой двери кабинета в десяти метрах от меня. Сегодня на ней было тонкое платье-свитер цвета кофе с молоком.
  - Да я тут... в общем, увидел, - я ткнул в окно, где уже и след простыл Старка. Но женщина правильно поняла, что я ей хотел сказать.
  - Мисс Старк? Извини, Алекс, нужно было попросить её навестить тебя. Но я думала, что ты спишь.
   'Мисс Старк, значит. Выходит, ту рыжую секретутку он окольцевал в этом мире. И они на пару создали семейный дуэт железных человеков. То-то мне показалось, что на груди костюма какие-то подозрительные холмики', - подумал я почти без удивления. - Да, это на неё я смотрел в окно. А что здесь она делала?
  - Мисс Старк щедро спонсирует нашу клинику. Аманда Кромвель была её лучшей подругой в колледже. И даже сейчас они иногда встречаются.
  - Это та, чья клиника?
  - Ой, чуть не ввела в заблуждение, - ойкнула женщина. - Аманда Кромвель-старшая - владелица клиники, а Аманда Кромвель-младшая её дочь. С ней училась Старк.
  - Понятно.
  - Алекс, сейчас прошу тебя вернуться назад в палату. Давай, я проведу тебя.
  - Угу, - кивнул я. Вот чего я не ожидал, так это того, что доктор подставила руку совсем по-мужски, словно поухаживать решила за мной, но перепутала обязанности мужчины и женщины. Я решил сделать вид, что не заметил её жеста и слегка ускорил шаг, уходя вперёд.
  - Кстати, Алекс, - сообщила мне Оливия, когда привела меня в палату, - завтра к тебе придут детектив и инспектор из опеки несовершеннолетних мальчиков. Они зададут кое-какие вопросы и сообщат о том, что тебе следует сделать после выписки из больницы.
  - А когда это произойдёт? - тут же заинтересовавшись её словами и напрочь проигнорировав фразу про копов.
  - В течение недели, - уклончиво ответила та. - Ещё будет комиссия, которая решит насколько ты готов выйти в большой мир. А тебе здесь не нравится?
  - Не знаю, - это была чистая правда. - Странное чувство. Немного спокойно, немного чувствую себя пленником. Вот бы мне получить доступ в интернет или расширить пакет каналов, хотя бы с новостями, а?
  - Я посмотрю, что можно сделать, - дежурно улыбнулась она мне и вышла из палаты.
   'Хм, никак решила больше не бороться за мою руку, когда узнала, что у меня ничего нет, всё ушло сектантам, - с сарказмом подумал я, оценив изменения в её общении со мной. - Ну и... иди, хе-хе-хе. Будешь знать, кого потеряла. На твоё место я пятерых легко найду, ещё отгонять санным веником заманаюсь ха-ха'.
   Эх, знал бы я насколько только что оказался прав.
   Общение с полицеской и госслужащей прошло спокойно. Почему-то это опять были женщины. И, я вам скажу, прекрасные женщины. Детектив пришла ко мне в, видимо, парадной форме, состоящей из мундира с кучей значков и короткой юбке, в туфельках на невысоком толстом каблуке и тёмных чулках. С её внешность, это выглядело так, будто ко мне пришла элитная ночная бабочка для ролевых игрищ. Её спутница из некого комитета, занимающегося делами несовершеннолетних, на фоне полицейской несколько проигрывала в своих джинсах и обтягивающей футболке, поверх которой носила очень короткую джинсовую курточку, хотя грудь у неё казалась крупнее. Эти две дамочки по полочкам разложили то, во что меня втравила моя семейка. На счетах матерей было по сотне баксов, свои апартаменты в Гринпоинте они переписали на секту. Фактически уже около месяца мы втроём жили в чужом доме.
   Инспектор, правда, успокоила, что суд встанет на мою сторону. То есть, есть немалый шанс вернуть, как минимум, жильё. А деньги... с деньгами придётся попрощаться. Впрочем, по её словам у меня есть счёт с более чем сорока тысячами долларов. Это примерно годовой доход успешного ньюйоркца. Вот только получу я его после того, как исполнится мне двадцать один год. До этого времени - меня просветили - я буду получать три с половиной тысячи долларов ежемесячных выплат. После совершеннолетия только две тысячи.
   'Редиски, так и не уточнили, за что мне такие преференции', - с досадой подумал я, когда попрощался с гостьями. Расспрашивать и уточнять я опасался, чтобы не выдать свою неполноценность - полную амнезию. С инспекторши станется назначить мне опеку и засунуть в какую-нибудь семью. Бр-р, не хочу.
   В больнице я провёл ещё неделю. Сумел договориться с Оливией, что та поможет получить мне нужное заключение и подскажет, как вести себя перед комиссией. А вот расширенную телепрограмму она мне так и не дала. Может, не в её епархии это, и я зря на неё клевещу? А ещё я не стану особо распространяться на тему того, как я договаривался с красивой женщиной, которой я нравился. Пусть это будет моей маленькой тайной. Да и, честно говоря, меня смущал этот способ, почувствовал себя неловко. Вроде как первую скрипку играл я, но всё равно при этом казалось, что это меня соблазнили и как следует, хм, отыграли.
   Ещё государство позаботилось о погребении матерей моего тела. Оно полностью оплатило все ритуальные услуги. Гробы, венки, молебен (или как там правильно эта процедура называется) и кремация. А на следующей день после этого инспекторша с постным лицом и в чёрном траурном костюме вручила мне две керамических вазы с пеплом. Позже мне предстоит их замуровать в стену в городском склепе или развеять в каком-нибудь памятном для нашей семьи месте. Забегая вперёд, я выбрал склеп. До него мне было ближе от нового места жительства. А просто выбросить прах на заднем дворе я посчитал кощунственным.
   Помня про плюшки попаданца, я всё ждал, когда же у меня пробудится память Смита, хоть чуть-чуть, чтобы облегчить интеграцию в местное общество. И суперспособность заодно. Но безрезультатно. Или я неправильный попаданец, или я и так огрёб плюшек выше крыши и высшие силы зажмотились делать из меня какого-нибудь Халка или Ртуть. Вот только, что за награда-то, пояснил бы хоть кто-то, блин.
   За день до выписки меня опять навестила инспекторша из комитета и сообщила, чтобы я не приезжал на свой старый адрес, который сейчас оперативно опечатали в преддверии судебных исков. Причём, вместе со всеми вещами. Не подумали те, кто выписывал постановление, что там полно вещей старых владельцев, например, мои.
   'Да что с них взять, - вздохнул я мысленно. - Недаром про них говорил всякое интересное Задорнов'.
   Вместо шикарных апартаментов мне официально от государства на два месяца сняли квартиру в Ист-Виллидже на Манхэттене в районе пересечения Второй авеню и Четвёртой западной улицы. Манхэттен - это круто. Но там же находится и Гарлем с его разноцветными бандами, и Адская кухня, где обитают ещё более опасные личности. Надеюсь, меня поселили не в этих местах. Сам я без карты или телефона с навигатором не узнаю степень своего везения. Поэтому придётся держать пальцы скрещёнными всю дорогу к новому дому.
   Глава 1
   Из больницы, которая находилась как раз на острове, до своего нового адреса я добрался на такси, за рулём которого сидела симпатичная мулатка с дредами. Она то и дело посматривала на меня через зеркало заднего обзора и облизывала пухлые губы. Пару раз пыталась что-то спросить, но я ей ответил на русском и дебильненько улыбался.
   Отстала.
   По дороге в новый дом и пока стояли в пробках, я обратил внимание на какое-то нездоровое засилье женщин на улицах. Мужчина нет-нет да появлялись в этой толпе, но редко.
  'Если это то, о чём я думаю, то дело швах, - подумал я, сжимая и разжимая кулаки от раздражения. - Не, так-то и приятно, если я угадал. Но с другой стороны, я же буду порван на лоскутки. Никакой личной жизни. А с этими суперсилами и мутантами в округе и вовсе... писец полный. Блин, тот, кто меня сюда засунул, ты думаешь, что вот это плюшки, смешно, блин?! За это требую нормальную сверхспособность!'.
  - Это здесь, - наконец, мы добрались до конечной точки, и мулатка остановилась рядом с высоткой. - Семьдесят баксов. Понимаешь?
  - Ага, - кивнул я, достал три двадцатки и одну десятку, после чего протянул таксистке. - Спасибо, было очень хорошо, - и ушёл, оставив девушку не то в шоке, не то закипать от злости на мой маленький обман.
   Мой будущий дом оказался двадцатипятиэтажным небоскрёбом. Район показался приличным, чистым, никакого граффити не увидел, не заметил стоящих в подворотнях дилеров и проституток. Может, всё не так и страшно?
   В холле за стойкой за бронированным стеклом сидели две женщины в чёрной униформе. Обе с непокрытыми головами. Одна из них носила короткую причёску, вторая свои явно длинные волосы зачесала назад и завязала в аккуратный пучок. Первая была брюнеткой, но крашенной, что было видно по уже начавшим вылезать корням. Вторая блондинка, кажется, натуральная. Обеим можно было дать лет по двадцать пять, ну, может, двадцать шесть. И это с учётом того, что форма их делала несколько взрослее. Вот только помня, как я обмишурился с Оливией, 'скинув' ей пятнадцать лет, я в случае с охранницами воздержался от точного определения их возраста. Вдруг им вообще по сорок пять и они те ещё ягодки?
   Когда я вошёл в холл, то на мне сошлись два взгляда. Брюнетка смотрела с интересом, удивлением и откровенным желанием. Удивление и интерес присутствовали в глазах и её напарницы. Но было там и немало профессионального ощупывания взглядом моей фигуры. И почти ни капли вожделения.
  - Здравствуйте, - ко мне с дежурной улыбкой вышла светленькая. - Чем могу помочь?
   Ранее из-за стойки я не видел, что у неё на поясе присутствует 'полный полицейский обвес' в виде дубинки, шокера, балончика с газом, наручников и кобуры с пистолетом. При этом талия всё равно осталась тонкой, не сумел её закрыть широкий ремень с этими девайсами. Брюки не топорщились, не шли складками, а красиво обтягивали нижнюю часть тела незнакомки. Точно так же обтягивала верхнюю часть чёрная рубашка с короткими рукавами и расстёгнутой верхней пуговицей, под которой белела простая футболка. Туфелек не было (а я так привык видеть их на женских ножках вокруг себя в последнее время), зато наличествовали аккуратные ботинки. На её левом плече в специальном креплении висела маленькая радиостанция. И последнее - она была выше меня даже без каблуков! Чуть-чуть, но выше.
  - Вы меня слышите? - улыбка исчезла, теперь на меня смотрела нахмуренная мордашка.
  - Извините, задумался, - быстро сказал я, пока та не решила вытурить вон странного посетителя при помощи силы. - Вроде как я здесь живу теперь. Инспектор из комитета дала мне этот адрес.
  - Имя, документ личности, - деловито поинтересовалась она. - На каком этаже?
  - Сейчас, - сначала я полез в карман за смятой бумажкой, на которой инспекторша написала мне адрес. - Квартира одна тысяча восемьсот четырнадцать, - и увидел, как она удивлённо приподняла бровь. - Что-то не так?
  - Можно? - она сделала несколько шагов в мою сторону, остановилась в метре от меня и протянула руку.
  - Да, конечно, - я передал ей записку.
   Та на секунду опустила взгляд в неё, и вновь подняла его на меня. Затем обратилась к своей напарнице.
  - Эбби, посмотри в базе квартиру четырнадцать на восемнадцатом этаже, - произнесла она и вновь обратилась ко мне. - Удостоверение личности есть? Или вы с сопровождающим?
   'Блин, я что - так молодо выгляжу, что не могу иметь тех же прав на машину? Мне двадцать уже', - недовольно подумал я, доставая бумажник и вынимая из него водительские права, которые протянул собеседнице.
  - Эбби, посмотри-ка: Александр Смит, несовершеннолетний, - прочитав информацию обо мне, брюнетка вернула назад права.
  - Точно, есть такой. Вчера был внесён в списки жильцов.
   Взгляд охранницы стал теплее, из него ушла подозрительность и напряжение.
  - Добро пожаловать, мистер Смит, - вновь улыбнулась она мне и на этот раз куда как доброжелательнее. - Я провожу вас до лифта.
  - Спасибо.
   Лифты и лестница прятались справа за постом охраны. Чтобы до них добраться, требовалось пройтись под внимательными взглядами этих красоток. Девушка пошла вперёд, показывая направление. На месте она нажала кнопку вызова. Пока мы ждали лифт, она выдала небольшую информацию.
  - Меня зовут Рикарда, а там сидит Эббилэйн, мы сотрудники охранного агентства 'Нирвана-плюс' и следим за порядком в здании и на прилегающей территории. Связаться с нами можно по телефону по номеру четыре-четыре-шесть-одиннадцать. Запомнили? Или написать?
  - Запомнил.
  - Сейчас вам нужно набрать восемнадцатый этаж. Когда лифт вас довезёт до места, то поворачивайте налево. Ваша квартира так же будет с левой стороны. Ключи у вас есть?
  - Да, карточка магнитная. Вчера инспектор вручила.
  - Хорошо.
   Тут нашу беседу прервал подошедший лифт. Створки распахнулись, и я вошёл внутрь. Поначалу думал, что девушка последует за мной, набившись в провожатые по какой-нибудь причине, но та осталась в холле.
   Без каких-то происшествия и встреч я добрался до своего этажа, покинул лифт и неторопливо пошёл в указанном направлении. Всего на этаже оказалось пятнадцать квартир, семь слева и восемь справа от лифта. Планировка и количество жилья мне напомнили российские общежития.
  - Ох, если здесь соседи подберутся из тех ещё кренделей, - пробормотал я. - Хотя с виду тут всё цивильно, чистенько, даже освежителем пахнет. Хм, двенадцать и сразу четырнадцать? А где тринадцатая хата?
