Иар Эльтеррус, Белецкая Екатерина: другие произведения.

День Черных Звезд

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
  • Аннотация:
    Команда секторальной станции, состоящая из чудом спасшихся в катастрофе Транспортной сети Сефэс, Безумного Барда и трех людей, один из которых загадочный сумасшедший по прозвищу Скрипач, оказываются пленниками на Маданге, планете в свое время из-за постоянных локальных конфликтов изолированной Контролем от прочей вселенной. Но это только первый шаг на их новом, полном смертельных опасностей пути домой. Или туда, откуда может начаться возрождение жизни. Может, если бы не глобальная угроза от новой, неведомой силы, которой пока не может противопоставить ничего даже орден Аарн. Силы, которая с молитвой добру уничтожает триллионы жизней и тысячи миров...


Иар Эльтеррус

Екатерина Белецкая

  
  
  

День Черных Звезд

Книга вторая

  
  
   Нас научили летать по прямой,
   И мы вернулись домой,
   Обогнув полсвета.
   Нам объяснили про великий покой,
   А это кто же такой?
   И для чего нам это?
   Мы оказались за стеклом,
   Мы говорим о том, о сем,
   О чем - не знаем сами.
   А чтобы не было весны,
   Нам сделали прививку лета,
   И загрузили снами.
   На случай атомной войны
   У нас кармане две струны,
   И лезвие от бритвы.
   На случай ядерной зимы
   Мы снова слуги тишины,
   Мы не забыты.
   Нас нет.
   Погашенный свет в нашем окне
   Не загорится уже никогда.
   Но это право, ерунда, такая, право, ерунда...
  
   "Личное DELO"
   Ket263, 2001 г.
  
  
   Все совпадения с реально существующими людьми или событиями случайны, роман с начала и до конца является плодом авторской фантазии. Новые термины большей частью объяснены в глоссарии, находящемся в конце книги, либо в самом тексте.

От авторов

   В данном сериале речь идет об иной параллели событий и иной вселенной, иной реальности, чем в других наших книгах, поэтому мы просим читателей не удивляться некоторому расхождению событий во времени по сравнению с тем, что было известно им раньше. Здесь все происходило немного иначе. К тому же - время нелинейно, о чем многие забывают.
  
  
   Маданга
   Двумя неделями позже
  
   Лежа ничком в холодной грязи, он ждал, когда колонна, наконец, пройдет мимо. Она тянулась бесконечно, тяжелые боевые машины шли одна за одной, рев двигателей антигравов бил по ушам так, что хотелось вскочить и броситься прочь, но сейчас надо было лежать, неподвижно и не дыша, и ждать, когда же колонна все-таки пройдет, унося с собой вонь, грохот и лязг. Только тогда, выждав еще какое-то время, можно будет встать и продолжить свой путь в сторону леса, сейчас еле видного в осенней дождливой хмари.
   Детектор замедлил дыхание почти до нуля, снизил температуру кожи до минимума, и теперь, посмотри кто из колонны на обочину, максимум, что он увидел бы - это холодный труп, покрытый грязью. Любые датчики подтвердят. Впрочем, никто и не смотрел. Видимо, и в этот раз обойдется. Вот только какая же это все-таки гадость - валяться в жидкой придорожной грязи, изображая мертвое тело! Зато есть время подумать. Подумать и попытаться переосмыслить и виденное, и пережитое, и то, во что он, Биэнн Атум Ит, умудрился вляпаться сейчас. Какое точное слово - "вляпаться". Точнее не скажешь.
  

* * *

   Как сказал Таенн, так ошибиться - это надо очень постараться. Вместо того, чтобы выйти в расчетной зоне, они оказались на Маданге, планете, закапсулированной больше трехсот лет назад из-за локального конфликта, который грозил перерасти в нешуточную свару уже межпланетного масштаба. Каким-то невероятным образом, видимо, вследствие вселенской катастрофы, система, по словам искина, перешла в пульсирующий режим. То есть она, исключенная из реального мира, стала в этом мире появляться - буквально на часы, а затем пропадать снова. И секторальная станция угодила в реальность Маданги как раз в такой вот несчастливый час.
   - Вероятность того, что мы из точки выхода попадем сюда, равняется десяти в тридцать седьмой степени к одному, - угрюмо заявил искин, заканчивая анализ. - Но мы сюда попали.
   - И что делать? - спросил Ри.
   - А я откуда знаю? - огрызнулся искин. - Говорю же, система в пульсирующим режиме. Видимо, катастрофа что-то сдвинула в капсуле, и она стала размыкаться. А потом смыкаться снова.
   - То есть это значит... - начал было Леон, но искин его прервал.
   - Это значит, что мы тут застряли на месяц. Мы не сможем выйти за пределы системы. Даже планету покинуть не сможем.
   - Почему? - холодея, спросил Ит.
   - Потому что капсула - это время, - пояснил Таенн. - Система в нашей реальности отсутствует, потому что отстает от времени реальности на тысячную долю секунды. Да, локальное время везде разное, и течет оно в разных местах с разной скоростью, но эта вот система - она отстает сейчас от всего, понимаешь? Она в режиме "минус один" - от нашего настоящего. А из-за того, что случилось, капсуляция стала сбоить, и система то догоняет нашу реальность, то снова отстает. Это время, Ит. Самая страшная штука на свете.
   - А система... - Ит неуверенно смотрел на него.
   - Это все вместе. Солнце, планеты и все прочее. Понимаешь, сейчас в нашей реальности нас нет - нигде нет. И никогда нет, - принялся объяснять Бард. - Теоретически мы можем поднять станцию на орбиту и подождать там, но я бы не хотел...
   - Не можем, - отрезал искин. - Боюсь, что капсула еще и двойная. Поднять станцию мы сможем разве что над водой, но не выше. Капсулу ставила официальная служба и, поверь, эти ребята свое дело знают. Им совсем не надо, чтобы, например, при снятии капсулы их корабль атаковали с орбиты. Я пытаюсь считать информацию и уже нашел этот пункт - тут ни одно воздушное судно выше трехсот метров подниматься не может.
   - Почему? - прищурился Ри.
   - Тут война и не одна, кажется, - пояснил искин. - Мы очень крупно попали, ребята.
   - Может быть, никто не понял, что станция тут оказалась, - попробовал возразить Ит, но Таенн с невеселым смешком ответил:
   - Поройся у себя в памяти, парень. Это не заштатная планета из белой зоны, это Маданга. Поройся, и ты поймешь, что нас еще не нашли только по одной причине - слишком заняты чем-то другим. Найдут.
   - Что-то мне не по себе, - Леон, до этого молчавший, встал, прошелся по залу взад-вперед, взял прямо из воздуха стакан с резко пахнущей жидкостью и залпом выпил. - И знаете, почему?
   - Ну? - Ри с вызовом посмотрел на Сэфес.
   - После того, что тут произошло... Ри, ты только на секунду представь, насколько тут после капсуляции любят Контроль, как систему. Или официалов, как систему. Я, конечно, Сэфес, но если бы мой дом оказался в таком же положении, я бы спал и видел, как я этот Контроль вместе с официалами сжигаю на главной городской площади, - ответил Леон.
   - Ит, расскажи про этот мир, - попросил Ри.
   - Я вроде рассказывал, - Иту совершенно не хотелось снова тащить наружу чужие воспоминания
   - Ты рассказывал всякую фигню и то кусками. Расскажи, что тут было за место до того, как все началось, - Ри выжидательно посмотрел на Ита. Тот подумал секунду, и сдался.
   - Хорошо, - ответил он.
   ...Маданга в свое золотое время была, прежде всего, курортом. Курортом старым, известным и любимым многими. Три государства-гиганта и с полсотни государств поменьше давно уже находились в состоянии пусть шаткого, но все-таки мира - главы этих государств отлично понимали, что начнись война, тут же упадут доходы, а что может быть хуже для страны, чем отсутствие притока средств в казну? Государства поменьше время от времени все-таки вступали в конфликты, но лишь в локальные. Огрызались друг на друга исподтишка, при этом не забывая ласково улыбаться многочисленным туристам. Конфликты в основном возникали, конечно же, из-за территорий, преимущественно - из-за побережий, от которых и был основной доход. Вспоминали друг другу все. И прежние войны, и тысячелетней давности границы, и какие-то религиозные разногласия. Однако дальше конфликтов дело не шло.
   Тем более, что за планетой, конечно же, приглядывали. Транспортная Сеть имела тут очень неплохой доход (больший доход вообще возможен лишь в узловых мирах, где за сутки через Машину Перемещения проходит несколько тысяч человек), и была заинтересована в том, чтобы он и дальше не снижался. Официалы, конечно, тоже брали свой налог - и Маданга попадала, разумеется, в сферу их интересов. Войны и конфликты никому были не выгодны.
   Такая ситуация сохранялась на планете несколько тысяч лет. Мир хорошо известный, старый, жил, как живут другие, подобные ему, ничем особенным не выделяясь, ни на что особенное не претендуя.
   Жил и жил. Пока двое девушек расы рауф не наткнулись в окрестностях маленького городка на собаку с перетянутой проволокой мордой...
   - Собаки тут, - Ит поморщился. - Мир-то человеческий, но в их понимании собака... - он замолчал.
   - Ты договаривай, договаривай, - подбодрил его Ри.
   - Та тварь, которую они подобрали, была почти полтора метра в холке, и весила под сотню килограмм, - мрачно сообщил созидающий. - Это не совеем та собака, скажем так... ну...
   - Давай я поясню, - вмешался Таенн. - Это генетически модифицированное животное, предназначенное, прежде всего, для пограничной охраны. Не измененных собак тут давным-давно не осталось. Эта твари очень умные, агрессивные, и ссориться с такой собакой я бы не рекомендовал никому. Ладно, ты продолжай, Ит.
   - Попытаюсь. В общем, никто не знает, что у того подростка с той собакой произошло, кто из них на кого первый косо посмотрел, но суть в том, что подросток шарахнул по собаке из парализатора, перемотал ей морду проволокой и бросил. К хозяину собака почему-то не вернулась.
   - Может быть, ей стыдно было, - ехидно заметил Морис.
   - Может быть, - согласился Ит. - В общем, рауф ее подобрали...
   - Как подобрали-то, если она такая агрессивная? - удивился Ри. - К ней, небось, и подойти невозможно - сбежит. Или набросится.
   - Как-то подобрали. Может быть, тоже шарахнули из парализатора, - невесело усмехнулся Ит. - Я не знаю. Подобрали, заплатили астрономическую сумму транспортникам и вывезли. Сначала вылечили, а потом вернулись.
   - С собакой? - с интересом спросил Ри.
   - Без. Хватит ерничать, - оборвал его Ит. - Вернулись и обратились в посольство с требованием наказать виновника.
   - Гермо должны водить своих гнусных кошек на коротком поводке, - вдруг сказал доселе молчавший Скрипач. Он лежал на полу, положив под голову руки, и, казалось, спал. По крайней мере, выдав фразу, Скрипач глаза так и не открыл.
   - Ну-ка, ну-ка, это интересно, - Таенн присел на корточки рядом с ним. - А что еще должны делать гермо?
   - Семьей заниматься, а не в синее играть по восемь размеров, - опять же не открывая глаз, отозвался Скрипач. - В кубе лесть верноподданнических похвал, за сухую ветку лицо не спрячешь.
   - Как всегда у Скрипача - информативно, лаконично и по делу, - покивал Бард. - Ит, ты рассказывай, рассказывай.
   - В общем, посольство выдало заявление с просьбой о наказании. Сначала - с просьбой, через некоторое время - уже с требованием. Мне кажется, что Маданга бы нашла какой-то вариант, который устроил и рауф, и то государство, но...
   - Появился Антиконтроль во главе с незабвенным Микаэлем Стовером, - заключил Морис. - Догадываюсь, что было дальше.
   - Правильно, - мрачно сказал Ит. - Такие, как Стовер, безошибочно угадывают самые слабые точки в любой системе и начинают давить на них. В этот раз такой точкой оказался суверенитет, сначала страны, в которой происходили эти события, а потом, через год с небольшим, и всей Маданги, как независимого мира.
   - Независимость... - Таенн нахмурился. - Невмешательство во внутреннюю политику мира Индиго со стороны Мадженты. И боязнь того, что этот прецедент потащит за собой следующие.
   - Верно. Раз уступил в этом, то и в другом уступишь, - согласился Ит. - И Маданга начала действовать. Сначала депортировали всех рауф...
   - ... а потом это было признано незаконным актом, так? - спросил Ри, созидающий утвердительно кивнул. - Рауф снова разрешили вход в мир.
   - И в мир вошла армия, - заметил Леон.
   - А на выходе из Машины Перемещения эту армию ждала другая армия, - закончил Ит. - Нет, конечно, я не совсем прав. Транспортников никто в процесс вовлекать не стал, действия начались на расстоянии, которые сочли приемлемым.
   - Можешь не продолжать, - Таенн скривился, как от горечи. - Пакость это все просто чудовищная. Я вообще в курсе о том, что тут было, знаю, правда, не настолько подробно, насколько Ит, но...
   - А ты знаешь о том, что тут это все первоначально назвали игрой? - поинтересовался Ит. - Да, это была игра - и юридически почти год никто не мог ни к чему придраться. Только когда в дело вступил Антиконтроль и когда начали гибнуть и люди, и рауф, официалы и Контролирующие получили право вмешаться.
   - Не знаю, откуда тебе это известно, - Бард сделал ударение на слове "тебе", - но примерно так оно и было.
   - А кого обвинили в капсуляции? - спросил Ри.
   - Контроль, разумеется, - не задумываясь, ответил Ит. Инженер присвистнул.
   - Конечно, Контроль, - кивнул Леон. - Даже официалы остались с чистыми руками. Ну или почти с чистыми, неважно...
   - Так вы считаете, что нас найдут? - Ри, как всегда, больше интересовала практическая сторона дела. - И чем это нам грозит?
   - Да в принципе, ничем, - без особой уверенности ответил Морис. - Внутрь станции им попасть не светит, сами мы просто не выйдем. Дождемся пульса и уйдем. Больше нам ничего не остается.
  

