Бард Олег: другие произведения.

Битва культиватора (боевая нейросеть на арене)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
Оценка: 8.50*8  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Когда Ник становится участником сверхсекретного проекта "Остров", его сознание соединяется с боевой нейросетью, пробуждающей скрытые силы тела и психики. Кем стать, "бойцом" или "магом"? Вступить на путь одиночки или сколотить свой клан? Выбор труден, ведь другие игроки также получили фантастические боевые навыки. Именно поэтому начавшаяся Королевская Битва смертельно опасна для всех... поможет ли Нику уникальный артефакт "Культиватор", слухи о котором уже давно ходят по Арене, где выживают и сражаются игроки? Хозяева Острова не спешат раскрыть свои тайны. Кто они, какая сила стоит за всем происходящим? Откуда приходят убийственные Волны, и кто создал загадочные Тотемы, которые только и способны защитить игроков от Волн? И что такое, на самом деле, весь этот таинственный Остров?

  Это книги, в которой присутствуют несколько направлений: РеалРПГ, янг эдалт, темы Королевской Битвы, выживания, а также тематика нейросети и единоборства с культивацией. Есть описание роста уровней и способностей героя, но без сложных таблиц и взаимосвязей, которые присущи более хардкорному ЛитРПГ.
  
  Благодарю за интерес к моей книге. Надеюсь, вам понравится!
  
  Битва культиватора
  
  
  Начало воспроизведения..
  Итак, раз ты это слушаешь, значит, я все-таки не справился и погиб. Не знаю, кто ты, но надеюсь не один из тех, что проводят этот гребанный эксперимент. Если так - то пошел ты, урод!
  Хотя не... Вряд ли. Сюда эти придурки не лезут. Я единственный из бывалых игроков смог прорваться обратно настолько далеко. Оставил Старика, своего напарника, в центре. Разбежались мы с ним, он к Башне пошел, а я решил сюда выбираться. Спастись хотел. Хрена там, теперь вот, сука, едва дышу.
  Так что, скорее всего, ты - такой же игрок, как и я, только новый. И скажу прямо, ты в жопе. В такой глубокой, что даже не представляешь, как здесь темно. Большинство таких же участников проекта, как ты, сдохли на Арене, а то и что похуже. Но оттуда можно выбраться. Я это знаю точно, потому что сам там был. И выбрался. А теперь хочу помочь тебе. Зачем? Тебя это сейчас еще должно волновать меньше всего, поверь. Я так хочу, причина есть.
  Короче. Это место само по себе типа из кошмара, но я тебе вот еще что скажу - ты здесь должен играть! Да, твою мать, играть, будто в сраной компьютерной игрушке.
  Мой тебе совет: будь себе на уме. На этой долбанной Арене каждый за себя. И если доверишься кому-то, потом не удивляйся, что тебе в спину воткнули нож. Просто, чтобы набить лишних очков Трансформации, развить свое Ядро и забрать твою фляжку с водой. Здесь же и чистой воды мало, и жрачки нормальной... Вот такая задница, бро.
  Но если все-таки выживешь и встретишь Старика, то передай привет от Грина. Респект мой за это тебе будет с того света. Грин - это я, как ты уже понял. Старик, может, слезинку пустит по мне. Хотя вряд ли он жив, скорее погиб еще раньше меня. Этот чудила сунулся в Башню, а там... Короче, я уверен, что именно там скрыта главная загадка этого места. Но вдруг ошибаюсь? Старик считал, там находится выход отсюда, а я думал - херню он порет, умный слишком. На этой теме мы с ним и попрощались.
  Что-то совсем хреново... Ладно перейду к главному. Заметил мой браслет? Это, дружище, Культиватор - артефакт такого потенциала, что он, твою мать, как ядерная бомба против дикарей с копьями, усек? Дальше что к чему сам разберешься, слишком долго объяснять, особенно если ты совсем зеленый. Скажу еще только, что артефакты подобного класса почти не выпадают. Жалко, что такое богатство сгниет вместе с моей тушкой, поэтому и оставляю это послание. Так что возьми себе браслет. Возьми его и размажь этих уродов! Я не смог, слишком долго тупил и слишком хотел сбежать отсюда, вместо того, чтобы трансформировать свое Ядро и убивать.
  Что еще? А, ну да. Самые мазевые места держат когорты. Это типа кланов, и они же сидят на точках респауна. В этих местах генерятся всякие ништяки, и за любое такое каждый раз та еще мясорубка. А как ты думал, Культиватор ко мне попал? Словил созревшую точку первым!
  Еще кое с чем я тебе помогу. Когда сваливал из центра Арены, пришлось оставить кое-что - не было времени возвращаться. Ближе к Башне с юго-восточной стороны есть три кривые скалы, сходящиеся верхушками вместе, похожие на тонкие клыки. Или эти, как их... жвалы. Так вот там на них спрятана крипто-сфера. Ну это такое как бы яйцо, что ли. Оно сильно необычное, поначалу пугает, но не ссы, используй этот арт. Точно не пожалеешь.
  Все, совсем задница мне настает. Удачи, игрок. Не забывай Грина.
  Конец воспроизведения...
  
  Глава 1. Воры
  Мой напарник Макс Головастик для своей роли подходит как никто другой. Если смотреть на него сзади, то ему больше тринадцати не дашь: мелкий, плечи узкие, как у девчонки. А вот голова, как старый телевизор, огромная, квадратная, и лицо у него взрослое, словно ему не пятнадцать, а все тридцать. Смотришь в его близко посаженные обезьяньи глазки, и думаешь, что он либо совсем тупой, либо чем-то болен.
  Отвернувшись от двери поезда, он воткнулся в телефон. Мерно стучит электричка, ныряет в тоннели, и за окнами подземки темнота чередуется со вспышками света.