   Удивление вызвало отсутствие квартиры с номером '13'. Была двенадцатая, а напротив неё сразу четырнадцатая, моя. И она же последняя. Из-за этого я не сразу решился воспользоваться ключом, опасаясь, что произошла какая-то ошибка или это чья-то шалость. Даже прошёлся в другое крыло и там просмотрел номера. Те шли точно по порядку.
   'Странно. Надеюсь, это не начало квеста 'достань попаданца', - недовольно пробурчал я, вставляя магнитную карту-ключ в щель замка. К моей радости внутри что-то щёлкнуло, красный огонёк сменился зелёным, и замок разблокировался. - Ну, слава яйцам'.
   Квартира оказалась студией с огромным панорамным окном в половину стены. Увы, выходило оно на авеню, что резко обесценивало такой архитектурный выверт. Смотреть на вечные пробки? Ну, нахрен.
   Обстановка не баловала. Самый минимум мебели: кровать с матрасом два метра на метр сорок и сдвинутая ширма сбоку, рядом шкаф-купе и комод, два стула у стены рядом с окном, крошечный кухонный гарнитур с индукционной плитой и варочным шкафом, там же была стойка-столешница, в углу притулился маленький холодильник, стоял диван в центре комнаты, напротив него расположился журнальный столик. И всё.
   На полу линолеум, окно без намёка на шторы или жалюзи. Ещё пахло пылью и сыростью, что ли. Или это запах помещения, где давно не жил человек?
  - Самому убраться или нанять кого? - пробормотал я вслух. Не, не хочу сам. И так душа чуть жива в теле. А тут часа два придётся ползать с тряпкой.
   К слову, ни пылесоса, ни стиральной машинки я не нашёл. Вместо ванной стояла душевая кабинка. Причём, недорогая кабинка, сильно уступающая в комфорте и функциях той, которой я пользовался в клинике.
   Что-то такое про стиральные машинки в голове крутилось, но ухватить мысль не получалось и я плюнул на это дело, подумав, что смогу уточнить позже у кого-нибудь. Например, у тех же охранниц. Или к соседям зайду. Пылесос, скорее всего, придётся покупать. А ещё микроволновку, чтобы огревать еду, а то в духовом шкафу, который размером в половину комода, это делать расточительно - как из пушки по воробьям стрелять.
   Но всё это потом, так как на первое место выезжает желание утолить информационный голод. То есть - получить доступ в сеть. Это можно сделать при помощи своих заблокированных девайсов, сняв с тех блокировку. Или купить самый дешёвый планшет и подключить его к интернету.
   Осмотрев всё внутри, оценив работу санузла, я покинул комнату и направился вниз, чтобы пообщаться с милыми охранницами. Рассчитываю узнать у них подходящие точки, где можно починить электронные приблуды, купить подешевле новые и кое-что по мелочи.
  - Господин Смит? - вопросительно посмотрела на меня Рикарда.
  - Всё в порядке, - успокоил я её. - Решил прогуляться, но так как не знаю этого района, то хотел попросить у вас совета.
  - Просто прогуляться или что-то нужно конкретно? - уточнила Рикарда, в то время как её напарница строила мне глазки из-за её спины.
  - Да, конкретно. Мне нужна мастерская, чтобы разблокировать телефон и планшет. Пароли к ним я забыл. И подсказать магазинчик, где можно купить самый дешёвый планшет или даже телефон, чтобы выйти через него в интернет, - тут я спохватился, что в квартире нет даже пачки соли, не говоря о прочих продуктах. Да и с посудой не густо - её вообще нет. - И посудный магазин, лучше, универсальный, где могу купить всё, что нужно на первое время. Только не дорогой, а то я даже не знаю, сколько у меня на карточке денег.
  - Я могу проводить куда нужно, - вылезла с предложением Эбби. - Рикарда, неужели ты против помочь такому милому мальчику. Мы быстренько всё сделаем, за час управимся.
   Я едва сдержал кислую мину на лице, услышав 'милого мальчика'.
  - Хорошо, но квартальная премия пройдёт мимо тебя, - ответила та ей.
   В ответ темноволосая красавица поморщилась и больше своё предложение не озвучивала. Видать, премия достаточно велика, чтобы тратить её на прогулку с неизвестно кем, кто может после этого даже не посмотреть в сторону девушки.
  - Господин Смит. Вы запомните или мне будет лучше нарисовать план? Ещё можете взять такси, но тут дойти выйдет быстрее, буквально десять минут пешком. А с пробками повезёт, если за пятнадцать уложитесь.
  - На словах можно. Ну, а если не запомню, то тогда попрошу рисунок, - улыбнулся я ей.
  - Всё просто, даже мужчина легко запомнит, - вернула она мне улыбку.
   'Ш-ш-ш, достали с этой дискриминацией', - мысленно прошипел я. Чёрт, да это местным должно быть нормально, привыкли, небось. Но мне видеть, слышать и ощущать подобное снисходительное отношение было неприятно.
  - Выйдите сейчас с территории здания и поверните направо на авеню. Идите до пересечения с четвёртой западной и опять поверните направо. После этого около пяти минут неспешного шага и увидите магазинчик на первом этаже, где торгуют всем, что нужно. Там приличные продукты, хорошая одежда, неплохая косметика, - стала перечислять она, и на последнем пункте я почувствовал, что у меня сейчас начнётся нервный тик. - На другой стороне улицы и немного дальше есть магазин электроники. Его держит миссис Аброколли, эта фамилия указана на вывеске. У неё можно и отремонтировать электронную технику, и купить не только новую, но и подержанную. Там же подключиться, но не забудьте удостоверение личности. Район спокойный, но всё же старайтесь держаться подальше от переулков и подворотен. Ну, мало ли что. Если желаете, то я могу вызвать подчинённую, которая проводит вас и подскажет. Вам это не будет ничего стоить.
  - Долго ждать? - предложение меня заинтересовало. С проводником и спокойнее будет мне, и быстрее сделаю свои дела.
  - Час, может немногим дольше.
  - Тогда не нужно, - отрицательно мотнул я головой. - Пока она придёт я, то уже успею вернуться.
  - Как пожелаете.
  - Так, может, я... - открыла было рот брюнетка, и закрыла под холодным взглядом своей напарницы. В их паре, судя по всему, Рикарда за старшую и держит смену в ежовых рукавицах. Она, к слову, и выглядит очень строгой, серьёзной, повадки напомнили такие же у моего старшины в учебке, тянущего второй срок по контракту. У него дисциплина в роте была о-го-го, не просто железная - непоколебимая, как броня у танка. Да, кстати, хочу добавить, что Рикарда очень похожа на красотку Кристанну Локен в образе терминатрикс, только немного выше ростом и с грудью побольше эдак раза в полтора или даже два. А так, если сейчас сменить её чёрную униформу на белую блузку и костюм из тёмно-красной кожи, то будет почти не отличить от киношного персонажа, которым там престарелый Шварц туалетные кабинки громил.
  - Я пойду, - быстро сказал я, не желая становиться причиной разлада между напарницами. - Спасибо за помощь.
   Уже спустя пару минут я пожалел, что отказался от сопровождения.
   Одно дело глазеть на толпы женщин из салона такси. И совсем другое, когда ты оказался рядом с ними на расстоянии вытянутой руки. Нет, меня не хватали, не пытались якобы случайно столкнуться или невзначай коснуться - местные дамочки оказались выше этого. Но как же они пожирали меня глазами! Я почти физически чувствовал, как по мне скользят их взгляды, забираются под одежду, срывают её.
   'Спокойно, Алекс, все нормально. Не показывай вида, что ты смущён или зол, это могут принять за слабость и уже по-настоящему взяться за тебя', - приговаривал я про себя. Немного отвлёкся от окружающего внимания, когда вспомнил, что не узнал у охраны местоположение ближайшего банкомата, чтобы узнать сумму на своих карточках. А то у меня в кошельке на момент выписки лежали девяносто баксов с мелочью и семьдесят из них я уже отдал таксистке. Теперь пришлось выискивать эту нужную вещь, отчего сразу стало легче переносить внимание прохожих. Кстати, пока шёл, то увидел на всём пути всего восемь мужчин. И каждый из них был окружён группой их трёх-четырёх-пяти девушек, которые успевали и своих спутников развлекать болтовнёй, и волчьими взглядами прогонять посторонних, сообщая - занято!
   То, что я попал в мир гендерного неравенства с перекосом в сторону женского поля, я стал догадываться ещё в больнице. Но лишь сейчас до меня начало доходить насколько же велика разница. Несколько сотен женщин и всего восемь мужчин! То-то мои 'матери' зачали меня медицинским способом.
   'Если денег хватит, то найму себе телохранительницу, чтобы выбираться в город, - решил я про себя. - А то ведь запросто похитят. Уверен, что при такой разнице среди баб от недотраха крышу постоянно у многих сносит и не всегда она может вернуться назад. Ха, а вот и банкомат!'.
   Стоило мне в стать в очередь, состоящую из четырёх девушек и женщин, как меня любезно пропустили вперёд.
   Итак, на первой карточки у меня лежало четыре сотни с мелочью. А вот на второй аж пять тысяч сто. В больнице я немного прояснил покупательскую способность доллара и теперь знаю, что пять тысяч зарабатывает успешный человек, американских средний класс. Учитывая, что у меня оплачена квартира и коммуналку взяло на себя государство, я могу жить припеваючи пару месяцев. А если экономно, то и все три. А там получу новые выплаты, про которые вещала инспекторша.
   'А жизнь-то налаживается', - радостно подумал я, убрав в бумажник 'дорогую' карту и полностью опустошив ту, где лежала небольшая сумма. Дальше я шёл уже спокойнее, мало обращая внимания на чужие взгляды. Быстро нашёл нужные магазины, про которые мне рассказала Рикарда. В первую очередь посетил с электроникой. Там заведовала высокая крепкая с почти что фигурой культуриста негритянка лет сорока в гавайской пёстрой рубашке, просторных шортах и кожаных красных сандалиях. Ей помогали две девушки лет двадцати. Одна негритянка, вторая тёмная мулатка. Все трое был похожи, как похожи мать с дочками. Я быстро договорился насчёт разблокировки своих девайсов, ещё купил подержанный планшет, взяв самый дешёвый, так как уже завтра получу свой родной, который стоил раз в десять дороже. Здесь же и авторизировался.
   После миссис Аброколли я вернулся назад на другую сторону улицы, где капитально закупился в магазине. Одежда, посуда, мыльнорыльные (кроме косметики, которую мне принялась нахваливать одна консультантка-продавец), продукты с водой и разные мелочи. Пришлось взять рюкзак, чтобы уложить в него часть покупок и более-менее с удобством дотащить их до квартиры, плюс, плотный пакет, чьи узкие ручки доставили немало дискомфорта, пока я не добрался до дома.
   Увидев меня, нагруженного как ишак и дышавшего, как после стометровки, глаза у охранниц стали размером с царские старинные пятаки. Видать, не привыкли наблюдать такое поведение у мужчин. В этот раз у Рикарды язык не повернулся отказать напарнице, когда та предложила помочь мне донести все покупки до квартиры. Честно говоря, тело мне досталось настолько немощным, что злость берёт на погибшего Александра Смита. Я даже до лифта налегке брёл, в то время, как Эбби с лёгкостью закинул рюкзак на плечо и взяла в левую руку тяжёлый пакет. Последний мне пришлось всю дорогу немного приподнимать, чтобы он не шкрябал дном по асфальту и порвался. Оказалось, что пакет был не для моего роста. И такая нагрузка забрала у меня много сил.
   Простой поход в магазин так меня вымотал, что я не сразу взялся за планшет, чтобы начать знакомиться с новым миром. Сначала полчаса валялся на кровати, переводя дух. Заодно вспомнил, что не купил постельное бельё. Значит, завтра предстоит очередной марафон по магазинам.
   'Может, Эбби предложить со мной погулять? - пришла в голову мысль. - Она завтра сменится, если сутками дежурит. То есть будет свободна. А в обмен за это я угощу её обедом в кафе. Думаю, девчонка не откажется вместо отдыха пройтись со мной по магазинам'.
   Идея показалась интересной. Заодно оценю, а стоит ли нанимать телохранителя на выходы в город (для постоянного сопровождения у меня просто денег не хватит), поможет ли он чувствовать себя спокойнее и увереннее в толпе городских хищниц. Что ж, позвонить нужно обязательно, за спрос же денег не берут (правда, учитывая моё нахождение в Америке это утверждение стоит использовать с оглядкой), но попозже, сначала узнать про то место, куда меня засунули неизвестные высшие силы.
  - Ну-с, тарелочка с яблочком, покажи мне сей дивный и чудесный мир, - пробормотал я, взяв в руки планшет. - И начнём мы с извечного 'мужики против баб-с'. Уж очень мне интересно. Итак...
   А дела обстояли так. Мой страх, что мужчин в этом мире очень-очень мало, один на сотню или даже меньше, не оправдался. Средняя пропорция была такая: один мужчина на десять женщин. В крупных городах и особенно в благополучных городских районах ситуация выглядела ещё приятнее, где-то один к восьми-семи. Но в глуши в противовес этому с мужским полом было совсем плохо, местами на той же Аляске средний показатель мужчин переваливал за один к пятнадцати. В Китае и Индии женщин рождалось ещё больше, где-то двенадцать на одного мужчину. К слову сказать, подсчёты эти относятся к определённому возрасту. В США он равен восемнадцати-двадцати годам. Всё дело в том, что мальчики рождаются болезненными, и у них смертность в несколько раз выше, чем девочек. При том, что они получают максимальный уход и внимание со стороны государства. Мужчин так мало, что во всех государствах существуют программы, которые заботятся о них. Самые широко распространённые - это денежные выплаты. Медицинская страховка бесплатная (вроде бы, я точной информации не нашёл) и высшего разряда. За нанесение любого вреда мужчине женщиной той грозит серьёзный срок и штраф (исключения прилагаются, но их мало). За убийство мужчины положена смертная казнь (здесь тоже есть исключения, но их совсем мало). А вот мужчины почти не подсудны. Лишь за самые тяжкие преступления их упекут за решётку, отправив в очень комфортабельную тюрьму, где даже увольнительные за хорошее поведение позволены раз-два в месяц. Самое серьёзное наказание предусмотрено за нанесение вреда мальчикам. И ещё юношам, которые не успели зачать детей или сдать сперму в банк. Тут без вариантов - казнь в самые сжатые сроки. Да ещё прославят на всю страну и преступницу, и её семью, скрупулёзно перемыв косточки по десяткам каналам.