* * *

  
   Впервые Ит столкнулся с тем, что Контролирующие могут столь фатально ошибаться. К моменту этих событий он уже понимал, что они далеко не всесильны, да и сами они не раз говорили об этом, вот только в душе все равно жила надежда, что это не так, что они почти со всем могут справиться, что...
   Все оказалось иначе.
   Гораздо грубее и проще.
   Настолько проще, что ни Иту, выросшему в благополучном замкнутом мире Мадженты, ни Ри, привыкшему с малых лет к непростой, но справедливой жизни в мире Индиго, не пришло в голову что-либо подобное.
   Сначала со станцией связался корабль, принадлежащий пограничной охране суверенного государства Гана, на территории которого находилась станция. С корабля передали требование - немедленно поднять секторальную станцию на поверхность, а затем сдаться. Искин сухо и сдержано ответил, что требование отклоняется. Станция находится здесь не в связи с капсуляцией мира, а по совершенно другой причине, и, как только это станет возможно, она покинет планету.
   Корабль на час замолчал, а потом с него передали то же требование. На этот раз рискнул ответить уже Таенн - он более подробно объяснил ситуацию и недвусмысленно дал понять, что ни на переговоры, ни на контакт экипаж станции не пойдет.
   - Пойдет, пойдет, - заверили с корабля. - Доконтролировались, суки.
   Связь снова прервалась.
   - Что все это значит? - спросил Ри.
   Таенн, все больше и больше мрачнея, принялся что-то путано объяснять, но сбился, махнул рукой и смолк. Скрипач, как всегда неравнодушный к чужому горю, подошел к нему и ласково взял руками за плечи.
   - Да уйди ты, чудо, - простонал Бард. - Не до тебя сейчас. Уйди, кому говорю. Не вводи в грех!..
   Скрипач насупился и отошел. Ит проводил его беспомощным взглядом, но позвать не решился - они ждали ответа с поверхности, сейчас действительно было не до Скрипача.
   - Что они собираются делать? - встревоженно спросил он.
   - Не знаю, но вряд ли что-то хорошее, - бесстрастным голосом ответил альбинос. - Ит, Ри, чтобы не происходило, не покидайте станцию.
   - В смысле? - не понял Ри.
   - Не покидайте станцию, пожалуйста, - в голосе Леона вдруг зазвучали просительные нотки.
   - Да с какой радости нам всем ее вообще покидать? - удивился Ри. - Что они нам могут сделать? Взорвут, что ли? Даже не смешно.
   - Не взорвут, конечно, - заметил Морис. - Им эта станция и самим пригодится.
   - Нам она тоже пригодится, - засмеялся инженер. - Нам она вообще-то нужнее, вам так не кажется?
   - Ри, хватит ехидства, - вдруг попросил Таенн. - Ребятки, вы все, уж простите, несете какую-то чушь. Ситуация очень серьезная. Маданга, к моему великому сожалению - это вам не Террана, на которой можно было со Стовером в догонялки играть. Это продвинутый техногенный мир, который в капсуляцию попал исключительно из-за своей мерзостности. Его и до капсуляции терпели только потому, что он приносил неплохой доход. Не было бы дохода...
   - Не все деньгами можно мерить, - ни с того ни с сего сказал Ит.
   - Да при чем тут деньги!!! - взорвался Таенн. - Я сказал хоть слово про деньги?! Положительное воздействие от мира было и очень неплохое - просто потому, что гости этого мира отсюда счастливыми уходили! Понимаешь?
   - Не очень, - осторожно ответил созидающий.
   - Свое, внутреннее, тут было весьма гадостное. Но для гостей мир был другим. Прекрасное море, пляжи, вкусная еда... и доброжелательные хозяева. Гостям не было дела до внутренних разборок. Да и не посвящал их никто...
   - Хорошая планета, но мудакам досталась, - проворчал Ри.
   - Именно так, - кивнул Бард. - Если бы не рауф, то, скорее всего, тут и сейчас бы ходили толпы туристов.
   - Значит, все-таки "если бы не рауф", - подытожил инженер. - Спасибо за откровенность, Таенн.
   - Всегда пожалуйста, - тот отвернулся.
   Ит исподтишка огляделся.
   Пока они говорили, искин, оказывается, успел приглушить свет и в зале теперь стоял полумрак. Светились каким-то слабым, призрачным светом лишь несколько панелей на стенах, да обрамление панорамного окна, за которым стояла все та же черная безмолвная вода. Скрипач, до этого охотно проводивший время около окна, этой воды явно опасался. По крайней мере, сейчас он сидел на полу у противоположной окну стены и не сводил с окна глаз. То ли ждал чего-то, то ли был поглощен какими-то своими, никому не ведомыми мыслями.
   "Наверное, хорошо ничего не понимать, - подумал Ит. - Тот, кто не понимает, он же, наверное, счастливее того, кто понимает. Странно, что я раньше про это не думал... но ведь раньше я и подобных Скрипачу людей не встречал. Хотя нет, я не прав. Что-то он понимает. Не так, как мы, но понимает. И боится. Он же тоже боится..."
   - Скрипач! - позвал Ит. - Иди сюда, чего ты там один?
   Тот отрицательно замотал головой и нахмурился.
   - Густое, зубы, - ответил он. - Холодно...
   - Ну, как хочешь, - вздохнул Ит.
   - Оставь его в покое, - посоветовал Таенн. - Не лезет ни к кому, и слава Богу.
   - Ну вот и все, - вдруг сказал искин. - Ребят, сейчас будет связь. Они вернулись.
   - Почему - все? - спросил Морис.
   - Потому что, - уныло ответил искин. - Потому что там...
   Договорить он не успел.
   С потолка раздался голос, говоривший на всеобщем языке, который обычно использовались дипломатические службы. Голос звучал сухо, в нем не было даже тени, намека на эмоции, но от этого голоса становилось страшно.
   - Обойдемся без предисловий, - начал голос, - а также без приветствий. Мы требуем, чтобы вы подняли станцию и сдались властям Ганы. Поскольку вы уже ответили, что требование выполнять не собираетесь, мы упростим себе задачу. Всем известно, что Контроль очень не любит тупиковые этические ситуации. Поэтому мы вам сейчас предлагаем именно такую ситуацию для очень быстрого решения. На поверхности воды, над станцией, сейчас стоит корабль. На корабле - полсотни детей от пяти до десяти лет. Если вы будете продолжать тянуть, через полчаса мы убьем первого ребенка и позаботимся о том, чтобы вы смогли увидеть тело. Каждые полчаса мы будем убивать по одному ребенку. Это понятно?
   Все молчали.
   - Значит, понятно, - подытожил голос. - Чтобы у вас не возникло соблазна поиграть в свои игрушки, продолжаю. На корабле, кроме детей, находится так же десяток эмпатов. Любое воздействие на эгрегор, на Сеть, на все, что угодно, будет отслежено - и в этом случае мы тоже убьем ребенка. Поверьте, мы успеем сделать это быстрее, чем вы успеете этому помешать.
   Ит с ужасом посмотрел на Таенна. Тот сидел, закрыв глаза, но взгляд, видимо, почувствовал.
   - Успеют, - одними губами подтвердил он. - Я же говорил, это вам не Террана...
   - Хорошо, - продолжил голос. - Чтобы не было дальнейших вопросов, продолжу. На станции, согласно тому, что видят эмпаты, находятся еще три существа. Мы требуем незамедлительного ответа - кто это такие. Эмпаты утверждают, что эти трое не имеют отношение к Контролирующим. В случае молчания...
   - Это пассажиры, - сказал Таенн. Он резко выпрямился, открыл глаза, и с ненавистью посмотрел вверх. - Это обычные люди. Мы выполним ваши требования, но позвольте хотя бы им остаться на станции! Они ни к чему не причастны, мы просто оказали им услугу, взяв с собой.
   - Об этом не может быть и речи, - ответил голос.
   - Мы сдадимся, не трогайте людей!
   - Тут не вам решать, - отрезал голос. - Даю вам десять минут... для обсуждения вашего положительного ответа. Время пошло.
   - Искин, там... - начал Морис.
   - Все так, как он сказал, - голос искина звучал так же глухо и безжизненно, как до того - у говорившего. - Я ничего не смогу сделать. Вы, видимо, тоже.
   - Мы можем поднять станцию... - начал Ри, но Леон его прервал:
   - Поднять и посмотреть, что они будут делать с детьми, сверху, - подытожил он.
   - Они не посмеют, - с ужасом сказал Ит.
   - Посмеют, еще как посмеют, - горько усмехнулся Таенн.
   - Но это же дети!.. - на лице у Ри появилось выражение недоумения. - Мне кажется, они просто пугают нас, и...
   - Ты хочешь проверить на практике, правду они говорят, или нет? - спросил Таенн. - Запросто. Через полчаса мы все будем иметь возможность убедиться в том, что они говорят чистую правду. Это не блеф.
   - Да не может этого быть! - чуть не закричал Ит. - Ни один нормальный человек никогда в жизни не поднимет руки на ребенка, неважно, любит он детей или нет! Что вы несете все! Опомнитесь!..
   - О, Маджента... - простонал Таенн, то ли плача, то ли смеясь. - О, этот маджентовский неистребимый и незамутненный идиотизм... Ит, спустись с небес на землю, посмотри вокруг себя! Ты давно уже не в своем выхолощенном Дс-35, ты в реальном мире, парень!
   - Да, он в реальном мире, но в его реальном мире действительно ни один человек не поднимет руку на ребенка, - вдруг сказал Леон. Ит посмотрел на него с благодарностью. - В его мире - не поднимет. Потому что он живет в нормальном мире, пусть не идеальном, но нормальном, Таенн! И знает, что есть вещи незыблемые и правильные. Да, ты прав, это действительно Маджента. И я горжусь тем, что всю свою жизнь, пусть и недолгую, давал жить им, вот таким, в Мадженте. Да, таким, Бард! Для которых то, что он сказал - вполне естественно. Это не небо, Таенн. Такой и должна быть земля. Любая земля, неважно, под каким солнцем она живет.
   - Идеалисты, - прошептал Таенн, опуская голову на руки. - Умные, правильные, патриотичные идеалисты. Сдохнуть от вас хочется...
   - Пять минут прошло, - напомнил искин. - Ребята...
   - Скажи им, чтобы отводили технику, и поднимай станцию на поверхность, - тихо сказал Морис. - Попрощаемся заранее, перед выходом. Что тут говорить...
   - Что же будет? - хмуро спросил Ри.
   - А я не знаю, - пожал плечами Морис. - Даже представить себе не могу. Нет, я могу представить, о чем они нас... гм... попросят. Но что будет, когда они поймут, что мы не можем этого сделать...
   Вода за окном едва ощутимо дрогнула. Скрипач вскочил на ноги, подбежал к Иту и вцепился тому в рукав.
   - Ну-ну, не бойся, все хорошо, - машинально сказал Ит.
   - Лучше некуда, - заключил Таенн. - Вот уж действительно.
  

* * *

  
   Дальше все происходящее для Ита (как потом выяснилось, и для Ри тоже) слилось в какой-то непередаваемый мутный поток. События наползали одно на другое, реакции не успевали за ними, потому что невозможно осмыслить сразу и быстро то, к чему сознание в принципе не готово и не может быть готово.
   ...Яркое, слепящее солнце над морем, и, контрастом, серо-черная махина военного корабля на антигравитационной платформе, обтекаемая, прилизанная, даже, пожалуй, красивая, но какой-то недоброй извращенной красотой.
   ...Плотный, соленый ветер, чья-то рука, грубо толкнувшая в спину, минутный страх - столько воды - короткий, как молния, и тут же пропавший. Режущий глаза блеск холодного солнца в мириадах постоянно меняющихся граней.
   ...махина секторальной станции, быстро отдаляющаяся, бросающая на сверкающие волны гротескно изломанную тень; гигантская золотистая пирамида, словно выросшая из морских глубин. Все дальше, дальше...
   ...На берегу - ряды приземистых одинаковых строений, песочно-серых, от которых тянет тоской. Длинный и неожиданно белый, ярко освещенный коридор - а сознание уже приготовилось увидеть что-то, похожее на казематы Стовера на Терране. Но нет, ничего подобного нет, а есть белые двери, невидимые светильники под потолком, заливающие коридор белым, с синеватым оттенком, светом; белая комната без какой-либо мебели с крохотным щелеобразным окошком, в которое и руку не просунешь, чистый пол, покрытый мягким упругим материалом.
   ...Скрипач, намертво вцепившийся в руку, которого так и не оторвали конвоиры, как ни старались, и который разжал руку, только когда за конвоирами закрылась дверь. На руке - белые, онемевшие следы от его пальцев, быстро наливающиеся багровым. Что же ты творишь, нечисть проклятая, больно-то как... Растерянное лицо Ри, лихорадочно озирающегося вокруг - что он ищет? Отсюда не выйти, это и так понятно.
   ...Куда-то увели Барда и обоих Сэфес, их оставили втроем, попозже зашел какой-то человек, принес еды. Шепот детектора "образ языка активирован". Поблагодарить? Или не стоит?..
   - Спасибо, - говорит вдруг Ри. Тоже снял маску языка? Видимо, да.
   - Не за что, - невозмутимо отвечает человек. Спокойно поворачивается к ним спиной, не торопясь выходит.
   - Тест, - шепчет Ри. - Они проверяют, нападем мы или нет.
   ...За узким окошком - поразительной красоты закат над морем. Длинный, широкий, но совершенно пустой пляж словно облит жидким огнем - песок сияет и переливается, а море с наступлением темноты начинает слабо светиться. Да уж, не просто так тут был курорт, планета действительно должна быть удивительно красивой, судя по этому закату над пляжем. Идиллию нарушает глухой рокот - из ангара неподалеку выходит корабль и устремляется навстречу волнам. От неестественности этой картины передергивает. Не должно тут быть таких кораблей, тут должны днем резвиться на песке дети, сопровождаемые степенными родителями, а по вечерам - прогуливаться влюбленные пары, любующиеся закатом.
   ...Спать на полу неудобно, несмотря на то, что он мягкий. Самое неприятное - отсутствие подушки. Рука, положенная под голову, быстро немеет, приходится переворачиваться на другой бок, но только набегает полусонная полудрема, как снова затекает рука. Рядом точно так же ворочается Ри - инженеру, видимо, так спать тоже в новинку. Одному Скрипачу все нипочем. Свернулся калачиком у стенки и спит без задних ног. Ну, правильно, привык у себя на свалке спать где попало. Зачем мы его забрали? Почему не вернули обратно? Почему не попросили вернуть того, кто мог это сделать - или конклав, или Аарн?.. Жил бы себе и жил, а теперь неизвестно, что с ним будет - он же совершенно беззащитный, да еще и безумен, да еще двух слов связно сказать не может... К тревоге примешивается нотка раскаяния, и спать становится совсем уже невмоготу. Ит садится.
   - Ложись, - доносится сбоку голос Ри. - Неизвестно, что будет завтра.
   ...А завтра и впрямь начался кошмар - их троих стали допрашивать. От Скрипача, правда, вскоре отстали и увели его обратно в комнату, но вот Ри с Итом досталось по полной программе. Нет, никто к ним и пальцем не прикоснулся, но задаваемые с небольшим интервалом одни и те же вопросы постепенно начали сначала раздражать, а потом и вовсе вызвали приступ паники, сначала у Ри, а затем и у Ита.
   - К какой расе вы принадлежите?
   - Как вас зовут?
   - Какой мир является вашей родиной?
   - Сколько вам лет?
   - Расскажите о составе своей семьи.
   - Каким образом вы попали на секторальную станцию?
   - Кем вам приходятся Сэфес и Бард - подчиненными или начальниками?
   - Какую функцию вы выполняли на секторальной станции?
   - Куда направлялась станция?
   - Как вы оказались на Маданге?
   Молчать следовало только об одном - Ри ни в коем случае нельзя было признаваться, что именно он управлял станцией. Биокомп, конечно, обманет любую аппаратуру слежения, предназначенную для того, чтобы понять, правду человек говорит или лжет, и тут главное - не сломаться самому. Они терпели, сколько хватило сил, но потом Ри не выдержал и начал на допрашивающего орать.
   - Я уже тридцать раз ответил, что меня зовут Ри Нар ки Торк и что я был на станции пассажиром! Я понятия не имею, куда шла станция и каким образом мы оказались на Маданге!
   - Вы утверждаете, что за время вашего нахождения на борту станция посетила несколько обитаемых миров. Почему вы не покинули станцию?
   - Нас обещали высадить в мире, из которого можно вернуться домой!!! - выкрикнул Ри. - Я говорил про это, сколько можно повторять!!!
   - Неужели из тех миров нельзя было вернуться? - вкрадчиво спросил допрашивающий. Он сидел в тени, говорил бесстрастно, ровно, в его голосе не было ничего - совсем ничего. Ни упрека, ни раздражения, ни сарказма.
   - Видимо, нельзя. Я не компетентен в этом вопросе.
   - А вы, Биэнн Атум Соградо Ит, знаете, по какой причине контролирующие вас не высадили ни на одной из планет?
   - Не знаю и не могу знать. Я преподаватель, специализируюсь на фольклоре и совершенно не разбираюсь в таких вещах, - Иту даже не нужно было врать, он говорил чистую правду, но все равно испытывал все большее раздражение.
   - Что вы делали на секторальной станции?
   - Ничего мы не делали, - огрызнулся Ри. - Сидели, где было сказано, и ни во что не вмешивались. Они почти никогда не приходили.
   - С нами мало разговаривали, - добавил Ит, упреждая следующий вопрос. - Им, кажется, было не до нас.
   - Куда шла станция?
   - Мы не знаем!
   - Куда шла станция?
   - Они не говорили нам, куда ведут станцию! - заорал Ри. - Если бы знали, мы бы сказали вам, клянусь, но мы действительно этого не знаем!
   - Но отношению к вам Бард и Сэфес вели себя как начальники или как подчиненные?
   - Никак они себя не вели, говорю же, они почти не общались с нами, - у Ита возникло ощущение, что он говорит с каким-то особенно тупым студентом или пытается объяснить Скрипачу что-то важное, а тот никак не хочет слушать и совершенно не желает воспринимать. - Зачем вы спрашиваете одно и то же?!
   - Каким образом станция оказалась на Маданге?
   - Мы не знаем, как она вообще перемещается, и не знаем, почему она тут оказалась, - Ри еле сдерживался. - Мы вообще до этого не слышали ни про какую Мадангу, или как ее там!
   - Каким образом...
   - Да что вы заладили - "каким образом"?! - не выдержав, снова заорал Ри. - Не знаю я, каким образом! Каким-то! Может быть, случайно!..
   - Как вы попали на секторальную станцию?
   ...Через десять часов, когда их снова отвели в комнату, Ит почувствовал, что его словно вывернули наизнанку. В ушах шумело, в глазах двоилось. Ри было не лучше - лицо его осунулось, черты заострились, глаза лихорадочно блестели. Встревоженный Скрипач бросился было им навстречу, но Ит отодвинул его рукой и сел на пол - ноги не держали.
   - Нам конец, - констатировал Ри, садясь рядом. - Зачем они это делают?
   - Не знаю, - ответил Ит. - Прости, я всю жизнь занимался преимущественно сказками. Но в сказках, которые я изучал, такого не было.
   Они замолчали. Скрипач подсел к Иту и с тревогой заглянул ему в лицо.
   - Чего тебе? - устало спросил Ит. - Соскучился?.. Тебя кормили?
   Скрипач засмеялся.
   - Длинный-длинный, а там оранжевое, такое синее, - радостно сказал он. - Ждал, ждал. Половинки далеко, под три угла. Однообразненько.
   Ит покивал. Ри вымучено улыбнулся.
   - Поесть бы чего-нибудь, - вздохнул он. - И попить.
   - Принесут, наверное, - пожал плечами Ит.
   ...А на следующий день их допрашивали уже не вместе, с самого утра развели по разным комнатам, и началось. Ит едва сдерживался, чувствуя, что его эмоции словно раскачивает огромный маятник - от истерики и отчаяния к тупому равнодушию и полной апатии. Он все отвечал и отвечал на одни и те же вопросы, отвечал, уже не задумываясь, потому что задумываться не было никаких душевных сил. Да и физических тоже. От неподвижного сидения затекли ноги, плечи сводило судорогой, но прибегнуть к помощи детектора он не решился, и, как потом выяснилось, поступил правильно. Когда его вели обратно, он услышал где-то за спиной тихий голос, произнесший: "Похоже, действительно ничего не знают... этот вообще мальчишка, дурак". Слова обидели и обрадовали одновременно.
   "Да, я мальчишка, я дурак, - твердил Ит про себя. - Я дурак, я ничего не знаю, я все сказал, что знал, только больше не надо меня вот так спрашивать, пожалуйста, не надо меня спрашивать, я ничего не знаю, я все сказал, что знал, только пожалуйста, не надо..."
   От закольцованности мыслей, на которой он внезапно себя поймал, на него напал вдруг совершенно беспричинный смех, который удержать не было никакой возможности, и Ит начал смеяться, сначала тихо, но потом все громче и громче.
   Так, смеясь, он и вошел в комнату, в которой Ри уже утешал печального Скрипача.
   - Ты чего? - удивленно спросил Ри.
   - Да так... - Ит продолжал смеяться. От смеха сводило мышцы живота и кололо под ребрами. Он сел на пол и несколько раз глубоко вздохнул, пытаясь как-то остановиться. - Я свихнусь, Ри. Я... я к такому не готов.
   - А я чуть с кулаками не бросился на этого, - зло сказал инженер. - Убил бы! Но как-то сдержался, сам не знаю как.
   Скрипач сидел между ними на корточках и участливо гладил по коленям то одного, то другого. Ит заметил, что Скрипач, похоже, в их отсутствие плакал, но сейчас он уже улыбался, а выяснить причину слез не представлялось возможным. Позже снова пришел безучастно-приветливый человек, принес еду. Разговор с ним дальше "спасибо" и "пожалуйста" не продвинулся, но ни Ри, ни Ит говорить не о чем не хотели и, наскоро поев, сразу легли спать. Уже засыпая, Ит вдруг подумал, что спать на полу совсем не так уж плохо. По крайней мере, гораздо лучше, чем сидеть на стуле десять часов кряду.
   ...А потом было еще несколько дней, заполненных все теми же вопросами. Ит думал, что это все, наверное, никогда не кончится. Они с Ри перестали разговаривать друг с другом, настолько сильной и изматывающей оказалась усталость. Нет, их не били, никто на них не кричал, но постоянное давление словно разъедало душу, как разъедает металл крепкая кислота.
   Но, наконец, настал день, когда вместо очередной пытки вопросами их, всех троих, отвели в другое помещение, большего размера, заполненное людьми. Явно военными. И впервые за все время они увидели Таенна, Мориса и Леона.
  
