Белая Елена Михайловна: другие произведения.

Тайна моего дома. Ч.2. Дорога от себя

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:


Оценка: 8.15*15  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    ОБЩИЙ ФАЙЛ. Не вычитан. Главы с 16-27 полностью.
    > КЛИП ВОССТАНОВИЛИ! Спасибо большое за него Танечке (AнSa). Тыкать сюда
    Клип на книгу



   Глава 16.
   Утро, или уже скорее день, я встретила одна в большой постели. Судя по вмятине на соседней подушке, Райн не куролесил до рассвета, погрязнув в разгуле и разврате, а спал в непосредственной близости. И судя по позе, в которой я проснулась, он провел эту ночь, в моих собственнических объятиях, придавленный рядом конечностей для надежности. Конечно, оставалась надежда, что ваша покорная слуга так разметалась уже после его ухода, но подозрения в том, что она ночью столбила территорию, были слишком сильны.
   Раздался стук в дверь, и показалась очаровательная кудрявая головка молоденькой девушки в простом ситцевом платье бледно-розового цвета.
   - Доброе утро, госпожа! - с преувеличенным восторгом провозгласила та, входя в комнату с огромным подносом, полным еды. Да, я же лопну! - Ваш друг, попросил принести завтрак в номер.
   Служанка ловко расставляла тарелки, освобождая поднос. Почувствовала, как обрадовался проснувшийся желудок, когда глаза сообщили ему о прибытии обильной пищи, а нос телеграфировал об ароматах, витающих в воздухе.
   - На улице сегодня так хорошо, словно лето опять вернулось. Завтракайте скорее, да спускайтесь, там сегодня будут устраиваться бои, уже народу целая куча собралась, ставки делают. Ваш друг тоже участвует.
   - Как участвует? - я буквально уронила челюсть на грудь. У него случилось временное помутнение сознания? Ему заняться нечем, кроме как калечить себя и окружающих? Услышанное шло совершенно в разрез с моими представлениями об этом мужчине.
   - Я так поняла, что его хозяин выставил от своего имени. От такой чести не отказываются ведь, госпожа. Так что будет драться.
   - На мечах? - с замиранием сердца спросила я.
   - Да, Единый с вами! Тут большая часть и меча-то в руках не держала, так, ножичками балуются время от времени.
   - Значит, просто кулачный бой? Никаких ножей, стекол, заточек?
   - Ну, да. Понабивают друг другу морды, зубов повышибают, приз получат. Ничего страшного, госпожа, зря вы так всполошились. Интересно будет и мужчин сильных много. Ох, и повеселимся! - излучая волну неуемного оптимизма, девушка махнула мне на прощание рукой и скрылась за дверью.
   Пока я приводила себя в порядок, размышляя по какой причине Райн мог согласиться на эту глупость, в комнату вновь постучали. Оказалось, вернулся учитель. Он выглядел отдохнувшим настолько, что его частые спутники - темные круги под глазами - почти пропали. Постаралась удержать взгляд на его лице, потому что при движении вниз, тот сразу попадал на кусочек кожи, дразнящее выглядывающий из полурасстегнутой белоснежной рубашки.
   - Доброе утро, Ася, - улыбнулся маг, слегка напряженной улыбкой. Итак... все-таки эту ночь я проспала, спеленав объект моей страсти всеми доступными способами. А ну и что! За то, что я делаю во сне, ответственности не несу, мало ли кто мне там пригрезился. Может, Марко или какой-нибудь другой красавчик, вот я от радости и распоясалась.
   - Доброе, Райн. Я тут только что узнала странную новость - ты собираешься сегодня участвовать в бессмысленном мордобое?
   - Можешь дальше не продолжать, я уже понял твое отношение к предстоящему, но как ты понимаешь, подобная идея вряд ли пришла бы мне в голову. Сыч, в качестве платы за помощь, потребовал, чтобы я участвовал в боях от его имени. Когда-то у меня это неплохо получалось. Сейчас он хочет развлечь клиентов и сорвать куш в случае моего выигрыша.
   - Он настолько в тебе уверен? Ты ведь много лет не тренировался, - сказала и сразу же прикусила губу. С моей стороны было большой бестактностью сомневаться в маге, особенно после того как я не единожды видела его в сражении.
   - Он? Да, он уверен, а вот ты вижу, не особенно, - уголок губ лукаво изогнулся в ироничной усмешке. - Ну, Ася, подумаешь, поколотят меня? Ты подлечишь потом.
   - Не буду я тебя лечить и смотреть, как тебе мозги последние вышибают, тоже не буду, - меня начало бесить его несерьезное отношение к предстоящему. Словно не знает, какие последствия бывают даже у таких драк. В моей детской памяти отчетливо отпечаталась история, случайно услышанная мной в разговоре родителей. Папин знакомый, еще совсем молодой парень, возвращаясь вечером с работы, встал на защиту незнакомой девушки от уличных хулиганов. Произошла потасовка в результате которой, ему сломали нос. Все бы, возможно, нормально закончилось, ну, прожил бы жизнь с кривым носом, девушкам и такие нравятся, но так сложилось, что какая-то косточка при ударе вошла в головной мозг... Мне сложно представить, как один пропущенный удар может оборвать жизнь хорошего человека, но итог был шокирующим - кома, а спустя сутки смерть.
   - Неужели ты оставишь меня совсем без болельщиков? Ставки, итак, не в мою пользу. Я же должен знать, что хоть кто-то искренне желает мне победы, - продолжал испытывать мое терпение маг.
   - Сыч будет сидеть и искренне желать тебе победы, - буркнула я, откусывая кусочек булочки с корицей. В конце концов, все это изобилие сейчас остынет, пока мы выясняем отношения. Райн присоединился ко мне и на какое-то время разговор затих.
   - Понимаешь, я не мог отказаться... Нам сейчас срочно надо найти ребят, а, если Сыч заартачится, то эти поиски могут затянуться надолго. Пришлось соглашаться. Ты, конечно, можешь не смотреть, скажу, что приболела, но это может показаться немного подозрительным. Обычно спутницы таких ребят как я, визжат от восторга, наблюдая, как их любовники подправляют кому-нибудь физиономии. Кроме того, мне бы хотелось, чтобы ты была на виду. Когда все постояльцы будут внизу, одинокая девушка может стать непреодолимым соблазном, - на этот раз Райн был совершенно серьезен, а ко мне пришло понимание собственной глупости. Конечно, он делает это не ради хвастовства или забавы. И уж точно не для того, чтобы поволновать или разозлить меня.
   - Но я ведь могу закрыться на ключ и сидеть тихо, как мышка? - попробовала я убедить его.
   - Для многих из здешних обитателей не существует такого понятия, как запертая дверь. Даже, если я повешу охранку, подумай, сама же будешь сходить с ума от неизвестности. Захочешь, пойти глянуть на меня, ну, хоть одним глазком, а по дороге сможешь легко найти себе приключения, - оставалось только удивляться, как легко и непринужденно, этот враг мог переходить от серьезного разговора к шутовской беседе.
   - Хорошо, я спущусь вниз, но не гарантирую, что буду смотреть на это.
   - Вот и договорились, - не скрывая удовлетворения, произнес учитель. Насытившись, решила утолить свой информационный голод.
   - Скажи, а почему тебя Сыч назвал Арахном, а твоих друзей арахнидами?
   - Помнишь, я тебе говорил, что когда мы отлавливали мятежников, то создали шпионскую сеть по всей стране? Для этого мне, со своими ребятами, пришлось довольно продолжительное время жить в криминальной среде. А здесь имеет цену не столько сила, сколько вовремя добытая информация. Шутили, что я как паук сплел паутину и теперь только дергаю за ниточки, зная все самые страшные секреты этого мира.
   - Это так и было? Ты и, правда, знал всю подноготную этих людей.
   - Знал, пусть и не всю, но мог при необходимости достать нужные сведения и не боялся блефовать.
   - А что вас связывает с Сычом? О каких долгах он говорил? - снедаемая любопытством, я даже забыла, что у меня осталось еще больше половины чашки тои. Не порядок.
   - Когда-то я вывел его из-под удара. Он мог угодить на виселицу, до которой еще надо было дожить, учитывая, как близко к нему подобрались конкуренты. Но я счел, что во главе криминала лучше иметь своего вменяемого человека, с которым всегда можно найти общий язык, поэтому сделал так, что Сыч остался жив, лишился парочки самых активных недоброжелателей и точно знал, кому он всем этим обязан.
   - Скажи, а зачем ты меня со стулом вчера в комнате шарахнул на пол? Неужели нельзя было хотя бы предупредить? - высказала я затаенную обиду. Хоть синяк практически сошел на нет, но воспоминания о подаренной боли оставались довольно свежими.
   - У меня было слишком мало времени. Ты находилась на линии огня, кроме того, не хотелось, чтобы тебя эти натасканные псы использовали против меня. Не очень люблю, когда к горлу близких мне людей приставляют нож.
   - Понятно... С этим разобрались. А что с твоими арахнидами? Трое, как я поняла, погибли, - при этих словах, на лицо мага словно туча набежала, взгляд стал стальным. Не просто терять друзей, даже в таком, привычном к смерти, мире. - Сколько их осталось? Тех, на кого ты можешь положиться?
   - Пятеро точно. На счет еще четверых не могу сказать. К сожалению, время нас меняет и не всегда в лучшую сторону.
   - Насколько я понимаю, как только появятся твои друзья, нам предстоит начать поиски Себастиана?
   - Не нам, Ася! Я не теряю надежды переубедить тебя не лезть в это дело, - змеистая улыбка по тонким губам и я исчезла из реальности, меня вынесло бурлящим потоком. А что будет, если протяну руку и дотронусь пальцами до его мягкости и теплоты, а потом нырну кончиком во влажную глубину полураскрытых губ, каждой клеточкой почувствовав нежность и податливость его языка? Стоооп! Вот на этом надо остановиться... Выдохнуть и вернуться назад. К "нашим баранам".
   - А я не теряю надежды, что ты поймешь, что так будет только хуже, - констатировала я, выразительно изогнув бровь. - Лучше расскажи мне, каким образом ты создаешь эти силовые хлысты и почему раньше мне про них не рассказывал?
   - Ась, не рассказывал, потому что хоть на это уходит и не так уж много сил, но учится приходится долго. Фаеры даются во стократ легче, собрал энергию, оторвал и выбросил. Здесь же надо полностью контролировать силу, стравливая ее непрерывно мелкими дозами. У нас с тобой было слишком мало времени для обучения, да и не уверен, что тебе вообще это нужно.
   - А почему нельзя было просто с ними разобраться с помощью обычных шаров? Зачем использовал хлысты? Для спецэффектов, чтобы вдохновились увиденным? - я изобразила, как машу в воздухе невидимыми хлыстами: "Кьи-йа! Тыц-тыц!", получалось хорошо, все недруги были повержены и молили о пощаде Асю, великую и непобедимую. Занималась я этим долго и самозабвенно, опомнилась только когда, чуть не опрокинула кофейник (или у них он тойовник?), хорошо, что маг успел подхватить его.
   - Угу, исключительно из-за понтов... - я получила весьма красноречивый насмешливый взгляд, а потом мне несколько высокомерно сообщили. - Ася, использовать фаеры в маленьком закрытом помещение глупо и опасно. Кроме того, убийство одного из помощников Сыча совершенно не помогло бы нам добиться желаемого результата. Моей целью было поставить этого глупого человека на место, предварительно, хорошо проучив.
   - Скажи, а ты можешь еще что-нибудь кроме хлыстов делать?
   - Могу, - Райн загадочно улыбнулся. - Хочешь посмотреть?
   - Конечно, хочу, еще спрашиваешь!
   Вытянув меня из-за стола, Райн оттащил его в сторону, туда же последовали и стулья. Расчистив себе таким образом довольно большое пространство, маг встал по середине комнаты, слегка разведя руки в стороны. Ладони засияли боевой магией, испуская тонкие лучики, которые материализовались в воздухе на расстоянии полутора - двух метров от меня. Сначала появился тонкий огонек мерцающей свечи, он креп, разрастался, менялся.
  Из бесформенной массы появлялись изящные лепестки цветка, которые тут же сменялись лапами дикого животного и скалились острозубой пастью.
  Изображение перетекало в танцующую девушку, сворачивалось воронкой и раскрывалось падающим на пол листочком.
  Это было завораживающе прекрасно... Казалось, что мне не хватит глаз, чтобы до конца впитать синеву и глубину цвета, изящество и плавность линий изображения.
   Когда шоу закончилось, я потрясенно взглянула на мужчину.
   - Это... это..., - я не могла найти подходящих слов, чтобы выразить свое восхищение увиденным.
   - Спасибо, - опять легкий изгиб губ, добивающий меня не хуже контрольного выстрела. - Когда-нибудь я покажу тебе это ночью... в темноте...под мелодию силей. Таких маленьких поющих светлячков.
   Резко захотелось постучать головой о стенку, и лучше не своей, а райновой. Господи, ну какие светлячки? Не нужны они мне. Только ты, ночь и моя смелость, или безрассудность, а если посмотреть правде в глаза, то просто глупость.
   Поскольку в моем распоряжении имелась только походная одежда, с её выбором для предстоящего мероприятия мучиться не пришлось: остановилась на черных брюках и рубашке цвета бутылочного стекла. Любимые сапожки завершили мой незамысловатый ансамбль, коса в виде "дракончика" и ни грамма косметики. Мне казалось, что на фоне разодетых в пух и прах дамочек, я буду смотреться не выразительно, а, значит, неприметно.
   В просторных залах, не смотря на то, что развлечения были запланированы на более поздний срок, уже собирался народ. Воздух был достаточно свеж, словно весь аромат похоти и морального разложения удалось ненадолго выветрить из этих стен.
   Только сейчас у меня появилась возможность получше рассмотреть, что из себя представляет заведение Сыча. Показалось, что я перенеслась на несколько веков назад. Другая эпоха окружила меня со всех сторон, заставляя восхищаться своим великолепием. Стены, отделанные плотными тканями сливочного цвета с вышитыми на них бледно-розовыми цветами, мебель с округлыми мягкими формами, тонкими витыми ножками, поблескивающая обивкой, повторяющей мотивы на обоях. Огромные зеркала в массивных рамах, отражающие таинственный мир прошлого, статуэтки и искры света в гранях хрустальных бокалов, застывших в ожидании рук, дарующих им свое тепло. В проемах дверей - драпировки, только слегка скрывающие происходящее в других помещениях. Они словно зовут: "Подойди! Загляни! Там еще лучше!". Множество свечей разнообразной толщины и формы, терпеливо дожидающихся своего часа в изящных подсвечниках и канделябрах, начищенных до блеска педантичной служанкой.
   Невольно прислушалась. Казалось, сейчас откуда-то издалека донесутся звуки вальса из бальной залы и в комнату вбежит раскрасневшаяся после танцев кокетка, ускользающая от настойчивых ухаживаний щеголеватого франта. И вот уже чудятся роскошно одетые пары, скользящие по паркету, подчиняясь велению чаровницы-музыки и волнующей атмосфере бала, кружащиеся, смеющиеся, иллюзорно счастливые.
   Все выглядело таким живым и реальным, что все люди, заполнившие заведения Сыча в этот час, смотрелись инородными телами. Хотелось взять ластик и стереть их с картины: эти крикливые цвета, эту вульгарность и развязанность, эту напыщенность и хвастовство.
   Еще когда мы стали спускаться вниз, Райн прицепил мою руку к своему локтю, и с тех пор не отпускал. Не знаю, кому из нас это было нужнее: мне, мысленно корчившейся от брезгливости и мечтавшей вернуться назад в комнату, или ему, мрачно поглядывающему на всех, кто позволял кидать на меня любопытные взгляды. Оказалось, что при всей внешней неброскости одежды, я стала объектом пристального изучения, именно в силу того, что слишком отличалась от присутствующих здесь дам. Да и сам Райн, как боец, выставленный от хозяина, не отставал от меня. К нам подходили, интересовались, откуда мы, пытались выведать, насколько подготовлен маг к предстоящему мордобою, даже строили глазки. Не мне разумеется.
   Через пару часов такого времяпрепровождения, я уже была готова кого-нибудь покусать. Особенно вот ту рыжую стервь с необъятным декольте (и совсем я не комплексую по поводу своего полноценного второго, вам показалось), игриво посматривающую в сторону моего мужчины в перерывах между потреблением местного варианта шампанского с милым названием "Хохотушка". Мне его отказались давать на пробу, мотивировав тем, что я не совсем благонадежна, когда не трезва, и что Кан-Кан здесь будет лишним, достаточно будет вечернего шоу с участием Райна.
   Получив ощутимую "оплеуху" в свой адрес, потащила учителя поближе к другому утешению обиженной женщины, туда, где в основном зале для гостей был накрыт шведский стол, поражавший не только роскошной сервировкой, но и разнообразием блюд. Думаете, меня остановило то обстоятельство, что недавно мной был съеден довольно плотный завтрак, отнюдь. Расстроенная и слегка приревновавшая Ася (хотя, надо признаться, ревновать к подобной особе было верхом глупости, да и Райн вел себя просто идеально, мужественно игнорируя бомбардировку томными взглядами) способна и не на такие подвиги!
   Увлеченная восхитительным канапе, не сразу заметила пристальный взгляд через всю комнату. Он был уже не молод, седина на висках, трость и легкое прихрамывание, и жутко породистое лицо. Такое не могут испортить ни разгульный образ жизни, ни морщины, ни годы. Аристократ до мозга костей, в каждом движении, наклоне головы, позе, и это совершенно не наиграно. Поймав в моих глазах недоумение: "Чем обязана?", величаво кивнули и послали холодную вежливую улыбку. Автоматически кивнула, за что получила легкую ухмылку в ответ. Это человек во мне вызывал странные эмоции: одновременно притягивал, гипнотизировал и вызывал отторжение. Он был явно из плохих парней, из оооочень плохих парней, но его отрицательное обаяние било наповал даже на таком расстоянии. Возможно, мои размышления слишком явно отразились на лице, потому что ухмылка стала более выразительной, к ней теперь еще добавилась смоляная бровь, приподнятая в немом вопросе: "Нравлюсь?". Изобразив полное равнодушие, посмотрела, не мигая, в это красивое, наглое лицо: "Еще не решила". Рассмеялся, блеснув идеальными зубами (порода, итить!).
   Сбоку раздалось тихое покашливание, это Райн дипломатично напоминал о своем существовании. Он не мог не заметить наше невербальное общение с незнакомцем, но свое отношение к этому никак не обозначил, а просто откусил от маленького бутерброда кусочек. Вчерашнее наваждение нахлынуло на меня с новой силой. Становлюсь эротоманкой. Розовая влажность губ, захватывающая кусочек хлеба с икринками, втягивающая его в себя, прячущая от меня какую-то важную тайну. Все тот же острый кончик языка, проводящий по коже, проверяя, не осталось ли там золотистого солоноватого шарика. Размеренное движение челюстей и глотательное движение, заставляющее неотрывно следить за движением кадыка, спускаясь вслед за ним вниз, останавливаясь на ямке между ключицами, такой волнующей и трогательной. Чёрт! Ну, нельзя же так реагировать на простые вещи, человек всего лишь ест, а я уже готова наброситься на него, повалить на пол и прижаться к этой впадинке всем, чем можно и чем нельзя.
   Заставила себя отвернуться в ту сторону, где уже ждал требовательный взгляд: "Мы еще не закончили, малыш". Незнакомец, удерживая мое внимание, подошел к креслу и начал опускаться в него, но делал это нарочито медленно, так, чтобы я успела все хорошенько рассмотреть. Тягучее скольжение, не нарушающее графичности линий костюма, и вот он уже сидит, вальяжно раскинувшись в кресле, до неприличия широко разведя ноги в разные стороны, таким образом, что невозможно не увидеть его реакцию на происходящее. Одна рука лениво поглаживает трость, а вторая движется по бедру вверх до самого паха. И все это с усмешкой и легким прищуром темных глаз. Кровь бросается мне в лицо, громко сглатываю и оглядываюсь на мага, ища поддержки. Тот, словно не замечая происходящего, в задумчивости проводит ладонью по волосам, по слегка отросшей щетине, соскальзывает на затылок. Растирает шею, словно она затекла он неудобного положения, разминает ее в области плеч, затем, разведя руки в стороны, потягивается с грацией огромного зверя. Заворожено слежу, как распрямляется массивная грудь, как напрягаются мышцы пресса, как проступают бусинки сосков, через тонкую облегающую ткань рубашки. На кончик моего языка из недавнего прошлого возвращается ощущение твердости этих маленьких горошинок и их отзывчивости на каждое мое прикосновение. Запрещенный прием...
   Закрываю глаза и словно вижу все стороны: маленькая девочка с тарелкой в одной руке и с дурацким канапе в другой, между двух хищников, борющихся за добычу. Достаточно! С грохотом опускаю пустую тарелку на стол, так, что на меня начинают оглядываться, разворачиваюсь, и не глядя ни на кого, ухожу в соседний зал. Туда, где идет игра, где крутится рулетка, швыряются на стол карты, нервно затягиваются очередной сигаретой, жадно приникают к бокалу пересохшим ртом, бездумно рассматривая зеленое сукно. Нет ничего нового под небом, в любом из миров найдется место и время для того, чтобы подогреть свою кровь не только алкоголем, но добротным выплеском адреналина.
   Меня догнали и подхватили сзади под локти, покаянно уткнулись лбом мне в затылок: "Прости, это было не честно по отношению к тебе" - долетела до меня мысль мужчины. Молчу, в ожидании продолжения. "Я не скажу, что такое больше не повторится, но я постараюсь отстаивать свою территорию менее изощренными методами", - порадовали меня. Освободила локти из захвата и повернулась к нему: "Это какими?". "Ну, мы же неандертальцы", - Райн неожиданно присел, подхватил меня под коленки и перекинул через правое плечо, из меня только вырвался сдавленный всхлип.
   - Поэтому, вот такими! - громко сообщили моей попе, предварительно осчастливив ее напористым поглаживанием. На что я возмущенно застучала кулаками по спине нахального типа и заорала, чтобы меня поставили на место. Игнорируя мое возмущение, Райн прошагал через игральный зал, пересек главный холл заведения, сопровождаемый не только моими возмущенными криками, но и смехом, и улюлюканьем гостей. Легко взлетел по лестнице вверх, пресекая все тщетные попытки выкрутиться из захвата или, хотя бы, пнуть его посильнее в какое-нибудь особо чувствительное место. Не помог даже укус в спину, за который пришлось расплатиться громким увесистым шлепком по пятой точке.
   Вернули меня в вертикальное положение уже только непосредственно у двери в нашу комнату, в которую довольно грубовато затолкали после пары секунд сопротивления.
   - И что все это значит? - заорала я, возмущенно взирая на мага снизу вверх.
   - Тшшш..., успокойся и помолчи немного, - попросили меня, прислушиваясь к происходящему в коридоре. Невольно тоже напрягла слух, но никаких посторонних звуков не услышала.
   - Ты можешь мне объяснить, что произошло? - уже гораздо тише поинтересовалась я, пытаясь обуздать свой гнев.
   - Твои переглядки с этим ловеласом заметил не только я, но и окружающие, потом ты поспешно ушла, это выглядело как раскол в наших рядах, чтобы не портить версию о нашей взаимной привязанности, пришлось тащить тебя сюда, чтобы долго и плодотворно мириться.
   - Мириться? То есть, по мнению всех, мы сейчас предаемся страстному сексу? - уточнила я.
   - Ты все правильно понимаешь, умная девочка, - похвалили меня.
   - А чего это мы тогда так плохо миримся? Я не понимаю.
   - Разве плохо? - Райн подошел к кровати, и, завалившись на нее спиной, стал совершать ритмичные колебательные движения, заставляя несчастную мебель издавать характерный скрип.
   - Конечно, плохо, - возмутилась я, присоединяясь к лежащему мужчине. Мы вдвоем с еще большим усердием принялись раскачивать кровать, причем, я не выдержала и издала громкий протяжный стон. Маг завис на несколько секунд, но, все же, продолжил начатый процесс. Мне стало смешно и для того, чтобы кое-кто оставался в тонусе, простонала еще пару раз с особенным горловым звуком. Ответом мне была долгая тишина. Скосила глаза в бок... лежит, гадости, наверно, всякие обо мне думает. В голове уже зашевелились всякие мыслишки, когда над ухом выдохнули, потоком воздуха снося на лицо, выбившиеся из косы в процессе яростного сопротивления, прядки.
   - Ась, ты знаешь, я долго думал... В общем, тогда в пещере... я кое-что забыл сделать или... вернее, сделал не правильно... - сбивчиво произнес мужчина, садясь.
   - О чем ты говоришь? - приподнялась вслед за ним, чувствуя, как разгоняется мое сердце, в предчувствии чего-то непонятного, но такого волнующего.
   - Вот об этом...
   Прозрачные глаза оказались вдруг так близко, что захотелось зажмуриться... Мое лицо взяли в плен, с нажимом провели большим пальцем по излучине губ, чуть сминая их. Тающий лед в тени бархатных ресниц лишил возможности к сопротивлению, стер слова протеста, выпил мою душу до самого донышка. А потом...
   ...Он был лёгкий, едва ощутимый. Он звал за собой, манил, открывая новую Вселенную, которая, казалось, была создана исключительно для меня. Это был поцелуй-встреча, поцелуй-узнавание.
   - Ты?
   - Я.
   - Моя!
   - Мой!
   - Я ждал.
   - Ждала.
   - Всю жизнь.
   - Целую вечность.
   - Не уходи.
   - Останусь.
   - Забирай всё.
   - Отдам всё.
   - Мы...
   - Вместе...
   Выныриваю на поверхность из жгучего омута за глотком воздуха и потрясенно смотрю на мужчину. Райн же выглядит не столько потрясенным, сколько крайне озадаченным. Словно подозревает, что все произошедшее не случайность, а дело рук какого-то проказливого волшебника. Обман, иллюзия, морок!
   "Тууук, тууук, тууук!". И мне уже верится, что всего несколько ударов сердца отделяет тот плавящийся голубой лед от этого... от этих глаз, уже подернувшихся тонкой корочкой инея, искрящихся морозным узором на окнах.
   Отдаляешься... словно весна мне только почудилась.
   Первым отмирает Райн: встает, подходит к окну, и опираясь руками на подоконник, невидяще смотрит вдаль. А я остаюсь там, за тем поворотом сюжета, потерянная, разочарованная, в бесплодных попытках осознать случившееся.
   Может, это было новое путешествие за Грань, в Страну потерянных возможностей и несбывшихся желаний? Даже если так... Чувствовал ли ты хоть на один краткий вздох тоже самое, что ощущала я, утопая в ласке твоих губ? Был ли ты со мной там - на изнанке миров? Слышал ли как разговаривали наши сердца? Твоя спина безмолвствовала, не давая мне ни одной зацепки, ни одного маломальского намека, словно и сама не знала ответа на этот вопрос.
   Ты чертовски прав, Райн! Ты тогда все сделал не правильно, слишком поторопился. Разве можно было сравнить прошедшее, с только что отзвучавшим моментом? Невозможно... Только сейчас я поняла, что там в пещере царили только огромное желание и бесконечная жажда, а здесь звучала песня наших душ. Тогда мы только брали, вырывая друг у друга кусочки жизни, эмоций, страсти. Сейчас же отдавали, дарили.
   Стало зябко, зубы начали выбивать барабанную дробь. Ну, чего ты нервничаешь, Ася? Все повторится точь-в-точь, как тогда - молчание, неловкость и стена между нами. Ты мальчик Кай, с льдинкой не только в глазах, но и в сердце, или просто я - не твоя Герда?
   Выйти из сложной ситуации нам помог настойчивый стук.
   - Господин Райн, вас хозяин зовет вниз, скоро начнется представление, - сообщил приглушенный девичий голосок из-за двери.
   - Сейчас спущусь, - ответил маг, чуть громче, чем необходимо. Затем подошел ко мне и протянул руку, предлагая свою помощь. - Ты готова? Пойдем.
   Поднять голову и посмотреть в глаза, что бы вновь увидеть в них холодность и отстраненность, не хватило смелости. Молилась только об одном, чтобы он не заметил, как подрагивают мои холодные пальцы в его ладони.
   Мы уже почти спустились вниз, когда Райн остановился на нижней ступеньке и, повернувшись ко мне, сказал:
   -Улыбайся! Что бы ни случилось.
   Не знаю, была ли моя гримаса похожа на улыбку, но я сделала для этого все и даже больше, потому что он попросил.
   К этому часу все приготовления уже закончились. Практически над всей территорией двора было натянуто громадное полотнище светлой ткани, выполняющее роль тента, чтобы свет Ома и Омы не мешал зрителям наблюдать за ходом борьбы. По всему периметру стояли многочисленные столы и стулья, оставляя свободной только самую середину, где и располагалось непосредственно ристалище. Практически все места уже были заняты нарядными джентльменами, предвкушающими новые острые впечатления, и их спутницами, не уступавшими мужчинам ни в помпезности гардероба, ни в желании хорошо провести время. Вокруг царила атмосфера всеобщего веселья и азарта.
   Мы остановились и, не сговариваясь, посмотрели друг на друга. Мне плохо удавалось скрыть свою нервозность и волнение. Райн внешне выглядел совершенно невозмутимым, словно для него было обычным делом выйти и настучать по физиономии парочке амбалов. А то, что его противники будут таковыми, сомневаться не приходилось. На импровизированную арену уже вышли участники первого боя, которых приветствовали громкими ободряющими криками и улюлюканьем. Те кланялись, демонстрируя накачанные бицепсы, и под всеобщее одобрение выкрикивали гадости в адрес соперника. Причем делали это столь виртуозно, что было не совсем понятно в чем же они будут соревноваться: в силе мышц или острословии.
   - Не переживай, все будет хорошо, - ободрил меня учитель. Протянув руку, он провел костяшками пальцев по моей щеке с такой трогательной нежностью, что я на мгновение позабыла, что это всего лишь игра на публику. Захотелось прижаться еще сильнее и потереться, как кошка об руку любимого хозяина. - Я договорился, ты будешь сидеть за столиком Сыча, он проследит, чтобы тебя никто не обидел за время моего отсутствия.
   Райн наклонился и коснулся моего виска, практически невесомым поцелуем. Сглотнула, но так и не смогла ничего сказать в ответ, только согласно кивнула, продолжая тянуть вымученную улыбку. Мне показали нужное направление, где уже восседал хозяин заведения со своим палкообразным заместителем и парочкой телохранителей за спиной. Краснолицый, который нам уже не друг, отсутствовал в виду временной нетрудоспособности. И только я повернулась, чтобы пройти на свое место, как получила звонкий хлопок по попе с целью придания дополнительного ускорения. Блииин! Опять! Далась ему моя пятая точка, как-то он к ней неровно дышит по ходу. Обернулась с круглыми глазами, негодуя и торопясь выразить возмущение, но он стоял такой... родной, озорной и растрепанный, что пришлось проглотить все резкие слова, которые готовы были сорваться с языка. Райн дунул на челку, прогоняя ее с глаз, и заговорщицки подмигнул, возвращая мне проказливого мальчишку из моего давнего сна. На него такого невозможно было ругаться.
   Показала ему кулак и пошла занимать место, тем более, что данное предприятие как раз провозглашали открытым. Урааа! Товарищи! Тьфу...
   Сыч поприветствовал меня довольной улыбкой и жестом предложил занять свободный стул рядом с ним. И чего это он так радуется? Видимо, немало денежек поставил на кон и планирует сегодня хорошо поживиться за счет моего мага.
   Первый бой я честно отсмотрела, пытаясь понять, по каким правилам проходит спарринг. Как выяснилось ни по каким. Разрешено было все, что не запрещено, кроме магии и колюще-режущего оружия. Противники, царапались, кусались, щипались, кидались песком, пытались выдавить глаза. В общем, уличная драка, только без подручных средств.
   Надо отметить, что раньше я на подобные вещи вообще смотреть не могла, при любом проявлении насилия на меня словно накатывало некое оцепенение, шлепало по голове тяжелым пыльным мешком и заставляло тихо уплывать в область чистого сознания. Думаю, причина такой реакции заключалась в том, что когда Андрей Райх начал регулярно устраивать побои, единственным методом моей борьбы с этой нестерпимой болью стал мысленный уход из реальности. Словно, я - это я, а мое тело - это нечто отдельное, и что там с ним творится в данный момент, бееез понятия. Может быть, именно это обстоятельство помогло мне сохранить относительно здоровую психику, не сломаться, превратившись в законченную жертву.
   Но сейчас, глядя на все происходящее на моих глазах, становилось понятно, что после событий последних месяцев, многое изменилось. Я не начала ловить кайф от подобных вещей, меня не подхватывала адреналиновая река, не накрывало волной азарта, но я, по крайней мере, оставалась в своем теле, четко понимая ситуацию. Думаю, что это ощутимый шаг вперед, просто шажище целый.
   Прошло уже пять спаррингов, когда объявили выход Райна. Я вцепилась двумя руками в сидение стула, напряженно ожидая его появления. Он вышел голый по пояс, без обуви, в одних широких брюках. Сосредоточенный взгляд, расслабленное тело, плавные движения. С волнением отыскала глазами его противника и чуть не подавилась. Это что? Шутка такая? Да он же больше Райна в полтора раза и тяжелее, наверно, на центнер! Повернулась к Сычу и заметила его взгляд, сияющий каким-то болезненным светом. Он специально так подстроил! Он хотел, чтобы Райна заломали здесь на этом ринге, при всех, и денег ему не жалко, так хочется увидеть унижение сильного человека. Когда-то этому старику пришлось пройти через нечто подобное и столько лет жить, зная, что кому-то обязан. В нем это копилось годами, он почувствовал облегчение, когда маг исчез, но все вернулось на круги своя... И вот сейчас он предвкушал свой триумф, с совершенно безумным видом.
   Я напряглась, активизируя источник, черт с ним, пусть хоть весь мир узнает о моей силе, но я не дам его убить!
   Не успела я вытянуть хотя бы капельку силы, как почувствовала нечто холодное острое у своего горла.  Это нечто не давало мне возможности для маневра. Как только я пыталась изменить положение тела или хотя бы поднять руку, меня довольно настойчиво начинали резать. Почему-то вспомнился обезглавленный петух, в бешеном ритме нарезающий круги по деревенскому подворью, до тех пор, пока остатки крови не выплескиваются на землю.
  Сыч, не отрываясь от  просмотра зрелища, покровительственно похлопал меня по руке:
   - Ну, ну, девочка! Не стоит мешать взрослым дядям, выяснять отношения. Если твой герой справится с Митцо, то так тому и быть. Получит почести и свою долю славы, а я отхвачу изрядный куш. Если не справится, то и тут я не в накладе. Я столько лет мечтал увидеть его у своих ног в грязи, что мне уже стало казаться, что однажды это все было. У меня и сейчас, как наяву, перед глазами стоит его искаженное страхом лицо.
   - А вот этого вы точно не дождетесь! - со злобой выплюнула я, тут же почувствовала, как ручеек крови заструился по шее. Больно же, гад ты такой!
   - Время покажет, - с мерзкой ухмылкой констатировал старик, оглядываясь на охранника, решившего укоротить меня на голову.  - Достаточно! Она все поняла, и не будет делать глупости.
  Меня отпустили, оборачиваться не было смысла, я итак запомнила эту мерзкую рожу еще со вчерашнего дня.  Руки действовали машинально: взять салфетку, аккуратно промокнуть рану, а все внимание приковано к арене. Противники закончили разминку и встали на изготовку.
Довольно комичное зрелище, если бы не присутствие там моего мужчины. Изящный, стройный Райн против огромной туши-убийцы. Этот пресловутый Митцо был сплошной грудой мышц, на его фоне маг казался чуть ли не ребенком. Я понимала, что учитель не так прост, но казалось, что такой махине можно противопоставить только магию.
   Мужчины двинулись по кругу, настороженно оглядывая друг друга. На стороне одного были ловкость, подвижность и ум, на стороне другого - сила, масса и поддержка зрителей, выкрикивающих имя здоровяка.
  Райн первым решил проверить защиту соперника. Обманный маневр, подкат и удар ногой по голени Митцо, заставили того зареветь и согнуться. Ответные пара взмахов кулачищами там, где еще секунду назад находился маг, прошили только воздух, нападавший уже за спиной туши покачивается, слегка пружиня ноги. Не дожидаясь полного разворота огромного тела, последовала серия ударов по корпусу. Но такой слой жира и мышц пробить неимоверно трудно, и в ответ летит удар, способный, наверно, свалить слона. Райн уклоняется и тот проходит по касательной. Новый удар ногой находит свою цель, и здоровяк низко наклоняется и шумно выдыхает воздух. Несколько секунд на то, чтобы перевести дух и дальше все начинает напоминать боксерский поединок. Удар, уход, блок,  удар, уклонение, удар, удар, клинч.  Митцу тяжело дышит, кажется, он не готов к затяжному бою,  скорее всего его тактика проста, как железнодорожная рельса: удар  и нокдаун, а то и сразу нокаут.  Маг выглядит довольно свежим и активно передвигается по рингу. Не убьем, так забегаем насмерть - отличная тактика! Но становится заметно, что и он не железный, когда тот все же пропускает удар в челюсть. Трясет головой, рукой касается  наливающегося багровым кровоподтека.
  Притихшие до этого момента зрители, взрываются громкими аплодисментами. Начинает твориться что-то невообразимое, они топают, освистывают мага, кричат похабные ругательства в его адрес. Затыкаю уши и мысленно умоляю: "Держись, мой хороший, только держись! Он уже на последнем издыхании, надо просто дожать!".  И ко мне долетает: "Слушаюсь, моя королева!". Удивленно таращусь на Райна, а тот выпрямляется, и улыбаясь, через боль, салютует мне рукой. Вижу, как оборачиваются на меня не менее удивленные женские лица.  Чертов позер! Его там убивать собираются, а  он  выделывается тут.
   Митцо пытаясь закрепить достигнутый успех, идет в атаку, но маг, блокировав его, подныривает вниз и резко бьет под дых, вкладывая в этот удар всю свою злость, силу и азарт. Туша застывает и начинает медленно оседать на землю. В импровизированном зале воцаряется полная тишина. Все ждут, что боец встанет и продолжит бой, но тот , кажется, совершенно иного мнения -  полностью инертная масса ровно посередине ринга с абсолютно отсутствующим лицом.
  И вздох разочарования плывет над столиками, народ прощается со своими деньгами с грустью. Райн расслаблено стоит,  наблюдая за реакцией Сыча, словно еще ничего не закончилось. Поднимаюсь из-за стола, и в гнетущей тишине мои одинокие аплодисменты разносятся гулким эхом. "Ну, же, давайте! Он это честно заслужил". Кто-то поддерживает меня, еще и еще... И вот уже все присутствующие, стоя рукоплещут победителю.
   Вижу довольную улыбку мага, но взгляд по-прежнему неотрывно следит за хозяином заведения. Тот не торопится, словно взвешивая, стоит ли доводить ситуацию до конфликта или все же выполнить данное ранее обязательство. Наконец, Сыч приподнимается из-за стола и машет Райну, приглашая подойти.
   - Наш, договор остается в силе? - интересуется учитель, присаживаясь на стул. По плотно сжатым губам можно определить, что ему с трудом даются все движения, но он ни за что не покажет свою слабость.
   - Да, - с явной неохотой соглашается старик, которому весьма болезненно дается расставание с мечтой, увидеть унижение человека, доставившего ему немало неприятных минут.
   - Тогда почему у моей девочки порез на шее и кровь? - цедит сквозь зубы Райн, продолжая сверлить собеседника взглядом. Невольно потянулась к ране, щиплет. И когда только успел разглядеть?
   - Она слишком разволновалась из-за тебя, пришлось ее удержать от неуместного вмешательства. Но Флип перестарался немного, извини, - Сыч указал в сторону охранника, стоявшего за моей спиной.
   Понимающе кивнув, маг не торопясь приподнялся из-за стола, раздалось тихое шипение развертывающейся энергетической плети (ну, прям человек-паук, не иначе), и уже через секунду незадачливый секьюрити многократно встречался головой с соседним столиком, вызывая испуганные крики гостей. Неудачные деньки выдались для парня: вчера посидел в отключке, получив здоровый синяк на лоб, сегодня стал обладателем полностью разбитого лица. Покачиваясь и утирая кровь, охранник с молчаливого согласия хозяина, удалился восвояси. Почувствовав, как к горлу подкатывает тошнота, зажала рот ладонью, не хватало еще тут декоративно выложить все поглощенные ранее канапе. "Прости, Асенька, но иначе с ними нельзя", - бархатистый голос в моей голове полон сожаления. Вяло улыбаюсь, показывая, что все понимаю.
   - И ты меня извини, Сыч, я тоже немного перестарался. Ты же знаешь, не люблю, когда трогают то, что принадлежит мне, - это очень мало походило на извинение, но старику пришлось его проглотить.
   Справившись с собой, переключила внимание на мага, оглядывая того на предмет полученных травм. Ему не светские беседы надо вести, а идти лечиться: все костяшки сбиты в кровь, отек на челюсти, синяк на плече и это только видимые повреждения. Но Райну, кажется, до этого не было никакого дела, он пытался дожать авторитета, пока представился удобный момент. Раз в этом я помочь не могу, то решила заняться собой, не зря же меня учили, заодно и попрактикуюсь, тем более что скрывать свои силы уже поздно.
   Пока я занималась самолечением (на удивление плодотворным, надо отметить), вокруг нас суетился обслуживающий персонал, убирая разбитую посуду, вытирая пострадавший столик, заново сервируя его, зрители, взволнованные развернувшимся представлением, начали приходить в себя. Постепенно их внимание переключалось к происходящему на арене - бои продолжались.
   - Как продвигается процесс решения моей маленькой проблемы? - продолжил Райн, когда мельтешение и лишние уши исчезли.
   - Думаю, что завтра у меня получится организовать вашу встречу, - сообщил старик, потупив взор. Вот только новых козней нам не хватало! Что же ты все никак не угомонишься, прохиндей ты этакий! Но мага ответ, похоже, вполне устроил, он встал из-за стола и протянул мне свою ладонь, дождавшись, когда я вручу ему себя, поставил присутствующих перед фактом:
   - Мы пойдем, приведем себя в порядок, спустимся к ужину.
   Когда мы добрались до нашей комнаты, Райн со стоном повалился на кровать и затих. Стала заметна усталость и неважное физическое состояние. Присела рядом, готовясь к оказанию первой медицинской помощи.
   - Я вижу, что ты со своим порезом хорошо справилась, - констатировал маг, не открывая глаз.
   - Да, вроде удачно получилось, - я была горда собой, и скрывать это не собиралась. - Давай теперь займусь тобой, только скажи с чего начинать?
   - Руки, плечо. Челюсть оставь напоследок, чтобы я получше запомнил свою собственную глупость.
   - Да уж, знатно тебе досталось, думала, не устоишь на ногах, - поделилась я впечатлениями, направляя целительные зеленые лучики к разбитым в кровь костяшкам. Регенерация тканей шла медленно, но верно.
   - Я и сам думал, что не устою. Хорошо он мне двинул! - мужчина изобразил удар рукой и тихонько охнул от боли.
   - Лежи, не дергайся, а то мешаешь лечению, - с напускной строгостью произнесла, сурово нахмурив брови.
   - Да, доктор, слушаюсь, доктор! - поднял вверх свободную руку, изображая, что сдаются на мою милость, скорчил забавную рожицу и вновь охнул, только теперь уже от приятных ощущений в челюсти.
   Закончив с руками и плечом, перебралась поближе к лицу, поднесла ладонь, удерживая ее на расстоянии пары сантиметров от кожи. Магия заструилась весенней зеленью. Когда, поняла, что справилась с поставленной задачей, хотела убрать руку, но мне не дали. Обхватили большой, чуть шершавой ладонью и прижали к месту лечения, потом отвели в сторону, поизучали ее строение и губами коснулись чувствительного местечка, где змеятся мои линии жизни, любви и сердца. Миллионы иголочек ворвались с этим прикосновением в мою кровь, понеслись по венам, переплавляя меня в жидкое золото. Нет! Нет! Нет! Отпрянула и, вырвав руку, прижала ее к груди: "Предательница, проклятая!".
   - Нужно тебе еще что-нибудь вылечить? - спросила я, слегка севшим от волнения голосом. Лицо Райна напряглось, словно он мучительно проглатывал горькую таблетку, вставшую у него поперек горла. Неприятно, да? А ты что хотел, миленький? Мы тебя твоими же пилюлями...
   - Ну, ты там поводи надо мной руками, чтобы все наверняка зажило, - попросили меня, изучая реакцию прищуренными глазами.
   - Поводить? Вот так? - изобразила легкие поглаживания, почти касаясь голой груди мага, борясь с желанием подчиниться и воплотить наше общее желание в жизнь.
   - Да, да, можно и пониже, - последовал ответ, сопровождаемый улыбкой опытного ловеласа. Итить! Ну, до чего же хорош!
   - Ах, пониже? Здесь? А, может, здесь? Нет, лучше вот здесь. Вот, получай! - стала кулачками молотить его в район бедра, пытаясь переплавить охватившее меня возбуждение в злость, которую можно было бы выместить на наглеце.
   Райн захохотал, изогнулся, подхватывая меня под локти, и уронил прямо поверх себя. Глаза в глаза... Бесконечная минута пристального изучения, поиска чего-то тайного, скрытого в самой глубине... Я знаю, что ищу в этих омутах и не нахожу, а вот что ищешь ты? Но ты смотри, смотри и внимай! Твоей постельной игрушкой я не буду, либо ты мне отдаешь все, либо оставляй все себе. Теперь я слишком хорошо понимаю, что значит быть центром твоей Вселенной. Сегодня ты показал мне... и это было прекрасно. То, что сейчас предлагаешь мне ты, это словно стоять за стеклом, все видеть, но ни к чему не прикасаться. Я так не хочу...
   Разорвав зрительный контакт, уперлась руками в грудь мага, освобождаясь от объятий, встала и ушла в ванную, умыться и успокоиться. Задержавшись там настолько долго, насколько позволяли приличия, вернулась. Райн, уже полностью одетый, вновь изучал голубые дали за окном (что же он там все время рассматривает?) и обернулся только на звук закрываемой двери. Его глаза были полны какого-то затаенного чувства... Боли? Горечи? Разочарования? Не угадаешь...
   - Нам пора идти вниз.
   - Я готова... Ну, почти готова, - попыталась улыбнуться, непослушными губами.
   Как прошли остатки вечера, я, честно говоря, не четко помню потому, что все мои мысли сосредоточились в одной точке, там, где на мою талию (чуть ниже) легла его рука и не просто легла, а по-хозяйски так обосновалась, поглаживая, посылая пульсации удовольствия по всем нервным окончаниям. Она легла точнехонько туда, где были две небольшие ямочки, точно зная, что они там есть, что они неимоверно чуткие и отзывчивые, особенно под его пальцами. В начале, я пыталась бороться и возмущаться, но на меня строго глянули, заявили, чтобы я не портила конспирацию и вернули ладонь на прежнее место. Меня соблазняли, дразнили, доводили до верхней точки кипения, мне мстили, наконец, за мой отказ, а я боролась с собой, проигрывая по всем фронтам. Дошло до того, что, когда рука слегка удалялась, невольно тянулась за ней, сгорая от удовольствия и стыда одновременно.
   В комнату вернулась неудовлетворенная (попробуйте пару часов находится в таком состоянии!), злая и прокуренная. Хлопнув дверью, скрылась, угадайте где?
   Легла в кровать, полностью игнорируя гадкого соблазнителя, морально настраиваясь на труднейшую ночь в своей жизни, когда услышала, как кто-то кидает камушки нам в стекло. Стало любопытно, может, у меня какой поклонник обнаружился? Вот было бы здорово! А то уж больно довольная морда у этого мужичины сегодня весь вечер была, надо ее малость подкислить.
   Отодвинула занавеску и увидела в сумеречном свете фигурку мальчишки, наполовину скрытую кустами. Сзади подошел Райн, сместив меня в сторону, распахнул окно настежь.
   - Господин, велено передать, чтобы вы уходили, Сыч вас сдал. Идите в таверну "У Розы" на Кривом переулке, там вас найдут, - громко прошептал вихрастый парнишка, задрав голову, и тут же растаял в темноте зелени.
   Мы переглянулись с озабоченными выражениями на лицах.
   - А если это подстава? - озвучила я общую мысль.
   - Мы не узнаем, пока не проверим. А вот вероятность того, что Сыч, мог нас сдать, очень высока, поэтому давай-ка быстренько собираться.
   - Блииин! Только разделась... - простонала я, подхватывая одежду и скрываясь все в той же, уже набившей оскомину, ванной.
   Собрались мы просто, как бывалые солдаты по сигналу: "Тревога". Райн содрал с кровати белье и связал между собой. Это шутка? Или мы действительно, полезем через окно? Черт! Точно, еще как полезем, причем в конце придется прыгать, наше средство побега заканчивалось, не доходя до первого этажа. Кто-то ловкий и умелый, без сомнения легко преодолеет данное препятствие на пути к свободе, а вот мне предстоит полет фанеры над Парижем.
   Райн набросил на сумки защитный кокон и скинул их землю (ох, надеюсь, что там не превратилось все всмятку). Затем примотав с помощью силы простынь к столбику кровати и закрепив для надежности узел, связывающий полотнища, скинул нашу "веревку" вниз. Нам повезло, что окна комнаты выходили на маленький дворик, пустовавший в столь позднее время, иначе бы кое-кто сорвал овации второй раз за день.
   - Я полезу первым и подстрахую тебя, - предложил Райн, и я не смогла не согласиться с разумностью его доводов. Уже, когда он перелез через подоконник, раздался настойчивый стук в дверь, мы оба замерли, напряженно глядя друг на друга. Начиналось самое интересное.
  
   - Что надо? - крикнул маг, изображая недовольство тем, что нас так не вовремя потревожили.
   - Хозяин просит вас спуститься вниз, он просил передать, что появились новости по вашему делу, - порадовал нас настойчивый женский голосок.
   - Может, правда, чего-нибудь узнал? - шепотом спросила у повисшего на подоконнике мага.
   - Мог бы завтрашнего дня дождаться, ему-то не к спеху, скорее всего, выманивает из комнаты, двери-то здесь одним ударом не вышибешь, да и фактор неожиданности опять же, - так же шепотом поделился своими размышлениями учитель, и уже гораздо громче, сообщил, стоявшим в коридоре. - Ладно, передайте, сейчас оденусь и спущусь.
   Раздался звук удаляющихся шагов, и наступила тишина. Времени было совсем в обрез, поэтому Райн торопливо стал спускать по простыни вниз. Преодолев половину расстояния, скомандовал, чтобы я тоже лезла. Ох, мамочка моя! Никогда из меня не получалась знатная ползательница по канатам, даже по физкультуре в школе тройку всегда получала за это упражнение. Но выбора просто не было, поэтому легла животом на подоконник и стала сползать вниз, пытаясь руками и ногами посильнее сжимать полотнище. Первые сантиметров пятьдесят все шло просто отлично, я успела испытать чувство гордости, но оно было весьма кратковременным: ладони заскользили по ткани и, с тихим, но выразительным "Итить!" я ринулась вниз. Думаю, кое-кто успел увидеть добрую половину своей жизни, глядя на несущуюся на него, пардон, задницу. Я так точно успела попрощаться с жизнью, когда мое стремительное движение, больше напоминавшее падение, было прервано. Это вернуло меня к реальности и оторвало от размышлений на тему: а смерть от чьей-то задницы считается самой пикантной смертью или самой шокирующей? Глянула вниз, маг притормозил меня, самоотверженно подставив под мои стопы свой кулак. Спасибо, родной, я этого не забуду! Райн сделал очень выразительное лицо и, покачав головой из стороны в сторону, продолжил свой спуск. Дождавшись пока он доберется почти до края нашей чудной веревки, тоже двинулась за ним. Если что, надеюсь, меня опять стопорнут.
   И вот он самый волнительный момент - прыжок на землю. Раз, и мужчина, сгруппировавшись, приземляется на мощеную поверхность двора. Вроде цел, насколько я могу судить, болтаясь между небом и землей.
   - Ася, ты можешь спуститься еще ниже и повиснуть на руках?
   - Не знаю, - прокряхтела в ответ, пытаясь выполнить поставленную задачу. Внизу печально вздохнули, и я почувствовала движение силы. Две синие плети взвились в воздух, охватывая меня за талию, о чем свидетельствовало легкое жжение, пронизывающее кожу даже через одежду. Не так уж это и приятно, словно ток малой мощности через тебя пропускают. Меня потянули вниз, но руки никак не желали отпускать единственную доступную мне в тот момент опору - простынь.
   - Да отпусти ты уже ее, Ася! - возмутились снизу, устав бороться со мной. Отпустить оказалось очень трудно, но я справилась, после чего была бережно поставлена на твердую почву. И почему он раньше не использовал эти плеточки, это же просто незаменимая в хозяйстве вещь! Только собралась с духом, чтобы излить на моего спасителя слова благодарности, как наверху раздался страшный грохот, кажется, нашу дверь брали приступом. Не сговариваясь, рванули в сторону конюшни, маг, умудрился еще подхватить валявшиеся на земле сумки. К счастью, конюшня почти не охранялась. Почти - это тучный детина, сладко похрапывающий на стожке сена, полностью игнорируя наше вторжение.
   Арсы, уже взволнованно фыркали, чувствуя присутствие хозяев и их эмоциональное состояние, готовые поддержать нас в любом начинании. Изя потрогал мою щеку бархатными губами, стараясь не задеть меня своим острым носом. "Да, дорогой! Опять приключения, мы без них не можем, или они без нас".
   Успели вывести оседланных арсов во двор, Райн вскочил в седло, когда раздался крик: "Вот они! Уходят!". Я растерянно оглянулась, увидев, как из дверей гостиницы вываливает толпа солдат в одинаково черных одеждах с мечами наголо.
   На Изю закорячиться я уже не успеваю, понимание этого прошибает меня холодным потом.
   - Руку! - орет Райн, и, хватая за автоматически протянутую руку, закидывает меня себе за спину. Я всем телом врезаюсь в спину мага, чувствуя, как пронзает острой болью потянутые мышцы, спину и грудь, едва успеваю уцепиться за него, как арс, срывается с места. Если бы меня не продолжали удерживать, то от этого рывка я бы, наверно, грохнулась обратно на мостовую.
   Защитный кокон райновой силы, окутывает наши спаянные фигуры. А вот это очень вовремя! Чувствую как рассекает воздух чей-то меч буквально в нескольких сантиметрах от моей ноги, хвост Летящего сносит нападавшего в сторону, прыжок вправо, еще прыжок (если не упаду, то точно стошнит!) и вот мы уже у распахнутых ворот. Так вам и надо! Лопухнулись, не закрыли? Так получайте!
   Мы несемся по пустынным ночным улицам Маравы, болтаюсь сзади как... В общем, болтаюсь. Все ноет немилосердно, терплю, сжав зубы. Когда вам скажут, что скакать с кем-то на лошади - это романтично, не верьте, вранье все это! Следующая мысль, заставляет меня испугаться, хотя сильнее пугаться уже, кажется, некуда: Изя остался там! Мысленно пытаюсь нащупать сознание своего коняшки, тот отзывается только, когда я нахожусь уже на грани истерики. Оказывается, ушлый коняга, воспользовавшись тем, что все внимание нападавших было сосредоточено на нас, улизнул в заднюю калитку, открыв зубами щеколду. Даю ему команду догонять нас и расслабляюсь, обняв мага двумя руками. Погони не слышно, то ли нам удалось оторваться, то ли знание учителем этих мест, сыграло на руку и нам удалось затеряться среди мелких грязных улочек окраин столицы.
   Скачка постепенно замедляется и вот уже мы довольно чинно продолжаем свой путь, изображая припозднившихся горожан. Поворачиваю голову на перестук копыт, гулким эхом звучащий в тишине соседней улочки, опасаясь увидеть преследователей, но это мой Изя. Арс радостно трется боком о Летящего, значительно сдвигая того с выбранной траектории движения. Тоже мне, собачонка нашлась. Мысль перебраться на своего коника, отметается мной как невозможная, кажется, что меня с этого места сможет сдвинуть только бульдозер. Ну, или Райн.
   Какое-то время кружим по городу, словно проверяя, нет ли слежки. На одном из перекрестков нам заступают дорогу несколько темных личностей разбойничьей наружности с весьма определенными намерениями. Однако, материализовавшийся на ладони мага синий фаер, убеждает их подождать кого-нибудь другого для более тесного знакомства.
   - Долго еще? - наконец, не выдерживаю я.
   - Вот за тем поворотом начинается Кривой переулок, только к "Розе" сначала пойду я один, - пресек все возможные протесты маг.
   Остановились недалеко от гостиницы, которая имела довольно обшарпанный и затрапезный вид. Но было бы странно, если бы в подобном месте блистал огнями фешенебельный пятизвездочный отель, не так ли? Вопреки ожиданиям, у меня получилось самостоятельно сползти с Летящего. Но ноги так и грозили остаться на ширине плеч и в полусогнутом положении, а тело, возмущенное столь грубым обращением, отзывалось глухою болью на каждую попытку что-либо изменить.
   - Значит, так... Одеваешь щиты и стоишь здесь с арсами, ждешь моего возвращения, если через пол часа я не выйду, достаешь визитку, которую получила от Скользящей и, не пытаясь узнать что со мной произошло, едешь туда, куда она тебя приведет. Там уже в более спокойной обстановке обдумываешь все, связываешься с Валом, а вместе вы уже решите как действовать дальше. Кроме того, я успею подать сигнал Лессу, он тоже тебе поможет, ну, и возможно, мне. Прошу только об одном, не бросайся меня спасать, чтобы не произошло сейчас, - Райн, пристально смотрит мне в глаза, а потом с силой прижимается к моим губам своими губами в коротком поцелуе. Я не успеваю даже понять происходящее, как он исчезает за воротами гостиницы и до меня только долетает: "Щиты!"
   И вот уже двадцать минут полная тишина и только мои зубы выбивают барабанную дрожь. Начинаю замерзать, нервы тоже ни к черту. Надо было идти с ним, так бы хоть знала, что происходит. Разве есть что-то хуже, чем ждать, мучаясь от неизвестности и надуманных страхов?
   Слышу, как хлопает дверь, напряженно жду, когда покажется человек, дробно выстукивающий каблуками сапог по булыжной мостовой. Уффф... выдыхаю. Удивительно счастливая физиономия Райна, говорит о том, что наконец-то нам повезло.
   - Ну, и чего ты так долго? Я тут чуть не умерла от беспокойства, - ворчу я, старательно хмуря брови, чтобы не разулыбаться тому в ответ.
   - Пока выяснили отношения, - и маг, морщась, поглаживает правую скулу на которой, почти незаметный в сумраке ночи, темнеет очередной синяк. Господи, вот ведь собирает всякую бяку где ни попадя, портит итак не слишком очаровательную наружность! - Пока, придумал вводную для нас.
   - И кто же мы теперь? Отец с дочерью?
   - Ой-ой-ой, я не так уж плохо сохранился, дорогая, чтобы быть тебе отцом. На этот раз тебе повезло больше. Поздравляю, Ася, мы только что стали мужем и женой! - обрадовали меня, натягивая на мой безымянный палец тоненький ободок витого кольца, идеально подходящий мне по размеру.
   - А ты не поторопился, дорогой? Где же белое платье, шампанское, гости? - про брачную ночь решила разумно промолчать. - Что вообще происходит, может, объяснишь нормально?
   - Надоело мне все объяснять, с кольцом на пальце все просто и никаких вопросов, - зыркнул на меня Райн из-под челки. Странно как-то...
   - То есть и для твоих ребят я тоже жена? Ты же вроде говорил, что все им объяснишь? - недоумевала я, удивляясь метаморфозам в поведении друга.
   - И для моих тоже жена и вести себя будешь тоже как жена, - сообщили мне в приказном порядке. Да, что это такое с ним? Словно подменили мне мужика у этой "Розы".
   - А если я буду очень строптивая жена?
   - Значит, я буду очень строгим мужем. И учти, у нас на Лидии, после свадьбы все права на жену передаются мужу, в том числе обязанность наказывать за строптивость.
   - Ничего себе! Я чего-то резко передумала быть твоей женой, - с этими словами попыталась стащить кольцо обратно, но то стояло, как влитое, и менять свое местоположение не планировало.
   - Ася, ну, хватит уже! Пошли, а то вон руки совсем ледяными стали, замерзнешь, заболеешь еще, - меня начали подталкивать в сторону раскрытых ворот.
   Поскольку сражение с кольцом закончилось явно не в мою пользу, смирилась и потопала в нужном направлении. Тем более что и, правда, замерзла, да и мыло в номерах, надеюсь, еще никто не отменял.
   Подождала, пока Райн отведет арсов в конюшню и сдаст их в руки конюха, чтобы вместе зайти в очередное злачное место. Маг обнял меня, прижав поближе к себе, вторая рука была занята сумками. Кажется мы готовы к очередному витку наших приключений.
  Шагнули в освещенный проем двери и оказались в длинном узком коридоре. Впервые столкнувшись с подобной планировкой, была довольно удивлена, ведь неудобно же. Поинтересовалась у мага, на что получила ответ, что, зато удобно сдерживать натиск нападающих, малыми силами. Где-то в глубинах сознания всплыл исторический факт о горстке спартанцев, долгое время сдерживавших в узком горном перешейке целую армию завоевателей.
   Темный коридор поворачивал направо и приводил нас в небольшой хорошо освещенный зал всего с пятью столами, причем занят был только один. Зато кем...
   Ну, что за мир такой? У себя дома надо все ноги стоптать, и то не факт, что увидишь явно привлекательного индивида, а тут, куда ни плюнь... И объясните мне, пожалуйста, если мне на пути попадаются одни красавцы, то, как меня угораздило влюбиться в такую противоречивую личность как Райн?
   Сидящий за столом мужчина выглядел просто как бог, атлетическое телосложение, золотистые кудри, модельное лицо, чарующая улыбка, наглый взгляд. Он знал, какое влияние оказывает на женщин и пользовался этим на полную катушку. И именно это, с первых же минут, оттолкнуло меня от него. Проходили уже это, знаем, считайте, что у меня иммунитет. Почувствовала, как сжалась на моей талии рука мага. Это из-за этого красавчика ты так разволновался, что кольцо мне на палец водрузил? Стало немного смешно и очень приятно. Кажется, меня ревновали. Урааааа!
   Рядом с очаровашкой, задумчиво изучал содержимое своей тарелки еще один здоровяк, но уже изрядно в летах. Белоснежные от седины волосы, глубокие морщины на когда-то привлекательном лице, огромные ладони, в которых как-то особенно трогательно смотрелась маленькая чашка. Увидев нас, седовласый искренне улыбнулся, отчего вокруг рта залегли особенно выразительные морщинки. Двое его товарищей, сидящих к нам спиной, как по команде обернулись. Двойняшки, копирующие друг друга в каждом жесте и каждой эмоции, словно отражения в зеркалах. Они уже были не молоды, но никто бы не посмел сказать, что они находятся на закате своего пути. Невысокие, изящные по телосложению, с тонкими чертами лица, с длинными русыми волосами, по бокам заплетенными в косички, невольно напомнили мне Лесса, неужели и здесь эльфы отметились?
   Райн подтолкнул меня вперед, выставляя на всеобщее обозрение:
   - А это моя Ася, знакомьтесь!
   Мужчины дружненько скользнули взглядами по моему лицу, спустились по руке, оценили колечко, недавно водруженное на мой палец, и переглянулись. Кажется, эти парни в курсе, что некоторых из прибывших, дома ожидает Аматис, иначе, как еще можно истолковать крайнюю степень удивления, застывшую на их лицах.
   - Здравствуйте, Ася, - поприветствовал меня полубог (или он был богом?), выходя из-за стола. Он сграбастал мою конечность и припал к ней в долгом поцелуе. Поцелуй как поцелуй, никаких особых ощущений, кроме некоторой влажности, я не почувствовала. Не отрывая губ от моей кожи, красавчик заглянул в мои глаза своими, васильково-синими. А мы и так можем? Иронично изогнула бровь и в ответ получила не менее ироничный взгляд. Вот ведь все понимает, шельмец! - Разрешите представиться, все меня знают как Артиста, для вас буду просто Артом.
   Это послужило сигналом к тому, что оставшиеся трое из постояльцев гостиницы "У Розы" подорвались со своих насиженных мест и вышли засвидетельствовать свое почтение.
   Гидеон и Ганимед - чудные имена для двойняшек. Ну, и Лунь, как вы поняли, это седовласый.
   Меня усадили за стол рядом с Райном, у которого так и не получалось расслабиться до конца. Причем, как мне казалось, причина была не в ревности, которая вполне могла мне и померещиться, а в том, что он чувствовал себя виноватым перед этими людьми за свое исчезновение. Ребята уже выразили ему свои чувства отличным ударом в челюсть и вполне успокоились, а этот горемыка все накручивал себя не по делу. Нащупала под столом руку мага и ободряюще пожала. Кривоватая улыбка скользнула по любимым губам, и ладонь сжали в благодарном рукопожатии. С противоположной стороны стола Арт закатил глаза, подшучивая над происходящим. Еще один глазастый на мою голову!
   Райн медленно, но верно оттаивал, отвечая на вопросы о его злоключениях, а я потихоньку уплывала на волнах дремы, обнаглев настолько, что пристроила свою голову на плече мага и только что слюну не пустила.
   - А девочка-то засыпает, - огласил очевидное Лунь. - Надо ее в комнату отнести.
   - Я сама могу, - пробурчала я, вставая, при этом держать глаза открытыми получалось с огромным трудом.
   - Можешь, конечно, можешь, но лучше я тебя отнесу, - сообщили мне на ухо, подхватывая на руки. - Лестница крутая, глазки спят, для чего еще тебе муж нужен?
   Я бы, конечно, могла рассказать ему, для чего мне нужен муж, но не была уверена, что меня правильно поймут и не сочтут это за приглашение, поэтому изобразила, что сплю, не могу.
   В комнате меня сгрузили на кровать, помогли снять сапоги и куртку, поцеловали в лоб с пожеланиями: "Спокойной ночи" и ушли, предусмотрительно повернув ключ в замке входной двери.
   Почувствовала ли я себя обманутой? Пожалуй, да. Но сюда так же примешивалось облегчение от того, что мне дали передышку, предусмотрительно избавив от мук "отдаться-не отдаться", хотя бы на сегодня. Как хорошо, что моя мама не подозревает, какие мысли сейчас ходят в голове ее добропорядочной дочери.