  - Хм, то есть, даже в подворотне мне максимум грозит ласковое изнасилование? - хмыкнул я. - Даже бить не станут. Но с другой стороны, достаточно вспомнить мой мир, где за педофилию были самые строгие кары. И всё равно моральные уроды находились, которые измывались и убивали детей. Так что, нафиг подворотни и криминогенные районы, пусть меня ласково насилуют в моей квартире на моей кровати на чистом простыне и чистые насильницы, хе-хе-хе.
   Кое-что из курьёзов: во всём мире существовал закон о многожёнстве. В зависимости от страны, мужчина к двадцати трём годам должен был уже иметь двух жён. А к двадцати семи трёх. Это минимальное и обязательное число. А так-то разрешалось заводить официальный гарем любой численности, если он не нёс вреда и проблем обществу. Это закон так и прозвали в народе - гаремный.
   Ещё кое-что. Из-за чересчур, так сказать, медового внимания, мужчины пошли в разнос, заняв место содержанок из моего мира. Девяносто девять процентов их пользуются макияжем, делают маникюр и педикюр, посещают салоны красоты, где иногда проводят по нескольку часов в день. А одежда? Местные мужчинки носят наряды, которые на моей Земле можно принять за смесь одежды сутенёра, стриптизёра, проститута и педика. Примерно один процент мужчин называют себя маскулистами и борются против навязанного им обществом образа. Вот только борются так же, как в моём мире сражались воинствующие феминистки: носят юбку и лифчики, не разделяют туалеты на мужские и женские, не бреются, заявляя, что 'всё что натурально, то не безобразно', ну, и так далее. С проблемой выбора одежды я уже сегодня столкнулся, когда с трудом подобрал для себя рубашки, футболки, спортивные штаны и шорты с бриджами, которые не вызывали желание разорвать их в клочья с пеной и кровью из глаз.
   С работой для мужчин примерно так же обстоит, как и со всем прочим. Например, в СССР им вообще запретили трудиться на производстве, где есть хотя бы гипотетическая вероятность заработать травму. В демократической Америке так далеко не пошли, но всё равно устроиться мне будет сложно на те должности, которые накрепко в своём сознании считаю настоящими мужскими. Зато в секретари меня возьмут с легкостью. Только сообщи о таком желании и место у меня в кармане. Даже работать не придётся, так как вторым секретарём возьмут какую-нибудь тётку лет сорока пяти с двадцатилетним опытом. Вот только за такое тёпленькое местечко придётся кое-чем платить. Тут же в голове всплыл пошлый анекдот:
   'Шеф захотел секса, звонит секретарше:
   - У меня встал вопрос!
  - Но у меня месячный отчет!
  Он бросил трубку. Секретарша пожалела шефа, заходит к нему и говорит:
  - Может задним числом или в устной форме?
  - Спасибо, я уже от руки набросал!'.
  - Блин, не хочется мне решать такие вопросы у своей начальницы да ещё в устной форме или тем более задним числом, если попадётся извращенка какая-нибудь, - покачал я головой, потом вздохнул. - Но придётся, если стану секретуткой. Нет, этот вариант отбрасываем. Максимум, стать секретарём у жены, которая босс в компании.
   Очень много мужчин оказалось в сфере развлечения - певцы, музыканты, танцоры, поэты с писателями и прочие. Кстати! А ведь я живу в районе, который облюбовала себе именно эта категория граждан. Ист-Виллидж - это район художников, поэтом и музыкантов. Здесь их самая большая концентрация во всём Нью-Йорке. Примерно, как Адская кухня, где больше всего преступников во всём мегаполисе, только с другим знаком.
  - А не стать ли мне писателем, а? - меня посетила ещё одна мысль. - Переписать дурацкие 'Сумерки' или 'Пятьдесят оттенков' под местные реалии, найти хорошего редактора и корректора, которые даже из гуано сделают конфетку, и заработать себе на новые апартаменты. Идея годная, в самое ближайшее время обязательно её обдумаю как следует, раз уж в этом мире не нужны песни Высоцкого, калаш и командирская башенка на тэ тридцать четыре.
   Только не надо меня считать извращенцем, который любит всякую непотребщицу. Но ещё учась в педучилище, от своих преподавателей я узнал, что хороший учитель просто обязан знать тот мир, в котором живёт подросток. Не обязательно курить, колоться или ночами забираться в чужие гаражи и дома. Достаточно просто знать, что это могут сделать дети и тут в помощь интернет с миллионами видеороликов таких моментов, рассказами силовиков и подростков, проходящих реабилитацию. Нужно смотреть те же фильмы или примерно знать, о чём там речь. Хотя, например, на Потериану я подсел ещё до начала своей учёбы и потом нашёл на этой теме общий язык со многими учениками. Короче, всем понятно, откуда я знаю 'Сумерки'. А 'пятьдесят оттенков' я смотрел со своей девушкой. Кстати, нам обоим фильм не понравился, книгу я пролистал, дав ей оценку ещё ниже, чем экранизации. А ведь ещё куча книг, фильмов и тех же комиксов (чтоб им пусто было), сюжеты которых идеально подойдут для этого мира. Нужно просто сначала уточнить, а не созданы ли они уже здесь.
   В общем, работёнку я себе нашёл, осталось проверить на практике, насколько она мне подходит. С другой стороны, с учётом интернета мне даже не нужна бумажная публикация. Какие-то копейки я заработаю и в сети. Тем самым хотя бы самому себе докажу, что не собираюсь становиться приживалкой и содержанкой у жён. М-да, жён, чудно-то как звучит.
   Жаль, что я от спорта далёк. Тогда бы пошёл в инструкторы или открыл бы собственный спортзал. Уж для мужчины в таком деле набрать клиентскую базу проще пареной репы. Женщины ещё бы дрались за то, чтобы записаться ко мне на тренировку.
  - Тю, куда замахнулся, - хмыкнул я. - Режь осетра, Алекс, ну, куда тебе с такой тушкой в спортивные инструктора? Тут самому стоит записаться к кому-нибудь, чтобы подкачаться.
   Разобравшись с гендерным вопросом, я полез по сайтам читать тему мутантов и прочих фриков. Забил в поисковике больше тридцати самых ярких героев марвела и доси, которые смог быстро вспомнить. И вот что получил в итоге. Супермена здесь не было, Бетмена с Джокером тоже. Зато присутствовала Чудо-женщина. Отсутствовала капитан Марвел, но имелись Железный человек, паучок со Скорпией, Халк и больше половины персонажей из марвеловских фантазий. По поводу Железного человека хочу сказать, что здесь это Железная леди. Я сильно ошибался, когда принял мисс Старк за жену Старка. Ещё тогда нужно было сообразить: мисс - это незамужнее обращение. Оправдывает меня лишь помутнённый рассудок и русская душа, которая плевать хотела на все эти мисс и миссис.
   В этом мире почти все супергерои, злодеи и прочие паранормальные люди относятся к женскому полу. Так что, у меня все шансы затащить в постель какую-нибудь Женщину-муравей или там Капитана Америку. Кстати, про неё я нашёл мало информации. Или она ещё спит во льдах, или только недавно её пробудили, и информация об этом событии мирового масштаба не успела попасть в прессу.
  - Всегда мечтал повертеть на кое-чем эту Америку. Кажется, судьба предоставила мне это сделать в буквальном смысле, - засмеялся я, когда представил момент плотного знакомства с данной дамой.
   Спустя пару часов чтения я для себя решил, что мир, всё-таки, марвеловский. Просто неизвестно какими ветрами сюда занесло несколько персонажей из доси. По важным событиям всё было глухо. Например, доктор Беннер уже давно облучился и нет-нет, да становится Халком, гоняя по городу в чём мать родила, тряся сиськами и смущая народ голым задом и передом. Точнее пугая. Какие уж там мысли о смущении и морали, тут как бы не попасть под пятку зелёной великанши или под автомобиль, который она отшвырнула в сторону. Все приключения Чудо-женщины, про которые я вспомнил, давно случились и она входит в команду Старк. Но это ещё не Мстители.
   Существует Щ.И.Т. Эта организация вроде как и не на слуху, но в инете я нашёл кучу упоминаний без конкретики. Почти все ссылки сообщают, что с этой структурой лучше не связываться, у неё на побегушках ЦРУ, ФБР, КГБ, Мосад и прочие министерства. Сколько тут правды я не берусь считать, не удивлюсь, что сам Щ.И.Т. эти байки и распространяет, стирая реальные данные.
   По поводу мутантов и людей с особыми способностями в этом мире всё куда логичнее, чем в комиксах. Не без перегибов, но всё же, всё же. Так, тут нет никакого гонения и ненависти к ним, только в единичных случаях. Им больше завидуют и хотят стать такими. Сверхлюди и мутанты работают в корпорациях, служат в армии, в полиции и в секретных службах. Они трудятся преподавателями и врачами, в службе спасения, пожарниками и так далее. Что ж, настоящий мир показал большую рассудительность в сравнении с логикой фантазёров. Или местное человечество умнее оказалось, решив интегрировать мутантов в своё общество, а не гонять их, понимая, что те могут дать такую ответку, которая по масштабности затмит ядерную войну.
   Потом я полез искать историю с той сектой, из-за которой я попал в это тело. И узнал такое, отчего несколько минут смеялся и ругался. Я вспомнил эпизод из старого фильма про людей-х с Магнето и специальной машиной, к которой он подключил девчонку с особыми способностями, вроде Роуг, но я уже точно не помню. С помощью её Дара он хотел превратить простых людей в мутантов, но ему помешала команда Ксавьера. Так вот, в этой вселенной случилось нечто похожее, но без насилия. Роуг и Ланшер оказались любовницами и первая добровольно залезла в устройство, так сказать, мутантизации. Секта, куда вошли дурные матери моего нового тела, исповедовала идею всеобщей мутации человечества. И когда Эрика заявила, что у неё всё готово для этого, тысячи её последовательниц собрались в одном месте на манхэтовском стадионе. И опять, как и в фильме, Ланшер помешали. Только не команда любителей, а спецслужбы. Увы, какую-то часть пси-волн или мута-излучения сектантки получили. Были погибшие, десятки пострадавших. Роуг сейчас торчит в тюрьме для суперлюдей, а её взрослая любовница скрылась. И ни слова, что кто-то в самом деле стал мутантом. Там и Щ.И.Т. отметился, кстати.
  - Так, а ведь ко мне кроме копов никто не приходил. Или анализы взяли сразу после происшествия, перед тем, как отправить в клинику, которые показали что я нормальный. Или обращение происходит не сразу и вскоре стоит ждать кого-то покруче детектива, - пробормотал, и тут меня посетила неприятная мысль. - А не эти ли крутые меня сюда заселили, перед этим напичкав хату жучками? Чёрт, хреново, если так. И девчонку не пригласишь сюда. А то будут потом всякие уроды смотреть хоумвидео со мной в главной роли.
   Мне даже показалось, что прямо сейчас кто-то невидимый уставился в затылок пристальным взглядом. Резко обернувшись, я... не увидел никого и ничего. С другой стороны, современная шпионская аппаратура достигает таких миниатюрных размеров, что видеокамеру можно вставить в шляпку гвоздя или болта. Я могу пялиться сейчас прямо в объектив и ничего не видеть.
  - Ну и к чёрту, - решил я. - Буду решать проблемы по мере поступления. После клининговой компании найму спецов по прослушке, чтобы они тут всё почистили. А пока позвоню-ка я Эбби и уточню её планы на завтра, - воспользовавшись внутренним телефоном, я набрал короткий номер и после нескольких гудков услышал знакомый голос. - Рикарда?
  - Да, слушаю. А кто...господин Смит? Это вы? Что-то случилось?
  - нет, всё в порядке. Я бы хотел всего на минуту отвлечь вашу напарницу от работы. Это всего минута, Рикарда, не лишайте её за это премии.
  - Договорились, не стану. Но её сейчас нет рядом, - собеседница сделал паузу и спросила. - Может, я чем-то смогу помочь?
   Я задумался - говорить или нет? А впрочем, пускай.
  - Хотел попросить её завтра во второй половине дня показать район и помочь с покупками, как она предлагала. Конечно, если она будет свободной.
   На другой стороне провода некоторое время царило молчание. Наконец, раздался голос Рикарды.
  - Мистер Смит, если вам нужна спутница и гид, а не конкретно Эбби, то в этом деле я могу помочь. Я сильная, сильнее её, кстати, и могу унести куда больше вещей, если ваш шопинг будет удачным.
   Тут уже я сам взял паузу, определяясь с ответом. Эбби мне показалась куда доступнее, чем её напарница. И в общении она должна быть легче, может быть, слегка навязчивее, но с этим я точно смогу справиться. Она кажется большим подростком, а с детьми я успел за несколько лет наловчиться общаться. А вот как вести себя с Рикардой не представляю. Хотя, её холодный взгляд и характерные движения, походка могут отгонять городских хищниц лучше, чем это сумеет сделать Эбби.
  - Если это никак не помешает вашим планам, Рикарда, - наконец, я принял решение.
  - Нисколько. На какое время рассчитывать?
  - На..., - я прикинул в уме свой распорядок и озвучил время, - на два часа дня. Годится?
  - Да, - лаконично ответила она мне. - Как мне с вами связаться?
  - Позвоните на номер... сейчас, секунду, найду его, - я бросился к планшету, купленному сегодня. Он имеет возможность принимать и производить звонки, включая и видео. В упаковке-коробке вместе со всеми бумагами нашёл распечатку с номером и продиктовал его девушке. - Или я позвоню.
  - Лучше я, но на всякий случай запишите мой, господин Смит.
