Бекер Владимир Эдуардович: другие произведения.

Зона Диабло

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Продавай произведения на
Peклaмa
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    "- Ты хочешь сказать, что у вас там, ну, в твоем мире, вы читаете книги, зная заранее, что все в них - неправда? И платите за это деньги? - Орк смотрит на меня недоверчиво."

   Вместо пролога
  
Маленький Лис сидел на корточках у костра и смотрел на весело танцующие языки пламени, полешки потрескивали и выплёвывали иногда в черноту снопики искр. Рядом на низеньком табурете примостился Учитель Каин, грел, протянув к огню, озябшие руки. Чуть дальше, на своём обычном месте - на брёвнышке - расположилась Армор.
"ЧуднО как, - думал Лис, - вроде как рядышком все сидим, а вроде каждый сам по себе... Днём-то ещё ничего, иной раз даже весело бывает, днём-то. А вот как темнота приходит неслышно с Тёмных Болот да с Чёрного Леса, так что-то зябко делается... Вроде оно и тепло у костра, а всё равно - зябко... Хоть и знаешь - не ходит нежить в деревню-то, заказано ей, а всё как чуешь - притаилась где-то и сторожит, таращится, выжидает...
Спросишь иной раз у Учителя - почему, мол, так всё устроено и зачем нам эта нежить дадена? - так и начинает он узоры разводить про Доброго Отца да про испытания, им посланные... Слушаешь его, и такая тоска находит - ежели мы для него, для Отца-то, как соринки малые, никчёмные, навроде тех детёнышей жуков ядовитых, которых хоть сожги, хоть раздави - ещё наплодятся, то какой же он тогда Добрый-то? Или пойдёт кто с другими-то, гуртом, рыбицы там наловить или, скажем, грибов-ягод насобирать, а и набегут Голубые Ведмеди да головёнки-то и пооткусывают, вот тебе и все испытания... Да и сам Учитель, хоть и свой он, не Пришлый, а тоже ведь - поди разбери - то ли взаправду всё говорит, то ли глупость твою испытывает. Голос-то у него ласковый, благостный, только вот лица никак не разобрать - одна чернота под капюшоном...
Или вот - Пришлые... С людьми-то они не злые, добрые даже... всякие штуки приносят - шекалат, канфеты там, рассаду для огорода... Говорят - богатый у них мир, всё есть... И нежить у них, говорят, не водится... Только вот одно непонятно - откуда тогда у них это умение великое с оружием всяким управляться? Вон как дядька Немо мечом-то махается! Такому ой как долго учиться надо, уж это все знают... а ненужному-то делу учиться кто же станет? Вот и выходит, - подумать боязно, - что там у себя они друг с дружкой, может, и насмерть дерутся...
Доспехи разные собирают и всё такое - а зачем, спрашивается? Ведь сами же говорят, что в их мире доспехи эти и оружие ни к чему... Вот и поди пойми их...
Дядька Немо говорил, что они всё это для НАУКИ собирают, для блага всеобщего... Только какое может быть всеобщее благо от доспехов да от оружия? И где она, эта их Наука, когда они всякие глупости делают? Завели вот, к примеру, привычку мясо нежити в деревню приносить - полной цены, говорят, белок... Ну прямо как дети малые! Белок - тот в курьих яйцах, а в бычьем мясе - какой белок? И нельзя это мясо есть - болезни от него начинаются, все это знают... И сколько раз про то им было говорено, так нет - всё равно тащут...
Старые люди говорят - Пришлые-то и раньше, бывало, приходили... заблудимшись или ещё как - сами толком сказать не могли... Прижиться-то им тут трудно было, потоскуют-потоскуют да и уходят дорогу обратно искать, и не видать их больше... Может, находили обратную дорогу, а может, сгинули где - долго ли? Но только нонешние-то Пришлые не случаем пришли, они ведь дорогу-то проведали... А зачем, спрашивается, проведали, зачем пришли? Тётушка Акара сказывала, что когда они только объявились, - нонешние-то, с силой их великой, - Старейшины уж как их просили народ от нежити избавить, надежда вдруг появилась... Да видно не судьба... Сказали, что не могут, потому как сами, мол, не знают, откуда эта нежить берётся и почему возрождается... Оно, конечно, нежить-то они бьют - спасибо им великое за подмогу, - да что толку-то, ежели на другой день всё сначала надо..."
Тут Лис вспомнил, как недавно собрался с духом да и попросил дядьку Немо взять его, Лиса, с собой. Не насовсем, конечно, а так - посмотреть, как в том, другом мире живут, как у них там всё устроено. Попросить-то попросил, да не упросил... Дядька Немо сказал тогда, что Лису в тот мир нельзя, не выживет он там, потому как нет у Лиса защиты от их болезней. Ну, может, оно и так, конечно... Только вот горько и обидно почему-то стало...
- Выходит, так и мучиться нам в этом проклятом мире? И нет нам никакой надежды? Пусть хоть самой махонькой?
Лис не сразу понял, что последние слова он не подумал, а выкрикнул, размазывая кулаками слёзы по лицу. Лис сконфуженно глянул на Армор - та смотрела на него с улыбкой ласковой и печальной...
  
   Глава 1
  
   Кучка вещей в углу палатки выглядит маленькой и жалкой. Тускло отсвечивающий зеленым панцирь, необычные - сиреневого цвета - кольчужные сапоги, непонятный кинжал с длинным извилистым лезвием, несколько колец и амулетов в глиняной миске - вот и весь навар, результат почти двухнедельной работы.
   Вещицами попроще, из тех, что можно купить у торговцев, белые халаты давно не интересуются - им подавай что-нибудь этакое, необычное, с новыми свойствами. А "этакое" только из нежити и выпадает... если повезет, конечно - незнакомые артефакты теперь редкость. Не исключено, скоро эту лавочку и вообще прикроют. Как в Морровинде. За отсутствием перспективы.
   Вылезать из койки не хочется. И в Коровник идти - тоже не хочется... Накануне один бычара сумел-таки меня достать. Панцирь, конечно, выдержал, но бок побаливает. Да и надоело всё... весь этот паноптикум... быки, шаманы, скелеты... Может, инструктором пойти? Кибер вроде бы на пенсию собирался... А что? И спокойнее... и дома опять же... тапочки, пиво в холодильнике... сигареты нормальные...
   - Работа по звонку, совещания у руководства, голая зарплата без полевых... - ехидно подхватывает Скептик - мой лучший друг и злейший враг, мое второе я. Или первое - как посмотреть.
   - ...А овес нынче дорог... - продолжает долдонить шутник. - Дорог, говорю, он нынче, овес-то...
   Далее следуют ламентации насчет старого холодильника, причитания, что компу почти три года, и сколько, мол, можно... но я уже не слушаю. Прав ведь, зануда... Зарплата инструктора, пожалуй, не та, чтоб и пиво приличное, и сигареты нормальные... не говоря уж обо всем прочем.
   На соседней койке негромко похрапывает Пых, боевая кличка - Палач. Забавный парниша, ходок тот ещё и большой любитель пенного. В лесочке под Курастом местные наладили небольшое такое - до четырёх вёдер за день - производство традиционного здесь темного, всё как положено - с применением новейших "биотехнологий" и специальных магических заклинаний. Но "по-настоящему хорошо", по мнению Пыха, стало получаться лишь после того, как он придумал добавлять в варево паучью железу - железа выделяет клейковину при варке - и лапки огненного паука. "Слямзил он! - радостно, и в который уже раз, сообщает Скептик. - Слямзил, слямзил, слямзил..." Пых утверждает, что паучьи лапки придают напитку особый, неповторимый вкус и повышают его, напитка, энергетику. Насчёт "энергетики" не скажу - не знаю, а что касается "особого и неповторимого", так это чистая правда - вкус у пива стал на редкость мерзкий. Если б - "слямзил"! Не пришлось бы теперь каждый раз спрашивать - это какое? с лапками?
   Похрапывание сменяется невнятным бормотанием, бормотание - пыхтением и причмокиванием. Девки снятся, небось... А может, дракон какой... сверкающий... или что там у них сейчас? Старомодная нежить - быки из Коровника или там покойники бродячие - сегодняшнюю молодёжь особо не впечатляет. Другое дело - лет пятнадцать назад, когда курсанты, первогодки ещё зеленые, в первый раз в Зону попадали, вроде как на экскурсию ознакомительную, тогда - да, тогда всякое бывало... Одно дело - человечков смешных или малинно-клубничных какодемонов на малюсеньком экране расстреливать, и совсем другое - оказаться вживую перед прущими на тебя быками: каждый метра под два с половиной ростом, глаза кровью налиты, слюнявая пасть раззявлена в огрушительном рёве, в лапах - секира огромная. Даже бывалые ребята, в армии послужившие и всякое повидавшие, признавались потом, что чувствовали себя неуютно: "Будто танк наезжает, - говорили, - или боевой вертолет пикирует". И этот запах, когда инструкторы принимались пластать быков! Вдобавок, после побоища курсантам предлагалось поискать в образовавщейся куче выпавший из нежити хабар. А он, хабар-то, не в сторонке ведь и не поверху лежит, его ещё найти надо... Пора вставать, однако...
   Поднимаюсь с койки. Кряхтя и потирая саднящий бок, направляюсь к выходу из палатки, высовываюсь наружу. По двору лагеря, кудахча, носятся куры - то ли новому дню радуются, то ли за прокорм дерутся. Хозяйка лагеря Акара с помощницей хлопочут у стола, завтрак готовят. Варрив - бродячий торговец - отрезает огромным тесаком от запечённого в углях кабаньего окорока большие, с аппетитной корочкой - я сглатываю слюну - розовые на срезе и ещё дымящиеся ломти и аккуратно укладывает на здоровенное серебряное блюдо. Каина не видно - спит ещё старик, наверное.
   У затухающего костра, на брёвнышке, пристроилась Армор, с чашкой кофе и сигаретой; девушка задумчиво смотрит на тлеющие угли, по которым пробегают иногда голубые сполохи. Поодаль мелкими шажками разгуливает пеструшка, явно целится клюнуть блестящую пряжку на сапоге. В моей группе Армор относительно недавно, пришла на замену Памеле, когда Пэм решилась наконец оставить оперативную работу - возраст... "Хватит мне вас, дураков молодых, опекать! - смеялась. - Надоели вы мне!" А в глазах тоска-а!..
   По характеру Армор - полная противоположность хохотушке Пэм: в разговор вступает редко, на вопросы отвечает коротко и односложно. А смеяться, похоже, и вообще не умеет.Серьёзная девушка. Пых вначале пробовал было подкатиться, да, видно, перестарался: неделю потом ходил с украшением под глазом и вдохновенно врал: то бык, мол, в Коровнике булыжником в него запустил, то он с Диабло на кулаках дрался, на спор - кто дольше на ногах устоит, то пьяная Андариэль, стерва хвостатая, пивной кружкой врезала напоследок.
   Выбираюсь наконец из палатки и спускаюсь к ручью; вода в ручье необыкновенной чистоты и прозрачности, холодная и удивительно вкусная. Сполоснувшись, возвращаюсь в лагерь. Акара зовёт к столу. На завтрак, помимо мяса, варёный картофель, помидоры и зелень, и - экзотика - кофе и шоколад. Маленький Лис, племянник хозяйки - сразу тянется к сладкому, получает по рукам и нехотя принимается за буженину. Надо бы в следующий раз ещё шоколаду... Да и кофе тоже... И ещё что-то Акара просила... - не помню. Ладно, потом... Где там этот ходок?.. Чёрт, бок-то как ломит...
   Трапеза подходит к концу, и Акара разливает уже кофе по чашкам, когда вдруг раздаются вопль, отчаянное кудахтанье и хлопанье крыльев. Из палатки выскакивает Пых, всклокоченный и в перьях, смотрит на небо, на нас с Армор, на остатки завтрака на столе, мгновенно оценивает ситуацию и устраивает очередное представление. По веснусчатой физиономии будто пробегает волна душевных переживаний: здесь и осознание вины - опять, мол, проспал, подлец такой... и просьба о снисхождении - ну что я могу поделать, если организм такой достался, вечно, мерзавец, спать хочет... и обещание исправиться - да чтоб когда ещё!.. да никогда!.. верьте мне, люди! Исполнив номер, Пых радостно улыбается, всхрапывает по-лошадиному и рысцой бежит к ручью.
  
   * * *
  
   Спустя полчаса, уже с оружием и в доспехах, мы стоим на окраине лагеря. Мягко колышется розовый эллипсоид телепорта в Коровник, место сегодняшней трудовой, так сказать, деятельности. Вдали, над Чёрным Лесом, уже показалось солнце, небо - синее и безоблачное...
   Шаг в розовое свечение... и я в Коровнике. Быстро осматриваюсь. А то на днях еле ноги унес: в аккурат на ,,королевский двор" угодил, почти вплотную к Кингу и охране.
   Сегодня выход из телепорта "случился" почти в центре выгона, у невысокой, сложенной из камня и поросшей рыжим мхом стены. Ближайшая группа быков, или псевдобыков, или нежити, которой придан вид быков - называйте как хотите - расположилась за невысоким кустарником, метрах в пятидесяти. В группе - до двух десятков особей. Босса, или, по-здешнему, демона, среди них вроде бы нет. Быки, как и всегда, в полной боевой готовности, лезвия огромных секир поблескивают на солнце.
   Через пяток секунд, как и положено, появляются Пых и Армор.
   - Эх, пару калашей бы сюда... - мечтательно произносит Пых. - Весь Коровник минут бы эдак за двадцать и... И по пи-иву! А уж вечерком, по холодку, вернуться да собрать всё, чистенькое и незапятнанное!
   - Не слипнется? - лениво интересуется Армор.
   - Не-а! - хохочет Пых.
   Хорошо все-таки, что не может быть здесь никаких калашей. Ведь и здесь изгадили бы всё... каким-нибудь очередным "измом", мать их... А так, аттракцион устраивать для богатых гэймеров-экстремалов - это вряд ли. Мечи-то у нежити не фанерные, да и маги не плюшки с маком швыряют. Десяток-другой покойников в первую же неделю, и как отрезало бы. С другой стороны, местных жалко. Вон Лис-то, пацанёнок, сиротой остался. И сколько их ещё, таких... Наверное, можно было бы что-то придумать, помочь как-то. Только вот беда, вместе с помощью почему-то неизменно всякая мерзость лезет... А то и - вместо...
   До быков остаётся метров двадцать, когда они замечают нас и устремляются навстречу. Мы с Палачом останавливаемся и занимаем позицию на ровной, без кочек и валунов, площадке. Армор включает лазер - резной жезл с крупным рубином, и на пути быков встаёт огненная стена. Горит и рассыпается серым порошком трава, факелами вспыхивает кустарник, даже земля - и та будто горит. И быки - тоже горят... но продолжают идти, сквозь огонь, угрожающе подняв секиры, и рёв их, полный боли и ненависти, перекрывает рёв бушующего пламени.
   Палач издаёт боевой клич - не наигрался еще пацан! - и начинает с прямо-таки фантастической скоростью крушить палашом прущих на нас быков, не оставляя им времени даже для первого удара.
   Перехватываю меч поудобнее и подключаюсь к работе. К прежним звукам добавляются новые: резкий хруст рвущейся плоти, разрубаемых костей и глухие удары падения на землю бычьих останков. Несколько раз быки пробуют нас обойти и подобраться к Армор, но мы с Палачом эти шалости моментально пресекаем.
   Быки значительно сильнее нас, зато уступают в скорости, да и с сообразительностью у них - не того. Конечно, в драке всякое бывает: и споткнуться можно, и оступиться... Или Рябь может пробежать - время начинает вдруг идти рывками, как пленка в неисправном кинопроекторе, и приспособиться к этому совершенно невозможно. И тогда, по выражению Пыха, быки рулят. Хорошо хоть, Рябь случается крайне редко и длится всего секунду-другую.
   Собственно, все эти термины - Зона, хабар, Рябь - и многие другие были позаимствованы в своё время у известных писателей-фантастов. Тогда на Земле только начали обнаруживаться аномальные области, где наблюдались непонятные, но вполне реальные физические явления, и где находили разного рода артефакты. Потом термины прижились настолько, что вошли в лексикон практически всех исследователей подобных вещей.
   Стычка длится вряд ли более пяти - шести минут. Когда всё заканчивается, площадка, выбранная для боя, оказывается сплошь завалена обгоревшими и изрубленными тушами. Результат на этот раз скорее неутешителен: плохонький панцирь и такие же сапоги, пара дешевых мечей и среднего качества щит Дракона. Так что мы подбираем лишь мелочь: около сотни монет, два колечка, амулет и маленький шарм - желтоватого цвета, под кость, пластину с вырезанным на ней незнакомым знаком, единственную, пожалуй, потенциально ценную вещь. Вечером Каин, местный учитель и просто мудрый старик, осмотрит хабар и расскажет, какими магическими свойствами обладают вещицы и как ими правильно пользоваться, а если окажется в настроении, то добавит и пару занятных историй о предметах совершенно уже фантастических, которые, по его словам, можно найти в Зоне.
   Небольшая передышка закончена, и мы отправляемся дальше, к северной оконечности площадки, примерно в километре отсюда. До полудня надо зачистить как минимум половину Коровника.
  
   Глава 2
  
   Лестницы и подвалы, полузаваленные битым кирпичом, мусором и нечистотами, остаются наконец позади, и мы с моим провожатым - парнем из Сопротивления, встретившим меня у места высадки - оказываемся в полутёмном вестибюле подъезда. С улицы доносятся редкие хлопки выстрелов. Стреляют, судя по звуку, из винтовки крупного калибра. Делаю знак проводнику оставаться на месте, передёргиваю затвор своего SMG и подхожу к выходной двери, точнее, к дверному проёму, так как сама дверь, вышибленная, повидимому, взрывом, валяется в глубине вестибюля.
   Напротив, через улицу, за выступом дома жмутся к стене двое гражданских с автоматами; по булыжнику мостовой рядом с этим выступом ползает голубое пятнышко лазерного целеуказателя. Тут всё ясно - ребята попались... Справа от меня улица завалена обломками рухнувшего дома; бомбили совсем недавно - пыль ещё не рассеялась. В этой пыли хорошо прорисовывается след лазерного луча; по его наклону видно, что снайпер находится где-то в левом конце улицы на уровне, предположительно, второго - третьего этажа.
   Высовываюсь из проёма и осматриваю улицу; голубой зайчик тут же весело прыгает к моим ногам, но я от знакомства уклоняюсь и ныряю обратно в подъезд. Огорчённый таким недружелюбием зайчишка всё-же не уходит, надеется, вероятно, что я передумаю и выйду к нему, и тогда уж мы наиграемся досмерти. Настырный такой зайчишка попался... На маршрутной карте предстоящий отрезок пути имеет кодовое название "FOLLOW FREEMAN!"; я с самого начала полагал, что это - нехорошее название, демаскирующее... Вот, к примеру, можно было бы назвать так - "HARE MUST DIE!". Правда, тогда гринписовцы станут протестовать, демонстрации всякие устраивать... Ну и ладно, пусть устраивают... А мы их из пулемётов, из пулемётов!
   Вся эта бредятина проходит фоном по краю сознания, пока я оцениваю увиденное за те доли секунды, что были мне отпущены снайпером. Длина улицы до поворота направо - около восьмидесяти метров; снайпер устроился на третьем этаже угловой пятиэтажки - я заприметил разбитое окно, откуда шёл голубой луч - и держит всю улицу под прицелом. Двадцатью метрами ближе - перекрёсток с переулком направо, посередь перекрёстка осел на спущенных шинах брошенный грузовик. Вдоль улицы - несколько фонарных столбов на чугунных опорах; около ближнего столба, на мостовой - женский труп в луже крови, рядом валяется медицинская сумка.
   Для продвижения лучше всего подходит левая сторона улицы - там я заметил несколько уступов в фасадах домов и пару подъездов, чтобы укрыться в случае чего. Никакого прикрытия для снайпера я нигде не заметил; то ли военные до такой степени самоуверены и бойцов Сопротивления ни в грош не ставят, то ли у них людей уже не хватает. Всё же меняю инструмент: лёгкий SMG вешаю на плечо и вооружаюсь тяжёлым армейским автоматом. Так, на всякий случай... Слышу хлопок и сразу же - громкое звяканье пустой консервной банки, прыгающей по булыжнику. Похоже, господин снайпер решил поразвлечься; мало того, что он обнаружил свою позицию лазером, так ему по банкам пострелять теперь захотелось. Наскучило ему, видишь ли, меня караулить.
   Дожидаюсь следующего выстрела, выскакиваю из подъезда и во весь опор несусь вдоль улицы. Лазерный луч резко перемещается в мою сторону, но хлопок звучит, когда я уже прячусь за выступ дома. Не даю снайперу опомниться, мгновенно устремляюсь вперёд и, пока он перезаряжает винтовку и ловит меня в прицел, успеваю пробежать ещё метров шесть - семь до следующего выступа. И снова его выстрел запаздывает, а я продолжаю гонку...
   Я уже представляю примерно, с кем имею дело: сексуально озабоченный сопляк - доброволец, закончил краткосрочные курсы снайперов, любит сладко и вволю пожрать и выпить, а вот работать или, скажем, учиться, наоборот - не любит. А ещё он любит, чтобы при встрече с ним, затянутым в новенький, с иголочки, чёрный мундир, взрослые здоровенные дядьки опускали глаза и уступали дорогу, а красивые девушки чтобы не смели отказать, несмотря на его прыщавую морду. Сейчас он, должно быть, ещё не понимает того, что происходит, или, как сказал бы Пых, ещё не въехал. Несётся к нему по улице огромного роста мужик в диковинного вида сером спецкостюме, не стреляет, хотя весь обвешан оружием, несётся с бешеной скоростью и в каком-то рваном ритме - никак прицелиться не удаётся. А когда, наконец, удаётся, и жмёшь на спуск - его уже нет, спрятался. И ведь не предупредил никто...
   От ниши подъезда, где я укрылся, до грузовика на перекрёстке остаётся не больше шести метров. И тут я замечаю присутствие ещё одного снайпера: перед капотом грузовика мирно пасётся родной братец давешнего зайчишки. Сам пастух засел где-то в глубине переулка и пока не опасен: его сектор стрельбы ограничен угловыми зданиями, меня он сейчас не видит, так что просто не успеет среагировать на моё появление. А вот тип, что в конце улицы, наверняка меня караулит, причём караулит - и тоже наверняка - в предположении, что побегу я по-прежнему вдоль стены. Вместо этого я делаю длинный прыжок с перекатом в сторону грузовика, сразу же - ещё кувырок, и оказываюсь у заднего колеса машины. Здесь я в полной безопасности. Снайпер справа или вообще меня не заметил или понимает, что за кабиной ему меня не достать, и не стреляет. Зато любитель пальбы по банкам совсем, похоже, перестал соображать и лупит теперь без остановки по кузову, словно надеется его перепилить своим двенадцатым калибром. Вот придурок... Ему бы бросить сейчас винтарь - оптика на таком расстоянии не нужна, а скорострельности никакой, - и вооружиться автоматом... да и гранаты приготовить... Ведь последний шанс у него выжить - это попытаться меня перехватить на последних двадцати метрах перед домом. Хотя, с другой стороны, я всё равно не дал бы ему этим шансом воспользоваться. Это ему не в женщин стрелять и не в банки - жестянки. Тут вам не там...
   Снимаю с плеча SMG - теперь у меня в обеих руках по автомату, после очередного выстрела вскакиваю и поверх борта отправляю снайперу в окно гостинец сразу из обоих стволов. Попасть в клиента при стрельбе очередями с двух рук я особенно не рассчитываю, но нужного результата добиваюсь - он вынужден присесть, спрятаться за подоконник. Продолжать меня выцеливать при такой плотности огня было бы равносильно самоубийству. Тем более, что на месте я не стою, а резво огибаю кузов грузовика и, продолжая изображать взбесившуюся поливальную машину, делаю финишный рывок и влетаю в подъездную нишу под длинным навесом.
   Входная дверь, как и следовало ожидать, заперта, но я в гости и не собирался - некогда мне в гости расхаживать. Зато я приготовил приятелю сверху небольшой такой - размером с разрывную гранату - подарок. Делаю шаг из-под навеса, сдёргиваю подарок с разгрузки, считаю до двух и аккуратненько так забрасываю его в проём окна на третьем этаже. Но приятель мой то ли поймать не сумел хрупкую вещицу, то ли поймал да выронил, но только подарок мой разбивается с грохотом на тысячу осколков. А сам приятель не может пережить такой удар и в отчаянии выбрасывается из окна...
   Насвистывая "Twisted Nerve", неторопливо перезаряжаю автоматы и осматриваюсь. В нескольких шагах, у стены дома среди обломков разбитых ящиков замечаю несколько снаряженных рожков, пару гранат и аптечку. Подбираю всё это добро и пристраиваю в разгрузку, а то за последние пару часов я уже порядком издержался. Собственно, какого хрена я тут делаю? Гордон Фримэн и сам мог бы с помощью повстанцев зачистить всё это дерьмо, мужик он ловкий - я видел его в деле ещё года три назад, в ходе первой операции "Халф Лайф". Он тогда уже был шустрый, даром что гражданский и очкарик, физик какой-то там... А за это время он закончил спецкурсы при Управлении, стал одним из лучших сотрудников отдела "Z", заматерел. Но раз начальство велит идти и "...произвести зачистку местности на всём протяжении указанного маршрута и обеспечить силовое прикрытие...", то я иду, и произвожу, и обеспечиваю. Фримэн в сопровождении двух бойцов моей группы - Палача и Армор - должен подойти ближе к вечеру, и мне к тому времени неплохо было бы уже очистить этот квартал. Гражданских из местного Сопротивления я привлекать без крайней необходимости не хочу: даже для таких доморощенных снайперов, как этот тип, отдыхающий теперь на мостовой, они - слишком лёгкая добыча. Пусть отдыхают пока.
   С такими вот мыслями о том о сём, продолжая насвистывать, неспешно направляюсь обратно к перекрёстку, когда вдруг появляется ЭТО... От неожиданности застываю на месте, а свист мой обрывается на фальшивой ноте: из переулка на перекрёсток выходит огромный бычара - по гигантскому росту и характерному расположению пятен узнаю в нём Кинга из Коровника - со стингером на плече. Стингер уже готов к выстрелу: нас разделяет метров пятнадцать, и я вижу откинутую рамку прицела. Кинг не без изящества приседает на левой ноге и отводит правую в сторону для упора - всё как положено, как в методичке нарисовано, как инструкторы на стрельбище показывают. Затем он широко открывает пасть, но вместо хриплого рёва или протяжного мычания я отчётливо слышу произнесённое почему-то женским голосом и с игривой интонацией "Сюрпрааайз..." Одновременно со вспышкой срабатывают мои рефлексы и посылают тело в длинном прыжке в сторону, на булыжник мостовой. В полёте я успеваю выпустить очередь в брюхо проклятой скотине, больно ударяюсь левым плечом о камень и ... просыпаюсь.
   Солнце над Коровником стоит по-прежнему высоко - видно, спал я совсем недолго. Рядом со мной, развалившись на пожухлой траве, похрапывает Пых. Чуть дальше, в тени каменной изгороди, сидит Армор. Она меланхолично смотрит в небо и пожёвывает соломинку. В общем, полная идиллия, и никаких самоходных ракетных установок на копытах. Это надо же было такому присниться. В той экспедиции ужасов всяких и так оказалось предостаточно: в Равенхолме - чудный такой городишко - один шустрый зомби Пыху чуть палец не откусил. Хорошо, Армор вовремя вмешалась и ампутировала шустряку туловище дисковой пилой. Мне, помню, большого труда стоило снять голову мертвяка с пальца Пыха. Пых потом весь вечер нудил, что, мол, палец этот у него - рабочий: он им стреляет, и ещё он, Пых, именно этим пальцем привык в носу ковырять, и что теперь, мол, вообще вся операция под угрозой...
   Приподнимаюсь на локте, достаю помятую сигарету, прикуриваю от перстня... И улавливаю как бы тень насмешливой улыбки в глазах Армор. И даже догадываюсь о причине "столь безудержного веселья": когда-то я довольно долго осваивал этот фокус, и Армор, похоже, об этом знает. Конечно, полуметровый факел зажечь - костерок там развести или кусок мяса на кинжале зажарить - это я умел, как и любой сотрудник, прошедший подготовку на спецкурсах, а вот прикурить от перстня - никак не получалось. Памела и Чарси много времени потратили тогда на усовешенствование моих навыков в практической магии сорки, но всё равно я частенько обжигал физиономию, пока не научился контролировать силу огня.
   Собственно магии, конечно, никакой не существует. Это всего лишь термин для обозначения способности взаимодействовать с артефактами, умения настроить себя таким образом, чтобы запустить встроенные в эти артефакты механизмы. А если предмет обладает высокими адаптивными свойствами, то и умения особого не требуется. Например, кольцо, позволяющее перемещать предметы - всего лишь выполненный в виде украшения усилитель психокинетической энергии, которой в той или иной степени, как известно, обладает любой человек. Питается усилитель от энергетического поля Зоны и содержит в себе сверхкомпактный аккумулятор, работающий в буферном режиме, что и позволяет получить в импульсе необходимый психокинетический эффект. Специалист - маг может сделать то же самое и без кольца: необходимую энергию он черпает непосредственно из поля Зоны. Но это возможно лишь при умении настроить свою психоэнергетику в резонанс с полем, а умение это нарабатывается изнурительными тренировками во время обучения на спецкурсах и длительной практикой.
  -------------------------------------------------------------------------------------------------
  Читатель! Приведенное ниже (до конца главы) техническое описание магического меча - на любителя повеселиться, но любителя технически подготовленного. Техописание меча можно и пропустить - ибо для понимания всего дальнейшего значения не имеет.
  -------------------------------------------------------------------------------------------------
   Или вот мой меч, обозначенный в книге учёта Кибера как "Lightsabre, Phase Blade", -это просто технологический шедевр. Позволю себе привести описание свойств этого инструмента в том виде, в каком они указаны в протоколе результатов полевых испытаний, проведённых совместно с сотрудниками Калифорнийского отделения Управления:
   1. Very Fast Attack Speed
   2. 5% Chance to cast level 13 Chain Lightning on attack
   3. 20% Increased Attack Speed
   4. +168% Enhanced Damage
   5. Adds 10 - 30 damage
   6. Ignore Target*s Defense
   7. Adds 60 -120 magic damage
   8. Adds 1 - 200 lightning damage
   9. 7% Mana stolen per hit
  10. Lightning Absorb 25%
  11. +7 to Light Radius
  12. Socketed ( 1 )
  
   На тот случай, если кого-то интересует техническая сторона вопроса, то могу вкратце об этом рассказать, так как мне довелось в тех испытаниях участвовать в роли непосредственно, так сказать, испытателя. Методика испытаний была основана на сравнении эффективности работы двух мечей - исследуемого и другого, точно такого же по внешнему виду, но не снабжённого "магическими" свойствами - при прочих равных условиях. Проще говоря, изрубил я в капусту полсотни быков в Коровнике одним мечом, а потом ещё полсотни - другим. При этом члены комиссии считали, какое количество ударов потребовалось для уничтожения каждой из двух групп расходного материала, частоту нанесения ударов в обоих случаях, количество и относительную мощность электрических разрядов при использовании исследуемого образца. Таким образом были определены параметры по п.п.1 - 4 протокола. Параметры по п.п. 5 и 7 - 11 определялись методом так называемой экспертной оценки.
   Пункт 6 протокола был сформулирован после проведения испытаний исследуемого образца в ледяных пещерах под Харрогатом. В качестве расходного материала были выбраны существа с примерно равными значениями силы и массы тела - "Snow drifter" и "Moon Lord" - по десять особей каждого типа. Снежный бродяга, как известно, никакой дополнительной защитой не обладает, а Лорд Луны имеет мощные бронированные доспехи. В результате эксперимента выяснилось, что для уничтожения особей того и другого типа потребовалось в среднем одинаковое количество ударов мечом "Lightsabre". Для подтверждения полученного результата был проведён контрольный эксперимент на других двух группах особей того же типа, но уже с использованием обычного меча "Phase Blade". В контрольном эксперименте для уничтожения Лорда Луны потребовалось в среднем вдвое большее количество ударов, чем для уничтожения Снежного бродяги.
   Что же касается устройства и основных принципов работы меча "Lightsabre", то полученные в результате сложных и кропотливых исследований материалы содержатся в научном отчёте и насчитывают шесть увесистых томов. Не вдаваясь вглубь сложных, а иногда и противоречивых теорий и предположений, а также избегая технических подробностей, мnbsp; 5. Adds 10 - 30 damage
ожно отметить следующее:
   Исследуемый объект состоит не из однородного материала, а представляет собой, как показало просвечивание объекта жёстким рентгеновским излучением, сложную многослойную конструкцию. Структурный анализ соскобов, взятых с различных слоёв и деталей конструкции, показал, что объект изготовлен из различных по составу композитных материалов и сплавов, исследователям не известных. Спектральный анализ тех же образцов показал, что представляется крайне важным обстоятельством, отсутствие неизвестных химических элементов в их составе.
   Относительно небольшая масса меча при обычных для оружия такого класса размерах в сочетании с рядом других специфических особенностей - сбалансированность и т.п. - позволяет подготовленному оператору пользоваться данным инструментом с чрезвычайно высокой быстротой ( см. п.1 протокола ).
   Функционально объект состоит из ряда устройств, большинство которых интегрировано в единую систему; некоторые устройства обладают адаптивными в отношении оператора свойствами.
   Рукоять меча содержит приёмник сигналов биотоков нервной системы оператора, слаботочный генератор электрического сигнала и общее для всего объекта счётно-решающее устройство на базе процессора с небольшим набором зашитых в него программ. Питание перечисленных устройств осуществляется от единой для всего объекта системы энергопитания на базе конденсирующих и аккумулирующих энергию механизмов, суммарный объём которых составляет до 15% объёма объекта. Полученный от оператора биоэлектрический сигнал обрабатывается процессором; в соответствии с параметрами исходного сигнала заданной программой формируются параметры ответного сигнала, стимулирующего нервную систему оператора. Это приводит к увеличению скорости прохождения электрических импульсов через нервное волокно, в результате чего скорость нанесения удара оператором увеличивается дополнительно на 20% ( см. п. 3 протокола ).
   Клинок меча содержит несколько устройств, одним из которых является фазовый деструктор (ФД), предназначенный для разрушения цельнометаллических и костяных панцирей, шлемов и щитов. Силовая часть ФД состоит из мощного низкочастотного генератора и пьезоэлектрического преобразователя энергии, являющегося составной частью (слоем) клинка; к.п.д. устройства под нагрузкой достигает 96%. Механизм работы ФД заключается в следующем: при контакте с подлежащим разрушению объектом клинок начинает вибрировать на одной (выбирается программой) из резонансных частот объекта синфазно (в точке касания) с колебаниями объекта, что приводит к возникновению и росту в материале конструкции объекта внутренних напряжений. Ослабление конструкции объекта оказывается столь значительным, что для разрушения даже самого прочного доспеха бывает достаточно одного - двух ударов мечом, что и явилось основанием для включения в протокол пункта 6.
   Клинок меча содержит также два (по одному на каждую режущую кромку меча) мощных узконаправленных излучателя сверхвысокочастотной (СВЧ) энергии субмиллиметрового диапазона, предназначенных для разрушения живой (квазиживой) органической материи. Каждый излучатель СВЧ-энергии расположен в продольном слое клинка, примыкающим к рабочему слою с режущей кромкой, и состоит из непосредственно излучателя типа фазовой антенной решётки (ФАР) и интегрированных в него полупроводниковых генераторов СВЧ-энергии. Параметры ФАР таковы, что излучаемая мощность фокусируется по линии перед режущей кромкой клинка на расстоянии 4...5 миллиметров. Слой излучателя содержит также низкочастотный генератор, сигналом которого модулируется выходная мощность СВЧ-генераторов, и устройство неизвестного назначения, связанные с компьютером. Устройство неизвестного назначения является предположительно приёмником сигналов, пассивно излучаемых кваэиживым организмом и дающих компьютеру специфическую информацию, на основании анализа которой компьютер устанавливает оптимальные параметры модулирующего сигнала. Включение рабочего режима излучателей происходит при контакте клинка с квазиживым организмом. При этом нарушение функционирования живых (квазиживых) органических структур в зоне радиусом до 1,5...2 см от линии фокуса излучателей происходит практически мгновенно, что резко повышает эффективность процесса разрушения этих образований (см. п.п. 4, 5, 7 протокола). В п.4 протокола указано повышение эффективности процесса разрушения для защищённого бронёй объекта в случае отсутствия модулирования излучаемой мощности, в п.5 - дополнительное повышение эффективности для незащищённого объекта, в п.7 - дополнительное повышение эффективности в случае модулирования излучаемой мощности. Отдельно следует отметить, что проведённые измерения диаграммы направленности излучения ФАР свидетельствуют об относительной безопасности оператора в смысле воздействия на него СВЧ-излучения. Тем не менее оператору при работе с данным инструментом настоятельно рекомендуется пользоваться средствами индивидуальной защиты и в первую очередь -металлическими панцырем, шлемом и перчатками.
   Слои, образующие режущие кромки клинка, являются проводниками той особой, пронизывающей всю Зону энергии (аборигены называют эту энергию маной), с помощью которой создаются (предположительно) и которой подпитываются квазиживые организмы и артефакты. При механическом контакте (ударе) часть энергии организма перекачивается в энергоёмкости инструмента (см. п.9 протокола). Те же слои обладают и обычными электропроводящими свойствами, в результате чего часть энергии электрических разрядов, генерируемых квазиживыми организмами, через энергопреобразователь также перекачивается в энергоёмкости инструмента (см. п. 10 протокола).
   В клинке меча расположен также мощный высоковольтный генератор, позволяющий воздействовать на квазиживые организмы посредством электрических разрядов (см. п.п. 2, 8 протокола). Большой разброс значений величины воздействия по п.8 объясняется сильной зависимостью величины воздействия от ряда факторов: наличие или отсутствие брони на квазиживом объекте воздействия, электропроводность материала брони, относительная влажность воздуха, состояние почвы и т.п. Следует также отметить, что программа, контролирующая работу генератора, предусматривает (предположительно) работу устройства в охранном режиме, поскольку особенно мощный электрический разряд (цепь разрядов) происходит преимущественно, как показала практика, при нападении на оператора.
   Расположенный в клинке цоколь (см. п. 12) связан сетью коммуникаций со всеми устройствами инструмента и предназначен для интегрирования в инструмент дополнительного устройства (аборигены называют эти устройства рунами) по усмотрению оператора. Поверхность клинка покрыта синтетическим материалом с высокой излучательной способностью в видимой части спектра (см. п. 11).
   Кстати, о светящихся клинках... Несколько лет назад поступило в Управление сообщение из Гонконга от тамошнего наблюдателя, что по неподтверждённым агентурным данным (агент - сотрудник Управления, внедренный в одну из из местных триад) появился, мол, неизвестный артефакт в виде меча, и что два мощных клана с остервенением дерутся теперь за право владеть этим якобы волшебным мечом. Руководство Управления тогда всполошилось: не было еще случая, чтобы за пределами Зоны какой-либо артефакт длительное время сохранял свои свойства. Требовалось вмешательство опытного оперативника, способного и сам артефакт разыскать и разобраться с обстоятельствами, связанными с его появлением. У меня тогда ничего срочного не было, так что меня и отправили... Потрудиться пришлось изрядно, но в итоге вся история обернулась фарсом: так называемый артефакт оказался вполне обычным, хотя и неплохим, мечом. Так вот тот мечик тоже был покрыт каким-то светящимся составом, так что очень удобно было им пользоваться вместо фонарика в тёмных местах и под водой.
   Перекусив на скорую руку тем, что нам дала с собой Акара, отправляемся в южную часть Коровника. Работы ещё осталось, по опыту, часа на четыре. Когда проходим мимо места последнего побоища, приходится задержать дыхание: туши быков уже начали разлагаться, да и содержимое кишечника этих, хоть и квазиживых, существ пахнет вполне натурально. Пых бормочет: "Срань Господня! Хорошо, не нам всё это убирать!"
  
   Глава 3
  
   Вечером в кабачке у Атмы всегда многолюдно. Каких-то особых развлечений в Лут-Халейне нет, а гулять по набережной горожане опасаются - с наступлением темноты нежить, что обитает в катакомбах под городом, иногда выходит на поверхность, и горе тогда зазевавшемуся прохожему. А здесь, в кабачке, и поесть можно вкусно, и выпить, и сплетни последние услышать. Случаются, конечно, легкие скандалы и потасовки, но крайне редко и без серьезных последствий. Последний раз, помнится, Геглаша поколотили слегка: при игре в кости он удумал чуточку подправить траекторию кубика - у аборигенов ведь хорошо развиты многие способности, что у людей вне Зоны остались в зачаточном состоянии - а партнеры, естественно, это заметили и не одобрили. Неодобрение было не особенно бурным, так что Геглаш отделался легкими ушибами, но телекинезом в кабачке больше не баловался.
   Остановившись у входа, я оглядываю заведение и с удивлением вижу за дальним угловым столиком Кибера и Биста - моего бывшего начальника. Двенадцать лет назад пришел я к нему в группу, зеленый совсем, только-только Школу при Управлении закончил и спецкурсы. В группе Биста работали тогда Памела и Сталкер, я стал четвертым. И трудились мы в таком составе на благо человечеству и родному Управлению лет шесть, наверное... Потом Бист и Сталкер прикупили на паях гараж - неплохой гаражик, между прочим - и стали участвовать в гонках, а из Управления уволились. Меня тогда назначили начальником группы и прислали нам с Пэм на подмогу Пыха, гордого назначением в оперативное подразделение и до безобразия самоуверенного. Да-а... Бежит время...
   - Немо! Иди к нам, бандит ты этакий! - зычный голос Биста перекрывает шум разговоров посетителей и звяканье посуды.
   Бандитом он меня стал называть после одного случая, когда я, тогда молодой еще и нетерпеливый, не стал дожидаться подхода всей группы и в одиночку разнес притон торговцев оружием, где вроде бы появились ручные гранатометы странного вида. И хозяина притона тоже прибил, когда тот вздумал базуку на меня наставить... Подошедшую группу я встретил, ловко (как мне тогда казалось) изображая смущение в ожидании похвал и поздравлений... Не тут-то было. Выдал мне тогда Бист по полной программе: оказалось - только хозяин притона знал поставщика. С тех пор я старался быть осмотрительнее.
   Подхожу, подсаживаюсь... Сидят мужики давно - один кувшин уже пуст, во втором - после того, как Бист наполняет кружки вином - остается на донышке. Пьем за встречу... Вино отличное, из дворцовых подвалов... Заказывать мне ничего не приходится - мои кулинарные предпочтения Атме давно известны - так что уже через пару минут нам приносят еще три кувшина того же вина и - на огромном блюде - зайца, тушенного с ароматными кореньями "a la barbare", по моему рецепту. Вдыхаем божественный запах и бодро накатываем по второй... Ситуация мне не вполне ясна: встрече с Бистом я действительно рад, но ведь не случайно же они оба здесь объявились, должна быть веская причина для этого, это ведь не в кафешку на углу зайти... Но я не форсирую, а принимаюсь неспешно разделывать зайца.
   Через столик от нас захмелевший Геглаш рассказывает что-то солдатам из городской стражи: "...смотрю... эта... жуки сратые набегают со всех сторон, значит, и начинают... гррр.. гррр.. молниями в меня гыркать, спаси, Святая заступница... Ну, я... эта... мечи достал, и по клешням их, по клешням... Чтоб, значит, знали наперед... эта... как гыркать... А из них, из жуков-то сратых, как посыплется... эта... добра разного... Да-а... Полну сумку монет набрал... и сапоги еще... во как..." Стражники потягивают дармовое пиво - рассказчик угощал - и изображают вежливый интерес, хотя можно поспорить, что эту историю они слышали не один раз.
   Аппетитные куски зайчатины разложены по тарелкам, кружки вновь наполнены, и я приглашаю Кибера и Биста приступить к ужину. Но они не обращают на меня внимания: Бист выжидающе смотрит на Кибера, а тот делает вид, что разглядывает на столе несуществующую муху и всецело поглощен этим увлекательным занятием... Но то ли занятие оказывается не таким уж увлекательным, то ли гипотетическая муха не выдержала столь пристального внимания и улетела, только Кибер вдруг бурчит невнятно что-то и тянется за кружкой, а Бист облегченно вздыхает и переводит взгляд на меня: " Хочу, - говорит, - рассказать тебе, дружище, одну историю... Нет, это будет история не про жуков и не про сапоги..." - Бист будто читает мои мысли.
   - Давно это было, еще до твоего прихода... Тогда мы радовались каждому пустяку найденному, каждому амулетику и каждому колечку. И вот однажды находим мы с Кибером колечко. Колечко как колечко, обычное такое - с синим камешком. Необычным было только то, что колечко это мы именно нашли... Валялось оно на земле в гробнице с Дуриэлем, ну, ты знаешь - где это: в том месте, где висит голограмма Архангела в цепях. Причем работали мы там в последний раз недели за две до этого посещения - и тогда кольца не было...
   Вечером показываем кольцо вместе с остальным хабаром Каину, и тут снова происходит что-то необычное - Каин не смог ничего сказать о кольце... Старик тогда очень расстроился - он ведь гордится тем, что знает все "волшебные" вещи. Естественно, мы запускаем свиток... И опять ничего. Ничего в полном смысле - на свитке не появилось ни единого слова, ни одной буквы не появилось... Ну, сам понимаешь, мы - в поле, хоть так что-то определить, по проявлениям каким-нибудь. Так вот... Ничего мы не определили - не было никаких эффектов, молчало колечко... - Бист делает паузу, берет кружку и отпивает пару глотков.
   Я молча жду продолжения - ясно, что это еще не конец. Командир хмыкает - вероятно, оценил мою выдержку - и продолжает рассказ:
   - И решили мы тогда кольцо это пока не показывать, а провести исследование самостоятельно, в частном порядке, так сказать... С аппаратурой мы обращаться умеем, сам знаешь. В крайнем случае можно было бы привлечь знакомых ребят из научно-технического. Но до этого дело так и не дошло. Начали мы с того, что просветили кольцо рентгеном - хотели структуру посмотреть. На этом, собственно, все исследования и закончились - кольцо это не существовало... В том смысле, что на мониторе мы ничего не увидели. Вообще ничего...
   На этом Командир замолкает, придвигает тарелку и рассеянно ковыряет вилкой остывшее жаркое. Кибер сосредоточенно разглядывает содержимое кружки и в разговор вступать, похоже, не собирается.
   Наконец, мне удается проглотить застрявший в горле комок.
   - Выходит, вот оно, то самое... - говорю я, и собственный голос кажется мне чужим и скрипучим. В общем-то, никаких дополнительных объяснений я и не жду - все и так понятно... Кольцо - в отличие от прочих артефактов - сделано на принципиально ином технологическом уровне, функциональное значение известными способами не определяется. Вывод - предмет предназначен не для обитателей Зоны и не для нас... Далее... Предмет сделан в виде обычного кольца очевидно для того, чтобы не привлекать нашего внимания и внимания аборигенов к его владельцу. Вывод - хозяин кольца внешне от людей не отличается... А отсюда и главный вывод - в Зонах и в нашем мире вероятно присутствуют НАБЛЮДАТЕЛИ ЧУЖИХ. Скорее всего, именно наблюдатели, поскольку ни в преданиях аборигенов, ни в нашей истории доказанных фактов прогрессорства не отмечено (во всяком случае, прогрессорства в нашем понимании). Если, конечно, не принимать во внимание утверждение некоторых уфологов, что отсутствие альтернативного выбора на некоторых этапах развития человечества является результатом чужой прогрессорской деятельности.
   Предположения о присутствии Чужих высказывались и раньше, когда стали подтверждаться разные истории с НЛО, но материалы в СМИ на эти темы носили, в основном, несерьезный характер. Потом были обнаружены Зоны, и снова заговорили о Чужих... И опять информация в СМИ подавалась в виде невероятных фантастических историй и сказок - это уже работали спецслужбы Управления... И опять страсти улеглись. Единственно, резко увеличилось количество фильмов, а позже - и компьютерных игр на эту тему с разными сказочными чудищами и инопланетными монстрами. Да еще выросло количество абитуриентов, жаждавших поступить в Школу при Управлении.
   И вот появилось прямое доказательство их присутствия. Можно, конечно, заняться юридическим крючкотворством и спорить - прямое доказательство, не прямое доказательство... Типа того, что, может, кто-то колечко в наследство получил, а тут вот надумал в гробницу к Дуриэлю зайти между делом, поздороваться, о смысле жизни покалякать, да и обронил колечко-то... Для кого как, а для меня вопрос решен - теперь я знаю точно, что ОНИ ЗДЕСЬ! Да вот только что мне делать-то с ним, с этим знанием?
   Слышу какое-то бормотание за спиной и оглядываюсь - Геглаш, уже пьяный вдребодан, пытается донести до невидимого слушателя - стражники давно ушли - очередной "кровавый эпизод": "...смотрю... эта... лыцари рогатые набегают со всех сторон, значит, и... эта... лебардами в меня тыкать... Ну, я... эта... мечи достал, и по рогам их, по рогам... Чтоб знали, значит, наперед... эта... как тыкать..." На этом силы его оставляют: последние слова Геглаш произносит, уже уткнувшись лицом в миску с салатом.
  
