Бастет Бродячая Кошка: другие произведения.

Фанфик по Гарри Поттеру: Мы, аристократы - 6

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 8.26*122  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Шестой курс обучения в Хогвартсе. 09.10.2019.

  1.
  
  
  
  Я свободен.
  Нет, не от обязательств перед теми, кто следует за мной. Свободен от человека, который хотел расплатиться моей жизнью за свои цели. Мы схватились, и он проиграл.
  В отличие от него, я не настолько глуп, чтобы пытаться привести весь мир к некоему абстрактному идеалу. Мир держится на противоречиях, дающих существам толчок к развитию, иначе развитие остановится и начнётся деградация. Но глупцы воображают, что если убрать противоречия, то наступит гармония.
  Противоречия людям нужны. Убери у людей национальную и классовую рознь - и они будут грызться из-за личных пристрастий. Из-за моды, из-за религии, из-за любимых артистов, писателей, спортивных команд, из-за выгоды, из-за половых партнёров, из-за тёплого места под солнцем, из-за права лезть туда, где они никому не нужны и где им нечего делать. Убери и это - они всё равно найдут из-за чего погрызться, какой бы мелочью это ни было.
  В их инстинктах заложено, что без противоречий нет прогресса.
  Вот и сейчас я размышлял об основных противоречиях окружающего меня социума. Между магами и маглами. Между магией и техникой.
  Как банально бы это ни прозвучало, но простецом быть проще всего. Чтобы стать и оставаться чем-то большим, чем простец, нужно прикладывать усилия. Если хочешь чего-то достичь, для этого нужно чем-то пожертвовать. Простецы насмехаются над гениями, не приспособленными к быту, смотрят свысока на талантов, за любимым делом забывающих о земных благах, сами не жертвуют ничем и уверены, что уж они-то лучше знают, что почём. Сначала гении и таланты созидают, а потом приходит наглый, зажравшийся простец, приходит на готовое и указывает им, как жить и что делать. Это даже вылилось в обобщение: "гений совершает открытия, талант претворяет их в жизнь, дурак пользуется и не благодарит".
  Если вы услышите "будь проще" или "смотри на мир проще" - перед вами простец.
  Когда-то давно простецы растранжили и потеряли свою магию, став маглами. Чтобы сохранить себя, маги закрылись от маглов, но расслоение социума как шло, так и идёт - у них своё, у нас своё. У них появились свои гении, у нас - свои простецы.
  Оставшись без магии, их гении стали двигать технический прогресс. Может, мы и не отстали бы в магическом прогрессе, если бы маглов не было гораздо больше, чем нас. Вся эта их автоматизация, вся промышленность, все эти искусственные источники энергии предназначены для огромного количества пользователей, ничего этого не появилось бы, если бы не нужда в удовлетворении потребностей многомиллионного населения. У нас ничего этого нет, для нескольких тысяч человек это и не нужно, и не окупается. Наши простецы пока обходятся своей магией, но как скоро они позавидуют маглам и захотят к ним на готовое - вопрос если не сегодняшнего дня, то ближайшего будущего.
  А пока они завидуют благам родовых магов и смеются над их ограничениями. До их простых голов не доходит, что без ограничений у нас не было бы и благ. Если бы мы не соблюдали родовые кодексы и не подбирали бы подходящих партнёров для потомства, мы стали бы такими же, как они.
  Впрочем, они не видят в этом ничего плохого - им-то падать некуда, что бы они ни вытворяли. Они учат заклинания, которые изобрели не они, покупают амулеты, которые создали не они, читают пособия по магии, которые написали не они, ходят через порталы, которые поставили не они, и смеются над теми, кто всё это создал.
  Почему я над этим размышляю? По двум причинам: кого брать в магический мир и как пойдёт развитие нашего социума после того, как мы туда уйдём. Необходимое для развития противоречие у нас будет - мы плечом к плечу против нового мира, поэтому между собой мы перегрызёмся, надеюсь, не сразу. Ясно, что брать нужно только тех, кто захочет его осваивать. Ясно также, что свои простецы со временем появятся и в новом мире - если есть социум, будет и расслоение. Это неизбежно, вопрос только в том, когда.
  Вдобавок у нас под боком будет прежний мир, мир маглов, сытый и цивилизованный. Огромный соблазн для тех, кому захочется лёгкой и беспечной жизни, а её захочется многим уроженцам нового мира, когда они там появятся. Чтобы признать новый мир своим домом, нужно не оглядываться назад, а как это сделать? Проще всего было бы сжечь мосты - в смысле, уничтожить за собой межмировые гейты - но поначалу переселенцев будет слишком мало и у каждого за спиной останется что-нибудь, с чем он не захочет расстаться навечно. А если оставить гейты, тогда прощай, секретность, здравствуйте, старые проблемы.
   Во времена Ровены переселяться в другой мир было бы гораздо проще, тогда везде было одинаково паршиво. А что мне делать сейчас?
  
  
  