  - Рикарда, называйте меня Алексом.
  - Простите, господин Смит, но по имени я стану к вам обращаться завтра вне служебного времени. А сегодня только так.
  - Я не настаиваю, Рикарда, пусть так. До завтра?
  - Да.
   *****
   Рикарда отключила телефон и положила трубку на стол. Потом обратила внимание на влажные отпечатки, оставшиеся на тёмном пластике корпуса. Она волнуется? Как ни странно, но так и есть. Короткий разговор с новым постояльцем вызвал у неё бурю эмоций в душе и заставил нарушить один из главных принципов. Хотя, если посмотреть немного со стороны и под другим углом, то важный пункт в своде её правил как бы и не затронут.
   Рикарда однажды решила для себя, что никогда не станет сражаться за несвободного мужчину, чтобы занять место одной из его жён или избранниц, которая проиграет схватку с ней. Ей претило чувствовать себя гладиаторшей на арене, за боем которой наблюдает цезарь - мужчина. А представители этого племени очень любят стравливать женщин между собой, им доставляет поразительное удовольствие вид того, как другие бьются за них, чтобы оказаться однажды рядом. Ещё в школе Рикарда заметила это. И решила, что добьётся таких успехов в жизни, которые начнут тянуть к себе мужчин, как огонь мотыльков. Уже не она станет унижаться, а они. Так она шла от школьницы к новобранцу в армии, от новобранца до сержанта. Потом ушла из армии, чтобы попасть с частную службу телохранителей. Из телохранителей ушла из-за отсутствия карьеры и высокого риска так ничего и не достичь, вместо этого оказавшись на кладбище. А большие деньги она сумеет заработать где-то ещё. Нанялась в небольшую охранную фирму, где сумела за два года получить место заместителя главы. И вновь она решила оставить всё, так как это был потолок. Плюс, ей просто надоело служить и прислуживаться. Накопленные деньги и взятый кредит она вложила в собственное дело, открыв частное охранное агенство. На первых порах в нём было всего четыре бойца, и занималась 'Нирвана-плюс' сопровождением грузов. Дела пошли резко ввысь, появились новые подчинённые, клиенты. И вот уже полтора года она командует двадцатью тренированными девушками и женщинами, среди которых семеро мутантов и параномов, включая саму Рикарду. Агентство сумело заключить длительные контракты на охрану двух зданий и парковки в элитном районе Манхэттена. А ещё по старой привычке берутся за сопровождение грузов, охрану конвоев и тому подобное. Рикарда вместе со своими подчинёнными несёт дежурства, а в выходные работает над документами по пятнадцать часов. Ещё бы несколько лет такого удачного ведения дел и 'Нирвана-плюс' перепрыгнула бы на новую ступень, перейдя из ранга средней фирмочки в разряд известных (пусть и не во всех кругах) компаний, чьими услугами пользуются те, от кого зависит многое в стране и мире. Рикарда мечтала однажды подмять под себя весь Манхэттен. Чтобы 'Нирвана-плюс' стала узнаваемым брендом - сигнализация, спецснаряжение, услуги защиты и личной охраны и многое другое. Тогда бы уже она выбирала мужчину для себя, а не они её. А пока можно отдыхать в борделях, снимать напряжение при помощи лесбийского секса, либо получая разрядку вечерами в ванной или кровати от искусственного фаллоса.
   И вдруг появился Александр Смит. Увидев этого худого и болезненного паренька в неприметной одежде, без вызывающей косметике и пригоршни украшений, она ощутила, как в груди что-то зазвенела. Словно новый жилец затронул некие струны в её душе. Попытка напарницы закрутить роман с новичком вызвала бурю ревности. И почему Рикарда сама не смогла раскрыть рот и предложить свою помощь раньше, чем это сделала Эбби? А потом ей оставалось стискивать зубы от злости на себя и подчинённую, но придерживаться начатой линии поведения. И вдруг - звонок. Он позвонил и попросил погулять с ним завтра по району. Наверное, Создательница в этот миг благосклонно взирала на Рикарду. И так удачно Эбби отпросилась в туалет. Ну, так и поделом ей.
   Что же до принципов, то Александр был свободен. Весь его облик кричал об этом. А значит, руки у Рикарды развязаны. Завтра она должна сделать всё, чтобы увлечь паренька собой, вскружить ему голову и вбить в неё крепко-накрепко свой образ.
   Имелась и проблема: молодая женщина к своим двадцати восьми годам практически не умела ухаживать за мужчинами. Весь её опыт зиждился на просмотренных сериалах и рассказах знакомых.
   Глава 2
   Прогулка с Рикардой прошла более-менее. Она показала мне несколько интересных мест, магазинов и кафе, где часто делают скидки и проводят акции с распродажами, позволяющими существенно сэкономить. Побывали в небольшом парке, прошлись по набережной в восточной части района. С её помощью я подобрал себе постельное бельё, химию для стирки вещей и кое-какие мелочи. Вела она себя очень прилично, к месту шутила, вовремя замолкала, чтобы выслушать меня, общалась спокойно, без ужимок и намёков. Но когда я предложил сходить в кафе, сказав, что, мол, она мне так помогла, что я просто обязан ей столик со всякими вкусностями, её поведение несколько изменилось. А вскоре после этого она торопливо попрощалась и ушла, сославшись на срочные дела. Лишь позже я понял, что приглашать в кафе должна была она. Наверное, моё поведение для неё показалось, м-м, странным, может даже неприличным. Впрочем, уже на следующий день я забыл про этот эпизод, который оказался вытеснен другим, на порядок более значительным - во мне пробудился Дар!
   Дар, понимаете? Я стал суперчеловеком!!!
   Всё случилось во сне. Списываю на подсознание, которое помогло разобраться, как пользоваться открывшимися способностями. К слову сказать, такие открытия во сне в прошлой жизни меня иногда посещали. Вот, бывало, бьёшься над проблемой, голову ломаешь, часами в интернете сидишь, журналы и справочники перелистываешь и всё без толку. А через несколько дней во сне приходит озарение вместе с решением проблемы.
   Так случилось и сейчас. Да, я говорил, что был момент в моей жизни, когда увлекался Потерианой? Так вот, возможно то далёкое увлечение в первой жизни сыграло свою роль в, м-м, даже не знаю, как будет правильно сказать-то, наверное, так - стилизации внешнего проявления моей способности. Мой Дар в мире суперлюдей выглядел в виде волшебной палочки и произношения заклинания, с одновременным взмахом той. Палочка, кстати, выглядела призрачной - слегка светилась и была полупрозрачной. Но при этом в руке ощущалась полностью материальной. Наверное, кто-то мог её принять за отлитую из прозрачной эпоксидки с добавлением флуоресцентной краски.
   Разумеется я первым делом попытался проверить работоспособность киношно-книжных заклинаний, которые вспомнил. Забрался в ванную, занавесил там всё простынями и одеялом на тот случай, если моя паранойя правду нашёптывает насчёт слежки. И, как того следовало ожидать, ничего не получилось. Все эти 'ступефаи', 'бомбарды' и прочие 'энклозио' да 'конарус' были просто звуками.
  - Ну, что ж, попытаться всё равно стоило, - пожал я плечами, ничуть (почти) не расстроившись провалом.
   Во сне я сам создавал свои заклинания по тому же типу, которым воспользовалась приснопамятная Роулинг. Имею в виду исковерканную латынь. Для этого я скачал из интернета англо-латинский словарь и голосовой переводчик с текста. Необходимые для занятия магией на дому чистые листы бумаги заменил большой ежедневник, который я приобрёл вместе с разными мелочами. Последним предметом, который я утащил в санузел, был маленьким кухонный нож с керамическим лезвием такой остроты, что оно с лёгкостью срезало редкие волоски на моей тонкой ручонке. Острым - куда там иголке - кончиком ножа я проколол подушечку на левом мизинце и стал водить им по бумаге, рисуя слово 'свет' на латинском. Далее несколько раз послушал, как это будет звучать в переводе, раз десять повторил и, наконец, приступил к самому важному. Если верить знаниям из сна, то мне нужно коснуться кончиком палочки надписи и чётко произнести слово-заклинание.
  - Люк... ай, мать! - стоило приступить к магии, как палочка слегка обожгла ладонь в тех местах, где я к ней прикасался. В итоге создание заклинания сорвалось. Самое интересное, слово, написанное кровью, сначала расплылось бурой кляксой, а потом сгорело, оставив неровную прожжённую дыру в бумаге. При этом листы в ежедневнике ниже ничуть не пострадали, даже не запачкались от пепла.
   Следующую попытку я повторил минуту спустя. Теперь я знал, что мне ожидать от процесса. Опять пришлось колоть палец и водить им по странице. Опять прикладывать кончик волшебной палочки к кровавому рисунку и отчётливо произносить:
  - Люкс!
   На этот раз я был готов к боли и спокойно перетерпел её. Даже показалось, что во второй раз она была заметно слабее. Слово стянулось сначала в кляксу, потом собралось в кровавую каплю, которая втянулась в палочку. Страница же мгновенно превратилась в чёрный пепел.
  - А теперь проверка работоспособности, - тихо пробормотал я, поднял палочку к потолку и повторил. - Люкс!
   На её кончике резко вспыхнула ярчайшая искра, заставив сильно прищуриться. По мощности заклинание было на уровне лампочки ватт в сорок. Вполне себе неплохо. Никакого неприятного чувства в момент активации я не ощутил, ни боли, ни слабости. Из этого истекает, что тяжело мне только при создании заклинаний
  - Люкс! Люкс! Люкс!
   После каждого слова к первой искре на палочке присоединялась ещё одна, делая свечение ещё ярче. Наверное, предел усиления заклинания есть, но к тому времени я могу освещать всё вокруг не хуже прожектора. Отключить чары удалось мыслью, пожелав убрать свет.
   Следующим изученным заклинанием стал шар света. При его создании палочка причиняла боль немногим сильнее, но вполне терпимо.
   'Представляю, что придётся пережить, когда возьмусь за непростительные', - покачал я мысленно головой, разминая ноющую правую ладонь после того, как очередная красная капля поместилась в волшебной палочке, а страница ежедневника превратилась в прах.
  - Глёбус люкс!
   С острого кончика палочки сорвался ослепительный белый шар света, поднялся к самому потолку и... потух, оставив после себя в глазах зелёные 'зайчики'.
  - Не понял? - нахмурился я.
   Озарение пришло очень быстро. Я предположил, что нужно указать время в заклинании. Так родились три заклинания: глёбус люкс минутис, глёбус люкс дэцэм минутис и глёбус люкс диу. Минута, десять минут и длительный. После создания заклинаний, я сделал себе перерыв, так как рука стала жутко ныть и гореть, словно плеснул на неё кружку горячего чая. На целый час я сунул её в холодную воду. Когда болезненные ощущения прошли, я вернулся в ванную и продолжил эксперименты с секундомером. Часы показали, что световой шар работает ровно столько, сколько 'разрешает' ему заклинание. Не удалось проверить время лишь у последнего заклинания. Забегая вперёд, скажу, что энергии в 'диу' хватило почти на сутки.
  - Я теперь смогу не платить за электричество по вечерам, хватит по двух 'диу', - развеселился я, придумав заклинаниям реальное применение в быту.
   Новыми заклинаниями, которые выучил за остаток дня, были: сомнус (спать), йэйуниум сомно (крепко спать), infirmitate (слабость), calcitrare (пинок) и calcitrare aucti (сильный, мощный пинок), pugnus (кулак он же удар кулаком), и pugnus aucti. Эти заклинания я посчитал за условно боевые. За по-настоящему опасные чары решил взяться в ближайшие дни со свежими силами и без ноющих рук. Последние заклинания я изучал палочкой, зажатой в левой руке, и теперь держал обе кисти в тазике с водой и льдом, чтобы унять жжение.
   На следующий день в книгу заклинаний попали ещё новые чары: глёбус игнис (огненный шар), фульгур (молния), глёбус фульгур (шаровая молния), глёбус фульгур аукти (мощная шаровая молния), скутум (щит). Последнее заклинание я сумел проверить в ванной, так как оно не несло разрушений. После активации с кончика палочки сорвался луч света, который на расстоянии полуметра от нее расширился в полупрозрачный голубой диск, диаметром около метра, который не пропускал сквозь себя ничего. Может быть, даже сумеет сдержать пулю. На всякий случай я изучил ещё и скутум аукти, чтобы гарантированно защитить себя при попадании под обстрел. Последним защитным заклинанием стало глёбус скутум аукти. Если я успею его активировать, то, пожалуй, выживу и во время буйства Халки, когда та всё крушит на своём пути. В защитной сфере мне будет ни по чём ни её кулаки, ни обломки зданий, ни случайные пули, снаряды и осколки из оружия, из которого обычно рано или поздно начинают обстреливать эту зелёную бешеную бабу. И ведь знают, что это не поможет, только больше злит и делает сильнее великаншу. Но, блин, стреляют.
   Следующий день я решил посвятить отдыху, чтению новостей и заживлению исколотых пальцев. И только на третий я выбрался на улицу. В недорогом магазинчике в своём районе я купил толстовку с капюшоном, плотные штаны и высокие ботинками, в хозяйственном приобрёл прочные резиновые перчатки, респиратор с фильтром от запахов, верёвку. В универсальном взял немного продуктов, еду, которую ненужно готовить и можно есть всухомятку, воду, рюкзачок, баллончик со светящейся краской, раскладкой трёхногий табурет. Переодевшись в примерочной, я спрятался под капюшоном от женских взглядов, накинул на плечи рюкзак с купленным добром и поплёлся на поиски спуска в канализацию в тихом безлюдном месте. В обычной бесформенной одежде, нагруженный, как ишак и в капюшоне я стал невидимкой для толпы. Никто во мне не видел мужчину.
   Спустя полчаса я нашёл пустой тупик с канализационным люком за мусорными бачками. Пришлось немного повозиться, чтобы поднять и сдвинуть в сторону неподъёмную крышку. Для моего нынешнего хилого тела это было тем ещё подвигом.