  

* * *

  
   -...что от меня еще требуется. Отпустите людей. Они уже доказали, что они обычные люди, а не наши приспешники, не друзья и не рабы. Они нам никто. Мы просто решили оказать им услугу, доставив в мир с нормально действующей Транспортной Сетью и...
   - Почему вы не передали их, в таком случае, Микаэлю Стоверу? Он запросто организовал бы им обратную дорогу, - перебивший Таенна человек, сидевший на высоком кресле, склонил к плечу голову и презрительно посмотрел на Барда. Тот спокойно выдержал взгляд.
   "Ничего себе! - думал Ри. - Значит, все правда... вообще все правда. А я-то думал, что они привирают, что Ит, что Таенн. Уже больно напоказ это все было".
   - Микаэль Стовер, - Таенн словно выплюнул имя, и презрения в его голосе зазвучало едва ли больше, чем у оппонента, - маньяк, психически больной человек, одержимый навязчивой идеей. И мне очень жаль, что в вашем мире его идеи нашли столько сторонников.
   - Да нет, дорогой Бард. Микаэль Стовер - фигура, бесспорно, эксцентричная, но при этом он - честнейший человек, и, мало того, провидец! - в голосе говорившего прорезались какие-то новые нотки, и Ри вдруг с удивлением понял, что это, ни много, ни мало, а благоговение. - Не смейте говорить про него подобные вещи, а не то...
   - А не то - что? Опять будете угрожать убийством детей? - усмехнулся Таенн. - Да, знай триста лет назад про такие фокусы Барды, они бы голосовали за капсуляцию.
   Ри тихонько оглядывал присутствующих и, несмотря на то, что говорил Таенн, никак не мог понять, чем же они принципиально отличаются от людей, допустим, его родного мира. Люди как люди, только, пожалуй, излишне хмурые. Вокруг Таенна, Мориса и Леона - с десяток охранников, но ни у Барда, ни у Сэфес даже руки не скованы. Человек, с которым шел основной разговор, был немного похож на Стовера, не внешне, а какими-то мелкими едва заметными деталями. Грузный, насупленный, с упрямым и тяжелым взглядом, одет в форму - военный? Да, по всей вероятности военный, в каком-то высоком чине. Седые, коротко стриженые волосы, темная от загара кожа. Разговор ведет на всеобщем языке, которым владеет если не в совершенстве, то близко к тому - к автопереводчикам не прибегает, техникой не пользуется. Всеобщий сложный (Ри потратил пять лет на то, чтобы сносно овладеть им), но если знаешь его - честь тебе и хвала. Пожалуй, в других обстоятельствах Ри этого человека зауважал бы. В других. Но не в этих.
   - Контроль, насколько я знаю, голосовал за капсуляцию с обеих сторон, и Барды, и Сэфес, - возразил Таенну человек. - Нам это решение было представлено, как общее.
   - Правильно, - подтвердил Морис. - Вам - как общее. Но было закрытое разбирательство, в котором Барды хотели дать вам еще один шанс, а мы сочли это нецелесообразным.
   - И почему же вы так сочли? - прищурился человек.
   - А вы посмотрите в зеркало, - посоветовал Леон. - Ответ находится именно там. Посмотрите себе в глаза и скажите, имеет ли право такое существо, с такими мыслями и таким представлением о справедливости жить на свободе. Официальная служба, которая принимала решение, сочла тогда аргументы Сэфес правомерными.
   - Что ты можешь знать, мразь, тебя тогда и на свете не было! - гаркнул, распаляясь, седой военный.
   - Информация о Маданге есть везде, и о прецеденте известно все, что положено. Разве что уважаемый вами Стовер сумел что-то скрыть, но я лично в этом сомневаюсь, - дернул плечом Леон.
   - Не вам нас судить! Не к вам приперлись эти вшивые кошки, чтобы устанавливать свои порядки! Не мы лезли, не спросясь, на чужую территорию! Посмотрел бы я на тебя, если бы в твой родной мир пришел кто-то чужой и начал диктовать свои условия!!!
   - Это беспредметный разговор, - спокойно сказал Таенн. - Его результатом может быть только новый виток свары и ничего больше. Давайте лучше поговорим по существу. Повторю еще раз: отпустите людей. Мы не будем сотрудничать и не будем даже разговаривать с вами о предмете этого сотрудничества, пока вы держите их взаперти и измываетесь над ними. Эти люди не имеют отношения ни к Маданге, ни к конфликту, ни к нам. Ни по каким законам вы не имеете права насильно их удерживать. Ни по вашим, ни по нашим.
   - Хорошо, - вдруг покладисто ответил седой военный. - Раз вы настаиваете на этом, как на обязательном условии, мы их отпустим. Только учтите, что ни на территории Ганы, ни на территории Соединенных Республик они, согласно нашим законам, не имеют права находиться.
   - Позвольте им вернуться на станцию.
   - Станции находится на территории Ганы, - отрезал военный. - Кроме того, мне совершенно не хочется, чтобы они там на что-нибудь нажали и устроили нам лишние проблемы.
   - Они не сумеют этого сделать, станция человеку не подчиняется, - Ри опешил - он и не думал, что Бард умеет так складно и непринужденно врать. - Они бы просто спокойно дождались нашего возвращения и...
   - Вы всерьез рассчитываете вернуться?!
   - Если вы тот, кем стараетесь казаться - да, - поддел военного Морис. - У вас на знаке отличия написан девиз "верность и честь". И если для вас он что-то да значит, то мы, выполнив условия, поставленные вами, вполне можем на это рассчитывать. Почему нет?
   Военный от такой наглости даже задохнулся. Ри с интересом смотрел, как наливается малиновым его шея, и гадал - неужели местные настолько опустились, что не лечат элементарные болезни сосудов? Ишь, как покраснел. И вспотел, небось. От злости.
   - Речь пока не об этом. Мы говорили о том, что людей вы не имеете права удерживать. Не думаю, что если будет пересмотр решения, и об этом станет известно, такая информация пойдет вам на пользу, - сказал Таенн.
   - Их никто и пальцем не трогал!
   - Ну да, только восемь дней мучили кольцевыми допросами, - усмехнулся Леон. - Право слово, ерунда какая!..
   - У нас война, и по законам мы имеем право...
   - Да что вы все о правах, да о правах! Если вы за триста лет не сумели договориться даже друг с другом, чтобы как-то повлиять на решение, если вы до сих пор продолжаете грызню, то о каких правах может идти речь! - Таенн, наконец, дал волю гневу, который до того всеми силами сдерживал.
   - Хорошо, - голос военного стал ледяным. - Поступим следующим образом. Мы выпустим этих ваших людей, тем более, что для нас они совершенно бесполезны. Но выпустим мы их на территорию, которая не принадлежит ни Гане, ни Союзу Республик. Учтите, ваше основное требование - чтобы мы отпустили их и не имели к ним никакого касательства - будет исполнено. Они подождут вас, - он недобро усмехнулся, - на этой территории. Дальнейшая их судьба будет напрямую зависеть от вашего желания сотрудничать с нами.
   - Снова шантаж, - констатировал Морис. - Интересно, вы как-то иначе действовать вообще умеете?
   - Умеем, - заверил его седой военный. - Очень скоро вы будете иметь возможность в этом убедиться.
  

* * *

  
   Только оказавшись на месте, Ит и Ри поняли, что такое "соблюдение условий" в представлении военных властей Ганы. Их троих, не особо церемонясь, посадили в машину и через полчаса вытолкнули прочь, под ледяной дождь, в осеннюю слякоть.
   - Так, значит, - доселе молчавший конвоир снизошел, наконец, до объяснений. - Тут ничейная земля. Три километра шириной. Идет от моря и до вон тех гор, - он махнул рукой куда-то в сторону, но из-за дождя ничего не было видно. - Можете по ней ходить, сколько заблагорассудится. Если сунетесь в Республику, шлепнут. Они с перебежчиками не разговаривают. Если сунетесь к нам, тоже шлепнут - вас на территорию пускать не велено. Счастливо оставаться.
   - Погодите, но... - Ит растеряно смотрел на конвоира. - Как же тут жить?
   - А вот это меня не касается, - конвоир сплюнул. - Мое дело маленькое, я приказы не отдаю, я их выполняю.
   Двигатель взревел, и машина, развернувшись и обдав Ита с Ри потоком горячего воздух, набирая скорость, канула в дождевую муть. Через несколько минут ее уже не было видно, лишь доносился издали ослабевающий шум двигателя.
   Первым опомнился Ри.
   - Идемте, - позвал он. - Мы слишком близко от границы, тут может быть опасно. Надо уйти вглубь. Там и поговорим.
   Ит кивнул, и они осторожно, выбирая дорогу и обходя бездонные лужи, двинулись в сторону, противоположную той, в которую уехала машина. Скрипач, уже дрожащий от холода в своем нелепом платье, понуро побрел следом за ними, как побитая собака. Шли молча, долго, пока, наконец, не наткнулись на полуразрушенное строение, в углу которого сохранилась часть крыши. Они забрались в этот угол, кое-как расчистили его от каменных обломков и расселись, кто куда.
   - Долго мы тут не протянем, - мрачно констатировал Ри. - Какие твари, а! Чтоб их самих так же кто-нибудь...
   - Формально они все сделали правильно, - вздохнул Ит. - Им были поставлены условия, они их выполнили. Мы живы, целы, находимся на нейтральной территории. Таенн же не уточнил, что нас должны кормить, поить и держать в нормальных условиях.
   - Таенну такое в голову не пришло и не могло прийти. И нам тоже не могло. Ит, прости, я тебе не верил, когда ты про этот мир рассказывал. И Таенну не верил. И Сэфес. Мне казалось, что вы нарочно врете, чтобы...
   - Чтобы доказать, что все миры Индиго плохие? - закончил Ит. Он вдруг почувствовал, что внутри снова оживает тот второй, старый и циничный. - Да нет, Ри. Я рассказывал то, что помню по чьим-то считкам. Не знаю, по чьим. Таенн... сложно сказать, откуда у него эта информация. Но, поверь, то, что было сказано о Маданге - это правда.
   - Да верю, верю я, - отмахнулся инженер. - Ит, а тебе не кажется, что ты ведешь себя очень странно?
   - Да? - созидающий нахмурился.
   - Да. В тебе словно два человека. Тот, которого я знаю, первый, опешил, поняв, что эти мрази могут действительно начать убивать детей. А второй, с которым я говорю сейчас, совершенно спокойно рассуждает о Маданге и об информации. Что-то не вяжется.
   - Вообще ничего не вяжется, - согласился Ит. - Давай вспомним, как ты управлял секторальной станцией и выходил в Сеть. И еще Скрипача давай вспомним. Вот уж кто действительно...
   - А где Скрипач? - удивленно спросил Ри. - Еще не хватало!
   Скрипача нигде не было. Они обошли строение вокруг, тихонько окликая его, но он так и не появлялся. Раздосадованные, они вернулись обратно.
   - Набегается и придет, - убежденно сказал Ри. - Мало ли, куда ему понадобилось.
   - Придет, если его не убьют, - мрачно заметил Ит. Он испытывал все большее беспокойство за этого странного человека. Беспокойство и страх. - Лучше оставаться на месте и ждать его тут. Надеюсь, он сумеет вернуться.
   Скрипач действительно вернулся, уже под вечер. Дождь прекратился, лишь тянулись по небу тяжелые свинцовые тучи. Ит хотел было отругать его, но, заметив, что лицо у Скрипача буквально сияет от радости, а в руках он сжимает какой-то неопрятный кулек, передумал, и, как выяснилось, правильно сделал.
   В кульке оказалась еда. В других обстоятельствах Ит и Ри, вероятно, брезгливо бы сморщились, предложи им кто-нибудь отведать ужин, явно подобранный Скрипачом на свалке, но сейчас они обрадовались всему - и сухим сырным коркам, и подгнившим фруктам, похожим на яблоки, и обрезкам подгоревшего теста.
   - Живем, ребята, - повеселевшим голосом сказал Ри, раскладывая еду на три равные кучки. - Молодец, Скрипач! Мы бы без тебя пропали.
   - Прозрачное с вырезом, - с превосходством ответил тот и взял из своей кучки яблоко. - Зелеными буквами, на полоске. Только тихо, тихо! Алюминий!
   - Если алюминий, то молчим, - согласился Ри.
   - Особенно когда зелеными буквами, - поддакнул Ит. Похлопал Скрипача по плечу, улыбнулся. - Ты умница. Покажешь потом, где нашел это все?
   Тот нахмурился.
   - Прозрачное же, - с сомнением пробормотал он. - Если черное в скобках...
   - Ладно, завтра решим это все, - подытожил Ри. - И про алюминий, и про прозрачное, и про зеленые буквы...
  
  
  
   Руины
  
   За едой Скрипач успешно ходил еще два дня. За это время Ит и Ри немного пришли в себя и с грехом пополам выспались. Первые сутки они толком ничего не соображали - сказывалась чудовищная усталость и отупение после допросов. Они спали, не обращая внимания ни на что. Спать не мешал даже пронизывающий осенний холод. Проще всех, как выяснилось, пришлось Скрипачу. На своей свалке он привык и не к такому, и особенно не реагировал ни на холод, ни на дождь, ни на отсутствие хотя бы подобия какого-либо комфорта. Он бродил по округе, аплодировал взлетающим в серое небо черным птицам, собирал и притаскивал Ри с Итом какие-то камни и ржавые железки, и вынужденным положением совершенно не тяготился.
   Однако эта идиллия продлилась недолго. На третий день Скрипач снова ушел за едой на свалку, но вернулся только затемно, да еще и сильно избитым. Ит и Ри, увидев его, пришли в ужас - Скрипача словно цепями измолотили, на нем живого места не было. Кроме того, он, видимо убегая, подвернул ногу. Скрипач не стонал и не плакал, только болезненно кривился и морщился, пока Ри пытался хоть как-то обработать ему ушибы. Поскольку у них ничего не было, обработка свелась к тому, что Ри просто промывал ссадины водой, которую они набрали в ближайшем мелком ручейке. Все это время Ит сидел рядом со Скрипачом на обломке каменной стены и гладил его по голове, утешая и ободряя.
   - Что же это за садисты такие, а? - в пространство вопрошал Ри. - Неужели по нему не видно, что он с головой не в ладах? Как такого вообще трогать можно?
   - Так же, как можно убивать детей с целью добыть пару-тройку Контролирующих, - уныло буркнул Ит. - Так же, как бросить нас здесь. Видимо, можно. Тут все можно.
   - Знаешь, надо отсюда выбираться - твердо сказал Ри. - Хватит рефлексии. Так не годится.
   - Куда ты собираешься выбираться? - недоуменно спросил Ит.
   - Нам нужно попасть обратно на секторальную станцию, забрать наших и рвать отсюда когти.
   - Каким образом? - удивился созидающий.
   - Как это - каким? Ит, очнись, а? - попросил Ри. - У тебя есть детектор. У меня биокомп. Мы можем связаться с искином, мы можем подвести станцию туда, куда нам будет нужно. Мы можем...
   - Ничего этого мы не можем. Потому что как только мы начнем что-то делать, они тут же оторвут головы и им, и нам, - резонно заметил Ит. - Ты думаешь, за нами не следят? Я больше чем уверен, что нас и сейчас отслеживают, и стоит нам только что-то сделать, как нас тут же...
   - Ну и что? Что ты предлагаешь? Сидеть тут и ждать - чего? Голодной смерти, или что нас застрелят, или что вдруг произойдет чудо, и эти, - инженер махнул рукой куда-то в неизвестность, - вдруг поймут, что делают, и выпустят Таенна, Леона и Мориса? Ит, это даже не смешно. Ты сам прекрасно понимаешь, что чудес не бывает, особенно в подобных ситуациях. И что мы можем либо что-то делать сами, либо сесть, поднять лапки и сдохнуть. Отличный выход, правда?
   - Ну, не знаю, - растеряно протянул созидающий. - Что-то делать надо, но я совсем не уверен, что ты предлагаешь правильное решение.
   - А какое еще решение ты видишь? Что сказал искин? Капсуляция нарушена, в следующий раз система выйдет из нее немногим меньше, чем через месяц, так?
   - Ну, так, - согласился Ит. - Подожди, сейчас скажу точнее. Через девятнадцать дней она выйдет, на сутки. Нас продержали на той базе восемь суток, потом... ну да, тут мы почти трое суток. Правильно, девятнадцать дней. Знать бы еще, где мы находимся.
   - Ну так возьми и посмотри. У тебя детектор, который, если я правильно понял Леона, сделан специально для боевых действий на этой планете. У тебя просто должно быть все - и карты, и выходы в местные инфосети, и...
   - Подожди, - осадил его Ит. - Тебе не приходило в голову, что если я начну работать с детектором, это тут же засекут? И я больше чем уверен, что нас за это по голове не погладят, а совсем наоборот.
   - Хватит быть таким трусом, - отрезал Ри. - Погладят, не погладят... Все равно, хуже, чем есть, уже не будет. Давай все же попробуем узнать, где мы хотя бы находимся.
   Следующий час они провели, выясняя с помощью детектора интересовавшие их вещи. Для начала и Ри, и Ита очень порадовало то, что у детектора нашелся режим, в котором он был полностью незаметен. Конечно, переведи Ит устройство в боевое состояние, к ним тут же со всех сторон ринулись бы вояки - и со стороны Ганы, и со стороны Республик. Но, поскольку воевать они не собирались, все прошло гладко. Однако результат их расстроил. Они находились пусть и не в самой глубине материка, но от моря их отделяло больше двухсот километров. А до станции так и вообще было почти полтысячи. Как туда попасть? На чем?
   - Допустим, мы дойдем до моря. Ит, подожди, я пока чисто гипотетически, - рассуждал вслух Ри. - А дальше?
   - А дальше триста километров вплавь, - усмехнулся Ит. - Неужели не ясно?
   - Как я сам не догадался. Можно попробовать украсть какую-нибудь машину, и на ней...
   - Какую машину ты украдешь, когда Скрипач всего-то объедки со свалки крал, а его вон как измочалили, - разозлился созидающий. - И потом, нас тут же размажут вместе с этой машиной хотя бы потому, что они свою технику знают, в отличие от нас.
   - Ну, хорошо, - подумав, ответил Ри. - И что ты предлагаешь?
   - Погоди, я думаю. В любом случае, нам надо к морю. И еще нам необходимо как-то связаться с искином. Можешь попробовать это сделать?
   - Попробовать могу. Но за последствия не ручаюсь, - проворчал инженер.
   - Кто-то только что назвал меня трусом, - напомнил Ит. - А сам оказался не лучше.
   - Кончай свои придирки, - отмахнулся Ри. - Я хочу разобраться, как это сделать, чтобы нас не поймали.
   - Мне ты этого сделать не дал, - зло сказал созидающий.
   - Заткнись, а, - мягко попросил инженер. Даже излишне мягко. Ит напрягся.
   - Я тебе еще не сказал "спасибо" за то, что ты нас сюда затащил, - сквозь зубы сказал он. - Как-то, знаешь, из головы вылетело.
   - А не с твоей ли помощью я это сделал? - ехидно поинтересовался Ри. - Я уже почти закончил расчет, когда ты приперся и вмешался!
   - Ну да, конечно! Закончил, как же, - Ит встал. Ри тоже. Скрипач, до того сидевший на полу, и удрученно разглядывавший искалеченную ногу, с тревогой поднял голову и уставился на них.
   - Век бы твоей рожи не видать! - зло рявкнул инженер. - Да, почти закончил! А то ты этого не понял! Не корчи из себя дурака!..
   - И не думал даже. Ни черта ты не закончил! Не вмешайся я, мы там подохли все, вместе со станцией!
   - Ой, ну конечно! Как какая заслуга - так это сразу святой Ит, - презрительно выплюнул Ри. - Разумеется!..
   - Нет, у нас все заслуги исключительно твои. Я с вами мотался, как груз, если ты не забыл! Особенно на Терране!.. Шли, как на прогулке, за моей спиной прятались - забыл, да?! Это был не я, кто бы сомневался!
   - Не поставь тебе Леон детектор...
   - А многого бы ты стоил без биокомпа!
   - Да уж побольше тебя, косорукая тварь!
   - Хочешь проверить, кто тут на самом деле косорукая тварь?!
   - Запросто! Только без детектора! А то с чужой техникой каждый горазд!..
   Возможно, дело и дошло бы до драки, не вмешайся Скрипач. Он кое-как встал и, чуть не плача, стал втискиваться между стоящими вплотную друг к другу Итом и Ри. Безумец, что было сил, расталкивал их в разные стороны, молча, целеустремленно, отчаянно; он пихал в грудь то одного, то другого, и в какой-то момент Ри вдруг понял всю абсурдность ситуации и сдался. Сдался первым. Ит все еще смотрел на него ненавидящим, злым взглядом, а для Ри вдруг все разом встало на свои места.
   - Стоп, стоп, стоп, - он перехватил Скрипача за руку, - я все понял, парень, не надо! Да не пихай ты меня, кому говорю! Ит, скажи ему...
   У Ита словно пелена спала с глаз. Что они только что делали?! Как это вообще получилось? Он что, чуть не набросился с кулаками на Ри?! А Ри... Ри собирался избить его, и за что?
   - Спасибо, Скрипач, - серьезно сказал он, чувствуя, как краска стыда заливает лицо. - Как ты вовремя.
   Безумец ничего не ответил. Припадая на больную ногу, он поковылял обратно в угол, где до того сидел. Иту почудилось, что Скрипач плачет, но когда тот поднял глаза и встретился взглядом с Итом, глаза у него были абсолютно сухими, а вот во взгляде читалось столь явственное осуждение, что созидающему захотелось провалиться сквозь землю.
   - Наверное, это местный эгрегор, - сказал чуть позже Ри. - Это он так на нас действует.
   - Наверно, - согласился Ит. - А может, и мы сами. Я, например, никогда в жизни не был голоден и только сейчас это понял. Может быть, поэтому.
   - И поэтому тоже, - удрученно покачал головой инженер. - Ладно. Попробуем все же собраться с мыслями. Все равно, так или иначе, но надо решать, что делать дальше.
  