  
  Очередной министерский переворот совпал с началом летней сессии в Хогвартсе. Ученики навалились на зубрёжку, лихорадочно подтягивая выросшие за год хвосты по учебным предметам. Я снова стал прятаться от возжаждавших познания младшекурсников, а в Министерстве тем временем ловили и судили побеждённых противников. И, разумеется, делили места у власти.
  День после переворота ознаменовался сенсацией. Амелия Боунс с Эммелиной Вэнс были найдены дома у Амелии убитыми Авадой в её постели, в компрометирующем положении. Убили их в ночь перед путчем, наверняка кем-то из тех, кто знал об их роли в предстоящем путче - меня это не касалось, но я по привычке прикинул, кто бы это мог устроить. Вариантов было немного: сам Люциус, которому я подсказал про Эммелину, несколько доверенных лиц, помогавших ему с организацией обороны, и возможно также, кто-нибудь из селвиновских экстремистов или, наконец, Крауч, который следил за Эммелиной в каких-то своих целях. Однополые отношения в магической Британии не преследовались по закону, но порицались общественным мнением, поэтому скандальчик затмил в головах обывателей даже сам факт убийства двух высокопоставленных сотрудниц Министерства.
  В этот же вечер в Хогвартсе случилось чрезвычайное происшествие - с Роном Уизли и Гермионой Грейнджер, которых доставили в замок кентавры. И если Гермиона была цела, за исключением глубокого шока, то у Рона была отгрызена правая рука.
  Оказалось, что Хагрид, появлявшийся в окрестностях Хогвартса по делам Ордена Феникса, оставил на попечение Рона и Гермионы своего младшего брата-великана, которому они с апреля таскали еду из Хогвартса. Отвлечённые революцией и её крахом, они забыли покормить этого Грохха два дня подряд, а когда пришли на третий день, голодный великан, уже сильно обидевшийся, попытался съесть их и начал с Рона. На крики Гермионы сбежались кентавры и сумели спасти парня, но тот остался без руки, которой отбивался от великаньего малолетки.
  Рона переправили в Мунго, Гермиону, за которой числилось ещё и членство в Ордене Феникса, арестовали для дальнейшего разбирательства. Если это кого-то и взволновало на общем фоне чрезвычайных событий в стране, то разве что её ГАДовцев.
  Уже на третий день после путча на должность Министра Магии был поставлен Люциус Малфой. Визенгамот за неделю определился с новым составом и заседал ежедневно. Пока мы сдавали СОВ, по стране проходили массовые аресты.
  Похватали всех, кто хоть сколько-то засветился в оппозиции, включая сквибов и престарелых современников Дамблдора, которым не сиделось спокойно после процесса над Фаджем. "Кабанья Голова" закрылась после того, как арестовали Аберфорта. Из Хогвартса забрали Ли Джордана и ещё двоих совершеннолетних гермиониных подручных, а её несовершеннолетних приверженцев переписали и поставили под надзор в аврорате. Короче, полным ходом шло то самое, что побеждённые называют массовыми репрессиями, а победители - разумной предосторожностью.
  К сожалению, властям не удалось поймать наиболее опасных фениксовцев: Грюма, Кингсли и еще нескольких молодых авроров, примкнувших к ним. Ни у кого не возникало сомнений, что эта группка продолжит тактику террора - тем более, что у них больше не было Дамблдора, хоть сколько-то удерживавшего их от крайних мер. Я пустил в ход всё своё влияние, чтобы поскорее добиться для семьи Ромильды разрешения выехать за границу, и вздохнул облегчённо, только когда сам проводил их в Европу. Попрощался с родителями Ромильды, напоследок сказавшими, что я могу звать их Верхардом и Летицией, подмигнул маленькому Рейнберту и, обняв Ромильду за талию, вместе с ней дождался, когда они исчезнут в министерском международном портале. Наконец-то одной заботой меньше.
  Ещё одна забота была отложена на год, во многом благодаря отцу Винса. Сначала родители Грега с Винсом были очень недовольны решением парней - учитывая, что Люциус стал министром - но те упёрлись и вынудили их к компромиссу. Старшие Крэбб и Гойл обратились к Люциусу, свалили всё на молодость потомков и на нервы перед битвой, и уговорили Малфоя-старшего подождать до совершеннолетия детей, а пока ничего им не навязывать, пусть поостынут.
  Люциус ненадолго появился в Хогвартсе, чтобы выяснить подробности у Драко, всё еще злившегося на своих предполагаемых вассалов. Удостоверившись, что тот и слышать о них не хочет, он согласился с Крэббом-старшим, что если детей заново сводить прямо сейчас, то выйдет только хуже. Со мной он тоже поговорил, я выдал только то, что послужило толчком к разрыву - что Драко позавидовал Грегу, который справился в битве лучше, чем он сам. Зная своего сына, Люциус не стал копать глубже и согласился на отсрочку.
  Старшие Крэбб и Гойл ни в какие договорённости со мной не вступили и детям своим запретили, но Падма сказала мне с глазу на глаз, что через год они четверо непременно попросятся под мою руку. Я ответил, что ничего не могу обещать, но тем не менее заинтересован в них и обязательно рассмотрю их предложение. На том мы и сошлись, годичный тайм-аут без давления старших всех нас устраивал.
  Большинство экзаменов прошло для меня легко. Три из них - чары, зельеварение и трансфигурацию - нам с Тедом поставили автоматом, потому что наши базовые лицензии соответствовали уровню ТРИТОН на "превосходно", а мы сдавали всего лишь СОВ. Комиссии для СОВ и ТРИТОН по сдаваемым предметам традиционно составлялись из членов соответствующих гильдий - кроме истории магии, которую принимала комиссия, собранная из членов Визенгамота и сотрудников Министерства, разбиравшихся в этой теме.
  После путча Люциус был слишком занят в Министерстве, поэтому всю работу по организации госэкзаменов взял на себя его заместитель в попечительском совете, мистер Голдстейн, дед моего однокурсника с Равенкло. Для себя я решил, что насчёт дальнейшего сотрудничества свяжусь с Малфоем-старшим после экзаменов, заодно и прощупаю его отношение ко мне, а пока занимался пополнением товаров для нашего бизнеса и приступил к ремонту дома в Годриковой лощине. Здесь очень кстати пришёлся мой опыт по реконструкции лавки.
  Но встретились мы с Люциусом раньше, по другому поводу. К последней декаде июня новая власть разобралась с репрессиями и вспомнила о поощрениях. Состоялось специальное заседание Визенгамота для присуждения наград отличившимся, первым из которых был собственно Малфой. Как главный организатор сопротивления экстремистам, он получил орден Мерлина первой степени. Кроме него, эту награду получили двое его ближайших помощников по обороне - глава Визенгамота Торфинн Роули и некий мистер Рэдфорд, о котором больше ничего не было сказано, хотя я заподозрил, что это глава Отдела Тайн - а также я, за важные сведения, сыгравшие решающее значение в обороне Министерства, и за оперативное уничтожение гомункула. Остальные защитники Министерства получили по золотой медали "За заслуги перед Британией", утверждённой Визенгамотом специально ради этого случая.
  Награждение состоялось в субботу днём, в актовом зале Министерства. Зал был набит битком, одних представленных к награждению было около сотни, вдобавок с ними были друзья и родные. Люциус разыскал меня среди учеников Хогвартса и попросил задержаться после собрания для приватного разговора. Церемония затянулась часа на три, несмотря на то, что на награждение вызывали сразу боевыми группами, упомянув перед этим их место и роль в победе. Наконец последние медали были вручены и публика стала расходиться, хогвартские ученики отправились в клуб на банкет, а я, сверкая новеньким орденом, остался ждать старшего Малфоя, ныне Министра Магии.
  Люциус пошёл на выход одним из последних, в компании Рэдфорда и Роули. Увидел меня издали, он обменялся парой фраз со спутниками, все троё подошли ко мне и приветствовали тепло, как своего. Мы поздравили друг друга с наградой, а затем Люциус распрощался с ними и повёл меня в кабинет министра.
  - Гарри, извини, что мы не могли поговорить раньше. - Малфой не выглядел виноватым, он просто отдавал дань ситуации. - Все эти дни у меня были расписаны по минутам и всё равно времени не хватало, даже на сына я с трудом выделил час. Сегодняшний вечер после награждения - это у меня первый свободный, а ты как раз должен был подойти.
  Было неожиданным, что он оправдывается передо мной, хотя было не из-за чего. Значит, для чего-то я ему всё еще здорово нужен.
  - Понимаю, я не в претензии, - ответил я. - Вам нужно было делать всё и сразу.
  - Именно. Насколько ты осведомлен в нынешней ситуации?
  - Только из газет. Как я понял, вам удалось договориться с селвиновцами?
  -- Да, наилучшим образом. Даже если они и надумают снова проявить инициативу, то очень нескоро, потому что с этим гомункулом они опозорились на всю Европу. Но сейчас их всё устраивает. У меня получилось убедить Ксавьера, что времена уже не те и что лишняя строгость ни к чему хорошему не приведёт. Кое-чему можно поучиться и у маглов - в частности, убеждать обывателей в одном, а на деле осуществлять всё, что мы сочтём нужным. Оскорблять людей в лицо, кем бы они ни были - это позавчерашний век дипломатии. Пусть думают, что с ними считаются.
  - Неплохо бы ещё кинуть народу какую-нибудь косточку. Ведь чем-то же поступиться можно? Перемены серьёзные, некоторые популистские решения были бы очень полезны.
  - Мы с Торфинном эту тему обдумывали и даже обсуждали. И что, по-твоему, обнаружилось? Нет никаких притеснений, кроме тех, против которых боролись мы во главе с Тёмным Лордом. Ослабить Статут - этого мы не можем себе позволить. Снизить налоги - так их и не берут с людей, а только с предприятий, в отличие от магловского мира. Объявить всеобщее равенство - так ведь уже объявлено. Перед законом у нас все равны с середины этого века, когда Визенгамот убрал из законодательства дискриминирующие статьи и заменил их другими. А брать на работу грязнокровок - Министерство этим не распоряжается, это на усмотрение работодателей, а они их брать не хотят. Начнёшь заставлять - всё коренное население на дыбы встанет. У нашего болота во всём одни послабления, осталось только деньги на улицах раздавать, а воду в нём с подачи Дамблдора мутила кучка нищих бездельников, среди которых грязнокровок - только одна эта Грейнджер, из-за которой младший Уизли без руки остался. Сейчас их всех пересажали, и сеять смуту стало некому.
  Стало понятным, почему британское магическое общество сидело ровно и дожидалось, когда его защитит ребёнок. Кроме немногочисленной кучки отбросов с его дна, у него всё было прекрасно и ему, по большому счёту, ничего и не угрожало.
  - Даже так? - я усмехнулся. - Тогда, наверное, самое время устранять эти притеснения, против которых вы боролись? Только не забудьте упомянуть, что это делается для народа и ради народа и что это огромное достижение государственности - разрешить народу мощные заклинания и чары. Которые у него как не получались, так и не получатся.
  - Да, - согласился Люциус. - Так и придётся перенимать уловки у маглов, которые не забывают публично напоминать, что любой гражданин страны у них может стать президентом или промышленным магнатом. А начнём мы с установления собственной государственности - сейчас это очень модно у маглов, особенно в Восточной Европе. Распишем, какие плюсы это нам даст, о минусах, само собой, умолчим. Да и вряд ли они вообще будут, а если появятся, это решаемо.
  - На сепаратизм нацелились? - хмыкнул я. - А какой в этом смысл, если маглы нами, в общем-то, и не командуют? Или я чего-то не знаю?
  - Не командуют, да, но Совет Лордов удобнее всего восстанавливать под этим предлогом. При полном отделении от британских маглов нам понадобится собственное верховное правительство, а не как сейчас, без нормальной законодательной власти. Тогда мы наконец-то приведем законодательство в порядок, сейчас в нём слишком много магловской, не работающей у нас ерунды.
  - И кого вы предполагаете ввести в Совет Лордов?
  - Всех глав чистокровных магических родов, с магической силой на уровне Лорда и выше, согласно родовым гобеленам.
  - Простых магов вы не берёте в расчёт?
  - Мы считаем, что если за магом не стоит род, он способен легко увлечься какими-нибудь анархическими идеями, которые пойдут во вред семейному населению, являющемуся опорой любого государства. А если маг недостаточно силён, в его интересах магия будет не на первом месте. Возможно, когда-нибудь эти критерии будут пересмотрены, но сейчас нам важнее всего сохранение магии и увеличение численности магов.
  - Убедительные доводы, поддерживаю. Народ не обидится?
  - Дать им хлеба и зрелищ, как в античной республике... - Малфой взял паузу на размышления. - Если у народа это будет, народ и не вспомнит, кто им правит. Маги не голодают, на то они и маги, но им нужен какой-нибудь центр развлечений, а то ведь нет ничего, кроме дурацких вредилок Зонко. И доход он принесёт, будет чем зарплату в Министерстве платить... место вот только бы подыскать подходящее и ответственного за проект.
  - Если хотя бы через два года, я рекомендовал бы знакомого вам Финч-Флетчли. Этот парень далеко пойдёт.
  - Проталкиваешь свою креатуру? - прищурился на меня Люциус.
  - Джастин не мой, он свой собственный, у нас условно-союзные отношения, не заверенные магически. Драко он над собой не потерпел, меня он тоже не потерпит, а Лонгботтома вы знаете. Я на самом деле говорю в интересах Британии, такие люди стране нужны. Чья-либо пешка такой воз не свезёт - что не протупит, то прозевает.
  Лицо Малфоя расслабилось, в глазах засветилось одобрение.
  - Раньше, чем через два года, и не получится, - прикинул он. - Сначала нужно удержать власть, а потом уже вкладываться в государственный бизнес. Я учту твою рекомендацию, Гарри, а ты пока сориентируй Финч-Флетчли в эту сферу. Чтобы через два года у него уже и опыт был, и наработки.
  В этом весь Люциус, в первую очередь он - человек дела. Он не станет обижаться, если обижаться невыгодно, а палец в рот ему по-любому не клади, хоть с обидой, хоть без неё.
  - Я подумаю, как это лучше сделать, - пообещал я, - Хотелось бы получить статистику переписи населения, её отсутствие очень мешало нам при выборе бизнеса.
  Люциус кивнул и сделал запись в блокноте на своём столе.
  - Это понадобится не только тебе, займёмся этим сразу же, как всё уляжется, - сказал он, закончив писать. - Так, планами я с тобой поделился, появятся идеи - высказывай. Теперь ещё одно дело, не срочное, но раз уж мы встретились... Гарри, после гибели гомункула метки не исчезли. Можешь ты высказать свои соображения?
  Нарочитая небрежность слов Малфоя только подтвердила, что это и есть главная причина встречи. По сути, до этого не было сказано ничего, что было бы нужно ему - напротив, он словно бы отчитывался передо мной, хотя и не должен был.
  - А они должны были исчезнуть? - невинно поинтересовался я.
  - Все наши эксперты единодушно утверждают, что подобного рода заклинания полностью исчезают после гибели наложившего их мага.
  - Если метка побледнела, как в прошлый раз - значит, у Риддла остались ещё хоркруксы.
  - Нет, не побледнела, - в голосе Люциуса промелькнул оттенок тщательно скрываемой тревоги. - Она вообще не изменилась, Гарри.
  Мне мгновенно вспомнилось, как я противостоял внедрению личности хоркрукса после гибели гомункула. В конце первого курса было похоже, но не так тяжело - ментальный удар такой силы тогда попросту убил бы меня. Означало ли это, что ко мне вернулся не только кусок души, но и ещё кое-какие подарки?
  - Гарри? - поторопил меня Люциус. Я, действительно, слишком затянул с ответом.
  - Тогда это означает, что где-то есть настоящий, - осторожно ответил я.
  - Но как? - нервно воскликнул он. - Кого же ты убил там, в Министерстве? Кто же тогда управлял людьми через метки?!
  - Гомункул, наверное, тоже это мог. Спросите селвиновцев, делал ли он это.
  - Уже обсуждали - он мог влиять на метки. И влиял. Кто же тогда за ним стоял, не сам ли Дамблдор? Но Дамблдор тоже мёртв!
  - Я считаю, что если этот некто оставался в тени, он был слишком слаб, чтобы объявиться публично. Поэтому, если убрать метки, он окажется без рычагов воздействия и не будет опасен настолько, чтобы не разобраться с ним в случае чего. Скажите, кому удалить метки, и я удалю. Только, как вы помните, сначала нужно отключить их на полгода, чтобы снять без осложнений.
  Облегчение Малфоя было чуть ли не осязаемым. Похоже, я сходу предложил ему то, к чему он затруднялся подступиться.
  - Это было бы замечательно, Гарри. Ты опять будешь делать это скрытно?
  - Нет, зачем? Ситуация изменилась. Я повзрослел, враги повержены, а всей стране и так уже несколько лет известно, что я тоже змееуст.
   Да и пусть знают, кому они обязаны избавлением от меток.
  - Тогда, Гарри, я извещу тебя, когда это понадобится, - сказал он с неподдельным дружелюбием.
  Чувствовалось, что он чего-то опасался и теперь перестал - благодаря своей малой эмоциональности я легко ощущал и точно оценивал эмоции других существ. Да, не только людей.
  - Конечно, - я кивнул себе на руку со связным браслетом. - Обращайтесь в любое время, когда я не сплю и не на экзаменах.
  Идейных селвиновцев оказалось не так уж и много. Трое главарей, включая самого Ксавьера, и десятка два из ближнего круга, остальные присоединились за деньги и прочие выгоды. Всем им дали от трёх до пяти лет условно - за малейшую провинность в течение этого срока, включая агитацию, всем им грозил Азкабан. Такой мягкий приговор они получили по договорённости с победителями, таким образом заручившимися их лояльностью.
  Метки я отключил всем, за кого попросил Люциус - где-то около трети участников заговора, остальные то ли не удостоились, то ли это была какая-то политическая игра Малфоя. Я познакомился с каждым лично, в том числе и с Ксавьером Селвином. Практически ровесник века, старше Тома Риддла и его школьных единомышленников, немногим моложе Дамблдора и Гриндевальда, Селвин-старший вырос на их юношеских идеях. Жёсткий, резкий, беспощадный, почти что бескомпромиссный - на компромисс с Малфоем он всё-таки пошёл - глава рода Селвинов не был человеком, легко меняющим свои убеждения. Грязнокровок он презирал, маглов считал слабаками и ничтожествами, не учитывая, что со времён его юности прошло почти сто лет и что современные маглы, может, и такие же ничтожества, но совсем по-другому и в других условиях. Благополучие они себе создали и воевать они умеют.
  Ко мне он, как ни странно, отнёсся позитивно. Ну, насколько Селвин-старший вообще был способен к хорошему отношению. Видимо, зачлось, что я избавил его и его соратников от позора - иначе, как позором, подобную пляску под дудку Дамблдора и не назовёшь. Он дотошно выспросил подробности моего участия в интриге, чуть ли не вывернув меня наизнанку - я был достаточно откровенен, потому что многое уже незачем было скрывать. При этом он тщательно приглядывался ко мне и выспрашивал мои политические взгляды - и, похоже, итог его удовлетворил.
  Ксавьер Селвин был последним в группе, которой я в тот вечер отключал метки. Когда он наконец распрощался с нами в каминной, а я, облегчённо выдохнув, тоже стал прощаться с хозяевами, Люциус вдруг попросил меня задержаться.
  - Садись, Гарри, - кивнул он на кресло, когда мы поднялись в кабинет. - С метками, я считаю, пока достаточно, но нам нужно обсудить ещё кое-что.
  - Я вас слушаю, Люциус, - сказал я, когда мы уселись.
  - Тут кое-что прояснилось про убийство Скримджера, - заговорил Малфой, аккуратно подбирая слова. Его лицо выглядело расслабленным, но острый взгляд из-под полуопущенных век оставался на мне, отслеживая малейшую реакцию. - Это оказался один из приверженцев Тёмного Лорда. Не совсем из селвиновцев, он действовал сам по себе, хотя и поддерживал их.
  - Это имеет значение?
  - Да, имеет. Из-за этого он не участвовал в нападении на Министерство и не подпал под правосудие. Но тем не менее это он убил Скримджера и кое-кого ещё.
  - Всё-таки Крауч? - загадочных убийств больше не было, поэтому нетрудно было догадаться, что под "кое-кем" имелись в виду Амелия Боунс и Эмелина Вэнс.
  - Ты это знаешь? - удивился Люциус.
  - Догадался. Вариантов на самом деле очень немного.
  - Если ты его уже подозревал, тем лучше. Ситуация... как бы это сказать... щекотливая. С одной стороны - три убийства. С другой - Крауч неоценимо помог нам, устранив три ключевые фигуры Дамблдора, которые нам нельзя было трогать и которые очень мешали бы нам сейчас.
  - Ясно. И сейчас вы в затруднении - казнить или наградить? - спросил я напрямик.
  - С этим у меня затруднения нет. Но мне очень важно твоё отношение к Краучу.
  - Я-то тут причём вообще?
  - С Краучем всё непросто. Когда ты узнаешь об его участии во всей этой истории, ты можешь сильно его не одобрить, а ты, сам знаешь - весьма способный молодой человек, поэтому последствия будут катастрофическими.
  - Если вы про убийства... - я пожал плечами, - эти люди мне никто, а Крауч, действительно, очень помог нам. Война есть война.
  - Нет, всё намного хуже... - Люциус устало вздохнул.
  - Да говорите уже, мне вообще не свойственно быть опрометчивым.
  - Я на это и надеюсь. Ладно, Гарри - дело в том, что это он организовал твоё попадание в турнир. Подбросил ту самую, четвёртую записку.
  - Ничего страшного, я тогда сам этого захотел и попал в турнир по своей записке. Что ещё?
  - Это он похитил Невилла в конце третьего тура, чтобы доставить к Петтигрю, и наложил портальное заклинание на кубок турнира.
  Люциус замолчал, не спуская с меня настороженного взгляда.
  - Тогда погиб не я, но пытался он убить меня, - констатировал я.
  Люциус кивнул.
  - Он пытался дважды, - сообщил он чуть спустя. - Это он взял мадам Помфри под Империо.
  Вот и выяснилось, кто хотел моей смерти в чемпионате...
  - А иглу в яйце тоже отравил он?
  - Нет, это уже кто-то другой, Барти ничего не говорил мне об этом. Сейчас он очень раскаивается, что пытался убить тебя.
  - Даже "Барти"? - быстро же они сговорились.
  - Это не тот Крауч, на которого ты думаешь. Это его сын, мы были хорошо знакомы прежде. При Лорде. Его отец ради последней просьбы своей умирающей жены вытащил его из Азкабана и держал под Империо, а позапрошлым летом оплошал. Власть у них в семье переменилась и место старшего Крауча теперь занимает младший, под обороткой. Он очень предан Лорду - и сейчас тоже - поэтому и взялся за его воскрешение. А ты был причиной гибели его кумира.
  - Как вы его разоблачили?
  - Во время путча, когда гражданских задержали и обыскали, у Крауча нашли оборотное зелье. Когда действие зелья закончилось, Барти опознали. Он ни в чём не отпирался, потому что работал на тот же результат, что и мы все.
  - И что заставило его раскаяться насчёт меня?
  - Гомункул не был Лордом, и Барти как-то это учуял, поэтому не присоединился к селвиновцам. Он всегда был слишком впечатлительным. Всё пережитое не могло не отразиться на его рассудке, и сейчас он, по-моему, слегка сумасшедший. Тем не менее он почти два года проработал вместо отца и никто его не заподозрил. В целом он очень умный, даже гениальный, учился в Слизерине, двенадцать экзаменов СОВ сдал на "превосходно" и с работой справляется на ту же оценку. Такой человек в Министерстве нам очень нужен, но если вы с ним не поладите... сейчас его судьба зависит от тебя, Гарри.
  - Если он сумасшедший, какие могут быть гарантии, что у него снова не бзикнет, даже если он раскаивается?
  - Гарри, дело в том, что сейчас он считает Лордом... тем самым... тебя и ничего другого слышать не хочет. И если бы ты немного подыграл ему... - увидев, что я нахмурился - специально, чтобы он заметил - Люциус поспешно добавил: - Я не заставляю обманывать, но можно же недоговаривать или возражать неубедительно? Барти точно останется при своём мнении, никто из селвиновцев, с кем он успел пообщаться на эту тему, разубедить его не смог.
  - С ними он, значит, своим мнением поделился...
  - Я же говорю - он немного сдвинутый. И если ты на него повлияешь, это для всех будет лучше, чем сажать его в Азкабан.
  - Для начала мне нужно взглянуть на этого Барти и оценить, насколько он сумасшедший. Хотя бы под предлогом снятия метки.
  - Он не хочет расставаться с меткой, и было бы замечательно, если бы ты убедил его снять её. Барти жаждет встретиться с тобой, но я не мог согласиться, не предупредив тебя.
  - А где он сейчас?
  - У Греев, взаперти. Мой особняк построен сравнительно недавно, здесь нет темниц для сильных магов, а отправлять Барти к Селвину или его людям я не рискнул, мало ли что, с его сдвигом на тебе. Греи всё-таки выступали на нашей стороне и застенки у них - надёжнее не бывает.
  
  
  