   Глава 4
  
   Не могу сказать, что очень уж сильно испугался, выйдя из телепорта. Скорее был озадачен. "Какого чёрта? - думаю. - Куда это меня занесло?"
   Несколько минут назад я распрощался с Кибером и Командиром в кабачке Атмы. Они остались ещё выпить и побеседовать. Типа - бойцы вспоминают минувшие дни... Мне же предстоял очередной утомительный день командировки, и нужно было хотя бы немного поспать. Попрощавщись с Атмой, я вышел из кабачка в тёплую южную ночь Лут-Халейна. Небо было бархатно-чёрным, и тысячи звёзд сверкали в нём, как бриллианты на подушечке ювелира. "В Москве такого неба не бывает, господа..." Отметив банальность сравнений, я хмыкнул, и направился в сторону базара, к телепорту. На улицах было пусто. Лишь вдалеке под покосившимся слегка фонарём негромко разговаривали двое стражников.
   Ступив на площадку телепорта, я мысленно представил себе лагерь, как делал это уже сотни, если не тысячи, раз. Слабая вспышка. Машинально я сделал пару шагов и остановился, озираясь в недоумении.
   Я очутился на небольшой, поросшей осокой поляне. Вокруг - лес. Но лес этот какой - то странный, совершенно мне незнакомый. Это - не лес Зоны... И не лес средней полосы под Вольском, где расположен вход-выход Зоны. Стволы огромных самшитов густо поросли лианами, чуть дальше высятся свечи кипарисов. В осоке желтеют мелкие, похожие на орхидеи цветы, над ними роится мелкая мошка.
   Я поднял голову. День на исходе, солнце в багровом небе уже наполовину скрылось за деревьями. Все цвета казались мне неестественными, слишком яркими, что-ли... Или слишком резкими... И пахло здесь как-то странно: не то - цветами, не то - гнилью... Или и тем и другим одновременно...
   И тишина полная. Минуты три я простоял, прислушиваясь - кроме еле слышного гудения насекомых - ни звука...
   Первоначальные озадаченность и недоумение сменились определённым и неприятным предчувствием.
   - Похоже, - думаю, - вляпался я. И вляпался серьёзно...
   Так... Ладно... Оставим переживания на потом. И попытки осмыслить произошедшее - тоже потом... Сейчас надо действовать, если не хочешь остаться без головы... Первое - отсюда надо срочно убираться. И как из места десантирования, - я ухмыльнулся, - и как из места, где за ночь мошка тебя живьём съест. А темнеет здесь наверняка очень быстро... Второе - место это надо как-то пометить на всякий случай... Что ещё? Вроде бы всё пока. Ну, что ж... Цели определены, задачи поставлены... За работу... эмм... господа!
   Завершив внутренний монолог, я приступил к выполнению поставленных руководством задач: быстренько срезал кинжалом - хорошо хоть, кинжал при мне оказался - двухметровое деревце и воткнул его поглубже в болотистую почву в самом центре полянки. Хоть какой - то знак. Осмотревшись, выбрал направление выдвижения - в сторону некоторого подьёма местности. Получилось практически на закат, правее градусов на десять. Ещё раз замер на пару минут, прислушался... Будто вымерло всё в лесу. Странно...
   Минут через сорок быстрой ходьбы с периодическими короткими остановками - послушать лес и сделать на стволе очередную зарубку - замечаю, что подъём становится заметно круче, а деревья постепенно сходят на нет. Наконец, на склоне невысокой длинной гряды останавливаюсь осмотреться. Оказалось, что как-то незаметно я поднялся на уровень верхушек деревьев. Смеркалось, солнце опустилось за гряду, и лес внизу выглядит сплошной иссиня-чёрной массой, и тянется вдаль до самого горизонта.
   Дьявольски хочется курить, но я уговариваю себя потерпеть: до вершины гряды, где можно было бы отдохнуть или даже устроиться на ночлег, осталось всего ничего. Не спеша, осторожно поднимаюсь на вершину. Ширина относительно ровной каменистой площадки, покрытой крупными валунами - метров двадцать. Кое-где из расщелин в камне пробивается тёмный низкорослый колючий на вид кустарник. За дальним краем площадки километрах в полутора просматривается ещё одна гряда, примерно такой же высоты. Подхожу ближе к краю... и не могу сдержать вздох облегченья.
   Внизу, в лощине, раскинулся городок. Аккуратные светлые домики в один и два этажа, плоские крыши на южный манер, кое-где в окнах уже горит свет. Неширокая речка с перекинутыми через неё плоскими мостами делит городок почти пополам. На окраинах высятся две высокие сторожевые - если судить по наличию смотровых площадок наверху - башни. Острый конус крыши ближней башни по высоте почти достигает вершины гряды, где я стою, и можно даже разглядеть серую черепицу на скате.
   Больше всего этот городок напоминает мне старые поселения Латинской Америки, где-нибудь в Венесуэле, например. Случалось мне там бывать... Вообще говоря, каких-то двадцать минут на спуск, и можно не ломать себе голову догадками. С другой стороны, не желая ломать голову, можно поломать ноги: спуск здесь довольно крутой, да и темновато уже... Есть мне пока не хочется, а перспектива провести ночь в душной комнате гостиницы в постели с клопами не вдохновляет. До утра что-либо предпринять, чтобы дать о себе знать в Управление, вряд ли удастся: наверняка и почта, и мэрия, и полицейский участок - или что тут у них? жандармерия? - уже закрыты. Документов у меня нет, одежда - мягко говоря - странная, в кармане - горсть золотых монет неизвестного во всех смыслах происхождения. И если проявить настырность и оторвать местных чиновников от заслуженного непосильным трудом отдыха, то, в итоге, можно провести ночь - учитывая вспыльчивый характер южан - не в гостинице, а в кутузке.
   Так что я решаю не лезть на рожон, а переночевать здесь, на природе. Усаживаюсь на тёплый ещё камень площадки, прогретой за день солнцем, снимаю отсыревшие за время ходьбы через лес сапоги, приваливаюсь поудобнее спиной к валуну, и решаю наконец, что жизнь - хороша! Для полного счастья мне не хватает сейчас только сигареты. Зажжённой, естественно... Уже несколько минут как я сообразил, что спичек-то у меня нет. А добывать огонь трением или, скажем, кремни в темноте искать, и бить потом этими кремнями себе по рукам - это уж нет, увольте, я не мазохист... До утра придётся потерпеть.
   Теперь, пожалуй, можно спокойно поразмышлять над тем, как я здесь оказался. Про подобный выход из Зоны никто и никогда не слышал - иначе я бы знал. Вариантов выхода из Зоны всего два. Сам выход - ничем не примечательная тропинка в лесу километрах в пятидесяти от лагеря Акары. Если случайный путник пойдёт по этой тропинке, то при сумасшедшем везении выйдет из Зоны, даже не заметив этого. Но именно - при сумасшедшем везении. Потому что для такого варианта выхода необходимо выполнение целого ряда условий: от погоды - отмечено, например, что дождь является необходимым условием - до фазы Луны. Иначе можно там топтаться месяцами. Тогда этот самый гипотетический путник будет бесконечно ходить кругами по лесу, а потом - если, конечно, выживет - станет рассказывать всем о заколдованном месте.
   Вариант второй - рабочий, для сотрудников Управления. Раз в сутки, в строго определённое время выход из Зоны открывается на три минуты. И тогда мы выходим по этой тропинке прямо к лагерю дежурной бригады техотдела Управления. Рядом с лагерем установлена многотонная аппаратура, обеспечивающая выход на эти три минуты и пожирающая при этом несколько десятков мегаватт электроэнергии, что служило причиной постоянных склок между хозчастью Управления и мэрией Вольска. Дело в том, что напряжение в сети в домах вольчан в эти минуты начинало безумно прыгать, а теле и радиоприёмники... Впрочем, неважно...
   Я уже понимаю, что ответ на вопрос "как я здесь оказался" мне не по зубам. Кроме, разве что, дилетантских предположений типа "не вовремя случившегося метеоритного потока" или там "непредвиденного выброса сверхмощного солнечного протуберанца". Ну и хрен с ним, не столь это важно... Во всяком случае - для меня и сейчас. Особенно, если сбой произошёл по причинам естественного происхождения.
   Если же это не так, и сбой телепортации был устроен кем-то преднамеренно, то возникает ещё ряд вопросов... Например, почему это случилось именно со мной и именно сегодня, а не вчера или месяцем раньше? Ответ напрашивается сам собой: хозяин колечка, сквалыга, пытается вернуть назад своё добро. Но ведь Кибер и Командир пользовались телепортом, имея при себе это кольцо, минимум три раза: из гробницы Дуриэля в лагерь, из лагеря в Монастырь - помнится, Командир говорил о попытках инициировать кольцо в Монастыре - и обратно в лагерь. Возможно, попыток было больше и в разных местах - я не догадался спросить... Но минимум три ходки с кольцом прошли нормально! Мда... Непонятно...
   Далее... Если версию с кольцом принять как рабочую, то сам собой напрашивается другой вопрос, самый, пожалуй, важный для меня: " Почему я оказался именно здесь?" И ответ я вижу только один: по какой-то причине этот жмот решил, что отнять у меня кольцо здесь ему будет проще, нежели в Зоне или, скажем, в моей однокомнатной квартире в Кокосове". Как ни странно, такой ответ добавляет мне оптимизма: если противник ищет для драки более выгодную для себя территорию, значит он не всесилен! Тут же слышу противный голосок моего второго я - скептика и пессимиста: " Ну-ну... Нашему теляти..."
   Жду - может, этот умник ещё что скажет? Нет, молчит, снова дрыхнет, небось... Курить мне уже не хочется, зато неимоверно хочется спать. Я закрываю глаза и мгновенно отрубаюсь.
   Из глубин сна меня вытаскивает всё тот же противный голос: " Господин Теляти... К Вам-с..." В голосе определённо слышится ехидство. Собираюсь послать его по известному адресу, но передумываю: обычно мой приятель дремлет, а ко мне обращается только когда это действительно необходимо.
   Стараясь не шевелиться, слегка приоткрываю глаза; огромная полная луна стоит высоко над головой, и серый камень площадки сейчас кажется серо-голубым. Валуны и редкий кустарник отбрасывают короткие чёрные тени. Вокруг - никого, и всё же я ощущаю чьё-то присутствие, причём - совсем рядом. Точно. Из-за края площадки со стороны леса приходит короткий слабый звук. Похожий на хруст песка под ногой. Прав старина: ко мне гость. Или гости. Деликатные такие гости, стараются не потревожить мой сон... Размышляя над тем, врождённое это у них качество или приобретённое в результате хорошего воспитания, быстро натягиваю сапоги - как-то неудобно встречать гостей босиком - и медленно встаю, стараясь не шуметь. Достаю из-за пояса кинжал, хотя это и не тот инструмент, что я предпочёл бы сейчас держать в руках, и захожу в тень валуна. Домотканые рубаха и штаны на мне серого цвета, но я надеюсь, что хотя бы с первого взгляда меня не засекут. Если только у гостей не припасено что-нибудь вроде приборов ночного видения. Мало ли с какими подарками люди в гости ходят. Только бы не автоматы. Потому что тогда придётся мне сигать вниз и кубарем катиться по поросшему деревьями склону. И хорошо, если всё обойдётся только синяками.
   В ожидании гостей проходит ещё около минуты. Наконец они появляются: три тёмные фигуры медленно поднимаются на площадку и сразу занимают позицию. В линию, в метре от края, с интервалом в два метра.
   Все трое в одинаковых чёрных, до земли, балахонах и чёрных остроконечных колпаках с прорезями для глаз. Прямо-таки братья Ордена Святой Инквизиции. Или Ку-Клукс-Клановцы...
   - Ну, ты специалист однако! - с деланым уважением комментирует Скептик.
   Братья, похоже, меня заметили: одновременно, как по команде, они поднимают руки и складывают ладони перед грудью на манер японского приветствия. Немного поколебавшись, засовываю кинжал за пояс, делаю шаг в их сторону, тоже складываю ладони и коротко кланяюсь. Пусть не думают, что я невежа какой-нибудь.
   Но что-то в моём приветствии им не понравилось: может, руки не так сложил, может, поклон показался слишком коротким. Потому что стойка братьев меняется на бойцовскую: левой - шаг вперёд, слегка согнутые в локтях руки - на уровень груди.
   Поскольку в руках у тройняшек пусто, решаю ничего пока не предпринимать и подождать развития событий. А близнецы начинают делать пассы в мою сторону, будто кидают что-то... Так в какой-нибудь РПГ маги швыряют огненные шары или заклятия накладывают. Только мне игрушка попалась какая-то левая, и мой герой никаких шаров не видит и не чувствует ни малейшего вредоносного воздействия.
   "Облом-с, господа!.." - Я уже не могу сдержать улыбку - настолько комично всё это выглядит.
   Братья тоже понимают, что - "облом-с": тёмные фигуры начинают плавно перемещаться в мою сторону, образуя дугу. Руки их уже сжаты в кулаки.
   Улыбка моя становится ещё шире: боксёрская стойка близнецов напоминает мне виденную в американских ковбойских фильмах - почти прямой корпус, вертикальное положение кулаков с неспрятанными большими пальцами, прямая постановка головы...
   Делаю несколько шагов навстречу этим боксёрам-любителям и принимаю стойку ещё более нелепую, насколько это возможно. Клиент слева тут же пытается достать меня хуком в челюсть. Уходя от удара, слегка откидываюсь, симулирую, что споткнулся, и делаю ещё несколько шагов назад, будто стараюсь удержаться от падения. Попытка выдернуть клиента удаётся: он устремляется на меня и снова бьёт хуком справа. В ответ делаю уклон влево, подхватываю драчуна под локоть и придаю ему дополнительное ускорение в сторону валуна, у которого я так мирно почивал совсем недавно.
   Клиент впечатывается в валун и медленно сползает вниз, на площадку. Металлический звук при ударе тела о камень подтверждает возникшее у меня за миг до этого - когда я схватил драчуна за локоть - подозрение, что на братьях под балахонами надеты ещё и доспехи. Улыбаться мне как-то сразу расхотелось. И причиной тому - вовсе не оставшиеся двойняшки. Просто я понял, что нехорошее предчувствие - тогда, в лесу, сразу после телепортации - меня не обмануло. Я действительно вляпался. Вот только вопрос - куда?
   - Подсказать? Или сам догадаешься? - ехидно так осведомляется Скептик.
   Пререкаться с ним я не собираюсь, да и некогда: оставшиеся двое уже раздумали боксировать, выхватили из складок своих балахонов мечи и теперь осторожно, бочком придвигаются ко мне с разных сторон. На этот раз и манера держать меч - вертикально, у плеча, - и техника перемещения - мелкими шажками, нога к ноге, - улыбки не вызывают: все делается достаточно грамотно. Вовремя вспоминаю, что штаны и рубашка - защита ненадёжная, и ускоряюсь. Пора заканчивать этот цирк, пока на смену мечам не появилось что-нибудь действительно опасное - отравленные дротики, например.
   Убивать братьев-клоунов в мои планы не входит. Спасибо Командиру: научил избегать ненужной крови и не совершать - если есть хоть малейшая возможность - необратимых поступков. Прыгаю ногами вперёд на того из братьев, что подошёл ближе, захватываю его в ножницы на уровне бёдер и резко поворачиваюсь. Клиент взмахивает руками - меч при этом отлетает в сторону - и ничком грохается на камень. Прыжком, не опираясь руками, вскакиваю и разворачиваюсь в сторону последнего из троицы. Приятель уже замахнулся мечом - каким же медленным кажется мне этот замах - но нанести удар не успевает. Ребром полусогнутой ладони бью по тому месту, где под колпаком и шлемом должен находиться лоб. Если бы не шлем, клиент умер бы мгновенно. Проверено. А так эволюция движения его головы внутри шлема могла бы служить иллюстрацией к уравнениям, описывающим процесс соударения двух твёрдых тел. Короче, клиент отключается и, естественно, падает.
   Перетаскиваю обмякшие тела и укладываю их в рядочек в паре метров от валуна. Потом собираю мечи, снимаю с клиентов дорожные сумки и пояса с зачехлёнными ножами. Бросаю всё это добро в кучу поближе к валуну. Связывать тройняшек мне лень, да и не бойцы они ещё пару часов. Как минимум. После таких ударов резво вскакивают и снова бросаются в драку только в кино.
   Наконец, усаживаюсь на прежнее место, снимаю так и не успевшие просохнуть сапоги и снова приваливаюсь спиной к валуну.
   Уфф... Теперь можно и отдохнуть, пожалуй. И даже закурить... Эх-ма... Нет худа без добра.
   Вытаскиваю из кармана кожаный портсигар, достаю сигарету - в портсигаре их осталось уже меньше десятка - и прикуриваю от перстня. Вернее, пытаюсь прикурить. Потому что огонь не появляется. Ещё попытка...
   - Ага... Щас...- издевательски хихикает Скептик.
   - Да что за дела? Это Зона или не Зона, в конце-то концов? - ору я.
   Скептик молчит. Не желает отвечать, мерзавец.
   Подтягиваю к себе одну из трофейных сумок. Если даже братья мне попались некурящие, огонь-то им разводить всё равно надо, раз по лесу шастают. Вываливаю содержимое сумки себе на колени...
   Первым делом бросаются в глаза свёрнутые трубочкой и перевязанные узкой лентой бумажные листы... Три свитка.
   Значит, всё-таки Зона... Вероятность того, что это могут быть любовные письма или, скажем, богословские трактаты, я даже не стал рассматривать: навидался я этих свитков магических, сразу вижу...
   Впрочем, особого разочарования я не испытываю: вероятно, где-то внутри себя я давно уже понял, что попал в Зону. Где ж ещё можно встретить чудиков в доспехах?
   Продолжаю инвентаризацию. Литровая металлическая фляга... Крышка фляги - резьбовая. Отвинчиваю крышку, принюхиваюсь... Похоже - молодое вино. Пить мне хотелось уже давно, так что делаю пару глотков. Ничего... Немного слишком кислое, но пить можно.
   В тряпицу завёрнуто что-то, судя по запаху, сьестное. Разворачиваю - толстый, в три пальца, белого цвета кругляк, острый запах щекочет ноздри. По виду и запаху скорее всего - сыр. Есть пока не хочется - ужин у Атмы был плотный. Так что снова заворачиваю пахучий кругляк в тряпицу и откладываю в сторону.
   Ещё тут, в сумке, матерчатый мешочек с какими-то растениями и деревянный футляр с костяными кубиками. И... всё.
   Мда... Не густо...
   - А ты что хотел? Ключи от квартиры? - вопрошает Скептик.
   - Зажигалку я хотел, урод! - огрызаюсь я.
   Искомый предмет обнаруживается, наконец, на поясе кого-то из братьев, в подвешенном на карабине кожаном футлярчике. Простенькая, в металлическом корпусе зажигалка с колёсиком. И, главное, она работала!
   Прикуриваю от этого предка ,,Ронсона" и глубоко затягиваюсь... Хорошо-то как!..
   - Курить - здоровью вредить! - привычно, назидательным тоном объявляет Скептик.
   - А пошёл ты..." - так же привычно отзываюсь я. И продолжаю досмотр пояса.
   Помимо чехла с ножом и футляра для зажигалки, на поясе закреплено металлическое кольцо - для ношения меча, надо думать - и подвешены тощий кожаный кошелёк, в котором я насчитал два десятка монет, и что-то вроде патронташа. Только в ячейках вместо ружейных патронов располагался десяток небольших стеклянных пузырьков с какой-то жидкостью. Не иначе - магические напитки.
   До личного досмотра дело не доходит: один из братьев, тот, что лежит в середине, приходит в себя. Кажется, именно его я опрокинул захватом в ножницы. Медленно, с трудом он занимает сидячее положение, пытается встать, но теряет равновесие и снова плюхается на задницу. Похоже, клиента мутит, потому что он вдруг срывает шлем вместе с колпаком и резко наклоняется корпусом вперёд.
   "Вот только этого мне ещё не хватало!" - Я рывком подбираю под себя ноги и на всякий случай откидываю сохнущие сапоги подальше в сторону.
   Но всё обходится благополучно: клиент раздумал хвалиться ужином ("Может, в целях конспирации?" - мелькает у меня догадка ): он выпрямляется и делает глубокий вдох.
   Ночь на исходе, цвет неба из густого черного незаметно перешел в темно-синий, сместившаяся в третью четверть луна и все еще яркие звезды позволяют мне рассмотреть худо-бедно физиономию неудачливого бретера.
   Узкое вытянутое лицо с острым подбородком, узкий рот с плотно сжатыми тонкими губами, удлиненные и заостренные вверху уши, темные глаза. Бледная кожа в ночном свете кажется слегка голубоватой. Голый череп украшен прической, цвета темной меди, в виде узкого петушиного гребня со множеством узелков. Красавец слегка поворачивает голову, и на мгновение я ловлю багровый высверк в его глазах.
   " Мда... Еще клыки бы ему..." - подумалось вдруг.
   - Ага. Дракула, Дракула, Дракула... - заполошно тараторит Пессимист... и прячется в притворном испуге.
   Лицо вурдалака напоминает мне что-то, где-то я уже видел похожее лицо... Вот только где? Впрочем, в Москве где-нибудь на Тверской или на Арбате можно встретить красавцев и похлеще... И с раскрашенными лицами, и с разноцветными гребнями, и с линзами типа "кошачий глаз", и даже с вживленными в кожу головы металлическими шипами.
   Клиент тем временем уже вполне оклемался. Теперь он смотрит то на сигарету, то на аккуратные сизые колечки дыма, которые я лениво выпускаю в ночной воздух.
   "А ведь не найду я здесь табака. Точно, не найду! - приходит вдруг тоскливая уверенность. - То-то он уставился, упырь, кол ему в селезенку..."
   Уже обжигая пальцы, делаю последнюю затяжку и щелчком отправляю окурок за край обрыва. Провожаю взглядом снопик оранжевых искр и поворачиваюсь к пленнику.
   Допросы проводить мне доводилось и раньше, и в самых разных местах... Но чинить допрос в Зоне - такого в моей практике еще не было. Впрочем, в данном случае особой разницы я не усматриваю.
   Подбираю один из лежащих в развале возле меня мечей - клиент вздрагивает и слегка вбирает голову в плечи - и кладу его себе на колени. Машинально, даже не задумываясь, как я это определил, отмечаю, что меч - так себе: слишком тяжелый при такой длине, неважно сбалансированный, из плохой стали... Правую ладонь оставляю на рукояти, пальцами левой как бы в задумчивости проверяю остроту клинка.
   - Имя, звание, должность и место службы, - безразличным, без интонации, будничным тоном начинаю допрос, фиксируя взгляд на уровне подбородка пленника.
   - Кириан. Разведчик. Наемный убийца Мораг Тонг, отделение Балморы, - хриплым срывающимся голосом выпаливает клиент. И, на мгновение замешкавшись, нанизывает вдогонку: "Сэра."
   Во блин! Как же это я сразу-то не допер? Ведь городок вполне узнаваем. В игре он выглядит почти так же, как и в реальности. Правда, уже несколько лет прошло, как я бегал по Балморе последний раз. А ведь тогда я в Морровинде не одну сотню часов провел. Помнится, я и перевод отчета по этой Зоне брал в читальном зале Управления, четыре или пять пухлых томов с грифом "ДЛЯ СЛУЖЕБНОГО ПОЛЬЗОВАНИЯ". Внимательно их прочитать терпения не хватило, просто полистал пару часов. А потом как-то недосуг было... Кто же знал?
   Далее выясняю, кто в группе старший. Оказалось, что старший - тот нахрапистый драчун, который первым кинулся на меня с кулаками. Велю разбудить. Пока клиент приводит в чувство своего начальника, начинает подавать признаки жизни и последний из троицы: приподнимается на локтях и... падает, снова приподнимается... и снова падает. Третья попытка оказывается успешной: он занимает сидячее положение и, бормоча что-то, начинает медленно раскачиваться, обхватив голову руками. Что он там бормочет - понять из-за шлема и колпака совершенно невозможно. Да и не интересно.
   Разбуженный тем временем начальник угрюмо, исподлобья поглядывает то на меня, то на меч у меня на коленях, то на инструменты, оставшиеся лежать поодаль. Чтобы предупредить возможное неправильное поведение с его стороны, слегка пошевеливаю мечом. Послание принято: клиент перестает коситься на оружие и смотрит теперь только на меня.
   С тем же безразличным видом задаю те же стандартные вопросы, что и Кириану. После заметного колебания - начальник оказался менее пугливым - все же получаю лаконичный ответ:
   - Гролик, Меченосец, старший тройки. Мораг Тонг, Балмора.
   Вежливое "Сэра" в ответе отсутствует. Решаю не обращать на это внимание. Пока. И продолжаю:
   - Кто твой начальник?
   В ответ - молчание. Видно, этот самый Гролик вообразил, что члена такой могущественной организации как Мораг Тонг никто тронуть не решится. Вот это он зря...
   Делаю короткое движение кистью. Гролик судорожно откидывается назад, но недостаточно быстро: добрая половина рыжего гребня падает ему на колени. А я неторопливо возвращаю меч на прежнее место.
   - В следующий раз там будет лежать твоя голова, - спокойно, без малейшего раздражения сообщаю я Гролику. Как бы констатируя очевидный факт.
   После чего на меня обрушивается поток сведений об организации: структура, руководители, места дислокации и т.д. и т.п. И с обязательным "Сэра" через каждые одну-две фразы.
   Наконец, поток иссякает... И тогда я задаю вопрос, ради которого, собственно, и устроил всю эту комедию с дознанием:
   - Кто приказал меня убить?
   - Убивать - никто не приказывал! И не собирались мы вовсе тебя убивать, Сэра! - возмущенно восклицает Гролик, явно обиженный столь несправедливым и чудовищным предположением. - Если бы убить хотели, так закидали бы сразу дротиками отравленными, всего и делов.
   - А что же тогда твои подручные мечи достали? Защекотать меня собирались?
   - Не знаю, Сэра. Я ведь тогда уже того... не видел, в общем... Может, обезоружить хотели... А может - испугались.
   - Допустим. Тогда что вам от меня было нужно? Может - сапоги? - Я улыбаюсь, почему-то вдруг вспомнив Геглаша с его историями.
   - Не знаю, Сэра. Может, и сапоги, - неожиданно легко соглашается Гролик. - Мы должны были только обездвижить тебя и забрать все вещи. А тебя не убивать, а оставить там, где найдем.
   - И как же вы собирались меня обездвижить? - во мне просыпается интерес.
   - Ну... как... Известно - как. Наложением заклятий: паралич там... или сил лишить. Мы уж все перепробовали... Кто же знал, что ты Великий Маг, Сэра! - Гролик косится на мою невзрачную одежонку. - А как увидели, что заклятия на тебя не действуют, тогда уж решили того... кулаками обездвиживать.
   - Ясно. А скажи-ка мне теперь, любезный Гролик, кто же это так тебя э... подвел? - заменяю я просившееся на язык "подставил". - Кто же этот э... нехороший человек ("Редиска!.." - возмущенно, с негодованием орет Скептик. Умолкает на секунду... и снова орет - уже другим голосом: "Мерзавец! Мерзавец, однозначно!"), который отправил тебя, можно сказать, на верную смерть? - продолжаю я мягко так, участливо даже.
   Эта моя участливость, похоже, здорово пугает Гролика: он ерзает и облизывает пересохшие вдруг губы. И торопится... торопится все объяснить, пока не случилось непоправимое:
   - Это... Сэра! Я не знаю, кто отправил! Никто не отправлял, клянусь Даготом! Я сам пошел...
   Он понимает, каким бредом это звучит, и продолжает еще быстрее:
   - Оно ведь как было-то... Сидим, значит, мы с ребятами в "Белом Гуаре", в кости играем... на пиво... Вдруг меня будто кто дубиной сзади по темечку шарахнул. Я и отрубился... А как в себя, значит, пришел, гляжу - как сидел, так и сижу... И не болит ничего, и голова - не болит. Только точно знаю, что должен прямо сейчас идти. И точно знаю - куда идти. И что делать - тоже знаю. И сопротивляться этому - ну, никакой возможности нет. Будто изнутри кто толкает. Я и пошел... Ну, ясное дело, и ребят прихватил, для подмоги, значит. По дороге объяснил им все: не убивать, только обездвижить и вещи забрать. Я не вру, Сэра, так оно все и было, клянусь Даготом!
   Гролик замолкает и обреченно смотрит на меч.
   В задумчивости я разглядываю светлеющее небо. "А ведь не врет он, Гролик этот... - думаю. - Самому ему такую историю не придумать: и фантазии не хватило бы у господина наемного убийцы, да и атмосферу допроса я подогрел вроде подходяще - вон как его колотит, не до сочинительства. С другой стороны, мог ведь он впарить мне какой-нибудь миф на тему Дьявольского или, наоборот, Божественного вмешательства. Хотя, вряд ли: а вдруг я тоже слышал этот миф? А если даже и слышал? Тогда его история - подтверждение тому, что миф возник не на пустом месте. И все-таки, пожалуй, не врет: слишком уж он боится, а история слишком уж неправдоподобна. Не стал бы он так рисковать..."
   - Ладно, Меченосец, я тебе верю. И убивать не стану, - говорю я. Теперь мне нужно, чтобы клиент успокоился и перестал нервничать. - Вспомни хорошенько - кто еще там был, в этом "Гуаре", кроме вас троих? Не торопись, подумай... Может, незнакомый кто рядом был?
   - Вы тоже вспоминайте, - обращаюсь я к компаньонам Гролика, и они энергично кивают. Очнувшийся последним так до сих пор и сидит в колпаке, только что не раскачивается больше.
   - Да не было там никого, Сэра, - уверенно заявляет Гролик, - ни знакомых, ни незнакомых... День еще был, а днем там народу не бывает обычно... Вчера точно не было. Ну, хозяин заведения, конечно, был, за стойкой стоял. А так - никого.
   Оба компаньона снова энергично кивают: точно, мол, никого.
   "То, что они никого не видели, строго говоря, не означает, что там действительно никого не было. Если внушение было столь сильным... Тогда владелец колечка или еще кто из их компании мог и не дать себя увидеть. Или же они умеют делаться невидимыми, оптически невидимыми - тоже допустимый вариант... Но тогда зачем ему понадобились трое? Ну, предположим - психика у меня другая, не как у обитателей Зон, и не может он заставить меня просто положить кольцо на землю и уйти не оглядываясь... Что ему, невидимке, мешает тюкнуть меня булыжником по головушке в пустынном месте и забрать свое добро? Что-то мешает... Иначе не стал бы он вытаскивать меня сюда: булыжников везде хватает... А может, нечем ему этот булыжник брать? Может, у этих друзей и тел-то нет вовсе? Облако какое-нибудь энергетическое... Но тогда нахрен ему кольцо это? На какой, так сказать, орган надевать?"- таким вот интересным вопросом я завершаю попытку хоть как-то разобраться в происходящем.
   "Теперь пора с этой троицей разобраться. Что мне от них, собственно, надо? - возвращаюсь я к текущим делам. - Кроме ресурсов, пожалуй, ничего. Доспехи у них плохонькие, но можно продать... С другой стороны - много за них не дадут, а тащить на себе все этодобро..."
   В конце концов я объявляю клиентам, что отпущу их после выплаты компенсации за нападение: все деньги, свитки, снадобья, и полный комплект доспехов. Спустя несколько минут горка вещей у валуна заметно вырастает, а господа наемные убийцы торопливо удаляются вдоль гряды - вероятно, где-то там есть более удобный спуск.
  
   Глава 5
  
   - ...А как перебил я всех его подручных, он и вовсе рассвирепел. Вскочил на троне - а трон у него огромный, резной белой кости, каменьями разноцветными изукрашенный - четырьмя ножищами затопал, шестью глазищами засверкал, да как закричит страшным голосом: "Ах ты, Пых - волчья сыть, травяной мешок!.. Ты пошто верных слуг моих зарубил, детинушек их осиротинил, сталкер ты гребаный!" И крик этот такой силы был, что пол в палатах ходуном заходил и потрескался, а колонны каменные закачались, как деревья от ветра ураганного, и рушиться стали... Тут пуще того: начал он молнии из глазищ в меня метать... Ну, я из стороны в сторону прыгаю, как могу изворачиваюсь, щитом волшебным прикрываюсь, а сам себе думаю: "Что же делать-то? Неужто час мой последний настал?!" - на этой патетической ноте Пых прерывает повествование и торжествующе смотрит на Армор:" А?! Каково?!"
   - Взрослых надо было позвать... А вообще - ничего так... Особенно то место, где про сталкера, - лениво комментирует Армор. Девушка сидит за столом, с которого давно уже убраны остатки завтрака, и соломиной гоняет по столешнице крупного рыжего муравья.
   - Точно. Надо было дядьку Немо звать. И Армор, - горячо подхватывает Маленький Лис. Пацаненок сидит, скрестив босые ноги, на траве перед Пыхом, выстругивающим из деревяшки какое-то худосочное кривобокое существо, и восторженно смотрит на Пыха-Палача, героически победившего в неравном бою приспешников самого Баала. Губы и щеки Лиса перепачканы шоколадом.
   - А не было их там, - тут же отвечает Пых, - они в предбан... в дальной зале застряли. Пых чуть наклоняется к Маленькому Лису и, хитро поглядывая на девушку, громким шепотом выдает великую тайну: - В той зале мышей оказалось - тьма тьмущая. А Армор - она мышей боится. Ничего не боится, а вот мышей - боится до потери сознания. Так вот... Взобралась она там на какой-то сундук волшебный да как закричит: спасите, мол, звери лютые на меня напали, совсем сейчас загрызут... Ну, дядьке Немо пришлось вернуться туда и держать оборону... пока я не подоспел.
   Лис недоверчиво смотрит на Пыха, потом - вопрошающе - на Армор, снова - уже с подозрением - на Пыха...
   - Не морочь парню голову, - не выдерживает Армор. - И вообще, что делать-то будем? Может, сходишь к Атме, узнаешь? Ведь полтора часа уже ждем...
   - Схожу, однако, - со вкусом упирая на "о", соглашается Пых и нехотя встает. Критически разглядывает вырезанную фигурку и бросает в угли костра.
   - А как же с Баалом-то?! - чуть не плачет Маленький Лис: ускользала разгадка такой чудесной истории!
   - А что с Баалом? - рассеянно вопрошает Палач-Пых, застегивая пояс и проверяя - на месте ли кинжал. - Все хорошо с Баалом... Крысами я его закидал. Насмерть...
   - Какими крысами?! Откуда крысы?! - стонет Лис.
   - Большими. Из подпола. - сообщает Палач, уже шагая к телепорту.
  
   * * *
  
   Спустя полчаса собравшиеся в кабачке Атмы Палач, Кибер и Бист уже знают, что из города Немо не выходил, во дворец не входил и в подземелье под городом через люк у базарной площади не спускался. Чтобы получить эти сведения, Палачу пришлось разбудить в казарме стражников, сменившихся на рассвете, и те были категоричны: Немо через их посты этой ночью не проходил.
   - Значитца, так... В городе остается проверить только подземелье: вход под набережной не охраняется, - начинает "летучку" Кибер как официальный представитель руководства. - Погоди, э... Палач, помолчи и послушай, - останавливает он порывающегося что-то возразить Пыха, - я знаю, что ты хочешь сказать. Да, ходячие мертвецы даже с безоружным Немо не сладили бы... Да, других тварей снаружи там раньше не видели... Все так. Но раньше и подготовленные сотрудники вот так просто не исчезали. Так что подземелье надо осмотреть. Не найдем - сообщим в Управление и расширим круг поиска, - и после недолгого раздумья продолжает: - Вниз пойдем втроем: я, Палач и э... Армор. Ты, - ветеран смотрит на Биста, - ты остаешься здесь. Не спорь, - пресекает он попытку приятеля возразить, - наши доспехи не для работы, сам знаешь. А потом - ты когда тренировался последний раз? - и, не дожидаясь ответа, заканчивает монолог: - Все. Мы с Палачом - в лагерь, за снаряжением. Палач, ты иди... Я догоню.
   Кибер смотрит вслед Палачу, переводит взгляд на приятеля.
   - Не знаю, - отвечает тут же Бист, упреждая вопрос. - Может, связано, а может - нет... Мы ведь сколько с этим кольцом ходили? И сколько лет прошло? И ничего такого с нами не приключалось... Так что - не знаю...
   - А не мог он куда-нибудь в поле отправиться?
   - Кольцо проверять? Нет, конечно. Без снаряжения - не пошел бы. Это же Немо, а не пацан сопливый...
   - Да... Конечно... Извини, это я так - просто перебираю варианты...
   -Это - не вариант! Это - глупость!
   - Ладно, Бист, не кипятись... - Кибер вздыхает и поднимается из-за стола. - Пойду я...
  
   * * *
  
   Спустя еще полчаса поисковая группа спускается на площадку перед входом в темный тоннель, уходящий под набережную. Узкая полоска берега внизу покрыта сухими пожелтевшими остатками водорослей и морской травы, выброшенными морем. Сверху, с набережной доносятся оживленные голоса собравшихся там немногих любопытсвующих... До полудня остается пара часов, знойная жара еще не придавила Лут Халейн, а легкий ветерок с моря приятно ласкает лицо.
   - Странно все же... Сколько раз видел, а до сих пор удивляет... - Пых с любопытством смотрит на Кибера: совсем недавно, в лагере, фигура ветерана, одевшего снаряжение Немо, выглядела нелепой и смешной - Кибер сильно уступал Немо и ростом и сложением. А теперь доспехи сидели на нем как влитые, будто были изготовлены на заказ.
   - Меня тут много чего удивляет... - неопределенно отзывается Кибер, даже не поинтересовавшись предметом замечания Пыха: мыслями он где-то далеко.
   Армор достает из-за спины арбалет и с преувеличенным тщанием начинает его осматривать: ее раздражают и медлительность новоявленного командира, и эта ненужная, на ее взгляд, остановка.
   - Ну, пора идти, пожалуй...- наконец, объявляет Кибер. - Значитца, так... Работаем быстро и аккуратно. Полная зачистка. Никаких вещей, никаких поисков - искать потом будем, на обратном пути. Все. Пошагали.
   Недолгая остановка на затененной площадке была не напрасной: глаза пообвыкли, и уже можно различить каменные блоки, которыми выложены стены и пол тоннеля. Группа продвигается быстро, гулкое эхо усиливает и умножает звук шагов, и кажется уже, что в поход выступила целая рота стражников.
   Поворот, короткая лестница в несколько ступенек, и бойцы входят в подземелье - запутанный лабиринт коридоров и тупиков, скупо освещенных дрожащим светом факелов на стенах. Уже за первым углом поджидает засада - до дюжины скелетов-лучников и несколько ходячих мертвецов - отвратного вида существ с истлевшей, в сине-зеленых трупных пятнах кожей.
  . На Кибера и Палача - они идут первыми - обрушивается поток стрел. Оба тут же - Кибер чуть быстрее - опускают забрало: обзор через узкие прорези, конечно, не тот, зато не рискуешь поймать стрелу в лицо. От тяжелых доспехов стрелы отскакивают, не причиняя вреда. Мертвецы вроде бы бесцельно бродят перед лучниками, но как-то так получается, что при каждой попытке прорваться к лучникам хотя бы один неугомонный покойник непременно преграждал путь, пытаясь запустить черные ногти в прорези шлема или стык доспехов. Зарубить их труда не составляет, но останки покойников испускают ядовитый газ, от которого режет глаза и надолго перехватывает дыхание.
   Армор моментально оценивает ситуацию: раздается едва слышное гудение лазера, и ходячие мертвецы превращаются в ходячие факелы... Как только над дважды покойниками рассеивается зловонное зеленоватое облако, Кибер и Палач устремляются на лучников. Пых бьет мечом сильно и размашисто, пару раз даже демонстрирует удар с кругового разворота. Кибер, напротив, дерется размеренно и методично, вкладывая в удар ровно столько силы, сколько необходимо, чтобы обрушить скелет. Но - странное дело - под его ударами лучники рассыпаются ничуть не реже, чем под мощными ударами Пыха.
   Следующие два коридора с коротенькими тупичками, заставленными разномастными глиняными кувшинами, горшками и горшочками, группа проходит без помех. Зато за очередным поворотом, в начале длиннющего коридора, приходится притормозить и приготовиться к очередной стычке: вдали видны огромные раскачивающиеся тени. По размерам и характерной манере двигаться угадывается: это мародеры - длинные, тощие ребята, напоминающие вставшего на задние лапы гигантского кузнечика-богомола. Чья-то буйная фантазия снабдила их четырьмя руками, и в каждой - внушительной длины сабля. Тени, будто в каком-то диковинном, завораживающем танце, начинают медленно приближаться...
   Внезапно волшебное очарование танца грубо нарушается конским топотом: из темноты, из-за спин танцующих выскакивают две грудастые охотницы с угрожающе поднятыми над головой копьями. Девицы выглядят впечатляюще: кираса густого синего цвета с золотыми застежками, крутой зад и стройные лошадиные ноги затянуты в черные лосины с золотыми наколенниками, коротко стриженый хвост подвязан золотой лентой, открытый шлем украшен высоким золотым гребнем. Цокая копытами, охотницы стремительно набегают на бойцов...
   В последний момент, за долю секунды до столкновения Кибер и Палач синхронно, будто сговорившись, отступают на шаг в сторону, пропуская копейщиц, и с разворота, вдогонку обрушивают на них мечи. Располовиненные до пояса тела охотниц оседают, расплескивая кровь, и по инерции скользят еще пару метров по каменному полу, волоча за собой вываливающиеся кишки...
   - Такие телки пропали... - почему-то невесело, скорее по привычке пытается шутить Пых. Учитывая обстоятельства, шутка звучит почти пристойно.
   Мародеры уже недалеко, двое вышагивают впереди, перекрывая собой всю ширину коридора, третий - сзади - суетливо дергается то вправо, то влево и норовит - непонятно зачем - обойти компаньонов и первым добраться до объектов, подлежащих уничтожению.
   Кибер и Палач идут им навстречу, сокращая дистанцию... Армор осторожно, чтобы не поскользнуться в луже крови, перешагивает останки охотниц и догоняет бойцов, вытаскивая по пути арбалет: огонь - как, впрочем, и яд, и холод, и электроразряд - практически не причиняет вреда металлическому каркасу мародеров. В этом поисковики убеждались неоднократно.
   Когда дистанция уменьшается до нескольких шагов, противник Палача резко наклоняет корпус вперед и бьет саблей, три другие лезвия отведены в замахе - похоже, он готовится нанести удар сразу тремя... Палач легко отбивает отвлекающий удар и тут же поднимает меч горизонтально над головой... Как раз вовремя, чтобы принять на него удар сразу трех сабель, который заставляет даже здоровяка Пыха присесть и на шаг отступить... Сабли тут же начинают уходить на второй замах, и в этот момент Пых распрямляется как пружина и в прыжке наносит мощный удар по одной из рук мародера. Отрубленная кисть падает на пол вместе с зажатой в ней саблей. Но и Пых получает удар гардой в голову и отлетает назад, и вот уже над ним нависает грозная фигура противника.
   Пыха выручает Армор: выпущенная из арбалета стрела попадает монстру в горло и заставляет гиганта покачнуться, вторая - в голову теряющего равновесие мародера - швыряет его на пол.
   К тому времени и Кибер уже завершает поединок со своим противником - быстро и красиво, как в показательном выступлении: отступает, провоцируя мародера на длинный выпад, и вдруг неожиданно легко - учитывая возраст - прыгает ему навстречу и ударом сбоку подрубает мародеру выставленную вперед ногу, а следующим ударом - сносит падающему чудищу голову.
   Не задерживаясь у поверженного стрелами Армор гиганта - тот лежит на боку, ерзает и сучит ногами в безуспешной попытке подняться - Кибер и Палач набрасываются на оставшегося монстра и совместными усилиями превращают его в груду металлолома.
   Наступает короткая передышка. Отдыхая, бойцы смотрят на оставленного позади, продолжающего судорожно дергаться мародера, зная по опыту - встать тот уже не сможет: возможно - конструкторская недоработка, возможно - недоработка программы, а возможно - неведомому создателю этих монстров было просто глубоко плевать на свое творение. Наконец, Пых не выдерживает, подходит к упрямцу и совершает акт милосердия: отрубает мародеру голову. Скрежет металла о каменный пол медленно затихает.
   - Глупо, конечно... - негромко произносит Пых, возвращаясь. И непонятно - что именно он имеет в виду: то, что рухнувший и, стало быть, бесполезный монстр все равно вскоре бы исчез, непонятным образом растаял наравне с другими, убитыми, или что-то еще...
   Через пару часов поисковики добираются до конца лабиринта. Позади остались бесчисленные коридоры с нежитью, точнее, с тем, что от нее осталось... Заметно уставшие от множества хоть и быстротечных, но все же выматывающих схваток, бойцы выходят на площадку, где их, как и всегда, встречает Радамант - хозяин подземелья, высокий тощий маг. Длинные, до колен, ручищи оканчиваются огромными, устрашающего вида зазубренными клешнями. Маг, угрожающе щелкая клешнями, широко разевает пасть и выдыхает облако ядовитого газа. Подчиняясь воле хозяина, начинают подниматься только что сраженные скелеты - пехотинцы с топорами, ходячие мертвецы, лучники с отравленными стрелами...
   Бойцы, следуя рутинной, давно отработанной технологии, быстро расходятся по площадке. Кибер и Палач снова и снова рушат поднимающуюся нежить, не давая ей множиться... Армор методично расстреливает Адаманта из своего чудо-арбалета со странным названием "Буриза До". Сила удара выпущенных из "Буризы" стрел такова, что мага буквально отбрасывает назад, в угол площадки, несмотря на все его усилия устоять на месте и дотянуться до девушки клешней. Адамант быстро теряет силы и, наконец, оседает. На мгновение ярко вспыхивает голубоватый столб света, и вот уже на месте кончины хозяина подземелья остается лежать лишь небольшая кучка черного пепла, а несколько продолжавших еще сражение скелетов сами собой рассыпаются в прах. Зачистка подземелья - никто уже не знает, какая по счету - завершена.
   Убирая оружие за спину, бойцы неторопливо собираются в середине площадки, снимают шлемы... Кибер громко сморкается, обычно бледное лицо его немного порозовело, редкие седые волосы растрепаны. Но дышит ветеран ровно, а взгляд серых, чуть прищуренных глаз, которым он внимательно обводит бойцов - все ли целы? не зацепило ли кого? - спокоен. Армор, как всегда, невозмутима. Сейчас она просто ждет дальнейших указаний. Не вышедший еще из запала боя Пых переминается с ноги на ногу и с завистью поглядывает на торчащий из-за спины девушки арбалетный приклад: "Буриза" давно уже не дает ему покоя. Как-то раз он даже предложил Арnbsp;мор меновую сделку: целую кучу шикарных вещей в обмен на "Буризу". И ответом ему был хорошо известный за пределами Зоны жест.
   - Похоже, Немо здесь не появлялся... Я ничего не заметил. - Кибер вопрошающе глядит на Армор и Пыха.
   - Я тоже, - коротко отзывается Пых. Армор лишь согласно кивает.
   - Значитца, так... Возвращаемся и внимательно - Кибер делает акцент на "внимательно" - смотрим еще раз.
   И поисковая группа пускается в обратный путь по опустевшим коридорам подземелья.
  
   * * *
  
   - ...не нашли, - заканчивает Кибер.
   Все четверо сидят за угловым столом в заведении Атмы. Уже немного за полдень, становится жарковато, особенно в доспехах, и бойцы с удовольствием потягивают прохладное вино из больших глиняных кружек. Шлемы, рукавицы, перчатки и оружие сброшены в кучу на соседний стол.
   - Ну, что же... Как и следовало ожидать... - с удовлетворением отзывается Бист. - И что теперь?
   - Теперь... Теперь обедать будем... Потом возвращаемся в лагерь. Вы, - Кибер в упор смотрит на Армор и Пыха, - остаетесь в лагере и ждете дальнейших указаний. Никаких телепортаций... Если только не поступит конкретных, подчеркиваю - конкретных, сведений о Немо. За провизией - только в окрестностях лагеря. Армор - за старшего. Вопросы есть?
   - Нет, - качает головой девушка.
   - У меня вопрос, - Пых, набычившись, смотрит на Кибера. - Кто командира-то искать будет?
   - Хто положено, тот и будет, - тоном киношного прапорщика отвечает Кибер и - уже серьезно - продолжает: - Поймите, ребята, - намеренно, чтобы не обидеть Пыха, Кибер обращается к обоим молодым людям, хотя ему ясно, что Армор лучше понимает ситуацию, - рыскать по Зоне наобум - бессмысленно. Даже если вашего командира и занесло куда-нибудь в глушь, он выберется самостоятельно. И доспехи найдет, и оружие... На мой взгляд, - Кибер чуть колеблется, но все-же завершает фразу, - вариант э... " глушь" как результат сбоя портации - как раз самый что ни на есть предпочтительный...
   - А какие есть еще варианты? - озадаченно интересуется Пых.
   - Разные... - неопределенно отвечает Кибер и поворачивается к Бисту: - А мы с тобой, дружище, из лагеря - прямиком в Управление. К выходу мы, - ветеран на мгновение задумывается, рассчитывая время, - поспеваем легко, даже, пожалуй, Одинокого Рыцаря и Прыгающие Камни успеем еще засветло пройти...
  
   * * *
  
   Управление располагалось в одном из спальных районов Москвы, в недостроенном комплексе зданий из серых железобетонных плит. Снаружи эта махина замкнутых квадратом зданий казалась пустой и заброшенной: незашторенные окна всегда оставались темными, а ворота в примыкающий к комплексу большой двор с пакгаузом всегда были закрыты. И только очень терпеливый наблюдатель мог бы увидеть, как раз или два в неделю, всегда ночью, ворота открываются и пропускают внутрь или наружу несколько наглухо закрытых брезентом грузовиков.
   Но изнутри все выглядело совсем иначе: в центре огромного двора внутри комплекса была оборудована подсвеченная прожекторами вертолетная площадка. Сейчас здесь стояли малютка "Актай" и поисковый "Анкат", но вполне разместился бы и десантный МИ-17.
   По периметру двора прохаживался патруль - два бойца в черном камуфляже, с автоматами. В доброй половине окон несмотря на позднее время горел свет.
   В кабинете директора Управления находились четверо. Директор сидел, слегка откинувшись в кресле, за большим письменным столом. Стена кабинета за его спиной какому-нибудь члену Госдумы или чиновнику городской мэрии показалась бы неприлично пустой: ни тебе государственного флага, ни портрета президента... В одном углу стоял серьезного вида сейф, в другом - у окна - стеклянный столик с телевизором и видеомагнитофоном.
   На длинном диване напротив зашторенных окон расположились остальные: успевшие переодеться в цивильное Кибер и Бист и срочно вызванный директором руководитель научно-технического отдела.
   - Итак, я вас слушаю... - ровным тоном, глядя по очереди на Кибера и Биста, начал совещание директор. - Кто будет докладывать?
   Всем было понятно, что этот вопрос - лишь дань вежливости: докладывать, естественно, должен был Кибер.
   - Позвольте мне, - Кибер изобразил попытку встать, но был остановлен коротким жестом.
   - Не надо... Рассказывайте.
   - Позавчера я отправился в Зону для проведения плановой инспекторской проверки работы группы Немо, - скучным голосом начал доклад Кибер. - В соответствии с инструкцией о правилах работы в Зоне, а именно той ее части, которая запрещает проведение любых работ в Зоне в одиночку, я пригласил, в соответствии с предоставленными мне полномочиями, принять участие в инспекторской проверке Биста - бывшего сотрудника Управления и бывшего командира Немо. В настоящее время Бист является внештатным консультантом по вооружению и в соответствии с той же инструкцией может быть привлечен в качестве специалиста для...
   - Кибер, прекрати этот цирк... - директор поморщился. - Седой ведь уже...
   Бист и Генрих - начальника Н.Т.О. все знакомые звали по имени - изо всех сил старались удержаться от хохота, несмотря на серьезность ситуации, заставившей всех четверых собраться в этом кабинете.
   - Хорошо, Леон, как скажешь... - безропотно согласился Кибер, решив, вероятно, что небольшая месть за "я вас слушаю" и за "докладывать" состоялась.
   - Значитца, так... - С явным удовольствием Кибер перешел с канцелярского стиля на привычную манеру. - Позапрошлым вечером мы встретились с Немо в Лут-Халейне, у Атмы. Чтобы не крутить вола, скажу сразу: в Зону мы с Бистом отправились, чтобы отдать Немо некий артефакт...
   И Кибер расказал о кольце... И о реакции Немо на рассказ Биста.
   - Ушел Немо около трех ночи, сказал, что возвращается в лагерь... Кольцо он как в карман положил, так и не доставал больше... Так?... - Кибер посмотрел на Биста, и тот утвердительно кивнул. Вот, собственно, и все... О наших поисках в Лут-Халейне я уже говорил.
   Несколько минут все молчали. Генрих, растерянно моргая, продолжал смотреть на Кибера... будто ждал, что вот сейчас тот рассмеется и скажет, что пошутил насчет "несуществующего" кольца.
   - И почему же, позволь э... полюбопытствовать, ты... вернее, вы... решили этот... э... "пустячок" у себя оставить?... - медленно, пытаясь сдержаться, чтобы не сорваться на крик, спросил Леон и, после паузы, уже почти спокойно и даже с оттенком иронии добавил: - Может, у вас и еще какие-нибудь "мелочи" завалялись?
   - А то... - невозмутимо согласился Кибер. - "Доспех Короля", например... В Управлении каждый второй знает, что я его, доспех этот, умыкнул и присвоил. А у Биста - так вообще ванна в квартире золотыми монетами завалена. Бедняга к соседям мыться ходит.
   - Не паясничай! И не забалтывай вопрос!
   - Какой вопрос? - Кибер ухмыльнулся. - Ах, да... насчет "пустячка"...
   Он поднялся с дивана, подошел к столу. Ухмылка исчезла, выражение лица стало жестким.
   - А ты вспомни, любезный Леон, какое это было время... И чем мы тогда занимались... Все эти нескончаемые требования найти панацею от старости и болезней... Ну, допустим... Хотя я сильно сомневаюсь, что нетерпение это было вызвано заботой о здоровье рядовых сограждан. А потом... - ты помнишь? Ты ведь тогда, как и я, был начальником опергруппы, так что должен помнить. Сколько раз ты получал заказ на вещи, выпавшие из Диабло и Баала, с инструкцией не трогать вещи руками и доставить их обернутыми в чистую ткань? Я - двенадцать! А ты представляешь, что могло бы получиться, если бы на тех вещах хоть что-то осталось и опыты генетиков с имплантацией удались?
   Потом начались страдания по артефактам... Вынь да полож им что-нибудь эдакое... "Чтоб, значит, на толпу можно было б воздействовать нужным образом, понимаешь..." - передразнил кого-то Кибер. Хмуро слушавший до сих пор Леон невольно улыбнулся: вероятно, получилось похоже.
   - Твой предшественник каждый месяц обещал тогдашнему директору, - тихо пояснил Бист удивленному последней фразой Генриху, - что ему вот-вот удастся запустить артефакт вне Зоны.
   - И тут мы с Бистом находим это кольцо... - продолжил Кибер. - Только к этому времени мы - уже не те наивные ребята, что таскали шмотки от Баала и Диабло ради прогресса науки и во благо Человечества: в начале 90-х прозрение наступало быстро... В общем, призадумались мы тогда основательно: артефакт совсем другого э... ряда, свойства - неизвестны, возможности - тоже. Не исключено, что его можно задействовать, может быть - и вне Зоны. То обстоятельство, что нам это сделать не удалось, еще ничего не доказывает. Кому-то может повезти больше. Короче говоря, решили мы этим, - Кибер кивнул куда-то в сторону окна, - колечко не отдавать... От греха подальше.
   - Ну, хорошо... А потом? - уже спокойно спросил Леон.
   - А что - потом? Разве что-то изменилось? - Кибер изобразил удивление. - Одни - на сцене, другие - за кулисами... Иногда - плавно меняются местами... Или сцена поворачивается. Ну, сдадут иной раз особо зарвавшегося... или нарушившего, так сказать, конвенцию. Можно было бы, конечно, тебе вещицу отдать... или вот Генриху... Так у него кольцо и сейчас еще в сейфе лежало бы: видел я его аппаратуру - до сих пор тот же самый прибор стоит, которым мы с Бистом тогда пользовались. А рисковать c мощным ускорителем он, полагаю, не стал бы. Даже если б очень свербило.
   - А чем же тебя мой сейф не устраивает? - спросил Леон.
   - А как долго этот сейф будет оставаться твоим? - ответил вопросом Кибер. - Ты уверен, что через год, да что там - через год, через месяц будешь еще находиться в этом кресле? Придешь однажды утром, а кабинет - опечатан, и два лба перед дверью... Помнишь недавнюю операцию "Халф Лайф"? Кстати, на последнем этапе именно группа Немо прикрывала Фримэна... Ты помнишь, что нам сказали, когда путч был подавлен, и мы начали выяснять, кто за всем этим стоит и откуда такие ресурсы? Мы ведь там много чего интересного накопали! И вдруг - пинок: не лезьте, мол, в политику - не вашего ума... и т. д. Да и раньше намеки были... Или не помнишь?
   Вот потому и лежало оно, колечко это, у меня в отделе в надежном месте... - продолжил Кибер, не дождавшись ответа Леона. - А тут ситуация изменилась. Бист вот уезжать собрался: бизнес у него за рубежом. Я - насчет пенсии подумываю: обрыдла мне вся эта возня мышиная. Вот и надумали мы передать вещицу Немо: мужик он надежный, кому не попадя кольцо не отдаст, да и умом его Господь не обделил. Опять же - в Зоне работает. А где искать разгадку кольца, как не в Зоне? В общем, если кому и удастся разобраться с этим артефактом, то только ему, пожалуй... В любом случае, более подходящей кандидатуры мы не нашли. Вот и вся история...
   - Ну что ж... Ясно... - Леон вздохнул. - Итак, возвращаемся к исчезновению... Будем исходить из того, что сотрудник пропал в результате телепортации. Генрих, что вы можете сказать?
   - Боюсь, что не смогу сообщить ничего существенного, Леон. Сразу после вашего звонка я позвонил в отдел и распорядился, чтобы они посмотрели все данные за прошлую ночь по солнечной и геомагнитной активности, а также все, что поступает с датчиков у входа в Зону. Пока я сюда добирался, они уже все отсмотрели. Ничего необычного прошлой ночью не было. На этой стороне, естественно... А на той стороне... - Генрих чуть замялся. - Мог, конечно, произойти сбой в механизме Зоны в момент портации - я имею в виду так называемую "Рябь" - но это маловероятно.
   - Почему вы так считаете?
   - Если бы Рябь возникла, как обычно, на одну - две секунды, Кибер и Бист заметили бы. А так, чтоб на мгновение, и именно при портации, длительность которой практически нулевая... Вероятность такого совпадения исчезающе мала. Во всяком случае, я в это не верю.
   - А если, все же? Что тогда?
   - Ну, что тогда... Если произошел именно сбой, то есть неконтролируемый процесс... Тогда материализация объекта телепортирования могла состояться где угодно: в ста метрах над поверхностью земли или в десяти - под поверхностью... Могла и вообще не состояться...
   - А если - контролируемый?
   - Тогда это не сбой... - Генрих выжидающе посмотрел на директора, но тот молча ждал продолжения.
   - Тогда нам придется согласиться с Немо... Насчет Наблюдателей. Тогда можно предположить, что процесс был кем-то перехвачен. В этом случае - в зависимости от намерений э... вмешавшейся стороны - объект телепортирования мог быть либо разрушен, либо перенесен куда-то.
   - Это "куда-то" - непременно Зона?
   - В принципе - не обязательно. Это может быть любое место... При условии, что оно находится в радиусе действия механизма телепортации... Или одного из механизмов.
   На несколько минут в кабинете воцарилась гнетущая тишина. Генрих смущенно поглядывал на присутствующих, вроде извинялся, что не смог сказать ничего более определенного. Бист мрачно смотрел на ученого, будто тот был лично виновен в сбое телепортации. На самом же деле причиной его неудовольствия был употребленный Генрихом применительно к Немо термин "объект телепортирования". Кибер с отсутствующим видом размышлял о чем-то, похоже было, что услышанное не очень его удивило, что нечто подобное он и ожидал услышать. Леон сосредоточенно разглядывал поверхность стола: то ли обдумывал план предстоящих действий, то ли пытался угадать, насколько уже составленный им план будет соответствовать ожиданиям Кибера и Биста.
   Наконец, директор принял соломоново решение.
   - Что скажут господа оперативники? - спросил Леон, глядя почему-то только на Кибера. - Есть какие-нибудь соображения?
   - Я думаю, что следует сразу забыть про "сбой", - решительно заявил Кибер. - В этом я согласен с Генрихом: слишком ничтожна вероятность. Тогда остается только версия вмешательства Наблюдателей - будем их так называть. Цель вмешательства - возвращение утерянного артефакта. Других причин я не вижу. Должен признать, что самым простым способом вернуть кольцо является, как изящно выразился уважаемый Генрих, "материализация объекта телепортирования" в сотне метров над землей где-нибудь в укромном месте за городскими воротами. Во избежание пересудов... Мы с Бистом по дороге из лагеря долго обсуждали это дело. И постоянно возникал вопрос - почему с нами-то ничего не случилось, ни тогда - ведь мы с Бистом до конца командировки ходили по Зоне с кольцом, ни сейчас - когда мы портировались из лагеря в Лут-Халейн? Если бы Чужие хотели вернуть артефакт любой ценой, то они давно бы уже это сделали. В итоге, мы пришли к единому мнению: Немо жив и находится в одной из Зон. Вероятно, Наблюдатели решили, что там забрать кольцо им будет удобнее.
   - Пожалуй... - с задумчивым видом согласился Леон. - Да... Пожалуй, я с вами согласен. Тогда решаем так... Кибер, ты остаешься здесь. Бист! Вы, как я понял, уезжаете?
   - Нет. Пока Немо не отыщется, я не уеду.
   - Хорошо. Тогда я просил бы вас завтра вечером вернуться в Зону. Возьмете на себя руководство группой и с утра приступите к поискам. Как вы думаете, что предпримет ваш ученик, если он остался в нашей Зоне, в каком-нибудь глухом месте?
   - Первым делом - будет искать снаряжение. На очень уж сильного противника с голыми руками не пойдет... Поищет середнячков, чтобы раздобыть хотя бы минимальное снаряжение без особого риска. Затем будет искать ближайший город или деревню... Если выйдет на телепорт, то почти наверняка рисковать не будет, а останется рядом в ожидании поисковой группы. Дня два - три будет ждать. Кольцо никому, кроме меня или Кибера, не отдаст. Вот так, пожалуй...
   - Хорошо. Тогда в течение двух недель - если сотрудник не отыщется раньше - будете дважды в день обходить все телепорты. На каждой площадке оставьте какой-нибудь знак... Никаких ненужных сражений: вышли, осмотрелись, ушли. Если Немо найдется, пришлете гонца; тогда будем думать, как выручать артефакт. Если не найдется, через две недели все возвращаетесь сюда. Вопросы есть?
   - Нет. Все ясно.
   - Так... В Калифорнийское и Баварское отделения я сообщу о произошедшем в нашей Зоне ЧП... Без упоминания, естественно, об артефакте... - добавил Леон, заметив встревоженный взгляд Кибера. - Пусть займутся поисками в "Морровинде" и "Готике". Наши группы, я думаю, посылать не стоит: они в тех Зонах не работали и обстановки не знают. Ну, вроде бы - все...
   - Как это - все? - подал голос Генрих. - Простите, Леон, но ведь существуют, вероятно, и неизвестные еще Зоны? Что, если... - Генрих оторопело замолк, не успев закончить фразу: с таким бешенством глянул на него Бист.
   - Все так все, - подхватил Кибер, стараясь предупредить взрыв ярости друга. - Пойдем, дружище... Кстати, я ведь сохранил твое снаряжение... На тот случай, если ты вдруг разоришься и придешь проситься обратно.
   Приятели покинули кабинет.
   - Зачем же вы это... - с укоризной заметил Леон ошеломленному, ничего не понимающему ученому и придвинул к себе ноутбук.
   Неловко потоптавшись, Генрих направился к выходу из кабинета. Совещание закончилось.
  