* * *

  
   - ...Двести километров. Фактически в зоне военных действий. Без еды и без воды. С хромым Скрипачом. Это ж сколько мы идти будем? - с отчаянием спросил Ит.
   - Долго, - хмуро констатировал Ри. - А надо быстро. В день проходить километров по пятнадцать, не меньше.
   - Он столько не сумеет, - уверено сказал созидающий. - Ты же видишь.
   - Задержимся тут на несколько дней, пусть нога подживет, - предложил инженер. - Вопрос только, где достать еды хотя бы на первое время.
   - Попробую сходить поискать свалку, на которой он был, - предложил Ит. - Есть у меня одна мысль...
   - Какая?
   - Попробую обмануть местных с помощью детектора, - усмехнулся созидающий. - В конце концов, терять нам и вправду нечего.
   На свалку Ит ходил три дня, пока у Скрипача заживала нога. На вторые сутки, лежа в грязи и ожидая, когда мимо пройдет колонна военной техники, он неожиданно поймал себя на мысли, насколько легко и спокойно он принял нынешние обстоятельства, и поразился этому. Минутная вспышка, во время которой они с Ри едва не надавали друг другу тумаков, оказалась, пожалуй, единственным эпизодом, во всем остальном и Ри, и он, Ит, и Скрипач, вели себя так, словно подобные ситуации были им всем не в новинку. Словно когда-то, давным-давно, все они, а не только Скрипач, жили, и успешно выживали в похожих условиях. Словно нынешние обстоятельства сломали какой-то внутренний блок, и подсознательные воспоминания, непонятно откуда взявшиеся, потоком хлынули наружу.
   Неважно, где ты.
   Неважно, какая погода.
   Неважно, во что ты одет.
   Чтобы выжить, надо делать то-то и то-то.
   И вообще, важно не то, как ты совершаешь какое-то действие, важен лишь результат. Простой результат, незамысловатый.
   Лежа в жидкой грязи, Ит с каким-то детским удивлением вспоминал вещи, казавшиеся раньше архиважными, а теперь ставшие напыщенными, жеманными и неестественными. Тяжкое оскорбление - собеседник что-то рассказывает тебе, ты смотришь сквозь него рассеянным взглядом, а потом переспрашиваешь - вы что-то сейчас сказали?.. Обида на всю жизнь. Фу, глупость какая. На "стене гнева" в университете кто-то анонимно пишет, что преподаватель такой-то - несправедливо судит и держит в фаворе любимчиков. Краска стыда заливает лицо, ведь этот преподаватель - ты. Как же такое вышло? И, главное, кто посмел? Во время обсуждения твоей работы приходит комментарий о том, что работа слаба, никчемна и не заслуживает внимания. Кто это написал, за что? Господи, да какая разница?! Какой вообще в этом всем смысл? Это слова, пустые слова, и ничего больше! Разве может сравниться с болью от слова боль настоящая - от удара, от впившегося в бок острого камня, от страха за собственную жизнь и жизнь других людей?! Как это мелко, стыдно и глупо! Человек, всерьез ставящий себя в зависимость от чужих слов, жалок прежде всего тем, что вся жизнь его - бесконечная череда попыток доказать свою якобы значимость, когда на самом деле он нуль, пустое место. Тем более, что такие слова и такое их восприятие - вовсе не признак цивилизованности или ума, они - признак мелочности и ханжества, но никак не настоящей душевной силы.
   "Никогда больше, - думал Ит, лежа в грязи и ощущая, как дрожит земля. - Никогда больше я не буду таким жалким дураком. Почему никто не объяснил мне этого раньше? Почему я оказался рабом в системе приоритетов, которой, если вдуматься, невелика цена? И почему я не умел раньше осмыслить то, что воспринимал, как данность, как естественное явление? Мне не с чем было сравнить? Или я просто не допускал возможности, что бывает иначе?"
   Как все, оказывается, просто! Страшно просто. А вот интересно, то, что мужчины из семьи уезжали жить и работать в Индиго... не для этого ли понимания, кстати? Ит подумал о братьях, но ничего похожего на то, что сейчас испытывал он сам, не вспомнил. Братья, вернувшись, остались такими же, как и до отъезда. Разве что солидности прибавилось.
   С братьями особой дружбы у него никогда не существовало. Они были старше, вечно заняты, холодно-приветливы и не более того. Ит чувствовал в них какое-то легкое, как паутина, отчуждение, и не стремился ни к дружбе, ни к привязанности. Собственно, из всей семьи он больше всех любил маму, но только сейчас понял, что, в общем-то, лишь ее одну и любил. Отца, с его вечно виноватым почему-то лицом, Ит, как ни старался, так до конца и не понял. Братья изначально были словно чужими. Только мама была родной, и только к ней Ит испытывал нежность и привязанность.
   "Да что со мной такое? - колонна все шла и шла, а мысли все текли и текли. - Во мне словно что-то ломается, да так, что обратно не соберешь. О чем я думаю? Почему? И во что это все в результате для меня выльется?"
   Грохот стих, колонна, наконец, прошла.
   Ит встал, кое-как отряхнул грязь, вытащил из-за камня сверток с добычей и заторопился к перелеску - мысли мыслями, а реальные дела - реальными делами. Реальные важнее. Куда как важнее.
  
  

* * *

  
   Больше всего их, конечно же, волновало, сможет Скрипач идти или нет. Иту удалось раздобыть на свалке кусок то ли ткани, то ли полотна, похожего на ткань, которым они с Ри с грехом пополам все-таки перетянули Скрипачу ногу, пользуясь подсказками детектора. Тому процедура не понравилась, но он, по счастью не сопротивлялся, только выдавал в пространство какие-то короткие сердитые фразы. Ит про себя отметил, что Скрипач в сложных ситуациях начинает везти себя если не образцово, то близко к тому. Не ерепенится, не дурит, даже слушается. Это радовало - значит, парень все-таки что-то, да понимает, а значит, есть надежда в будущем ему помочь, значит, он не безнадежен.
   Впрочем, о будущем они в те моменты не думали. Их гораздо больше занимало настоящее.
   Принесенную Итом еду (все те же подгнившие фрукты и высохшие до каменного состояния сырные корки) они кое-как рассовали по карманам. Из обломка дерева соорудили палку для Скрипача. И, не особо таясь, отправились в путь по "свободной территории", придерживаясь карты, снятой с детектора. Единственное, за чем приходилось следить - так это за тем, чтобы случайно не перейти на территорию Ганы. Граница ничем не была обозначена, но уже через несколько часов ходьбы они сообразили - некое подобие дорог всегда подходит к границе вплотную, но никогда не пересекает ее. Свободная территория, таким образом, оказывалась действительно свободной - от всего. Ни с одной стороны, ни с другой никакого движения не наблюдалось.
   Дорогой они говорили мало, лишь под вечер, устав и присев отдохнуть, разговорились.
   - Знаешь, они, по-моему, задались целью нас унизить, - заметил Ри. - Эта свалка... ты говоришь, она была вплотную к границе?
   - Ну да. Даже залезала за нее какой-то частью, - Ит вытащил из кармана горсть сырных корок и отдал Скрипачу. - Я границу не пересекал, и меня не тронули. А он, видимо, перешел, вот его и побили.
   - Они нас специально там выбросили, - уверено сказал инженер. - Точно говорю. Небось, наслаждались зрелищем, разглядывая, как ты там бродил.
   - Не сомневаюсь, - созидающий недобро усмехнулся. - Ну, ничего. Придет и наше время посмеяться. Ри, сколько мы прошли за день?
   - Двенадцать километров, - ответил Ри. - Неплохо для начала...
   - И для человека с больной ногой. Скрипач, иди сюда! Иди, говорю, ногу надо посмотреть.
  
  

* * *

  
   То, что за ними следят, они поняли почти сразу, но первые двое суток слежка ничем себя не проявляла. Однако на третий день, когда они отмахали уже под пятьдесят километров, их нагнала машина. День в этот раз выдался солнечный, хотя и холодный, дождь прекратился, и видимость стала просто прекрасная. Машину они заметили издали, Ит хотел было остановиться, но Ри сказал, что надо идти вперед, как ни в чем не бывало. И они пошли.
   Машина остановилась поодаль, не пересекая, однако, условной границы. Из нее вылез человек, тот самый седой военный, с которым несколько дней назад спорил Таенн. Вылез и поманил их рукой. Они подошли чуть ближе, Ит на всякий случай взял Скрипача за локоть.
   - Далеко собрались? - без предисловий спросил военный.
   - Гуляем, - безмятежно отозвался Ри. - А что, нельзя?
   - Вернитесь обратно, по хорошему предлагаю.
   - С какой радости? Мы ничего не нарушаем, - отозвался инженер. - Границу не пересекали, на территорию Республик не заходили.
   - Я вам приказываю вернуться, - раздраженно заявил военный. - А не то...
   - А не то - что? - ехидно спросил Ри. - Стрелять в нас будете? Или изобьете, как нашего психа? Вы ведь это хотели сказать?
   - Последний раз предупреждаю, вернитесь, - в голосе военного зазвучала угроза, от которой у Ита мурашки пробежали по коже. - Вы не знаете наших возможностей.
   - Правильно, не знаем, откуда бы, - справедливо заметил инженер. - Вот только ничего вы нам не сделаете. Потому что если про то, что вы нам сделаете, узнают Сэфес и Бард, вы...
   - Ну все, сволочь! - гаркнул военный. - Я предупредил. И не особо рассчитывай, что эти трое что-то про вас узнают. Сгинете, и поминай, как звали.
   - В любом случае, вам придется им ответить, где мы.
   - Не волнуйся, щенок, ответ будет, - многообещающе заверил военный. - И я уж позабочусь как-нибудь о том, чтобы этот ответ всех устроил. Не только этих троих, а всех.
   Он влез машину, и она, развернувшись, помчалась обратно.
   Ит, Ри и Скрипач проводили ее задумчивыми взглядами. Скрипач скривился и плюнул вслед.
   - Тебе он тоже не понравился, да? - спросил созидающий. Безумец сделал нарочито сердитое лицо и сказал:
   - Спина на девяносто восемь, фальшивое трепло. А еще вертикальный, подумаешь...
   - Кто вертикальный? - озадаченно спросил Ри.
   - По шесть пальцев, и синим, красным, желтым! Больно, алюминий. И в коробочку. В красном круге, - Скрипач аккуратно снял руку Ита со своего локтя и присел, растирая ногу. - Вот если бы серое...
   - Полностью разделяю твое возмущение, - серьезно кивнул Ит, присаживаясь рядом. - Ри, а что он имел в виду, собственно?
   - Я понял следующее. Маданга, а особенно почему-то государство Гана, хочет добиться снятия капсуляции. Поскольку тут оказались Контролирующие, самым простым вариантом стало каким-то образом повлиять на них и заставить или снять капсулу, или помочь выйти на связь с официалами, все с той же целью. Подозреваю, что государство, сумевшее это сделать, получит на очень долгое время карт-бланш на любые действия, а тот, кто сумеет найти выход, так и вообще будет пожизненно героем. Понимаешь, почему он так старается?
   - Понимаю, продолжай.
   - Ну так вот. Наши явно тянут время и начали игру, в которой мы с тобой выступили пешками. Вернее, заложниками самой игры.
   - О, господи... но эта игра продлится ровно до того момента, как эти придурки поймут, что с нашими Контролирующими что-то не так. Какая блокировка, они даже станцией управлять не могут!
   - Вот именно, - заключил Ри. - Верно мыслишь. Мне кажется, что эту игру затеял Таенн и с единственной целью - чтобы мы добрались до станции и сумели как-то забрать их троих, когда будет очередной пульс капсулы. Это единственный выход и для Маданги, и для нас, и для них.
   - Вот только Маданга этого никогда в жизни не поймет, - констатировал Ит. - Ри, если не получится, это же будет катастрофа.
   - Мы с тобой можем только догадываться, какого масштаба она будет, эта катастрофа, - добавил инженер. - Если вспомнить, что за информацию они на себе тащат...
   - Так что же мы стоим-то? Идти надо! Скрипач, давай, милый, поднимайся. Понимаю, что болит, но ты потерпи, хорошо? - попросил созидающий.
   Тот тут же поднялся на ноги, словно и впрямь понял, что сказал ему Ит, и поковылял следом за ними.
   - Слушай, а почему ты сказал, что это единственный выход и для Маданги тоже? По-моему, для нее вообще выхода нет, - Ит коротко глянул на Ри.
   - А по-моему, есть, - ответил тот. - По крайней мере, должен быть. Просто его никто не искал. Или искал, но не там.
   - Почему ты так решил?
   - Тут есть дети, - усмехнулся Ри. - Нельзя окончательно губить мир, который все еще жив, каким бы плохим он ни был. Но для того, чтобы снова поднять этот вопрос, нам, опять же, нужно отсюда выбраться.
   - Согласен, - вздохнул Ит. - Ты совершенно прав.
   Человек из Индиго и человек из Мадженты посмотрели друг на друга и улыбнулись - схожести мыслей, желаний, целей.
   - Выберемся, - уверенно сказал инженер. - Вот оно, оказывается, как на самом деле бывает.
   - Что именно? - не понял созидающий.
   - Да мир спасать, - засмеялся Ри. - Не знаю, как у вас, а у нас полно игр, в которых цель - спасти мир. Только там все совсем по-другому. Там обязательно есть герои в броне, армии, война... конечно, они немножко наивные, эти игры, но все равно здорово.
   - У нас таких нет. У нас по большей части приключения и путешествия, - улыбнулся Ит. - Я, правда, в двенадцать лет играть бросил, некогда стало. Но тоже было здорово.
   - Но мир спасать не надо?
   - Не надо. Чего его спасать, если в нем и так все хорошо?
  
  