  Встречу Люциус назначил уже на следующий вечер. Глава Отдела Международных Отношений скоро месяц, как не появлялся на работе, про него объявили, что он пострадал при путче и находится дома на излечении, но с должностью пора уже было что-то решать. Малфой не хотел подпускать к ней Крауча-старшего, в случае моего отказа от Барти он собирался предать их историю гласности и отправить обоих в Азкабан. С этим проблем не предвиделось, ибо было за что.
  Если же я признавал Крауча-младшего дееспособным, проблема законным путём не решалась. Возвращать Барти на должность под личиной его отца было неприемлемым - слишком велика была угроза разоблачения, для нового правительства такой скандал мог оказаться фатальным. Нужно было исхитриться и придумать легенду, которая позволяла бы отмазать Барти в Визенгамоте и отодвинуть подальше его отца, по возможности без крайних мер вроде Азкабана или несчастного случая. Но здесь уже пусть Люциус думает - в конце концов, это нужно не мне, а ему.
  И меня не оставляло ощущение, что Малфой всё же поверил Барти, хоть и называл его сумасшедшим. Слишком уж обходителен был он со мной после путча, тогда как я ожидал обратного.
  Когда я прибыл на встречу, Люциус по пути в гостиную ещё раз намекнул, чтобы я подыграл Барти, потому что тот нужен в Министерстве. У меня даже возникла ещё одна версия - сам он не верит Краучу-младшему, но хочет, чтобы другие поверили. Я отложил их обе до конца разговора с этим типом, потому что они не понадобятся, если он окажется невменяемым.
  Барти мерил гостиную быстрыми нервными шагами. Это был худощавый темноволосый мужчина, выглядевший моложе своих тридцати с небольшим, с беспокойными движениями, острыми чертами лица и тёмными из-за расширенных зрачков глазами. С первого взгляда было видно, что это возбудимый нервический тип, наверняка с искажённым восприятием реальности. Тем не менее такие личности существуют в социуме и без дополнительных странностей считаются нормальными.
  Когда мы с Люциусом остановились посреди гостиной, он в долю мгновения подлетел к нам и опустился передо мной на колено.
  - Мой Лорд...
  Барти с фанатичным восторгом глянул мне в лицо, затем почтительно склонил голову. Я посмотрел на Люциуса.
  - Позвольте представить вас друг другу, - с некоторой неловкостью выговорил тот. - Барти, это мистер Генри Джеймс Поттер, мой союзник и бывший подопечный. Гарри, это мистер Бартемиус Крауч-младший, мой давний знакомый, сын мистера Крауча, начальника Отдела Международных Отношений.
  - Мистер Крауч, приятно познакомиться, - я отвесил вежливый кивок, словно тот мог видеть его из своей позы.
  - Мой Лорд, как я счастлив, что вы вернулись... - задыхающийся голос Барти соответствовал смыслу его фразы.
  - Мистер Крауч, прошлое не возвращается. Встаньте, будьте любезны.
  Поднявшись с колена, он оказался ростом выше меня. Я самую чуточку откинул голову назад, чтобы посмотреть ему в глаза.
  - Мистер Крауч, мне хотелось бы услышать, за кого вы меня принимаете.
  - Мой Лорд, вы тот, кто называл себя Волдемортом. Это от вас я принял метку и дал вам клятву верности.
  - Почему вы так уверены в этом?
  - Я это просто вижу, - сообщил он как нечто очевидное.
  Мне вспомнилось, как Бинз на первом курсе называл меня "Томми" и как-то это видел. Сам я могу видеть ауры и магические структуры физических тел, почему бы и Барти не иметь особое восприятие? Всё-таки род у него старый и жизненных испытаний на него свалилось достаточно для открытия каких-нибудь особенностей.
  - Мистер Крауч, если это так просто, почему вы покушались на мою жизнь?
  Он бросился передо мной на оба колена, схватился за голову и лихорадочно зашептал, раскачиваясь:
  - Простите меня, мой Лорд! Простите-простите-простите! Я каждую минуту казню себя за свою ошибку! Возьмите мою жизнь, только простите, чтобы я покинул мир без этого груза!
  - Мистер Крауч! - оборвал я его истерику. - Мне нужно знать, почему вы ошиблись сначала и почему вы спохватились потом.
  - Два года назад ваша магия еще не созрела, и я подумал, что вы похожи на моего Лорда, потому что вы его напророченный враг. Но потом... вы стали старше, а творение Петтигрю было просто ужасно... - уныло пробормотал он в пол.
  Это звучало так похоже на правду, что я невольно покосился на Люциуса. Нужно было сразу разговаривать с Краучем без него, но я не рискнул оставаться наедине с психом, а отослать Малфоя сейчас - это, считай, расписаться в том, что Барти прав.
  - Мистер Крауч, встаньте, - потребовал я. - Я настаиваю, чтобы вы говорили спокойно.
  Он снова поднялся с колен, задержал дыхание и устремил внимание в себя, затем сделал пару медленных, глубоких вдохов и выдохов. Его лицо разгладилось, взгляд успокоился и даже сузились зрачки, показав тёмно-серую радужку.
  - Исполнено, мой Лорд, - ровным, почти расслабленным голосом отчитался он.
  Каким бы психом этот Барти не был, самоконтроль у него был высочайший. Если ему напомнить.
  - А теперь скажите, мистер Крауч - если вы уже год уверены, что я ваш Лорд, почему вы не попытались связаться со мной?
  - Я боялся нарушить ваши планы, мой Лорд. Пока вы проводили их в жизнь, я способствовал им тайно.
  - Но в таком случае вы должны были догадаться, что я предпочитаю сохранять инкогнито. Почему же сейчас вы рассказываете всем подряд, кто я такой?
  - Не всем подряд, - дёрнулся Барти. - Только тем, кто может навредить вам, потому что не видит очевидного. Вы сделали это, мой Лорд, теперь у власти достойные, те, кто понимает и бережёт Магию, - он произнёс это слово с большой буквы. - Дамблдора нет, он убит своими же прихлебателями, а мы наконец отделаемся от маглов! Над нами не будет магловской королевы, у нас снова будет Совет Лордов! Я не могу допустить, чтобы люди Селвина навредили вам, потому что они слепые.
  - Они же всё равно вам не поверили.
  - Пусть хотя бы усомнятся, и тогда в критический момент их рука дрогнет. Но всё равно будьте осторожнее, мой Лорд! У вас много врагов.
  Да, Барти был своеобразной и весьма неуравновешенной личностью, но совсем уж сумасшедшим я его не назвал бы. Напротив, в его обстоятельствах многие свихнулись бы окончательно, а он держался и действовал весьма расчётливо. Разговор, похоже, предстоял долгий.
  - Давайте присядем.
  Я направился в угол гостиной с парой кресел и двухместным диванчиком, предназначенный для небольшой компании. Как и положено их Лорду, я не оглядывался на собеседников, подразумевалось, что они следуют за мной. Только устроившись ровно посередине диванчика, я удостоил вниманием обоих.
  Крауч-младший примостился на краешке кресла, исключительно ради выполнения приказа, и верноподданно ел меня взглядом. Малфой сел поудобнее в другое кресло, он не был напряжён, но тем не менее смотрел на меня как загипнотизированный. В последние полгода я научился сдерживать свою ауру, но сейчас мне был нужен вменяемый Барти, поэтому я настроился на спокойствие и отпустил её.
  - Барти, прошлое не возвращается, - заговорил я негромко и размеренно, глядя ему в глаза. - Другие люди, другие методы, другие обстоятельства, а сам я - Генри Джеймс Поттер, известный также, как Гарри Поттер. Неважно, как меня зовут - важно, что теперь у нас есть власть и сила, чтобы сберечь нашу магию и наши традиции. Я не держу на тебя зла, ты считал меня врагом и делал, что должно. В том, что у тебя не всё получилось, как было задумано, нет твоей вины - ошибка была допущена раньше. Не ошибается только тот, кто не работает, зато теперь мы можем учесть прежние ошибки и действовать, исходя из полученного опыта.
  - Мой Лорд! Благодарю вас! - он дёрнулся броситься на колени, но я остановил его жестом.
  - А вот этого не надо. Я в состоянии почувствовать твою благодарность и без подобных... проявлений, - я перевёл внимание на Малфоя, чтобы задать ему риторический вопрос: - Люциус, кто у нас сейчас враги?
  - Мой Лорд...
  - Гарри.
  - Гарри, - как бы подтвердил Малфой. - Не поймали мы только Грюма с его аврорами, в остальном всё чисто. В Визенгамоте, кроме наших, остались только те, кто имеет привычку поддерживать сильнейшего, а сейчас сильнейшие - мы. Тем, кто колебался, помогли определиться с позицией еще в начале июня. Все ключевые посты в Министерстве принадлежат нам, - он чуть помедлил, решая, продолжать или нет, - в том числе и благодаря Барти.
  - Я знал, кто нам больше всего помешает, - со сдержанной гордостью отозвался тот.
  - Вот видишь, Барти, - снова обратился я к нему, - времена теперь мирные. Враги еще остались - как же без них? - но теперь ими есть кому заняться, кроме тебя. А ты способен на большее, Барти, и у меня еще найдутся для тебя особые поручения, но сначала тебе нужно поправить своё здоровье, потому что все эти трудные годы вымотали тебя душевно и физически. Нам нужны здоровые и работоспособные люди.
  - Я совершенно здоров, мой Лорд...
  - Мистер Поттер, - с нажимом поправил его я.
  - Мистер Поттер, - исполнительно повторил он. - И я готов немедленно приступить к вашим поручениям!
  - Барти, - я добавил в голос строгости, - время в любом случае терпит, один человек сейчас ничего не решает, а ты заслужил отдых. Кстати, в каких условиях тебя содержат?
  - В превосходных, мистер Поттер. Кормят вкусно, камера обставлена со всеми удобствами, книги приносят практически любые - я отдыхаю там лучше, чем в Ницце. Сами Греи прекрасно ко мне относятся, а леди Октавия - такая понимающая, во всех отношениях замечательная девушка, мы с ней говорили о вас часами!
  - Греи собираются на лето в Европу, как только мы... решим с Барти, - вставил слово Люциус.
  - Если Греи расположены к нему, может, они согласятся прихватить его с собой? Это будет для него полезнее, чем компания бывших азкабанцев.
  - У меня дома отец без присмотра, - встрепенулся Барти.
  - Но сейчас же он один?
  - Я оставил отца на Винки, это наша домовичка. Я держу его под Империо, как он держал меня прежде. У него есть указания, что он должен делать, а что не должен, но всё равно его нужно регулярно проверять, чтобы он не сбросил чары, поэтому меня сопровождают домой раз в два-три дня, чтобы я присмотрел за ним.
  - Но это, полагаю, решаемо, - я взглянул на Люциуса. - В Британии, что, только один застенок для сильных магов, и он у Греев? Разве у нас больше нет надёжных людей, которые могут взять это на себя?
  Малфой понимающе усмехнулся.
  - Ну, Крауч-старший - не Барти, его и к кому-нибудь из селвиновцев поместить можно. Суды прошли, кого хотели выпустить, уже выпустили. Да хоть к самому Ксавьеру, - добавил он, поразмыслив, - от него Крауч точно никуда не денется, а Ксавьеру это даже понравится. Я обо всём договорюсь, Гарри.
  - Мой Лорд... кхм... мистер Поттер, - обеспокоенно позвал Барти. - Вы так и собираетесь оставаться в тени? А как же ваши планы, Британия?
  - Да, Барти, мне еще рано выходить на свет, - подтвердил я. - С управлением Британией лучше всего справится Люциус, у него есть и талант, и опыт, а у меня имеется не менее важное дело, с которым не справится никто, кроме меня. В конце лета, когда ты вернёшься в Британию хорошо отдохнувшим, ты узнаешь, что тебе предстоит, а пока мне хотелось бы, чтобы ты восстанавливал своё здоровье и больше ни с кем не говорил обо мне.
  - А с теми, кому я уже рассказал о вас?!
  Мне подумалось, что большого вреда от этого не будет. У людей уже сложилось мнение о Барти и его болтовне, они вряд ли его пересмотрят.
  - С теми можно.
  
  
  
  2.
  
  
  
  
  Каждый знает, что для войны нужны три вещи: деньги, деньги и ещё раз деньги.
  Ха!
  Для любого мирного начинания нужно совершенно то же самое.
  Очень вовремя Люциус перечислил мне в сейф деньги за продажу очередной партии яда василиска. Увы, сброшенная шкура Шшесса не годилась даже для обуви - она была жёсткой, ломкой и почти не поддавалась обработке. Зато из неё можно было сварить сильное антимагическое зелье для пропитки одежды и изготовления антимагического лака, но это был уже товар стратегический, поэтому шкурой я торговать не стал. Я отдал Малфою следующую партию яда и стал готовиться к летним каникулам.
  Дом в Годриковой лощине я успел отстроить до конца сессии. Накинул на него чары, как противомагловские, так и скрывающие от волшебников, приобрёл туда минимум обстановки, чтобы с чем начать жить - да только жить в доме мне было некогда.
  Мне предстояла поездка в Европу как минимум на месяц. Помимо собственных дел, во-первых, нужно было доставить Ромильду на лето к семье и заодно проверить, хорошо ли они устроились, чтобы помочь в случае чего. Писали, что всё в порядке, но на месте оно виднее. Во-вторых, Тед хотел навестить отца в Германии - они почти не знали друг друга и никакой семейной теплоты между ними не было, но у Теда возникла куча вопросов по родовым умениям, которые можно было прояснить только при личной встрече и которых у него набралась целая тетрадка. Диана, само собой, прилагалась к нему. Ну, и в третьих, я договорился с мюхенской академией, чтобы там приняли на лето Эрни с Дирком.
  Вся поездка, а также оплата нашего обучения, финансировалась за мой счёт. Кроме того, нужно было продлить исследовательский договор в Академии, на это тоже требовалась немаленькая сумма. Имеющихся денег едва хватало, яд василиска продавался постепенно во избежание падения цен, поэтому к началу учебного года я снова оставался с пустым сейфом. Хорошо еще, что моя учёба в Хогвартсе была давным-давно оплачена, да и лавка должна была принести хоть что-то на карманные расходы.
  Скорее бы следующее лето, когда я наконец вступлю в родовое наследство. Дамблдору не удалось пустить кровушку финансам Поттеров - спасибо деду, не допустившему отца к основному имуществу рода - поэтому через год в моём распоряжении будет достаточно средств, чтобы поставить на побегушки половину магической Британии. Но пока приходилось ограничиваться тем, что удавалось добыть самому.
  Как оказалось, отвлечься от бизнеса на месяц очень даже непросто, особенно одному из основных изготовителей товара и ответственному за безопасность предприятия. Если с заготовкой зелий на месяц вперёд я еще справился, перевыполнив при этом объём варок на экспертную лицензию, то кого поставить на охрану лавки, я даже не представлял. К счастью, охранника нашла миссис Кларк, поручившись перед нами за знакомого односельчанина.
  Проверив его на профпригодность и убедившись, что он может наложить надёжное Инкарцеро, я принял его на работу. Проинструктировал, как обращаться со сторожевыми пауками, и велел сдавать задержанных в аврорат, предварительно поставив на них мои следилки, а то взяли моду убегать. Артефакт для установки следилок на живой объект я сваял за полчаса из подручного хлама, долгосрочной службы от него не требовалось.
  Невилл тоже собирался покинуть Британию, но ненадолго, только чтобы забрать родителей из шведской клиники. Присматривать за бизнесом в течение лета ложилось в основном на него, потому что Джастин на июль уезжал с семьёй в Европу, на этот раз в Грецию. У всех нас были связные браслеты, поэтому Невилл в любое время мог посоветоваться с нами или позвать меня на помощь, но я надеялся, что всё обойдётся без происшествий. Бизнес был уже налажен и почти не требовал вмешательства, а Грюму и его компании здравый смысл диктовал попрятаться и выждать время вместо того, чтобы снова лезть к нам в лавку. Хотя где здравый смысл, а где они...
  Отправлялись мы в Германию организованно, через Министерство, поэтому я заранее оформил необходимые документы на всех нас и заказал портал. Никаких магических границ между государствами нет и маги свободно портируются туда-сюда, но для посещения государственных организаций требуется разрешение Министерства страны, в которой они находятся.
  Не так давно не требовалось даже этого, но после Второй Мировой войны МКМ заключила конвенцию, по которой маги не сотрудничают с магловскими службами госбезопасности, зато свободно перемещаются по странам конвенции и местные охранные госслужбы их не трогают. Одним из пунктов конвенции было, что иностранные деловые визиты проходят с разрешения Министерства принимающей страны, тогда как частные визиты не контролируются. Контрабанду у магов из-за этого не отслеживают, а наказывают только тех, кого поймали за продажей или использованием запрещённого товара. У нас банально нет столько населения, чтобы возводить пограничные магические барьеры и содержать соответствующие службы, поэтому пресекается только участие в магловской контрабанде, в рамках Статута секретности.
  Весь июнь пресса выдавала море разливанное пропаганды. Люциус, взявший у маглов лучшее в информационной войне, не упустил ничего. Ни ошибок, ни просчётов, ни некомпетентности прежних руководителей Министерства. Ни экономической разрухи, ни растраченных и разворованных средств налогоплательщиков. Ни коррупции аврората и подноготной его предателей, а заодно и остальных членов преступной группировки под названием Орден Феникса. Для британского болота это было развлечение на месяц - начитавшись газет, обыватели с ужасом чесали языки на тему "с кем мы жили" и "слава Мерлину, всё это кончилось".
  Журналистским светилом номер один, разумеется, была Рита Скитер, писавшая львиную долю всех этих пугалок. Светила помельче писали о светлом будущем магической Британии, наконец-то избавившейся от прискорбных ошибок прошлого, и призывали к восстановлению Совета Лордов, чтобы поскорее приблизить это светлое будущее.
  Одним из источников социальной заразы указали Гриффиндор, развращённый попустительством его деканов во главе с бывшим директором Дамблдором. Слизерин же был выставлен оплотом сопротивления порочной политике Дамблдора - не удивлюсь, если Малфой руководствовался ещё и местью за десятилетия опускания репутации родного факультета. Лично я не повесил бы мишень на Гриффиндор так явно, это наверняка обострит социальную напряжённость в Хогвартсе.
  На выпускном ужине, когда слизеринцам присваивали награду за первое место в межфакультетском соревновании, вместо привычной алфавитной последовательности "Гриффиндор, Хаффлпафф, Равенкло, Слизерин" прозвучало "Слизерин, Равенкло, Хаффлпафф, Гриффиндор". И это было весьма показательно.
  
  
  