   Глава 6
  
   ...По мере приближения к выходу из длинного темного коридора музыка звучит все громче. Под балалаечное треньканье разбитной женский голос настойчиво уговаривает неведомого Николая сидеть дома... С учетом обстановки совет представляется мне вполне разумным.
   Выхожу в небольшой, освещенный лунным светом дворик. Под ногу попадает пустая консервная банка. Где-то совсем рядом с шумом влетают потревоженные галки и стайкой уносятся в ночое небо, перечеркнув огромный красновато-желтый диск луны. Справа от меня тянется глухая кирпичная стена дома, слева - метрах в шести - мрачный деревянный барак с наглухо заколоченными окнами; лишь в дальнем его конце светится дверной проем. Замыкает двор неровно сколоченный, покосившийся дощатый забор.
   Посередь двора торчит корявый ствол дерева с такими же корявыми голыми ветвями. Что-то там... Подсвечиваю фонариком: на толстом суку, на обрывке тонкого кабеля висит обезображенное смертью и временем тело, ноги почти достают до земли, рядом валяется ящик. Голова самоубийцы свешена набок, черный язык вывалился на отвисший подбородок, глазницы пусты - вороны, видно, поработали. По степени разложения трупа можно предположить, что висит бедняга уже дня два - три. Вся эта картина - одинокое дерево с висящим телом на фоне темного неба - рождает какие-то смутные, неясные ассоциации. Потом вдруг возникает глупая мысль, что, может, это и есть тот самый Николай? Не прислушался к совету, дурашка...
   Тем временем обладательница зычного голоса понимает, наконец, всю запоздалость своего предупреждения... И заводит грустную историю о том, как под какими-то там ивами "...застрелился чужой человек". Невольно отмечаю нечто общее в обоих самоубийствах: причина - и там, и тут - неизвестна.
   Захожу в барак. Здесь что-то вроде мастерской: вдоль стен - два верстака со слесарным инструментом, третий - перегораживает вход в соседнее помещение; на нем лежит стопка новеньких, еще в масле отрезных дисковых фрез. В углу - сварочный аппарат и несколько стальных газовых баллонов с ацетиленом. Мастерская освещена неярким светом засиженной мухами лампы, свисающей на голом шнуре с потолка.
   В соседнем помещении пусто. Только под одним из заколоченных окон, привалившись к стене, сидит мужик в синем рабочем комбинезоне. А может , труп... Заросшее многодневной щетиной черное и изможденное лицо его неподвижно, глаза закрыты. Голова прикрыта каким-то кульком. На комбинезоне - многочисленные бурые пятна, похожие на запекшуюся кровь. Но вряд ли это его кровь: на полу вокруг - никаких пятен. Правда, его могли принести сюда уже мертвого.
   Только было я собрался перемахнуть через верстак и подойти поближе, помотреть - что с ним такое, как вдруг мужик этот открывает глаза, резко - рывком - встает и направляется в мою сторону, вытянув перед собой руки. Глаза его налиты кровью: вероятно, полопались капилляры; на лице - страдальческая гримаса, рот широко открыт в безмолвном крике. В общем, неприятное зрелище.
   Сдерживаю прыжок и отступаю немного назад: намерения этого друга мне не очень понятны, а рисковать без необходимости я давно отучился. Это вам не кино, где герой идет на взвод автоматчиков и укладывает всех до единого из нагана времен первой мировой, отделавшись - в худшем случае - парой царапин.
   Когда приятель подходит поближе, я замечаю, что ошибся насчет головного убора: ни какой это не кулек, а что-то вроде куриной тушки... И это "что-то" вроде как шевелится...
   Жертва куриной агрессии топчется теперь у перегораживающего ему дорогу верстака и, похоже, не знает, что делать дальше. Зато я знаю. Сейчас, когда между нами всего пара метров, ясно видны трупные пятна на лице и руках покойника. Так что достаю из кармана-кобуры комбеза "Магнум 357", щелкаю предохранителем... Пуля двенадцатого калибра швыряет клиента на пол. Но на этом все не заканчивается: куриная тушка отделяется от головы трупа и прыгает на меня. Ну, прямо как в "Чужих"- любимом фантастическом фильме моего детства. Там была похожая тварь, только с хвостом, которым она душила жертву. Все эти воспоминания приходят ко мне уже потом, после того как я - совершенно инстинктивно - сшибаю влет прыгающую курятину.
   Перемахиваю через верстак. От наездника-симбионта мало что осталось... Да я и не биолог, чтобы разбираться с этим дерьмом. Больше тут смотреть не на что, и я выхожу из барака наружу, в зажатый двухэтажными строениями узкий проулок.
   Выход на небольшую площадь перегорожен поставленной враскоряку старенькой легковушкой. Чтобы осмотреться, залезаю на капот. Напротив, через площадь, возвышается трехэтажное здание; перед ним горит куча каких-то обломков. Направо от меня, вдоль желтых двухэтажных домиков, уходит с площади неширокая мощеная булыжником улица. И там, в конце ее, в темноте, я замечаю движение... Спустя несколько минут уже можно рассмотреть приближающиеся фигуры - теперь их освещает пламя костра. Пара таких же работяг в синих комбинезонах, как и тот, давешний. Стараюсь разглядеть, что там у них на головах, но не могу... Они подходят ближе...
   И тут я с удивлением замечаю, что эти двое - вовсе не работяги в комбинезонах, как мне только что привиделось. Оба - в аккуратных костюмах: один - маленький, пухленький, с обширной плешью - в черном, другой - худощавый рыжеватый блондин - в синем. Пухленький радостно мне улыбается, хочет сказать что-то, но раздается лишь похрюкивание... Худощавый - достает из-за пазухи пачку каких-то бумажек, театральным жестом бросает ее вверх, и бумажки разлетаются над площадью... Несколько листков опускаются мне под ноги... По виду они похожи на государственные облигации. Или на лотерейные билеты... Только здесь, на широкой изящно изогнутой ленте вверху, крупными буквами вьется надпись: "ИНДУЛЬГЕНЦИЯ".
   Внезапно откуда-то из-за костра, а может, и из самого костра - отсюда трудно разглядеть - появляется целая толпа шустрых ребят... Наперегонки, отпихивая локтями бегущих рядом, они устремляются на площадь и начинают лихорадочно собирать упавшие бумажки и запихивать их в рот. Вот уже кое-где между ними возникает потасовка.
   Удивленный зрелищем, я не сразу замечаю, что над пламенем костра, в открытом окне второго этажа, появилась высокая фигура в черном. Неизвестный поднял над головой руки со сжатыми кулаками и странно громко - даже здесь, через площадь, было слышно каждое слово - произнес:"Ибо сказано, что подобны стали они тем демонам, которые существуют во плоти, но в которых нет света!"
   - Нет света, нет света... - подхватывает уже какой-то другой, брюзжащий голос. - Масло, поди, в лампе выгорело... Вот и нет света. Да и полдень уж скоро...
   Открываю глаза... В комнате, снятой на сутки у хозяина гостиницы, довольно светло, несмотря на закрытые ставни: ставни решетчатые, от этого побеленные стены и потолок кажутся полосатыми. Деревянная койка, на которой я лежу, занимает почти половину места в комнатушке. В углу, у двери - большой сундук для скарба постояльцев; на стене, над койкой - полочка для всякой мелочи, сейчас там - только незажженная свеча в плошке из почерневшей от времени бронзы. Вот и вся обстановка номера. У стены, напротив койки, прямо на полу сложено мое новое, реквизированное ночью у братьев - клоунов, обмундирование.
   - Шел бы спать уже... И так всю ночь ведь просидел... - доносится снизу, из трактира, все тот же голос. - Жениться тебе надо, вот что...
   - Сейчас, вот только еще стаканчик выпью... - отвечает ему хриплый бас.
   - Интересно - что он имел ввиду, этот хриплый? - рассеянно размышляю я, закуривая.
   Не то что б меня так уж интересовал ответ на этот вопрос. Скорее перегруженный разбором странного сна мозг просто увиливал от работы: не хочет подключаться, паршивец, еще и к анализу текущей ситуации.
   - Не можешь - научим! Не хочешь - заставим! - грозно заявляю я этому лентяю, но он лишь глупо хихикает, и требует, басом, чтобы я принес ему еще стаканчик... Поскольку свечка не горит, и, стало быть, модераторов рядом нет, объясняю ему подробно и в деталях, насколько может быть вреден обычный граненый стаканчик для его хрупкого организма. Но хитрый мерзавец прыгает в сапог и оттуда начинает бросать в меня горящие спички...
   Просыпаюсь от боли: на плече дымится выпавшая из руки сигарета. Аккуратно гашу ее и кладу бычок на полочку: курева осталось совсем мало, и надо экономить. Вставать не хочется, и я пытаюсь заставить себя хотя бы думать о чем-нибудь полезном.
   Итак... Насколько я помню из отчета и из разговоров с коллегами, оперативные группы в Морровинде давно уже не работают: достаточно быстро выяснилось, что представляющих интерес технологий здесь нет. Доспехи и оружие здесь - просто более или менее хорошо сделанные вещи. Попадались иногда и превосходные экземпляры, но не более того. Зато здесь существенной составляющей боевого мастерства являлась магия, причем не техногенная магия, как в Зоне Д2, а психогенная, основанная на внушении. Представители всех рас, населяющих Морровинд, обладают в той или иной мере способностью внушать, но в наибольшей степени одарены этим свойством данмеры - коренные обитатели острова. Как отмечалось в отчете, древние маги с вековой практикой сильны настолько, что в стычках даже с очень сильным противником не прибегают к обычному оружию.
   Тут вдруг я вспоминаю, что напавшие на меня ночью были как раз данмеры. Интересно - случайно или нет? И почему на меня не подействовала их магия? Тем более, что "обездвиживать" меня они пробовали сразу втроем, одновременно... Неужели сработала моя природная устойчивость к внушению? Ведь при наборе в Школу при Управлении одним из многочисленных критериев профессиональной пригодности для будущих оперативников являлась устойчивость к психовоздействию. У меня эта оценка была 9 баллов по 10-балльной шкале; 10 баллов - по понятным причинам - не ставили никому. У Пыха, например, оценка была та же, что и у меня, у Армор - я смотрел документы - 8 баллов... С оценкой ниже 8 баллов на специальность "оперативник" вообще не принимали.
   Допустим, таинственный наниматель Гролика полагал, что здесь, в Морровинде, моей врожденной "психоустойчивости" будет недостаточно... И именно поэтому и забросил меня сюда. И Гролика натравил... Но почему же тогда у Гролика и его подручных ничего не получилось? Может, все дело в этом кольце? Надо будет проверить: попробовать снять кольцо при какой-нибудь стычке... Может статься - кольцо действительно как-то защищает от "психоагрессии": либо мою устойчивость повышает, либо какой-то барьер ставит, либо снижает мощь атаки самого агрессора.
   А если кольцо защищает, то почему он, наниматель этот, не убедился, что кольцо у меня в кармане, а не на руке? А может - убедился? Ведь кольцо-то я одел на руку в Лут-Халейне уже на улице, перед самой портацией... Значит, он отслеживал кольцо только в кабачке. И тогда выходит, что либо Наблюдатель этот - невидимка, но очень уж ленивый невидимка, коли не последовал за мной из кабачка, либо он следил за мной через кого-то, кто остался в заведении Атмы... Помнится, к моменту моего ухода там оставались - кроме Биста и Кибера - еще только двое: Атма за стойкой и пьяный в ж... Геглаш. Что еще? Пожалуй, по линии кольца пока все.
   Поначалу, когда только открыли Морровинд, медики заинтересовались всеми этими волшебными снадобьями. Лабораторные исследования показали, что эликсиры эти - сильнодействующие психотропные препараты и наркотики, приготовленные из местных грибов и растений. Сначала собирались снабжать этими делами армейские спецподразделения, но потом выяснилось, что одновременно с кратковременным резким увеличением силы и выносливости наступает и столь же сильное нарушение интеллекта. То есть вместо супербойца получался могучий, не знающий усталости идиот с современным оружием в руках. Лет тридцать назад такой солдат, возможно, и устроил бы армейское начальство, но не сейчас.
   Ходили еще слухи, что кто-то из верхушки Пентагона якобы предлагал создать новое бактериологическое оружие из полученных из Морровинда бактерий - возбудителей ряда сверхзаразных и быстро протекающих болезней типа серой чумы и т. п., поскольку в том же Морровинде давно уже существовали противоядия от них. Но к тому времени Союз уже распался; то тут, то там вспыхивали скандалы, связанные с бактериологическим оружием, и идея была похоронена.
   В итоге, сталкерская деятельность была прекращена, а оперативные группы отозваны. Возможно, остались на острове один или несколько наблюдателей, но мне об этом ничего не известно. Возможно также, и даже весьма вероятно, что здесь продолжают работать какие-нибудь археологи в поисках следов давно и загадочным образом исчезнувшей древней цивилизации Гномов... Правда, найти археологов, ведущих свои изыскания неизвестно где, задача, на мой взгляд, совершенно нереальная. И вся беда в том, что сам я не имею ни малейшего представления, где находится выход из Зоны.
   * * *
   Внизу, в трактире, царили полусумрак и прохлада: ставни, как и в моем "номере" на втором этаже, были затворены, и полуденная жара сюда пока не добралась. Хозяин возился за стойкой, оттуда слышалось звяканье посуды. В очаге рядом со стойкой горел огонь; в двух больших закопченных котлах, подвешенных над огнем, булькало варево; пахло рыбой и незнакомыми специями.
   В дальнем углу залы, облокотившись на стол и подперев голову руками, сидел молодой человек в странной одежде: явно с чужого плеча камзол с давно потерявшим позолоту шитьем, грязноватые зеленого цвета штаны, рваные ботинки. На скамье подле него лежала засаленная шляпа с длинным облезлым пером На столе, рядом с кувшином и пустым стаканом, были разложены принадлежности для письма.
   Заказав хозяину обед, я отправился к столу в другом углу залы: хотелось без помех обдумать хоть какой-то план дальнейших действий. Вскоре трактирщик принес тарелки с едой и кувщин с пивом. Пиво - я налил в кружку и отхлебнул - было неплохое, но похуже того, что варили в Курасте по Пыховой технологии: не доперли здесь, видать, до паучьих лапок... Рыбный супчик с овощами и кореньями я смахнул моментально и приступил к жареной рыбе. Мелькнула ерническая мысль: не иначе - четверг сегодня... Рыба была зажарена целиком; хищно разинутая пасть с острыми и крупными зубами как бы приглашала: "А искупаться - не желаешь?" Купаться мне не хотелось, так что приглашение я проигнорировал и рыбу просто сьел.
   После рыбы настала очередь деликатеса: на большом овальном блюде - когда я поднял крышку - обнаружились исходящие паром, источающие умопомрачительный запах бело-розовые ломти крабьего мяса. Наверное, это были клешни одного из тех грязекрабов, которые так досаждали мне в начале игры в "МОРРОВИНД", и теперь я вознамерился жестоко отомстить. Прицеливаюсь вилкой в самый роскошный ломоть и ...
   - Я - Герсог! Из местных... - раздается знакомый хриплый бас. Мысленно чертыхнувшись, притормаживаю вилку... Перед столом - тот самый молодой человек в зеленых штанах. Беднягу слегка покачивает после бессонной ночи, но держится он вызывающе и смотрит с высокомерием. Хоть и не хочется отрываться от трапезы, все же отвечаю вполне вежливо, что, мол, ничего страшного, бывает и хуже...
   - Читал мою "Поэму о Зайсах"? - продолжает напирать "Герсог". Сначала не понимаю - о каких-таких Зайсах он говорит, потом догадываюсь, что поэма его - о зайцах: просто Герцог не все буквы выговаривает.
   - Или, может, соперничать со мной удумал? - с сарказмом вопрошает Герцог. С тоской глядя на остывающее крабье мясо, отвечаю, что, мол, и в мыслях у меня такого святотатства не было, и что здесь я совсем по другому делу... И против зайцев я тоже ничего не имею... Я бы даже сказал - люблю я зайцев... Особенно - тушеных.
   - Не ве..рю! - вдруг, срываясь на фальцет, вопит - непонятно к чему - Герцог... Я пожимаю плечами и возвращаюсь к прерванному обеду. Постояв еще недолго, Герцог плетется обратно, в свой угол, бормоча что-то неразборчивое.
   Прикончив грязекраба и притопив его на всякий случай еще парой пива, сыто - по рецепту классиков - отдуваюсь и удовлетворенно цыкаю зубом.
   Теперь, пожалуй, надо озаботиться и пищей, так сказать, духовной... Ведь о Морровинде я знаю, в основном, из игры, а игра наверняка не соответствует реальности, особенно в деталях. А именно детали - в моем нынешнем положении - могут оказаться как раз самым важным фактором. В том смысле - чтобы слинять отсюда. Да поскорее.
   В игрухе перемещаться по острову можно было множеством способов. Телепортацию из города в город обеспечивали волшебницы из гильдии магов, по проторенным дорогам можно было ездить на гигантских, высотой с трехэтажный дом членистоногих - силтстрайдерах (если я правильно запомнил название). Парусные корабли и баркасы доставляли путешественников и грузы в прибрежные города и поселки. Еще можно было летать - при наличии соответствующих волшебных предметов, заклинаний или свитков. Ну и, само собой, на своих двоих...
   За ней, за духовной пищей, а если серьезно - за информацией, обращаюсь опять же к трактирщику: кто еще может знать больше и про то, и про се, и про пятое-десятое, как не трактирщики да хозяева гостиниц? Обращаюсь с опаской: в "ГОТИКЕ" (я имею в виду игру) хозяин питейного заведения за ответ на любой вопрос требовал деньги. Так что я после десятиминутной беседы с ним разорился вчистую.
   Мой трактирщик денег за разговор не потребовал: на новых посетителей он, похоже, не очень рассчитывал и был не прочь скоротать время и почесать язык с прохожим человеком.
   - Уважаемый, - осторожно, чтобы не попасть впросак, начинаю я разговор, - как бы мне добраться побыстрее до какого-нибудь большого города?
   - Это до Вивека, что ли? У нас только один большой город и есть - Вивек, на островах... Есть, конечно, еще поселения разные, крепости там, форты... А чтоб большой - так это Вивек.
   - А как добраться туда, любезный?
   - Как это - как добраться? Как все добираются, так и ты доберешься... Ежели пойдешь по дороге в Вивек, так и придешь в Вивек. Ты - молодой, здоровый, так что за пару дней-то и дойдешь. Оно, конечно, ежели бандитов опасаешься - их тут много шастает - тогда лучше с караваном идти. Только они, караваны-то, не часто ходят... Может, пять дней прождешь, а может - и больше...
   - А быстрее никак?
   - Да как быстрее-то? - Трактирщик засмеялся. - Ежели только бегом...
   Потом, отсмеявшись, трактирщик хитро так посмотрел на меня и спрашивает:
   - Или, может, сказок наслушался? Неужто сказкам веришь?
   - Каким сказкам? - Мне становится любопытно.
   - Ну, каким... Про то, что в чащобах будто бы крепости древние стоят, неизвестно кем выстроенные.. И в крепостях этих нечистая сила живет и идолопоклонники, которые людей едят. И будто есть там зала одна... Особенная... Входишь туда, в залу эту... а выходишь - совсем в другом месте, в другой крепости, на другом конце острова.
   По тому, с каким вкусом трактирщик все это говорил, мне стало ясно, что трактирщик мой - романтик, несмотря на почтенный возраст и прозаическую профессию. И что если бы он жил по ту сторону барьера, то наверняка проводил бы вечера за компом в каком-нибудь сказочном мире...
   - Да... Это ж надо такое придумать... - изображаю как могу сомнение и скепсис... - Нечистая сила... Людоеды...
   - Да при чем тут людоеды? - раздражается моей непонятливостью трактирщик. - Я же про крепость тебе толкую и про залу волшебную, сказочную... А людоеды - так не людоеды они вовсе. Просто вера у них такая... Я ведь ясно сказал - идолопоклонники они! И насчет нечистой силы... Это же просто говорится так - нечистая сила... На самом-то деле они - демоны, слуги гномовы. Из другого мира присланные. Святилища гномов охранять от мародеров всяких-разных. Так что ежели увидишь где развалины чудной формы и с дверьми овальными, так беги оттуда со всех ног... А то и бежать потом будет нечем.
   Мда... Насчет романтика - это я, пожалуй, перегнул.
   - А могу ли я поинтересоваться, молодой человек, откуда ты? - спрашивает вдруг хозяин. - Не с севера ли? По обличью ты вроде бы нордлинг... Только вот - странно - простых вещей не знаешь.
   Точно - не романтик... Скорее - чекист начинающий. А может - и не начинающий...
   - Ты угадал, любезный... Нордлинг я, с севера. Зовут меня Немо. Только я с очень дальнего севера, и у нас там все немного по-другому... - пробую я выпутаться.
   - Аа.. Ну, тогда понятно... - кивает трактирщик. Но легкая, едва заметная настороженность во взгляде не исчезает... - И что же тебе надобно в Вивеке, друг Немо? Если не секрет, конечно... Может, подскажу чего? Кстати, меня зовут Арнот.
   Ага... Арнот... Так я тебе и поверил! Папа Мюллер - вот ты кто!
   - Да какой тут секрет! Нет у меня никаких секретов. Друзей я ищу - потеряли мы случайно друг друга. А шли мы в какой-нибудь большой город, на заработки... - изобретаю я историю про нордлингов-гастарбайтеров... - Вот я и подумал: может, в Вивеке мне их поискать?
   В Вивеке? Поискать?! - Теперь Арнот веселится уже вовсю. - Да ты представляешь себе, э.. друг Немо, сколько в Вивеке народу?! Тысячи! Да и сам город - на островах... Как ты их искать-то там будешь?
   - Не знаю... - признаюсь я. - Может, ты, уважаемый Арнот, что-нибудь посоветуешь?
   - Что же тебе посоветовать-то... - бормочет в задумчивости трактирщик. Потом оглядывает меня и спрашивает внезапно: - Ты оружием-то хорошо владеешь?
   Так и подмывает ответить, что, мол, в тридцати шагах промаха в карту не дам!
   - Все нордлинги оружием хорошо владеют, - приосанившись, горделиво отвечаю я.
   - В Вивеке Арена есть... Большое такое здание на одном из островов... Там бойцы друг с другом сражаются, и много народу приходит посмотреть эти бои. Глядишь, и друзья твои придут. Да и деньжат заодно подзаработаешь, ежели наймешься: победителям, я слышал, неплохо платят.
   - Благодарю за мудрый совет, любезный Арнот. Возможно, так я и сделаю.
   Выступать в роли гладиатора я, конечно, не собираюсь. В том, что меня уже ищут, даже сомнений нет. И самое, пожалуй, разумное - не дергаться и ждать поисковиков Управления здесь, в Балморе. Только вот деньжат у меня маловато... Да и курево на исходе.
   Расплатившись за обед, выхожу на улицу. И сразу охватывает странное чувство: будто бывал я здесь уже тысячу раз. В каком-то смысле оно так и есть: в игре здесь, в Балморе, была моя, так сказать, резиденция. Похожее чувство возникает, когда в зрелом возрасте возвращаешься туда, где провел детство. Вот и книжная лавка, куда я таскал на продажу найденные в разных местах книги: и хорошие, и не очень. Подчиняясь внезапному импульсу, поднимаюсь по ступенькам и толкаю дверь...
   В лавке темновато, пахнет книгами и пылью. Владелица лавки, узколицая дама средних лет, смотрит на меня с некоторым удивлением: видно, не часто к ней заглядывают типы вроде меня. Предупреждая вопрос, говорю, что хотел бы порыться на полках, посмотреть что тут есть. Дама делает приглашающий жест.
   Меня давно интересовало - откуда в игре появились те иногда просто великолепные рассказы, что я читал? То ли это сочинения литераторов, привлеченных разработчиками игры, то ли книги были вынесены из Зоны? По стилю и манере изложения некоторые вещи напоминали мне рассказы Э. По и, на мой взгляд, ничуть им не уступали.
   Очень скоро нахожу на стеллажах кое-что из того, что когда-то с таким удовольствием читал в игре. Вот история про хитроумного правителя, который в ходе званого обеда объявляет, что прознал про вражеского соглядатая при своем дворе и велел подсыпать яд в его кубок, и что, если этот предатель сейчас повинится, то даст ему противоядие. Нервы шпиона не выдерживают, он признается в предательстве и, как и было обещано, получает противоядие. Принимает его и... умирает в ужасных мучениях: противоядие оказалось как раз ядом.
   А вот и другая история. Некий незадачливый воришка крадет кошелек; потом, увидев, что хозяин кошелька спохватился пропажи и начал его преследовать, воришка бежит и пытается спрятаться на кладбище, в склепе. И вдруг оказывается, что там его уже ждут.. и даже приглашают к столу... Вот только главным блюдом трапезы настойчиво предлагается стать ему самому.
   Побренчав в кармане оставшимися после оплаты жилья и обеда монетами, обещаю хозяйке зайти как-нибудь в другой раз, когда деньжат будет побольше, и с сожалением покидаю этот рай для любителей мрачных и загадочных историй.
   В другой лавке, по соседству, где торгуют одеждой и всякой ерундой, сбрасываю все свитки и пузырьки. Выручить за них удается немного, но хоть что-то. Напротив, через улицу, еще одна лавка. Хозяин - старый, облезлый кошак - хрипло мурлычет, что есть у него одна вещица для понимающего человека - меч демонический... И показывает мне этот меч. Инструмент действительно хорош, не чета моему трофейному, но когда я слышу цену, то не могу удержаться от хохота: нулей в цене - больше, чем у меня монет. Хозяин невозмутимо смотрит на меня желтыми глазищами, и трудно понять, что у него на уме: промурлычет сейчас вежливое "Сэра?.." или съездит по носу когтистой лапой.
   На обратном пути в гостиницу пересчитываю всю наличность. Хватит дня на три, не больше. За такое время вряд-ли меня разыщут, так что надо бы, пожалуй, уже сейчас озаботиться финансовым вопросом. Грибы-цветочки собирать - много не заработаешь. Гоняться за разбойниками - то же самое. Склепы грабить - не по мне. В игре - еще туда-сюда.. А так - тревожить покойников - занятие не для приличного человека.
   А вот сходить посмотреть на древние развалины да на демонов поохотиться - совсем другое дело. Может, из местной нежити и выпадет что-нибудь стоящее. Да и просто интересно. Заодно и колечко проверю.
   В трактире все так же пусто, а хозяин по-прежнему торчит за стойкой.
   - Раззадорил ты меня, почтенный Арнот... - обращаюсь я к трактирщику. - Любопытство меня разбирает: посмотреть хочу на эти самые развалины с овальными дверьми. Да и дома потом будет что рассказать...
   - Да ты в своем уме-то, Немо?! Или с гуара упал? - Хозяин смотрит на меня, как на больного. - В такие места по своей воле не ходят! А ежели кто и попадет случайно, так обратно-то уж и не возвращается! Или, может, возомнил себя воином великим, непобедимым? Послушай старого человека, откажись от этой затеи... Тем более, что и снаряжение твое - видел я его - скажу прямо, не рыцарское...
   - Дагот не выдаст, гуар не съест, - шучу я в ответ. - Расскажи-ка мне лучше, любезный, как найти такое место.
  
   Глава 7
  
   На следующее утро, плотно позавтракав и облачившись в доспехи, сообщаю Арноту, что хочу побродить окрест, и день или два меня не будет. И что если кто будет меня искать, то пусть подождут. Хозяин сразу смекает что к чему - накануне я все-таки выпытал у него, где найти те самые развалины - и, немного помявшись, просит расплатиться за номер вперед: похоже, не верит Арнот в мое благополучное возвращение.
   Городские ворота давно остались позади. Дорога идет вдоль обрывистого берега реки. Слева, за рекой, зеленеют холмистые луга с редкими деревьями; еще дальше, за лугами, виднеются горы в голубоватой дымке. Справа, совсем близко от дороги, круто уходят вверх серые с черными вкраплениями скальные стены.
   Спустя пару часов быстрой ходьбы замечаю, что ландшафт начинает меняться. Дорога теперь идет под уклон; река становится шире и мельче: уже просматривается чистое песчаное дно, слабое течение слегка колышет темные водоросли под берегом. Скалы уходят вправо. А передо мной встает негустой лес, очень похожий на тот, в который я так неожиданно "десантировался" позапрошлой ночью. Каменистая дорога постепенно сужается и переходит в тропинку, вьюшуюся вдоль густо поросшего осокой и папоротником топкого берега. Вскоре сквозь все эти заросли начинает просвечивать густая синь, а в воздухе ощущается вдруг еле уловимый запах - или привкус? - соли и водорослей.
   Наконец заросли расступаются, и передо мной - море. Ветра почти нет, и водная гладь простирается до горизонта огромным синим зеркалом. Устье реки здесь не очень широкое, и на другом берегу хорошо виден выброшенный на скалу полузатонувший баркас - один из ориентиров, названных Арнотом. Теперь уже должно быть недалеко и до рыбацкого поселка, откуда трактирщику доставляют свежую рыбу.
   Еще полчаса ходьбы, и я выхожу к поселку. Впрочем, поселок - это, пожалуй, слишком громко сказано: здесь всего с полудюжины обветшалых деревянных домишек, больше похожих на сараи, да пара недлинных причальных мостков на сваях. Прохожу через хутор, так никого и не встретив.
   Тропинка уходит в лес. Солнечный свет пробивает кроны деревьев и стелящийся еще понизу утренний туман косыми светлыми полосами, и черные, мшистые, густо опутанные лианами стволы кажутся не такими мрачными. Сапоги вскоре совсем промокают от несошедшей росы, и теперь при каждом шаге явственно слышится хлюпанье.
   - Тише ты... Спать мешаешь... - недовольно бурчит Скептик. - И вообще... Не мог по берегу идти, бревно?!
   Оставляю выпад наглеца без внимания, тем более что лес уже кончается... Впереди - широкий луг с узкой речушкой и мостиком. На другом конце луга, левее, ближе к морю, видны какие-то темные развалины с покосившимися колоннами. Не иначе - те самые...
   Но сейчас мое внимание больше привлекает живописная фигура у моста. Здоровенный мужик в кольчужных доспехах и красной, отороченной рыжим мехом шапке, из-за спины торчит огромный боевой топор. Когда я подхожу ближе, мужик цепко оглядывает меня, чуть задержавшись взглядом на дешевом панцире и дрянном мече, и хриплым голосом спрашивает:
   - Куда торопишься, приятель? Не знаешь разве, что в округе полно разбойников? Неужто не боишься один ходить?
   Я с испуганным видом озираюсь по сторонам, что приводит мужика в неописуемое веселье: он гогочет щербатым ртом и колотит себя по ляжкам огромными кулачищами. Отсмеявшись, мужик весело заявляет:
   - Вот что я тебе скажу, приятель! Оставь-ка ты лучше мне свои деньжата: у меня они целее будут, да и тебе так будет спокойнее... А то, вдруг, отнимет еще кто...
   - А может - и не отнимет! Авось - как-нибудь обойдется! - отвечаю я бесшабашно этак. - Да и кому отнимать-то? Ведь, кроме нас двоих, тут и нет никого!... - уже вполне серьезно замечаю я этому весельчаку.
   Щербатая улыбка на бородатой физиономии весельчака пропадает, и рука его тянется за спину, к топору. Но в следующее мгновение он уже лежит на земле с разбитыми в кровь носом и губами, а кончик моего меча упирается ему в горло.
   - А теперь послушай меня, приятель! - передразниваю я бандита. - Если на обратном пути я тебя здесь увижу, то разбитым носом дело не обойдется! Ты понял? - с этими словами я слегка нажимаю на рукоять.
   Клиент бормочет что-то в том смысле, что он все понял, и что он только пошутить хотел. В ответ, сотворив широкую улыбку, я ему признаюсь, что шутить тоже люблю, нравится мне это дело - шутить, и обещаю, что при следующей встрече шутки мои будут еще смешнее.
   Оставив бандита вытирать кровавые сопли, направляюсь через мосток к развалинам. Решение - идти одному - уже принято, но сомнения меня не оставили: если трактирщик не преувеличивал, то противник там может оказаться серьезный. А снаряжение у меня, как верно заметил Арнот, никакое. Это в игре все было легко и просто: взлетел на колонну повыше, и знай себе поливай супостатов стрелами из лука или арбалета. Так что помощь этого мордоворота могла бы оказаться не лишней.
   - Ага... Он бы тебе помог... - брюзжит Скептик. - В могилу лечь...
   Метров за сто от цели останавливаюсь, чтобы осмотреться... Вокруг все тихо и спокойно: ни тебе скелетов с автоматами, ни драконов с гранатометами... Травка... Птички щебечут... Вот, кстати, и еще одна птичка. Откуда - то из развалин появляется что-то темное и крылатое, и это что-то несется теперь ко мне, низко стелясь над лугом. Существо подлетает ближе, и теперь я его или, точнее, ее узнаю. В игре она значилась как Крылатый Сумрак - анемичная голая дамочка с огромными крыльями, тощими ручками и ножками и трубным голосом. Эта же налетала молча, слышно было лишь редкое хлопанье мощных крыльев... Увидев существо поближе, возвращаюсь к понятию "оно": в фигуре - никаких признаков пола, лицо - если это называть лицом - ни женское, ни мужское: лысый череп, красные безумные глаза, разинутая пасть с клыками. Жилистые руки вытянуты вперед, скрюченные пальцы оканчиваются длинными изогнутыми когтями. Голый крысиный хвост с колючкой на конце. Все эти детали отмечаются в сознании сами собой, машинально, потому что на самом деле рассмотреть я ничего не успеваю, а единственно успеваю пожалеть, что у меня нет щита.
   Существо нападает с лета и применяет все свое вооружение одновременно: ударами могучих крыльев пытается сбить меня с ног, когтями - вцепиться в лицо, а хлесткими ударами шипастого хвоста - пробить панцырь. Первую атаку мне как-то удается отбить: косым ударом меча подрубаю левое крыло и грудную мышцу химеры. Тварь взмахивает крыльями, отлетает на пару метров... но тотчас бросается на меня снова. На этот раз ее атака более успешна: пока я стараюсь увернуться от когтистых пальцев и клыков, тварь бьет меня хвостом по ногам, и я кубарем лечу на землю. Тварь пытается закрепить успех и снова набрасывается, но я моментально откатываюсь в сторону, успев все же ткнуть ее в брюхо мечом. Тварь отскакивает, а я поднимаюсь на ноги.
   Несколько секунд передышки... Тварь по-змеиному поводит из стороны в сторону лысым черепом, злобно пялится на меня и изредка взмахивает крыльями. Кровь тонкими струйками, пульсациями - в такт со взмахами крыльев - вытекает из ран на груди и на брюхе. Похоже, что летать эта штука уже не может.
   Только я успеваю это подумать, как тварь снова атакует. Правда, атака теперь не такая бурная, да и скорость движений стала поменьше. И мне удается рубануть эту заразу со всего размаха сверху, по черепу. То ли меч оказался слишком легким или тупым, то ли череп - слишком прочным, но разрубить его напополам, как я надеялся, не получается. Зато тварь падает под ударом на колени. Пользуясь моментом, перехватываю рукоять и загоняю меч в шею твари, сверху вниз, насквозь, и нажимаю еще, пока клинок не входит в землю на локоть.
   Пока нежить корчится в судорогах, подсчитываю потери; их оказывается не так уж и много: несколько царапин на шеке, несколько вмятин на панцыре и один разодранный сапог. Бечевки у меня в сумке не нашлось, зато там сохранился тот самый пахучий кругляк в тряпице. Или скорее не сохранился: если позавчера запах показался мне слишком острым, то сегодня он был ужасен. А может быть, все наоборот, и сыр - если это сыр - как раз созрел, и мне просто непонятна вся прелесть запаха хорошо созревшего сыра? Другой еды у меня с собой нет, и все-же, поколебавшись немного, прихожу к убеждению, что есть ЭТО я все равно не буду, и отбрасываю кругляк подальше от себя, а тряпицей подвязываю разодранное голенище.
   Закончив с хозяйственными делами, возвращаюсь к нежити. Тварь благополучно издохла, ничего мне не оставив: ни монетки, ни самого завалящего бриллиантика, ничего. Так что мне остается только забрать свой меч и надеяться на более удачное продолжение моей эскапады.
   Пожалуй, правильнее будет не лезть сразу в развалины, а обойти вокруг и посмотреть: может, еще кого удастся выманить сюда, на открытое место. Может, удастся всех, кто там есть еще, поодиночке переколотить.
   - Точно! Тише едешь - дольше будет! - ехидничает Скептик.
   Слева, ближе к морю, луг делается совсем топким. Я поворачиваю обратно, и продолжаю обход уже справа, по-прежнему на дистанции в сотню метров от развалин. Интересно, что же это за развалины такие? Развалины чего? Отсюда, кроме колонн, видны только полуразрушенные портики да широкие ступеньки из белого камня, никуда, впрочем, не ведущие.
   Внезапно из-за колонны показывается вполне человеческая фигура. Даже отсюда я сразу ее узнаю: это Святоша, здоровенная мускулистая тетка в красивых доспехах, эдакая амазонка. Только вместо лука у нее меч и щит. Это скорее хорошо: не знаю, как будет здесь, а в игре из Святоши выпадали хорошие и дорогие вещи. Да и драка будет честной, безо всяких там когтей и хвостатых шипов. Шипастых хвостов то есть.
   Несколько звучных ударов мечом о панцырь привлекают внимание Святоши, и она бежит ко мне через луг. Красиво бежит: широко, легко так... Будто и нет на ней ни тяжелого панциря, ни шлема, будто на ногах не сапоги, а легкие туфельки, а в руках - букетик ромашек.
   Уже по первым ударам, которые я принимаю на меч, становится ясно, что с этой девицей у меня проблем не будет: удары довольно сильные, но бесхитростные, без малейшего намека на связку или комбинацию. Примерно так же дерутся быки в Коровнике - тупо и однообразно. Интерес к поединку и некий азарт - ведь в игре Святоша была довольно сильным противником - у меня пропадают. Нарочито однотипно - сильным отбивом в сторону - отражаю еще несколько ударов, а затем вместо отбива наношу встречный удар, обводной. Клинки со скрежетом скользят один вдоль другого, и клинок девицы уходит в пустоту над моим плечом. Зато мой клинок протыкает Святоше горло.
   На этот раз удача мне улыбается: из девицы вываливается черный панцирь - из минерала, что в игре назывался "эбонит" - и такой же двуручник. Это уже кое-что: теперь можно безбоязненно принимать на корпус удары мечом - в крайнем случае синяк останется - да и новый инструмент почти вдвое увесистее моей железяки и не в пример острее.
   Сменив панцирь, оставляю старые железки у трупа Святоши и продолжаю обход; вскоре почва вновь становится топкой, и я останавливаюсь. Или снаружи у развалин больше никого нет, или отсюда мне просто не видно - в любом случае надо идти туда, поближе. С обновками я чувствую себя значительно увереннее, так что без особых колебаний иду вперед.
   Вот и развалины. Здесь пусто; лишь у одной из колонн сидит скелет в ржавых железных доспехах - настоящий скелет, не нежить. Отчего умер этот боец, теперь уже не понять. Скорее всего - от ран. И умер он не так уж давно: остатки сухожилий еще как-то удерживают кости скелета. Это был настоящий воин: даже умирая, не выпустил меч из руки. Меч хороший, из зеленого "стекла" - вероятно, бойцу перед смертью удалось заломать Святошу. Рядом со скелетом, на земле, в остатках истлевшего кожаного кошелька, горсть золотых монет и простенький медальон на тонкой серебряной цепочке. Из любопытства поднимаю медальон - он совсем легкий, разъемный - и открываю. Внутри - неплохо сохранившийся, лишь пожелтевший немного, сложенный вчетверо маленький клочок бумаги с несколькими коряво написанными строчками бурого цвета:
   " Тому, кто найдет... Друг, передай эту записку и медальон Лоре Корва из Балморы"
   И внутри, на развороте:
   " Лора, любовь моя! Прости, что я не пришел... Я хотел добыть денег на нашу свадьбу,
   и чтобы купить дом... Для нас и наших будущих детей... Прости... И прощай...
   Я буду любить тебя вечно...
   Лайонель"
   С тяжелым чувством - не люблю я выполнять подобные поручения - кладу медальон с запиской и монеты в сумку: надо будет попытаться найти эту Лору и отдать прощальное послание и деньги.
   Осмотревшись, замечаю среди обломков огромную каменную глыбу; обращенная в сторону моря сторона глыбы стесана в плоскость, и на плоскости этой чуть притоплен овал с непонятным рельефным рисунком. При приближении срабатывает какой-то механизм, и каменная плита овала с характерным глухим звуком - камень по камню - медленно опускается. Сквозь открывшийся проем видны уходящие вниз, в темноту, ступени.
   Очень не хочется оказаться замурованным там навсегда, но ничего подходящего, чтобы как-то заклинить дверь, поблизости нет. А разбросанные вокруг каменные обломки руин слишком велики и неподъемны. Наконец, нахожу недалеко не очень крупный - килограммов на двести пятьдесят или чуть больше - кусок рухнувшей колонны портика и за какие-нибудь полчаса докатываю его до проема. Еще минут десять уходят на то, чтобы поставить кругляк на попа на чуть выступающую из каменной площадки плиту. Уфф... Зато теперь хрен кто запрет меня в этом подземелье!
   -Эт - да! Эт - прально! - подозрительно легко соглашается Скептик. - Служба безопасности-то у нас - ого-го! На высоте она у нас - служба-то!
   Реакция этого урода на мои вроде бы верные действия заставляет меня задуматься: обычно Скептик зря не высовывается, тем более в такой откровенно издевательской манере... Хотя и ему случается ошибаться... Что же его на этот-то раз не устроило?
   Поразмыслив немного, я, кажется, начинаю понимать, в чем дело. Место здесь - открытое, недалеко от поселка, и оперативники не могли не заметить эти развалины и не исследовать их. Но тогда они так же, как и я, должны были бы как-то подстраховаться. Если бы они блокировали чем-то плиту, то валун или бревно, или еще что-то, чем они пользовались, должны были бы остаться здесь. Однако ничего похожего рядом с проемом нет.
   Возможно, конечно, что они оставили одного бойца здесь, снаружи, для подстраховки. Но это кажется мне почти невероятным: идти вниз, в заведомо опасное место вдвоем, да еще оставить снаружи - где нежить может репродуцироваться в любой момент - одного человека. Нет, ни один командир группы такую глупость не совершил бы.
   Значит, инструмент, послуживший для блокировки плиты, был намеренно кем-то удален отсюда. Нежить на такие действия неспособна. Следовательно, это дело рук людей. И не исключено, что они, хитрецы эти, сейчас внизу меня поджидают.
   А может, Скептику моему не понравилось, что за спиной остается тот бандит с топором. Но вряд ли эта пивная бочка сдвинет с места мой камешек. Да и побоится он, пожалуй, сюда идти - не герой он.
   - Все! Теперь - заткнись! - ору я Скептику. - Сам ведь не советовал брать с собой этого, с топором... Так что молчи теперь!
   За время дурацкого диалога меня со мной дрожь в мышцах - перетаскивание камешка оказалось совсем не легким делом - унялась, и теперь уже можно, пожалуй, двигаться дальше. Осторожненько перешагиваю через кругляк и прислушиваюсь: механизм двери молчит.
   Лестница уходит вниз крутой спиралью, и уже после первого витка становится совсем темно; тишину нарушают лишь гулкие удары сапог по каменным ступеням. Чиркаю зажигалкой. Слабенький огонек позволяет разглядеть ближайшие несколько ступенек и мокрую стену колодца. Спуск оказывается недолгим: на глубине шести - семи метров лестница заканчивается, и короткий коридорчик приводит меня к входу в обширный грот, скупо освещенный дневным светом через пролом в куполе.
   Дальше дороги нет: пол по какой-то причине здесь осел, и теперь передо мной - залитый водой котлован, на дне которого сквозь толщу воды просматриваются каменные плиты поверх поваленных колонн. На другой стороне грота виден вход в другой коридор, но добраться туда можно только вплавь. Кстати, в играх меня всегда забавляла возможность плавать в доспехах, в том числе и в тяжелых. Реально я в состоянии переправить груз весом три-четыре килограмма, может быть - чуть больше. Но один только мой панцирь весит не меньше восьми кило, да и меч - около того. Эх, веревку бы сейчас! И подлиннее!
   Строго говоря, я давно уже вышел за рамки всех правил: добыв из Святоши вещи, продажа которых надолго обеспечивала мое существование здесь, я должен бы был - по инструкции - этим ограничиться и вернуться в Балмору. Но сейчас меня понесло что-то... Наверное, слишком давно не случалось решать только за себя.
   Так... Что же придумать-то? Попробовать докинуть? До коридора напротив - метров десять. Можно попытаться... Правда, грохоту будет - будь здоров! Хорошо, если там поблизости никого нет...
   Сапоги, перчатки и шлем благополучно улетают в темный проем. Следом за ними - поножи. Грохот, конечно, стоит тот еще... Но никто на шум не появляется. Теперь очередь панцыря... Раскачиваю его, как шар в кегельбане, и бросаю изо всех сил. Медленно вращаясь, панцырь описывает дугу и... падает в воду, не долетев до площадки каких-нибудь полметра. Не повезло! Зато меч долетает до места.
   Держа сумку с зажигалкой и амулетом над водой, переплываю грот и выбираюсь на площадку. Этот второй коридор вновь уходит в темноту, и там пока все тихо. Утонувший панцирь кажется отсюда просто темным пятном...
  Связанные вместе пояс и две полосы из тряпки с сапога составляют около четырех метров в длину. Маловато... Приходится пожертвовать рукавом рубашки и тоже распустить на полосы - так должно хватить.
   Достав панцирь, по-скорому одеваю доспехи, вновь подвязываю злосчастный сапог и двигаюсь дальше; коридор теперь идет под уклон. Вскоре впереди вновь светлеет, но свет этот - явно от факелов или фонарей. Коридор заканчивается широкой лестницей, далеко внизу - арка с горящими по обе стороны факелами... И оттуда уже бегут на меня, легко прыгая через ступеньку, два скелета-воина с двуручниками наизготовку.
   Я их угощаю мощным ударом меча с кругового разворота, и все это добро - мечи, кости, черепа - ссыпается вперемешку по ступеням обратно вниз. Вот что значит иметь приличный инструмент!
   - К инструменту еще бы и мозги впридачу! - ворчит Скептик.
   Здесь я готов с ним поспорить, но некогда: из-под арки появляется высокая фигура в черных доспехах - сам Принц Даэдра.
   Первый импульс - бежать обратно к котловану - вызывает хихиканье Скептика и подавляется мной в зародыше: этот импульс - от игры. В игре водоем с обрывистыми краями - идеальное место для того, чтобы совершенно безнаказанно расправиться с могучей нежитью типа Даэдра и Святоши: достаточно заманить противника за собой в воду и взлететь... Здесь же водоем - идеальное место для самоубийства: стоит только оступиться.
   Атаковать Принца - тоже глупо: неизвестно, кто еще там может выскочить из-под арки.
   Так что наиболее, пожалуй, верное решение - выманить Принца сюда, наверх, но не давать ему возможности подняться по лестнице выше меня.
   - Тактик ты наш! - умиляется Скептик.
   Принц бегом поднимается до середины лестницы, останавливается там, делает пассы, и в меня летят огненные шары. Из любопытства принимаю первый шар на грудь... и сразу об этом жалею: шар растекается по всему телу жидким огнем, огонь этот просачивается сквозь доспехи и больно обжигает кожу. Если это внушение, то внушение чертовски мощное и убедительное, и колечко волшебное от него не спасает. Или это самая что ни есть натуральная плазма. Экспериментировать дальше мне уже не хочется, и я шустро лавирую вправо-влево, уклоняясь от огненных зарядов.
   Игра в салки продолжается недолго. Отметив неэффективность атаки огнем, Принц или, точнее, программа Принца переходит к одному из дальнейших вариантов развития атаки: Принц снова делает пассы, и тело его окутывает прозрачный фиолетовый пузырь силового поля, а в руках у Принца невесть откуда появляется огромный двуручный меч.
   В игре действие пузыря проявляется опосредованно: для уничтожения нежити приходится нанести большее количество ударов; как проявляется силовое поле в реальности - я не знаю.
   Принц набегает и обрушивает на меня рубящий удар такой силы, что я едва удерживаю подставленный под удар меч. Пока он замахивается снова, пробую проткнуть пузырь. Никаких электроразрядов - чего я опасался - при контакте меча с силовым полем не возникает. Зато возникает такое ощущение, будто я пытаюсь проткнуть кусок сырой глины: скорость тычка гасится, и острие меча лишь царапает панцирь противника. Приходиться констатировать: пробить пузырь мне не удастся. Я едва успеваю отдернуть меч и подставить его под следующий удар.
   Дальнейший поединок сводится к тому, что Принц пытается пробить мою защиту и обойти меня по краю лестницы, чтобы подняться выше, а я, с трудом отбивая могучие удары, стараюсь ему воспрепятствовать. И это продолжается неимоверно долго. Потому что в таком поединке несколько минут - целая вечность.
   Наконец происходит то, на что я так рассчитывал и чего ждал: силовой пузырь пропадает. То ли силовое поле пожирает слишком много энергии, то ли еще почему - сейчас меня это не интересует. Не теряя времени, делаю то, что задумал еще в начале стычки: в прыжке бью обеими ногами Принца в грудь. Принц падает и, гремя доспехами, скатывается вниз по ступеням. Не давая ему времени подняться, подбегаю и бью пяткой по шлему. Голова Принца неестественным образом выворачивается, а тело обмякает - Принц Даэдра мертв.
   Подарок, оставленный Принцем, великолепен: даэдрический двуручный меч и то, что в игре называлось "Маска Ужаса" - прекрасной работы кованый шлем, изображающий спереди какую-то страхолюдную физиономию и украшенный зачем-то маленькими красными перышками. Снимаю свой шлем и кладу его у тела Принца, взамен надеваю "Маску", подбираю меч.
   - Красавец! - восхищенно шепчет Скептик.
   Намек прозрачен: вид у меня сейчас, должно быть, комичный - два отличных меча, дорогой панцирь, шикарный - ценой в целое состояние - шлем и, при этом, дешевые железные поножи и такие же жалкие сапоги, один из которых, вдобавок ко всему, подвязан тряпкой.
   Не торопясь, спускаюсь по лестнице. Из-под арки открывается вид на огромную пещеру, в центре которой, на возвышении - гигантская статуя какого-то человекоподобного, но с головой крокодила, существа, опирающегося на боевой молот. Вероятно, это - один из местных богов, а пещера - святилище.
   У подножия статуи, ближе ко мне, три человека в халатах машут на меня ручками. Сцена напоминает мне начало встречи с первыми моими знакомцами в Морровинде - убийцами из Мораг Тонг. Сбрасываю с руки перчатку, медленно стаскиваю с пальца колечко. И тут же, пока еще хватает сил на это немудреное действие, надеваю кольцо обратно.
   Потому что на эти одну или две секунды я окунулся в ад. В памяти остались только совершенно невыносимая, безумная боль от ожогов - в меня летели сразу три потока огненных шаров - и гадкое ощущение полнейшего упадка сил и абсолютной невозможности дольше удерживаться на ногах.
   Утираю со лба мгновенно выступившие капли пота и прислушиваюсь к реакции тела на неожиданный стресс. Особой боли от воображаемых ожогов я не испытываю: ощущение такое, будто слегка обгорел на солнце - возможно, спасло то, что внушение длилось совсем недолго. Пульс даже не успел разогнаться и практически в норме. Лишь под коленом противно дергается какая-то жилочка. И я торжественно обещаю и себе, и Скептику, что никогда больше - во всяком случае, в Морровинде - не сниму с пальца волшебное кольцо. Скептик испуганно молчит.
   Демонстративно медленно, вальяжно эдак направляюсь к магам, поигрывая принцевым мечом. Когда между нами остается лишь несколько шагов, маги перестают махать руками и невежливо поворачиваются ко мне спиной, делая вид, что я им совершенно не интересен. Кажется, в Морровинде это - манера выразить отказ от продолжения конфронтации, своего рода свидетельство капитуляции. Поскольку эти ребята для меня тоже никакого интереса не представляют, оставляю их в покое. Пока.
   Слева от меня виден вход в еще одну пещеру, совсем маленькую, что-то вроде придела. Здесь, на круглом постаменте, в круге горящих свечей возвышается железное корыто, и на дне его сложены кровавые куски сырого мяса - подозреваю, что человечьего. К корыту прислонен рукоятью странной формы топор.
   Напротив, по другую сторону статуи, еще один придел, и здесь меня ожидает приятный сюрприз: на полу рядами лежат предметы снаряжения. И ни какого-нибудь там, а даэдрического! Панцири и шлемы, поножи и сапоги, наплечники и наручи, перчатки, мечи и щиты - все тут есть! Скорее всего, это - результат деятельности первых опергрупп Управления, в начале работы в Морровинде. Вещи, которые уже не представляли для них интереса. Остатки, так сказать. С неописуемым удовольствием облачаюсь в эти "остатки", из старого оставляю только принцев меч и "Маску". И продолжаю "экскурсию" по пещере.
   У дальней от входа стены замечаю лежащую на тощем тюфячке э... девушку из кошко-людей, причем - если судить по светло-рыжей шерстке и одежде - короткому синему платьицу с голубым передничком - совсем молоденькую. При моем приближении девушка встает и, настороженно глядя на меня, издает легкое, предупреждающее - мол, так просто я не сдамся - шипение.
   -Ты кто? - интересуюсь. - И что здесь делаешь?
   - Я - Карра. - мурлычет девушка. - Меня похитили эти люди, когда я шла навестить бабушку, и притащили сюда.
   - А красной шапочки у тебя нет, случайно? - невольно улыбаясь, спрашиваю я.
   - Красной - нет... Есть синяя... - недоуменно отвечает Карра, глядя на мой шлем. - А зачем тебе?
   Тут даже Скептик не выдерживает и хохочет.
   - Да я так спросил... Просто, когда я был маленький, у меня тоже была бабушка... - продолжаю я накручивать.
   -...И ты ходил к ней в красной шапочке? - подхватывает, пытаясь понять, девчушка.
   Я перестаю смеяться и внимательно всматриваюсь в ее личико... Но на кошачьей физиономии прочесть что-либо мне не удается, может, и издевается - поди пойми...
   - И зачем эти люди тебя похитили? - меняю я тему.
   - Как это - зачем? - удивляется Карра. - Они же идолопоклонники! Мехруну Даготу поклоняются, - девушка кивает в сторону статуи, - жертвы ему приносят...
   Жаль, что Устав запрещает причинять вред обитателям Зон. Кроме тех случаев, когда возникает прямая и явная угроза жизни работника Управления. Надо было этих магов сразу прибить, когда они еще шарами бросались... А теперь-то что уж... Как говорится, после драки...
   - И как же можно справиться с этими магами?
   - Как это - как? - снова удивляется Карра. - Ты же справился...
   - Ну, я.... Я - великий волшебник, мне это нетрудно... А вот обычный рыцарь, рядовой, так сказать...
   - Обычный рыцарь не будет нападать сразу на трех волшебников, - компетентно заявляет девушка. - Он будет искать способ расправиться с ними поодиночке и с большого расстояния - тогда их чары действуют не так сильно... А еще существуют волшебные зелья - они тоже ослабляют действие чар... Только эти зелья действуют недолго и очень дорого стоят.
   - Ладно. Пойдешь со мной, - объявляю я Карре. - Меня зовут Немо, идолам я не поклоняюсь и маленьких девочек не ем, так что можешь не бояться.
   - Спасибо, Немо! Ты хороший друг! - промурлыкивает девушка знакомую мне по игре ритуальную фразу.
   У подножия статуи мы останавливаемся, и я разглядываю разложенные здесь подношения. Внимание первым делом привлекает гномий арбалет - компактная вещица и, если судить по виду, с хорошим боем. Это - мое! Среди прочего замечаю книгу в красном переплете, полистав, убеждаюсь, что этих рассказов я еще не видел, и отправляю находку в сумку - будет теперь что почитать на досуге.
   Задерживаемся и у склада амуниции - прихватить что-нибудь на продажу. После недолгих колебаний беру одноручную катану и ростовой щит, связываю тряпкой и вешаю на шею пару сапог и пару наплечников; арбалет доверяю нести Карре. Вспомнив, что на обратном пути может потребоваться веревка, требую ее у магов и без единого возражения получаю целую бухту.
   Со всем этим добром мы с Каррой пускаемся в обратный путь.
  
   Глава 8
  
   В Балмору мы с Каррой успеваем вернуться еще засветло и сразу идем к Арноту - отдохнуть с дороги и поесть. Трактирщик удивлен несказанно: утром ушел нищий провинциал-голодранец, а вернулся удачливый вояка, да еще в таких доспехах и с таким оружием, что любой рыцарь позавидовал бы. И все за один день!
   - Ты и правда великий воин, Немо! - признает трактирщик, с нескрываемым любопытством разглядывая мои обновки. - Прости, что посмеялся я вчера...Я ведь только предостеречь хотел...
   - Да ладно, какое там - великий воин... - говорю я скромно. - Повезло просто...
   Пока мы с Каррой ужинаем - на этот раз хозяин принес жареное мясо гуара - я пытаюсь придумать, что мне делать с этим котенком. По пути в город Карра рассказала мне, что живет она с родителями в маленькой глухой деревушке в лесу, на берегу реки, к северу отсюда. Народ в деревне промышляет в основном рыбной ловлей и сбором трав и кореньев для продажи городским целителям и алхимикам.
   Сейчас девчушка жадно уплетает мясо за обе щеки - голодом они, что ли, ее морили, маги эти хреновы? - и даже урчит от удовольствия.
   - Что дальше собираешься делать? - интересуюсь я по окончании ужина.
   - Подожду, когда мужчины придут с товаром, - отвечает она, не задумываясь, - они здесь бывают раз в месяц. Последний раз давно ходили... Так что скоро придут, наверное...
   - А вообще? Чем дальше-то заниматься собираешься?
   - Ну, чем... Травы собирать, рыбу ловить... Я - ловкая! - с гордостью сообщает этот начинающий филолог.
   - Ладно, ловкая... Если есть больше не хочешь, пойдем... Отдохнешь у меня пока, а мне еще кое-какие дела надо уладить...
   В номере сбрасываю у сундука всю амуницию, так надоевшую за день; Карра, глядя на мой наряд, весело хихикает - приходится оторвать у рубашки и второй рукав. Подобрав взятые для продажи сапоги и наплечники, советую малолетней подруге поспать и спускаюсь вниз.
   - Знаю я эту Лару, - отвечает Арнот на мои расспросы, - и Лайонеля помню... Только пропал парень пару лет назад, а девушка вскоре замуж вышла, за торговца. Его дом - у нижнего моста, там увидишь... А зачем тебе?
   - Да видел я этого парня... Обещал ему привет девушке передать... Последний.
   - Да... Бывает... - неопределенно замечает Арнот. Кажется, он все понял.
   Торговец-кошак, предлагавший мне накануне меч по безумной цене, сейчас - сама любезность. Похоже, что слухи по городку расходятся с неимоверной скоростью. И про удачливого вояку, и про спасенного ребенка из кошко-людей.
   - К вашим услугам, Сэра... - мурлычет торговец. - Чем могу служить такому доблестному воину?
   - Вот, хочу вещички эти продать. - Я сбрасываю сапоги и наплечники на прилавок.
   - Какие чудесные вещи! - восторгается кошак. - Только, Сэра, скажу честно - я не смогу дать за них столько, сколько они стоят... У меня просто нет таких денег... В Вивеке ты мог бы выручить значительно больше...
   - Ладно, любезный, давай сколько можешь...
   Торговец уходит ненадолго наверх, в апартаменты, и возвращается с двумя пузатыми кожаными кошелями в лапах.
   - Вот, Сэра... Все, что у меня есть... Но в Вивеке...
   - Хорошо, любезный... Добавь-ка мне еще полсотни вон тех серебряных стрел к арбалету, и мы в расчете.
   Кошак, довольный удачной сделкой, тут же выкладывает мне стрелы, и мы прощаемся.
   На главной площади замечаю мастерскую кузнеца-оружейника и вспоминаю, что надо бы наплечной сбруей обзавестись и ножнами, чтобы арбалет и мечи за спиной носить, как я привык. Приходится вернуться за мечами в гостиницу. Карра спит и смешно похрапывает во сне. Осторожно, чтобы не разбудить, забираю инструмент и тихо выхожу.
   Оружейник - старый нордлинг - быстро понимает, что именно мне нужно, и обещает все изготовить за два дня. За двойную оплату мне удается уговорить мастера, чтобы все было готово к утру. Оставляю ему мечи и аванс.
   В галантерейной лавке хозяйка выкладывает передо мной ворох одежды самых разных фасонов и расцветок. Выбираю черные штаны из плотной, похожей на вельвет ткани и такую же рубашку.
   Теперь мне остается еще выполнить неприятную миссию - отнести медальон. Нужный мне дом - на окраине, у моста - я нахожу легко. Пользуясь случаем, спускаюсь к реке - сполоснуться и переодеться в чистое. Солнце уже почти опустилось за горную гряду, и в темной глади воды отражается багрово-красное закатное небо.
   Дверь мне открывает молодая женщина-бретонка - очевидно, это и есть та самая Лаура - и приглашает в дом. В первом этаже - скобяная лавка: на прилавке разложены замки, дверные петли и прочая мелочь, на полу - железные ведра, рукомойники и еще какие-то железки непонятного назначения.
   Коротко рассказываю женщине об обстоятельствах, при которых мне довелось найти останки ее бывшего жениха и отдаю медальон с прощальной запиской и узелок с деньгами Лайонеля. Лаура, отвернувшись, читает послание.
  В это время из верхних апартаментов спускается и глава семейства - средних лет лысоватый толстяк в домашнем халате и шлепанцах - и спрашивает, что, мол, здесь происходит. Сцена становится для меня неловкой и тягостной, так что я быстро прощаюсь и ухожу.
  
   * * *
  
   В трактире Арнота сейчас оказывается довольно многолюдно: здесь и горожане, и стражники, и солдаты из легиона. Публика отдыхает, болтает и пьет пиво. Довольный наплывом клиентов хозяин суетится за стойкой - наполняет очередные кувшины из очередного бочонка. Беру со стойки кувшин со свежим пивом, кружку и направляюсь было к своему излюбленному месту в дальнем углу.
   - Отдал бы ты артефакт, Немо! - останавливает меня Арнот.
   Я резко оборачиваюсь, будто меня оса в задницу ужалила. Арнот смотрит на меня, но взгляд его - пустой какой-то, невидящий. И голос изменился. То есть голос-то остался прежний - старческий и дребезжащий, но интонации исчезли напрочь, будто машина говорила.
   - Ты ведь понял уже, что неприятности твои - из-за него... Просто положи артефакт на стойку и уходи... Если хочешь, я перенесу тебя... Куда скажешь... - продолжает вещать Арнот, вернее - кто-то его голосом.
   - Ты - кто? - выдавливаю я. Не то чтобы я был сильно удивлен самим фактом общения, просто все оказалось как-то очень уж неожиданно.
   - Ты уже знаешь - кто я... Или - МЫ... ( на "МЫ" голос Арнота прибавляет в амплитуде ). Я - тот, кого ты называешь - наблюдатель. МЫ - те, кого ты называешь - ЧУЖИЕ. Хотя это и не совсем так. ( Голос трактирщика на последней фразе странно булькает, будто говорящий пытается изобразить смех ).
   - Что значит - "не совсем так"? - спрашиваю я с вполне искренним удивлением.
   - Это значит, что Земля для нас - родной дом, как и для вас, людей. Точнее, давно стала родным домом. Очень давно... И с вами мы сосуществуем как симбионты.
   Мне стало не по себе. Почему-то вспомнились куриные тушки на головах у зомбированных обитателей Равенхолма.
   - Нет, - сразу отозвался Голос. - К этому мы не имеем никакого отношения. В материальном мире мы с вами никак не пересекаемся. Кроме редких случаев в исключительных обстоятельствах. Как сейчас, например.
   - Так ты и мысли читаешь? - спрашиваю я неуверенно. - Ведь про Равенхолм я не говорил...
   - Не совсем так. Скорее - образы и эмоции. Это трудно объяснить.
   Ага.. Мысли он, стало быть, не читает. Значит, можно попробовать...
   - Не надо ничего пробовать, Немо, - булькает Голос, - это - не твоя территория.
   - Слушаюсь, хозяин, - пытаюсь я шутить. - Так что ты насчет симбионтов говорил?..
   - Пока ничего. Но если тебе интересно...
   - Еще как интересно-то... - уверяю я. - Ты даже не представляешь, до какой степени мне это интересно...
   - Мне не надо представлять, Немо. Я это вижу и чувствую. Кстати, постарайся обходиться без шуток... Я их понимаю и - по достоинству - ценю. (Я мысленно утерся.) Но на них уходит время. А долго занимать транслятор я не могу. Ему это может навредить.
   - Хорошо. Постараюсь без шуток...
   - С симбиозом все просто: мысли и эмоции людей суть определенного рода энергия, необходимая для нашего существования. Люди же имеют от природы способность - осознанно или нет, и в разной степени - подключаться к информационному полю, которое является нашей составной частью. И мы им в этом не препятствуем.
   Мда... Коротко и исчерпывающе...
   - Так что с артефактом, Немо? Надумал?
   - А что это за артефакт такой, что из-за него ты решил выдать свое присутствие? Или, точнее, вы?
   - Я или мы - в данном случае одно и то же. Подчеркиваю - в данном случае. А насчет "выдать" - я полагаю, ты это не всерьез ведь? Неужели, Немо, ты действительно думаешь, что ты - первый из людей, кто знает о нас? Что же до артефакта, то могу сказать только, что это рабочий инструмент. Очень мощный по энергетике. Если он попадет в руки идиота, то может произойти катастрофа. И с вами и, как следствие, с нами.
   - Похлебка испортится? - не могу удержаться и не съязвить.
   - И это тоже... - соглашается Голос. - А почему ты так болезненно реагируешь на то, что мы ПИТАЕМСЯ вашими мыслями и чувствами? Тебя ведь наверняка мало заботит судьба других продуктов твоей жизнедеятельности?
   Он, вероятно, прав... Я и сам не могу сейчас толком понять, что меня так зацепило...
   - Пора заканчивать наш разговор, Немо: транслятор устал. Что ты решил?
   - Не решил я ничего... Подумать мне надо... Тугодум я...
   - Подумай, - опять соглашается Голос.
   - Мы еще э... встретимся?
   - Можешь не сомневаться... - булькает смехом Голос.
  