Глава 17.

   Спала я просто замечательно, а проснулась еще лучше. Комната была окутана полумраком раннего утра, отчего предметы, наполнявшие ее, теряли большую часть деталей и казались особенно громоздкими. И в этой немного загадочной атмосфере самым удивительным было то, что ощущалось прямо подо мной. Как и подозревала ранее, ночью я нагло метила территорию, опоясав горячее большое тело не только руками, но и ногами. Практически заползла на Райна, вместо подушки используя его надежное мужское плечо. В отместку чья-то бесцеремонная рука по-хозяйски располагалась где-то в районе окончания спины, все на тех же злополучных ямочках, словно у нее там гнездо.
   Грудь перед моим носом равномерно поднималась и опускалась (такая ровная, золотистого оттенка кожа, и маленькая темная родинка над ареолой соска почти рядом с моим указательным пальцем..., стоп!), что наводило на мысль, что объект моих вожделений еще спит. Следовательно, у меня был шанс кое-что изменить в позе, чтобы потом было не так неловко за поведение своего спящего тела. Первой пошла нога: приподнять, отлепив от, слегка повлажневшей в местах соприкосновения, кожи, отвести в сторону, опустить на кровать. Теперь рука...
   - Ась, ну чего ты там возишься? - хриплый ото сна голос, пробегает по спине сотней ошалевших мурашек, отзываясь в груди ритмом взволнованного сердца. Райн изгибается и свободной рукой, подхватывая под коленку, водружает мою ногу на прежнее место. - Имей совесть, дай еще хоть часик поспать!
   - Так я и даю, - удалось с трудом выдавить из себя более-менее вразумительный ответ. Вот объясните мне, почему его голос кажется верхом сексуальности, а мой звучит как старая рассохшаяся скрипка? Нет в мире справедливости.
   - Вот и умница, - пробормотали мне, зарываясь носом в лохматую макушку и засыпая. Полежала, прислушиваясь к размеренному дыханию и четкому сердцебиению мужчины и, сама не заметила, как тоже задремала.
   А проснулась в одиночестве, когда Ом или Ома заглядывали в окно, оставляя на постели тонкие золотистые лучи, в которых танцевали легкие частички пыли. У одного человека сегодня мной была выявлена еще одна необычная способность - делать все практически бесшумно и незаметно.
   Через пятнадцать минут, я уже сбегала вниз по ступенькам, ведомая требованиями желудка и любопытством. Вчера, из-за усталости, пришлось многое пропустить, но сегодня планировала наверстать упущенное. Все обнаружились, конечно, в трапезной за столом, только народу на этот раз было больше. Два стола были составлены вместе, чтобы относительно свободно разместить за ними семерых мужчин и одну девушку.
   Если бы я встретила ее на Земле, то решила бы, что она японка. Маленькая изящная фигурка гейши, затянутая с ног до головы в темно-синюю кожу какой-то неведомой твари, раскосые глаза, высокие скулы, чуть вздернутый носик, смоляные волосы, заплетенные в длинную косу. Была ли она красива? Пожалуй, на любителя, слишком уж экзотической внешностью обладала эта малышка.
   Первым меня заметил, конечно, Арт, этот золотоволосый полубог, блеснул роскошной белизной зубов и снял воображаемую шляпу, отвешивая шутовской поклон. Сидящие за столом, заметив его пантомиму, повернулись ко мне, приветствуя. Бодро поздоровалась и попыталась определить, куда можно пристроиться с целью перекусить. Райн среагировал первым, как и полагается примерному семьянину, подвинулся, освобождая место рядом с собой на широкой гладкой скамье.
   - Доброе утро, дорогая, - пропел он мне с низким обертоном, когда я заняла предложенное место, и сделал это достаточно громко, для того, чтобы услышали окружающие. Игра продолжается? - Как тебе спалось?
   - Спасибо, дорогой, очень хорошо, - поддержала я его выступление, украдкой взглянув на кольцо, которое вчера так и не сняла.
   - Не стал тебя будить, ты вчера так сильно устала, - вроде бы обычная фраза, причем абсолютно правдивая, но в устах мужчины она удивительным образом приобрела двойной смысл, заставивший меня смутиться, а мужчин за столом понимающе переглянуться.
   - Могу я получить свой завтрак? - перевела я разговор в другое русло, стремясь избавиться от чувства неловкости.
   - Конечно, можешь, милочка! - пробасили над моим ухом, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. О! На эту женщину стоило посмотреть. Пока она споро наливала мне тою, выкладывала на блюдо толстенные оладушки, исходящие жаром и щедро политые прозрачным тягучим сиропом, я бесцеремонно разглядывала ее. Вы помните детскую сказку про девочку Элли и ее пса Тотошку? Так вот там были злые волшебницы Гингема и Бастинда. И сейчас мне удалось воочию увидеть ту, что когда-то рисовало детское воображение. Огромного роста, широкоплечая, с густой медной гривой волос, сдерживаемых только атласной красной лентой, с грубыми рублеными чертами лица, с ужасным шрамом, пересекавшим всю правую щеку, в костюме индейской скво. Ух! Это было одновременно пугающе и восхитительно.
   - Я - Роза. Да, та самая, в честь кого мой папашка назвал это заведение, - предвосхищая мой вопрос, поведала та, растягивая губы в широкой добродушной улыбке, от чего щека со шрамом как-то очень комично сморщилась (и где был маг-лекарь, когда случилась эта беда?) - Попробуй, такой вкуснятины ты и на своей Земле, наверно, ни разу не пробовала.
   Роза ушла, а я обличающе уставилась на Райна. И говорят, что мужики не сплетники. Ведь всем уже все растрепал!
   Откусила кусочек пропиаренного лакомства и зажмурилась от удовольствия - хрустящее, тающее на языке, дарящее свою сочность. Как же я смогу теперь жить дальше без этих чудо-оладушек? Вспомнилась реклама, когда-то увиденная по телевизору: "... и пусть весь мир подождет!", в данном случае подписываюсь на все сто процентов. Почувствовала, как сироп стекает от уголка губ вниз. Вот ведь! Даже про приличные манеры забыла напрочь, поискала глазами салфетку, но опоздала...
   Райн подхватил стекающую капельку подушечкой пальца, всмотрелся в ее прозрачную глубину, поймал мой взгляд и, пристально глядя мне в глаза, медленно слизнул ее с кончика, смакуя эту сладость. Кажется, я только что говорила: "пусть весь мир подождет"? Забираю свои слова обратно. Весь мир должен подождать сейчас... Розовый, поблескивающий от влаги, неторопливо скользящий по папиллярному узору, исчезающий за тонкими губами со змеистой ухмылкой... язык. Тот самый, что сводил меня с ума тогда..., наверно, еще в другой жизни.
   - Ася! - вырвал меня из воспоминаний, слегка раздраженный мелодичный женский голос. Это японочка, оказывается, безуспешно пыталась привлечь мое внимание с целью познакомиться. - Я, Китти.
   Узкая длинная ладонь со слегка желтоватым отливом, протянулась ко мне через стол, сильное уверенное рукопожатие, достойное мужчины. Отказываться было грубо, пришлось пожать ее в ответ и сообщить о том, как мне приятно познакомиться, но на самом деле, сейчас мне было все равно. Мой мир сосредоточился на кончике языка этого остроносого беспринципного хищника, наслаждающегося произведенным эффектом.
   Так нельзя! Я сильная женщина, я гордая женщина, я независимая женщина. Черт... опять не помогает...
   Еще одна рука, протянутая уже через сидящего рядом Райна, с предложением знакомства. На этот раз пергаментно-белая кожа, холодные осторожные пальцы, едва уловимое прикосновение. Совершенно бесцветный человек, ни одной выразительной черты, отвернешься на секунду и уже не вспомнишь, как он выглядел, да и был ли он вообще. И имя вполне подходящее Уайт.
   - Ну, рраз все, наконец в сборре, может быть начнем уже обсуждение прредстоящего поиска? - чуть грассируя букву "р", недовольно потребовала японочка. Ого! Кажется, только что в мой огород зашвырнули пробный камушек.
   - Итак, предположительно, король должен находиться в непосредственной близости от столицы, чтобы этот козырь всегда был под рукой. Вряд ли он находится во дворце, слишком много постороннего народа, лишних ушей и глаз, - начал Райн.
   - Ну, ты же сам знаешь, что в подвалах нашего дворца прятали и не такое. Что такое один человек, если там смогла укрыться чуть ли не целая армия? - прервал его Лунь, оглядывая всю нашу компанию в поисках поддержки.
   - Не знаю. Мне кажется, что все же дворец - это слишком нагло. Зачем столько стараний, если можно один раз увезти куда-нибудь и забыть до поры до времени о нем? - встал на сторону Райна Гидеон, или это был Ганимед?
   - А я бы вот его спрятал в нудлусской крепости у южан. Так ведь Китти? Твой народ издавна промышляет воровством людей, причем концов потом вообще не найти, особенно если речь идет о милых светлокожих мальчиках, - подначивал гейшу Арт, скалясь как довольная псина.
   - Это не прромысел, а бизнес, малыш, - угрожающе прошипела та, с ненавистью глядя на мужчину. Да, тут у них целая куча подводных камней прячется! - И я бы на твоем месте уже начинала беспокоиться, милый светлокожий мальчик.
   - Девонька, зачем им уже не молодой, потасканный мужик? Меня уже не переломаешь.
   - Что-то подсказывает мне, что не молодому потасканному мужику вполне может понрравиться поза, стоя на коленях, - съехидничала женщина, изобразив приторную улыбочку.
   Арт расхохотался, наслаждаясь агрессией Китти, а я непонимающе уставилась на Райна, может, он пожелает мне объяснить подоплеку подобных шуточек. "Китти принадлежит к довольно малочисленному народу нудлуссов, который проживает на юге Лидии. Представители этого народа отличаются необыкновенной ловкостью, гибкостью, изворотливостью, то есть теми качествами, которые незаменимы для отличного вора, но больше всего они славятся как любители однополых отношений. Поговаривают, что большинство украденных мальчиков и девочек, спустя много лет, обнаруживаются именно в крепостях нудлуссов в качестве наложников и наложниц", - мысленно пояснил маг, следя за моей реакцией. "То есть Китти это..., ну типа лесбиянка?" - учитель подавил улыбку. "Вполне может быть, так что будь поосторожней с ней", - порадовали меня.
   Пока я с подозрением косилась на гейшу, спор за столом не угасал, решались организационные моменты.
   Участия в разговоре я не принимала, поскольку мало понимала лидийские реалии и вряд ли своими репликами могла вызвать что-то кроме раздражения. Прислушиваясь к обсуждению, изучала нашу разношерстную компанию. Все люди, собравшиеся здесь, были совершенно разными, по внешности, темпераменту, типу поведения: насмешливый Арт, играющий на публику, вспыльчивая, но отходчивая Китти, невозмутимые двойняшки, идеально копирующие друг друга в жестах, напористый Лунь, с командирскими замашками, незаметный, мимикрирующий Уайт и рассудительный, ироничный Райн. Что объединяло их вместе? Судя по возрасту, нудлусска и полубог на момент исчезновения мага, находились еще в нежном детском возрасте, но, раз учитель согласился на их участие в Поиске, значит, у него было достаточно оснований для того, чтобы доверять этим двоим. Остальные присутствующие, судя по всему, и были теми друзьями, на помощь которых рассчитывал Райн, только вместо пяти их оказалось четверо. Один ушел за Грань, так и не дождавшись этой встречи.
   - Итак, значит, решено. Начинаем через пару часов, долго тянуть нельзя, потому что нас ищет не только королевская Гвардия, но и люди Сыча, от которых спрятаться не в пример труднее, да и ночью толпа всадников на пустынных улицах привлечет намного больше ненужного внимания, - подвел итог обсуждения Райн и, оглядев всех, добавил. - Спасибо, что вы здесь, спасибо, что помогаете. Для меня это очень важно.
   - Мы просто не могли пропустить такую интересную заварушку, Арахн, - Арт, изобразив лицо не обремененное интеллектом, шутливо побоксировал с воздухом, невольно вызвав у всех улыбки. Он полностью оправдывал свою кличку, не упуская ни одного шанса покрасоваться перед публикой.
   Народ начал расходиться, чтобы потратить оставшееся время с наибольшей для себя пользой: кто-то ушел наверх, а кто-то решил составить компанию магу, отправившемуся в ближайшую лавку лекаря за травами, с помощью которых было значительно легче погрузиться в транс, необходимый для Поиска. Меня оставили на попечении Луня, запретив выходить на улицу во избежание казусных ситуаций. Можно подумать, я их создавала на каждом шагу! Да, и было-то всего пару раз, подумаешь, оборотень напал, да от куста побегала, с кем не бывает?
   Лунь, проводив уходящих задумчивым взглядом, достал из кармана куртки трубку и мешочек, откуда извлек что-то по внешнему виду напоминающее заварку, чем и набил свою трубку. Закурил, втягивая дым с блаженным выражением лица. Заметив мой недовольный взгляд, тут же замахал активно руками, разгоняя сизые клубы.
   - Прости, пагубная привычка, как по молодости начал дымить, так вот уже, почитай, лет семьдесят не могу с ней расстаться. И рад бы, да не могу. Хорошо хоть у сынишки ума хватило не увлекаться этой гадостью.
   - У вас есть сын? - поддержала я разговор.
   - Есть и ты его даже знаешь, - лукавая усмешка в глазах и новое облачко дыма уплывает вверх, повисая почти у самого потолка. Знаю? Попробовала прикинуть, кто может подходить на эту роль.
   - Неужели Арт?
   - Что, не сильно похож? - рассмеялся мой собеседник и тут же закашлялся, захлебнувшись дымом.
   -Вы знаете, не очень, - извиняюще развела руками.
   - Он весь в мать, такой же красавец. Она была известной наури, красивее женщины я никогда не видел. Много лет назад у нас случился страстный роман, результатом которого стало рождение ребенка. Ради меня она согласилась выносить его и родить, хотя для женщины ее профессии - это был нонсенс, у них ведь даже свой штатный лекарь имеется на подобный случай. Моя Мари любила меня так, как могла и сына любила, но отдала мне на воспитание, считая, что просто недостойна быть его матерью, - в голосе рассказчика все отчетливее проступали печальные нотки.
   - А почему она не бросила все и не ушла к вам, раз вы любили друг друга? - поинтересовалась наглая я.
   - Значит, недостаточно сильно любила... Ася, ты уже взрослая девушка, поэтому я не буду тебе объяснять, что женщина не всегда получает максимум удовольствия в постели. А выше всего ценятся такие наури, которые могут получать удовлетворение от любого мужчины, независимо от его опыта и умений. Вот поэтому многих девочек подсаживают на сатору - это такая травка, которая повышает чувствительность кожи. Когда человек находится под ее воздействием, то осязание настолько обостряется, что иногда достаточно всего нескольких прикосновений, чтобы ..., - Лунь замялся, не зная как покорректнее сказать. Было забавно наблюдать, как старательно он подбирает слова, чтобы не использовать в речи привычные грубые выражения. - Ну, в общем, ты поняла меня. Так вот, проблема в том, что к саторе быстро привыкаешь и потом уже не можешь обходиться без нее. Эта травка стоит баснословные деньги, даже заложи я свою душу, и то не смог бы ее постоянно покупать. Моя Мари оказалась в числе тех, кто не нашел в себе сил отказаться от саторы даже ради нас с сыном.
   Мы довольно долго просидели в молчании, прежде чем я собралась спросить:
   - Арт общается со своей мамой?
   - Сатора - коварная травка, она дарит не только блаженство, но и забирает жизнь. Однажды сердце Мари не выдержало и остановилось. Арту тогда было пятнадцать и, если хочешь остаться в живых, никогда не спрашивай у него, помнит ли он свою мать.
   - Почему вы мне это рассказали? - не удержалась я от вопроса.
   - Сам вот удивляюсь, наверно, становлюсь старым, сентиментальным, а в тебе есть что-то такое, что вызывает меня на откровенность. А может быть, ваша любовь с Арахном напомнила мне про то мое далекое счастье. Кто знает? - Лунь, затянулся в последний раз и отложил в сторону свою трубку.
   Наша любовь? А мы, оказывается, хорошо играем... Или все же не играем?
   - Скажите, а как вы все оказались вместе здесь? Вы такие разные, но вы вместе. Или это временно, чтобы помочь нам? - перевела я разговор в другое русло.
   - Ну, в случае с моим сыном, ты уже поняла, а вот всех остальных объединяет то, что мы друзья и это не изменят никакие годы, обиды и непонимание. Мы были нужны ему и вот мы здесь.
   - И Китти? - не скрыла я свое недоумение.
   - С ней особая история. В свое время Райн путешествовал по южным землям и оказался в одной из нудлусских крепостей. Там царят очень жестокие нравы, детей муштруют чуть ли не с младенчества, обучая их мастерству виртуозного воровства. Китти была дочерью вождя, к ней предъявлялись особые требования. Помимо обычного обучения, девочку начали подкладывать всем нужным людям. Последним ее "делом" стал твой муж. Увидев это чудо, раскрашенное косметикой практически до неузнаваемости, в прозрачном пеньюаре на голое костлявое тельце и с бездной горя в глазах, он просто сгреб ее в охапку, разгромил пол крепости и отбыл в Мараву. С тех пор девчонка в нем души не чаяла, таскалась везде за ним, как собачонка. Она очень тяжело пережила его исчезновение, если бы не Арт, то не знаю что бы с ней стало.
   - Арт?
   - Да, он сумел ее растормошить тогда. Как ты уже успела заметить у них любовь - ненависть. Вместе они находиться не могут, обязательно поцапаются, но любой из них отдаст свою жизнь за жизнь другого не задумываясь. И мне она давно уже стала дочерью.
   Из кухни выглянула Роза и позвала Луня к себе. Тот, извинившись, скрылся за дверями, там, где творилось кулинарное таинство великанши. Заняться было совершенно нечем, поэтому решила подняться в номер и разложить вещи, в спешке вчерашнего побега, кое-как засунутые в сумки.
   Минут через десять вернулся Райн и выложил на стол несколько дохленьких пучков травы. Травка ничем особым не пахла, и выглядела довольно безобидной на вид. Отмахнувшись от моих вопросов, маг вытащил из загашника небольшую ступку, и начал методично крошить туда все принесенное, в неизвестной мне пропорции. Затем был извлечен из тех же закромов пестик, и начался методичный процесс растирания растений по дну чаши. Мужчина выглядел весьма сосредоточенным, словно про себя отсчитывал сколько раз надо повести этим пестиком налево, а сколько направо. Я развалилась на кровати и наблюдала за Райном. Вот если бы на его голову надеть черный длинный колпак, понавесить вокруг лапки лягушек, сушеные внутренности каких-нибудь тварей, сгустить за окном сумерки, зажечь свечи, то происходящее приобрело бы более зловещее впечатление. А так... Словно ужин решил приготовить.
   Когда процесс подошел к концу, мне сообщили, что будут внизу у Розы, и отбыли, оставив меня маяться от безделья. И почему я не догадалась захватить сюда какую-нибудь интересную книжку?
   Долго маяться у меня не получилось, захотелось хоть одним глазком взглянуть на процесс варки чудо-снадобья, но я опоздала, мой спуск совпал с подъемом Райна наверх. Признаваться в том, что я его преследую, мне не хотелось, поэтому я гордо прошествовала вниз по лестнице, полностью игнорируя ироничную ухмылку мага. Ну, да, мне любопытно! И любому было бы любопытно, так что нечего тут ухмыляться.
   Внизу вся наша копания присутствовала почти в полном сборе, не хватало только двойняшек. Побродив между столами, засунув нос на кухню, откуда на меня сразу же зашикали (подумаешь, тоже секреты! И не нужны мне вовсе ваши тайны приготовления оладушек! Вру, конечно...), решила вернуться в комнату. Приближалось время, назначенное для начала Поиска.
   Райна опять застала у окна (вот ведь полюбились они ему), обернулся и как-то очень серьезно посмотрел на меня. Сейчас начнется...
   - Ася, я решил, что тебе лучше остаться здесь, с Розой. Вряд ли ты нам там чем-нибудь поможешь, а вот то, что это будет опасно, понятно уже сейчас.
   - Я здесь не останусь, - твердо произнесла я, глядя исподлобья. - Мы с тобой договаривались, что я участвую во всем и не надо сейчас все переигрывать.
   - Не хочу тобой рисковать. Защитить тебя я не смогу, потому что буду сосредоточен на Себастиане, понимаешь?
   - Понимаю, но я одену щиты и ничего со мной не случится. А если ты меня оставишь здесь силой, то обязательно найду способ выбраться и последую за вами в любом случае. Ты понимаешь? Я не смогу здесь сидеть, я сойду с ума!
   Текучим движением мужчина скользнул ко мне, заставляя меня отступать назад. Его шаг, мое отступление, шаг, отступление, но это не могло длиться вечно, за спиной стена, а передо мной пытливые островки тающего льда. Одна рука опирается сбоку от меня на стену, отрезая путь к побегу, пальцы другой нежно поглаживают мое лицо, очерчивая брови, глаза, линию носа, изгиб губ. Замерла, боюсь даже пошевелиться, чтобы не спугнуть то прекрасное ощущение хрупкого счастья. Ведь могу же я себе позволить хотя бы минуточку его? Пусть самообман, но такой прекрасный.
   - Моя хорошая, не могу позволить, чтобы с тобой что-то случилось. Как я потом смогу жить дальше? Пожалуйста, останься, я тебя очень прошу, - чуть хрипловатый голос, обволакивает меня, пробирается через поры прямо внутрь, к сердцу. Желанные губы медленно, словно неуверенно приближаются к моим. Но это не честно! Воспользоваться моей слабостью, моей любовью, чтобы надавить и сделать так, как он хочет. Нет!
   Откидываю руку в сторону и выбираюсь из ласкового плена.
   - Почему ты боишься? Почему все время убегаешь? - мне кажется, или я слышу отголоски горечи в бархатистом голосе?
   - Я боюсь? Да, я смелее всех самых смелых женщин. Это ты все никак не можешь разобраться со своим чувством вины, со своей неуверенностью, со своим чувством долга! Никто никого не предает, понимаешь? Пятьдесят лет прошло, целых пятьдесят лет! Думаешь, она тебя там ждет, сидя у окошечка? Да, она уже давно вышла замуж, родила детей и счастлива. А ты все мечтаешь о ней, переживаешь! - выкрикнула ему в лицо наболевшее, понимая, что причиняю боль. - Аматис, не Аматис, да какая вообще разница? Придумал себе эту дурацкую идею и теперь сам мучаешься и меня мучаешь!
   Распахнула дверь и выскочила в коридор. Сзади меня обхватили крепкие руки и прижали спиной к сильному телу. Ну, уж нет! Кольнула легким пульсаром, заставив мужчину охнуть и выпустить меня из медвежьих объятий. Отлетела в сторону и развернулась к Райну всем корпусом. Ну, что? Получил удовольствие? Я тебе не комнатная собачка, захотел - погладил, захотел - прогнал! Единственное, что у меня осталось - это гордость, и я не собираюсь с ней так легко расставаться, даже ради любимого человека.
   Оглянулась на него, растерянно стоящего посреди пустого коридора, чуть сгорбленного, с опущенными руками и губами, сжатыми в одну тоненькую нитку. Люблю! Как же сильно я тебя люблю! А следом накатило чувство сожаления о том, что не сдержалась и высказала все, что думаю. Зачем я все сказала? Кому сейчас это нужно? Кому вообще это нужно? Как всегда... не время, не место...
   - Я все равно пойду, хочешь ты этого или нет, - побольше твердости мне бы сейчас совсем не помешало.
   Райн, так же сутулясь, словно на его плечах лежит вся тяжесть моих неосторожных слов, и, опустив низко голову, скрывая под длинной челкой выражение лица, разворачивается и исчезает за дверью нашей комнаты.
   Что случилось с моим зрением? Мир вокруг начинает вздрагивать и расползаться. Смаргиваю и чувствую, как горячая слеза прочерчивает дорожку по коже. Этого еще не хватало! Сердито вытираю мокрый след тыльной стороной ладони и, громко стуча каблуками, сбегаю по лестнице вниз.
   Здесь уже чувствуется нарастающее напряжение: разговоры затихают сами собой, едва начавшись, пол меряется широкими шагами, взгляды то и дело устремляются к лестнице в ожидании мага. И, когда, наконец, слышится дробный перестук по деревянным ступеням лестницы, по залу проносится ощутимая волна облегчения.
   Райн спускается к нам с абсолютно пустым лицом и стеклянными глазами. Слегка заторможенные движения, словно он постоянно прислушивается к чему-то внутри себя, боится это спугнуть. Подходит к Луню, стоящему в оцепенении, и, проводя ладонью по его лицу, слегка улыбается одними уголками губ. Возникает ощущение, что он узнал своего друга даже в таком состоянии. Маг огибает всех кто стоит на его пути и приближается ко мне. Теперь пришла моя очередь застыть в оцепенении, глядя в эти огромные воронки зрачков, почти поглотивших всю льдистую радужку. Ладонью трепетно, едва касаясь подушечками пальцев, проводит по моему лицу, и шепчет: "Моя!", на секунду замирает, прикрыв веки, потом вдруг распахивает широко глаза и поворачивает голову в сторону коридора. Три коротких удара сердца и мужчина срывается с места, устремляясь к выходу.
   Мы, стараясь не отставать, бросаемся вслед за ним, в спешке мешая друг другу в узком пространстве. Арсы во дворе уже стоят оседланные, поэтому спустя каких-то пару минут выезжаем за ворота гостиницы, ведомые своим проводником. Главное нам его сейчас не потерять, потому что в таком состоянии он практически беззащитен, почти не воспринимает реальность, чувствуя только зов крови. Как объяснили нам утром, впадая в подобное трансовое состояние, маг начинает ощущать всех, кто связан с ним кровно. Для образования такой связи необходимо обменяться с другим человеком кровью на добровольных началах. Постойте! Но ведь у нас же не было обмена с Райном. Мою кровушку он испил для восстановления сил перед боем с лайей, и все... Обмена не было! Тогда почему он меня узнал, как и Луня, с которым был связан, как и с Себастианом узами крови? Может, сыграло роль то обстоятельство, что сознание мага долгое время присутствовало в моей голове, и мы могли контактировать посредством бабочки, до сих пор обитающей на моем предплечье в виде татушки?
   Улицы Маравы были заполнены людьми настолько, что иногда приходилось совсем останавливаться, чтобы пропустить особо настырных пешеходов, которых не пугали даже опасные хвосты наших коняшек. Тогда Райн ощутимо начинал волноваться, понукая своего арса, и, если бы не твердая рука одного из близнецов (понятия не имею которого), удерживающая Летящего, то без травм и увечий среди тех, кто периодически лез под копыта, не обошлось бы. Однако, чем дальше мы удалялись от центра, тем свободнее становилась дорога. Я немного расслабилась, пока все проходило довольно спокойно, и тут же вспомнила про щиты, которые нацепить, конечно, забыла. Итить! Я практически закончила формирование силового кокона, когда раздался громкий оклик:
   - А ну, стоять! - на перекресток выезжал небольшой отряд стражников в полном боевом облачении, во главе которого гордо восседал на черногривой коняшке усатый дядька, счастливый обладатель роскошного пивного брюшка. В униформу пузо никак помещаться не желало, рвалось на свободу и вполне успешно, о чем свидетельствовали пустая петелька и пуговица, сиротливо повисшая рядом на тоненькой ниточке.
   - Кто такие будете? - втягивая живот и распрямляя плечи, строго произнес стражник. Но ответить ему не успели, потому что Райн, совершенно игнорируя происходящее, попытался повернуть Летящего для того, чтобы объехать внезапно возникшую преграду. Взгляды представителей закона скрестились на безучастном лице мага.
   - А с этим что случилось? Чего у него с глазами? - поинтересовался глава стражников, подозрительно глядя на Райна. Ох! Надо что-то делать... Видимо, не мне одной пришла в голову подобная мысль, потому что Арт, выехал из-за спины Луня и громко запричитал:
   - Ну, что ж вы за люди-то такие? Видите, беда с нашим хозяином, совсем умом тронулся, не разговаривает, никого вокруг не узнает, только все рвется куда-то ехать. Не иначе порчу на него навели!
   - Порчу? - усатый продолжал вглядываться в лицо Райна, словно силясь что-то вспомнить. А вот в этом нет никакой необходимости!
   - Господа, - вступил в разговор белесый Уайт, прямо на глазах преображаясь. Откуда-то появилась гордая стать, щеки заалели каким-то болезненным румянцем, и начало подергиваться правое веко. - Я - лечащий врач господина Таравиэра и у меня есть подозрение, что в нашем деле любое промедление может быть смерти подобно. Еще вчера мой господин хорошо себя чувствовал, потом весь покраснел, начали подергиваться все мышцы на лице и вот сегодня он стал таким, совершенно невменяемым, понимаете?
   Кажется, стражники начинали понимать, чему в немалой степени способствовала щека Уайта, задергавшаяся вслед за глазом. Выглядело это довольно отталкивающе, а в контексте рассказанной истории, так вообще ужасающе. Доблестная стража невольно отпрянула от нашей честной компании, и, кажется, даже задержала дыхание.
   - Не будете ли вы столь любезны пропустить нас, чтобы смогли как можно быстрее добраться до лекаря-мага. Очень бы не хотелось, чтобы эта загадочная болезнь охватила весь город. Вы ведь меня понимаете? - чеканил слова Уайт, продолжая гримасничать. Стражники пятились назад, а мужчина напирал на них, постепенно расчищая нам дорогу.
   Райн первым сорвался с места, нам оставалось только последовать за ним, оставляя за спиной оторопевших от подобной наглости людей короля. То ли замешательство было слишком сильным, то ли страх заразиться неведомой хворью перевесил чувство долга, но нас больше не пытались задержать.
Вот уже исчезли за горизонтом последние дома города, впереди вилась среди холмов, широкая проселочная дорога, уводящая нас дальше на юг. Часа через полтора быстрой скачки, мы въехали в маленькую деревеньку, где маг  притормозил Летящего около довольно покосившегося домика. Райн слез с арса и принюхался. Мы все синхронно повторили за ним.  Ничем особенным не пахло, обычные деревенские запахи прелой земли, увядающей растительности. Маг обошел вокруг давно заброшенного дома, потрогал руками посеревшие от времени бревна, поросшие мхом, затем вернулся обратно к Летящему и вскочил в седло, направив арса в сторону холмов, видневшихся вдалеке.  
   Когда мы  подъехали к ним ближе, то невольно залюбовались открывшимся видом: величественный замок с точеными башенками и стрельчатыми окнами, словно вросший в основание одного из холмов. Замок внешне производил впечатление покинутого своими обитателями, слишком уж тихо было вокруг, никто не выходил нам на встречу,  не пытался задержать или, наоборот,  гостеприимно пригласить внутрь. Вслед за Райном мы спешились, мужчины достали оружие, Ганимед и Гидеон засветили синие огненные шары, размером значительно уступавшие  тем, которые мог создавать учитель. Вот и нашлись обещанные маги, но это стало ясно только сейчас, поскольку до этого момента им удавалось скрывать данное обстоятельство.
   Настало время и мне выступать с открытым забралом. Потянула за колючую ниточку силы и сжала в ладонях, поймав одобрительные взгляды Луня и двойняшек. Кое-кто, оказывается, был в курсе моих скромных возможностей.
   А тем временем Райн обследовал замок, прощупывая руками древнюю кладку, будто в поисках скрытого рычага для открытия тайного входа. И каково же было мое удивление, когда раздался скрежет камня о камень и перед нами открылся проход, темной дырой уходящий под громаду замка. Оттуда пахнуло сыростью подземелья, затхлостью и страхом. Мамочка дорогая! Только этого мне не хватало! На одну маленькую Асю столько всякого дер... Простите, добра.
  Учитель хотел было ломануться в открывшийся проход, но двойняшки ловко оттеснили его за свои не очень широкие спины и синхронно шагнули в темноту, подсвечивая фаерами путь.  Медленно, цепочкой двинулись за ними. Я подкинула вверх один из своих комочков силы, тот возмущенно заискрился, послушно повиснув под высоким сводом тоннеля, стало светлее, но по прежнему так же жутко.
  Звук наших шагов гасили клубы паутины, плотным ковром устилавшие полуразрушенные ступени, каменистые стены, создавалось впечатление, что сюда никогда еще не ступала нога человека.  Однако Райна нисколько не смущало подобное обстоятельство, вряд ли вообще замеченное им. Маг уверенно двигался вперед, умудряясь иногда подталкивать близнецов в спину, чтобы те не задерживали его.
  Тоннель заканчивался просторным залом, освещенным равномерным белым светом, льющимся откуда-то сверху. Перед нами ровными рядами стояли каменные прямоугольные ... короба?  Три ряда по четыре короба. Мы в нерешительности оглядывались, в ожидании дальнейших действий мага. Но тот словно заснул. Стоял, понурив голову, опустив плечи, слегка покачиваясь, и издавал странный монотонный звук: "Ммммм".
  - Ну, что будем делать? - поинтересовался Арт, скептически оглядев скорбную фигуру нашего проводника.
  - Боюсь, что придется по очереди открывать все эти гробы, - констатировал Лунь, изучая огромный фронт работ с кислым выражением лица.
  - Грробы? - опередив меня на долю секунды, вскричала Китти.
  - Мне кажется, что это фамильная усыпальница владельцев этого замка, - порадовал нас Лунь.
  - А разве вы не сжигаете умерших? - мне ведь сказали, что погибших во время нашего путешествия, кремировали. Или я что-то путаю?
  - Сжигаем, там находится прах умерших, то, что осталось после сожжения тела, - назидательным тоном поведали мне.
  Фуу, все же тела умерших меня пугали значительно сильнее, чем то, что на Земле складывали в специальные погребальные урны.
Райн так и мычал что-то невразумительное, продолжая покачиваться в такт своей заунывной мелодии. Да, помощи от него ждать не приходилось.
Погасив фаеры, братья уперлись плечами в крышку первого гроба, та издав протяжный стон, сдвинулась со своего места.  Запахло плесенью и захотелось чихать. Уайт заглянул в открывшийся зазор и побледнел, хотя сложно представить, что такое возможно. Следом за ним изменились в лице и двойняшки,  оценившие содержание приоткрытого короба.
  - Что там? - чуть дрогнувшим голосом спросила Китти.
  - Там ... тело, мумифицированное тело женщины, - Уайт никак не мог заставить себя отвести взгляд от того, что находилось внутри каменной коробки.
  - Вы же сказали, что там должен быть только прах? - нервно сглотнула я, продолжая перекатывать в пальцах комок силы. Легкие покалывания магии, застали меня отвлекаться от нараставшего чувства страха. Вру, было не просто страшно, было жутко, казалось, что каждый волосок на моем теле встал дыбом, готовый дать деру в любой момент.
   - Сказали, да... - Лунь задумчиво рассматривал тело усопшей, потирая небритый подбородок. - Я вот сейчас припоминаю, что когда-то мне рассказывали историю об одном маге-чудаке, который верил, что если в нашем мире тело не уничтожить, а сохранить в том виде, в котором оно находилось на момент смерти, то существует возможность вернуться в него обратно из-за Грани.
   - То есть, есть вероятность, что мы нашли замок этого товарища? - даже не знаю, какой бы ответ меня сейчас больше порадовал. Если это результат его экспериментов по сохранению тела, то где гарантия, что эта тетенька сейчас не выползет из уютной коробочки и не заинтересуется пришельцами? А если это нечто иное, то... опять же нет никакой гарантии, что нами не захотят перекусить.
   - Вероятность есть всегда, - констатировал Лунь, пристраиваясь к крышке следующего гроба.
   - Что ты делаешь? - Китти, с округлившимися глазами уставилась на седовласого.
   - Я не знаю, зачем нас сюда привел Райн, но, стоять и медитировать как он, я не собираюсь. Чем быстрее мы выясним, нет ли в одном из гробов короля, тем быстрее отправимся домой.
   Оставшиеся мужчины молча выразили свою поддержку словам Луня, путем предоставления своих плеч для открытия второй каменной коробки. И вновь скрежет, рождающий противные мурашки, и легкое беспокойство на лицах.
   - Здесь старик, - поставил в известность Уайт, заглядывая в открывшуюся щель, - Тоже , как живой.
   Таким образом, были проверены уже 11 гробов, открывая перед мужчинами историю целого рода, когда мы с нудлусской все же решились посмотреть на усопших, пересиливая отвращение и страх, вздрагивая при каждом громком звуке. Больше всего меня поразил контраст между довольно хорошо сохранившимися телами, увешанными множеством драгоценностей, и практически полностью истлевшей одеждой. Можно было легко представить, как выглядели все эти люди при жизни, поскольку время только слегка иссушило их кожу, оставив почти нетронутыми красоту мраморных лиц.
   Запах тлена постепенно заполнял все пространство помещения, заставляя нас то и дело потирать носы, сдерживая рвущийся наружу чих. Первый ужас уже немного схлынул, потому что мертвые продолжали свой долгий сон, не обращая внимания на тех, кто рискнул потревожить их покой.
   Итак, оставался один короб, с которым были связаны наши последние надежды, но и он не оправдал их. Расстроенные, мы рассматривали детское личико, покрытое сеточкой старческих морщин и искаженное страданием, открывшееся перед нами, после того, как была сдвинута последняя плита. Мое сердце сжалось от чувства сострадания к этому неведомому мальчику, так рано и, судя по всему насильственно, окончившему свой путь, когда раздался странный шорох. Мы обернулись к Райну в надежде, что тот пришел в себя и сможет объяснить, что нам делать дальше, но маг затих, уставившись невидящими глазами вперед, прекратив монотонное пение.
   В наступившей тишине особенно отчетливо раздался скрежет сдвигаемого камня. Мое сердце взорвалось адреналином, колокольным набатом застучав в ушах. Ужас сковал все тело, заблокировал каждую мышцу. Гроб открывался сам...
   Как в плохом фильме ужасов, оттуда высунулась тонкая иссохшая рука, на пальцах которой зловеще поблескивали драгоценные камни многочисленных колец, а за ней показались темные волосы, брови и глаза - черные и бездонные. И вот уже женщина встала в полный рост, демонстрируя свое тело сквозь расползающуюся прямо на глазах ткань. Протянула прутики рук в нашу сторону и простонала: "Освободиии!". Я не успела понять, как это случилось, действовала абсолютно неосознанно. Когда восставшая кинулась на нас, открывая рот, вдруг ставший кроваво-красным, единственное, что я смогла сделать, это выбросить ей навстречу синий комочек колючей магии, который до сих пор продолжала перекатывать в своих ладонях.
   Они встретились на середине пути: синий огонь жадными губами ласкающий уже неживую плоть. Мгновение... и только пепел, с тихим шелестом опадающий на темные пластины пола. И вновь тишина, и мы ощерившиеся мечами и фаерами, застывшие плечом к плечу, испуганные и растерянные.
   Но нам дали время только перевести дыхание. Шорох, скрежет и протяжное: "Освободиии!". Черт возьми! Ну, надо же хотя бы по очереди!
   - Круговая оборона, - слышу я голос Луня, и меня вместе с Китти заталкивают за спины мужчин. В голове тревогой взрывается мысль: "Райн!", но его никто как будто не замечает, словно и не стоит он там, в начале зала, застывшим изваянием. Все внимание тварей сосредоточено на нас. Бросок, и старик отбит метко выпущенным фаером одного из двойняшек. Странно, но его тело не рассыпается прахом, при встрече с синим пламенем, огонь только заставляет держаться на расстоянии, слегка подрумянив кожу.
   Нежить скалится на нас острыми зубами, готовясь к нападению. Это дает мне время собрать в ладонях новые комки силы. Полет твари, рывок и, выбитый из рук Уайта меч, громыхая, скачет по плитам пола. Новая атака, вжик, и отрубленная рука атакующего врезается с тихим хлюпаньем в стену, распространяя вокруг себя удушливый смрад. Всего лишь секундное отвлечение, чтобы понять, что мы можем им нанести урон, и сразу же расплата. В Уайта, оставшегося без оружия, вцепляется зубами малыш, по чьей безвременной кончине я скорбела еще несколько минут назад. Бью комком силы прямо в затылок ребенку, вгрызающемуся в ногу мужчины - легкое кружение пепла и видимое облегчение на лицах тварей.
   - Ася - атака, остальные - защита! - пришедший в себя Лунь, молниеносно оценивает ситуацию. Значит, только моя сила их убивает? Думать об этом некогда, меня выталкивают чуть вперед, давай место для маневра, остальные прикрывают, отбиваясь от монстров мечами и фаерами. А те совсем слетели с катушек, в остервенении бросаются на нас, не замечая ожогов и ран, словно желая быть убитыми. Методично дергаю ниточки силы и выкидываю их навстречу оскаленным пастям. Черт! Луня потащили! Стоять! Вот это для вас, ловите! Последний танец огня и плоти, и тихим благодарным шепотом разносится: "Мир тебе, Скользящая!".
   Долгожданная тишина, в воздухе взвесь пепла, на одежде, волосах и лицах тонких слой чужой смерти. Полное опустошение внутри. Без сил падаю на пол, остальные тоже опускаются рядом. Молчим, пытаясь осознать произошедшее.
   - Что это было? - откашлявшись, задается вопросом Китти.
   - Понятия не имею, первый раз такое вижу, - отзывается один из близнецов.
   Второй подползает к Уайту, перетянувшему ремнем ногу, чуть выше рваной раны в районе колена. Хорошо его дитятко успел погрызть. Вижу тонкие зеленые лучики из ладоней, скорее всего, Гидеона. Хорошо, что есть кому ребят подлатать, а то у меня совсем сил не осталось.
   - Надеюсь, что эта дрянь не заразная, - подает голос Лунь, задумчиво изучая свою окровавленную руку, его тоже успели прихватить.
   - Ничего, Ася, если что тебя полечит, - слегка напряженно кривит губы Арт, пытаясь за шуткой скрыть свое беспокойство об отце.
   - А ведь Райн и бррать ее не хотел, - Китти пытается что-то рассмотреть в моих глазах, словно взвешивает, сколько тайн я еще скрываю в себе.
   - Райн! - мы все разом оборачиваемся на позабытого в пылу боя мага и как раз вовремя. Тот оживает, хотя взгляд остается таким же стеклянно-бессмысленным, подходит к стене, около которой мы сидим вповалку, и начинает карабкаться по выступающим камня вверх. И куда это он собрался? Поднимаю глаза вверх, под самым сводом небольшое отверстие, в которое пролезть магу ну никак не получится, но того, это мало беспокоит. Да... не быть тебе скалолазом, милый!
   Пока Райн продолжает свои бесплодные попытки забраться повыше, все мужчины в ожидании смотрят почему-то на Китти, та пытается сделать вид, что ничего не замечает, но под конец все же сдается.
   - Ладно, ладно, я полезу, но моя смеррть будет на вашей совести, так и знайте, - девушка начинает снимать с себя одежду. Раздевается вплоть до нижнего белья: черной майки и трусиков. Заметно, что никакими комплексами малышка совершенно не страдает. Точеная фигурка, идеальные миниатюрные пропорции, тренированное тело.
   Уже вылеченный Лунь, аккуратно отодвигает слабо сопротивляющегося мага в сторону, расчищая путь для нудлусски. Арт подходит и сильно сжимает ее в своих объятиях, та доверчиво приникает к нему. Огромный он и такая крохотная она. Объятия распадаются и Китти насмешливо фыркает, Арт в ответ показывает ей кулак, все "возвращается на круги своя".
   Китти, как цепкая обезьянка карабкается по стене вверх, отточенные, выверенные движения, на нее хочется смотреть не отрываясь. Когда девушка добирается до отверстия, становится понятно насколько оно мало. Пожалуй, что туда только кошке по силам влезть, для человека просто невозможно. Но мои представления рассыпаются карточным домиком, когда это чудо начинает буквально ввинчиваться в узкий лаз, словно и нет в ней ни одной косточки, только гибкое тело змеи.
   Последними в отверстии исчезают маленькие ступни с крохотными пальчиками, и нам остается только ждать. Время тянется мучительно медленно. Арт в волнении ходит по кругу, иногда прислушиваясь, не доносится ли каких-нибудь посторонних звуков. Нервозность нарастает. И вновь скрежет, только не это! Я не переживу еще одну толпу восставших мертвецов.
   Но на этот раз всего лишь стена, неторопливо открывающая проход, за ней чумазая, но довольная Китти.
   - Еле нашла этот ррычаг и замеррзла безумно, - с затаенной гордостью, поведала она, устремляясь к одежде.
   - Что там? - вполне закономерный вопрос.
   - Не знаю, много комнат, я их все не осматривала, сразу сюда пошла, вход открывать. Пока все камушки перещупала...
   Лунь, уже не мог сдерживать вырывавшегося Райна, поэтому пришлось того отпустить. Бегом за ним, на плохо гнувшихся ногах. А если там опять какие-нибудь ловушки? Скорей бы уже все закончилось!
   Влетаю вслед за всеми в комнату и наталкиваюсь на чью-то спину. Обхожу Арта, из-за него ничего не видно и понимаю... нашли. В углу, на небрежно брошенном изгнившем от сырости покрывале лежит тело мужчины, накрытое полупрозрачной материей. Так вот ты какая, спящая красавица? Надеюсь, целовать его не придется. Тут из кандидатов только я и Китти. Судя по брезгливому выражению лица нудлусски, она целовать не будет, остаюсь только я. Может, Райн сам с поцелуем справится? Любопытствуя, продвигаюсь вперед, следом за магом, который подходит к телу и сдергивает покрывало с лежащего мужчины. Слышится свист, шипение и к Райну летит огненно-красный сгусток, возникший из ниоткуда. Доля секунды, чтобы понять, что у него нет щитов, а у меня есть. Еще доля, чтобы столкнуть его прямо на тело короля. И мне не хватает последней доли этой самой секунды, чтобы самой уйти с линии огня.
   А потом только океан нестерпимой боли, бездна огня раздирающего меня на мелкие кусочки. Хреновые у тебя щиты, Ася! Ты опять умерла...
  
  

   Глава 18.
   Каменные своды комнаты, шесть человек стоят в молчании над распростертым на полу телом девушки. Ее глаза закрыты, а на лице умиротворение, словно она успела в этой жизни сделать все, что надо и так как надо.
   - Ушла, - шепчет потрясенно седовласый мужчина. - Не уберегли... Что я ему скажу?
   Взоры всех устремляются в угол, туда, где вповалку лежат еще два человека, только живых, полных магии жизни. И, как будто дождавшись всеобщего внимания, тело, находящееся сверху приходит в движение. Мужчина встает на колени, трясет головой из стороны в сторону, садится и непонимающе оглядывается вокруг себя. Наконец, его взгляд фокусируется на фигурах, в напряженном ожидании замерших в центре зала, опускается на пол... И крик смертельно раненого животного вырывается из человеческого горла. Мужчина с трудом встает, опираясь на стену, пошатываясь, подходит. Перед ним расступаются. Никому не приходит в голову помешать ему добраться до той, потерянной.
   Опустившись на колени, пальцами по родным и любимым черточкам лица, ладонями по волосам, кожей по коже. Прижать к себе и не отпускать никогда... Сделать то, в чем так долго сам себе отказывал... Дурак!
   Что это? Мокро... Неужели слезы? Он плачет? Да разве он может плакать? Ведь все его слезы остались там, в далеком детстве, у погребального костра, уносящего за Грань души самых близких людей, его душу. Как видно, не все...
   Дышит ею, пытаясь поймать крохи исчезающего тепла, прижимаясь сухими губами, чуть сдавливая дрожащими руками. Укачивает, как ребенка, ласково, оберегая ее долгий сон, закрывая от этого негостеприимного мира своей широкой спиной. Шепчет исступленно: "Вернись! Я не смогу здесь один, без тебя... Я не хочу без тебя, ты - моя жизнь, мой свет, мое сердце... Если ты не вернешься, я пойду за тобой...". Затихает, словно ждет ответа, прислушивается. Но она молчит. Как могут молчать эти губы? Как могут эти глаза прятаться от него за завесою век? "Слышишь? Вернись! Не смей умирааать!" - он в бессильной ярости сотрясает податливое девичье тело, так что ее волосы рассыпаются темной волной по полу, руки опадают вниз, голова дергается в такт каждому рывку. Становится страшно смотреть на это отчаяние, невольные зрители отворачиваются, не в силах сдержать эмоции.
   Но больше ничего не происходит. Ни-че-го...
   Пронзительная тишина расставания...
  

