# Бд-21: Муурр

Николай Александрович Баранов

Пришельцы не всегда оказываются разумными.

Из отчета о катастрофе корабля-наблюдателя экспедиции ╧ 456789 к планете Земля.

На орбите планеты произошла десинхронизация полей Т-двигателя, который пошел в разнос. Экипаж успел катапультироваться в спасательных капсулах. Единственной жертвой аварии оказался любимец команды Муурр. Животное было так же помещено спасательную капсулу, но при катапультировании последней, ее траектория оказалась направленной в атмосферу планеты и та, скорее всего, сгорела, или разбилась о поверхность.

Командор экспедиции: Мулууун Дууг.


Утро выдалось ясным. Майское солнышко ласково грело свежую зелень недавно пробившейся травы и только что распустившихся листьев деревьев. Легкие белоснежные облачка весело бежали по прозрачно-голубому небу. Василий Степанов вышел на крылечко дома, сунул босые ноги в резиновые сапоги и пошкандыбал, орошая черную блестящую резину сапог утренней росой, на приусадебный участок. И вот здесь здесь его ждал неприятный сюрприз. Аккуратно вскопанные, выровненные грядки оказались порушены. В правой части земельного участка зияла воронка, в центре которой из грунта торчало что-то светлое, почти белое. Больше всего штуковина походила на обломки пустотелого шара диаметром в метр. Василий попинал носком сапога один из кусков. Тот оказался неожиданно хрупким и рассыпался от удара на мелкие осколки.

М-да, вот и занятие образовалось - приводить в порядок огород. Но спервоначала похмелиться бы - голова болела после вчерашнего. Пойти к Петровичу, у того всегда самогоном разжиться можно. Он вернулся в дом, прошел на кухню, приподнял клеенку на обеденном столе. Там еще пару недель назад Вася припрятал два сэкономленных на покупке новых спортивных штанов полтинника. Уже направляясь к выходу, услышал в каморке дочери негромкий стук. Стешка не пошла в школу? Дочку Василий искренне любил и, забеспокоившись, приоткрыл дверь в маленькую комнатку с узким оконцем, всматриваясь в полумрак, царящий там и пытаясь рассмотреть - не лежит ли дочка в кровати? Но кровать оказалась пуста и аккуратно заправлена.

Что-то шевельнулось на полу на прикроватном коврике. Что за хрень! Никакой живности в доме Степановы не держали - кошек Василий не переносил и, не смотря на всю любовь к дочери, на все ее просьбы завести котеночка, отвечал решительным отказом. Шевелящаяся темнота начала приобретать внятные очертания. Что это? Надо сказать, что единственное в этой жизни, чего боялся Василий - пауки. Страх, смешанный с омерзением. И вот, к ужасу своему, Степанов понял, что очертания существа в полумраке, царящем на полу у кровати дочери становятся очень похожими на гигантского паука. Он неверяще протер глаза. Нет, паук никуда не исчез. Наоборот, он выбрался из тени от кровати под световой столб, падающий из оконца и предстал перед Василием во всей красе. Размером с собаку средних размеров, членистыми лапами, покрытыми мерзкой щетиной, щетинистой же головогрудью и громадными челюстями, торчащими в нижней части головы. Чудовище посмотрело на Васю и щелкнуло челюстями-серпами.

Это было последней каплей. Степанов взвизгнул, развернулся и опрометью бросился вон из дома. Миновав двор, он распахнул калитку и выбежал на улицу. Не помня себя от ужаса, Василий понесся, куда глаза глядят, но убежал недалеко, поскользнулся и бухнулся лицом в лужу, стоящую в колее грунтовой дороги. Поднявшись и сев на корточки, он дрожащими руками вытер воду и грязь с лица.

- Искупаться решил, соседушка?

Вася поднял голову и увидел перед собой Петровича, с которым пили вчера и к которому собирался за опохмелом.

- Плохо, да? - не в шутку озаботился Петрович. - Ну, это не с моего первача. Сам знаешь - слеза. Ты вчера ничем не догонялся?