  - Мать иху, нужно было выучить заклятие на силу, а не на слабость, и применить его на себя, - отдуваясь, произнёс я, сидя на краю колодца свесив ноги вниз. - Уф, тяжко-то как.
   Канализация была самым подходящим местом, где я бы мог проверить боевые и опасные заклинания в Нью-Йорке. И вроде бы самым безопасным. По крайней мере, я не мог припомнить масштабных происшествий под землёй. Плюс. Вроде бы никто тут не живёт из опасных тварей. Черепашки? Кажется, они из другой вселенной. Но даже если и попали они в марвеловскую, как Чудо-женщина с Гигантой, то эти мутанты к людям лояльны, ещё и помогут при случае. Ещё вроде как у Карательницы под землёй база, где она хранит аж целый мотоцикл. Ну, так я не преступник и тем более мужчина, она как минимум меня проигнорирует. А других персонажей-подземников я не припоминаю. В крайнем случае. Если нарвусь на каких-нибудь неизвестных мутантов, то отобьюсь от них магией. Имеющийся набор у меня на все случаи жизни.
   Отдышавшись, я достал респиратор и натянул его на лицо, чтобы не страдать от миазмов канализации во время своего путешествия под землёй в поисках подходящего места. Поначалу пришлось идти среди потоков жидкости, которую водой нельзя было назвать. Но вскоре повезло наткнуться на боковой проход с железной дверью. За ней оказалась совсем другое подземелье. Сырое, но без вони отходов жизнедеятельности человека. Свой путь я отмечал краской на стене, чтобы на обратной дороге не плутать.
   Наконец, я вышел в просторный зал, из которого вели в разные стороны несколько коридоров. Здесь-то я и решил опробовать свои чары, которые опасался активировать в квартире. Первым делом я подвесил под потолком в углах четыре 'диу'. Их было достаточно, чтобы всё видеть и не щуриться от яркого света. Для отработки боевых заклинания я выбрал стену, где не было никаких коммуникаций: труб и проводов. А бетон, надеюсь, достаточно прочный и толстый, чтобы выдержать магические удары.
  - Ну-с, приступим, - пробормотал я.
  - Интересно, к чему, милый мальчик? - от прозвучавшего за моей спиной чужого женского голоса у меня волосы встали дыбом по всему телу. - Примешь в свою компанию?
   Я прыгнул вперёд, не удержался на ногах и покатился по грязному и влажному бетонному полу под смех... трёх женщин. Когда я встал на ноги и обернулся, то увидел трёх бледнокожих красавиц, чьи глаза поблескивали красными огоньками.
   'Вампиры?! Бли-ин!', - взвыл я про себя, затем выставил палочку и предупредил. - Не подходите, а то...
  - А то? - повторила одна из них, улыбнулась и наклонила голову набок. - Что?
   А у меня в голове билась мысль: смогу я пережить укус вампира без последствий или стану таким же кровососущим гадом? Подстёгнутый адреналином мозг неожиданно выдал воспоминание про вселенную-ответвление, где Логана укусил Дракула и тот обратился в упыря, став Росомахой-лордом вампиров. То есть, мой Дар совсем не панацея и лучше не доводить до укуса.
   Я отвёл палочку немного в сторону и опустил её, после чего одними губами, чтобы не давать ненужной информации врагам, произнёс:
  - Пугнус аукти!
   Мощный удар невидимого кулака выбил бетонную крошку и снёс слой грязи рядом с тем местом, где стояла крайняя слева вампирша. Этой демонстрации хватило, чтобы те порскнули в стороны и разбежались по залу, взяв меня в полукольцо. Я взмахнул палочкой, выбрав одну из вампиров, что подобралась ближе всех.
  - Пуг... - договорить мне не дал чудовищной силы удар по руке и в правый бок, который отбросил меня на несколько метров.
   Дыхание перехватило, рука болела так, что хотелось выть, так ещё и лицом приложился о пол, который стесал мне кожу на лбу, как наждачка.
  - Расслабились, неженки? Не понятно, что от паранорма можно всего ожидать? - я услышал новый женский голос, полный злости и презрения.
  - Он же мужчина, Мирта. И медленный совсем, мы за ним десять минут шли, так он едва плёлся и дышал, как больной, - заискивающе ответила той вампирша, которая первая начала общение со мной.
  - Он паранорм, дура! Они и парализованные могут быть опасны. Их сила не в теле.
  - Я...
  - Заткнись. Ищите, куда улетел его жезл.
  - Хорошо, Старшая, мы сейчас, мы быстро.
   Пока троица искала несуществующую палочку, Мирта подошла ко мне и подняла в воздух на шкирку, как котёнка. Я только-только стал возвращать контроль над пострадавшим телом, как опять от такой бесцеремонности то отозвалось жуткой вспышкой боли, парализовав не только руки-ноги, но и сами мысли. Кажется, я обзавёлся парочкой переломов рёбер, а не только отделался одной рукой.
  - Вкусно пахнешь, - усмехнулась мне прямо в лицо здоровенная негритянка, ростом под два метра с короткой причёской и волосами, чей цвет вызвал в моей голове мысль 'пергидрольные какие-то'. Симпатичное лицо портили крупные клыки, выступающие из-под губ и злое выражение. Одета она была в красный спортивный костюм. Его верхнюю часть туго натягивали такие шары, что с трудом верилось в натуральность таких сисек. После этих слов она провела языком по моему расцарапанному лбу. - И на вкус неплох.
   Вот тут меня проняло до печёнок. Моя кровь и её слюна только что смешались. Шок, злость и отчаяние смешались, получилась гремучая смесь, которая на время убрала боль в теле. Я махнул левой рукой, цепляясь за натянутую ткань спортивной куртки.
  - Не спеши, тебе ещё пару часов нужно потерпеть, пока не станешь сильным, - хмыкнула она. - Не люблю мужчин слабаков, знаешь л...
   На этот раз роли поменялись, и уже я её прервал на полуслове.
  - Кальцитраре аукте! - прошипел я, создав палочку в левой руке. Сильнейшее ударное заклинание в моём арсенале, созданное вплотную к телу негритянки, отшвырнуло ту до самой стены. А это метров восемь! Правда, выпустила вампирша меня не сразу. И от рывка у меня чуть позвоночник не сломался. Ещё повезло, что дешёвая одежда не выдержала такой нагрузки и порвалась. А ведь мог лететь вместе с Митрой до бетонной стены. - Фульгур!
   Голубая ломаная струя бело-голубого света ударила в стену рядом с поверженной Старшей.
  - Фульгур! Фульгур!
   С третьей попытки у меня получилось попасть точно в грудь твари. К слову, вместо шаров там сейчас было нечто аморфное, раздавленное в хлам и вдавленное с рёбрами в грудную клетку. И при этом вампирша была жива и, кажется, боли особо не чувствовала, если судить по той злости в её глазах, с которой она смотрела на меня.
   Отвлёкшись на главную обидчицу, я забыл про ещё трёх кровососок и поплатился. Сильный удар в живот чуть не заставил выплюнуть кишки.
  - На, гадёныш!
   Следом был удар подошвой кроссовка по ладони.
  - На ещё, чёртов мутант!
  - Не убей его, Ирга, Старшая сама хочет с ним поквитаться, - донёсся до меня голос одной из молодых вампирш, как сквозь подушку. После этого избиение прекратилось.
   'Эта тварь ещё жива? - удивился я про себя, услышав про Мирту. - Чем же её убить?!'.
  Я почувствовал, как меня ногой переворачивают на живот, заводят искалеченные руки за спину и чем-то связывают. И, конечно, всем было плевать на мои стоны боли, которую мне причиняли их действия. Потом меня подтащили к стене и прислонили к ней, недалеко от Мирты, которая выглядела страшно после ударов магии, но оставалась в сознании и живой. Уставившись на меня красными глазами, она зашевелила губами. Но то ли не смогла даже прошептать, то ли я оглох после побоев, но я так ничего и не услышал. На её грудь я старался не смотреть - там после магического пинка и разряда молнии был страх и ужас. Не будь мне самому паршиво, то я бы сейчас проблевался от омерзения. Убедившись, что самый опасный противник выведен из строя на некоторое время, я повернул голову в сторону той троицы, что, как оказалось, шла за мной по пятам до этого зала.
   Все трое были высокими, атлетичного сложения, красивыми девушками. Впрочем, в этом мире это норма. Как норма - худые, низкого или среднего роста и болезненного роста мужчины. Генетика, туды её в качель, как приговаривал один дед из моих соседней по дому. Их светлая кожа в свете магических фонарей казалась ещё бледнее, а вот красные огоньки в глазах этим светом подчёркивались, делая красоток мрачными готками. Все трое носили джинсы и кожаные штаны, кроссовки, футболки, а поверх них короткие курточки, сейчас расстёгнутые.
  - Что смотришь? - зло сказала одна из них. - Сёстры, может, подтащить его поближе к Митре и пусть она напьётся его крови?
  - Нет, она хочет его сделать птенцом. А в таком состоянии не удержится и выпьет досуха. Нужно немного подождать.
   Я опять посмотрел на раненую и увидел, как она на секунду закрыла глаза, подтверждая, что всё так и есть.
  - Ну, спасибо за заботу, - с трудом произнёс я. - Ничего, когда я приду в себя, то от вас останутся только уши с зубами. Я из них себе ожерелье сделаю.
  - Ты? Мужчинка? - фыркнула одна из трёх. - Не смеши.
  - Когда ты пройдёшь обращение, то даже подумать плохо про Старшую будет не в твоих силах, - злорадно сообщила не, кажется, Ирга. - Станешь ей тапочки носить, ноги облизывать.
  - И не только ноги, - добавила следом последняя из троицы.
   'Чёрт, ну, вот откуда здесь вампиры и почему я ничего про них не знаю? Если это мир Мстителей и Людей-Х, то вампиров тут быть не должно, - с тоской подумал я. - Тот, кто сделал эту солянку былтем ещё придурком'.
  - Что молчишь? - поинтересовалась Ирга.
  - С будущими трупами разговаривать? Пфе, вот ещё, - процедил я.
   В ответ та зашипела, как натуральная кобра.
   То, что мне связали руки, несколько мешало, но оказалось не критичным. Я сумел создать палочку и так. Этот момент остался незамеченным врагами. Сами виноваты, что завернули мне их за спину. Пусть теперь расхлёбывают свою безалаберность.
  - Глёбус скутум аукти! - одними губами сказал я, вкладывая дикое желание в то, чтобы заклинание сработало так, как нужно. Секунду спустя вокруг меня появился пузырь с почти прозрачными стенками, по которым иногда пробегали разноцветные всполохи.
  - Что?! Но как?! - выкрикнула Ирга, отпрыгнув назад, подальше от защитной сферы. - Ублюдок, как ты это делаешь?
   Я проигнорировал её, так как вместе со мной в шаре оказалась и хренова Мирта, которая уже начала шевелиться. Сфера в диаметре оказалась порядка двух метров и самым краешком задела Старшую. И вместо того, чтобы её откинуть или отодвинуть, магия взяла и включила кровососку внутрь себя. Пришлось падать на бок, изворачиваться и направлять палочку на неё.
  - Кальцитраре аукте!
   Я рассчитывал, что её выбьет наружу, но совсем не того, что сначала размажет по внутренней стенке сферы, а потом отбросит прямо на меня.
  - Кальцитраре аукте!
   Второй удар пришёлся Митре точно в голову, сделав там вмятину, как в полуспущенном футбольном мяче. От этого удара у неё вылезли глазные яблоки и полилась кровь из глазниц, носа и ушей.
  - Кальцитраре аукте!
   Ещё один удар и на этот раз в живот. Раздался крайне громкий и неприятный звук, следом в воздухе появилась специфическая вонь.
  - Да сдохни же ты! - прорычал я, видя, что тело вампирши никак не хочется обращаться прахом. Или в реальном мире свои законы? - Кальцитраре аукте!
   Новый магический удар попал вампирше точно в лицо, размазав там всё в кровавую слизь и окончательно превратив череп негритянки в кусок пластилина, который как следует размяли в руках. После этого я решил сделать передышку. Полагаю, такое количество травм должно на время выключить вампиршу.
   В то время, когда я превращал Митру в фарш, её помощницы с рычанием и визгом бились о стенки сферы. Та переливалась всеми цветами радуги и с честью сдерживала вражеские удары. Вампирши до крови сбили кулаки, обломали ногти, но не сдавались.
  - Головой побейтесь, да посильнее, уродки, - посоветовал я им. Но те внимания на слова не обратили, зато усилили напор на сферу. Уничтожить её они не смогут, я это чётко видел или, скорее даже, чувствовал. Но вот сколько будет действовать заклинание? К сожалению, я понятия не имел об этом. Так что, пришлось показывать чудеса акробатики и игнорировать боль в избитом теле, чтобы освободиться от пут. За быстрое избавление от них стоило сказать спасибо той вампирше, которая раздробила мне кисть. Косточки легко разошлись в стороны, когда я стал вытягивать руку через петли ремня, которым меня связали. А уж как я выл! Несколько раз останавливался, не в силах терпеть боль. Но вид Мирты рядом, её дёрганье и хрипы, а так же три вампирши всего в метре с небольшим от меня, помогали настроиться на нужный лад, стискивать зубы, хрипеть и выть, но тянуть искалеченную руку из пут.
  - Хер вам по всей морде, русские не сдаются, даже если они американцы. Я ещё на ваших могилах станцую.
   Наконец, я освободился.
   Первым делом, взяв палочку в правую руку (а ей досталось ещё в самом начале), я наградил Старшую новым магическим пинком особого могущеста, буквально вбивая её в пол:
  - Кальцитраре аукте!
  А после стал лазать по своим карманам, ища блокнот с карандашом и телефон. К сожалению, связи под землёй не было. Зато имелась недавно закачанная программа транслитирации и англо-латинский словарь. Программа помогала с правильным произношением при отсутствии звукового перевода. Увы, но такую программу для скачивания я не нашёл. Можно было озвучивать только через онлайн.