  
  К началу июля политическая обстановка в стране стабилизировалась. Впрочем, она и не была слишком уж напряжённой, большинства обывателей переворот коснулся только на уровне прессы. Может, по соседству у кого-то и похватали пару маргиналов, будораживших болото - так это и вовсе был плюс, а не минус. Болото облегчённо вздохнуло и успокоилось на мысли, что всё это только к лучшему.
  Учебный год закончился, и мы вшестером отбыли на континент. Международный портал переправил нас из британского Министерства в берлинское, откуда мы, оформив визы, отправились через камин в мюнхенскую Академию. Еще неделю назад я сделал переговорное зеркало для Эйвери-старшего - дошли наконец руки - и отослал ему в Академию, поэтому мы обо всём договорились заранее. Номера в академическом общежитии были забронированы, отчёт по моему договору подготовлен, профессора готовы принять нас на учёбу, а сам мистер Эйвери встретил нас в условленное время у камина.
  - Идёмте сначала в общежитие, - пригласил он нас после обмена приветствиями. - Располагайтесь, привыкайте, обедайте, а затем я проведу вас на кафедры и познакомлю с вашими наставниками. Ваша учёба начнётся с завтрашнего дня. Мисс Вейн, ваш отец ждёт вас у себя на кафедре после обеда, сейчас у него посетители и он не может встретить вас.
  - Папа! - Ромильда знала, что он здесь, но всё равно обрадовалась.
  - А вам, молодой человек... - продолжил мистер Эйвери, обратившись к Эрни.
  - Диас, - подсказал тот.
  - Мистер Диас, - старый маг смерил его мгновенным проницательным взглядом, - вам было бы полезнее представиться вашему куратору под своей настоящей фамилией. Тогда ему будет легче подобрать вам учебный план, с учётом ваших предрасположенностей.
  - Но... - Эрни обернулся ко мне. - Гарри?
  - Мистер Эйвери, если куратор гарантирует неразглашение...
  - Разумеется, гарантирует, к тому же британцев здесь - только я и мистер Вейн. Британия давно уже не поставляет сотрудников в Академию. Школьное образование никудышное, а тех, кто хоть сколько-нибудь способен к самостоятельным исследованиям, забирает Отдел Тайн. До здешних требований там мало кто дотягивает, и уже не в том возрасте, чтобы менять свою жизнь.
  В общежитии мы заняли три соседних двухместных номера - я с Тедом, Ромильда с Дианой и Эрни с Дирком. Отнюдь не из экономии - вдвоём веселее, а Ромильда вообще не захотела жить у родителей, потому что я всё равно оставался здесь из-за подопечных. Не успел я разложить по шкафам и полкам взятые в поездку вещи, как дверь за моей спиной открылась.
  Когда я обернулся, навстречу мне расцвели три одинаковые хищные улыбки типа "мы-знаем-что-делаем-поэтому-сдавайся". Тед, Диана, и Ромильда туда же - спелись хитрюги.
  - Так, Гарри, - ласково протянула Диана, - какая, говоришь, фамилия у нашего Эрни?
  - А я говорил? - прикинулся я идиотом.
  - Не говорил, но скажешь, прямо сейчас. Мы тут с ног сбиваемся, моей сестрёнке Юноне мужа ищем - а ты молчишь?
  - Во-первых, - сообщил я, - вы не ввели меня в курс вашей маленькой проблемы. Во-вторых, молчу я ради безопасности нашего Эрни. Между наследством его рода и фаджевским Министерством все эти годы стоял только один ребёнок, которого, кстати, разыскивали люди Грюма - и нашли бы, если бы не описка в приютских документах. Я считаю, что и сейчас, пока их не поймали, объявлять об Эрни рано, чтобы с ним не вышло, как с Лестрейнджами.
  - Если уж ты решил сказать про него куратору, то на нас тем более можешь положиться. Мужа моей любимой сестрёнки мы не выдадим никогда и ни за что.
  - Я еще ничего не решил. Тайна пока остаётся тайной, про Эрни даже Дирк этого не знает. В курсе только я, сам Эрни и Люциус Малфой, который догадался по его внешности. Ну, и, - дополнил я, подумав, - гоблины, у которых он проверял родство, но они не выдадут, у них обет. Мистер Эйвери тоже догадался сам - Эрни очень похож на отца, с которым он был лично знаком.
  - Но нам ты скажешь, - величественно распорядилась Диана. - Это в его же интересах.
  Придётся сказать. Они не проболтаются, да и в Британии для Эрни стало безопаснее. Фадж уже год как не у власти, а сбежавшим фениксовцам вряд ли до чужих наследств, когда у них есть проблемы посерьёзнее.
  - Скажу, куда теперь деваться-то. Его настоящее имя - Эрнест Антуан Эмери Розье, сын Эвана Розье, наследник рода британских Розье. Как-то уцелел во время налёта, в котором погибла вся его семья, и попал в магловский приют.
  - Я-а-сно, - пропела Диана. Её улыбка стала ещё шире, глаза по-лисьи сощурились. - Оправдания приняты, но что ты можешь предложить нам в компенсацию за время, напрасно потраченное на поиски подходящего жениха?
  С видом невинно пострадавшей жертвы я возвёл глаза к потолку. Тед с Ромильдой потихоньку хихикали, глядя на нас обоих.
  - М-м... есть идеи?
  - Есть, - кивнула она с видом королевы. - Нужно пригласить сюда Юнону и договориться об её обучении вместе со мной и Роми. Учебный год в Шармбатоне закончился позавчера, до сентября она совершенно свободна.
  - Хм, - я-то был не против, но Эрни... - А если он не заинтересуется?
  - А это уже мы возьмём на себя. Кстати, где тут совятня?
  Тед разъяснил ей, как найти здешнюю совятню, и наши леди удалились. Когда мы остались одни, он на всякий случай начал гасить последствия предприимчивости Дианы.
  - Ты же не сердишься, сюзерен...
  - Видишь же, что нет, - хмыкнул я. - У меня свои секреты, у вас свои. Насколько эта ваша авантюра вообще реальна?
  - Реальнее, чем ты думаешь. По сути, проблемой было только то, что Эрни - маглорожденный, семья Дианы ни за что не пошла бы на это. Юнона не то чтобы влюблена по уши, но приметила его еще позапрошлым летом у Малфоев и жалеет, что за него нельзя, а сам он... - Тед досадливо вздохнул, подбирая описание к Эрни, но не справился с этим, - ...в общем, равенкловец. Равенкловцы так устроены, что их нужно подвести к их семейному счастью и потыкать носом. По-другому не получится.
  - Я, вообще-то, тоже был близок к поступлению в Равенкло.
  - И чего я тебе тогда объясняю, если ты и сам всё знаешь! - обрадовался он.
  Мы дружно, понимающе рассмеялись. Теперь я вспомнил, что младшая сестра Дианы, действительно, оба прошедших лета вместе с ней гостила у Малфоев. Тогда я подумал, что девочке скучно дома одной, вот её родители и договорились с Малфоями, чтобы те приняли и её - а ведь у Гросмонтов, помимо наследника, было пятеро дочерей и всех их нужно было выдать замуж, и это с их требованиями к мужьям. Они и Диану-то вынужденно отправили в Хогвартс, чтобы та нашла себе там мужа, а теперь Диана помогала семье пристраивать Юнону.
  - Слушай, сюзерен, а Дирк Россет - точно маглорожденный? - спохватился Тед. - У тебя там больше никаких сюрпризов не завалялось?
  - Ну как "точно"... К гоблинам я его не посылал - тут нечего и незачем копать. Колдует он на уровне маглорожденного и никогда не интересовался своей кровью. А что, у вас есть ещё сёстры?
  - Нет, но мало ли...
  - Уверен, он маглорожденный. В отличие от Эрни, Дирк своих предков знает - никто из них не был магом. Его прадед - русский эмигрант с итальянскими корнями, а здесь семья Россетов долго жила в диаспоре, где роднились в основном между собой. Шанс рождения маглокровок в таких случаях выше.
  - Понятно. Не хочешь его проверить?
  - А смысл? Если ему это не нужно, то мне тем более. Захочет - пусть идёт и проверяет, не маленький уже.
  Тед ушёл с довольной улыбочкой, наверняка отчитываться. И почему я не сомневаюсь, что теперь меня будут допрашивать про каждого, кто ко мне прибьётся?
  Мы с ним уже побывали в Академии позапрошлым летом, поэтому знали, что тут, где и как. Но остальные не знали, поэтому я закончил раскладывать вещи и пошёл к Эрни и Дирку, чтобы показать им, как заказывать еду.
  Для этого в каждом номере имелся небольшой обеденный стол с выдвижной панелью меню, устроенной по типу сенсорной. Ассортимент всегда был один и тот же, но обширный, блюда заказывали нажатием на строчку меню, сбрасывали заказ нажатием на число нажатий, появлявшееся слева от строчки. Деньги помещали в специальный лоток на панели, а когда заказ был набран и оплата положена, нужно было нажать подтверждающую кнопку. Сдача появлялась в том же лотке, блюда поставлялись в пределах пяти минут после заказа, в любое время суток.
  Видимо, готовку и рассылку обеспечивали домовики. Деньги принимали любые, в том числе и магловские. Разумеется, жильцам не возбранялось питаться где угодно или приносить еду с собой, но стряпать самим в общежитии было не на чем.
  Дирк и Эрни, впервые увидевшие подобное достижение научно-магического прогресса, сначала восхитились, потом вцепились в меня клещом и стали допытываться, как устроена эта система. Я вкратце разъяснил, что здесь такие же связные чары, что и на наших переговорных браслетах, плюс чары для набора и отсылки сообщений, как в гоблинских банковских артефактах. Насчёт платежа и доставки я разочаровал их предположением, что, наверное, как и везде у нас, это просто домовики под невидимостью шныряют туда-обратно.
  Тем не менее, между собой они решили, что сегодня же спросят об этом у мистера Эйвери. Не то, чтобы не поверили - они следовали принципу "доверяй, но проверяй" и моё "наверное" их не устроило. Я был только рад этому, ведь главной целью, ради которой я направил их сюда, было изучение связи, транспортировки и работы с информацией у магов. От парней требовалось ознакомиться с принципами, основами и наработками по этой тематике, пусть поверхностно, потому что больше за два месяца не успеешь, но широко, чтобы набрать базу для самостоятельного освоения. Второй, хотя и менее важной целью было зачарование магловских механизмов и электронных устройств, в котором они уже немного разбирались. Мало ли что нам может пригодиться в будущем.
  Диане с Ромильдой предстояло углублённое изучение магической архитектуры и сопутствующей ей стационарной защиты. Отчасти к ним присоединялся и Тед, хотя основной его задачей было посмотреть, что в Академии имеется по созданию химер и големов. Я же, помимо приёмки и продления договора, до конца июля намеревался освоить исследовательские чары для картирования местности, сканирования магического фона, распознавания аномалий и обнаружения всяких ресурсов - растительных, животных, ископаемых, магических - которые понадобятся на новой территории.
  По выходным у нас намечалась культурная программа, с которой обещали помочь родители Ромильды. Лично я обошёлся бы и без неё, но планы на лето обсуждали вместе и я оказался единственным, кому её не захотелось.
  Дни полетели со скоростью молнии. Начал я с проверки артефактов измерения магии, созданных академической группой в рамках договора. Проверял на себе и сразу же столкнулся с тем, что измеритель силы мага зашкаливает, привёл Теда - оказалось то же самое. Разработчики сконфуженно объяснили, что на таких, как мы, этот артефакт не рассчитан, потому что тогда градация шкалы будет слишком крупномасштабной для большей части магического населения. Сошлись на том, что нужно делать несколько таких измерителей: один, крупномасштабный, определяет категорию силы мага, остальные, отдельно для каждой категории, измеряют силу мага внутри неё. Вписали этот пункт в продолжение договора, а саму работу я зачёл, потому что она всё-таки была сделана и на большинстве магов изделие работало.
  Отдельным пунктом шёл измеритель магического фона, испытание которого прошло без нареканий. Мне показали карту фона окрестностей Мюнхена, сделанную с его помощью, я забрал опытный образец с собой, чтобы опробовать его в Британии. Вписали в договор пункт о разработке связи измерителя с картой, чтобы результаты измерения сразу же отображались на ней. Поскольку я уже работал над подобной задачей в проекте "Ровена", у меня даже нашлось что подсказать им.
  С накоплением и передачей магической энергии всё пока обстояло печально. Я надеялся, что она поведёт себя подобно электричеству, но это оказалось не так. С незапамятных времён было известно, что лучше всего магия накапливается в твёрдых природных смолах, на втором месте шли аморфные магматические породы типа обсидиана, именно из них делали родовые камни, потому что смолы были слишком хрупки. Но оценить накопленную магию количественно, кроме как на глазок, пока не представлялось возможным, потому что физических проводников магии не существовало, а как и что зачаровывать, чтобы перекачать её с одного куска обсидиана в другой без помощи мага, обнаружить пока не удалось. Передо мной положили кучу отчётов о проведённых экспериментах, и везде результаты были практически нулевые.
  Надежда тем не менее оставалась. Ведь сами волшебники могли передавать магию, да и палочки как-то проводили её и воплощали в результат, оставалось разобраться, как сделать примерно то же самое, но без участия колдуна. И, разумеется, нужна была чистая передача энергии, без её расхода.
  Посовещались. По итогам исследований сошлись на том, что материал проводника не имеет значения, но должен быть магическим и, видимо, как-то зачарованным. Главное было - найти хоть какую-то работающую комбинацию, чтобы было что улучшать. Я усиленно размышлял, какие исследования заказывать дальше, и ходил изрядно загруженным. Тед не мог не заметить этого и встревожился.
  - В чём дело, сюзерен? - обеспокоенно спросил он, когда мы ужинали у себя в комнате. - Ты третий день выглядишь так, словно нам вот-вот небо на головы упадёт, а ты боишься обрадовать нас этим.
  - Нет, с небом всё в порядке, - я устало вздохнул. - А вот с договором - полная фигня.
  - Но же ты говорил, что они неплохо справляются?
  - Это по другим пунктам. С передачей магии у них полный затык - и у меня тоже. Мы, похоже, не так понимаем что-то принципиальное, и я никак не могу сообразить, что.
  - Скажи, что вам нужно - может, я знаю. Читал я много и память у меня хорошая.
  - Здесь народ тоже вроде бы знающий... - Тед выжидательно смотрел на меня, и я продолжил: - Вот что бы ты сделал, если бы тебе понадобилось переправить немного магической энергии из одного куска обсидиана в другой?
  - Я? Поставил бы на каждом куске по связывающему руноблоку и соединил бы их соответствующими чарами, а затем дополнил бы один передающим руноблоком, а другой - принимающим.
  Я воззрился на Теда, как на чудо природы, образовавшееся из ничего прямо на моих глазах. В это время в дверь постучали, я машинально сказал: "Войдите" и спросил его:
  - Так... Что такое руноблок?
  - Это комбинация рун, которая используется как единое целое, - охотно пояснил Тед. - Вот, смотри...
  Он призвал с полки самопишущее перо с пергаментом и стал объяснять на схеме, которую оно набрасывало.
  - Вот один кусок обсидиана, вот другой. Если куски слишком мелкие, делаем Энгоргио. Вот так пишутся связывающие руноблоки, после зачарования они обеспечивают магический контакт двух независимых объектов. Сюда вписываем приём магии, сюда передачу. Затем ставим командные руноблоки, сюда и сюда... вот, теперь передачу магии можно инициировать как с передающей стороны, так и с принимающей.
  - Офигеть... - я переводил глаза то на него, то на чертёжик. - Это в самом деле работает?
  - В пауках я это использовал. Немного в другой вариации, но в принципе то же самое.
  - Но здесь, в Академии, этого почему-то не знают.
  Тед пожал плечами.
  - Родовые наработки. У нас полбиблиотеки описаний и целое хранилище самих руноблоков. А как ещё заставить голема делать то, что он делает?
  - То есть, для передачи магии никакие проводники не нужны?
  - Связь, которая устанавливается чарами, и есть проводник магии. Или я тебя неправильно понимаю, сюзерен?
  - Я имел в виду проводники, как при передаче электричества у маглов.
  - А, это... припоминаю, ты давал мне почитать на втором курсе. Нет, магическая энергия - слишком тонкая субстанция, чтобы передаваться через физические вещества. Она передаётся чарами, практически мгновенно.
  - А измерять её можно?
  - Этого не требуется, её всегда передаётся столько, сколько нужно, или вся, которая есть, если её не хватает. Даже против градиента силы - с электричеством же не так? - Тед задумался. - Но можно попытаться написать измерительный руноблок, если это очень нужно...
  Я никогда не расспрашивал Нотта о родовых знаниях, ибо неприлично, хоть и считал, что он, скорее всего, не откажет мне. А тут, значит, вот оно что. И это уже второй раз за последнее время, когда скрытность магов создаёт проблемы на пустом месте. Не то что у маглов, которые мгновенно выбалтывают всё, что им посчастливилось разузнать.
  - Надо подумать, - пробормотал я. - Я так понял, в Академии нет для тебя ничего интересного по големам?
  - Правильно понял. Здесь, похоже, никогда и не бывало специалистов по големам, их кафедра псевдожизни ближе к некромагии. Они отлавливают, подчиняют и вселяют в заготовку призраков и низших духов, поэтому работают только с антропоморфными заготовками, а наш родовой метод годится для любых живых существ.
  - Получается, я зря тебя туда устраивал?
  - Ну почему же, я не против любых знаний. Никогда не угадаешь, что и когда пригодится в жизни. Зато по архитектуре здесь очень даже, я всего неделю занимаюсь и уже узнал кое-что новое. Диана тоже довольна.
  - Нотт!!! - раздался восторженный вопль Дирка. Это наши равенкловцы, как обычно, заглянули к нам после ужина поболтать и невольно выслушали весь наш разговор. - Вот это у тебя что?! - Россет мотнул головой на пергамент.
  - Ничего такого. Сюзерен спросил - я ответил, - сказал нахмурившийся Тед.
  - Но это же круто, Нотт!!! Ты меня научишь?!
  Тед шокированно уставился на него.
  - Это родовые знания, Россет.
  - Ну и что?
  - А то, что к ним допускают только членов рода и принятых. Даже сюзерен, и то никогда меня о них не спрашивал. Это слишком опасные знания, чтобы давать их кому и как попало.
  - Но ты же ему рассказал! - Дирк снова кивнул на пергамент.
  - Это пустяк. Чтобы разбираться в рунном кодировании, нужно учиться годы. Меня, например, с шести лет тётка учила, и до самого Хогвартса. У меня даже все игрушки на это были, не соберёшь - не поиграешь.
  - Кто у вас к нему допускает? - Дирк ломился к вожделенной цели с прямолинейностью бешеного буйвола. - Ты можешь?
  - Допускает только глава рода, сейчас это мой отец.
  - А если ты его попросишь, он допустит?
  - Ну что ты глупости спрашиваешь, Россет? Нет, конечно же. Я тебе уже сказал, кого допускают, и это не ты.
  - А если я пойду к тебе этим? Принятым?
  - Ты вроде бы всегда отзывался об этом, как об рабстве и унижении? - процедил сквозь зубы Тед. - Нет уж, ограничивать тебя в свободе я не стану.
  - Да я за такие знания душу дьяволу продам, а ты всего лишь Нотт!
  Я почувствовал, что ещё немного - и Тед сорвётся, и поспешил вмешаться.
  - Оба. Успокойтесь, - они замолчали. - Дирк, Тед не может обучать тебя без согласия отца, и это не обсуждается. Ты еще много чего не изучил, направь свою энергию туда. Позже, как-нибудь, когда все мы станем старше, мудрее и хладнокровнее, мы к этому, возможно, еще вернёмся. Но не сейчас.
  - Но это же такие знания! Это же целый переворот в магической науке! - вскричал Дирк.
  - Вот так, ничего не просчитав и не подумав о последствиях, я бы переворачиваться не спешил. Такая акробатика может очень плохо закончиться.
  - Вот именно, - фыркнул злющий Тед.
  - Но ты же можешь научить меня тайком? - обернулся к нему Россет. - Я никому не проболтаюсь.
  - Дирк, - окликнул я. - Сам подумай, вот зачем ему это надо?