  Неподалеку от нас сидит Мэг. Чтобы не вызывать подозрений, она косит под прилежную школьницу. Клетчатая юбочка, жилетка, гетры, два хвостика на затылке... В такой милахе невозможно распознать грубую и циничную преступницу. У нее такой же рюкзак, как у меня. Она делает вид, что читает учебник и ничего не замечает, рюкзак стоит на полу, закрытый от всевидящего ока камер. Ее соседи - группка наших ровесников, может, на пару лет старше. Такая публика интереса не представляет. Мои жертвы - люди от сорока, которые по старинке могут пользоваться наличкой, причем чем старше человек, тем больше вероятность найти в его кармане пару десятков баксов.
  Надо мной нависает юный афроамериканец в цветных штанах и растянутой борцовке, ему, как и мне, около восемнадцати лет, одной рукой он держится за поручень, во второй у него новенький айфон.
  Ненавижу айфоны, с них никакого толка - краденый айфон элементарно найти, даже Проц не берется их перепрошивать. Говорит, с айфонами все очень сложно, зато просто - с китайскими дешевыми смартфонами. Правда, за дорого такую игрушку не продашь, но хоть что-то.
  Я сижу на краю сиденья, рассматриваю отражения соседей в черном стекле. Рядом развалилась женщина с двойным розовым подбородком и ногами-бочками. Из приоткрытой сумки выглядывает хлеб для тостов. Напротив - седой старик с журналом про автомобили, две женщины, которым, как моей матери, около сорока лет. У одной, похожей на жабу, сумочка на молнии, с множеством карманов, у второй, которую я мысленно окрестил Училкой, - сумка на кнопке, такую легко вскрыть незаметно. Четвертый - молодой мужчина в костюме.
  Ворам-карманникам сытно жилось лет двадцать назад, когда все пользовались наличкой. Спер кошелек, а там - сто, двести, пятьсот баксов! Сейчас приходится довольствоваться мелочью и смартфонами. Когда-нибудь я отточу мастерство и научусь незаметно снимать часы.
  Ощутив взгляд Головастика, я поворачиваюсь и едва заметно киваю - начинай. Сейчас будет переправа через мост, поезд пойдет с малой скоростью, и я все успею.
  Едва закрывается дверь, Головастик начинает шумно хватать воздух ртом, словно он задыхается, все пассажиры смотрят на него. Даже афроамериканец отрывается от экрана, разевает рот, предвкушая шоу.
  - По-мо... Помогите, - хрипит Головастик, закатывает глаза, падает и начинает дергаться.
  Все, кроме Мэг, окружают его. Дальше по сценарию он должен схватить того, кто попытается его поднять, чтобы вовлечь в представление как можно больше народа. В это время мне предстоит прошерстить сумки, карманы, сложить добычу в рюкзак и незаметно заменить его рюкзаком Мэг. На следующей станции она выйдет, затем - я и Головастик.
  На помощь бросается старик, садится на корточки:
  - Ему нужно сунуть ложку в зубы! Чтобы он не откусил себе язык. Или палку, ручку... есть у кого-нибудь?
  В этот момент Головастик хватает его за руку, валит на себя. Афроамериканец, разинув пасть, начинает снимать шоу, но я бью его по руке с айфоном:
  - Сволочь! Как не стыдно?!
  Не хватает еще, чтобы он запечатлел, как я работаю. Вплотную приближаюсь к Жабе, рука ныряет в сумку, достает кошелек, отправляет его в рюкзак, туда же летит смартфон в чехле. Перемещаюсь к Училке, обшариваю ее сумку, не нахожу ничего интересного, приближаюсь к толстой женщине, но и у нее ничего, кроме еды. Выуживаю у нее хлеб и палку колбасы.
  К тому моменту Головастик отпускает деда, судороги его ослабевают, на губах появляется кровавая пена (он раскусил пузырек с окрашенным детским шампунем). Головастик и правда эпилептик, если верить его россказням, поэтому играет искусно.
  Больше к нему никто не решается подойти. Я сажусь на корточки рядом с притихшим Головастиком, хлопаю его по плечу:
  - Ты как, дружище? Помощь нужна?
  Он мотает головой, вытирает пену, приподнимается с моей помощью и садится рядом с Мэг. Я сажусь рядом. Меняю ее рюкзак на свой. Поезд в это время останавливается.
  - Ты точно в порядке?
  - Есть попить? - хрипит он, и я виновато качаю головой.
  Двери раскрываются, Мэг берет рюкзак и топает наружу, а я, типа такой сердобольный, пока остаюсь с Головастиком. Кошусь на чернокожего "папарацци", но тот, молодец, убрал айфон в карман. Спереть его, что ли, так сказать, в профилактических целях? Нет, уже не выйдет.
  - Спасибо, парень, я норм, - говорит Головастик, и тогда я, кивнув ему, выскакиваю вместе с Мэг - вдруг толстухе от нервов припрет перекусить, и она обнаружит пропажу хлеба с колбасой?
  Встретиться мы все должны через час в Гнезде, но прежде следует найти Мэг и проверить добычу.
  Она ждет в условленном месте - возле закусочной, куда ходит только отребье и нет камер - с рюкзаком через плечо. Оглядываясь, подхожу к ней:
  - О, привет. Есть что почитать?
  Она ставит рюкзак на пол, я снимаю свой, меняемся. Захожу за угол, снова оглядываюсь, открываю чехол телефона и не сдерживаю злости, это оказывается айфон, выбрасываю его в мусорное ведро. В кошельке - водительское удостоверение, карточки. Ни цента. Тоже в мусор... Подумав немного, кладу кошелек рядом с мусорным контейнером - пусть бомжи поживятся и вернут владелице за вознаграждение. Итого двадцать шесть долларов, пачка сигарет, жвачка. Твою мать! Мы так рисковали - и ради чего? Ну ладно, хоть жратву взял, Крошка жаловалась, что есть нечего, приходится ходить в бесплатную столовку для бомжей, и денег голяк.