***

   - Ася, проснись!
   - Ну, сейчас, мама, еще чуть-чуть...
   - Вставай, говорю! К тебе пришли.
   - Кто пришел? - удивилась я и открыла глаза.
   Абсолютно белая комната, ни единой краски. И я вся бесцветная, прозрачная, призрачная. Подняла вверх руку, покрутила ею в воздухе. Так странно. Ее словно и нет вовсе, как набросок в карандаше, стертый ластиком. След от грифеля остался, если приглядеться, вот он проступает тонкими бороздками на плотной поверхности бумаги, сохраняя очертания предмета, но цвета нет, стерт за ненадобностью. Рисунок, застывший в безвременье, он уже не существует, но он еще здесь. Так и я...
   Прислушиваюсь к себе. Все спокойно, нет никакой боли, сожаления, страха. Ничего не хочется, ни есть, ни пить, ни двигаться. Но, вроде бы надо что-то делать, мама сказала, что ко мне пришли. А откуда здесь мама или это был не мама? И что здесь делаю я?
   Последнее, что я помню - это огненный шар, сметающий мои щиты, а дальше все... пустота. Постойте! Я умерла? Вот так просто, не дойдя до цели, не попрощавшись с Райном, не совершив никакого подвига, покрывшего меня неувядающей славой в веках? Нет, это просто не возможно. Я не должна умереть, я - главная героиня этой истории. А если и умерла, то меня срочно надо оживить! Сейчас обязательно кто-нибудь должен прийти меня спасать! Э-эй! Кто-нибууудь!
   - Да тихо ты! Разбушевалась тут... - раздался недовольный голос в моей голове. Вот уже начинает раздражать прямо, что все, кто ни попадя, лезут без спроса в мою голову. - Вон пришли уже тебя спасать, третий день тут высиживают, надоели, сил моих больше нет. Ноют и ноют.
   - Кто пришел? - заинтересовалась я, соскакивая с кровати.
   Тут же из ниоткуда материализовалась тетенька в строгом деловом костюме, с не менее строгой деловой прической, украшенная только маленькими стеклышками очков в изящной оправе.
   - Грань, ты что ли? - изумилась я, оглядывая появившуюся.
   - Ну, а кто еще, Ася? Чертики или ангелы с крыльями? Кого ты ждала?
   - Я просто еще не успела об этом подумать, если честно, - пришлось признаться мне.
   - Вот вечно ты не успеваешь ни о чем подумать, поэтому и попадаешь во всякие передряги. Самой-то еще не осточертело? - обвинительным тоном изрекла тетенька, ткнув мне пару раз в грудь острым ногтем. Ух, я еще что-то чувствую!
   - Осточертело.
   - Ох, сестренка... Ну, что мне с тобой делать? Я ведь тебя почти успела отправить на новое место жительства, а тут этот дракон как вцепился в тебя, и ни туда, и ни сюда...
   - Дракон? - абсурдность происходящего начинала меня нервировать.
   - Дракон, лойв, как тебе удобнее. Сама полюбуйся, - женщина взмахнула рукой, и одна из стен, засветившись мягким светом, растаяла, открыв моим глазам здорового красного усатого дракона. И крылья, и хвост, и огнедышащая пасть все было при нем. Мерцающая красными всполохами чешуя, острые когти и удивительно знакомые васильковые глаза. В своих лапах это создание сжимало тоненькую ниточку. Проследила по ней взглядом и поняла, что ниточка эта тянется ко мне, туда, где должен быть мой источник силы. О, так я на привязи!
   - Видишь? Не отдает тебя мне ни в какую, - расстроено поведала Грань.
   - А забрать никак? - поинтересовалась я, не в состоянии оторваться от огненного красавца.
   - Не отдает. Да, и если бы только это... Вон еще один защитник. Оплел тебя своей жизненной силой, как паук, - еще один взмах руки, и вторая стена теряет свою плотность.
   - Так он и есть паук, - с нежностью дотрагиваюсь до прозрачной поверхности, отделяющей меня от человека, ставшего центром моей вселенной. Болезненный вид, немытые волосы, посеревшая кожа. Казалось, что он за эти три дня скинул килограммов пять чистого веса, это при его-то комплекции. Неожиданно резко защемило сердце, стало понятно, что оно у меня все же еще есть.
   - Скажи, а откуда тут взялся этот дракон? - напоследок решила поинтересоваться я.
   - Откуда, откуда... оттуда. Лойвы не ушли в другие миры, они просто растворились в каждом из своих потомков. Живущие сейчас не помнят о том, что у драконов была вторая ипостась - человеческая. Они влюблялись в обычных людей, рожали детей и умирали, пройдя свой жизненный путь. Время смогло победить даже такую могучую кровь, разбавив ее до крайности. Потомки лойвов живут среди вас, но обращаться уже не могут, к сожалению. Твой друг Марко и есть этот дракон.
   - Марко? Но как он здесь оказался? Как он смог превратиться?
   - Как оказался, спросишь сама при встрече, а как превратился... Он не превращался, просто я тебе показала его истинную сущность. В нем есть магия его предков, поэтому он видит твое сияние, поэтому он может поспорить со мной за твою жизнь. Древние всегда были такими упрямцами! - Грань досадливо поморщилась.
   - Ясно. Ну, я пойду?
   - Иди, и постарайся там поаккуратнее, сестра, - женщина истаяла в воздухе, словно и не было ее. А, может, и не было?
   Дотронулась до стеклянной преграды, отделявшей меня от Райна, та беззвучно рассыпалась тысячами осколков. Глубоко вздохнула и шагнула вперед.
***
   Было жарко и тесно, хотелось раскрыться, охладить разгоряченную кожу, но почему-то не получалось. Одеяло не желало двигаться, да к тому же еще было твердым и упругим. Краткое ощупывание одеяла позволило выяснить, что это совсем и не оно вовсе, а вполне так настоящее мужское тело, причем не одно.
   Наверно немало девушек сейчас бы мне могли позавидовать - проснуться в объятиях двух привлекательных представителей сильного пола - это же практически мечта. Но не моя точно, потому что я терпеть ненавидела, когда на меня складывали тяжеленные конечности. Сама я тоже грешила этим делом, но успокаивала себя мыслью, что мои руки-ноги намного легче, следовательно, ненароком придушить кого-нибудь во сне просто не могут.
   Попыталась отвоевать себе чуть больше места, но меня только сильнее сжали в объятиях, да еще и начали тихонько подхихикивать. Извернулась, чтобы увидеть этого наглеца. Васильковые глаза искрились весельем.
   - Марко! - прокаркала я и сама испугалась собственного голоса. Дайте мне кто-нибудь воды!
   - Т-шш... - палец прижался к моим губам, предлагая немного помолчать. Парень кивком указал на спящего с другой стороны Райна и продолжил шепотом. - Не буди его, пусть отсыпается. Трое суток поддерживал жизнь в тебе, сам чуть следом не шагнул.
   Не шагнул? Шагнул, еще как шагнул, и ты вместе с ним. Просто нам всем дали еще один шанс.
   Начали возвращаться воспоминания, больше похожие на бред сумасшедшего или на сон, но мне к этому не привыкать. Какая жизнь, такие и воспоминания.
   - Как ты здесь оказался? - так же шепотом спросила я, оглядывая комнату, в которой проснулась. Оказывается, меня бездыханную транспортировали обратно в гостиницу, к Розе.
   - Это сложно объяснить, - смущенный Марко не придумал ничего лучшего, чем намотать прядь моих волос на палец. Намотал, размотал, намотал...
   - А ты постарайся, - съехидничала я, отвоевывая свое имущество из его цепких ручонок. Меня вполне устраивали мои волосы и желательно, чтобы они продолжали находиться на голове.
   - Ну, вот, понимаешь... В какой-то момент я, вдруг понял, что тебя больше нет. До этого я знал, что ты где-то там живешь, улыбаешься, дышишь и был спокоен. А тут, словно какая-то нить оборвалась. Я места себе найти не мог от беспокойства. Через знакомого мага связался с Райном, а он в шоке, толком и сказать ничего не может. Ну, я и рванул сюда, - подытожил парень.
   - Хорошо, с этим понятно. А как мы втроем в одной кровати оказались, не расскажешь? - продолжила я удовлетворять свое любопытство. А то ведь как-то пропустила столь немаловажный момент в жизни любой девушки - полуголая в объятиях двух мужчин.
   - Ну, я приехал, еле уговорил пустить меня к вам. К тому моменту Райн уже так и лежал с тобой здесь. Как я понял, он как-то сделал так, что его жизненная магия на время воспринимала вас как единое целое, поэтому твое тело продолжало жить, но сил на это уходило много, выглядел он как покойник. И тут я подумал, что у меня ведь тоже есть жизненная магия, значит, могу помочь, вот и прилег рядышком с вами, даже заснул, и только недавно проснулся, - Марко сконфуженно улыбнулся, как бы извиняясь за то, что умудрился заснуть в такой неподходящий момент.
   - А тебе никаких снов не снилось необычных?
   - Не помню, может чего и снилось.
   - Не помнишь и хорошо, а сейчас помоги мне, пожалуйста, выбраться отсюда, а то попить так хочется, - тихонько попросила я, пытаясь понять, как бы получше это сделать. Рука и нога Марко тут же исчезли с моего многострадального тела, позволив чуть свободнее вздохнуть. Оставались еще дне конечности. - Давай, ты будешь приподнимать, а я выползать из-под него?
   Когда нам удалось задуманное, то стало понятно, что можно было все это сделать, не таясь, Райн не реагировал ни на какие внешние раздражители. Наверно, поставь ему сейчас грохочущий барабан под ухо, эффект был бы такой же, то есть никакой.
   Заметила взгляд Марко, украдкой брошенный на мое ажурное нижнее белье - все, что мне оставили из одежды - и попыталась укрыться одеялом. Смерть смертью, а о приличиях забывать негоже.
   - Ась, я тебя внизу подожду, - изрядно покрасневший мальчишка исчез за входной дверью, заставив меня рассмеяться. Да... так быстро от меня еще никто не сбегал.
   Первым делом метнулась в ванну и прижалась пересохшими губами к тонкой струе воды, вытекающей из-под крана (надеюсь, у них там никакой заразы не водится). Справившись со всеми необходимыми гигиеническими процедурами, вернулась в комнату. Присев обратно на кровать, погладила спутанные темные волосы, убрала их с измученного лица, провела от виска до шеи, чувствуя покалывание трехдневной щетины, скользнула пальцами вниз по плечу. Бедный мой! Он был сильно истощен, и физически, и магически, настолько, что внешне скорее смахивал на Кощея Бессмертного, чем на моего учителя. Тяжело ему далось на этот раз мое спасение. Как бы его подлатать? Целительная сила радостно откликнулась на мой призыв, заструилась по телу мужчины, оплетая его, вырисовывая чудные узоры, раскрашивая кожу в цвет весенней листвы. Минут через пять передо мной лежал просто отдыхающий человек, а не скелетообразное нечто. Вполне довольная собственными достижениями оделась и отправилась раздобыть еды для своего настойчивого желудка.
   Внизу было достаточно шумно, но мое появление на пороге заставило всех резко замолчать. На меня смотрели как на привидение. Впрочем, не рискнула бы их осуждать, по сути я и была гостьей с того света. В нашей разношерстной компании прибыло народу: живой и на вид вполне здоровый король, и, неизвестно откуда взявшийся, Лесс с парочкой незнакомых мне эльфов. И Марко, довольно сощурившийся, обрадованный произведенным эффектом, поди, ведь и никому не сказал, что я очнулась. Сцену всеобщего изумления нарушил радостный крик великанши, раздавшийся из дверей кухни:
   - Асенька! Иди же я тебя обниму! - меня сжали в железных тисках Розиных объятий, носом уткнув в фартук благоухающий домом и уютом, - А вот, как знала! Сегодня олашек напекла, которые тебе в прошлый раз так понравились. Иди скорей к столу, а то все остынет.
   Тут же все задвигались и задышали. Напряжение, повисшее в воздухе, лопнуло звонкой струной, расцвело улыбками и облегчением на лицах. Из ароматных объятий Розы, я перекочевала в руки Луня и Арта, оттуда прослойкой сандвича очутилась между двойняшками, поймала поцелуй Китти, пожала робкую руку Уайта. Создавалось впечатление, что каждый лично хотел убедиться в том, что я материальна, а не плод их воображения. Но больше всего меня поразила реакция Лесса, этого надменного эльфика. Он подхватил меня под колени, поднял высоко вверх и закружил по комнате. Испуганно схватилась за его плечи и напряженно рассмеялась, у меня всегда было не очень с вестибулярным аппаратом. Меня вернули на твердую почву, но из кольца рук так и не выпустили, прижали к нежнейшей материи рубашки с тонким цитрусовым ароматом и зашептали куда-то в район затылка:
   - Спасибо, что ты вернулась, спасибо тебе за него... - и тут меня пронзило понимание. Лесс любит Райна! Не как друг и брат по крови, а просто как любящий мужчина, горько, безответно и безумно долго. Взглянула в эти изумрудные глаза и увидела в них свое отражение. Меня приняли, со мной смирились, мне вручили самую главную драгоценность бесконечной эльфийской жизни - любовь. Нас связала тонкая ниточка понимания, которую мы будем бережно хранить вдали от посторонних глаз, скрывая ее даже от человека, ставшего краеугольным камнем нашего треугольника. Не было сказано ни одного слова, но мы успели все сказать друг другу.
   Меня отпускают для того, чтобы я смогла засвидетельствовать свое почтение королю Лидии. Ох, ты ж... С этикетом у меня вообще никак, а с местным и подавно, поэтому просто склоняю голову и вежливо улыбаюсь. Кудрявый блондин, карие глаза, чуть вздернутый нос, правильные черты лица, невысокий рост, хорошая осанка, уверенный властный взгляд, отточенные движения - красивым его не назовешь, но харизматичным, без сомнения. Он так же склоняет свою голову в поклоне, заинтересованно оглядывает меня с ног до головы. Ну, да... простые брючки, давно не видевшие крема сапожки, темно-синяя рубашка мужского покроя, вечный хвостик на голове и только то, что дала мне природа, ни на йоту больше. Но, кажется, короля все устраивает, раз он одаривает меня вполне искренней ответной улыбкой и протянутой на встречу рукой:
   - Себастиан... эммм... местный король. Весьма наслышан о вас, Ася.
   - Это взаимно, Ваше Величество, - или у них тут принято другое обращение?
   - Я благодарен вам за свое спасение и спасение моего друга, - видимо, обращение вполне так устраивает сиятельную особу, раз он даже бровью на него не повел.
   - Тут не только моя вина, - попыталась отшутиться я.
   - Остальных я уже поблагодарил, поэтому, сейчас ваша очередь, - доверительно сообщил мне на ухо король, совсем не по-королевски подталкивая меня в сторону стола, где в ожидании моего хищного желудка уже дымилась кружечка бодрящей тои и лежали горкой обещанные оладушки. Долго упрашивать меня не пришлось, все же, трое суток, и не крошки во рту.
   Народ расселся за столами, принявшись за новое угощение Розы. Утолив физический голод, захотелось утолить и голод информационный.
   - Скажите, а чем меня так шарахнуло? Я ведь была под защитой щитов, но эта дрянь прошила их насквозь, ни на секунду не притормозив.
   - Лесс сказал, что был использован Страж, артефакт, созданный гномами для защиты их сокровищ, против него обычный щит не выстоит, была возможность его отбить, но мы не успели, - расстроено поведал Гидеон (да, наверно, он). - Так что, то, что ты приняла удар на себя, это спасло жизнь Райну, но чуть не погубило тебя.
   Так странно... Гидеон сокрушался о моей смерти, а я почему-то пребывала в полном спокойствии, как будто абстрагировалась от случившегося, заставила себя об этом не думать, забыть.
   - А что произошло после того, как я... упала, - как ни в чем ни бывало поинтересовалась у Луня, торопливо облизывая пальцы от сиропа, пользуясь тем, что его Величество смотрел в другую сторону. Не хотелось ударить лицом в грязь перед царствующей особой, но вытирать такую вкуснотень о салфетку было чертовски жалко.
   - Когда ты... упала, пришел в себя Райн. Как ты понимаешь, он ... расстроился сильно. Никому тебя не отдал, сам потащил наружу. Когда мы сняли с Себастиана Полог Сна... - начал рассказ седовласый, но я перебила его.
   - Какой полог?
   - Ты вот думаешь, почему его никто найти не мог, почувствовать, даже эльфы? Какой-то гад исхитрился где-то достать древний артефакт, о котором, пожалуй, только старцы и помнят. Накрытый таким Пологом засыпает, все жизненные функции замедляются, он как бы находится между миров. Его нет среди мертвых, но живым его не назовешь.
   - Боже мой! У вас тут, куда ни плюнь, везде отыщется какой-нибудь древний артефакт, - всплеснула руками я, возмущенная случившимся.
   - Я бы так не сказал, вот впервые с подобным столкнулся, просто тебе, Ася, на них везет. Или, наоборот, не везет, - влез в разговор Арт.
   - Всем бы так везло, как мне, - пробурчала в полупустую кружку с тоей, получилось гулко и выразительно. - Итак, сняли вы этот самый Полог Сна и...?
   - И я проснулся, - вступил в разговор король, изучая мои, измазанные в сиропе пальцы (да, не успела все подчистить). - Потом меня сгребли в охапку и бросились догонять Райна, который умудрился уже доехать чуть ли не до деревни. Приехали сюда. Сначала ввалился через телепорт Лесс со своими друзьями, и потребовал продемонстрировать итоги вашей спасательной экспедиции. Потом прибежал твой Марко, перепуганный и белый как смерть, обещал всех покрошить к едрене-фене, если мы его к тебе не пустим. Отправили Лесса и Марко к вам наверх, они там общими усилиями что-то с тобой намудрили. А меня здесь Гидеон с Ганимедом немного в чувства привели, а то после стольких лет, мышцы немного подзатекли с непривычки. А потом собрались здесь и стали ждать чем все это закончится. Кажется про все рассказал и ничего не упустил.
   - Спасибо, Ваше Величество.
   - Ася, да хватит меня уже так обзывать, все же не чужой теперь человек. Зови коротко Себом, но только не во дворце. Сама понимаешь, авторитет надо поддерживать.
   Ребята рассказали, что нас по-прежнему продолжают искать, прочесывая всю столицу. Был момент, когда подозрительные личности пытались проникнуть в гостиницу под видом потенциальных клиентов, но удалось от них избавиться благодаря эльфам. Шпионы ушли в полной уверенности, что этот дом был ими полностью проверен, начиная от подвала и заканчивая чердаком. Во избежание подобных любопытствующих в дальнейшем, Лесс навесил на дом какие-то особые отводящие чары, позволяющие скрывать ото всех происходящее в этих стенах. Оказывается, эльфийская магия была куда как изобретательнее людской, особенно по части обмана и всевозможных хитростей.  
   Меня очень беспокоил вопрос, как Себастиан будет возвращать себе украденный трон, ведь для всех жителей Лидии никакого государственного переворота не было, просто король как-то резко испортился и забыл все обещания данные когда-то давно, при восхождении на престол. Когда я рискнула озвучить его, Себ как-то резко взгрустнул, стало понятно, но работы предстоит непочатый край.
   В то время, пока мы с Райном добирались до столицы, наш эльфячий друг не тратил времени даром: благодаря деятельности его подопечных выяснилось, что ядро заговора гнездится именно в высших эшелонах власти. Это, с одной стороны упрощало дело, поскольку почти все главные фигуры были собраны в одном месте. С другой стороны, все усложнялось тем, что бунтовщики местом своей дислокации выбрали одно из самых хорошо укрепленных мест  государства - королевский дворец. Кроме того, до сих пор был неизвестен тот, кто дергал за веревочки псевдо-правителя и Совет, сам оставаясь в тени, и пока было не ясно, каким образом можно выйти на него. Чувствовалось, что эта тема особенно сильно волновала короля, возможно потому, что у того имелись какие-то подозрения, озвучивать которые он не торопился или просто не желал наговаривать на человека, не имея на то серьезных оснований.
   Не смотря на всю сложность положения, не смотря на неопределенность ближайшего будущего, именно здесь в тепле и уюте нашей разношерстной компании, под крылом гостеприимной Розы, я ощутила, как близко мы подобрались к финалу нашего путешествия. Конечно, нам предстояло еще очень многое сделать, но как же много мы уже прошли! Последние полгода с магом, казалось, вобрали в себя событий чуть ли не больше, чем вся моя предыдущая жизнь вместе взятая.
   Вечерело. Сердобольная Роза выставила на стол очередные яства, одним только запахом сводящие с ума мой желудок. Пожалуй, за все время пути я впервые начала подумывать о том, что могу набрать несколько лишних килограммов, чему совершенно не обрадуется Изя. Изя! Какая же я...!
   Разузнав где находятся наши арсы, захватив взятку в виде роскошного бутерброда с бужениной, разнообразной зеленью и овощами, полная чистосердечного раскаяния, отправилась замаливать свои грехи. Меня проигнорировали, даже голову не повернули в мою сторону, только шипастый хвост нервно подрагивал в сумраке стойла. Поза коняшки демонстрировала океан обиды на непутевую хозяйку. А ведь он же волновался, переживал обо мне, места себе не находил, даже есть почти перестал (те "кролики", которые были три часа назад , совершенно не в счет), а я, нерадивая, даже на минутку не забежала, чтобы сказать, что у меня все в порядке, что жива и здорова - все это транслировалось мне яркими картинками, переполненными эмоциями. Я, молча, соглашалась со справедливым негодованием, направленным в мой адрес, недоумевая, как могла напрочь забыть про это сопереживающее трепетное сердечко.
   Бутерброд, извлеченный мной из упаковки и наполняющий конюшню запахом неведомых мне специй и чесночка (ну, или чего-то чрезвычайно на него похожего), должен был стать моей оливковой ветвью. Изя сопротивлялся нашему с бутербродом обаянию довольно долго, видимо, обида была слишком сильна, но мы были настойчивы. Слизав подношение с ладони шершавым языком, мой друг уткнулся в меня теплой мордой и замер, блаженно прикрыв глаза. В который раз мысленно попросила у него прощения за собственную глупость и забывчивость. Когда, спустя полчаса, покидала это чудо, оно уже добродушно похрустывало столь вовремя доставленным ужином, в виде каких-то мелких зверюшек (без понятия каких, потому что старалась не смотреть на то, что стало пищей для моего прожорливого друга).
   Захотелось подняться наверх и проведать еще одного субъекта. Тот спал, как младенец, подложив ладонь под щеку и вытянув губы трубочкой.  Вновь вернулся тот беззаботный мальчик, знакомый мне по сну, такой трогательный и беззащитный. Прилегла рядом, вглядываясь в родные черты,  внимательно рассматривая все нюансы. У меня раньше не было возможности так детально изучить его лицо: эти темные брови, ровными  палочками пролегающие над  закрытыми веками, маленькую морщинку на переносице, густые длинные ресницы, бросающие тень на слегка впалые щеки, острый нос с чуть вытянутым кончиком и тонкие, изогнутые губы. Под размеренное дыхание мужчины, довольная и умиротворенная, незаметно для себя, заснула и я. Уж не знаю, как мне это удалось после того, как успела за эти трое суток "сдать на пожарника", но похоже моему организму было все равно.
  
   Глава 19.
  
   Чего-то не хватало, потому что проснулась с ощущением потери. Пошлепала рукой по холодной простыне рядом с собой, пусто. Теплое большое тело, ставшее уже таким привычным и комфортным, ушло, опять не разбудив меня. На глаза навернулись не прошеные слезы. Вернулась с того света, а кое-кто даже не остался поприветствовать. Для чего тогда было тратить столько сил, вытаскивать меня, рисковать своей жизнью, если потом, как ни в чем ни бывало, смыться завтракать? Понимаю, что голодный, понимаю, что мужчина, но, итить, как же обидно!
   Вчера заснула, как была, в полной экипировке, даже не помывшись, поэтому первым делом отправилась в душ, где продолжила себя жалеть. Отжалев от души и приведя себя в порядок, застыла в задумчивости перед зеркалом в ванной. Похудевшая, загоревшая под осенними лучами светил, со слегка выгоревшими прядями волос, в полурасстегнутой рубашке - я нравилась себе такая, повзрослевшая и женственная, я даже ему нравилась такая, точно знаю, но хватит ли этого для того, чтобы сравниться с изящной красотой вечной соперницы? Лучше об это не думать, отодвинуть далеко в тайный ящик сознания, словно и нет ее.
   Скрипнула входная дверь, несколько секунд тишины, а потом тихий стук в ванную. Наверно пришли комнату убирать. Открыла, и вежливая улыбка, нацепленная для прислуги, медленно сползла с моего лица. Райн. Так близко, на расстоянии вытянутой руки, прислонившийся к косяку, оглядывающий меня от самой макушки до кончиков пальцев ног (блин, а брюки-то я одеть позабыла) особенным текучим взглядом, обещающим так много и в таких позах, которые я еще даже себе не представляю. Начала мучительно краснеть, чувствуя, как тело отвечает на этот волнительный призыв, миллионами пузырьков сумасшествия в крови. Сколько должно пройти лет, сколько раз мне нужно умереть, чтобы перестать это чувствовать, чтобы перестать быть камертоном его желания?
   Так мы и стояли в тишине: он, ласкающий меня взглядом, и я, переминающаяся с ноги на ногу. Наконец, Райн прикрывает веки, смиряя своих демонов и давая мне шанс уйти, сделать шаг назад. Но хочу ли я этого?
   - Вот принес тебе завтрак, - и легкая хрипотца в голосе выдает, его с головой. Как же невыносимо трудно быть спокойными, изображать равнодушие.
   - Завтрак? - растерянно моргаю, переводя взгляд на поднос, стоящий на столе. - Спасибо. Сейчас, только оденусь.
   Возвращаюсь, застаю Райна на излюбленном месте. Иногда мне хочется залезть в проем этого окна, чтобы он так же долго и неотрывно смотрел на меня, а не на чахлую растительность маленького дворика гостиницы.
   - Ты уже поел? - как предательски дрожит мой голос. И твое и мое горло не хочет больше повиноваться, рассказывая за нас то, что мы так долго пытались утаить друг от друга.
   - Да, прости, не дождался тебя. Но очень уж хотелось кушать, - поворот головы, тень улыбки, и темная прядь, упорно сползающая на лицо.
   - Ничего страшного, - кушать в такой напряженной тишине очень трудно, жевать, проглатывать и вновь жевать..., но я справляюсь, хотя бы потому, что этот завтрак принес мой мужчина, потому что ему будет приятно.
   - Я должен тебе кое-что сказать, - непонятным образом, эти несколько слов рождают в моей душе панику. Она поднимается девятибалльной волной, грозясь поглотить меня, мутная, пенная, пугающе прекрасная. Что сказать? Разве нужно что-то говорить сейчас? Достаточно просто подойти, дотронуться и все... Дзынь! Мое самообладание лопается, в ушах стоит протяжный звон. Подскакиваю и бросаюсь к двери, но не успеваю, меня опять хватают, опоясывают руки-обручи, прижимают, лишая воли, сил. Со стоном признаю свое полное поражение, откидываюсь назад, прижимаясь щекой к любимому плечу.
   - Ты понимаешь, что я теперь никуда тебя не отпущу? - жаркий шепот, обдающий теплым дыханием, требовательный, властный, утверждающий в своем праве. - Никому не отдам. Ты моя, до самой последней клеточки, до самого последнего вздоха. Я раньше не представлял, что такое возможно - так растворяться в другом человеке. Это страшно, Ася, как же это страшно, быть настолько зависимым от тебя. Но я смирился с этой болезнью. Нет, не так... Я счастлив, что болею тобой, это так мучительно сладко...
   Каждое слово пробегает дрожью по коже. Его руки не двигаются, продолжая крепко сжимать меня в объятиях, боясь отпустить желанную добычу. Правильно, не отпускай меня, а то я упаду, ноги совсем ватные, по ним гуляет хмельное вино под названием "Райн".
   - Скажи мне что-нибудь... Наори на меня, ударь, пошли меня, наконец. Знаю, я это заслужил. Только не молчи!
   Да, разве я могу что-то ответить, если мой мир сосредоточился сейчас на кончиках твоих губ, касающихся моего уха, на подушечках пальцев, обжигающих мою кожу через ткань рубашки, на твоей твердости прижимающейся ко мне сзади? Единственное, что мне сейчас доступно... поворачиваю голову и ловлю своими губами твои. Ты прав, это мучительно сладко, болеть тобой...
   Твой поцелуй - это откровение, полет, погружение в водоворот трепетных ощущений. Сегодня ты робок и не смел, словно и не было ничего до... ни той пещеры, ни нашего безумства. Как в первый раз, как будто боясь спугнуть, ошибиться, сделать что-то не правильно. Словно на ощупь в темноте губами дотрагиваешься до моего сердца. Бесконечно нежно и трогательно.
   Разворачиваешь меня к себе, беря лицо в плен ладоней, и долго ищешь что-то в глубине глаз. Что ты там хочешь рассмотреть? Все лежит на поверхности - люблю тебя, до звона в ушах, до щемящей радости, до ноющего сердца.
   Киваешь в такт каким-то своим мыслям и прикасаешься губами к уголку моих, дразня, скользя по зудящей коже. Прикусил - отодвинулся, прижался - отступил. И вот уже сама тянусь за тобой, вымаливая большее, ловлю торопливо твое дыхание, настаиваю. Но ты даешь понять, кто сегодня задает ритм, такой медленный и тягучий, играющий на струнах возбуждения. Ты ведешь. Губами поглаживаешь губы, проникаешь языком внутрь, за преграду зубов, позволяя попробовать твою бархатистую теплоту. Сам раскрываешься для меня, помогая утонуть в ощущениях близости. Мои руки уже не удержать, они пробираются под рубашку, прижимаясь к тебе каждым своим миллиметриком: гладят, сжимают, проверяют, вспоминают.
   Но ты выскальзываешь, отодвигаешься от меня, чуть кривовато улыбаясь, и начинаешь, не торопясь, расстегивать пуговки на блузке, шепотом считая: "Один", - показалось черное кружево бюстгальтера, и чуть дрогнули твои пальцы. "Два", - оголилась смуглая полоска кожи под бельем, и раздался мой прерывистый вздох. "Три", - выглянула ямка пупка на округлом животике, и уже твой длинный выдох сообщил о явном неравнодушии. "Четыре", - последняя пуговка открывает полупрозрачность трусиков, заставляя плавиться лед в твоих глазах. Отвечая на этот молчаливый призыв, руки сами тянутся к тебе, но их останавливают.
   - Ася, только не прикасайся сейчас ко мне, пожалуйста. А то я могу не выдержать, - голос с легкой хрипотцой. Прикрываю глаза, чувствуя, как возбуждение пробивает меня насквозь, отдаваясь жаром внизу живота. - Не хочу сегодня торопиться. Хочу видеть тебя. Всю.
   Губами прокладываешь дорожку поцелуев по шее, зарываясь пальцами в волосы. Изгибаюсь в твоих руках, подставляя себя под ласковые касания. Снимаешь с меня блузку и продолжаешь путь, останавливаясь только в районе ключиц, изучая их языком - обводишь очертания, поглаживаешь, ныряешь в ямку, заставляя меня сжимать руки в кулаки из страха, что не выдержу и дотронусь до тебя. Добившись ответной реакции, неторопливо спускаешься вниз, в ложбинку. Чуть прикусывая, двигаешься вдоль линии бюстгальтера, теплым дыханием согревая кожу. Подбородком едва уловимо потираешь самую вершинку груди, наслаждаясь моим сдавленным стоном. Умными пальцами обводишь ее, дуешь и счастливо смеешься, когда видишь моментальный отклик. А следом и второй затвердевший камушек прижимаешь губами через тонкую ткань, задеваешь языком, пронизывая током мое тело до самых пальчиков ног. Что же ты делаешь со мной? Если бы не твои руки, поддерживающие меня, я бы уже давно, опавшим листом, осела на пол.
   Приседаешь, языком скользя по животу, потираясь об него гладкой щекой. Выгибаюсь тебе навстречу, где-то на задворках сознания ловя мысль о том, что кое-кто с утра побрился. Но обо всем забываю, когда ты лицом прижимаешься к моим бедрам. Кажется, что от этого можно умереть. Подрагивающие ладони поглаживают ноги, а ты дышишь мной... О, Боже... Хватаюсь руками за все, что попадется, только бы не упасть, попадаются твои плечи.
   Жадный поцелуй через невесомую материю и тихое рычание, потом меня подхватывают на руки и переносят на кровать. Расстегиваешь свою рубашку, не отводя потемневшего взора, переливающегося текучей ртутью, гипнотизируешь меня. Сейчас ты напоминаешь хищника, почуявшего след своей добычи, вижу, как раздуваются твои ноздри, вдыхая желанный аромат. Наступает очередь брюк, долой их! И кажется, только из уважения к моментально зардевшейся мне, ты, засунув большие пальцы под резинку своих боксеров, вопросительно изгибаешь одну бровь: "Снимать или пока оставить?". Пытаюсь смотреть тебе в лицо, но взгляд упорно опускается ниже, туда, где почти ничего уже невозможно скрыть. Да и разве можно такое скрывать? Это просто преступление.
   Уголок твоих губ лукаво ползет вверх, а пальцы стягивают резинку вниз... Кровь с ревом разносится по венам, набатом стуча в висках. Задыхаюсь, плавлюсь, умирая от потребности прикоснуться, попробовать, ощутить рядом, близко, внутри...
   Совершенное тело, совершенные пропорции. Красиво так, что приходится зажмуриваться. Меня накрывает этим горячим телом, обнимает жаркими руками, ласкает жадными губами. И когда уже совершенно нет сил держать себя подальше от тебя, слышу нежное: "Дотронься до меня, моя хорошая, прошу". И срываюсь лавиной, утопая пальцами в волосах, пробуя тебя на вкус, вжимаясь в попытке раствориться в тебе: "Мой, только мой!"
   Последние преграды, в виде нижнего белья, пропадают, оставляя только нас, обнаженных и открытых друг перед другом до такой степени, что кажется, даже кожи нет, остались одни нервные окончания. Пока губы заглушают мои просьбы, чуткие, сильные пальцы живут отдельной жизнью, без стеснения проникая туда, где их уже давно ждут, утопая во влаге, рожденной танцем миллионов бабочек в моем животе. И вот уже два стона сливаются в один, брызгами разлетаясь по оголенным нервам. Я взрываюсь, вздрагиваю, судорожно хватая пересохшим ртом воздух, всхлипываю и затихаю, чтобы через краткое мгновение начать новый виток этого потрясающего путешествия.
   Казалось бы, ну, что может быть такого особенного в соединении двух тел? Простая физиология... Но ты каждым своим движением, касанием, взглядом доказываешь мне обратное, рождая таинство любви. Когда я слышу сдавленный шепот через сжатые зубы: "Хочу тебя! Сейчас". Когда раскрываюсь для тебя, отбросив смущение. Когда чувствую силу и глубину его проникновения. Когда замираю на время, понимая, что вот так и должно быть, не иначе, именно я, с тобой, сейчас. То время, то место, тот мужчина.
   А потом мы растворяемся в извечном ритме, даря себя, принимая другого. Ты и я. Мужчина и женщина.. на широкой кровати... в номере небольшой столичной гостиницы... государства, отмеченного на карте одного из миллионов миров.
   Но нам нет до этого никакого дела.
***
  Сейчас мне немного страшно. Боюсь поднять глаза и увидеть в твоих прежний лед сомнений и отчуждение, понять, что для тебя ничего не изменилось. Это уже было пройдено и это чертовски больно.
  Но жизнь - отличный учитель, и я поняла, что достаточно сильна, чтобы выдержать многое. Как там говориться? Нам никогда не дается больше, чем мы можем вынести...
  Позволяю себе еще несколько минут провести в блаженной неге незнания, поглаживая пальцами маленькую родинку на твоей груди. Почему-то ужасно трогают такие милые мелочи. В любом другом человеке подобное может даже раздражать, а в любимом умиляет до слез. Вы не замечали?
   Моя голова нашла пристанище на твоем плече, так, что без особого труда можно слышать размеренный ритм сердцебиения, и видеть, как поднимается грудь при каждом вдохе. Твоя рука задумчиво что-то выводит на моей обнаженной спине, все мои попытки разгадать этот шифр, заканчиваются ничем, возможно потому, что ты не вкладываешь никакого особого смысла в эти чуть хаотичные касания.
  Чувствую поцелуй в макушку и все же решаюсь посмотреть на любимое лицо. Оно безмятежно и расслабленно, глаза прикрыты, а на губах блуждает тень улыбки. Приподнимаюсь, и сразу же ловлю твой вопросительный взгляд из-под темных ресниц, смущаюсь и, прячась за завесой волос, спрашиваю:
  - Наверно надо вставать? Там нас уже заждались.
  - Нет, я просил в ближайшее время нас не беспокоить, - краска бросается мне в лицо, реагируя на мысль о том, что теперь все в курсе произошедшего. Все знают, что мы сейчас занимались любовью.
  - Они, итак, все понимают. И в этом нет ничего постыдного. Нам можно только позавидовать, - Райн поворачивает меня к себе, легонько надавив на подбородок.  Какое-то время молчим, не разрывая зрительного контакта. Сегодня в этих глазах нет льда, только безграничная нежность пополам с тягучей ртутью тлеющего желания. - Мы же муж и жена, ты помнишь?
  - Мы не муж и жена, это колечко еще ничего не значит, - бурчу в ответ, стараясь очень сильно не демонстрировать свое облегчение. Кажется, кто-то перестал бороться с собой. Кажется, мы перебрались на новый уровень отношений. Й-оо-ху!
  - А вот это что-нибудь значит? - стремительно-неуловимое движение, и я оказываюсь прижата к кровати приятной тяжестью мужского тела. Райн короткими поцелуями отмечает места своих владений. Захватывает мои губы своими, позволяя ощутить, как же мы успели соскучиться друг по другу за это время.
  - А вот это? - шутливо улыбаясь, поцелуями-укусами начинает спускаться вниз, отправляя стайку моих бабочек в новый полет.
  - Не уверена..., но ты можешь постараться... убедить меня, - пытаюсь поддержать диалог, получается довольно несвязанно, но моему мужчине, кажется, это нравится. И кто это у нас тут такой самодовольный?
  - Убедить в чем? - ловлю хитрый взгляд, и очередная атака языка на впадинку на моем животе, делает чрезвычайно сложным процесс удержания нити разговора.
  - Эммм... Убедить в том..., что это что-нибудь значит, - с трудом справляюсь с ответом.
  - Я постараюсь быть очень убедительным, - хрипловатый смех доносится откуда-то из области моих бедер, и мое тело дугой выгибается навстречу настойчивым губам...
  Оказывается, этот лукавый маг умеет быть ооочень убедительным...

  Мы спускаемся вниз только после обеда, голодные и чуть пьяные от захлестнувших эмоций. К счастью, в общем зале никого нет, кроме медитирующего над бокалом вина Лесса. Это дает мне маленькую передышку, возможность прийти в себя и принять независимый вид, в духе: "ничего не делала, ничего не знаю". Я понимаю, что все люди взрослые, что каждый через такое проходил, но справится, с возникшим чувством неловкости до конца, пока не получалось.
  Лесс, казалось, обрадовался нашему приходу, его взор прояснился и потрясающе красивое лицо перестало изображать восковую маску. Неожиданно стало щемяще-больно внутри, я как никто понимала, как тяжело носить такие сильные чувства в себе, контролируя каждый взгляд и каждое слово.
   Райн направился к Розе, выпрашивать обед для опоздавших, а я подсела к эльфу.
- Он выглядит счастливым, - первым нарушил молчание тот, провожая взглядом мага.
  - Я надеюсь, - кинула взгляд в сторону кухни, не думаю, что Лесс хотел бы, чтобы тайна была раскрыта.
  - Он ведь даже не догадывается? - решила я прояснить ситуацию.
  - Нет. И не должен. Это не принесет мне ничего хорошего, а он только отдалится, поэтому и скрываю столько лет. Не говори ему, пожалуйста.
  - Не скажу.
   - Я рад, что он решился быть с тобой..., - ушастый откуда-то из воздуха материализовал пару бокалов и, стараясь не проронить ни одной капли, разлил по ним остатки вина из пузатой бутылки. - Мне никогда не нравилась та, которую он считает своей Аматис.
   - Почему? Она ведь такая красивая, - перед глазами возник образ той, которая занозой сидела в сердце моего мужчины.
   -Ты же понимаешь, что красота мало что решает. Это только оболочка, привлекательная упаковка. Лавиния, она сама какая-то... Даже не знаю, идеальная слишком что ли? Словно не настоящая.
   - А я настоящая?
   - Мне кажется, что да, - наш странный диалог прервало появление Райна с подносом, заставленным аппетитными Розиными творениями.
  - О, мое любимое! - едва водрузив, все это обилие еды на стол, маг подхватил двумя пальцами бокал с вином и поводил им перед собственным носом, блаженно жмурясь, - "Слезы дерева Иф", Ася, ты просто обязана это попробовать. Думаю, что это лучшее из существующих во всех мирах вин.
  Не могла с ним не согласиться: терпкое, ароматное, с привкусом мяты, лайма и еще чего-то неведомого, и едва заметной легкой кислинкой. Хотелось пить его вечно. Хорошо, что мне достался только один бокал, иначе кое-кто мог бы восстановить утраченные было позиции в области Кан-кана.
  За обедом выяснилось, что мы ожидаем прибытия руководителей наших ударных сил. Необходимо было предъявить настоящего короля его боевым генералам, чтобы заручиться их поддержкой в деле штурма дворца. Хотя штурм - это, конечно, не подходящее слово. Еще во время кровавой смуты, когда у власти стоял Ольгер Варавиэр, Райну удалось раздобыть планы  катакомб, которые находились под королевским дворцом, чем он не преминул воспользоваться. Защитники Ольгера были атакованы не только снаружи, но и изнутри, поэтому их сопротивление было сломлено в кратчайшие сроки. Конечно, надеяться на то, что те, кто сейчас стоят у власти не учли прошлых ошибок, глупо. Наверняка те подстраховались, но попасть во дворец через тайный ход - это был единственный вариант в сложившейся ситуации.
  Постепенно народ начал собираться в ожидании предстоящей встречи. В начале, я прятала глаза, опасаясь всевозможных шуточек в свой адрес, но, кажется, меня решили пощадить. В конце концов, мы же себя прилично вели, не сломали ни одной кровати, не орали благим матом в кульминационные моменты. Кажется, не орали...
  Рядом присел Марко, по-дружески пихнув меня плечом.
  -  Забыла тебя поблагодарить, - толкнула  его в ответ, радуясь тому, что в этих васильковых глазах нет больше затаенной обиды. Мальчик смог меня отпустить и остаться просто хорошим, надежным товарищем. Иногда на это требуется очень много сил. Сильный мальчик, замечательный человечек, когда-нибудь какой-нибудь девушке очень повезет с тобой, юный Дракон.
  - За что? -  брови в недоумении поплыли вверх, прячась под светлой челкой.
  - За то, что приехал. За то, что не дал мне умереть. За то, что вытащил оттуда.
  - Да, я же ничего не сделал, просто продрых рядом с вами, - и кристально чистые глаза отразили пытливые мои. Неужели и правда совсем не помнит те три дня?
  - Значит, одного твоего желания, Марко, иногда может быть достаточно для того, чтобы заставить кого-то жить.
  - Ты мне хочешь что-то рассказать? -  заинтересовался парень. К нашему разговору начали прислушиваться, а я призадумалась, стоит ли выкладывать всем про то, что милостиво разрешила увидеть Грань. С меня не брали слова хранить это в секрете, не намекали держать язык за зубами, поэтому, думаю, не будет ничего страшного, если Марко и остальные узнают правду.
  - Когда была в гостях у Грани, - начала я, краем глаза замечая, как напрягся Райн. Его ладонь нашла мою руку под столом и тихонько сжала, как будто он лишний раз хотел убедиться в том, что я вполне материальная и живая. - Она показала мне лойва.
  - Лойва? Живого?  - не удержалась от вмешательства импульсивная Китти. На нее зашикали со всех сторон, заставляя соблюдать тишину.
  - Живого, огненно-красного, здоровенного и усатого, - улыбнулась я, вспоминая вторую ипостась Марко. - Он держал в своих лапах мою ниточку жизни, не позволяя мне уйти. Кажется, Грань была крайне раздосадована этим обстоятельством, по-моему, у нее на меня уже были планы.
  - И как это связано со мной? - теперь уже Марко проявил нетерпение, предвкушая удивительное открытие.
  - А как ты думаешь, кто же был тем лойвом?
  - Эээ... Я?- с недоверием поинтересовался парень, растеряно оглядывая все любопытные лица, обращенные к нему. Мне оставалось только кивнуть в ответ. - Но разве такое возможно? Я же обычный человек, без какой- либо магии, меня же столько раз проверяли.
  - Тебя проверяли на наличие человеческой магии, а не лойвовой. Да и крови древнейших в тебе не так уж и много.  Хочу тебя сразу огорчить, оборачиваться и гонять коров по пастбищам ты не сможешь, - забавлялась я растерянностью друга.
  - А что смогу? - Марко  с повышенным интересом рассматривал свои руки, как будто ожидая, что оттуда в любой момент смогут вылезти ужасные когти.
  - Понятия не имею - порадовала я его. - Но магию Скользящих ты точно можешь видеть, даже через маскирующие чары. А вот остальное... Придется тебе самому  узнавать свои возможности.
  Народ зашумел, обсуждая услышанное, стал задавать вопросы, но я сама слишком мало знала, чтобы что-то объяснять другим.
  - А ты видела только Марко тогда, когда решила вернуться сюда? - пряча ревнивые нотки в голосе,  как бы невзначай, поинтересовался Райн, щекоча мою ладошку подушечкой большого пальца.
  - Нет не только. Я видела еще одного упертого мага, который собирался отдать все, вытаскивая одну бестолковую магичку с того света.
  Мой мужчина удовлетворенно кивнул и решил по этому поводу допить, наконец, вино, которым нас угостил Лесс. Невозмутимый эльф не разделял всеобщее удивление по поводу услышанного, словно знал все о Марко и раньше. Хотя, кто этого ушастого знает? Может так и было. Его индифферентные друзья  вообще изображали полный игнор, общаясь исключительно между собой и в относительном отдалении от нашей шумной компании. Зачем их вообще Лесс притащил с собой?
  -  Лесс, а твои спутники, кто они? - позволила полюбопытствовать я, понижая голос до шепота. Не зря же у них такие большие уши.
  - Ааа, так это сыновья правителя эльфов, те, которые устроили небольшой государственный переворот недавно. Я их на поруки взял, решил пусть займутся установлением добрососедских отношений, да развеются немного, пока их папа там не успокоится, а то он скор на расправу. Может приговорить их годам к 10 в виде дерева Иф. Будут стоять и слезы пускать.
Я чуть не поперхнулась слюной.  Так то вино, которым меня только что напоили, является продуктом жизнедеятельности провинившихся перед правителем эльфов? Ой, как бы не оконфузиться сейчас, продемонстрировав продукты уже своей жизнедеятельности.
  - Ася, да шутка! Шутка, - рассмеялся довольный эльф, заметив мою реакцию. Ничего себе юморок у некоторых. Возмущенно зыркнула на этого вражину, надо будет тоже как-нибудь ответно его порадовать при случае.
   - А про принцев ты тоже пошутил?, - уточнила на всякий случай, чтобы потом не попасть впросак.
  - Нет, про принцев абсолютная правда, - Лесс был совершенно серьезен на этот раз. Странно, такие шишки и совершенно без охраны. Как только их папенька не боится отпускать этих мажористых парнишек? Впрочем, папенька изволит сердиться, может, поэтому и отправил одних, чтобы было чем занять их пытливые эльфячьи умы на досуге.
  В этот момент по залу прокатился раскатистый свист, все замерли. Оказалось, сработала охранка при входе, сообщающая о вторжении. Поскольку за свистом никакого грохота не последовало, народ вполне закономерно предположил, что идут свои, и расслабился, ожидая прихода долгожданных гостей.
  Дверь открылась, впуская в комнату двойняшек, за которыми следовали  трое  незнакомцев в черных одеждах с грозными напряженными лицами. Из толпы навстречу пришедшим выступил Себастиан, спокойный, уверенный в себе, величественный. Вот, если бы я сейчас впервые увидела этого человека, то сразу бы поняла, что передо мной тот, кто привык повелевать по праву рождения, настолько сильна была аура власти, окружавшая его.
  Пришедшие мужчины, как на подбор высоченные, уже в возрасте, с грубыми рублеными чертами, склонили перед ним свои головы и опустились на одно колено со словами: "Мой король!".  Себастиана признали, приняли и подчинились.
  - Встаньте, господа! Сейчас мы не на приеме во дворце и нет никакой необходимости соблюдать этикет. Я рад вас видеть. Рад, что они не посмели вас тронуть.
  Себ подошел к своим генералам и по очереди крепко обнял каждого. Те выглядели растроганными, еще бы! Когда еще представится возможность пообниматься с первым лицом государства?
   - Позвольте вам представить людей, которые долгие годы были моей опорой, - король обернулся и со значением оглядел нас, настоятельно намекая любить и жаловать вновь прибывших. - Люк Барнабьэр - генерал гарнизона Маравы, Сантан Дэвиэр - генерал западного Пограничья и Джой Таскарин - генерал южного Порубежья. Благодаря помощи наших друзей, и их умению телепортировать, нам удалось так быстро организовать эту встречу.
   Пока король говорил, гости рассматривали нас, а мы изучали их. Несмотря на некоторую похожесть этих людей, благодаря высокому росту и военной выправке, при более детальном рассмотрении, в глаза бросались явные отличия. Люк и Сантан принадлежали к знати. Короткие ёжики русых волос, серьезные серые глаза, тренированные, вопреки возрасту, тела. И если черты первого еще обладали некоторым изяществом линий, то на второго у природы явно не хватило терпения, она ограничилась ровными рублеными линиями, скупыми и резкими. Джой же был смугл, даже черен, тем самым напоминая наших земных цыган. Его непокорные кудрявые волосы торчали в разные стороны, лезли в смоляные глаза, не смотря на хвостик, завязанный сзади. Кажется, хозяин им был не указ. Самый коренастый из троих, самый напряженный и недоверчивый, видимо сказывался опыт тех лет, когда он из самых низов пробивался на верхушку Лидийской власти.
   После представления генералы вежливо поклонились и, присев на свободные места, по очереди коротко доложили обстановку. Стало ясно, что полагаться мы можем только на небольшие отряды, состоявшие из тех, кто еще застал Райна до его исчезновения - старых вояк, так и не нашедших своего места в жизни, отдававших армии все свое время, сердце и душу. В общей сложности набиралось около ста человек, включая нас. Конечно, это было не много, но, если удастся тайно проникнуть во дворец, то и такой отряд будет в состоянии добиться намеченной цели. Королевская гвардия, на чьи плечи была возложена охрана правителя и приближенных к нему особ, насчитывала около 200 человек, включая 10 магов. Гарнизон Маравы мог поддержать ее количеством в 2000 мечей, но Люк, обещал, что сделает все для того, чтобы его подчиненные не смогли вмешаться в ход событий.
   Для составления более детального плана, требовалось знать, каким образом отряд попадет на территорию дворца, но тут всех удивил Лесс. Оказывается, пока вытягивали меня с того света, он со своими эльфами прошвырнулся по катакомбам, благо что память у остроухих не чета человеческой, и многие ходы были ему хорошо знакомы еще с прошлой заварушки, устроенной с целью возращения престола юному Себастиану. Результаты этой разведки были не утешительными для нас - на все выходы на поверхность были наложены мощные заклинания, гарантирующие безопасность первого лица государства.
   - Только в одном месте я обнаружил небольшую зацепку, видимо при наложении защиты произошел какой-то сбой или маг был неопытный, не дотянул нить силы. Но, пожалуй, это наша единственная возможность. Райн, мне потребуется твоя помощь, будешь меня страховать.
   - Конечно, Лесс, для тебя все, что угодно, - ухмыльнулся маг, даже не подозревая, как ударяет по эльфу эта фраза. Все, что угодно, кроме главного, того, что ты никогда не сможешь ему отдать... - Куда ведет тот ход, который мы собираемся вскрывать?
   - В винный погреб. Старый король был ценителем вин и чудаком, поэтому специально для него был построен тайный ход, по которому мы и доберемся до королевских покоев. Наша главная задача убрать куклу и вернуть на ее место короля, а затем просто не дать им убить Себастиана, пока мы не разберемся с заговором.
   - Предлагаю действовать таким образом: господа генералы готовят отряды, господа принцы с Китти и Уайтом, помогают телепортировать их поближе к Мараве, близнецы заряжают защитные амулеты, я с Лессом, Марко и Лунем, отправляюсь вскрывать защиту.
   - А я? - одновременно протянули мы с королем и переглянулись. Кажется, нас посчитали балластом. Даже как-то обидно стало и за себя, и за Себастиана.
   - А вы... Себ может прикинуть, что нам предстоит сделать в первую очередь, после того, как прорвемся во дворец, а Ася может попрактиковаться в магии, сидя в своей комнате.
   - О, точно! - подскочил Себастиан и торопливо взбежал по ступенькам вверх, кажется, его стратегическое мышление уже заработало на полную мощь. Я проводила его взглядом и пристально посмотрела на Райна, который избегал смотреть мне в глаза. И как это прикажете понимать? Еще недавно договорились о моем участии в предстоящих событиях, а сейчас этот вражина пытается меня, как маленькое дитя, отправить к себе в детскую, в куколок играть. Попыталась сдержать нарастающее возмущение. Выяснять отношения на глазах у всех, давить на мага, мне не хотелось, в конце концов, мужской авторитет - это такая щекотливая вещь, что лишний раз лучше ее не трогать. Досчитала до десяти, как учат умные психологические методики, выдохнула и попробовала отстоять свою позицию с точки зрения логики.
   - Райн, мне кажется, что вы могли бы взять меня с собой. Обещаю, что не буду обузой, одену все возможные и невозможные щиты, буду тихонько идти за вами, слушать команды и даже делать все молча, не задавая вопросов. В конце концов, мне нужно учиться чему-то новому. Когда еще смогу увидеть, как снимаются защитные заклинания? Это ведь для меня такой шанс.
   - Ася, я потом покажу тебе это отдельно, нет никакой необходимости идти с нами, - посуровел маг, поворачиваясь ко мне. В его глазах откуда-то появились тонкие льдинки, холодными осколочками ударяя по мне. Возмущенно сопя, попыталась вырвать свою руку из его ладони, но не тут-то было, ее вернули назад и еще крепче сжали для надежности.
   - Райн, да возьми, девочку. Там все спокойно, полагаю, что они полностью уверены в своей защите, даже караулы не выставлены, только охранки стоят на вторжение, вот ты мне как раз и нужен для их снятия, - поддержка пришла со стороны эльфа.
   - А, если мы как-нибудь выдадим себя? Если что-то пойдет не так? - маг задумчиво поглаживал мою руку, вряд ли замечая свои действия.
   "Ты же обещал, что возьмешь меня с собой. Что сейчас изменилось?" - обратилась по мысленной связи к нему.
   "Изменилось. Я и тогда не хотел, чтобы ты участвовала во всем этом , а сейчас... Ася, я только что чуть не потерял тебя, просто не смогу еще раз пройти через такой ад".
   "И что теперь? Так и будешь меня держать в застенках? Связывать по рукам и ногам? Пылинки сдувать? Мне нужна практика, тренировка, да и моя помощь тоже может пригодиться. Отрицать это просто глупо. Если бы на моем месте был кто-то другой, то его не посадили бы под замок... Ты не сможешь уберечь меня от жизни, Рай".
   Вряд ли кто-то понял, что между нами состоялся небольшой разговор, если только Лесс, который косился на нас с легким подозрением, все ждали решения Райна.
   - Хорошо, уговорили, пойдешь с нами, - обреченно согласился маг, вставая. - Ну, если все со всем согласны, то вперед!
   А через час мы уже выезжали из восточных ворот Маравы, направляясь к входу в катакомбы. Стоял погожий денек, радующий нас относительным теплом. Я покачивалась в седле, и размышляла, на кой опять тащусь неведомо куда? Ни чему-то меня жизнь не учит, да, и смерть тоже. Глупо надеяться, что в следующий раз мне так же повезет. Возможно, стоило послушать учителя и не лезть на рожон, но тогда бы сидела и места себе не находила все время, пока мой мужчина был на задании.
   Искомым нами входом в подземелье, оказалась ничем не примечательная горка, возвышавшаяся посредине маленького лесочка, состоявшего из множества невысоких ярко-желтых лиственных деревьев. Этакий взрыв позитива на фоне привычной зелени полей.
   Арсов мы оставили в рощице, договорившись, что они будут нас ждать, как говорится, "до последнего". Чмокнула встревоженного Изю в острый нос, умудрившись остаться без каких-либо повреждений, послала ему волну уверенности, что со мной на этот раз все обойдется. Еще и самой бы не мешало почувствовать эту самую уверенность. Натянула щиты и осмотрелась. Как обычно ничего похожего на вход обнаружено не было, но Лесс уверенно подошел к небольшому возвышению, поросшему кустарником, чьи стебли подобно усикам клубники, стелились вдоль всего склона, образуя плотную завесу. Поколдовав секунд десять, он просто развел эти веточки руками, открывая довольно большую в диаметре яму.
   Почему-то резко перехотелось наблюдать, как будут сниматься защитные чары с тайного хода, уж очень негостеприимной выглядела эта ямка, что-то она мне смутно напоминала. Что-то такое знакомое до боли..., даже сердечко подозрительно часто начало отбивать свой ритм. Ася, ты сама этого хотела, сейчас поздно, да и стыдно отступать. Райн, словно почувствовав мою неуверенность, приобнял за плечи, прижимаясь губами к моей шее сзади, и негромко напомнил: "Щиты!". Марко оглянулся на нас, улыбаясь, кажется, этот парень был сильнее всех рад приключениям, свалившимся на его голову. В этой молодой крови бурлил адреналин, будоража воображение. Так странно, я старше этого мальчишки всего на пару лет, а ощущение, что нас разделяет не меньше десятка. Может быть, потому что две смерти - это слишком много для одной судьбы?
   Лесс первый спрыгнул в открывшийся проем, оттуда полился розоватый свет и раздалось глухое:
   - Все чисто, спускайтесь.
   Лунь, не мешкая, воспользовался приглашением, за ним последовал Райн. Я наклонилась над дырой, вдыхая аромат влажного чернозема, и увидела руки мага, протянутые ко мне.
   - Прыгай, я тебя поймаю.
   Села на травянистый обрыв, спустив ноги вниз, оттолкнулась и через долю секунды оказалась прижатой к крепким мышцам сильной груди. Такое знакомое тепло и запах, от которого ноги становятся ватными, а бабочки встают на крыло, окутали меня нежным покрывалом. Тихий, немного смущенный смех сообщил о том, что не я одна так остро реагирую на эту случайную близость. Меня медленно спустили на землю, нехотя разжимая объятия. И вот уже передо мной абсолютно сосредоточенное лицо, как будто все произошедшее только что было лишь игрой воображения, не более того.
   - Пошли, - скомандовал Райн, разворачиваясь к друзьям, ожидавшим, когда мы вспомним, зачем вообще сюда залезли.
   Цепочкой двинулись вперед: Лесс, Райн, Лунь, потом я, а Марко взял на себя роль замыкающего. По сравнению с тем местом, где мы искали короля, здесь было довольно мило, насколько вообще может быть мило под толщей земли в довольно узком ограниченном пространстве земляного коридора. Проход выглядел так, словно его регулярно поддерживали в надлежащем состоянии, никакой паутины, вылезших корней деревьев или обвалившегося потолка. Дорогу нам подсвечивали несколько розовых огоньков, выпущенных эльфом, судя по всему, это был цвет магии остроухих. Такой кокетливый розовый, вполне им подходящий.
   Неожиданно мы остановились, причем так резко, что я запнулась об ногу Луня и если бы не Марко, подхвативший меня под локоть, то точно бы проверила на крепость местный пол.
   - Единый! Новая охранка. Вчера ее не было, значит, либо мы себя чем-то выдали, либо они просто страхуются, - пробормотал эльф, что-то рассматривая у себя под ногами. Услышав его слова, Райн кинул на меня через плечо весьма красноречивый взгляд. А я что? Я ничего... вся в щитах и молчу, как и обещала.
   Некоторое время эльф водил раскрытыми ладонями рядом с маленьким синим угольком, прикрепленным почти у самой земли, от которого в разные стороны расходились тончайшие лучики света, но ничего не происходило. Через пару минут его место занял Райн. К угольку потянулись струйки боевой магии, но результат по-прежнему был нулевым. Мужчины встали, задумчиво рассматривая неподдающийся объект.
   - А что будет, если мы просто пройдем мимо него? - позволила я себе раскрыть рот, вопреки данному ранее обещанию.
   - Будет взрыв, в результате которого нам будет нанесен непоправимый ущерб, - доверительно поведал Лесс. Что будем делать? У кого-нибудь есть соображения?
   - Есть! - подал голос Марко. - Я точно не уверен... Отойдите на всякий случай назад.
   Марко подсел к строптивому угольку, рассмотрел его, а потом, протянув руку, взял его тремя пальцами. Раздалось негромкое потрескивание, в воздухе запахло озоном. Мы напряженно следили за происходящим. Надо ли говорить, что время стало резиновым, растянувшись до бесконечности. Какое-то время ничего не происходило. Парень держал уголек, продолжавший сиять неровным пламенем. Тишина стояла гробовая, так, что можно было различить наши дыхания, и в этой тишине, прозвучавший хлопок показался настоящим взрывом, заставившим нас вздрогнуть от неожиданности. Хлопок... и синий сгусток растворился в окружающем пространстве.
   Не только мы, но наш юный друг сам, выглядели несколько потрясенными произошедшим событием. Человек, который за свою жизнь не совершил ни одного волшебного действа, вдруг, сделал то, с чем не удалось справиться высококлассному магу и умудренному жизнью эльфу. Пожалуй, это было: "Вау!".
   Марко с повышенным интересом рассматривал собственные ладони, стараясь понять, как же он смог без последствий справиться с чужеродной магией. Скорее всего он действовал интуитивно, рисковал, но благодаря ему, мы могли теперь продолжить свой путь.
   Райн одобрительно похлопал Марко по плечу со словами: "Далеко пойдешь, лойв!", и двинулся дальше по коридору. Я, проходя мимо парня, ободряюще погладила его по груди, ибо как никто из присутствующих понимала, каково это - достаточно долго прожить и неожиданно узнать, что ты можешь творить чудесные вещи. Это чертовски опьяняюще!
   Мы прошли уже достаточно много, когда Райн подал сигнал остановиться. Новая охранка, подобная первой, поблескивала уже почти под самым сводом коридора. Мужчины переглянулись, затем Райн и Лунь сцепили руки, предоставляя Марко возможность, встав на получившиеся перекрестье, дотянуться до охранного заклинания. На это раз парень действовал более уверенно: недовольное шипение магического сгустка, хлопок и дорога свободна.
   И вновь по слабо освещенному проходу вперед, в неизвестность. Лесс обернулся к нам и произнес тихим шепотом:
   - Мы почти добрались до места. На всякий случай напоминаю о необходимости соблюдать тишину, чтобы не выдать себя случайным звуком и не отвлекать нас от работы.
   - Нам ничего не должно мешать, если хоть на секунду отвлечешься, сразу упустишь нить силы, и тогда у нас будут большие неприятности, - поддержал друга маг. - Охранное заклинание мгновенно сработает, подаст сигнал своему хозяину и взорвется, засыпая этот ход.
   - А зачем надо было тратить столько сил, устанавливая всю эту защиту, если можно было просто сразу уничтожить все эти катакомбы? - поинтересовалась я, недоумевая, почему Себ еще несколько десятков лет назад не разобрался с этим местом.
   - Во-первых, если взорвать все подземные ходы, то королевский дворец просто осядет под землю. Эльфы потрудились на славу, создавая все это великолепие, но в их работе все взаимосвязано, одно не может существовать без другого.
   - То есть ваши зодчие специально сделали так, что наземная часть дворца не может существовать без подземной? - обратилась за пояснениями к Лессу.
   - Эльфы - старые интриганы, желающие всегда быть в курсе всего и влиять на историю. Поэтому, когда люди обратились к нам с просьбой построить дворец достойный их правителя, мы не смогли устоять перед соблазном сделать для себя лазейки на будущее. Наши народы не всегда жили в мире, катакомбы стали нашей страховкой и дали возможность отслеживать происходящее в этих стенах.
   Я огляделась, осмысливая сказанное, а Райн тем временем продолжил свою мысль:
   -Ну и, во-вторых, Ася, люди, стоящие у власти, понимают, что рано или поздно наступит момент, когда трон может покачнуться под ними, на этот случай необходимо иметь пути отхода, не будем называть это бегством. О существовании всего этого, - Райн повел руками вокруг себя, как бы демонстрируя все достоинства данного места, - знают единицы, а значит, и воспользоваться тоже могут не многие.
   - Да, у каждой медали всегда две стороны. Хочешь получить одно, а в довесок получаешь другое.
   - Именно так. Надо идти, неизвестно, сколько еще там придется провозиться. Готовы? - спросил маг, прежде чем продолжить путь. Все покивали в знак согласия и двинулись гуськом вслед за Райном, стараясь производить как можно меньше шума.
   Вход в винный погреб выглядел довольно невинно, ровно до того момента, как я взглянула на него внутренним зрением. Весь проем был закрыт не только здоровой каменной глыбой, но переплетением белых нитей защитной магии с небольшими вкраплениями крошечных синих сгустков. И как они планируют со всем этим разбираться?
   Райн с Лессом присели на корточки, тщательно изучая самый низ плетения и о чем-то переговариваясь, видимо, именно там и находилась та самая ошибка мага, ставившего защиту, которой они рассчитывали воспользоваться для проникновения. Наконец, они поднялись и начали снимать свои куртки, оставшись в одних рубашках, закатали рукава. Такие разные мужчины: необыкновенно красивые, сосредоточенные, напряженные. Только ради этого зрелища уже стоило сюда спускаться.
   - Марко, - шепотом позвал Лесс. - Раз уж у тебя так хорошо и быстро получается взаимодействовать с чужой силой, нам не помешает и твоя помощь. Я буду сматывать защиту в клубок, Райн постарается придерживать охранки, а тебе представится возможность их уничтожить. Только делать это лучше где-нибудь подальше, чтобы было как можно меньше шума. Остальные просто смотрят и стараются не мешать. Есть вопросы?
   Вопросов не было, поэтому эльф приступил к выполнению поставленной задачи. Протянул изящные тонкие пальцы в направлении плетения и, невидимая обычному глазу, чуть розоватая магия окутала одну из белых струн, натянутых поперек проема. Перебор пальцев и кончик этой струны, отлепившись от стены, поплыл в направлении раскрытых ладоней Лесса. Поглаживающие легкие движения, подушечкой по подушечке, и вот уже скатался маленький комочек, сияющий и чистый. Мне казалось, что эльф не прилагает почти никаких усилий для этого, но стоило только взглянуть на его профиль, как становилось понятно, насколько сильно я ошибалась - на лбу и на висках маленькими бисеринками выступил пот. Оказывается, эти дети лесов тоже умеют потеть, только в отличие от простых смертных, их пот запаха не имеет. Вот сейчас не буду расстраиваться, подумаешь тоже...
   В тот момент, когда Лесс добрался до маленького синего огонька, капелькой росы сиявшего на переплетении нитей, преграждавших наш путь, настала очередь Райна проявить себя. Маг окутал белым сиянием кусочек синего пламени, создавая защитный кокон вокруг его, и потянул к себе, аккуратно снимая того с насиженного места. Охранка вела себя вполне миролюбиво, кажется, ее ничто не тревожило, а подмены одной магии на другую, даже не заметила. Ведомый силой Райна белый кокон плыл по воздуху в сторону Марко, который выглядел не на шутку взволнованным и бледным, настолько, что учитель позволил себе усомниться, получится ли у потомка драконов совладать со своими эмоциями.
   - Справишься? - едва слышно уточнил маг на всякий случай и, получив в ответ короткий кивок, подвел охранку почти к самому лицу Марко. Когда пальцы парня дотронулись до защитного кокона, изолировавшего охранное заклинание, тот растворился, демонстрируя довольно безобидный на вид огонек во всей своей опасной красе. Марко положил его на свою ладонь, сложенную лодочкой и тихонько выдохнул. Появилось время перевести дух, пока Лесс сматывает в клубок очередной кусочек серебристой нити. Так они и работали: один мотал, второй изолировал охранки, стараясь не потревожить плетение, третий собирал синие сгустки. Когда последних набралась целая ладонь, Марко подал знак, что отойдет подальше от нас и дезактивирует их.
   Мы проводили взглядами, уходящего в темноту коридора мальчишку. Да, мальчишку ли? Такой серьезный и сосредоточенный, он выглядел настоящим мужчиной. Он был мужчиной.
   Ожидание - тяжелая стрелка часов, зацепившаяся за щербинку на циферблате, растягивающая время на бесконечно долгие промежутки, когда кажется, что даже планета приостанавливает свое кружение, замирая вместе с нами в невыносимом напряжении. И вот, наконец, несколько хлопков, прозвучавших один за другим в некотором отдалении, позволили нам расслабиться. Марко возвращается с довольной улыбкой на губах, ловя наши с Лунем восхищенные взгляды. Райн успевает дружески хлопнуть новоявленного героя по плечу, прежде чем отправиться изолировать с помощью своей силы очередную взрывоопасную искорку.
   Процесс раскупоривания тайного хода оказался не столь увлекательным, как мне бы этого хотелось, не было фееричных всплесков ярких огней и переливов новогодней иллюминации, была только размеренная, монотонная работа.
   Спустя минут сорок защита была полностью снята, но сегодня у нас не было необходимости пытаться проникнуть во дворец, поэтому учитель занялся наведением собственных чар, призванных скрыть от посторонних то, что подземных ход теперь открыт. Внешне возникала полная иллюзия того, что все защитные линии остались не тронутыми и охранные заклинания висели на своих местах. Все же мне до подобного мастерства еще о-го-го сколько, да и вообще, не факт, что получится когда-нибудь такая красота. Подошла и прижалась сзади к усталой спине, подпитывая любимого своей целительной магией, ему сейчас это совсем не помешает. Лесс перекидывал с руки на руку большой клубок чужой силы, стараясь не смотреть в сторону Райна. Интересно, куда он теперь денет все это, опять Марко спихнет? До чего же я догадлива!
   Обратный путь на поверхность показался куда как короче. Верные арсы топтались рядом, на ближайшей полянке, не рискуя отходить далеко, и радостно приветствовали наше возвращение. Хотя работали другие, безумно уставшей почему-то чувствовала себя я. Все же нервишки - это весьма изнуряющая вещь.
   До гостиницы "У Розы" наш отряд доехал уже в сумерках начинающейся ночи, в окнах горели огни, никто не ложился, нас ждали... Впервые за долгое время у меня появилось ощущение, что я вернулась домой.
  