  - Прогресс же, благо человечества, - загорячился тот.
  - Магические войны, армии боевых големов, - подхватил Тед. - Сделал одного - значит, сделал целую армию, они же элементарно копируются, любой криворукий недоучка наделает их сколько угодно по образцу. Сюзерен, может, и правда, избавиться наконец от маглов? Дадим экстремистам эту методику или подарим рабочий образец, закопаемся где-нибудь и подождём, когда планета очистится.
  - Маглы применят ядерное оружие, - сказал я. - Так и проведём целую вечность в бункере.
  Дирк слушал нас и был категорически с нами не согласен.
  - Ну почему сразу войны? - запротестовал он.
  - Любое мало-мальски значимое открытие в первую очередь всегда применялось в войнах, - устало сообщил я ему очевидное.
  - И на благо человечества, Россет, ты меня не раскручивай, - раздражённо добавил Тед. - Если бы ты предложил что-нибудь полезное для нас и наших близких, я бы еще подумал, а человечество пусть само себя ублажает. Его вон сколько, а я один.
  - Дирк, хватит уже, - позвал его Эрни, до сих пор не проронивший ни слова. - Кто же так на людей наезжает?
  - Но это же невероятно! - воскликнул тот, обернувшись к другу. - Такие знания, это же настоящий прорыв! Я думал, тут в восемнадцатом веке застряли, но если тут в каждом роду такое...
  Эрни, тоже фанатевший по наукам, проявил неожиданную рассудительность:
  - Просто прими, что это не только знания, но и чужая интеллектуальная собственность. Владелец распоряжается ими, как считает нужным, и если он говорит, что они опасны - значит, они опасны.
  Россет нацелился поспорить и с ним, но тут в дверь снова постучали. К нам явились наши леди, и с ними Юнона, которая оперативно прибыла сюда уже на следующий день после нас. Замысел моих хитрюг быстро сдвинулся с мёртвой точки, и даже слишком, потому что у наших равенкловцев, как и тогда с Октавией, снова проявились одинаковые вкусы на девушек.
  Милая улыбчивая Юнона, эдакая воздушная белокурая куколка - а шарма в ней было побольше, чем в сдержанной, суховатой Диане, неспроста ей подошёл Шармбатон - с лёгкостью привлекла внимание Эрни, получив заодно побочный эффект в виде внимания Дирка. Увидев её в дверях, оба парня устремились к ней оказывать это самое внимание и производить на неё впечатление, а мы с Тедом устремились к нашим леди - соскучились уже, всё-таки целых полдня не виделись.
  Ближе к полуночи все они разошлись по своим комнатам, а мы вернулись к пергаменту. Я еще раз глянул на схему, чтобы получше запомнить, и отдал лист Теду. Он движением пальцев удалил начерченное и отправил чистый лист на полку. Вслед за пергаментом полетело и перо.
  - Это было полезно, сюзерен?
  - Очень даже. В договоре теперь будет на один раздел меньше. Если бы я знал это раньше, договор вообще мог бы не понадобиться. Обошлись бы своими силами, - я ласково ухмыльнулся ему в лицо и уточнил: - Твоими силами.
  - Значит, он был не нужен и деньги были потрачены зря? - Тед ощутимо расстроился.
  - Нет, я бы так не сказал - ты один всё сразу не потянешь. Кое-что они сделали другим способом, а насчёт остального... отрицательный результат - тоже результат. И всё-таки, как тебе Россет в принятых? Умный же парень, и очень работоспособный.
  - Сюзерен... - Тед закатил глаза к потолку. - Принятый - это друг, а Россет мне кто? У нас с ним вооружённый нейтралитет, не больше. Сейчас он за пять минут взбесил меня до зелёных Мордредов, а уж если мы будем связаны обетом... я с ним за неделю с ума сойду.
  - Может, не всё так страшно, как тебе кажется? Притрётесь постепенно.
  - Сюзерен, я не боец и не лидер, это совершенно не моё. Я не хочу всё время доказывать ему, кто из нас главный. Я люблю комфорт, тишину, люблю спокойно сидеть и разбираться в книгах, когда меня никто и ничто не отвлекает. От таких вот кавалерийских наскоков, как у него, я легко выхожу из равновесия и очень долго потом не могу собраться. Россет просто вреден для моей психики - и не говори, что это моя причуда, я себя знаю.
  - Я и не говорю, я тоже тебя знаю. Дело в том, что твоё рунное кодирование очень важно для нас и окажется ключевым уже в ближайшем будущем. Ведь я заключал договор с Академией не потому, что мне деньги девать некуда. Есть работа, для которой одного тебя будет мало, поэтому уже сейчас нужно подыскивать людей, которым ты сможешь доверить что-нибудь из ваших семейных наработок.
  - Это обязательно должен быть он?
  - Нет, но я не вижу, кто бы это мог быть ещё. Эрни по положению не может быть твоим принятым, Джастин - не учёный, а насквозь бизнесмен, никто из Гвардейцев тоже не подходит, науками они не интересуются. А больше у нас никого и нет.
  Тед, уже отошедший от общения с Дирком, улыбнулся своей обычной мягкой улыбочкой, свидетельствующей о том, что у него всё хорошо.
  - Я доверился бы тебе, сюзерен. Просто так, без всяких обетов.
  - Я бы с радостью принял участие, Тед. Я тоже люблю комфорт, тишину, книги и когда ни одна зараза над ухом не зудит, но я и так уже чудовищно загружен. На моей несчастной спине не найдётся места даже для соломинки, а это далеко не соломинка, но большая и сложная работа.
  - Тогда я мог бы начать уже сейчас и, возможно, справился бы один. М-м?
  Пока я прикидывал, что ему сказать и с чего начать, он расценил моё молчание как сомнение и попытался подтолкнуть меня:
  - Я знаю, что у тебя важные дела, о которых ты не можешь рассказать. И большие, судя по времени, про которое я не знаю, чем ты занимаешься. Но, может, для меня это поручение не такое и сложное, как тебе кажется, а? Я мог бы оценить его трудоёмкость, если бы узнал о нём... ну... хоть что-нибудь.
  - Видишь браслет? - я отдёрнул рукав робы и продемонстрировал ему браслет, связной и по совместительству портальный. - Я могу разместить на нём связные сенсоры для нескольких человек, не больше. А у маглов имеются устройства, которые могут связать их обладателя с любым таким же обладателем. Было бы хорошо, если бы у нас была похожая система, только работающая от магии.
  - Но зачем? - Тед недоуменно посмотрел на меня. - Нескольких контактов вполне достаточно.
  Я как-то и не подумал, что такой неконтактной личности, как Нотт, будет нелегко прочувствовать необходимость универсальной связи.
  - Это тебе достаточно, а у любого руководителя контактов в десятки раз больше.
  - Откуда ты возьмёшь столько контактов, сюзерен? Или ты собираешься общаться через браслеты с маглами? Эти браслеты не будут работать у маглов, у них не хватит для этого магии. Нет, можно такую систему сделать, но кому она нужна?
  - Можно?
  - Да, но зачем?
  - А если магов станет больше?
  - Когда станет, тогда и сделаем. Тебе же пока хватает этого браслета, а полгода назад ты нормально так совой обходился. Я могу поискать в семейных наработках, когда вернусь домой, но если и не найду, в этом всё равно нет ничего сложного. Не сложнее, чем сделать пульт управления для шести пауков.
  - Похоже, я тебя недооценивал, - с виноватой ухмылкой признался я. Тед лучисто улыбнулся и подставил мне макушку.
  - Можешь погладить меня по головке.
  - Потом отдам, - я шутливо пихнул его в лоб, заставляя поднять голову. - Ладно. Если связь, ты считаешь - легко, тогда что ты можешь сказать про хранение и передачу информации?
  - Книги, рукописи, методички - ты про это? Хранятся в библиотеках, продаются в лавках, передаются либо из рук в руки, либо с совами. Если редкие и ценные, то копируются.
  - А графические данные? Рисунки, например, карты, чертежи?
  - То же самое, а как ещё?
  - Можно ли передать изображение с картины или содержание книги без пересылки самой картины или книги?
  - Хм... - Тед озадачился. - Знаешь, наверное, можно передать заклинание копирования во время его выполнения. В смысле, когда ты уже назначил копируемый предмет как цель, но еще не указал, куда копировать. Может получиться, потому что целиком заклинания передаются, по крайней мере, некоторые. Но это надо пробовать, сюзерен... а идея-то хорошая.
  Ещё бы не хорошая, я сразу её заценил. Если это заработает, таким способом можно передавать не только информацию, но и копии предметов. А может, и сами предметы - деньги же как-то перекочёвывают из гринготских сейфов в кошельки? Маглам о таком только мечтать остаётся.
  - Что значит - свежий взгляд на проблему, - восхитился я.
  - Ты ко мне почаще за этим обращайся. Всё-таки, при всей твоей гениальности, ты слишком поздно попал к нам и тебе еще трудно мыслить по-нашему. Этот договор - почему бы тебе сразу было не посоветоваться со мной?
  - Совета просят, когда сомневаются. Ты прав, где-то там во мне еще сидит магловское мышление - в чём-то это хорошо, но в чём-то и не очень. А что ты можешь сказать про компактное хранение информации?
  - На кристаллах. Но в книгах надёжнее. Книгу можно просто взять и открыть, а для кристаллов еще нужен артефакт, чтобы их прочитать. Вдобавок это очень дорого и, по большому счёту, никому не нужно. Сюзерен, вот зачем тебе всё это, когда британских магов максимум тысяч двадцать - двадцать пять и все они, если не считать тебя, ничем таким не заморачиваются?
  - А маглы заморачиваются, и это меня беспокоит.
  - Вот когда нас станет столько же, мы обязательно этим заморочимся, но пока нам незачем. Я понимаю, что ты имеешь в виду эти их компьютеры, но ты представь, что у них случилось глобальное бедствие - скажем, та же ядерная война, про которую ты иногда упоминаешь - и они остались без электричества? Нет, книги надёжнее.
  - Что бы я без тебя делал, Тед...
  - Уж точно не пропал бы. - Тед сиял, польщённый. - Твои загадочные дела, они всё еще не нуждаются в моём свежем взгляде?
  - У меня уже есть помощник, но теперь мне начинает казаться, что два свежих взгляда - это лучше, чем один, - я колданул Темпус. - Первый час уже, давай завтра вечером всё обсудим.
  - А наши нам дадут?
  - Сбежим.
  На следующий день я сказал мистеру Эйвери, что пока не готов обсуждать продолжение договора, и приступил к изучению исследовательских заклинаний. Для начала мне дали несколько академических трактатов, где были изложены обобщённые сведения о различных категориях этих чар. Я углубился в них, но не мог не возвращаться мыслями ко вчерашнему разговору с Тедом.
  Он был кругом прав, да и обыватели, называвшие телефон фелетоном, а автомобиль самоходной каретой, тоже были не так уж и неправы. Технические достижения маглов были не нужны им, а если бы им вздумалось достичь таких же результатов, у них имелись гораздо более эффективные методы. А я, может, и не рвался освобождать домовиков, как некоторые, но тем не менее регулярно впадал в ту же самую ошибку.
  Следовало бы заметить её еще после второго курса, когда мы прожили лето на магловской даче Регулуса. Да, все мы сдали магловедение на "превосходно", но дальше этого ни у кого не пошло. Магловская культура тоже никого не зацепила, хотя мы посещали их достопримечательности и ходили на какой-то их развлекательный фильм - гвоздь сезона, который даже Грег и Винс нашли невыносимо тупым. Правда, компьютер очень помог нам с Регулусом в расчётах, но это был единичный случай, к тому же такая точность нам и не требовалась, а создавать свои магокомпьютеры ради единичных случаев... эти усилия лучше уж потратить на что-нибудь более насущное. И, разумеется, нужно не брать технические решения у маглов, а искать свои, магические.
  Я разочарованно вздохнул, смиряясь с тем, что незаметно для себя оказался в тупике. Эрни с Дирком, сами магловоспитанные, не могли указать мне на ошибку, потому что мыслили точно так же, а Тед до вчерашнего вечера даже не вникал в нашу возню со связью и с калькуляторами, справедливо полагая, что мы лучше знаем, что делаем, и что если он понадобится, к нему обратятся. Ему и своих дел хватало.
  Что ж, свои ошибки нужно уметь признавать.
  Вечером мы с Ноттом закончили учёбу пораньше и ушли в магловский Мюнхен. Неподалёку от входа на территорию Академии располагалось магловское кафе, которое мы помнили еще по прошлому визиту. Поужинав там, мы отправились в парк при Академии, где нашли подходящую беседку. Я наложил заклинания приватности и стал посвящать Теда в подробности проекта "Ровена".
  Совсем без внимания наши нас не оставили - связные браслеты имелись у каждого, даже у Юноны, которой пришлось отдать запасной - но мы были уже за пределами досягаемости и отговорились занятостью. Разговор вышел долгим, летнее небо почернело, когда я наконец выложил всю историю, заключив её пессимистичным вопросом "что-я-делаю-не-так". По ходу рассказа Тед уже устал впечатляться, поэтому отбросил переживания и стал отвечать строго на вопрос:
  - На самом деле, сюзерен, тупик пока только у тебя в голове, в дела он еще не вылился. К ненужной работе я отнёс бы только ту часть договора с Академией, которая касается передачи магии - магловский подход в ней очевиден. Совсем ненужной я её даже не назвал бы, когда-нибудь исследовали бы и это, но для твоей задачи она сейчас не к месту. Количественное измерение магии непременно понадобится. Это здесь без него можно обойтись, потому что все соотношения известны с незапамятных времён на уровне "больше/меньше" и "сильнее/слабее", но там, - он выделил слово голосом, - это может оказаться значимым. Измерение магического фона я тоже считаю необходимой частью исследований, ибо мало ли как он повлияет там на нас...
  - На самом деле я заказал эти исследования Академии, чтобы сделать прорыв безопаснее. Количественное измерение магии помогло бы оценить расход магии на ритуал, накопители поддержали бы меня, если бы у меня не хватило сил, а передатчики магии направили бы её с накопителей на творящееся колдовство. А измерение магического фона поможет определить, на какую поддержку я могу рассчитывать от Хогвартса.
  - Ты собираешься проводить такой могущественный ритуал в одиночку? - всполошился Тед. - Ты же не думаешь, что я на это соглашусь?! Я с тобой - и никак иначе!
  - Вот и Джонс сначала говорил то же самое. Но, Тед, мы с ним прикинули, что если в подготовке к ритуалу прорыва будет использоваться только моя магия, тогда сам прорыв пройдёт гораздо легче благодаря сродству и резонансу чар. Это из-за того, что я пространственник, других таких у нас нет. Если же я буду не один в ритуале, его эффективность упадёт в разы и на каждого придётся нагрузка больше, чем на меня одного.
  Тед мрачно покивал и не стал спорить - что-то такое он знал.
  - Будет здорово, если ты поможешь подготовить систему подпитки, - попросил я. - Зачаровывать её должен я сам, но ты можешь научить меня и проследить, чтобы я не ошибся. Та схемка, которую ты показал вчера, должна быть звеном системы, но сколько их нужно и как их объединять, я смогу разобраться только методом тыка.
  - Я покажу, - обещал он. - И прослежу. Смолы на накопители не подойдут, все они хрупкие и горючие, нагрузка будет огромная, а чары прочности и защиты от возгорания сильно снизят эффективность системы. Бери старый добрый обсидиан, его же для родовых камней не дураки выбирали. Руноблоки я тебе подберу и покажу, как объединять их, но ты сделаешь такие же свои и ставить будешь сам, чтобы не было никакой посторонней магии. Схему соединения я посмотрю на месте, сколько, чего и куда поставить, и как объединить. Да, а ты в курсе, что Джонс наверняка из Блэков?
  - Я-то в курсе, - буркнул я. - А ты откуда в курсе?
  - В нём видны фамильные черты Блэков - он похож и на Ориона, и на Сигнуса. Мог бы быть из другого рода и пойти в Блэков, но ни о каких Джонсах я никогда не слышал. Водится с Малфоями, а они близкая родня Блэкам через Нарциссу, да и дочка его, Капелла, вылитая Беллатрикс в детстве.
  Я не мог не рассмеяться. Такие выкладки кого угодно припёрли бы к стенке.
  - А он-то считает, что здорово замаскировался, - пробормотал я сквозь смех.
  - Это только я такой догадливый. - Тед тоже заулыбался. - Мало кого так муштровали по родословным книгам, как тётка меня, у неё на них пунктик. Тот же Драко наверняка даже прадедов своих в лицо не знает, а кто бы мне позволил их не знать, потомку Кантанкеруса Нотта, автора "Справочника чистокровных волшебников"? Да у меня даже среднее имя - Кантанкерус - в честь его и дали. Значит, Джонс и в самом деле Блэк?
  - Это Регулус, сын Ориона, он сейчас глава рода Блэков. Считается погибшим, но на самом деле он под ритуалом сокрытия. Прежде он скрывался от Тёмного Лорда, но и теперь не дал мне права разглашать его настоящую фамилию, поэтому и ты не болтай.
  - Хорошо, что Блэки живы, - искренне порадовался Тед. Тёткины уроки въелись-таки в него намертво. - Очень ценная линия магов - ритуалисты, зачарователи, отчасти метаморфы, даже алхимики и, конечно же, боевые маги-берсерки, эту кровь они заполучили от викингов в эпоху нашествия, и она оказалась очень стойкой. Прежде один Блэк заменял собой небольшую армию, зато артефакторы они посредственные, а с рунами не дружат вообще, для рун нужно хладнокровие и терпение.
  Регулус мог бы сойти за хладнокровного, если бы я не знал про его безрассудную вылазку за хоркруксом. Да и теперь он, при всей его невозмутимой лощёности, чем-то неуловимым напоминал полупотухший костёр, где под чёрным пеплом тлеют раскалённые угли, готовые вспыхнуть от малейшей подпитки.
  - Есть ещё Сириус и Андромеда, - вспомнил я.
  - Это уже не Блэки, - отмахнулся Тед. - Сириус что-то значил бы, если бы не было Регулуса - мог бы оставить потомство, как твой отец, и от него могли бы появиться новые Блэки, но сам он уже не Блэк, а носитель крови, отсечённый от рода. Вовремя отсекли, а то стал бы предателем крови. Так же и Андромеда, но от неё уже не получить настоящих Блэков. Не с её мужем.
  Я вспомнил Нимфадору Тонкс, дочку Андромеды, которая ни с какой стороны не тянула на настоящую Блэк, и внутренне согласился с Тедом.
  - Ладно, Мордред с ними, с Блэками. Ты лучше посоветуй, что с договором делать, да и спать пойдём, а то уже... Темпус... почти пол-двенадцатого.
  - А что с договором? - Тед не видел в этом никакой проблемы. - Выкинь раздел, который о передаче магии, я сам тебе всё расскажу и покажу, а в раздел об измерении магии добавь измерение пассивной магической силы живых существ. Оно наверняка пригодится для исследования флоры и фауны.
  - Всего-то? - обрадовался я. - Завтра с утра и допишу. Только, Тед, пока я не проложу путь к нашей земле обетованной, никому об этом разговоре ни слова. Никому - это значит, Диане с Ромильдой тоже. Не хочу, чтобы они волновались.
  - А мне, значит, волноваться можно, - фыркнул он.
  - Я и тебя не хотел волновать, да жизнь заставила.
  - Теперь я глаз с тебя не спущу, чтобы ты там не напортил чего-нибудь. Когда ты вообще собираешься проводить прорыв?
  - Не раньше, чем через год. Магия Хогвартса слишком ослаблена, в этот Хеллоуин я проведу ритуал её усиления. Создать накопители и наполнить их моей магией - тоже дело не одного дня. Я не могу тратить всю силу только на них, тут в год бы уложиться.
  - Так-так... - уличающим тоном протянул Тед. - Ещё и усиление?
  - Насчёт него не волнуйся, Кровавый Барон за мной присмотрит, - я встал и отменил чары приватности. - Идём уже, засиделись.
  Наутро, еще до завтрака, я дописал и подредактировал договор, затем отдал на проверку Теду. Вместе мы прикинули трудоёмкость и подсчитали стоимость работ, получилось даже дешевле, чем в начальном варианте. Теперь можно было со спокойной душой приобщаться к прогулке в Берлин, намеченной нашими леди на выходные.
  