  
  ***
  
  Я тяну на себя тяжелую дверь со знаком "Не влезай! Убьет!", и она нехотя поддается со ржавым скрипом. Отодвинув свисающие с потолка провода, прохожу темный захламленный тамбур и оказываюсь в Гнезде.
  На драном диване, закинув длинные ноги на протертые подлокотники, отдыхает Кэт по прозвищу Крошка. Смотрит на меня, вскидывает бровь и улыбается. Мне безумно нравится контраст снежно-белых зубов и кожи цвета молочного шоколада. Желтый топ со стразами соблазнительно обтягивает ее грудь, задерживаю на ней взгляд и перевожу его на Ганка, поглаживающего ее по бедру. Формы Крошки завораживают, иногда мне кажется, что нет девушки совершеннее нее.
  - О, Ники! Заходи, - говорит Ганк и тоже улыбается, но его ухмылка больше напоминает гримасу - после давнего сотрясения мозга у него парализована половина лица, и когда правая часть улыбается, слева уголок глаза и губы остаются опущенными. Чтобы не светить дефект, он отрастил длиннющую челку, которую зачесывает набок. Странная прическа делает Ганка похожим на мультяшку из аниме, и это скрывает его истинную суть - беспощадность к чужим, жестокость, расчетливость. Однако к нам он относится, как к младшим братьям, случись что - горло за нас перегрызет.
  - Жрать хотите? - спрашиваю я.
  Ганк поднимается и нависает над моим рюкзаком.
  - Что у тебя?
  Я достаю хлеб для тостов, колбасы и упаковку майонеза, купленную по дороге. Из всех нас только мне есть куда идти, я - дневной гость, в Гнезде лишь прогуливаю уроки, ночую изредка. Папаша Крошки полгода назад помер от передоза, матери сидеть еще лет пять, из приюта ее определили в семью баптистского священника, который не жалел розог для детей своих, и она сбежала.
  Ганк единственный совершеннолетний в нашей компании. Узкоплечий, поджарый, выглядит не старше двадцати; он до сих пор плохо читает, зато умеет отлично считать. По его словам, с десяти лет живет на улице, промышляет воровством и долго не задерживается на одном месте. Подозреваю, что и с нами он ненадолго.
  Головастик сбежал из приюта и промышлял, делая закладки для дилеров, видимо, и сам сидел на наркоте, но его работодателя хлопнули, а Ганк пообещал ему покровительство, поставив условие: никакой наркоты. Бухать и курить можно, остальное - нет.
  Мэг - бесценный напарник, потому что при простовато-добродушной внешности она настоящий бандит и к тому же психическая, если она кого-то хлопнет, ей ничего за это не будет. Ганк говорил, Мэг бросила школу, потому что туго соображает, и одноклассники ее затравили, но я не замечал, что она тупая.
  - Это и вся добыча? - разочарованно спрашивает Крошка.
  Молча высыпаю на стол пригоршню мелочи, кладу пачку сигарет. Ганк, давящийся бутербродом, вздыхает, а я чувствую, что подвел свою вторую семью. Они считают меня крутым вором, а на самом деле я так себе.
  - Есть одна задумка, - задумчиво говорит Ганк, доедая второй бутерброд. - Поделюсь, когда все соберутся. Если выгорит, золотая житуха начнется.
  Как ни пытаемся мы с Крошкой выведать подробности, Ганк от нас отмахивается. Дождавшись Головастика, затем - Мэг (не понимаю, зачем, он ведь считает ее дурочкой), собирает нас за столом и начинает рассказ:
  - Три месяца назад я подрабатывал грузчиком на продуктовом складе. Там такой супермаркет для бедных, а с другой стороны - склад с продуктами. Хозяин этого дела - старый пердун-маразматик. Ему кажется, что тайное правительство хочет поработить человечество, и оплата карточкой и телефоном - еще один шаг к порабощению. Потому кассу он не переводит на карту, а собирает в сейф, причем сейф простой, закрывается на ключ. Вся надежда на тебя, Ник, - я сижу рядом с ним, и он кладет руку мне на плечо. - Справишься?
  - С кодовым замком - нет. Сейфы тяжелые, мы его не вытащим и вчетвером.
  - По-моему, там самый простой замок, какие ты много раз вскрывал. Но даже если твоя правда, должна быть мелочь для сдачи - раз, техника и всякие компы - два, куча жратвы - три.
  Крошка захлопала в ладоши:
  - В Гнезде появится комп! Клево!
  Я не разделяю их оптимизма:
  - Что, и камер внутри нет? И снаружи нет?
  - В супермаркете есть, а нас больше интересует склад.
  - А сигнализация? Копы примчатся через пару минут, и что?
  - Херня твои копы. Там живет тупой сторож Виски... Не помню, как его зовут. Я частенько хаживал к нему с выпивкой, я его типа друг, и он мне откроет.
  - Ганк, я вор и грязно не работаю. Никакого насилия.
  - Ты только постоишь на стреме и приступишь к делу, когда путь будет свободен. Откроешь сейф - и свободен. Я даже не прошу тебя приехать на маменькиной тачке, чтобы нас забрать. Набьем рюкзаки, возьмем, сколько можно вынести, - и ходу. Спрячем все в надежном месте.
  - Тряпка, - басит Мэг, раскуривая сигарету, обращается к Ганку: - Хочешь, я вырублю твоего Виски? Мне это - тьфу!