   * * *
  
   Уже битый час сижу я в своем углу, дую совершенно отвратный виноградный самогон, который здесь почему-то называют коньяком, и пытаюсь в очередной раз осмыслить ситуацию.
   Всему тому, о чем счел нужным сообщить Голос, я был склонен верить - в обмане просто не было смысла, или, во всяком случае, я не видел такого смысла. Ведь они, Чужие - я по привычке продолжал их так называть - были для нас практически неузвимы, могли читать наши мысли, намерения - поскольку при этом неизбежно формируются чувства и образы - и, следовательно, предвидеть наши поступки. И - в неизвестной мере - противостоять при необходимости.
   Если Чужие получали жизненно необходимую энергию от людей, то ведь и люди питались информацией от Чужих. И если Чужие обосновались на Земле так давно, как сказал Голос - мне даже показалось, что когда он произнес это "очень давно", то имел ввиду - еще до возникновения рода человеческого - то они - не "Чужие", а скорее Партнеры, или Соседи... Конечно, понятие "Чужие" не обязательно трактовать как "пришельцы"... Можно понимать это как "иные" в плане чисто физическом, хотя вряд ли это так уж важно... А можно понимать - "Чужие" - в смысле чуждые по духу, то есть по моральным ценностям, устремлениям и так далее... Но тогда вряд ли мы смогли бы так легко и, я бы сказал, совсем "по-человечески" побеседовать с этим самым Голосом...
   Агрессивными или кровожадными я назвать их не могу - язык не поворачивается: ведь они давно могли прихлопнуть меня как муху, а вместо этого - переговоры ведут. А то, что они забросили меня сюда - мотивация теперь понятна. И если уж быть честным, я на их месте в такой ситуации действовал бы куда как решительнее и с похитителем опасного оружия так долго не валандался бы.
   - Стокгольмский синдром у тебя, братец... - пьяно бормочет Скептик. - Еще немного, и ты назовешь их пацифистами, моралистами и даже гуманистами... И вообще - примером для подражания...
   - А что? Может, и назову... - икнув после очередного стаканчика этого абсолютно гнусного пойла, громко, на весь трактир заявляю я. - Но кольцо все равно не отдам... Фигу вот им... - Непослушными пальцами я пытаюсь изобразить упомянутую фигуру...
   Потом мы со Скептиком твердо решаем, что пить эту дрянь мы с ним больше не будем, а пойдем мы с ним дышать свежим воздухом. Пропустим вот еще по стаканчику... и пойдем.
   Последний стаканчик для Скептика становится критическим, и идти на улицу он теперь отказывается категорически. Находим компромиссное решение: дышать свежим воздухом, лежа в койке, в номере. Окно открыть и дышать... А раз уж окно все равно будет открыто - можно и покурить перед сном...
   Тут я вспоминаю, что койка наша уже занята. Приходится делать лишний крюк к стойке и договариваться с хозяином о второй комнате - для нас со Скептиком. Арнот твердит, что у него комнаты только на одну персону, но я ему заявляю, что мы с приятелем отли-и-чно поместимся и в коммуналке - нам, мол, не привыкать - и плачу ему наличными за двоих за неделю вперед.
   Наверху я осторожно, чтобы не разбудить ребенка, прокрадываюсь в свой старый номер, забираю с подоконника портсигар и так же осторожно - опрокинув только неудачно попавшийся под ноги панцирь - выхожу в коридор.
   В соседнем номере мы со Скептиком заваливаемся в койку - впервые за этот длинный сумасшедший день - и я с наслаждением закуриваю. В портсигаре остается еще только три сигареты, похоже, скоро придется на травку переходить.
   - Трава - не наркотик!... - радостно вопит Скептик.
   В ответ я лишь глубже затягиваюсь, и поборник здорового образа жизни обиженно замолкает.
   - А ведь действительно, - приходит ленивая мысль, - отвыкать ведь придется... или кольцо возвращать: судя по тому, как насмешливо забулькал на прощание Голос, не найдет меня здесь никто... Не выпустят они меня отсюда с кольцом...
   Скрип двери прерывает мои размышления. Карра просовывает мордочку в комнату и молча смотрит на меня, явно ожидая приглашения.
   - Заходи, подруга... Что не спишь?
   - Да какой-то пьяный гуар в комнату вломился, я и проснулась...
   - Где этот мерзавец?! - Выплюнув сигарету, я вскакиваю и ищу свой меч.
   - Ушел он уже... - хихикает девчушка.
   Успокоенный, я усаживаюсь на койку и подбираю сигарету с пола...
   - А я уже видела такое... - заявляет вдруг Карра.
   - Какое - такое?
   - Ну, вот такое... Когда дым глотают...
   - Аа... На базаре? Фокусник какой-нибудь?...
   - И не на базаре вовсе. В лесу видела... - сообщает девчушка. - И никакой не фокусник, а рыцарь... В богатых доспехах, совсем как у тебя теперь...
   И, понукаемая вопросами, Карра рассказывает, что когда-то очень давно - может, год прошел, а может, и больше - ходили они с матерью к Огненным Озерам травы собирать и видели, как из озера, прямо из кипящей лавы вышли три рыцаря.
   - Мы тогда за ними долго шли, до самого их привала - боялись, что к нашей деревне они пойдут, - вспоминает Карра. Ну, они костер развели, еду достали... А как поели - один из них достал вот такую же штуку, от ветки зажег и стал дым глотать... Потом они еще посидели недолго и ушли к Западному побережью, к Горькому Берегу...
   Слушаю этот рассказ и ушам не верю: вот это называется - повезло!
   - Дуракам - счастье! - мстительно отзывается Скептик.
   Не обращая внимания на выпад, объявляю Карре, что завтра отведу ее домой, к родителям. К моему удивлению, девчушка совсем не рада такому повороту - она обиженно надувает губки и топорщит усики: оказывается, в Балморе ей очень понравилось - и еда вкусная, и пиво, и вообще...
  
   * * *
  
   К полудню мы с Каррой добираемся до Огненных Озер - длинной цепи связанных между собой каналами кратеров, заполненных жидкой лавой. Девчушка сразу ведет меня к тому месту, где - по ее словам - появились рыцари... Это большой, метров тридцати диаметром, кратер; багровая лава с черными пятнами шлаков местами пузырится, как манная каша на медленном огне. На противоположной стороне кратера высится огромный кусок скалы, и к нему через весь кратер тянется узкий скалистый перешеек, чуть выступающий над поверхностью лавы. Зрелище очень странное: непонятно - как в кратере мог образоваться перешеек, и почему он не расплавился?
   - Вон оттуда они и пришли, - показывает лапкой Карра в сторону скалы. - Сразу-то мы их не заметили, а когда увидели - они уже к этому краю озера подходили.
   Сбросив лишнее оружие на землю, подыскиваю на окраине леса куст повыше и срезаю длинную ветку: теперь я собираюсь поиграть в разведчика-минера.
   У начала перешейка становится жарко; прут даже не надо опускать в лаву, чтобы убедиться, что она настоящая. Дальше становится еще горячее, и приходится ускорить шаг. И вот я уже почти бегу, вытянув перед собой ветку-щуп; по обе стороны медленно вспухают и с шипением вырывающегося газа рвутся и опадают багровые пузыри. Где-то у середины перешейка температура стабилизируется; по-прежнему очень жарко, но вполне терпимо, и дальше можно идти уже не торопясь.
   Вот, наконец, и скала. Несмотря на кипящую совсем рядом лаву, здесь почти не жарко. Опускаю прут в эту огненную кашу - прут не загорается. Даже не обугливается. Снимаю перчатку и провожу ладонью по поверхности скалы - шероховатая на взгляд, на ощупь она кажется совершенно гладкой и какой-то упругой... В общем - ясно: выход из Зоны - здесь. Теперь остается только дождаться, когда он откроется.
   По дороге в деревню мне удается выяснить у Карры, что рыцари те появились в конце дня, перед самым закатом или сразу после, потому что было еще светло. А еще в лесу на нас нападает злобная двуногая хвостатая тварь - кагути, как сообщает мне потом, спустившись с дерева, Карра. Так что в деревню мы приходим с подарком - увесистым, килограммов в двадцать, куском вырезки этого самого кагути.
   Обрадованным родителям Карра рассказывает, как доблестный рыцарь Немо в самый последний момент спас ее от неминуемой смерти, причем история эта в изложении девчушки выглядит совершенно фантастической: оказывается вдруг, что в святилище я зарубил десяток скелетов и трех Даэдра, сжег волшебным огнем полдюжины магов-похитителей и обругал нехорошими словами самого Мехруна Дагота, а по дороге сюда, в деревню, искрошил мечом целую стаю кагути.
   - А про Святош - числом три единицы, про Крылатых Сумерках... тьфу, Сумраках...нет - Сумраков - числом шесть единиц - забыли?! А армия бандитов у моста?! - негодует Скептик.
   Отобедав и отдохнув в хижине родителей Карры, собираюсь в обратный путь, к Озерам. На прощание получаю ставшие уже привычными заверения, что, мол, Немо - хороший друг, и своеобразный поцелуй от Карры - девчушка облизывает мою небритую щеку шершавым язычком.
   До кратера мне удается дойти без приключений, и не теряя времени - солнце уже садилось - я сразу иду к скале-голограмме и устраиваюсь поудобнее: прислоняю к "скале" щит, усаживаюсь рядом и закуриваю - теперь можно не экономить. Скоро моя необычная командировка должна завершиться. И на той стороне меня ждут нормальные, не самодельные, сигареты и очень крепкий и сладкий чай.
   - Ага... И кофе с какавой.... - бормочет чем-то недовольный и будто встревоженный Скептик.
   Багровое солнце уже зацепилось краем за сизую кромку леса вдали. Заканчивался шестнадцатый день командировки.
  
   Глава 9
  
   - Тебе сколько сахара - четыре? Или трех хватит? - ехидно осведомляется Скептик, когда я кубарем скатываюсь с крутого холма в заросли крапивы. Следом за мной по мокрой траве сползает щит.
   Судя по тону, Скептик не напуган: похоже, он ожидал чего-то худшего и теперь расслабляется... Не поднимаясь, прислушиваюсь - вокруг все тихо. Определенно, это место - не вход в Морровинд: насколько я помню, в отчете говорилось о каком-то труднодоступном каньоне в Калифорнии. Тогда выходит, что либо я выскочил из Зоны неизвестно где, либо снова угодил в Зону. Точнее - меня "угодили". Если - "меня угодили", то надо признать, что с юмором у Голоса все в порядке - крапива оказалась весьма злой.
   Здесь уже светает. Вокруг - редкий лес, самый обычный такой лесок: березки, осинки... Куда идти - в общем-то безразлично: в любом направлении лес кажется мне абсолютно одинаковым. Но идти безо всякого ориентира - пустое дело: начнется бесконечная ходьба кругами. Конечно, в свое время меня учили определяться в лесу по мху на стволах деревьев и прочей лабуде, но здесь на стволах никакого мха почему-то не было, а другие способы почему-то не вспоминались. Так что, чтобы не бить зря ноги, принимаю стратегически мудрое решение - вздремнуть несколько часиков, а там уж по старинке, по солнышку.
   Просыпаюсь часам к девяти... Солнца, естественно, еще не видно, но направление на светило уже четко определяется. Посоветовавшись со Скептиком на предмет куда идти и не дождавшись ясного ответа, принимаю всю полноту ответственности на себя и решительно двигаюсь на восход. Если каждый час корректировать направление, то зигзаги можно свести до минимума. Теоретически.
   До корректировки однако дело не доходит. Впереди, в кустах, метрах в десяти от меня, намечается какое-то движение. Затем кусты раздвигаются, и оттуда выходит огромный, размерами почти с теленка, серый волчара. Хотя нет, пожалуй... Слишком уж широкая морда для волка, да и корпус широковат. Скорее это собака.
   Продолжая разглядывать хищника, медленно достаю меч...
   Псина продолжает неторопливо двигаться на меня, затем - шагах в пяти - останавливается и оседает на задние лапы, готовясь к прыжку. Все это время я фиксирую взгляд животины, чтобы поймать момент атаки. И непонятно почему у меня возникает вдруг странное ощущение, что передо мной - разумное существо. И убивать его мне очень не хочется.
   - Песик, шел бы ты по своим делам... А я пойду по своим...
   - Почему ты говоришь? - осведомляется внезапно псина хриплым, низким, порыкивающим голосом. - Ты не должен говорить. - Псина поднимается из стартовой позиции и смотрит на меня, наклонив к правому плечу лобастую голову, совсем так, как обычно это делает чем-то озадаченный обычный барбос.
   - Ага... А ты, значит, должен...
   - Я - другое дело... Я - настоящий, - объясняет мне псина.
   - А я, стало быть, не настоящий... - огорчаюсь я и убираю оружие.
   - Мы думали - ты из Этих...
   При слове "мы" я непроизвольно оглядываюсь. И верно: за спиной, справа и слева, еще две псины - я даже не слышал, как они там появились.
   - Пахнешь, правда, как человек... - продолжает барбос. - Но с Этими так бывает... Зарубят кого-нибудь, потопчутся вокруг - вот тебе и запах... А люди здесь не ходят: чего им тут делать?
   Последняя фраза звучит вполне естественно, да и вопрос - вроде бы риторический, но я не обманываюсь: это - умелое начало самого настоящего допроса. И что-то мне подсказывает, что история с "гастарбайтером с севера" здесь не пройдет. А может, оно и лучше будет, если сказать правду? В определенных границах, разумеется.
   - Я из другого мира, как ни глупо это, может быть, звучит... - говорю я. - Как здесь оказался - понятия не имею... Вот такие дела...
   Сзади раздается что-то вроде скулежа с повизгиваньем - конвой веселится. Тот, что спереди - главный, надо полагать - издает лишь короткий горловой звук, вроде как горло прочистил.
   - И где это - "здесь"? Далеко? Интересно было бы взглянуть на это волшебное место... - язык главаря прогрессирует, можно сказать, на глазах... В том смысле, что механизм трансляции Зоны быстро адаптируется к нашим с псом возможностям общения. Попутно отмечаю, что главарь очень ловко нанизал следующую петельку допроса: он как бы случайно воспринял это мое "здесь" не в расширительном толковании, а в узком, конкретном. Определенно, я столкнулся с мастером. Шериф - одним словом. Тут тебе и выслеживание, и дознание, и - я почти уверен - суд на месте, как и положено - скорый и справедливый.
   До холма мы добираемся минут за двадцать. Показываю Шерифу примятую траву там, где я скатился с верхушки, и побитую крапиву внизу. Помошники Шерифа разбегаются в разные стороны и начинают нарезать круги вокруг холма, постепенно увеличивая радиус. А я по-детски радуюсь, что не стал врать: если обоняние у этих псин хотя бы такое же, как у обычных собак, то ложь моментально раскрылась бы. И прошай тогда, надежда на доверие.
   - Точно... А так - они тебе сейчас объятия раскроют, пришелец со звезды фигов, - ворчит Скептик.
   Разведчики возвращаются, и теперь у них, как мне кажется, происходит совещание. Причем безмолвное. Я и раньше уже заподозрил, что между собой они общаются ментально: если бы в ультразвуке - вероятно, было бы заметно хоть какое-то колебание связок.
   Производственное совещание, наконец, заканчивается, и Шериф поворачивается ко мне с обескураженным выражением на морде. Интересно все-таки: выражение физиономии кошколюдей, как, впрочем, и обычных кошек, мне расшифровать не удавалось, а с псинами - совсем другое дело.
   - И в самом деле... След только отсюда... - Шериф еще какое-то время смотрит на меня изучающе... - А может, ты маг?
   По тону я точно понимаю, что сам он в это не верит. И знаю теперь, что в этой Зоне есть маги.
   - Нет, не маг я... В моем мире я был солдатом.
   На "солдата" он никак не реагирует, похоже, это понятие ему неизвестно... Стало быть, армии здесь нет, а значит, нет и государств.
   - Бойцом я был, - поправляюсь я, - разную опасную работу выполнял...
   - Наемник, - понимает, наконец, Шериф.
   - Верно. Наемник.
   - С другой стороны... Эти... Они тоже ведь возникают ниоткуда... - продолжает вслух размышлять Шериф.
   - Да ладно тебе... Ты и сам в это не веришь... - Я пытаюсь поскорее положить конец его сомнениям. - Ты же сам сказал, что "Эти" - я на сто процентов уверен, что речь идет о местной нежити - не умеют говорить...
   - Да, раньше не умели... - продолжает он упираться. Но у меня создается впечатление, что сейчас он упирается уже так просто, из любви к искусству. Вероятно, ему не часто выпадает случай поговорить с кем-нибудь на "философские" темы.
   - Они ведь и не едят, надо думать, - продолжаю я, - а у меня в сумке что лежит, как думаешь? - Я широко улыбаюсь Шерифу.
   - Тоже мне ( я замираю в предвкушении, но нет...чуда не происходит...) загадка. - Шериф фыркает. - Мясо жареное, что же еще...
   - Так, может, пора нам и подкрепиться, как полагаешь? Или вы жареное не едите?
   - Это почему еще? - удивляется барбос. - И откуда ты знаешь, что Эти не едят? - Еще раз, уже по инерции, Шериф пытается меня подловить.
   - Просто я уверен, что знаю, кого вы называете Этими... Нежить, чудища всякие-разные... Так?
   - Так... Выходит, они и у вас есть?
   - Выходит...
   - И как вы с ними обходитесь?
   - По-разному обходимся... Когда мечом обходимся, когда еще чем...(О, великий и могучий!..)
   На последнюю фразу псы отзываются довольным повизгиванием, а я в который раз отмечаю гений неизвестного создателя транслятора.
   Тем временем я уже нарезал здоровенными ломтями мясо и приглашаю собачек перекусить. Темпы еды у нас оказались заметно различными: я только еще присматриваюсь, с какого конца приняться за взятый кусок, а на разостланной тряпице уже ничего не остается - огромные пасти перемололи мясо в одно мгновение, и собачки теперь довольно облизываются, деликатно стараясь не смотреть на кусок в моих руках.
   - И что это было? - интересуется Шериф.
   - Вчера это был кагути... Двуногий, хвостатый, зубастый и очень-очень злой...
   - Хороший был кагути... Вкусный... - выражает Шериф общее мнение, и звучит это как эпитафия.
   После совместной трапезы атмосфера меняется: подозрительность исчезает, и теперь мы разговариваем достаточно свободно, не взвешивая каждое слово и не стараясь анализировать любое высказывание собеседника на предмет несоответствия. Вопреки моим опасениям, сам факт моего необъяснимого появления в этом мире озаботил Шерифа со товарищи куда меньше, чем возможность моей принадлежности к нежити. Вероятно, в этом мире чудес хватало.
   По ходу разговора знакомимся: Шерифа зовут Грав, помощников - Крог и Герс, оба они - члены семьи Грава. Семья у Грова довольно большая - около двадцати особей. На меня они наткнулись случайно, когда искали пропавшего ребенка ( так Шериф назвал своего отпрыска). Ребенок скорее всего заблудился, но вот что стало с ним потом - непонятно. Они опасаются, что ребенок мог попасться Этим.
   Выразив сожаление, что невольно стал помехой в поисках, предлагаю свою помощь, что вежливо принимается. Щит и катану я оставляю на холме: бегать еще и с этим было бы уже полным безрассудством. Впрочем, с помощью Грава найти потом это место будет несложно.
   Минут за десять мы возвращаемся на рысях к месту нашей встречи, и собаки вновь встают на след детеныша. Еще минут двадцать бега через лес, и я начинаю понимать, что сильно переоценил свои возможности: угнаться за псами и налегке было бы непросто, а в доспехах... Короче говоря, я начинаю отставать. Благодаря чему мы и обнаруживаем Этих. Точнее, это они нас обнаруживают. Если бы не тот шум, что я производил, ломясь сквозь заросли, Эти, скорее всего, вообще нас не заметили бы.
   Позади и слева, со стороны края леса, доносится хруст валежника. Оборачиваюсь на бегу, и вижу три фигуры в черных доспехах и рогатых ( как часто наряжают в исторических или фэнтезийных фильмах "плохих парней" ) шлемах. Троица резво бежит ко мне, и явно не для того, чтобы поздороваться. До них метров тридцать, но арбалет у меня за спиной уже взведен, осталось только болт в желоб заложить.
   Выстрел оказывается удачным: среднему из троицы болт попадает прямо в середину шлема. Снова взводить арбалет времени уже нет, так что я отбрасываю гномью машинку в сторону и достаю меч.
   Тот, что слева, добегает до меня первым, с уже поднятым над головой двуручником. Отбиваю его меч боковым ударом, продолжаю вращение и с кругового разворота бью сверху наискось в шею. Меч разрубает панцирь клиента со всем содержимым почти до середины.
   Тот, что справа, вообще не успевает до меня добежать: из-за спины навстречу ему выскакивают серые тени и в одно мгновение разрывают его на части. В буквальном смысле.
   Обтерев меч пучком травы, отправляю его за спину. Затем подбираю арбалет, снова его взвожу и тоже пристраиваю за спину. Псы с любопытством наблюдают за моими манипуляциями с арбалетом. Из нежити ничего не выпало, и мне остается только выдернуть из головы дальнего трупа болт.
   - Эта штука... Это что-то вроде лука? - интересуется Грав. - У Лесного Народа такого нет... И у людей - тоже.
   - Да, вроде лука, только мощнее... А Лесной Народ - это кто?
   - Похожи на людей... Тело шерстью покрыто... В лесах живут... Охотятся... Если хочешь - отведу потом...
   - Хорошо, Грав... Потом видно будет... А вот насчет Этих... - Я киваю в сторону трупов. - После них ничего не остается?
   - Иногда остается... Разные вещи... Нам не интересно...
   - И потом вот еще... Эти... Какие-то они...не очень опасные...
   - Бывают и другие, - Грав нервно зевает, - много сильнее... и опаснее.
   Почти сразу, на ближайшей поляне, мы находим и малыша. Малыш - размерами с взрослого сенбернара - увлеченно гоняет по поляне то ли крысу, то ли очень крупную мышь. Далее следует безмолвный диалог отпрыска с папашей, после чего малыш с виноватым видом удаляется в сопровождении Крога и Герса вглубь леса, не забыв, впрочем, прихватить с собой - зубами за хвост - живую игрушку.
   Я вопрошающе смотрю на Грава.
   - Пойдем, заберешь свои вещи... А потом я отведу тебя к Лесному Народу - недалеко отсюда есть одно из поселений, или к людям, в город, в Коридон - тоже не очень далеко, к вечеру можно добраться.
   По дороге к холму с оставленными вещами Грав рассказывает мне о мире, в котором я очутился. Мир этот называется Белогорье, почему - никто не знает. На западе действительно есть горы, высокие и - насколько ему, Граву, известно - непроходимые, но горы эти скорее темно-серые, и снега на них ( - А что такое - "снег"? - интересуется Грав) никогда не было.
   Люди, Лесной Народ и Охотники - так Грав назвал свое племя - примерно равны по численности. Между собой эти группы не конфликтуют, во всяком случае на памяти Грава каких-то серьезных столкновений не было.
   Что касается Этих, то специально с ними никто не воюет, поскольку занятие это бессмысленное: взамен уничтоженных вскоре появляются новые ( "Знакомая картина", - киваю я.). Случается, что кто-то вдруг пропадает, или караван торговый наткнется по несторожности на Этих - ну, тогда другое дело. Тогда организуются поисковые отряды, и Этих уничтожают. При этом бывает, правда, что без потерь не обходится - смотря какие попадутся Эти и сколько их.
   - А откуда же у тебя, Грав, это умение вести допрос, если вы ни с кем не воюете? Я ведь сразу понял, что ты мастер этого дела...
   - Раз ты сразу понял, значит, не такой уж мастер... - осклабляется в улыбке Грав. - А умение... Разве в твоем мире, Немо, нет убийц и грабителей, разбойников всяких?
   - Хватает...
   - Вот и здесь - хватает...
   - А какие у вас взаимоотношения с людьми и Лесным Народом?
   - С Лесным Народом - дружеские... Добычи в лесу хватает на всех... Территории поделены, но это скорее формальность... Иногда охотимся вместе, если так удобнее.
   - А с людьми?
   - Я бы сказал - ровные... Мы им помогаем найти пропавших или поймать преступников, охотникам помогаем, участвуем в уничтожении Этих, если попросят... Ну, а люди дают нам лекарства... Обычно мы лечимся травами, но бывают разные случаи... Змея укусит... Или ожоги, если лесной пожар... С лекарствами надежнее...
   - Ясно... А люди и Лесной народ - у них как?
   - Торгуют... Кое-какие вещи Лесные и сами делают... Скажем, луки и стрелы они лучше делают, а вот топоры, например, у людей лучше... В основном, Лесные возят в города мясо, шкуры, травы для лекарств... Помогают людям руду искать... А покупают оружие, лекарства, утварь всякую: посуду и все такое...
   - Куда теперь? - спрашивает Грав, когда я подбираю катану и щит и пристраиваю их за спину.
   - В город, пожалуй... Надо обустроиться как-то, постоянным ночлегом обзавестись, да и вещи где-то оставить надо - не носить же на себе постоянно. Я ведь не знаю, насколько прочно я тут застрял...
   Грав сочувственно молчит. Да и что он может сказать?
   - Кстати, Грав, ты не замечаешь здесь ничего необычного? Не знаю, как сказать... У тебя чувства - я уверен - развиты лучше. Может, ты увидишь или почувствуешь что-то, чего я не заметил...
   Несколько минут Грав крутится на холме, потом усаживается, энергично чешет задней лапой за ухом, еще немного размышляет и сообщает, наконец, что ничем особенным этот холм от других не отличается... И что следов магии здесь тоже нет... В общем, холм как холм.
   По дороге в город я в свою чередь рассказываю Граву о "моем мире" - о Морровинде и Зоне Д2 как морровиндской провинции. Насколько я мог заметить по его физиономии, больше всего Грава заинтересовала тамошняя нежить и способы борьбы с ней. Когда же я упомянул кошко-людей, которые не только умеют говорить, но и ходят на задних лапах, он громко фыркнул. Я так и не понял - то ли от восхищения, то ли, наоборот, выразив таким образом возмущение по поводу столь грубого нарушения природного устройства.
   За разговором время шло незаметно. Узенькая тропинка, по которой мы вышли из леса, постепенно становилась все шире и вскоре превратилась в проезжую дорогу с заметными колеями. По обе стороны от дороги несколько раз я замечал в отдалении небольшие, в шесть - восемь изб, крестьянские хутора, вокруг них можно было различить аккуратные прямоугольники засеянных чем-то делянок. Один раз я заметил и небольшое стадо пасущихся на лугу под присмотром пацаненка каких-то животных. Отсюда, с дороги, мне показалось даже, что это обычные буренки. И если бы не недавняя стычка с нежитью и не говорящий пес, трусящий рядом, то вполне можно было бы решить, что я оказался где-нибудь в средней полосе России, в Саратовской области, например. Хотя нет, там сейчас таких вот ухоженных хуторков уже и не осталось...
   - А не боятся крестьяне жить вот так, на отшибе, Грав? Нежити не опасаются?
   - Нет... Эти здесь не появляются... Они вообще около городов не появляются... - Грав немного помолчал и добавил задумчиво: - А может, наоборот, города строили там, где Эти не появляются...
   - А разбойники?
   - Ну, на хуторах обычно не меньше полудюжины взрослых мужчин живет... Да и невыгодно разбойникам на крестьян нападать. Значительно прибыльнее торговый караван ограбить... А потом, они ведь у крестьян еду и самогон покупают. Так что...
   - Как это? Что-то я не пойму, Грав...
   - Не хуторянин ты, потому и не понимаешь... - Грав глянул на меня насмешливо. - Отбить прямое нападение хуторяне, конечно, могут... А как быть с ночными поджогами? Или вот стадо... Что, всем хутором пасти?
   Тем временем мы дошли до перекрестка дорог. Вдали, в излучине реки, раскинулся городок, обнесенный невысокой бревенчатой стеной с угловыми башенками.
   - Вот это и есть Коридон. - Грав останавливается. - Дальше я не пойду, пожалуй...
   - Что так, Грав? - Я искренне огорчен. - Я думал, мы поужинаем вместе, поговорим еще...
   - Спасибо за приглашение, Немо... Просто я не люблю город... Тесно мне там... Да и братьям я сказал, что к ночи вернусь... - Грав помолчал, что-то обдумывая, затем продолжил: - В Коридоне недалеко от городских ворот есть небольшая торговая лавка. Хозяина зовут Гр-Дот, он из Лесных. При лавке есть что-то вроде гостиницы, там останавливаются Лесные, когда привозят товары в город. Если надо будет переночевать или помощь какая потребуется, обратись к Гр-Доту и сошлись на меня. Он поможет... Если моя помощь потребуется - то же самое, обратись к Гр-доту, он сумеет мне сообщить... Ну, пойду я... Удачи тебе, Немо! Увидимся еще...
   - И тебе удачи, Грав! Спасибо за помощь... и до встречи!
   Грав кивает лобастой головой и легкой рысью пускается в обратный путь.
   Когда я подхожу к городским воротам, солнце уже садится. Створки ворот распахнуты, на скамейке, прислонившись спиной к ограде и пристроив к той же ограде ржавую алебарду, скучает молодой рыжеволосый парень в цивильной одежде - красной рубахе и заправленных в кожаные полусапоги серых груботканых штанах. Это наверняка "охранник по очереди".
   Когда я подхожу ближе, парень оторопело смотрит на меня: кажется, такие доспехи и оружие он видит впервые в жизни. Вероятно, какая-то инструкция на случай появления незнакомого и к тому же вооруженного человека существует, но он явно забыл, что ему следует делать - это просто читается на его растерянной физиономии. Демонстративно не обращая внимания на горе-охранника, прохожу мимо.
   Аккуратные двухэтажные досчатые дома, чистые прямые улицы, горожане в одежде, смахивающей на одежду переселенцев времен освоения Дикого Запада - все здесь создает странную иллюзию, будто я присутствую на съемках вестерна. Не хватает только вывески "SALOON" над входом какого-нибудь из строений и выкинутого оттуда в уличную пыль пьяного ковбоя.
   Лавку Гр-дота я замечаю сразу: это единственный дом на центральной, идущей от ворот улицы, выстроенный из бревен. Оставляю посещение лавки на потом: не хочется сразу "засвечивать контакт", лучше сначала осмотреться, пожалуй... Пусть ко мне здесь попривыкнут, а там видно будет.
   - Бонд... Джеймс Бонд... - скалится Скептик.
   Немного дальше, на перекрестке улиц, нахожу, наконец, то, что мне нужно: на вывеске одного из угловых домов изображены розовый, с белыми колечками на срезе, окорок и высокая стеклянная кружка с коричневого цвета напитком и большой шапкой белоснежной ноздреватой пены. Некоторое время я разглядываю это произведение искусства, и у меня складывается впечатление, что живописец в момент создания своего шедевра был здорово голоден.
   Отсутствие света в окнах второго этажа подсказывает, что там, скорее всего, не бордель, а пустующие комнаты для сдачи внаем.
   Первое, что я замечаю при входе в заведение, так это толстяка-трактирщика с... Хотя нет - первым делом я замечаю разожженную трубку в зубах трактирщика, и над трубкой - сизо-голубое облачко. И осознаю с неописуемой радостью, что мучениям моим, во всяком случае - доброй их части, пришел конец. Настроение заметно улучшается, и к стойке я подхожу уже с широкой улыбкой типа "гы".
   - Чего лыбишься, ты, соломенное чучело? - флегматично приветствует меня трактирщик, привычно-небрежным движением смахивая со стойки полотенцем несуществующие крошки. - Людей не видел, что ли?
   В памяти что-то щелкнуло.
   - Людей-то видел, - отвечаю я. - Но вот разгуливающие пивные бочонки не приходилось.
   - Неплохо... - Он одобрительно кивает. - Что будешь заказывать?
   Эх, поторопился свернуть словесную дуэль трактирщик... Я ведь уже приготовил для него и "душевнобольного недоноска", и "плоскостопого выродка", и "бродячее кладбище бифтексов".
   - Что-нибудь мясное, и побольше... С самого утра не ел. Ну, и пиво, конечно...
   - Сегодня у меня такая тушеная капуста со свининой - пальчики оближешь! - хвалится толстяк. - Располагайся, сейчас принесу...
   По привычке выбираю угловой стол. Пока освобождаюсь от амуниции, трактирщик приносит ужин.
   - Вот... И только попробуй сказать, что это невкусно... Кстати, меня зовут Терелл... - представляется толстяк. - Или еще - Грубиян Терелл, - добавляет он с довольным видом...
   - А меня - Немо. Просто - Немо.
   Тушеная капуста, действительно, приготовлена великолепно - кисло-сладкая, острая, со специями, с предварительно обжаренными, а затем уже тушеными вместе с капустой кусочками свинины. Пиво тоже оказалось неплохим, немного слишком душистым, но с мягким приятным вкусом.
   Опустошив миску, достаю портсигар - осталось две сигареты - и пробую прикурить от перстня. Получается! Трактирщик наблюдает за мной из-за стойки с любопытством, но без испуга. У меня даже создается впечатление, что любопытство его вызвано скорее сигаретой, а не способом прикуривать.
   Ленивые размышления на тему - есть ли здесь тонкая бумага для сигарет, и что делать, если таковой не окажется - переходить на трубку или учиться изготавливать сигары - прерывает возбужденный галдеж, донесшийся с улицы. В трактир вваливается с полдюжины горожан. Впереди - здоровенный мужик с багровой от ярости физиономией, из-за спины робко выглядывает давешний рыжий парень-охранник...
   - Это ты, что ли, нарушаешь наши правила? - рычит мужик. - Кто такой? Почему не представился?
   - Да меня, собственно, никто ни о чем и не спрашивал, - отвечаю я спокойно. - Наверное, охранник решил, что я не опасен... Я обычный путешественник, вот решил на ночлег в вашем городке устроиться... А может, и поживу здесь какое-то время... Вверительных грамот у меня, правда, нет... - пытаюсь я отделаться шуткой.
   - Мне твои грамоты до задницы, - рявкает мужик. Он явно настроен на ссору.
   Внезапно до меня доходит - мужик этот вовсе не официальное лицо, не начальник городской стражи или еще кто-то в этом роде, как я сначала подумал: теперь я замечаю его сходство с рыжим парнем. Скорее всего, парень пожаловался отцу на чужестранца, не обратившего на него, стража, внимания, и задиристый папаша решил заступиться за честь семьи и прилюдно проучить нахала.
   Быстро взвешиваю все pro и contra... Пожалуй, имеет смысл сразу расставить все на свои места и показать кто есть ху: иначе, если сейчас отступить, потом насмешек не оберешься... Да и на помощь, если вдруг потребуется, рассчитывать тоже будет сложно...
   Калечить мужика - даже если он записной драчун - категорически нельзя: горожане обидятся. Как говорится - да, сукин сын, но ведь свой сукин сын... Да и ходить потом по городу а-ля Юл Бриннер, озираясь на колышущиеся занавески и поглядывая на крыши в опасении получить стрелу в лоб или в затылок, тоже не хочется. Вовремя вспоминаю про амулетик на шее. Раз мои прибамбасы здесь работают, можно устроить показательное выступление.
   - Первый раз встречаю типа, который читает задницей, - отвечаю я с ухмылкой и кладу дымящуюся сигарету на край стола.
   Мужик взревывает и бросается на меня с кулаками, отделившись таким образом от сопровождающих. Собственно, на это я как раз и рассчитывал, провоцируя нападение. Легкое и привычное усилие, и я портируюсь ему за спину. Сгиб левой руки ложится на орущую глотку, перекрывая доступ воздуха, пальцы правой - на сонную артерию. Спустя секунду я аккуратно опускаю потерявшего сознание детину на пол и неторопливо возвращаюсь на прежнее место за столом. Снова беру сигарету и с удовольствием затягиваюсь.
   Портация производит неизгладимое впечатление на публику, ожидавшую бесплатного развлечения в виде хорошей драки. С дракой не сложилось, но публика от этого, судя по ошеломленному выражению на лицах, не проиграла. С портацией здесь определенно раньше не сталкивались: и свита драчуна, и немногочисленные посетители, и трактирщик смотрят на меня не то с восхищением, не то с ужасом. Что ж, пожалуй, неплохой результат: всего один слегка обиженный, зато теперь наверняка никто уже не решится приставать с неудобными вопросами - кто такой, да откуда, да зачем.
   Опасливо поглядывая на меня, приятели "поединщика" подходят к лежащему. Спустя пару минут им удается привести мужика в чувство, и наконец вся компания удаляется, поддерживая под руки мычащего что-то невразумительное драчуна.
   Жестом я подзываю трактирщика.
   - Что это за тип, Терелл?
   - Митч, кузнец местный. Большой любитель подраться... Он в нашем городе самый сильный. Среди людей, конечно...
   - Среди людей?
   - Ну, ясное дело, среди людей... - Трактирщик смотрит на меня с некоторым удивлением. - Не с Лесными же ему тягаться...
   - Ну да, конечно... - Я отмечаю промашку и сразу меняю тему. - Мне бы жилье какое подыскать надо, Терелл... Или хотя бы комнату снять на первое время.
   - Так у меня наверху все комнаты свободны: купцы из Кавалии три дня как уехали. И плата небольшая - всего три монеты в сутки.
   - Прекрасно, Терелл. Значит, у тебя и остановлюсь.
   Далее надо переходить к вопросу об оплате, и момент этот представляется мне несколько щекотливым. Достаю из кармана пяток морровиндских золотых и молча кладу на стол. Вопреки опасениям, проблем не возникает. Терелл берет монету, внимательно разглядывает, не стесняясь, пробует ее на зуб ( Так... Стало быть, и фальшивомонетчики тут водятся...)...
   - Интересные монеты... Никогда раньше таких не видел. Но золото настоящее, чистое... На десяток таких монет, Немо, у нас в Коридоне можно месяц прожить и ни в чем себе не отказывать... - Терелл улыбается. - Если хочешь, я обменяю их на монеты помельче.
   Достаю еще пяток монет.
   - Обменяй, будь любезен... И удержи, сколько надо, за еду и ночлег за неделю вперед. Столоваться я тоже у тебя буду: понравилась мне твоя капуста... - Я улыбаюсь в ответ и ставлю против имени трактирщика жирный минус и знак вопроса: слишком уж он тактичен для обычного трактирщика, на мой взгляд. Ни одного ведь вопроса не задал: ни про то, откуда я, ни где экипировку такую раздобыл, ни про монеты незнакомые.
   Трактирщик забирает монеты, уходит к себе за стойку, копошится там недолго, возвращается и высыпает на стол горку мелких золотых и серебряных монеток.
   - И еще вопрос, Терелл... Где здесь можно купить трубку и табачку поприличнее?
   - У Гр-Дота, его лавка прямо у городских ворот... Лесные, они и трубки хорошие ладят, и табак у них отменный... Ну, а если ты предпочитаешь кавалийский - слабенький и душистый, то это в лавке Релины, дальше по улице...
   Вот и прекрасный повод появился зайти к Гр-доту.
   - Точно. И про славянский шкаф спросить не забудь... - хихикает Скептик.
   Подобрав амуницию, поднимаюсь в сопровождении Терелла на второй этаж. Из предложенных на выбор комнат выбираю ту, что выходит окнами на закат: не люблю я солнце поутру. Хозяин уходит, я сбрасываю все барахло на пол и со вздохом облегчения заваливаюсь в койку. Сон приходит моментально.
  
   Глава 10
  
   После плотного завтрака - огромной яичницы со свиными шкварками, густо посыпанной мелко порезанной зеленью, и неизменного пива - отправляюсь в город. Прогулка без доспехов, налегке, с одной лишь катаной за спиной, доставляет удовольствие. Вскоре замечаю, что горожане мужского пола стараются не встречаться со мной взглядом, зато дамы... Кажется, слух о вчерашней стычке в трактире уже обежал город.
   В лавке Релины знакомлюсь с хозяйкой, симпатичной женщиной лет тридцати пяти или чуть больше... На полках - штуки материи разных цветов, одежда, домашняя утварь... Отдельно - золотисто-желтого цвета и, действительно, очень пахучий резаный табак, всяческие специи и... чай! Черный и душистый!Более того, есть здесь и сахар - крупные колотые куски - и какие-то сладости, смахивающие по виду на засахаренные орехи.
   Заметив мой интерес к чаю, Релина предлагает устроить чаепитие, и я с радостью принимаю приглашение. В углу лавки, на краю небольшой печурки обнаруживается дежурная кастрюля с кипятком, так что совсем скоро хозяйка уже разливает из пузатого чайничка по тонкостенным расписным чашкам темно-красный ароматный напиток. Чай и на вкус оказывается очень неплохим... Уступая нахальному требованию Скептика, кладу в чашку большой кусок сахара и размешиваю серебряной ложечкой искусной работы.
   По ходу всех этих приготовлений завязывается разговор. Релина рассказывает, как после смерти мужа - он погиб, когда торговый караван наткнулся на нежить - ей пришлось взять торговлю в свои руки, и дело идет неплохо. Сама она, правда, за товаром не ездит: до Кавалии, откуда она получает бОльшую часть своего товара, слишком далеко, да и не женское это дело - с караваном ходить. Теперь все, что ей нужно, привозят кавалийские купцы. Доход из-за этого, конечно, меньше, зато безопасно... Я серьезно, участливо и с пониманием киваю и по глазам Релины вижу, что акции мои резко пошли в гору.
   Жизнь в Коридоне, по словам Релины, тихая и спокойная, "ничего такого" уже давным-давно не случалось... Если когда и ловят какого-нибудь бродягу или бандита, так это не в городе. А если и поймают, то в город, как правило, не ведут, а "решают все дела на месте". Для таких дел "и вообще для поддержания порядка" город содержит небольшой - семь человек - отряд бойцов. Управляет Коридоном и его окрестностями Городской Совет: Лорд Гриффин - старейший житель Коридона и, как утверждают старожилы, его основатель, судья Бригг и банкир Пиллет. Бригг и Пиллет живут тут рядом, на главной улице, а Лорд Гриффин - на окраине, ближе к реке, в старом замке. Там же, около замка, и казарма наемников.
   Насчет себя я наскоро сочиняю какую-то глупую историю о странствующем рыцаре, по насмешливому взгляду Релины вижу, что она ни единому слову не верит( Пыха бы сюда! ), быстренько историю сворачиваю и перехожу к морровиндским приключениям, с деталями и фактурой. Здесь - полный успех! Релина слушает как завороженная! Чтобы не вляпаться еще раз, заканчиваю на мажорной ноте очередной героический эпизод и прощаюсь с радушной хозяйкой.
   Еще через пару домов дальше по улице попадается оружейная лавка. Хозяин, тщедушный мужичок, бойко нахваливает развешанные на стенах весьма посредственные доспехи и оружие - мечи и боевые топоры; все это барахло - я уверен - подобрано после сражений с нежитью. Здесь же висят довольно неказистые луки - товар, как я понимаю, местного производства. Собираюсь уже уходить, когда замечаю на полке с десяток колец и амулетов знакомого вида.
   - А это что у тебя, любезный? - интересуюсь я.
   - А кто ж его знает? У нас этими магическими штучками не пользуются - боятся: мало ли что... Наемники, правда, покупают иногда... На пробу. Ну, так ведь они - люди военные...
   Вскоре улица упирается в городскую ограду. Слева возвышается замок, точнее - то, что от него осталось: неплохо сохранившаяся центральная часть и остатки - метров по десять - примыкавших к ней стен. Замок и стены сложены из темно-серых крупных валунов, сложены давно - кладка от времени кое-где разошлась, и трещины поросли темным мхом и жестким кустарником. Все это выглядит довольно мрачно и резко контрастирует по виду с относительно новыми городскими постройками. Похоже, на месте этого городка когда-то располагалась настоящая крепость...
   В замок я решаю пока не ходить: лучше будет, пожалуй, это посещение на потом отложить, когда получше с городом ознакомлюсь. Так что поворачиваю направо, вдоль стены.
   Впереди слышится характерный звук затачиваемого на камне инструмента. Рядом с угловым домом, у ограды, под длинным навесом - кузница: небольшой горн с мехом, рядом - наковальня, кадка с водой и точильное колесо, поодаль - верстак с тисками и инструментом. Вчерашний драчун затачивает на колесе ржавую алебарду, к верстаку прислонены еще две алебарды, такие же ржавые, и несколько мечей наподобие тех, что я видел у оружейника.
   Коротко размышляю - общаться или пройти мимо. Прихожу к выводу, что лишний враг мне ни к чему, а вот услуги кузнеца могут потребоваться. Неторопливо подхожу к верстаку и усаживаюсь на край. Кузнец коротко взглядывает исподлобья и продолжает заниматься своим делом. Подбираю с верстака брусочек, достаю катану и начинаю аккуратно и вдумчиво править лезвие.
   Минут через десять кузнец не выдерживает.
   - Ну, чего надо-то? - бурчит он, уперев древко в землю и хмуро на меня глядя.
   - Да ничего, в общем... Вот гуляю, с городом знакомлюсь... - Я кладу камень и осматриваю клинок.
   - Вчера ты меня врасплох застал... - снова бурчит он.
   - Ага... - легко соглашаюсь я. - Застать врасплох - неплохая тактика, между прочим... Тем более с таким здоровяком... - Я подчеркнуто уважительно оглядываю могучую фигуру кузнеца. - А то, глядишь, и не одолел бы... - вру я с серьезным видом.
   Несколько секунд он испытующе смотрит на меня, пытаясь понять, не разыгрываю ли я его. Затем лицо его проясняется.
   - Ладно... Забудем. Меня зовут Митч... - басит он.
   - А меня - Немо. И вот еще что, Митч... Чтобы не ссориться нам больше, у меня к тебе просьба: не спрашивай ты меня, кто я, да откуда, и все такое... Неприятная история со мной приключилась. Когда-нибудь сам расскажу, а сейчас - не могу.
   - Ну что ж... - Митч смотрит мне в глаза. - На бандита ты не похож - навидался я их - а до остального мне дела нет. Вчера-то - это все ведь из-за лоботряса моего...
   - Да я так и понял, Митч... - отзываюсь я.
   Прощаемся мы с кузнецом уже совсем по-дружески, и я продолжаю обход вдоль ограды мимо гончаров с их кругами, кувшинами и мисками, стеклодувов, с удивительной ловкостью выдувающих из кусков полурасплавленной массы прозрачные и цветные бутылки и кувшины, мимо скорняков, сапожников и портных с разложенными на столах кожами и заготовками будущей одежды и обуви.
   Чуть дальше пожилой дядька достает из бочки лопаткой, похожей на здоровенную шумовку, шмоток чего-то белого и осклизлого, бросает этот шмоток на противень из переплетенных металлических полос и равномерно размазывает его по дну дощечкой; из щелей противня мелкими струйками стекает мутная вода. Спустя минуту до меня доходит, что дядька делает бумагу. Теперь я замечаю у стены дома стеллаж, на полках - противни с уже подсохшими сероватыми коржами, а рядом со стеллажом - ручной пресс. Во мне просыпается шкурный интерес, и я подхожу к старику. Поздоровавшись, достаю из портсигара последнюю сигарету.
   - Посмотри, любезный... Делает здесь кто-нибудь такую бумагу? Или пусть даже чуть потолще? Я бы хорошо заплатил.
   Старик откладывает дощечку, вытерев о фартук руки, осторожно берет сигарету и с любопытством оглядывает ее со всех сторон.
   - Нет, уважаемый... - Старик возвращает сигарету. - Такую тонкую - никто не делает... Ни здесь, ни на юге... Это ведь какой пресс-то должОн быть... Да и мучка для кашицы... Совсем другого помолу мучка-то нужна, меленького совсем помолу-то... Чтобы, значит, кашица без комочков была. Да и то еще, получится ли, поди знай... Может, и мучка-то наша... того... не годится, значит... Нет, уважаемый, не возьмусь. Дело-то уж больно хлопотное и непростое, а я старый уже...
   Прощаюсь со стариком. Облом-с, господа! Придется, видно, на трубку переходить: вряд ли я быстро научусь сигары делать, в этом деле тоже ведь свои хитрости есть.
   Дальше - столяр трудится над пузатым, с балясинами, комодом. И, наконец, замыкает ряд лесопильня. Так вот, совершенно естественным образом я подхожу к лавке Гр-дота.
  
   Внутри лавки немного темновато: окна здесь заметно меньше, чем в домах горожан-людей. Но это я замечаю лишь потом, потому что в первый момент меня берет оторопь: за высоким столом посередь комнаты лицом ко мне сидит орк. Почти такой, какими их изображают в многочисленных РПГешках. Огромный, заросший короткой густой бурой шерстью, с блестящими даже здесь, в полумраке, бусинами черных глаз. Отличие лишь в том, что вместо боевого прикида орк облачен в просторные синие штаны и веселенькую, зеленую в белый горошек, рубаху навыпуск.
   - Глаза твои словно ягоды орочьи... - мечтательно глядя на меня, сообщает орк.
   Говорит он немного слишком громко для закрытого помещения, но вполне артикулированно и с интонациями. Собственно, в Баварском отделении Управления, в тамошней Зоне, мне работать не доводилось, так что мои представления об орках сложились, в основном, по игре "Готика". А когда Грав говорил о Лесном народе, я почему-то решил, что речь идет о гоблинах или эльфах.
   - Ээ... Это комплимент? - спрашиваю я неуверенно.
   - Рдеют в ночи взглядом волчьим... - поясняет он.
   - Ну, это ты мне льстишь однако, - понемногу я прихожу в себя...
   - Острых клыков оскал белоснежный... - орк глубоко задумывается и пальцами босой ножищи ожесточенно скребет стопу другой.
   - Дарит улыбку прощальную нежно! - завершаю я с апломбом после небольшой паузы, сообразив, наконец, что к чему.
   Некоторое время орк молча смотрит на меня, приоткрыв рот ( или пасть? ). Кажется, он снова и снова проигрывает про себя предложенную строку.
   - Дарит улыбку - это хорошо... - благосклонно соглашается он в конце концов.
   Внезапно орк хмурится.
   - А почему это - "прощальную"? - Теперь он глядит на меня подозрительно, и я невольно отмечаю внушительную длину выступающих нижних резцов.
   - А какую же еще? - иронично так, тоном Паниковского в эпизоде с гирями, вопрошаю я, справившись с коротким замешательством.
   - Мм... Ну, не знаю... - Орк погружается в размышления, взгляд его блуждает по столешнице, толстые губы беззвучно шевелятся.
   Наконец, он выходит из транса:
   - Может, лучше - "призывную"?... Как думаешь? - Орк тоскливо смотрит на меня. - Вот послушай:
   - Острых клыков оскал белоснежный
   Дарит улыбку призывную нежно
   - Нет!.. "Призывную" - не лучше! - авторитетно и твердо заявляю я. - Как-то нескромно это - "призывную", я бы даже сказал - распущенностью отдает и вольнодумством... Ты ведь не хочешь, чтобы тебя в распущенности заподозрили? ( На физиономии орка явственно читается выражение ужаса от подобной перспективы, и он энергично мотает головой). Предмет обожания - это ведь не абстрактное лицо, как я понимаю?.. ( Орк смущенно кивает ) ...Может и обидиться!.. А вот "прощальную" - вполне пристойно и, если вслушаться, придает сцене определенный драматизм... Романтической особе ( я стараюсь выражаться предельно осторожно ) наверняка понравится...
   Тут орка посещает какая-то идея: в черных глазках-бусинах вспыхивает лучик надежды, и физиономия делается уже не такой тоскливой, как прежде.
   - Это... Я вот подумал... Насчет "прощальной улыбки"... Прощаться-то - это же ведь не обязательно - навсегда? Или, скажем - надолго? - спрашивает он нерешительно.
   - Само собой... - уверенно отвечаю я. - Зачем же - надолго? И уж тем более - навсегда?! Можно и не надолго...
   - А как же тогда с драматизмом? Ну... если - не надолго? - беспокоится орк.
   - Так ты же не говоришь там, что - не надолго... Главное, что ты сам знаешь, что - не надолго... - терпеливо объясняю я.
   Орк вздыхает с облегчением: - Да... Верно... - И интересуется, наконец, глядя на меня с симпатией: - А ты кто? Я тебя раньше не видел.
   - Я - Немо, - в который уже раз за последние два дня представляюсь я. - Грав сказал, что я могу к тебе обратиться в случае чего...
   - И давно вы знакомы? - как бы между прочим спрашивает орк, с любопытством разглядывая меня.
   Я испытываю облегчение: теперь ни что в нем не напоминает того слабоумного стихоплета-недоросля, с которым я общался минуту назад. Изменились и голос - из него почти исчезла эмоциональная окраска, и он стал напоминать голос Грава-следователя, и взгляд - прежде рассеянный и мечтательный, а теперь - цепкий и ощупывающий взгляд профессионала: я вижу, как орк оценивает и мою фигуру, и манеру стоять, и перстни на руках, и торчащие из-за спины рукоять и клинок катаны. И такой орк в качестве возможного союзника нравится мне значительно больше.
   Рассказываю орку об утренних событиях вчерашнего дня. Гр-дот внимательно слушает, вопросов не задает, и это мне тоже нравится.
   - И чем я могу тебе помочь, Немо? - спрашивает орк, когда я завершаю свой рассказ.
   - Пока ничем, Гр-дот... Зашел вот познакомиться да трубку и табак купить. Терелл сказал, что у тебя трубки знатные и табак хороший...
   Орк поднимается с табурета, и я испытываю шок: он на две головы выше меня и раза в полтора шире в плечах, а ведь во мне росту - два метра без малого, да и худосочным меня не назовешь. Удивительно легкой для его габаритов походкой орк идет к сундуку в углу лавки, долго там копается и приносит, наконец, с десяток трубок, пару ершиков, стеклянную баночку с какой-то желтоватой массой и мешочек с табаком, выкладывает все это на стол и жестом приглашает меня присесть и посмотреть товар. И снова усаживается на свой табурет.
   Трубки на столе - самые разные: здесь и прямые, и слегка изогнутые, и "носогрейки". Выбираю прямую, с костяным мундштуком и темно-вишневого цвета чашечкой. В баночке, судя по запаху, что-то вроде меда. Беру на палец капельку массы и тонким слоем смазываю изнутри чашечку. Табак в мешочке - темно-желтый, с очень своеобразным запахом, немного напоминающим запах миндаля.
   Набив трубку табаком, подбираю со стола лучину и зажигаю ее от перстня. Медленно, не торопясь, разжигаю трубку. Гр-дот достает из кармана свою, уже набитую, трубку-носогрейку, и я передаю ему горящую лучину.
   Несколько минут мы молча курим. Табак действительно хорош: довольно крепкий, но мягкий... дым чуть маслянистый и совершенно не оставляет ощущения горечи во рту, а защитная смазка придает ему легкий сладковатый привкус.
   Наконец, я удолетворенно киваю:
   - Не обманул Терелл... И трубка вкусная, и табак прекрасный...
   - А что ты раньше курил, Немо? - добродушно интересуется Гр-дот. - Я ведь вижу: раньше трубку ты редко курил... Так ведь?
   Достаю портсигар, открываю и показываю последнюю оставшуюся сигарету. Орк берет сигарету пальцами-сардельками, с интересом - как давешний дед - разглядывает ее со всех сторон, подносит к широкому вздернутому носу и шумно обнюхивает. Потом вдруг снова, уже более внимательно осматривает оба конца сигареты, хмыкает и, расщепив лучину, острым обломком выковыривает на стол по нескольку табачинок с обоих концов.
   - Интересно как... - как бы про себя бормочет орк, разглядывая табачинки.
   - Что именно? - я с недоумением наблюдаю за его манипуляциями.
   - Ну как же... Они же все совершенно одинаковые... Одинаковые по ширине...
   Мое уважение к орку-профи подрастает сразу на пяток пунктов. Хорошо, что я не в застенках вражьих! А вообще-то, если серьезно, это вот как раз одна из тех мелочей, из-за которых иногда можно и головы лишиться!
   - Наверное... Я не присматривался... - равнодушно отвечаю я. - Там, где делали эти штуки, табак не вручную режут... Механизмом специальным. Потому и одинаковые...
   - Если механизмом, значит - очень много табака режут... - попыхивая трубкой, задумчиво произносит орк; на мое демонстративное равнодушие он не обращает никакого внимания и, похоже, намерен развивать тему дальше... - И бумага... Тоже ведь интересная бумага, если хорошенько подумать... Впрочем, - орк внезапно прерывает цепь построений, - сам расскажешь, если захочешь... Просто скучно мне... Вот и тянет порассуждать... - И орк смотрит на меня с самым невинным видом.
   Ну, мастер! Вот уж, действительно, два сапога пара - он да Грав... Этот даже похлеще будет!
   - Хорошо, Гр-дот. Потом как-нибудь расскажу. А сейчас, пока я не придумал, как выбраться из этой переделки, какое-то время мне придется пожить здесь... И не хотелось бы вляпаться по незнанию еще во что-нибудь. Вот я и подумал, что ты мог бы рассказать мне кое-что, что меня интересует...
   - И что же тебя интересует? - невозмутимо спрашивает орк, но в глазах его на мгновение вспыхивает искорка.
   И у меня уже второй или третий раз со вчерашнего утра появляется смутное ощущение того, что не все здесь так просто и понятно, как кажется на первый взгляд.
   - Полуразрушенный замок в городе... Как я понял, там какой-то Лорд Гриффин живет. Можешь о нем рассказать?
   - Чего ж не рассказать? Расскажу, что знаю... - все так же невозмутимо соглашается орк, но я опять ловлю мгновенную искорку в глазках-бусинах.
   Гр-дот поднимается и идет к буфету. Возвращается он с двумя здоровенными кувшинами и парой глиняных кружек. Вроде бы - все нормально, обычное гостеприимство. Но у меня почему-то создается впечатление, что это - ловко замаскированная пауза, и потребовалась она орку для принятия какого-то решения. Например, о чем - сказать, а о чем - умолчать. А может, просто я становлюсь слишком подозрительным? Не знаю... Скептик мой тоже молчит, только нервно барабанит пальцами по столу.
   Гр-дот наливает себе пива, осушает кружку в три глотка и затягивается из трубочки... Следую его примеру. Пиво заметно отличается от того, что я пил в трактире. Это пиво значительно крепче и явственно отдает можжевельником и дымом.
   - Лорд Гриффин - глава Городского Совета и самый уважаемый человек в городе. - начинает свой рассказ орк. - Он очень стар, стар настолько, что молодым его никто и не помнит... Мой отец говорит, что когда он был еще ребенком, Лорд Гриффин был уже таким же старым, как и сейчас... Почему его называют Лорд - никто не знает... Просто его всегда так называли - Лорд Гриффин... Все важнейшие решения - о величине взимаемых с горожан и окрестных крестьян налогов, налогов на торговлю и ремесленничество, о строительстве дорог и мостов, о найме стражи и тому подобное - утверждаются Лордом. Ему же принадлежит решающее слово в судебных постановлениях.
   - В общем, местный царь и Бог... - заключаю я.
   - Царь и бог? - не понимает Гр-дот.
   - Не обращай внимания... Это такие персонажи затейливые из моего мира.
   - К преступникам Лорд Гриффин жалости не знает... - продолжает орк. -Здесь вообще-то преступников под замком не держат. Если мелкий воришка или дебошир - то просто побьют в казарме, штраф наложат и отпустят... А вот если попадается грабитель, убийца или фальшивомонетчик, то он просто исчезает. Раз и навсегда. И, как ни странно, люди этим довольны...
   - Почему - "как ни странно"?
   - Как это - "почему"? - удивляется моей непонятливости орк. - Преступники не с неба ведь падают! Бывают, конечно, и пришлые... Издалека откуда-нибудь... Но в основном -то - это ведь местные. И родственники их здесь живут...
   - Ну и как? - интересуюсь я. - Меньше стало бандитов и убийц при таком порядке?
   - Да я бы не сказал, что - меньше... - поразмыслив, отвечает Гр-дот. - Но то, что их не становится больше - это точно!
   - А почему он в замке живет? И что там, в замке этом?
   - Ну, почему он в замке живет - этого я не знаю. Может, привык, а может - еще что... Собственно, он там не один живет... С дочерью... В городе они появляются очень редко... Я, например, видел их всего-то раза три или четыре. А ведь я здесь давно уже... - Гр-дот немного колеблется, или делает вид, что колеблется, и продолжает: - И вот ведь что примечательно - в город они выходят всегда только вечером. И еще... Не едят они.
   - Что значит - не едят? - переспрашиваю я, подумав, что ослышался.
   - То и значит... Не заказывают они еду в трактире. И на рынок за провизией никто из замка не приходит. Бойцы-то из казармы, они у Терелла, в основном, столуются... Ну, у себя там, бывает, чего-нибудь готовят... А вот Лорд с дочкой что едят - непонятно...
   - Так что ж они, по-твоему, вампиры, что ли? - Я с удивлением гляжу на орка.
   - А в твоем мире, значит, есть вампиры? - отвечает вопросом Гр-дот.
   - Ну, не знаю... Легенды разные я слышал... В книгах истории всякие читал... А так, чтобы лично, своими глазами, - ни разу не видел. - Я не могу сдержать улыбку.
   - Так ведь, раз уж в книгах-то читал, значит есть они? - спрашивает орк недоуменно.
   - Да ничего это не значит! - поясняю я со смехом. - Такие истории сочиняются разными бездельниками для развлечения публики. Ради заработка... Или чтобы известность приобрести... Иногда - просто для собственного удовольствия. А бывает - и все это вместе.
   - Ты хочешь сказать, что у вас там, ну, в твоем мире, вы читаете книги, зная заранее, что все в них - неправда? И платите за это деньги? - Орк смотрит на меня недоверчиво.
   - Именно так. А у вас здесь - иначе?
   - Здесь мало книг... Сам я читать не умею, - безо всякого стеснения или неловкости сообщает Гр-дот, - но слышал, что в книгах про земли далекие пишут: кто там был, что видел... Или про ремесла разные...
   - Такие книги у нас тоже есть... - утешаю я Гр-дота. - А вот предания всякие, сказки, песни... Неужели их у вас не записывают? Или, скажем, стихи? - Я нахально смотрю на орка: к этому времени я уже усидел полкувшина и чувствую себя вполне раскованно.
   - А чего их записывать? - Орк смотрит на меня удивленно. - Хорошие - те передаются по памяти... От отцов - детям... А плохие - кому они нужны, плохие-то?
   - Ну, ладно, оставим это... Так что насчет Лорда, Гр-дот? Есть еще что-нибудь заслуживающее внимания?
   - Нет, пожалуй... - Орк задумывается, потом качает головой. - Точно, нет...
   Наконец, поболтав с орком еще немного о разных пустяках, я расплачиваюсь за покупки и прощаюсь. Уже стоя в дверях, слышу оклик и оборачиваюсь.
   - Немо, скажи честно! - Гр-дот смотрит на меня, глазки-бусины поблескивают в полумраке комнаты. - Ведь эта твоя строчка: "Дарит улыбку прощальную нежно".... Согласись, это же - полное дерьмо!
   - Само собой... - говорю я, вижу, как орк вздыхает с облегчением, и мстительно добавляю: - Впрочем, как и предыдущая!...
   И тут на нас обоих нападает безудержный, до слез и колик в животе, хохот .
  