  
  
  3.
  
  
  Где-то с неделю я читал трактаты, затем приступил к практическому изучению исследовательских чар. Ко мне приставили инструктора, и я аппарировал с ним по всей Европе, чтобы испытать заклинания непосредственно в местах расположения их объектов. Побывали в Руре, где я на практике освоил поиск и картирование залежей полезных ископаемых, а также в лесу при Академии - аналоге Запретного леса - где я выучился искать места нахождения волшебных животных и растений. Ещё пару дней я выделил на освоение артефакта измерения магического фона, созданного для меня по договору.
  Мистер Эйвери оказался ответственным куратором. Он не забывал осведомиться, как у нас успехи и не нужно ли нам чего ещё для обучения. Кроме того, он привлёк меня к обсуждению работ по договору вместе с рабочей группой, которая уже готовила план и выбирала методы исполнения заказа.
  - Боюсь, я мало чем могу помочь, - посетовал я, когда он позвал меня на собрание рабочей группы. - К сожалению, Дамблдор отправил меня на воспитание к маглам и из-за этого я никак не могу избавиться от магловского мышления. Как бы я, наоборот, не навредил бы.
  Старый маг на это только улыбнулся.
  - Напротив, мистер Поттер, это может оказаться полезным обеим сторонам. Если вы предупредите разработчиков, они помогут вам выявить недостатки магловского подхода, а сами возьмут на заметку его достоинства.
  - Ну если так... тогда можно попытаться, - согласился я. - А то Дамблдор уже мёртв, а я всё еще имею дело с последствиями магловского воспитания и не знаю, когда от них окончательно избавлюсь. Но если он надеялся, что я так и останусь маглом с палочкой, здесь он просчитался. Я с этим уже который год борюсь и буду бороться.
  - Я не думаю, что это было основной целью Дамблдора, - заметил на это Эйвери. - Судя по тому, как усиленно он продвигал вас в герои, в первую очередь ему нужен был лидер. Волшебники самодостаточны, практически все они по сути своей индивидуалисты, это маглы склонны сбиваться в стаи и следовать за вожаком. У них вы могли приобрести привычку к стайности и необходимые лидерские качества, а насколько вы при этом стали маглом с палочкой, это уже дело второе.
  - Как он мог на это надеяться, если из-за своей магии я был у них изгоем?
  - Изгои как раз больше других жаждут стать лидерами - и нередко становятся, если получают такую возможность. Том Риддл тоже был магловоспитанным, и без него родовые маги никогда не объединились бы - да и у вас, мистер Поттер, нет никаких проблем с объединением вокруг себя. Вон вы какую компанию сюда привезли, на вас вся Академия смотрит.
  - Компания как компания, мы давно уже вместе, - я не очень-то понимал, чем мы выделились, кроме стремления обучаться в свои законные каникулы. - Что в нас такого, чтобы на нас смотреть?
  - Люциус рассказал, что таких компаний в Хогвартсе только две - ваша и грязнокровки Грейнджер, и вы оба выросли у маглов. Остальные школьники в такие деятельные группы не собираются.
  Это еще было для меня приемлемым объяснением, но продолжение оказалось сюрпризом:
  - А ещё, мистер Поттер, привлекает внимание набор магических дисциплин, которые вы изучаете. Каждый из вас изучает разное, но если посмотреть в совокупности, получается, что вы собираетесь что-то колонизировать. Вся Земля уже поделена, неизвестных территорий не осталось, поэтому Академия заинтригована.
  Я как-то и не усомнился, что Эйвери заговорил об этом неспроста.
  - А как насчёт того, что нам просто интересно и что так случайно совпало?
  Он медленно и выразительно покачал головой из стороны в сторону. Что ж, я должен был попытаться.
  - Мистер Эйвери, сейчас обсуждать что-либо бессмысленно, но мы можем вернуться к этой теме, скажем, через год, - сказал я напрямик. - К тому времени кое-что должно проясниться.
  - Вы что-то задумали, - утвердительно произнёс он. - Это опасно?
  - Только если лично для меня.
  - Это угрожает Статуту?
  - Нет, нисколько.
  - Это секрет?
  - Просто преждевременно. Нужны исследования, и если результат будет положительным, секретом это не останется.
  - Вам нужна помощь?
  - Вы уже помогаете. Это полностью моя идея, она еще может провалиться, поэтому другой помощи пока не надо.
  - Вы, случайно, не Антарктиду собрались обживать?
  - Нет, не её. Она хоть и объявлена ничейной, но кто нас туда пустит?
  - Мало ли, такой проект выдвигали у нас несколько лет назад. Всё, как всегда, упёрлось в финансирование и замерло еще на стадии исследований. Наработки сохранились, я могу показать их, если интересуетесь.
  - Мистер Эйвери, давайте пока оставим эту тему, ладно? Если у меня получится, вы обязательно об этом узнаете, а если нет, то и говорить не о чем.
  Как оказалось, направление защиты и расширения магических территорий с недавних пор стало приоритетным в Академии. За последние несколько лет по этой тематике открылись три кафедры смежного направления и все они работали над тем, как укрыть магические владения в современных условиях и что делать с новинками магловской науки и техники, ставящими Статут под угрозу. Немногочисленные учёные маги были всерьёз озабочены судьбой магической цивилизации, поэтому легко обнаружили, что мы копаем в ту же сторону.
  Из моих уклончивых объяснений мистер Эйвери вынес, что я задумал какой-то проект, настолько сомнительный, что о нём и говорить неудобно. Поэтому он не придал ему значения и не полез в детали, решив для начала дать школьникам наиграться, а потом уже, по окончании нами Хогвартса, предложить участие в серьёзных исследованиях. Похоже, он рассчитывал на Россета с Диасом, как на будущих членов Академии, поэтому обеспечил нам зелёную улицу в помощи на любые запросы.
  А я вынес из нашего разговора, что если понадобится помощь в освоении нового мира, в Академии уже подготовлена почва.
  
  
  
  
  