  - Ганк, он же тебя сдаст, когда очухается, - поскрипев извилинами, выдает Крошка. - Ты ж не собираешься его убивать?
  Ганк запрокидывает голову и смеется:
  - Конечно, нет. Ник вскроет замок. Или просто выманим сторожа и вырубим. В общем, схожу туда, все разведаю, послезавтра составим план, а ты, Ник, подумай, с нами пойдешь или в свою чистенькую школу.
  Слышу в его голосе намек на издевку, но лишь намек. Мы - семья, мы ценим друг друга такими, какие мы есть, и каждый чем-то силен. Друзья, жертвуя собой, прикроют мне спину, и я сделаю так же. Даже угоню машину матери, если это поможет делу, ведь у нее уже другая семья, где мне нет места. Взрослые никогда не делали мне ничего хорошего. И мать не исключение.
  
  ***
  
  Домой ужасно не хочется. С большим удовольствием остался бы в Гнезде, но я обещал матери вернуться сегодня. Хотя зачем, спрашивается? Неужели мать и правда еще волнует, что со мной будет? У нее есть Марио, и она всегда принимает его сторону, прав он или нет.
  В окне горит свет, но отсюда не видно, что творится на пятом этаже, кто толчется в кухне, моя дорогая маман или ее сожитель. Осторожно отворяю дверь, надеясь, что он уже дрыхнет, на цыпочках стараюсь проскользнуть в ванную, но оттуда выходит мать, вытирает руки о клетчатую рубаху. Смотрит укоризненно. Светлые волосы ее растрепаны и напоминают воронье гнездо, но даже несмотря на это она симпатична в свои тридцать семь. И слишком хороша для мудака Марио.
  Когда я родился, ей было двадцать. Из-за меня она не получила образования и не смогла выйти замуж за нормального мужика. Из всех ее мужчин, которых я помнил, Марио - самый отвратительный. Пришел на чужую территорию, перебивается непостоянными заработками и еще свои порядки наводит. Хуже всего то, что мать его слушает!
  - Почему так поздно? - спрашивает она без интонации.
  - Был у Мэг, - я почти честен с ней.
  Мама тяжело вздыхает, опирается о дверной косяк:
  - Что в школе?
  А вот теперь приходится врать:
  - Ничего нового, тоска смертная.
  Проскальзываю в ванную, умываюсь, мою руки. В зеркало видно, что мама стоит там же, и на лице ее злость сменяется разочарованием. Если бы ей действительно было интересно, что со мной происходит, она знала бы, что я уже неделю прогуливаю уроки.
  Когда Марио еще не жил с нами, она звала меня к столу, мы болтали, делились переживаниями, теперь же все изменилось.
  Жрать хочется адски. В кухне заглядываю в холодильник, нахожу половину огромной пиццы, отламываю кусок и сую в микроволновку. Завариваю кофе. Откусываю пиццу, свернув ее трубочкой, но аппетит мгновенно пропадает, когда в кухню входит Марио, почесывая волосатое брюхо. Увидев меня, набычивается и шевелит усами:
  - Ты уже здесь.
  - Добрый вечер, папочка, - говорю я с набитым ртом.
  Марио неторопливо топает к холодильнику.
  - В твоем возрасте я уже зарабатывал на жизнь, а не сидел у матери на шее.
  - Зато сейчас сидишь, - парирую я, жуя пиццу.
  - Ты хоть бы спрашивал, что жрешь. Это моя пицца, я оставил себе на завтрак.
  - Считай ее платой за проживание, - огрызаюсь я.
  Расстреливая меня яростным взглядом, он идет прочь. Не оборачиваюсь, доедаю пиццу... и тут подача сбоку, в скулу, переворачивает меня вместе со стулом.
  - Мелкий засранец! - шипит Марио. - Знай свое место!
  Сволочь - не полез на меня прямо, обошел, чтобы выйти из поля зрения! Валяясь на полу, вижу его снизу. Ярость захлестывает меня. Сплевывая кровь вместе с крошками пиццы, вскакиваю, бросаюсь к раковине и хватаю из мойки нож. Я действительно собираюсь воткнуть его толстое брюхо Марио! Посадят? И хрен с ним! Зато и эта жирная гнида сейчас сдохнет!
  Марио хватает табурет, выставляет перед собой, пятясь:
  - Бьянка! Забери своего свихнувшегося щенка! Ты посмотри, что он творит!
  На кухню влетает мать, ахнув, становится между нами, раскинув руки:
  - Ник! Немедленно брось нож!
  Я опять сплевываю кровь:
  - Этот урод ударил меня!
  - Пожалуйста, положи нож, - продолжает мать, Марио прячется за ее спину. - Надо решать проблему цивилизованно!
  Размазываю кровищу по лицу:
  - Это, по-твоему, цивилизованно?!
  - Ты бы видела, что творил этот ненормальный, - плаксиво жалуется Марио. - Он оскорблял меня и выгонял.
  - Ах ты лжец... Да ты же сам...
  Ловлю себя на мысли, что начинаю оправдываться, это еще больше злит.
  - Мама, неужели ты ничего не видишь?! - шагаю к матери, пытаюсь ее отодвинуть, она виснет на моей руке.
  - Ник! Успокойся! Я понимаю, ты ревнуешь к Марио, но я тоже имею право на счастье...
  Руки опускаются сами собой, делаю шаг назад.
  - Ревную? Счастье? С этим жирным альфонсом? Ты что, идиотка?! Он меня ударил первым! Ты понимаешь, что теперь здесь останется только один из нас?
  Она закрывает собой Марио, и мне все окончательно становится ясно. Мать поворачивается, что-то шепчет ему на ухо, он пятится и исчезает.
  - Ну ты и слизняк, - бросаю я в спину удаляющемуся отчиму.