- Не-е-е, - затряс головой Василий. - Там у меня в избе паук громадный. В-в-вот такой вот, - Вася раздвинул руки, показывая размер напугавшей его твари.

- А ты не того... - покрутил пальцем у виска Петрович. - Не белочку поймал?

- Не-е-е, - опять затряс головой Степанов. - Как тебя сейчас видел. - И он рассказал, что только что произошло у него в доме.

- Ну, пойдем поглядим на страсть такую, - решил сосед

И они пошлепали к дому Василия. Шли какое-то время молча. Потом Петрович сказал:

- Паук, хе-хе. Боишься ты их, вот и примерещилось. Страх он такая тварь - чего боишься, то и привидится. Страх он у всех есть. Вот я, вроде, ничего не боюсь, но и у меня страшок имеется.

- Это какой же? - как-то даже взбодрился Василий.

- Есть такая животина - богомол обзывается. У нас она, слава богу, не водится. А вот на югах встречается часто. Страшная тварь. Передние лапы у нее пилой снабжены. Ими она добычу держит.

- Видел-видел, - перебил Петровича Вася. - По телевизору.

- По телевизору не показывали, как этот самый богомол жрет, - построжел голос соседа. - А я, когда в армии в Одесской области служил, это дело наблюдал. Кто-то из пацанов поймал богомола и начал кормить его мухами. И вот знаешь, зажимает эта тварь муху своими лапами-пилами и начинает ее живую, жужжащую, жрать. Морда у него книзу совсем сужается, а рта так совсем почти не видать, но он, все ж таки - хруп, хруп, хруп. Минуты не проходит и нет мухи, только крылышки остаются. Хорошо, что маленький он. А ежели бы был побольше... Представляешь?

Дошли до дома Василия, открыли калитку, вошли во двор. На крыльце перед приоткрытой дверью в избу Степанов замешкался.

- Что, страшно? - усмехнулся Петрович. - Ладно уж, давай я первый.

Он отодвинул с дороги Степанова, открыл настежь входную дверь и без колебаний вошел в полумрак сеней. Прихожая, кухня, большая комната, приоткрытая дверь в каморку дочери...

- Здесь? - кивнул на дверь Петрович.

- Ага, - выдавил из себя трепещущий Василий.

Сосед открыл дверь пошире, заглянул в комнатку. Повернулся к Степанову, усмехнулся.

- Говорю же: померещилось. Нет там ничего.

- Правда? - Вася, подошел к двери и заглянул в каморку через плечо Петровича.

На коврике у кровати, и впрямь, никакого паука не наблюдалось. Василий уже набрал воздуха в грудь для облегченного вдоха, но тут шевельнулся край покрывала, свисающего с кровати. Вася присмотрелся. Из-под кровати выползал уже знакомый сгусток темноты. Горло перехватило, и он смог только ткнуть пальцем в вылезающий ужас. Петрович снова заглянул в комнату и ощутимо вздрогнул. А сгусток темноты начал вновь обретать форму, и на этот раз на паука он совсем не походил. Тело вытягивалась, обретая сегментированное брюшко, появлялась тонкая грудь с членистыми лапами, голова сердечком и самое страшное - пилообразные лапы. Богомол! Размером тварь оказалась с ту же собаку, как и предшествующий ей паук. Богомол быстро просеменил к застывшим в дверях мужикам, поднял переднюю часть тела так, что его страшные пилы оказались почти на уровне их лиц и что-то прострекотал. Громко так.

Как Вася оказался на улице он не помнил. Стоял у той самой лужи, в которой искупался в свой предыдущий забег и тупо наблюдал, как в ней возится, пытаясь встать на ноги, Петрович. Не сразу, но ему это удалось. Он дико глянул на Степанова, вытер грязную воду с лица и сипло спросил:

- Что это было, Вася?

Василий только и смог, что беспомощно пожать плечами. Потом начал стряхивать грязь с одежды соседа. За этим занятием их и застал третий участник их частых посиделок Ленька Мешалкин.

- А чего это вы тут делаете? - цитатой из известного детского фильма поприветствовал он вчерашних собутыльников.