  

   Глава 20.
   Меня разбудили легкие, почти невесомые поцелуи. Теплые губы дотрагивались до разомлевшей после ночи кожи, словно в нерешительности, дать еще поспать или уже: "Ну, этот сон, когда здесь такое утро". Судя по увеличивающейся интенсивности прикосновений, меня таки решено было будить. Повернулась и обхватила настырного будилу руками, за что тут же получила поцелуй в губы и потемневший взгляд в упор. Ой, а нас ведь не просто так растормошили, а с умыслом! Умысел был коварен и не выпускал нас из кровати еще добрых минут сорок, а то и больше. Когда вот так встречаешь утро, совершенно неважно, сколько там уже натикало.
   Вчерашний вечер закончился на мажорной ноте. Мы вернулись раньше эльфов, занятых переброской и размещением нашего будущего войска, поэтому после ужина остались внизу, дожидаться полного сбора команды. Принцы, Китти и Уайт не заставили себя долго ждать, ввалились в зал гостиницы спустя полчаса, довольные и уставшие. Молодые эльфы, державшиеся до этого особняком и избегавшие любого общения с людьми, теперь выглядели вполне дружелюбно. Их идеальные прически, с пепельным отливом, выглядели несколько растрепанными, изумрудные глаза сияли в предвкушении новой авантюры. Ох, не зря Лесс их утащил из родного гнезда! Этим неугомонным деятелям просто необходимо было куда-нибудь приложить свой творческий гений. Полагаю, что и дворцовыми переворотами те занялись не из-за любви к власти или ненависти к отцу, а с целью эксперимента "получится-не получится" и банально от скуки. Как выяснилось в процессе общения, имечки их звучали песней для слуха, но являлись плохо произносимой гадостью для языка: Сатантиридиэль и Мракантиридиэль. Сатана и Мрак - по ходу, у мальчиков мама с папой шутники еще те.
   По комнатам мы разошлись довольно поздно, наметив план действий на грядущий день. Затягивать с переворотом не было смысла, потому что наши поиски никто не отменял, и вероятность быть обнаруженными возрастала, с каждым днем. Поскольку требовалось некоторое время на отправку городского гарнизона на учения (спасибо генералу Люку Барнабьэру), решили объявить всеобщий сбор на вечер.
   Итак, сегодняшний день и, особенно, ночь должны были стать переломными в жизни Лидийского государства. Осталось только понять, кто кого переломает: мы жизнь или она нас. Напряженность чувствовалась уже с самого утра: в голосах, жестах, взглядах. Сложно отвлечься и забыться, когда на кону стоит так много, но мы все очень старались.
   Сразу после завтрака Райн со всеми тремя эльфами и Лунем засобирались за город, туда, где расположились наши главные силы. Мы с Себом было попытались навязать им свою компанию, но нам довольно вежливо дали понять, что за нас очень беспокоятся, и нам нет никакой необходимости покидать стены гостеприимной гостиницы. Почувствовав разочарование, развернулась, чтобы сбежать наверх, где есть возможность, не привлекая внимания, пожалеть себя любимую, но меня подхватили буквально на излете.
   - Стоять! - родные руки поймали меня за локоток и развернули. Райн приподнял мой обиженный подбородок, заставляя посмотреть ему в лицо. Маленькие морщинки лучиками расходились от улыбающихся глаз, уголок подрагивающих губ упрямо уползал вверх. Моя обида, конечно, была замечена, оценена и взвешена. Чувствую, сейчас будет какое-нибудь внушение в духе того, как я важна, как уязвима и все такое. Нет, мне, конечно, приятна такая забота, но уже начинает раздражать, что меня отодвигают на задний план (их лучших побуждений, разумеется, разве у этих мужчин бывает иначе?). - Для тебя, дорогая, у меня тоже найдется задание. Важное и ответственное.
   - Уж не помывка ли полов? - скептически поинтересовалась, скрещивая руки на груди. Я, конечно, ничего не имею против того, чтобы помочь Розе, но не тогда, когда вокруг меня вершится история. Потом мои внуки будут меня спрашивать: "А что ты, бабушка, делала, когда все спасали Лидию?" и что я, по-вашему, должна буду им ответить? Мыла полы? Ага, сейчас! Да, я в жизни не признаюсь в этом, даже, если, действительно, проведу весь сегодняшний день за уборкой.
   - Не помывка, хотя это тоже будет не лишним. Вон как натоптали! - сдерживаемая ранее улыбка, все же зазмеилась по узким губам. Угу, поулыбайся мне тут! Хотя нет... улыбайся. Разве может быть что-то в этом мире лучше, чем радость, живущая на твоем лице? - Ганимед с Гидеоном делают амулеты защиты для воинов, ты можешь принять участие в этом, заодно узнаешь что-то новое. Как тебе такой вариант?
   - Амулеты? - прищурилась я, пытаясь понять, шутит Райн или нет. Он готов доверить мне защиту людей?
   - Тебя что-то смущает, Ася?
   - Нет, если тебя ничего не смущает, то и мне все нравится, - вроде не шутит учитель, верит, что у меня может получиться.
   - Значит, договорились, - маг притянул меня к себе и на глазах у всех поцеловал, чуть дольше, чем это позволяли приличия, чуть настойчивей, чем позволяла ситуация, и так многообещающе, что в животе закружился огненный вихрь крыльев моих чутких бабочек. Он точно меня сделает нимфоманкой и наркоманкой, разве можно так подсаживать на себя?
   Когда он оторвался от моих губ, единственное, что я была в состоянии сделать, это перевести дыхание и растеряно оглядеться. Окружающие с преувеличенным вниманием рассматривали что-то в стороне противоположной от нас. Да, барная стойка у Розы, действительно, была красивая, стоящая пристального изучения. Какой-то кудесник вырезал на ней дивные цветы, стелившиеся не только вдоль основания, но и оплетавшие столбики, на которые крепилась полка для чистых бокалов. Там и, правда, было на что посмотреть.
   Перевела взгляд на Райна и заметила лукавые искорки в его глазах, и ведь ни капли смущения у наглеца, поставившего в неловкое положение целую кучу народа. Меня дернули за хвост и многозначительно поиграли бровями. И это столетний мужик? Так вот каким ты можешь быть Райн Коннар Адаллиэр! Ты позволяешь мне заглянуть туда за скорлупу невозмутимости и серьезности, раскрывая и свою игривую, беззаботную сторону, позволяя подурачиться и попроказничать, оставляя груз накопившихся проблем за скобками. Говорят, что мужчины так и не взрослеют с годами, я искренне на это надеюсь, мой хороший.
   Пошла провожать отъезжающих, захватив с собой бутерброд для Изи. Проследив, как скрывается за воротами последний всадник, отправилась в конюшню. Арс радостно всхрапнул, приветствуя мое появление.
   - Скучал? Совсем я о тебе не забочусь, да? Нерадивая хозяйка, - пробормотала я, уткнувшись носом в шершавую шею коняшки, который тут же поспешил опровергнуть мои слова своими мыслеобразами. Выходило нечто весьма похожее на лесть: я и геройская, и ласковая, и заботливая. Не удержалась и рассмеялась. Все же любовь нас делает такими слепцами. Изя потыкался мордой в мою ногу и жадно втянул ноздрями воздух, типа: "Ну, чего ты, хозяйка, раз принесла вкусняшку, то давай, не тяни, я же чувствую, как она замечательно пахнет в твоем кармане". Стала разворачивать бутерброд, когда почувствовала внезапную тревогу, она нарастала как снежный ком. Изя насторожился, чувствуя мое волнение, и запрядал ушами. Затолкнула принесенное лакомство в рот конику, чтобы освободить руки, и попыталась понять, что происходит. Вокруг было тихо, ничего не происходило. Осмотр двора и дома тоже не принес никакого облегчения, вызвав только подозрительные взгляды в мою сторону. Еще бы! Сную у всех под ногами, на окрики не отзываюсь. В конце всех этих метаний, я была поймана Себастианом.
   - Ася, все хорошо? - спросил тот, крепко удерживая меня двумя руками. Пристальный взгляд, пытающийся понять происходящее.
   - Я не знаю... Что-то случилось, я чувствую, но не могу понять что, - с мольбой глянула в настороженные карие глаза, словно они мне могли в чем-то помочь.
   - Так... Закрой глаза, подыши и постарайся успокоиться, - привычно скомандовал Себ. Покорно выполнила все указания, почувствовав, что паника начинает "сходить на нет". - Теперь, не торопясь, оглядись внутри себя, нет ли чего-нибудь необычного, может быть, что-то исчезло или, наоборот, появилось.
   Я, следуя его указаниям, изучала магическим зрением обстановку. Вроде все, как обычно: куча нитей силы, пронизывающих пространство, маги, люди, стоп! А это что? Тонкая красная нить струной тянущаяся от моего источника куда-то в далекую даль. Нить пела и пульсировала, рождая каждой своей нотой ощущение страха и потери. Потери? Райн! Открыла свое сознание и максимально громко позвала его. Тишина... Может, далеко уехал и наша связь не действует уже? Мысленно дотронулась до красной артерии, и меня обожгло дикой болью. Застонала и начала заваливаться на бок, Себ едва успел подхватить весь мой вес на руки.
   - Гидеон, - заорал король не своим голосом, укладывая меня на лавку, - Что с ней?
   Я почувствовала, как чьи-то осторожные руки касаются моего лица, прежде чем меня вновь разрезало пополам острым ножом. Чееерт!
   - Физически она совершенно здорова, - пробился сквозь вату в ушах голос Гидеона, растерянный и немного испуганный. Ох, а мне-то как сейчас страшно, ребята, вы не поверите!
   - Что-то с Райном, - с трудом нашла в себе силы прошептать, едва меня слегка выпустила из своих когтей эта мука.
   - Ганимед, срочно свяжись с Лессом, узнай, что там у них происходит, - распорядился Себ, продолжая удерживать меня на лавке, чтобы я не сверзилась с нее, если новый приступ неожиданно скрутит тело.
   Спустя пару томительных минут ожидания, встревоженный Ганимед докладывал обстановку:
   - Они нарвались на отряд с магами, Райна поймали Арканом, пока он боролся, остальные сумели справиться с нападавшими.
   - Что с ним? Я его совсем не чувствую, - даже такую фразу еле удалось вытолкнуть из себя, сердце словно заледенело, а кровь превратилась в желе.
   - Уже все хорошо, он просто без сознания и восстанавливается. Он справился с Арканом и скоро придет в себя, - обнадежили меня. Тиски страха чуть отпустили мое сердце, позволяя ему продолжать отсчет моего жизненного пути.
   - А что такое Аркан? - не удержался от вопроса Марко, пристраивая мою голову на своих коленях. Благодарно улыбнулась ему, так было намного удобнее, ведь у самой сил на изменение положения просто не осталась, боль забрала все себе.
   - Это особенное заклинание, которое убивает мага посредством удушения, вытягивая из него не только воздух, но и магические силы. Ему противостоять могут не многие. К счастью, и создавать его тоже могут буквально единицы. Думаю, Райну повезло, что у вас такая связь, Ася, он неосознанно черпал твои силы, - Ганимед выразительно глянул на меня сверху вниз, суровостью взгляда подтверждая весомость сказанных слов. - Это дало ему время расплести заклинание и выжить.
   Значит, жив... Путы, стянувшие внутренности в один тугой узел, начали рассасываться, только сейчас обратила внимание, как трясутся мои руки, прямо ходуном ходят (сцепила их в замок на груди, чтобы унять противный мандраж). И пусть Райна еще не чувствую, но знаю, что все будет хорошо. Так уже бывало, восстановится за пару-тройку часов, сделает намеченные дела (вот уверена на сто процентов, что, как бы плохо он себя не чувствовал, но доведет начатое до конца) и вернется ко мне. Главное, что вернется... Надо, чтобы всегда возвращался...
   Марко периодически поглаживал меня по волосам, но почему-то смущения перед окружающими я не чувствовала. Возможно, причина этого заключалась в том, что не было укоризненных взглядов и какого-либо осуждения в глазах смотрящих. Внезапное появление парня и его трогательная забота обо мне, всеми воспринималась как должное и естественное. Подумалось, что в моем мире такое поведение обязательно вызвало бы пересуды и кучу домыслов о моей ветрености, а в этой суровой реальности все принималось так, как есть. Жизнь коротка, а Единый рассудит.
   Не знаю, явилось ли это следствием воздействия на меня скрытых способностей моего юного друга или просто результатом естественной регенерации организма, самостоятельно занимающегося подкачкой магии из Лидийского силового поля, но уже минут через десять подобных наглаживаний, я почувствовала себя вполне сносно, если не сказать хорошо.
   К тому времени смута, вызванная произошедшим нападением, улеглась, все вернулись к прерванным занятиям, кроме сердобольного Марко и, задумавшегося о чем-то своем, Себастиана.
   Скамейка - не самое удобное место для отдыха, это стало понятно, едва я попыталась принять вертикальное положение. Оскорбленная неласковым обращением спина, отозвалась тянущей болью в районе плеч и поясницы, хорошо, что мой внимательный друг вовремя подпер меня своим крепким плечом.
   - Пожалуй, нам совсем не помешает немного выпить, - изрек, наконец, король, сфокусировав свой взгляд на мне. И вроде бы обычная фраза, сказанная довольно тихо, но уже через две минуты Роза суетилась вокруг нашего стола, расставляя бокалы, закуску, раскладывая хрусткие салфетки в виде неведомых птиц. Удивленно потыкала пальцем в одну из них, надо же! Заметила, что Себ внимательно следит за мной, слегка прищуриваясь, словно решается на серьезный разговор. Ну, что же, это только твой выбор, я тебе не буду в нем помогать, как бы ни было любопытно. Сказанное по собственному желанию всегда более информативно, нежели то, что удается узнать под давлением.
   Правильно оценив ситуацию, Марко взял в свои руки процесс наполнения бокалов. Взяла ближайший к себе кубок и пригубила чуть кисловатую сладость. Конечно, это не то вино, которым нас потчевал эльф, но довольно приятное, с ярким фруктовым послевкусием. С соседнего стола потянулись руки, видимо, не только мне требовалась поддержка, после случившегося. Близнецы, отложив в сторону многочисленные шнурочки, с повешенными на них камушками, поддержали наше начинание.
   - Ася, а что ты знаешь об Аматис? - огорошил меня вопросом король, для смелости опустошивший уже целый бокал. Такой своевременный вопрос! Они с Лессом, кажется, сговорились.
   - Да, в общем-то, почти ничего, - практически не покривив душой, созналась я.
   - Хорошо, перефразирую. Что ты знаешь об Аматис Райна? - карие глаза, казалось, собирались залезть мне в душу и вывернуть ее наизнанку. Зачем тебе это, король? Зачем тебе чужая боль? Я не заметила в тебе жестокости, может, просто не разглядела ее раньше?
   - Я знаю, что она есть, - подавив эмоции, произнесла ровным голосом.
   - Лавиния - удивительная женщина, тонкая, понимающая, красивая, но у нее не было такой связи с Райном, которая есть у вас. Понимаешь, так сложилось еще в древности, что непосредственно перед первой встречей с Аматис, она приходит к своему избраннику во сне. Первое знакомство и установление связи, после которого две половинки начинают чувствовать друг друга. Я не знаю, кто придумал весь этот механизм, но он действует на протяжении многих поколений. Райн и Лавиния любили друг друга, собирались пожениться, но исчезновение моего друга смешало все карты. Его невеста тяжело пережила потерю своего Амата, хотя и говорила, что чувствует, что он еще жив. Она отдалилась от двора, стала затворницей. Прости, но до этого момента, я осуждал увлечение Райна тобой, считал это предательством, впрочем, полагаю, что и ему ваша близость далась с огромным трудом. Я прав?
   - Конечно, правы, ваше величество, - произнесла я, чувствуя как холод, пронизывающий сердце, находит отражение даже в моем голосе.
   - Ты погоди переходить на Вы и величать меня величеством, дослушай, - вдруг, с улыбкой произнес король. - Ты должна понимать, как трудно менять то, что считал незыблемым так долго. Я ничего не имел против тебя, но видел, как много ты значишь для него. Мне казалось это странным, опасным, боялся, что ты околдовала его. Но сегодня ты заставила меня изменить свое мнение. Честно говоря, я в растерянности. Двух Аматис не может существовать по природе, но тогда как понять кто из вас истинная Единственная? Я помню, что было тогда, но вижу, что происходит сейчас. Если бы я не знал о существовании Лавнии, то был бы полностью уверен, что ты и есть его Единственная.
   - Думаю, для этого есть простое объяснение. Когда я надела браслет, у меня на руке появилась татуировка, - расстегнула верхние пуговицы рубашки и оголила плечо, выставляя на всеобщее обозрение свою синекрылую красавицу. - Таким образом, было проще общаться и взаимодействовать с душой Райна, заключенной в украшение. После того, как получилось вернуть ему тело, эта связь не прервалась по неясной причине. Возможно, действие татуировки продолжается, поэтому я чувствую учителя даже на расстоянии.
   - В твоих рассуждениях есть определенная логика, но мне кажется, что здесь что-то другое и я намерен выяснить что, - заявил Себастиан, давя на меня взглядом. О, что же это был за взгляд! У меня сразу возникло желание признаться во всех своих грехах и, упав на колени, попросить их отпущения.
   - Выясняй, заодно и мне потом расскажешь, - храбро выдержала это пытливое изучение, как и подобало человеку с чистой совестью. И все же, какие разные мнения у мужчин об этой красотке, предназначенной моему любимому в жены. Лессу она явно не по душе, а вот Себ, кажется, восхищается ей. Остро захотелось взглянуть на свою соперницу. Думаете мазохистка? Если только самую малость.
   Вино в бокале незаметно для меня иссякло, все же подобные разговоры очень отвлекают влюбленных девушек от выпивки. Притихший сбоку от меня Марко, тоже пристально изучал дно своего кубка, но я чувствовала его молчаливую поддержку и, столь же молчаливое неодобрение, сказанного королевской особой. Так приятно знать, что есть кто-то, кто всегда стоит на твоей стороне. Ну, я, во всяком случае, на это очень надеюсь.
   Неловкость, возникшая между нами после откровенного разговора, заставила Себа в скором времени ретироваться из-за стола, якобы по каким-то неотложным делам. Он оставил меня в легком недоумении, с какой вообще целью был поднят данный вопрос. Мне попытались дать понять, что я под пристальным наблюдением, как неблагонадежная единица?
   Чтобы отвлечься от невеселых размышлений, занялась изучением происходящего за соседним столом. А там творилось настоящее таинство! Близнецы заряжали внешне ничем не приметные камушки на кожаных шнурочках своей энергией. Насколько я поняла, им необходимо было сделать по амулету для каждого человека, входящего в наш отряд, чтобы предоставить ему хоть какую-то защиту от магии.
   На создание подобного оберега уходило достаточно много времени, потому что работа была поистине филигранной. Вокруг камешка-носителя создавалось особое плетение белых нитей, сложенных многократно, его края закреплялись маленьким огоньком боевой магии.
   Заметив мой интерес к их работе, Ганимед объяснил нам с Марко (который по-прежнему бережно и ненавязчиво демонстрировал свою поддержку) принцип работы такого устройства.
   - Мы выплетаем тонкую сеть из силовых нитей, скручиваем ее особым образом и в качестве спускового крючка устанавливаем охранку малого радиуса действия. Как только охранка ощущает, что некая сила пытается проникнуть на подконтрольную ей территорию, она тут же взрывается, раскрывая защитный кокон, который после этого должен выдержать еще парочку магических ударов.
   - Но если ты просто дотронешься до человека, разве амулет не сработает? - поинтересовался парень, изучая только что созданный Гидеоном образец. Не знаю, что уж он там видел своим оком дракона, но очень удачно избегал прикосновений пальцами к синему огоньку, скреплявшему всю конструкцию.
   - Для того чтобы он сработал, надо ооочень сильно дотронуться. Например, уронить на голову человека тяжелую балку. Ну, что, Ася, будешь нам помогать? Ты уже вроде вполне восстановилась, - предложили мне. А получив мое согласие, продолжили. - Следи за мной, чтобы ничего не перепутать.
   Конечно, процесс оказался намного сложнее, чем это могло почудиться на первый взгляд. Нити плохо слушались, расползались в разные стороны, путались между пальцами, пытались залезть в рукав рубашки, а не в подставленную для них петельку. С терпением у меня тоже было не очень. Как только в очередной раз хитрая нитка необъяснимым образом оказывалась совершенно не в том месте, где это было необходимо, я начинала тихонько порыкивать, вызывая смешки у братьев и сочувствующие поглаживания спины от Марко. Близнецы сумели сотворить уже каждый по три защитных амулета, когда я, с превеликим трудом, навесила на нужное место охранку. Оказывается и синий огонек вовсе не огонек, а вывернутый особым хитрым образом боевой пульсар. В общем, учиться тебе еще, девка моя, не переучиться, по ходу.
   Близнецы по очереди проверили созданный мной амулет, и предложили проверить его в действии. Требовался доброволец. Путем голосования установили, что таким добровольцем будет назначен Марко, чего он тут зря штаны просиживает. Парень подозрительно покосился на предложенный ему камушек, но обреченно натянул мое творение на шею и отошел к стене, находившейся в метрах пяти от стола.
   Ганимед сформировал в ладони небольшой пульсар и приготовился к атаке. На всякий случай мы с Марко зажмурились. Раздался чуть слышный хлопок, наступила мертвая тишина, и, когда я уже готова была испугаться, что стану виновницей гибели друга, гостиницу огласил раскатистый смех близнецов. Даже не смех, а гогот.
   Испуганная реакцией, робко приоткрыла один глаз, второй и через мгновение в беззвучном хохоте, растирая по щекам выступившие слезы, улеглась бочком на стол. Потомок древних драконов, растерянный и значительно порозовевший стоял в защитном коконе в виде памперса с подтяжками. Этакий Карлсончик.
   - Вроде бы проверяли плетение, все было нормально сделано, ничего особенного, - отсмеявшись в волю, поделился Ганимед. - Ну, Ася, ну порадовала!
   - Снимите это с меня, - с тоскою в голосе попросил Марко, не видя всей прелести своего нового облачения, но понимая, что выглядит весьма комично.
   - Нет уж, походи так, пока наши не вернуться, - произнес гадкий Гидеон, довольно потирая руки. - Пусть Райн полюбуется, каких успехов достигла его ученица.
   - Ребята, пожалуйста, освободите его, а то я не умею сама, - умоляюще заглянула в глаза одному, а потом и второму близнецу, но ни там, ни там не нашла понимания. Я бы могла попробовать жахнуть по парню пульсаром, чтобы таким образом обезвредить амулет, но слишком боялась повредить ему и испортить Розе всю обстановку.
   - Ась, ты хоть скажи, чего у меня там? - парень краснел на глазах, начиная нервничать.
   - Может, лучше не надо? - попыталась я избежать неприятного описания наряда.
   - Ася! - угрожающе зашипел Марко.
   - Там, это... знаешь, детям такие трусики одевают непромокаемые, чтобы они, если писали, то прямо в них. А у трусиков еще есть и лямочки, - попыталась, как можно более доступно, объяснить я.
   - Трусики, значит? Трусики, говоришь... Какие трусики?!! - из глаз потомка драконов посыпались искры, натуральные, красные. Ничего себе Новый год! Мы заворожено наблюдали за фонтанами огненных брызг, растворяющихся в воздухе. Хотелось подойти и подставить ладонь под этот огнепад. А ведь так и до оборота недалеко, чтобы там Грань не говорила про слабость его крови.
   - Ладно, убедил, - сжалился Гидеон, с опаской приближаясь к гордому лойву в памперсе, дождавшись, когда утихнет выплеск. Несколько пасов руками, резкий рывок и вот уже остатки милого украшения опадают, искрясь, на пол. Марко расслабленно выдыхает, кажется, он совсем не оценил мою кропотливую работу.
   Стоим и ждем, будет ли парень высказывать свои претензии по поводу столь необыкновенно сплетенного оберега. Близнецы, поочередно пихая друг друга локтями, из последних сил сдерживаются, чтобы вновь не рассмеяться над произошедшим казусом. Марко замечая их не утихающую радость, начинает торопливо отряхивать одежду в весьма пикантном месте, видимо, опасаясь, что там еще чего-нибудь осталось, раз уж братьев так и распирает от эмоций.
   - Там ничего уже нет, - успеваю пискнуть я, прежде чем меня пригвождают к воображаемому позорному столбу васильковые глаза. Стушевавшись, виновато опускаю ресницы. Ну, я же не виновата, что так получилось, в первый раз всегда трудно, но вот следующий амулет точно будет хорошим, уж постараюсь, зуб даю.
   - Ну, если ничего нет, то я, наверно, пойду, - Марко так выразительно посмотрел на нашу троицу, что никто не решился предложить ему остаться для дальнейших экспериментов в области защиты стратегически важных частей тела мужчины.
   Парень неторопливо, с достоинством, держа спину нарочито прямо, поднялся по ступеням вверх, демонстрируя, что никоим образом не был задет случившимся, но я успела заметить, каким тоскливым взором он окинул зал и нас, стоявших у подножия лестницы. В его возрасте как-то особенно остро воспринимаются подобные конфузы, даже если они произошли по чужой вине. Я, конечно, никому не расскажу о случившемся, чтобы пощадить чувство собственного достоинства друга и избежать ненужных шуточек в свой адрес, но вот эти двое ребят с горящими глазами, кажется, уже предвкушают, как будут радовать всех рассказом о моем не задавшемся эксперименте. Хотя почему не задавшемся? Главная цель была достигнута, защитная оболочка создана по всем правилам, пусть несколько своеобразная, но ведь главное жизнь, а час позора можно пережить. Так ведь?
   Ганимед предложил мне продолжить ранее начатое занятие, не скрывая интереса к тому, как я буду выплетать защитную материю, способную принимать столь причудливую форму. На этот раз получилось чуть быстрее, хотя нить по-прежнему неохотно подчинялась моим неумелым рукам. После того, как второй амулет был доведен до ума, с замиранием сердца протянула его для проверки. Близнецы, то прищуривая свои миндалевидные глаза, то распахивая на максимально возможную ширину, с азартом бросились рассматривать сие творение, в попытке понять, где я смогла напортачить в прошлый раз. Длинные тонкие пальцы с вытянутыми ногтями овальной формы, слегка заостренными на конце, нетерпеливо вырывали друг у друга любопытную вещицу, казалось, что их полуэльфячьи души просто млеют от восторга непознанного.
   - Ничего не понимаю, вроде все верно, - наконец изрек Гидеон, поднимая глаза на брата. - Может, тогда просто ошиблась?
   - Проверим? - предложил тот вместо ответа, почему-то глядя уже на меня. Тааак, а вот этого не надо, я на это не подписываюсь! Но меня никто не спросил. Водрузили шнурок с камнем на шею и потащили поближе к дальней стеночке, туда, где еще недавно отдувался Марко, и жахнули по мне зарядом атакующей магии. Я не успела от возмущения даже крякнуть, когда почувствовала как сработала защита, окутав меня теплым коконом знакомой силы... увы, точно такого же образца, как и тот, что порадовал моих добровольных учителей в прошлый раз на Марко.
   На новую волну хохота, выглянула из кухни удивленная Роза и спустилась из своей комнаты Китти. Когда им объяснили причину безудержного веселья, нудлусска пошла проверять надежность чудо-памперса, игнорируя возмущенные вопли, раздававшиеся в ответ на ее тычки под мои бедные ребра. Наглой девице было невдомек, что силушки надо приложить не в пример больше, для того, чтобы почувствовать отдачу. Ткнула ей в ответ пальцем в живот и отбилась ладошками, грозно зыркнув в раскосые смеющиеся глаза. И ведь никакого сочувствия! Единственный, кто осознал всю тяжесть моего положения, оказалась сердобольная Роза, которая всплеснув своими огромными ручищами, пригрозила, что откажется кое-кого сегодня кормить, если эти ироды не освободят девочку из срамного одеяния.
   Угроза подействовала на двух расшалившихся мужиков моментально. Ишь, как привыкли к разносолам и вкусностям! Те немного успокоились и задумчиво посмотрели друг на друга.
   - Давай проверим, насколько ударов хватит этих... ну, вот этих..., - ткнул пальцем в сторону моих трусишек, безуспешно подбиравший нужное слово, Ганимед.
   - Давай! - с восторгом согласился Гидеон, разворачиваясь для того, чтобы атаковать меня вновь. Столкновение, треск, искры, но памперс стоит как каменный. Й-ооху! Знай наших!
   Близнецы удовлетворенно переглядываются и нападают на меня уже синхронно, соединяя свои усилия в одном здоровом синем шаре. Братцы! Вы ж меня тут сейчас по стенке размажете, а я еще столько не успела сделать! Но, на удивление, мой доспех выдерживает и это, впрочем, как выяснилось опытным путем, выдерживает еще целых пять раз "это", прежде чем раствориться в воздухе. Вокруг меня витает легкая дымка, сопровождаемая долгожданной тишиной. Я, скукожившаяся у стены, счастливая обладательница немного подергивающего правого века, жалко проблеяла:
   - Живая, да? - меня заверили в данном обстоятельстве одним из самым действенных способов: градом дружеских тычков от подбежавших двойняшек, посыпавшихся на меня, как из Рога Изобилия.
   - Ася, ну, ты даешь! Такую броню надо еще поискать! Выдержать восемь попаданий, шесть из которых с мощнейшими зарядами! Восемь!!! - ребята восторженно хлопали обалдевшую меня по плечам, помогая прийти в себя. То есть надо мной уже не смеются, а хвалят? Как все быстро меняется...
   Пока меня тут пытались укокошить, количество зрителей заметно увеличилось. На лестнице, как в зрительном зале, с комфортом расположились Себастиан, Уайт, Арт и, конечно, любопытный Марко. Им не хватало только пакетов с поп-корном и стаканчиков Кока-колы. Как только присутствующие поняли, что забава подошла к концу, со всех сторон раздались шумные аплодисменты и свист. Народ выражал свое полное согласие с мнением двойняшек, заставляя меня краснеть, уже не знаю в который по счету раз. Пришлось отвесить в разные стороны несколько шутовских поклонов. О, да! Бремя славы чрезвычайно тяжело! Поправьте мою корону, пожалуйста... и успокойте мое веко...
   Продышавшись, мысленно потянулась к Райну, узнать пришел ли он уже в сознание, но натолкнулась только на сильнейший блок. Было ощущение, что маг, почувствовав, что тянет из меня силы, сознательно отгородился от нашей связи, спасая меня от раздирающей боли. Ну, же милый, отзовись! Ты мне так необходим...
   Расходиться никто не собирался, кто, где мог, пристроился вокруг нашей троицы, продолжавшей свои труды, не смотря на повышенное внимание. Обсуждались достоинства и недостатки подобных артефактов, нахваливался мой эксперимент, неказистый внешне, но довольно убедительно выглядевший во время испытаний. Арт довольно забавно гримасничал, изображая по очереди, то меня - несчастную жертву - чуть ли не распластавшуюся по стенке, то разошедшихся близнецов, с горящими маниакальными глазами.
   - Ася, я бы хотел попросить такую штучку для себя лично, - доверительно сообщил мне его Величество, раскладывая сиятельные локти на столе рядом со мной. Ишь, какой деловой, сразу к сути приступил, не постеснялся даже для приличия.
   - А вас не пугает несколько странный вид моего изделия? - Себастиан поморщился, услышав мое "выканье", но исправлять меня не стал, видимо, ощущая, что после последнего разговора между нами возникла дистанция, не позволяющая мне панибратское отношение к нему.
   - Я все равно не вижу, как в нем выгляжу, а остальные могут ржать сколько угодно, - мужчина оглянулся на ухмылявшихся в предвкушении нового развлечения близнецов, взбудораженных и так и не вернувшихся в привычное невозмутимое состояние.
   - А вы не боитесь, что я вам чего-нибудь не то наплету вместо защитного амулета? Ну, мало ли... ведь я такая коварная и подозрительная личность, - все же не удержалась от сарказма. Впрочем, а чего ты еще ждал, король? Обвинить в нечестности и ожидать, что человек будет по-прежнему относиться к тебе лояльно, это, по меньшей мере, наглость.
   - Ася, я тебя обидел своими словами, да? - Себастиан испытующе посмотрел на меня. Гордо вскинув подбородок вверх, упрямо уставилась в его глаза. У меня всегда неплохо получалась эта игра в гляделки, особенно с мальчиками и, особенно, в детском саду. Былая закалка не подвела и на этот раз, Себ смутился, отвел взгляд в сторону и уже более глухо добавил. - Мне кажется, что я могу на тебя положиться в этом вопросе.
   Ах, только в этом вопросе! Внутри меня все просто вскипело, ладно, положись на меня в этом вопросе, ох, положись. С двойным усердием принялась выплетать полотно будущей королевской защиты. Надеюсь, что мое старание не останется неоцененным.
   К тому моменту, как подали ужин, у меня было сделано уже три новых амулета, которые прошли самую тщательную проверку у близнецов, к счастью, на этот раз они решили ограничиться только визуальным осмотром. Отложив все дела, наша порядком оголодавшая компания с утробным урчанием принялась за Розины изыски. Все же надо будет, надавив на жалость, уговорить эту сердобольную женщину научить меня так волшебно готовить.
   Раздался хлопок охранки и топот сапог, мы невольно встали из-за столов, встречая вошедших. В распахнутую дверь заходили одетые, как с иголочки, остроухие принцы, изрядно потрепанный Лунь, а за ними Райн, поддерживаемый взлохмаченным Лессом. С этого мгновенья мои глаза видели только его, визуально ощупали на предмет внешних повреждений и вновь вернулись туда, где талый лед плескался нескрываемой тревогой и нежностью. Осунувшийся, с запавшими глазами (неужели они его там подлечить не додумались?), с пергаментно-белоснежной кожей и искусанными в кровь губами, чем вам не вампир чистых кровей.
   Словно ведомая тонкой прочной нитью нашей связи шагнула навстречу, ощущая, как в груди распускается цветком моя безграничная потребность быть с ним, в нем. Как-то так резко захлестнуло всеми чувствами сразу, так сильно, что стало невозможно дышать. Вспомнила, как это правильно делать только, когда очутилась в его объятиях, уткнувшись задранным носом в шею, туда, где темной змеей вился след от Аркана. Мы замерли троицей на пороге: я, прильнувшая к Райну, он, прижавшийся ко мне склоненной головой и Лесс, продолжающий поддерживать мага. Тишина сменилась обычными звуками застолья, застучали столовые приборы, раздалось уютное бульканье наполняемых бокалов, послышались чье-то кряхтение и скрежет пододвигаемой скамейки. Нам деликатно давали время почувствовать друг друга и успокоиться.
   Что-то говорить совершенно не хотелось, хотелось так стоять и чувствовать, как струится родное тепло, обволакивая меня не хуже любого защитного кокона, но я понимала, что мой мужчина измотан и держится только "на морально-волевых", ну, и благодаря силе рук эльфа. Отцепилась от него, дотянулась до суховатых закусанных губ, легонько прижалась и ободряюще посмотрела на Райна. "Теперь все хо-ро-шо".
   Пока маг ужинал, устало улыбаясь хлопотавшей вокруг него Розе, под столом положила ладошку на его бедро и легонько поглаживала. Вы не подумайте, никаких посторонних мыслей. Вру, конечно... Хотелось утащить его наверх, спрятать от всего мира и залюбить нафиг, чтобы отползал и спрашивал: "Чем это ты меня?". А если серьезно, то таким образом постепенно вливала в него свою целительную магию, да и просто не могла удержать свои руки вдали от него, каждую секунду проверяя, что он тут рядом, а не где-то на пыльной дороге, задыхающийся в петле чужой силы.
   Пользуясь тем, что Райна отвлек каким-то вопросом Себастиан, наклонилась к Лессу и, сурово хмуря брови, прошептала:
   - Почему вы его совсем не полечили? Он же еле сидит.
   - Этот герой сам отказался, сказал, что на обратном пути кто-то должен будет спасать его задницу, а то одна магиня может не простить эльфийскому двору, его столь скорую кончину, - так же шепотом ответил Лесс.
   - Я все слышу, - раздался вкрадчивый голос сбоку от меня. Повернулась и продемонстрировала Райну самую невиннейшую из своих улыбок.
   А мы что? Подумаешь, посплетничали немного, но мы же по-дружески, с любовью, так сказать.
   - Ася, достаточно, - мою руку поймали под столом и немного сжали, перекрывая поток целительной силы, которой я старательно накачивала мага. Строгий взгляд прозрачных глаз, видимо, должен был меня призвать к порядку, но мне было совершенно все равно, к чему он там должен был призвать. - Сейчас ведь станет плохо, много уже сил мне отдала. Давно ли сама пришла в себя? Думаешь я не почувствовал, как тебя вместе со мной накрыло? Вредная девчонка.
   Я согласно кивала в такт его словам, продолжая столь же невинно улыбаться и для пущего эффекта хлопать ресницами, но мои чары не подействовали. Все дальнейшие попытки продолжить восстановление упрямого мужика заканчивались безрезультатно, меня блокировали, еще и кололись в ответ, заставляя возмущенно шипеть через сжатые зубы.
   - Эй, вы, имейте уже совесть! Сколько можно? - возмутилась Китти, заметив нашу возню под столом. - Подождите хотя бы до комнаты-то!
   Взглянула исподлобья на возмущенную нудлусску и сразу же почувствовала, как краска заливает мне лицо, медленно, но неотвратимо. Опустила голову как можно ниже и закусила губы, чтобы не рассмеяться, то ли от неловкости момента, то ли от его забавности. Представляю, как наша борьба смотрелась со стороны, ведь мало кто понял, что на самом деле я всего лишь пыталась подлечить этого бравого парня, а он, в свою очередь, отбивался от моих услуг, а не пытался меня потискать под столом. Райн подмигнул мне, позволяя уголку своих губ уползти немного вверх, и, не выпуская моей ладони из стального хвата, обернувшись к девушке, произнес:
   - Не завидуй, малыш! Будет и на твоей улице праздник, - все заулыбались, предвкушая встречу с тем, кому посчастливится завоевать расположение девушки. Китти вспыхнула не хуже меня, и, состроив недовольную рожицу, показала магу язык. А я невольно скосила глаза на Арта, который в отличие от других, совершенно серьезно смотрел на зардевшуюся девчонку. Может быть, мне это только кажется, может быть, это просто мое разошедшееся воображение, но... пройдет совсем не так уж много времени до той минуты, когда этот вечно играющий на публику мужчина признается сам себе, что именно эту женщину хочет видеть в главной роли своего жизненного спектакля.
   Так недолго и в свахи заделаться: к Марко приглядываюсь (такой парень пропадает), Арта пристраиваю, так и до Себастиана доберусь. Подберу ему какую-нибудь красивенную стервозную принцессочку, нашепчу всяких хитростей-премудростей, бельишко соответствующее подберу, отвратительно прозрачное и вызывающе развратное, аксессуарчики соответствующие с Земли притащу (интересно, как короли относятся к латексу, садо-мазо или ролевушечкам всяким - да, да, бей меня! Прямо скипетром и жарь!), дам пару романчиков прочитать срамного характера, чтоб подкованная была, и хана этому королю наступит.
   Нет, ну надо же, что любовь с людьми делает! Вместо того, чтобы с умным лицом вникать в обсуждение сегодняшней акции, изображать, что я чего-то там понимаю в этих схемах многочисленных дворцовых переходов, сижу и матримониальные планы строю. Или это уже планы мести?
   Надо собраться, Ася, надо собраться! Нет, ну, где тут собраться? Гляньте... Райн вроде и говорит все по делу и своим красивым длинным пальцем куда надо тыкает в карту, разложенную на столе, но вторая-то рука его почему переместилась куда-то в область моих ямочек, тех, что повыше седалища моего. И почему-то рука эта не просто туда перебралась, а с каким-то умыслом, иначе чего она забирается под пояс брюк, пользуясь прикрытием рубашки? И еще говорят, что мужики не умеют два дела одновременно делать, умеют и еще как... Блииин, ну, как я на штурм-то пойду, когда все пропускаю? Ой, да и подумаешь, пропускаю... когда тут такое... да... да...да... еще пониже, нужно прямо чтобы совсем пониже. И пальчиками так, да, можно посильнее... ох, как хорошо-то...
   "Асяяяя!" - раздается в моей голове трубный глас. "Ну, ты за щитами хоть следи! А то эльфы уже сейчас готовы телепортом обратно в свои Священные леса рвануть, удовлетворять внезапно возникшие неотложные нужды, а они нам сегодня ночью еще пригодятся".
   Испуганно вжала голову в плечи и робко выглянула из-за Райна, с трудом удерживающего на лице серьезную, подобающую военному совету, мину. А эльфы и впрямь выглядели не очень. Нет, ну, ничего такого я там, конечно, не разглядела, все же многослойные одежды и стол, скрывающий самую любопытную часть их тела - отличный способ конспирации, но вот глаза! Эта легкая поволока, легким туманцем загулявшая в огромных озерах желания. Мама, дорогая, их же можно брать готовенькими.
   "Это мы их так раззадорили?" - деловито поинтересовалась я мысленно, чувствуя себя роковой соблазнительницей.
   "Не мы, а ты. Я хорошо экранирован щитами, а вот некоторые от волнения забыли про блокировку мыслей и переживаний. А никто не отменял природную восприимчивость наших ушастых друзей, вот они и прониклись по полной программе. Хорошо хоть Лесс вовремя сообразил что происходит и прикрылся, а вот принцы поплыли".
   "Хорошо, что ты не поплыл, невозмутимый мой!" - едко заметила я, обижаясь на шутливый тон мужчины. Сам спровоцировал ситуацию, и меня же еще сделал виноватой, очень по-мужски так.
   "Сейчас мы поднимемся наверх, закроемся на ключ и я покажу, насколько сильно ты заблуждаешься, дорогая. Непередаваемо сильно заблуждаешься насчет моей невозмутимости. Я бы и сейчас мог тебе предоставить доказательство данного факта, но боюсь, принцы этого точно не вынесут", - этот вкрадчивый шепот, прошедшийся раскаленной лавой вдоль моего позвоночника сделал то, что не успели сотворить со мной игривые пальцы одного наглого мага, напрочь отключил мозг, заставив его стечь куда-то в область живота, утопив разом всех бабочек, нафиг.
   Совет как-то сам собой быстренько закруглился уже без участия Аси и принцев, а потом... Потом мне доказали, что выводы, сделанные мной ранее были в корне неверны. Прямо дважды неверны. Вылечила на свою голову! Мы вам еще не напоминаем кроликов? Нет? Вы только что сняли камень с моей души.

   Глава 21.

   Мне показалось, что я только на одно мгновение закрыла глаза, но меня разбудил звук закрывающейся двери. Как же я умудрилась уснуть? Где Райн? Я все проспала?
   Подскочила с кровати, путаясь в одеяле, и бросилась к закрытой двери. Попыталась повернуть ручку, но закрытый замок не дал мне этого сделать.
   - Райн! - заорала не своим голосом и даже вздрогнула, когда с той стороны услышала тихий напряженный голос. Оказывается маг не ушел, а остался сидеть с той стороны двери.
   - Асенька, если можешь, прости меня, но так будет лучше.
   - Что это значит, Райн? Я не понимаю, - постаралась успокоиться и собраться с мыслями.
   - Это значит, Ася, что ты с нами не идешь, - голос за дверью полон раскаяния и сожаления, но слова произносятся с твердой уверенностью в правильности принятого решения.
   Что значит, не иду? Он же обещал мне. Мы договорились. Значит, если бы я не проснулась сейчас, он бы просто ушел, оставив меня безмятежно досыпать до утра? Поэтому он был так бесконечно нежен, когда мы сегодня занимались любовью, следил за каждым моим движением, взглядом, вздохом, словно оставляя их для себя на память, откладывая куда-то в глубины своего сердца? Этот нахал прощался со мной, понимая, что может не вернуться из дворца.
   - Врун! Предатель! Гад! Ты не можешь меня здесь оставить! Не имеешь права! Открой сейчас же! - я молотила кулаками в дверь, стучала по ней ногами, дергала за ручку, орала, наплевав на то, что одеяло давно сползло на пол, оставив меня полностью обнаженной. Бессильные слезы стекали по щекам, капали с подбородка, я сердито вытирала их, продолжая свое бессмысленное сражение с несчастным куском дерева.
   - Даже, если ты меня не простишь потом, если возненавидишь, я все равно не возьму тебя с собой, моя хорошая, - услышала я через грохот собственной ярости. Всплеск негодования сходил "на нет", сменяясь ноющим ощущением боли где-то в районе груди. Сейчас он уйдет, а я останусь здесь в неизвестности пустоты и в тревожной тишине.
   - С твоим ужасным невезением по части попадания под раздачу, тебе просто нельзя быть там, понимаешь? - продолжил он, спустя минуту. - Ты должна вернуться домой, увидеть свою семью и просто жить дальше, чтобы не случилось, и как бы не было трудно.
   - Ты, сволочь, Райн! Какая же ты сволочь... Не смей со мной прощаться, слышишь! Я запрещаю тебе. Слышать этого не хочу. Иди, побеждай и делай, что хочешь, но притащи мне свою наглую задницу назад живой и здоровой. Мне предстоит ооочень долгий разговор с ней и, поверь мне, я буду очень сурова.
   - Обещаю тебе, родная, что не только моя пятая точка, но и весь я, буду в полном твоем распоряжении, как только все закончится. Прости меня...
   Наконец, ощутив, что меня начинает потряхивать то ли от холода, то ли от нервного напряжения, дотянулась до одеяла, валяющегося рядом, закуталась в него и села на пол, опершись спиной на деревянную преграду, отделяющую меня от самого важного человека в моей жизни. Так мы и сидели по разные стороны, прислонившись друг к другу, почти осязая тепло тел через перегородку. Я готова была так просидеть всю оставшуюся жизнь... Его или мою. Не важно...
   - Мне нужно идти. Меня уже ждут. Я..., я..., - Райн замялся, словно не решаясь мне что-то сказать, что-то очень важное, но он продолжил уже совершенно в ином ключе. - Отдам Розе ключ, чтобы она покормила тебя, но не надейся, что выберешься отсюда. Посмотри на дверь внутренним зрением.
   Подняла голову вверх и, как смогла из такого положения, оглядела то, что мне порекомендовали изучить. А Арахн хорошо постарался. Весь проем был затянут тонкой сетью защитной магии, не хуже, чем та, которая прикрывала выход из подземных катакомб дворца. Мой учитель, кажется, обо мне очень хорошего мнения, раз понаплел тут такой красоты.
   - Войти в комнату может любой, а вот выйти... - я в надежде зыркнула в сторону окошка, может, забыл. - Окна это тоже касается, Ася. На связи находится не смогу, потому что буду закрыт щитами от королевских магов. Если не отвечаю, то это не значит, что со мной что-то случилось, поняла? Это значит, что я работаю. Как только справимся, сразу же дам тебе знать. И... дождись меня, пожалуйста.
   Это он так пошутил, да? Дождись. Куда же я денусь? Хотя, есть у меня одна мыслишка, не зря же так внимательно следила за работой Лесса, когда он деактивировал защиту.
   За дверью уже давно стихли его быстрые шаги, а я все гладила подушечками пальцев грубовато обструганные доски и молилась. Всем богам одновременно. Чтобы отвел от них беду, чтобы помог, чтобы не оставил, чтобы вернул его мне назад.
   И чего я тут раскисла, собственно говоря? И ведь могу попытаться снять защиту, потом позвать Розу, чтобы она меня выпустила из комнаты, и отправиться вслед за друзьями. Знаю, что не самая лучшая идея, ехать туда одной, но ведь можно только подобраться поближе, послушать, что там творится, можно даже во дворец не соваться, в подвале посидеть и прозондировать происходящее. Но ждать вот так тупо в этих стенах, тоже выше моих сил, надо что-то делать, чем-то занять свою голову.
   Оделась, привела себя в порядок и принялась изучать строение плетения. Главное было обнаружить кончик ниточки, а дальше должно пойти легче, просто обязано. Оказалось, что совсем не легче, а даже совсем наоборот. Нить оказалась липкой, клейкой, приставучей. Не знаю, сколько с меня сошло потов, прежде чем мне удалось отделить первый кусочек защиты, казалось, что я пробежала километров так пяток в ускоренном темпе и никак отдышаться не могу. С такой черепашьей скоростью я как раз к их возвращению и справлюсь со всем, предполагаю, что хитрый Райн именно на это и рассчитывал. Дескать, займется Ася делом, нервничать меньше будет и научится новому заодно.
   Неожиданно раздался глухой хлопок охранной сигнализации, а затем низкий протяжный гул, сообщающий о постороннем вторжении. Я замерла, чутко прислушиваясь к звукам затихшего дома. Кто это ночью рискнул забраться в запертый дом? Может, просто случайный воришка, а может... Додумать мысль не дал грохот эхом прокатившийся по полупустой гостинице и последовавшие за ним крики. Мужские голоса, совершенно неразличимые слова. Проверила свои щиты, все на месте, дополнительно натянула кокон защиты, не помешает. Сконцентрировалась и начала аккуратно этаж за этажом проверять дом. Ага, маг и шестеро людей, двое из которых Роза и ее помощник на кухне. Значит, мы имеем дело с пятью посторонними. Если бы это была королевская гвардия, которая, наконец-то напала на наш след, то она была бы не столь малочисленна. Оставалась вероятность случайного грабежа и еще, конечно, Сыч, которого мы, своим побегом, поставили в крайне щекотливое положение. Народ внизу начал предпринимать более решительные действия. Трое остались на первом этаже, скорее всего, оставили одного товарища охранять взятых в плен местных жителей, остальные поднялись на второй этаж. Двигались кучно, видимо, каждую минуту ожидая нападения. Эх... кому тут нападать? Все ушли на фронт, осталась только Ася. И сейчас за Асей, кажется, придут. С ними маг, значит, он поймет, что эта запертая комната имеет довольно странный вид, ох, выдает меня эта паутина Райнова, впрочем, возможно, что и мои щиты и амулет, маскирующий силы, совершенно не скрывают меня от взора пришедших.
   Таинственные посетители неумолимо приближались к моей комнате на третьем этаже. Пять человек. Я с ними не справлюсь. Если бы хоть мага не было. Звать на помощь Райна не было смысла, даже, если он совершенно неожиданно откликнется, то пока доберется сюда, меня уже успеют несколько раз четвертовать. Сердце скакало как сумасшедшее, мешая сосредоточиться. Надо что-то делать, а не стоять здесь столбом. Отмотанный кусок защиты прилепила обратно, не глядя, уж не до красоты сейчас. Огляделась в поисках укромного местечка, может, получится пересидеть? В ванне не спрячешься, под кроватью все видно, остается только шкаф, с кучей нашего барахла, как удачно я там развесила эльфийское платье, подаренное Лессом при нашей первой встрече.
   Чертыхаясь и ругая себя за глупость (это же первое место, где они пошарят), залезла в шкаф, прижалась к задней стенке, задрапировав себя тончайшим материалом с самодвижущимся узором. Сразу же захотелось в туалет - дурацкая особенность, я с детства прятки не любила именно за это, даже, если только что из туалета, но как только забираешься в отличную нычку, сразу же возникает трудно преодолимое желание сбегать "до ветру".
   Осторожные шаги, замершие за стеной, скрежет открываемого замка, тихий скрип двери.
   - Однако, - чуть сиплый прокуренный голос, сообщил о своем присутствии. Показалось, что кровь по моим венам уже не бежит, летит в бешеном ритме, рот наполнился вязкой слюной, которую никак не получалось сглотнуть.
   - Как интересно. Стоит защита, чтобы нельзя было покинуть помещение, но кое-кто переделал ее таким образом, что теперь нам не войти, пока я не распутаю все это. Это кто же у нас так постарался? - приторно сладкий голосок, явно намекал на то, что я рассекречена. Но сейчас на свете существовало очень мало вещей, которые могли заставить меня выбраться из этого шкафа и уж точно, этот голосок к ним не относился.
   - Так, я займусь защитой, Наум, спускайся вниз, передай с гонцом весточку Сычу, что мы нашли одну его пропажу. Заберем девчонку, и вторая пропажа сама придет в наши руки. Флип следи за комнатой, чтобы меня тут внезапно не поджарили, пока я открываю проход.
   Значит, люди Сыча, что и следовало предполагать, все же у криминального авторитета служба сыска устроена лучше, чем у нынешнего короля, или того, кто им управляет. И дорогой Флип здесь, видимо, мало тебе от Райна перепало, надо еще добавить, чтобы больше не мучился.
   Что же мне делать? Сама не ведая того, благодаря так удачно прилепленной ниточке, я оттянула момент встречи с головорезами на некоторое время, но надолго защиты на входе точно не хватит и тогда они меня возьмут тепленькую, прямо среди всего этого барахла. Ни на чью помощь рассчитывать не могу, значит, надо действовать самой. Пока они еще не вошли у меня есть шанс попробовать побороться с ними, ох, как же я не хочу отсюда вылезать, кто бы знал.
   Максимально усилила свой защитный кокон и тихонько начала выбираться поближе к дверям. Собрала в ладони колючий сгусток и, распахнув дверцу шкафа, метнула его в направлении дверного проема, где копошились нежданные гости. В ответ из коридора получила серию отборнейших ругательств, ну, насколько я поняла по интонации, поскольку данные слова мне не были знакомы в силу того, что все встреченные в этом мире мужчины почему-то посчитали, что не пристало приличной девушке приобретать новые знания в области фольклора.
  - Флип! Я же сказал, чтобы ты следил за комнатой, - зарычал маг на телохранителя Сыча. Тот, виновато, что-то пробурчал в ответ. Ох, не надо было лезть не в свое дело, дружок, охранял бы своего начальника и дальше, так ведь нет, на подвиги потянуло. Возможно Флип попал в опалу у руководства в данный момент, и, чтобы вернуть себе былые позиции, захотел выслужиться, или решил отомстить Райну за парочку неприятных моментов в нашем общем прошлом, кто знает?
  Уже не таясь, вылезла из шкафа и рассмотрела захватчиков. Флип выглядел как всегда - здоровым детиной с весьма "интеллектуальным" лицом и всклокоченными волосами (уж не их ли я подпалила только что, судя по запаху, распространявшемуся по комнате?). Маг был мужчиной средних лет, довольно обрюзгшим и неприятным на вид: засаленная одежда, давно немытые волосы, одутловатое лицо. В руках он держал маленький клубочек нитей из защитного плетения. Обидно, я так долго мучилась, а он справился буквально за несколько минут, такими темпами уже через минут двадцать мои бастионы падут под их напором. Из-за их спин выглядывал сухонький мужичонка в куцем пиджачке и коротковатых штанишках: суетливый и явно взволнованный происходящим. Уж не он ли навел на нас этих милых товарищей?
  - Клемент, да что ты стоишь столбом? Жахни по девке и все дела, думаю, Сыч не обидится, если она будет не совсем в товарном виде, - попросил Флинт, приглаживая рукой волосы. Эх, мало тебе досталось от меня, пупсик. Сейчас, погоди минутку, добавлю.
  - К сожалению, мой друг, нам не повезло, - наставительно произнес маг, продолжая неторопливо сматывать защиту, внимательно следя за файерами, которые я создаю в своих ладонях. - Данная магия, признала девушку своей, поэтому позволяет ей вести оборонительные действия против нас. Но мы пока пробиться через установленную защиту не можем, поскольку нас она рассматривает, как врагов.
  Отлично! Получите тогда еще. Бросок, рикошет, грохот и куча щепок, разлетающихся в разные стороны. Конечно, у них была защита: у мага своя, а у Флипа и мужичка, наверняка, амулеты. Мне оставалось только тянуть время и пытаться сломить сопротивление охранных сил. Еще парочка удачных бросков и люди весьма осмотрительно поспешили скрыться с линии огня, отойдя вглубь коридор, амулет-то не резиновый. Маг же упорно продолжал разблокировку дверного проема, отслеживая мои удары и значительно усиливая свое защитное поле в момент столкновения. Странно, почему он не может держать его в постоянном напряжении, как я? По логике, закрылся и занимайся своим делом, ведь мои файеры, как мячики отскакивают в стороны, не причиняя вреда, но мужчина напряжен, следит скорее за моими действиями, чем за тем, что делают его руки с нитью. Значит, что для этого должна быть причина...
  Сосредоточилась и тщательно до мелочей постаралась отследить момент столкновения, когда очередной синий сгусток отпружинивает от магического поля, созданного вокруг этого неприятного человека. Интересно, интересно... А с источником мага-то не все в порядке, оказалось, что тот, словно покрыт тонкой черной пленочкой, заметной лишь при максимальном напряжении.
   На Лидии нет неизлечимых болезней, кроме смерти, но ощущение именно такое, что источник не совсем здоров и работает не так как надо. Что же это может быть? Проклятие? Ладно, не важно, важно как это может нам помочь. Еще раз, проверив защиту мага на прочность, обратила внимание, что в одном месте кокон при ударе рябит чуть сильнее. С этого момента именно данное место и стало моей целью.  Надо признаться, что с точностью у меня по-прежнему были проблемы, но уже не такие глобальные, как раньше  (я попадала!). Кроме того, почувствовала, что начинаю уставать, поскольку сил на поддержание собственной защитной сферы уходило огромное количество. Придется рискнуть, пока еще силовые нити Райна не позволяют магу меня атаковать. Сняла щиты, усилила заряд и полностью сосредоточилась на выцеливании. Мужчина, поняв мои намерения, постарался уплотнить слабое место в своей защите, но было уже поздно. Я почувствовала как пробила его, не испытав при этом никакого удовольствия, меня никогда не радовала необходимость причинить кому-то боль, даже собственному врагу.
  Врагу... Удивительно, но у меня действительно появились враги, не те язвительные девочки, подмечающие все твои просчеты и ошибки, которых немало в твоем классе, школе или институте, не те, которые утверждаются, опуская тебя в дерьмо, другие... Холодные, равнодушные, готовые идти до конца, до твоего конца, причем.
  Маг, выронил клубок из рук и опустился на одно колено, сдерживая стон, но быстро собрался и, отойдя чуть в сторону, приготовился пробить оставшиеся Райновские нити мощным сгустком магии. Черт! Я же без защиты. Посылаю еще один файер в облюбованное место. Должна успеть добить, пока он меня не шибанул. Мой визави прикусывает щеку, сдерживая очередной стон или ругательство. Сильный какой мужик, на мою несчастную голову.
  Едва успеваю создать в ладони огненный шар, когда вижу, как синий сгусток прорывает слабую оборону двери, единственное, что остается в моем незавидном положении - упасть на пол. Неудачно, подворачивается рука, но это спасает мне жизнь. Теперь мой ход! Только бы не промазать, это может стать моим последним шансом. Пульсар ударяет точнехонько в нужную точку, и мой противник отлетает к стене коридора, ударяясь об нее спиной, на массивной груди распускается кровавая роза. Вроде бы пафосные слова, но в данном случае именно так: кровь, растекаясь в разные стороны от эпицентра ранения, постепенно окрашивает светлую рубашку в ярко-красный цвет - завораживающе ужасное зрелище. Маг растерянно смотрит на меня, кажется, он еще до конца не понял, что удача сегодня отвернулась от него, и вот это создание, сидящее на полу в нелепой позе, является причиной этого. Побледневший мужчина опускается на пол, устало прикрывая веки, и затихает.
  Еще одна смерть на твоей совести, Ася. Как же ты будешь платить по всем этим счетам, какова будет цена?
  Не утонуть в ощущениях собственной вины мне помогает грохот, металлическим гудением разнесшийся по коридору, и, следом, звук падающего тела. Там же еще двое остались! Пытаюсь встать, но поврежденная при падении рука отзывается резкой болью. Шиплю сквозь зубы и ругаюсь про себя. Наконец, я на ногах. Сил остается немного, но их хватает на создание слабеньких щитов, которые по прежнему гарантируют мне некоторое подобие безопасности, поэтому, не таясь, выглядываю из комнаты и застаю довольно колоритную картину. Роза с огромной чугунной сковородой наперевес над бездыханным телом сморчка, который привел сюда наших преследователей, а напротив нее оторопевший Флип, сжимающий в руках короткий кинжал. Кажется, парень рассчитывал совершенно на иной расклад и был совершенно не готов к встрече с рассерженной великаншей-воительницей с особо опасным оружием.
  Минутная заминка, короткий замах и голова бугая, разбрызгивая слюну, ударяется о стену. Воздействия сковороды и стены вполне хватает для того, чтобы этот здоровенный детина ушел в на какое-то время в "нирвану".
  Роза несмело улыбается мне и пожимает плечами, как бы извиняясь, за случившееся. От нелепости, абсурдности ситуации почему-то возникает желание рассмеяться. Причем, совершенно не понятно, смешно ли мне на самом деле, учитывая, что я только что убила человека, или это всего лишь реакция на стресс.
  - Побудешь здесь? Пригляди за ними, а я спущусь вниз за веревкой, надо успеть связать, пока в себя не пришли, - довольно буднично констатировала хозяйка гостиницы, оглядывая место побоища.
  - Да, конечно, иди, - мне показалось, что вполне смогу с этим справиться, главное только не смотреть на тело мага, прислонившееся к стене в непосредственной близости от меня. Но взгляд невольно возвращался к убитому, которого вполне можно было принять за человека, присевшего отдохнуть после трудного дня, ну, или, за пьяньчужку, задремавшего не дойдя до кровати, если бы не огромное алое пятно на груди... Внезапно накатила тошнота, резко и неотвратимо. Зажала рот ладонями и бросилась в ванну. Горечь вины выходила из меня остатками сегодняшнего ужина и слезами запоздалого раскаяния.
  Когда я вернулась назад, деятельная Роза уже довязывала узлы на руках так и не пришедшего в себя Флипа, по виску которого, уже расползлась здоровенная гематома. Мужичок тоже был надежно упакован, а мага сердобольная женщина прикрыла каким-то плотным покрывалом, за что я ей была неимоверно благодарна.
  - Пусть эти пока тут поваляются, а мы пойдем с тобой, спустимся вниз. Я сделаю отличный отварчик из трав, тебе сразу станет полегче, - женщина приобняла меня за плечи и потащила к лестнице. Невозможно было не поддаться силе этих заботливых рук, их мягкому успокоению, влекомая Розой, спустились на первый этаж, где нас ждал Казимир, ее помощник по кухне, и парочка связанных бандитов, уже пришедших в себя после "отключки". Так же как и у тех товарищей, которые были оставлены нами на третьем этаже, у них отчетливо виднелись следы приложения кухонной утвари, которая заменила Розе оружие.
  Меня усадили за стол, туда же был передвинут немного шокированный парень, а невозмутимая Роза отправилась хлопотать на кухню, предварительно погрозив пальцем пленникам, дескать: "Смотрите тут у меня!". Те проводили грозную воительницу напряженными взглядами.
  После распития довольно горького, но видимо, очень полезного варева, мы обменялись своими впечатлениями. Как оказалось, нападавшие сами опростоволосились, оставив связанных друзей на кухне, которая была настоящей вотчиной великанши. Имея за плечами довольно буйную молодость, Розитта, всегда была готова к худшему, поэтому такую ценную вещь, как нож, она прятала в совершенно невообразимые места, ну, мало ли что может случиться!
  Вот и случилось. Лежа на полу, женщине удалось отковырять одну из половиц, под которой хранилось вожделенное средство для освобождения, а дальше уже было техники и терпения. Охранявший их мужик, занимался поглощением многочисленных кулинарных изысков и почти не обращал внимания на происходившее за его спиной, ровно до того момента, как на его многострадальную голову не обрушилась тяжеленная сковородка. После этого, все происходящее стало волновать его еще в меньшей степени. Затем удалось разобраться с бандюгой, спустившимся вниз, чтобы передать весточку Сычу, с гонцом, ожидавшим на улице, обошлись столь же немилосердным способом.
В общем, пока я воевала с одним единственным магом, Роза успела положить целый отряд бравых парней.  Моему восхищению не было конца, а о теле, лежащем около моей комнаты, я старалась просто не думать больше.
  - Ничего, девочка, ничего. Главное, что мы остались живы, остальное все не важно, смоется слезами, запьется сладким вином и  забудется, как страшный сон. Поверь уж мне! - ободряла меня добрая женщина, каждый раз, когда мое лицо стремилось превратиться в восковую маску. Так за разговорами мы и коротали ночь.
  Связаться с Райном не получалось, как он и обещал, был поставлен непробиваемый блок. Внутри меня была полная пустота, настолько плотная, что даже беспокойство о Райне и других, ушедших с ним,  тонуло в ней как в болоте.
Глаза налились свинцовой тяжестью, и я едва успела подумать, что кого-то доверчивого, только что подло опоили сонным снадобьем. Как-то отдаленно почувствовала, что меня подхватили заботливые мускулистые руки великанши, а потом мое невесомое тело закачалось на волнах безмятежного сна.