* * *

  
   Что такое война в представлении государства Гана и Союза Республик они увидели на пятый день своего путешествия. Пройдено к тому моменту было почти семьдесят километров, и нога у Скрипача разболелась страшным образом. После трех часов ходьбы он сел на землю и категорически отказался двигаться дальше, несмотря на все уговоры. Ри с Итом, посовещавшись, решили передохнуть денек. Время в запасе еще было, пусть и немного, и проще потерять этот день, чем потом тащить Скрипача на руках больше ста километров, если он обезножит полностью.
   Именно это их в результате и спасло.
   Пока Ит, как получалось, растирал едва не плачущему от боли Скрипачу покрасневшую и распухшую лодыжку, Ри сбегал за ближайший холм, разведать дорогу. Вернулся он с вытянувшимся лицом и сообщил, что впереди явно что-то затевается. К пограничной территории со стороны Ганы подошло несколько машин, из которых высыпало с полсотни людей, люди эти зашли на территорию "свободной зоны" и двинулись в сторону Республик.
   - И что делать будем? - насторожился Ит.
   - Лучше бы нам куда-нибудь спрятаться, - с тревогой ответил Ри. - Не нравится мне это все.
   - Куда тут спрячешься? - спросил созидающий, обводя взглядом ровный склон холма. - Обратно вернуться? Там, кажется, лесок был какой-то...
   - Не кажется, а был, но как мы со Скрипачом возвращаться будем, он же идти не может, - возразил инженер. - Посиди с ним, я сейчас сбегаю, посмотрю, может, чего-то и придумаю.
   Вернулся он минут через десять и сообщил, что неподалеку есть местечко, которое можно использовать в качестве укрытия - несколько крупных гладких камней. Подхватив Скрипача на руки, они чуть не бегом бросились туда, куда направлял Ри, в сторону от границы, вглубь территории, наискось через склон. Действительно, за холмом обнаружились вросшие в землю гладкие валуны, которые в незапамятные времена принес сюда ледник. Одна щель между ними оказалась достаточно широкой, чтобы протиснуться внутрь, и они по очереди заползли в этот естественный каменный дольмен.
   - Ит, ты можешь поставить защиту? - Ри вопросительно уставился на него, когда все трое кое-как расселись в крохотном пространстве, под сырыми холодными камнями. - У тебя же детектор есть. Может быть, сделаешь такой же щит, как тогда, на Терране?
   - Понадобится - сделаю, - немного подумав, ответил Ит. - Но ты учти, мы же почти три дня ничего не ели. Меня надолго не хватит.
   - А на сколько хватит? - деловито поинтересовался инженер.
   - Час, полтора, - неуверенно пожал плечами созидающий.
   - Мало, - огорченно пробормотал Ри. - Чертовски мало. Это плохо.
   - А биокомп как-то можно использовать?
   - Он, прости, для подобных вещей не предназначен, - вздохнул Ри. - Эта штука исключительно мирная.
   - А жаль, - ответил Ит.
   Скрипач повздыхал, пробормотал что-то маловразумительное, пролез в узкую щель между Итом и Ри, лег между ними, свернувшись клубочком, и подтянув ноги чуть не к подбородку. Он явно собирался вздремнуть. Ри и Ит переглянулись.
   - Неплохая мысль, - одобрил инженер. - Все равно делать нечего, только ждать.
   - Лучше все-таки спать по очереди, - предложил созидающий, которому спать совершенно не хотелось. - Давай я пока что покараулю.
   - Ну, карауль, - Ри осторожно улегся рядом со Скрипачом. - Разбуди потом, я тебя сменю.
   "Все-таки мы очень устали, - подумал Ит. - Сказал бы мне кто, что я буду всерьез думать о том, чтобы осенью спать на земле, в холоде и сырости, да еще с удовольствием, я бы, наверное, рассмеялся и не поверил".
   Он сел, привалившись спиной к гладкому боку валуна, и стал прислушиваться к отзвукам недалекого боя. Впрочем, слышно почти ничего не было, лишь земля иногда вздрагивала, словно на нее падало что-то тяжелое. О том, что происходило по другую сторону холма, созидающий старался не думать. В его мире войн не было и не могло быть. Он отлично помнил постулат "войны не бывает" и одного своего преподавателя, который на полном серьезе утверждал, что подобное явление становится физически невозможно, когда раса или мир доходит до определенной стадии развития. Построение было ветвистое, объемное, изобилующее примерами и выводами, и когда Ит впервые с ним познакомился (а произошло это больше двадцати лет назад, на втором курсе, на одной из первых лекций по теософии), оно казалось безупречно логически выверенным и практически неоспоримым.
   Хрена с два! Земля снова дрогнула. Вот тебе и построение, дорогой Биэнн. Теперь бери это построение и ешь его с маслом, потому что ничего другого, дорогой Биэнн, есть тебе тут не предложат. Не бывает? Да как же! Еще как бывает. Вот тебе и все аксиоматические теории, вот тебе и правила построения вывода - кушай, дорогой, наслаждайся. Продвинутый мир, стандартная техногенная цивилизация, умеренное многобожие, все те же, наверное, заповеди - не убивай, не кради... а каков результат! Нравится? Вот и думай, Ит, про теорию и практику. Делай выводы.
   Он посмотрел на Ри и Скрипача. Инженер спал, как убитый, и, конечно, не заметил, что Скрипач подполз к нему поближе и приобнял - ему было холодно, и он пользовался любой возможностью согреться. Да уж, еще одна загадка, причем из области фантастических. Совершенно непонятное существо. Никому непонятное. Ни Сэфес, ни Барду, ни Ри, ни искину, ни самому Иту. И при этом - было в Скрипаче что-то бесконечно родное, настолько родное, что созидающий в последнее время старался избегать этих мыслей, они пугали, от них делалось не по себе. Когда у Скрипача болела нога, Ит словно начинал чувствовать боль сам. Не такую, конечно, как сам Скрипач, но какой-то оттенок боли появлялся в сознании, и несколько раз созидающий ловил себя на том, что начинает прихрамывать. Когда Скрипач радовался, неважно чему, хоть тем же птицам, Ит, опять помимо собственной воли, тоже начинал ощущать непонятно откуда берущуюся шальную, алогичную радость. Несколько раз он пытался как-то проанализировать это все, но ничего толком не получалось. Не могли они со Скрипачом быть неким разделенным целым, стремящимся к единству. Никак не могли. Однако...
   "Ну, войны ведь тоже не бывает, - отрешенно думал Ит. - И войны не бывает, и генетических двойников, похожих, как две капли воды, в разных концах вселенной, и холодно не бывает, и страшно. И общемировых катастроф не бывает. На самом деле ничего этого, конечно, нет, и не может быть. Ведь так? Интересно, если бы я рассказал про все это маме, отцу и братьям, мне бы кто-нибудь поверил? Вряд ли. Вообще непонятно, что делать, если удастся отсюда выбраться. Домой? А Скрипач?.. Его куда? С собой? Вернуть на ту свалку? Нереально. И одно нереально, и другое. Он же привязался, как собака, его же жалко, за него больно, страшно, он безобидный и добрый, и до него никому нет дела, кроме меня. Вылечить? Искин сказал, что это невозможно. И даже если вылечить, куда потом? Нам ведь придется... О, Боже, теперь еще и "нам". Вот только этого не хватало..."
   Прошло, вероятно, уже несколько часов. Дневной свет в расселине стал меркнуть, сереть. Наступал вечер. Ит с трудом стряхнул с себя полудрему, сел поровнее, осторожно подвигал затекшими руками и ногами. Холодно. Все время холодно. Он прислушался. Звуков больше не было, земля перестала вздрагивать. Все закончилось? Отсюда не поймешь, придется выйти и посмотреть, что там и как.
   Прежде, чем растолкать Ри, Ит осторожно размотал Скрипачу ногу. Опухоль спала, да и краснота стала поменьше. Если не будет придуриваться, то вполне сможет идти. Вопрос в другом - можно ли идти...
   Проснувшийся Ри сонно потер глаза, с хрустом потянулся и зевнул.
   - Ты чего меня не разбудил-то? - хриплым со сна голосом спросил он.
   - Задумался, - честно ответил Ит. - Слушай, там тихо стало. Может, выйдем, посмотрим?
   - Лучше я один, - подумав, отозвался инженер. - Ты пока Скрипача разбуди. Может, дорога уже свободна.
   - Ладно, - кивнул созидающий. - Черт, пить хочется...
   - Мне тоже, - уныло пробурчал Ри, протискиваясь в щель. - Ладно, если Бог даст, скоро выберемся отсюда, а там, глядишь, и попьем. Я бы еще и пожрал...
   Ит замотал Скрипачу ногу обратно и осторожно потряс его за плечо. Тот открыл глаза сразу, и вдруг Ит понял - Скрипач давно уже не спит, но почему-то до сих пор притворялся спящим.
   - Тссс, - Скрипач прижал палец к губам и потряс головой. Говорил он свистящим шепотом, от которого Иту стало неуютно. - Синее! Семьсот. Пальцы в чужое железо, а потом семьсот. Вкрапления в серое. И, наверное, веер. Рррррраз! Не слышу синее.
   Ит опешил. Для Скрипача, почти всегда молчащего или бросающего свои непонятные фразу скупо и отрывисто, это была огромная речь. В голосе его слышалась неподдельная тревога. Ощущение опасности, до того не оставлявшее Ита с самого утра, усилилось.
   - Я сейчас, - пробормотал он. - Сиди тут и жди, хорошо? Я пойду, позову Ри. Ладно?
   - Вкрапления не через зеленый круг, - лицо Скрипача страдальчески исказилось. Видимо, он пытался подобрать подходящие слова, чтобы выразить какую-то важную мысль, но слова никак не желали находиться. - Другая сторона. Не демоны. А хотят, чтобы демоны. Половинки, на общий фон, красивое... Не хотят. Семьсот!
   - Я сейчас, - повторил Ит.
   Он ползком выбрался из каменной щели. Огляделся, хотя в наступающем сумраке видно было плохо. Ри нигде не было. Ит на секунду задумался, затем быстрым шагом пошел к вершине холма.
   Ри, как он и предполагал, обнаружился там. Он лежал в жухлой траве, и внимательно смотрел куда-то вниз. Услышав шали Ита, он, не оборачиваясь, прошептал:
   - Не маячь, пригнись. А лучше ляг. Мы и так как на ладони, но все равно.
   Ит лег и тоже присмотрелся. Нет, ничего не видно. Слишком темно.
   - Я через биокомп смотрю, - пояснил Ри. - У тебя детектор есть, воспользуйся.
   ...По лощине внизу, между двумя холмами, бродили люди. От того, как они выглядели и что делали, Ита передернуло. Люди были закованы в броню, с головы до ног, и броня эта делала их почти невидимыми - видимо, экранировала или поглощала если не весь спектр, то большую его часть. Если бы не детектор, увидеть такого воина можно было бы лишь тогда, когда он подойдет к тебе вплотную. Люди внизу медленно ходили по какой-то схеме, иногда нагибались, и вдруг Ит понял, что у них под ногами тут и там валяются тела, которые эти люди деловито осматривают и обшаривают, переворачивая, словно это не тела, а занятные предметы.
   - Что они делают? - шепотом спросил Ит.
   - Ищут, - мрачно ответил Ри.
   - Чего ищут? - не понял созидающий.
   - Угадай, - инженер повернулся к Иту. Лицо его было мрачнее тучи. - Нас. Я только сейчас понял. Если бы не Скрипач, мы к моменту этой стычки были бы как раз там, между этими холмами.
   - Так это все...
   - Исключительно в нашу честь, - подтвердил Ри. - А что? Все логично. Троих дураков понесло невесть куда между двух враждующих территорий, и они случайно угодили в локальный конфликт. Тут это, видимо, не редкость. Сами виноваты. Надо было сидеть там, где безопасно, а не лезть на рожон.
   - Надо дождаться, пока они уйдут, и потом...
   - Они не уйдут, - уверенно сказал Ри. - У них, по всей видимости, приказ. Они не уйдут, пока не убедятся, что мы мертвы.
   - Господи... Ри, давай вернемся, а то там Скрипач один, - начал было Ит, но его слова прервал тихий шорох, и через несколько секунд безумец на четвереньках подполз к ним.
   - Веер, - констатировал он, указывая рукой вниз. - Видишь?
   - Как вовремя у тебя заболела нога, - задумчиво сказал Ри. - Молодец, Скрипач.
   Тот расплылся в радостной улыбке, и у Ита на мгновение возникло в глубине души что-то светлое и очень похожее на счастье. Возникло и исчезло...
   - Надо что-то делать, - с тревогой пробормотал инженер. - Причем, быстро. Они скоро начнут расходиться все дальше и дальше в стороны, и найдут нас. Удивительно, что до сих пор не нашли. Не понимаю, почему.
   "Сейчас объясню, - одновременно раздался у них в головах сердитый голос искина. - Это я. Но учтите, это максимум того, что я смог сделать, не привлекая ничьего внимания. У них действительно приказ, и они действительно не уйдут, пока не обнаружат ваши тела. Ри абсолютно прав".
   - Что ж ты раньше молчал, железяка проклятая?! - инженер чуть не заорал, но заорать шепотом не получилось. - Ты что, наблюдал за нами и ни черта не делал?!
   "Я не могу ничего сделать, я боюсь навредить Барду и Сэфес, и вам тоже. Любое мое действие, которое они сумеют отследить, может послужить спусковым крючком для действий с их стороны".
   - Но сейчас-то ты делаешь!..
   "Не кричи, пилот. Пожалуйста. Повторяю - эта защита является максимумом, больше я ничем не могу помочь. Я - не могу. А вот Ит - может".
   - Я? - удивился тот. - Но чем?
   "С помощью детектора ты способен снять с вас троих матрицы, - искин быстро развернул у Ита в голове схему. - Они останутся стабильными больше местных суток. За это время вы сможете порядочно продвинуться и у вас появится хоть маленький, но шанс на..."
   - Искин, ты одурел, - мрачно сказал Ит. - Да, это возможно, но у меня нулевой ресурс. Я это сделаю, но что потом со мной будет...
   - Дотащим, - уверено заявил Ри.
   - Сто с лишним километров? - криво усмехнулся созидающий.
   - Искин, другого варианта точно нет? - спросил инженер.
   "Нет. Я просчитал все, что было возможно. Этот вариант тоже плох, но он хотя бы позволит вам выиграть время".
   - Но мы же себя обнаружим, - не согласился Ит. - Матрицы распадутся, и они поймут все - и про детектор, и про то, что мы их обманули. А мы за это время не успеем дойти до моря. Никак.
   - Искин, подожди, - попросил Ри. - Если мы это сделаем... допустим... ты сможешь и дальше обеспечивать нас маскировкой? Если да, то в этом всем есть смысл, надеюсь.
   - А что будет с нашими? - с тревогой спросил Ит. - Что будет с ними, если эти поймут, что мы их обманули?
   "Ничего хорошего, но и ничего критического, - подумав, ответил искин. - Разве что вопросов, которые им задают, прибавится. Не думаю, чтобы их тронули. Они нужны".
   "А мы - нет, - подумал Ит. - Мы были нужны только как орудие шантажа".
   - Хорошо, - сказал он вслух. - Давайте попробуем. Только... Ри, вам со Скрипачом лучше спрятаться обратно, наверное. Так безопаснее.
   - Ну уж нет, извини. Если я правильно понял, ты рухнешь сразу, как только запустишь матрицы. Поэтому мы все же останемся с тобой.
   - Ладно, - сдался Ит. - Нам надо спуститься вниз. Я пущу матрицы в обход холма, чтобы у нас было время вернуться обратно до того, как...
   Он не договорил, да не было в этом никакой необходимости, все и так было ясно. Они ползком спустились с вершины холма и пошли вниз, все ускоряя шаг. Метрах в трехстах от валунов Ит остановился, огляделся.
   - Годится, - сообщил он. - Вы лучше все-таки отойдите. А то я вроде бы соображаю, как это делать, но, поскольку не делал никогда...
   - Ага. Пойдем, Скрипач, - Ри взял упирающегося безумца за рукав и потащил в сторону. - Пойдем, пойдем, так надо.
   Когда они отошли, Ит закрыл глаза, опустил голову и вывел в сознании нужную схему. Ему было страшно, но в то же время он ощущал какой-то совершенно незнакомый задор - сумею или не сумею? Получится?.. Ладно, начали. Думать некогда.
   Воздух вокруг него задрожал и потеплел. Откуда-то, словно отовсюду сразу, к Иту потянулись тонкие, паутинные нити, которые начали концентрироваться перед ним в смутно различимые силуэты. Созидающий чувствовал, что тело его тоже сотрясают волны дрожи, дыхание резко участилось, позвоночник вдруг пронзила резкая, щемящая боль, которая, впрочем, тут же прошла. Силуэты обретали все более различимые очертания, набирали объем, и тут Ит ощутил, что силы стремительно заканчиваются, что их не хватает. Он напрягся, что было мочи, моля только об одном - Господи, хоть бы получилось, хоть бы меня хватило на это, ведь от этого сейчас зависит если не все, то почти все...
   Последний отчаянный рывок - и Ит упал на колени, чувствуя, что задыхается, что воздух почему-то перестал проходить в легкие, но меркнущее сознание сумело уловить одновременное, совершенно синхронное движение трех фигур, которые, разом повернувшись, бросились бежать по склону и почти мгновенно исчезли в сумерках. Он еще раз попытался вдохнуть, но горло сжимали невидимые стальные руки. Мир мутнел, расплывался, таял. В последнюю секунду, перед тем, как потерять сознание, Ит успел почувствовать, как кто-то подхватывает его за плечи, и тут все исчезло уже окончательно.
  
  

* * *

  
   Лицо почему-то было мокрым, вода стекала по шее за шиворот, горло болело, саднило. Он, не открывая глаз, неуверенно поднял руку, но ее тут же кто-то схватил и начал гладить. Так, понятно. Скрипач. Не будет же Ри так делать. От этой мысли стало смешно, но смеяться сил не было. Ит с трудом открыл глаза. Так и есть. Скрипач сидит рядом, лицо у него заплаканное, глаза красные. О, смотри-ка, а ведь рассвело. Утро? Или день?..
   - Очнулся наконец, - с облегчением сказал Ри. - Я уж думал, что тебе кранты. Почти десять часов как труп валялся. Ну ты и напугал...
   - Получилось? - голос звучал непривычно, хрипло и низко. Говорить было больно, но не так сильно, как он боялся.
   - Получилось в лучшем виде, - заверил инженер. - Подстрелили матрицы, погрузились и уехали. Матрицы, конечно, забрали с собой. Слушай, а из чего они сделаны? Настолько реалистично, что я даже испугался. Не особенно приятно видеть свой собственный труп, - он нервно хихикнул.
   - Вода, - ответил Ит. - Скрипач, помоги сесть... Это вода, Ри. Ничего больше.
   - Представляю, как у них вытянутся морды через пару дней, - заметил Ри. - Кстати, о воде. Скрипач добыл воды, когда они уехали. Пить хочешь?
   - Спрашиваешь! Давай скорее, - созидающий подумал, что, может быть, горло будет саднить меньше, если напиться, и оказался совершенно прав. Стоило выпить несколько глотков из поднесенной Ри банки с водой, и боль в горле существенно уменьшилась. Банка была грязная, вода отдавала лиственной прелью, но Ит подумал, что ничего вкуснее в жизни не пил. - Ри, надо двигаться дальше. Матрицы просуществуют трое суток, и поэтому...
   - Ты же говорил, двое.
   - Удалось сделать на трое, - усмехнулся Ит. - Потом они просто распадутся.
   - А ты идти сможешь? - с сомнением спросил Ри.
   - Смогу, - поежился созидающий. - Должен. В конце концов, вы поможете.
   - Ладно. Тогда отдохни еще немножко, и двинулись, - Ри с участием посмотрел на Ита. - Знаешь, я того... Извиниться хотел.
   - За что? - удивился тот.
   - Понимаешь, я тебя первое время слизняком считал. Сталкивался с этим типом людей, и терпеть его не могу, - признался инженер. - Снобы и чистоплюи. Которые болтать горазды, а на поступок неспособны. Я, когда тебя впервые встретил, подумал - ну вот, свела нелегкая. Ненавижу таких! Нос до небес, весь из себя культурный, и не ругнись при нем, и все по правилам, и элитарность, и...
   - Я понял, - покивал Ит. - У меня такие братья. По-моему, их даже отец из-за этого избегать начал. Они на весь мир смотрят свысока и, как мне кажется, считают свое мнение единственно возможным и самым правильным. Я по сравнению с ними... эх... - он горестно махнул рукой. - Мне и самому это не нравилось. Знаешь, они играли... ну, есть такая игра, когда люди разбирают себе роли и...
   - У нас таких игр нет, есть с ролями, но они военные, - вставил Ри.
   - Нет, тут другое. У нас эта игра называется "Филигранная интрига", - объяснил созидающий. - У нашей семьи и так статус высокий, а они в игре брали себе самый высший, в приближении к Абсолюту. Однобуквенные имена, изысканное обращение, утонченность, игра слов и все подобное. Когда человек в двадцать четыре года на полном серьезе считает, что подобное делает его выше и лучше...
   - А ты? - с интересом спросил инженер.
   - А я ушел заниматься фольклором. Сказками. Нет, мне ничего не говорили, но я чувствовал, что и сами братья, и из изысканное общество из "интриги" считают меня... слишком простым. Неподходящим для столь возвышенных особ.
   Ри посмотрел на Ит с сочувствием.
   - Да уж, - протянул он. - Но ты все равно извини, ладно? Я-то подумал, что ты как раз из этих.
   - Я уже теперь не знаю, из каких я, - тяжело вздохнул Ит. - И ни из тех, и ни из этих. Ладно, Ри, пошли. Надо двигаться. Сначала потихоньку, потом разойдусь, наверное. Скрипач, бери банку, и пойдем. Давай, давай, милый. Ничего, я сам встану, со мной уже все нормально.
   ...Сквозь туман, стоящий на дне лощины, пробивалось робкое осеннее солнце. Три человека шли, стараясь поменьше смотреть под ноги, и молчали. Каждый думал о чем-то своем, но делиться мыслями не хотел - порой лучше смолчать, чем произнести что-то, что не имеет пока четких очертаний, а лишь видится, смутно и зыбко, как этот туман. Лучше молчать, чтобы не спугнуть начинающий рождаться ответ.
  