  В конце июля я списался с Люциусом, чтобы вместе с ним навестить его французскую виллу под Тулоном. Пора было удалять метки у амнистированных азкабанцев, отключенные на зимних каникулах. Удобнее всего мне было побывать там перед возвращением в Британию, чтобы до сентября уже не отвлекаться от проекта "Ровена".
  Портключи и международные договорённости обеспечивал Малфой. Он явился за мной в Академию, и мы перенеслись камином в Берлин, оттуда международным порталом в Париж, а оттуда уже по французской каминной связи на виллу. Место было красивейшее, небольшая беломраморная вилла располагалась среди покрытых южной растительностью холмов, в полумиле от моря, с выходом на средиземноморский пляж. Безупречный газон и цветник вокруг фонтана перед парадным входом свидетельствовали о том, что за виллой круглогодично присматривают.
  Нас ждали. Бывшие азкабанцы устроились в тени на передней террасе, в плетёных креслах, за бутылкой сухого вина. Их было не четверо, как я ожидал, а семеро. Мальсибер был с сыном, оба выглядели оправившимися после заключения, здесь же был и Барти Крауч, вполне довольный жизнью, а третьего я узнал благодаря портретам в газетах. Рабастан Лестрейндж.
  Если Барти весь сиял, то остальная компания встретила нас с некоторой настороженностью.
  - Мой Лорд! - воскликнул он, устремившись навстречу.
  Остальные азкабанцы поднялись с мест, прощупывая меня взглядами. Ясно, он не мог не поделиться с ними восторгом по поводу моего возрождения, а они затруднялись определиться со своим отношением ко мне.
  - Позвольте вас познакомить, - церемонно сказал Люциус во время обмена приветствиями. - Гарри Поттер, Рабастан Лестрейндж, Мелвин Мальсибер.
  Мы дружелюбно заверили друг друга, что рады познакомиться, остальным я уже был представлен прежде. Образовалась заминка - азкабанцы не знали, как ко мне обращаться, а Люциус оставил инициативу на меня.
  - Давайте, я сразу внесу ясность по поводу своей личности, - я направился к креслам, а когда все расселись, отпустил свою ауру, чтобы впечатлились, и продолжил: - Вам интересно, кто я такой - Гарри Поттер или Том Риддл, ваш бывший лидер. По-моему, это не так уж и важно, хотя моё тело, как видите, принадлежит Гарри Поттеру, душа, вследствие того хеллоуинского казуса - Тому Риддлу, а личность... можно сказать, новая личность. Гораздо важнее, как я отношусь к нашему общему делу и как я вижу его в дальнейшем.
  Я сделал паузу и посмотрел на азкабанцев. Довольны? Недовольны? Готовы они принять меня в новом качестве? На что они настроены и насколько? Пока они слушали тихо, серьёзно, внимательно, без отрицания и не встревая с вопросами.
  - В прошлый раз мы проиграли Дамблдору и его маглолюбцам, - начал я с главного, чтобы сразу оценить их реакцию. - Мы были молоды и горячи, мы действовали прямолинейно и решительно, но противник переиграл нас за счёт хитрости и жизненного опыта. Он сумел развернуть ситуацию так, что в какой-то момент мы забыли про цель и увлеклись средствами, и это было первым шагом к нашему поражению. Теперь мы с Люциусом учли прошлые ошибки и стали действовать хитро, благоразумно и осторожно. Благодаря этому наш главный противник мёртв, а мы малым составом сумели законно освободить вас и перехватить власть у маглолюбцев. Мирная стратегия оказалась эффективнее военной, поэтому мы её продолжим.
  Мои слушатели заметно расслабились. Отсидев почти пятнадцать лет в Азкабане, они не хотели воевать. Особенно доволен был Люциус.
  - Наша первоочередная задача - закрепиться у власти. Сейчас Люциус и Торфинн Роули делают всё возможное, чтобы стабилизовать обстановку в стране, затем они начнут вводить нужные нам изменения в законодательстве, чтобы надёжно отодвинуть маглолюбцев от власти. При этом необходимо учитывать, что дискриминация сейчас непопулярна, зато имеются более гибкие и мягкие методы, позволяющие достигнуть того же результата.
  Я снова прервался и оценил их настроение. Всё пока шло нормально, они, похоже, готовы были признать во мне бывшего лидера.
  - Теперь о маглах, - затронул я больную тему. - Еще тогда было ясно, что нам с ними тесно на одной планете. С тех пор ситуация не улучшилась - напротив, она обострилась. Я только что из мюнхенской Академии, там всерьёз озабочены возможностью падения Статута уже в ближайшие десять-двадцать лет, из-за магловских электронных приборов, - увидев непонимание, я пояснил: - Это почти как следящие артефакты, только работают не от магии, а от электричества. Так вот, лично я не верю в беспроблемное сосуществование нас и маглов - достаточно вспомнить Средневековье и его "Молот ведьм". Маглы всё те же, и зависть у них та же самая.
  Все одобрительно закивали - никто из них тоже не верил в беспроблемное сосуществование с маглами.
  - К сожалению, - продолжил я, - сейчас эта проблема радикально уже не решается. Мы опоздали с этим как минимум века на полтора. Сейчас я вижу только один выход - стратегическое отступление. Если бы у нас были защищённые от обнаружения земли, мы смогли бы закрепиться на них, расселиться и при необходимости использовать их как плацдарм. Или не использовать, если бы эти земли полностью обеспечили бы нам независимое существование. Но это тема не сегодняшнего дня, сначала нужно разобраться с внутренними проблемами страны.
  Здесь реакция азкабанцев была неоднозначной. Досада, разочарование, сомнение, недоумение, недоверие. Им непросто было осознать и смириться с тем, что с маглами ничего не поделаешь и что Статут уже не гарантирует безопасности волшебного мира.
  - Перспективы мы можем обсудить попозже, а пока давайте перейдём к насущным делам, - отвлёк я их от мрачных размышлений. - От меток нужно избавиться, сейчас это слишком компрометирующий знак. Время мирное, в срочных вызовах нет необходимости, но если даже она вдруг появится, будем использовать другие средства связи. Тем, кому я отключал метки зимой, я удалю их сейчас, остальным отключу сейчас и удалю позже. Люциус, здесь найдётся обезболивающее?
  Малфой кликнул эльфа, и тот принёс обезболивающие зелья. Долохов, Руквуд, Трэверс и Мальсибер-старший остались без меток, а метки Барти, Рабастана и Мальсибера-младшего были отключены.
  - Теперь вы знаете мою позицию, - сказал я, закончив с метками. - Что же касается нашей организации, Вальпургиевых рыцарей, сейчас она и её идеи скомпрометированы точно так же, как и её знак. Я считаю, что если мы хотим возродить её, нам следует пересмотреть её цели и идеи с учётом современных реалий. Нужно беречь память о прошлом и учитывать его опыт, но нужно и уметь отказываться от прошлого, чтобы идти в будущее без груза старых ошибок.
  - Том, - начал Долохов. - Или Гарри?
  - Теперь уже Гарри.
  - Ты же понимаешь, чем мы держались там, в Азкабане? Тем, что ты вернёшься, освободишь нас и мы продолжим наше общее дело. И что теперь?
  Остальные дружно подтвердили свой интерес, поддерживая вопрос. Одинокие люди, потерявшие всё в борьбе за то, что считали правильным.
  - Наш союз и прежде был добровольным, и теперь я не хочу никого принуждать. Может, кто-то из вас надумает заняться восстановлением рода или просто захочет спокойной жизни. Все мы расплатились за свои ошибки - я прошёл через смерть, вы - через нечто худшее. Мне по-прежнему нужны единомышленники, но если кто-то из вас пойдёт своей дорогой, я пойму.
  - Ты изменился.
  - И не считаю, что к худшему.
  - Возможно. Ты всегда знал, чего хочешь. Ответь, чего ты хочешь сейчас, Том?
  - Того же, что и тогда. Чтобы магия жила, процветала и была могущественной. Вот почему я никогда не пойду на сосуществование с маглами. Мы в них просто растаем, как кусок сахара в бочке воды.
  - Если нам их не осилить, ты знаешь, как от них защититься?
  - Тони, - само как-то вылетело, я от неожиданности даже запнулся. - Я над этим работаю.
  - И как?
  - Дай мне ещё год, и тогда поговорим.
  Долохов усмехнулся.
  - Как ты был скрытным, так и остался.
  - Есть немного. Но обещаю, что как только, так сразу. А пока вам же есть чем заняться? Полгода на восстановление здоровья - всё-таки маловато, а ещё через год будет как раз.
  - Я вспомнил, мой Лорд! - воскликнул вдруг Мальсибер-младший. - Это же вы поили меня зельем, когда меня вытащили из Азкабана!
  Вся компания, кроме Люциуса, который был в курсе, удивлённо уставилась на меня.
  - Да, это я возглавлял штурмовую группу, - подтвердил я, раз уж всё равно разоблачили. - Но как ты мог узнать меня, если ты был в полуобморочном состоянии, а я был одет в нашу боевую форму?
  - Ваша аура, мой Лорд, вы же были совсем рядом, - сообщил Мелвин. - Её невозможно ни забыть, ни перепутать.
  - Учту на будущее, - я хмыкнул. - Хорошо, что авроры не такие наблюдательные.
  - Серьёзно, это был ты? - восхитился Долохов. - Так это ты прикончил две трети дементоров? Ну ты и могуч, Том!
  Азкабанцы дружелюбно рассмеялись. Если прежде они ко мне присматривались, то теперь я почувствовал, что меня признали.
  - Мой Лорд! - Барти Крауч, как и тогда в моём присутствии, пребывал в экзальтированном состоянии. - Подскажите, как нам готовиться к тому, что вы планируете через год?
  Все мгновенно замолчали, приготовившись слушать.
  - Надеюсь, что это будет не война с чужими, а возрождение своих, поэтому готовьтесь заселять и колонизировать. Через год я получу наследство рода Поттеров, деньги на это у нас будут. Люциус, какова у нас вероятность новой гражданской войны?
  - Мы с Торфинном делаем всё, чтобы исключить её возможность, - ответил Малфой. - Грюм с приспешниками всё еще на свободе, но мы не думаем, что общество их поддержит. Практически все неблагонадёжные личности выявлены и под присмотром. Мы сразу же заметим, если они вдруг начнут подозрительную деятельность.
  - Ну вот, вы сами всё слышали, - сказал я азкабанцам. - Пока Грюм не пойман, всем вам лучше оставаться здесь. Как я уже говорил, займитесь своим здоровьем и делами рода. Люциус, всем амнистированным нужно или вернуть конфискованную Министерством собственность, или выкупить её по дешёвке.
  - Я позабочусь об этом, мой Лорд, - пообещал тот.
  - Рабастан, Барти, - продолжил я, - вы в Британии вне закона, и я не вижу, как это исправить законным путём. Если у вас нет иных планов, через год я возьму вас под руководство, и тогда мы с этим разберемся по-другому.
  - Я с вами, мой Лорд! - с энтузиазмом воскликнул Барти.
  Рабастан пожал плечами, усмехнулся и кивнул. Всем было очевидно, что у него нет другого выбора.
  - Эй, я тоже с вами! - заявил Долохов. - Ты же не прогонишь меня, Том? Может, я тоже хочу стать таким же молодым, красивым и могучим, как ты!
  - Ты и сейчас ничего, - ответил я под общий смех.
  - Я тоже хочу в твою команду, мой Лорд, - вызвался Август. - С тобой не соскучишься.
  Воздержались только Трэверс и оба Мальсибера. И если Джошуа приглядывался к нам с интересом, но не спешил с окончательным решением, то по отчуждённому лицу Мальсибера-старшего было видно, что с него хватит. Он чуть не потерял сына в Азкабане и, похоже, сломался сам.
  Вдруг вибрационный сигнал с браслета сообщил, что со мной кто-то хочет поговорить.
  - Минуточку, - сказал я окружающим, - меня тут вызывают.
  Я направил на браслет другую руку и призвал в неё переговорное зеркало из встроенного в браслет пространственного кармана. Недавняя доделка, уже в Академии, по совету Дирка с Эрни. Может, они и не колдуют как я, но идеи подкидывают хорошие.
  Из зеркала на меня глянула обеспокоенная физиономия Теда.
  - Ты куда пропал, сюзерен?
  - А что такое?
  - Мы все на обеде, а тебя нет.
  - Но я же еще позавчера предупреждал, что на днях за мной заедет лорд Малфой и я отправлюсь с ним по делам, а оттуда сразу в Британию. Ну вот, часа полтора назад он забрал меня с кафедры.
  - Но не сегодня же, сюзерен! - возмущённо вскричал Тед. - Не в такой же день!
  - Какой такой день? - я покопался в памяти. - На сегодня мы ничего не намечали.
  - Твой день рождения, какой же ещё?! Мы не напомнили, потому что хотели сделать тебе сюрприз!
  - Хм... забыл, - и верно, за делами я совсем об этом забыл. - Будем считать, что сюрприз вам удался. Передай всем моё спасибо за поздравления.
  - А подарки?!
  - В Хогвартсе отдадите, сейчас у меня другие планы. В следующий раз давай без сюрпризов, чтобы я мог спланировать время. Ладно, Тед, не огорчайся, - сказал я, увидев его расстроенное лицо. - Я правда всем вам очень благодарен, но уже не стану возвращаться ради этого в Академию. Сегодня не получится, а потом уже без разницы.
  Распрощавшись с ним, я вернул зеркало в браслет. Скосил взгляд на Люциуса - тот выглядел настороженным, но не удивлённым. Явно ведь помнил про мой день рождения, когда мы договаривались о встрече, но не сказал ничего, оставив это на меня.
  - Да, теперь у меня день рождения летом, а не в канун нового года, как тогда, - подтвердил я азкабанцам, которые слышали весь разговор.
  - Том, за это надо выпить, - глубокомысленно заявил Антонин.
  Так и получилось, что своё шестнадцатилетие я отмечал в неожиданной компании. Ко мне приглядывались, искали сходство с прежним Томом - и находили. Когда алкоголь подействовал, все стали раскованнее и заговорили откровеннее, благодаря чему я много узнал о себе прежнем. Больше всего рассказывал Долохов, с которым мы были однокурсниками и жили в одной комнате - втроём с ним и с Лестрейнджем-старшим, отцом Рабастана с Рудольфусом, умершим в Азкабане, о котором я нынче мало что знал и ничего не помнил. А в соседней комнате, как он сказал, жили Эйвери, Нотт и рано погибший Мальсибер, двое присутствующих здесь Мальсиберов были его сыном и внуком.
  Долохов здесь единственный знал меня со школы, и он сказал, что узнаёт мои прежние черты и привычки. Манера держаться, мелкие двигательные особенности, характерная реакция на поведение собеседников и даже разговорная интонация, только тембр другой - всё это перешло мне в новую жизнь по наследству. Та же самоуверенность, непринуждённо переходящая во властность, как проболтался он после пятой рюмки элитного коньяка, тот же чёткий немногословный тон, та же склонность оставлять за собой последнее слово. И в пьянке я всё так же не компания - и не допиваю, и через одну пропускаю - с некоторой досадой констатировал он.
  Нашёл он и отличия - прежде, я, оказывается, был нетерпимо самолюбив и обидчив, а теперь, как обнаружилось, мне плевать. Рисковый мужик Антонин проверял меня умышленно и, похоже, наговорил чего-то, на что я должен был обидеться. Я же только хмыкнул и ответил, что давно уже вышел из сопливого возраста, чтобы на что-то обижаться.
  Наконец он заявил, что я Том и он будет звать меня Томом, потому что "Гарри" мне не подходит и вообще чужое имя, а я ответил, что ладно, но если это окажется не к месту и при посторонних, оставляю за собой право делать вид, что это не ко мне. И этим рассмешил его - оказывается, когда я начал зваться Волдемортом, тогда он сказал, а я ответил то же самое и теми же словами.
  Для остальных я не был другом детства, они помнили меня только как лидера. Причём, боюсь, в последние годы уже изрядно поехавшего рассудком - и тем не менее я как-то заслужил такое их уважение, что они верили в меня даже в Азкабане, да и теперь считали, что для прошлого меня не было ничего невозможного. Я самокритично напомнил, что не справился с Поттерами, но меня дружно заверили, что это исключение, которое только подтверждает правило, потому что я здесь, а они где?
  К концу вечеринки, наслушавшись рассказов о моём участии в недавних политических событиях, они признали окончательно, что я и в самом деле тот, за кого себя выдаю. За вечер никто из нас не упился до бесчувствия, каждый просто поддерживал свой градус расслабленности для доверительной беседы, но засиделись мы чуть ли не до утра, поэтому я заночевал на вилле. Главное, у меня получилось убедить их, что не всё еще потеряно и что мы не в тупике, поэтому к завтраку все вышли бодрыми и воодушевлёнными. А после завтрака я перенёсся портключом в Британию.
  
  
  