  Обида гасит пламя злости. Собственная мать предпочла любовника мне, своему сыну. Хотя чему я удивляюсь? У меня давно нет семьи, моя семья - птенцы из нашего Гнезда.
  Я мог бы пригрозить Марио судом, ведь он ударил несовершеннолетнего и пытается выгнать ребенка, то есть меня, из собственной квартиры. Но я давно перестал считать себя ребенком, это раз, и два - просить помощи у копов позорно, учитывая, какую жизнь я веду.
  - Отойди, - говорю матери, но она качает головой, ее лицо покрывается красными пятнами.
  - Да не буду я трогать твоего хахаля. Уйди с прохода.
  Отталкиваю ее, захожу в свою комнату. Острое чувство несправедливости сжимает горло. Достаю дорожную сумку, бросаю на пол, наспех запихиваю туда вещи. За этим занятием меня застает мать, садится прямо на пол и рыдает, растирая по лицу слезы.
  - Ник, - лепечет она. - Тебе хоть есть куда идти?
  До последнего я надеялся, что она скажет "не уходи"- выходит, зря. Здесь мне места точно больше нет, мой дом теперь в Гнезде.
  - Не сдохну, не дождешься.
  Застегнув сумку, перекидываю ремень через плечо и выхожу из квартиры, которую так долго считал своей. Спустившись по лестнице, достаю телефон и набираю Ганка.
  - Че стряслось? - ворчит он.
  - Ты предлагал подумать над предложением. Я подумал и решил, что согласен.
  Глава 2. Склад
  Никто не спросил ни про синяк на скуле, ни почему я раскладываю спальник на куче ветоши, за что им огромное спасибо: говорить о произошедшем не хочется. Теперь я такой же бездомный, как они, мы рассчитываем только друг на друга.
  Просыпаюсь от ругани Головастика. Посреди комнаты стоит Ганк и светит ему в лицо фонариком.
  Мэг трет глаза и тоже возмущается хриплым со сна голосом:
  - Какого хрена?
  Крошка уже не спит.
  - Идем со мной, - распоряжается Ганк. - По дороге объясню.
  Мэг без стеснения стягивает с себя длинную рубаху, надевает зеленые шорты с карманами и футболку. Я спал одетым, потому просто встаю и сворачиваю спальник, чтоб он не мешался под ногами.
  - Ты к нам надолго? - интересуется Головастик.
  - Навсегда.
  Очень не хватает ванной комнаты, чтобы умыться водой из-под крана. Водопровода здесь нет, мы приносим воду в пластиковых емкостях, они греются на солнце, и этой водой пользуемся.
  "Ванная" в соседнем помещении заброшенного ангара. По очереди мы моем отекшие со сна лица. Головастик, воровато озираясь, пытается выведать у Ганка, почему так рано и куда спешим.
  - Не бздеть, - отвечает тот. - Учебная тревога, ничего серьезного.
  Полагаю, что он хочет показать нам магазин-склад, который предстоит ограбить, просто ему нравится играть в шпионов.
  Рассвело, хотя солнце еще не вышло. По захламленной промзоне с оградами, исписанными разноцветными граффити, идем в неизвестном направлении. Конечной целью оказывается двор, окруженный давно заброшенными одноэтажными строениями. Во дворе ржавеет пикап на спущенных колесах. Крыши построек местами прохудились и заросли травой.
  Ганк осматривается, пинает ржавый бидон и говорит с видом заговорщика:
  - Ждите здесь. У меня для вас сюрприз.
  И исчезает в одном из строений. Головастик разводит руками:
  - Что он задумал?
  Мэг грызет ноготь. У меня в душе пусто, все выжгла вчерашняя ярость, мне пофиг. Крошке не пофиг, она точно знает, что планирует Ганк, но предпочитает молчать с умным видом. Наконец выходит наш вожак со свертком в руках, садится на корточки, разворачивает выцветшую ткань, всю в жирных пятнах, и я вижу два пистолета, завернутых в промасленную бумагу.
  - "Глок", "Смит энд Вессон", - произносит Ганк с придыханием, словно говорит о возлюбленной. - Оба девятимиллиметровые.
  - Где ты их взял? - в голосе Мэг удивление борется с восхищением.
  Ганк самодовольно отмахивается:
  - Вынес, когда обчистил один дом. Надеюсь, все умеют стрелять?
  Только я не разделяю всеобщего восторга:
  - Ты же говорил, что обойдемся без трупов. На убийство я не подписывался.
  - Тебя не заставляют никого убивать. Стволы нам для самообороны. Ник, ты наверное просто не умеешь обращаться с оружием. Признайся! А то городишь всякие отмазки.
  А вот это обидно! Конечно, я не снайпер, но в банку с десяти метров попадаю, стрелять меня учил Лукас, один из ухажеров моей матери. Он был поприличней других, протянул у нас долго, поэтому и учился стрельбе я не один день.
  - Это не отмазки - я стрелять умею.
  - Докажи! - бросает Крошка, и я принимаю вызов.
  Иду к одному из зданий, рисую мишень из трех кругов. Беру "Глок", проверяю обойму - заряжена, становлюсь метрах в двадцати от мишени и стреляю.
  Присвистнув, Ганк бежит смотреть результат:
  - Одна пуля - в яблочко, две - в середину.
  Крошка поджимает губы:
  - Круто, че.
  Ганк подходит и примирительно хлопает по плечу:
  - Ну, звиняй, бро.
  Головастик и Мэг стреляли из "Смит энд Вессона". Головастик показывает наихудший результат, два раза она вообще мажет. Он расстроен, я даже успокаивающе треплю его по плечу. Мэг промахивается единожды.