   Чтобы написать новое заклинание, мне не пришлось резать пальцы - мелких кровоточащих ранок и ссадин на мне было больше, чем блох у дворового кота. Перед тем, как коснуться палочкой надписи на листе, вырванного из блокнота, я задрал низ толстовки и сдавил её зубами.
  - М-м-м! - боль от внедрения заклинания в палочку (а фактически в меня) наложилась на боль от перелома и чуть не свела меня с ума. Толстая ткань почти не помогла, я прокусил её насквозь и почувствовал, как хрустнула эмаль на передних зубах. Наверное, только недавно пережитая боль, когда я вытаскивал искалеченную руку из ремня, помогла мне удержать концентрацию. Тогда мне было куда как больнее. Когда красная искра растворилась внутри палочки, я направил её острый конец на Митру и с ненавистью произнёс:
  - Солис радиус!
   Из палочки вырвался солнечный луч, который ударил в лицо Старшую. И впервые за всё время ту пробрало до печёнок. В её горле забулькало, захрустели кости и затрещали мышцы с сухожилиями, когда переломанное окровавленное тело задёргалось у моих ног.
  - Солис радиус! Солис радиус!
   Магия солнца действовала отлично. Митра обугливалась, её плоть таяла, как тает и сгорает сливочное масло под огнём газового резака.
  - Солис радиус! - я направил палочку на Иргу. Предположил, что раз свет и воздух проходят сквозь стенки защитной сферы, то и волшебный кусочек солнца так же не заметит преграду. И не ошибся. Солнечный луч ударил в лицо вампиршу, спалив его до чёрной корочки.
  - Я же сказал, что вы трупы, - сообщил я двум оставшимся и повторил атаку, обезобразив лицо второй. - Солис радиус!
   Третья попыталась сбежать, бросив своих сородичей, но получила заклинание между лопаток и упала на пол, издавая дикие крики. Попыталась подняться и заработала ещё один солнечный заряд, на этот раз в затылок. Мгновенно вспыхнули волосы, превратив голову девушки в яркий факел. Я направил палочку на Иргу, которая билась в корчах рядом со сферой.
  - Солис радиус...
   Когда всё закончилось, мне резко поплохело. Закружилась голова, усилилась боль в искалеченном теле и, в конце концов, стошнило. От спазмов травмированные рёбра терзали грудь огнём. Сначала вышел наружу обед, потом лилась слизь с кровью и под конец пошла горькая желтоватая желчь. И всё это лилось на обгорелую мумию в рваном красном спортивном костюме. Ещё три таких мёртвых тела в таком же состоянии и в целёхонькой одежде лежали неподалёку. Когда из меня всё вышло, я убрал сферу, добрёл до стены и медленно опустился на пол, опершись спиной о холодный и сырой бетон стены. Потом поднял левую руку, посмотрел на страшно опухшую ладонь с неестественно изогнутыми пальцами и тихо с тоской сказал:
  - Надеюсь, магия сумеет исправить эту хрень. Чёрт, да во всех фильмах и книгах герой спокойно тренируется в разной глуши и лишь в самом конце, когда он уже опытный, сталкивается с врагами. Те как раз и служат для закрепления навыков и умений... гадство, я же попаданец, это мой канон, но не, - я посмотрел на мёртвых вампиров, перевёл взгляд на искалеченную руку, затем опустил её и закончил, - не всё вот это.
   Я закрыл глаза и несколько минут сидел, отдыхая и готовясь для нового акта создания чар. Инстинктивно я старался отодвинуть момент нового приступа боли. Так и хотелось найти удобную позу, замереть в ней и лежать, просто лежать и надеяться, что всё само пройдёт.
  - Русские не сдаются, забыл? - шёпотом подбодрил я сам себя. Получилось так себе, но какие-то силы нашлись, чтобы начать действовать. Оттого, что адреналин уже весь перегорел, раны и переломы болели особенно сильно. Дышать было больно, наклоняться больно, даже на миллиметр сдвинуть левую руку больно в квадрате. А рисовать в блокноте новое заклинание сломанной рукой было больнее всего. Каждое движение вызывало непроизвольный стон сквозь стиснутые зубы.
  - Говорят, что у женщин болевой порог выше. Блин, почему не мужиков? Нам же всего больше всех достаётся, - сказал, лишь бы только не стонать по-бабски.
   Боль в теле заглушило боль создания заклинания. Просто, раз - и готово, красная искра растворилась в волшебной палочке. А дальше я коснулся ей левой кисти и сказал:
  - Курацио (лечение)!
   И страшно заорал, дёрнулся, ударился всем телом о стену, когда сломанные косточки, хрящи, порванные связки зашевелились и стали вставать на свои места. Сломанные рёбра добавили немного адского огонька за такое неуважение к их состоянию. Я говорил, что раньше мне было больно? Забудьте, больно было сейчас.
  - Ну... на... хрен, - выдохнул я, когда рука вернула себе прежние очертания, опухоль заметно спала и даже сумел слегка пошевелить пальцами. Боль совсем не ушла, но теперь её можно было терпеть. Я опять взялся за телефон и блокнот, чтобы создать магическое обезболивающее. Десять минут и:
  - Нулля долёр!
  Левая кисть, на которой я использовал свеженькие чары, как будто пропала. Я видел, что могу шевелить немного пальцами, но ничего не чувствовал. Даже, когда слегка ударил рукой о пол, то результат был, будто чужой конечностью стучусь. Тут до меня дошло, что такая заморозка мне запросто может выйти боком. И я вновь взялся за свои, так сказать, инструменты. На этот раз новое заклинание обзавелось временными рамками в размере одной минуты.
  - Курацио! - пока левая рука ничего не чувствовала, я взялся её полностью залечить. - Курацио!
   За неё настала очередь груди, которую я сначала обезболил, а затем трижды использовал лечение. Лицо 'морозить' испугался, мог и отключиться, если обезболивание затронет мозг. Пришлось терпеть скорее неприятные, чем болезненные ощущения, когда сходили ссадины, выправлялся нос, зарастали разбитые губы.
   А левая рука всё оставалась бесчувственной, хотя выглядела абсолютно здоровой, и я мог ей управлять.
  - Да и фиг с ней, - решил я, - потом сама пройдёт. Или дома приведу в порядок.
   После лечения самочувствие настолько быстро пришло в норму, что я испытал нечто похожее на эйфорию, экстаз. Вот только пять минут сходил с ума от боли, визжал 'мама, роди меня обратно', а сейчас уже могу сплясать хоть чечётку, хоть пробежать стометровку на время, хоть поднять пару пудовых гирь. Это состояние едва не сыграло со мной дурную шутку. Собирая свои вещи, которые разлетелись из рюкзака, когда мной играли в футбол, я краем глаза заметил быструю тень, промелькнувшую на периферии. Очень быструю, нечеловеческую. - Солис радиус!
   Вампирши хорошо меня потренировали. Уж в чём, в чём, а скоростном и инстинктивном использовании боевых чар я за последние полчаса сильно поднаторел. Я активировал палочку ещё до того, когда осознал кем может быть это существо, не желающее показываться на глаза. Кто сказал, что здесь только четыре вампира водится?
  - Солис радиус! Солис радиус! Солис радиус! - Я принялся разбрасываться заклинанием в разные стороны, рассчитывая задеть шуструю тварь хотя бы краешком. - Выходи, скотина, сдохни, как настоящи... настоящая баба!
  - Мальчик, успокойся. Я не желаю тебе зла, - раздался приятный женский голос из одного из проходов. - Наоборот, хочу тебе помочь.
  - Спасибо, не нужно. Одна уже помогла, - крикнул я в ответ. - 'Её нужно постараться прикончить, а то вдруг она последует за мной до дома?', - пронеслась в голове мысль, а рука уже сама, даже раньше, чем пришла в голову мысль, направила палочку в проход. - Солис радиус! Солис радиус! Солис радиус!
   В ответ раздался жуткий вой, полный боли.
  - Солис радиус! - отправил я заклинание на звук. - Ты сдохнешь, кровососка!
  - Мальчишка, прекрати заниматься ерундой. Ты укушен вампиром и скоро станешь таким же кровососом. У тебя немногим больше часа осталось, - на этот раз голос раздался из другого коридора. Я даже не успел заметить, когда тварь успела туда перебраться.
  - И что? - крикнул я в ответ. - Тебе-то какая печаль?
  - Я могу помочь, вылечить от заражения.
  - Как? Кто ты вообще такая? - честно признаться, но её слова зародили во мне сомнения в том, что я сейчас делаю. А ну как, в самом деле, невидимка может мне помочь?
  - Я Мария Морбиус, охотница на таких, как те, кто с тобой сделал это, - последовал ответ.
  - Прозвучало пошловато, - хмыкнул я. - Так ты охотница на вампиров?
  - Да.
   В принципе, всё логично. У кого ещё может быть сыворотка антивампиризма, как не у того, вернее той, что охотиться на кровососов?
  - Лекарство с собой?
  - Оно всегда со мной.
  - Хорошо, я приму твою помощь. Только не думай меня обмануть - в порошок сотру, - предупредил я невидимку.
  - Спрячь свою палочку, - в свою очередь потребовала та.
  - Ладно, - не собираясь давать лишнюю информацию о себе, я левой рукой кое-как задрал драную толстовку, сунул под неё руку с палочкой и там её деактивировал. После чего оправил одежду и развёл руки немного в сторону, демонстрируя пустые ладони. - Всё, выходи. Только медленно, а то я на резкие движения сразу бить начинаю.
   Из прохода вышла высокая фигура. Когда она попала под свет 'диу', то я смог её хорошенько рассмотреть. Это была девушка высокого роста и атлетического телосложения, с гривой шикарных чёрных волос ниже пояса. На ней была чёрная 'двойка' из пиджака и брюк, белоснежная блузка, а поверх чёрный длиннополый плащ с высоким воротником. Изнутри он был подбит ярко-алым материалом, возможно шёлком. Ткань плаща достаточно тонкая, это было видно по тому, как он облегал её тело.
   'А-ля Дракула, блин. Без понтов мы не можем, - мысленно скривился я. Такой вампирский антураж после недавнего происшествия со мной изрядно бесил. Кажется, на любое упоминание вампиров у меня теперь аллергия. - Накрылись 'сумерки', не стану я писать про этих тварей'.
   Незнакомка обладала очень миленькой мордашкой. Пожалуй, я за всё время пребывания в этом мире видел немного женщин с таким красивым, породистым и умным лицом. Да и грудь у неё оказалась немаленькой, очень заметно натягивала блузку с пиджаком.
   Странно, но при ней не оказалось никакого оружия. Под плащом, не просто же она его носит? Возможно. Хотя не видно никаких петель и ремешков для крепления, ничего не выступает под одеждой. Вот только интуиция стала тревожно нашёптывать, чтобы я не доверял незнакомке. С её подачи я внимательно рассматривал девушку
  - А почему ты кричала, когда попала мод мой удар? Это был обычный солнечный свет.
  - Потому что мне было больно. Вот, - она подняла левую руку и показала ладонь с огромным ожогом. Там уже не пузыри были, а темнела коричневая корочка с малиново-красной кожей.
  - Так ты... солис радиус! Обмануть меня хотела, тварь? Млин, а я как лопух какой-то уши развесил, - со злостью закричал я, пуская в вампиршу солнечный луч. - На, получай - солис радиус!
   Я бил метров с четырёх, считай в упор, но умудрился промахнуться. Или Мария оказалась слишком вёрткой. Если последнее, то мне удивительно повезло, что я сумел попасть в неё, целя на звук голоса. Или она просто тогда не восприняла всерьёз магическую атаку, решив отбить её голой рукой? Чёрт, этих суперов хрен поймёшь, тут поллитровка требуется и хорошая компания.
  - Дурак, я хочу тебя спасти, пока не стало поздно! - крикнула она в ответ.
  - Себе помоги сначала, кровососка! Солис радиус!
   Уходя от моего удара, девушка пробежала по стене и скрылась в темноте коридора.
  - Не могу. Только другим.
  - Разрешаю кинуть сыворотку мне. Я потом её приму.
  - Это не сыворотка, мне нужно укусить тебя, - с сильнейшим раздражением в голосе ответила она. - Моя слюна лечит, если кто-то был недавно укушен вампиром. Это мой дар и моё проклятье.
  - Первый раз такую чепуху слышу, солис радиус, солис радиус! - я дважды пальнул чарами на голос, но вряд ли попал. Тогда бы вампирша закричала бы от боли.
  - О, Создательница, почему мужчины такие глупые?
  - На себя посмотри, дура, - не остался я в долгу. - Послушай, как звучит твоё предложение после того, как меня тут чуть не сожрали твои подружки.
  - Они не мои! - рявкнула та и на секунду показалась в проходе.
  - Солис радиус! Блин, мимо. Да стой ты на месте, дай тебя убить!
  - Тебя по голове не били? - удивлённо крикнула она.
  - Били, били, ещё как били, - буркнул я себе под нос.
   Так я мог сражаться с ней до бесконечности. И, скорее всего, выдохнусь раньше, чем она. Значит, опять придётся создавать заклинание, которое поможет мне с ней расправиться, как уже случилось с предыдущими любительницами пососать моей кровушки.
  - Глёбус скутум аукти, - миг спустя вокруг меня возник шар с почти прозрачными стенками, слегка плывущими и радужными, как у мыльного пузыря. На будущее нужно сделать ещё один шар, но с односторонней прозрачностью, чтобы я всех видел, а меня никто. Из него и по вампирам будет удобно палить солнечными лучами. Попробуй-ка увернись от света, не видя, куда я направляя свою палочку. Главное, не забыть эту идею, а то что-то я в этом мире рассеянным становлюсь.
   В очередной раз пришлось создавать заклинание прямо в самом разгаре сражения. На этот раз я создал шар солнечного света с десяти минутным периодом работы. Почему? Просто откуда-то появилось чувство, что ещё одно, максимум два заклинания и - всё. Причём, это странное чувство знания не отвечало и не поясняло, что же это 'всё'. Сегодня больше не смогу ничего нового сделать? В течение суток? Недели? Или... навсегда? Вот и пришлось не рисковать и делать световой шар краткоиграющим, ведь мне ещё создавать заклинание лечения вампиризма.