   Казарма у левого крыла замка - длинное одноэтажное здание с узкими бойницами вместо окон - сложена из того же камня, что и сам замок; вероятно, строили казарму из валунов от рухнувших стен. На утоптанной площадке перед казармой две пары бойцов в полном облачении отрабатывают бой на мечах. Пятый, подбоченившись, стоит наверху короткой лестницы у входа в замок и оттуда внимательно наблюдает за тренировкой. Я неторопливо поднимаюсь по лестнице. Наемник холодно смотрит на меня и дорогу не уступает.
   - Чего тебе, приятель? - сдержанно, нейтральным тоном спрашивает он, оглядывая меня с ног до головы.
   - Я хотел бы с Лордом Гриффином встретиться.
   - А кто ты, позволь узнать?
   - Меня зовут Немо. В Коридоне я со вчерашнего дня. Остановился у Терелла... Думаю пожить здесь некоторое время.
   - Так это ты Митча уложил? - Он еще раз, уже с любопытством, оглядывает меня. - Слышал я про вчерашнюю драку....
   - Да не было никакой драки. Так... Небольшое недоразумение. И оно уже улажено.
   - Это хорошо, что улажено... А то мы здесь драчунов не любим... Особенно - чужих. - Он дает мне время поразмыслить над сказанным и продолжает: - А насчет "встретиться"... Видишь ли, э... Немо. Днем Лорд Гриффин никого не принимает, если только что-то уж очень срочное... - Он вопросительно смотрит на меня.
   - Ничего срочного, - говорю я, - просто хотел познакомиться... Представиться, так сказать.
   - Приходи вечером. Я сообщу Лорду о твоей просьбе, - предлагает наемник, и я согласно киваю.
   Некоторое время мы молча наблюдаем за тренировкой бойцов. Трудятся они добросовестно: лица уже мокры от пота, и даже отсюда слышно тяжелое дыхание.
   - Хороши ребята! - В голосе наемника звучит гордость командира за подчиненных. - А? Как думаешь?
   - Как тебе сказать... - пробую я ответить как-то поаккуратнее. - Выносливость безусловно нужна, спору нет... Особенно в затяжном сражении. А вот в короткой схватке все решают мастерство и сила. Ну, и скорость, само собой...
   - Ты хочешь сказать, что они мечом плохо владеют? - удивляется мой собеседник.
   - Я не сказал, что - плохо... Просто я думаю, что им есть еще чему поучиться... - отвечаю я дипломатично.
   - Так, может, покажешь нам что-нибудь? - вежливо предлагает наемник, но в серых глазах проскакивает смешинка.
   - А чего ж не показать... - соглашаюсь я и спускаюсь по ступеньках.
   На столе под навесом у стены казармы я уже раньше заприметил несколько мечей. Снимаю с себя катану и беру двуручник. Меч, как и у бойцов, учебный - кромки клинка специально притуплены. Не очень тяжелый - я делаю пару замахов - можно использовать и как одноручный.
   - Доспехи не хочешь одеть? - интересуется командир. - А то можно принести, в казарме есть...
   Я отрицательно мотаю головой и жестом приглашаю к поединку одного из бойцов, крепкого парня лет тридцати. Сначала я показываю, что имел в виду под словом "мастерство". Стоя совершенно неподвижно, легкими и едва заметными движениями конца клинка отбиваю удары все более свирепеющего от неудач и входящего в раж парня.
   Затем я показываю, что имел в виду под словом "сила". При очередном замахе партнера
  отвожу меч в сторону и с размаху бью серединой клинка снизу вверх по опускающемуся мечу у самой его рукояти. Меч выскакивает из рук парня, взлетает высоко вверх и падает на крышу казармы, а парень трясет отбитыми, несмотря на кольчужные перчатки, руками.
   И, наконец, показываю, что я имел в виду под словом "скорость". Приглашаю нападать сразу двух бойцов. Теперь я наглядно показываю, как можно, правильно выбрав позицию, одним ударом отразить сразу два меча, или, уворачиваясь и не принимая удар, использовать момент, чтобы отсечь противнику руку или ногу. Чтобы не оставлять синяков, в последний момент я, конечно, поворачиваю меч так, чтобы удары по рукам и ногам приходились плашмя. Для большей наглядности я стараюсь двигаться махсимально медленно, медленно ровно в той мере, чтобы самому не пропустить удар.
   Кажется, до моих партнеров доходит, что я не стараюсь их унизить или посмеяться над ними: первоначальный раж уходит, теперь они действуют более аккуратно и внимательно и не бросаются уже на меня, очертя голову. Я одобрительно киваю.
   И в конце концов, как говорится - на загладку, беру второй меч и приглашаю всех четверых. Правда, на этот раз я настраиваюсь - пока неторопливо иду за мечом и так же неторопливо возвращаюсь - на ускорение. Схватка продолжается минуты две, но за это время я успеваю "отрубить" каждому из четверых руку или ногу, а меня достать никому из них так ни разу и не удается.
   Когда я втыкаю оба меча в землю в знак окончания урока, командир наемников спускается с лестницы и подходит к нам.
   - Ну ты мастер, Немо! В жизни ничего подобного не видел! - объявляет он совершенно искренне.
   - Просто учитель хороший у меня был...
   - Я - Гордин, командир этих придурков! - Он ласково оглядывает бойцов. - Рад познакомиться с тобой, Немо!
   - Я тоже рад знакомству, Гордин... - возвращаю я любезность.
   - Слушай, Немо! А не хотел бы ты инструктором поработать? Я уверен - Лорд Гриффин предложил бы тебе очень приличное жалованье!
   - Там видно будет... Когда у меня деньги кончатся, я подумаю над твоим предложением, - отшучиваюсь я.
  
   Вернувшись в гостиницу, я сразу поднимаюсь к себе и, поскольку есть пока не хочется, а делать до вечера все равно больше нечего, решаю немного вздремнуть и опрокидываюсь в койку.
   И снится мне странный сон... Причем я отчетливо понимаю, что это сон, и вместе с тем все окружающее воспринимается мной как абсолютная реальность. Но реальность какая-то странная: большое темное помещение, в углу которого я нахожусь, непонятным и причудливым образом меняет форму, искажается и колышется, будто я смотрю сквозь воду. Скупой, льющийся сверху свет позволяет различить в дальнем углу застывшую в неподвижности, скорчившуюся на полу темную фигуру... Не знаю откуда, но я точно знаю, что это - человек и что человек этот еще жив. И еще я знаю, что оба мы скоро умрем...
   Хочу осмотреться... и не могу: тело не повинуется, и я ощущаю тот же полнейший упадок сил и невозможность сдвинуться с места, что и при атаке магов в святилище Дагота в Морровинде. Откуда-то рядом, слева от меня, раздается негромкий неприятный звук - шорох и царапанье одновременно. С неимоверным трудом, превозмогая бессилие и апатию, поворачиваю голову и вижу, как из черного проема в стене появляется что-то жуткое...
   Медленно, слегка раскачиваясь из стороны в сторону, оттуда выплывает гигантская сколопендра... Именно выплывает, потому что бОльшая часть этого кошмара остается пока где-то там, в темноте... Передняя же часть высоко, метра на полтора, поднята над полом, как у ядовитой змеи, готовящейся к броску. Несмотря на сумрак, можно разглядеть желтоватое полупрозрачное сегментированное тело, два ряда бесчисленных, суетливо перебирающих воздух белесых ножек на почти плоском, широком - не менее полуметра - брюхе.У овального ротового отверстия шевелятся отвратительные желто-коричневые хитиновые крючки сантиметров в сорок длиной. Надо ртом - два больших, размером с кулак, выпученных глаза яично-желтого цвета с черными вертикальными зрачками.
   Тварь ненадолго останавливается, будто раздумывая - с кого начать, и разворачивается в мою сторону... Я смотрю в эти страшные глаза и чувствую, что отвести взгляд уже не могу. Голова начинает кружиться, сознание будто отделяется от тела и водоворотом устремляется туда, в эти бездонные черные дыры зрачков.
   Из последних сил я кричу, но не слышу звука своего голоса...
  
   Будто от внезапного толчка, я просыпаюсь в холодном поту. В ушах еще звенит отчаянный женский крик. И я узнаю этот голос. Это голос Армор. И слышу это отчаянное: " Немо!!! Помоги!!!"
  
   Приснившийся кошмар оставил неприятный, тяжелый осадок... Не могу сказать, что я очень уж впечатлителен; сны я запоминаю довольно редко, а если и запоминаю, то как правило - это фрагменты, редко когда - более или менее целостные сюжеты. Этот же сон запомнился от начала и до конца, необычайно четко и подробно.
   И еще одна странность... Обычно мне удается расшифровать свои сны, даже самые причудливые, найти в недавних, а иногда и далеких по времени событиях возможную причину появления того или иного сюжета, связать сновидение с теми мыслями и заботами, что занимали меня на тот момент. Конечно, последние дни я вспоминал о друзьях, оставшихся в Д2, но никаких оснований для серьезного беспокойства у меня не было: и Армор, и Пых - слишком опытные бойцы, чтобы вляпаться в неприятность в хорошо знакомой Зоне. Да и вряд ли они одни там остались, без поддержки... Так что объяснение кошмара тревогой за них выглядит неубедительно.
   И, наконец, сколопендра эта... Обычно в снах я вижу знакомые персонажи, если же появлялась какая-то " плохо прорисованная" личность с размытым, ускользающим от восприятия лицом, то так или иначе я всегда мог понять - кто это, даже если мне не удавалось нацепить на эту фигуру бирку с именем. То же и с монстрами: иногда они снились мне, особенно в первый год работы в Зоне, и бывало, что во сне какими-то деталями они отличались, порой - очень существенно, от реальных монстров, но тем не менее всегда они были узнаваемы! А вот приснившуюся мне сегодня тварь или хотя бы похожую на нее я никогда раньше не видел, в этом я абсолютно уверен! Неужели мое не получившее художественного образования сознание или там подсознание могло самостоятельно придумать такую мерзость?!
   - Сам дурак! - огрызается Скептик. - Много ты обо мне знаешь!
   В общем, странный какой-то сон... Непонятный.
  
   Глава 11
  
   На исходе дня снова отправляюсь к замку; на этот раз Гордин сообщает, что уже говорил с Лордом Гриффином, и Лорд хочет меня видеть.
   - Ты уж, приятель, смотри не продешеви! - Гордин подмигивает. - Я ведь сказал Лорду, что ты на мечах биться мастер, и что такого инструктора упустить - ну, никак нельзя!
   Я чертыхаюсь про себя, но теперь-то чего уж... Хотя... может, оно и к лучшему, если Лорд будет во мне заинтересован.
   Хозяина замка я нахожу в просторной зале, освещенной лишь несколькими масляными светильниками на темных стенах. Высокий худой старец в длинном черном одеянии стоит, задумавшись, перед столом с какой-то игрой. Столешница поделена на квадраты наподобие шахматной доски (отмечаю машинально, что игровое поле - пятнадцать на пятнадцать квадратов), и на ней сражаются сразу четыре армии: во всяком случае, причудливые фигурки на столе, изображающие воинов в доспехах и с оружием и разных чудищ - четырех цветов: белого, черного, красного и бирюзового.
   - Подойди ближе, Немо! - не отрывая глаз от игры, властно произносит старик.
   - Приветствую тебя, Лорд Гриффин! - Я подхожу к столу.
   - Так кто ты такой, Немо? И откуда ты? - внезапно спрашивает он, по-прежнему глядя на фигуры. - Только не говори мне, что ты - из дальней провинции... Такого оружия, как у тебя, здесь нет! И доспехов таких здесь нет! Вообще в этом мире - нет! Я лично позаботился об этом! И бойцов таких - если то, что рассказал мне Гордин, правда - здесь тоже нет!
   Вот тАк вот! Категорично, и в лоб! Скептик мой забился куда-то в угол и молчит, помощничек хренов! А кстати, откуда старик знает про мои доспехи и оружие? Очень интересно!..
   - Ты прав, уважаемый! - начинаю я импровизацию.
   Старец поворачивается, и взгляд его светло-серых с черными булавками зрачков глаз будто пронизывает меня насквозь.
   - Можешь обращаться ко мне - Гриффин. Или - Лорд.
   - Хорошо, Гриффин... Я действительно из другого мира - ты угадал! Но как попал сюда - понятия не имею... Хочешь - верь, не хочешь - не верь! И главное для меня сейчас - вернуться обратно!
   Лорд, будто не слыша, переводит взгляд на мою руку, на колечко Чужих, потом снова смотрит мне в глаза.
   - Что это за вещь? Ты от Старших? - голос его становится тихим и вкрадчивым, а взгляд будто гипнотизирует.
   Еще лучше! "Старшими", как я понимаю, он Чужих называет... Сказать, что я от них? (Скептик обеспокоенно завозился...) Нет, пожалуй, не стоит... Что-то подсказывает мне, что у Гриффина с Чужими отношения - если они есть, конечно, - сложные... И если набраться нахальства и прикинуться их посланцем (кстати, а что за послание?), то могут возникнуть осложнения... Как известно, любопытство кошку сгубило... А польза от такого варианта вряд ли будет... К тому же, слишком уж мало я о них знаю, о Чужих, чтобы прикидываться их посланцем. Глупо может получиться... А вот если прикинуться обиженным этими "Старшими", то, возможно, удастся узнать о них побольше. Тем более, что и врать особо не придется... Да... наверное, так...
   Эти несколько секунд размышлений над вариантом поведения я заполнил, старательно изображая на физиономии восхищение проницательностью мудрого собеседника, некоторую виноватость из-за глупой попытки ввести его в заблуждение и полную свою готовность рассказать всю правду!
   - Не знаю, кого ты называешь "Старшими", уважаемый Гриффин, но кольцо это я нашел в одном опасном месте и считал его своим по праву! Но вдруг заявился какой-то колдун и потребовал отдать вещицу... Я отказался: колечко-то, как оказалось, от внушения защищает! Да еще как защищает! Ну, сначала колдун этот подослал наемных убийц, да только слабоваты они оказались... Тогда он какой-то невероятной магией забросил меня сюда! Вероятно, рассчитывал, что в чужом и незнакомом мире я скоро погибну, и он сможет забрать кольцо! Вот так я здесь и оказался...
   Несколько секунд Лорд сверлит меня взглядом.
   - Да... На них это похоже... Чужими руками все норовят сделать. Чтоб не запачкаться... - наконец произносит он.
   Я перевожу дух. Кажется, проехало...
   - А как это он тебе заявился? - Лорд с интересом смотрит на меня. - Ты ведь именно так сказал: "Вдруг заявился какой-то колдун..."?
   Отличный вопрос! Как на заказ! Сейчас вот только обыграть его правильно, вопрос этот!
   - Даже не знаю, как тебе объяснить, уважаемый Гриффин... Боюсь, ты мне не поверишь... - Я старательно - думаю, даже Пых одобрил бы - изображаю смущение и колебания.
   - Немо, расскажи просто, как оно все было... А я уж сам решу - верить или не верить.
   Я еще мнусь немного, как бы собираясь с мыслями, и излагаю упрощенную версию разговора с Чужим, говорившим со мной голосом Арнота, трактирщика из Балморы.
   - И что ведь интересно, - заканчиваю я рассказ, - трактирщик потом ничего не помнил об этом разговоре!
   - И больше этот... - Гриффин пожевал губами - колдун... с тобой не разговаривал?
   - Нет...
   - Ну что ж... Я думаю, он еще объявится.
   - Хорошо бы!.. Я уж и сам не рад, что связался с ним. Ведь я так понимаю, что единственный мой шанс вернуться домой - это отдать колдуну кольцо?
   - Скорее всего, так...
   - А что это за кольцо такое? Ты ведь сразу его приметил... Неужели из-за кольца, ограждающего от внушения, великий колдун стал бы так стараться? Для меня колечко это - хорошая, полезная в работе вещь... А ему-то зачем?
   - Не могу сказать, Немо... Не знаю... Просто чувствую я, что в кольце этом великая сила сокрыта... Не обычное это кольцо, не из тех, что из нежити выпадает... А если оно, как ты говоришь, от внушения защищает, то это так... В довесок.
   - А кто он, колдун этот? И кого ты имел в виду? Ну... когда сказал: " Старшие".
   - Это долгая история, Немо... И непростая. Может быть, позже как-нибудь... - Гриффин помолчал немного. - Знал я, что есть другие миры... Но никогда не думал, что встречу человека оттуда. Расскажи мне о твоем мире, Немо... - Жестом Гриффин приглашает меня присесть в одно из кресел возле стола с фигурами и садится напротив.
   Далее я часа два излагаю Гриффину обкатанную накануне на Граве версию мира "Морровинд & Д2" и отвечаю на многочисленные вопросы, основываясь как на сведениях, полученных из отчета по Морровинду и из игры, так и на личных впечатлениях. В отличие от Грава, фыркавшего по поводу прямоходящих кошколюдей, Гриффина более всего интересует политическое и социальное устройство "моего" мира, управление Морровиндом и политика властей в отношении государств-соседей (Скептик хмыкнул и заворочался), взаимоотношения между гуманоидными и негуманоидными расами, суть религиозных культов (Скептик опять хмыкнул, уже громче на этот раз) и степень их влияния на государственные институты и общество.
   По форме вопросы Гриффина выглядят, конечно, попроще, "с учетом интеллектуальных возможностей вопрошаемого" (или допрошаемого), - меня, то бишь, - профессионального авантюриста и солдафона. В общем, выкручиваюсь как могу... В особо тяжелых случаях, чтобы не прибегать к специальным терминам и набившим оскомину формулировкам СМИ, привожу "примеры из жизни" или ссылаюсь на мнение реальных или придуманных персонажей.
   Например, вместо "церковь, за исключением нескольких малоизвестных маргинальных ответвлений, представленных в Морровинде небольшими миссиями, вкупе с государством поддерживает и идейно вдохновляет ксенофобию, процветающую в отдельных слоях общества" выдаю что-нибудь вроде: "Знакомый капитан из Форта Синей Бабочки как-то сказал, что, мол, сам-то он не возражал бы против отмены рабства, но ведь - традиции! Да и кошколюди, мол, что там ни говори, а ведь - сплошь воры! А что до Темных Эльфов - так они ж до сих пор языческим богам поклоняются!"
   Или вместо "в результате политической и военной имперской экспансии и усиления экономического давления на провинции растет недовольство коренного их населения, что в ряде случаев уже привело к народным бунтам и вооруженному противодействию имперским войскам, а в последнем случае, после кровавого подавления бунта в Киродиле, возникла угроза распада и самой Империи" рассказываю, что зашел как-то в кабачок один в Балморе, а там местные кучкуются...так вот один из них мне и говорит, что скоро, мол, очистят они землю предков от чужеземных захватчиков... а сам зыркает на меня красными глазищами и за кинжал держится.
   - Да... Везде одно и то же - злоба, нетермимость, распри... - Гриффин устало вздыхает, выслушав мой рассказ.
   - Почему - везде? - удивляюсь я. - Здесь, насколько я успел заметить, все обстоит вполне благополучно... Или я ошибаюсь?
   - Эх, Немо... Знал бы ты, что тут творилось всего лишь сотню лет назад. И какого труда стоило добиться сегодняшнего благополучия... И скольким... и сколькими пришлось пожертвовать ради него!
   - Расскажи, Гриффин, - почтительно прошу я старика.
   - Ну, что ж... Раз интересно, слушай...
  
   РАССКАЗ ГРИФФИНА
  
   Нонешнее Белогорье - лишь малая часть большого и процветавшего когда-то Королевства Вергония, в котором с незапамятных времен достаточно мирно уживались различные народы и племена: из древних - Ночные Лорды, к которым принадлежит и сам Гриффин, из более молодых - люди, орки - Лесной Народ и собаки - Охотники. Что же до нежити, то она всегда здесь была, насколько помнили древние.
   Все было хорошо до тех пор, пока ширящееся государство не столкнулось на севере с жившим в тамошних лесах и болотах другим древним народом - Эльфами и Феями, которые наотрез отказались подчиниться чужим правителям и войти в состав королевства.
   И тогда Совет Лордов Вергонии, представлявший собой реальную власть в Королевстве, совершил первую роковую ошибку: в стремлении получить доступ к богатым рудой северным территориям им было принято решение подчинить эти земли насильственным путем. Королевские войска были хорошо обучены и экипированы и представляли собой неодолимую, как всем тогда казалось, силу. Тем более, что в их состав входило несколько полков, составленных из могучих орков.
   Но первое же крупное военное столкновение с северным народом обернулось для королевских войск полным провалом, если не сказать катастрофой. Изначально королевские стратеги были уверены, что, если бы не Эльфы и Феи, орки и Охотники северных земель не стали бы возражать против вхождения в состав Вергонии, поскольку их соплеменникам в королевстве жилось совсем неплохо. И что эти самые орки и Охотники, если и не примкнут к королевским войскам, то будут хотя бы соблюдать нейтралитет... Но, к запоздалому удивлению стратегов, все северные народы объединились в решимости отстоять свою независимость и выступили сообща. Более того, королевские орки-бойцы - основная ударная сила, отказались воевать с соплеменниками, вернулись назад и ушли в леса.
   Оставшаяся, людская часть экспедиционного корпуса - в основном, это были лучники - не могла уже противостоять магическому огню Эльфов и Фей и яростному натиску северян-орков, а постоянные ночные нападения псов и орков, которые в темноте видели не хуже псов, буквально опустошали биваки королевских войск. Неся огромные потери и бросая снаряжение, королевские войска были вынуждены отступить на юг, под защиту стен городов и фортов.
   На некоторое время установилось равновесие. Армейские части не могли выйти из укреплений, но и северяне были не в состоянии взять укрепления штурмом: магов с их огненными шарами лучники близко к стенам не подпускали, а у орков, чтобы идти на приступ под градом стрел, не было доспехов.
   Но затем положение осажденных стало быстро ухудшаться: запас стрел был не бесконечен, как и запасы провианта. Новую армию быстро собрать не получалось, поскольку никто не предполагал, что таковая потребуется, да и какая армия из ополченцев... Караваны же с припасами постоянно попадали в засады северян и к осажденных городам, где уже начинался голод, пробивались крайне редко.
   Тем временем и в самом Королевстве ситуация накалялась... Среди Лордов стали усиливаться разногласия. Меньшая их часть, те, кто с самого начала предлагал оставить северян в покое, раз уж не хотят они присоединяться, теперь ратовала за скорейшие мирные переговоры... Большая же часть Лордов, подстегиваемая "ура-патриотическим" энтузиазмом подавляющего большинства людской части населения, плохо осведомленного о реальном положении вещей, настаивала на продолжении боевых действий и на победе "любой ценой".
   Среди людского населения появились проповедники - бывшие мелкие священники и вообще невесть кто... Раньше в Королевстве, надо сказать, Церковь не занимала в обществе заметного места ввиду достаточно пестрого состава Вергонии. Теперь же, после того, как подразделения орков оставили армию, а северные сородичи орков и Охотников выступили на стороне врага, Церковь быстро набирала силу. И происходило это при активной поддержке властей, что было очередной, после отказа идти на перемирие с северянами, серьезной ошибкой.
   Вначале полагалось, что сильная Церковь будет способствовать большему единению народов Королевства и укреплению духа патриотизма. На деле все оказалось точно наоборот... Среди людей стали нарастать нетерпимость и ксенофобия, все чаще звучали высказывания, что орки, мол, существа второго сорта и вообще предатели, а собаки, дескать, и вовсе безмозглые животные... В городах и поселениях то и дело происходили стычки между людьми и орками. В результате те немногие орки, что еще жили среди людей, ушли в лес.
   Скоро, правда, выяснилось, что без помощи орков и Охотников люди уже не могут добывать в необходимом количестве мясо и шкуры, лес и руду. Да и с охраной торговых и военных караванов без помощи Лесных не складывалось. Теперь у людей случались серьезные потери даже при стычках с нежитью, что раньше и представить себе было невозможно.
   В городах все чаще случались перебои с поставками продовольствия. О застрявших на севере войсках и осажденных городах вспоминали теперь все реже и реже, а потом и вовсе забыли. Отощавшие горожане начинали уже - за неимением других врагов - коситься на Лордов, откуда-то поползли слухи, что вот, мол, народ голодает, а они, Лорды, в своих хоромах и горя не знают: они же ведь, Лорды-то, кровью питаются... И надо, мол, еще разобраться, чьей именно кровью... Как выяснилось уже позже, слухи эти распускались адептами Церкви, решившей воспользоваться ситуацией и захватить власть в Королевстве.
   И однажды, после того, как сразу несколько продовольственных караванов из южных, более благополучных на тот момент провинций, по непонятным и так и не выясненным причинам не дошли до столицы, в столице вспыхнул бунт. Озверелая толпа, возглавляемая вооруженными мечами крепкими ребятами в черных балахонах, устремилась к королевскому дворцу, смела охрану и ворвалась в королевские покои. Король, наследники и бОльшая часть советников были убиты... На следующий день такие же побоища "случились" и в других крупных городах, а еще через несколько дней раса Ночных Лордов как таковая вообще перестала существовать. Власть в государстве перешла к Церкви, к неизвестно когда и как возникшему Ордену Щита и Меча.
   Еды от смены власти, естественно, не прибавилось... Единственное, что могли сделать новые правители, так это немного увеличить выдаваемую из государственных продовольственных запасников недельную норму продуктов да отправить вооруженные отряды по близлежащим хуторам для принудительного - поскольку напуганные происходящим хуторяне ни за какие деньги не хотели продавать ни скотину, ни зерно - сбора продовольствия. Но здесь сборщиков продовольствия ожидал сюрприз: на хуторах их встречали с вилами в руках не только крестьяне, но и родственники крестьян, перебравшиеся сюда из голодающего города. Мордастые ребята в рясах не были профессиональными военными, героями они тоже не были, а потому убирались восвояси подобру-поздорову. Спустя несколько недель выдаваемый паек пришлось вновь урЕзать: в запасниках почти ничего не оставалось...
   Те из горожан, кто был посильнее и не обременен большой семьей, в надежде прокормиться охотой отправились в леса, рискуя напороться либо на стаю волков, либо на нежить, либо на недружелюбно настроенных Лесных, которых они еще совсем недавно называли "существами второго сорта" и "безмозглыми животными".
   Еще кто-то с семьями и пожитками отправился на юг, в более благополучные, как им казалось, районы. Но эти переселенцы зачастую подвергались нападениям не только нежити, но и многочисленных бандитских шаек, рыскавших вокруг крупных городов и на караванных путях.
   Оставшиеся же в столице начали умирать от голода, в первую очередь - дети и старики. Улицы были завалены мусором и нечистотами, теперь и днем по улицам шныряли огромные, разъевшиеся на трупах крысы. Скоро к голоду прибавились какие-то страшные болезни, о которых раньше никто и не слышал, и лекарства от которых не было. Хоронить покойников уже не хватало сил, и специальные команды сжигали трупы на кострах прямо в городе...
   И тогда толпы отчаявшихся, обезумевших людей бросились громить продовольственные склады, не обращая внимания ни на пытавшихся их остановить проповедников, ни на вооруженных людей из Ордена. У тех не хватило ума отступить, как это делали их коллеги при встречах с хуторянами, а может, приказ у них был - не отступать. Произошла кровавая бойня, многие из осаждавших склады были убиты, но остановить разъяренную толпу было невозможно... Когда же люди убедились, что склады практически пусты, и взять там нечего, весь их гнев и бешенство обратились на церковников...
   Примерно то же самое, только немного позже, происходило и в других городах. В результате, спустя всего лишь полгода после первых боев на севере, Церковь как последняя власть, а вместе с ней и Вергония как государство, прекратили свое существование. Настали Смутные Времена...
   Те немногие, кто не умер от голода и болезней, покинули города и стали обустраиваться вокруг крестьянских поселений и хуторов. Крестьяне не возражали: земли для работы было достаточно, а отбиваться от разбойничьих набегов возросшими силами было намного легче. Но относительное спокойствие продолжалось недолго: мелкие и разрозненные шайки разбойников тоже стали объединяться в крупные, хорошо организованные бандитские группировки, противостоять которым сельчане уже не могли... Теперь крестьянам волей-неволей приходилось снабжать бандитов едой и одеждой, иначе - поджоги, увод скота, а то и смерть.
   Жизнь Лесных - и орков, и собак - после прекращения контактов с людьми поначалу складывалась вполне благополучно: еды в лесу было предостаточно, а некие неудобства в расчет не шли.
   Охотники вообще ни в каких предметах человеческой цивилизации не нуждались, кроме, разве что, лекарств. Но без лекарств можно и обойтись: вон сколько трав разных вокруг...
   Что до орков, то какого-то действительно серьезного ущерба они тоже не понесли. Конечно, за многие столетия их общения и взаимодействия с людьми сложилась определенная специализация в производстве вещей и услуг, и с хорошим оружием и разной утварью хозяйственной теперь возникли сложности. Ведь производством металла и изготовлением топоров, например, или мечей орки давно уже не занимались: зачем делать железное оружие, если у людей можно купить стальное? То же и с посудой, и с тканой одеждой, и со многим чем еще... С другой стороны, уже имеющиеся вещи могли пока послужить... В общем, жизнь орков стала всего лишь несколько менее уютной.
   Но судьба сыграла с Лесными злую шутку. Если от людской неприязни и злобы они смогли просто уйти в родные леса, то от новой напасти - черного мора - не было спасения и здесь... То ли крысы принесли заразу из городов, то ли волки или еще какие хищники после охоты на тех крыс, то ли птицы-падальщики, кормившиеся незахороненными трупами - этого никто не знал, но только вскоре среди Лесных, в первую очередь - среди сыроедов Охотников, начался мор, и никакие травы от него не помогали.
   Из правящей (до прихода к власти церковников) расы Ночных Лордов уцелело всего четверо, среди них - Гриффин с дочерью. Все они принадлежали к тому меньшинству, что возражало когда-то против войны с северянами, и мнением которого так опрометчиво пренебрегло большинство. Никаких надежд на возрождение своей расы у этих четверых теперь уже не осталось: издавна бытовавшее среди людей убеждение, что питающиеся кровью и живущие сотни лет Лорды способны каким-то волшебством обращать обычных людей в себе подобных, было лишено всяких оснований... Более того, нечастые, но не считавшиеся чем-то противоестественным смешанные браки не давали потомства.
   Так вот, эти четверо, несмотря на то, что имели все основания "не любить", мягко говоря, людскую расу, решили предпринять все возможное, чтобы спасти тех, кого еще можно было спасти. Единственным выходом из создавшегося отчаянного положения было, по их общему убеждению, одновременное переселение всех выживших - и людей, и Лесных - далеко на юг, подальше от зараженных и кишащих бандитами территорий. По преданиям где-то там, на юге, находились необжитые плодородные земли. Уговорить народы покинуть родные места представлялось непростой задачей, и Лорды взяли эту миссию на себя, поскольку с людьми Лесные разговаривать вряд ли стали бы.
   Несколько месяцев ушло на переговоры. Первыми согласились люди: жизнь под бандитами стала невыносимой, все произошедшее сбило с них спесь, и теперь они были готовы вернуться к прежним добрососедским отношениям с Лесными. Затем, хоть и с немалым трудом, удалось уговорить орков и Охотников, твердо им пообещав, что никогда впредь люди не допустят возрождения Церкви и повторения того, что произошло.
   Наконец, настал великий день... На северных окраинах бывшего Королевства орки и Охотники вышли из лесов и двинулись к людским поселениям и хуторам. Здесь их ждали уже готовые отправиться в дальний путь переселенцы: кто - с телегами со скарбом, запряженными быками а то и коровами, кто - с тачками, нагруженными пожитками так, что еле можно катить, кто - просто с мешком за плечами... И начался Великий Исход...
   Переселенцы двигались на юг, и по мере продвижения к ним присоединялись со всех сторон все новые и новые отряды людей и Лесных. Вскоре все три главные дороги с севера на юг были заполнены караванами. Первое время народ кормился взятыми в дорогу припасами, потом за обеспечение провизией взялись Лесные: дичи в окрестных лесах было достаточно. Крутившиеся вначале вокруг караванов шайки бандитов вскоре, после ряда безуспешных попыток напасть, отстали: справиться с объединенными силами людей и Лесных они не могли, да и с едой у бандитов теперь, когда они лишились дармовых "кормушек", было не так густо, чтобы долго сопровождать какой-нибудь караван в надежде улучить момент. Добывать же пропитание охотой, как Лесные, бандиты опасались, да толком и не умели - ведь состояли бандитские шайки, в основном, из городского отребья.
   Спустя два месяца колонны переселенцев вышли за южные пределы погибшего Королевства и вступили на неизвестные земли. Лесов постепенно становилось все меньше, затем и они исчезли. Дальше раскинулись пустынные степи. Теперь и у переселенцев возникли трудности с едой. Мелкой степной живности, добытой Охотниками, на всех не хватало, хотя псы занимались охотой чуть не круглые сутки и уже с ног валились от усталости. Травы в степи было мало, и домашняя скотина тоже теперь голодала. А самое главное, катастрофически не хватало воды, запасы ее в бурдюках, несмотря на самые жесткие ограничения, заканчивались. Пришлось начать резать скот...
   Долгие и утомительные каждодневные переходы оказались тяжелым испытанием. Не только люди, но и могучие орки и неутомимые, казалось, Охотники были совершенно измучены. Но останавливаться на длительный отдых было нельзя - тогда погибли бы все. И караваны упорно, день за днем продолжали движение, оставляя обессилевших на волю судьбы.
   Когда всем уже стало казаться, что конца пути не будет и всебщая гибель неизбежна, высланные вперед разведчики принесли, наконец, радостную весть. Впереди - всего в неделе пути - река, а дальше, за рекой, луга и леса. Народ собрался с последними силами, и караваны вновь двинулись в путь.
   У реки устроили большой привал. Наконец можно было отдохнуть после долгого, едва не закончившегося трагически путешествия. Безмерная радость от того, что несчастья остались позади, смешивалась с глубокой скорбью по погибшим. Общие невзгоды и лишения сплотили людей и Лесных, прежние обиды забылись, теперь все ощущали свою общность и принадлежность к единому, хотя бы и состоящему из различных рас, народу.
   За рекой простирались ничейные земли - кроме звериных троп к водопою, нигде ни дорог, ни даже заметных глазу хоженых тропинок. Если край и был заселен когда-то, то очень и очень давно. Вскоре, в излучине реки, переселенцы наткнулись на остатки древней полуразрушенной крепости. Кто здесь жил раньше, что за драма тут разыгралась - так и осталось неизвестно. Место для поселения было идеальное - широкая, богатая рыбой река, густые леса, где могли удобно расселиться орки и Охотники, плодородные земли вокруг. Часть народа - среди них и Гриффин с дочерью - решила здесь остаться. Другие отправились дальше, на юг...
  
   - Вот так мы здесь и оказались, - завершает рассказ Гриффин. - С тех пор прошло без малого сто лет.
   Некоторое время мы молчим - Гриффин, судя по отрешенному виду, погрузился в воспоминания, вновь переживая давние события, а я все еще не могу выйти из-под впечатления тех поистине эпических сцен, что возникали перед моими глазами по ходу повествования.
   - И что было дальше? - интересуюсь я, когда Гриффин зашевелился в своем кресле и посмотрел на меня так, будто пытался вспомнить кто я такой и что здесь делаю.
   - Дальше?.. - переспросил Гриффин , приходя в себя, и, чуть помолчав, продолжил:
   - Дальше пришлось начинать новую жизнь... Первым делом с помощью орков построили хутора для крестьян, сообща землю вспахали... Потом город стали строить, ремесла восстанавливать... Не все ведь из мастеров выжили. Хорошо еще - некоторые книги удалось сохранить...
   - А с религией что? Не заметил я в городе ни храма какого, и вообще...
   - Все верно, Немо. Нет, и не будет здесь больше напасти этой, разделяющей разумные существа на чистых и не чистых, своих и чужих. Пока я жив - не будет!
   - Интересно, что по этому поводу люди думают? - спрашиваю я осторожно и сразу чувствую как заворочался Скептик.
   - Так ведь первые поселенцы на своей шкуре испытали, к чему религиозный фанатизм приводит. Да и работы было невпроворот, чтобы время на молитвы тратить. А позже, в следующих поколениях, о религии и думать забыли. Привыкли больше на себя рассчитывать, на свой разум и на свой труд.
   - Совсем, стало быть, верующих не осталось?
   - Ну... такие всегда находятся... Веровать, собственно, никто и не запрещает, если ты это имеешь в виду. Другое дело, что строить храмы у нас не позволено. Под запретом также и самозваные посредники между верующими и их божествами. Хватит, наелись этого добра...
   - Да... в моем мире несладко бы тебе пришлось... - говорю я.
   - Что, камнями побили бы?
   - Да уж придумали бы... - Уточнять не хочется: мне вспомнились недавние события в Москве и Петербурге. А начиналось-то в девяностые годы совсем невинно и даже благостно - народ вдруг с удивлением, а кое-кто и с умилением, увидел, как Сам, вчерашний партаппаратчик, хоть и неумело, но начал креститься... а за ним следом и прочие чиновники - от самых крупных и до мелочи районного масштаба.
   Продолжать разговор о религии не хочется - все, что могло бы пригодиться в дальнейшем, я теперь знал, а сам предмет давно уже меня не занимает. Чтобы сменить тему, я с преувеличенным интересом разглядываю искусно вырезанные фигурки на столе:
   - В Морровинде есть похожая игра, только в той - квадратов поменьше и армий - всего две.
   Гриффин долго смотрит на меня, будто на ребенка, вздумавшего обмануть учителя. Его взгляд напомнил мне взгляд Кибера на занятиях по тактике, когда какой-нибудь зеленый курсант пытался заманить его в нехитрую ловушку.
   - Эй... не расслабляйся... - шепчет Скептик, тоже заметивший неуклюжесть маневра.
   - У нас есть игра и на малой доске, - прерывает затянувшееся молчание Гриффин, - в нее играют в трактирах... А эта - на большой доске - королевская игра. Она посложнее... Здесь правила разрешают игрокам заключать союзы, вступать во временные коалиции, предавать при необходимости... Если хочешь - могу научить...
   - Спасибо, Гриффин. Боюсь, эта игра не для меня. Не умею я предавать... - отвечаю я нарочито серьезно: шутка - неплохой способ переключить внимание собеседника. - Вероятно, пробел в образовании. А может - воспитали неправильно.
   - Тогда не стать тебе королем, - говорит Гриффин, и улыбается слегка.
   - Вот беда! - сокрушаюсь я. И мы с Гриффином весело смеемся.
  
   Глава 12
  
   В гостиницу я возвращаюсь заполночь, когда уставший за день Терелл уже выпроваживает последних посетителей. Просить его приготовить что-то горячее неловко, так что заказываю что-нибудь из того, что есть под рукой. Толстяк приносит тарелку с холодной свининой и кувшин пива, желает мне спокойной ночи и уходит к себе.
   Поев, раскуриваю ставшую уже привычной трубку и, потягивая пиво, погружаюсь в размышления. То, что рассказал Гриффит, само по себе интересно, но никак не способствует решению моей проблемы. Кроме того, чем дольше я раздумываю над логикой действий Голоса, тем больше сомневаюсь в правильности вывода, изложенного Гриффину.
   Не верится, что Голос действительно рассчитывал на мою гибель, когда перетащил сюда. Во-первых, в Морровинд он меня "десантировал" голым, можно сказать, и должен был понимать, что если уж там у него не сложилось, то здесь, когда я в полном боевом облачении и с работающими "магическими" прибамбасами, тем более ничего не выйдет. Во-вторых, здесь я "родился" в пустом лесочке недалеко от города, а не среди скопища рогатых "лыцарей" или еще похуже кого, хотя Голос наверняка мог бы это устроить. Значит, что-то другое он придумал, и меня беспокоит, что я даже примерно не могу представить что именно.
   Допустим, Голос решил взять меня на испуг... Мол, не отдашь кольцо, тогда всю жизнь проведешь в этой деревне. Если так, то боюсь, я его разочарую. Для меня ведь что здесь жить, что в Зону Д2 в командировки мотаться - особой разницы нет. Годика два пожить в Белогорье, новую Зону поизучать, я вполне могу. Тем более что мне давно уже опротивели и наглые хари на БМВ, и сгрудившиеся у кормушек - каждому по рангу - гуттаперчевые политиканы и чиновники, и сами власти, открыто и беззастенчиво подминающие под себя страну. Опротивели груды мусора на книжных лотках, убогие сериалы и бессмысленные развеселые - " Прикольно! Гыы..." - ток-шоу в телепередачах.
   "...Чтобы было весело, и ни о чем не надо думать" - ухмыляясь, цитирует Скептик.
   В общем, ссылкой в деревню меня не испугаешь. Да и не верю я, что найти выход отсюда такое уж безнадежное дело. Вряд ли эта Зона радикально отличается от других. Наверняка ведь и сюда забредали люди с той стороны, а воспоминания о таких чужаках сохраняются в памяти аборигенов надолго. Надо только поискать хорошенько, поспрашивать. Глядишь, и найдутся зацепочки...
   Кстати, о зацепочках... После возвращения из замка меня не оставляет чувство, что прозвучало в разговоре с Гриффином нечто важное, что-то такое, чему я не придал тогда значения. Что же это было? Шахматы? Нет... Рассказ о переселении? Тоже - нет... Еще раньше... Аа... вот оно! "Знал я, что есть другие миры... Но никогда не думал, что встречу человека оттуда..." В тот момент я понял реплику в контексте осведомленности Гриффина о существовании Чужих, в его терминологии - "Старших". Но почему именно "миры", во множественном числе? И потом, если он имел в виду мир "Старших", то как он мог рассчитывать на встречу с "человеком оттуда"? Ведь он точно знал, что "Старшие" бестелесны, что они - не люди. Определенно, вопрос требует уточнения...
   Так... что еще? Замечание Гриффина "... правила разрешают игрокам заключать союзы, вступать во временные коалиции, предавать при необходимости... Если хочешь - могу научить..." Фраза отчетливо запечатлелась в памяти, ее можно понимать как предложение научить игре, а можно и по-другому - как предложение перейти на его сторону. Неужели он все-таки продолжает подозревать, что я от "Старших"? Но тогда я не оставил бы кольцо на руке. Хотя... если бы я знал от "Старших", что Гриффин владеет внушением, то оставил бы, конечно, и придумал бы по поводу кольца какую-то историю... что я и сделал. Мда...
   Еще что-то было интересное... Аа... точно... замечание Гриффина о доспехах и оружии... что-то в том смысле, что таких вещей в этом мире нет и что он, Гриффин, лично об этом позаботился. Прозвучала фраза интересно... и по интонации, и по убежденности.... будто он не с чужих слов о моей амуниции говорил, а видел ее своими глазами. И смысловая часть концовки "...лично об этом позаботился" - тоже выглядит довольно интригующе...
   Так... По первому кругу все, вроде... В общем, вопросов больше, чем ответов. Ладно... утро вечера мудренее.
   - Будет день, будет пища. Работа не волк... Делу время... Поспешай медленно. Морген, морген, нур нихт хойте... - бодро отзывается Скептик.
   - Солдат спит, служба идет, - перебиваю я доморощенного полиглота и отправляюсь к себе наверх.
  
   * * *
  
   Будит меня едва различимый звук - в коридоре, возле двери в номер, скрипнула половица. Не вставая, жду дальнейшего развития событий. Дверь приотворяется и... с грохотом опрокидывается прислоненный к ней щит. Дверь тут же закрывается, а из коридора доносится звук быстро удаляющихся шагов. Подхожу к распахнутому окну и вижу, как из трактира выскальзывает стройная фигура, одетая во все черное. Неудачливый визитер поднимает голову, и в свете фонаря над дверью видно как блестят глаза в прорезях капюшона. Дружелюбно я показываю ему жестом - заходи, мол, покалякаем... но принять приглашение местный ниндзя не желает, а желает, напротив, удалиться. И удаляется он легкой и грациозной походкой вправо по улице, в ту сторону, откуда я пришел совсем недавно.
   Надев сапоги и прихватив катану, выпрыгиваю в окно и пускаюсь в погоню за невежей. Городок кажется вымершим. Время, конечно, ночное, но все же... Света в домах нигде не видно, и от этого возникает неприятное ощущение, будто домА затаились и молча наблюдают за мной черными провалами окон.
   В сапогах бегать - занятие на любителя, а в боевых кольчужных - втройне... Несмотря на все старания, догнать шустрого ниндзю мне не удается, и в конце улицы он исчезает из виду. Но я почти уверен, что свернул беглец влево, в сторону замка.
   Зайти в замок, что ли? Типа - " Почему бы одному благородному дону не навестить другого благородного дона?"
   - Благородные доны ночью в гости не ходют, - язвительно замечает Скептик и, подумав, уточняет: - Без пузыря.
   - Другой благородный дон - непьющий! - возражаю я.
   - Это он тебе сказал? Или ты сам так решил? - интересуется мой приятель. - А вот мне почему-то кажется, что другой благородный дон и из горлА может... при случае.
   Дальнейшие рассуждения болтуна я не слушаю и иду к замку. К моему удивлению, никакой охраны у входа нет. В зале, где мы с Гриффином беседовали вечером, тоже пусто. Одна лестница, винтовая, уходит наверх, во второй этаж, другая - короткими, под прямым углом пролетами - идет вниз. Начинать поиск сбежавшего наглеца что наверху, что внизу - безразлично. Снимаю с крюка тусклый масляный фонарь и спускаюсь в подвал. Здесь холодно и сыро, пахнет плесенью и мышами. Вдоль стен - нагромождения бочек и ящиков. В общем, ничего интересного. Собираюсь уже возвращаться, когда пол внезапно уходит из-под ног, и я проваливаюсь в темноту.
   Падение продолжается так долго, что уже ясно - это конец. Но мягкая волна подхватывает вдруг меня, опрокидывает на спину и несет... Тусклые багровые отсветы на бесформенных сгустках тьмы вокруг... Пытаюсь повернуться лицом вниз, но лишь беспомощно барахтаюсь в пустоте... Голова кружится, в ушах шумит, и сквозь шум пробивается невнятный, непонятно откуда идущий настойчивый шепот. Он становится все громче и отчетливей, и вот уже можно различить протяжное: "Я жду-у... я жду-уу..."
   В тот момент, когда шепот достигает невообразимой силы, и мне кажется, что еще немного, и голова не выдержит и разлетится на куски, все разом прекращается - и рев, и шум в ушах, и мой полет в никуда, а я оказываюсь в том темном помещении, что видел накануне в кошмаре. И снова я вижу все глазами Армор - теперь мне это уже понятно. На ногах - знакомые сапожки с блестящими пряжками, в двух шагах справа - валяется "Буриза"... Человек в дальнем углу - конечно, Пых. Сейчас он уже не лежит, скорчившись, как во вчерашнем сне, а сидит, прислонившись к стене, и смотрит на меня... то есть на Армор.
   Мое присутствие Армор, как я понимаю, не чувствует. Зато я не только вижу окружающее ее глазами, но и "слышу" ее мысли. Глядя на "Буризу", Армор в который уже раз - мысль вертится по кругу - констатирует с горечью, что если бы даже и удалось дотянуться до арбалета, то взвести его сил уж точно не хватит... и жалеет, что нет под рукой "Магнума" или, на худой конец, гранаты, чтобы так или иначе покончить со всем этим ужасом...
   Со стороны стенного проема доносятся знакомые звуки - шорох и царапанье по полу бесчисленных лапок, и оттуда, как и в прошлый раз, выплывает та же жуткая тварь. Но теперь она направляется не ко мне, а к Пыху. Только вот картинка монстра совсем не такая четкая, как в том кошмаре - сейчас сколопендра кажется мне полупрозрачной и какой-то нематериальной, что ли... Зато там, где находится ее вертикально поднятая раскачивающаяся взад-вперед часть, я вижу невысокую сгорбленную человеческую фигуру. И эти две картинки как бы наложены одна на другую. Мелькает догадка, что сколопендру видит Армор и, вероятно, Пых, и это, скорее всего, внушенный образ, а мне каким-то манером удается видеть и то, что есть на самом деле.
   Будто услышав мои мысли, горбун поворачивает голову, смотрит в нашу с Армор сторону и, чуть помедлив, подходит. Вижу, как рука Армор тянется к арбалету, хочу помочь ей, поделиться силой, но не знаю - как... Горбунья - теперь я вижу, что это древняя старуха в невообразимых лохмотьях - ухмыляется, пристально глядя мне в глаза, и попытка Армор заканчивается ничем, рука девушки бессильно опускается. Взгляд старухи становится неприятно-изучающим, словно она догадывается о моем присутствии и теперь пытается в глазах Армор разглядеть меня. Вновь начинает кружиться голова и слышится вкрадчивый протяжный шепот: "Я жду-уу..."
  
  
   Просыпаюсь я опять в холодном поту. Сердце бешено колотится, в голове еще звучит настойчивый зовущий шепот...
   Мда... так и свихнуться недолго. Я усаживаюсь на койке, закуриваю... сизые колечки дыма расплываются в полумраке комнаты...
   Так... Определенно, Армор и Пых где-то здесь, и они в беде. Не верю я, что эти кошмары - случайность. Такое ощущение, что и меня пытаются заманить в ту же ловушку. Эх... узнать бы только, где она, ловушка эта... Уж я в нее попадусь, будьте уверены! Так попадусь, что никому мало не покажется!
   Тут меня посещает интересная мысль. Снимаю кольцо "Чужих" и прислушиваюсь к себе в надежде услышать зов. Нет... ничего... ни ползвука. Может, механизм чертовщины этой работает как-то иначе, не на прямом внушении. А может, только во сне он работает... кто бы знал. Ладно, эта идея - мимо.
   Итак, продолжим... Место, где находятся ребята, вряд ли очень уж далеко. Какой смысл заманивать кого-то за три-девять земель, куда этот кто-то может и вообще не добраться? Ну, хорошо... допустим, это место недалеко... и что? Самому мне все равно не найти, во всяком случае - быстро не найти. Нужна помощь. Кто может помочь? Грав - отпадает: слишком долго ждать. Остаются Гр-дот и Гриффин. Оба наверняка хорошо знают окрестные места. Гриффин знает даже лучше, сотню лет здесь прожил... Так что начинать, пожалуй, следует с него... а там видно будет.
  
  
   Вход в замок охраняет один из бойцов, с которыми я фехтовал прошлым вечером. Узнав, что мне нужно срочно увидеться с Лордом, он соглашается передать мою просьбу о встрече, уходит и вскоре возвращается с приглашением от Гриффина зайти.
   На этот раз Гриффин не один. Компанию ему составляет красивая белокурая девушка, и Гриффин представляет нас друг другу. Девушку зовут Кора, она дочь Гриффина. Коре, как я понимаю, вспомнив рассказ старика, не менее ста двадцати лет, но выглядит она самое большее на двадцать пять.
   Видно, что повторным визитом Гриффин удивлен, но вопросы задавать старик не торопится. Времени на маневры у меня нет, и я сразу перехожу к причине моего прихода в столь неурочное время. Говорю, что были, мол, у меня в Морровинде два боевых товарища, а теперь они, как я подозреваю, находятся где-то здесь, в плену или вроде того. И подробно, в деталях рассказываю о своих кошмарах.
   Скептическое вначале выражение на лице старика сменяется заинтересованностью при описании ночной погони за фигурой в черном. Когда же дело доходит до эпизода с горбуньей, я замечаю, как Гриффин смотрит на дочь, и девушка отвечает утвердительным кивком. У меня возникает надежда. Кажется, не напрасно я пришел к старику.
   - Разговор о твоих друзьях, Немо - как они здесь оказались, зачем они здесь оказались, - оставим на потом, - говорит Гриффин, когда я заканчиваю рассказ. - К тому времени, глядишь, ты и придумаешь что-нибудь... какое-нибудь объяснение, - старик насмешливо смотрит на меня. - Ты правильно сделал, что пришел, - насмешка во взгляде гаснет, теперь Гриффин выглядит серьезным и озабоченным. - Хотя о подобном сне следовало бы рассказать еще вчера.
   Я с виноватым видом молчу - пусть говорит что хочет, главное сейчас - не перебивать...
   - Скорее всего, твои друзья попали к Зовущей... или Ждущей - в разные времена их называли по-разному. Это Феи... точнее, некоторые из них. Ждущая заманивает человека - всегда только человека, Лесных они не трогают - и забирает у него жизненную субстанцию...
   - Ну, ясен пень, что же еще... - иронизирует Скептик. - Жизненную силу, жизненную энергию... - Он намерен продолжить и подыскивает теперь синонимы на японском и китайском, но я даю ему пинка, и дурачок затыкается.
   - Если у попавшегося есть неподалеку связанные с ним эмоционально люди - родственники, друзья, - то Ждущая через пленника заманивает и их тоже в свое логово... Помню, как таким образом опустошались даже небольшие деревни. Но это было очень давно... Не думал я, что остался еще в живых кто-то из Ждущих.
   Гриффин замолкает и погружается то ли в размышления, то ли в воспоминания.
   - И как же она, Ждущая, заманивает? - подталкиваю я старика.
   - Трудно сказать - мало кому из тех, кто слышал зов, удалось выжить. Уходили они ночью - кому-то казалось, что корова отвязалась и ушла, кому-то - что ребенок пропал... Вот они и пускались на поиски... и не возвращались, как правило.
   - Стало быть, в моем случае это был человек в черном? Почему же тогда он в замок бежал?
   - Не знаю. Могу только предположить, что этот, в черном, бежал в замок потому что не знал куда бежать. Ведь если твои друзья попали сюда из твоего мира, то дорогу указать они не могли - не знали они дороги. Но это лишь мое предположение. Да и какая тебе разница?
   Старик прав... действительно, какая разница?
   - Ну, хорошо... А где их искать, как думаешь?
   - Думаю, что за рекой. Видишь ли, Немо, на север отсюда ничего похожего на каменную башню нет. На юге встречаются остатки древних фортов, но даже ближние развалины находятся в неделе хода, да и расположены они вдоль караванного пути, а купцы ничего особенного там не замечали. На востоке - леса, там фортов нет, иначе Лесные знали бы. Так что скорее всего искать надо за рекой, на западе.
   - А что там?
   - В дне пути - горы. Когда мы только пришли на эти земли, охотники ходили в ту сторону. Помнится, говорили они о поселении брошенном, о кладбище с бродячими покойниками. Охотники клялись, что не нежить там была, а именно покойники... Я тогда же и объявил всем, что тот берег - под запретом. Не хватало нам тут еще от трупов бродячих заразу какую подцепить. Потому и мост строить не стали. Я уже о той истории и думать забыл, по правде сказать.
   - Что ж... все ясно. Спасибо тебе за совет, Гриффин. - Я искренне благодарен старику. Если он прав, то у меня есть шансы найти ребят, пока не окажется слишком поздно. - Ладно, пора мне...
   - Ты что задумал, Немо? - В голосе старика удивление. - Никак один собрался идти?
   - Некого мне с собой брать, Гриффин. Наемники твои слабоваты, не могу я их просить... а из орков знаю только Гр-дота. Он, конечно, могуч и оружием, думается мне, владеет, но доспехов подходящих у него, как я понимаю, нет... Охотников ждать - слишком долго... лишний потерянный день. Да и заразу от покойников они подхватить могут. Слишком опасно - потом ведь не остановишь, сам знаешь.
   - Я пойду, - внезапно заявляет девушка.
   Мое мнение на этот счет, видно, вообще ее не интересует - девушка ждет ответа отца. Гриффин ненадолго задумывается - похоже, предложение дочери не кажется ему очень уж экстравагантным - потом смотрит на меня.
   - Знаешь, Немо, пожалуй, Кора права. Она действительно сможет тебе помочь. - Гриффин видит мое удивление и поясняет: - Оружием дочь владеет отменно, и к внушению она невосприимчива, как и все Лорды. В общем, обузой для тебя Кора не будет.
   Поразмыслив, Гриффин добавляет:
   - Скажешь Гордину, что тебе надо на тот берег, он все устроит. К вечеру доберешься до гор. Найди там брошенную деревню и жди Кору - она подойдет к полуночи или чуть позже. - Старик поворачивается к дочери. - Так?
   Девушка утвердительно кивает в ответ.
   - Да... вот еще что, Немо... Если найдете Зовущую, не вздумай ее убивать. Просто заставьте ее вернуть то, что она успела забрать у твоих друзей. В общем, попробуйте обойтись с ней помягче, чтоб не расставаться врагами. Может так случиться, что... впрочем, об этом потом, когда вернетесь. Вот, пожалуй, и все... Ступай, Немо. Удачи тебе!
  
  
   Лодка с наемником отчаливает, и я остаюсь один. В сбруе за спиной катана, гномий арбалет, колчан с тремя десятками стрел - вполне достаточно для такого похода. Доспехи я одевать не стал, взял только перчатки и наручи, памятуя о вредной привычке покойников царапаться. Место здесь равнинное, открытое, если нежить и встретится, можно стороной обойти. Горы синеют на горизонте, и кажется, что они совсем близко. На самом деле до них километров тридцать... а то и все сорок.
   Спустя несколько часов пути, к полудню, замечаю впереди крохотную, в десяток деревьев, рощицу. Только было успеваю порадоваться возможности немного отдохнуть и полежать в тенёчке, как замечаю движение среди деревьев. Так и есть. Рыцари. В количестве... э... четырех штук. Связываться с ними сейчас мне неохота - жарко... да и лень, честно говоря. Проще обойти.
   Еще через пару километров снова различаю движение. На этот раз над высокой, по пояс, луговой растительностью выступают отсвечивающие зеленым металлическим блеском выпуклые спины и сгибы членистых лап. То ли гигантские жуки, то ли кузнечики... то ли нежить, то ли живность местная. В любом случае разбираться с этим мне сейчас некогда, приходится снова делать крюк.
   Во второй половине дня попадается никем не занятый пригорок с одиноким чахлым деревцем. Можно отдохнуть. Вода в трехлитровой фляге, позаимствованной у Терелла, успела согреться и не освежает. Есть из-за жары не хочется, и запасенный в дорогу внушительных размеров копченый окорок остается лежать в сумке.
   Попыхивая трубкой, разглядываю близкую уже, километрах в восьми примерно, горную гряду. Теперь горы уже не кажутся синими, сейчас они серовато-черные. Сама гряда выглядит отсюда сплошной и тянется в обе стороны до горизонта. Солнце слепит, но даже и без этого разглядеть что-либо на таком расстоянии да еще на фоне скал вряд ли удалось бы.
   В который раз возвращаюсь к мысли о том, что мне делать с покойниками, если вдруг они и сейчас, спустя сотню лет, бродят у развалин. Первоначальное намерение поотрубать им ноги или, скажем, головы сейчас, по размышлении, не кажется мне таким уж верным решением. Ведь вполне может быть, что покойники оживлены Зовущей и суть ее слуги. Тогда их убиение ( подвернувшееся словечко мне нравится, и я со вкусом повторяю еще раз: "Убиение..") или даже умеренное членовредительство будет воспринято хозяйкой как поступок скорее недружественный, и поладить с ней миром станет сложнее. С другой стороны, как с ней разговаривать, если на меня со всех сторон покойники будут наседать? Мда... Хорошо бы их как-то изолировать на время... Только вот - как? Ладно... там видно будет. Может, и покойники уже давно того... померли. Кстати, интересно... может покойник помереть?
   - Смотря что за покойник, - нахально встревает Скептик и подмигивает.
   - Но-но, без политики мне тут! - грозно одергиваю я провокатора.
  