  
  
   Превращение
  
   По тридцать километров в день. Вдвое больше, чем предполагалось изначально. Под проливным дождем. По земле, искалеченной бесконечной чужой войной. Чувствуя, как тают и без того невеликие силы, без еды, без теплой одежды. Может быть, если бы не погода и не изувеченная земля, они проходили бы больше. Но в таких условиях и тридцать километров давались с огромным трудом.
   Помня о защите, поставленной искином, они шли, особо не скрываясь - сейчас отследить их можно было только визуально, но, по заверениям того же искина, в радиусе пятидесяти километров не было никого живого.
   - Придут они по наши души, придут, - мрачно говорил Ри, когда вечером второго дня они расположились на отдых в сырой, заросшей кустами лощине. - Вопрос только - когда?
   - Скорее всего, завтра, - Ит устал настолько, что даже говорить было трудно. Стараясь не подвести остальных, он шел, стараясь не отставать, но создание матриц отняло огромное количество сил, и сейчас ему приходилось даже хуже, чем Скрипачу, у которого снова разболелась нога. Однако вида он не подавал и шел, стараясь не отставать от Ри.
   Сырные корки, которые Ит собрал перед тем, как они отправились в путь, давно кончились. Впрочем, о еде они почти не думали, некогда было. К счастью, и Ри, и Ит были приучены жить более чем скромно, и оба оказались неплохо тренированы - Ри признался, что занятия спортом были у них обязательной дисциплиной для всех без исключения, а Ит в ответ рассказал, что у него дома считалось зазорным спать больше пяти часов кряду, а бегать его отец приучил с малолетства. Для Скрипача, привыкшего к нелегкой жизни на свалке, и погода, и отсутствие еды тоже были явно не в новинку, по сути дела, его беспокоила только больная нога, а так - практически все устраивало. Конечно же, они устали, но понимание того, что может произойти, если они не дойдут, придавало новые силы. Что же до Скрипача, то он радовался тому, что находится рядом с людьми, которые ему безумно нравились, и если им надо куда-то - то и ему туда же, никаких проблем.
   - Что делать будем, когда придут? - спросил Ри.
   - А я им врежу, - коротко ответил Ит.
   - Как? - не понял инженер.
   - А так же, как на Терране. Сунутся - врежу.
   - У тебя сил не хватит.
   - Хватит, - угрюмо отозвался Ит. Он только что размотал упирающемуся Скрипачу лодыжку и с горечью отметил, что нога снова распухла, а краснота поползла вверх - это ему особенно не понравилось. Скрипач снова дернулся и что-то жалобно пискнул. - Сиди, дурак. Сиди, говорю, куда?!
   - Последний рывок остался, - заметил Ри. - На станции вылечим, только бы дошел.
   - Что искин говорит?
   Из соображений осторожности с искином теперь связывался только Ри.
   - Что сумеет прислать за нами какой-то транспорт. Но только в четко обозначенное время, - инженер, наконец, лег и поежился от холода. - С нашими ему связаться не удалось. То есть он пытался это сделать, но Таенн не ответил.
   - Но они живы? - Ит понимал, что говорит сейчас глупость, но точнее сформулировать свой вопрос просто не сумел.
   - В нашем понимании - да, живы. И относительно целы, - ответил инженер. - Самое поганое, что корабль с детьми от станции так никто и не увел, оказывается. Он все еще там.
   - О, черт... - простонал созидающий. - Стоит нам вернуться, и все пойдет по второму кругу.
   - Боюсь, что да, - согласился Ри.
   - Если сумеем сделать все так, как сказал искин, то на шантаж у них просто не останется времени, - подумав, заметил Ит. - Они смогли нас шантажировать только потому, что нам некуда было деваться. Но в этот раз все будет иначе - капсула-то откроется. И у нас не будут связаны руки.
   - Может быть, и так, - инженер зевнул. - Время покажет. Ит, заматывай ему ногу обратно, и ложитесь.
   - Пусть еще немножко так посидит. Эта ткань проклятая ему до крови там все стерла. А ты заметил - он ведь молчит, не ноет, несмотря на то, что с ногой гораздо хуже, чем когда он нас остановил?
   - Заметил, конечно. Я же еще тогда сказал, что нога у него как-то уж очень вовремя заболела, - покивал Ри. - Ох, неспроста он за нами увязался, вот что я тебе скажу. И не так он прост, как кажется.
   - Ри, я... - Ит осекся. - Я за него боюсь... Сиди, бестолочь ты этакая, куда? Сиди, дай обратно замотаю. Не приставай, сказал, посиди ты хоть минуту спокойно!
   - Почему боишься? - не понял инженер.
   - Потому что у меня ощущение, что, случись что посерьезнее, он за нас в огонь и в воду полезет, - созидающий, наконец, закончил бинтовать Скрипачу лодыжку, и теперь тот натягивал на ногу истрепанный ботинок. По счастью, ботинок был Скрипачу сильно велик, и нога с повязкой спокойно в нем помещалась.
   - За нас - или за тебя? - немного ехидно спросил Ри.
   - За нас, - без колебаний ответил Ит. - Видишь, как он к тебе хорошо относится? - спросил он со смехом.
   Скрипач подполз к Ри, взял его за руку и принялся гладить пальцы - каждый палец по отдельности. Чужие пальцы его в последнее время очень занимали. В отсутствии других подходящих игрушек Скрипачу приходилось довольствоваться тем, что есть - а пальцев в его распоряжении оказалось аж двадцать штук. Понимая, с кем они имеют дело, владельцы пальцев предпочитали терпеть, не возражая - лучше пусть развлекается таким образом, чем рыщет по окрестностям в поисках чего-нибудь с его точки зрения красивого и привлекает внимание.
   - Мне все-таки кажется, что он умнее, чем выглядит, - Ри высвободил руку, улегся поудобнее. - И еще мне кажется, что ту же ситуацию с засадой он предвидел. Может, даже и сознательно. Как-то почувствовал, понял и сумел нас остановить. Если бы мы там оказались, мы бы сейчас не разговаривали.
   - Мне кажется ровно то же самое, - согласился Ит. - Но я не думаю, что он сознательно это сделал. Почувствовал опасность, ты верно сказал, и отказался идти дальше. Это не сознательное, это что-то другое.
   - А что тогда?
   - Понятия не имею. Может быть, услышал что-то. Или те же птицы - мы не обращаем на них внимания, а он смотрит постоянно. Не знаю. Но факт остается фактом - он нас спас. И если мы сумеем дойти до станции, я ему закажу сто тарелок с картошкой и десять серых платьев, потому что то, что на нем сейчас, можно только выбросить.
   Ри засмеялся.
   - Да, без платья ему никак. Забавный он все-таки. Такое ощущение, что он словно в двух мирах живет одновременно - в нашем и в каком-то еще. Меня удивляет, что ты умудряешься его понимать.
   - А ты совсем не понимаешь? - спросил Ит.
   - Совсем, - признался инженер.
   - Знаешь, а ведь он пытался со мной разговаривать. Когда ты пошел смотреть, а мы остались в камнях, - наконец решился созидающий. - Нес эту свою несусветицу, но интонации, общая структура, ритмика... - он замялся, подыскивая слова. - Может, это просто совпадение, по крайней мере, тогда мне так и показалось, но сейчас я думаю, что это было все-таки осознанно.
   - И что он пытался сказать? - Ри приподнялся на локте и посмотрел сначала на Ита, а потом - на успевшего уснуть Скрипача.
   - Сейчас я понимаю, что он предупреждал. Негодовал по поводу этой засады и предупреждал, чтобы мы туда случайно не сунулись. По крайней мере, мне так кажется.
   - Ты потом считку покажи, ладно? Только не при нем, конечно, - попросил Ри. Ит согласно кивнул. - Морис говорил, что его надо вылечить, а я вот сейчас думаю, что не надо.
   - Почему?..
   - Безумные, они ведь счастливые. Нам сейчас трудно, а ему хоть бы что, ты заметил?
   - Заметил, - покивал Ит. - Даже хорошо. Если бы не болела нога и было, что поесть, стало бы совсем хорошо... Ладно, давай спать. Заболтались мы что-то.
  
  

* * *

  
   Делегация прибыла на исходе следующего дня, как и предполагал Ит. На этот раз одной машиной дело не ограничилось - пришла небольшая колонна из шести машин, причем Ри с ходу определили, что в этот раз антигравы прибыли более чем серьезные, боевые, а не простые транспортные.
   - Убивать нас приехали, не иначе, - мрачно сказал он. - Причем всем кагалом. Больше ста человек, не считая техники. Хорошо подготовились.
   - Правильно, - дернул плечом Ит. - Сразу, конечно, не убьют...
   - Ну да, надо же сначала поговорить, - поддакнул Ри. - Без этого никуда.
   Из первой машины стали выбираться люди. На этот раз, прежде, чем показалось начальство, вышли солдаты, в той самой броне. Ит с интересом присмотрелся. В его (или не его?) воспоминаниях о Маданге ничего подобного не присутствовало. Видимо, и броня, и нынешнее вооружение появилось уже после того, как планета оказалась заключена во временную капсулу. Выглядели солдаты неприятно, даже отталкивающе. Серо-коричневая броня чем-то походила то ли на хитин насекомого, то ли на экзоскелет членистоногого - гибкие, заходящие друг на друга пластины, соединения которых скрыты внутри, и непонятно, как сделаны; треугольный, закрывающий лицо шлем, сужающийся к подбородку.
   - Тараканы, - с отвращением произнес Ри. - Ты видел когда-нибудь тараканов?
   - Нет, - покачал головой Ит. - Но уже понимаю, что это что-то отвратительное.
   - Не то слово. У нас дома была сказка, в которой тараканы захватили весь мир.
   - И что?
   - И ничем хорошим это не кончилось. О, смотри-ка, сам появился...
   Из машины вылез их давешний знакомый. Солдаты почтительно расступились перед ним, образуя живой коридор, и седой военный неспешно проследовал по нему, направляясь в сторону Ри, Ита и Скрипача. Метрах в десяти от границы он остановился и выжидательно склонил голову к плечу. Ит и Ри подошли поближе. Теперь их и военного разделяло метров пятнадцать, не больше.
   - Извольте объясниться, - едко сказал военный. - Наврали вы уже достаточно. Теперь говорите правду.
   - Почему мы должны это делать? - вопросом на вопрос ответил Ри. - Мы соблюдали и соблюдаем все поставленные вами условия. Какие к нам претензии?
   - Такие, что вы не те, за кого себя выдаете! Хватит врать! Вам удалось убедить нас в своей якобы непричастности к Контролю и даже пройти тесты, но теперь вы не отвертитесь!
   - От чего? - спросил Ит с интересом. - От того, что наши якобы тела распались и превратились в лужи? Вы ведь это хотели сказать?
   Военный поперхнулся.
   - Видимо, он действительно про это, - задумчиво сказал Ри. - Вот только как он собирался объяснить при разбирательстве тот факт, что люди, которые никому ничего не сделали, оказались убитыми?
   - Случайно, во время инцидента, который...
   - Который вы же сами и спровоцировали, - закончил инженер. - Ит, а ты обратил внимание, что они подбирали оружие у ими же убитых солдат Республик? Ловко, правда? По его замыслу мы должны были погибнуть от рук другого государства. Может быть, благородная Гана вообще послала тот отряд на нашу защиту? Я прав?
   - Видимо, да, - согласился Ит.
   - Заткнитесь! Оба! Мне плевать, что вы там себе выдумали, но вы сейчас тут ляжете! Потому что ложь, да еще и провокации, я терпеть не намерен!
   - Правда? - вкрадчиво спросил Ит. Он шагнул вперед, и на обеих его ладонях расцвели синие огненные шары. Строй солдат в броне дрогнул, тоже подавшись вперед. - Если вы посмеете что-то нам сделать, тут ляжем не только мы, а гораздо больше народу. И объясняться с Официальной Службой и Контролем вам придется значительно дольше. Да и результат станет весьма сомнительным.
   Военный оскалился, на лбу у него вздулись синие жилы.
   - Сволочь... - прошептал он. - Рауф, гермо!!! Ах ты, вонючая тварь!!! Но ты же по всем тестам был человеком, гадина! Маскироваться научились?!
   - А хоть бы и так, - ледяным голосом ответил Ит. - Ну что, начнем? Добавите в свой послужной список еще и рауф? Чтобы Мадангу оставили в капсуляции до скончания веков? Давайте, не стесняйтесь. Только учтите, что секторальная станция сейчас все это фиксирует. И даже если она не выйдет на этом пульсе из капсулы, ее рано или поздно найдут. И обо всех ваших действиях станет известно. Потому что если вы запросто сможете уничтожить нас, со станцией вы не сделаете ничего. И вы об этом знаете.
   Военный еще несколько секунд неподвижно смотрел на пылающий синий огонь, затем молча повернулся и направился обратно к машине, по пути слабо махнув рукой своим солдатам. Все еще не веря, Ит молча следил за тем, как люди в броне рассаживались по машинам, и как уезжает прочь колонна. Из оцепенения его вывело легкое похлопывание по плечу. Ит обернулся, огонь в его ладонях погас.
   - Ну, ты даешь, - с уважением сказал Ри. Скрипач, стоя рядом, сиял восторженной улыбкой. - Это было сильно. Ты как?
   - Я сейчас в обморок упаду, - честно ответил созидающий. - Ри, их уже не видно?
   - Нет, уехали... Искин, верни нам защиту, пожалуйста! И сделай по максимуму, хорошо?
   Воздух вокруг помутнел, стало заметно теплее.
   - Да, теперь можно не прятаться, - сообщил искин, впервые за это время вслух, не мысленно. - Хорошо вы их приложили, ребята. Но радоваться рано, вам еще до моря добраться нужно. Ит, тебе совсем плохо?
   - Плохо, - кивнул тот. - Я думал, что сил у меня больше, а, оказывается, вон оно как...
   Он сел на землю, затем медленно лег. Да, так лучше. Надо полежать и хотя бы немного отдышаться. Как же эти гермо тут воевали, если детектор отжирает столько ресурсов? Хотя, может, если нормально есть и спать, то все будет не так? Или не будет? Что же там Стовер говорил... что-то он говорил про то, что гермо гибли... из-за чего? Леон сказал, что из-за Стовера. Стовер сказал, что из-за Контролирующих. А еще кто-то сказал...
  
  

* * *

  
   - Скрипач, да не дергай ты его! Не дергай, говорю. Оставь в покое! - раздраженный шепот Ри звучал где-то в отдалении. Ит приоткрыл глаза и прислушался. - У нас еще полно времени, пусть поспит.
   - Все в порядке, - Ит сел, тряхнул головой. - Я долго лежал? - спросил он, стараясь, чтобы голос звучал по возможности бодро.
   - Искин уже объяснил, в каком ты порядке, - сердито ответил Ри. - А нам еще больше тридцати километров топать. Ты вообще идти сможешь?
   - Сейчас проверим.
   Скрипач тут же оказался рядом и засуетился, помогая Иту встать. Видимо, Ри удерживал его, не давая разбудить, и Скрипачу это сильно не понравилось - на Ри он смотрел злым, мрачным взглядом, но от комментариев пока что воздерживался. Стоило Иту подняться на ноги, как он ощутил страшное головокружение и изо всех сил вцепился в руку Скрипача, чтобы не упасть.
   - Понятно, - констатировал Ри. - Ложись. Никуда ты пойдешь.
   - Нет-нет-нет, погоди, - созидающий прикрыл глаза, замер. Головокружение постепенно проходило. - Нормально, ничего, просто слишком резко встал, наверное. Ри, идем. У нас времени мало.
   - Врешь ты, созидающий, как дышишь, - осуждающе покачал головой инженер. - Но... ладно. Ты прав, надо двигаться.
   Сначала идти было очень трудно. То голова начинала кружиться, то ни с того, ни с сего накатывала отвратительная слабость. Но потом стало полегче, тем более, что шли они сейчас по остаткам старой дороги. Пусть разбитой, пусть в трещинах, но все-таки дороги. Это оказалось не в пример проще, чем брести, как раньше, по колено в траве, поминутно спотыкаясь о кочки и проваливаясь в канавы, заполненные водой.
   Ит все никак не мог сообразить, сколько прошло времени после той встречи. Сутки? Несколько часов? Лишь когда стало вечереть, он понял, что пролежал недолго. Час, два. Ну, три. Но никак не целый день. Уже хорошо. Если сейчас ничего не случится, они успеют.
   Стемнело. Они продолжали идти, но темп, конечно, существенно снизился. Воспользоваться помощью искина они не рискнули - да, конечно, очередной раунд "переговоров" с седым военным они вроде бы выиграли, но рисковать лишний раз совершенно не хотелось.
   Ит брел все медленнее, спотыкаясь. Скрипач упорно хромал рядом, ежеминутно с тревогой стараясь заглянуть ему в глаза. Ри приходилось из-за них замедлять шаг, он нервничал.
   - Слушай, Ит, давайте остановимся, - наконец предложил он. - Вы сейчас оба свалитесь. А двоих я не дотащу.
   - Нет, - ответил Ит. - Пойми, если я сейчас лягу, то потом уже не встану. Сколько еще идти?
   - Искин, далеко еще? - спросил Ри.
   - Семь километров, - ответил искин. - Ребята, я не хотел вас пугать, но береговая полоса перекрыта. Видимо, они ждут, чтобы Ит вымотался и не мог сопротивляться. Там почти тысяча человек и три морских антиграва. Я догадываюсь, что они задумали, и в этом нет ничего хорошего.
   - Мразь проклятая, - прошептал Ри. - Искин, мы можем что-то сделать? Их реально обойти?
   - Нет. Мало того, со стороны Республик к границе тоже подходит техника. И совсем не похоже, что они собираются воевать друг с другом. Они ждут вас.
   - Но зачем?! Все, что можно было сказать, уже сказано! Какой смысл нас останавливать, ловить, держать взаперти? И так же ясно... - начал Ри, но Ит его перебил:
   - Видимо, они посовещались и приняли какое-то новое решение, - тихо сказал он. - Нас не пропустят. Но есть у меня одна мысль... искин!
   - Слушаю.
   - Скажи, ты по приказу Ри сможешь подвести станцию к берегу?
   - Смогу, - голос искина звучал неуверенно.
   - А сколько времени тебе для этого потребуется?
   - Нисколько. Вернее, столько, сколько скажет пилот.
   - Все, не продолжай. Ри, нам все-таки надо туда, на берег, - созидающий с тоской посмотрел на инженера. - Я понимаю, что это звучит, как полный абсурд, но...
   - Ит, а тебя там случайно не подменили во время какого-нибудь допроса? - спросил Ри.
   - Да вроде бы нет, - отозвался он. - Слушай, вот что у меня в результате получается...
  