   Что ж, когда я взялся за палочку и коснулся её кончиком кровавой надписи на бумаге и тихо, но чётко произнёс ту вслух, то понял, что интуиция не ошиблась. И в самом деле, боль была такая, словно я взялся за сильно нагретую железную трубу. Такую горячую железку обычно тут же бросают, трясут рукой, дуют, а потом мажут покраснение (а то волдыри) противоожоговой мазью. А вот мне пришлось терпеть, шипеть, как кобра, выпуская воздух сквозь стиснутые зубы. Только-только эмаль восстановил и вот опять она хрустит, как песок.
  - Эй, может, хватит, мальчик? - подала голос из своего тёмного угла вампирша. - Я клянусь тебе, что не желаю зла и не причиню вреда. Всего один укус, чуть-чуть боли, и ты опять станешь здоровым, сможешь наслаждаться солнечными лучами. Уж поверь мне, что это очень тяжело терять.
   'Всё, наконец-то, - про себя выдохнул я, когда новое заклинание укоренилось в палочке. - Чёрт, мне ещё потом лечиться от вампиризма, представляю, как это будет больно'.
  - Малыш...
  - Глёбус солис дэцэм минутис! - выкрикнул я, направив палочку в сторону говорившей. Солнечный шар был поход на блик солнца в воде в ясный день. Слепил, светил и толком было непонятно, а шар ли это. Я ещё и ошибся немного с высотой удара. Вместо того, чтобы залететь в коридор, заклинание столкнулось со стеной на пару ладоней выше проёма и там остановилось. - Тьфу, блин. Ладно, и так сойдёт.
   Деактивировав защитную сферу, я подобрал свои пожитки и торопливо покинул подземный зал, радуясь, что вампирша выбрала для укрытия не тот проход, где я оставлял метки. Обратная дорога заняла у меня минут двадцать. Несколько раз я пускал вперёд и назад солнечные шары, страхуясь от засады и погони. Ни разу, правда, никто не закричал, поджариваясь. А жаль. Мне теперь придётся как-то защитить квартиру на тот случай, если вампиры решат из принципа или мести найти меня.
  'Эх, может, здесь и Ван Хельсинг есть, а? Вот бы он устроил охоту на тех, кто охотится на меня', - помечтал я.
   Глава 3
   Очнулся под монотонный тихий писк приборов.
   'Опять больничка. Блин, неприятная тенденция, - мрачно подумал я, узнав место пробуждения. - Интересно, что со мной сейчас, я вампирёныш или заклинание сработало?'.
   Судя по темноте в палате, где чуть-чуть мерцала прямоугольная лампа над дверью да светились диоды в приборах, на улице сейчас власть ночи. Палата одиночная и комфортабельная. Уж я знаю, о чём говорю, есть с чем сравнивать. Я пока в клинике Кромвель-старшей валялся, то успел сунуть нос в некоторые уголки. Одним из таких мест были общие палаты и палаты для владельцев типичных дешёвых медстраховок. Вот там такая обстановка царила, что всеми хаемые советские больницы показались бедолагам за номера люкс. Я ещё удивился, что так много женщин содержится в настолько паршивых условиях. А ведь многие из них даже в болезни выглядели ничего себе так.
   Стоило пошевелиться, как запищал один из приборов. А уже полминуты спустя дверь распахнулась, впуская ко мне яркий свет из коридора и женщину, которую я рассмотреть не смог из-за ослепления. Лишь по фигуре и запаху духов понял, что это не мужчина.
   А потом и её голос подсказал, что я правильно догадался:
  - Сэр, вы очнулись?
  - Да, очнулся. Где я и что со мной? - произнёс я и приподнялся на локтях.
  - Лежите, лежите, - заволновалась та.
  - Скажите, что со мной, и я обратно лягу.
  - Вас нашли в какой-то подворотне без сознания. Позже диагностировали сильное физическое и нервное истощение.
  - Когда?
  - Сегодня, ой, то есть, уже вчера. Сейчас три ночи с четвертью, а вас к нам привезли вечером.
  - Понятно, - пробормотал я и откинулся обратно на подушку.
  - Как вы себя чувствуете? Что-то болит? Чего-то хочется?
  - Хочется? Не знаю, вроде нет.
  - Если что-то будет беспокоить, то нажимайте кнопку на кровати под вашей правой рукой. У вас в медкнижке написано, что вы правша. Это так, мы не ошиблись с установкой тревожки?
  - Нет, всё так.
  - Может, доктора позвать?
  - Нет, - повторил я, - пока не нужно.
  - Ой, - вновь ойкнула она, - чуть не забыла. Если испытываете неприятные ощущения в... в паху, то это вам катетер вставили. Никто не знал же, когда вы очнётесь, вот и установили.
   Только после этих слов я ощутил неприятный не то зуд, не то давление в главном мужском органе, оценка размера которого вошла в анекдоты и мифы.
  - Чувствую, его можно снять?
  - Только доктор может это решить. Позвать?
  - Зовите.
   Доктор, точнее, докторша, попросила меня подождать до утра, аргументировав чем-то мне непонятным, вывалив на мою шальную голову кучу врачебных терминов. Сняла только иглу капельницы, которую я, кстати, не ощущал до самого момента изъятия. На мне остались два датчика на груди и чёртов катетер. Но стоило ей уйти, как я провёл операцию выемки самостоятельно. И знаете, что? Никогда, слышите, никогда это не делайте! Катетер почему-то сразу не вылез, как я ожидал. И тогда я дёрнул посильнее. Угу, мать иху, дёрнул... на конце трубочки имелось утолщение, из-за которого та и не хотела вылезать из моего конца.
  - Курацио! - прошипел я лечащее заклинание, призвав палочку и коснувшись ей своей, кхм, палочки. - Ох, ёлки-зелёные, чуть самого главное не лишился.
   Хорошо, что на такое издевательство над собой не сработала аппаратура. Иначе пришлось бы мне слушать нотации в духе 'ну, нельзя же так, ты же мужчина, мальчик, а ведёшь себя, как какая-нибудь женщина'. Надо помнить, что в этом мире сильный пол - дамы.
   Магическое лечение подействовало сразу же, убрав все негативные последствия моего самолечения. Заодно убедился, что Дар остался со мной. Это, будто сбросило с моих плеч гору размером с Эверест. А вот проверка возможности создать новое заклинание чуть снизило градус моей радости. Подсознание, интуиция, Дар или что-то там ещё прямо говорили мне, что некоторое время мне нужно воздерживаться от этого занятия. Наверное, мои последние успехи на данном поприще слишком сильно ударили по сверхспособности.
   'Кстати, а что я помню из последнего?'.
   В памяти всплыли эпизоды, как я добежал до люка, через который спустился в канализацию. На моё счастье крышку никто за это время не подумал вернуть на место. В противном случае я бы не смог её столкнуть. Плюс, в голове была такая каша, что запросто мог не догадаться воспользоваться магией, тем же пинком или мощным кулаком, чтобы её отбросить.
   Обрадованный, я быстро выбрался на поверхность. Там привёл себя в порядок при помощи воды и салфеток в рюкзаке. Заодно похвалил, что догадался купить дезодорант, которым обмазался с ног до головы, прогоняя въевшуюся вонь канализации. Переоделся в чистую запасную одежду, грязную упаковал в пакет и швырнул в ближайший мусорный контейнер. И только после этого я взялся за блокнот и телефон, чтобы создать заклинание лечения вампиризма. На этот момент я уже чувствовал, что солнечный свет чуть-чуть доставляет неудобства: глаза непроизвольно щурились, будто зимой в ясный день от блеска снега, открытая кожа зудела, словно вечером после неумеренного дневного майского загара.
   Интуиция (или что там за хрень у меня за советчика) вяло советовала воздержаться от подобного занятия. Но признавала, что вариантов у меня считай что и нет.
   Заклинание получилось большим, аж из несколько слов. Пара из них оказались длинными и сложными для произношения. Лишь с пятой попытки я сумел правильно его произнести, чтобы оно 'усвоилось' палочкой. Перед этим наложил на руку, в которой её держал, заклинание кратковременной заморозки. Сообразил, что боль может не дать мне завершить процесс создания чар. А когда всё получилось, то сделал зарубку в своём мутном сознании, что такая хитрость поможет мне создавать сложные (читай - жутко болезненные) чары. Дальше мне осталось приложить кончик волшебной палочки ко лбу, откуда распространилась зараза по моему организму, и произнести свежесозданное заклинание.
   И всё. Больше ничего не помню. Очнулся уже здесь.
   'Так, вроде бы медичек меня не тянуло покусать, зубки... нормальные, клыки не острые, размер родной. Излечился?', - подумал я, потом активировал палочку, направил её в угол и вслух тихо сказал. - Глёбус скутум аукти! - Миг спустя палату залило приятным солнечным светом, который мне совсем не причинял вреда. Чуть позже мне пришла здравая мысль, что собственная магия может быть безопасной для меня. - 'Тьфу, всё у меня не как у нормальных людей'.
   Что ж, остаётся подождать рассвета и высунуть из-за жалюзи руку под первые лучи солнца. И если она не загорится, то можно будет считать, что магия помогла излечиться. Тут мне в голову пришла новая мысль, связанная с физикой. Тот факт, что по всем канонам вампиров убивает ультрафиолет, запросто помешает в моей проверке. Ведь эти лучи не проходят сквозь обычное стекло, для этого необходимо кварцевое.
  - Тьфу! - не выдержав, я плюнул в угол под солнечный шар. - Да я от инфаркта умру раньше, чем сумею проверить себя.
   Убрав заклинание, я вытянулся на койке, закрыл глаза, сложил руки на груди и стал ждать утра. Надеялся заснуть, но куда там. Нервная система была заведена, как мотор гоночного болида. Я даже неподвижно, наверное, пяти минут не вылежал. Через два часа мучений сон стал понемногу брать вверх. Пару раз непроизвольно дёрнулась рука, за ней нога, раз мелькнуло ощущение видения, какое часто бывает в момент засыпания. И тут в палату заглянула медсестра, негромко - но мне этого звука вполне хватило - стукнув дверью. И всё - сна, как не бывало.
   Убил бы!
   Вот какого ей тут понадобилось, а? Всё равно же просто глянула на меня и ушла. Пара датчиков всё ещё на мне висит. Если умирать стану, то они отреагируют.
   'Когда выпишусь, то обязательно напишу жалобу на такое отношение к больным. Пусть ей вставят фитиль размером с корабельный канат', - придумал я угрозу своей обидчице. Учитывая, что мужчин здесь ценят и потакают во всём, пара строчек, написанных моей рукой, запросто погубят её карьеру.
   Наконец, весь измученный, я встретил рассвет. Как назло окно было закрыто намертво и не имело ручек. Я уже почти решил наплевать на последствия (помните, что писал про мужчин? Уверен, мне любую выходку простили бы тут) и расколотить стекло, когда решил выйти в коридор и там попытать удачу. И не прогадал. Мне повезло дважды. Во-первых, здесь имелись ручки, и я смог без проблем распахнуть створки. Во-вторых, эта часть здания выходила почти ровно на восток, благодаря чему я 'поймал' самые первые солнечные лучи. Когда ни пальцы, ни ладонь, ни вся рука не вспыхнули ярким пламенем, я рискнул подставить лицо солнцу. Жмурясь, я пару минут наслаждался теплом и счастьем, что горькая чаша бытия кровососом меня миновала.
  - Жить хорошо! - громко сообщил я в никуда.
  - Господин Смит, вы что здесь делаете? - раздался за спиной возмущённый женский голос.
   'Ну, началось, блин. Прямо дежавю какое-то', - мысленно закатил я глаза под лоб.
   И да - началось. Сильно давить на меня опасались, но умело помотали нервы, полностью используя медицинский аппарат услуг и инструкции.
   'Ах, у вас давление высокое!'.
   А что ему, млина, не быть высоким, если я не спал половину ночи.
   'Ах, вы не спали? Это очень плохо!'.
   А кто мне мешал? И вообще, могли бы таблеточку снотворного дать.
   'Ах, это... ах, то...'.
   Вот примерно в таком ключе я общался со здешними светилами медицины до полудня. Периодически сдавая анализы, посетил томограф, несколько раз 'поработал кулачком' (в хорошем смысле, у меня давление пять раз измеряли. А потом появились детектив полиции и инспектор из комитета. И хотя эта парочка была другая, не те, кто брал у меня объяснения в прошлое мое 'посещение' медклиники, но я в первый момент подумал наоборот. Натуральное дежавю.
   Кое-как удалось отбрехаться. Мол, мне стало плохо от солнца, ходил без кепки вот и напекло. Что делал в глухом переулке? Не знал, что он глухой. Думал, он выведет меня на соседнюю улицу, а то идти несколько кварталов было лень. Зачем ходил пешком? А мне врачи прописали прогулки на свежем воздухе для быстрого восстановления сил. Кто ж знал, что именно сегодня, тьфу, вчера так солнышко будет припекать? Что, вы не заметили особой жары? Ну, так вы и женщины, а я мужчина, ещё даже юноша, мне пары тысяч лишних фотонов хватит, чтобы заработать солнечный удар.
   Только в три часа дня я сумел всеми правдами и неправдами вырваться из стен больницы. И то лишь в сопровождении детектива. Никак иначе меня не выпускали. И, конечно, я написал отказ от всех видов претензий, если моё состояние ухудшится.
  - Пошли к моей машине, - сказала полицейская, когда меня окончательно выпустили. - Это туда.
   Машиной у неё оказался 'форд' седан тёмно-синего цвета с непроницаемой тонировкой с трёх сторон. Размеры у автомобиля были внушительные, от таких и джип не откажется: не меньше четырёх с половиной метров в длину и, наверное, метр восемьдесят шириной. Это я навскидку оценил. На самом деле машина могла быть и... больше. Или это вовсе не седан, а какой-нибудь вычурный паркетник-внедорожник. В этом странном мире могло быть что угодно.