***
  Я вновь бежала по лесу, по мягкому, почти шелковистому мху, ведомая нежным зовом:
"Асяяяя, Аааасенька, ну, где же ты? Беги скорее ко мне, я тебя жду!"
  Я торопилась туда, куда звал меня ласковый женский голос, мне так хотелось поскорее встретиться с его обладательницей, что я не замечала ни веток деревьев, цепляющихся за подол моего длинного платья, ни паутины повисшей на моих волосах. Хотелось улыбаться и бежать, бежать, бежать, лишь бы туда.
  И вот она - заветная поляна, а на ней, в море цветов и трав,  светловолосая женщина, удивительной красоты с бесконечно добрыми глазами и широко раскинутыми зовущими руками.
  Я падаю в ее объятия, показавшиеся такими родными и близкими, прижимаюсь к теплой груди, чувствуя, как ее любовь окутывает меня, спасает, воскрешает.
   - Как же я соскучилась, Асенька. Совсем про меня забыла за своими заботами и волнениями, а я все жду и жду, когда ты ко мне вернешься.
  - Скоро, совсем скоро, обещаю, - отзываюсь я на ее слова, продолжая прижиматься к ней всем телом. Это кажется таким естественным и непорочным, таким правильным, что душа наполняется светом и звоном хрустальных колокольчиков. Так ведь можно простоять целую вечность.
  - Поторопись, мне без тебя так одиноко и скучно, никто не веселит меня, никто не рассказывает интересных историй, все только хотят брать  от меня, никто не хочет ничего отдавать  взамен, никто, кроме тебя. Ты нужна мне, сестрица, возвращайся.
  - Я приду, Грань, осталось немного. Помочь королю, уничтожить тех, кто хочет моей смерти, и только потом настанет время для нашей встречи.
  - Жду. Ждууу всегдаааа...
  И она растворяется туманом,  теряя материальность, ускользая из моих рук рваными кусками утренней дымки, оставляя после себя чувство легкой грусти и желание встретиться с ней вновь, только уже в реальности.

   Глава 22.
  
   "Ася! Просыпайся. Так можно проспать все на свете, Асяяя!"
   Распахнула глаза и сразу же зажмурилась. В комнату, через большое окно, лился яркий свет двух местных светил, которые, казалось, боролись за то, кто больше отдаст тепла в этот погожий осенний денек, поэтому многослойная занавеска из тонкой органзы была не в силах справиться с этим слепящим потоком радости жизни. Немного понаблюдав за медленным завораживающим кружением мельчайших пылинок в лучах света, прихожу к выводу, что поспала я душевно, благодаря загадочному вареву, подсунутому мне вчера хозяйкой гостиницы. Практически уже время обеда, а еще и не завтракала. И неожиданно понимаю, что проснулась-то не сама, меня разбудил голос Райна.
   "Рааайн!" - чуть испуганно кричу в необозримое пространство, боясь наткнуться на вчерашний блок.
   "Эй, потише, так ведь и оглохнуть можно!" - бурчит мне в ответ Райн, но я чувствую волну нежности, которая прячется за грубоватыми словами. "Боялся, что ты со мной не захочешь разговаривать. Но ты ведь разговариваешь?"
   "С большим трудом разговариваю, успокаиваю себя только тем, что кто-то обещал предоставить себя в мое полное распоряжение для осуществления наказания за одно чрезвычайно злостное деяние", - сердится на него не было никаких сил, он был жив, и в моем сердце плескалась радость, вперемешку с облегчением.
   "Эммм... наказание? Звучит очень многообещающе. Настолько обещающе, что я даже волноваться начинаю уже, а мне ведь нельзя, поскольку нахожусь на ответственном задании", - в голосе мага угадывались веселые поддразнивающие нотки.
   "Вы не вернулись, да?" - уточнила я, стараясь сильно не показывать насколько велико мое разочарование.
   "Нет, мы еще во дворце. И когда вернемся, пока не могу сказать. У нас тут такое творится... Приеду, расскажу. Но самое главное, что мы победили! Все получилось практически, как мы задумывали", - бодро поведал мне Райн, но вот это "практически" меня немного насторожило.
   "Наши все живы?" - легкий холодок страха пробежал по моей коже, заставляя ее покрыться мурашками, возникло ощущение, что я чувствую каждый приподнявшийся волосок на своих руках.
   "Живы, кое-кого пришлось подлатать, но сейчас уже все в норме, не переживай" - эти слова заставили меня тихонько выдохнуть. Вот и хорошо, вот и, слава Богу...
   "Райн, может быть, я приеду во дворец и чем-нибудь вам помогу?"
   "Нет, Ася, не сейчас, я буду слишком занят в ближайшее время, сейчас убегу на Совет, неизвестно сколько он продлится, накопилось слишком много вопросов", - кажется, меня только что аккуратненько так отшили. Обидно. Неожиданно чувство горечи затопило меня до самой макушки. Ну, а чего ты хотела, Ася? По большому счету твоя помощь больше не нужна, причем, уже достаточно давно, как бы не старалась ты убедить себя в обратном. Мальчики дорвались до любимых игрушек и их лучше сейчас не трогать. Кажется, пришла пора подумать о своих нуждах, съездить к Верховной сестре Скользящих, подготовиться к возвращению домой.
   "Ты обиделась, да? Просто, понимаешь, двор сейчас не безопасен, надо его основательно почистить, за столько лет здесь накопилось слишком много скверны. А ты - мое слабое место, и я боюсь, что кто-нибудь сможет этим воспользоваться. Тебе лучше пока оставаться там, в безопасности, с Розой".
   Да, уж... в безопасности. Знал бы ты, в какой безопасности мы все тут вчера прибывали. Захотелось все сразу выложить, рассказать, пожаловаться, но я понимала, что у моего мужчины итак слишком много забот и тревог, чтобы нагружать его еще и своими. Это подождет, мертвые вообще бывают удивительно терпеливыми. Таааак, не думать, Ася, главное, не думать об этом!
   "У вас все хорошо? Ничего такого не произошло о чем мне необходимо знать?" - тут же напрягся маг в ответ на мое молчание. Проверила щиты, еще не хватало, чтобы он почувствовал все мои эмоции.
   "Ничего такого, с чем бы мы ни смогли справиться. Только ты не мог бы прислать к нам кого-нибудь из наших ребят, нам немного требуется помощь".
   "Что случилось? Быстро рассказывай, а то меня уже на Совет зовут", - грозно рыкнули мне в ответ. Ой, боюсь, боюсь! И вот сейчас все брошу и начну рассказывать! Топай на свой Совет, верши судьбы мира, а мы тут как-нибудь сами. Злость помогла мне собраться и не расклеиться, напомнила о том, что я тоже кое-чего стою, а значит, со всем справлюсь.
   "Я сказала, что все нормально!" - произнесла с нажимом, добавляя металл в голос. Мы тоже так умеем, и рычать, и даже кусаться в нужный момент. - "Так сможешь отправить к нам кого-нибудь или нет?"
   "Ладно, отправлю Уайта с Артом, только потом их с пристрастием допрошу, так и знай!" - кто бы сомневался, конечно, допросишь. - "Ась, есть еще что-то, что мне нужно знать? Говори и побегу, а то меня уже заждались".
   Есть, то, что тебе нужно знать... Что смертельно скучаю по тебе, что мечтаю оказаться в твоих руках, забыться в твоей нежности, захлебнуться в своей любви. Но я тебе этого не скажу. Возможно потом, если будет для нас это "потом".
   "Райн, скажи, а Лавиния тоже будет на совете?" - спросила и затаила дыхание в ожидании ответа.
   "Да, будет, она заменяет отца, который был ранен во время переворота. А причем здесь Лавиния, не понимаю?" - недоумение, сквозившее в его голосе, казалось вполне натуральным и не наигранным. Неужели и правда не понимает?
   "Ни при чем, просто спросила", - кажется, пришло время изобразить девочку-припевочку.
   "Аська, ты что? Ревнуешь?" - низкий бархатистый смех мягкой лапкой погладил все мои внутренности, всколыхнув стаю сумасшедших бабочек, прижившихся в моем животе. Ревную, да! Черт побери! Безумно, неустанно, всеми фибрами души.
   "Ничего не ревную, просто интересно стало, виделся ли ты уже с ней или еще нет" - пробурчала себе под нос и накрутила прядь волос на палец, чтобы хоть как-то нервишки успокоить.
   "Сейчас я тебе скажу одну вещь, которую ты должна запомнить, затвердить, как молитву и каждый раз, когда тебя что-то смутит, когда ты подумаешь, что-то не то, когда усомнишься во мне, ты должна будешь ее вспомнить и повторить, вслух, десять раз. Поняла?" - он стал удивительно серьезен, этот мужчина, с которым меня так тесно переплела судьба. - "Запомни и повтори... Ты - мой свет, моя жизнь, мое сердце, ты просто моя..."
   "Я - твой свет, твоя жизнь, твое сердце, я - твоя..." - послушно повторила вслед за ним, чувствуя, как подбирается к глазам что-то горячее, трепетное, готовое пролиться в любое мгновение. Сердце радостно забухало, довольно разгоняя по венам пузырики счастья, словно говоря: "Ну, вот, я же это всегда знало, и не раз тебе намекало, а ты все сомневаешься, глупая".
   "Все, побежал, целую! Скоро увидимся, не грусти", - далеким эхом докатились до меня последние слова учителя, и все смолкло, заставляя мои губы растянуться в довольной улыбке. Много ли надо влюбленной женщине? Всего лишь одна фраза и можно идти дальше, входить в горящие избы, останавливать на скаку коней, сворачивать горы.
   И чего-то я лежу? У меня еще куча дел на сегодня. После торопливых сборов, дверь в коридор я открывала с некоторой опаской, но все обошлось: тело унесли, все вымыли, по возможности ликвидировав все последствия вчерашнего сражения.
   За трапезой рассказала Розе и Казимиру о разговоре с Райном и его обещании прислать наших ребят, чтобы те отконвоировали захватчиков куда надо и увезли тело мага. Сама же твердо решила, что пришла пора познакомиться с Александрой - главной Скользящей Лидии, для этого у меня имелась одна замечательная визитка.
   Объяснив Розе, куда направляюсь и, пообещав, вернуться как можно скорее, вышла из дома. Мой источник успел за ночь полностью восстановиться, поэтому легкая защита, установленная мной "на всякий пожарный" совершенно не отвлекала мое внимание, все же тренировка - это великое дело. Доведя до автоматизма подкачку источника, а так же поддержание ментальных и физических щитов, я могла по праву собой гордиться.
   Изя меня встретил радостным похрапыванием и множеством картинок, соскучился, маленький. Поласкала его остроносую моську и угостила захваченным бутербродом с мясом. Мой, добрый друг, нам предстоит небольшое путешествие.
   Изя не дожидаясь просьбы, улегся на землю, позволяя вскарабкаться в седло, которое я с превеликим трудом нахлобучила на него, далеко не с первого раза, но, справилась, что оказалось весьма приятным для собственного самолюбия. Конечно, надо было за это во многом поблагодарить моего коняшку, который из последних сил втягивал в себя довольно ощутимый животик, для того, чтобы я могла застегнуть подпругу.
   Итак, я была готова. Достала из кармана куртки визитку, поблескивающую солнцем, подкинула ее в воздух и велела, как меня научила Скользящая, давшая мне этот кусочек плотного картона: "Веди!".
   Визитка взорвалась в воздухе фонтанчиком ярких солнечных брызг, заставив меня отшатнуться в сторону от неожиданности. Маленький хвостатый шарик поплыл по воздуху в сторону ворот, постепенно наращивая скорость. Некогда было играть в ассоциации по поводу внешнего вида моего ведущего, поэтому, тронув унч, дала команду Изе двигаться вперед, стараясь не выпускать свою путеводную звезду из поля зрения. Й-оху!
   День был на удивление погожий, ни одного облачка не беспокоило ясный горизонт. Марава жила своей жизнью и, кажется, совершенно не подозревала о событиях, происходящих в эти дни во дворце. Военный гарнизон, благодаря его начальнику, продолжал пребывать на многодневных учениях, поэтому стражники практически не встречались на моем пути, что не могло не обнадеживать. Не хотелось бы с ними выяснять отношения, ведь на этот случай никакой подходящей легенды у меня придумано не было.
   Все же, несмотря на внешнее спокойствие, я где-то глубоко внутри была довольно сильно напряжена, до конца расслабиться никак не получалось, сколько бы сама себя не уговаривала, во мне ощущался какой-то натянутый нерв. То ли это было связано с волнением от предстоящей встречи с Александрой, то ли со вчерашними событиями, а возможно, дополнительно наслаивались мысли о том, что Райн, увидев свою невесту (хотела написать бывшую, но поняла, что для всех, кроме посвященных, она вполне так действующая невеста), может вспомнить былые чувства. Как бы мне хотелось увидеть, как прошла их первая встреча. Или я бы не хотела этого видеть на самом деле? Посмотреть в его глаза и увидеть, как другая отражается в них. Так, Ася! Выдохнуть! Я - твой свет, твоя жизнь, твое сердце...
   Тем временем шарик с хвостиком, завел меня с Изей почти в самый центр столицы, где мне еще не приходилось бывать. Город был прекрасен, сотканный из множества ярких красок, полутонов и переливов, он напоминал многоцветную палитру маститого художника. Казалось, что дома пытаются соперничать по своему убранству и колористике с одеждами горожан. По-прежнему не превышающие двух-трех этажей, они походили на роскошных красавиц, замерших стройными рядами в ожидании сигнала к началу бала.
   Завернула на очередную улицу, и раскрыла рот от пронзительно-прекрасной картины, открывшейся передо мной. Там вдалеке, на возвышении, к которому вели две широкие дороги, величественный и строгий сиял своей неповторимой красотой королевский дворец. В том, что это именно он у меня даже не возникло никаких сомнений. Белоснежный, искрящийся как свежий снег на морозце, он устремлялся в небеса всеми своими остроносыми шпилями. Массивный в основании, он буквально истончался на наших глазах, утопая в синем просторе. Казалось, что ему нет места на земле, что он рвется в заоблачные дали всеми своими вытянутыми арками окон и галереями переходов. Это чудо сияло под лучами Ома и Омы, притягивая мой взор снова и снова, заставляя верить в гений эльфийского зодчества.
   - А ну, с дороги! - раздался громкий окрик за спиной. - Ишь, раскорячилась тут на всю улицу. Людям проехать не дает!
   Вздрогнула и резко обернулась. Вот умеют же некоторые настроение испортить! Вопивший оказался сухим желчным мужиком, в порядком изношенной грязной одежонке, восседавшем на черном, понуром арсе. "Эх, бедненький, угораздило же тебя попасться в лапы к такому мерзкому типу", - мысленно посетовала я, молча уступая дорогу. Конечно, мы с Изей не могли перекрыть проезд по такой широкой улице, но этого товарища, кажется, совершенно не волновали подобные мелочи, он по неясной причине полагал, что все окружающие ему чем-то обязаны, а я была совершенно не в том настроении, чтобы выяснять кто из нас круче, себе дороже будет.
   Пока любовалась дворцом, мой путеводный шарик (хотя мне он больше напоминал картинку из учебника с изображением сперматозоида, уж, простите мои грешные мысли) отлетел уже на довольно приличное расстояние и там завис в ожидании. Ну, спрашивается, и чего я так торопилась за ним все это время, если в его функциях заложено так много ангельского терпения по отношению к ведомому объекту?
   Проводив наглого мужика и его несчастного коняшку долгим взглядом, дернула унч в направлении шарика, надо бы поторопиться, чтобы успеть вернуться в гостиницу к приезду наших ребят. Мне не терпелось услышать подробный рассказ о ночном штурме во всех красках и лицах, как это умеет делать Арт.
   Когда моя путеводная звезда зависла над воротами высокого трехэтажного дома, самого что ни на есть желтого цвета, стало ясно, что я достигла цели своего путешествия. Было бы неплохо, если бы хозяйка этого веселенького домишки в послеобеденное время отдыхала где-нибудь в тени деревьев того сада, что виднелся через невысокий забор, а не открывала очередной переход в бог весть какой далище.
   Изя всей массой плюхнулся на мостовую, поднимая вокруг себя легкие облачка пыли. Ну, что я могу сказать? Молодец. Припорошенная пылью, смотрюсь куда как более представительно, нежели в чистой одежде и поблескивающих сапожках. Неодобрительно покачав головой, и получив в ответ хитрющий взгляд черных глазюк, вылезла из седла и оглядела забор в поисках калитки и звонка, или что там положено на Лидии в таких случаях?
   Звонка не было, а калитка гостеприимно распахнулась от легкого нажатия моей руки. Во дворе было пустынно, никаких тварей, способных проверить Асю на прочность кожного покрова, вроде тоже не наблюдалось. Прислушалась к собственным ощущениям и поняла, что меня тянет как раз в сторону сада и хорошо так тянет, надо сказать. Значит, так тому и быть. Послав Изе просьбу подождать меня здесь, застучала каблуками по желтым плитам двора, которые через пару метров сменились плотным травянистым газоном. Сад был просто огромен и весь утопал в цвету, совершенно игнорируя то обстоятельство, что вроде как на дворе вступала в свои права осень. Перешла на внутреннее зрение и обалдела, такого еще не видела, каждое дерево было оплетено замысловатым узором из силовых линий, они покрывали стволы до самой кроны, как чулки ногу молодой прелестницы. Кажется, я столкнулась с результатами работы местного садоводческого хозяйства. Когда, достаточно нагляделась на удивительную картину, обратила внимание на довольно яркое свечение идущее от беседки, стоящей в кустах, почти у самого ограждения.
   Родной свет звал меня и манил к себе. Ну, здравствуй, Скользящая! Она спала, раскинувшись на кушетке, оббитой розовым бархатом. Маленькая светловолосая женщина в летах, напомнившая мне почему-то сдобную булочку, такую же пышную и румяную. На ярко-коралловых губах гуляла чуть призрачная улыбка, иногда рождающая на щечках милые ямочки. Легкий ветерок раздувал складки бледно-розового домашнего платья и колыхал прядку волос, выбившуюся из высокой прически женщины. Мое внимание привлекли изящный кофейный сервиз с объемными розочками, стоявший рядом со спящей на столике, и неизвестные мне лидийские лакомства, сочившиеся медовой сладостью тут же на большом блюде.
   Хозяйка продолжала видеть свои чудесные сны, а я позволила себе наглость. Уселась на низкий пуф (догадайтесь какого цвета?), налила в чашечку из полупрозрачного фарфора на удивление горячую тою и принялась угощаться столь привлекательными яствами. На душе было хорошо и спокойно, мысли легкими птичками порхали в моей голове, не давая сосредоточится ни на одной из них. Идиллия!
   - Приятного аппетита, дорогая, - приятный низкий голос, таящий в себе улыбку. Вскидываю глаза и встречаюсь взглядом с проснувшейся женщиной. Умные проницательные глаза, доброе лицо и ощущение, что знаешь ее уже очень давно.
   - Спасибо. Извините, я не хотела вас будить, а тут все такое соблазнительное было на столе, что я не удержалась, - решила сразу же покаяться, во избежание возможных упреков.
   - Правильно сделала. Это же все для тебя и было накрыто. Сидела, ждала дорогую гостью, да вот сон меня сморил, - женщина лукаво подмигнула мне, поднимаясь с кушетки, чтобы налить себе ароматный напиток в миниатюрную чашечку.
   - А как вы узнали, что я приеду сегодня?
   - Не знаю, вот проснулась сегодня утром и поняла, что скоро увижу свою дорогую сестру, - неожиданно Александра соскочила с места и порывисто обняла меня. - Ну, здравствуй, Асенька. Мы все так тебе рады! Когда Алтея рассказала о том, что встретила тебя, мы не могли поверить, что такое вообще возможно, чтобы на Земле появилась новая Скользящая.
   - Но ведь вы же сами с Земли, мне Алтея сказала, - решила уточнить я, после того, как мы продолжили распитие тои. - Откуда тогда сомнения?
   - Да, я родилась в твоем мире и прожила долгое время там, но мои родители отсюда с Лидии. Они всему меня научили, помогли активировать дар. У тебя же не было такой возможности. Не понимаю, как это удалось?
   И мне пришлось вновь мысленно вернуться к тому времени, когда нашла загадочный браслет, и ко всем событиям, последовавшим за этим. Александра как наивный ребенок слушала мое долгое повествование, раскрыв рот, иногда посмеиваясь, хлопая себя руками по коленкам или хватаясь ими за щеки в особо напряженные моменты повествования.
   Прошло не менее трех часов, когда мы, наконец, решили распрощаться, договорившись, что я обязательно приеду еще раз, чтобы наставница рассказала мне побольше о природе Скользящих. А сейчас я торопилась вернуться в гостиницу, боясь не застать друзей. Хозяйка отправилась меня провожать до калитки, когда пространство рядом с нами исказилось и буквально выплюнуло на плиты двора письмо.
   Верховная сестра с тревогой вчитывалась в строчки послания, а я сверлила ее взглядом: "Неужели не расскажет про что там?", так можно умереть от любопытства же.
   - У Алтеи проблемы, Грань не хочет ее пропускать. Да что же с ней такое творится? Уже вторая Скользящая возвращается ни с чем, - Александра задумчиво перечитывала письмо, словно забыв о моем существовании.
   Грань не пропускает девочек, как же я тогда смогу вернуться? Черт! Только этого мне еще не хватало.
   Наконец, Верховная сестра обратила внимание на меня, мнущуюся в нерешительности у калитки, и слегка расстроенную услышанным. Она ободряюще улыбнулась и провела своей пухлой ладошкой по моей щеке.
   - Не переживай, Асенька. Если будет необходимость, то я сама отправлюсь к Грани, уж мне-то она точно не откажет по старой памяти.
   - А вы сейчас уже не открываете переходы сами? - поинтересовалась я, благодарно принимая успокоительное тепло и уверенность этой милой женщины.
   - Только в самых крайних случаях, все же годы уже не те, чтобы столько путешествовать, - с легкой печалью в голосе отозвалась Александра, после некоторого молчания. Мне показалось, что она безумно сожалеет, что не может вести такой же образ жизни, как раньше, в силу своего возраста. Меня так и подмывало спросить, сколько же ей лет (на вид я бы дала около 50), но, после некоторой внутренней борьбы, все же сумела удержаться от бестактного вопроса.
   - Скажите, а вас сильно тянет к ней? - поинтересовалась я не менее любопытным аспектом, нежели возраст моей новой сестры.
   - Сейчас уже не так сильно, как раньше, но иногда, бывает, нахлынет, - призналась Скользящая. - Ты, наверно, сейчас еще не так сильно это ощущаешь, все-таки всего один переход за плечами, но пройдет совсем немного времени и найдется очень мало вещей, способных тебя удержать в каком-нибудь одном из миров.
   - А вас что-то удерживало? - ляпнула, не сильно утруждая себя мыслью о сокровенности ответа, который придется давать на подобный вопрос. На лучистое, румяное личико женщины набежала легкая тень, всего мгновение, краткий миг, словно легкая ретушь на пасторальной картинке, но позволила понять, что в прошлом у моей сестры было что-то такое, что до сих пор гложет ее душу.
   - Когда-то да, но все уже в прошлом, - сообщили мне, мягко давая понять, что в святая святых пропуск мне предоставлен не будет.
   - Скажите, а вам Грань часто снится? - решила узнать на прощание, уже усаживаясь на Изю, который несказанно мне обрадовался, поскольку успел сильно заскучать за то время, которое я провела в гостях.
   - Часто? Мне кажется, что она мне совсем не снится. По крайней мере, я этого не помню.
   - А как же вы тогда понимаете ее зов? - недоумевала я. - Мне казалось, что, когда она приходит во сне и зовет к себе, это и есть та самая тяга, о которой мне говорили.
   - Она звала тебя к себе во сне? - уточнила Александра, пытливо вглядываясь в мое лицо. Неужели считает, что я вру?
   - Да, звала потанцевать и просто говорила, что скучает.
   - Потанцевать? Удивительно. Обычно она довольно невозмутима и не показывает свои чувства к нам. Нет, она дает почувствовать нашу близость и родство с собой, но чтобы вот так, приходить во снах и говорить о том, что скучает... О таком я не слышала от своих девочек, надо будет ради интереса спросить при встрече. А как ощущаем зов? Все просто. Мы не можем найти себе места, плохо спим, и нам хочется собрать вещи и уехать, куда глаза глядят. А наши глаза всегда глядят в сторону переходов, моя дорогая, такой уж нам выпал крест и радость одновременно.
   Уезжать от Александры очень не хотелось, хотелось спрашивать и спрашивать, но для этого у нас еще будет время в ближайшие дни, а сейчас надо было поторопиться назад к Розе.
   В гостинице меня поджидали уже порядком разомлевшие от вкусного обеда Арт и Уайт. Судя по их восторженным лицам, хозяйка гостиницы и ее помощник успели поведать про наши приключения (если убийство человека вообще можно назвать приключением).
   Увидев меня, мужчины выскочили из-за стола и принялись шумно выражать свой восторг, это касалось, конечно, Арта, поскольку Уайт, только утешающее поглаживал мою руку, изредка улыбаясь громким восторгам друга, отчего его пергаментное лицо складывалось в великое множество маленьких морщинок.
   Меня вновь усадили за стол. Такими темпами скоро превращусь в маленькую бочечку, как хорошо, что здесь нет весов, и мне пока не приходится расстраиваться. Все будет потом... если, конечно, Грань меня пропустит.
   Оказывается, ребята специально не рассказывали о военной операции по передаче трона законному наследнику, дожидаясь моего возвращения. И вот сейчас, когда все собрались за одним столом, Арт, округлив глаза и внимательно оглядев, все ли ему внимают, начал свое повествование.
   - Нам повезло, и на этот раз мы добрались до входа в катакомбы без всяких неприятных эксцессов, к тому времени все участники операции уже находились там, скрытые плотной пеленой ночных сумерек. Всем людям были розданы амулеты защиты, маги накрылись щитами. Конечно, вперед отправились Райн и Лесс, поскольку именно они лучше всех знали путь. И вот больше сотни человек, в полнейшем молчании, освещенные маленькими магическими светлячками, сопровождаемые только приглушенными звуками собственных шагов, отправились в опасный поход по таинственным подземным проходам. Мы шли, полные решимости идти до конца, готовые сложить свои жизни во благо Лидии и во имя друзей! - Арт не усидев за столом, уже в лицах демонстрировал как воины продвигались по мрачным коридорам подземелья, как прислушивались к происходящему над их головами, как сжимали оголенные клинки.
   - Арт, ну, я тебя умоляю, поменьше театральных эффектов и побольше конкретики, - взмолилась я, поймав ироничный взгляд Розы в сторону рассказчика.
   - Вот вечно вы все удовольствие испортите! - сокрушенно пожаловался мужчина, продолжая повествование. - Итак, мы добрались до выхода, где задержались для того, чтобы Райн с Лессом открыли проход в винный погреб. Ох, и знатный у Себа погреб, чего там только нет! И гномий самогон, со сливовицей и эльфийские тончайшие вина тысячелетней выдержки... Ладно, все-все, я не отвлекаюсь, рассказываю дальше.
   В общем, если изложить кратко, их отряд беспрепятственно проник на территорию дворца, где был разделен на две части, одна осталась охранять пути для отступления, на случай провала операции, а большая часть отправилась в королевские покои по тайному ходу. Здесь их ожидало некоторое разочарование, ибо ход тоже находился под охраной. Видимо, тайным этот путь мог назвать только тот, кто ни разу не бывал во дворце. Вот ведь не умеет народ держать язык за зубами! Маги шли впереди, аккуратненько пеленая стражу, чтобы та не издавала ни одного лишнего звука. Они уже успели расслабиться, когда наткнулись на двух магов, делающих вид, что они несут караул. В каком-то смысле им повезло, маги были не совсем трезвы, поэтому одного удалось общими усилиями уничтожить практически сразу, второй удачно затаился в одном из закутков и смог наделать достаточно шума, прежде чем его вывели из строя. Дальше пришлось оставить еще часть отряда для прикрытия тыла группе, в задачи которой входила дезактивация куклы короля.
   Когда наши с боем ворвались в королевские покои, то застали немного пугающую картину. При включенном свете то, что днем для всех являлось королем, ночью представляло собой иссохшееся тело некогда молодого человека. На широченной кровати, украшенной вензелями и прозрачным балдахином, сидело что-то наподобие черной мумии и щурилось на яркий свет, закрывая тонкой костлявой ручкой полуввалившиеся глаза.
   Шварц! Человек - носитель заклинания личины. Оказывается, есть и такое, только оно подвластно лишь тем, кто владеет некромантской магией. Берется человек, а еще лучше маг, чтобы дольше протянул, на него вешается личина другого человека, имитируется все: голос, телосложение, жесты, мимика, вплоть до ауры нужного объекта. Данное заклинание крепится на него намертво, поскольку вплетается в жизненные силы человека и питается за счет их энергии, по крупицам опустошая того. Постепенно тело иссушается, кожа чернеет и носитель умирает, когда начинают отказывать один за другим жизненно важные органы. Шварц - смертник, за какие грехи он был приговорен к этой участи и кем, так и осталось неизвестным, поскольку все речевые функции к тому времени у псевдо-короля уже успели атрофироваться, а в голове стоял блок, при попытке вскрыть который, несчастное существо скончалось.
   Таким образом, король был водружен на законное место, после чего Себастиану только осталось сыграть свою роль, остановив сражение, разгоревшееся к тому времени в стенах дворца. К счастью, с нашей стороны погибших оказалось всего пять, около тридцати раненых с различной степенью повреждений. Досталось Китти, которая сунулась куда не следовало, самое сильное ранение оказалось у Луня, но Райну удалось с помощью эльфов вытянуть друга с того света.
   Значит, все закончилось благополучно. Еще один этап остался позади, а я на целый шаг стала ближе к цели своего путешествия. Кажется, осталось совсем немного и одновременно немало.
   Не знаю, что случилось с телом мага, которого я..., ну, вы поняли, но больше мне не довелось его увидеть. Ребята за время моего отсутствия, каким-то образом решили данную проблему, за что им, огромное человеческое спасибо. Если есть на свете люди, которые готовы о тебе позаботиться, значит, что-то в этой жизни ты делаешь правильно.
   Позаимствовав у нашей великанши небольшую хозяйственную повозку, Арт и Уайт погрузили туда связанных бандитов. Особенно меня порадовал Флип, вздрагивающий при каждом звуке голоса Розы и нервно косящийся на ее руки, словно опасаясь, что там в любой миг может появиться столь полюбившаяся ему сковорода. Вот прям такое чувство удовлетворения испытала, глядя на него, что даже немного стыдно стало, впрочем, сам виноват.
   Когда улеглись последние клубы желтоватой пыли, поднятые колесами повозки и копытами быстроногих арсов, направившихся в сторону дворца, возникло ощущение сиротливости и позаброшенности. Другие где-то там занимаются важным делом, а я... Все валилось из рук, даже файеры, которые попыталась создавать с тренировочной целью, казались какими-то излишне вялыми. А еще мне не хватало его, периодически ловила себя на том, что неосознанно протягиваю руку в поисках родного тепла, несколько раз чудилось, что слышу его голос внизу. Сердце моментально срывалось вскачь и все внутри цепенело в ожидании его прихода, но это был самообман. Именно в таком состоянии прошел весь вечер, вплоть до того времени, как ощутила присутствие Райна в своей голове.
   "Привет! Ну, как ты там?" - чрезмерный энтузиазм в голосе моего мужчины не смог скрыть нотки усталости.
   "Хорошо. Вот сижу, тренируюсь" - и ведь не соврала, ну, подумаешь, уже минут десять гоняю между пальцами белую змейку магии, совершенно бездумно наблюдая за ее мягкими переливами.
   "Ты почему мне сразу все не рассказала, а? Ты вот понимаешь, что я волнуюсь или не понимаешь?" - тааак, в голос напустили суровости, которая должна была сообщить мне, как мной недовольны и как осуждают.
   "У тебя были другие заботы, не хотела нагружать еще и своими, тем более что на тот момент все уже было позади. Благодаря Розе, все закончилось благополучно", - изобразив беззаботность, поведала я.
   "Балда ты, Аська! Ты просто обязана была рассказать мне о случившемся, я бы наплевал на все и приехал", - если наплевал и приехал, так какого черта, ты сейчас сидишь в этом дворце, а не рядом со мной, спрашивается? Но я, конечно, ничего не сказала, вся такая гордая же.
   "Эммм... Как обстоят дела?" - решила увести разговор в другую сторону, чтобы самой лишний раз не расстраиваться.
   "Пока сложно сказать. Шерстим всех подряд, пытаясь найти того, кто за всем этим стоит; решаем текущие проблемы, вот отправили несколько отрядов очищать главную дорогу от стельхов и прочей нечисти, а то ведь каждый день новые погибшие; разбираемся с Советом, что-то он тут совсем страх потерял, забыл, кто главный в Лидии. В общем, ничего интересного. А у тебя как дела?" - полюбопытствовал Райн. Ну, какие у меня могут быть дела? Он что, издевается? Сидеть, в обоях пальцем дырку ковырять - вот и все мои дела.
   "Не знаю, говорили ли тебе Арт с Уайтом про то, что я вчера была в гостях у Верховной сестры Скользящих и еще собираюсь поехать, она обещала побольше рассказать о Грани. Ну, мне же надо скоро домой возвращаться", - на одном дыхании выпалила я, ожидая упреков за то, что поехала одна и без охраны, но вместо этого услышала задумчиво-протяжное:
   "Тебе скоро домой...".
   Ой, а мы что ли не в курсе, да? Или просто успели позабыть, о данном обстоятельстве? И вообще, как будет решаться данный вопрос, ведь мне надо срочно возвращаться в университет, не хотелось бы вылететь с последнего курса. И что будет с нами? Ты отправишься со мной или не сможешь бросить свою любимую Лидию и Себа в придачу? Знаю, что мыслю совершенно эгоистично, но так боюсь тебя потерять, даже вот в это наше короткое расставание уже тоскливо до чертиков, а что будет, если ты останешься здесь, а я уеду?
   "Ну, как бы да... Надо возвращаться, меня там ждут", - нарушила я повисшее молчание.
   "К разговору о возвращении... Мы с Себом договорились, что послезавтра к тебе на Землю отправим отряд магов, с целью добить ведьмаков, которые у вас там окопались, но тут всплыла одна проблема, оказалось, Грань в последние дни отказывается пропускать через себя. Все Скользящие в растерянности. Не знал, как тебе это сказать, не хотел расстраивать. Возможно, тебе придется немного задержаться здесь", - интересно, вот чем он сейчас расстроен? Надеюсь, не тем, что мне придется задержаться на Лидии? Тьфу... Ну, вот опять. Я - твой свет, твоя жизнь, твое сердце. Какие-то мысли все лезут в голову. Это потому, что он далеко от меня, а она так близко к нему.
   Ревность змейкой обернулась вокруг моего неуверенного сердца и время от времени, запустив туда свои ядовитые зубки, жалила, выпуская новые дозы яда. Я не знала, как с этим справляться, что вообще с этим можно сделать.
   "Райн, Александра мне сегодня сказала, что, если потребуется, то она поможет открыть переход. Завтра собираюсь вновь поехать к ней, попробую договориться, может быть, она согласится поехать с отрядом", - я постаралась изложить свою мысль спокойно, задвигая в дальний ящичек все собственные переживания, никому, кроме меня они не нужны, да и мне тоже, но куда от них деться?
   "Отличная мысль, она самая старшая из ныне живущих Скользящих, и если у нее не получится, то, боюсь, никто не справится", - обрадовался мой друг.
   Спросить или не спрашивать, спросить или не спрашивать? Зажмурилась и все же задала свой дурацкий вопрос:
   "Как там поживает Лавиния?".
   "Хорошо поживает. Прекрасно выглядит, почти не изменилась за эти годы", - последовал слегка насмешливый ответ. Это он сейчас надо мной издевается или шутит так мило? Настучать бы кое-кому по голове, да вот не получится пока.
   "Вы... поговорили?", - до чего же глупо себя ощущаю, выспрашивая все детали. Ведь понимает же, что нервничаю, неужели сам не может рассказать все.
   "У нас было не так много времени, но, можно сказать, что поговорили. Она так и не вышла замуж, поскольку из-за того, что мое тело не было найдено и не было никаких свидетелей, смерть не могли констатировать. В этом случае человек считается просто пропавшим без вести и признается умершим, только по прошествии 75 лет. Помолвка в Лидии считается расторгнутой, только в результате смерти одной из сторон или по их обоюдному согласию. Лавиния оказалась в сложной ситуации, но она справилась", - мне показалось или в голосе Райна проскользнули нотки восхищения? Черт, черт, черт!
   "Значит, вы все еще считаетесь женихом и невестой?" - решила самостоятельно забить последний гвоздь в крышку своего гробика. Змея ревности молчаливо догрызала мое бедное сердечко, неприлично икая от обжорства.
   "Да, официально дело обстоит именно так. Мы с ней еще не успели поговорить о расторжении помолвки, просто не было на это времени, понимаешь?" - попытались мне растолковать происходящее.
   Объевшаяся змеюка, услышав слово "расторжение", последний раз изумленно икнула и выплюнула порядком обглоданный кусок несчастного Асиного сердца. Мне ведь не послышалось? Это ведь не "желаемое за действительное", нет?
   "А вы собираетесь помолвку расторгать?" - чуть ли шепотом спросила я, прикладывая ледяные ладошки к горящим щекам. Проклятые нервы!
   "Ну, а ты как думаешь?" - мне кажется, я совсем не могу думать, внутренности так скрутило, что голова казалась пустой и гудящей, а в таких условиях мозг работать отказывался. - "Аааася, Аааасенька... Мне так нравится, что ты меня ревнуешь. Ты такая смешная и чудесная".
   Низкие бархатистые ноты растеклись по коже жидким пламенем. Совершенно не могу ничего с собой поделать, когда он начинает вот так со мной разговаривать, мое тело отзывается в ту же секунду, ведомое волнующей музыкой его слов.
   "Я чувствую себя полной идиоткой. Прости".
   "Ты никакая не идиотка, а просто женщина. Моя женщина".
   "Нет, я ревнивая идиотка!".
   "Ну, если ты настаиваешь...".
   "Ах ты, нахал!".
   "Да, я нахал. Ты даже еще не представляешь, какой я нахал. Мы с тобой отличная пара, не находишь?"
   "Идиотка и нахал - прекрасная пара. Согласна".
   "Соскучился ужасно по тебе...".
   "И я".
   "Я бы сейчас хотел подойти к тебе сзади, провести подушечками пальцев вдоль изгиба твоей спинки, легонько, едва касаясь, прямо туда, к моим любимым ямочкам. Другой рукой отвести в сторону волосы, так чтобы открылась шейка, такая нежная, с трогательно бьющейся жилкой. Вдохнуть твой волнующий аромат. Губами прижаться к коже, услышать, как ты задержала дыхание. Слегка прикусить зубами такое чувствительное местечко на твоей спинке, чтобы ты не смогла сдержать стон... Единый! Все, так больше не могу! Ася, завтра обязательно приеду, поняла? Чтобы вечером была дома, это приказ. Вот!"
   Мне кажется, что я самая счастливая идиотка на всем белом свете, товарищи!
  
  
  

Глава 23.

   Следующее утро, словно в насмешку над вчерашним чудесным днем, встретило меня хмурым небом, наполненным огромным количеством свинцовых туч, которым, казалось, не хватает места на всем этом громадном просторе. Они толпились в вышине, наползали одна на другую, угрожающе темнея в местах соприкосновения. Невольно возникало желание поежиться и остаться дома, кутаясь в теплый плед и попивая какой-нибудь горячий, ароматный напиток, но у меня не было шансов, никаких.
   Застегнув на все пуговицы свою надежную спутницу - куртку, предусмотрительно потеплее одевшись, я скакала по одной из улиц Маравы в направлении гостеприимного домика Скользящей. Изя обстоятельно жаловался на свою вредную соседку из крайнего стойла, умудрявшуюся подворовывать особо лакомые кусочки еды, оставленные моим коником на десерт. Вроде бы и сердился арс на эту ловкачку, но одновременно чувствовалось и восхищение ее изворотливостью, умом и даже некоторые нотки нежности, окрашивающие все картинки, посылаемые моим другом, в приятные пастельные тона. Уж не влюбился ли Изя?
   Нас опять ждали, только на этот раз Александра, закутанная в темно-розовую шаль, стояла у распахнутой калитки. Безмятежности на лице, как ни бывало. Тонкие ниточки бровей сходились на переносице, образуя раскинутые крылья чайки, уголки губ упрямо ползли вниз. Она напоминала ребенка, который никак не мог решить, что же ему сделать: начать громко ругаться на обидчика или расплакаться от огорчения.
   - Что-то случилось? - первым делом поспешила узнать я, слезая с арса.
   - Опять Грань чудит, не пустила еще одну девочку с группой. Придется самой ехать, разбираться, что случилось, может, удастся с ней договориться, - ответила женщина, растягивая губы в слегка напряженной улыбке. Ее растерянность была столь ощутима, что невольно захотелось успокоить, приободрить, защитить. Но Скользящая не позволила мне это сделать, с легкостью уловив мой сердечный порыв. Проведя пухлыми ладошками по лицу, она стерла почти все следы тех, чувств, что переполняли ее еще несколько секунд назад, оставив только маленькие складочки в самых уголках губ.
   - Рада тебя видеть, солнышко, проходи. Сегодня будем в доме, потому что на улице как-то очень неуютно, согласись? - конечно, я согласилась. Дом этой женщины-булочки был таким же уютно-домашним, как и вся она. Вполне ожидаемо преобладали розовые оттенки и мягкие линии. Словно мы оказались внутри шкатулки для драгоценностей. Множество безделушек, милых ее сердцу вещиц, настолько точно отражали свою хозяйку, что она сама казалась частью этого дома. И как вот это чудо в оборочках я должна уговорить отправиться в долгий путь по опасным и пыльным дорогам Лидии? Я понимала, что когда-то бродяжничество было составной частью жизни этого человека, но годы сделали свое дело и я, сколько не силилась, не могла представить ее открывающей Переход. Наверно, мои сомнения столь явно отразились на лице, что Скользящая, вдруг, расхохоталась. Громко и заливисто.
   - Ох, Ася! Я еще не совсем потеряна для жизни, поверь. И могу выдержать долгие переезды и жизнь в дорожных условиях, внешность ведь довольно обманчива, - мне стало так неловко за то, что она так точно угадала весь мой мыслительный процесс, что кровь моментально прилила к моим щекам, заставляя их покрыться легким румянцем смущения. - И не вздумай стыдиться! Я и сама иногда, глядя на себя в зеркало, с трудом нахожу ту Александру, которая исходила множество миров, участвовала не в одной стычке с тварями, отправила за Грань немало врагов.
   Ее речь была прервана появлением высокой девушки в костюме прислуги, которая катила перед собой красиво сервированный столик буквально забитый разнообразными блюдами. Нет, ну точно, меня здесь откармливают на убой! Или так, чтобы застряла во время Перехода. Потом будет по всем мирам байка ходить, как одна не в меру упитанная Скользящая умудрилась застопорить все движение в проходе между реальностями. Бичуя себя подобными мыслями, я, тем ни менее, весьма ловко управлялась с безумно вкусной плюшкой, покрытой сладкой глазурью.
   Когда с трапезой было покончено, Александра вернулась к прерванному разговору:
   - Знаю, о чем ты хочешь меня попросить. Твой уже прислал письмо с нижайшей просьбой и кучей заверений в разнообразных королевских милостях.
   - Мой? - выхватила я из потока слов самое основное.
   - Ася, я тебя умоляю! Не надо строить сейчас из себя святую невинность. Вы же с ним уже так проросли друг в друге, что даже энергетически воспринимаетесь как родственники. Хотя во время прошлого нашего разговора, ты умолчала о ваших отношениях, но на то я и Верховная сестра, чтобы чувствовать, что творится с моими девочками. А когда вчера вечером получила по королевской почте письмо, скрепленное магией Советника, на меня так и пахнуло тобой и вашей любовью. Амат и Аматис... Самое настоящее чудо!
   - Вы ошибаетесь, Александра, я не его Аматис, - с трудом выдавила из себя пугающую правду.
   - Это ты ошибаешься, дорогая. Уж поверь моему опыту, в этих вопросах, я еще ни разу не ошибалась.
   - Все когда-нибудь случается в первый раз. Дело в том, что у него уже есть Аматис, причем довольно давно. Они бы уже давно были женаты и растили детишек, если бы Райн так внезапно не исчез с Лидии, - говорить об этом было нелегко, но я старалась оставаться невозмутимой.
   - Кто она?
   - Ее зовут Лавиния, она дочь главы Совета.
   - Ааа, припоминаю, видела ее как-то во дворце. Очень красивая девушка и очень холодная. Этакая глыба льда. Нет! Она не может быть его единственной. Совершенно исключено... Другая энергетика, потоки совершенно иначе циркулируют.
   - Они видели друг друга во сне перед встречей, они любили друг друга, все, как положено, - говорила, а сама мысленно умоляла Скользящую продолжать сомневаться, продолжать не верить, продолжать лечить мое израненное сердце.
   - Все же странно как-то. Совершенно была уверена, что вы с Адаллиэром пара. Не знаю, возможно из-за того способа, которым он тебя вернул с того света или потому, что раньше вы были единым целым, мне могло показаться это... Или вот, что еще!
   - Что? - встрепенулась я, услышав последние слова женщины.
   - Да нет... Вряд ли. Мало кому известно... к тому же безумно сложно, затратно... Да и какой в этом смысл? - Александра в задумчивости произносила непонятные фразы, обдумывая какую-то неведомую мысль, а я с жадностью следила за ее лицом, надеясь понять, о чем же она говорит.
   - О чем вы? - наконец, не выдержала и вмешалась в ход рассуждений.
   - Ни о чем, дорогая. Так пришла в голову одна сумасбродная идея, но она требует проверки. Итак, хотела тебя предупредить, что завтра с утра телепортом, любезно предоставленным твоими эльфийскими друзьями, я вместе с отрядом магов отправляюсь к Грани, чтобы открыть портал на Землю, поэтому в нашем распоряжении есть всего несколько часов, чтобы рассказать тебе о Грани то, что ты должна знать.
   - Значит, вы это сделаете для меня? Поможете, да? - моей радости не было предела. Теперь точно все получится, и я смогу вернуться домой. Ура!
   - Конечно, сделаю, но не только для тебя. Надо и самой развеяться, а то совсем тут заросла кринолинами и рюшами, да и на родину хочется посмотреть, безумно давно там не была, - с улыбкой поделилась Скользящая. - Теперь давай разбираться с твоим наследием.
   - Наследием?
   - Конечно, ведь этот дар, так же как и магия, передается по материнской линии. Это не значит, что твоя мама или будущая дочь - Скользящие, они могут быть только потенциальными носителями. Иногда наше умение открывать двери в другие миры, слишком глубоко прячется внутри человека, настолько глубоко, что ни одна методика не позволит вытащить его наружу. Когда вернешься, приглядись к своей маме и бабушке, возможно, ты даже заметишь в них маленькие искорки, а возможно, поймешь, что они такие же, как и мы, просто ты на них раньше смотрела иначе, не так, как надо.
   Александра замолчала, собираясь с мыслями, а я попыталась вспомнить попадала ли мама когда-нибудь в поле моего новообретенного внутреннего зрения. Ничего не вспоминалось.
   - Итак, как ты уже поняла, Грань - это магическая сущность всех возможных миров, их жизненная энергия. Все, что могло когда-то существовать, все, что есть сейчас и то, что когда-либо будет, это уже заключено в ней. Мы лишь проводники, благодаря заключенному в нас дару, который является частью ее силы. Соединяясь с Гранью, мы отдаем ей все наши мысли, чувства, переживания, информацию, опыт, все, что накапливаем за свою жизнь. Та с благодарностью принимает все и сохраняет для тех, кто придет позже. Для каждой Скользящей Переход индивидуален, здесь не может быть какой-то панацеи или строгих указаний. Единственное, чему я могу научить - это слушать себя, потому что весь секрет уже есть в тебе, заложен еще до твоего рождения.
   Александра потянула мне за руки заставляя подняться. Встала сзади, положив мягкие ладошки мне на виски, и попросила:
   - Закрой глаза, сделай несколько глубоких вдохов и посмотри на силовые линии, окружающие тебя. Видишь, они расположены особым образом: тянутся с севера на юг и с запада на восток, широко расходясь вокруг нас и постепенно сужаясь вдалеке. Где бы ты ни оказалась, ты никогда не потеряешься, везде будет так же, различие возможно только лишь в толщине этих линий, точка соединения которых и есть место Перехода. В каждом мире есть четыре точки истончения границы миров, следуй в любую из них и там тебя будет ожидать желанная встреча с Гранью.
   - Но ведь, если все так просто, почему обычные маги не могут видеть место нахождения Грани?
   - Ася, потому что для них эти линии всегда будут параллельны, они соединяются только для Скользящих, только в их голове, это часть нашего дара.
   - Скажите, а как я тогда нашла точку Перехода в свой первый раз, как у меня получилось это сделать? Ведь понятия не имела куда ехать, но добралась точно в нужное место.
   - Все просто, у нас есть потребность, зависимость, если хочешь, от Грани. Чем дольше мы с ней не соединяемся, тем сильнее чувствуем эту свою потребность, тем острее и болезненнее осознаем эту тягу. Можно даже довести себя до состояния сумасшествия, был у нас один такой случай. Зоуйи, девочка-птичка. Чудесный ребенок, любивший все живое и саму жизнь, - глаза Александры потемнели при воспоминании о неизвестном мне человечке, губы подрагивали, рассказывая о случившемся когда-то. - У нее уже было несколько удачных переходов, когда она повела ту группу во Флорию - мир огромных деревьев, ярчайших цветов и доверчивых животных, мир-зоопарк. Не знаю, что ее тогда отвлекло, как она смогла ошибиться, но вместо Флории открылся переход в Анд, сумрачным мир демонов. Ей удалось увести только нескольких человек, сама была сильно изувечена. Но там, на серой пепельной земле Анда остались семь малышей и пятеро взрослых. Зоуйи не позволила лекарям удалить шрам, разделивший ее лицо пополам, оставила как постоянное напоминание о своей ошибке, стоившей так дорого. Она отказалась от своего дара, заточила себя в собственном доме, в одиночестве, как в тюрьме, позволяя лишь приносить ей пищу и воду. Никакие уговоры не помогали, она боролась со своей тягой, запрещая даже думать о возможности встречи с Гранью. Психика не выдержала, мы потеряли ее.
   - Она умерла? - все же уточнила я, заранее предполагая ответ.
   - Погибла во время пожара, который, по слухам, сама и устроила. Я рассказала тебе эту историю не для того, чтобы ты каждый раз дергалась во время Перехода, опасаясь совершить ошибку, а для того, чтобы понимала, насколько сильно мы зависим от Грани. Она манит нас к себе, зовет, и устоять перед этим нет никакой возможности. Тогда на Земле ты просто следовала этому зову и таким образом нашла переход.
   - Александра, а разве во время прохождения через завесу так легко ошибиться? Я вот, когда проходила, то думала только о том, чтобы Райна утащить подальше от этих тварей, значит, могла тоже попасть куда-нибудь не туда? - почему-то эта мысль раньше не приходила мне в голову, а сейчас, угнездившись там, показалась мне довольно пугающей. Конечно, Скользящая преследовала иные цели, когда рассказывала свою историю, но это не помешало мне задуматься более серьезно над предстоящим событием.
   - Могла, но не попала. В твоей голове твердо сидела уверенность в том, что ты должна провести своего друга на Лидию. Этого достаточно, чтобы открылась нужная дверь. Ошибка возможна только в случае, когда что-то сбивает концентрацию на цели путешествия. А такое случается крайне редко и в основном только у учениц.
   - А какая она для вас, Александра?
   - Она для меня как водопад. Я помню, в детстве мы ездили с родителями на водопады, меня от них наверно пару часов не могли оторвать, - женщина мягко улыбалась, вспоминая далекие мгновения прошлого. - Вот и Грань я вижу такою же - быстрая стремительная вода, тугими струями, падающая с небес, едва прикрытая туманом из взвеси мельчайших капелек. Она волшебна... Когда я делаю первый шаг, то вся эта масса обрушивается на меня сверху, захлестывает так, что начинаю захлебываться. Следующий шаг и вот я уже в толще воды, окруженная таинственными водными обитателями. Полное отсутствие звуков и множество картинок вокруг, каждая из которых и есть какой-то иной мир, надо только потянуться к нему, дотронуться рукой и тогда тебя затянет внутрь, словно в омут, яростно и неумолимо. Главное заставить свое тело подавить все инстинкты самосохранения, заставить отдаться этой стихии и не сопротивляться.
   - А если не получится отдаться стихии? - со странным волнением спросила я. Скользящая так эмоционально описывала процесс перехода, что я невольно представляла себя там, захлебывающуюся, влекомую мощными потоками, уносящими меня в гущу стремнины.
   - Тогда ничего не получится, проход не будет открыт.
   - И все? Никаких ужасов, типа, ты навсегда останешься между мирами, призванная бесплотным духом обитать там бесконечно долгие столетия в ожидании избавления, - произнесла я, придавая голосу зловещие нотки. Женщина заливисто рассмеялась, а потом, округлив глаза и вытянув вперед руки, перекосила рот и произнесла:
   - Да, ты превратишься в ужасное привидение и будешь высасывать жизнь у всех, кто осмелится зайти в Переход после тебя. У-ааа!!!... Ой, дорогая, ну какая же ты выдумщица! Ничего страшного с тобой не случится. Как я уже говорила, единственное, что грозит Скользящей - это вероятность попадания в другой мир, который может оказаться отнюдь не дружелюбным.
   - А понять хороший это мир или плохой?
   - Для этого тебе придется очень долго наблюдать за новым миром через Завесу. К сожалению, только так и никак иначе. Именно поэтому не многие из нас решаются быть первопроходцами, мы слишком уязвимы в первые моменты, после открытия Перехода, защиту установить не представляется никакой возможности, потому что для слияния с Гранью мы должны быть полностью ей открыты, никаких щитов, физических или ментальных, никаких охранных оберегов. Еще бы в идеале и одежду бы снять, - Александра сделала многозначительную паузу и выразительно приподняла брови, следя за моим лицом, которое медленно, но верно, вытягивалось от удивления.
   - В смысле снять? - непонимающе переспросила я.
   - А знаешь ли ты, что в древности Скользящие проскальзывали через Грань именно без одежды, может из-за того, что сейчас мы наряжаемся как курицы, переход дается нам так трудно. Кто знает?
   - А кто-нибудь пробовал? Ну, без одежды..., - я тут же живенько представила, как после неудавшейся попытки открыть переход домой, разоблачаюсь и уже голышом пытаюсь прошкрябаться через плотное розовое желе, коим предстает передо мной подружка Грань. Кажется, это должно стать довольно впечатляющим, особенно, если учесть, что на дворе не май месяц и переохлаждение с кучей пупырышек мне обеспечено точно. Больше всех "обрадуются" на Земле какие-нибудь заплутавшие путники, под ноги к которым вывалится полуживая, задубевшая моя обнаженная натура.
   - Конечно, пробовали, Ася. Чего мы только не пробовали за свою жизнь, но, видимо, слишком уж измельчал наш дар со временем, поэтому теперь после открытия прохода мы чувствуем себя совершенно выжатыми, а ведь когда-то было наоборот, опять же, если верить древним преданиям.
   - Значит, это не поможет... - задумчиво протянула я, даже не зная огорчаться или радоваться этому. Наверно, неплохо было бы иметь запасной козырь в рукаве на случай неудачи, пусть и такой сомнительный, как демонстрация своих прелестей всему лесу и хорошо бы только одному лесу.
   - Нет, увы. А ты уже примеряешься, как будешь возвращаться домой? - собеседница лукаво улыбнулась мне, показывая, что разгадала мои мысли.
   - У меня уже время поджимает, иначе там мои родные начнут бить во все колокола, да и проблемы с учебой мне итак гарантированы, - пришлось признать очевидное.
   - Я поговорю с Алтеей, если у меня получится договориться с Гранью, то она сможет подстраховать тебя при переходе.
   - Это было бы здорово, - почувствовала некоторое облегчение от слов Александры, когда ты не один, все же как-то намного спокойнее, тем более, если рядом тот, кто старше, опытнее и мудрее.
   - А сейчас давай мы с тобой немного поучимся прислушиваться к собственным ощущениям, - радостно сообщила мне Верховная сестра, вновь приобнимая меня сзади. Она обхватила меня своими маленькими ручками, скрестив свои ладони на моей груди в районе солнечного сплетения. - Ты хорошо чувствуешь свой источник, но пока не умеешь полностью от него отключаться, отдаваясь дару Скользящей, а это немаловажное условие. Ты доверяешь мне?
   - Доверяю, - слегка удивилась заданному вопросу я, пытаясь через плечо увидеть выражение лица Скользящей. Та была серьезна и сосредоточена, словно готовилась к какому-то важному действу.
   - Тогда не сопротивляйся мне сейчас, позволь тебе помочь. Так мы учим наших девочек лучше понимать себя и свою суть. Закрой глаза и сосредоточься на своем источнике, - я тут же последовала указаниям своей наставницы, предвкушая новый интересный опыт. Мой источник, переполненный энергией Лидии, щедро раскидывал вокруг себя блики света. Неожиданно от ладоней Александры пошло приятное тепло, согревающее кожу в местах соприкосновения. Сначала с источником ничего особенного не происходило, но через минуту, он словно сошел с ума. Разноцветные нити закручивались, расползались, вились, рождая ощущение, что кто-то сматывает их постепенно в один плотный, тугой клубок. И этим кем-то была Скользящая. Постепенно все силовые нити были уложены на нужные места, и в это время случилось странное, бело-сине-зеленоватый сгусток вспыхнул ярким золотым пламенем, превращаясь в маленькое яркое солнышко, сияющее в моей груди. Свет слепил меня, но не было никакой возможности оторвать от него взор. Так вот что видел Райн в момент моей встречи с Алтеей тогда у озера, вот почему он сказал, что я похожа на солнце.
   Любование красотой живущей внутри меня начало сменяться ощущением пустоты, желанием немедля, сейчас же ехать, лететь, бежать туда, куда, гудя и вздрагивая, звали упругие силовые нити, соединяющиеся где-то за горизонтом. Я почувствовала острую необходимость быть там, где ждет меня она, та, что вложила в мою душу кусочек своей собственной души, моя сестра, подруга, мать - моя Грань. Тело само напряглось в объятиях наставницы, порываясь начать свой путь, не медля ни секунды и не думая о последствиях.
   - Тааак, все, достаточно! - раздался громкий окрик Александры и клубок, сплетенный внутри меня, распался на множество разных нитей. Вместе с ним пропала невыносимая тяга, влекущая меня вдаль. - Ты должна запомнить это состояние, такая концентрация на твоем даре поможет при переходе, даст возможность вам слиться и стать единым целым.
   - Но, если должно быть вот так, то как же я смогла пройти на Лидию в тот раз? Ведь ничего подобного не чувствовала, мечтала только уйти подальше от тварей, которые высасывали жизнь из моего друга, - ошарашено уставилась на Скользящую, постепенно успокаивая бешено бьющееся сердце.
   - Наверно, об этом стоит спрашивать не у меня, дорогая моя. Возможно, у Грани на тебя какие-то особые планы, - загадочно улыбнулась мне в ответ мудрая женщина.
   Оставшееся время мы потратили на то, чтобы заставить меня создавать хотя бы некоторое подобие того клубка, который так легко получился у Верховной сестры. И, хотя она меня успокаивала, тем, что дело не в моей бездарности, а только лишь в опыте, которого за ее плечами было "выше крыши", но я была расстроена практически нулевым результатом. Мне никак не удавалось слиться с источником настолько, чтобы полностью подчинить его себе, мы существовали как две отдельные субстанции, одна из которых, только позволяла использовать себя для нужд другой, но не более того. Наши взаимоотношения мне напомнили о бабушкиной кошке Кляксе. Это угольно-черное своенравное создание позволяло себя гладить только тогда, когда она сама этого желала, в любое другое время она просто ускользала из рук, недовольно постукивая хвостом обо все, что находилось в непосредственной близости. Вот так же было и с источником, как только я покушалась на что-то большее, чем это мягкое снисхождение, он просто переставал меня слушаться. Договориться не получалось.
   - Ася, вот ты знаешь, мне кажется, что ты слишком сконцентрирована на достижении результата, - наконец, вынесла свой вердикт Александра, изучающее оглядывая меня с ног до головы. - Вот, когда, дышишь, ты же не прилагаешь никаких усилий, просто делаешь вдох и выдох. Вот так же должно быть и тут, все должно происходить как бы само собой.
   - Я не понимаю. Просто не понимаю этого, - удрученно помотала головой и сжала виски ладонями. От титанических усилий, предпринятых мной, слегка разболелась голова, пришлось заставить маленьких зеленых змеек целительной магии, отправится в маленькое путешествие с целью приведения в порядок данного, столь важного, органа. Скользящая продолжала наблюдать за тем, как я занималась самолечением. Одна минута и все, никаких болевых ощущений. Вот если бы все мне давалось так легко.
   - Удивительно, то, над чем мои юные ученицы бьются неделями, а то и месяцами, у тебя получается с удивительной легкостью, а то, на что у них уходит буквально несколько часов, встает для тебя настоящей проблемой. Если бы у нас было больше времени, хотела бы я иметь возможность изучить твой феномен.
   - А я феномен? - ох, уж это неистребимое желание быть особенной, единственной в своем роде, сколько душ погубило оно, кто знает? Сладко заныло под ложечкой. Неужели во мне есть что-то такое, чего нет у остальных Скользящих? Почувствовала, как над головой пробивается нимб, а за спиной вяло шевелятся крылья.
   - Ну, феномен, конечно, громкое слово. Просто хотелось бы понаблюдать, как идет процесс становления сил не у маленькой девочки, а у взрослой сформировавшейся личности. Неплохо было бы какую-нибудь научную работку провернуть, сравнить плюсы и минусы позднего становления дара, проверить потенциалы, предельные возможности...
   Нимб свернулся, крылья опали. Меня собирались записать в подопытные кролики, а еще ни один кролик не стал знаменитостью, если не вспоминать про вымышленного героя из произведения Льюиса Кэрола. Как правило, все подопытные кролики плохо кончали. Или правильно говорить заканчивали? Ох, ну куда меня повело, уже и пошлости в мою несчастную голову полезли. С тоской подумалось о Райне, который обещал вернуться сегодня, и не просто вернуться, а с вполне такой определенной целью. Уж не поэтому ли мне грезятся эти несчастные кролики?
   Настала пора возвращаться, Александре требовалось время на сборы в дорогу, а я торопилась в гостиницу в надежде, что мой мужчина уже примчался туда, дико соскучившись. Все обратную дорогу посвятила именно рассмотрению данной темы, представляя, чего бы такое-разэтакое хотела сотворить с ним, пользуясь неограниченным доступом к телу и полной безнаказанностью.
   Но, по возвращению домой, меня ждало разочарование. Райн еще не приехал. Зато приехал Марко, для того, чтобы попрощаться. С ним связался Вал и предложил хорошую работу по сопровождению торгового каравана, выезд намечался на завтра. Парень был доволен тем, как сложились обстоятельства, поскольку последние дни во дворце, он был предоставлен сам себе и в основном бил баклуши, да занимался изучением уклада королевской жизни. Тот оказался совершенно чужд авантюрной душе Марко, непонятен и даже раздражающ. Поэтому, когда поступило предложение Вала, никаких сомнений не возникло.
   Неожиданно вспомнился наш трудный путь в Мараву и сердце сжалось от волнение за друга. Тот, словно уловив мой настрой, сгреб меня в охапку и неторопливо стал рассказывать о чистках, которые повально велись по всем основным дорогам Лидии, о том, сколько нечисти удалось положить доблестным воякам, засидевшимся в последние годы на своих квартирах, о том, что у него еще есть в запасе амулет, созданный мной для защиты от магического воздействия. Я понимала, что он просто успокаивал меня, но была безумно благодарна за эти слова, они вселяли надежду, что эти чудесные васильковые глаза не исчезнут из моей жизни.
   - Ты помнишь, что обещала мне еще поездку к тебе в гости? Так что не вздумай уехать раньше времени. Чтобы дождалась моего возвращения, поняла?
   - Конечно, глупый мальчишка, куда я денусь? Для того, чтобы я отсюда сбежала раньше времени, небо должно упасть на мою влюбленную голову, не иначе, - попыталась отшутиться, выбираясь из его объятий.
   - Ну, если, вдруг, небо все же упадет, ты постарайся дождаться меня. Хорошо? - как-то очень серьезно попросил парень, заглядывая мне в глаза. Он хочет о чем-то предупредить меня или просто таким образом сформулировал просьбу? Хороший вопрос... Попыталась найти ответ в васильковых глазах, но их как-то подозрительно быстро отвели в сторону. Черт!
   Роза усадила нас за стол, настояв на том, чтобы Марко перед отъездом отведал ее очередное лакомство, буквально только что рожденное в стенах ее волшебной кухни. Тот посопротивлялся лишь для вида, недолго и весьма неубедительно, глазами буквально пожирая поднос, который радовал изобилием и испускал сводящие с ума ароматы. Хозяйка, как обычно оказалась выше всяческих похвал.
   Проводив Марко, навестила Изю, чтобы угостить друга и заодно полюбоваться на его симпатию. Ну, надо сказать, что вкус у моего коняшки был хороший. Арсиха, нет, арсючка, тьфу, как же называть арса женского рода? В общем, лошадь, была покрыта тоненькими защитными пластинками с едва заметным рыжеватым отливом, она смело могла гордиться длинной гривой, заплетенной в множество косичек и хитрющими темными глазюками. Рыжуха ревниво поглядывала на наши взаимные нежности с Изей из своего стойла, иногда недовольно вздыхая. Ну, а ты как хотела, девочка, я этого ретивого хлопца раньше тебя себе отхватила, теперь, либо терпи мое присутствие, либо не лезь к моему арсу. Рыжая, словно уловив мою мысль, задрала морду вверх и так нагло сделала мне губами: "Пффф!". Вот ведь нахалка! Изя разомлел от счастья, когда еще из-за него будут девочки ссориться.
   Вечером Райн так и не приехал, попробовала связаться с ним мысленно, но мне только сердито буркнули в ответ, что пока заняты. Затолкала поглубже родившееся чувство обиды, ну, занят человек, а тут лезут не вовремя. Ведь это же ничего не значит, всякое случается. Убеждать пришлось себя долго, особенно, когда пыталась заснуть в холодной пустой постели. У меня даже мелькнула мысль пореветь немного, но ее быстро отмела, как недостойную. Я же, типа, сильная.
   А ночью меня разбудили прохладные руки, скользящие по моему телу, легкими касаниями мягко пробуждая во мне желание, стирая тревоги ушедшего дня, заставляя тонуть в чудесных ощущениях любви и нежности. Горячие губы, оставляющие дорожки трепетных поцелуев в самых сокровенных местах, на самых заповедных тропах. Я пребывала в каком-то странном состоянии, где-то между сном и явью, вроде бы понимала происходящее, но словно плыла в каком-то дремотном тумане. Будто бы смотрела со стороны на два тела, тесно сплетенных между собой: пальцами, руками, бедрами, дыханиями и сердцами. Будто бы откуда-то издалека слышала глубокие вздохи, взахлеб и жадно, тихий ласковый шепот, куда-то на ушко, пробивающий до самого естества, рождающий слабость под коленками и текучую негу в темнеющем взгляде, и редкие протяжные всхлипы, гасимые требовательным ртом: "Еще! Еще! Громче, для меня, кричи!". Будто бы видела издалека закушенные губы, напряжение широкой спины, страстные ритмичные движения крепких бедер, охваченных кольцом стройных ног, и судорожно сжатые пальцы, хватающиеся за все, что попадется, оставляющие следы на дышащей влагой загорелой коже. Меня медленно, но верно присваивали себе, утверждаясь в своем праве быть здесь, во мне, моим.
  