Василий с Петровичем переглянулись и наперебой начали рассказывать Леньке страсти-мордасти, пережитые ими сегодняшним утром. Мешалкин со скептической улыбочкой слушал словоизвержение приятелей. После того, как те, иссякнув, замолчали он точно так же, как десять минут назад Петрович, покрутил пальцем у виска.

- Откуда в наших краях гигантские пауки, да еще в паре с гигантскими богомолами, чай не джунглях живем, в Расее, - резонно заключил он. - Почудилось.

- Сразу двоим? - прищурился Петрович.

- Почему - нет? Всяко бывает. Пошли посмотрим на ваших насекомых.

Пока возвращались к дому Степанова, у того в голове собралась логическая цепочка. Осмыслив оную, Вася спросил у Мешалкина:

- Леньк, а ты у нас чего боишься?

- В смысле, - сбился с шага приятель.

- Ну, я пауков боюсь. Петрович богомолов, как выяснилось. А ты кого?

- А я никого, - дурашливо хохотнул Мешалкин. - Разве какую-нибудь крокозябру.

Вошли во двор Степановых. Зашли в избу. Вот открытая дверь в Стешину каморку. Ленька без колебаний переступил порог, остановился, всматриваясь в сумрак комнатки. Василий с Петровичем благоразумно держались за его спиной. И вот спина эта вначале расслабленная напряглась. Потом Мешалкин прянул от двери, развернулся и оттолкнув приятелей, ломанулся к выходу из избы. Петрович, последовал за ним, а вот Вася чуть-чуть задержался и заглянул краем глаза в комнату Стеши. Там на полу у кровати шевелилось что-то ужасное игольчато-мохнатое. "Вот она - крокозябра"! - мелькнуло в голове Степанова. В следующую секунду он мчался следом за приятелями. На этот раз Василий опомнился быстрее. Видимо начала сказываться привычка. Он остановился метрах в ста от своего дома и закричал вслед улепетывающим собутыльникам:

- Стойте! За вами никто не гонится!

Остановились, собрались в кучку. Василий спросил:

- Чего делать-то будем, мужики?

- Думаю, надо ментов из района вызывать, - сказал Петрович. - Пусть разбираются.

- Да они пошлют тебя куда подальше, - резонно возразил Ленька. - Скажут, перепились мужики до белочки. Самим надо разобраться. Берем штыковые лопаты и рубим эту тварь в капусту. Пошли ко мне, - уже командовал он. - Там у меня как раз есть три лопаты.

И они пошли к дому Мешалкина. Лопаты оказались наточены до бритвенной остроты. Ну, почти. Петрович сразу повеселел, вытянул указующий перст в сторону дома Василия и призвал:

- Пошли. Покажем, где раки зимуют!

Мужики с посуровевшими лицами вышли со двора Мешалкина и зашагали к степановой избе. Когда до нее оставалось с полсотни метров, Василий обратил внимание: навстречу им стали попадаться, возвращающиеся из школы ученики. И тут его пробило, как током - Стеша! Она тоже должна вернуться домой. А том в каморке ее ждет...

- Стешка! - всхрапнул он. - Стешка должна из школы вернуться!

С этими словами Вася, что есть мочи кинулся к дому. Петрович с Ленькой тоже все поняли и, отстав совсем на чуть-чуть, понеслись вслед за Васей. Едва не сорвав с петель входную дверь в избу, они влетели в дом. Дверь в каморку Стеши оказалась закрытой. Вася, набравшись мужества, распахнул ее настежь и, выставив вперед лопату, решительно шагнул внутрь помещения, ожидая увидеть все, что угодно.

Стеша сидела на кровати и гладила огромного кота, уютно свернувшегося на ее коленях. Здорового такого котяру. Дочка подняла голову. Глаза ее светились счастьем. Стеша, кажется, даже не обратила внимания на лопаты в руках ворвавшихся в ее комнатенку мужиков.

- Папа, ты завел для меня котика? - спросила она.

Муурр, устроившийся на ее коленях, тоже поднял голову и умиротворенно сказал:

- Мур-р-р...