  Качаясь с пятки на носок и обратно, Ганк сдувает челку с лица, смотрит на меня:
  - Пистолеты будут у меня и у Крошки, она стоит на стреме. Повторяю: никаких убийств!
  Он аккуратно заворачивает пистолеты, зажимает сверток под мышкой. Крошка прижимается к нему, он шлепает ее по заду, а она глядит на бойфренда с обожанием. Или мне кажется, или ей не удалось зажечь в его глазах ответный огонь? Значит ли это, что у меня есть шанс? Очень вряд ли, ведь очевидно, что Крошка любит Ганка.
  - А теперь идем смотреть объект.
  Небольшой супермаркет, зажатый пятиэтажками, находится в квартале, где живут в основном эмигранты-венгры. Фасадом он выходит на улицу, вход на склад - из проулка между домами. Результат осмотра мне нравится: на складе обычные железные ворота, куда без труда заедет пикап, с примитивным замком. Возле ворот - ящики, коробки, мусор. Грузчик на корточках курит, разговаривая по телефону.
  - Посмотрели? - шепчет Ганк. - Теперь покажу, где будет схрон, а потом в тихом месте обсудим детали.
  В захламленном дворе неподалеку Ганк подходит к старенькому форду, ткнувшемуся бампером в серую стену, распахивает заднюю дверцу. На сиденье лежит складная детская коляска.
  - Машину я не угонял, - говорит он, предвосхищая вопросы. - Документов на нее нет, ездить на ней не нужно, будем использовать как склад. Утром Крошка сложит добычу в коляску и перевезет. Молодая мамаша с младенцев ни у кого не вызовет вопросов, а?
  Мы располагаемся на газоне в парке, рядом с бродягами, шумно выясняющими отношения. Ганк достает смартфон и сложенный вчетверо бумажный лист с нарисованным от руки планом здания, разглаживает его на траве, поднимает сухую ветку, проводит по рисунку:
  - Здесь у нас вход в супермаркет, а вот ворота, ведущие на склад. Ники, я видел, как ты смотрел на них - даже не думай, она на сигналке. Зато камер со стороны склада нет, это здорово облегчает задачу.
  - Облегчает задачу? Как, если туда все равно не попасть?
  - Я, кажется, говорил, что Виски - алкаш. Еще работая грузчиком, я взял у него денег в долг и не отдал. Вчера пришел, пообещал вернуть долг выпиской сегодня после десяти вечера. Это через час после закрытия магазина. Поэтому он откроет, если просто постучать.
  - А ты не подставишься? - спрашивает Крошка с сомнением в голосе. - Ждет-то он тебя.
  Ганк одаривает ее снисходительной улыбкой:
  - Все будет просто и чисто, вот увидите.
  Даже недалекая Мэг чувствует подвох, выдыхает сигаретный дым и басит:
  - Тупо. Он тебя узнает и расскажет копам, что приходил именно ты.
  Ганк мотает головой:
  - В дверь постучит Головастик, скажет что-то типа: "Открывай, вот и я". Он откроет, Головастик с Крошкой его вырубят, мы войдем и заберем все, до чего дотянемся и что сможем поднять.
  - А мы сможем его вырубить? Он хоть не боров? - интересуется Мэг.
  - Дохляк с тебя ростом. Стукните, потом легко свяжете и заткнете рот.
  Мне тоже его план кажется слишком простым, но ведь удача любит отчаянных. Только куда потом день украденное, если там окажется много добра? В идеале нужен транспорт, и в голову мне приходит идея:
  - Давайте я угоню тачку, чтобы мы смогли побольше утащить. Используем ее.
  Мэг смотрит с интересом:
  - Вот это будет ваще круто! Знаете, я бы еще пошарилась по магазину, посмотрела, что там и как, - она надувает пузырь из жвачки, он лопается и залепляет ей нос.
  Мэг на мордаху ничего, похожая на миленькую мышку, но фигура у нее никакая, и она тайно завидует Крошке, всячески старается ее поддеть, хотя почти всегда эти попытки заканчиваются крахом.
  Ганк качает головой:
  - Нечего светиться всей толпой, туда пойдем мы с Ником. Или... Ник, сам справишься? Нас интересуют кассы, камеры, двери. Я в общих чертах помню, что там и как, но мне внутри все же лучше не появляться, я ж тут работал раньше. Мы подождем тут, ты все запомнишь и набросаешь схему.
  Только сейчас до меня доходит, что это уже не детские шалости в метро. Сердце частит, во рту делается горячо, но я не выдаю волнения, ухмыляюсь и бросаю небрежно:
  - Окей, ждите меня здесь.
  - Да нет, на заднем дворе лучше не торчать, - говорит Крошка. - Мы привлечем внимание. Давай просто пойдем в Гнездо, и Ник туда вернется.
  - Ладно, - киваю я и, сунув руки в карманы и надвинув бейсболку на лицо, вразвалочку направляюсь к супермаркету.
  Казалось, что все смотрят на меня и догадываются, зачем я здесь. Похожее ощущение было полтора года назад, когда я впервые запустил руку в чужой карман. Тогда меня не поймали, сейчас тем более не поймают. Ну, бродит какой-то кент, присматривается - мало ли тут таких шатается?
  Но все равно тревога, зараза, не отпускает. Внутри я запрокидываю голову, делая вид, что изучаю консервы, для убедительности беру одну, верчу в руке, а сам ищу камеры. Ага, вон они, четыре штуки по углам, а потолок тут низкий. Очень тупо, потому что если спрятаться за стеллаж, выпадаешь из обзора.
  Руки чешутся проверить надежность видеонаблюдения, но останавливает здравый смысл. Живот раздосадовано урчит, я хлопаю по нему:
  - Да заткнись ты, бездна!