  
   Глава 24.
  
   Он еще спал, смешно выпятив нижнюю губу, такой близкий и желанный, что казалось, будто мое сердце и прочие органы переполняются миллионами пузырьков любви, которые лениво плавают по венам, будоража кровь, лопаются внутри меня, щекочут и пытаются вылезти наружу. А я, вся такая пузырьково-воздушная, лежу и никак не могу насмотреться на своего мужчину. Опять эти тени под глазами, морщинка между бровей и похудевшее, чуть осунувшееся лицо. Ох, нет на него Розы, чья стряпня живенько бы вернула утерянные килограммы и здоровый цвет лица.
   После очередного пересчета ресничек (каюсь, грешна, но, надо же проверить доставшееся хозяйство) заметила, как ленивая улыбка расползается по его лицу.
   - Любуешься? - чуть хриплым со сна голосом, пробормотал он, так и не открывая глаз.
   - Любуюсь, - не стала отрицать очевидное.
   - Нравлюсь? - ехидный уголок слегка пополз вверх, чуть приоткрывая губы.
   - Нравишься, - покладисто согласилась я.
   - Тогда целуй срочно, - все так же, не открывая глаз, вытянул губы трубочкой и забавно почмокал ими воздух.
   - Прямо срочно-срочно? - не могу удержаться от тихого смеха.
   - Нет, ну, что за женщина! Совершенно не слушается. Целуй, говорю! - льдистые глаза в притворном возмущении уставились на меня. - Вот так всегда... Все приходится делать самому.
   Театрально повздыхав и сокрушенно покачав головой, Райн неожиданно резко дернулся в мою сторону, подмял под себя и, зависнув надо мной, опираясь на локти, поцеловал. Глядя глаза в глаза... долго... именно так, как этого больше всего хотелось сейчас. Ну, что, утро, кажется, задалось!
   Спустя некоторое, довольно продолжительное время, я была извлечена из растерзанной нами, в процессе проявления чувств, кровати и направлена легким шлепком по попе прямиком в душ, со словами:
   - Мы ужасно опаздываем, давай скорее собирайся.
   Мило так, еще час назад мы никуда не опаздывали, а сейчас придется собираться в спешном порядке. Когда я позволила себе полюбопытствовать, куда это мы так торопимся, мне сообщили, что нас ждет официальный обед во дворце с Его Величеством Себастианом. Господи! Вот ведь счастье-то привалило бедной девушке...
   Когда встал вопрос одежды, мы оба довольно скептично осмотрели весь мой небогатый гардероб. Райн рассеяно почесал макушку со словами: "А вот об этом я как-то не подумал". Из нарядов у меня в наличии имелся только один, но зато какой! Эльфийское платье с текучим узором. Просто для сегодняшнего события, пожалуй, это было слишком круто, но больше ничего подходящего у меня не было. И тут нас спасла Роза, которая, узнав о возникшем затруднении, буквально потащила меня в одну из комнат на верхнем этаже. Оказывается, у хозяйки гостиницы есть дочь, и (о чудо!), она приблизительно моего размера и роста. Пока я пыталась представить, как у такой великанши может вырасти столь миниатюрное дитя, Роза вытаскивала из шкафа какие-то разноцветные одеяния. Отобрав несколько более-менее вменяемых вариантов, представила, как буду в них закорячиваться на своего Изю. Полагаю, что будет довольно занятное зрелище, только занятное, увы, не для меня. С тоской оглядела разложенное богатство: красивые ткани, строгие линии кроя, изящные вышивки, если бы было время, с удовольствием покрутилась бы перед зеркалом и повоображала, но сейчас надо было делать выбор, а с этим у меня были трудности.
   - Роза, а в чем ваши дамы ездят на арсах? Есть какие-то специальные платья или они в брюках? - выдала я неожиданно пришедшую в мою голову мысль.
   - Есть такие платья, но они вряд ли подойдут для обеда с королем, моя дорогая, - мягко улыбаясь, великанша извлекла из недр шкафа довольно любопытную вещицу. Первое, что бросалось в глаза - совершенно замечательный цвет, кофейный с бронзовым отливом. По сути это даже не было платьем как таковым. Спереди короткий многослойный подол едва доходил до середины бедра, постепенно удлиняясь по бокам и заканчиваясь небольшим пышным шлейфом, таким образом, ноги спереди оставались почти полностью открытыми. Как вы понимаете, мини в этом мире не приветствовалось, поэтому в комплекте шли узкие брючки светлее основного наряда на пару-тройку тонов. Верх был довольно консервативен, наверно, чтобы при скачке из декольте ничего не вывалилось ненароком, рукава амазонки (условно назовем это одеяние так), доходили до локтей и заканчивались роскошным кружевом, которое украшало и верх платья. По-моему все довольно строго и изящно, ничего лишнего и попробуйте сказать, что это не платье и что оно не подходит для предстоящего весьма сомнительного предприятия. Теперь, главное, влезть во все это дело, а то я тут немного успела поправиться за последнее время.
   Влезть удалось! Даже грудь почти идеально легла в уготовленное ей жизненное пространство, ну, оставался там небольшой люфт, парочка сантиметров свободы, но будем считать, что это для интенсивного дыхания. Мало ли разволнуюсь, часто и глубоко задышу от переизбытка чувств и переживаний от встречи с Его Величеством. Надо признаться, что брючки довольно плотно облегают мои бедра, скорее напоминая лосины, но мне совершенно не стыдно, благо, что ноги ровные и стройные. Сюда бы еще ботфорты мои на высоком каблуке, вообще бы отпад был, но придется обойтись привычными сапогами.
   Я оглядела себя в зеркале и осталась чрезвычайно довольна увиденным. Только вот с волосами надо было что-то делать, привычный хвостик смотрелся довольно жалко на фоне подобной красотищи. Но и тут Роза не подкачала. Огромные руки оказались на удивление ловкими и умелыми, несколько движений, куча незаметных шпилек и вот уже мои волосы подняты в высокую прическу, дольно удачно сочетающуюся с выбранным нарядом. Немного косметики и я перестаю себя узнавать. Такая строгая, отстраненная красота. Мне впервые подумалось о том, что и я могу быть красивой, осталось только получить подтверждение увиденному в одних, удивительно прозрачных глазах.
   Ты долго молчишь, внимательно осматривая меня с ног до головы, так долго, что я начинаю испытывать чувство неловкости. Неужели ошиблась и выгляжу нелепо? Не успеваю до конца расстроиться, когда ты делаешь несколько быстрых текучих шагов навстречу и проводишь слегка подрагивающими длинными пальцами по кружеву на моей груди.
   - Мне так повезло... Из всех женщин всех возможных миров, я нашел самую красивую, - и столько благоговения в этих словах, что чувствую тесноту в груди, а в горле комок. Ты прижимаешься лбом к моим волосам, аккуратно, стараясь не испортить прическу, и выдыхаешь. - Не хочу никуда ехать, хочу остаться здесь.
   - Так, давай, никуда не поедем? - предлагаю я, чувствуя, как утренние пузырьки продолжают куролесить в моей крови, заставляя сердце выстукивать сумасшедший ритм. Мой мужчина сегодня тоже одет особенно, элегантный костюм: немного зауженный пиджак серебристо-серого цвета, лилейно-белая рубашка с воротником стойкой, черные брюки, начищенные до блеска сапоги. Он волнует меня, как никогда.
   - Надо ехать, должны прийти известия от Александры, кроме того, завтра состоится бал, нам придется на нем присутствовать, а, чтобы ты не чувствовала себя неловко, необходимо тебе подробно рассказать что и как делается на подобных мероприятиях. И мы с тобой уже бессовестно опаздываем, - с тяжелым вздохом произносит Райн, отодвигаясь чуть в сторону.
   - Ну, что ж... Тогда в путь! - бодро восклицаю я,стараясь скрыть разочарование, но мне это плохо удается.
   Райн понимающе улыбается и, взяв мое лицо в ладони, прижимается к губам в коротком поцелуе.
   Изя слегка прибалдел от моего внешнего вида, и всю дорогу до дворца посылал мне восторженные картинки, суть которых сводилась к тому, что он даже не подозревал, что я могу быть такой красоткой (ага, очень приятно такое слышать) и как он горд, что меня пригласили к самому королю.
   Мы довольно быстро добрались до широкой дороги, поднимающейся вверх на холм, туда, где стремился ворваться в заоблачную даль королевский дворец. Вновь поразилась тому, как искусно было сделано здание и какое впечатление производило, и чем ближе мы к нему подъезжали, тем сильнее становилось ощущение благоговения. Захватывало дух.
   Чтобы попасть во дворец, необходимо было проехать, через основные ворота, где находится пропускной пункт. Охрана, одетая в темно-синие камзолы, расшитые золотой нитью, и голубые береты с черными пером неведомой птахи, поприветствовала Райна вежливыми поклонами, а меня внимательно осмотрела, не скрывая своего любопытства. Полагаю, что была удостоена такого внимания скорее из-за того, что вояки не знали, как реагировать, то ли я дама знатных кровей, перед которой не мешало бы и шляпу снять, то ли всего лишь содержанка, церемониться с которой не стоит даже в присутствии представительного кавалера.
   Когда магом была предъявлена какая-то бумага с кучей печатей, передо мной тут же вежливо раскланялись и предложили проехать на охраняемую территорию. Значит, официоз начался, ну, посмотрим, что нас ждет дальше.
   Огромный двор перед зданием был разделен на отдельные сектора. Центральная его часть представляла собой небольшую площадь, вымощенную все теми же квадратными желтоватыми плитами, справа возвышалось что-то типа альпийской горки, только в данном случае, это что-то можно было смело назвать целой горой. Она была покрыта самыми разнообразными цветами, растениями, мхами, кое-где декоративно украшена булыжниками, между которыми игриво журчал тоненький ручеек. Левая часть двора была отдана под сад со скульптурными композициями, причем, неизвестно чего там было больше, деревьев или скульптур из белоснежного камня. В общем, все было на самом высоком уровне, чистенько, миленько, стерильненько.
   Дав возможность обозреть местные достопримечательности, Райн, кивнул в сторону широких ступеней, ведущих ко входу во дворец, приглашая меня спешиться. С невозмутимым выражением лица, изображая, что просто ну, каждый божий день посещаю обеды всевозможных королей, подъехала к указанному месту и невольно проследила взглядом, как ловко маг соскочил со своего арса. Эх, красив, стервец! Вот сейчас бы нам с моим коняшкой не опозориться на глазах у местной челяди, застывшей в ожидании прибывших, около распахнутых дверей, украшенных какими-то безумными гербами. Но Изя, казалось, тоже проникся величественной обстановкой царившей вокруг, иначе как объяснить, что вместо привычного плюханья на мостовую с поднятием кучи песка в воздух, арс, преисполненный достоинства, неторопливо опустился на камни, стараясь не испортить мою амазонку.
   Мысленно поблагодарила Изю за столь удачную парковку и, подхватив двумя руками шлейф платья... величаво сползла с седла на мостовую. Итить! Попыталась подняться, но шлейф, зацепившийся за край седла, спружинил и тут же вернул меня обратно на пятую точку. Стало не столько больно, сколько обидно, да и не май месяц, камушки-то холодноваты. Кинула взгляд на слуг, мучительно старавшихся сделать вид, что не замечают странную девицу раскорячившуюся у входа, и только в этот момент заметила руку, протянутую мне с целью оказания первой не медицинской, но чрезвычайно необходимой помощи.
   - Чудо, ты мое! - раздался тихий шепот, и через секунду я взмыла вверх и была водружена на собственные конечности. После чего меня отряхнули легкими касаниями, чмокнули в макушку и, подхватив под локоток, потащили по лестнице на встречу с королем. Причем, жесткая фиксация руки была произведена, скорее в целях обеспечения моей собственной безопасности. Мало ли споткнусь еще ненароком и трындец тогда моей роскошной амазонке.
   Влекомая Райном, пролетая мимо людей и дверей, сделала попытку сконцентрироваться, чтобы понять, кто же там представлен на этих самых гербах, столь гордо сиявших при входе. Однако, при такой скорости, с которой любимый тащил меня в царственную столовую, у меня было чрезвычайно мало возможностей для рассмотрения нюансов. Поэтому, когда мне почудилось, что с герба на меня грозно зыркнул стельх хамовитого вида, только мысленно прошептала: "Изыди!" и увлеклась рассмотрением красот дворцовых залов, через которые мы курсировали.
   Дааа, посмотреть было на что! Казалось, вот, что могло быть придумано человеческим (и не только) гением самое яркое, кичливое и безвкусное, все собралось в стенах этого величественного сооружения. Фосфорицирующие краски тканевых обивок без стыда соперничали с кричащими драпировками стен и тошнотворной позолотой аксессуаров. Надо будет отпроситься у Его Величества и в тубзике глянуть, зуб даю, что там не только краны золотые, но и бидэ с унитазами инкрустированы алмазами. Ух, как гадко!
   К концу долгого пути, кажется, даже глаза начали слезиться от безумства чьего-то вкуса, вернее, его отсутствия, тошнить не начало только потому, что мы уже прибыли. Двое слуг в ливреях, с нелепо завитыми волосами (судя по бедности убранства, отнюдь не париками) низко поклонились нам и, упершись обеими руками, с явным усилием, надавили на громадные позолоченные двери. Те, словно нехотя, начали раскрываться, демонстрируя вполне приличное нутро просторных апартаментов. Судя по спокойной палитре, царившей здесь, и довольно потертому внешнему виду мебели и прочих аксессуаров, безумный декоратор просто не успел еще добраться до этого места или у него просто кончились деньги, что более вероятно. Еще бы, с таким размахом начать!
   Посередине просторной гостиной был накрыт круглый стол довольно внушительных размеров. Пока там присутствовали только столовые приборы, но, сколько же их там было! Кроме нас в комнате больше никого не наблюдалось, поэтому у меня оставался шанс на побег, для этого резко вывернулась из захвата Райновых пальцев и попыталась сунуться обратно в коридор, пока оставалась щелка в дверях. Однако маг был на стороже и, поймав меня буквально на излете, вновь подтащил поближе к себе и пугающему столу. Ну, зачем вот, скажите мне, необходимо столько ножей, вилок и ложек? Ведь всю свою жизнь прекрасно обходилась одним экземпляром каждого из этих предметов и казалась себе весьма культурной особой. У нас всякий, кто пытается разрезать кусок мяса ножом, тут же автоматически переходит в раздел интеллигенция, а тут такое...
   Двери за нашими спинами с легким стуком закрылись, отрезая все пути отступления, пришлось выдохнуть и попытаться поверить в то, что сумею справиться с азами дворцового этикета. Райн, улыбаясь, притянул меня к себе и заголосил мне на ухо:
   - Сеееб, ну прости за опоздание! Мы старались приехать как можно быстрее, честное слово!
   В начале ничего не происходило, но через пару десятков секунд раздалось копошение в углу комнаты, где зашевелился гобелен, слегка кривовато висящий на стене и символизирующий великолепную победу, какого-то далекого и весьма смазливого предка нашего Себастиана, над необычайно крупной лайей. Вот из-за этого своего предка и выкарабкался наш король, слегка покрытый паутинкой и выглядящий так, словно недавно выбрался из кровати: не брит, помят и под вчерашним хмельком.
   - Ваааше Велииичество! - осуждающе протянул маг, выпуская меня из рук, видимо, полагая, что при короле я постесняюсь драпать. Ну, в чем-то он был прав, пришлось приосаниться, расправить шлейф платья, сдуть локон, выбившийся из прически, созданной Розой, и принять слегка скучающий вид. Эх, жаль свистеть не получается.
   Король явно оценил мои достижения, потому что округлил глаза, застыв с раскрытым ртом. Видимо, мужчина хотел оправдаться за свой внешний вид, но по пути, в самом начале извлечения звука, заметил мою разряженную персону. Да, я такая! Грудь невольно подалась вперед, вот оно! Вот для чего были нужны эти несколько сантиметров простора в лифе амазонки - для глубокого вдоха и зрительного увеличения грудной клетки. Надолго меня не хватило, сдулась через десяток-другой секунд, но осталась вполне довольна произведенным эффектом. И чего этот гад лыбится? Ну, тот, который мой любимый, и все-то он понимает, и все-то он замечает, повыделываться не дает.
   - Ася! Я даже не сразу тебя узнал. Ты выглядишь просто потрясающе! - наконец, сообщил Себ, теша мое и без того раздутое нынче самолюбие. Слегка порозовев от удовольствия и поиграв бровями, даже умудрилась немного подзабыть, как я обижена на этого венценосного товарища за его нелепые подозрения. - Вот увидев тебя на балу, наверно, подумал, что за неизвестная красавица нас посетила.
   - Спасибо, - нервно вякнула я, приседая в некотором подобии книксена, мысленно отхлестала себя по щекам: "Аська, это он сейчас елей и патоку тут разливает, а сам скоро тебя государственным врагом номер один объявит, пока ты тут уши-то развесила! Ишь, как смотрит, наверняка решил бдительность усыпить".
   - Ээ, Вашество, ты мне тут девушку не смущай, тем более не твою, а лучше сообщи строго по форме, чего ты по тайным ходам ползаешь в таком непотребном виде, когда должен сидеть, терпеливо ожидая нашего приезда? - Райн нахмурил брови, демонстрируя суровое лицо, но уголки губ, подрагивающие чуть ли не на каждом втором слове, выдавали его хорошее настроение. Себастиан сделал кислую мину и со стоном упал на ближайший к нему стул.
   - Вот ты, мой друг, бросил меня вчера на растерзание этим своим Луням, Артам и подлым эльфам, а они ведь сразу же бросились меня спаивать, - пожаловался король, шмыгнув носом и уставившись на нас глазами несчастного щенка, умоляющего о сочувствии. - Попробуй это, отведай то, может, лучше вот это подать на балу? И вот, я просыпаюсь с утра в одной кровати с двойняшками, в обнимку, в одном нижнем белье, причем все были в таком же виде. Можешь себе представить мое потрясение? А ведь я совершенно равнодушен к мужскому полу. Был... раньше...кажется...
   - Мой друг, можешь быть совершенно уверен, эти двое не могли воспользоваться твоей беззащитностью, поскольку они специализируются исключительно на дамах. Ну, специализировались... раньше... Так, ладно, потом спросим у них, может они расскажут, как ты оказался с ними в одной кровати. Про твой внешний вид понятно, осталось неясным только от кого ты там прятался?
   - Так вы все не ехали и не ехали. Меня начали атаковать советники, чтобы я думал об организации завтрашнего бала, а я сегодня вообще думать не могу! Потом эти девицы, все утро падающие в обморок прямо на меня из всех щелей, почему-то совершенно не одетые. Уже белый день, а они все в пеньюарах по коридорам носятся. Куда только их отцы смотрят, не понимаю? Пришлось найти местечко и затаиться тут в ожидании вашего приезда, - продолжил плакаться мужчина, косясь на строгого мага.
   - Прятался, значит? - столь же хмуро уточнил тот, а я попыталась спрятать улыбку, низко опустив голову, отчего прическа тут же угрожающе начала перемещаться в сторону пола, пришлось задавить все проявления эмоций и закрепить голову в вертикальном положении, возвращая тем самым свою мобильную прическу на нужное место. Вот не догадалась ее лаком закрепить капитальненько.
   - Угу, - легко согласился глава Лидии, подпирая щеку ладонью, отчего стал еще больше напоминать несчастного щенка, осталось только маленько слюны попускать для антуража.
   - Очень по-взрослому, Себ. Ооочень.
   - Нууу, как уж получилось, Райн. Вот знаешь, узнать, что, возможно, ты нетрадиционной ориентации, потом бегать по дворцу от докучливых советников, когда ты не то, что бегать, ходить-то с трудом можешь, поймать парочку голых девиц, с ног до головы обрызганных какими-то вонючими духами. Все это оказалось невыносимым для отпрыска королевской династии, мы же люди трепетные, нежные, нам нельзя так волноваться. ... Да, признаюсь, струсил и спрятался.
   - Ладно, раз мы основные вопросы выяснили, значит, можем уже приступать к обеду? А то мы с Асей и позавтракать не успели, - расплылся маг в широчайшей улыбке, усаживаясь на свободное место, справа от грустящего Себастиана, мне же ничего не оставалось, кроме как почтить своим присутствием оставшийся стул, соответственно слева от Его Величества.
   Огромный стол был сервирован на троих, но казалось, что на весь двор. По звуку колокольчика, двери, дававшие нам возможность уединения, раскрылись и в апартаменты хлынула вереница слуг с блюдами, закрытыми металлическими блестящими колпаками. "Серебряные поди!", - с легкой неприязнью подумала я, страшась содержимого этих самых тарелок, сейчас ведь каких-нибудь неведомых тварей нанесут, а Ася мучайся, ешь.
   Пока стол заполнялся всевозможными закусками, слуга снял крышку, и перед моим носом появилось нечто веселенькой расцветочки, лежащее аппетитной, но маленькой горкой посередине огромной тарелки. Мужчины внимательно следили за моей реакцией. И чего они ждут? Дама начинает первой? Мальчики решили меня проэкзаменовать?
   Оглядела стол со щемящей тоской. Справа от меня находилось белоснежное полотенце на блюдце, потрогала его и поняла, что оно влажное и чуть теплое, рискнула предположить, что это для рук. Под одобрительным взглядом Райна, занялась вытиранием верхних конечностей, так, идем дальше. Передо мной стояла стопка тарелок, на вершине которой находился вожделенный салат. Справа от нее лежали ножи и ложка. Если с ложкой было понятно, то с ножами сложнее, один для мяса, второй, для рыбы, а третий самый маленький? Будем считать, что для всех остальных нужд. Теперь вилки... Их было шесть. Шесть! Ну, вот зачем так усложнять себе жизнь, а? Тааак, самая маленькая, лежащая отдельно рядом с чайной ложкой, мной была опознана, как десертная. Ту, которая была чуть больше, я определила под закуски, самую большую - под мясо, среднюю - для рыбы. Оставались вилки самые извращенские на вид. Одна меня больше всего порадовала: три зубца, правая сторона волнистая, а на левом краю сделан четвертый зубец, который больше напоминает открывашку для бутылок. Ну, не буду же я, в самом деле, пивко тут открывать? Еще одно примечательное творение, широченное в основании и с шестью зубцами так же не вызвало у меня никаких ассоциаций. А вот последняя вилочка, скорее всего, полагалась для разделки морепродуктов, потому что имела один зубчик более массивный и острый, как раз, чтобы вскрывать всякие панцири. Схватила нож и вилку для закусок и выжидательно замерла над салатиком. Есть-то будем?
   - Всем приятного аппетита, - возвестил Райн, довольно щурясь, словно мартовский кот, и оба мужчины, тут же последовали моему примеру. Кажется, первый экзамен выдержала, значит, если и опозорюсь во время завтрашнего приема, то не сильно.
   Некоторое время мы провели под вежливое, едва слышное постукивание столовых приборов, отдавая дань искусству местного повара. Еда волшебным образом таяла на языке, оставляя на нем пряный, слегка сладковатый вкус. Я блаженствовала ровно до того момента, как Его Величество не порадовал меня живейшим монологом о правилах поведения на приеме во дворце. От неожиданности и содержательности, даже закашлялась, пришлось отхлебнуть того, что было налито в один из пяти бокалов, баррикадой вставших на пути к ряду закусок. Это, чтобы я их меньше съела? В бокале оказалось довольно приятное красное вино, в меру терпкое и с легкой кислинкой. А Себ тем временем, продолжал свой рассказ, к которому честно пыталась прислушиваться в перерывах между приступами кашля.
   Итак, все действо начинается после обеда, прибывшие, шествуют по красной дорожке парами, осыпаемые лепестками цветов и пожеланиями благоденствия. Народ набивается в центральную бальную залу, после чего застывает в молчаливом ожидании появления короля. Тот, совершает круг почета по периметру бальной комнаты (при этом всем присутствующим настоятельно рекомендовано молчать, опустив глаза к полу) и удаляется в смежное помещение с двумя входами-выходами, где занимает свое место на самом настоящем троне. Далее мажордом, в порядке титулованности, объявляет сиятельных гостей и те, особым шагом (раз-два-три-поклон) заходят в комнату, где восседает Его Величество, дабы припасть к его стопам. После краткого приветствия, пара удаляется через вторые двери, возвращаясь в бальный зал. Вот такой получается конвейер. Далее король выходил к подданным и зачитывал свою вступительную речь, коротенько так, на часик, после чего бал объявлялся открытым. Первый танец, под милым названием муатон, начинал сам король со своей дамой, для которой данный момент становился просто несколькими минутами славы. Поскольку дамы у Себа пока не было, место оказалось вакантным, а значит, становилось понятно, почему полуголые тетеньки все утро так и сыпались к ногам Себастиана.
   Все это, конечно, было прекрасно, но у меня возникла стойкая уверенность в том, что пока дождешься окончания всей этой катавасии, на танцы точно уже никаких сил не хватит, а дамы будут бороться уже не за кавалеров, а за сидячие места на кушетках и за нюхательную соль. Интересно, а Себу самому не тошно от такого церемониала? Не поленилась спросить.
   - Ася, понимаешь, так было заведено столетиями и не мне это менять. Надо уважать традиции своей страны, - глубокомысленно изрек мужчина, с громким хрустом вскрывая панцирь какой-то твари. Ага! С вилочкой я угадала. Как вы понимаете, случилась смена блюд и теперь прямо мне в глаза с тарелки пялилась какая-то неведомая зверюшка красного цвета. Скептически оглядев ее, и изучив действия своих соседей по столу, принялась за экзекуцию, ну, подумаешь, брызги летят, и хвост из тарелки выскочил, зато какое нежнейшее мясо под этим панцирем, ммм...
   - Но какой в этом во всем смысл? Ты этих людей, наверно, уже всех в лицо знаешь за столько лет, все твои речи и обещания они слышали уже не по одному кругу. И зачем мучиться каждый раз таким длинным представлением, если можно сразу объявить танцы, - продолжала любопытствовать я. - Ведь ты же король, ты все можешь, значит, тебе изменить церемониал - раз плюнуть.
   - Ой, Ася, да пробовал я уже поменять, меня Совет чуть живьем не съел. Неуважение к памяти предков, расстройство подданных, то, се. В общем, махнул рукой и терплю раз в пару-тройку месяцев.
   - Ясно, а я зачем нужна на этом балу? - решила уточнить на всякий случай, вдруг, мне будет доверена какая-нибудь секретная миссия. Ну, там врага разоблачить, заговор раскрыть, а то как-то однообразно стала проходить моя жизнь на Лидии, никаких тебе смертельных опасностей, погонь и схваток, ведь так и расслабиться могу, а мне нельзя, мне еще обратно ехать же.
   - Мы решили, что ты, Ася, будешь со мной бал открывать, - огорошил Его Величество меня. И улыбочка еще на лице такая гаденькая, предвкушающая милое развлечение за мой счет
   - Это шутка, да? - с трудом проглотив кусочек нежнейшего мяса, вставший поперек горла, полюбопытствовала я. Однако, судя по лицам моих визави, это не было шуткой. - Да, ладно...? Я и танцевать-то не умею. Ребята, ну, вы что? Бал завтра, а я даже понятия не имею что там надо делать, да, я же от смущения умру, все ноги оттопчу, в обморок грохнусь.
   - Понимаешь, тут какое дело, - протянул Райн, совершенно игнорируя мои попытки откреститься от предстоящего позора. - У Себа сейчас не очень устойчивое положение, ему приходится лавировать между основными политическими силами. Открытие бала - это почти официальное объявление фаворитки, поэтому сейчас идет закулисная борьба. Чью девочку подложат Себу в постель, у того появится реальный шанс перетянуть на свою сторону союзников. Все же любовница короля - это один из самых высоких статусов, если еще и девушка окажется умненькой и сможет нащупать рычаги воздействия на главу государства, то это же просто мечта. У нас было слишком мало времени, чтобы разобраться в ситуации, поэтому пока приходится играть на чужом поле, с завязанными глазами. Ты - гостья короля, темная лошадка, пока они будут прощупывать почву, узнавать, откуда ты выплыла, под шумок мы провернем тоже парочку своих дел, узнаем, кто на что готов пойти. В общем, ты оказалась идеальным вариантом и нашей палочкой-выручалочкой.
   Что-то вся ситуация начинала мне все меньше нравится, мальчики в своих игрищах решили использовать меня, как подсадную утку. Неприятно. Нет, оказать содействие я не против, только неужели нельзя было хотя бы поинтересоваться моим мнением, попросить о помощи, наконец. Все было сделано в обидной, ультимативной форме, типа, они решили и баста.
   Нервно застучала пальцами по столу, что было расценено слугой, как требование о смене блюд. Перед моим носом водрузили, исходящий соком кусок мяса в обрамлении каких-то запеченных овощей. И хотя, я уже была довольно сыта, но удержаться от того, чтобы попробовать эту вкуснятину, не смогла.
   Пока ела, обдумывала ситуацию. Я могу, конечно, обидеться, дескать, не так попросили, хотите использовать и все такое... Однако тогда, они могут встать в позу или, еще чего доброго, ответно огорчиться и отправить меня обратно к Розе. Тогда все самое интересное пройдет мимо, а то, что завтра будет на балу увлекательно, я даже не сомневалась. Придется, конечно, пережить несколько минут позора в танце, но зато потом начнется самое интересное. Неожиданно поняла, что думаю о предстоящем бале уже с определенной долей предвкушения и азарта. И была еще одна причина по которой готова была согласиться на предложенную роль - Лавиния! Она непременно будет присутствовать на мероприятии, а я ужасно хочу увидеть ее. Возможно, я мазохистка, но не могу отделаться от навязчивого желания воочию лицезреть эту красу и последить за реакцией Райна на нее.
   - Что я должна делать? - придя с собой к согласию, поочередно смерила взглядом эти две нагловатые физиономии, застывшие в ожидании моей реакции.
   - Ха! Ну, что я тебе говорил? - довольный Райн, даже выскочил из-за стола, заставив слугу шарахнуться в сторону от неожиданности, каким чудом, тот не уронил поднос, лично для меня осталось тайной, настоящий профессионал. Маг потирал руки в предвкушении, победоносно глядя на Себа. - Я говорил, что моя девочка не сможет удержаться, чтобы не поучаствовать в этом, а ты не верил. Не справится, испугается!
   Не понял! Этот вот небритый похмельный товарищ считал, что я не потяну отведенную роль? Да, сейчас! Вот только назло тебе, из кожи вылезу, а сыграю.
   - Так что я должна делать? - уже более настойчиво потребовала ответа от мужчин, после того, как маг вернулся на свое место и занялся поглощением очередного мясного шедевра.
   - Ты должна изображать наивную, чуть глуповатую девочку. Те, кто попытаются тебя прощупать должны быть уверены, что новая фаворитка бесхитростна и поддается чужому влиянию, тогда они попытаются склонить тебя на свою сторону. Надо попытаться запомнить все лица, что они тебе будут предлагать, какие фамилии называть.
   - Значит, я буду шпионить?
   - Что-то типа того. Но ты должна помнить, что если мы начнем игру, то надо будет довести ее до конца. Ты можешь отказаться, но должна это сделать сейчас, - Райн серьезно посмотрел на меня, ища на лице сомнения или страхи. - Твою безопасность буду обеспечивать я и еще два мага, кроме того, оденешь свой амулет защиты от магического удара и амулет, скрывающий твои магические возможности. Ты должна казаться самой обычной девушкой, пришедшей из другого мира вместе со мной. По легенде, ты мне помогла в своем мире и в благодарность, я решил показать Лидию.
   - Амулет защиты? Есть вероятность нападения? - по спине пробежался легкий холодок, мне пока было трудно представить себя без защиты моих щитов, когда есть вероятность того, что кто-то захочет сделать мне бо-бо. К хорошему привыкаешь быстро.
   - Мы просто не хотим рисковать, Ася, - влез в разговор Себ. - Не думаю, что на тебя кто-то будет покушаться, потому что смысла в этом нет никакого, но лучше подстраховаться. У тебя получаются отличные амулеты защиты, поверь мне, я проверил на собственной шкуре. Спасибо тебе за это и за готовность помочь.
   Обед шел своим чередом, а меня посвящали во все местные таинства. В процессе удалось выяснить стратегически важную информацию о том, что широкая вилка с кучей зубцов предназначена для мелкой рыбешки в томатном соусе, а вилка, напоминающая открывашку, - для спагетти, одним краем подхватываешь, на волнистую часть укладываешь, наматываешь и вот оно - счастье.
   Что касаемо танца, в котором мне предстояло завтра блеснуть, по заверениям обоих мужчин, он был довольно простым и напоминал нашу игру в ручеек. После обеда нам предстояло потренироваться торжественно выхаживать под музыкальное сопровождение целого оркестра. Интересно, как они себе это представляют? У меня уже сейчас платье по швам трещит, а спустя еще парочку блюд, никакими силами уже не выкорчуешь меня из-за этого стола. В очередной раз мысленно поблагодарила родителей, от которых мне достался отменный метаболизм, позволяющий особенно не следить за количеством потребляемой пищи, но даже он уже перестал меня спасать. Точно застряну при переходе!
   Мои друзья попытались так же обрисовать сложившуюся политическую обстановку, чтобы на балу я только изображала милую дурочку, а не являлась ей на самом деле. Как выяснилось, Совет состоял из 10 представителей: по одному человеку от каждой из 7 Гильдий, в том числе и от наури (местных куртизанок, мило, да?), оставшиеся места занимали выборные представители. Если Гильдии самостоятельно решали, кто будет защищать их права в Совете, но остальные три товарища выбирались путем голосования среди лэрдов - сливок Лидийского общества - крупных землевладельцев. К настоящему моменту в высшем органе государственной власти сформировалось ядро, чрезвычайно активно лоббировавшее собственные интересы. Конечно, как полагается, имелась и оппозиция, которая вела свои закулисные игры, предпочитая действовать исподтишка в силу своей слабости и малочисленности. Кроме того, имелся еще тот самый таинственный кукловод, устроивший исчезновение Себастиана и подмену его на Шварца. Все завтрашнее действо имело целью понять кто на чьей стороне, связан ли кукловод с какой-нибудь из противостоящих сторон, будет ли продолжать вести подрывную деятельность сейчас, когда все вернулось на "круги своя" или затаится до лучших времен.
   - Скажите, а разве во дворце никто не заметил возвращение Себастиана? - задала я вопрос, который уже давно посетил мою голову. - Неужели никто не понял, что король изменился как-то резко за одну ночь?
   - Конечно, многие были в недоумении, расстройстве, но лицедейство давно стало второй натурой людей, которые стоят у власти, поэтому, справившись с первыми эмоциями, все сделали вид, что ничего особенного не случилось. Мы затаились и наши враги тоже. Каждый ждет первого хода противника. В этом смысле предстоящий ежегодный бал весьма нам на руку, поскольку может подтолкнуть наших визави к более активным действиям.
   - А зачем вам все это нужно? Себ, вы же можете разогнать весь Совет, набрать новый и делать все, что заблагорассудится, - выразила я свое недоумение, приканчивая совершенно очаровательный воздушный десерт со вкусом клубники.
   - Увы, за годы моего отсутствия, был проведен ряд законов, значительно ограничивающих королевскую власть, и, соответственно, расширяющий возможности Совета. Из-за собственной непопулярности у народа и знати, за которую стоит поблагодарить того самого безвестного кукловода, в данный момент я не могу ничего изменить в свою пользу. Поэтому единственный выход из ситуации - искать рычаги воздействия, договариваться, заключать союзы. В данный момент я скорее номинальная фигура, но мы это обязательно исправим уже в ближайшем будущем! - пафосно закончил свою речь Себастиан, пристально глядя мне в глаза, видимо, пытаясь оценить, прониклась ли я важностью предстоящего события.
   Конечно, я прониклась, поэтому сразу же поспешила его заверить, что сделаю все, что в моих силах, ради достижения общей цели. Но судя по всему, сделала я это с таким повышенным энтузиазмом, что король как-то очень подозрительно покосился на меня, а Райн, прикусив верхнюю губу, старательно боролся со смехом.
   Вот в такой дружественной и непринужденной обстановочке и прошел мой первый в жизни официальный обед. "Ох, ну зачем я столько съела-то?" - эта была единственная мысль на протяжении следующего часа, пока меня вытаскивали из-за стола, транспортировали в бальный зал, где старательно принуждали к физической нагрузке в виде танца.
   Оркестр, состоящий из десятка музыкантов, уже ожидал нас на своих боевых позициях. Как только была дана команда, под высокими сводами дворца полилась красивая мелодия. Сразу же поразила просто бесподобная акустика зала, благодаря которой возникало ощущение, что музыка обволакивает меня со всех сторон, словно в каждом углу и стене помещения находятся мастерски скрытые динамики.
   Мне показали откуда будет начинаться движение, какую позу надо принять и что из себя будет представлять танцевальный шаг.
   Рука у Себастиана, аккуратно сжимавшая мои пальцы, с широкой крупной ладонью, шершавой и сухой, скорее подходила для руки землекопа или воина, нежели для отпрыска королевской семьи. Ладонь рассказывала, что жизнь этого человека сложилась не так уж просто, что он многое пережил и испытал на своем пути. При всей неприязни, возникшей во мне в связи с недавним нашим разговором, не могла не отметить черты, которые мне импонировали в этом мужчине: уверенный умный взгляд, горделивая осанка, крепкое рукопожатие, умение быть и простым и сложным одновременно и, не смотря ни на что, честность. Его Величество открыто сообщил мне о своих подозрениях, хотя в его интересах было промолчать и незаметно отслеживать мои действия. А еще... он бы мог стать замечательным другом, этот странный король, если бы этого захотел, если бы этого захотела я.
   Когда вся еда, поглощенная за обедом, во мне более-менее утряслась, в голове уже успел сложиться рисунок танца, которым нам предстояло открывать бал. Как мне и обещали, ничего сложного: тупо ходить по залу особым приставным шагом, периодически выходя на середину и образуя ручеек, через который каждая пара поочередно совершала быстрый пробег. Сразу резко вспомнился детский сад и показательные выступления перед толпой родителей с демонстрацией достижений деточек, сбивающихся не только с ритма, но и просто выпадающих напрочь из танца в момент прохождения около огромных зеркал актового зала.
   Надо признаться, что по прошествии обучения, я чувствовала гордость за себя любимую и с оптимизмом смотрела в завтрашний день, кажись, не опозорюсь. Ну, хотя бы в ручейке.
   День клонился к вечеру, и пришла пора возвращаться, да и подготовку к балу никто не отменял. Очень хотелось завтра выглядеть просто сногсшибательно. Понятное дело, что соперничать по красоте с Лавинией я не смогу, но быть на высоте вполне мне по силам.
   - Совсем из головы вылетело! А ты и не спрашиваешь, Ася, - обвиняюще произнес Себастиан, который вызвался проводить нас до арсов. - Утром пришло сообщение от Главы Скользящих, что ей удалось пройти через Грань в твой мир. Это означает, что в ближайшие дни маги смогут решить твою проблему.
   - Значит, я скоро могу вернуться домой? - неверяще спросила я, испытывая смешанные чувства. Одновременно радость, от того, что все, наконец, закончится и тоску от того, что, скорее всего, придется на какое-то время расстаться с Райном. Тот, каким-то шестым чувством уловил мое смятение, поймал мою руку своей и нежно погладил пальцы, а в голове раздался любимый голос с нотками легкой печали: "Все будет хорошо, верь мне".
   - Сможешь, как только бунтовщики будут уничтожены, Александра тут же сообщит об этом, - обнадежил меня Себ, знаком давая команду слугам, чтобы те привели наших арсов.
   Все прощания уже были закончены, когда неожиданно во двор дворца влетел всадник в черном плаще, на порядком взмыленном скакуне. Молодой человек, с ног до головы покрытый дорожной пылью, соскочил со своего арса и тут же преклонил колено перед Себастианом, приветствуя того, а затем обратился к Райну:
   - Это срочно, Арахн.
   - Иди в кабинет, мы сейчас придем, - скомандовал маг, поворачиваясь ко мне. Не требовалось никаких слов, чтобы понять, сегодняшний вечер мы проведем порознь. Холодком по коже прошлось разочарование, но я смогла найти в себе силы улыбнуться, глядя в прозрачную глубину льдистых глаз.
   - Прости, моя хорошая... Завтра будь готова, я пришлю за тобой карету, а сегодня тебя проводит охрана, - произнес он, привлекая меня в свои объятия. Вдохнула его тепло и уткнулась носом в крепкое плечо, скрытое от меня несколькими слоями одежды. Его руки скользили по моей спине, утешая, а губы мягкими поцелуями ласкали мои волосы. - Мне так жаль, Асенька, но это очень важно, поверь. Я не могу сейчас уехать.
   "Вот так же он скажет, когда ты соберешься возвращаться на Землю", - мелькнула в голове непрошенная мысль.
   - Все хорошо, Рай, я понимаю. Увидимся завтра, - старалась говорить бодро, но чувствовала, что получается не очень достоверно. Меня еще раз крепко обняли и, обхватив ладонями лицо, прижались в жадном поцелуе. Все..., мыслями он был уже там, с тем запыленным человеком, назвавшим его именем Арахн.
   Я возвращалась домой под конвоем двух стражников в полнейшем расстройстве, только добродушный Изя пытался меня растормошить, делясь впечатлениями о королевских конюшнях и надменности их обитателей.
   Желание напиться с Розой до чертиков удалось подавить только неимоверным усилием воли и мыслью о том, что с похмелья я вряд ли смогу заниматься шпионской деятельностью, а подводить своих друзей - самое последнее дело.
  


Глава 25.