  
   Брошенное поселение, о котором говорил Гриффин, найти оказалось нетрудно. Собственно, его и искать не пришлось - остатки деревни или поселка я заметил еще при подходе к гряде. Целых домов здесь не осталось, сохранилось лишь низкое, с узкими бойницами каменное строение наподобие того, что в Коридоне служило казармой. Крыши и на нем, конечно, не было, и прогнившие стропила давно рухнули, только массивная, окованная металлическими полосами дверь все еще держалась на ржавых петлях.
   Но главное, на южной оконечности бывшего поселения я увидел сооружение, по виду вполне соответствующее моему представлению о том, что следовало искать. Это был не форт, как предполагал Гриффин, а церковный храм - квадратная, с частично провалившейся конической верхушкой башня и два небольших придела к ней. Сразу за башней, у подножия скалы - несколько рядов каменных надгробий.
   Если покойники еще живы, то сейчас они скорее всего в башне. Вряд ли они в могилах прячутся - сыро там... да и червяки. Хотя, кто их знает, покойничков-то местных, что им нравится, что - не нравится... Может, они от червяков кайф ловят...
   - Не "ловят", а ловют... - лениво поправляет Скептик. - И не "они", а оне... Учись говорить не правильно, но красиво... классиков читай!
   В пререкания я не вступаю, а осторожненько обхожу башню и, стараясь не шуметь, приближаюсь к кладбищу.
   Уже на подходе к первым могилам слышится характерный звук. Мириады зеленых мух с гудением роятся над разбросанными среди могил многочисленными останками мелких животных. Здесь их сотни. Повсюду валяются и серые, вымытые дождями кости и черепа, и "свежие" еще скелеты - с остатками шкуры и протухшего мяса. Воняет так, что перехватывает дыхание, кажется - вот-вот вывернет. Чуть отступив, озираю кладбище... Видно, что некоторые плиты сдвинуты, а могилы разрыты, но разглядеть, что в них, отсюда невозможно.
   Приходится решиться на героический поступок... на подвиг, можно сказать! Задержав дыхание, я пускаюсь трусцой через все кладбище, заглядывая по пути в раскопанные могилы. Мушиные полчища набрасываются на меня, мухи путаются в волосах, лезут в глаза и уши... но я все выдерживаю! Вот такой я!
   Закончив исследование, пробегаю еще метров двадцать, и останавливаюсь отдышаться. Могилы, как я и предполагал, пусты.
   Ну, хорошо... Допустим, покойники действительно в башне... молятся, например. Выманить их, наверно, несложно... только что потом с ними делать? Тут у меня возникает неплохая идея, и я возвращаюсь в деревню. Подергав дверь казармы, убеждаюсь, что держится она достаточно прочно, а побродив среди развалин домов, нахожу и бревнышко подходящее, чтоб ту дверь подпереть. Примерившись, выкапываю кинжалом ямку для упора. Ловушка готова. Высота стен казармы - около двух с половиной метров. Мне перескочить - плевое дело, а вот покойникам - это вряд ли. В общем - поглядим...
   Сейчас надо решить - ждать девицу или нет. С одной стороны - подстраховка никогда не мешает, с другой - возможности девицы мне неизвестны, и не ясно - в какой мере на нее можно рассчитывать. Хотя... Гриффин отпустил ее без колебаний... знал, надо полагать, что делает.
   До заката остается еще часа три... потом, до полуночи - еще три... Значит, шесть часов ждать... Если ребята действительно здесь, в этой башне, то лишние шесть часов... как бы они не стали роковыми, эти шесть часов. Может, не ждать? Если ребят здесь нет, больше времени останется на дальнейшие поиски... Прислушиваюсь к Скептику... Молчит, надо думать - согласен. Ну, что ж, тогда - за работу!
   Я оставляю у стены казармы лишнее барахло и, вооружившись катаной, иду к башне.
  
   Глава 13
  
   Реакция на брошенный в дверь придела камешек - нулевая. Или нет там никого, и напрасно я ловушку готовил, или хозяева глуховаты. Подбираю камешек побольше... но бросить не успеваю. Дверь пристройки распахивается, и в проеме показывается грязный тип, грязный не в морально-этическом смысле - об этом судить сложно - а в самом прямом, вульгарном. Продранные на коленях кожаные штаны и такая же рваная куртка заляпаны высохшей грязью, кольчужные сапоги - тоже... Голова повязана тряпкой на манер банданы. Физиономия субъекта - под стать одежке: заросшая почти до глаз курчавым волосом, с клочковатой и неровно стриженной бородой. Красавец тупо смотрит на меня, будто пытается понять - пища перед ним или что-то другое.
   - Привет! Как жизнь? - интересуюсь я, и Скептик визжит от восторга, хотя ничего смешного в моих словах вроде бы нет.
   Вместо ответа клиент - может, на вопрос обиделся? - вытаскивает из-за пояса палаш... и теперь уже я чуть не ору от восторга - это палаш Пыха! Стало быть - не ошибся я, здесь они, ребятки мои!
   Первую реакцию - броситься на стоящего на пути типа и кто там еще за ним, и всех - в капусту! - удается сдержать. Вместо этого пуляю заготовленный камешек клиенту в лоб - не очень сильно, конечно. Тип роняет палаш и падает.
   Теперь видно, что в глубине пристройки топчутся еще трое красавцев. Завидев меня, они устремляются наружу, но забывают при этом переступить через улегшегося на пороге приятеля... В общем, в дверях образуется живописная куча-мала.
   Подбираю пыхов палаш, пока никто из компании не порезался - Пых немного ленив, но инструмент содержит в надлежащем состоянии - и отхожу на десяток шагов, чтоб не мешать ребятам развлекаться. Наконец они поднимаются, и я сразу - пока у них не пропало настроение - предлагаю игру в кошки-мышки. Сначала я назначаю мышкой себя и бегу в укрытие, в казарму. Вся компания, как и положено, бежит следом и пытается меня поймать. Забегаю внутрь и у дальней стены останавливаюсь - кошки попались квелые и едва поспевают. Когда преследователи врываются в казарму и до самого резвого остается метра три, я демонстрирую им чудеса акробатики - прыгаю на стену, подтягиваюсь и переворотом опрокидываюсь на другую сторону. Из-за стены раздается разочарованное бормотание. Пока почтеннейшая публика не опомнилась, обегаю здание, захлопываю дверь и подпираю бревном. Конец уровня. EXIT.
   Собирая и пристраивая на свои места сумку и прочее, слушаю как дверь гремит под ударами кулаков - мужики, похоже, недовольны результатом и требуют переигровки. Ну как дети, право!
  
   Между пристройкой и внутренним помещением башни двери нет, и, уже проходя через темный и захламленный придел, я вижу впереди сгорбленную фигуру. Ждущая смотрит на меня, в руке - знакомая вещица, "волшебный" жезл Армор.
   Поджариваться мне неохота, я уже собираюсь швырнуть палаш и отсечь злой бабульке ручонку вместе с лазером... но вовремя замечаю, что держит инструмент старушка неправильно, рабочим концом вниз, а рабочим телом - огромным рубином в набалдашнике - соответственно, вверх, на манер дубинки. Понятно, что истинное назначение "дубинки" старушке не известно - видимо, просто понравилась красивая штучка - и я успокаиваюсь.
   Замечаю ребят - каждого в своем углу... с ними - потом... сначала - обезопасить тылы... Не останавливаясь, обхожу бабульку и заглядываю во второй придел. Пусто. Уфф...
  
   Армор в сознании, но как явь меня не воспринимает, просто смотрит на меня синими глазищами, и от этого взгляда щемит сердце... Обхватив девушку за плечи, приподнимаю ее немного и тихонько зову по имени... раз... другой... Армор моргает, глядит на меня - уже осмысленно, и глаза ее наполняются слезами.
   - Немо... ты пришел... - она еле шевелит потрескавшимися губами.
   - Все, малыш... все кончилось уже... успокойся... - бормочу я, и глажу ее по голове, как ребенка... - Все позади...
   Достаю флягу. Армор пьет взахлеб... вода стекает по лицу, смешиваясь со слезами.
   Оснований не верить Гриффину по поводу кражи жизненной силы у меня не было, но такого я не ожидал. Армор будто постарела на десяток лет. Изможденное лицо, морщинки на лбу и у рта, несколько седых прядей в черных как вороново крыло волосах... И все это за один или два дня. Тут до меня доходит, что я, собственно, понятия не имею, сколько времени они с Пыхом здесь сидят. Может, они сюда раньше меня попали?
   - Давно вы здесь? - спрашиваю я, когда Армор отстраняет флягу.
   - Не знаю... Время... так странно идет... На четвертый день... как ты исчез.
   Быстренько прикидываю... Получается, что они с Пыхом здесь чуть более суток. Бабулька времени зря не теряла!
   - Ладно, малыш... Посиди чуток... Сейчас я Пыха сюда...
   Уже на подходе вижу, как Пых радостно улыбается. Парень в полном сознании...
   - Хы... Командир... Здорово! А чего так долго-то?
   - Чего, чего... Похами мне еще! - отзываюсь я строго, протягивая флягу.
   - А пива нет? - нахально спрашивает Пых, оторвавшись наконец от горлышка.
   Парень, конечно, хорохорится, видок у него тот еще... Хотя "искуственное старение" Пыху идет, пожалуй... Думаю даже, что если дать ему сейчас посмотреть на себя в зеркало, то наверняка потребует так и оставить... чтоб седые виски, впалые щеки и морщина на лбу.
   - Пива? Тебе какого? - спрашиваю я с готовностью услужливого бармена.
   - Да любого! - мгновенно отзывается Пых с надеждой на чудо.
   - Любого - нет. Не держим-с... - признаюсь я огорченно. - Хватит болтать-то. Встать можешь?
   - Легко! - заявляет Пых, пробует подняться и плюхается на задницу. - Но не сразу!
   Без долгих разговоров подхватываю Пыха на плечо, переношу в угол к Армор и усаживаю рядом с девушкой. Ребята с удивлением разглядывают друга друга, боясь сказать слово... Потом Армор поднимает голову и смотрит на меня, в глазах - ужас и растерянность...
   - Не переживай, малыш... Ничего страшного... Все будет хорошо! - Я стараюсь говорить как только могу убедительно и с оптимизмом, хотя на душе кошки скребут - нет у меня никакой уверенности, что процесс обратим... ведь и Гриффин этого не знал.
   Нарезав окорок, предлагаю ребятам подкрепиться. Пых набрасывается на еду с жадностью. Армор будто нехотя берет самый тонкий ломтик, лениво откусывает и медленно жует. Апатия девушки беспокоит меня все больше и больше.
   - А это кто? - вдруг спрашивает Пых, отрываясь от еды и глядя на Ждущую так, будто впервые ее видит.
   - Неважно... потом расскажу. - Пускаться сейчас в объяснения мне не хочется.
   Пока я занимался ребятами, горбунья не трогалась с места и лишь наблюдала за происходящим. Пора с ней разобраться... Просьба Гриффина связывает мне руки, но - по моим теперешним ощущениям - не очень прочно.
   На мое приближение старуха никак не реагирует, лишь пристально смотрит мне в глаза знакомым по кошмару взглядом. Я уже начинаю опасаться, что сейчас снова услышу этот разрывающий голову шепот, но нет... ничего не происходит. Я с удовлетворением ощупываю колечко на пальце и приступаю к дипломатическим переговорам:
   - Приветствую тебя, Ждущая!
   Старуха не отвечает, зато взгляд ее становится еще настойчивее.
   - Позволь мне освободить тебя от этой вещицы. - Я выдергиваю из руки горбуньи жезл. - Эта штука небезопасна.
   Направляю лазер на заросли паутины в углу под сводом башни, активирую запуск, и паутина исчезает в яркой вспышке пламени.
   - Видишь, как оно может случиться, - я намеренно делаю паузу, - с незнакомыми... э... предметами? Так и до беды недалеко...
   Горбунья перестает сверлить меня взглядом, теперь она выглядит обескураженной.
   - Давай попробуем поладить миром, Ждущая... Я хочу одного - чтобы ты вернула моим друзьям то, что взяла. Лучше отдать часть, чем потерять все! Ты меня понимаешь? - Я как бы случайно направляю лазер на горбунью. - Подумай хорошенько...
   - А покойнички мои? - скрипучим голосом спрашивает бабуся. - Что с ними?
   - Пока - ничего... В деревне они, в казарме... Воздухом дышат.
   - И ты оставишь меня в покое, если я верну? И покойничков моих не тронешь? - Она начинает торговаться, и мне это нравится.
   - И тебя не трону, и покойничков твоих... - обещаю я. - Гриффин за тебя просил.
   - Гриффин? - спрашивает горбунья, глядя на меня с внезапным интересом. - Этот старый козел жив еще?
   - Вчера я с ним разговаривал, и выглядел он вполне живым. А скоро сюда и дочь его подойдет.
   - Дочь не знаю... А козла Гриффина помню... - со смешком говорит старуха. - Ладно, верну я...
   - Ты уж постарайся! - Я отвожу лазер в сторону. - И вот еще что... Не надо их больше пугать, друзей моих... Никаких больше сколопендр и всякого такого... Чтобы мне не нервничать. А то мало ли?
   - Не надо меня пугать, человек. А то ведь я тоже могу ошибиться... - внезапно заявляет она.
   Самообладание старухи вызывает уважение и успокаивает. Я опускаю лазер. Пожалуй, обойдется без эксцессов, надо только быть повнимательнее и не расслабляться.
   Приближение Ждущей Пых и Армор воспринимают спокойно - горбунью они не помнят и со сколопендрой никак не связывают, а в моем присутствии чувствуют себя в безопасности. Теперь, после еды, их клонит в сон.
   Горбунья останавливается перед ребятами метрах в трех, и сеанс магии начинается. Спустя полминуты Пых и Армор уже спят глубоким сном. Да... Сильна бабуся... Ее бы в Школу Управления для проверки психоустойчивости абитуриентов. Все баранку получили бы.
   - Ага... Посмертно... - соглашается Скептик.
   Дальше ничего интересного не происходит. Ждущая продолжает стоять на месте и пялиться на ребят. Я усаживаюсь у стеночки невдалеке и достаю трубку. Процесс обещает быть долгим.
   Пару часов спустя в башне делается уже совсем темно, через пролом в потолке видны звезды. До полуночи остается часа три. Наощупь разыскиваю в сумке среди барахла пару припасенных свечек, зажигаю одну и приляпываю прямо к полу возле себя. В таком освещении тень Ждущей кажется огромной... Приглядываюсь к ребятам... Вроде все нормально... во всяком случае, кошмары ребят не мучают - лица спокойны.
  
   Около полуночи я поднимаюсь и тихонько, чтобы не мешать Ждущей, выхожу из башни. В свете луны пейзаж выглядит мрачновато - темная башня, ряды белеющих в лунном свете надгробий, рваная кромка скального хребта на фоне звезного неба... Рассудив, что вряд ли вспышки привлекут внимание нежити, сигналю раз-другой лазером в ту сторону, откуда должна появиться Кора.
   Когда я возвращаюсь в башню, горбунья поворачивается ко мне:
   - Мне надо отдохнуть, человек. И я голодна.
   - Хорошо, уважаемая... - Я стараюсь быть предельно вежливым и предупредительным. - Позволь предложить тебе еды из моих запасов. Надеюсь, тебе понравится. Кстати, забыл сказать - меня зовут Немо...
   Горбунья хмыкает. Кажется, моя галантность ее забавляет.
   Я накалываю на кинжал пару солидных ломтей окорока и с легким поклоном подаю кинжал Ждущей. Вперед рукояткой, как положено по этикету!
   - По какому такому этикету? - с ухмылкой интересуется Скептик. - Ты чо, сбрендил?
   Ждущая оценивает мое воспитание очередным хмыканьем, стаскивает ломти с лезвия и шумно обнюхивает. Запах копченого мяса даме определенно нравится - дама тут же садится на пол и впивается зубами в сочную мякоть.
   Я тем временем пытаюсь разглядеть результаты трудов Ждущей. Хоть и темновато тут, но все-таки заметно, что ребята выглядят уже получше - лица не кажутся теперь бледными и изможденными, да и седины поубавилось.
   Инспекторская проверка прерывается внезапным ощущением чужого присутствия. Я резко оборачиваюсь... За спиной у меня - Кора. Девушка улыбается.
   - Здравствуй, Немо. Я вижу - ты и сам справился.
   - Да... повезло. Однако быстро ты... Да еще и ночью...
   - Я быстро бегаю... И ночью вижу так же хорошо, как ты - днем, - говорит она, с интересом рассматривая спящих ребят. - Да и твой сигнал видела, так что и искать не пришлось. Что это за огонь был?
   - Есть тут у меня вещица полезная... - неопределенно отвечаю я, с неменьшим интересом разглядывая добровольную помощницу.
   Одета Кора в черный мужской костюм и высокие сапоги, на поясе - длинная шпага с причудливым эфесом и великолепный кинжал, за спиной - арбалет и колчан. Странно... помнится, Грав говорил, что здесь нет арбалетов.
   Внимание девушки переключается на Ждущую - бабуся занята едой и на Кору внимания не обращает - а я вкратце рассказываю обо всем произошедшем и о нынешнем состоянии дел.
   - В общем, ты вовремя пришла, Кора... Спать хочется - сил нет, а оставлять Ждущую без присмотра - нельзя... Да и покойники ее...
   - Ну, хоть так пригожусь. - Девушка смеется. - Хорошо, Немо... Отдыхай. Я покараулю.
   Оснований не доверять ей у меня нет. Гриффин мог ведь послать меня не сюда, а в любую другую сторону. Мог и просто послать...
   Тем временем Ждущая заканчивает трапезу, поднимается с пола и уходит в дальний придел. Видно, что она тоже устала. Я усаживаюсь на прежнее место и бужу дрыхнущего Скептика.
   - А? Чего? - тип лениво потягивается и осматривается.
   - А ничего. Присматривай тут. Бди!
   - Ладно. Бдю, - соглашается он и требует катану, щит... и еще будильник и гранату, смешно всплескивает ручками, лопочет что-то непонятное...
  
   Просыпаюсь я под утро. В башне уже светло. Свеча оплыла большой желтой кляксой и грозит вот-вот погаснуть. Пых и Армор по-прежнему погружены в сон. Заметив, что я открыл глаза, Кора жестом показывает на пристройку, куда ночью удалилась старуха. Оттуда слышится возня, затем в проеме появляется Ждущая. На этот раз она внимательно оглядывает Кору.
   - Ты - дочь Гриффина?
   - Да, Фея... Рада приветствовать тебя от имени всех Ночных Лордов, - с поклоном отвечает девушка.
   Видно, что поведение Коры не фарс и не притворство, скорее - ритуал. Старуха не хмыкает, как делала это в ответ на мои упражнения в вежливости, а принимает обращение девушки как должное и с удивительным достоинством кивает ей:
   - И тебе привет, Ночная.
   Затем она поворачивается ко мне.
   - Освободи моих слуг, Немо. Им надо добывать пищу...
   - Хорошо, Фея. - Я перенимаю обращение Коры. - Только пусть они сюда не заходят. Если им надо от Солнца укрыться, пускай в приделе сидят. Договорились?
   Старуха кивает, и я иду освобождать покойников.
  
   Утренний туман расстилается над лугом, серыми клочками лежит на развалинах деревни... Поеживаясь от холода, я иду к казарме. Бревно, подпирающее дверь, на месте. Заглядываю в бойницу. Покойники стоят кучкой в середине помещения, неподвижные, будто выключенные механизмы.
   Я сбрасываю бревно и открываю дверь, отхожу в сторонку на всякий случай ... Пару минут ничего не происходит. Потом один за другим покойники выходят наружу. На меня они внимания не обращают и медленно, будто во сне, бредут в сторону кладбища. Наверно, мертвяки находятся в ментальной связи с хозяйкой и получили указания.
   Вернувшись в башню, я предлагаю Коре пойти отдохнуть. Девушка не спорит - она заметно устала - и уходит в пристройку. Ждущая уже стоит перед спящими ребятами и продолжает сеанс... В общем, все идет своим чередом. Я усаживаюсь на привычное место поодаль и закуриваю.
   Интересно все-таки они общались, Кора и Ждущая... Такое впечатление, что Фея в иерархии старше... Или дело в возрасте? Гриффин в своем рассказе только вскользь упомянул Эльфов и Фей на севере бывшего Королевства. Надо бы о них побольше узнать.
   С ребятами - тоже вопрос. Зачем Голос перетащил их сюда? Мне кажется, что ответ я знаю - шантаж. Возможно, Голос догадывался, что меня он неизвестной Зоной не испугает, и решил надавить через ребят? Мол, если тебе наплевать на себя, то подумай хоть о друзьях. Версия выглядит убедительно, но смущает одно обстоятельство - не укладывается в нее Ждущая. Ведь не найди я это место вот так, сразу, дело закончилось бы гибелью ребят. Ждущая, как я понимаю, стала бы моложе и заодно обзавелась бы новыми слугами. В общем, непонятно пока...
   К полудню Ждущая поворачивается в мою сторону, смотрит выжидательно... Я подхожу.
   - Все... - говорит горбунья. - Все, что я забрала, возвращено...
   Как ушлый хозяин, принимающий работу у заезжих шабашников, внимательно разглядываю спящих ребят. Лица порозовели, морщины и седина исчезли. Похоже, не обманывает старуха...
   - Что теперь? - спрашивает Ждущая, внимательно глядя мне в глаза.
   - А что теперь? - говорю я. - Отдохнем вот немного да пойдем. А на днях пришлю тебе еды и одежду новую. Или сам принесу. Если тебе еще что-то нужно - скажи...
   Напряженность во взгляде Феи исчезает, она долго смотрит на меня, потом кивает:
   - Хорошо, Немо... Ты правильно все решил...
  
   Разбудив ребят, я отдаю им оружие - лазер и палаш, коротко объясняю обстановку - мертвяков не трогать, других врагов нет - и они на рысях торопятся на природу: против естественных надобностей не попрешь.
   Нарезая оставшийся окорок, размышляю что делать дальше. Пуститься в обратную дорогу днем, чтобы засветло дойти до Коридона - значит оставить Кору здесь одну. Идея мне не очень нравится. Ждать захода и идти всем вместе - тоже не здорово. Ребята пока слабоваты, а идти сороковник ночью, по пояс в траве - небезопасно даже при полной луне. Правда, Кора ночью хорошо видит... Так ничего и не придумав, выхожу наружу...
   Вскоре появляются Пых и Армор. Недалеко в деревне они нашли бъющий из скалы родник; там ребята умылись, привели себя в порядок и теперь выглядят свежими и бодрыми. У них ко мне куча вопросов, но я сразу заявляю , что все вопросы потом, а сейчас - обедать. Напрягать обстановку и рассказывать, какую сколопендру они видели, мне не хочется. Единственно, сообщаю им, что находимся мы в неизвестной еще Зоне, что для аборигенов мы - компания авантюристов из Морровинда, и что болтать лишнего при посторонних не надо. Пых просто счастлив, для него неизвестная Зона - подарок Судьбы. Армор немного удивлена. В общем, реакция обоих оказывается примерно такой, как я и ожидал.
   Вопрос со временем выхода решается сам собой - после еды ребята снова засыпают, на этот раз - без стороннего вмешательства.
  
   К вечеру все готовы к выходу. Теперь мы ждем только захода Солнца. Я уже объяснил ребятам ситуацию с Корой. К сообщению о том, что Кора - вампир, Армор отнеслась спокойно, а Пых, узнав что симпатичной блондинке давно за сотню, поскучнел.
   Наконец Солнце скрывается за хребтом. Мы с Корой церемонно прощаемся с Феей и выходим из башни. Ребята давно ждут снаружи, им башня надоела до чертиков, да и связанные с ней воспоминания - не из лучших. Удивительно еще, что они не бросились сколопендру разыскивать.
   Понимая, что нам с ребятами есть о чем поговорить, Кора уходит вперед, и мы следуем за ней в полусотне шагов. Я рассказываю о своих приключениях, начиная с памятной встречи с Кибером и Бистом в кабачке Атмы в Лут-Халейне, точнее, с момента моей попытки телепортироваться в лагерь. О кольце и о Голосе я пока умалчиваю - не хочу, чтобы ребята делали скоропалительные выводы, пусть сначала осмотрятся. Заканчиваю рассказ описанием приснившихся кошмаров, разговором с Гриффином, походом к башне и, наконец, объясняю истинный смысл того, что с ними в той башне произошло. Еще не дослушав до конца, Армор торопливо достает зеркальце, снимает шлем и принимается внимательно себя разглядывать... Пых весело ржет.
   Затем Пых рассказывает, как они здесь очутились. После осмотра подземелий Лут-Халейна и ухода Кибера и Биста они с Армор вернулись в лагерь, как было предписано Кибером. Через день пришел Бист с инструкцией о ежедневной проверке всех телепортов Зоны. А еще через день все и приключилось. Возвращались они тогда из Ледяной Пустоши. Сначала телепортировалась Армор, следом пошел Пых, а последним, как и положено, должен был идти старший группы. В итоге, Пых и Армор оказались в незнакомом месте у какой-то скалы, а Бист так и не появился.
   - Ну, стоим мы, ждем... Биста все нет... - вспоминает Пых. - Место незнакомое, а главное - телепорта нет! Мы тогда еще подумали - может, и с тобой, Командир, что-то в этом роде случилось... А потом - ничего не помню... как отрезало! Очнулся в башне. Гляжу - напротив Армор сидит. Подняться - сил нет... Тут тварь эта желтая вылезает... с глазами... - Пыха передергивает. - А палаша на поясе нет, делся куда-то. В общем - ни зарезать, ни зарезаться!
   - Я тоже тогда о гранате мечтала! - еле слышно произносит Армор. - Даже вспоминать жутко...
  
   Легкий ветерок чуть колышет траву залитой лунным светом луговины, и кажется, будто мы идем по пояс в серебристой воде. Идем мы не быстро - тяжелые доспехи Пыха и Армор скорой ходьбе не способствуют. Часов через пять замечаю, что ребята начали позевывать. Хоть я и вижу, что они здорово устали и снова хотят спать, прошу ребят потерпеть - времени у нас не густо. Пару раз направление движения меняется - вероятно, обходим нежить. В этом плане я полагаюсь на Кору с ее ночным зрением - сам я, как ни вглядываюсь, ничего подозрительного не замечаю.
   Наконец Кора останавливается. Светает. Над луговиной стелется густой туман...
   - До реки уже недалеко... - сообщает она. - И здесь все чисто, нежить позади.
   Мне кажется, девушка чем-то обеспокоена. Странно... До восхода еще не меньше трех часов.
   - Конечно, Кора... Иди - скоро утро... Спасибо тебе за помощь. Теперь мы сами доберемся.
   - Не в этом дело, Немо! - говорит девушка и указывает куда-то влево по ходу. - Вон там... Видишь огонь?
   Я всматриваюсь, но кроме тумана ничего не вижу.
   - Костер... - поясняет Кора. - На этом берегу. Надо бы посмотреть...
   Мда... Вот непруха! Ребят брать с собой я не могу - устали они... Оставить их здесь - тоже не могу.
   - Я только посмотрю, что там. - Кора понимает мои колебания. - И сразу - домой. А вы к реке идите. Я скажу, чтобы за вами лодку прислали.
   Деваться некуда. Я бормочу что-то в том смысле, чтобы она там того... не увлекалась. Девушка смеется, и спустя секунду стройная фигура пропадает в тумане.
  
   К реке мы выходим немного правее Коридона. Я прошу измученных долгим переходом ребят поднатужиться, и мы идем к месту переправы. Ребята в изнеможении падают в траву и мгновенно засыпают. Усаживаюсь рядышком и разглядываю панораму. Отсюда хорошо видны и крыши домов за бревенчатой стеной, и закрытые еще городские ворота, и стражник на лавочке.
   Спустя час, когда небо над чернеющим на горизонте лесом розовеет, я начинаю беспокоиться - Кора так и не появилась. Возможно, конечно, что она успела вернуться раньше, чем мы подошли... Или в замок есть другой вход, снаружи... Или... Не успеваю я додумать, как ворота открываются. Вышедший ненадолго останавливается поболтать с охранником, затем неторопливо спускается к пристани. Я расталкиваю ребят...
   Пока переправляемся, наемник сообщает, что Кора вернулась совсем недавно, а когда распоряжалась насчет лодки, то просила передать, что они с отцом будут рады видеть меня к вечеру в замке.
  
   Когда мы заходим в пустой по раннему времени трактир, занятый стряпней Терелл замирает от удивления - еще двое, и опять - в диковинных доспехах!
   - Привел вот тебе постояльцев, Терелл. С тебя причитается! - заявляю я многозначительно.
   - О чем разговор, Немо! Само собой! - восклицает Терелл. - Теперь пиво для тебя - всегда бесплатно!
   - Хорошо, Терелл, - соглашаюсь я, - только не для меня, а для моего приятеля. - Я показываю на Пыха. - Договорились?
   - Договорились, - неосмотрительно соглашается толстяк, не замечая, как мы со Скептиком хохочем, хлопая друг друга по плечу.
   Дожидаться завтрака ребята не хотят - усталость пересиливает голод - и я отвожу их наверх. Для Пыха выбираю комнату рядом со своей, для Армор - комнату напротив. Ребята тут же сбрасывают амуницию и заваливаются спать, а я иду к себе.
   Разлегшись в койке - сказывается накопленная за последние пару дней усталость - я размышляю над полученным от Коры приглашением. Смысл сообщения прозрачен - я должен прийти один... а дело, похоже, не очень срочное... Интересно, что за костер там был? Ведь Гриффин, помнится, ясно сказал, что "тот берег - под запретом".
  
   Глава 14
  
   Просыпаюсь я к вечеру: сквозь легкую занавеску пробивается неяркий свет, солнце висит уже где-то там, за рекой, над лугами. Вставать не хочется: после освобождения ребят нервное напряжение улеглось, и теперь я наслаждаюсь покоем. Закурив, я принимаюсь лениво размышлять над создавшимся положением.
   С ребятами, надо думать, все будет в порядке - отоспятся вот только. Зато с их появлением здесь ситуация здорово осложнилась... Раньше можно было не торопиться с решением по поводу кольца - речь шла только о моей шкуре. А вот теперь-то что делать?
   Ну, допустим, расскажу я ребятам всю историю... Пых наверняка заявит, что кольцо отдавать нельзя и что сами, мол, выпутаемся. Армор, скорее всего, промолчит и оставит решение вопроса на мое усмотрение... или поддержит Пыха. И что дальше? Как скоро нам удастся выбраться отсюда? И удастся ли вообще?
   Можно и ничего не рассказывать - дождаться появления Голоса и вернуть кольцо, а приключение списать на сбой телепортации... Бист и Кибер меня, конечно, поймут - сами были командирами и знают, что такое ответственность за жизнь подчиненных... Беда в другом: ведь я сам себе не прощу, если отдам кольцо, так и не узнав, что это за штука такая и что она может.
   В общем, если Голос хотел припереть меня к стенке, то ему это удалось: я действительно не знаю как поступить.
  
   Ужинаю я в одиночестве: ребята продолжали дрыхнуть, и я не стал их будить - сон для них сейчас важнее. Я уже подбираю с тарелки последние кусочки тушеного мяса, когда подходит Митч с кувшином и кружкой в волосатых ручищах.
   - Здравствуй, Немо... Примешь в компанию?
   - Привет, Митч. Присаживайся... Как дела?
   Здоровяк садится напротив, наливает себе пива и делает несколько больших шумных глотков.
   - Если так и дальше пойдет, скоро богатым человеком стану. - Митч довольно смеется. - Опять весь день мечи и алебарды затачивал. Городской заказ.
   Я припоминаю, что и пару дней назад он был занят тем же.
   - И давно оно так? - интересуюсь я как бы между прочим.
   - Да с месяц уже... Только раньше вояки приносили по несколько штук за раз, и не каждый день, а сегодня - сразу два десятка. И сказали, что еще доспехи принесут для починки.
   Я перевожу разговор на другую тему: какая, мол, тут охота... и так далее. Вскоре я прощаюсь с разговорившимся кузнецом - пора идти к Гриффину.
  
   Гриффин и Кора беседуют, сидя за столом. Фигурки со стола убраны, зато добавлено третье кресло. После обмена приветствиями Гриффин приглашает меня присесть.
   - Перейду сразу к делу, Немо, - начинает разговор Гриффин. - Возможно, нам потребуется твоя помощь. Согласиться или отказаться - решать тебе... Но сначала я расскажу, о чем идет речь. - Старик делает паузу, собираясь с мыслями, затем продолжает:
   - Уже некоторое время к северу от города происходит что-то непонятное. Хуторяне говорят, что видели вдалеке каких-то людей, и это меня беспокоит: севернее Коридона нет ни городов, ни поселений - только степи. Я тебе рассказывал... И вот теперь - снова, уже совсем рядом. Кора, расскажи еще раз, что там было...
   - Три человека у костра, вооружены мечами и луками, одежда из шкур, сапоги - от нежити. - Девушка на удивление лаконична. - Костер не у самой реки, а чуть подальше, чтобы с этого берега не было видно. Это чужие люди.
   - Почему ты решила, что - чужие? - интересуюсь я. - Может, это бандиты местные или...
   - Охотники на привале, - с серьезным видом подсказывает Скептик.
   - ...Или охотники на привале, - пользуюсь я подсказкой.
   - Охотникам там нечего делать, на том берегу нет лесов - ты сам видел... Но дело даже не в этом. Эти люди - в одежде из шкур, а в такой одежде здесь никто не ходит - ни охотники, ни бандиты, ни еще кто, - заявляет Кора категорично.
   - В таком случае остается одно - к вам пришли потомки тех бандитов, что остались на старых землях. Если так, дело плохо - вряд ли небольшая группа пустилась бы в такой поход. Скорее всего, эти трое - только разведчики, - сообщаю я Гриффину неутешительный вывод.
   - Трудно в это поверить, Немо... Я ведь рассказывал тебе, с каким трудом мы сюда добрались.
   - Вы шли со скарбом, Гриффин... С вами были старики, женщины и дети... Войска ходят по-другому.
   - Да... возможно, ты прав... - соглашается Гриффин после долгого размышления. - Так что посоветуешь?
   - Самый простой способ все выяснить - взять эту троицу и расспросить хорошенько... но их наверняка вскоре хватятся и поймут, что мы предупреждены... тогда атака может последовать немедленно. Можно этих троих не трогать, просто держать под присмотром, и отправить людей на разведку, искать основные силы... но это - долгая история... В общем, надо подумать... - Я смотрю на Гриффина и добавляю как бы между делом: - Кстати, то, что ты приказал заняться подготовкой оружия и доспехов - это хорошо... Но надо бы и народ оповестить, чтобы не возникло паники, если что...
   - И все-то ты замечаешь, Немо... - Гриффин внимательно смотрит на меня.
   - Так я же солдат, наемник по-вашему, мне положено все замечать... - отшучиваюсь я.
   - Не хотел я народ тревожить, да, видно, придется... - Старик вздыхает.
   - Если позволишь, уважаемый Гриффин... Я посоветовал бы тебе с Гр-Дотом встретиться... рассказать ему, что происходит... - говорю я осторожно.
   - Да знаю я про все эти глупости... - раздраженно брюзжит старик. - Вообразили себе заговоры... Хорошо, я поговорю...
   - Не сочти меня невежливым, Гриффин, но действовать надо быстро. Давай сделаем так - сейчас я приведу Гр-Дота, и ты ему все расскажешь. Без помощи Лесных тут не обойтись.
   - Ладно, Немо... Я вижу, ты лучше разбираешься в таких делах. Делай, как считаешь нужным.
  
   У Гр-Дота гости - Грав и, вероятно, кто-то из его братьев, то ли Крог, то ли Герс - их я пока не различаю. При моем появлении беседа обрывается, но орк и псы смотрят на меня дружелюбно. После обмена приветствиями я от имени Гриффина приглашаю всех троих в замок и, уловив некоторую настоженность Лесных, добавляю, что речь идет о важном деле и что Гриффину нужна их помощь.
   Лесные переглядываются. Видно, что предложение посетить замок им не улыбается...
   - Думаю, что я вас понимаю. - Я смотрю на Гр-Дота. - Все дело в оружии? Так?
   - Да, Немо... - говорит орк, и я вижу, как тщательно он подбирает слова. - Мы заметили, что люди занялись подготовкой оружия. Раньше такого не было...
   - Это недоразумение, Гр-Дот, поверь мне! Вы напрасно подозреваете людей. Причина совсем в другом. Гриффин все вам объяснит.
   Лесные снова переглядываются. Наконец Гр-Дот говорит, что они принимают приглашение.
  
   Гриффин удивлен появлением Охотников - прихода псов он не ожидал, но я с места в карьер громко объявляю, что нам крайне повезло - Охотники оказались в городе.
   Лесные держатся немного неуверенно - в замке они впервые, да и с Гриффином раньше не встречались. Я беру на себя роль посредника, представляю всех друг другу и прошу Гриффина сразу перейти к делу. После того, как Гриффин объясняет ситуацию и причины, по которым он приказал заняться оружием, обстановка разряжается. Поняв, что действия Гриффина были обусловлены лишь нежеланием тревожить народ - ведь никакой уверенности в том, что опасность действительно существует, у Гриффина не было - Лесные успокаиваются. Теперь все готовы обсуждать возникшую проблему, и я излагаю план, который сложился у меня к этому времени: никуда не ходить и никого не искать, а взять "языка" и "выпотрошить".
   - Взять языка? - удивляется Гр-Дот. - У кого взять?
   - Захватить одного из разведчиков, - поясняю я, отпихивая ногой ржущего Скептика.
   - Аа... А потрошить зачем? - недоумевает орк. - Может, допросить сначала?
   - Это и имелось в виду. - Я стараюсь не смеяться. - Просто это так говорится - по-нашему, по-морровиндски. У нас, у наемников тамошних, сейчас в моде образность.
   - Да... образно... - неуверенно соглашается Гр-Дот. - А с двумя оставшимися... с ними-то что делать будем?
   - В сортире мочить! - грозно изрекает Скептик и с суровым видом оглядывает присутствующих.
   Антисанитарная концепция Скептика мне не нравится, и я предлагаю другой вариант решения.
  
   С наступлением ночи мы всей компанией - кроме Гриффина, естественно - отправляемся за языком. Все роли у нас уже расписаны: когда мы высаживаемся из лодки, Кора и Охотники убегают по нашему вчерашнему маршруту искать "лыцарей", а мы с орком идем вдоль берега к расположению незваных гостей. Тумана нет, и костерок виден издалека. Место для наблюдения выбрано удачно: с высокого берега хорошо просматриваются и пространство к северу от города и дорога с юга, откуда в город могло бы подойти подкрепление.
   Останавливаемся мы метрах в пятидесяти от костра. Троица на месте, ребята ужинают. Все выглядит так, как сказала Кора. Одежда из шкур, оружие... Только одну деталь девушка опустила - почти черные лица и руки. Может - от грязи, может - от загара...
   - Долго шли... - тихо шепчет орк. Он тоже заметил.
   Времени до начала операции не меньше пары часов.
  
   Вскоре ужин заканчивается, и двое - те, что на вид постарше - укладываются на боковую... "И здесь - дедовщина", - не упускает заметить Скептик. Оставшийся караулить сидит за костром, лицом к нам. Придется обходить...
  
   Грав подбегает так тихо, что я даже не слышу его приближения. "Пора", - кивает пес. Я снимаю сапоги и пускаюсь трусцой в обход костра. Оказавшись за спиной караульного, я начинаю скрадывать, а когда остается десяток метров, в три приема телепортируюсь ему за спину. Клиент успевает почувствовать чужое присутствие, поворачивает голову, но получает кулаком по темечку и отключается. Придерживая его за плечи, выжидаю несколько секунд в неподвижности - "деды" продолжают похрапывать... Я подхватываю клиента на плечо и удаляюсь так же тихо, как и пришел - нехорошо "дедушек" будить, осерчать могут...
   Гр-Дот забирает у меня пленного, легко, будто мешок с соломой, забрасывает его себе на плечо и убегает к переправе. Я надеваю сапоги и достаю заготовленный камушек. Теперь мы с Гравом ждем продолжения спектакля...
   Не проходит и пяти минут, как слева появляются Кора и Герс. Бегут они не очень быстро, чтобы не отрываться от преследователей - иначе "рыцари" остановятся и повернут обратно. Когда до костра остается уже совсем недалеко, беглецы прибавляют, огибают костер и уносятся дальше, а слева появляется четверка рыцарей.
   Прицелившись, бросаю камушек в одного из спящих. Тот вскакивает, озирается, громко орет и выхватывает меч, придурок. Вскакивает второй... Этот сообразительнее - увидев набегающую четверку, он тут же пускается наутек. Первый, оставшись в одиночестве, моментально приходит в чувство и галопом следует за приятелем.
   Рыцари пробегают еще десяток метров, но беглецы уже далеко, и рыцари останавливаются. Постояв с минуту, будто решая что делать дальше, они поворачиваются и неспешно уходят к месту дислокации - в общем, стандартное поведение.
   Вскоре возвращается Кора, и мы идем к лодке. Теперь надо допросить пленного и дождаться возвращения Герса, его задача - проследить за убежавшей парочкой.
  
   Сидящий в кресле пленник уже оклемался. В голове у него, я думаю, еще шумит, но смотрит он вполне осмысленно. Корпоративными комплексами клиент не страдает, а может, просто осведомлен, что сопротивляться умелому допросу - занятие неблагодарное, и предпочитает поберечь здоровье. В общем, на вопросы он отвечает без понуканий и задержек.
   Историческими знаниями бандит не обременен, но о текущих событиях рассказывает подробно. По его словам, в разрушенных городах бывшей Вергонии обосновались несколько враждующих между собой бандитских кланов. Социальное устройство - простое донельзя: те, кто посильнее, после ряда испытаний занимают место в боевых отрядах, остальные - низшая каста - работают на земле.
   В течение последних нескольких лет клан "Черные Волки", к которому принадлежит пленный, одержал несколько крупных побед над соперниками. Воевать с остатками кланов после их разгрома смысла не имело: у тех не было ничего такого, чего не было бы у "Волков". И тогда вождь "Волков" заинтересовался невесть откуда взявшимся мифом, будто за степями на юге есть богатые города, полные всякого добра. Ну, вождь решил проверить - так ли это, и отправил несколько человек на разведку. Через пару месяцев те вернулись и сказали, что действительно видели на юге большой город и что город укреплен слабо - низкие бревенчатые стены, никаких рвов, и все такое... В общем, иди да бери. Ну и пошли... После месячного перехода остановились у реки на отдых, выслали разведчиков...
   - Сколько вас здесь? - Гр-Дот задает главный вопрос.
   - Очень много... - важно отвечает пленный. - Пять отрядов по двадцать бойцов.
   Гриффин облегченно вздыхает - численность противника не кажется ему такой уж устрашающей. Орк, напротив, мрачнеет.
   - Когда начнется атака?
   - Этого я не знаю, - бандит опасливо смотрит на Гр-Дота. - Сейчас все отдыхают после перехода. Может, дня через два или три...
   - Как вы действуете, когда надо взять город или укрепленное место? - вмешиваюсь я в допрос.
   - Так это... крючья железные с веревками... - Бандит удивляется наивному вопросу. - Полная телега их - крючьев-то...
   - Какие у вас доспехи и оружие?
   - От нежити, ясное дело... Какие же еще? - снова удивляется клиент. - Ну и луки, само собой...
   - Среди вас есть Лесные? - спрашиваю я нарочито небрежно.
   - Какие еще... - бандит обрывает фразу: Грав в зевке открывает клыкастую пасть. - Нет, только люди!
   - Может, можно как-то договориться миром? - вмешивается в допрос Гриффин. И непонятно, к кому обращен этот вопрос... - Мы могли бы предложить отступного... товары какие или еще что...
   Я смотрю на старика с удивлением - ведь умный же человек, прожил бог знает сколько, и такую чушь несет.
   - А что... - Бандит ухмыляется. - Если сопротивляться не будете и впустите в город, то, может, и получится... это... договориться.
  
   - Неужели все так плохо? - спрашивает Гриффин, когда Гордин уводит пленного. - В городе около ста двадцати взрослых мужчин. Хуторяне - это еще человек пятьдесят. Да еще Лесные... Можно к стенам мостки соорудить и лучников поставить. Что скажете?
   Гр - Дот молчит и поглядывает на меня, вид у него невеселый. Кора и Грав просто слушают и вступать в разговор, похоже, не собираются...
   - Скольких бойцов вы можете обеспечить доспехами? - отвечаю я вопросом.
   - Двадцать человек, не считая наемников. У наемников свое снаряжение, - говорит Гриффин.
   - У нас - примерно столько же... - уныло сообщает орк. - И десятка два боевых топоров, тех еще, со старых времен...
   - Негусто... - Я не могу скрыть удивления.
   - Чтобы с нежитью совладать да с местными бандитами, достаточно и этого, - объясняет Гриффин. - После событий в Вергонии мы решили не делать больше ни доспехов настоящих, ни оружия, чтоб ни у кого не возникло соблазна воспользоваться преимуществом.
   - "...Не поднимет народ на народ меча, и не будут более учиться воевать", - невесело цитирует Скептик.
   - Тогда дело обстоит неважно... - Я не собираюсь никого успокаивать - вопрос слишком серьезен - и излагаю свой взгляд на вещи:
   - Думаю, спектакль наш сработает, и бандиты не заподозрят, что их человек у нас, спишут на нежить. Так что день или два у нас есть. Когда вернется Герс, станет известно месторасположение банды. Это все, что мы имеем в плюсе... - Я делаю паузу и продолжаю:
   - А дальше - сплошной минус. Выставлять бездоспешных бойцов нельзя - бандиты их перебьют моментально. Про лучников на стенах тоже забудьте: стрелой из лука панцирь не пробить... Да и не будут бандиты вступать в перестрелку: разбегутся вдоль стен, кинут крючья - и они уже здесь. Пойдет резня по всему городу... А у нас - только группа наемников, более-менее владеющих оружием, да четыре десятка необученных доспешных... против сотни опытных бойцов. Короче говоря, подпускать бандитов к городу нельзя.
   - В драке один орк стоит двоих или троих людей, Немо, - поправляет меня Гр-Дот.
   - В обычной драке - возможно... Но в оружейной стычке одной только силы недостаточно, Гр-Дот, ты уж мне поверь... - отвечаю я примирительным тоном.
   - И еще, Немо... Из своих луков мы пробиваем панцырь... если не очень далеко, конечно, - продолжает вносить коррективы Гр-Дот.
   Вот это - новость, неожиданная, но в данных обстоятельствах приятная.
   - Правда, людям наши луки не годятся - тугие слишком... - будто извиняясь, добавляет орк.
   - Мы тоже кое-что можем, Немо... - вмешивается Грав. - Ты ведь видел тогда...
   - Я помню, Грав. Только и ты пойми: нежить и опытный боец-мечник или лучник - совсем разные вещи. Постарайтесь меня понять... - я обращаюсь ко всем. - Победа любой ценой - это не победа!
   - Может, попробовать все-таки договориться? - нерешительно спрашивает Лорд, глядя на нас с Гр-Дотом. Вопрос звучит вяло - чувствуется, что старик и сам сомневается в возможности избежать кровопролития. - Они же должны понимать, что и для них стычка не обойдется без потерь... Я помню, в прежние времена, еще до объединения, города Вергонии, бывало, враждовали... Но почти всегда можно было договориться, не доводить до бойни.
   Гр-Дот смотрит на Лорда, потом на меня - видно, что ему есть что ответить Гриффину, но орк стесняется. Приходится мне...
   - Не знаю, Гриффин, как у вас тут было принято раньше, в прежние времена... Только бандиты - не мелкий князек, которому приглянулась чужая деревенька. У князька - свои владения, какой-никакой достаток, и без крайней нужды он рисковать не станет... примет выкуп, даже если сила на его стороне. Он ведь понимает, что и его амбары можно подпалить, и скот отравить, и всякое такое... С бандитами - другая история. Этим терять нечего. И им нужно все и сразу! В этом смысле хуже бандитов только религиозные фанатики - с теми вообще нельзя договориться. С бандитами - можно... если за тобой - сила, соразмерная их силе... Но, к сожалению, это не наш случай... они уверены - и не без оснований, должен сказать - что город возьмут легко.
   - Так что посоветуешь? - спрашивает наконец после долгого молчания Гриффин.
   - Не знаю пока... Давайте подождем возвращения Герса: послушаем, что он скажет. А сейчас надо послать за Лесными... Собрать всех, кого можно обеспечить доспехами... И два десятка Охотников... на всякий случай. Я буду в гостинице, если что...
  
   Будит меня жизнерадостный голос Пыха:
   - Привет, командир! Как насчет завтрака? А то у нас денег-то - того... А есть - хочется.
   В дверях - ребята, бодрые и отоспавшиеся.
   - Ладно, обжоры... спускайтесь. Сейчас приду...
  
   За завтраком я рассказываю ребятам всю историю с кольцом и, заодно уж, выкладываю все о ночных событиях: ситуация становится напряженной, и ребята имеют право знать, в какую передрягу попали. Оба слушают как завороженные. Пых то и дело поглядывает на кольцо на моей руке, того и гляди попросит поносить.
   - Вот такие пироги... - завершаю я рассказ. - О том, как отсюда выбираться, можно будет поговорить попозже, а вот как быть с бандитами - не знаю...
   - А чего тут знать! Покрошить их, и все дела! - с азартом заявляет Пых. Армор смотрит на него с сожалением, как на дурачка.
   - Аа... Так бы сразу и сказал! - восклицаю я радостно. - Ну, давай, показывай!
   - Что показывать? - осторожно спрашивает Пых, чувствуя подвох.
   - Как это - "что"? - спрашиваю я удивленно так. - То самое, чем крошить будем! Попробую угадать... Пулемет! Нет? Ну, если даже калаш какой-нить старенький, так тоже сойдет! Но только - штоб с пульками!
   - Ладно тебе, командир, - бурчит Пых. - Придумаем что-нибудь.
   - Придумать что-нибудь всегда можно, - соглашаюсь я. - Правда, есть еще один пустячок... Мы не должны вмешиваться во внутренние дела аборигенов. Или забыл? По инструкции мы обязаны немедленно покинуть зону конфликта. Понимаешь? Обязаны! И применять оружие против аборигенов мы не имеем права, кроме как в случае прямого нападения. И то еще...
   - Так ведь когда бандиты нападут, поздно будет о правах думать! - возражает Пых.
   - Ты верно уловил суть проблемы, - резюмирую я.
   Позавтракав, выкладываю на стол перед ребятами пригоршню монет - в кино сходить или там в планетарий - и иду досыпать.
  
   Днем приходит посыльный: Гриффин просит срочно прийти. Ребята уже вернулись с прогулки по городу, и я предлагаю им пойти со мной.
   По дороге в замок Пых интересуется: "Может, доспехи надо было одеть? Для имиджу." Армор внимательно оглядывает Пыха и деловито сообщает, что это лишнее: вид, мол, и так достаточно глупый. Пых успокаивается и заявляет, что именно это он, собственно, и имел в виду: всегда полезно выглядеть глупее, чем ты есть на самом деле. На что Армор отвечает, что вряд ли ему, Пыху, такой фокус удался бы. Пых весело хохочет.
  
   В замке нас приветствуют Гриффин, Кора, Гр-Дот и Герс. Похоже, случилось что-то неожиданное и неприятное: вид у всех - мрачнее некуда. Я коротко представляю собравшимся Пыха и Армор, и Гриффин без проволочек просит пса сообщить нам результаты разведки.
   Герс рассказывает, что, как и планировалось, он проследил за беглецами до самого лагеря - тот оказался не очень далеко, у реки, на другом берегу, полтора дневных перехода для людей. В лагере около сотни бандитов. Появление беглецов никакой суматохой не сопровождалось. Насколько он, Герс, смог услышать и понять - близко подбираться он не стал - над убежавшими от нежити разведчиками просто посмеялись.
   Из дальнейшего рассказа выясняется и причина мрачного настроения. На обратном пути Герс пробегал мимо одного из хуторов и удивился, что не видно никого из фермеров. Забежал на хутор, а там - только трупы... Во дворах, в домах, повсюду...
   - Вот, стало быть, и ответ... - комментирую я, обращаясь к Гриффину. - Насчет "договориться".
   - Не понимаю... - медленно произносит Гриффин, и в голосе его - тоска... - Зачем они так? Чем им крестьяне помешали? Ведь у них и оружия-то не было! И зачем убивать женщин и детей?!
   Кажется, старик чувствует себя ответственным за гибель фермеров. Напрасно он это...
   - Не вини себя, Гриффин... - Я пытаюсь как-то успокоить старика. - Даже если бы хуторяне были обвешаны оружием с головы до ног, ничего бы не изменилось. А что до вопроса - "зачем?"... думаю, просто мясца свежего бандитам захотелось, а тут - вон оно, мясцо-то, на лугу возле хутора пасется... Ну, а чтоб хуторяне в город не сообщили, не предупредили, всех и порешили.
   - Так что делать будем, Немо? - спрашивает Гр-Дот. И взгляды всех присутствующих обращаются ко мне.
   Мда... Прошлой ночью Гриффин формулировал аккуратнее - тогда вопрос прозвучал: "Так что посоветуешь?". Впрочем, следовать инструкции Управления и "покидать зону конфликта" я не намерен. Хрен с ней, с инструкцией... Если сейчас не помочь, если будет сделана какая-нибудь глупость типа "к стенам мостки соорудить и лучников поставить", катастрофа неизбежна. Вырежут всех как курей... Если бы еще не Армор с Пыхом - ведь из-за меня они вляпались в это дерьмо. С другой стороны, они давно не дети... и воевали уже... и не только с нежитью...
   Я вопросительно смотрю на ребят, и они, будто читая мои мысли, утвердительно кивают. Ну, что ж...
   - Тогда так... - Я обращаюсь ко всем. - Об открытом сражении предлагаю забыть - так нам не выстоять. Наш единственный шанс - напасть самим, ночью, втихую... Вряд ли бандиты ожидают такого нахальства от мирных горожан. И надо постараться, чтоб никто не ушел - иначе через пару месяцев придет новая банда, и тогда они уже не дадут застать себя врасплох. Если все получится, то следующий заход - а он будет, не сомневайтесь - состоится месяца через четыре, вряд ли раньше... За это время можно успеть хоть как-то подготовить бойцов, разобраться с вооружением, помощь от южан получить.
   - Если все получится... - тихо и будто про себя повторяет мои слова Гриффин. Я делаю вид, что не слышу.
  
   К вечеру Грав приводит в город подкрепление - две дюжины орков и столько же псов. Все собираются на площадке перед казармой. Здесь же Гордин со своей командой и около десятка охотников из городского населения. Чуть дальше - плотная толпа встревоженных горожан: слухи о нашествии бандитов и произошедшей на хуторе трагедии уже обежали весь город.
   Из замка появляется Гриффин в сопровождении Коры и обращается к публике с короткой речью. Нисколько не пытаясь приуменьшить опасность, он подробно рассказывает о последних событиях и просит горожан сохранять спокойствие и верить, что делается все необходимое для их защиты. Затем, выразив уверенность в том, что горожане окажут должное гостеприимство прибывшим на помощь Лесным, Гриффин вежливо просит толпу разойтись, чтобы не мешать военным заниматься своими делами.
   Когда публика расходится, Гриффин представляет меня Лесным и объявляет, что с согласия Гр-Дота и Грава Городской Совет поручает именно мне возглавить сводный отряд.
   Поднявшись на ступеньки лестницы, оглядываю собравшихся. Такой во всех смыслах разношерстной команды у меня еще не было...
   - Значитца, так... - начинаю я с любимого присловия Кибера. - Банда находится в полутора днях пути от города и, стало быть, остановится на ночевку. Наша задача - по-тихому снять часовых и так же по-тихому перерезать сотню бандитов. Конкретные задачи группам - через командиров. Людьми командует Гордин, Лесными - Гр-Дот, Охотниками - Грав. На этом все. Отдыхать и столоваться - у Терелла и Гр-дота. Все расходы - за счет города.
   - Прально! Краткость - сестра таланта! - одобрительно замечает Скептик, задумчиво чешет в затылке и уточняет: - Родная.
  
   Глава 15
  
   Утро проходит в ожидании: Крог и Герс еще вечером отправились к лагерю бандитов - караулить момент выступления, и теперь мы ждем от псов сигнала. В трактире, как и обычно в это время, почти никого. Орки и Охотники кучкуются у Гр-Дота; здесь, помимо нас, лишь несколько горожан да свободные от службы люди Гордина.
   - Интересно... - Пых задумчиво разглядывает остатки пива в кружке. - Трактирщик почему-то не берет с меня за пиво. Сколько ни заказываю... Я еще вчера заметил. Сказал ему, а он только улыбается и твердит, что пиво, мол, за счет заведения... К чему бы это?
   - Может, понравился ты ему? - тут же предлагает версию Армор.
   - Ты это о чем? - Пых с подозрением смотрит на девушку.
   - Что значит - "о чем"? Может ведь один хороший человек понравиться другому хорошему человеку, - с серьезным видом поясняет Армор. - Что тебя не устраивает?
   - Но с тебя-то он берет...
   - Ну... значит, ты ему нравишься больше, - с простодушным видом шестилетней девчушки заявляет Армор: похоже, она твердо решила достать недалекого Пыха - именно так подумал бы человек посторонний.
   Я же искренне восхищаюсь мастерством Пыха - глуповатое лицо, подозрительный взгляд, нотки обиды в голосе... Ему бы в театре играть. Но сейчас он все-таки подставился - о моем уговоре с Тереллом насчет пива он не знает.
   - Думаю, дело в другом, - вмешиваюсь я в пикировку. - Вы заметили вчера, как Терелл у соседнего стола вертелся? Ну, когда мы о бандитах говорили...
   - И что? - Пых с интересом смотрит на меня.
   - Видишь ли, тут кто-то вчера предлагал бандитов покрошить... Громко так предлагал... - Я чуть насмешливо, стараясь не пережимать, гляжу на Пыха, по отрешенному взгляду вижу, что Пых старается восстановить в памяти обстоятельства разговора, и пробую его отвлечь детективным сюжетом:
   - После завтрака, когда я пошел досыпать, Терелл перехватил меня на лестнице и завел разговор... Нужен, мол, ему ловкий человек для одного дела, причем обязательно пришлый, в смысле - не горожанин... Разговор мне не понравился - слишком уж наш трактирщик суетился... В общем, отшил я его - сказал, что сейчас при деньгах и работой не интересуюсь.
   Я лениво зеваю и резюмирую:
   - Похоже, Терел решил обратиться со своей проблемой к тебе... вот и задабривает...
   В моей версии два уязвимых момента, и мне интересно, смогут ли ребята их засечь. Хотя с Пыхом и Армор трудно быть уверенным в чем-то - расколов придумку, они могут и виду не подать, и продолжить цирк... Посмотрим... В порядке отвлечения меняю тему:
   - Не заняться ли нам этим... как его... шопингом? Мягкие сапоги нам не помешали бы.
   - Хорошо бы от этого... как его... от Гуччи, - с мечтательным видом подхватывает Армор.
   Приятно все-таки иметь дело с профессионалами - зачем нам мягкая обувь, никто не спрашивает. Подковырку - "как его" - я благодушно оставляю без внимания.
  