  Теперь у меня был свой дом, но поселился я всё равно в Хогвартсе. В замке всё было под рукой - и Выручай-комната, подстраивающаяся под любую лабораторию или мастерскую, и безотказные домовики, готовые к службе в любое время дня и ночи, и тайные комнаты Ровены и Годрика, необходимые для проекта "Ровена", которому я собирался посвятить весь август. Заглянув ненадолго в Годрикову лощину, я убедился, что с домом всё в порядке, и вернулся в общежитие.
  С нашим бизнесом тоже было всё в порядке. Джастин держал меня в курсе через связной браслет, и если бы там что-то случилось, он сразу же известил бы меня. Поставка сырья и зелий была налажена, от меня больше не требовалось варить их, зачарованные изделия раскупались хорошо, но я наделал их с запасом, до конца августа должно было хватить. Прибыль шла понемногу, на неё даже можно было жить, но если было бы куда расширять бизнес - было бы не на что. Впрочем, Джастин над этим неутомимо работал, он не собирался ограничиваться одной лавкой.
  Для начала я заглянул в лавку. Поболтал с Джастином и с миссис Кларк, удостоверился, что никаких происшествий не было и от меня пока ничего не требуется. Затем я отправился на фабрику мётел, где уже должны были изготовить опытный образец небохода. Чтобы зачаровать опорные точки для ритуала, мне предстояло хорошо побегать по всей Великой Британии, побуду заодно и лётчиком-испытателем.
  По сравнению с магловскими средствами индивидуального передвижения небоход выглядел примитивно. Даже обычный велосипед с виду опережал его на эпоху. Это была лёгкая деревянная конструкция по типу крупного самоката с сиденьем, установленная на небольшой платформе, которая опиралась на пару коротких лыж. Пока я разглядывал образец, моя рука сама потянулась к затылку.
  - Почему лыжи? - удивлённо спросил я сотрудника мануфактуры, выдававшего небоход на испытание.
  - Это просто подпорки на рессорах, они не для езды, а для посадки.
  - А руль? Он вообще поворачивается?
  - Он и не должен поворачиваться. Здесь чары такие же, как на метле, они распознают усилие и направление, когда ездок тянет за рукояти.
  - А это что за сенсорная кнопка рядом с большим пальцем?
  - Включение-выключение скрывающих чар. А эта включает и выключает погодный щит, - сотрудник опередил мой вопрос, указав на симметричную кнопку с другой стороны. - От ветра, дождя и прочего, даже от града.
  - Ещё что-нибудь есть?
  - Больше ничего не планировалось, это и так уже очень проработанная модель. Управляющие чары здесь не хуже, чем у последних моделей мётел.
  Я уселся за руль небохода, рессоры мягко спружинили. Рулевая дуга была сделана по типу велосипедной, держаться за ручки было удобно.
  - Он весь из дерева? - я погладил пальцами лакированную поверхность.
  - Да, только рессоры из твёрдой резины и на сиденье используется кожа и набивка. Зачарован на прочность и от возгорания, и молния в него точно не ударит.
  - Ладно. Как им управляют?
  - Точно так же, как и метлой, чары те же. Послушный артефакт получился, можете не беспокоиться, мистер Поттер.
  Я сделал на небоходе несколько кругов по двору мануфактуры и на первый взгляд остался доволен. Но и замечания нашлись.
  - Сюда нужно добавить управление вертикальным взлётом и посадкой, - сказал я сотруднику, приземлив машинку рядом с ним. - Небоход - всё-таки не метла, пикировать на нём неудобно. Ещё желателен прозрачный пол вот здесь, под рулём, а то нижний обзор недостаточен.
  - Пол - легко, а вертикальный взлёт и посадка - отдельная разработка, которой у нас на мануфактуре не было прежде. Мы этого даже не планировали.
  - Так запланируйте, финансирование будет. Этот образец я забираю на пробную эксплуатацию, а вы делайте следующий, с учётом моих замечаний. И ещё - что произойдёт, если я вдруг забуду отключить скрывающие чары или щит и отойду от небохода?
  - Когда вы выйдете за пределы чар, он исчезнет из вида. Если на сиденье никого нет, минут через пять чары отключатся сами, - сказал сотрудник. - До этого вы можете использовать заклинание обнаружения скрытого или поискать небоход наощупь.
  - А погодный щит?
  - Он пропускает живые существа.
  - В воздухе всегда летает всякая мелкая дрянь, мне она еще на метле надоела. Можно зачаровать его на распознавание живых существ, хотя бы на их размер?
  - Мы обсудим эту проблему.
  Сотрудник извлёк из своего пространственного кармана блокнот и карандаш - выглядело это так, словно вещи появились из воздуха - и стал записывать.
  - А его привязка к владельцу у вас предусмотрена? - поинтересовался я.
  - Как и у мётел, только если на заказ.
  - Ограничитель на скорость есть?
  - Восемьдесят миль в час, возможна перенастройка.
  Ещё пару часов я потратил на углублённую проверку небохода. Если вдруг проявится какой-то очевидный недостаток, лучше обнаружить его прямо здесь, на мануфактуре - но образец достойно выдержал все мои испытания, и я отправил его в свою безразмерную сумку, к метле. От метлы я не собирался полностью отказываться, она меня пока еще не подводила.
  План зачарования опорных точек был у меня готов еще к концу весны. Их получилось около трёхсот, разбросанных по всей Британии, включая Ирландию, и если я хотел уложиться в август, нужно было зачаровывать в день примерно по пятнадцать точек, которые я разделил на группы, соединённые оптимальным маршрутом. Парные обсидиановые фишки были уже пронумерованы и объединены связующими чарами, направляющие части каждой пары установлены и закреплены на карте в ритуальном зале, а принимающие разложены по мешочкам согласно дневной норме работы. Оставалось разместить их на местности и проверить правильность установки.
  Для первого дня работы я выбрал группу точек в окрестностях Хогвартса. Методика была для меня новой, поэтому, закопав по нужным координатам первую принимающую фишку, я вернулся в Хогвартс и проверил связь со стороны направляющей фишки. Всё работало, как и было задумано, и я отправился размещать остальные фишки, отложенные на сегодня. Закончил затемно, походу обнаружив мелкий просчёт планирования.
  Нужно было брать с собой бутерброды.
  С небоходом я полностью освоился дня за четыре. Получилась приятная и надёжная машина, но для моих нужд требовалось внести пару изменений в её функциональность. Я отправился на мануфактуру, где попросил снять с неё ограничение скорости и на всякий случай, если вдруг не справлюсь со скоростью, добавить в чары амортизирующий щит, примерно такой же, как на детских игрушечных мётлах. Работа была не новой для мастеров, к вечеру обещали её сделать, а пока я направился в нашу лавку, поговорить о делах и узнать, не появилось ли чего-нибудь срочного.
  Джастина я нашёл в кабинете, с Ханной. Она сидела в клиентском кресле перед письменным столом и плакала навзрыд, а он топтался рядом и тщетно пытался утешить её. Увидев меня, он просиял, наверняка от безысходности, потому что я ничем не зарекомендовал себя на этом поприще.
  - Гарри, как удачно, что ты пришёл! - воскликнул он. - Входи же наконец, чего ты в дверях застрял?!
  - Может, я помешал? - с надеждой спросил я.
  - Нет-нет, напротив! Лучше бы Нотт, но и ты сойдёшь.
  Увидев меня, Ханна притихла и стала вытирать платком зарёванное лицо. Так что некоторая польза от меня и в самом деле была.
  - Что у вас случилось? - спросил я, уже догадываясь, что у неё какая-то размолвка с Невиллом.
  - Ханна, я расскажу Поттеру, ты не против? Он парень умный - может, что посоветует.
  Она молча кивнула, и Джастин стал рассказывать.
  - Ну, ты знаешь, как Нев мечтал наконец забрать домой своих родителей. Как только учебный год закончился, вы отправились в Академию, а он понёсся в клинику, где их лечили. Он привёз их и ему стало не до лавки, он всё с родителями да с родителями. Я тут один за всех вас отдувался, кстати - даже с семьёй в Европу не поехал.
  - Сочтёмся, - пообещал я. - Тебе премию или как?
  - Потом, - отмахнулся он. - Так вот, неделю я вообще его не видел, а потом он объявился и сказал, что бросает наш бизнес. Родители, видите ли, не одобряют, что он занимается таким шкурным делом вместо того, чтобы дружить с маглами и помогать маглорожденным.
  - Что же ты не сообщил сразу?
  - А что бы вы с этим сделали, если даже у меня не получилось? Я не хотел сообщать, потому что уговорил Нева подождать до начала учебного года и думал, что к тому времени всё утрясётся. Надеялся переубедить его, а вот сейчас сомневаюсь. Гарри, ну вот как это вообще - бросать бизнес?! Даже если он собрался заниматься всякой херн... - Джастин покосился на Ханну, - ...благотворительностью, на это всё равно нужны деньги. Я ему не Энгельс, чтобы всю жизнь содержать его, Маркса недоделанного!
  Я с досадой вздохнул про себя. Знал ведь, что не надо связываться с человеком, которым каждый как хочет, так и вертит.
  - Но еще не всё, - продолжал между тем Джастин. - Родители Нева познакомились с Ханной и она им не понравилась. Она поддержала его насчёт бизнеса, и они сказали, что их сын не должен брать за себя такую мещанку. Совсем запретить встречаться с ней они не смогли, но вот сегодня, когда она пришла к Неву домой, как они договорились, тот, оказывается, получил письмо и срочно куда-то отправился. Ханна, ты не знаешь, из-за чего?
  Та всхлипнула и отрицательно помотала головой.
  - В общем, вместо Нева Ханну встретила его мать, наговорила ей всяких гадостей и потребовала, чтобы ноги её в этом доме больше не было. Ну а Ханна, вот, явилась ко мне.
  Ситуация с родителями Невилла стала понятной. Даже если в клинике с них сняли закладки Дамблдора, они и без закладок были узколобыми агрессивными придурками - в смысле, революционерами-анархистами гриффиндорского разлива. И это уже не лечилось.
  Я прикинул, как это нам аукнется. Можно было выкупить пай Невилла, но основой нашего бизнеса были именно травы Лонгботтомов. Если родители сумели заставить его бросить дело, сомнительно, что они будут продавать нам травы по прежней цене. Сомнительно даже, что они вообще будут продавать их нам, значит, придётся искать других поставщиков и отказываться от тренда на радость конкурентам. Мы еще не настолько закрепились в нише, чтобы это выдержать, и не факт, что раскрутимся повторно.
  Предстоящая помолвка Джастина тоже оказывалась под вопросом. Родители Гвенды могут и не отдать дочь под такое покровительство, когда познакомятся со старшими Лонгботтомами. Я уж не говорю о Ханне, потерпевшей жизненный крах, в конце концов, она мне никто и это её личное дело.
  Пока я размышлял, Джастин с очень серьёзным видом дожидался моего мнения.
  - Гарри, - не выдержал он наконец. - Что ты посоветуешь?
  - Подожди, - сказал я. - Ты целый месяц над этим думал, а я только что узнал. По всему выходит, что нужно как-то перетянуть Невилла обратно, но даже если это у нас сейчас получится, что будет потом, если они так и будут на него влиять? Я затрудняюсь сказать, какой из вариантов окажется менее проигрышным.
  - Вот и я тоже, - мрачно подтвердил он.
  - Ханна, тебе легче всего, - взглянул я на девушку. - Ты в нашем бизнесе не завязана, тебе достаточно поддержать убеждения родителей Невилла.
  - Чему ты её учишь?! - возмутился Джастин. - Я надеялся, что она поможет нам, ей как раз наше дело нравится.
  - Ну, если выбирать между бизнесом и личным счастьем... для девушки всегда лучше выбрать второе.
  - Нет! - выпалила Ханна и снова зарыдала. - Они... просто ужасны... - разобрали мы сквозь плач. - Я никогда... с ними... не уживусь...
  Мы с Джастином беспомощно переглянулись, не зная, как прекратить её истерику. Какое-то время мы крутились рядом, пытались что-то говорить, но каждое наше слово только вызывало вспышку её рыданий.
  - Воды! - озарило Джастина, и он воззрился на меня с видом великого первооткрывателя.
  - Воды, - согласно кивнув, я прямо из воздуха сконфигурировал стакан, наполнил водой через Акваменти и протянул ему.
  Джастин подсунул стакан Ханне, та закрылась руками и отвернулась, всячески сопротивляясь попыткам напоить её.
  - Не берёт. Гарри, что делать?
  - Носовой платок?
  Он оценивающе посмотрел на Ханну.
  - Нет. Полотенце.
  Я сконфигурировал полотенце и подал ей. Полотенце было принято, но она зарыдала ещё громче.
  - Здесь успокоительное есть? - спросил я Джастина.
  - В алхимической лавке? Конечно, есть! Поттер, ты гений!
  Он помчался на склад за пузырьком, а я продолжил нелёгкое дело утешения разбитого девичьего сердца. Вскоре он вернулся с успокоительным.
  - Ханна, вот, выпей. Так надо!
  - Ханна, не плачь, - поддержал его я. - Выпей, и мы прямо сейчас что-нибудь придумаем.
  - Что? - спросила она сквозь слёзы.
  - Сначала выпей.
  Ханна выпила успокоительное, запила водой и уставилась на меня мокрыми глазами:
  - Что вы придумаете?
  - Мы - это вместе с тобой, - разъяснил я.
  - Поттер, ты сжульничал, - обиделась она.
  - Ничего подобного. Ну вот как мы можем думать, если ты тут ревёшь?
  - Всё равно тут ничего не придумаешь, - устало пробормотала Ханна и заговорила в сторону, словно сама себе: - Для Невилла на первом месте родители, он вообще не видит, какие они на самом деле. Это только кажется, что они здоровые, а они живут в каком-то своём мире и ничего другого знать не хотят. Эта его мать, она такая командирша, она вообще не терпит, чтобы хоть что-то было не по её, она с Невиллом обращается, как с пятилетним, а он и рад... а отец у него полный тюфяк, у него вообще своего мнения нет, он как будто её эхо, а не человек. Не знаю, способен ли он вообще на свои мысли, что-то у него в голове совсем поломалось. И они всё время улыбаются, когда молчат и она не сердится - они, наверное, и сами про себя этого не знают. Я Невиллу даже намекнуть боюсь, что они не в себе, он же мгновенно от меня отвернётся... для него каждый, кто против его родителей, тот враг... он любую чушь, любую гадость от них принимает как подарок... Это безнадёжно, тут ничего не поделаешь...
  Слёзы у неё кончились, она стала обессиленно всхлипывать.
  - Я с Невом теперь мало общаюсь, Ханна лучше всех знает, как у него там в семье, - пояснил мне Джастин. - Она девушка мягкая, терпеливая, и если она так говорит, то на самом деле всё ещё хуже.
  - Спасибо вам обоим, - прошептала она. - Этот месяц был просто ужасен - извините, накопилось. Пока Невилл был за меня, я еще смирялась, но теперь, когда она меня выгнала... я даже не знаю, чью сторону он примет. И если всё-таки мою, она всё равно меня в конце концов выживет.
  - Но если они настолько не в себе, как Невилл мог этого не заметить? - спросил я.
  - Не настолько, - вздохнула Ханна. - В быту, в простых вещах, они как бы нормальные. Но когда дело доходит до чего-то сверх быта - отношений, политики или ещё чего-то такого, что руками не пощупаешь - для них это слишком сложно и они всё слишком упрощают, сами для себя, чтобы им было доступно. И тогда сразу делается видно, насколько они далеки от реальности. Как малые дети, но они же взрослые, им всё можно.
  - Гарри, а с бизнесом как быть, если Нев всё-таки уйдёт? - спросил Джастин, озабоченный тем же, что и я. - Менять название фирмы - только людей смешить, мы на этом всю репутацию растеряем.
  - Как родители вообще узнали об его бизнесе? Вряд ли они сами ходят по лавкам, и если это он похвалился, может же он пока сказать им, что бросил бизнес? Если мы продержимся под этим трендом ещё года полтора, за это время мы найдём новые пути развития и тогда смена тренда не будет выглядеть форс-мажорной.
  - У тебя есть что-то конкретное?
  - Раз уж так получилось, нам нужны другие поставщики трав, потому что родители могут запретить ему любые деловые отношения с нами. Это могут быть Кларки - если у них будет гарантированный сбыт, они найдут себе помощников. Можно также завести своё тепличное хозяйство, и если найдутся травники, которых держит нехватка денег, мы вложимся в их производство или организуем своё и наймём их. Попробуй найти людей через Кларков, нас пока устроит, если мы сможем разводить хотя бы самые простые в культивировании травы. Даже если родители запретили Невиллу торговать, в консультации он, надеюсь, не откажет.
  Джастин удовлетворённо покивал, мой план ему понравился.
  - А мне как быть? - спросила Ханна.
  - Просто подожди. Сейчас родители Невиллу в новинку, но если они такие утомительные, то время работает на тебя. У тебя накопилось - и у него накопится. Он же любит тебя, в конце концов.
  - А вдруг не любит? - она судорожно стиснула полотенце и снова всхлипнула.
  В этот миг дверь резко распахнулась и в кабинет буквально влетел Невилл с пучком какой-то травы в руках. Увидев нас, он замер на пороге, примерно как и я час назад.
  - Вы здесь? Ханна?! Что случилось? - трава выпала у него из рук. - У тебя кто-то умер?!
  Она кинулась к нему, повисла у него на шее и разрыдалась так, словно и не проревела здесь целый час. Мы с Джастином переглянулись и попятились вглубь кабинета, на кожаный диван. Все наши пляски вокруг Ханны, все наши утешения и даже высококачественное успокоительное оказались бессильны перед стихией под названием "плачущая женщина".
  Понадобилось несколько минут, чтобы Невилл вынес из её бессвязных бормотаний, что же всё-таки случилось.
  - Мама не могла этого сделать, - ошеломлённо сказал он. - Я с ней поговорил про тебя и она согласилась.
  - Не только выгнала... - голос Ханны дрожал. - Она сказала, что я... гоняюсь за твоим именем и деньгами... что я воспользовалась... твоей невинностью и окрутила тебя... назвала меня рас... расчётливой тварью... - и она снова залилась слезами.
  - Н-не м-может быть... - Невилл по-прежнему начинал заикаться, когда был сильно взволнован. Сейчас он заикался так, что у него стучали зубы.
  - Я так и знала, что ты мне не поверишь...
  Невилл кое-как ответил, что она, может, всё не так поняла и что он обязательно во всём разберётся. Ханна, совершенно измученная, отпустила его и вернулась в кресло, сжавшись там несчастным комочком, а он обратил внимание на нас.
  - Д-джастин... - с усилием выговорил он. - Г-где у нас д-документы о рассылке т-трав з-за п-последние два дня?
  Джастин встал, разыскал папку и подал другу.
  - А что случилось? - спросил он, пока тот лихорадочно листал бумаги.
  - П-последняя партия с-серебристой крапивы б-была испорчена. Н-нужно убрать фасовку с п-продажи и известить всех к-контрагентов, кому она была п-поставлена.
  - Как - испорчена?
  Невилл резко захлопнул папку и швырнул на стол. Помолчав, он вдруг произнёс без малейшей запинки, словно в нём сломалось что-то, заставлявшее его заикаться:
  - Мама подсыпала в неё перец.
  - Твоя мама?! - ахнул Джастин.
  - Ринки всё видела, но не могла ничего предпринять, мать для неё хозяйка, - опустошённо сообщил Невилл. - Ринки присматривает за всем, и за домашним складом тоже, мать не знает, что Ринки всё видела. А я не знаю, как с ней об этом разговаривать. И... Ханна, я тебе верю. Просто мне трудно это... принять.
  Ханна поспешила к нему, и они обнялись.
  - Я сейчас же уберу эту крапиву с продажи, но извещать ты будешь сам. - Джастин ушёл, забрав с собой папку.
  Чуть спустя Невилл выпустил Ханну из объятий и попросил её подождать здесь, потому что ему нужно срочно разослать предупреждения об испорченных травах. Он ушёл, ненамного разминувшись с Джастином.
  - Вся порченая крапива нашлась, - радостно сказал тот, вернувшись. - Миссис Кларк вскрыла эту партию только сегодня утром, из неё еще не продано ни пакета, а ту крапиву Нев отсылал прямо из дома. Вовремя спохватились.
  - Значит, обошлось, - заключил я. - Надеюсь, Невилл проследит, чтобы это не повторялось. И надеюсь, что теперь он передумает выходить из нашего бизнеса.
  - Только, Гарри, мне всё равно понравился твой план, - многозначительно акцентировал Джастин. - И я собираюсь следовать ему, ибо мало ли что. Ты как, в деле?
  - В деле.
  
  
  
  
  Я сосредоточился на разметке желаемой территории. Взял у директора копию списка общественных каминов с паролями и прилагающейся картой - которых, кстати, было удручающе мало - и согласно этому списку переправлялся через камин к нужному району, а дальше уже на небоходе. Возвращался, естественно, портключом.
  Не было бы ничего критичного, если бы я и не уложился с расстановкой опорных точек до сентября. Впереди у меня был целый год, но сейчас было самое подходящее время - тепло, длинный световой день и относительно мало осадков. Летать по десять-двенадцать часов подряд на холоде, в темноте, под снегом с дождём - к таким подвигам я был не готов.
  Невилл тем временем переживал семейные проблемы, а Джастин вёз наш бизнес в одиночку. В качестве премии он выпросил у меня ещё флакон шоколадного зелья, усиливающего его магию. Я сделал копии воспоминаний о состоянии его магических структур до и после приёма зелья, поставил дату и присоединил к остальным пузырькам.
  Несмотря на то, что Невилл больше не заговаривал о выходе из фирмы, Джастин, недоверчивый делец, продолжал искать альтернативные источники травяного сырья и держал меня в курсе. Через миссис Кларк в её деревне была скуплена вся добыча дикорастущих трав этого года и весь их урожай, созревший к этому времени. Джастин намеревался скупить и осеннее сырье, чтобы сделать запас на зиму и слегка ущемить конкурентов. В отличие от них, мы могли себе это позволить.
  В сущности, после выплат по закупкам, контрагентам-зельеварам и зарплаты нашим четырем сотрудникам - миссис Кларк с дочерью и двоим охранникам - прибыль у нас получалась нищенская. Самой доходной до сих пор оставалась продажа через фирму нескольких переговорных браслетов, которые я делал на заказ еще в июне, но это были штучные сделки, на которые нельзя было рассчитывать в будущем. С нашими деньгами мы могли поддерживать даже убыточное предприятие, но Джастин рассматривал наш бизнес как место наработки коммерческого опыта и репутации, поэтому делал всё, чтобы фирма преуспевала.
  К концу августа он нашёл участок земли для теплиц, а также людей, которые согласились там работать. Он предоставил мне смету - да, мы провернули это помимо Невилла, которому было не до бизнеса - и участок был куплен и запущен в застройку. Мне было некогда, строителей пришлось нанять, но работы было немного - небольшой амбар с офисным помещением и сами теплицы. Подготовку грунта, уход за растениями и влияние лунного цикла на урожай преподавали на гербалистике - если что, это можно было проконтролировать и без Невилла.
   Расстановку опорных точек я закончил за три дня до начала учебного года. Для проверки пришлось разработать диагностическое заклинание, которое использовало связь между двумя фишками и ставило подсветку на карте согласно реальным координатам принимающей фишки. Если та была установлена правильно, индикаторный огонёк совпадал с направляющей фишкой. Два часа я потратил на разработку и проверку заклинания на тестовой паре фишек, ещё час - на полную проверку размещения, а оставшиеся полдня - на исправление своих косяков, потому что четыре фишки всё-таки были установлены неточно. Смещение было небольшое, но мало ли как оно могло повлиять на ритуал.
  Приятно было удостовериться, что получившаяся система функционировала, как и было задумано. Я пошёл отчитываться Ровене о проделанной работе и очень её обрадовал. Но на веру она мои слова не приняла, а захотела проверить всё сама.
  Оказалось, она предусмотрела и это. Её слепок был привязан к кольцу, которое хранилось в потайном шкафчике её кабинета. Теперь Ровена больше доверяла мне, поэтому отдала мне кольцо, рассказав, как вызывать её оттуда и возвращать обратно. С некоторым трепетом я отправил её в артефакт, перешёл в зал Годрика и вызвал там.
  Ровена с любопытством осмотрелась и потребовала, чтобы я рассказал и показал всё подробно и по порядку. Для меня было неожиданным, что здесь она не обладала материальностью, но она сказала, что так и должно быть, потому что это не её личные зачарованные покои. Пришлось разворачивать перед ней свитки с рабочими записями, показывать чертежи и диаграммы, а затем повторно проводить верификацию зачарованной карты Британии. Ровена осталась довольна и сказала, что я превзошёл все её ожидания.
  Напоследок я рассказал о дальнейших планах по проекту и сроках выполнения, а затем вернул Ровену в её покои. К сожалению, она не знала, что у меня получится в итоге, домен или прорыв куда-то ещё, и очень возражала, чтобы я проводил ритуал в одиночку. Но ей всё равно было неизвестно, как провести его оптимально - мы с Регулусом уже лучше разбирались в вопросе.
  Пообещав держать её в курсе дела, оставшиеся сутки я посвятил подготовке к новому учебному году. Глупо, конечно, но летние задания я таки сделал.
  Во всём должен быть порядок.
Оценка: 8.26*122  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Куликов "Пчелиный Рой. Вторая партия"(Постапокалипсис) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров. Арена"(Уся (Wuxia)) Д.Игнис "Безудержный ураган 2"(Уся (Wuxia)) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) А.Минаева "Академия Алой короны. Обучение"(Боевое фэнтези) М.Ртуть "Попала, или Муж под кроватью"(Любовное фэнтези) Н.Трой "Нейросеть"(Киберпанк) Ю.Гусейнов "Дейдрим"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Мета-Игра. Пробуждение"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"