   И вот я стояла перед зеркалом, которое отражало совершенно не меня. Если вчерашняя амазонка сумела изменить мою внешность довольно основательно, то платье, созданное руками эльфийских портных, превратило меня в другого человека, да человека ли? Лично я себе казалась настоящей эльфой. Не знаю, какие чары были наложены на это творение искусства - глубокого винного цвета с каскадом серебристых звездочек, совершающих бесконечный космический танец на подоле моего платья - но казалось, что я стала значительно выше ростом, намного стройнее и изящнее. В голову упорно лезло сходство со статуэткой. Оказалось, что у меня имеется красивая грудь, слегка выпирающая над лифом платья, точеная талия, за которую мне самой хотелось подержаться, и округлая плавная линия бедер. Кажется, девочка превратилась в женщину. Не забыть бы еще раз поблагодарить Лесса за его подарок!
   На этот раз Роза решила уложить волосы на одно плечо в довольно сложном плетении, закрепленном маленькими бутончиками розочек, открывая линию шеи лишь с одной стороны. Нарочитая легкость, даже небрежность прически на контрасте со строгим силуэтом платья, добавляли мне шаловливости, дерзости, полностью отражая мое внутренне состояние. Сегодня мне хотелось быть смелой, раскованной и, возможно, чуточку сумасшедшей. Я полагала, что холодной красоте соперницы смогу противопоставить только одно, свою непосредственность.
   Розитта удовлетворенно оглядела меня с ног до головы и одобрительно прищелкнула языком, кажется, она тоже была согласна с тем, что ее подопечная выглядит просто отпадно. Вместе с каретой, уже ожидавшей меня внизу, из дворца были доставлены украшения - колье и браслет из серебристого металла с множеством маленьких искристых камушков в виде звездочек, подозрительно смахивающих на наши бриллианты. Это был подарок от Райна, не первый, после моего любимого Изи и верного кинжала Камы, но не менее важный. Мой мужчина думал обо мне, выбирая это украшение для сегодняшнего бала, он касался его руками, он хотел меня порадовать.
   Для амулетов, которые должны были защищать меня и экранировать мою магию, подходящего карманчика не нашлось, пришлось заталкивать оба камушка, благо, что они по размеру были довольно маленькими, в декольте, да-да, именно туда, куда вы и подумали. Камни слегка холодили мне кожу, постепенно впитывая тепло моего тела. Через пару минут почти перестала их ощущать, главное только низко не нагибаться, а то мало ли что.
   Карета, ожидавшая меня была поистине царской, судя по всему, ее на время позаимствовали у Себастиана, все равно тот по дворцу шастает, никуда ехать не собирается, да и надо легенду про королевскую фаворитку поддерживать опять же. Исходя из своей роли, я должна приехать вся такая помпезная, поди, еще и Себ лично выйдет встречать.
   Стоп! Если мне придется быть дамой короля, то я же не смогу лишний раз приблизиться к Райну, да что там, даже посмотреть в его сторону, изображая пламенную страсть к Его Величеству. Если я буду занята, то кто будет спутницей Райна на балу? Мне даже напрягаться не пришлось, чтобы предположить возможную кандидатуру, ведь в глазах всего двора они по-прежнему оставались женихом и невестой. Совершенно не женственно и некультурно выругалась, осквернив стены роскошной кареты. Не полегчало.
   Всю дорогу гнала прочь эту назойливую мысль, не хватало, чтобы какая-то Лавиния испортила мне предстоящее развлечение. Кажется, к концу пути мне удалось-таки убедить себя, что прежде чем расстраиваться, стоит все же оценить ситуацию на месте, а не накручивать себя попусту.
   Дворец сиял великолепием, уже на подступах была слышна музыка и шум множества голосов. На подъездных дорожках столпилась вереница прибывших гостей, терпеливо дожидающихся своей очереди на выгрузку. Однако, к моему немалому удивлению, мое средство передвижения, даже не сделав попытки притормозить, быстро доставило мою персону прямо к центральной лестнице, покрытой красной дорожкой (оу, пойду сегодня по ковровой дорожке, это признание!). Оказывается в том, что я оказалась в роли королевской фаворитки, есть и свои положительные стороны.
   Карета остановилась, выглянула, чтобы понять порядок своих действий и была весьма удивлена открывшимся зрелищем: по лестнице семимильными шагами несся Его Величество, разодетый в пух и прах с щенячьим восторгом на лице. Мамочка моя! Что это его так перекосило? Ах, да! Он же влюблен в меня. Приосанилась, поправила платье, постаралась успокоить бешеное сердцебиение, ну, с Богом!
   Дверца распахнулась и я, насколько это возможно величаво, выползла наружу, с благодарностью принимая предложенную Себастианом руку. Восторг от моего прибытия по-прежнему сиял на лице короля широченной улыбкой.
   - А вы не переигрываете, Вашество? - едва слышно прошептала я, склоняясь перед мужчиной в легком поклоне.
   - Ничуть, моя дорогая, - дурацкая улыбка сменилась другой, тягучей и соблазняющей - улыбкой опытного покорителя женских сердец. Он был настолько убедителен, что даже у меня, защищенной толстой броней чувств к совершенно другому мужчине, екнуло сердечко. Кажется, нынче мне предстоит испытать на себе всю мощь королевского обаяния. - Вы сегодня просто обворожительны, Асиена, глаз не отвести. Вы будете жемчужиной сегодняшнего бала, уверен в этом.
   Мою руку поймали сильные пальцы, увлекли за собой на встречу теплым и нежным губам. На мгновение мы замерли. Я - в легком смущении от приятности этой ласки, Себ, внимательно следящий за моей реакцией с лукавым прищуром карих глаз и целая толпа придворных, ставших свидетелями нашей трогательной встречи. Да, он был хорош, этот стервец, а уж как блистательно играл! Неожиданно подумалось, что, если бы мы встретились с этим мужчиной в какой-нибудь другой жизни, то я бы могла и не устоять перед его обаянием.
   Потупив свой взор в слегка преувеличенном смущении, попыталась вытащить ладонь из царственных пальцев, те медленно, словно нехотя выпустили ее, чтобы подхватив меня под локоть, прижать его плотнее к себе. "Готова?" - буквально одними губами проговорил Себ, заглядывая мне в лицо. Кивнула в ответ, чувствуя, как меня накрывает новый адреналиновый поток. Игра начинается, господа!
   Мы двинулись вверх по лестнице, провожаемые десятками глаз. Чего в них было больше - любопытства, зависти, презрения - я не знаю, но мне казалось, что моя спина стала настоящей мишенью для этих кинжальных буравящих взглядов. Именно в этот момент отчетливо поняла для себя, что никогда не хотела бы жить здесь, среди этой роскоши и показухи, обуреваемая таким огромным количеством человеческих страстей. И где, черт возьми, Райн? Почему я не чувствую его присутствия и поддержки?
   Дворец встречал нас красивым цветочным декором (кажется, для этого бала пришлось разорить не одну оранжерею) и нестройным гулом голосов гостей. Тут и там прохаживались парочки, наряженные, видимо, по последней моде, крикливо и вычурно, полностью сливаясь с окружающей безвкусицей внутреннего убранства помещения. Дамы обмахивались веерами, кокетливо строили глазки всем мужчинам, находящимся в непосредственной близости к ним, кавалеры выпячивали грудь, втягивали животы и сыпали остротами. Едва завидев короля в сопровождении со мной, гости тут же растекались в приторно-слащавых улыбках и глубочайших реверансах и поклонах. Отовсюду слышались комплименты, причем, львиная доля доставалась, как ни странно мне. Хотя, если поразмыслить, ничего странного. Необходимо было зарабатывать очки у новой любимицы короля. Насколько продлится пребывание этой непонятной чужеземки на вершине власти неизвестно, но понравиться ей будет совершенно не лишним, даже очень и очень полезным. Тем паче, что Его Величество всеми силами демонстрировал свою необычайную влюбленность в мою персону. Жесты, прикосновения, улыбки - оплетали меня клубком сладчайшей ваты, окутывали дымкой непонятного возбуждения, заставляли испытывать странные эмоции. Я была мухой в паутине, чем больше ней находилась, тем сильнее прилипала.
   - Себастиан, вы еще не устали? - наконец не выдержала я, наткнувшись на очередной пламенный взгляд мужчины, брошенный куда-то в район моего, внезапно ставшего роскошным, декольте. Смысл произнесенной фразы совершенно не вязался с выражением моего лица, поскольку мне приходилось подыгрывать Его Величеству, изображая страстную влюбленность томными взорами и манящими улыбками.
   - В сложившихся обстоятельствах, Асиена, полагаю, имеет смысл вернуться к интимному обращению "ты". И да, я не устал. Более того, я наслаждаюсь происходящим в полной мере, - Себастиан обжег меня еще одним горячим взглядом, который задержался на моих губах намного дольше, чем это позволяли приличия. Ох! Как же я не сильна в подобных играх. Временами я начинала пугаться, что Себ и на самом деле имеет на меня какие-то виды, ну, или просто, таким образом, решил проверить мои чувства к Райну, соблазнить, пользуясь случаем. Боялась, что у меня не получается скрывать от окружающих свои истинные эмоции.
   - Все хорошо, ты прекрасно держишься, - словно угадав ход моих мыслей, прошептал мужчина, склоняясь ко мне. - Осталось совсем немного, уже почти все гости съехались, скоро начнется официальная часть.
   - А где Райн? Я его не вижу, - украдкой оглядываясь, задала я вопрос, тревоживший меня с момента прибытия.
   - Сейчас прибудет, не переживай, он ездил за Лавинией.
   За Лавнией? Она что, калека? Сама добраться не может или ей гордость не позволяет прибыть на бал в одиночестве? Я-то вот приехала и не развалилась. Тааак, Ася, тихо! Не начинай, это сейчас совершенно лишние эмоции. Неожиданно Себастиан развернул меня к себе, взяв мои руки своими ладонями, и требовательно посмотрел мне в глаза.
   - А сейчас спокойно, не дергаясь, ты повернешься и поприветствуешь своего Райна с Лавинией. Ты будешь им мило улыбаться, трогательно прижимаясь ко мне, и будешь изображать, что тебе очень хорошо и весело. Ты поняла меня, Ася? Кивни, если поняла, они идут сюда.
   Что мне оставалось делать, слушая Себа и не слыша его одновременно. Кивнула наперекор грохоту собственной крови в ушах, подкашивающимся ногам и не сглатывающейся слюне во рту. Это оказалось гораздо труднее, чем мне когда-либо представлялось. Повернуться и увидеть ее... рядом с ним... Ну же, Ася, ты же сражалась со стельхами, противостояла собственным убийцам, проходила через Грань, ну, должна же в тебе найтись хоть капелька силы и уважения к себе, чтобы выдержать и это. Не может не найтись!
   - Здравствуйте, дорогой Себастиан, - раздался мелодично-певучий голос за моей спиной. С трудом раздвигая губы в сладчайшей улыбке, судорожно сжимая чуткие, понимающие пальцы короля, медленно повернулась навстречу Аматис своего любимого мужчины.
   Вы спросите, какое первое впечатление возникло у меня, когда я взглянула на нее в реальной жизни? Как ни странно, в голову пришла старая, довольно глупая песенка: "Потому что нельзяяя быть на свете красивой такооой...".
   Как же она была хороша! Настолько, насколько вообще может быть хорош человек, когда-либо ступавший на эту землю. Едва взглянув на нее, в тебе рождалась непонятная тяга, стремление поклоняться, быть рядом, дышать ей, неотрывно созерцать, улавливая мельчайшие детали, поражаясь тому, какую красоту может создать природа. Высокая, практически одного роста с Райном, с длинными светлыми волосами, отдающими серебром, в роскошном полупрозрачном платье персикового цвета, выгодно подчеркивающем легкое сияние нежной кожи. Она казалась просто нереально сказочной: эти летящие тонкие руки, зовущие изгибы длинной шеи, мягкие очертания груди, изящество стройной талии, охваченной мягкой драпировкой ткани, плавность движений.
   Но самым потрясающим, конечно, было ее лицо: одухотворенное, неземное, почти божественно-прекрасное. Роскошные зеленые глаза, с чуть вытянутыми к вискам уголками, придававшими облику некоторое лукавство, темные, слегка изогнутые идеальные брови, бархатистые ресницы, трепетные крылья изящного носа, манящие коралловые губы, немного островатая линия подбородка. И этот взгляд... Уверенный, сильный, умный, осознающий собственное превосходство и уникальность. Она была совсем не проста, эта Аматис. И она пришла сюда показать всем, кто в доме хозяйка и кто должен по праву находится рядом с мужчиной, которого я считала своим...
   Думаю, что ей тоже все это время не терпелось увидеть ту, которая провела столько дней и ночей с ее женихом, пусть и потерянным на долгие годы. Как умная женщина, она не могла не предположить, что мужчине будет довольно трудно устоять перед женщиной, которая все время рядом, близко, да, и воздержание играло против нее. Она пришла на бал во всей красе, чтобы у соперницы не осталось ни единого шанса, чтобы она знала свое место. Стоит ли сейчас упоминать, какой невзрачной и тусклой почувствовала себя эта соперница, та, что еще утром поражалась собственной привлекательности в отражении потемневшего с годами старинного зеркала в доме доброй великаншы? Пожалуй, промолчу об этом.
   С трудом оторвав глаза от девушки (если на меня она так действует, то у мужчин от нее должно просто сносить крышу), ловлю виноватый взгляд Райна. Неужели проникся и раскаивается? Да, мой хороший, это был сильный удар, прямо под дых, куда-то туда, где бьется мягкое беззащитное Асино сердце. Как жаль, что нельзя использовать свои силы и мысленно донести до твоего сознания все, что я думаю по этому поводу, а лучше не мысленно, а вполне так осязаемо, любимой Розиной сковородкою. Как жаль, что нельзя отодрать эту псевдоэльфийку от твоего рукава и самой повиснуть там с надписью через всю грудь: "Ни одной заразе не трогать! Занято! Мое!". И сложно сказать, чего мне в тот момент хотелось больше: настучать магу по голове или утащить его в гостиницу в собственную кровать.
   - Асиена, дорогая моя, разреши тебе представить нашу чудесную Лавинию Сумпезию Ланавиэр, представляющую в Совете Гильдию Артефакторов, - Себастиан вмешался в наше молчаливое противостояние взглядов с непосредственностью истинного короля. - Лавиния, а тебе разреши представить Асю, девушку из соседнего мира, которая так помогла нам всем. Надеюсь, что вы подружитесь.
   Ах, ты ж Суспензия ты моя, кто ж тебе так подкузьмил со вторым имечком-то? Ишь, как тебя перекривило, когда его озвучили во всеуслышание. И да, конечно, мы подружимся, не-сом-нен-но!
   Тем временем, Себастиан взял на себя труд ведения светской беседы, поскольку Райн, продолжал молчаливо хмуриться, изучая общую напряженную обстановку и прикидывая какие кары его ожидают в дальнейшем. Суспензия наслаждалась собственным превосходством над невыразительной землянкой, повиснув на локте моего мужчины, а я потерянно хлопала ресницами, пытаясь хоть немного прийти в себя. Продолжая одной рукой сжимать мои дрожащие пальцы, даря тем самым свою молчаливую поддержку, вторую Себ протянул навстречу Лавинии и томно выдохнул. - Позволь же мне, припасть к твоей нежной коже. Ты как всегда обворожительна.
   Девушка мягко улыбнулась, вкладывая свою ладошку в протянутую руку мужчины, на краткие секунды озаряя нас каким-то волшебным светом. Да, что же это такое? Может, какая-то магия? Во мне боролись одновременно два чувства: немое восхищение и зарождающаяся ненависть. Отличное сочетание, очень такое женское.
   - Благодарю тебя, Себастиан, ты как всегда очень добр ко мне, - пропела она в ответ, следя за тем, как король касается ее губами в приветственном поцелуе, слишком долгом и совершенно неподобающем, особенно в рамках той версии, что сегодня именно меня представляют в роли его новой фаворитки и именно в меня он влюблен. И кто у нас всю картину портит? А еще говорил, что я не справлюсь, вон, как самого-то переклинило. Сердито сжала пальцы Себастиана, побольней так. А нечего тут всяких теток лобызать, когда у тебя задание лобызать совершенно других теток!
   Король тихо ойкнул и отлип от длани Суспензии, та, только полоснула по мне острым взором и тут же с хозяйским видом расположила обцелованную Величеством руку на предплечьи Райна. Вот ведь, наглая стервь! А довольная-то какая!
   Не знаю, сколько бы продолжалось все это безобразие, но тут ко мне подлетела, неизвестно откуда взявшаяся Китти. Красное платье, выгодно подчеркивало все нужные места, удачно скрадывая угловатость и подростковость фигуры девушки, а смоляные волосы, особым образом уложенные в замысловатую прическу, делали ее выше и старше.
   - Аська, как же я рррада тебя видеть! Совсем крррасотка стала, даже не сррразу тебя пррризнала. Думаю, ты или не ты, а потом Рррайна и Себа рррассмотрела, и поняла все. Пойдем скорррее к ррребятам, они обрррадуются! - нудлусска настойчиво увлекла меня куда-то в самую гущу нарядной толпы, невольно я потянула за собой короля, все еще державшего мою руку. Райн самостоятельно пошел за нами следом, к сожалению, не забыв захватить с собой Лавинию, намертво вцепившуюся в его темно-зеленый пиджак.
   Такой вереницей мы проталкивались через довольно плотные ряды благоухающих, шуршащих и ярких тел, которые в скором времени должны были структурироваться и слиться в танцевальном действе. Мне улыбались и приветствовали со всех сторон, я автоматически отвечала тем же.
   Ну, как же приятно встретить дорогие близкие лица во всей этой безумной человеческой круговерти! С трудом подавила желание броситься в их объятия и всех по очереди расцеловать. Арт и Лунь, Гидеон и Ганимед и Уайт - их неподдельная радость, дружеские прикосновения, незатейливые комплименты - это было именно "то, что доктор прописал". Они заставили меня вспомнить, зачем я здесь и дали возможность не зацикливаться на собственных переживаниях. Да, она красивей, да, вцепилась в Райна всеми когтями, да, она его официальная невеста, да, все хреново, но я-то не умерла еще, значит, буду бороться.
   Оглянулась назад, туда, где со скучающим видом висела на моем мужчине Суспензия и туда, где льдистые глаза настойчиво искали мои, чтобы забрать в свой плен. Попалась! Исчез весь окружающий мир: размылся фоном, растворился разноцветными пятнами, истаял отдаленными звуками. Только мы напротив друг друга в молчаливом диалоге сердец: "Ты - мой свет, ты - моя жизнь".
   Почему люди так быстро прощают своих любимых? Наверно потому, что подчас нам самим гораздо больнее от того, что что-то встало между нами и разделяет нас стеной, делая невозможным ласковое прикосновение, дразнящую улыбку, зовущий взгляд. Будь то обида, недопонимание, ошибка, нелепость. Не важно. Мы любим, а любовь есть прощение, и мы прощаем снова и снова.
   - Кажется, пора начинать, - как-то не очень уверенно протянул Себастиан, оглядывая тоскливым взглядом цветастую толпу придворных. - И ведь с каждым годом их все больше и больше... Надо узнать, кто рассылает приглашения, и уволить к Единому за издевательства над королем.
   Мы с Райном синхронно улыбнулись, услышав недовольное ворчание Его Величества, с трудом разрывая зрительный контакт. Надо вспомнить, зачем я здесь и какую роль должна играть, а эта игра в "гляделки", совершенно не способствует мыслительному процессу, более того,плавит не только тело, но и мозги.
   Последовав тактике Лавинии, повисла на локте у Себастиана, придав лицу одухотворенно-восторженный вид, чем вызвала у своего партнера смятение во взоре, через пару секунд сменившееся лукавым озорством. Все правильно, пора начинать игру.
   Погладила венценосный пиджачишко, попутно отмечая роскошную ткань, из которой тот был пошит опытной рукой портного. Интересно, если я заправлю за ухо вот этот непокорный вихор из шевелюры Вашества, это будет выглядеть совсем развязано или вполне прокатит за интимный жест влюбленной девушки? Уже было потянулась рукой, чтобы осуществить задуманное, но была поймана на середине пути. Мои пальцы мягко отстранили и как бы извиняясь, прижались к ним горячими губами. Темные глаза напротив предупреждающе блеснули. Так, Ася, перебор! Значит, никаких излишеств.
   Наконец, церемониймейстер объявил о начале мероприятия и Себастиан был вынужден, оставив меня на попечении Райна (видели бы вы, как скривилась Суспензия в этот момент!), оправится на свое законное место на троне для проведения официальной части бала. И потянулась бесконечная шеренга Лидийских подданных под звонкие выкрики их родов и фамилий. Как объяснил тихим шепотом Уайт, меня пригласят пройти к королю вместе с Райном и Лавинией, поскольку именно он привел меня в этот мир, значит, является ответственным за мое пребывание здесь, ну, а Суспензия будет представлена, как невеста. И тут ничего не поделаешь, ведь официального объявления о расторжении помолвки не было.
   Когда пришла наша очередь предстать под ясные очи Его Величества, первой была объявлена, конечно, эта чудесная парочка, мило кокетничающая прямо у меня на виду. Ну, с Лавинией все было понятно сразу, она все силы приложит, чтобы жених остался при ней, но вот поведение моего мага меня начинало настораживать. То он взгляда от меня отвести не может, то строит глазки этой мымре. Что за игру он ведет?
   Когда эти двое промаршировали в зал для представления королю, объявили и меня, как гостью из мира под названием Земля. Стараясь не путаться в пышном подоле платья, гордо поплыла к трону, где умудрилась сделать довольно приличный книксен. Райн смотрел на меня, как мне показалось с гордостью, а вот Суспензия, кажется, тихонечко стравливала яд куда-то себе в ладошку, благоразумно прикрывшись веером от любопытных глаз.
   Себастиан не поленился выползти из объятий со своего огромного кресла, украшенного всеми возможными атрибутами власти (кстати, на гербе его действительно оказались стельхи, мне тогда, на двери, совсем не почудились их гадкие морды), чтобы засвидетельствовать свое почтение, в очередной раз припав к моей ручке (мозоль скоро там будет), тем самым максимально повышая мой статус в глазах всего двора и доступно демонстрируя, кто в ближайшее время будет править балом в прямом и переносном смысле.
   Итак, начало было положено, и мы, вроде бы хорошо с ним справились, дальше оставалось из обязательной программы только пережить танец, после чего появится возможность немного расслабиться и поесть. Да, да, все эти волнения поселили в моем животе чувство нарастающего голода, и я планировала разобраться с ним при первой же представившейся возможности.
   Пока мы толкались среди тех, кто уже был представлен, меня порядком успели утомить все эти разговоры о погоде, природе, повышенное восхищение моим платьем, прической, украшениями и так далее, в зависимости от степени развитости фантазии того или иного представителя Лидийской знати. Но пока ничего интересного и достойного внимания я не находила, только праздный интерес и попытки заискивания перед королевской любовницей. Народ прощупывал почву, я хлопала ресницами и восторгалась их сомнительным комплиментам.
   Ребята, заметив, что я начинаю закипать, умело отстранили от моего тела какого-то очередного любопытствующего и, взяв меня в плотное кольцо, дали время перевести дух. Как же тяжко оказалось быть королевской любовницей, и это я еще до постели не дошла!
   - Когда нас будут кормить? - без обиняков поинтересовалась я Луня, старательно отводя взгляд от Райна, с кривой улыбочкой что-то нашептывающего Лавинии на ушко. Вот ведь, гад! И хотя я злилась на него, но меня не покидало ощущение, что маг был бы совсем не против оказаться поближе ко мне и поболтать с друзьями, но вот его спутница, приложила все усилия, чтобы держать его от нас на некотором расстоянии. - Мне срочно нужно заесть стресс и посидеть, а то я не смогу бегать в этом чертовом ручейке.
   Оказалось, что кормить будут скоро, непосредственно перед началом танцев гостям предлагались закуски и легкое вино. Значит, я продержусь. Наверно продержусь, если эта Суспензия перестанет кидать на меня взгляды победительницы. И чего она так старается, не видит что ли, что я на самого короля замахнулась, на кой мне какой-то придворный маг, если тут венценосная особа имеется в наличии? Неужели заметила, как мы с Райном переглядывались? Не порядок. Или она в теме? Может быть, маг рассказал ей, что это только показуха, возможно, она уже знает о том, что планируется расторжение помолвки?
   Наконец, Себастиан, уже с потухшим взглядом, выплыл в общий зал, отыскал в толпе меня и поманил пальчиком к себе. Ого! То есть мне трогать волосы нельзя, а ему пальчиком махать можно, какое вопиющее неравноправие. Изобразила на лице бурную радость и походкой от бедра прошагала к ноге властелина. Мы не гордые, особенно, если нас сейчас покормят.
   То, что хорошо быть любовницей Его Величества я поняла уже сидя на кушетке с полной тарелкой всевозможных канапе и бокалом красного вина. Это все что мне досталось, благодаря тому, что мы с Величеством оказались самыми первыми у огромного стола с закусками, остальное было в миг сметено оголодавшими придворными. Выглядело это, я вам скажу, отнюдь не по правилам этикета. И я еще переживала, что не знаю для чего какая вилка? Тьфу.
   Поискала взглядом своих друзей, не остались ли они с пустыми тарелками, я бы поделилась. Но ребята меня не разочаровали, все же опыт военных баталий и жизнь в криминальной среде выработали необходимые умения для того, чтобы позаботиться о себе самостоятельно и не пропасть в трудном деле добывания пищи. У каждого в руках было по громадному блюду с горою еды и вино, чтобы все это дело не шло посуху. Даже Суспензия отлепилась на время от моего мужчины (ну, надо же!) и весело похрустывала каким-то зажаренным морепродуктом.
   Вино оказалось на удивление хмельным, или просто легло на благодатную почву моего нервяка, но к концу бокала я уже довольно комфортно чувствовала себя на этом празднике жизни, даже Суспензия перестала мне казаться такой уж гадкой, обычная влюбленная женщина, такая же, как и я, только краше раз в пять, подумаешь тоже. И Себ такой душка, ну, подозревает меня во всех грехах, ну, так ему положено же по должности, вон вокруг него какой гадюшник, после такого и родную мать будешь подозревать в государственной измене, а тут какая-то девчонка из другого мира.
   Заметила как Себастиан склонил передо мной голову, громко прищелкнув каблуками сапог. Что? Уже танцевать? Да, запросто. Только чего-то канапе эти все как-то плотно улеглись в животике, корсетик поджимает, ладно будем грудью дышать, так даже эффектнее, вон как Вашество то зарумянился, когда случайно заострил свое внимание на моих, как там их... персях, короче.
   В танце я была неудержима и хороша, вот прямо чувствовала это каждой своей клеточкой, ни разу не сбилась, ни за кого не зацепилась и всем улыбалась. Ай, да, Ася! И не надо на меня так подозрительно коситься и тыкать в бок не стоит, не пьяная я, просто хорошо мне.
   После окончания первого танца немного настороженный Себастиан транспортировал меня к ближайшей скамеечке, после чего пригласил Лавинию на следующий танец, предварительно что-то просигнализировав бровями Райну . Не понравилось мое поведение? Ё-мое! А я так старалась.
   - Ась, ты себя нормально чувствуешь? - тихонько спросил он, присаживаясь рядом со мной.
   - Я себя прекрасно чувствую. А что, есть какие-то сомнения? - полюбопытствовала я, с наглой физиономией уставившись на мага.
   - Просто ты такая веселая. Слишком веселая, на себя не очень похожа.
   - Обычно я мрачная бука, да?
   - Нет, обычно ты тоже веселая, но радуешься каким-то определенным шуткам, а сейчас просто не переставая глупо хихикаешь, - порадовал меня мужчина.
   - Это все ваше вино виновато, мне от него так весело стало, - призналась я таинственным шепотом, притянув голову Райна за ухо поближе к себе.
   - Вино, говоришь? Ну-ка... - маг извернулся, вытаскивая ухо из зажима, и неожиданно, приблизив нос прямо к моим губам, несколько раз глубоко вдохнул воздух. О! Он меня нюхает. Не удержалась и лизнула кончик его носа. Учитель сморщился и отодвинулся, стараясь выглядеть серьезным. - Ась, а ты знаешь, что кто-то решил тебя подставить?
   - Подставить? - полюбопытствовала я, пытаясь кончиком пальца забраться в петлю на пиджаке мужчины, никак не выходило, вредная петелька не поддавалась.
   - Тебе в вино кто-то подсыпал вполне такой безобидной травки, которая называется рума, - объяснял Райн, отдирая мою ручонку от своей одежды и с опаской оглядываясь по сторонам. Никак боится, что его Лавиния увидит.
   - И что делает эта ваша рума?
   - Она снимает все ограничения, человек начинает вести себя совершенно бесконтрольно - говорить все, что думает, делать, что душа пожелает - наступает период полного отсутствия критики, - терпеливо растолковывал мне маг, стараясь не замечать, как моя нога настойчиво поглаживает его сапог. - Кто-то очень сильно желал, чтобы фаворитка короля выставила и себя и его в очень неприглядном виде.
   - Ты хочешь сказать, что я сейчас веду себя как полная дура? - изумилась я, заглядывая в любимые глаза. А я-то казалась себе звездою бала. Печалька...
   - Нет, не как полная дура. Нам повезло, что ты маг. Эта травка полностью раскрывает свои свойства, только если ее попробовал обычный человек, каким ты и кажешься всем окружающим. Маги же благодаря естественной защите источника подвержены такому воздействию гораздо в меньшей степени. Поэтому у тебя сейчас есть только ощущение, что ты пьяна.
   - Значит, еще не все потеряно, да? - прислонилась к крепкому плечу и, уткнувшись носом в родную шею, подышала там выразительно. Чудо, как хорошо пахнет! Так бы и съела его.
   - Не все. Если ты сейчас соберешься и какое-то время постараешься себя контролировать, то в скором времени действие румы закончится, - меня аккуратно вернули в вертикальное положение и слегка встряхнули. - Соберись, моя хорошая, пожалуйста, ты нам сейчас очень нужна. Понимаю, что трудно, но ты справишься.
   - Хорошо, я постараюсь, - пощипала себе щеки, пытаясь немного прийти в себя, и тут же поймала за хвост одну важную мыслишку. - Слушай, ты вот мне скажи, а почему ты приехал на бал с этой своей эльфийкой?
   - Может быть, мы отложим выяснение отношений на более поздний срок? - попытался уйти от расплаты скользкий мужичонка. Ага, щаз!
   - Даже и не думай об этом, я сейчас девушка неадекватная, за себя не отвечаю, так что лучше тебе меня не сердить, - с угрозой произнесла я, выпячивая грудь вперед, для увеличения собственной значимости. Опять же, может он попутно оценит, как эротично смотрится мое достоинство в лифе красивого платья. Одним действием сразу двух зайцев убью. - Итак? Уже успел придумать отмазку?
   - Ну, какая отмазка? Ездил с утра за документами к отцу Лавинии, тот попросил отвезти его дочь на бал, поскольку сам плохо себя чувствовал, пришлось задержаться у них, подождать пока она не соберется.
   - А нельзя было меня предупредить об этом, подготовить, так сказать, а? - угрожающе зарычала я, чувствуя, что начинаю терять контроль над своими эмоциями. Тут же испуганно огляделась вокруг, но, кажется, на нас пока не сильно обращали внимание. Вот и Себастиан молодчина, кружит Суспензию в совершенно противоположном углу бального зала, чтобы она не грела свои уши в опасной близости от нас. Отличные у них тут танцы, очень длинные, как раз такие, чтобы можно было поговорить не торопясь о том, о сем. Кружитесь, кружитесь, там вон новый куплетик оркестр затянул, нечего на нас оборачиваться.
   - Так я же, когда связывался с Себастианом, то просил его тебя предупредить. Разве он тебе ничего не сказал? - вроде бы совершенно натурально удивился Райн, встревожено изучая мое лицо. Ага, он сказал, но только за минуту до твоего появления с этой грымзой на балу. Ну, спасибо тебе Вашество, большое такое человеческое спасибо. - Черт! А я понять не могу, почему ты так странно себя ведешь, буквально убиваешь меня взглядом. Всю голову себе сломал, размышляя. Прости, Асенька, я был уверен, что ты уже все знаешь. Даже подумать не мог, что ты будешь не в курсе.
   Мой мужчина виновато украдкой погладил мою руку, пользуясь тем, что из-за пышного платья окружающим не видно, как переплелись наши пальцы.
   Как-то сразу от сердца отлегло, задышалось лучше, появилась необыкновенная внутренняя легкость, хотя куда уж легче, я итак пушинкой летала. Ну, по моим ощущениям, конечно.
   - Давай я попробую тебя немного взбодрить, - предложил маг, после минутного молчания. - Может быть, поможет прояснить голову, а то сейчас чувствую, тебя Советник Шлюмаэр потащит танцевать.
   - Какой такой еще Шлюмаэр? - изумилась я, оглядываясь вокруг в поисках своего потенциального партнера. Ласковое тепло струилось через наши сплетенные пальцы, и мне совершенно не хотелось ничего менять, так бы весь бал и просидела.
   - Вон видишь, мнется у колонны в зеленом костюме с оранжевым жабо, - заговорщицки прошептал Райн, как бы случайно наклоняя голову в сторону нелепого круглого толстячка, всем своим видом напоминающего свина. Господи, неужели я обязана с ним танцевать? Понимаю, что судить по внешности человека довольно глупо, но этот кавалер будет же мне в подмышку дышать.
   Благодаря лечению мага мое сознание постепенно начало проясняться, конечно, воздействие психотропного вещества еще ощущалось, но я уже вполне понимала, где мои эмоции, а где то, что мне навеяла чудесная травка. Долгая заунывная мелодия, наконец, подошла к своему логическому концу и сменилась довольно веселенькой полечкой. Народ весело и самозабвенно поскакал по периметру зала, счастливо улыбаясь, видимо, энергичная музыка была больше по душе местной публике. Себастиан намертво вцепился в Лавинию и не желал ее выпускать из своих объятий, то ли давал нам возможность выяснить отношения до конца, то ли поддался обаянию этой красотки. Ну, и кто из нас всю легенду портит, а? Но повозмущаться данному обстоятельству мне просто-напросто не дали.
   Заметив, что Шлюмаэр, с решительным выражением лица, начал двигаться в нашу сторону, невольно вжала голову в плечи, но встретив насмешливый взгляд Райна, скорчила рожицу и заставила себя распрямить спину. Подумаешь тоже! Меня не испугаешь никакими Весельчаками У. Почему-то именно эта ассоциация пришла в мою многострадальную голову, и чем ближе подбирался к нам Советник, тем надежнее укреплялась ассоциация, ну, а стоило тому заговорить голосом мультяшного героя моего детства, как я невольно разулыбалась прямо в его лицо.
   - Уважаемый господин Адаллиэр, рад вас приветствовать, - сладковато проговорил тот, стараясь не выдавать своего удивления моей реакцией на него. Видимо, не часто его встречают юные девицы оскалом во все 32 зуба.
   - Уважаемый господин Шлюмаэр, это вполне взаимно, - легкий кивок головой, как равный равному, и теплые пальцы моего мужчины отодвигаются на безопасное расстояние от моей руки, забирая часть моей уверенности с собой. Лечение закончено, надо полагать, а игра продолжается. - Разрешите вас представить моей протеже?
   - Да, конечно, с превеликим удовольствием, - милостиво согласился толстячок, переводя взгляд на меня, довольно масляный взгляд, надо сказать.
   - Ася, знакомься, Советник Анатоль Шлюмаэр, представитель Гильдии торговцев, - Райн был просто сама любезность. - Анатоль, моя подопечная Асиена - девушка из соседнего мира, который называется Земля.
   Торговец, воспользовавшись ситуацией, ловко завладел моей рукой и приник к ней пухлыми мокрыми губами. Если в исполнении Себастиана такое приветствие казалось даже немного волнующим, то это лобзание ничего кроме невольного чувства брезгливости не вызвало.
   Как и предугадал маг, я была ангажирована на танец, причем, Анатоль смог меня удивить, при всей грузности и нелепости комплекции, он двигался довольно непринужденно и практически без отдышки, крепко сжимая своей рукою мою. Ишь, как вцепился! Но я молчу, только растягиваю губешки, пытаясь изобразить как мне сейчас замечательно. Поскольку скакать приходилось повсеместно, разговор у нас не клеился. Несколько общих фраз, никаких подозрительных вопросов. И хорошо потому, что мое внимание больше было сосредоточено на собственных ногах и подоле платья, очень не хотелось загреметь посередине зала и окончательно оконфузиться. Улыбки, улыбки, улыбки, скалящиеся зубы, яркие рты, растрепавшиеся прически - все смешалось перед моими глазами, поэтому я с благодарностью подумала о музыкантах, когда они затянули очередной зауныв, давая возможность передохнуть.
   Мой кавалер, слегка прижав меня к своему плотному пузику, глядя снизу вверх маленькими глазками, умело повел непринужденную беседу. В основном разговор крутился вокруг жизни в моем и мире и впечатлений от увиденного на Лидии, ничего подозрительного, хотя бы смутно напоминающего мою вербовку, мною замечено не было, позволила себе расслабиться и немного пококетничать. За что тут же была наказана.
   - Ася, а сейчас скажите, в каких отношениях вы состоите с королем? - серьезный цепкий взгляд, с вмиг пропавшей маслянистостью и, одновременно, удар по моему ментальному блоку. Ого! Да меня никак решили прочитать? Да уж, наглости вам, сударь, не занимать! Продолжаю улыбаться и невинно хлопать ресницами.
   - Анатоль, ну как вы можете у меня спрашивать подобные вещи? Это же просто неприлично - как можно жеманнее произношу, лукаво грозя пальчиком, и стараюсь ни в коем случае не отводить глаз. - Мы с королем просто друзья. Хорошие друзья.
   - Друзья? Ну что вы, Асенька, разве можно с такой очаровательной девушкой, как вы просто оставаться друзьями? Это категорически невозможно, да я бы и сам не удержался, если бы был помоложе годков на двадцать, - давление на мою защиту продолжает расти, и ведь не ответить никак, силу-то показывать нельзя, надо только изображать смущение и транслировать удовольствие от сказанного комплимента.
   - Анатоль, вы меня заставляете краснеть, право слово. Хорошо, я вам признаюсь, мы с Себом испытываем друг к другу трепетные чувства. Разве возможно, устоять перед таким мужчиной?
   - Вы правы, перед королем очень трудно устоять, - с какой-то затаенной злобой прорычал себе под нос Советник и, опомнившись, уже громче продолжил. - Асиена, подскажите, кто вам ставил защиту? Мне было бы чрезвычайно любопытно это узнать.
   - Защиту? Какую защиту? - продолжала я из себя корчить дурочку, вызывая у партнера уже скорее не интерес, а раздражение, результат-то не был достигнут. - Ах, вы про магическую защиту? Так это Райн мне дал специальный амулет, сказал, что несет за меня ответственность и хочет вернуть меня домой в целости и сохранности.
   В этот момент подошел к концу очередной музыкальный опус, и я с превеликой радостью вернулась на облюбованную ранее скамеечку, которая оказалась пуста, Райн занял место Себастиана в танцевальном марафоне. Мой кавалер торопливо откланялся и, с примерзшей к лицу улыбочкой, отбыл восвояси, стремясь поделиться теми крохами информации, что удалось выдавить из меня. Так посмотрим, к кому же он направится? А вот этого дядечку в лосинах стоит запомнить, ишь, как ноздри недовольно раздувает, поди, не нравится, что тебе докладывают? А ты думал, что мы только козы крутить умеем?
   Ревниво проследила за магом, приобнявшим изящный стан Лавинии. До чего же они хорошо смотрятся вместе... Не думать, Ася, главное не думать. Где же этот Себ, черт возьми? У него тут любовница остывает, а он неизвестно где болтается. Неожиданно перед моим носом появился бокал с какой-то розоватой ароматной жидкостью. Очередная доза румы, надо полагать. В след за бокалом показалось довольное лицо Его Величества.
   - Не морщись, маги проверили, это просто сок, никаких добавок.
   - Значит, Райн тебя уже поставил в известность? - хотя и понимала, что не виновата в случившемся, но все равно испытывала неловкость за свое поведение и за то, что чуть не подвела друзей.
   - Не переживай, все отлично складывается, даже Лавиния не поняла, что с тобой что-то не то, просто было ощущение, что ты немного погорячилась с алкоголем, - обрадовал меня добрый друг, но не дав проникнуться глубиной моего падения до конца, тут же продолжил. - Я видел, что ты подверглась первой атаке моего Советника, что хотел этот гадкий тип?
   Глаза Себастиана довольно щурились, когда я описывала основные вехи нашего общения со Шлимаэром.
   - Значит, не удержался и попробовал прочитать? Ну, наглец! С кем, говоришь, потом он разговаривал? - старательно описала собеседника Анатоля. Себастиан не удержался и коротко хохотнул.
   - Ну, надо же! Атурно Флабс, кто бы мог подумать... Отлично Ася, продолжай в том же духе, тем более что сюда прорывается мой очередной Советник, Джоул Драталинэр, он представляет Гильдию лекарей. Кажется, тоже по твою душу.
   Джоул оказался довольно миловидным старичком, усато-бородатым, седоватым, сухопарым, со слегка бегающим взглядом. К счастью, нам досталась медленная мелодия, а то мне было весьма сложно представить, как я буду выпрыгивать с ним под чудесные ирландские напевы.
   Опять были вопросы, меня вновь пытались ментально прощупать (вот ведь до чего наглые мужики пошли и, главное, косяком), не поверите, но когда Джоул понял, что я экранирована, то попытался нагло соблазнить. Ну, а как еще можно расценивать рукоблудие, которое творилось в районе моих ягодиц? И разница в возрасте его совершенно не смущала. Почему меня никто не посвятил, как надо действовать в подобной ситуации? Я кидала растерянные взгляды на Райна, застывшего изваянием у ближайшей колонны с лицом в стиле "а не выщипать ли мне эту бороденку пинцетом"? Интересно, каким образом ему Лавинию удалось на время сплавить? Вот не о том думаю, совсем не о том...
   Попыталась сосредоточиться на совершенно распоясавшемся партнере по танцу и в особо пикантный момент не удержалась, наступила-таки подленькому старикашке на ногу каблучком и тут же заохала, рассыпаясь в извинениях. Не можем ответить магией, будем мстить другими подручными средствами.
   К моему великому облегчению этот танец закончился, но совершенно не закончились желающие зарекомендовать себя в глазах королевской любовницы. Возникало ощущение, что со мной решило перетанцевать все мужское население страны, от мала до велика. В какой-то момент просто повисла на Себастиане и заявила, что больше не транспортабельна. Сказать, что устала, это, значит, ничего не сказать: ноги гудели, спина рыдала, в голове каждый музыкальный такт отдавался глухой болью. Я готова уже была наплевать на всю конспирацию и воспользоваться своей силой, держалась на чистом упрямстве, уговаривая саму себя: "Еще чуточку, Ася, осталось потерпеть самую малость". Ребята смотрели на меня с сочувствием, но помочь ничем не могли, Гидеон и Ганимед не обладали лечебной магией. Зато с этой задачей мог справиться Райн.
   - Где этот маг шляется, когда он так нужен? - прошипела на ухо королю, оглядываясь в поисках двух статных фигур. Эта гадкая Лавиния совершенно не давала вздохнуть Райну, как только он оказывался поблизости с нами, она тут же находила повод, чтобы утащить его, то на цветочки посмотреть, то водички попить, наверно, и в туалете он ей подол бального платья поддерживал, а то мало ли чего. Черт! - Себ, если ты мне его не притащишь сюда, то я сяду на скамейку и с места больше не двинусь, гори оно все синим пламенем. Ясно?
   - Ася, ты только не волнуйся, сейчас его найдут, так ведь, Лунь? - мужчина выразительно изогнул бровь и Лунь, кряхтя и что-то бурча себе под нос, отправился на поиски.
   Минут через пять искомый объект был доставлен к месту нашей дислокации, конечно, вместе с Суспензией. Кто бы сомневался! Наверно уже весь рукав до дыр затерла. Маг с трудом отодрал эту пиранью от себя и приложил прохладные пальцы к моим вискам. Почувствовав мгновенное облегчение, прикрыла в блаженстве глаза, чуть ли не застонав в голос. Приоткрыла один глаз, вопрошая: "И где же ты был раньше?".
   Учитель улыбался одними глазами, так, что маленькие морщинки разбегались в стороны от внешних уголков, затененных угольно-черными ресницами. Подушечки пальцев холодили мою кожу, даря чувство покоя и умиротворение. Неожиданно пришло понимание того, что счастлива сейчас абсолютно и безбрежно, вот даже так, просто стоя посреди всего этого сумасшествия, уставшая и измученная, на виду у сотен людей, вопреки презрению и ненависти, сочившимся из каждой поры Лавинии.
   Горн, протрубивший начало ужина заставил нас вздрогнуть. Порядком оголодавший народ торопливо стал проталкиваться по направлению к выходу. Оказалось, что столы были накрыты в дворцовом саду, среди скульптурных композиций, под огромным куполом тента, зависшим над нашими головами. Он парил, белоснежно-голубой, без каких-либо видимых точек опоры, слегка подрагивая на легком вечернем ветерке, как большая несуразная птица.
   После шума и духоты бального зала здесь было просто чудесно. Мое место оказалось по правую руку от короля, который, наскоро перекусив, продолжил игру в соблазнение фаворитки. Чего только не делал этот опытный малый: и ручки нацеловывал, и с вилочки кормил (спрашивается, на кой меня экзаменовали по правилам этикета, если здесь некоторые прекрасно обходились вообще без каких-либо норм поведения?), и плечико поглаживал. Если у кого-то и оставались еще какие-то сомнения, то, полагаю, после данной трапезы все они рассеялись.
   Мысль о возвращении обратно в помещение, вызвала в моей душе немой протест, но меня уже благополучно сбыли на руки очередному члену Совета, Керсту Монталэру. Надо сказать, что этот мужчина невольно вызывал уважение: холодный уверенный взгляд, четкая линия массивного квадратного подбородка, великолепная осанка и выправка, идеально сидящая форма с множеством орденов за заслуги. Он, от макушки своей коротко стриженой головы до кончиков армейских сапог, являлся ярчайшим представителем Гильдии воинов.
   На паркетном полу только четкие, выверенные движения, никакой суетливости. Сильные руки на моей талии и холодная синева взгляда в упор. Становится неловко и как-то зябко.
   - Ася, вы себя хорошо чувствуете? - низкий, слегка прокуренный голос, отрывает меня от размышлений.
   - А что, я как-то не так выгляжу?
   - Мне показалось, что в начале бала вы слегка перебрали местного вина, - резиновая улыбка на суховатых губах собеседника, которая, видимо, была предназначена для того, чтобы смягчить некоторую грубоватость слов.
   - Вы следили за мной? - наигранно удивляюсь, кокетливо изгибая бровь, и чувствую, как ускоряется ток крови по венам. Кажется, что-то наклевывается. - Мне, право, так неловко.
   - Сегодня за вами только ленивый не следит, не удивляйтесь, красивая девушка, иномирянка, к которой благоволит сам Себастиан, - ироничная ухмылка невольно наползает на губы Керста. - И вы не ответили на мой вопрос, дорогая Ася.
   - Эм... Какой вопрос? - тяну время, пытаясь понять, чего от меня добивается мужчина. Может быть, он как-то связан с тем, что в моем бокале оказалась рума, и сейчас пытается понять насколько я готова быть с ним откровенной?
   - Вы себя хорошо чувствуете? - в голосе пробиваются командные нотки, и проскальзывает толика раздражения.
   - Да, спасибо, все замечательно. Вы такооой забооотливый, - нагло глажу ладонью рукав его мундира, кидая восхищенный взгляд из-под ресниц.
   - Ася, вы ведь не обладаете магией?
   - Насколько мне известно, нет, к сожалению. А почему вы спрашиваете? - даже крайнюю заинтересованность изображать не приходится.
   - Не берите в голову, просто стало любопытно. Подскажите, пожалуйста, а Себастиан случайно не рассказывал вам о том, что последнее время происходило во дворце? - вновь цепкий взгляд ищейки буквально сканирует каждый миллиметр моего лица.
   - Конечно, рассказывал, - ощущаю, как напрягается тело под моими ладонями. Э, братец, кажется, ты ждешь, что я тебе сейчас все выложу про маленький государственный переворотик? - Эта подготовка к балу, его буквально вымотала, бедненького. Уж мне он каждый вечер жаловался, как ему трудно, все от него что-то хотят, ну, прям в собственном дворце и укрыться негде. Вот он ко мне и приезжал. Ой...
   - Ничего, ничего, Асенька, про ваши нежные отношения я никому не расскажу, буду нем, как рыба, - слегка разочарованно протянул Керст, глядя на меня уже с некоторой брезгливостью. Кажется, я неплохо изобразила весьма недалекое создание. - А скажите, пожалуйста, каким образом вам удалось попасть на Лидию с Райном?
   - Ну, вы знаете, что есть такие женщины, которые называются Скользящими? Так вот Райн нашел одну из них, и она нас сюда провела, - продолжаю строить святую невинность.
   - Вот так вот просто взял и нашел? В мире, где магии практически нет? - ух ты, какие же мы скептичные!
   - Ну, да, так и было.
   - Как ему удивительно повезло, не находите? - уже откровенно скучающее лицо моего визави, говорит о том, что интерес ко мне, как к источнику информации потерян. Но у меня вот совершенно обратный процесс. Кажется, наши труды были не напрасны, и клюнула, действительно, крупная рыбка. Надо только как-то донести до сведения моих опекунов, чтобы те проследили за столь любопытным товарищем.
   - Повезло, но ведь так бывает в жизни. Вот, например, могла ли я еще недавно подумать о том, что окажусь в другом мире, на королевском балу, в таком роскошном платье, - добавила я романтическую ноту в разговор. - Разве это не чудо?
   - Еще какое чудо, - согласился со мной Керст, провожая к скамейке, на которой восседали Себастиан и Лавиния. Куда опять запропастился Райн, когда он так нужен? Сейчас Керст куда-нибудь смотается, и мы ничего не узнаем. И еще эта Суспензия постоянно рядом трется, мешает делом заниматься. Как я сейчас должна при ней сообщить Себу о своих подозрениях? Пришлось импровизировать на ходу.
   - Дорогой, я так соскучилась, - промурлыкала, присаживаясь на свободное место рядом с Его Величеством. Стараясь не обращать внимание на возмущенную Лавинию (подумаешь, прервала их шуры-муры, это вообще мой приз на сегодня!), всей грудью прильнула к Себастиану, потерлась носом о шею мужчины, чем вызвала его судорожный вздох. Оказывается, у короля есть слабые места, ишь, как разволновался, аж задергался. Стоять!
   - Не дергайся, милый, - тихонько пропела на ухо, обеспокоенному Вашеству. - Надо срочно сообщить Райну, чтобы он проследил за Керстом, думаю, что это именно он меня подставил с той травкой.
   - Асенька, а пойдем, прогуляемся по залу, а то я засиделся что-то, - молниеносно среагировал Себ, и чуть ли не бегом потащил меня вперед, напрочь игнорирую попытку Суспензии присоединиться к нашим поискам. Получи, фашист, гранату!
   Мой любимый мужчина обнаружился в соседнем помещении, где что-то обсуждал с двумя личностями, довольно неприметной наружности. Те испарились в неизвестном направлении, едва завидев нас с Себастианом, несущихся на всех парах.
   - Спокойно, спокойно! - притушил наше воодушевление Райн, скалясь в улыбке, предназначенной для окружающих, - За Керстом отправлен хвост, скоро мы узнаем все подробности.
   - Как ты догадался? - разочарованно выдохнула, слегка запыхавшаяся я. Так старалась, так старалась, а он, оказывается, уже все знает.
   - Ась, ну, я же внимательно слежу за тобой. Как только ты встала в охотничью стойку, сразу понял, что это наш клиент, - уже более искренне улыбнулся маг.
   - Значит, я зря старалась?
   - Не зря, конечно, если бы не твоя реакция на него, мы бы ни за что не заподозрили самого лояльного члена нашего Совета в каких-либо тайных интригах, - пролили бальзам на мои раны.
   Остаток вечера прошел уже намного спокойнее, придворные подутомились и, наконец, стали разъезжаться по домам. Лавинию, чуть ли не принудительно усадили в карету, намекнув, что папенька там больной и неплохо было бы, чтобы кто-нибудь о нем побеспокоился. Мне же, как королевской фаворитке предоставлялись покои во дворце, чему я была безумно рада, ибо на обратную дорогу сил совершенно не осталось.
   Мальчики любезно проводили меня до дверей комнаты (да, вдвоем, все же конспирацию никто не отменял), где вежливо распрощались. Увидев, мой тоскливый взгляд, Райн мягко провел по моей щеке ладонью, и устало улыбнулся.
   - Ась, у меня еще куча работы, а тебе просто необходимо отдохнуть. Ты сегодня была просто молодец, очень нам помогла. Иди, отсыпайся, горничная тебя уже ждет, а я приду, как только смогу.
   Мои губы накрыли теплой нежностью, но как же мало мне было такого короткого касания, хотелось вцепиться в него всем, чем можно, врасти всеми корнями, приклеиться каждым миллиметром кожи, но, конечно, я отпустила его, разве могло быть иначе? Лидия превыше всего.
   Глава 26.
  
   Утро не было радостным, вновь не чувствовалась, уже ставшая привычной, теплота объятий. Соседняя подушка оказалась пуста, а свободная половина кровати не тронута касанием его тела. "Наверно заработался совсем", - с сочувствием подумала я, отгоняя прочь все сомнения и страхи.
   Комната, которую мне предоставили во дворце, при дневном свете казалась еще больше, чем вчера в сумраке ночи. Высоченные потолки, небольшое количество изящной мебели, два огромных зеркала - все это только усиливало возникшее ощущение. Дверцы шкафа, распахнутые настежь, позволяли разглядеть платье, в котором мне предстояло провести сегодняшний день, легкое, белое, с россыпью меленьких цветочков, похожих на наши незабудки.
   Оказывается, гости довольно часто получали приглашения задержаться после бала в королевской резиденции и, чтобы они не чувствовали себя с утра неловко, влезая во вчерашние наряды, был создан отдельный гардероб, включавший в себя дамские платья и мужскую одежду разнообразных размеров и фасонов. Об этом поведала мне еще вчера горничная, приставленная к моей светлейшей особе. Кровать была расстелена и согрета, на столе стояла ваза с фруктами и кувшин с водой, меня извлекли из платья и расчесали волосы, подали полотенце, пожелали приятных сновидений. И хотя я была несколько смущена непривычной помощью, но, сдаваясь в плен собственной усталости, понимала, что подобная забота после бала совершенно не лишняя, а очень даже приятная. И к подобному можно очень легко привыкнуть.
   Раздался вежливый стук в дверь, затем звук отпираемого замка и в комнату впорхнула моя вчерашняя помощница - румяная и слегка запыхавшаяся Тара.
   - Госпожа, доброе утро! Я вас не разбудила? - мягко улыбаясь, приветствовала та.
   - Доброе утро! Не разбудили, уже собиралась вставать, - порадовала я девушку.
   - Очень хорошо. А вы знаете, сегодня чудесная погода, после обеда планируется поездка на Голубые озера, там потрясающе красиво, вам обязательно понравится. А сейчас нам придется немного поторопиться, потому что Его Высочество ждет вас через полчаса в малой столовой на поздний завтрак.
   И мы поторопились. Сегодня я напоминала милую пастушку из пасторальных картинок, чему способствовали две мудреные косы, сооруженные ловкими пальчиками Тары, и платье в деревенском стиле.
   Тара любезно согласилась проводить меня к Себастиану, поскольку во всех этих многочисленных этажах и переходах вполне можно было и заблудиться, а потом, как фильме "Чародеи", ходить и орать благим матом: "Людииии!".
   - Тара! - вдруг, услышали мы оклик и одновременно повернулись к мальчишке, который на всех парах несся к нам. В его чертах очень хорошо угадывалась та, что стояла рядом со мной, и чье лицо светилось непередаваемой радостью, принимая в объятия рук худенькое тельце вихрастого паренька.
   - Госпожа, извините, это мой брат Фрол, он из деревни, поэтому не знает как себя надо вести, - быстро забормотала горничная, виновато отводя глаза в ожидании моего возмущения, при этом, не отпуская свое драгоценное сокровище от себя.
   - Там мама с папой на улице ждут, их не пускают во дворец, говорят, что ты должна принести разрешение от управляющего. А я другим путем пробрался, через сад, - пробубнило сокровище, куда-то в район сестринской груди. В глазах девушки тут же отразилась внутренняя борьба: ей хотелось скорее бежать за этим злополучным разрешением, но долг требовал, чтобы госпожа была доставлена к королю в целости и сохранности.
   - Тара, объясните мне, как добраться до Себастиана и можете идти по своим делам, думаю, что смогу справиться самостоятельно, - предложила я, удобный для обоих вариант, заставив девушку взглянуть на меня с благодарностью и облегчением.
   Оказалось, что идти мне еще и идти. Завернув за очередной угол, я неожиданно столкнулась с... не поверите... с Лавинией! Тебя ж домой вчера отгрузили, звезда моя! Так какого лешего ты опять трешься во дворце? То ли чего-то разнюхивает, то ли строит коварные планы.
   С каменным лицом встретила чуть насмешливый взгляд синих глаз свысока. Подумаешь, вымахала оглобля, еще неизвестно кому из нас больше повезло.
   - Доброе утро, - решила я побыть немного вежливой.
   - Да, уже можно сказать, что добрый день, - съязвила в ответ Суспензия, выводя на боевые позиции грудь внушительного размера. Да, ну, и что, что у нас грудь маленькая, зато плечи широкие, вот их-то мы и расправим. - Вы, наверно, Себастиана ищете?
   - Да, планирую с ним заняться... трапезой, - доверительно сообщила я, намекая, что у меня не столь уж безобидные планы.
   - Вот и занимайся с ним... трапезой, а на моего Райна рот не разевай! - неожиданно зло выплюнула мне в лицо красавица. Хотя сейчас ее трудно было назвать таковой, все же не стоит некоторым девушкам сердиться, вот как рот перекосило и ноздри раздуваются парусами, а глазки, сощурившись, потеряли большую часть своей прелести.
   - А я разве разеваю? - состроила святую невинность, усиленно хлопая ресничками, благо, что вчера я в этом деле натренировалась ого-го как.
   - Ты думаешь, что я совсем слепая? Что не замечу, как ты на него смотришь? Хочешь сразу на двух стульях одновременно усидеть? Не получится, уж я приложу для этого все усилия, - продолжала шипеть моя соперница, склоняясь ко мне с перекошенным лицом. - Надеюсь, тебя поставили в известность, что я являюсь невестой и Аматис Райна?
   - Конечно, меня поставили в известность, - отчеканила я в ответ, не сдвигаясь ни на миллиметр, как бы мне этого не хотелось. - Только я одного не пойму, ведь Аматис - это Единственная, значит, на другую мужчина и не взглянет после встречи с ней. И если вы действительно его Аматис, то, какого черта, тут на меня слюной брызжете? Вы должны быть спокойны как питон. Он же ваш до гробовой доски и ему должно быть совершенно фиолетово, как там на него смотрят другие женщины, разве не так?
   Собеседница шумно дышала и зло щурила глаза, пытаясь пробуравить взглядом во мне парочку дыр поглубже. Было заметно, с каким трудом ей удается справиться с собственными эмоциями. Но она одержала верх над своей темной стороной, постепенно на ее лицо вернулась маска спокойствия и невозмутимости, а вместе с ней и завораживающая красота женщины.
   - Пока он находился в твоем мире, из-за расстояния, наша связь немного ослабла, поэтому мои волнения вполне обоснованы, но сейчас она восстанавливается, не зря же он проводит почти все ночи в моей постели, - елейным голоском, проворковала прежняя Лавиния, в которой уже было сложно узнать ту разъяренную фурию, которой она была всего минуту назад.
   А вот это уже удар ниже пояса... Неожиданный или, наоборот, слишком ожидаемый...
   Ощутила, как холодные пальцы сомнения резко сдавили мое сердце, пуская по венам колючие кристаллики льда, а змея ревности, доселе дремавшая, сжала горло, полностью перекрывая доступ воздуха. Не может этого быть! Он не мог так меня обманывать. Скорей бы уж прямо сказал, что вернулся к своей Аматис, чем вот так вот нагло врать на протяжении многих дней. Не верю! Не хочу! Упрямо мотнула головой и, задрав подбородок, спокойно заглянула в холодную синь ненавистных глаз.
   - Я порадуюсь за вас чуть позже, а сейчас, извините, но меня с нетерпением ждет король.
   Прямая спина, твердый шаг, высоко поднятая голова. Ты сможешь, Ася, ты ведь не доставишь ей удовольствия видеть, что она сумела тебя достать?
   Вот и конец моего пути - высокие двери, украшенные золотыми инкрустациями, остановилась, словно в задумчивости. На самом деле мне требовалась лишняя минутка, чтобы успокоить сумасшедшее сердце, бесновавшееся в груди. Да, что же ты так стучишься, словно хочешь выскочить наружу, куда ты рвешься? Глупое мое сердце...
   И вот... улыбка на губах, передо мной швейцар распахивает двери, где в ожидании еды и меня уже томится Себастиан. Один.
   - Ася, ну, где ты пропала? Я тут уже чуть не умер от голода, - налетел он на меня сразу же у порога, - Садись скорее!
   - И вам утро доброе, Ваше Величество. Рада вас видеть. Для человека, проведшего бессонную ночь, вы очень свежо выглядите, - бодро сообщила я королю.
   - Ну, почему бессонную? Я уже в три часа был в своей кровати, так что успел прекрасно выспаться, - благодушно отозвался тот, помогая мне устроиться на стуле.
   - Уже в три часа...? Эм... а Райн? - внутренне холодея, рискнула спросить я.
   - Ему неожиданно потребовалось уехать по одному важному безотлагательному делу, и я даже не знаю, успел ли он вернуться обратно, слуги не смогли его найти пока. Но мы же не будем его ждать, да? - надеждой спросил Себ, жадно оглядывая тарелку, которую в тот момент водрузил перед его носом слуга.
   - Нет, конечно, не будем его ждать... - пробормотала я непослушными губами, прижимая ладонь к груди. Мое глупое сердце пыталось покончить жизнь самоубийством, вдребезги разбившись о грудную клетку.
   Не помню, что я ела, о чем говорила, все было как в тумане: завтрак, прогулка с кучей придворных к тем самым Голубым озерам, пикник на природе. Я действовала как запрограммированная кукла, улыбалась, кланялась, даже, кажется, шутила. Но жила ли я в тот день?
   От ужина мне удалось отвертеться, не было сил изображать безмятежность и видеть в ответ все эти фальшивые улыбочки. Но буквально через час об этом пожалела, за весь день из-за своего напряженного состояния, я мало что сумела запихать в себя из еды, о чем не преминул мне напомнить оголодавший организм. Беда, бедой, а обед по расписанию!
   Пришлось отправляться на поиски кухни в надежде, что отыщу ее по запаху, а обратно в комнату меня проводит кто-нибудь из прислуги. Вожделенные ароматы уже вполне отчетливо витали в воздухе, когда мне показалось, что вдалеке за поворотом мелькнула фигура девушки подозрительно похожей на Лавинию. Отбросив все мысли об ужине подальше, бегом бросилась догонять ее. Куда это она собралась?
   Так торопилась, что чуть не выдала свое присутствие, удалось в последний момент заскочить обратно за угол и застыть, сдерживая дыхание.
   Тихий стук, звук открываемой двери и потом затишье. Выждав некоторое время, выглянула, никого. Объект моей слежки зашел в какое-то помещение. Собралась с духом и на носочках двинулась вдоль по коридору, внимательно прислушиваясь ко всем звукам.
   Дверь, за которой скрылась девушка, была немного приоткрыта, не знаю, случайно это было сделано или преднамеренно. Из комнаты доносились голоса: один - низкий, бархатистый, любимый, второй - тягучий, соблазняющий, ненавистный. Сердце вновь сошло с ума, пытаясь довести до логического конца начатое ранее самоубийство, отдаваясь в ушах набатом: не слушай, не смотри, не надо, не слушай, не смотри, не надо...
   Но разве я могла удержаться? Заглянула в просвет двери, стараясь оставаться незамеченной. Они стояли рядом, так непозволительно близко, как могут стоять только те, кто уже шагнул за черту максимальной близости, как те, кто узнал как необыкновенно прекрасно распадаться друг для друга на миллиарды вселенных - любовники. Насколько сладостное для них, настолько же невыносимое для меня слово.
   Она - тонкими руками за его шею, там, где я помню каждую родинку, своими пальцами в его волосы на затылке, туда, где еще недавно были мои губы, тесно прижавшись бёдрами к его телу, которое еще два дня назад накрывало меня своей волнующей тяжестью. Его руки на ее талии. Глаза в глаза. Улыбка в улыбку.
   - Райн, ты же знаешь, я вся твоя и так было всегда, - долетели до меня слова, сказанные чуть протяжно, с легкой долей кокетства.
   - Да так было, хотя иногда мне казалось, что ты играешь со мной. То подпустишь, то оттолкнёшь. Словно проверяешь крепость нашей связи.
   - А с тобой, милый, по-другому никак нельзя. Ты бесконечно ценишь только то, что дается тебе с большим трудом, что выстрадано тобой в полной мере. А я хочу, чтобы ты был моим полностью, до самых глубин твоей души, до самых ее потаенных закоулочков. Ведь я твоя Аматис.
   - Да... ты моя... Аматис.
   - Значит, ты помнил обо мне все эти годы?
   - Я помнил о тебе каждый из этих восемнадцати тысяч двести пятидесяти дней.
   - О! Я польщена, дорогой, и готова прямо сейчас показать, как же я соскучилась по тебе за эти... сколько-то там тысяч дней, - руки Лавинии пустились в путешествие по телу Райна, но были пойманы ладонями мужчины.
   - Лавиния, ну, не в библиотеке же ты мне будешь это показывать? Я не отношу себя к любителям острых ощущений, сюда ведь кто угодно может забрести в любой момент, - ухмыляясь, произнес маг, прижимаясь губами к кисти млеющей женщины.
   Один пропущенный удар сердца, потеря ритма, как потеря себя. Мир хороводом вокруг меня, вата в ушах, темнота в глазах, тошнота, застрявшая в горле, деревянные негнущиеся ноги. Вот так вот рушатся мечты... За какие-то минуты, безжалостно, грубо, обрывая все внутренности.
   Я стояла, прижавшись лбом к прохладной стене, она помогала мне не потеряться в этом круговороте боли, в тот момент она стала моей альфой и омегой, началом и концом всего. Не было сил уйти, но и слушать продолжение разговора тоже было невозможно. Как оказывается невыносимо, когда тебя предают, немилосердно, убивающе. Еще десять минут назад у меня за спиной были крылья, а сейчас их отрубили, оставив жалкие подергивающиеся культи, подтеки густой крови и несколько одиноких перышек-воспоминаний.
   Послышались чьи-то торопливые шаги в дали коридора, суетливые, спешащие. Подхватив свои юбки, бросилась прочь, стараясь ступать только на носочки. Ни к чему еще кому-то знать всю глубину моего падения - подслушивать и подсматривать за любимым человеком.
   Коридоры, коридоры, бесконечное переплетение переходов, да, кончатся ли они когда-нибудь? Гулкими шагами, шумным дыханием, бешеным ритмом сердца я нарушала эту сумрачную идиллию королевского благополучия. Зачем вы сейчас спите, когда мне так бесконечно больно? Почему не бьете во все колокола? Почему не кричите, широко открывая перекошенные рты, так как кричит моя растерзанная вместе с крыльями душа?
   Наконец! Вот они двери, бьюсь в них раз-другой, не чувствуя ничего, с трудом распахиваю, вырываюсь на воздух, не разбирая ступенек вниз, потом в сторону сада, прочь...
   Не помню, как забралась в самый дальний его уголок, туда, где сплетались ветвями два полузасохших куста, о чьем существовании совершенно забыл невнимательный садовник, увлеченный возделыванием других, куда как более привлекательных растений. Они приютили меня, накрыв полуголыми ветвями в немом сочувствии к моему горю. По крайней мере, мне так хотелось думать тогда.
   "Вот и все, Ася, вот и кончилась твоя сказка. Принц вернулся к своей принцессе и забыл о существовании несуразной Золушки, в этих ее нелепых башмаках и залатанном платье. Тебе позволили побывать на роскошном балу жизни, узнать, как глубоко можно утонуть в глазах принца, прикоснуться к мечте. Но часы пробили полночь, и все вернулось на круги своя. Надо признать поражение и идти дальше. Но, черт возьми! Как же это сделать?"
   Слёзы выжигали глаза, прорываясь наружу сквозь упрямо сжатые веки. Не могу так больше! Пальцами зарываюсь в землю, выдирая из нее клочья травы, но это не помогает. Куда же деться от этой боли, если она пожирает меня заживо? Хочется свернуться тугим комочком, вернувшись к изначальному состоянию, когда меня ещё практически нет, когда я ещё ничто: не вижу, не слышу, не чувствую, не живу.
   Предательство - это всегда убийство - убийство чувств, надежд, доверия, любви. Оно подрывает в человеке веру в себя, в свою особенность и исключительность, заставляя его в дальнейшем всегда жить с оглядкой, любить с оглядкой, оставляя в вечном страхе повторения случившегося. Тот, кого предали, пойдет дальше, сумеет понять предавшего, возможно, даже сумеет его простить, но забыть не сможет никогда, он навсегда отравлен ядом обмана. Предательство будет напоминать о себе шрамами, оставленными в душе, уродливыми и вспучившимися, картинками мыслей в голове, яркими и назойливыми, постоянной неуверенностью, камнем давящей на грудь.
   Почему ты так поступил со мной, мой любимый, родной? Зачем ты мне врал? Ведь было достаточно всего одного твоего слова, и я бы ушла, без упреков и стенаний, просто исчезнув из твоей жизни, словно меня в ней и не было никогда. Лишь бы ты был счастлив, лишь улыбался, пусть не мне, а той ненавистной, красивой. Почему же ты обманул меня? За что? Да, твоя связь оказалась сильнее того, что связывало нас. Да, обстоятельства изменились, и я оказалась больше не нужна, но ты ведь мог честно в лицо сказать об этом. Смалодушничал? Струсил? Преследуешь какие-то свои цели? У меня не было ответов на эти вопросы, была только нестерпимая пустыня боли, воронкой разрастающаяся внутри, уничтожая во мне что-то светлое, доброе, прекрасное.
   Не знаю, сколько просидела вот так: обхватив себя руками, покачиваясь из стороны в сторону, то срываясь на крик, то молча глотая слёзы, струящиеся по лицу, ровно до того момента, как моего сознания тихонько коснулся луч ментального поиска: "Асенька, ты где?". Резко выставила самые мощные щиты, на которые только была способна, не дай Бог, он поймёт, в каком сейчас состоянии пребывает эта самая Асенька. Пора приводить себя в порядок, а то меня сейчас ведь кинутся искать, ночь на дворе все же. А обо мне так не вовремя вспомнили.
   Это только принцессы умеют плакать красиво, а мы, простые смертные, плачем громко, навзрыд, шмыгая носом, покрываясь красными пятнами, опухая. Зрелище не для слабонервных принцев, однозначно. Нашла маленький фонтанчик, бьющий из кувшина, который сжимала в своих алебастровых руках печальная нимфа. Умылась холодной водой, пытаясь прийти в себя и успокоиться. Мысленно дотронулась до источника своих сил, который отозвался мягкой лаской, словно игривый котенок, живой и теплый. Ты, мой хороший, чтобы я без него делала? Направила ниточку лечебной магии к своему лицу, избавляя его от всех признаков прошедшей истерики. Сейчас главное ни о чем не думать, чтобы опять не сорваться. Райн не должен узнать о том, что я видела эту сцену. А оставаясь рядом, очень высока вероятность срыва. Будет грязная сцена, которая унизит, прежде всего, меня. Надо помнить о том, что у меня осталось, увы, совсем не много, только гордость. Гордость - это те уши, за которые я буду вытягивать себя из этого болота, а раны придется зализывать потом, когда уберусь подальше от дворца.
   Решение уехать как можно быстрее и как можно дальше показалось мне самым правильным на тот момент. Хотелось бежать, спрятаться, исчезнуть. Видеть их рядом, счастливых и влюбленных, было выше моих сил, я не мазохистка. Мое истерзанное сердце рвалось туда, где меня ждали и любили, где не было лжи и фальши. А куда ещё бежать побитой собаке? Только домой. Там согреют, приласкают, пожалеют, поймут.
   Да, и Грань меня уже давно ждет. И теперь я знаю, какую историю ей расскажу при встрече, знаю, что разделю со своей сестрой.
   Попасть обратно в свою комнату мне помог удачно отловленный мной слуга, без его неоценимой помощи мне бы еще долго пришлось плутать по дворцу. Поблагодарила милого парня за услужливость и только хотела открыть дверь комнаты, как она сама распахнулась мне навстречу, явив перед мои очи того, кого я меньше всего желала бы видеть сейчас. Но этого и следовало ожидать.
   - Где ты была? - холодный взгляд льдистых глаз прошелся рентгеном по мне, подмечая все нюансы: уставшее напряженное лицо, измятое, чуть испачканное платье, слегка исцарапанные ветками руки.
   - Гуляла в саду, - слегка откашлявшись, сипло произнесла я. Это я душевненько поревела, раз получился столь чудный голосок.
   - Ася, а ничего, что сейчас ночь, дворец полон всякого сброда, а я тебя повсюду разыскиваю? - батюшки! Меня никак поругать надумали? После выплеска эмоций в душе поселилась апатия, как бывало всегда в таких случаях, я была выжата до самого донышка, до основания. Но это было мне только на руку, потому что могла почти спокойно, слегка отстранено, воспринимать его: видеть, слышать, разговаривать. - Почему ты заблокировалась, когда я тебя позвал?
   - Мне хотелось побыть одной, вчера очень устала, до сих пор не могу прийти в себя. Такое большое количество людей меня угнетает, - импровизировала на ходу, замечая, как напряжение уходит из любимых глаз. Да, все еще любимых, как бы я не хотела, чтобы было иначе.
   Мы оба замолчали, я в ожидании его дальнейших действий, а он - собираясь с мыслями. Райн сейчас совершенно не выглядел счастливейшим человеком, вновь обретшим свою единственную любовь, просто обычный мужик, после длинного рабочего дня. И если бы не та встреча, подсмотренная мной пару часов назад, то я бы уже вовсю сочувствовала ему, ведь просто убивается на своей работе "и денно и нощно". Но теперь я знала, где он так убивается на самом деле, поэтому безжалостно сметала прочь все крохи сочувствия.
   - Нам надо поговорить с тобой, - сообщил, наконец, маг. - Я хотел извиниться, что уделяю тебе так мало внимания, но по-другому пока никак не получается, необходимо многое успеть сделать именно в ближайшие дни, времени катастрофически не хватает. На Себастиана было совершено покушение... и ты должна быть осторожнее.
   - Покушение? Что с ним? - встревожилась я, пытаясь понять, когда можно было успеть попробовать лишить жизни короля. Да, много ли для этого требуется времени? Это жизнь дается долго, вынашивается месяцами в теле матери, рождается часами в муках, а забирается она быстро, иногда молниеносно, одним ударом кинжала. Невольно прикоснулась рукой к тому месту под грудью, где у меня остался практически незаметный след. Я все помню.
   - С ним все хорошо, сработала система нашей защиты.
   - Какая система?
   - Сейчас это не важно. Я хотел поговорить о другом. За всеми этими делами мне так и не удалось сказать Лавнии о своем желании расторгнуть помолвку. Но в свете новых обстоятельств, это нам только на руку. Ася, мне необходимо, чтобы еще какое-то время окружающие считали, что у нас с Лавинией все хорошо, а у тебя продолжаются отношения с Себастианом. Ты можешь еще немного потерпеть?
   Могу ли я? Да, запросто! Только терпеть уже буду где-нибудь в другом мире, отдельно от тебя. Я смотрела в его глаза и не могла понять, зачем вся эта игра и притворство, неужели только ради раскрытия заговора? Но я, как в игре, комбинация, которая почти не приносит очков, поэтому скидывают и перебрасывают кубики. Есть я, нет, по сути ничего не меняется, тогда зачем он так упорно держится за меня, скрывая связь с Лавинией? Не хочет ранить, но ведь это глупо, рано или поздно, я бы все равно узнала, и именно таким образом, наиболее унизительным. Совершенно не понимаю его мотивов... Остаться и попробовать понять? Но образ Суспензии, трущейся всеми частями тела о Райна, вновь кольнул острой иглой боли. Прикусила губу изнутри. Не плакать! Не вздумай даже!
   - С тобой все хорошо? - он протягивает руку, участливо дотрагиваясь до моего плеча, а у меня перед глазами эти пальцы, по-хозяйски расположившиеся на тонком стане другой женщины. - Выглядишь немного расстроенной. Это из-за моей просьбы, да?
   Он извиняюще улыбается мне, а у меня перед глазами такая же улыбка, только обращенная к другой. Все, хватит, достаточно! Уворачиваюсь и обхожу Райна, чувствуя, как он провожает меня удивленным взглядом. Подхожу к окну, и замираю, опираясь руками на подоконник, собираюсь с силами, потому что невозможно трудно разговаривать с ним сейчас.
   - А ты думал, что я обрадуюсь подобной перспективе? Извини, но вся эта ситуация мне не нравится, она мне неприятна, - на удивление спокойным голосом произношу в ответ, стараясь не оглядываться на него.
   - Я понимаю это, знаю, что много прошу, но все же... пожалуйста, помоги мне. Всего каких-то несколько дней и обещаю, что все закончится и будет, как прежде. Асенька... хорошая моя! Скучаю по тебе... безумно, - он уже за моей спиной, через тонкую ткань платья чувствую исходящее от его тела тепло, такое родное и такое недоступное. Костяшки мужских пальцев начинают свой неторопливый путь вдоль линии позвоночника, мучительно медленно, хорошо осознавая силу своего воздействия. Тело мгновенно отзывается на ласку, а душа рыдает, умоляя остановить это кощунство.
   - Хорошо, я подумаю над твоими словами. А сейчас мне хочется побыть одной, - сбрасываю с себя наваждение, выдавливая из эти слова, в горле ком, язык не слушается, - Увидимся завтра, Райн.
   - Завтра... Ты уверена, что ничего не случилось? Потому что ты так странно себя ведешь, - в голосе мага явно звучит растерянность и мою спину оставляют в покое, позволяя мне выдохнуть. - Я тебя обидел?
   - Обидел? Ну, что ты! Я же тебе сказала, что просто устала и мне нужно подумать над сложившейся ситуацией, - произношу уже сквозь зубы. Кажется, еще чуть-чуть и сорвусь, Господи, ну откуда только берутся эти слезы?
   - Хорошо, я приду утром, и мы еще раз с тобой все обсудим. Доброй ночи! - легкий поцелуй в щеку, быстрые, сердитые шаги, едва слышный скрип двери и тишина.
   Мне кажется, что я уже ненавижу тишину, которая остается после его ухода, она пахнет им, она помнит звук его голоса и шагов. Я не могу быть рядом с ним, но умираю без него.
   Со злостью вытираю так и не пролившиеся слезы, пришла пора действовать. Время истекает, Райн придет завтра за ответом, значит, в моем распоряжении есть целая ночь. Пусть этот мир решает свои проблемы, но уже самостоятельно, героине надо сваливать домой, ей просто жизненно необходимо попасть домой.
   Тут же встал вопрос, каким образом я смогу выбраться из дворца. Вряд ли кто-то мне сейчас предоставит транспорт, еще не дай Бог побегут ставить в известность Себа или Райна. Идти пешком долго и рискованно, может быть имеет смысл попробовать дотянуться мысленно до Изи?
   Села, сосредоточилась, представив себе своего коняшку. Подумала о том, как я его люблю, какой он замечательный друг, как мне его не хватает. Думать пришлось долго, по моим ощущениям бесконечно долго, я уже успела отчаяться и истошно проорать пару ругательств в бесконечное пространство, когда почувствовала далекий отклик. Как смогла, попыталась объяснить чего я хочу от арса. Уверенности, что он поймет и примчится за своей неудачницей-хозяйкой, было очень мало, но я надеялась. Собрала свои немногочисленные вещи, затолкав платье, подаренное Лессом в какой-то холщевый мешочек, обнаружившийся в ванной, и вышла из комнаты.
   Слегка поплутав по коридорам, и не встретив ни одной живой души на пути, добралась до выхода, где путь мне преградили два здоровенных амбала из королевской гвардии. Пришлось выкручиваться и врать, что решила подышать свежим воздухом, что Его Величество изволит почивать, а мне не заснуть, вот и решила прогуляться. Наверно, я была довольно убедительна или у них просто не было приказа задерживать выходящих из дворца, но передо мной вежливо распахнули двери и пожелали приятной прогулки.
   На воротах меня даже расспрашивать о цели похода не стали, внимательно оглядев с ног до головы и чему-то поухмылявшись, полусонные вояки, выпустили меня из этих опостылевших стен.
   Ворота закрылись за мной со скрежетом, оставляя в одиночестве на широкой дороге, вымощенной желтоватыми плитами и уходящей вниз, в город. Марава уже сдалась во власть ночной дремоты, огни в домах были погашены, стояла почти полная тишина, изредка прерываемая только трелью какой-то сумеречной птахи. Тускло освещенная главная дорога была пуста, видимо, Изя еще не успел добраться до дворца, и мне теперь оставалось только ждать верного коняшку, стараясь не думать о Райне и том, что завтра меня хватятся, ближе к полудню и, скорее всего, поднимется настоящий переполох.
   Было ужасно жаль, что не получится попрощаться с друзьями - Артом, Китти, Лунем, Гидеоном и Ганимедом - которые стали дороги мне за довольно короткий срок. Честные, открытые, надежные, такие разные, но близкие по духу, я буду по вам очень скучать. Конечно, они не успели так глубоко пробраться под кожу, как это сделали Изя и Марко, но имели все шансы это сделать, если бы я им дала немного больше времени.
   Мысль о Марко тяжестью легла на мое сердце, он просил не уходить без него, словно всеми своими миллилитрами драконьей крови предвидя беду. Прости, малыш, кажется, придется нарушить обещание, но я обязательно вернусь, уверена в этом. Вернусь, потому что уже не смогу жить без Лидии, такой пугающей и прекрасной одновременно, потому что захочу увидеть всех вас еще не единожды, потому что хочу, чтобы однажды васильковые глаза широко распахнуться от удивления, увидев мой мир. И вновь эти слезы! Из каких тайных глубин моего организма выдавливаются они, эти маленькие капельки сердца?
   Вдалеке послышался гулкий цокот копыт, и на тускло освещенной дороге показался Изя, собственной персоной. Как же я тебе рада, мой мальчик! Острый нос тихонько ткнулся в мою ладонь, а массивное тело придвинулось поближе, позволяя прильнуть к прохладному чешуйчатому боку. Прижалась, крепко обняла (с ним ведь тоже придется расстаться, слишком уж непривычно и дико он будет смотреться в нашем мегаполисе). Добрая душа, уловив ход моих мыслей, сразу же отозвалась множеством суетливых картинок: непонимание, неверие, отрицание, сочувствие, поддержка. Да, к сожалению, так бывает в мире людей, они расстаются, всему свое время. Это вы, арсы, выбираете раз и навсегда, а мы люди находимся в вечном поиске, идем по жизни спотыкаясь, падая, ударяясь. "Что не убивает, то делает нас сильнее", так вроде говорят? Но пока что, я медленно умирала...
   Несмотря на то, что бестолковое платье безумно мешало крепко держаться в седле, спустя десятки пустынных улиц, парочку запоздавших прохожих и одного горланящего песни пьяницу, я уже была в объятиях Розы. Не стала ей все рассказывать, просто объяснила, что мне нужно возвращаться домой и попросила у нее помощи. Но, кажется, великанша поняла все без лишних слов, иначе, откуда столько сострадания в ее глазах и эти мощные ласковые руки вокруг меня?
   Ситуация складывалась не простая, ехать обратно придется через всю Лидию, одной, среди совершенно посторонних людей. Если бы Марко или Вал были в Мараве, то можно было смело напрашиваться к ним в обоз, а вот так, неизвестно с кем, банально страшно, но выбора нет. Надо бежать как можно скорее. Чего я боюсь? Что он догонит меня и найдет рычаги, на которые сможет надавить и заставить остаться, а я вернусь, и буду день за днем задыхаться рядом с ним, с ней? Или на самом деле боюсь, что Райн даже не попытается меня остановить, воспримет все, как должное и вздохнет с облегчением? Признайся, Ася, может быть ты задумала весь этот побег в надежде, что он поймет, как много ты для него значишь, раскается и постарается вернуть тебя? Вот так, по-детски, наивно полагаешь, что сказка еще не закончилась, просто в ней возникли временные трудности?
   Пока голова разрывалась от мыслей, меня чуть ли не принудительно напоили чаем с булочками. Роза, интуитивно поняв мою ситуацию, не лезла с расспросами и не отговаривала от поездки, а только пообещала, что завтра еще засветло разведает обстановку, возможно, что утром какой-нибудь торговый караван отправится на север, поближе к моей Грани, а, значит, мне с ним будет по пути.
   Надо было собирать вещи и готовиться ко сну, поэтому пожелала спокойной ночи добросердечной женщине и уже начала подниматься по ступенькам вверх, когда почувствовала легкой завихрение воздуха. Пространство посреди обеденного зала исказилось, хлопнуло, и из неведомой дали к нам в гостиницу шагнул ни кто иной, как Лесс, эльф великий и всемогущий. Шагнуло решение моей проблемы!
   Наверно остроухий товарищ испытал настоящий шок, когда на него обрушилось все мои обрадованные килограммы.
   - Как же я рада тебя видеть!
   - Эм... я тоже очень раз тебя видеть, Ася, - слегка оторопело пропел эльф, аккуратно прикасаясь ко мне, висящей на его шее. Пах он чудесными травами и свежестью ветра, отрываться от этих ароматов совершенно не хотелось. - А где, собственно, все?
   - Все во дворце, вчера же был бал, - поведала я, нехотя отстраняясь от мужчины. - А тебя почему не было на нем?
   - Государственные дела, да и принцев надо было вернуть под родную крышу. Отец надумал их женить, чтобы те, наконец, остепенились и перестали его нервировать всякими переворотами.
   - Лесс, мне необходима твоя помощь, - я заглянула в травянистые глаза, пытаясь без слов передать то, что творится в моей душе. Кому, как не этому мужчине, столько лет носящему в своем сердце запретное чувство, понять то, что я сейчас чувствую?
   - Ох, Асяяя... - чуть устало выдохнул он, - Ты не права, ужасно не права! Это невозможно. Он любит тебя, это видят все, кто находится рядом с вами.
   Что я могла ему сказать в ответ? Дотянулась руками до его лица и заставила опустить голову так, что мы соприкоснулись лбами.
   - Смотри! - прикрыв веки, вновь нырнула в пучину своей бесконечной боли, заново переживая увиденное через приоткрытую дверь комнаты. Казалось, что в моей памяти запечатлелся каждый нюанс, каждая деталь произошедшего, а, может быть, все выкристаллизовалось благодаря воздействию силы Лесса, которая едва уловимыми касаниями проходилась по мне, заглядывая во все закоулки памяти. Спросите, как смогла решиться на такое откровение? Просто была уверена, что эльф не позволит себе взять больше, чем я предлагала. Ему и этого будет с лихвой.
   - Ммм..., - простонал мужчина, сжимая себе виски узкими ладонями. Хорошо его пробрало, вон и губа закушена в кровь. Не успела устыдиться собственного поступка, как эльф заговорил торопливо, - Не знаю, как можно трактовать то, что ты увидела, но уверен, что объяснение, наверняка найдется. Ася, поговори с ним, просто поговори, а потом уже решайся на отчаянный шаг. Чувствую, что ты готова вернуться в свой мир, сбежать туда. Не поступай так с ним и с вами, пожалуйста.
   - Ты не понимаешь! Я просто не могу его видеть! Меня разрывает на части, когда она прикасается к нему, когда он смотрит на нее! Мне словно нож опять загнали внутрь, только на этот раз уже прямо в сердце. Вонзили и проворачивают, проворачивают! Ты это можешь понять? - заорала я, вцепившись в одежду эльфа, дергая ее в бессильной ярости. Тот молчал, пережидая мой взрыв.
   - Я слишком хорошо тебя понимаю, девочка, - произнес он с горечью, почти нежно вытаскивая ткань из моих скрюченных пальцев. - И хотя, это будет жестоко, но покажу кое-что, чтобы ты больше никогда не смела говорить, что я не понимаю это.
   Он поднял за подбородок мое лицо, долго всматривался в каждую его черточку. Мне даже успело показаться, что в эти томительные секунды он ненавидел меня и любил одновременно. Причем, ненавидел и любил за одно и тоже, за то, что у меня была возможность быть с Райном, а у него не было не единого шанса. А потом он меня поцеловал... прохладой мягких губ с ароматом мяты. От растерянности слегка приоткрываю рот и чувствую, как внутрь проскальзывает дыхание Лесса, теплым дуновением воспоминания.
   Мужчина и девушка, взявшись за руки, друг против друга с глазами полными желания. Яркий желтовато-белесый свет ее силы ластится и прижимается к глубокой синеве его света, которая вбирает в себя всю эту нежность, втягивает, захватывает, обволакивая собой. Это рождение чуда - таинства любви. Чувствую, как по коже прокатывается дрожь восхищения, а потом откуда-то сверху меня накрывает цунами боли. Рвет, корежит, калечит невозможностью, неизбывностью, недоступностью...
   Кричу прямо в Лесса, в его влажную теплоту, возвращая назад дыхание, подаренное минутами ранее, бьюсь в его руках. Он держит крепко, не давая отстраниться, и вновь приникает ко мне, только на этот раз жадно, неистово проникая языком внутрь. Что ты ищешь там, потерявшийся мальчик? Неужели ответ на вопрос, почему так не справедлив этот мир? Ну, же! Целуй меня, целуй! Бери этот поцелуй себе, но ты не найдешь в нем истины, меня бросили так же, как и тебя, только все в добавок приправили острым соусом предательства. Это гораздо больнее, теперь я точно знаю.
   - Прости меня... - Лесс отрывается от моих губ и, не разжимая рук, опускается на колени. Так и стоим. Я глажу его по шелковистым волосам, он щекой прижимается к моему животу. Без вины виноватые, надававшие друг другу пощечин собственными страданиями.
   - Отправь меня телепортом так далеко, как только сможешь, мне нужно к Грани, - шепчу, не зная, слышит ли он меня.
   - Хорошо, но только утром... мне требуется отдых. И я пойду с тобой, провожу, - такой же тихий шелестящий голос, наверно так разговаривает дождь в их эльфячьих лесах.
   Глава 27.
  