   Разжившись сапогами в лавке возле рынка, мы с ребятами расходимся. Они возвращаются в гостиницу, а я отправляюсь к Релине за одеждой - та, что я купил в Балморе, мне нравится, здесь такую не делают, а работенка предстоит грязная. Грязная во всех смыслах.
   У оружейной лавки меня вдруг окликает стоящий в дверях хозяин:
   - Немо... Постой... не беги так...
   Я останавливаюсь и с любопытством жду продолжения - интересно, что он надумал мне впарить? Ведь мусор же у него, а не оружие... Неужто сам не понимает?
   - Быстрый ты, Немо... Трудно угнаться за тобой.
   Наконец до меня доходит...
   - Особенно, если не торопиться, - отвечаю я, стараясь сдержать злость.
   - Не все зависит от меня, Немо... - произносит Голос. - Давно не заглядывал я сюда - незачем было. А теперь вдруг оказалось, что найти здесь транслятор - совсем непросто. Возможно, что...
   - Неважно, - обрываю я. - Скажи лучше, зачем ребят хотел угробить? Чтобы меня напугать?
   - Не говори глупости, Немо... Проще было бы тебя, как ты выражаешься, угробить...
   - А зачем тогда подставил их Зовущей?
   - Немо, перестань... - Голос старика по-прежнему лишен эмоций. - Не забывай, что я слышу, о чем ты думаешь... в основном... Ты ведь не веришь, что я хотел их убить... И ты догадался, зачем я перенес их сюда...
   - Ты не ответил насчет Зовущей, - напоминаю я.
   - Непредвиденная случайность... Когда понял что произошло, стал искать транслятор... Но ты успел раньше.
   Оснований не верить Голосу у меня нет... Впрочем, как и верить. Стало быть, дальше обсуждать эту тему - дело пустое.
   - И что теперь? - спрашиваю я.
   - Предложение остается в силе. Ты возвращаешь артефакт - я указываю выход. Телепортация прямо отсюда невозможна, так что до выхода придется добираться самостоятельно.
   - А гарантии?
   - Гарантий здесь быть не может. Подумай сам.
   Хм... Кажется, он прав. Если я положу кольцо на травку, а портал - или что там будет - не откроется, то я просто снова заберу колечко. А если откроется? Тогда что? Как знать, куда он ведет, портал этот? Не нравится мне такой вариант...
   Предложить передачу артефакта на той стороне, вне Зоны? Но как он может быть уверен, что я не передумаю? Что, если я не верну кольцо, а пристрою его в сейфик в Управлении - тогда что? Единственное, что он сможет сделать - это наказать меня и опять устроить какую-нибудь шутку при очередной командировке в Зону... Но до кольца-то ему все одно не добраться... На такой вариант уже он не согласится.
   Допустим, передать кольцо в Д2... Если только отсюда можно попасть непосредственно в Д2... Там выход из Зоны обеспечивается аппаратурой. Если, несмотря на технику, он в состоянии заблокировать выход, то может согласиться... Если же техника полностью контролирует выход из Зоны - не согласится. Мда...
   - Убедился? - с бульканьем-смехом, памятным по Морровинду, спрашивает Голос. - Но ты напрасно опасаешься - зачем мне тебя обманывать, если ты вернешь артефакт? Это нелогично.
   - Откуда я знаю, что в твоем понимании логично, а что нелогично! - Я вкладываю в тон большущую порцию скепсиса и упрямства и стараюсь настроить себя сооветственно, чтобы Голос поверил. Очень не хочется колечко отдавать.
   - Не думаю, что в плане логики мы так уж различаемся, - говорит Голос. - Впрочем, я не тороплю, у тебя есть время подумать, - на этот раз бульканье продолжается несколько секунд.
   "Шутник... Юморист фигов..." - Я ощущаю некоторое раздражение из-за явной слабости своей позиции.
   - С удовольствием воспользуюсь твоим советом, - подхватываю я. - Тем более, что в ближайшее время я буду здорово занят.
   - Решил с бандитами воевать, Немо? - спрашивает Голос.
   - Ты знаешь о бандитах?
   - Транслятор знает...
   - Да... конечно... Никак не привыкну. А что до бандитов - так куда деваться-то? Они ведь тут резню учинят...
   - А то, что ты собираешься сделать, по-другому называется? Не разумнее просто уйти? Ведь это не твой мир, Немо. Почему ты решил, что следует помогать одним и драться с другими? Посмотри вокруг... Леность и спячка... Никакого стремления к образованию и наукам... И религия вовсе не забыта, как считает этот вампир-идеалист Гриффин. Просто люди боятся - ведь я слышал их мысли, когда подыскивал транслятор. Да и взаимоотношения людей и Лесных не так уж безоблачны, как представляется Гриффину. Стоит ему уйти - ведь и он смертен - и возродится Церковь, а там и до междоусобиц недалеко...Тебе ли не знать, как это происходит.
   Да уж... В точку попал Голос, ничего не скажешь... Если бы лет двадцать назад мне сказали, что скоро в школах начнут преподавать основы религии, я бы не поверил. А сегодня это никого уже не удивляет...
   - Может, посоветуешь еще и помочь бандитам? Они-то уж точно воплощение добра и гуманизма!
   - Зато они не верят в богов, Немо, они давно привыкли полагаться лишь на себя... И сюда их привела не только корысть, но и любопытство... Через сотню-другую лет потомки сегодняшних бандитов могут создать динамично развивающееся, процветающее общество...
   - Ага... С рабами, публичными казнями, войнушками по любому поводу...
   - Разве твой мир, Немо, развивался иначе? Каждая цивилизация проходит через что-то подобное... Но не каждая так упорно, тысячелетиями, цепляется за первобытное, дикарское восприятие мира. Впрочем, тебе решать как поступить...
   - А я уже решил. Для меня бандиты - они бандиты и есть... в моем мире или в любом другом.
   - Бандиты? Где бандиты? - недоуменно озираясь, бормочет лавочник. - О чем это мы говорили?
  
   - Скоро слезу я с твоей шеи, командир, - сообщает Пых с заговорщицким видом, когда пару часов спустя я возвращаюсь в гостиницу с обновками.
   Сейчас здесь оживленно и шумно - время обеденное.
   - Давно пора! Не маленький уже... - отвечаю я довольным тоном, усаживаясь за стол. - "Интересно, о чем это он?"
   - Работенку я надыбал, - после паузы, так и не дождавшись от меня вопроса, объявляет Пых.
   - Работа - это неплохо... - одобрительно отзываюсь я, оборачиваюсь и делаю знак Тереллу принести пива. - "Похоже, раскусили они мою историю... Теперь морочить будут... Ну-ну..."
   - Не "Шанель", но тоже ничего... - в свою очередь сообщает Армор, демонстративно громко втянув носом воздух. - Для средневековья, конечно... - она смотрит на меня с легкой насмешкой и добивает: - Это в нагрузку к новым штанам?
   Унюхала-таки! Напрасно я не послушал Релину, все же надо было сполоснуться после... э... примерки.
   - Здесь так принято - сбрызгивать одежду духами при продаже, - объясняю я снисходительно. - Особенно, если покупатель - высокопоставленная или влиятельная особа. А я со вчерашнего вечера, что ни говори, не последний человек в Коридоне.
   - Ну, ты даешь, блин! - морщится Скептик.
   Насмешка в глазах Армор не исчезает, но возразить ей нечего.
   В другое время Пых тоже не упустил бы случай позубоскалить, но сейчас ему не терпится продолжить розыгрыш. Краем глаза я замечаю, как он посматривает на меня выжидающе: по законам жанра, чтобы мистификация удалась, легенду нельзя навязывать - лучше дождаться, когда объект сам проявит интерес, и только тогда ее изложить... да и то как бы нехотя, пропуская детали и тем самым подталкивая клиента к новым вопросам, чтобы у него создалось впечатление, будто это он сам и чуть ли не силой вытащил на свет всю историю. Щас!
   Терелл приносит пиво. Поставив кувшин на стол, он оглядывает нас с загадочной улыбкой и, выдержав театральную паузу, торжественно объявляет, что на обед сегодня - тушеная капуста со свининой. Я тут же заказываю двойную порцию и советую ребятам последовать моему примеру.
   В ожидании обеда я рассказываю о встрече с Голосом и состоявшемся разговоре.
   - Странные они, Голоса эти... или как их там... - задумчиво тянет Пых. - Выходит, им совершенно наплевать, кто здесь выживет - мирные люди или бандиты...
   - Помните, я рассказывал вам о первой моей встрече с Гриффином? - я смотрю на ребят. Оба кивают. - Тогда Гриффин назвал их Старшими... и заметил - ядовито так заметил, кстати - что они не любят руки пачкать... Думаю, либо сам Гриффин, либо еще кто-то из его народа уже обращался к ним с какой-то просьбой... и получил отказ.
   - С какой просьбой? - спрашивает Пых.
   - Не знаю... Возможно, речь шла о помощи, когда церковники рвались к власти... или когда бандиты одолевать стали... А может, и еще раньше...
   - А чем, собственно, они могли бы помочь? Залезть неприятелю в череп и сказать: "Буу..."?
   - Почему бы и нет? Тоже вариант... В Морровинде, например, Голос сумел заставить одного клиента пойти в указанное место и выполнить предписанные действия... Я ведь рассказывал вам о ребятах из Мораг-Тонг... - Я невольно улыбаюсь, вспомнив формулировку приказа - "обездвижить".
   - Есть и еще один момент... - Я делаю паузу, чтобы привлечь внимание. - Кольцо, из-за которого мы здесь очутились... ведь предназначено же оно для чего-то... и для кого-то... И вряд ли такой артефакт один... Во всяком случае, я бы здорово удивился, если бы это оказалось так. Речь ведь не о сказке идет, где все гоняются за каким-нибудь кольцом Всемогущества... единственным на всю Вселенную. Думается мне, эти Старшие не так уж виртуальны... в смысле возможностей, я имею в виду.
   Мои рассуждения по поводу относительной виртуальности Старших прерывает Терелл. Хозяин приносит здоровенные расписные миски с фирменным блюдом, над мисками поднимается пар, распространяя острый пряный запах, от которого тут же начинают течь слюнки, и мы дружно принимаемся за еду. Капуста фантастически хороша, и я даю себе слово, что непременно уговорю Терелла научить меня ее готовить. А взамен, так уж и быть, расскажу ему мой рецепт приготовления тушеного зайца "a la barbare"...
   В гастрономические фантазии пробивается голос посыльного, парня из команды Гордина:
   - Немо! Крог вернулся. Утром бандиты вышли из лагеря.
  
   - Ну, что? Взял он дубину, пошел воевать? - я гляжу на ребят.
   - Дык! - с чувством отвечает Пых, поднимаясь из-за стола.
  
   Глава 16
  
   К вечеру добираемся до редкого соснового лесочка, и здесь нас встречает Герс.
   - C той стороны леса они... на ночевку встали, - сообщает пес. - Недалеко... Охрана - шесть человек вокруг лагеря... в доспехах...
   Видно, что пес здорово устал: с утра - следом за бандитами, ни поохотиться, ни бочажок какой поискать. Он то и дело облизывает пересохший нос, голос хриплый... Тем не менее прошу Грава выделить несколько Охотников и отправить вместе с Герсом обратно: оставлять бандитов без присмотра нельзя.
   Я объявляю привал до полуночи и напоминаю:
   - На еду не налегать. Впереди - работа.
   Собираюсь было добавить про ранение в живот, но спохватываюсь - здесь подобные раны, скорее всего, смертельны, так что не стоит нагнетать.
   Отряд располагается на отдых. Несколько псов уходят в охранение. Так... Пока все, вроде бы...
   Армор с Пыхом уже устроились на пригорочке и разложили на тряпице припасы. Едим молча. Каждый думает о своем. Мне вспоминается хутор с вырезанными крестьянами. Там я остановил отряд минут на десять. Чтобы все нагляделись как следует... До сжатых кулаков... До зубовного скрежета... Чтобы не только люди, но и Лесные хорошенько уяснили - что случится, если бандиты доберутся до их жилищ.
   После ужина, растянувшись в высокой, пахнущей полынью траве, разглядываю в темнеющем небе знакомые с детства картинки созвездий... Всплывает старый, набивший оскомину вопрос - где же все-таки находятся Зоны? Сколько копий было сломано в спорах, но никто так и не ответил на него, на вопрос этот.
   Сквозь наплывающую дрему слышу, как ребята вполголоса обсуждают разные варианты... Развлекаются, вернее...
   - ...Ждущую притащить, - заканчивает Пых фразу, начало которой я пропустил. - Они сами все и зарежутся... и мараться не надо... Закопать - и все дела!
   - Мечтать не вредно, - лениво возражает Армор. - С чего ты взял, что она может работать на такую кучу народа одновременно? И как проверить? Ждать, когда кишки себе выпускать станут?
   - Кишки выпускать... Грубая ты все-таки, Арма! - тихонько ржет Пых и продолжает фантазировать: - А еще можно главаря выкрасть... Может, без главаря они и не решатся напасть?.. Или, скажем, заложником его объявить...
   - Напугал ежа... Дальше-то что?
   - Дальше я пока не придумал, - признается Пых. В голосе явственно слышится огорчение. Артист, ничего не скажешь!
   - Или вот еще! - не унимается Пых. - Можно было бы...
   Комариное зудение мешает услышать и оценить очередную гениальную мысль. Настырная тварь барражирует над ухом, совершает посадку, передумывает, снова взлетает... Достаю платок - подарок Релины, накрываю лицо... Сладковатый запах духов навевает воспоминания...
  
   - Пора, командир! - Голос Пыха безжалостно выдергивает меня из сновидения, где закутанная в декольте Релина с энтузиазмом демонстрирует в этот момент различие между "встречным ударом" и "встречным ударом с оттяжкой".
   Слегка за полночь. Длинные перистые облака прикрывают луну - света ровно столько, чтобы не угодить ногой в колдобину или споткнуться о корень. Хотя для Лесных, пожалуй, и так - слишком светло. Ну да ладно...
   После коротких сборов отряд выступает. Осталось только лесочек пройти.
   - Привет, Немо! - раздается знакомый голос. - Вовремя я успела.
   Оборачиваюсь - Кора. Опять во всем черном, как и той ночью, у Ждущей.
   - Привет! Я уж думал - потеряла нас...
   Девушка только смеется моему замечанию, будто я глупость сморозил. Собственно, я ведь действительно ничего не знаю о возможностях вампиров. Может, у них нюх, как у собак... Беспокоит меня другое - что она утром будет делать? - но от вопроса воздерживаюсь: говорить перед боем о планах на будущее - плохая примета...
  
   На выходе из леса нас опять перехватывает Герс:
   - Все спокойно, Немо... По-прежнему шестеро в дозоре. Скоро смена.
   Ну что ж... Пока все нормально... Дождаться смены караульных... выждать еще часок, чтобы сменившиеся заснули... и тогда уж... под утро... как раз самый сон.
   Прошу Герса подробно объяснить диспозицию противника, чтобы все как следует поняли - что, где и как. Затем напоминаю план и порядок действий:
   - Арбалетчики и лучники убирают часовых. По сигналу - крик совы - нападаем со всех сторон. В середину лагеря - не бросаться. Работаем от края к центру.
   Оркам! По двое одну цель не атаковать. Рубить только по шее. Действовать быстро, не размышлять: ударил, и тут же к следующему.
   Охотникам! Только за горло! Беречься ножей!
   Доспешным лучникам! Вы - страхуете. Стреляете только если кто проснется. Старайтесь бить в горло.
   Гордин! Твои мечники - на самый крайний случай! Если что криво пойдет, если перебудим клиентов раньше времени - станОвитесь кучно и принимаете удар на себя... доспехи они так сразу не пробьют. Остальные берут свалку в кольцо и бьют со спины. Охотникам в свалку лезть - запрещаю! Категорически!
   Еще одно... Бандитов около сотни... Наверняка кто-то не будет спать - простужен, живот болит, или еще почему... Таких на сотню - человек пять-десять обычно. Постарайтесь перед атакой их определить. Всех подозрительных в этом смысле - ликвидировать в первую очередь. Вопросы?
   Вопросов нет... Ну и хорошо. Что знал - то сказал, а там уж - как фишка ляжет. Были бы профессионалы - и двух десятков бойцов хватило бы. А так... Конечно, неразбериха все равно будет... Главное - крупного косяка не упороли бы. Ведь не знаю я их толком. А ходить на такие дела с незнакомой командой - хуже нет. Эх-ма...
  
   До бандитов метров пятьсот, но я оставляю отряд на месте - на фоне леса он не виден - и отправляюсь с Герсом поближе к лагерю, осмотреться. Все оказалось, как и сказал Охотник. В середине лагеря - небольшой шатер... главаря, конечно... Вокруг - пять... нет... шесть костров... возле двух - по паре бандитов... разговоры разговаривают... остальные - спят...
   Вокруг лагеря - метрах в пятидесяти - часовые в доспехах... И шлемах! Вот зараза! Мда... Лучников - отставить... тут нужны эксперты... Двое - есть... Армор, само собой... и Пых с гномьим арбалетом уже наигрался... освоил, вроде... Кора? По идее, тоже должна владеть... сотня лет практики, как-никак... если тренировалась, конечно... надо спросить...
   Уходим, как и пришли - ползком. Троих наблюдателей - помощников Герса - заметить мне так и не удается.
  
   Время - около трех ночи. С час назад Герс доложил о смене караула. Стоянка бандитов уже в кольце, и бойцы ждут сигнала. Пора убирать часовых.
   Предупреждаю взглядом Армор - она страхует - и шепчу Коре:
   - Давай.
   Негромко тренькает струна... и рогатая фигура мягко оседает в траву. Похоже - в горло... Если бы - в лоб, тогда - опрокинуло бы... Действительно... умеет...
   Переигрываю на ходу и отсылаю Кору первым номером, с Пыхом для подстраховки. Оба поднимаются и, пригнувшись, убегают вправо, в обход лагеря.
   Мы бежим влево... Второго и третьего охранника Армор снимает так же красиво, как Кора - первого. Четвертого мы не находим, а натыкаемся на Кору с Пыхом - они нас опередили.
   Так... "Спецназ", должно быть, уже подползает ближе - подыскать кандидатов на первоочередное обслуживание.
   Бессонницей страдают двое. У костра сидят, беседуют... Наложением рук лечить - неудобно: далеко. Знаками показываю Коре и Пыху - с двух сторон... в висок... по сигналу Пыха. Оба кивают, и исчезают в темноте. Армор взводит "Буризу".
   Проходит несколько томительных минут... Наконец, ухает негромко сова, и типы у костра, будто только этого и ждали, неспешно клонятся друг к другу и, уперевшись плечо в плечо, замирают... Зато тьма вокруг, напротив, оживает и выдавливает из себя псов, людей, орков... Началось!
   Выдвигаюсь к месту работы. Армор, как обычно, чуть сзади и справа. Ускоряться я опасаюсь - глядя на меня, бойцы могут заспешить.
   На ходу высматриваю объект. Вон тот, пожалуй... Ерзает... Комары?
   Все! Размышления побоку. Поехали!
   Катану не достаю. Руками - быстрее.
   Правая - под челюсть. Левая - под затылок. Рывок. Хруст... готово.
   Следующий лежит на спине. Голова запрокинута. Удобно. Ребром правой - по кадыку.
   Этот - на боку. Шея прикрыта рукой. Неудобно. Щепотью правой - в висок.
   На спине. Шкурой накрылся до глаз. Удобно. Кулаком - по лбу.
   Опять на спине. Опять шкура. По горло. Удобно. Основанием ладони - по носу, снизу вверх... готово.
   Осматриваюсь - вокруг догорающих костров снуют темные фигуры. Пока тихо... С начала атаки - около тридцати секунд.
   Возвращаюсь к работе. Едва заканчиваю с четвертым, как за спиной раздается знакомое треньканье. Оборачиваюсь. Армор перезаряжает арбалет, а метрах в трех - опираясь обеими руками на двуручник, старается удержаться на ногах одетый в шкуры здоровяк. Клиент давится кровью, натужно перхает... пытается поднять руку к засевшей в горле стальной занозе... теряет равновесие и падает... ничком. Я отворачиваюсь.
   Ближняя треть лагеря зачищена. Движение переместилось в центр, но и здесь, судя по неспешному перемещению темных фигур, все практически закончилось, и идет лишь зачистка. Пых и Кора работают в другом конце лагеря. Надо думать - успешно: все по-прежнему тихо. Похоже, дело идет к ко... Тишину разрывает яростный рев - справа, за шатром... И тут же звенит сталь. Недолго. И снова тишина...
   Полог шатра хлопает под ударом кулака, и в проеме появляется высокий крепкий мужик с палашом в руке. Вожак, надо полагать...
   Придерживая полог, бандит медленно - понял уже, что торопиться некуда - оглядывает стоящих перед ним полукругом орков, людей, псов... Рука с палашом опускается.
   Лучники ждут. Стоит кивнуть - и клиент рухнет, нашпигованный стрелами.
   - С нами пойдешь? Или здесь умрешь? - говорю я.
   Мне действительно все равно. Можно бы, конечно, "состарить" у Ждущей одного-двух бандитов, напугать до безумия - в буквальном смысле - да отправить под надзором обратно, для острастки... В общем-то, хватит и одного, пожалуй... того, что у реки взяли...
   - Есть разница? - кадык судорожно дергается... во взгляде мелькает надежда... клиент жадно ловит хоть малейший намек, что можно еще как-то выкрутиться, спасти жизнь...
   - Думаю - нет...
   Лучик надежды в его глазах угасает... медленно... нехотя... Человек долго молчит... будто ждет, что я передумаю... и произносит, наконец:
   - Может... сам и отправишь меня... к праотцам? - в вопросе слышится что-то неясное, неуловимое... не то - вызов... не то - просьба...
   Неожиданно - давненько он не приходил - из глубин памяти появляется десятилетний мальчуган... тот, что зачитывался когда-то, давным-давно, романами о благородных рыцарях и турнирных поединках. И ломающимся и звенящим от волнения голосом заявляет, что отказываться от вызова - недостойно... недостойно и нельзя! Я пытаюсь объяснить, что ненужный риск и профессионализм - вещи, друг друга исключающие... но мальчуган будто не слышит... Еще несколько мгновений он смотрит на меня, смотрит молча и очень серьезно, будто ждет чего-то еще... каких-то других слов... но мне нечего больше ему сказать... и тогда он поворачивается и медленно уходит...
   - Думаю - нет... - повторяю я. И киваю лучникам.
  
   Истоптанная трава заляпана кровью... Там, где трупы, травы и вовсе не видно... сплошные черные лужи... они медленно ширятся, наползают на костры, слышится шипение и потрескивание... Тяжелый тошнотворный запах накрывает лагерь душной периной.
   Подходит Пых. Сосредоточенно обтирает тряпкой палаш... Молчит...
   Хм... Надо будет разобраться... Позже...
   Подзываю командиров подразделений, спрашиваю о потерях. У Гордина - целы все. У орков и псов - несколько ножевых порезов... ничего серьезного.
   Мда... Конечно, я старался... старался предусмотреть все, что только можно было предусмотреть. Но чтоб - так! Вот это называется - повезло!
   Прошу Грава организовать поисковые группы - по три Охотника, не меньше! - и прочесать окрестности - кто-то мог и сбежать втихаря. Грав кивает, и псы разбегаются.
  
   - Держи на память, Немо!
   Я оборачиваюсь. Кора протягивает мне кинжал в ножнах. Кинжал я узнаю - такая рукоять торчала из-за голенища сапога Волка. Но только сейчас замечаю, что кинжал Волка - родной брат того, что на поясе Коры.
  Беру кинжал и благодарю за подарок. Рассматривать инструмент некогда, да и темновато, но вежливость требует хотя бы вытащить кинжал из ножен.
   - Знаешь, как назывались когда-то эти кинжалы? - останавливает меня Кора. -"Укус Смерти". Там на лезвии желобки есть... специальные, для яда. Тот яд - древний - убивал почти мгновенно, при малейшей царапине. Теперь он, конечно, разложился, а секрет его утерян. Но, все-таки, будь осторожен - могли заправить и другим ядом, посвежее.
   С показной осторожностью, опасливо, засовываю кинжал за голенище. Девушка смеется. Собираюсь было спросить Кору о планах - ведь утро скоро, но она опережает:
   - Мне пора, Немо. Времени - как раз добежать.
   - А успеешь? Далеко ведь...
   - Успею. В крайнем случае, на ферме пережду. До встречи...
   Не успеваю ответить, как она оказывается от меня в трех метрах... в шести... и исчезает в ночи. Вот это скорость!
  
   Подбегает Грав.
   - Трое сбежали... Нашли... - Пёс облизывает пасть. - Других следов нет.
   - Без потерь?
   Грав кивает.
   Так... Тогда - всё.
  
   - Ну, давай... выкладывай! В чем дело? - спрашиваю я, когда мы проходим лес и останавливаемся на месте вчерашнего привала - отдохнуть и поесть.
   - Не знаю я, командир... Муторно что-то... - Щепкой Пых счищает с сапог налипшие комья грязи.
   - Бандитов стало жалко? Так тебе вроде и раньше приходилось с отморозками сталкиваться? И не так давно, помнится?
   - Те - другое дело. Те - в школах учились... среди нормальных людей жили... И если они башку побрили или там мундир черный одели, так это их сознательный выбор... Знали, на что шли. А эти...
   - Ну, продолжай...
   - А чего продолжать... Не было у них выбора. Не знали они другой жизни.
   - Это верно... В этом ты прав... И что следовало делать нам? У нас-то выбор был! Сослаться на инструкцию и в сторонке обождать? - Я гляжу на Пыха в упор. - Или как?
   - Да понимаю я все, командир! Но все равно... И мужик этот...
   - Что - мужик?
   - Ну... Волк. Хорошо умер... В ноги не падал... Не просил... Как те, в мундирах. Разве нельзя было просто обезоружить, командир?
   Вон оно что!
   - Ты хорошо умеешь ножи ловить?
   - Какие ножи? - Пых смотрит недоумевающе.
   - Разные.
   - Ну... Смотря кто бросит... Если мастер - может, и не поймаю... Но уклонюсь - точно. В крайнем случаю, руку или плечо подставлю. А что?
   Достаю кинжал. Уже светло, и на сером лезвии хорошо видны частые - елочкой - темные узенькие полоски. Объяснять ничего не пришлось - Арме и Пыху хватило одного взгляда, чтобы понять, что это за полоски.
   - Причем, заметь - тогда я не знал, что кинжал отравлен, только предполагать мог... И если бы бандит метнул кинжал - а уж главарь наверняка был мастер! - мне пришлось бы выбирать - ловить, подставить плечо... или уклониться... тогда б его поймал - в лицо, например - кто-то позади меня... И дело даже не в кинжале! В нашей профессии любой риск - понимаешь? любой! - может обернуться гибелью... если не твоей, то твоих соратников, друзей... просто ни в чем не повинных людей... И всегда приходится об этом помнить. И делать выбор!
   Пых молчит. Ладно... Пусть думает...
  
   Злополучный хутор остается позади, и вскоре отряд редеет: Охотники и орки сворачивают налево, к лесу - к семьям торопятся; остаются только Грав и Гр-дот - им присутствовать при докладе. Уже недалеко от города видим идущую навстречу группу людей с кирками и лопатами. Похоронная команда. Значит, успела Кора...
  
   Настроение у горожан праздничное: народ приветствует нас радостными криками и аплодисментами.
   Гордин и его люди держатся сдержанно и без гонора, как бы показывая, что лишь честно отработали свое жалованье.
   Лучники, напротив, шумно, с грубоватыми шутками в адрес поверженного врага, отвечают на приветствия и выпячивают грудь: обычные охотники, они в одночасье стали героями.
   Гр-Дот рассеянно смотрит по сторонам и бормочет что-то... похоже, стих сочиняет. Подозреваю, что сейчас он, скорее всего, предпочел бы очутиться в родном лесу, рядом со своей пассией... той самой, у которой "глаза словно ягоды орочьи".
   Грав размеренно вышагивает рядом с орком, с неодобрением поглядывая на разошедшихся лучников.
   Мы с ребятами замыкаем шествие. Пых вроде бы оклемался - вдохновенно и с азартом он расписывает Арме необыкновенные достоинства гномьего арбалета. Армор лениво внимает. Пых напоминает про полсотни серебряных стрел... Вот-вот последует очередное предложение махнуться на "Буризу".
   Больше всего мне хочется сейчас пойти к себе в номер, завалиться в койку и отключиться ненадолго... на недельку эдак.
   Глава 17
  
   - И что теперь? - спрашивает Гриффин, выслушав формальный доклад о результатах экспедиции. Старик смотрит на меня в задумчивости, и я будто слышу его мысли: "Как же их отпускать-то? Если насчёт Голоса - правда. А вдруг ему удастся поладить со Старшими? Могут ведь потом и ещё прийти... И не втроём... Ведь затопчут!.. Хотя, зачем тогда вступились?.. Надо бы задержать их. А там видно будет..."
   Заполняя паузу, перевожу взгляд с Гриффина вниз и чуть влево, на мозаичный пол залы, слегка морщу лоб... в общем, показываю усиленную работу мысли. Пусть и дальше привыкает к моему тугодумству.
   Пока можно не опасаться. Мы ведь теперь герои, а не шпана приблудная. Если что, горожане могут и не понять... да и Лесные - тоже. Опять же, вдруг вторая волна.
   Краем глаза вижу, как Пых переступает с ноги на ногу. Веселится, негодяй! Ясное дело, у него бы лучше получилось. Ну, извините-с... как умеем-с... Восемь... Девять...
   - Я бы вот что предложил... - выхожу я, наконец, из "задумчивости". - Пока мы с ребятами не разберемся, как нам домой вернуться, можно было бы подучить людей Гордина... да и других, кто помоложе и покрепче... И Лесных, само собой, - тороплюсь я добавить, заметив, как стало меняться выражение физиономии Гр-Дота. - Стрелков тоже можно потренировать. Тут у нас сразу два мастера. - Я подмигиваю Коре, и она улыбается в ответ. Хорошо улыбается... искренне так, без малейшей задержки... Хотя... с женщинами - поди угадай... тем более, со столетними.
   - Соседям вашим, южанам, надо обо всем сообщить, - продолжаю я, - чтоб бойцов готовили... И насчёт приличного оружия, уважаемый Гриффин... Тоже надо бы... поразмыслить. Боюсь, парой-другой стычек дело не обойдётся.
   На старика больно смотреть: он будто постарел разом на сотню лет. В зале повисает неловкое молчание... Орк растерянно смотрит то на Гриффина, то на меня, не зная, что сказать и как себя вести. Цокот когтей по каменному полу заставляет вздрогнуть - Грав переступает лапами, длинно и нервно зевает...
  
   - А чего ж ты вариант с пленным не предложил, командир? - спрашивает Пых, когда после купания мы растягиваемся на травке. - Ну, тот, с Зовущей.
   - Нам бы с побоищем оправдаться, - говорю я нехотя.
   - То-есть? - Пых приподнимается на локте и смотрит на меня в недоумении. - За что оправдываться? Что не дали себя убить?.. и горожан перерезать не позволили?..
   - Ага... - Вступать в разговор не хочется. Так не отстанет ведь... - Ты же знаешь, не должны мы влезать в такие дела. Так что Суд Зоны будет, можешь не сомневаться. Ну, это ладно... В Суде люди нормальные, все пятеро - бывшие оперативники. Поймут... А с пленным - совсем другая история. Пленный, он и есть пленный.
   - А какая по сути разница, - неожиданно вмешивается в разговор Армор, - отберёт у него Ждущая несколько лет жизни или просидит он эти годы в камере?
   - Забавный подход! - Веснущатая физиономия Пыха расплывается в улыбке. - А правда, командир... какая разница?
   - Такая! Чтобы бандитов напугать, его не на годик-другой состарить надо, а на несколько десятков лет. Практически, все равно что убить.
   - Да и насчёт напугать, - продолжаю я, - тоже вопрос... Магия здесь - не что-то уж такое, из ряда вон... Может, и испугаются... А может, решат действовать поосторожнее... всего-то лишь. В общем, о пленном пусть у Гриффина голова болит.
   - Кстати, командир, о Гриффине... - Пых смотрит на меня с любопытством. - Думаешь, его и вправду надо опасаться? Что он нам может сделать? Укусить разве что? - Довольный шуткой, Пых смотрит на Арму в ожидании поддержки.
   Отвечать на глупость мне неохота. Армор берёт этот труд на себя:
   - Ну... пару капель чего-нибудь эдакого - в пиво или вино капнуть - для Гриффина не проблема. Тот же трактирщик, например...
   - А зачем, собственно? - Пых не унимается. - Неужто Гриффин боится, что мы вернёмся с армией? Чтобы - что?.. корову отнять?.. или мечиком ржавым поживиться?
   - А ты у него спроси... при случае... - лениво, как всегда, отвечает Армор, поглядывая в небо. Рука девушки тянется к арбалету. Высоко над нами, в лазурном небе кругами парит что-то крупное. Солнце слепит глаза, и трудно разглядеть, что за живность там объявилась.
   - Дело в другом... - решаюсь я наконец, когда летающее нечто, совершив над нами ещё пару кругов, удаляется за реку. - Эта история с Зовущей...
   Пых и Армор смотрят на меня удивлённо - при чем тут, мол, Зовущая?
   - Думаешь, она и добавить может? - первой догадывается Армор.
   - Не знаю... Почти наверняка - нет. - Ответ даётся с трудом - слишком большой вес имеет это короткое, порой такое малозначимое "почти".
   - Почему - нет? - спрашивает Пых. До него тоже дошло, что я имел в виду.
   - Иначе Гриффин не стал бы помогать. Ведь это он вывел меня на Ждущую...
   - Тогда в чём дело-то? - недоумевает Пых.
   - Кажется, я поняла... - задумчиво произносит Армор. - Гриффин знает, что вернуть отнятую силу Ждущая может, а вот добавить - нет!.. И если он сообразит вдруг, что мы-то этого не знаем и знать не можем...
   - И чего? - продолжает допытываться Пых.
   - А того! - Арма смачно шлёпает его ладонью по лбу и стряхивает с руки воображаемый комариный трупик. - Думаешь, мало найдётся желающих пожить ещё сотню-другую лет?
   - Ну, дела-а... - Пых смотрит на Армор, потом на меня. - Я бы на его месте тоже, пожалуй, призадумался.
   Ещё пару секунд Пых размышляет над чем-то, потом восклицает вдруг:
   - Это что же получается? Выходит, теперь и пива нельзя без опаски выпить?
   - Много - нельзя! - Я отпихиваю локтем гогочущего Скептика.
   - Это ещё почему? - подозрительно спрашивает Пых.
   - Для печени вредно, - поясняю я очень серьёзно.
   - Злые вы! - заявляет Пых обиженно. - Уйду я от вас!
   - Тогда поторопись, - заботливо советует Армор, - а то на метро опоздаешь.
   - Не будет он нас каплями травить... - внезапно говорит Пых. - И кусать не станет. Если потребуется, Кора в одиночку нам головы поотрывает, всем троим... и оглянуться не успеем.
   Арма хмыкает скептически.
   - Я бы тоже не поверил, - отвечает Пых на хмыканье, - если б своими глазами не видел. Да только... Я едва со вторым закончил, а она уже пятерых успокоила... Голыми руками.
   Слушаю и чертыхаюсь про себя - вот ведь дубина... так и не удосужился расспросить, что да как там было у них... решил, что Кора тоже страховала.
   - Не думаю, что Гриффин представляет для нас угрозу... сейчас, во всяком случае, - завершаю я тему с вампирами. - Только у истории с Зовущей есть и ещё один... аспект... - Я подбираю трубкой остатки табака в кисете, медленно, пытаясь сформулировать предупреждение таким образом, чтобы не обидеть ребят.
   Пых, насторожившись в ожидании очередного подвоха, недоверчиво косит на меня круглым глазом.
   - Видите ли, ребятки... - Не торопясь, я разжигаю трубку, затягиваюсь и выпускаю облачко дыма. - Когда и если мы отсюда выберемся, и кому-то - я имею в виду - кому-то из посторонних - станет известно о нашем приключении с Зовущей... - Я не заканчиваю фразу.
   Обоим потребовалось не более полуминуты, чтобы взвесить возможные последствия.
   - Да-а... - глубокомысленно подводит итог Пых. - Долго мы тогда не протянем.
  
   У городских ворот мы расходимся - ребята отправляются в гостиницу, я же сворачиваю к лавке Гр-Дота - прикупить табаку. Орк встречает меня как своего: молча приглашает жестом к столу и приносит два кувшина пива. Я достаю пустой кисет, орк забирает его и уходит к сундуку. Вернувшись, кладёт передо мной полный мешочек, сгребает со стола волосатой лапищей плату за табак и, не пересчитывая, суёт монетки в карман штанов. Садится напротив и разливает по кружкам пиво. Ноздреватая пена поднимается шапкой, вываливается хлопьями на столешницу.
   - Ну что, приятель? - начинаю я невесёлые посиделки. - Вляпались, выходит?
   - Выходит, так... - Гр-Гот придвигает к себе кружку; на темном обшарпанном дереве остаётся мокрый след с клочками пены... - Опять оружие делать... да бойцов готовить! И сколько же это будет продолжаться?
   Что ему ответить? Сказать, что - вечно?.. Так откуда мне знать? Можно ли переносить на этот мир опыт другого, моего мира, где нормальные, казалось бы, люди, не бандиты, веками воюют друг с другом? А здесь у них есть шанс - раз уж орки, псы и люди смогли между собой поладить... Нам такое и присниться бы не могло, а у них получилось.
   - Вот перебьёте бандитов... и вернётесь к мирной жизни... - говорю я... и чувствую неловкость.
   - Может, и перебьём... - Орк поднимает на меня тоскливые глаза. - Только это же придётся туда идти, к ним... и всех там поубивать, чтоб впредь не опасаться... И сколько наших поляжет...
   Я отвожу взгляд. Воевать на чужой, незнакомой территории - задача та ещё, потери будут огромными. И, как заметил орк, убивать придётся всех. Хотя... средневековье... ни бомбёжек, ни гранат в подвалы... Если уничтожить бандитские группировки, то с остальной публикой - работниками, женщинами, детьми - можно что-то придумать... Протекторат создать, например...
   - Ага... Доминион... - кривится Скептик. - Пока детишки не подрастут... Всех-то бандитов, до единого, перебить не удастся. А уцелевшие объявят себя вождями повстанцев-освободителей, борцами за независимость. В том, что пацаны к ним пойдут, можешь не сомневаться. И снова придётся воевать - теперь уже с этими, молодыми... Да и те, кто бандитов обслуживает, на фермах да в мастерских... с чего ты взял, что они будут рады "освобождению"? Ведь они - матери и отцы бандитов, их братья и сёстры!
   Да... прав приятель, так не выйдет. Остаётся одно - перетащить уцелевших в бойне сюда, раскидать по городам и фермам, попытаться ассимилировать...
   - Как же! Держи карман!.. - Скептик щерится. - Их ведь тут с цветами будут встречать! И с объятьями... этими... как их... распростёртыми!
   М-да... Действительно... Сколько бойцов вернётся? Половина? Четверть? И к гадалке не ходи: потерявшие родичей - что с той стороны, что с этой - так просто не успокоятся. Какое уж тут гражданское согласие...
   А может, ну их к свиньям собачьим, бандитов этих? Поставить границу... оборудовать получше...
   - Эт' да! - Скептик глубокомысленно кивает. И интересуется озабоченно: - А как здесь с металлом? - Заметив моё недоумение, с важным видом поясняет: - Дык, занавес-то железный... он же металлу требует... всякого.
   И то верно... Эдак половину населения придётся ставить в охранение... Да и куда ставить? Узкого места для эффективного кордона нет: за рекой - лес, дальше - степь... любой кордон можно обойти... или вырезать.
   Что же делать-то? Или прав был Гр-Дот, когда сказал "...и всех там поубивать, чтобы впредь не опасаться."?
   - Нэт чэловэка, нэт проблэмы! - одобрительно говорит Скептик, картинно поддевая воздух указательным пальцем. Хотя нет, это уже и не палец вовсе - штопор... даже не штопор, а буравчик... здоровенный такой буравище, с чёрными потёками на бугристой витой поверхности и налипшими прядями волос с клочьями кожи.
   - Чёрт бы тебя побрал! Неужели нет решения?! - ору я на Скептика. - Хоть раз подсказал бы что-нибудь дельное, ты, умник хренов!
   Скептик исчезает, и вместо него появляется давешний мальчуган.
   - Разве ты не выбрал уже... решение? - спрашивает он тихо. - Тогда... в восемьдесят восьмом... Помнишь?..
   - Нет!.. Тогда было совсем другое!.. - выкрикиваю я... чувствую, как липкая пелена лжи окутывает меня, мешает дышать... и погружаюсь во тьму.
  
   - Ну вы даёте! - слышу я рядом голос Пыха и с трудом открываю глаза. Тусклый свет масляной лампы кажется отвратительно ярким, голова раскалывается. Гр-Дот по-прежнему сидит напротив и невозмутимо пускает колечки дыма из трубки. На столе, помимо кувшинов, стоит литровая бутыль с остатками мутноватой жидкости.
   - И не даём вовсе... А, напротив, принимаем... - с трудом выговариваю я, разглядывая бутыль. Самогон, не иначе... Когда же это мы успели? После пива, что ли?
   - Командир, - Пых пританцовывает от нетерпения, - мы с Армой вот подумали... Если одного состаренного - ну, бандитов напугать - маловато, тогда, может, взвод покойников сработает? Как думаешь?
   - Каких ещё покойников? - Угнездившиеся в черепе молотобойцы-стахановцы мешают собраться с мыслями. - Вы что, обкурились?.. Или где?
   - Ты чего, командир? - удивляется моей непонятливости Пых. - Я о тех покойниках, что ночью образовались... Оживить их и - обратно, к бандитам! Это же не какие-то там абстрактные мертвяки... или рыцари. Это же получится - "Ба-а!.Знакомые всё лица!" - Пых довольно фыркает. - Знакомые... но немножко мёртвые!
   Надо же... и суток не прошло, а уже ржёт. И покойники у него, видишь ли - "образовались"... Хотя... лучше уж так.
   Гр-дот слушает с явным интересом, но, похоже, не понимает... Или не знает?
   - Что скажешь, приятель? - обращаюсь я к орку.
   - Вы умеете оживлять покойников? - Гр-Дот удивлён и обеспокоен.
   - Ещё как умеем! - заявляет Скептик, ковыряя в носу пальцем. - Хучь государя... - он внимательно разглядывает нечто, извлечённое им из носовой полости, - хучь отца всех народов!
   - Нет, дружище! Это умеете вы! - сообщаю я Гр-доту. - Вернее, кое-кто из вас.
   Орк смотрит на меня с сомнением... будто прикидывает, не снесло ли у гостя крышу с непривычного зелья. В определённом смысле он недалёк от истины: ещё немного, и молотобойцы разнесут мне череп. Чтобы отвлечь их от подрывной деятельности, прошу Гр-дота принести ещё пива. Хитрость удаётся лишь частично: после первой же кружки работяги забывают о работе, зато начинают галдеть... причём все сразу. Приходится налить им ещё. Понемногу они успокаиваются. Пользуясь временной передышкой, я рассказываю Гр-Доту о Ждущей и её покойничках и, пока орк переваривает услышанное, пытаюсь оценить придуманный ребятами вариант. Угадать реакцию бандитов на появление знакомцев-мертвяков сложно. На той стороне любой терр наверняка обделался бы. А здесь... как будет здесь - непонятно.
   - Так что скажешь, командир? - не выдерживав, спрашивает Пых.
   - Не знаю... - признаюсь я. - Если сработает - хорошо... А если не испугаются? Или недостаточно испугаются? Как бы вторую волну не накликать раньше времени.
   Пых разочарован. Но тут подаёт голос Гр-Дот:
   - Хотел бы я посмотреть на тех храбрецов, что не испугаются, - говорит он веско. - Если это не шутка, конечно... Только как их, покойников, туда доставить?
   - А своим ходом! Командир говорил, что они очень даже резвые... - моментально отвечает повеселевший Пых. - В крайнем случае, ночными перебежками... чтоб на солнце не испортились... А днём в шалашике отдыхать будут... шалашик-то соорудить несложно.
   - И кто ими командовать будет? - интересуюсь я. - Или ты полагаешь, что раз - Ждущая, так, стало быть, и ждёт не дождётся случая попутешествовать? Кстати, а на кого её теперешние покойнички останутся? Они ведь без неё, как я понимаю, вряд ли э... выживут.
   - Это самое слабое место, - признаёт Пых. - Может, удастся как-то её уговорить? Ну... пообещать что-нибудь?
   - Самое слабое, говоришь? Надо так понимать, что вопрос с ресурсами для оживления мертвяков вами уже решён? - Я придерживаю хихикающего Скептика. - А-а... Вон оно что!.. Ну что ж, почёт вам с Армой и уважение! Не каждый бы на такое решился!
   - Ты это о чём, командир? - обеспокоенно спрашивает Пых,
   - Как это о чём?! - Я гляжу на него с укоризной. - Не скромничай! Вы ведь решили от своих молодых жизней пожертвовать маленько? Ну... ради общего блага. Так ведь?
   - Аа-э - тянет Пых. Я с интересом жду продолжения.
   - Вообще-то, об этом мы ещё не думали... - наконец говорит он и выдавливает на конопатую физиономию краску смущения.
   Ну, артист! Не думали они! Теперь понятно, почему он днём о пленном вспомнил... И зачем сюда пришёл - тоже понятно. Ясное дело, У Гр-Дота сомнений и колебаний по поводу пленного не возникнет... Значит, для себя эту проблему ребята уже решили. Ну, Армор - понятно, она девушка жёсткая. Но Пых-то! Или придумка настолько увлекла? Эх, ребята... Это сначала всё кажется простым и ясным: вот враг - в расход его! Призраки по ночам, они потом приходят...
   - Ладно... Пошли к Гриффину, обсудим. Тут мешкать нельзя, а то и оживлять нечего будет - черви сожрут.
  
   Глава 18
  
   С наступлением вечера в городе стало поспокойнее, лишь необычно громкий гомон, доносящийся из заведения Терелла, свидетельствует о том, что празднество продолжается. Внутрь заходить не хочется - начнутся здравицы, и это не на пять минут. По счастью, в окне номера Пыха я замечаю Армор. Подаю знак - пошли, мол. Она кивает и сигает на улицу прямо из окна.
   - Что решили?
   - Ничего пока не решили, - бурчу я. - Пусть Гриффин решает. Вот объясните ему подробно и в деталях, как да что, тогда и поглядим...
   Армор смотрит на меня с удивлением - она ожидала другой реакции. Ясное дело... Ребята ведь понимают, что подготовить более-менее приличных бойцов за несколько месяцев невозможно, и идея с мертвяками видится им вполне приличным вариантом. А то и единственным... Может, так оно и есть, но не нравится мне этот вариант! Хоть режь! Слишком много разных "если". Перечислять можно бесконечно, но главное "если" - если бандиты до такой степени испугаются при виде бывших соплеменников, что зарекутся ходить на юг.
   Нет, не нравится мне затея! Для романчика "фэнтези", может, и сошло бы - придумка в принципе забавная, но в реальном воплощении - нет... слишком уж ненадёжно. При неудаче тут же последует ответ, а времени на подготовку, даже минимальную, уже не будет. И тогда Коридону конец! А за ним - и другим городам!
   В общем, чем ближе к замку, тем отчётливее я понимаю - с пустыми руками идём. Ладно... серьёзный разговор всё равно неизбежен. Может, и придумается что-то путное.
   В конце улицы, справа, у входа в оружейную лавку маячит фигура хозяина, и у меня возникает странное ощущение, что вышел он не просто так. Может, Голос?
   - Вот что, други... - говорю я, останавливаясь. - Мне тут к оружейнику надо бы. Идите, я догоню. В крайнем случае, начинайте разговор без меня. Я не надолго.
   Проводив взглядом компанию, направляюсь к лавке. Похоже, не ошибся я - мужичок стоит неподвижно и молчит, ждёт, когда подойду - поведение для торговца немыслимое.
   - И что теперь? - звучит первый вопрос. Забавно - точно с этим же вопросом обратился ко мне Гриффин после доклада. Сговорились они, что ли?
   - Не знаю, - признаюсь я. - Но люди и город спасены... пока, во всяком случае.
   - И надолго?
   Что ему ответить? Сказать, как в том фильме, что если, мол, выбирать - сразу помереть или сначала помучиться? - то лучше б, конечно, помучиться? Вместо ответа излагаю план ребят. Мужичонка смотрит будто сквозь меня...
   - Хитроумный план, - наконец произносит Голос. - Но неверный.
   Не дожидаясь вопросов, поясняет:
   - Ошибка в исходной посылке - северяне испугаются оживших мертвецов... либо того, что и с ними может произойти то же самое. Ты сказал - орк уверен... Но орк ошибается - у северян иная психология. Я ведь уже говорил тебе - они не только агрессивны и жадны, но и любознательны... или любопытны, если хочешь. И совсем не глупы. Сначала они убедятся, что покойники совершенно безобидны... возможно, потычут их ножиком... поймут, что покойники эти мало чем отличаются от обычной нежити. Возникнет вопрос - как они сумели вернуться? Ответ - кто-то привёл. Вопрос - зачем? Ответ - чтобы напугать. Дальше продолжать?
   Слушаю и испытываю какое-то извращённое удовлетворение - Голос подтвердил мои сомнения в реальности плана... но другого-то плана у меня нет.
   - Впрочем, всё это уже не имеет значения. Северянам теперь не до вас.
   - Междоусобицы? - спрашиваю я... но спрашиваю скорее машинально, мало интересуясь ответом - просто мозг выбрал наиболее вероятный вариант и послал запрос на подтверждение. Меня захлёстывает волна неописуемой радости. Неужто повезло? Ведь и прошлой ночью - ни единой потери! Неужели бывает такое везение?
   - Нет, Немо... Не междоусобицы. Вторжение извне.
   До меня не сразу доходит, о чём это он - какая нахрен разница, что у них там приключилось! Но через мгновение поток неуёмной радости застывает, покрывается корочкой льда... и вот уже слышен резкий хруст стеклянного крошева.
   - Извне? - повторяю я тупо.
   - Равенхолм... Ты ведь помнишь Равенхолм, Немо... - голос торговца лишён интонаций, и трудно понять - вопрос это или утверждение.
   - И что? - напоминание об истории почти годичной давности ставит меня в тупик. - Там был путч, организованный религиозной сектой фашистского толка, всего лишь. Ну, раздавили мы их... хоть и не без труда, надо признать.
   - В Равенхолме была предпринята первая попытка... переустроить твой мир, Немо... Ты помнишь, чего добивались эти, как ты их называешь, сектанты?
   - Ещё бы не помнить! Вначале они заявили, что некий Высший Разум поведал им о близком конце жизни на Земле - неконтролируемый рост населения и неумеренная тяга к потреблению не соответствуют, мол, ресурсам планеты и ведут к глобальной катастрофе. Ничего нового, в принципе... обычное бла-бла-бла. Далее они сообщили, что тот же гуру указал им путь к спасению - нужно, мол, перестать лечить больных, а тех, кто страдает заболеваниями, передающимися по наследству, стерилизовать. Стерилизовать также тех, кто не дотягивает по интеллекту до определённого уровня. И, наконец, категорически отказаться от естественного способа продолжения рода и впредь воспроизводство населения осуществлять искусственно, с учётом генетических характеристик исходного материала. Вполне, в общем, фашистская идея... разве что расовый компонент отсутствовал... Так что насчёт первой попытки... это ты того...
   - Я имел в виду инициаторов, Немо... Вы имели дело только с людьми-исполнителями. Разве тебя и других не удивило, что обычные люди решили вдруг отказаться от права устраивать личную жизнь по собственному разумению, от возможности вылечить больного ребёнка... да и с интеллектуальным цензом у многих из них могли возникнуть проблемы.
   Фраза завершается знакомым бульканьем - Голос смеётся.
   В его словах есть резон - действительно, телеобращение лидера сектантов, никому не известного учёного-биолога из провинциального городка, показалось странным и шокирующим, предложенные меры - дикими и нечеловеческими.
   - Но ведь тогда всё было закончено... - пробую я возразить.
   - Мы тоже полагали, что греды откажутся от продолжения экспансии - при разрушении центра связи погибло около десятка гредов, а они болезненно реагируют на потери.
   - Греды? Кто они? И что им надо?
   - Гуманоидная раса... технологическая... На одном из древних языков, ещё в те времена, когда мы были телесны...
   - Вы были телесны? - Я не могу сдержать удивления.
   - Почему это тебя удивляет? - спрашивает Голос и, не дожидаясь ответа, продолжает:
   - ...слово "греды" имело примерно тот же смысл, который вы вкладываете в слово "прогрессоры".
   - То, что они здесь устроили, ты называешь прогрессорством?!
   - Скорее да... Только пойми вот что, Немо! Мы давно уже отказались от прогрессорской деятельности и сейчас относимся к прогрессорству как к деятельности бессмысленной, а зачастую и приносящей непоправимый вред. Мы убедились, что нельзя извне изменить людей, не ломая их природу... Последствия таких попыток, как правило, много хуже, чем вызвавшие их причины.
   - А греды, стало быть, этого не понимают... - говорю я как бы в задумчивости, а сознание привычно вычленяет и фиксирует это его "мы убедились".
   Моё замечание Голос игнорирует и продолжает:
   - Отношение людей к прогрессорству, как нам кажется, ещё не определилось, хотя результаты попыток прогрессорской практики людей общеизвестны. Что же касается гредов, то они определённо считают прогрессорскую деятельность полезной и целесообразной. Вероятно, они убеждены, что оздоровление человеческой расы и спасение планеты - причем без радикальных мер, вводом лишь небольших, по их мнению, ограничений - цель вполне достойная и оправдывает некоторые издержки.
   - Видел я эти издержки... Только вот никаких гредов не видел.
   - Давай не будем сейчас препираться, Немо. Время уходит... У тебя будет возможность убедиться, что греды - не выдумка. Если ты согласишься, конечно...
   - На что я должен согласиться? - осторожно интересуюсь я. - Спасти мир? Так это - запросто! Спасать мир - это как раз по моей части! И что я должен сделать? Вежливо попросить их уйти? Или порубить в капусту волшебным мечом? Помнится, в Равенхолме потребовались более весомые аргументы... я бы даже сказал - более увесистые.
   - Хорошая шутка, Немо... Смешная... - отзывается Голос, но бульканья не слышно, а построение фразы наводит на мысль об иронии... - Итак, я продолжаю... Сейчас существует возможность снова разрушить их базу. Если греды убедятся, что и в Зонах не могут рассчитывать на безопасность, то есть шанс, что они откажутся от дальнейших попыток. Гарантировать невозможно, но шанс есть...
   - Почему именно "сейчас"? И вообще, что ты предлагаешь?
   - Сейчас - потому что греды только-только установили базу, и выпуск боевых биомеханоидов ещё не налажен. Охрана базы держится только на нескольких гредах и полусотне зомби, которых они соорудили из местных. Взорвать базу можно кольцом, если удастся доставить его внутрь конструкции.
   - Кольцом, значит... - повторяю я кротко, а самого уже разбирает смех... Ёлки зелёные! Ведь чуть не купился!
   - И кольцо, само собой, необходимо отдать тебе для подготовки и наладки? - интересуюсь я, стараясь говорить ровным голосом.
   - Немо! Опять ты за своё! Не забывай, я ведь слышу твои мысли... Кольцо действительно нужно инициировать, но снимать его не обязательно. И управлять механизмом кольца сможешь только ты.
   - Ты это о чём!? - Удивлению моему, можно сказать, нет предела. - Выходит, я должен себя взорвать этим долбаным кольцом в этой долбаной базе?!
   - Ну, если ты считаешь такой вариант самым надёжным... - говорит Голос. Спустя пару секунд раздаётся бульканье... - Извини, Немо! Считай, что это неудачная шутка. Просто ты поторопился с выводами...
   - Поторопился, говоришь? - Я делаю паузу, чтобы не дать вырваться раздражению - тоже мне... шутник хренов! - Тогда давай не будем торопиться... И объясни мне, тупому, за каким э... в общем, зачем её вообще взрывать, базу эту? Если там, как ты говоришь, всего несколько гредов и полсотни зомбированных уродов, а серьёзного оружия нет, то зачем взрывать-то? В общем, давай поподробнее, если не возражаешь...
   - Я не учёл, что ты не знаешь о базе, Немо... Ведь тот человек, который разрушил базу гредов в Равенхолме, определённо понимал, что он делал и зачем.
   Слушаю его и чувствую себя будто оплёванным. Стало быть, и я с ребятами, и другие были там всего лишь торпедами... Не сочло, стало быть, руководство нужным объяснить нам смысл происходившего... А ведь одна из групп там, у башни, так и осталась... В полном составе! Эх, Леон, Леон... мать твою!
   - ...практически случайно, - продолжает тем временем Голос, - когда решил посмотреть, что там происходит... после того, как ты сказал, что намерен помочь горожанам. База установлена недалеко от бывшей столицы. Скорее всего, чтобы использовать аборигенов для защиты от нежити. Сами аборигены для гредов не опасны, поскольку легко поддаются гипнозу. С нежитью - другая история: в нежить зашита жёсткая программа, разума у неё нет, и зомбировать там нечего. То, что происходит внутри базы, я видел через одного из зомбированных. Перехватить управление и использовать зомби против гредов нам не по силам - у гредов фантастическая мощь внушения... думаю, даже Ждущая не смогла бы.
   Теперь о том, зачем взрывать... Конечно, часть зомбированных можно было бы перестрелять из луков... издалека, не заходя в опасную зону. С оставшимися зомби и с гредами ты - под защитой кольца - вероятно, справился бы... Но! Там ведь установлен стационарный телепорт, Немо! Для дальней телепортации! Механизм телепорта - в стенах базы. Как только греды поймут, что происходит, они вызовут подмогу, и через минуту-другую из телепорта вывалится куча биомеханоидов. Тут объяснять, думаю, ничего не надо... ты видел, чем они вооружены. К этому моменту ты должен быть уже снаружи, чтобы не попасть под первые очереди. А дальше - после взрыва - там вообще мало что останется...
   Голос умолкает. Я тоже молчу. Вспоминается побоище в Равенхолме. Неужели всё сначала? И повезёт ли на этот раз?
   - Ну что ж... Ясно. Давай теперь о кольце...
   - Инициирование позволит тебе использовать кольцо как оружие вплоть до того момента, когда ты оставишь его внутри базы. Запускается оно так же, как твой амулет телепортации. Расстояние - от двух до пятнадцати метров. Запомни хорошенько - не менее двух метров, иначе поджаришься сам. Результат - частичная либо полная аннигиляция объекта, в зависимости от массы. Количество выстрелов не лимитировано. Скорострельность - примерно один разряд в секунду. Время потренироваться у тебя будет.
   - Жаль, вчера его у меня не было - говорю я с сожалением. - Колечка работающего, я имею в виду.
   - Кольцо не предназначено для уничтожения значительных скоплений противника, Немо. В крайнем случае - два-три объекта одновременно... и то при условии, что объекты расположены вплотную. Будешь тренироваться - сам увидишь... На самом деле кольцо - инструмент для ремонта механизмов, обеспечивающих функционирование Зон. Устройство аннигиляции заложено как вспомогательное, для защиты от нежити. Блокиратор внешнего психовоздействия работает постоянно, в охранном режиме. Впрочем, об этом свойстве ты уже догадался, я полагаю...
   - Всё это замечательно, но для подрыва базы, как я понимаю, маловато будет.
   - Когда кольцо окажется внутри базы, мы отключим дозирующий прерыватель и сами запустим механизм. Ну, а дальше - аннигиляция вплоть до момента разрушения кольца. Короткий миг, конечно, но этого хватит...
   - Что-то я не очень понял, вернее - совсем не понял... что с чем будет аннигилировать?
   - Механизм кольца создаёт канал между этой вселенной и другой... состоящей из "тёмной" материи - так её назвали ваши учёные. Возможно, ты об этом слышал...
   - Поэтому ты и гонял меня, как зайца? Но ведь разобраться с устройством кольца нам всё равно не по зубам!
   - Сегодня - не по зубам. А через несколько десятков лет - кто знает... В любом случае - слишком рано... и слишком опасно.
   - М-да... Ладно... Давай вернёмся к прозе. Сколько времени будет у меня на отход? И как далеко нужно отойти?
   - Самый минимум - сто пятьдесят метров. Насчёт времени для отхода - не могу сказать, Немо... Если греды засекут внутри базы посторонний предмет и догадаются, в чём дело, им даже не нужно будет выносить кольцо наружу... просто накроют силовым колпаком. И второй раз этот фокус уже не пройдёт. Сколько времени нужно, чтобы среагировать на сигнал дачиков, понять, что происходит, найти кольцо и принять меры по его изоляции? Минуты две - три, вероятно... может, чуть больше... в таких вещах ты лучше разбираешься. О механоидах я уже сказал... подмогу греды вызовут первым делом.
   - С этим ясно. А как ты узнаешь, что кольцо доставлено?
   - Так я же его отслеживаю, Немо! Иначе как бы я знал, где ты находишься?
   - Значит, с момента, когда я сниму кольцо, ты уже не сможешь меня... отслеживать... и не будешь знать, успел я сбежать или нет.... - я не спрашиваю, скорее констатирую.
   - Я буду следить через того, кто будет транслятором. Кстати, я уже подыскал подходящего человека. Возможно, ты его знаешь - это местный кузнец. Думаю, он и как кузнец может пригодиться, мало ли что... Да и физически он силён, насколько я могу судить. Но договариваться с ним придётся тебе, Немо... Я мог бы и вслепую его использовать, как тех ребят в Балморе, но, полагаю, ты и сам не захотел бы...
   - Верно полагаешь, - говорю я коротко. - Ну что ж... по финальной части, как я понимаю, обсуждать больше нечего... сейчас, во всяком случае. Остаётся вопрос с доставкой команды на место.
   - Это как раз не вопрос, Немо. Я сделаю телепорт.
   - Интересно-то как... Помнится, в прошлый раз ты сказал, что до выхода из Зоны нам придётся добираться самостоятельно, поскольку прямо отсюда телепортация невозможна. Это в том случае, если я возвращаю кольцо. Я ничего не путаю?
   - У тебя превосходная память, Немо! - побулькав, сообщает Голос. - Но, видишь ли, создание телепорта в произвольном месте - дело хлопотное... И есть разница - делать это ради упрямца, не желающего вернуть то, что ему не принадлежит, или ради союзника, готового рискнуть собственной шкурой - я верно подобрал выражение, Немо? (снова бульканье) - ради общего дела.
   - Ты верно подобрал выражение... союзник, - говорю я... и чувствую, что в моём к Голосу отношении происходит некая перемена: похоже, я перестаю воспринимать его как чужака... как Чужого. - Кстати, я ведь до сих пор не знаю твоего имени...
   - Зови меня Грин. Так меня называют несколько приятелей... из людей.
   - Хорошо, Грин. Ещё вопрос... Раз уж ты можешь создать телепорт, то почему бы не создать его прямо внутри базы? Вся операция тогда - проще пареной репы: вынырнул, бросил кольцо, нырнул обратно... и тут же - большой бэмц! Греды и понять ничего не успеют!
   - К сожалению, это невозможно, Немо. Близко расположенные телепорты влияют друг на друга, и результат попытки телепортации в этом случае непредсказуем.
   - Жаль... Ну, нет так нет... Ладно! Что делаем дальше? Меня ведь сейчас Гриффин ожидает... для обсуждения того плана... с покойниками. Пойдешь со мной? Или как?
   - Решай сам, Немо... Я Гриффина не знаю. Как он отреагирует на появление колдуна в чужом теле?
   - Могу сказать точно - весьма негативно. Как я понял, у Гриффина или у кого-то из его соплеменников был конфликт с кем-то из вас. История давняя, но Гриффин о ней помнит. Пожалуй, не стоит обострять. Давай сделаем так, Грин... Сейчас я объясню ситуацию Гриффину и остальным, а завтра мы встретимся и поговорим более подробно. Может, к тому времени ещё какие-то мысли появятся... да и с Митчем успею потолковать.
   - Хорошо, Немо. Тогда к полудню подходите к кузнице - это в случае, если Митч согласится. Если не согласится, приходите на берег, придётся моему мужичку немного прогуляться. Возможно, к тому времени я ещё кого найду, помоложе.
   - Договорились, Грин... До завтра!
   - До встречи, Немо!
   Не дожидаясь, когда лавочник очнётся и станет задавать вопросы, я разворачиваюсь и иду к замку. М-да... Как там говорила Алиса?
   - Всё страньше и страньше... - по-детски картавя, лепечет Скептик, звонко хихикает и ныряет в полосатый, красный с белым, чулок.
  