  Беру бутылку колы. В зале работают две кассы. Не удержавшись, я присаживаюсь за стеллажом, ножом вскрываю упаковку колбасы, сую добычу за ремень штанов и с невинным видом иду к кассе. Оплачиваю колу и выхожу. Унылая молодая кассирша на меня даже не глядит.
  Сердце частит от возбуждения, настроение подскакивает, и я довольный спешу за друзьями.
  Встречаемся в Гнезде. Крошка и Ганк развалились на диване, Мэг сидит на подлокотнике, покачивает ногой. Головастик устроился на корточках под стеной.
  - Две кассы,- рассказываю я. - Кассирши молодые, замученные. Четыре камеры в углах. Камеры бестолковые, - достаю из-за пояса колбасу, ломаю на части, и Мэг даже хлопает в ладоши. - Одна дверь на склад, замок с виду простой.
  Все слушают затаив дыхание, кроме Ганка, ему все это и так известно. Зачем тогда было засылать меня на разведку?
  - Короче, слушайте, - Ганк подается вперед и расправляет на остром колене, лист с план-схемой склада, нарисованной от руки. - План такой. Головастик и Мэг стучат в дверь, Виски, ожидая обещанное бухло, открывает, они его вырубают, мы заходим и тихо все выносим. "Мы" это я, Крошка и Ник. Ник, бери с собой инструмент, он может пригодиться.
  Когда Ганк замолкает, я сажусь на корточки рядом с Головастиком и спрашиваю:
  - И что? Мы это на себе потащим? Первый же патрульный коп нас тормознет.
  - Ты предлагал угнать машину, но нам это не подходит - слишком большой риск. Не думай, я тебе доверяю, но лучше так не рисковать. Добытое будем сносить в схрон. Сюда тащим только самое ценное. Смотрите, - он провел пальцем по схеме. - Здесь, прямо за дверью, сам склад: коробки, ящики, пустая тара. У стены слева каморка сторожа, там живет Виски. Рядом - комната, где сидит бухгалтер, менеджер и прочие, тут компы и сейф. Между комнатами - сортир и душ. Насколько помню, все двери на складе не под сигнализацией, а вот в магазин лучше не соваться.
  - Подозрительно просто, - разделяет мои сомнения Головастик. - А если Виски не откроет? Что делать, если нам не удастся его вырубить?
  - Вы уж постарайтесь. Связать его и заткнуть пасть вам точно под силу. В целях конспирации закрываем лицо платками... - Ганк чешет подбородок. - Если что-то пойдет не так, разбегайтесь. Если кто-то загремит в полицию, молчим, друг друга не сдаем.
  А ведь возможен и такой вариант. Но даже если мы захотим кого-то сдать, то не сможем, потому что по имени обращаются только ко мне и Мэг. Как на самом деле зовут Ганка? Головастика? Крошку? Хрен их знает. Наверное, они и сами уже не помнят.
  Мэг с наслаждением грызет колбасу со вчерашним хлебом. Ганк расслаблен, поглаживает бедро Крошки.
  - Всем все понятно? - спрашивает он.
  - Не до конца понятна моя роль, - говорю я.
  - Ты понадобишься, чтобы что-то вскрыть при необходимости. Да, надеваем перчатки - на всякий случай. Сперва выносим технику, и Ник проверяет сейф, затем тащим еду. Выдвигаемся в полдесятого.
  
  ***
  
  Когда освещенные светом далекого фонаря силуэты Мэг и Головастика отдаляются, мы прячемся в тени старого пятиэтажного здания. На шеях у нас платки, одеты одинаково: спортивные штаны, растянутые футболки, кепки с широкими козырьками, черные резиновые перчатки.
  От нас до двери на склад метров пятнадцать.
  - А вдруг они не справятся с Виски? - шепчет Крошка. - Ну, мало ли что. Пусть Ник их подстрахует.
  Смотрю на Ганка, он думает пару секунд, кивает и вопросительно глядит на меня.
  - Ладно, - шепчу я.
  Спешу за Головастиком с Мэг, но так, чтобы они не видели. Прячусь за угол недалеко от ворот. Сердце колотится уже где-то в горле. Бросает то в холод, то в жар. Одно дело украсть кошелек из кармана, другое - грабеж, это серьезный срок в тюряге. Может Ганк прав, называя меня мягкотелым?
  Выглядываю из укрытия. Пряча биту за спину, Головастик тарабанит в створку ворот, Мэг топчется на месте, воровато озираясь, в руках у нее веревка.
  Изнутри раздается зычный бас:
  - Кого принесло?
  Сердце пропускает пару ударов. Такой голос должен принадлежать двухметровому амбалу, а не спившемуся сморчку. Неужели там другой сторож? Или Ганк приуменьшил размеры Виски? Видимо, похожие мысли одолевают и Головастика, он оборачивается, будто ищет у Ганка поддержку, но не видит того в черном пятне тени, как и я.
  - Да я это. Бухло принес, открывай, Виски!
  От волнения Головастик хрипит, и его голос кажется взрослее.
  Приходит трусливая мыслишка, что будет здорово, если Виски не откроет... Но гремит щеколда, щелкает замок, и одна створка начинает открываться. Из помещения льется тусклый свет.
  Мэг решительно шагает вперед, она с бутылкой водки в руке, бейсболка натянута на глаза. Вторая рука с намотанной на ней веревкой - за спиной.
  - Ты еще кто? - говорит невидимый мне Виски, и я подбираюсь, готовый броситься вперед, чтобы прийти на помощь.
  - Да вот, - она протягивает бутылку. - Это тебе.