  

* * *

  
   К ярко освещенной, заполненной людьми и техникой береговой полосе они подошли не спеша, не скрываясь. Первым шел Ит, следом за ним - Ри и Скрипач. На всякий случай Ри крепко держал Скрипача за руку (а ну как решит выкинуть какой-нибудь фортель?), но, похоже, в этом не было необходимости - когда Скрипачу объясняли, что нужно делать и как себя вести, он слушал очень внимательно и один раз, кажется, даже кивнул.
   При их приближении шум на берегу стих. Люди замерли, лишь двигатели антигравов продолжали работать, заполняя пространство монотонным низким гулом.
   Ит продолжал идти. Метрах двадцати от солдат, выстроившихся в защитную линию, он остановился. Ри и Скрипач остановились тоже.
   "Море, - вдруг подумал Ит. - Я ведь слышу море. А вдруг это вообще в последний раз?"
   - Освободите дорогу, - негромко сказал он. - Я прошу по-хорошему, слышите? Освободите дорогу!
   - А больше вам ничего не надо? - издевательски крикнул кто-то. - Корабль не предоставить для морской прогулки?
   - Было бы неплохо, но в этом нет необходимости, - спокойно ответил Ит. - Уходите.
   - Вот что, гермо, - этот голос они узнали сразу же. - Кончай этот блеф. Даже с боевым детектором ты сумеешь зацепить человек пятьдесят, но никак не больше. Остальные превратят вас в кашу за несколько секунд. Шутки и игры кончились. Я предлагаю вам сдаться, этим вы спасете свои жизни.
   - Не тебе распоряжаться нашими жизнями. И я не гермо. Я человек.
   - Конечно, человек, ври больше. Напичканный технологиями рауф, засланный сюда с целью...
   - У меня нет ни желания, ни времени продолжать эту беседу, - Ит поднял руку. - Последний раз предупреждаю - уйдите.
   - Да что ты сделаешь-то?
   - Посмотрим, - ответил Ит. - Давай, Ри.
   То, что происходило дальше, заняло считанные секунды, но Иту эти секунды показались вечностью.
   Он ударил. Ударил одновременно в тысячу мишеней сразу, вкладывая в удар все, что имел, все силы, всего себя. Он не думал в тот момент, что же будет потом. Существовало только "сейчас", никакого "потом" предусмотрено не было. Никаких визуальных эффектов тоже - атака Ита была направлена на то, чтобы выиграть по времени ровно минуту. На самом деле, можно было бы обойтись меньшим временем, но Ит не хотел рисковать.
   Несколько секунд ничего не происходило. А затем люди начали падать на землю, без единого звука или лишнего движения, ровно и плавно - ему удалось опередить всех, ни одного выстрела так и не прозвучало. Да, парализующий заряд, который использовал Ит, был слаб, но этого все равно с лихвой хватило - в тот момент, когда и сам Ит начал оседать на песок, в сотне метров от полосы прибоя возникла из ниоткуда секторальная станция. От нее метнулся к берегу сияющий золотом луч. Ри подхватил ставшего почему-то странно легким Ита на руки и шагнул в свет.
  

* * *

  
   - ...Не ори! Заткнись, урод, не ори, сказал!.. Искин! Что мне делать?! Да не ори, сволочь!!!
   Скрипач выл. Он стоял на коленях, вцепившись обеими руками в штанину Ри и выл, гортанно, давясь слезами, выл, не останавливаясь. Из-за крика Ри не слышал ответов искина, и, наконец, не выдержав, он, что было сил оттолкнул Скрипача ногой. Тот кубарем покатился по полу, да так и остался лежать, скорчившись, едва слышно скуля.
   -...за твоей спиной! Ри, обернись! Обернись и иди в проход, повторяю, он за твоей спиной!
   На Ита лучше было не смотреть. Один раз Ри случайно опустил глаза, и едва не уронил его на пол - от ужаса. Выглядел созидающий чудовищно. От нормального человека, который еще несколько минут назад ходил, говорил, и что-то делал, остался скелет, обтянутый кожей. Но самым страшным было другое. Ит оставался в сознании, он улыбался. Слабо, но вполне различимо.
   - Ри, ты меня слушаешь?
   - А? Чего? - инженер остановился, крутанулся на месте, оглядываясь.
   - Успокойся, пожалуйста, - попросил искин. - Справа вход в медицинский блок. Войди, положи его и вернись за Скрипачом. Тебе придется проводить его сюда, у него сломана нога.
   - Растянута, - поправил Ри, укладывая Ита на вырастающий из пола светло-серый постамент. - Всего лишь растянута.
   - Сломана. Другая нога, Ри. Та, по которой ты его ударил.
   Инженер замер. Прикрыл глаза и на секунду даже перестал дышать. Но лишь на мгновение, не больше.
   - Хорошо, - сказал он бесцветным голосом. - Что с Итом, в результате?
   - Через сутки, максимум, через двое он будет в порядке, - ответил искин столь же бесстрастно. - Он просто потратил слишком много ресурсов на то, что сделал. Но их вполне можно восстановить. Сходи за Скрипачом, пожалуйста.
   Ри с сомнением посмотрел на Ита. Тот приоткрыл глаза и снова улыбнулся. Тело его тонуло в мягком сиянии, исходящем из блока, его словно окутал туман.
   - Со мной все нормально, - прошептал он. - Ри, правда! Я не вру. Приведи его, хорошо? Он один, ему больно. Приведи его сюда.
   - Тебе надо спать, - сказал искин. - Извини, но я тебя сейчас отключу.
   - Нет! - запротестовал Ит. - Искин, подожди! Не надо!.. Давай потом, чуть позже, хорошо? Я его все-таки дождусь. Увидишь, я справлюсь.
   - Ладно, - сдался искин. - Полчаса, не больше. Тебе надо сейчас максимально снять нагрузку. Ри, будь так любезен...
   Ри кивнул. Он вышел из медицинского блока и направился обратно, в зал управления. Сказать, что ему не хотелось идти - это ничего не сказать. Инженеру было стыдно Невообразимо стыдно. Он чувствовал, что уши у него пылают, а лицо заливает краска. Надо было срочно все как-то исправить, но как?
   Скрипач при его приближении скорчился еще сильнее и начал отползать к стене. В его глазах плескался ужас, как у собаки, внезапно и совершенно без причины избитой любимым хозяином. Я ничего не сделал, а ты... за что? Скрипач уперся спиной в стену, Ри вдруг заметил, что он трясется мелкой дрожью. Инженер присел на корточки перед ним и несмело протянул руку, тот дернулся.
   - Прости меня, пожалуйста, - попросил Ри. - Прости, я же не нарочно. Я не хотел тебя обидеть. Понимаешь? Я сам испугался, потому и ударил тебя. Прости, слышишь? Клянусь, я никогда больше тебя не обижу...
   Он все-таки протянул руку и погладил Скрипача по спутанным мокрым волосам. Тот напрягся, всхлипнул, но Ри, повинуясь наитию, руки не убрал.
   - Не бойся, пожалуйста. Сейчас мы тут немножко посидим и пойдем к Иту, ладно? - Ри говорил медленно, старательно подбирая слова и пытаясь говорить ровно и максимально спокойно. Скрипач уставился на него во все глаза. Страх во взгляде мешался с робкой надеждой. Инженер приободрился. - Ит тебя ждет. Давай я помогу тебе дойти к нему?
   Ри видел - Скрипач колеблется. С одной стороны, ему хочется к Иту, с другой - он все еще боится его, Ри... и от этого страха надо избавляться, срочно, потому что если не сделать этого сейчас, то не получится уже никогда. Он сел рядом со Скрипачом на пол и осторожно обнял его одной рукой, второй продолжая гладить по голове.
   - Не бойся, пожалуйста, - просил Ри. - Прости меня. Прости, слышишь? Ты очень хороший, ты умница и про засаду ты тогда угадал, и сейчас вел себя просто замечательно, а я дурак, все испортил, и очень перед тобой виноват, я тебя больше не обижу, всеми святыми тебе клянусь...
   Скрипач плакал. Ри чувствовал, как вздрагивают его плечи.
   "Как же я мог так? - думал он с раскаянием. - Он же словно ребенок, если вдуматься. Сейчас я могу хоть чем себя оправдывать, а все равно оправдания мне нет. Он испугался, а я..."
   Ри осторожно отстранил Скрипача и принялся ладонью вытирать ему слезы. Прежнего страха у того в глазах больше не было, но он все еще смотрел на Ри с робким недоверием.
   - Пилот, время, - напомнил искин. - Поторопись.
   - Пойдем, пожалуйста, - попросил Ри. - Давай помогу тебе встать, и пойдем к Иту.
   - Скрипач, надо идти, - вдруг сказал искин. Ри опешил - до этого система не обращала на безумца никакого внимания. Ри помнил, как искин назвал того "гостем", но после этого он Скрипача игнорировал практически полностью и никогда не обращался к нему напрямую. - Иди с Ри, он проводит тебя к Иту. И нам надо полечить твою ногу. Иди, Ри тебя проводит.
   Скрипач заозирался, силясь понять, кто к нему обращается, а потом с недоумением посмотрел на Ри.
   - Пойдем, - повторил тот в который раз. - Это с тобой машина говорит. Голос есть, а человека нет. Пойдем, Ит тебя ждет.
   До медблока Скрипача пришлось тащить едва ли не на руках - он мог кое-как опираться на вывихнутую ногу, но не более того. Ри помог ему сесть на второй постамент, выросший рядом с первым, на котором лежал Ит. Тот повернул голову и улыбнулся Скрипачу. Тот радостно заулыбался в ответ.
   - Не сердись на Ри. Он хороший, - голос Ита звучал слабо, но твердо. - Видишь, все в порядке. Мы живы, целы. Скоро заберем Леона, Мориса и Таенна, и все вместе отправимся дальше, где нет злых людей, зато есть звезды. И никто никого не будет обижать.
   - Ты... слышал?
   Ит кивнул. Ри видел, что созидающий устал, что он держится из последних сил, но его удивило и поразило другое. За эти дни в Ите появились такая твердость и сила воли, каких Ри и предполагать не мог. Если до этого у инженера никак не получалось считать Ита равным себе, то сейчас он понимал - они равны.
   - Ты все правильно сказал и сделал. Он не будет тебя бояться, ему просто надо поспать и успокоиться. Вот увидишь, он не держит на тебя зла и потом не вспомнит обиды, - Ит говорил все тише.
   - Почему ты так думаешь? - спросил Ри.
   - Я знаю. Ты все равно не поймешь, тебе придется поверить мне просто так, - последние слова инженер едва сумел разобрать.
   Скрипач повернулся к Ри и посмотрел на него, чуть склонив голову к плечу. Посмотрел уже действительно без страха, но и без особого интереса - то ли устал, то ли искин начал исподволь с ним что-то делать. Ри снова потрепал Скрипача по волосам, тот улыбнулся.
   - Ри, там вызывают... эти, - напомнил искин. - Полчаса прошло, надо бы с ними поговорить.
   - Сколько до момента, когда капсула откроется?
   - Двенадцать часов, - ответил искин. - Иди, я справлюсь тут сам.
   - Хорошо, - Ри улыбнулся Скрипачу и вышел из медицинского блока. - Искин, я хотел у тебя спросить... Ты раньше не говорил со Скрипачом, а сегодня вдруг заговорил. Почему?
   - Пока вас не было, я анализировал, - ответил тот. - И пришел к определенному выводу в отношении Скрипача.
   - Что за вывод?
   - Скрипач - это Ит, - серьезно сказал искин.
   - Как?.. - опешил Ри.
   - Это один человек. Не два.
   - Что за чушь?
   - Это один человек, - упрямо повторил искин.
   - Ерунда какая-то, уж прости пожалуйста, - Ри остановился в центре зала управления, и глянул в потолок. - Как у Сэфес, что ли? Как они говорили? Я-мы-я?
   - Нет, не как у Сэфес, - терпеливо пояснила машина. - Сэфес - это одно существо. Которое рождается в двух разных проекциях. Поэтому я-мы-я - всегда двое. А Ит и Скрипач - это просто один человек.
   - В двух лицах, что ли? - недоуменно переспросил инженер. - Интересно, а Ит про это знает?
   - Нет, он про это не знает, - терпения искину было не занимать. - Может быть, чувствует. Или догадывается. Но я, зная о том, что это один человек, смог заговорить со Скрипачом. И он на меня отреагировал. Воспринял. А раньше даже не осознавал мое присутствие.
  
  

* * *

  
   -...так вот на эти правила я плевать хотел, понятно? У вас три часа. После этого я ударю. Ударю по всему, до чего смогу дотянуться. Я не Бард, и на всю их идиотскую этику мне... - Ри добавил несколько слов, которые в прилично обществе произносить не принято, на всеобщем языке они прозвучали странно, но ему сейчас было не до тонкостей. - Если вы не понимаете, когда с вами разговаривают нормально, я буду разговаривать с вами так, чтобы было доступно. Желаете шантажа? Великолепно, получайте шантаж! Вашими усилиями я за последний месяц отлично потренировался в этом способе ведения переговоров. И не вздумайте у меня перед носом размахивать детьми, беременными женщинами, или несчастными собаками!.. Этот номер со мной не пройдет. По мне, так этим детям лучше погибнуть, чем стать впоследствии пушечным мясом и положить свою жизнь на эту вашу гребаную войну!!!
   Разговор с искином, который состоялся за час до того, как Ри начал то, что он сам назвал переговорами, закончился ничем - искин наотрез отказался выполнять требования пилота и в кого-либо стрелять. Ри сейчас действовал исключительно на свой страх и риск. Проклиная про себя Контроль в целом, Сэфес, Бардов, Таенна, Леона, Мориса, интеллектронные системы, искина, Мадангу, Гану и Республики, он вышел на связь с военными и выдвинул свои требования - или через три часа Таенн, Леон и Морис будут на секторальной станции, или он устроит тут такое, что от Ганы останутся одни воспоминания и архивные сведения, да и те, если уцелеют, будут где-нибудь в Республиках, если от Республик после его атаки хоть что-то останется.
   Ри душила злость, он был в бешенстве. Все, буквально все сейчас было против него - даже искин со своими занудными принципами и правилами. Инженер понимал, что сейчас он, несмотря на то, что они все-таки дошли до станции, остался один на один с обстоятельствами. Единственным вариантом оставался блеф, и Ри решил блефовать. Отчаяние и безвыходность не сломили его, отнюдь. Сейчас инженер был зол, до предела собран и горел желанием действовать.
   Через полчаса бесцветный, явно принадлежащий какому-то автомату голос сообщил, что указанные личности будут доставлены на станцию. Ри уточнил, через сколько. Голос ответил, что в течение двух часов.
   - Так-то лучше, - уже спокойнее сказал Ри. - Надеюсь, они в целости и сохранности. Скажем, это в ваших интересах.
   Ответом ему было молчание. Ри подождал еще немного, затем прервал связь.
   - Искин, - позвал он. - Налей выпить чего-нибудь.
   - Пилот, а ты не хочешь сначала поесть, переодеться и вымыться? - спросил искин.
   - Да пошел ты... нет, не хочу. Пусть увидят, до чего доводят их принципы, - усмехнулся Ри. - Налей немедленно, я сказал!
   - Пива?
   - В задницу себе это пиво засунь! Что пили Леон и Морис? Вот это и налей.
   - Пилот, там пятьдесят градусов. Ты долго не ел, тебе плохо станет.
   - Искин, - Ри встал, недобро прищурился и упер руки в бока. - Я у тебя, кажется, не спрашивал совета. И не нарывался на лекцию. Я тебе велел сделать - что?..
   - Налить, - хмуро ответил искин.
   Рядом с Ри возник столик с одной-единственной рюмкой, наполненной светло-зеленой жидкостью.
   - Ты издеваешься? - ласково спросил он.
   Рядом с рюмкой появилась высокая граненая бутылка.
   - Так-то лучше, - удовлетворенно заключил Ри. Он сел в кресло, взял рюмку и, залпом выпил. - Фух... другое дело.
   - Пилот, - грустно сказал искин. - Я очень много раз видел, как люди губят себе здоровье, накачиваясь этой дрянью. И поэтому...
   - Нет, ты все-таки издеваешься, - подытожил инженер. - Нас едва не убили, мы черт-те сколько шли без еды по холоду, Ит чуть не погиб, и сейчас... сейчас ты мне пытаешься запретить выпить, потому что якобы печешься о моем здоровье?! Если бы у тебя, железяка, была плевательница, я бы попросил тебя ее заткнуть. Но поскольку плевательницы у тебя нет, я тебя попрошу просто больше не касаться этой темы. Я буду пить что хочу, когда хочу и сколько хочу. Уяснил?
   - Уяснил, - ответил искин. - Люди неисправимы. Но ты все-таки не увлекайся, тебе еще станцию выводить отсюда, помнишь?
   - Я не собирался увлекаться, - миролюбиво отозвался Ри. - Я просто хотел, чтобы ты понял простую вещь - мне не нужна нянька или лектор. Лучше бы ты в более серьезных вопросах помогал, чем по пустякам спорить. Как там Ит со Скрипачом?
   - Скрипач в порядке, боль я снял, вывих уже зарастил, а на перелом уйдет дня три, но ходить он сможет уже завтра.
   - Ит?
   - Тут немного сложнее, - искин замялся.
   - В смысле - сложнее? - встревожился Ри.
   - Понимаешь, он сделал что-то, что я не могу проанализировать. Детектор, который дал ему Леон, на подобные вещи просто не способен. Рауф с таким детектором в таких же условиях смог бы обездвижить пятьдесят, ну сто человек, но никак не тысячу. И не надолго, уж точно не на минуту.
   - А что произошло бы с самим рауф? - холодея, спросил Ри.
   - Он бы умер, - ответил искин. - Потому что такая атака полностью истощила бы ресурс тела.
   - Ты хочешь сказать, что он умрет, что ли?!
   - Да не хочу я это сказать, что ты выдумываешь, пилот! Ему действительно пока что нехорошо, но умирать он не собирается. Дело в другом... - искин замялся. - То, что он сделал... это его изменило.
   - Снова-здорово. Рассказывай.
   - Изменился и продолжает меняться ряд показателей, которые для него у меня были выведены, как стандартные.
   - Конкретнее!
   - Очень много. Например, раньше он весил больше шестидесяти килограмм, почти семьдесят, а теперь, когда он вернется в норму, эта норма - максимум пятьдесят пять. Изменился состав крови. Реакции ускорились в полтора раза, и такими останутся. Есть еще и внешние изменения, которые я не в состоянии объяснить вообще ничем... Ри, я потом дам подробный отчет, сейчас еще рано говорить.
   - Но жить он будет?
   - Несомненно. Говорю же, он не собирается умирать. Но я в растерянности.
   Ри помолчал, налил еще одну рюмку зеленой жидкости и принялся задумчиво рассматривать ее на свет.
   - Слушай, искин, чисто теоретически... скажи, как тебе кажется, если бы на его месте оказался я или Скрипач, такие изменения были бы возможны и для нас тоже? - спросил он наконец.
   Искин молчал.
   - Ты не можешь ответить?
   - Не могу. Вернее, могу только предположить, что эти изменения возможны для Скрипача, а для тебя возможно что-то другое. То, что сделал Ит, привело в действие некий механизм, о котором не предполагал ни он сам, ни я, никто. Возможно, что-то подобное скрыто и в тебе тоже, но... пилот, на твоем месте я бы не стал рисковать.
   - А ведь ты боишься, железяка, - задумчиво проговорил инженер. - Удивительно, но ты боишься. Чего боятся интеллектронные системы? Чего ты вообще можешь бояться?
   - Неизвестности, - ответил искин. - Того, что я не могу объяснить. Задачу, решения которой я не найду.
   - Ясно, - Ри встал, поставил полную рюмку обратно на столик. - Пойду, посмотрю, как они там.
   В медицинском блоке было гораздо теплее, чем в зале управления, свет искин приглушил, и инженеру тут же захотелось спать. Он зевнул, потер глаза. Какой там спать, не до того. Ри подошел к Скрипачу. Тот спал, по детски положив ладони под щеку. Сломанная нога оказалась стянута тонкой эластичной тканью, но когда Ри провел по ней рукой, ткань тут же затвердела под его пальцами. Ага, понятно. Значит, ткань реагирует на движение, но в состоянии покоя становиться мягкой. Забавно.
   Ри подошел к Иту и внимательно всмотрелся в его лицо. Да, созидающий и впрямь выглядел значительно худее, чем раньше, черты лица заострились, стали резче. В черных волосах Ри разглядел несколько белых нитей. Седина?..
   - Это еще ничего, - вполголоса сказал искин. - Посмотри сюда, пилот.
   Туман, в который было погружено тело Ита, растаял в районе груди, и Ри увидел, что на ней появился тонкий белый шрам, идущий чуть ли не от шеи, и спускающийся до солнечного сплетения.
   - Я пытался убрать это, но шрам возникает снова. Он не один. Есть еще несколько. Шрамы очень старые, - пояснил искин. - Они старше, чем биологический возраст тела, на котором появились. Если судить по состоянию келоидной ткани, им больше ста пятидесяти лет. А ему - сорок. Но и это еще не все.
   Ри потрясенно молчал. Страха он не испытывал, но в душе поселилась какая-то невнятная тревога.
   - Пилот, приоткрой ему глаз и посмотри, - посоветовал искин.
   - Какой глаз? Правый, левый?
   - Любой.
   Ри осторожно раздвинул Иту веки на правом глазу, секунду смотрел, потом убрал руку.
   - Так что же это получается? Он что, все-таки гермо?..
   - В том-то и дело, что нет, - мрачно заверил искин. - Он человек. Не смотря на все это, он - человек.
   - У людей не бывает вертикальных зрачков, - возразил Ри. - К тому же детектор...
   - А что детектор? Существовали модификации для людей, спроси потом Леона, он расскажет. Пилот, повторяю, я в растерянности. Надеюсь, что когда вернутся Бард и Сэфес, они сумеют хотя бы частично разобраться в происходящем.
   Ри покивал.
   - Плохо то, что Ит нам нужен, - с досадой сказал он. - Потому что он один способен обеспечить хоть какую-то защиту. И работать мы с ним можем качественно только в тандеме. Если с ним что-то случится, то мы, скорее всего, вообще никуда не дойдем.
   - Я бы не был столь категоричен. Дойдете, конечно. Но содействие такого... существа временами действительно полезно. Хотя сейчас от него не было бы никакого толку, ведь станцию ведешь ты.
   - Да, действительно, - согласился Ри. - Станцию веду я. И переговоры тоже веду я... Ладно. Искин, дай-ка мне чистую одежду и поесть что-нибудь сделай. Оставим вопросы на потом, сейчас и других дел слишком много.
  