   Салон весь в коже чёрно-красного цвета, панель, боковины дверей и руль отделаны лакированным деревом. А запах! Внутри пахло роскошью, мощью и силой. В прошлой моей жизни я такие машины только видел. Но чтобы оказаться внутри ни-ни.
  - Нравится? - полицейская заметила мою реакцию.
  - Неплохо, - покивал я.
  - Неплохо?! Это форд бастион! Таких на весь Нью-Йорк семнадцать всего.
  - Целых семнадцать? - хмыкнул я. - Надо же.
   После той нервотрёпки, что мне устроили в больнице и тому, что меня не отпустили домой одного (я по пути хотел зайти в ювелирный и купить серебра), мне жутко хотелось потроллить свою сопровождающую. И раз уж она так влюблена в свою тачку, то пройтись по её кумиру мне сам бог велел. Кстати, а сколько получают детективы полиции? Неужели у них хватает на подобные машины? Или эта дамочка вроде незабвенного Шилова, который выделялся среди российской милиции своими доходами, любовью к шикарной жизни, дорогим машинам, одежде и женщинам? С прискорбием сообщаю, что только сейчас подробно оценил внешний вид полицейской. До этого после бессонной ночи, общению с врачами считал её чем-то вроде мебели.
   Женщина пришла ко мне в голубой блузке с большим отложным воротником, серо-голубой курточки или жакете (не знаю я всех этих женских тряпок, не разбираюсь) и короткой обтягивающей юбке под цвет блузки. Причёска... ну, она была и явно непростая, волосы уложены вроде бы беспорядочно, но с такой аккуратностью, что сразу видно - парикмахер потратил на это пару часов. Крупные серёжки блестят голубыми и тёмно-синими камнями. Ещё пара камней размером с вишнёвую косточку сверкают в оправе колец на пальцах. Чуть поднятые рукава курточки открывают изящные золотые часики на левом запястье и браслет из светлого металла (вряд ли серебро, скорее какое-нибудь белое золото или платина) с дюжиной мелких голубых камней. Голубые туфли имели тонкий каблук средней высоты, ножки прятались в чулки-'сеточку'. Девушка была похожа больше на представительницу из эскорта, чем на сотрудника правоохранительных органов.
   'То-то медички так косились на детектива, - вспомнил я злые и завистливые взгляды медперсонала в больнице, когда получал документы и выходил на улицу. - Хм, а не значит ли это, что меня собираются танцевать? Этого ещё не хватало. Мне нужно квартиру от вампиров защитить и отдохнуть'.
  - Да, - кивнула она, не заметив издевки в моём голосе. - То-то же.
   Защитница правопорядка оказалась любительницей агрессивной и опасной езды. Не меньше пяти раз мы проносились на красный свет светофора под звуки чужих клаксонов, сообщающих нам с ней всё то, что думаю водители о владелице 'бастиона'. Вот только женщину это совершенно не трогало. Наоборот, ей нравился и риск, и чужой негатив. Ко всему прочему она так и норовила схватить меня за... в общем, я четыре раза убирал её шаловливую ладонь со своего бедра. После четвёртого положил свою левую руку так, чтобы закрыть ей доступ.
   'Чёрт, как бы только не хуже сделал, - с досадой подумал я, обратив внимание на лицо детектива. - Или она приняла всё за игру, или посчитала меня скромняшкой, что только распалило деваху больше. Нужно было слать её сразу, ещё в больнице'.
   Виноват, признаю. Не думал, что она наплевательски отнесётся к моим словам, что хочу поскорее попасть домой и отдохнуть. А вот вечером... вечером я сам был не против продолжить наши отношения. Девчонка выглядела шикарно, хочет секса и положила глаз на меня. Ну, а я совсем не против покувыркаться с ней в постели. Да только вечера полицейская ждать не захотела. Мало того, даже не ответила ничего на мои слова по поводу доставки меня до дома. Судя по всему, гнала к себе домой. И её поведение мне совсем не понравилось.
   Бояться я не боялся, не с моим Даром трястись, как зайцу под кустом. Пусть новые заклинания я всё ещё не мог создавать, если верить внутренней чуйке, но старые-то никуда не исчезли. Я в больнице уже проверил, закрывшись в туалете и кинув в потолок солнечные лучи, солнечный шар и прикрывшись защитным куполом. Всё работало отлично. Так что, реши детектив распустить руки против моего желания, то заработает удар Слабостью. К сожалению, чисто физически я с ней точно не справлюсь. И это бесит! Я мужик, нормальный мужик, а не местные недоразумения, вскормленные в течение нескольких поколений в виде маменьких сынков.
   'Но в теле местного недоразумения, которое отродясь не брало в руки гантель и не тянулось на перекладине', - мысленно напомнил я себе.
   Жила моя похитительница в дорогих апартаментах на двадцать пятом этаже сорокаэтажной высотки в дорогом районе. И плевать, что всего в двух кварталах за углом все стены расписаны графити непристойного содержания, стоят палатки бездомных с одной стороны улицы, а с другой торгуют своим телом проститутки и наркотиками дилеры.
   Стоило мне оказаться внутри, как детектив меня прижала к стене и стала лапать за задницу, поцелуем впилась в мои губы. Вырваться? Ха, не смешите мои... мою палочку. Хватка у полицейской оказалась поистине стальной. Наверное, она при желании мне хребет сломает, если обнимет со всей силы.
  - Подожди, я хочу принять душ, - торопливо произнёс я, когда она разорвала поцелуй.
  - Хорошо, - нехотя сказала она, сжала напоследок мои ягодицы и отступила на шаг. - Ванная там.
   Первым делом я достал палочку и... подумал и деактивировал её.
  - Будем работать мозгами, волшебные мускулы используем в самом крайнем случае, Алекс, - пробормотал я своему отражению в зеркале.
   Я умылся, пригладил волосы влажными руками, потом вытер их бумажным полотенцем, бросил то в урну и вышел в коридор. Детектив ждала меня сидя на кровати, широко, насколько позволяла узкая короткая юбка, расставив ноги, чуть откинувшись назад и уперевшись руками в матрас.
  - А у тебя наручники есть? - быстро спросил я, не дав ей раскрыть рот и подмигнул, как мне самому казалось, пошло-шаловливо. - И как ты относишься к ролевым играм?
   В глазах у той и так горел блядский огонёк, а после моих слов буквально вспыхнул пожар.
  - Мальчик хочет сыграть в бандита на допросе? - хриплым голосом произнесла полицейская. Она встала, подошла к комоду, сверкавшему лаком под красное дерево (или даже это и было красное дерево, покрытое лаком).
  - В бандита, захватившего копа. Всегда хотел почувствовать власть над такими, как ты, - ответил я ей, подходя вплотную сзади и положив руки ей на бёдра. После этого сделал пару движений тазом, прижимаясь к ней пахом и тут же отодвигаясь. - Ну, пожалуйста. А потом я буду в полном твоём распоряжении. Можешь делать со мной всё-всё.
   Та замерла, несколько секунд молчала, потом ответила:
  - Уговорил, малыш. Но потом не отказывайся от своих слов. Ты будешь полностью моим.
  Она это сказала таким тоном, что я невольно вздрогнул.
   'Как хорошо, что исполнять обещание не собираюсь', - мелькнула в голове мысль.
   Между тем девушка достала из нижнего ящика комода две пары обычных наручников и вручила их мне.
  - Держи, биджи, - она протянула их мне.
  - Что?
  - Домашний мальчик не знает уличного сленга, может, передо мной стоит не бандит? - прищурилась она. - Би-Джи - бой гангстер или молодой гангстер.
  - Что-то коп много говорит, - я скопировал её усмешку. - Знай своё место, сучка.
   Кажется, у меня удалось всё: и интонация, и выражение лица. По крайней мере, в глазах девушки мелькнуло сильное удивление. Видать не ожидала она такого от 'домашнего мальчика'. Я же, играя свою роль, в меру грубо, в меру наиграно схватил её за руку, подвёл к кровати и толкнул на неё. После защёлкнул браслеты на спинке из металлических прутьев, красиво изогнутых мастером, создавшего не просто кроватную спинку, а настоящий шедевр. С виду они выглядят крепко, надеюсь, что удержат детектива, если та начнёт вырываться.
  - И что дальше? - поинтересовалась она, когда оказалась распятой на кровати.
  - Дальше? - повторил я, проводя взглядом по её телу. Когда к ней прикасался, приковывал наручниками и чувствовал запах от тесной близости наших тел, то усталость куда-то ушла, возникло возбуждение и желание продолжить. - наверное, вот это.
   Удержаться я не смог. Так захотелось посмотреть на её грудь (хм, шалят гормоны нового тела? Ведь известно, что они почти всегда влияют на принимаемые решения, характер и желания), что я стал медленно расстёгивать пуговице на блузке, после распахнул её и жадно уставился на сиськи детектива. Да, именно так - сиськи! Скажи мужику 'грудь' и он максимум слабо улыбнётся. А в ответ на 'сиськи' осклабится и выдаст пару нескромных историй или примется обсуждать их у общих знакомых. Слово 'сиськи' буквально с сакральным смыслом, гипнотизируют одним произношением. Так вот - сиськи у детектива были великолепными. Буфера врачихи из клиники Кромвель, которую я пару раз повалял у себя в палате, а затем ставил рачком в её кабинете, не шли с этими ни в какое сравнение.
  - Нравятся? - поинтересовалась девушка. В её голосе появилась сексуальная хрипотца.
  - Очень, - ответил я чистую правду.
  - И что ты хочешь с ними сделать, маленький гангстер?
  - Ни-че-го, - по слогам произнёс я, после чего запахнул на ней блузку и слез с кровати.
  - Что!? - она неверяще посмотрела на меня, потом дёрнулась из-за всех сил, заставив громко лязгнуть наручники и заскрипеть металлу о металл. Невольно я отступил на пару шагов назад. - А ну живо освободил меня, а не то...
  - Нужно было соглашаться на вечер. Или ехать ко мне домой, - произнёс я. - Угрожать мне не надо, чревато.
  - И что ты мне сделаешь? - с сарказмом казала она и согнула левую ногу в колене. - Подойди и покажи.
  - Да не собираюсь я тебя бить, успокойся. Вместо меня с тобой расправится государство. Ты же в курсе, что мне нет ещё двадцати одного года? Так вот, за похищение и изнасилование несовершеннолетнего тебе светит смертная казнь. В лучшем случае получишь от двадцати пяти лет до пожизненного.
  - Да я тебя!..
   Слушать её угрозы я не стал и вышел из квартиры. Оставлять связнной я её не боялся, рано или поздно она освободится. Уж полицейские в большинстве своём знают хитрости, как освободиться от наручников без ключей. В крайнем случае, ей помогут другие. Ну, а оторвать кроватную спинку точно не составит большого труда. Вон как металлические прутки изогнуло от первого рывка девушки. И уж в самом крайнем случае к ней придут на помощь. Уходя, я взял ключи от квартиры и передал консьержке со словами:
  - ... она просила через час к ней зайти. Прошу не забудьте, а она злопамятная, обязательно напишет жалобу.
   *****
   Когда парень ушёл, детектив лежала не меньше пяти минут. И только убедившись, что тот не собирается возвращаться, девушка... вдруг стала меняться. Её тело потекло, принялось уменьшаться в размерах. Спустя десять секунд на кровати лежала точная копия Александра Смита. Браслеты наручников свободно выпустили тонкую кисть. Далее метаморф соскочила с кровати и направилась к тумбочке, стоящей у входной двери, где лежала её сумочка. На ходу она вновь изменилась. Теперь это была высокая и фигуристая девушка с тёмно-синей кожей, волосами цвета меди, жёлтыми глазами и без клочка одежды. Достав из сумочки телефон, она выбрала среди контактов нужный номер.
  - Филлипа, это я, узнала? - сказала она, услышав сухое 'агент Коулсон, слушаю'.
  - Райвен Даркхолм, разумеется, я тебя узнала. У меня даже геопозиция твоя сейчас выведена на экран. Что сумела узнать о мальчике?
  - Этот мальчик та ещё штучка. Привязал меня к кровати и ушёл.
  - Он использовал силу? Как сумел с тобой справиться? Всё-таки, он мутант? - забросала её вопросами собеседница.
  - Использовал силу мозга. Обвёл меня вокруг пальца, как школьницу, - призналась синекожая девушка, известная в узких кругах под именем Мистик. - Вы неправильно составили его психологический портрет. Тот, про кого вы написали, обязательно применил бы Дар, если он у него имелся бы. Я специально вытащила его из больницы усталого, не пустила домой, домогалась всю дорогу, в общем, раскачивала его, как могла.
  - То есть, показывала, что изнасилуешь его. Надеюсь, до этого не дошло? Должна понимать, что ты можешь сделать с тонкой психикой мальчика.
  - Мальчика, - фыркнула в телефон Мистик. - Если он и был им, то давно. Смотрел на меня и щупал прожжённый ловелас, прикидывающийся девственником. И будь спокойна - я его пальцем не тронула, почти.
  - Хорошо, я поняла. Значит, я докладываю Фьюри, что провокация не удалась.
  - Докладывай. И ищите новый способ заставить его раскрыться, если он стал мутантом после той акции дуры Магнето.
  - Без тебя разберёмся. К мальчику не лезть, это приказ, - холодно ответила Филлипа и отключилась.
  - Без фригидных сучек разберёмся, - с раздражением произнесла в ответ Мистик, хотя собеседница её уже не могла слышать.

Популярное на LitNet.com Т.Ильясов "Знамение. Час Икс"(Постапокалипсис) Т.Ильясов "Знамение. Начало"(Постапокалипсис) И.Головань "Десять тысяч стилей"(Уся (Wuxia)) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана"(Любовное фэнтези) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга вторая"(Уся (Wuxia)) Д.Игнис "На острие гнева"(Боевое фэнтези) Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) А.Субботина "Проклятие для Обреченного"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"