   Утром вчерашний день мог показаться всего лишь ночным кошмаром, если бы не мои, порядком опухшие от слез, глаза и рюкзак, сиротливо стоявший на стуле в полной походной готовности. Оказалось, что за время путешествия у меня накопилось немало вещей, которые с превеликим трудом удалось затолкать в него, никто же не успел научить меня прятать вещи куда-то в воздушное пространство, как это делал Райн. Райн... Главное, не думать, просто не думать, автоматически заниматься привычными утренними делами...
   На прощание оглядела комнату, где была так счастлива, провела рукой по спинке кровати, чувствуя кожей легкую шероховатость обструганной древесины, кинула последний взгляд в окно с уже знакомым пейзажем. Я вернусь, переживу все и вернусь сюда.
   Лесс уже ждал меня внизу, где вокруг него хлопотала неугомонная Роза с кучей тарелочек, ложечек и чашек, словно там не один похмельный эльф сидел, а взвод оголодавших солдат особого назначения. Судя по помятому лицу, ночь для него прошла сурово, наверняка, плохо спал, мучил себя мыслями и на грудь вина принял ни мало.
   - Завтракай, я буду готовить телепорт в Тандару, дальше на север плохо знаю места, последний раз был там лет двадцать назад, поэтому там все могло измениться, а для наведения переноса необходимо достаточно четко представлять место, в которое желаешь попасть, иначе потом придется выбираться из какой-нибудь Единым забытой Тьму-Таракани. Рисковать нет смысла, лучше доскачем на арсах, всего один день пути, - лицо Лесса слегка кривилось во время этого монолога, словно он заставлял себя говорить через силу.
   - Ты хорошо себя чувствуешь? - с тревогой поинтересовалась я, прикасаясь к полупрозрачной коже рук. Почему-то совершенно не могла на него обижаться после вчерашнего. Я его помучила своим воспоминанием, и он мне ответил тем же, мы были квиты. Пальцы эльфа едва заметно подрагивали.
   - Я боюсь, что он никогда не простит меня за то, что я сейчас помогу тебе сбежать, - травянистые глаза широко распахнулись, показывая свою глубину. Там жил страх. Я обреченно вздохнула и села на лавку.
   - Роза, планы меняются. Сходи, пожалуйста, узнай про торговые караваны, может мне повезет, - попросила я, пряча свое разочарование. Не могла лишить Лесса возможности, хотя бы иногда находится рядом с человеком, которого мы вместе любили. Мой выбор был в пользу расставания, он выбрал возможность быть рядом с Райном, разве имела я право осуждать это и лишать его такой близости?
   - Ася, я же сказал, что помогу тебе! - возмутился эльф, выскакивая из-за стола.
   - Лесс, не смогу принять такую жертву. Я знаю, что для тебя это подобно смерти, не видеть его хоть иногда, почувствовала это вчера. Если ты и правда считаешь, что он не простит, то лучше не рисковать, - как смогла, объяснила я, усаживая его обратно. - Не думаю, что он с тобой так поступит, но не возьму на себя такую ответственность. Не хочу, чтобы ты меня возненавидел.
   - Ты же знаешь, что этого никогда не будет. Ты дорога мне, как замечательный человечек и потому что он сделал такой выбор, хоть ты в это и не веришь. Время все расставит на свои места, уверен в этом. Возможно, вам просто нужно пройти еще и это последнее испытание, прежде чем быть рядом. Я помогу тебе сегодня, а когда все вернется на круги свои, ты поможешь мне, сделаешь так, чтобы он хоть изредка соглашался видеться со мной, - в его глазах все так же плескался страх, только теперь уже пополам с необыкновенной грустью.
   - А ты не пожалеешь об этом? - еще раз попыталась я достучаться до его сознания. Дожила! Пытаюсь убедить упрямого остроухого в том, что он не должен мне помогать, вместо того, чтобы прыгать от радости от того, что все так удачно складывается. Хотя... какая уж тут радость? - Ты не должен жертвовать собой ради меня. Поездка в обозе не так уж опасна, особенно после того как маги и воины почистили от всех этих гадов основные торговые пути.
   - Ася, я все уже решил, просто немного боюсь, - со слабой улыбкой произнес Лесс, вставая. - Завтракай, а я пока все приготовлю во дворе. С этими словами он уже более уверенно улыбнулся, словно именно сейчас до конца уверяясь в правильности предстоящего поступка, и исчез в коридоре, мелодично постукивая каблуками сапог.
   Роза, не участвовавшая в нашем разговоре, только молча развела руками, давая понять, что "кто платит, тот и заказывает музыку". Без особого энтузиазма покончила с едой, подхватила рюкзак и направилась к выходу. Роза догнала меня, и, слегка приобняв за плечи, пошла рядом.
   Когда мы вышли, арсы уже стояли подготовленными, оставалось только прицепить к седлу Изи мой рюкзачок. Лесс тем временем с сосредоточенным лицом производил какие-то манипуляции в воздухе, создавалось впечатление, что он играет на невидимой арфе, легко перебирая ее тугие струны. Глаза мужчины были прикрыты пушистыми чуть рыжеватыми ресницами, кончики ушей едва подрагивали в такт неуловимой музыке, слышимой только ими.
   Наконец, эльф выпрямился, сделал резкий взмах руками и воздух перед ним поплыл, образуя воронку высотой в пару метров. Внутри нее неуловимо искажалось пространство, плыло как в кривом зеркале, закручивалось. Это было так удивительно, что мы с Розой замерли пораженные, потеряв дар речи.
   - Ася, пора! Прощайся, и поехали, долго телепорт не продержится, - предупредил Лесс, беря под уздцы своего арса.
   Мы крепко обнялись с великаншей, и мне подарили на прощание по поцелую в каждую щеку. Только забралась на Изю, как с дороги донеслись крики и цокот копыт. Во двор влетел Райн на своем порядком взмыленном Летящем. Раскрасневшееся, рассерженное лицо, сверкающий холодом лед глаз, напряженно сжатые тонкие губы, нервно подрагивающие ноздри. Вы спросите, как я успела все это рассмотреть? Все просто. Говорят, что бывают минуты, когда время растягивается до бесконечности, становится словно резиновым. Так и случилось в тот момент.
   Кажется, что от этой нежданной встречи обалдели все, даже мой Изя. Первым отмер Лесс, проорав мне:
   - Скачи, быстрей, если решила!
   Я бросаю последний взгляд на родное лицо, в этот момент перекошенное от злости. Кажется, кто-то не ожидал, что эльф выступит на моей стороне. Лесс был прав, ему долго не простят подобного поступка. Холод льдистых глаз прожигает до самой сердцевины, замораживая все внутренности. На меня смотрят так, словно, это я оказалась предательницей, словно, это я сейчас рву его сердце, словно это я обнималась в той комнате с другим мужчиной. Не смей на меня так смотреть! Отворачиваюсь, не хочу сейчас этих глаз, даже если это самый последний раз, когда вижу их. Я хочу их запомнить другими, полными нежности и желания.
   - А ты? - успеваю крикнуть Лессу, прежде чем сорваться с места, но ответ уже известен, слов не нужно. Он просто не успеет пройти и закрыть проход так, чтобы Райн не вранул следом за нами. Верный обещанию помочь мне скрыться от мага, Лесс остается здесь, встречать его гнев лицом к лицу.
   Прощай, Марава! Разворачиваю арса и посылаю его в телепорт, под пронизывающий холод ветра. Темнота, легкое чувство тошноты, небольшое головокружение, и нас выплевывает прямо на рыночную площадь Тандары, так, что едва получается избежать столкновения с каким-то лавочником, пославшим нас с Изей по матери.
   Итак, я совершенно одна, в другом мире, посреди почти незнакомого города. Класс!
   Я могла бы так сидеть на Изе посреди площади еще долго, горюя о том, что рядом нет более опытного и знающего человека, способного принимать за меня решения. Привычка полагаться на Райна уже давно успела сформироваться в голове, прорасти там корнями, но как раз сейчас в мои планы входило быть как можно дальше от того, кто так долго был моей опорой.
   Тандара еще только лениво просыпалась, и первые торговцы, позевывая, открывали свои лавки, раскладывали товары, переругиваясь через площадь. Когда мы покидали этот город в прошлый раз, его хозяин предупредил, что всегда будем здесь желанными гостями. Если он не передумал за это время, то, думаю, не откажет в гостеприимстве и некоторой помощи.
   Поправила Каму, предусмотрительно пристегнутого к поясу брюк, его приятная тяжесть вселяла уверенность не меньшую, чем щиты, которыми предварительно укрылась с ног до головы. Магия магией, а холодное оружие вполне сможет заставить любителей легкой наживы призадуматься, а стоит ли лезть туда, где готовы к подобной встрече. Совсем другой вопрос, найду ли я силы применить его к человеку, но это уже будет результат морального выбора.
   Название гостиницы, где мы впервые встретились с местным градоправителем, совершенно не отложилось в моей голове, зато вот имя этого самого хозяина города, запомнилось хорошо после Клятвы крови, Конан Троус.
   Подъехав к наименее заспанному, на мой взгляд, торговцу, кругленькому коротконогому мужчине с шевелюрой соломенного цвета, привлекла его внимание к своей персоне:
   - Уважаемый, а не подскажите ли вы, где я могу найти Конана Троуса?
   - Да где же ему быть в такую ранищу? Наверно, опохмеляется "У мамы", - неприветливо отозвался толстячок, продолжая раскладывать ткани на прилавке.
   - У мамы? А нельзя ли как-то подробнее объяснить, где находится это самое "у мамы"? - уже более настойчиво поинтересовалась я.
   - А по какому такому делу его ищет госпожа магичка? - хитрый прищур кругленьких глазок, выдавал алчное желание подзаработать на заезжей путешественнице.
   - А это господина торговца должно интересовать в самую последнюю очередь, - едко сообщила наглому товарищу, изображая внешнюю невозмутимость. - Я, конечно, найду Конана и без вашей помощи, но, полагаю, что для вашего бизнеса в Тандаре было бы неплохо, если бы я нашла его с вашим непосредственным и добровольным участием.
   Мужчина, едва заметно изменившись в лице, кинул на меня довольно сердитый взгляд, но взвесив все "за и против", решил не нарываться на неприятности. Кто его знает, в каких отношениях может состоять с градоправителем эта девчонка.
   - Гостиница называется "Лучше, чем у мамы", находится в паре кварталов, ниже по улице, - кивком указав движение мое дальнейшего следования, торговец сделал вид, что я перестала для него существовать.
   - Благодарю вас, да не оставит вас Единый, - решила побыть вежливой, прежде чем направиться в указанном направлении.
   Заведение увидела буквально через минут семь неторопливого Изиного шага, оно выглядело вполне узнаваемо: те же три этажа, покрашенные голубой краской и несколько аляповатая вывеска.
   Едва я въехала в гостеприимно распахнутые ворота, какой-то мальчишка метнулся прямо под ноги моего арса, хотела было уже обругать его за подобную неосмотрительность, но так и застыла с открытым ртом. Так энергично в мои помощники набивался ни кто иной, как наш давний знакомый - безумно рыжий мальчишка, пытавшийся ограбить нас посредине торгового тракта, ведущего в столицу. Значит, он со своими братишками и сестренками не сгинул где-то в лесах, а сумел добраться до Конана и был принят довольно хорошо, судя по его раскормленной и довольной мордашке.
   - Гавр? - откуда-то из глубины сознания всплыло имя конопатого.
   - Здравствуйте, госпожа! - радостно проорали мне в ответ, цепляясь за мой сапог.
   - Ты обалдел что ли, так под копыта кидаться? Арс же мог тебя затоптать, - сердито прикрикнула я, пытаясь выглядеть сурово, но разве можно было не улыбнуться, глядя в это счастливое солнечное лицо? Вот и я не удержалась. Мысленно попросив Изю, опуститься на землю, извлекла себя из седла и, совершенно не смущаясь, крепко прижала к себе паренька. - Как же я рада, видеть тебя! Вы все добрались, нормально? Вас Конан принял?
   - Добрались. Правда, Иветка заболела под конец очень сильно, но дядька Конан привел мага и тот ее вылечил, - Гавр, аккуратно освободился из моих объятий. Оно и понятно, он вступил в возраст, когда все эти "сюси-пуси" кажутся такой глупостью, совершенно не достойной звания будущего мужчины.
   - Где сейчас твой благодетель-то? - поинтересовалась я, и не удержавшись взлохматила рыжие вихры.
   - Так вон, в гостинице, завтракает, - кивнул мальчишка в сторону входа. - Вы идите к нему, а я сам вашего арса отведу и дам поесть.
   Поблагодарила услужливого паренька и, забрав рюкзак, направилась на встречу с трапезничающим градоначальником.
   Он выглядел неважнецки, и был не совсем трезв, сидел в печали, задумчиво поглаживая свой длинный шрам, который пересекал всю правую щеку, но узнал меня сразу. Вон как глазки-то на лоб полезли, поди, и не думал, что я так быстро вернусь.
   - Здравствуйте, Конан, - поприветствовала его, усаживаясь напротив.
   - Здравствуйте, Асиена, - через силу улыбнулся мне мужчина. Надо же, и имя запомнил. - Не скажу, что очень рад вас видеть, но... пользуйтесь моим гостеприимством. Могу я узнать, уважаемый Советник тоже прибыл вместе с вами?
   Ого! Оказывается, и Конан уже в курсе личности Райна. То ли конспирация у нас фиговая была, то ли Райн слишком приметным оказался.
   - Уважаемый Советник изволил остаться во дворце, слишком много государственных вопросов требующих его внимания, - поведала я, оглядываясь в поисках подавальщицы. Чашечка тои для восстановления душевного равновесия сейчас была бы не лишней.
   - Надира! - позвал Конан, верно оценив мой ищущий взгляд. Громкий крик не прошел даром и отозвался похмельной болью в голове градоправителя, судя по его сморщившемуся лицу. Ну, что же, придется отплатить за гостеприимство.
   Вылезла из-за стола и подошла сзади к несколько напрягшемуся Конану.
   - Расслабьтесь, не планирую вас убивать, просто хотела помочь, так сказать, продемонстрировать свои добрые намерения, - успокоила того, прикладывая пальцы к теплым вискам. Живительная магия тоненькой струйкой потекла через кожу, даря видимое облегчение.
   - Благодарю вас Асиена, вы - моя спасительница, - расслабленно протянул Конан, глядя на окружающий мир куда как веселее. И уже гораздо громче гаркнул, - Надира! Где ты там, надо гостью накормить срочно!
   Я вернулась на свое место напротив градоправителя, чтобы понаблюдать, как тот отчитывает замешкавшуюся Надиру. Вот все же забавная вещь! Возвращаясь назад, вновь прохожу теми же дорогами и встречаю тех же людей, только на этот раз смотрю на них уже другими глазами. Казалось, что прошла целая вечность с того вечера, когда я умирала от ревности, замечая заинтересованные взгляды Райна на эту красотку, а на самом деле, с тех пор миновали всего несколько недель. Девушка ничуть не изменилась за прошедшее время, выглядела столь же мило и аппетитно, но я уже совершенно не переживала за свои не столь выдающиеся формы. Возможно потому, что благодаря одному магу, поняла, что и моему телу можно поклоняться и его можно желать до дрожи, до одурения в глазах, до стона. Сглотнула подступивший к горлу комок: "Не смей вспоминать!".
   Через несколько минут мы с Конаном уже вдыхали чудесный аромат бодрящего напитка, есть не хотелось, хотелось, наконец, решить все вопросы и двинуться навстречу Грани. Тем более, что я все отчетливее ощущала желание поскорее встретиться с ней, почувствовать ее близость и родство. Все же правы были те, кто говорил, что Скользящая будет возвращаться к своим истокам вновь и вновь. Всего один непутевый переход, а я уже так ясно чувствую необходимость его повторения.
   - Итак, могу я узнать, зачем вы прибыли в мой город и по какой причине нашли меня? - спросил спустя какое-то Конан, дав мне возможность молча посмаковать вкус любимого напитка.
   - Хотела вас попросить об одолжении, - призналась я. - Знаете ли вы оборотня, может быть пару оборотней, которые чтят законы своего народа и держат свое слово?
   - А зачем вам оборотни? Они предпочитают не иметь лишних дел с людьми, тем более с женщинами. Слишком уж свысока к ним относятся, полагая, что за каждую женщину несет ответственность мужчина, значит только с ним и можно о чем-то договариваться. При всем моем уважении, Асиена, сомневаюсь, что они вообще будут с вами разговаривать.
   - Уважаемый, Конан, у меня есть один аргумент, который должен их убедить в том, что со мной можно иметь дело. Пожалуйста, просто помогите мне найти достойного оборотня, а дальше справлюсь сама, если ничего не получится, то виновата буду только я.
   - Хорошо, мне даже самому стало любопытно, как ты собираешься провернуть это дело, - потер руки мужчина и вновь громко позвал Надиру, которая на это раз принеслась к нашему столику быстрее лани.
   - Детка, сбегай к Ставру, который остановился в зеленой комнате, скажи, чтобы спускался вниз, у меня к нему есть дело, - ласково попросил мужчина, ударом ладони придавая направление движению подавальщицы.
   Ждать нам пришлось минут пять, за это время мы успели обсудить погоду, местный уровень криминала, цены на основные товары повседневного спроса.
   Ставр оказался просто огромным волком. Ростом под два метра, с широким разворотом мощных плеч, с пышной гривой черных волос, с сильно поросшим щетиною лицом, совершенно не скрывающий кончики клыков, без стеснения выглядывающих из-под верхней губы. Честно скажу, видок был еще тот! Словно человек уже начал процесс обращения в животное, но застыл где-то на середине процесса и от этого казался еще более зловещим. Но, кажется, выбора у меня не было. Дареному коню... сами знаете.
   - Зачем звал? - пророкотал зверюга хриплым голосом откуда-то из глубины своего горла.
   - С тобой хотели поговорить, - признался Конан с некоторым ехидством. Ставр даже не потрудился перевести взгляд в мою сторону, просто слегка повел носом, принюхиваясь. В голове стремительно пронеслась мысль, а не успела ли я вспотеть от всех этих переживаний? Впрочем, полагаю, что на его пути попадались и более ароматные объекты, ничего, потерпит.
   - Ты решил посмеяться надо мною? - с угрозой прорычал оборотень, нависая над градоправителем.
   - Сядь и выслушай ее, а потом будешь уже рычать на меня, - не менее грозно произнес тот, кого пытались призвать к ответу. Ставр как-то быстро успокоился и с кошачьей грацией скользнул на скамью напротив меня.
   - Что тебе от меня надо? - темные, почти до черноты глаза зло взглянули на меня, ожидая ответа.
   - Мне нужна ваша помощь, хотела вас попросить быть моим сопровождающим, - постаралась произнести твердым голосом, с такими как он нельзя давать слабину, иначе так и будут считать тебя третьим сортом.
   - А почему ты так уверена, что эта помощь тебе будет оказана? - поинтересовался собеседник свистящим шепотом. Ну, ведь никакого терпения нет у человека! Или почти человека.
   - Потому что у меня есть вот это, - поведала я, извлекая из рюкзака маленький холщевый мешочек. Именно тот, который мне подарил оборотень Даур после той памятной встречи в лесу, когда огромный волчара чуть не перегрыз мне горло. - Мне сказали, что я могу рассчитывать на помощь, если покажу это одному из вашего народа.
   Ставр молча протянул руку и забрал у меня мешочек, поднес его к носу и жадно втянул обеими ноздрями запах. То, что не почувствовала я своим человеческим обонянием, рецепторы полуволка считали моментально и без каких-либо усилий.
   - Когда нужно выезжать? - это был единственный заданный мне вопрос.
   - Лучше прямо сейчас, - немного удивленно ответила я. Мне казалось, что придется объяснять, откуда появилась эта вещь, рассказывать кто такая и куда собираюсь ехать, но ничего этого не последовало. Ставр вернул назад подарок Даура, и, кивнув мне в знак того, что все понял, быстро взбежал вверх по лестнице. Кажется, за своими вещами.
   - М-да..., - протянул изумленный Конан. - Столь скоротечных и удачных переговоров еще в жизни не видел. Оказывается, я вас вновь недооценил, Асиена. Признаю это и рад, что вы находитесь скорее в числе моих друзей, чем среди врагов.
   Мой сопровождающий спустился вниз минут через десять, таща на плече довольно увесистый сверток. Надеюсь, он никого не успел ограбить недавно, а то встреча со служителями закона могла значительно изменить мои ближайшие планы. И доказывай потом, что не стояла на шухере, когда сей чудесный образчик брутальности разживался новым богатством.
   Не удостоив меня даже взгляда, Ставр, кивнув на прощание Конану, вышел во двор. Видимо, мне полагалось проследовать за ним, что я и сделала после вынесения очередной благодарности в адрес местного градоправителя. Тот хоть и причислил ранее меня к собственным друзьям, но провожать и лить слезы расставания на моем плече, во двор не вышел.
   Арс Ставра был угольно-черного цвета с одной рыжей подпалиной по правому боку, он выглядел столь же дружелюбно, как и его угрюмый хозяин, уже восседавший верхом в ожидании меня. Острый шип хвоста пролетел непосредственно рядом с моим носом, словно демонстрируя, кто здесь будет за главного. Все же хорошо иметь хорошую реакцию!
   Сходила за Изей на конюшню, но рыжего Гавра там уже не было, стало как-то жалко себя горемычную, ведь ни одна живая душа не проводит меня домой, ну, если не считать разъяренного Райна, чье лицо так и норовило предстать перед глазами чуть только я расслаблюсь. Наваждение какое-то!
   Оборотень не стал дожидаться моего окончательного размещения в седле и тронулся в путь, полагая, что я вполне в состоянии догнать его на улочках Тандары, которые постепенно наполнялись ее жителями. Еще один обычный день, по-осеннему теплый и приветливый.
   Узнав направление нашего движения, Ставр замкнулся в себе, поэтому первую часть пути мы преодолели молча, по взаимному согласию. Не знаю, какие мысли бродили в голове моего сопровождающего, но я вновь и вновь вспоминала тот свой единственный проход через Грань, силясь понять, как же у меня получилось открыть ворота в другой мир. Возникало ощущение, что это не дар Скользящей посодействовал мне, а сама Грань устала смотреть на мои жалкие потуги и растворилась перед нами. Если дела обстояли именно так, то сидеть мне и сидеть на той поляне в ожидании чуда, давя на жалость.
   На обед мы заехали в небольшую харчевню в одном из немногочисленных сел, попавшихся на пути нашего следования. Только мы уютно расположились за тщательно выскобленным столом и сделали свой заказ, как отворилась дверь, и довольно просторное помещение моментально показалось тесной каморкой. Вы спросите, каким образом удалось добиться подобного эффекта? Оказывается, это делается довольно просто, запускаются в помещение штук десять огромных оборотней и вуаля!
   Как только толпа здоровых мужиков, так и брызжущих тестостероном, втянулась в зал, где кроме нас обедали еще несколько человек, установилась мертвая тишина, итогом которой стало поспешное бегство всех посетителей на улицу. Меня так и подмывало последовать их примеру, слишком ощутимо в воздухе витало ощущение опасности, исходящее от пришедших. Попыталась подняться, но на скамейке меня удержал довольно свирепый взгляд, брошенный Ставром. Всеее, понял, не дурак! Вернула свою пятую точку на нагретое местечко и постаралась слиться с окружающей обстановкой, прикинувшись частью интерьера.
   Один из прибывших - массивный оборотень с выбритыми в виде трех полос висками - что-то коротко рыкнул, не отрывая взгляда от моего нового товарища. Тот так же коротко прорычал в ответ, нагло уставившись в глаза своего собеседника (назовем все же это странное общение беседой), заволновавшегося едва только стих последний звук, вырвавшийся из глотки Ставра. Кажется, наши шансы на встречу с Гранью начинали уменьшаться на глазах, причем, в геометрической прогрессии. Воздух в помещении сгустился, казалось, зажги кто-нибудь сейчас спичку и все... рванет не хуже бомбы.
   Бритый мужик что-то пророкотал, не отводя глаз от моего сопровождающего, тот, молча, сграбастал мой рюкзак, и, прежде чем я попыталась сделать очередную глупость, возмутившись подобной непосредственностью, извлек из его недр тот самый заветный мешочек. Предводитель всей этой толпы бруталов, точь-в-точь повторил процедуру, проделанную Ставром еще утром у Конана в гостинице. Вот до чего же любят они носами своими водить!
   И опять случилось странное, как только прошло опознание данного предмета путем обнюхивания, атмосфера в комнате моментально разрядилась, будто бы и не было этих грозных рыков и сверлящих взглядов. Просто магический мешочек какой-то!
   Мужчины рассредоточились за столами и принялись разливать какой-то пенный напиток из кувшинов, которые притащил слегка бледноватый хозяин осчастливленного заведения. А ваша покорная слуга сидела и обалдевала от калейдоскопа событий, уже произошедших за такой короткий промежуток времени, и это только еще середина дня, а то ли еще будет!
   Мой сопровождающий, не торопясь, поглощал здоровый кусище истекающего соком мяса и выглядел совершенно невозмутимо, видимо, никто ничего объяснять не планировал. Нет, мы так не договаривались! Хотя мы вообще никак не договаривались, но это уже нюансы.
   - Ставр, кто эти люди? - строго так спросила, сводя брови к переносице. Немного угрозы в лице нам сейчас не помешает.
   - Ты же знаешь, что они не люди, - последовал лаконичный ответ, не несущий никакой информации. Попробуем еще раз.
   - Что они хотели от нас? - зашла с другой стороны.
   - Не от нас, а от меня, - блииин, до чего же упертый волчара!
   - Хо-ро-шо... Что они хотели от тебя? - не унималась я, настойчиво склоняясь в голове трапезничающего мужчины. Тот печально вздохнул, с неохотой отрываясь от мяса. Видимо, решил, что проще будет все объяснить, чем терпеть мое занудство. Хотя нет... придушить и прикопать меня где-нибудь в ближайших кустах, пожалуй, будет еще проще.
   - Пропал единственный сын вожака клана, его ищут. Хотели задействовать в поисках и меня, но я отказался, потому что уже выполняю поручение другого вожака.
   - То есть вот этот мешочек - это знак того, что ты на задании? - полюбопытствовала я, рассматривая внешне ничем не примечательную вещь.
   - Для тебя это очень большая честь, что сам вожак посчитал, что за ним имеется долг и подарил тебе Дар Сердца, - просветил меня оборотень, вновь принимаясь за недоеденное.
   - Значит, Дар Сердца...
   Ну, что же, этот Дар должен стоить жизни по крайней мере трех живых существ: меня, чуть не загрызенную насмерть, обезумевшего оборотня, не сумевшего удержать своего Зверя в узде, и хамовитого мальчишки, едва не нарвавшегося на гнев боевого мага.
   Оставшееся время мы поглощали пищу, не утруждая друг друга разговорами. Ставр остался оплачивать обед. Как ни странно, но он только оскалил зубы в ответ на мои попытки оплатить свою часть. Поэтому я приготовила знатный толстенный бутерброд для Изи и отправилась порадовать своего мальчика вкусненьким.
   Как только зашла в конюшню, сразу ударил в нос резкий запах навоза. Так странно, вроде чистые стойла, а разит довольно ощутимо. Подсунула под моську Изи принесенное лакомство, но тот вместо того, чтобы благодарно схрумкать его, вдруг, пульнул мне странную картинку, нечто, смутно напоминающее очертаниями человеческое тело, скрючившееся в углу сарая. Огляделась в поисках указанного и направилась к дальнему стойлу. А там сидело и дрожало это самое нечто... Нечто вонючее, покрытое заскорузлой коркой и с испуганными глазенками.
   - Ты кто? - выдала первое, что пришло в голову, рассматривая непонятное существо, стараясь не морщиться от запаха.
   - Мавр, - пролепетало существо, жадно поводя носом. В моей руке по-прежнему был бутерброд, не принятый Изей по идейным соображениям. Еще одно голодное создание на мою голову. Такими темпами по Лидии скоро пойдет обо мне слава как о Кормилице-Асиене, может меня еще при жизни успеют канонизировать? Ну, за особые заслуги и в книгах опишут "Житие великой Девы". Почувствовав, как загорается над головой нимб, протянула ароматному существу еду, которая была тут же вырвана из моей руки и проглочена буквально в два укуса.
   - Мавр, значит..., - так вот ты какой оказывается. Черен и вонюч. Я бы поняла Дездемону, будь она более благосклонна к Яго. - А что ты тут делаешь, Марв?
   - Прячусь от папки, - со вздохом призналось создание, печально понурив голову.
   - Так это тебя что ли оборотни по всей округе ищут? - неожиданно постигло озарение великую Деву Асю (хотя, какую деву, положа руку на сердце?). - А чего натворил-то?
   - Сломал мамину брооошку, - с подвыванием сообщил мне Мавр, заливаясь горючими слезами, от чего грязь, уже было засохшая на детской мордашке, вновь посвежела и запахла с новой силой.
   - Господи, ребенок! Это всего лишь брошка! Ничего папа с тобой не сделает, - попыталась я успокоить мальчишку.
   - Это все, что осталось от мамы, - горестно прошептал тот, поднимая на меня расстроенные глазенки. Захотелось прижать его к себе и никуда не отпускать, пока из этих темных зрачков не уйдет боль потери. Даже не смотря на всю эту вонь.
   - Это, конечно, меняет дело, - протянула я, изображая размышления. - А грязью намазался, чтобы папка не учуял? И долго собираешься еще бегать и прятаться?
   Ответом мне было только горестное молчание. Ребетенок, кажется, уже и сам раскаялся во всех своих "грехах" и пытался придумать достойный выход из ситуации. Надо было ему только чуточку помочь.
   - Мавр, ты же уже большой парень и понимаешь, что надо отвечать за поступки. Я думаю, что твой папа ничего тебе не сделает, он же любит тебя. Поругает и простит. А брошка... это только символ, кусочек металла, а память, она живет в сердце, твоем, в сердце папы и всех, кто помнит твою маму. Память никак не сломать, она живет, пока жив ты. Поэтому, сейчас ты пойдешь в таверну и извинишься перед отцом.
   - Пойду? - Мавр растерянно оглядел свой сомнительный камуфляж. Да, такого красавца в таверну не пустят.
   - Хорошо, я позову твоего отца. Это он с бритыми висками?
   - Он.
   То, что зря влезла во все это дерь..., простите, дело, я поняла уже буквально спустя пару минут, болтаясь, прижатая мощной рукой к стене, хрипя от пальцев, душивших меня настойчиво и планомерно. Мне в лицо брызгали слюной, скалились полным набором восхитительно белых зубов, рычали что-то нечленораздельное. Но мне было пофиг, я просто подыхала, не смотря на все попытки Ставра пробиться ко мне через плотное кольцо других оборотней. Меня спас только пронзительный детский крик.
   - Папкаааа, не троооонь ее!
   Грохнулась на пол, лишившись опоры, и забилась в сухом кашле. Меня нежно приподняли, поднесли к губам кружку с водой. Половина воды пролилась на рубашку, так как приходилось пить и, одновременно, бороться с мучительными спазмами горла. Вот тебе и "Житие великой Девы", этак могут канонизировать спешным порядком и посмертно.
   Пока реанимировали, то, пользуясь полной моей беззащитностью, выговаривали все, что про меня и мои умственные способности думают. Надо ли вам говорить, что ничего хорошего не думали? Ставр был сердит и расстроен, обвинял себя, что не смог уберечь, просто физически не успел. Едва я произнесла, что знаю, где Мавр, как вожак в прыжке через половину зала достал меня, пригвоздив спиной к ужасно твердым бревнам (трындец моей спине), а дальше мои ноги перестали чувствовать какую-либо опору, а живительный кислород был начисто исключен из моего рациона.
   Но надо признаться, что закончилось все хорошо, если не считать нанесенных мне и моему самолюбию травм. Мавр был отмыт и прощен, мне выдали какую-то чудо-мазь, которая моментально сняла боль с ушибленной спины и раздавленного горла, Ставру принесли извинения (да, да... извинились перед моим оборотнем, ибо это он несет за меня ответственность, мило так).
   - Я запомнил твой запах. Мавр просил за тебя. Теперь ты желанная гостья в моем доме. Приезжай в удобное для тебя время, днем или ночью. Спросишь любого оборотня, как найти Креза, вожака Седых Волков, он тебя проводит, - мне вновь протягивали Дар Сердца, еще один ничем внешне не примечательный мешочек. Просто дежа вю какое-то. Опять пытаются меня лишить жизни, а потом отдариваются своими подношениями. Захотелось кинуть подарок прямо в лицо дарителя. Сдержалась с большим трудом, ясно понимая последствия. Это не люди, у них свои нравы, свои понятия. Что-то мне подсказывало, что еще одну такую встречу с оборотнями вполне можно и не пережить, поэтому мешочек с шерстью волка засунула как можно дальше, чтобы не видеть и не вспоминать весь этот ужас.
   Уже, когда садились на арсов, ко мне подбежал чистенький и вполне хорошо пахнувший Мавр, которого узнала только по глазам. Мальчонка схватился за мой сапог и прижался головой к колену.
   - Прости моего папу, я у него один остался, вот он чуть и не выпустил Зверя. Прости, пожалуйста, - да, разве могла не простить это маленькое сострадающее сердечко?
   Случившееся в таверне неожиданно принесло свои плоды, Ставр начал со мной разговаривать. Пусть и через силу, нехотя, но он отвечал на вопросы. Так, например, рассказал, что мать Мавра исчезла из клана при довольно странных обстоятельствах, пока вожак был в отъезде. Утром ее комната оказалась совершенно пуста, не осталось ни одной вещи, напоминающей о существовании женщины, кроме той самой злополучной брошки, из-за которой и произошел сегодняшний инцидент. Ни записки, ни прощальных слов. Можно было предположить, что она сбежала от ревнивого оборотня, но как могла оставить Мавра, который был еще грудничком? В результате предпринятых поисков, далеко в лесу были обнаружены следы крови и клочок ее платья и все, на этом след терялся.
   Теперь я лучше понимала чувства обезумевшего отца, когда спустя десяток лет он неожиданно обнаружил пропажу сына, для него вновь повторился этот ад. Но после пережитого ужаса для прощения все же требовалось какое-то время. Понять, я его поняла, а вот когда сумею простить, может быть и заеду в гости к этим славным ребятам. Оказывается, кланов у оборотней было всего пять, два, из которых имели обыкновение превращаться в волков. Если сегодняшние наши знакомые относились к Седым волкам, то Даур, с которым мне посчастливилось встретиться в самом начале, и мой сопровождающий принадлежали к клану Темных волков. Кроме этого, существовали еще три клана, куда как менее многочисленные, Медведи, Коты и Псы (да, такие милые собачки ростом с коня).
   Ставр немного рассказал мне о жизни среди подобных ему существ, о своей семье, жене и двух сыновьях, которые ждут его возвращения из поездки за эльфийскими тканями. Оказалось, что в том загадочном тюке всего лишь материал, приобретенный им в Тандаре для жены, которая зарабатывала благодаря умению шить. Как бы это ни было странно, оборотни тоже не чужды прекрасного и хотят видеть своих женщин красивыми.
   Мы продвигались на север, туда, куда меня тянуло всем естеством. При этом даже не было необходимости задумываться правильно ли еду, потому что незримый внутренний компас внутри всегда показывал в нужную сторону. Последние километры пути я буквально пролетела, подгоняя Изю, что было силы, настолько велика была эта тяга. Ставр, если и удивлялся моему странному поведению, то вида не подавал, просто следовал за мной. Я была благодарна этому мужчине за такое безграничное доверие, потому что что-то объяснять в тот момент была просто не в состоянии.
   А вот и заветная поляна, а там... прозрачно-розовыми переливами играет Грань, сестра и подруга. Как же я могла раньше не видеть всей этой чудесной красоты, когда она вот так открыто, даже нагло выставляет себя напоказ? Просто была слепа.
   Изя, выполнив команду, устало плюхнулся на пузо, позволяя мне вылезти из седла. Подошла к вибрирующей поверхности, растянувшейся через всю поляну, прикоснулась ладонью, чувствуя прохладную напряженность каждой клеточкой кожи.
   - Так ты Скользящая..., - пророкотал за моей спиной Ставр. - Как же я этого не почувствовал раньше?
   - У меня амулет, жанеит, он экранирует силу, - объяснила не поворачиваясь.
   - Ты хочешь, чтобы я последовал за тобой в другой мир? - спросил мой сопровождающий, пряча напряжение в своем голосе. Боится, что потребую покинуть привычное место обитания, его родных. Неужели сила этого мешочка так велика, что я действительно могла бы потребовать, чтобы оборотень пошел на подобный шаг?
   - Нет, здесь мы расстанемся. Как только уйду, ты можешь быть свободен от всех обязательств. Конечно, если у меня все получится, - после некоторого молчания ответила я. Слишком уж велик был соблазн взять в мой мир того, кто будет верным защитником, ведь еще неизвестно, успели ли маги разобраться с Эрастом и его приспешниками.
   - А может не получиться? - уже менее настороженно поинтересовался Ставр, подходя ближе. Я чувствовала его могучее дыхание, ощущала, как циркулирует неукротимая энергия Зверя внутри человеческого тела. Это было так странно, словно превратилась в какой-то необычайно чувствительный элемент, улавливающий любые изменения в энергетической структуре мира.
   - Может. Это мой второй переход, как открыла Грань в первый раз, до сих пор не понимаю, - честно призналась, зябко поводя плечами. Немного знобило от волнения, но это было привычным состоянием.
   - Сними амулет, он будет только мешать, - посоветовал оборотень.
   Если это поможет, почему бы и нет? Сняла камень и подержала его в раскрытой ладони, первая вещь, полученная мной от Райна. Но думать долго об этом нельзя... О нем вообще нельзя сейчас думать, может быть, потом, дома, спрятавшись ото всех... А сейчас убрать подальше в рюкзак это напоминание о нем.
   - Какая же ты яркая! - прошептал Ставр, щуря глаза. Да, разве я яркая? Вот Александра, та действительно ослепительная, а я... так, посредственность.
   - Спасибо тебе за то, что согласился мне помочь, с тобой я чувствовала себя намного уверенней, - призналась, оборачиваясь к мужчине, и улыбнувшись, продолжила словами из сказки. - Сослужи-ка ты мне теперь последнюю службу - проследи, пожалуйста, чтобы никто мне не помешал, хорошо?
   - Прослежу, обещаю. Удачи тебе, Скользящая, - Ставр добродушно оскалился в улыбке и протянул мне руку. Ого! Какое доверие! Рукопожатие получилось коротким, но крепким.
   Итак... Здравствуй, Грань, ты звала и я пришла.
   Стояла, прислушиваясь к шуму леса, к легкому гудению потоков силы, к собственному сердцебиению, когда услышала далекий звук. Бам-бам-бам. Он возникал где-то в отдалении, медленно нарастал, изменяясь, становясь все отчетливее. Постепенно в нем начали проступать новые ноты, угадываться мелодия, заставляя мое тело невольно отзываться на нее ритм. Руки взмыли вверх, перебирая подрагивающими пальцами струны воздуха, ноги заскользили по земле так, словно и не касались ее вовсе. Шаг, другой, поворот, изгиб, поворот, покачивание бедер, излом рук, наклон головы - я танцевала. Неведомый танец вел меня за собой, заставляя забывать о том, что есть сила притяжения и законы физики человеческого тела.
   И вот я понимаю, что уже не одна двигаюсь под эту музыку, рядом со мной танцует моя сестра, повторяя движения, словно отражение в зеркале. Мы сплетаемся телами, соединяемся мыслями и я начинаю свой рассказ о девочке с разбитым сердцем. Грань ловит мои образы и чувства на лету, разделяя радость любви, страсть обладания, боль предательства. Она, так же как и я, теперь знает каким пронзительным может быть этот льдистый взгляд, какой лукавой усмешка тонких губ, какой горячей ароматная кожа. Мы вместе с ней давимся ревностью на том балу, раздираем свои души в коридоре дворца, рыдаем в саду, полном каменных изваяний.
   И вот мелодия смолкает. Останавливается и Скользящая. Именно так, с большой буквы потому, что она вошла в Грань и уже готова открыть переход. Вот только куда? Может быть, вот в этот мир, полный чернильной темноты и тех, кто привык скрываться под ее покровом? Или вот этот яркий мир, искрящийся светом, зовущий миллионами переливов радуги? Нет, все не то! Где же он, такой родной и привычный, с пестрой рыжей листвой осени, с влажным преющим черноземом, с косыми упругими струями дождя?
   Вижу тебя... Иду... Здравствуй! В ноздри врывается знакомый запах увядания и первых холодов, а сзади слышится голос: "Обернись!".
   Поворачиваюсь и сразу же задыхаюсь как от удара. Совершенно прозрачная Грань открывает происходящее на поляне, позади меня. Райн стоит весь в сполохах синей магии, а напротив него огромный ощерившийся волк. Один готов смести прочь, все, что встало на его пути, а второй готов отдать жизнь, выполняя обязательства по моей защите. Секунды звенящей тишины повисли в воздухе, давая мне возможность в крике выразить то, что рвется наружу из груди: "Нееееет!".
   И каким-то чудом они слышат меня, оборачиваются и застывают. Один с громадным облегчением в темных нечеловеческих глазах, а второй с непониманием происходящего.
   Всего три удара сердца моего и твоего отделяют нас от осознания того, что все кончилось. Мы разделены мирами, непониманием, обидами. Мы бросаемся вперед, к этой тонкой преграде, натянутой между нами. Я - чтобы в последний раз окунуться в прозрачность твоих глаз, вспомнить, как же было чудесно тогда, в прошлой жизни, на той долгой дороге к себе. Ты - чтобы что-то доказать мне, прокричать какие-то уже ненужные слова, которые я даже не услышу. Наши реальности теперь так далеки, бесконечно и невообразимо. Дорога к себе закончилась, теперь начинается долгая дорога от себя, с обрыванием нитей, так крепко спеленавших нас с тобой.
   Падаю на колени, касаясь ладонью прозрачной Грани, с другой стороны ты прислоняешь к ней свою ладонь, опускаясь на землю. Какие они все же разные, как хрупки мои пальцы на фоне твоих, длинных и сильных, наверно так же, как хрупко мое сердце, которое ты так неосторожно разбил.
   Ты молчишь, едва заметно поглаживая то место, где мы соприкасаемся. Сколько нежности в тягучей ртути этих омутов, сколько тепла в печальной улыбке. Я умираю вновь, с каждой слезинкой, которая стекает по моим щекам. Читаю по твоим губам: "Не уходи. Не уходи. Не уходи". Но ты понимаешь, что поздно, я все решила, вернее, ты все решил за нас.
   Грань начинает подергиваться легким туманом. Неужели все? Жадно всматриваюсь в тебя, запоминая каждую черточку, каждую трещинку. "Прощай, любимый!"
   Райн, понимая, что остаются считанные секунды до того как я исчезну, словно взрывается весь, пылая синим пламенем, и начинает посылать один фаер за другим в ускользающую Грань, но все бессмысленно, ему не пробиться. И бессильно ударяя кулаками по той, что разделила наши миры, он признает свое поражение. А я?
   А я вываливаюсь из перехода в холод своего мира, под пронизывающие струи дождя, туда, где смывает мои слезы, туда, где мне надо учиться жить дальше. Я вернулась домой...
  
  
  

Оценка: 8.15*15  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"