  Мэг входит внутрь, за ней идет Головастик. Доносится глухой шлепок, стон, хрип, возня. Я бегу на помощь, но когда врываюсь внутрь, Головастик уже сидит верхом на Виски и вяжет его, а Мэг затыкает рот сторожа кляпом. Виски дергается и сипит, никак не хочет сдаваться, тогда я натягиваю на лицо платок, сажусь на корточки и подношу к его горлу нож:
  - Заткнулся, или тебе хана!
  В широко распахнутых глазах Виски - ужас. Он затихает. Мэг суется обратно в ворота, делает призывный жест, и вскоре Ганк с Крошкой врываются на склад с платками на лицах и с пистолетами наготове.
  Настоящие Бони и Клайд - молодые, красивые, дерзкие! Движутся почти одинаково, выцеливая вероятного противника.
  И вдруг из раскрытой двери, ведущей в каморку сторожа, доносятся выстрелы. Мэг ахает, мы пригибаемся. Ганк целится в ту сторону, но тут же вскоре становится ясно, что это телевизор. Только теперь, опомнившись, я осматриваю склад: стеллажи, ящики, коробки - все запечатанное. Ряд холодильников и морозильных камер.
  - Мэг, стой на стреме! - командует Ганк и, опустив пистолет, шагает в сторону распахнутой двери.
  Крошка пистолет не опускает.
  - Сволочь, тебя все равно поймают! - орет телевизор.
  Головастик закрывает дверь-ворота, пинает Виски в бок.
  - Я бы здесь жил! Столько жратвы!
  Меня начинает потряхивать от возбуждения, как всегда в такие моменты, тянет на подвиги. Кажется, что море по колено и горы по плечу.
  - Ну что, вскроешь этот замок? - Ганк указывает на запертую дверь. - Там сейф и компы.
  Я направляюсь к двери, на ходу доставая отмычки.
  Именно поэтому не сразу замечаю человека, выскочившего из каморки Виски с пистолетом. Стук быстрых шагов, возбужденное дыхание...
  Бах! Бах! Бах! - звуки выстрелов как тупые удары молотком по затылку.
  Метнувшись за нагромождение коробок, Ганк дважды стреляет в ответ. Мужик, истошно заорав, успевает отскочить обратно в подсобку и запереться изнутри.
  Откуда взялся этот человек?! Похоже, они тут с Виски устроили попойку, и это его собутыльник. Но откуда у него ствол? Наверное, у Виски он был, лежал там где-то в комнате, и этот алкаш его даже толком не прятал. Как все глупо!
  - Сука, я его достал! - кричит Ганк. - Ники, скорее вскрывай замок, пока копы не примчались!
  - Жопа! - выдыхает Головастик за моей спиной.
  - Надо валить! - я разворачивается, но Ганк направляет на меня ствол.
  - Открывай эту гребанную дверь!
  - Ты охренел?!
  Ганк не шутит. В его глазах полыхает холодный огонь, одна ноздря раздувается, вторая остается неподвижной. Дрожащими пальцами я справляюсь с замком, Ганк отталкивает меня и врывается в комнату. Что будет дальше, меня волнует слабо. Теперь единственная моя цель - свалить.
  - Помогите! - доносится едва различимый голос Крошки.
  Верчу головой и не вижу ее.
  - Где ты?!
  Покачиваясь, она встает из-за коробок, прижимая руку к животу, я не сразу замечаю, что по ее пальцам струится дорожка крови.
  - Я ранена...
  Мы с Головастиком бежим к ней, берем под руки, тащим к выходу, ноги ее заплетаются, она тяжело дышит.
  - Не тяните меня, - хрипит она, останавливаясь на подгибающихся ногах. - Вы мне не поможете, нужна неотложка.
  Я хватаю ее телефон и, оставив Крошку позади, непослушными пальцами набираю службу спасения. На бегу диктую адрес и озвучиваю проблему. Избавляюсь от телефона, выкинув его за ограду, но перед тем стараюсь рукавом стереть отпечатки пальцев.
  Мы с Головастиком бежим дальше.
  - Херово все получилось! - задыхаясь на бегу, пыхтит он. - Ганк - урод! Ты понимаешь? Он нас использовал! Сука!
  Сворачиваем в проулок между домами, вылетаем на проезжую часть, и по глазам бьет свет прожектора - на мгновение слепну, инстинктивно пригибаюсь.
  - Лицом в землю, руки за голову! - орет громкоговоритель.
  Едва мы ныряем обратно в проулок, как слышны выстрелы. По нам стреляют? Деваться тут некуда, только узкая дорога между домов.
  - Врассыпную! - ору я и рыбкой ныряю вбок.
  Перекатываюсь, вскакиваю, собираюсь рвануть вправо. И снова прожектор. Мигают маячки полицейской машины. Угадываются силуэты копов, они вооружены, стволы нацелены на меня. Если дернусь - откроют огонь.
  - Руки вверх! На землю!
  Меня колотит от страха и отчаянья. В голове пульсирует единственная мысль: "Ну вот и все!" Подняв руки, я опускаюсь на колени.
  - Эй ты, стоять! Не шевелись, стреляю!
  Но я же сдался! Падаю лицом вниз за секунду до того, как копы открывают огонь. Поворачиваю голову в сторону, куда побежал Головастик, и словно в замедленной съемке вижу, как он, раскинув руки, ничком валится на асфальт.
Оценка: 8.50*8  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) С.Панченко "Ветер: Начало Времен"(Постапокалипсис) А.Кристалл "Покровитель пламени"(Боевое фэнтези) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика) Н.Екатерина "Нить души"(Любовное фэнтези) А.Кочеровский "Утопия 808"(Научная фантастика) Б.лев "Призраки Эхо"(Антиутопия) А.Светлый "Сфера: эпоха империй"(ЛитРПГ) В.Кретов "Легенда 2, инферно"(ЛитРПГ) А.Верт "Пекло"(Боевая фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"