   Глава 19
  
   К замку я иду не торопясь - перед предстоящим разговором надо оценить ситуацию. Хотя бы вчерне. Итак... Если опустить детали тактического характера, остаются два основных вопроса - можно ли доверять Голосу и как быть с северянами.
   В том, что греды существуют, я не сомневаюсь - если есть база, есть и греды... не аборигены же её поставили. Насчёт прогрессорства сомнений тоже нет - результаты сам видел. Так что вопрос не в том, правду сказал Грин или нет, вопрос в другом - всю ли правду он сказал... Почему Голоса решили вдруг вмешаться? Или - зачем решили... Ведь в случае успеха гредов Голоса только выигрывают: исчезает риск глобальной катастрофы, и "похлёбка" не грозит испортиться. Или Голоса опасаются гредов? Но почему? Они ведь с гредами, как и с нами, "не пересекаются". Что им делить? М-да... Вопросов полно, а информации - точно наоборот.
   С другой стороны, так ли уж важна мотивация Голосов? На данный момент - нет, пожалуй... Решили помочь, и хорошо... и ладушки... А почему да зачем - можно и позже разобраться... Так? Вроде, так...
   Остановившись, разжигаю трубку. Слева, со стороны базара, доносится мелодия, медленная и печальная. Сильное и нежное звучание неведомого инструмента напоминает звучание альтовой скрипки.
   Ладно... Теперь о северянах... Если база недалеко от столицы, и греды наштамповали себе зомби, значит, и бандиты где-то рядом. Какова будет их реакция на наше появление... вот так, вдруг, ниоткуда?.. Если сильно испугаются, могут и сразу начать стрельбу. Тогда - всё... как пишут в играх - "миссия провалена". И переиграть вряд ли получится...
   Можно попробовать чем-то их ошарашить... крестики, например, порисовать лазером... Хотя - нет, не годится... Помнится, Гриффин говорил что-то о феях (или эльфах?) с огненными шарами... Возможно, северяне эти фокусы уже видели...
   И что тогда остаётся? Пожалуй, только одно. Попытаться первым делом встретиться с главарём, объяснить, что пришли из-за Чужих. Главарь наверняка мужик не глупый, должен сообразить, что союзники, пусть даже временные, полезнее, чем их трупы. Опять же, глядишь, и бандиты смогут нам чем-то помочь...
   - Ага. Дайте два! - непонятно к чему говорит Скептик. Сейчас он увлечённо режется сам с собой в "угадай, в какой руке монетка" и рассуждения мои слушает вполуха.
   О том, как всё сложится после операции - если это "после" для нас наступит - и как мы будем оттуда уходить, думать не хочется. Да и загадывать так далеко - дело пустое. Там видно будет.
   - Эт' да!.. Авось да небось - эт' по-нашему! Нет чтоб просчитать всё как следовает! - с горестным видом (он не угадывает уже третий раз подряд) отзывается Скептик.
  
   Когда я вхожу в залу, дебаты прерываются. Не дебаты даже - скорее препирательство между Пыхом и Гриффином насчёт того, как уговорить Ждущую принять участие в походе.
  Пых, я вижу, совсем освоился, но его горячность, похоже, только забавляет старого Лорда. Вот уж действительно связался чёрт с младенцем.
  Все, кроме Гр-Дота, расположились в креслах вокруг шахматного столика; орк восседает на скамье, позади Пыха и Армор. Скептик начинает ворчать по поводу очевидной и вопиющей дискриминации, но я вовремя соображаю, что в кресле орк просто не поместился бы, а табурета в замке могло и не найтись.
   - Простите за задержку, - начинаю я разговор, усаживаясь в пустующее, между ребят, кресло, - но вышло так, что сейчас я разговаривал с Голосом.
   - С тем колдуном? - моментально реагирует Гриффин, оставляя без ответа очередной наскок Пыха. - И что?
   - К сожалению, ничего хорошего. Новая напасть... - И я рассказываю о встрече с Голосом и сообщённой им информации. Рассказываю подробно, с той лишь разницей, что Равенхолм в моей версии оказывается в одной из провинций Морровинда, а башню гредов разрушает могучий волшебник. Без перерыва, заодно уж, излагаю и свои соображения относительно возможного плана действий.
   Гриффин слушает настороженно, смотрит в глаза... но без того гипнотического нажима, как при первой встрече. Хорошо бы, поверил... Если Лорды, как сказал Гриффин, невосприимчивы к внушению, то участие Коры в операции могло бы здорово помочь.
   Закончив доклад, достаю трубку, смотрю вопрошающе на хозяина. Гриффин кивает.
   Молчание длится долго.
   - Почему они решили помочь? - спрашивает наконец Гриффин.
   - Не знаю. - Я отрываюсь от созерцания последнего колечка дыма, которое получилось особенно красивым. - Может, потому что греды - чужие...
   - Когда-то мы просили их о помощи... Первый раз - во времена междоусобных войн, ещё до объединения в Королевство... Потом - во время войны за северные территории, когда всё пошло не так и Вергония оказалась на краю катастрофы. И оба раза они отказали!
   - Голос сказал, что, по их мнению, любое вмешательство приносит только вред.
   - Но ведь это нелогично, Немо! Их помощь - уже вмешательство!
   - Я понимаю, что нелогично... Но другого объяснения у меня нет. Да и какая сейчас разница - почему?
   - Возможно, ты и прав... - нехотя соглашается Гриффин. - А как быть с бандитами? Я имею в виду, если удастся уничтожить этих... гредов.
   - Думаю, что во многом ситуация определится исходом драки с гредами. Если проиграем, то хуже не станет - бандитам по-прежнему будет не до вас. Если выиграем... если выиграем - тогда уж точно хуже не станет. Давай прикинем... Уничтожение их отряда, способность появляться и исчезать - я о той магии, которой меня Голос сюда закинул, умение поражать на расстоянии - бандиты ведь не знают, что кольцо только одно, и, наконец, разрушение базы гредов, с которыми сами они, несмотря на численное превосходство, справиться не смогли. Что скажешь?
   - Убедительно... - подумав, соглашается Гриффин. - Только и ты мне скажи, Немо... - старик немного медлит, но всё же продолжает: - Зачем тебе всё это, тебе и твоим друзьям? Ты ведь мог сейчас отдать кольцо, и Голос вернул бы вас домой. При нападении бандитов у вас тоже был выбор - вы могли просто уйти на юг. Там города не хуже... Даже когда вы ввязались в эту историю с бандитами... Кора сказала, что, если бы что-то не сложилось, вы втроём смогли бы уйти без потерь. Но теперь-то всё намного серьёзнее... Может так случиться, что и уйти никому не удастся... Вот я и спрашиваю - зачем вам это?
   М-да... Что ему ответить? Если даже допустить на секунду, что расскажу я ему о своём мире, об Управлении, о своей работе... о профессиональном долге, наконец...
   - Гыы... - издевательски ржёт Скептик. - И не забудь сказать, что на бандитов ты попёрся в нарушение всех инструкций, профессионал фигов!
   Да... Что-то тут не сходится... Инструкции будто Голосами написаны... Не вмешиваться... Избегать... Покинуть...
   - Хорошо, Гриффин... Ответ прост - мне нравится ваш мир! Нравится, что люди и Лесные живут в мире и согласии... что не давят на ваш мир церковники, разделяя народы на чистые и нечистые... нравится ваша решимость отказаться от оружия... В вашем мире легко дышится, Гриффин! И когда бандиты перебили хуторян, мы почувствовали, что не можем оставить вас без помощи. Да и о том, что вы с Корой помогли нам в истории со Ждущей, мы не забыли.
   Что до предстоящего похода, скажу одно - если гредов не остановить, они возьмут под контроль не только этот мир, но и мой... и все другие. Опять же скажу сразу - мы пойдём независимо от того, примете вы участие в нашей попытке уничтожить их базу или нет. Сюда, к вам, греды придут ещё не скоро - в первую очередь их интересуют миры более... населённые. Так что какое-то время вы сможете жить спокойно... если только...
   - Что - если только? - спрашивает Гриффин с беспокойством.
   - Извини, Гриффин! Кажется, я упустил из виду очевидное обстоятельство. Ведь и у северян рано или поздно возникнет вопрос: "Что делать?" С гредами им не справиться. Прятаться по лесам, если греды начнут расширять зону влияния, северяне не захотят... да и не смогут: отношения с Лесными у них, насколько я понял при допросе пленного, не сложились. Что им тогда остаётся?
   - Идти на юг... - тяжело вздохнув, соглашается Гриффит. - Выходит, выбора у нас нет!
   - Не расстраивайся так, Лорд Гриффин! Как говорят у нас в Морровинде - Дагот не выдаст, гуар не съест! - подбадриваю я старика... после чего мне приходится, естественно, объяснять, кто такие эти Дагот и гуар. Убедившись, что желаемый эффект достигнут - Гриффин, слушая пространные объяснения, слегка улыбнулся, а Гр-Дот перестал громко сопеть - я прекращаю живописание и предлагаю перейти к обсуждению деталей предстоящей операции.
   Вскоре первоначальные наброски обретают, образно говоря, объём и цвет. Нерешённой остаётся лишь одна проблема - защита кольца-бомбы от обезвреживания. Ясно, что до того, как я сниму кольцо, нужно ликвидировать всех гредов внутри базы. Учитывая их малочисленность и то, что в набеге нас будет двое, задача вполне решаемая - быстроту Коры я видел сам, а в оценке Пыхом её боевых качеств сомневаться нет причин. Но возникает вопрос - что, если при отходе, когда мы будем уже снаружи, из телепорта "вывалятся", как выразился Грин, не только биомехи, но и греды? Пусть даже только один гред. Вряд ли без защиты кольца мне удастся уйти, вся надежда на то, что Кора вытащит. Риск серьёзный, но приемлемый. Беда в том, что вновь прибывший гред может найти и обезвредить кольцо, и всё окажется впустую. Даже хуже того: при новой попытке - если у Голосов, как я подозреваю, это колечко не единственное - атакующих встретят пулемёты. И тогда, "как говорят у нас в Морровинде", ваша не пляшет...
   - Может, я одна пойду? - предлагает Кора. - Бегаю я втрое быстрее вас. Не обижайся, Немо, но думаю, что и на мечах я сильнее любого из вас.
   - Вполне допускаю, Кора, - говорю я совершенно искренне. - Но в таком деле одному, без подстраховки, нельзя, ты уж мне поверь. Зомби, опять же... Если, допустим, половина из них находится внутри, то это уже два-три десятка... Слишком много для одного.
  Кроме того, проблема с кольцом этим не решается.
   - Где можно спрятать лист? - внезапно спрашивает Армор.
   - В лесу, - тут же отвечает Гр-Дот. - А зачем?
   На несколько секунд воцаряется гробовая тишина, потом все мы дружно начинаем хохотать.
   - Во расшумелись! - сварливо говорит Скептик, отрываясь от чтения. Томик совсем малюсенький, и на обложке видна одна лишь буква "Ч".
  
   Глава 20
  
   Во второй половине дня приготовления закончены. Чтобы не будоражить горожан, местом для создания телепорта я выбрал рощицу за городской стеной, позади замка. Со вчерашнего вечера, когда Гр-Дот поднял на шесте фонарь, гонцам пришлось немало побегать, зато теперь вся команда - за исключением Коры, естественно, - в сборе и готова к выступлению. Осталось дождаться сообщений от Грина.
   Со стороны собравшихся вокруг Пыха Лесных в очередной раз доносится басистый рыкающий хохот орков и поскуливание Охотников - Пых нашел благодарную аудиторию и травит анекдоты. Гр-Дот и трое его соплеменников - в пластинчатых нагрудниках, клыкастых шлемах и шипастых наплечниках, с огромными боевыми топорами - всё из старых запасов - выглядят весьма впечатляюще, а размеры орочьих луков заставляют лишний раз задуматься о силе владельцев.
   Подходит Митч. Физиономия у него красная, и уже наперёд ясно, о чём пойдёт речь...
   - И как ты это носишь, Немо!
   Ну, точно... Сейчас скажет, что жарко...
   - Ни присесть, ни прилечь! И жарко ведь в этом железе!
   - Дело привычки, Митч...
   М-да... Похоже, промашку я дал... Выглядит Митч - в моих доспехах и с двуручником за спиной - просто шикарно, как и хотелось, но в остальном... И походка, и выражение лица, и взгляд - не те... Были бы вещи обычные, от нежити, - сошло бы. Но в моих доспехах... Опытный человек, военный, - сразу поймет, что перед ним ряженый... или почти сразу.
   - Пленный ошибся, Немо, - перебивает мои размышления Митч... вернее, уже Грин, - главарь живёт не во дворце. Недалеко от дворца, в двухэтажном особняке. Сейчас он у себя... Личную охрану - там их четверо - мы контролируем. Когда будешь готов, скажи.
   - Хорошо, Грин. Тогда Митч остаётся пока здесь, а сигнал я подам через охранника. Так даже лучше... Заодно и клиент меньше нервничать будет
   Собираю бойцов и провожу последний, с учётом новых данных, инструктаж:
   - Портал будет сделан в покои главаря. Я иду первым, один, для беседы. Если всё пойдёт гладко, вызову вас. На стражу - их там четверо - внимания не обращать: они под контролем колдуна. В отношении главаря вести себя спокойно, никакой агрессии. Если случится непредвиденное - уходить по моей команде в телепорт, в драку без приказа не вступать.
   Гляжу на Митча-Грина.
   - Поехали!
   И почти сразу передо мной возникает телепорт - светящийся пульсирующий эллипсоид, такой же, как из Д2 в коровник... только этот - изумрудно-зелёный. Спрашивать, почему да отчего, уже некогда - нельзя давать клиенту время опомниться и поднять тревогу, и я вхожу в телепорт.
  
   Свечение телепорта мешает. Делаю шаг вперед...
   - Не двигайся! Башку снесу!
   Голос звучит угрожающе, но страха или паники в нём не слышно.
   Автор послания - тип в халате, в трёх метрах от меня, возле стола с мисками и кувшинами.Примерно моего возраста и комплекции. В правой руке - палаш, в левой - большой кусок жареного мяса. Смотрит в подбородок... Молодец однако. И глаза, и вазомоторы, и руки - всё под контролем. На "волшебное свечение" клиент внимания не обращает... озабочен более, так сказать, материальным. Прав был Грин: такого покойниками, хоть и ожившими, не напугаешь...
   Кожей чувствую за спиной чужое присутствие. Охрана, скорее всего... Оглядываться нельзя - может и полоснуть. Чтоб не меряться взглядами, разглядываю комнату, вернее, делаю вид. Всё внимание - на сигналах от переферийного зрения.
   Несколько секунд проходят в молчании. Кончик палаша приопускается... еле заметно, на несколько сантиметров...
   - Ты кто? - спрашивает наконец клиент, поняв, что нападать я не собираюсь.
   Из вежливости я на мгновение взглядываю на него и снова отвожу взгляд: чувствую, не решил он ещё ничего.
   - Моё имя - Немо... - Я стараюсь говорить медленно и плавно, разделяя смысловые куски. - Пришёл с юга... Нам стало известно о появлении здесь э... пришельцев, существ из другого мира. И мы обеспокоены...
   Снова пауза. Полоски света, сквозь резьбу ставен, пронизывают полумрак комнаты. Капля жира срывается с зажатого в руке главаря куска и медленно, как в киношном спецэффекте, падает на босую ногу. Не сводя с меня взгляда, он бросает мясо на стол и обтирает руку о халат.
   - Вон оно что! С юга, значит!
   В серых глазах появляется хорошо знакомое выражение - так смотрят таксисты в Шереметьево, выбирая пассажира-лоха, и напёрсточники на Арбате, оценивая потенциальную жертву. Вот оно! То самое, что я не смог сформулировать вчера, в разговоре с Гриффином! В Коридоне ни у людей, ни у орков не видел я этого взгляда! Ни разу!
   Однако, пора закругляться с вступительной частью - ускорение на исходе. Да и клиент начинает уже поглядывать мне за спину - заинтересовался, надо думать, странным поведением охранников.
   - Да, с юга... прости, не знаю твоего имени. Я военачальник города Коридон (перепуганный Скептик щёлкает каблуками, вытягивается по стойке "смирно" и выделывает рукой некое замысловатое движение возле уха).
   - Ну, а я - Ронг, предводитель волков.
   - Рад познакомиться, Ронг... - Я обозначаю вежливую улыбку. - За стражников не беспокойся, с ними всё в порядке. Просто на некоторое время они э... обездвижены - вспоминаю я понравившееся словечко. - Чтобы мы могли поговорить спокойно.
   - Обездвижены... - повторяет он задумчиво. - А тех людей, что я отправил на юг... для налаживания отношений, вы тоже... обездвижили?
   - Для налаживания отношений? - спрашиваю я вроде бы удивлённо, скорее для проформы - мы оба понимаем, о чём речь. Вопрос о посланных бандитах - вопрос неприятный, неудобный вопрос. Но так или иначе его надо закрывать. И сразу!
   - Боюсь, Ронг, эти люди неправильно поняли цель миссии. Или их командир пренебрёг твоими указаниями и решил поживиться, - предлагаю я вариант решения. - Ну и когда они вырезали крестьянское поселение рядом с Коридоном, церемониться мы не стали, - завершаю я твёрдо.
   - И что с ними стало, с этими... бандитами? - интересуется Ронг, небрежно, и опускает палаш, давая понять, что вопрос улажен.
   - В лесу закопали, - ставлю я точку. - Но это дело прошлое... Живым же следует думать о живых. И о будущем. Не так ли?
   - Согласен с тобой, Немо! - Ронг кивает и, будто спохватившись (гость ведь пожаловал!), приглашает жестом к столу.
   Дождавшись, когда я сяду, Ронг усаживается на диван по другую сторону стола, кладёт рядышком, рукоятью к себе, палаш и тянется за кувшином.
   - Я-то сначала подумал, ты из тех, - наполняя кружки пивом, он кивает куда-то в сторону окна. - А что за штука такая... из которой ты появился?
   Вопрос о "штуке" я хороню встречным вопросом:
   - Выходит, вы их не видели? Так надо понимать?
  Похороны не остаются незамеченными - Ронг ухмыляется, но на объяснении не настаивает.
   - Может, кто и видел... Только вот рассказать не может.
   Он подносит кружку к губам...
   - Но ты и сам должен знать... раз из-за них пришел.
   ...Не торопясь, пьёт... Взгляд - холодный, изучающий. Подтекст последней фразы очевиден - давай, мол, выкладывай. Ну, что ж...
   - Буду откровенен, Ронг...
   Клиент чуть не давится очередным глотком.
   - И не торопись с выводами, - продолжаю я, не обращая внимания на его реакцию. - Откровенность - не обязательно признак глупости. Ты ведь понимаешь, что я мог прийти и не один. Не так ли? Точно так же мы можем прийти в любое место, в любое время, любыми силами. И так же - уйти. Как человек военный ты должен понимать, что из этого следует...
   - Из этого может следовать самое разное... - Он вытирает рот рукавом халата. - Блеф, например. Сильный не говорит, Немо! Сильный - делает! Что, если сейчас я тебя, как ты говоришь, обездвижу... и отправлюсь - с парой сотен бойцов - через эту вот штуку к вам, в этот ваш Коридон?
   Теперь он смотрит на меня в упор, с выражением типа "или карманы выворачивай, или перо в бок".
   - Интересная версия... - соглашаюсь я.
   В правой руке у меня кружка, и кольцо уже направлено на большую разрисованную вазу на столике у стены. Взгляд на сосуд, внутренний "посыл" - и ваза будто взрывается. Осколки усыпают пыльный ковёр. Клиент от неожиданности вздрагивает. Судя по обеспокоенному виду, о "карманах" он уже забыл. После такой демонстрации можно, пожалуй, и блефануть раз-другой...
   - Извини, Ронг... - говорю я подчёркнуто спокойно. - Надеюсь, посудина была не очень ценная? Так что ты говорил? Что-то о путешествии "через эту вот штуку"?.. Видишь ли, Ронг, это не просто дверь из одного места в другое, для всех одинаково. Войти-то ты войдёшь, а вот выйти... Хочешь попробовать или на слово поверишь?
   - Пожалуй, поверю на слово, - говорит он с вымученной улыбкой.
   - Верно, Ронг! Лучше поверить! - подхватываю я. - Доверие - это ведь главное между союзниками! В предстоящей драке с пришельцами мы ведь союзники? Так или нет? - Я замешиваю в один период "доверие" и "союзники" и усиливаю пафос дважды повторенным "ведь".
   - Так... - вынужденно соглашается Ронг.
   - Вот видишь! - Я "искренне радуюсь". - А раз так, то мы должны доверять друг другу! Верно ведь?
   - Ну, хорошо, Немо! Давай закончим с шутками! У меня это твоё "доверие" скоро из ушей полезет! - не выдерживает Ронг. - Чего ты хочешь? Если ты намерен драться с пришельцами, мы поможем! Только имей в виду - до сих пор наши попытки кончались ничем... Даже хуже, чем ничем!
   - Вот мы и поняли друг друга, Ронг! - Я убираю с физиономии "искреннюю радость". - Если коротко, то дело обстоит так... Я с небольшой командой собираюсь разрушить базу пришельцев. Для этого мне и ещё одному бойцу надо пробиться внутрь. Остальные будут стрелять по зомби с безопасного расстояния. Если дашь десяток лучников, будет совсем хорошо. Я могу и своих привести, но внезапное появление в чужом месте большого отряда... В общем, сам понимаешь...
   - Понимаю. - Он кивает. - За лучниками дело не станет. Сколько скажешь, столько и будет. Непонятно только, как ты собираешься внутрь пробраться. Несколько человек из тех, что на штурм пошли, в самом начале ещё, нам удалось потом вытащить... арканами. Так они все ума лишились... Кидались на всех подряд, не узнавали никого... Ну, посадили мы их под замок, думали, пройдёт со временем...
   - И что? - интересуюсь я, отхлебывая из кружки.
   - На днях башку охраннику проломили... миской, когда еду носил. Потом ужинать сели...
   Возникает пауза.
   - Ладно... - Ронг встряхивается. - Так когда ты хочешь начать штурм?
   - Этим вечером. Чего тянуть-то...
   - Ну, ты силён! - Он крутит головой. - Вот так вот? Не осмотревшись?
   - Осмотреться недолго... Они ведь там оружие готовят, Ронг. Причём такое оружие, что... В общем, тянуть нельзя.
   - Ну, тебе виднее... Когда придёт твоя команда?
   - Да как будешь готов, так и придет. - Я бросаю взгляд на его халат. - А я покурю, пока ты одеваешься...
   Я встаю с козетки и вытаскиваю трубку. Теперь можно и оглядеться... Точно, двое, по обе стороны двери, с алебардами. Смотрят друг на друга, как гвардейцы перед мавзолеем. Ещё двое, скорее всего, сразу за дверью.
   Попыхивая трубкой и разглядывая развешанные на стене почерневшие от времени картины, потихоньку продвигаюсь к двери... За спиной слышны звяканье кольчуги и невнятные чертыхания Ронга по поводу запропастившегося куда-то пояса.
   - Грин, - зову я тихонько, остановившись возле охранника - усатого черноглазого здоровяка.
   - Да.
   - Когда скажу:"Хорошо" - отправляй всех сюда. Потом, по команде "Проснитесь", вы покидаете стражников.
   - Да.
   Уфф... Теперь можно и покурить спокойно... у окна, естественно.
   Распахиваю ставни и... Мать честная! Открывшаяся панорама приводит меня в состояние растерянности и полного обалдения! Такого я не ожидал...
   Передо мной - огромная, выложенная серыми каменными плитами площадь с большим круглым фонтаном посредине. Точнее, с бывшим фонтаном - остался лишь каменный парапет с поросшими кустарником и травой бесформенными обломками в центре. Справа, на возвышении, великолепный дворец, к портику которого с площади ведёт широкая, с промежуточной площадкой, лестница с полуколоннами с обеих сторон. Пилястры фасада дворца украшены барельефами, в уступах - высокие, в три или четыре роста, окна цветного, мозаикой, стекла. Сочетание античности и готики производит странное, но отнюдь не неприятное впечатление.
   - Понимал бы что! - хмыкает Скептик. - Раз узкое окошко с цветными стёклышками, так сразу и го-отика!
   Противоположная сторона площади и левая её часть - насколько я могу видеть, не высовываясь из окна - застроены двухэтажными, с остроконечными двускатными крышами, особняками, совершенно не похожими на дома в Коридоне. Людей на площади, несмотря на дневное время, почти нет, хотя особняки определенно не пустуют - ставни распахнуты, на окнах - занавески и шторы, кое-где - дымок над трубой...
   - Ну и как тебе Вергон, Немо?
   Вопрос Ронга возвращает меня к текущим делам и заботам. Я оборачиваюсь...
   Опять сюрприз! Вместо неопрятного босого мужика в засаленном халате передо мной настоящий вояка! И обмундирование у него - точно не от нежити! Палаш-то я уже разглядел - отличный клинок, явно той же поры, что и доспехи орков. Но и всё прочее ничуть не хуже, особенно хороши лёгкая кольчуга с чеканными пластинами и подвешенный к поясу шлем - волчья голова с оскаленной пастью.
   Ронг улыбается - решил, надо полагать, что причина моего замешательства - его шикарные доспехи.
   - Красивый город! - Я киваю в сторону окна. - Совсем не такой, каким я его себе представлял...
   Ронг смотрит удивлённо, но от вопроса удерживается.
   - Ну, так что? - спрашиваю я.
   - Я готов, Немо. - Он чуть напрягается, но палаш с пояса не снимает и в сторону не отходит.
   - Хорошо! - говорю я громко и чуть прикрываю глаза, будто сосредотачиваюсь на колдовстве.
   Первым появляется Пых. Быстро оглядевшись, становится рядом. Следом за ним из телепорта один за другим выходят орки, затем Охотники - Грав и Герс, Митч и, последней, Армор. В комнате становится тесновато.
   Пристроив за спину принесённую Армой катану, гляжу на Ронга... И чертыхаюсь про себя - размышляя о неожиданной картине, открывшейся из окна, я совершенно забыл предупредить его, что часть моей команды - Лесные. При появлении Пыха он, как я заметил, слегка насторожился - не знаю уж, что он ожидал увидеть, но рабочие доспехи Пыха определённо произвели на него впечатление. При виде орков с их гигантскими топорами и луками к настороженности добавилась растерянность. Когда же выскочившие из телепорта псы пустились, по привычке, обегать незнакомое место, принюхиваясь к новым запахам, градус эмоций заметно вырос. Последней каплей оказалось появление Митча - мои доспехи на кузнеце вполне тянут на королевское облачение, и я вижу, что Ронг чувствует себя крайне неуютно и уже не кажется себе таким "крутышом", как несколько минут назад.
   - Вот и вся команда, - тороплюсь я его успокоить, - только вот ещё девушка, из Ночных Лордов, вечером подойдёт...
   Успокоительное действует на Ронга неожиданным и странным образом - он бледнеет и смотрит на меня чуть ли не с ужасом.
   - Значит, это правда? Они существуют? - вырывается у него.
   Оп-па! Вон оно что! Вампиров, значит, мы боимся...
   - Э-э... Не очень понимаю, Ронг, что тебя удивляет? На юге живут и люди, и Лесные, и Ночные... и феи тоже... - говорю я спокойно, как само собою разумеющееся.
   - Я про них от стариков слышал, а те - от своих стариков... Но их же не осталось!
   - Кого не осталось? - Намеренно, чтобы сбить накал, я изображаю непонимание. - Стариков?
   - Да при чём тут старики?! - Ронг отмахивается. - Вампиров не осталось!
   - А-а... Вампиров... - "понимаю" я наконец, и "весело смеюсь". - Ну, вечером, Ронг, у тебя будет возможность лично сообщить Коре, что на самом деле её нет...
   Отвлечение срабатывает - клиент становится спокойнее, бледность уходит с физиономии.
   - Так что, Ронг? - спрашиваю я, упреждая вопрос о пропитании Лордов ( Дудки! Пусть мается! ). - Будем разговоры разговаривать? Или как? ( "Ну неправильно жеж! "Или где?" - надо говорить!" - стонет, сморщивщись, Скептик.)
   - А с ними что? - Ронг кивает в сторону охранников.
   - Это мы сейчас уладим...
   Я иду к двери. Чтобы последовать за мной, Ронгу приходится обогнуть команду у телепорта. Этого времени мне достаточно.
   - Грин, убирай телепорт, - говорю я тихо и, когда Ронг подходит, уже в полный голос "колдую":
   - Проснитесь!
   Стражники приходят в чувство, недоумённо смотрят на меня, на вооружённую группу...
   - Стоять! - властно командует Ронг. - Всё в порядке!
   Он оглядывается на нас, замечает, что "волшебный фонарь" исчез, и совсем успокаивается. Открывает дверь и повторяет команду. Оборачивается ко мне.
   - Пошли?
  
   Глава 21
  
   Спустя полчаса мы выходим за пределы города. Идём не торопясь - до захода солнца далеко, да и лучникам, за которыми послал Ронг, надо дать время собраться и догнать нас.
   - А это кто, Немо? - негромко спрашивает Ронг, чуть кивая в сторону едва поспевающего Митча.
   Решился всё же...
   - Митч. Кузнец.
   - А-а... То-то я смотрю... - Ронг улыбается. - А доспехи?
   - Мои... Мне ведь сегодня побегать придётся. И внимания лишнего к своей персоне привлекать не хотелось, - говорю я дипломатично. - Всегда под рукой опять же.
   Я широко улыбаюсь... про себя, естественно. Пусть потрудит голову. Ясное дело, их вот так, в момент, не оденешь. Зато Митч в них - крепость ходячая! И, главное, непробиваемая!
   - Командир! - зовёт идущий впереди Пых. - Нежить.
   Впереди и слева от просёлка, в поле, пасётся тройка рыцарей. До них довольно далеко, можно пройти, не обращая внимания, но мне они нужны... Утром я переколотил десятка два старых горшков и кувшинов, но это не то. Хорошо бы по-настоящему... Только вот со стороны выглядеть будет не здорово: Ронг за бахвальство примет. М-да... Жаль... Хотя...
   - Гр-Дот, как насчёт пострелять? - окликаю я орка. - Ты, помнится, говорил, что пробиваете доспех.
   Все останавливаются. Орки, шедшие с Пыхом впереди, становятся в линию и снимают луки. Первым стреляет Гр-Дот. Стрела взвивается в воздух... Перелёт. Невозмутимо, орк накладывает на тетиву вторую стрелу... На этот раз стрела втыкается в землю метрах в пяти перед рыцарями, из высокой травы торчит лишь оперенье. Зато рыцари замечают нас и бегут к дороге, вытаскивая на ходу мечи. Орки спокойно ждут. Пользуясь тем, что внимание Ронга и обоих охранников занято происходящим, я ловлю взгляд Армор и показываю глазами на Ронга. Арма мгновенно понимает, о чём я прошу, и обращается к главарю с каким-то вопросом. Пока они заняты разговором, подхожу неспешно к оркам.
   - Крайний справа - мой! - говорю я негромко.
  К этому моменту до рыцарей остаётся около двухсот метров. Будто невзначай, я поднимаю руку и большим пальцем цепляюсь за застёжку рубашки - этакая вполне непринуждённая поза. Очень уж хочется, чтобы у Ронга сохранилась иллюзия убийственного взгляда. На всякий случай.
   Когда остаётся метров сто пятьдесят, Гр-Дот вновь поднимает лук, и вся четвёрка стреляет почти одновременно. Результат более чем хорош. Бегущий посередине получает две стрелы, в голову и грудь, и, сделав ещё несколько шагов, ныряет в траву. Тот, что слева, принимает обе стрелы в грудь, приостанавливается от удара, но тут же возобновляет бег. Второй залп делает его похожим на ёжика, и он падает навзничь. Орки кладут луки на землю и достают топоры.
   Последний из троицы продолжает гонку. Расстояние быстро сокращается... Восемьдесят метров... Пятьдесят... Слышно, как позвякивают доспехи... Тридцать метров ( Дикое желание плюнуть на затею и достать меч! )... Двадцать... Пора! Шлем! Посыл! То, что происходит дальше, я видел только в ужастиках... Голова рыцаря взрывается, остаётся лишь шея и нижняя челюсть. Фонтанируя кровью, безголовое тело с занесённым мечом продолжает бежать. Плечо! Посыл! Оторванная взрывом рука отлетает в сторону, пульсирующей струёй хлещет кровь. Падает рыцарь в четырёх метрах, ничком, вытянув перед собой уцелевшую руку... будто пытается дотянуться.
   Финальная сцена завершается оглушительным молчанием. Лишь стук в висках да хриплое воронье карканье вдалеке...
   - Ну что, пошагали? - говорю я, обернувшись к зрителям. И, не дожидаясь ответа, поворачиваюсь и иду вслед за псами. В памяти остаётся картинка - наполненные ужасом глаза на застывших, будто замороженных лицах Ронга и охранников.
  
   База гредов оказывается совсем не такой, как в Равенхолме: никакой готики, всё очень скромно - тёмно-серая коробка метров пятьдесят на пятьдесят в основании и метров двенадцати высотой. Коробка прислонена к такого же цвета скалистому и будто обрезанному гигантским ножом выступу скалистой гряды. Скорее всего, база-коробка и сделана из этой скалы.
   От берегового откоса, где мы пристроились для наблюдения, до здания примерно триста метров каменистого, усеянного некрупными валунами, щебнем и галькой пространства. Ни деревьев, ни кустов, чтобы подойти незаметно. Справа и слева - та же картина.
   Бывшие вояки Ронга - перед открытым проёмом в фасаде их около трёх десятков - вовсе не выглядят заторможенными и безмозглыми ходячими трупами, как зомби из Равенхолма, а напоминают скорее солдат-срочников возле казармы в воскресный день, где-нибудь в глухомани, когда и заняться нечем, и пойти некуда.
   - Внутри - столько же, - комментирует Ронг. - Меняются каждые восемь часов. Опасная зона начинается вон там... где камни набросаны. Видишь? Выяснили, когда вытаскивали тех четверых... в кутузке которые. Несколько человек зашли чуть подальше... их тоже вытаскивать пришлось. Они, правда, сразу оклемались.
   - А почему они без луков? - спрашиваю я, разглядывая тусовку.
   - Так в кого стрелять-то? Снаружи пусто... Вход открыт... Лишняя обуза только.
   - Ясно...
   Настроение немного улучшается - хоть с этим повезло... Если бы ещё удалось этих тусовщиков как-то обойти...
   - Вход только один? - спрашиваю я напоследок. Так, на всякий случай...
   - Справа и слева - ворота. Почти на всю высоту. Но они всегда закрыты.
   Ну да... Конечно... Для треногов, как их там...
   - Вопросы? - Я оглядываю одного за другим свою команду... - Ну что ж... Тогда всё вроде бы.
   Съезжаем по осыпи на берег. Лучники Ронга принесли еду, и теперь стражники заняты приготовлениями к ужину: расстилают скатёрку, достают мясо, лепёшки, фляги. День на исходе. Дневная жара ушла, зато налетело комарьё с реки. Отбиваясь от летучих тварей, Пых предлагает оркам махнуться шкурками. Не глядя. Те со злорадством отказываются - им, мол, и так сойдёт. В отчаянии, Пых предлагает в придачу меч, на что Гр-Дот сообщает, высокомерно, что металлическими зубочистками орки не пользуются... Один из лучников, испросив у кого-то из орков разрешения попробовать его лук, пытается, под общий хохот, натянуть тетиву. Полная идиллия, в общем...
   Отзываю в сторонку Митча. Мужик извёлся уже, с непривычки, в тяжёлом железе.
   - Может, сниму я, Немо? - просит он почти умоляюще. - Вон, смотри, как все дружно сидят... Тяжело ведь!
   - А кто обещал, что будет легко? - спрашиваю я, строго так. - Терпи, кузнец! Недолго осталось... А теперь постой спокойно, мне с колдуном поговорить надо.
   Наверное, Грин контролирует Митча в каком-то дежурном режиме, потому что отзывается сразу же:
   - Я здесь, Немо.
   - Делай телепорт, Грин... Прямо из замка. Чтоб не бегать вокруг, если кого зацепит...
   - Хорошо, Немо. Ещё что?
   - Забавная вещь выяснилась, Грин. Оказалось, северяне досмерти боятся вампиров, о Лордах здесь легенды ходят. Так что отправь в замок оружейника и скажи Коре, чтобы держалась соответственно. Не стоит разрушать легенду. Пока, во всяком случае.
   - Хорошо, Немо. Я скажу. Ещё что?
   - Пока всё, Грин...
   Не успеваем мы с Митчем вернуться к импровизированному столу, как раговоры и смех резко обрываются. Обернувшись, вижу, как на том месте, где мы стояли, мягко колышется эллипсоид телепорта.
  
   Кора появляется минут через десять после захода солнца. К моей просьбе "держаться соответствующим образом" девушка отнеслась творчески, как теперь говорят - "креативно". Непонятно, когда она успела, возможно, подумала о нужном эффекте заранее, но длинных светлых волос нет и в помине, передо мной - жгучая брюнетка с причёской "под мальчика". Очень бледное, почти белое лицо. Кроваво-красные губы. Чёрные стрелки красиво оттеняют серые, цвета стали, "дымчатые глаза", модные нынче в боди-арт ( "Ну ты знато-ок!" - Скептик хихикает ). Одета Кора как обычно, во всё чёрное, из оружия - только шпага и кинжал.
   - Вот это - готика! - восклицает Скептик... И причмокивает от удовольствия.
   Вся команда, как и было условлено, тотчас подходит, и мы приветствуем Ночную низким поклоном. Выжидающе, Кора смотрит на Ронга и его людей. Лучники, не зная как себя вести, мнутся, поглядывают на главаря. Грав и Герс медленно подходят к девушке и садятся у её ног. Гулко падают секунды, будто капли в глубокий колодец... Наконец, Ронг не выдерживает и изображает нечто среднее между поклоном и кивком. Остальные с видимым облегчением следуют его примеру. Кора отвечает коротким кивком. Обстановка разряжается...
   Выждав пару минут, чтобы Ронг и его люди окончательно успокоились, я начинаю инструктаж:
   - Значитца, так... Нам с Корой надо пробиться внутрь. Максимально быстро. Пойдём мы с правого фланга. На исходной будем через двадцать минут.
   Лучники начинают по команде Армор. Задача лучников - вытянуть зомби на себя и не дать вернуться ко входу.
   Мечники, алебардщики и Охотники страхуют лучников.
   За указанную Ронгом метку - не заходить!
   Я оглядываю всех.
   - Вопросы есть?
   Все молчат. Вот и хорошо...
   - Ну, тогда пошли мы...
   Армор и Пых смотрят на меня, молча, будто ждут чего-то... Что я могу им сказать? Да и вообще... Какого чёрта! Ещё не вечер!
   - Ты это точно знаешь? Что - не вечер... - как-то очень серьёзно спрашивает Скептик. Вместо ответа я швыряю в него холодильник.
  
   Смеркается. С реки тянет сыростью. Когда мы отходим от группы на пару сотен шагов, Кора придерживает вдруг меня за рукав.
   - Давай-ка, Немо, я тебя укушу... - шепчет она тихонько. Смеётся... - Не бойся, больно не будет!
   Прежде, чем я успеваю возмутиться и заявить, что мне и так сойдёт, неукушенным, Кора обнимает меня. Движения её настолько быстры, а объятие так сильно, что ни о каком сопротивлении и речи быть не может. Чувствую лёгкий укол в шею. Голова начинает кружиться, тело охватывает блаженная истома, сознание уплывает... Нет... не уплывает. Плывёт. Да! Плывёт!.. Гыы... какие пузырики... розовые... с перламутровыми блёстками...
   - Прекрати! - истошно вопит Скептик. - Ты!.. Торчок хренов!..
   Я отталкиваю его. Что он понимает! Мне хорошо! Мне - хорошо!!
  Смешной коротыш размахивает кулачками, кричит что-то... и мне делается его жалко... я приглашаю и его в это замечательное место, где столько красивых блестящих пузыриков...
   - Вот и всё! - выдёргивает меня из сладкого забытья весёлый голос Коры. - Не так уж и страшно!
   - Ты... это... Зачем? - едва могу я выговорить. - Это что же... Я теперь... вампир?
   - Ишь, чего захотел! - смеётся она. - Нет, Немо. Но на какое-то время ты станешь сильнее и быстрее... и в темноте будешь видеть не хуже орков. Ненадолго... Но должно хватить.
   - Быстрее - я и сам умею, - бурчу я, потирая шею.
   - Не сердись... - говорит она, улыбаясь. - Скоро ты почувствуешь разницу. Кстати, факел можешь выбросить, он тебе больше не нужен.
   Поскольку бутылочки уже побиты и спорить нет смысла, предлагаю идти дальше. По пути сообщаю, что если ей вдруг захочется ещё чему-нибудь научить простого морровиндского парня, то сначала следует предупредить, потому как у нас в Морровинде всякие там обжимания и прочие вольности толкуются, бывает, объектом посягательства самым удивительным образом и могут вызвать самую неожиданную реакцию!
   - Так уж и неожиданную! - скалится Скептик. И подмигивает. Грязно.
   - Как интере-есно! - мечтательно произносит Кора... и прижимается на ходу горячим бедром.
   Продолжая беседовать о том о сём, мы уходим достаточно далеко. Можно, пожалуй, и наверх... Взбираемся по осыпи на плато. Слева, вдали, боковой фасад базы и фигурки у входа.
   - Хорошо их видишь? - спрашивает вдруг Кора.
   Только было я собираюсь поинтересоваться, что, мол, за странный вопрос, как до меня доходит: ведь и правда, в сумерках, на таком расстоянии, серые фигурки на фоне серой стены и серых скал должны быть неразличимы... Весь мой опыт говорит - не должен я их видеть... Но вижу ведь!
   - Пробежимся? - предлагает Кора.
   Я киваю и указываю направление - не прямо на базу, а правее, к скалам. Странно, но бег доставляет мне буквально физическое удовольствие, хочется бежать всё быстрее и быстрее... Останавливаемся метров за двести от базы. До назначенного срока остаётся несколько минут. Всё плато - как на ладони, до самого обрыва. Зомбяки - я насчитываю двадцать семь единиц - по-прежнему кучкуются у входа, небольшими группами и так, по одному, курят, болтают... В общем, солдаты как солдаты. Измождёнными не выглядят - слишком уж оживлённо болтают... И движения не те, что бывают у доходяг... Курево опять же... Интересно, откуда всё это... Ну, еда и вода - ладно... а вот табак... вопрос на засыпку однако... М-да... И ведь всех придётся положить... так или иначе. Прогрессоры, мать вашу!..
   Бессвязные обрывки мыслей и неясных образов исчезают - над краем обрыва появляются фигуры. Началось!
   Выбравшись на плато, бойцы рассредотачиваются в линию, и орки начинают обстрел. После первых же выстрелов группки солдат рассыпаются горохом. В поднявшемся оре разобрать ничего невозможно, и непонятно, есть у них командир или нет, но спустя пару секунд они уже бегут к реке, хотя видеть нападающих и не могут - просто рванули в ту сторону, откуда стрелы. Бегут грамотно - россыпью, змейкой. В атаку пошли не все, двое унеслись внутрь - смену тревожить, надо полагать. Да-а... молодцы солдаты, не растерялись... Был бы противник обычный, а не орки с убойными луками, добежали бы без особых потерь, пожалуй... Вот уже минус два... Ещё минус два... Ещё... Так... Поняли, наконец! Верно... отступать поздно ... теперь только вперёд... Всё! Пора!
   - Пора! - повторяю я вслух.
   Кора сразу оказывается впереди, уже на бегу достаёт шпагу. Чёрт! Говорил же не лезть вперёд! Догнать удаётся только на полпути... и то, наверное, потому, что вспомнила. Ну, ещё сотня метров... Пора и мечик взять...
   - Многостаночник, блин! - подсказывает-издевается Скептик.
   Да, верно! Кольцо!..
   К моменту, когда мы подбегаем к зданию, от рванувших к берегу солдат остаётся около половины. А бежать им ещё метров сто... Молодцы орки!.. Ладно... Теперь наша очередь.
   Небритая физиономия показывается из проёма. Машинально выдаю посыл, и физиономия исчезает в фонтане брызг. Безголовое тулово продолжает стоять, пока его не опрокидывает следующий любопытный. Посыл! Ещё один готов. Что они там, ослепли, что ли? Ха! Темно ведь!.. Больше не высовываются однако... Ладно... Тогда мы к вам...
   Забегаем внутрь. Неосвещённый ангар. Широкий, вдвое шире проёма, пологий пандус. В конце, тремя метрами выше, у дальней стены - колонна света. Телепорт! Картинку я вбираю одним взглядом, рассматривать нет времени - с обеих сторон набегают солдаты. О кольце нечего и думать, надо махаться! Блюдо "вампирский укус под адреналиновым соусом" - еда что надо: теперь я - Дольф Лундгрен и Джеки Чан в одном флаконе: катана в руке - легче пёрышка, руки и головы слетают с тел, как шишки с ёлки. Бедняги даже мечом не успевают замахнуться толком - в последний уже момент оказывается, что замахиваться либо некому, либо нечем.
   Наконец, передо мной чисто. Если можно так выразиться, когда стоишь перед грудой изрубленных тел. Те, что, истекая кровью, пытаются отползти в сторону, меня не интересуют.
   - Что так долго-то?
   Голос Коры, за спиной, звучит ровно, и не понять - шутит она или говорит серьезно. Разбираться некогда - счётчик времени наверняка уже включен. Так... Где же эти греды чёртовы? Поднимаю голову... и натыкаюсь на устремлённый на меня взгляд огромных, без малейшего намёка на зрачки, чёрных глаз. Гред стоит у решетчатого ограждения высокой платформы, идущей вдоль левой стороны пандуса от самого входа к дальней стене ангара. Голый череп, светлосерая кожа, еле выступающий нос, маленький безгубый рот. Очень похоже на описание некоторых якобы очевидцев. Не врали, значит... Серый гладкий балахон в качестве одежды. Метрах в пяти от него, ближе к порталу, ещё один... Зрители, стало быть... Посыл! Голова греда взрывается. Второй разворачивается и устремляется к телепорту. Шалишь, дружок! В три прыжка я сокращаю расстояние и даю посыл в серый балахон. Не глядя на падающее тело, озираюсь. Где ещё? Мне все нужны! До единого!
   Отсюда, снизу, охватить взглядом весь ангар невозможно, и мы бежим вверх по пандусу. В такт бегу позвякивает содержимое кожаного мешочка на поясе.
   Когда до телепорта остаётся метров двадцать, я вдруг слышу характерное жужжание сервопривода. Впереди, там где кончается подъём, в полу сдвигается заслонка люка...
   - Стой! - ору я.
   Кора - она опережает меня уже метров на пять - останавливается и с недоумением смотрит на поднимающийся из проёма ствол лазерной пушки - что, мол, за штука такая.
  Говорить что-то уже поздно... да и не успеет она отбежать... сбоку на стволе светится зелёным индикатор... значит, Кора, а возможно, мы оба, в зоне опознания "свой-чужой". И опознаны как "чужие". Полный подъём пушки не завершён, но ствол уже пришёл в движение, нащупывает цель... Кольцом? Нет, нахрен эксперименты!
   Не сбавляя скорости, я набегаю на Кору, сгребаю её в охапку и отбрасываю назад, вниз...
  Продолжая разворот, падаю на пол и перекатываюсь вниз и влево, к основанию платформы... но жужжание продолжается, ствол начинает разворачиваться в мою сторону... Ещё перекат - теперь вниз и вправо, до противоположой стены... Жужжание прекращается, индикатор меняет цвет на красный, но пушка остаётся наверху, в рабочем положении. Уфф...
   - Что это? - с любопытством спрашивает Кора, кивая на замерший ствол.
   - Не сейчас...
   Ещё десять секунд потеряно! А с момента входа - не меньше полуминуты уже прошло... Чёрт! Только бы Грин не подставил! Ведь может уже сейчас рвануть!..
   - Лезь наверх, Кора!
   Я подставляю колено, и она моментально оказывается у меня на плечах, подпрыгивает и взбирается на платформу. Ухватившись за решётку, свешивается, протягивает руку, и через мгновение я уже рядом с ней. Отсюда ангар просматривается полностью. Напоминает сборочный цех. В углах - высокие, почти до крыши, решетчатые стапели, возле них на полу ряды крупных деталей. Некоторые кажутся мне знакомыми: вот такие ракетные установки, например, я видел в Равенхолме, на триногах ( "На триподах", - с учёным видом поправляет Скептик ). Между рядов неторопливо ползают гусеничные роботы-автоматы с суставчатыми манипуляторами. На наше появление они никак не реагируют. Невежливо, конечно, но я не обижаюсь. Зато тем двоим, что направляются к нам от дальнего левого стапеля, мы, похоже, здорово не нравимся - очень уж зловеще выглядят те штуки, что у них в руках... Бежать навстречу, на выстрел кольца, не хочется - опять где-нибудь в полу может неожиданно открыться лючок... недолго и ноги поломать... Метров сорок... Далековато... Фигурки в балахонах поднимают инструменты... вернее, начинают поднимать - волшебного блюда они, бедняги, не пробовали... Спрыгивать вниз - опять время терять... Ха! Корин подарок! Он по-прежнему у меня за голенищем. Кинжал удобно ложится в ладонь. Краем глаза замечаю, что и Кора выдергивает кинжал. Два лезвия уходят почти одновременно... Оп-па! Греды разом останавливаются, будто раздумывают, стоит ли продолжать так напрягаться... Дожидаться, что они там решат, мне некогда. Больше серых балахонов нигде не видно. Всё! Сдёргиваю с пояса мешочек... Вот он, наш "ассиметричный ответ"! Снимаю с руки кольцо, кладу его внутрь. Эх, жалко-то как!.. Ну да ладно... Держите, ребята! Я размахиваюсь, и полсотни собранных по всему Коридону колец и колечек разлетаются по ангару.
   - Уходим! - командую я.
   Последний взгляд на телепорт - чисто! - и мы спрыгиваем с платформы и несёмся к выходу. Выскочив наружу, сворачиваем в сторону, чтобы не светиться мишенями на фоне проёма. Метров через двадцать снова сворачиваем и бежим уже напрямик к ожидающей нас команде. Неуёмное чувство радости рвётся наружу. " Йесс! Мы сделали это!" - саркастически подсказывает Скептик. Подначка не задевает, я даже не велю ему заткнуться, сейчас он кажется мне вполне симпатичным малым.
   И вдруг в черепе будто взрывается что-то. Я резко останавливаюсь. Ужас от внезапного осознания содеянного пробегает по телу леденящей волной. Идиот! Что я натворил! Как я мог поверить, что древняя и мудрая раса может хоть кому-то причинить вред! И кому я поверил! Омерзительным бестелесным тварям, паразитам, высасывающим из меня, из всех нас, жизнь! Из дальнего уголка сознания какой-то уродец пытается возражать, невразумительно бормочет о промывке мозгов и большом брате... Но нет, меня не обманешь! Пошёл вон, урод! Теперь я ЗНАЮ! Обратно! Пока не поздно! Ещё можно успеть! Надо только вынести наружу кольцо! И всё будет хорошо!
   Я разворачиваюсь. До базы метров сто... "Сейчас! Я быстро!" - шепчу я лихорадочно. Кто-то удерживает меня, не пускает... Незнакомая тётка в черном... Цепляется за руку, смешно разевает рот в крике... Немо? Это кто - Немо? Приятель твой? Враги! Кругом враги! Тяжелой мутной волной поднимается ненависть. Коротко взмахиваю катаной... но ударить не успеваю - ослепительная вспышка пронзает мозг, и я падаю в темноту...
   Прихожу в себя от боли. Перед глазами пляшет звёздное небо, руки вывернуты в плечах, в запястья будто крючья воткнули... и теперь этими крючьями волокут куда-то. "Стойте, - хочу я крикнуть, - не надо меня на кладбище! Живой я!" Поднимаю через силу голову и вижу вдали, за бегущей следом за мной чёрной фигурой, серое здание. Целое и невредимое! Мысли путаются... я уже ничего не понимаю... не помню, чего я хочу, что должен сделать - вернуться и взорвать ЭТО?.. или вернуться и не дать взорвать? От ощущения собственной тупости и бессилия на глаза наворачиваются слёзы.
   И снова вспышка... Но теперь уже там, где здание... Оглушительный грохот бьёт по ушам, земля подо мной выгибается и с силой бьёт в спину, будто хочет сбросить с себя надоедливое насекомое. И я опять вырубаюсь...
  
   - ...Ну, когда он появляется спустя несколько дней, приятель спрашивает - где, мол пропадал-то? Тот ему отвечает - дом строю, понимаешь... А сколько комнат? - интересуется приятель. Тот говорит - одна... - Пых выдерживает актёрскую паузу и завершает: - Ну, приятель подумал и говорит - Правильно. Меньше - смысла нет!
   Гогочут... С трудом я открываю глаза. Темно... Пытаюсь пошевелиться, и тело отзывается болью... Болит всё - руки, спина, ноги... Это хорошо... Цел, значит... Голова как чугунная... Где это я?..
   - Во! Командир проснулся! - радостно восклицает Пых.
   Чьи-то руки подхватывают меня за плечи и помогают сесть. Что-то мягкое сваливается с лица. Армор ещё пару секунд придерживает меня, отпускает...
   - А это зачем? - Я смотрю на упавшую тряпку. - Как на покойника...
   - Так комары же! - удивляется Пых. - Ну и всё равно от рубашки осталось.
   - Как себя чувствуешь, Немо? - раздаётся знакомый голос. Кора! И разом возвращается память! База!
   - База взорвана? - говорю я. И слова отдаются в черепе ударами молота...
   - Взорвана, командир, взорвана... - торопится меня успокоить Пых. Ржёт. - Ну и врезала же тебе Кора, командир! Я, честно сказать, самого удара и не видел. Гляжу, остановились вы вдруг, потом ты за меч схватился, а потом - раз, и рухнул... Ну, Кора тебя на загривок... извини, Кора!.. на спину тебя, значит, и - дальше... Ну, а возле метки уже Грав с Герсом ждали... Мы-то с Армой - Пых понижает голос - Митча пасли...
   - Прости, Немо! Так вышло... - говорит Кора с покаянным видом, хотя мне кажется, что девушка едва удерживается от смеха.
   - Ладно уж... - бурчу я. Теперь и насчёт повязок на руках понятно. В памяти всплывает картинка, как меня тащат крючьями. Это, стало быть, Грав с Герсом... переусердствовали... Где они, кстати?
   Команда расположилась, будто случайно, между телепортом, рядом с которым я сижу, и людьми Ронга. Оба пса растянулись у ног Митча и неотрывно смотрят на северян.
   Так... Пора закругляться, пожалуй...
   Заметив, что я встаю, Ронг тоже поднимается, идёт навстречу.
   - Ну, вот и всё, Ронг... - говорю я. - Теперь можно жить спокойно... И вам ( я делаю паузу ), и нам. В будущем, думаю, мы можем стать добрыми соседями. А сейчас, пока в Коридоне не забыта история с фермерами... твоим людям от прогулок на юг лучше бы воздержаться. Согласен со мной?
   - Согласен, Немо... - говорит Ронг. И тон, каким это сказано, убеждает меня больше, чем сами слова - клиент действительно понял, что на юг без приглашения лучше не соваться.
   Я киваю и возвращаюсь к своим.
   - Пошли домой!
   Один за другим бойцы исчезают в телепорте. Я ухожу последним.
  
   В замке так тесно, что не протолкнуться. Кроме нас и Гриффина, здесь и Гордин со своими ребятами, и трактирщик Терелл - в переднике и с огромным кухонным ножом, и разодетая как на праздник Релина, и ещё множество знакомых и незнакомых людей, орков и псов. Гриффин поднимает посох, бьёт им в пол. Гомон затихает, толпа расступается, и в центре залы, на месте шахматного стола, я вижу трон с восседающей на нём Ждущей. По обе стороны стоят в карауле её покойнички. На коленях у феи сидит, нахохлившись, пёстрая курица. Ждущая поднимает руку и манит меня крючковатым, чёрным от грязи пальцем. Я подхожу.
   - Мы стольким тебе обязаны, Немо... И тебе, и твоим друзьям... Как мы можем вас отблагодарить? Говори, Немо, не стесняйся!
   Я подзываю Пыха - давай, мол, излагай первым... Интересно, что он придумает? Небось, не каждый день такие предложения.
   - Может, медаль? - неуверенно говорит Пых. - "За оборону Коридона", второй... нет, первой степени! - будто преодолевая природную застенчивость, поправляется он, задумывается ещё на секунду, расплывается вдруг в блаженной улыбке и добавляет: - С бантом!
   - Может, всё-таки возьмёшь без банта? - ехидно интересуется Ждущая.
   Пых принимает суровый вид, гордо вздёргивает подбородок... но ответить не успевает - пеструха взмывает в воздух и планирует ему на голову.
   - Нахал! Нахал! - кудахчет она и молотит Пыха крыльями.
  
   - Нахал ты, Пых! Всё мясо сожрал! Хоть бы пару кусков командиру оставил.
   - Ну чего ты, Арма... Сейчас в Коровник сбегаю и принесу.
   - Принесу, принесу... Его ещё жарить надо.
   Вот и хорошо... Пусть жарят... Я переворачиваюсь на другой бок и накрываю голову подушкой.
  
  23.12.2007
Оценка: 7.00*3  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Джейн "Чертоги разума. Книга 1. Изгнанник "(Антиутопия) Д.Маш "Золушка и демон"(Любовное фэнтези) Д.Дэвлин, "Особенности содержания небожителей"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Чарская "В плену его демонов"(Боевое фэнтези) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"