  

* * *

  
   Бард и Сэфес прибыли на станцию, когда указанное Ри время уже подходило к концу, и инженер начал нервничать. Корабль остановился метрах в ста, Ри поспешно открыл проход, и через секунду Таенн, Леон и Морис уже стояли рядом с ним в зале управления. Несколько мгновений они неподвижно смотрели друг на друга, а затем Таенн бросился к Ри и, схватив инженера за обе руки, с восторгом и явным облегчением захохотал.
   - Молодец... черт, какой же ты молодец, парень!.. - заговорил он. - Я до последней минуты в тебе не сомневался! Эти вон не верили, а ты...
   - Это не я, - слабо отбивался Ри. - Мы все вместе... Таенн, ради всего святого, да отпусти ты меня!
   Морис подошел к Ри и хлопнул его по плечу. Улыбнулся. Покачал головой.
   - Силен, бродяга. Я на самом деле не верил, что обойдется. Вернее, хотел верить, но боялся сглазить.
   - Такие вот мы суеверные Сэфес, - добавил Леон. - Ри, а где Ит и Скрипач?
   - Оба в медицинском блоке.
   - Что случилось? - напрягся Леон.
   - Мы потом подробно расскажем. Если кратко - у Скрипача сломана нога, а Ит... спросите искина, у него есть отчет. Надеюсь, - добавил Ри и коротко глянул в потолок.
   - Отчет будет позже, - отрапортовал искин. - Привет, ребята! Как же я рад вас видеть!
   - И тебе привет, железяка ржавая, - отозвался Таенн. - Хороший пилот тебе достался, правда? Ри, что ты им пообещал в обмен на наши шкуры?
   - Он им пообещал размолотить в пыль половину планеты, - пробурчал искин. - И был настолько убедителен, что ему поверили. Я ему и сам едва не поверил. Особенно после того, что учудил Ит.
   - Да что случилось-то? - теряя терпение, спросил Леон.
   Ри принялся рассказывать, стараясь не упустить подробности, которые казались ему важными. Бард и Сэфес внимательно слушали, не перебивая и не вмешиваясь, искин тоже молчал.
   - Сейчас мне кажется, что можно было сделать иначе - просто остаться на месте и дождаться нужного момента, - неуверенно закончил инженер. - Но в то же время...
   - Да нет, если бы вы ждали, ничего бы не вышло, - отозвался Леон. - Нам, конечно, про ваши перемещения не рассказывали, но понервничать вы их заставили знатно. Особенно в последние дни.
   - А что с вами делали? - спросил Ри.
   - Да ничего, на самом деле, - отмахнулся Таенн. - Требовали, чтобы мы сняли капсуляцию. Мы сумели доказать, что это физически невозможно с нашими силами. Тогда они стали требовать, чтобы мы связались с теми, кто может это сделать. Мы сумели доказать, что вне секторальной станции и при закрытой капсуле такая связь невозможна. В общем, это был очень долгий и нудный словесный поединок. Не вмешайся ты, Ри, они бы нас тут и год продержали, задавая вопросы. Хорошо, что хоть не тронули... Зато вам досталось.
   - Досталось преимущественно Иту, - печально сказал инженер. - То, что мы вообще дошли, его заслуга. И матрицы, с помощью которых он им морочил головы трое суток, и то, что он сделал на берегу - это все сыграло нам на руку, и я не представляю себе, что бы было, если бы не он. Мы бы не выбрались.
   - Расскажи подробнее про его схему и про берег, - попросил Леон.
   - В общем, схему он предложил следующую. Сначала он бьет парализующим щитом по всем, до кого сумеет достать, а потом я подаю команду искину, одновременно активируя ключи, и мы уходим на станцию.
   - Без его удара обойтись было нельзя? - спросил Таенн.
   - Нельзя, он объяснил, почему. Нас ждали, и, даже появись станция в нужный момент и в нужном месте, мы не успели бы активировать ключ, нас бы расстреляли раньше, - объяснил Ри. - Искин эту выкладку подтвердил.
   - Наш созидающий внезапно научился считать, - задумчиво заметил Таенн. - Дальше?
   - А дальше мы вышли на берег, Ит немножко заговорил им зубы, пока я готовился активировать ключ, потом он ударил, и... и все.
   - Ударил одновременно по тысяче человек и достал всех? - со странным выражением на лице спросил Леон.
   - Ну да, - Ри все еще не понимал.
   - И остался после этого жив?
   - Да.
   - Феноменально, - все с тем же выражением медленно сказал Сэфес. - Ри, просто для справки. Никакой детектор не способен ни на что подобное. Детектор тут вообще ни при чем.
   - Так что же это было? - недоуменно спросил Ри.
   - Видимо, это был он сам. Ладно, когда очнется, будем выяснять, что это все значит, - хмуро заключил Морис. - Но мне это все нравится чем дальше, чем меньше.
   - Простите, что прерываю, - вмешался искин, - но капсула скоро откроется. Давайте поговорим позже. Нам с Ри нужно работать.
   Инженер, которого разговор уже давно тяготил, мысленно сказал искину "спасибо". Сэфес и Таенн отправились в медицинский блок, а Ри сел в кресло и попробовал сделать предварительный расчет выхода. Сейчас ему предстояло вывести секторальную станцию в пространство, пораженное атакой, и он поспешно прикидывал, что предстоит делать дальше - в пространстве, для которого нормальные расчеты недействительны.
   - Курорт, мать твою, - бормотал Ри, прогоняя вероятность слой за слоем. - Отдохнули, блин. Кому бы рассказать...
   Расслабляться было некогда.
   Все действительно только начиналось.
  
  
  
   Стовер Великолепный
   Формула дьявола
  
   Интуиция и вдохновение. Он долго думал, что же ведет его и почему вдруг решения стали приходить с такой невероятной скоростью, решения мало, что правильные, гениальные! Два столпа - интуиция и вдохновение. И еще удача, наверное. Потому что куда же без удачи.
   Группа получилась отличная, Стовер с каждым днем убеждался в этом все больше и больше. Палач так и вообще оказался выше всяческих похвал - мгновенно установил контакт со всеми, младшим позволил называть себя дядей Мишей, для старших, вернее, для расчетной группы, назвался Михаилом, и с фантастической легкостью за трое суток подобрал "ключи" к каждому члену команды. Стовер понимал, что палач работает в обязательных для себя рамках, что команду (и предполагаемые реакции этой команды), он обязан знать на высшем уровне, но его приятно удивило то, что Михаил сумел не просто подобрать "ключи", но и понравится и всей команде вместе, и каждому ее члену в отдельности. Клайд и Хьюман (ставший для палача вскорости просто Ричи) смеялись вместе с ним над всякими веселыми историями из жизни, причем историями не всегда приличными, а с изрядной дозой крамолы. Агор и Аран начали посматривать на палача уважительно после трехчасовой беседы о религии, и даже Грегори, всегда внешне невозмутимый, поглядывал на Михаила чуть ли не ласково - после задушевном разговоре о настоящем героизме "маленьких людей".
   Стовер заметил, что, беседуя с каждым членом команды, палач едва уловимо меняется. Для Агора и Арана он немножко вырос, кожа потемнела, на узком лице четко обозначились строгие носогубные сладки. Для Клайда и Ричи палач помолодел лет на пять, лицо округлилось, а волосы сделались светлыми, больше похожими на волосы Клайда, чем на его собственные. Разговаривая с Грегори, он сутулился, глаза стали невыразительными и темными, гораздо более темными, чем помнил Стовер. Ночью, когда все уже спали, Стовер разбудил палача, и тот охотно подтвердил его предположения.
   - Конечно, все правильно. Это программа "зеркало".
   - То есть внешность действительно меняется?
   - А для чего нужно зеркало, по-вашему? Я показываю человеку то отражение, которое удовлетворяет его больше всего. Лучшие черты, так сказать. То есть в его понимании - лучшие. Разговаривая со мной, человек разговаривает с собой, а какие от себя, родного, могут быть тайны?
   - Но они же знают, кто вы такой на самом деле, - возразил Стовер.
   - Конечно, знают, - покивал палач. - Но сейчас им чего бояться? Они же ничего плохого не делали. Микаэль, поймите правильно - контакт и хорошая атмосфера в команде нужны в любом случае. Вы авторитарны, я либерален. Думаю, мы отлично сработаемся, потому что хорошо дополняем друг друга.
   Ремарка про дополнения Стоверу совершенно не понравилась - еще не хватало, чтобы палач попробовал перехватить на себя управление. Но, как оказалось, Михаил предусмотрел и это.
   - Я не претендую на власть, - напрямую сказал он, предупреждая следующий вопрос. - Но команду я знать обязан. И она обязана мне доверять. Иначе никакого сотрудничества у нас не выйдет. Представьте себе, что все на этом катере идут с вами из-за страха передо мной или перед вами, и работают из-под палки, сами того не желая? Представили? Вот для этого я и есть. Я и кнут, и пряник одновременно.
   "И теперь мне придется молиться, чтобы ты пряником и остался, - закончил про себя Стовер. - Лучше бы я взял бабу, черт побери".
   - Она еще хуже, - засмеялся палач. - Микаэль, ну я вас прошу...
   - Еще и телепат, - заключил Стовер. - Браво, дядя Миша.
   - Микаэль, вы не обижайтесь, но вы слишком долго просидели со своей программой "Террана", - уже серьезно сказал палач. - То же "зеркало" используют все мои коллеги уже лет пятнадцать. Вы просто не в курсе.
   - Интересно, о чем еще я не в курсе, - проворчал Стовер.
   - Хотя бы о том, что сразу же после того, как меня наняли вы, со мной связался Теуш. Вам сообщить размер суммы, которую мне заплатили? Учтите, деньги я взял.
   - Замечательно. Рад за вас.
   - Спасибо. Так что я тут представляю не только ваши интересы, Микаэль, но и интересы Теуша и Антиконтроля, как организации, тоже. Однако, - палач сделал паузу и улыбнулся, - есть еще один человек, интересы которого превыше всего.
   - И кто же это? - поинтересовался Стовер.
   - Я сам. Но вы не волнуйтесь, я не нарушу работу команды и не потесню вас ни в коей мере. Тем более, что все интересующее я уже узнал. Не тревожьтесь. Спокойной ночи, Микаэль.
  
  

* * *

  
   Проходить Индиго-сиур на катере Сэфес оказалось одно удовольствие. Агор и Аран, которых Стоверу после пары неудачных попыток удалось ввести в систему, были результатом более чем довольны - расчеты стали занимать втрое меньше времени, чем раньше. Пространственные коридоры решили пока что не использовать, шли по опорным точкам. Тут Стоверу пришлось поневоле сказать "спасибо" памяти и способностям погибшего "кота", без них так лихо ходить не получилось бы.
   Проходя через миры, уже посещенные пятеркой, они собрали дополнительную информацию, и команда пришла в восторг - размер предполагаемой добычи превышал пределы разумного. Секторальная станция! Если все получится, то после этого дела можно будет вообще не работать никогда в жизни и, мало того, покрыть свое имя почетом и уважением на три поколения вперед. Станция - это вам не катер. Это куда серьезнее.
   Однако на следующей точке вышла заминка.
   - Далат. Не пойдем мы туда, - угрюмо заявил Аран, закончив вычисления. - Сильный конклав, а нам не нужны неприятности.
   - Нельзя туда идти, - поддержал брата Агор. - Слишком опасно.
   - На этом катере нам ничего не опасно, - возразил Стовер.
   - Опасно, Микаэль, опасно. У Далата очень сильные друзья. Если в Далате то же, что и везде, то там уже есть Аарн. А что вы Аарн скажете? Что идете за станцией, чтобы катер им вернуть?
   Они не шутили. Микаэль это знал. То есть, может быть, и шутили, но как-то очень на свой манер. Они не улыбались и сейчас, смотрели на Стовера неподвижными темными глазами.
   - Если мы не пойдем в Далат, то куда же мы пойдем? - спросил Стовер. - У вас есть конкретные предложения или вы просто констатируете факт?
   - Мы пойдем туда, куда они ушли из Далата, - снисходительно ответил Аран. - Но чтобы понять, куда ушли они, нам нужна дополнительная информация.
   - И где ее взять?
   - Пусть в Далат сходят Ричи и Клайд, - предложил Агор. Предложил буднично, словно побывать в Далате было то же самое, что выйти из дома на улицу и вернуться обратно. - Мы уведем катер к одному из миров, на котором работает Транспортная Сеть. В Далате она работает. Не на всех планетах, но работает. Они сходят через Сеть и узнают, куда ушла станция.
   - Как они это узнают?..
   - Клайд ксенолог, вот пусть и поработает, - с удовольствием сказал Агор.
   - Но ксенолог-то тут при чем?!
   - Ну, не палача же туда посылать, - заметил Аран.
   - Сам пойду, - угрюмо ответил Стовер. - с Грегори. От нас явно будет больше толку.
   - Нет, не будет, - возразил Агор. - В Далате сейчас Аарн. Они - чужие. И вообще, весь конклав давно поражен чужой заразой. Возьмите Клайда, он пригодится.
   Микаэль кивнул. Близнецы, пусть и были странные, все-таки почти всегда говорили правильные вещи. Не ошиблись они и в этот раз.
  

* * *

  
   На одной из планет Далата Стовер провел в результате трое суток. Результат пребывания там оказался совершенно неожиданным.
   Да, станция была там. И Аарн были там. Мало того, что были, они с помощью двархов сумели купировать атаку чужого корабля. Про это сейчас говорила вся планета. А вот дальше начиналось что-то совершенно странное, о чем Клайду (пригодился ксенолог, правы были братья!) под большим секретом поведал один из эмпатов, которого Клайд сумел разговорить. То есть для начала ксенолог просто завязал разговор, а потом с легкостью ввел эмпата в транс и начал выворачивать его сознание наизнанку.
   Да, станция была. Но корабль, который отогнали двархи, внезапно вернулся и напал на нее снова. Аарн к тому моменту уже не было, Белая Стерва увела флот. Станция ушла в неизвестном направлении. Чужой корабль - тоже.
   - Они ушли в черную зону, - добавил эмпат. - У нас ходят слухи, что их уже и в живых-то нет. Вроде бы Белая Стерва отрядила на поиски корабль, но разве ж они кому докладывают?
   - А где это произошло? - осторожно спросил Стовер.
   - Да уж не у нас, - усмехнулся эмпат. - Мы - окраина, а станция, конечно, у столицы вышла.
   - Значит, корабль напал, внезапно появившись из ниоткуда, и ни пилот станции, ни искин не сумели вовремя отреагировать? - напрямую спросил Стовер. Клайд к этому моменту уже настолько хорошо "обработал" эмпата, что прямых вопросов можно было не стесняться.
   - Ага, - безмятежно ответил тот. - Они там друг напротив друг друга минуты три висели. А потом ушли.
   - И никто ничего не попытался сделать?
   - А как? Там такая силища, что руку протяни - сгоришь. Мы, грешным делом, подумали, что столице того... кранты. Восемь планет потеряли, ни одного живого человека не осталось - и к каждой такой вот корабль просто на полчасика подходил и ничего вроде бы не делал.
   Клайд и Стовер переглянулись. Эта информация оказалась совсем новой, и, несмотря на проблемы с организацией, передать ее Антиконтролю было необходимо. Потерявший восемь планет Далат, причем потерявший физически, а не через, например, повторное зонирование - это уже серьезно. Это даже не инферно, которое, при желании, можно хотя бы попробовать остановить. Что-то совсем из ряда вон выходящее.
   - Давайте точные координаты местонахождения станции и идите себе, топитесь на здоровье, - ласково сказал Клайд.
   - Не надо, пусть живет, - возразил Стовер. - Зачем?
   - Ну, как хотите, - пожал плечами ксенолог. - Тогда идите и нажритесь сладкого. Или соленого. Чего больше нравится.
  

* * *

  
   Через сутки на катере Стовер снова разговаривал с Агором и Араном. Математики тщательнейшим образом проанализировали то, что удалось узнать Стоверу и Клайду, и потом почти десять часов занимались расчетами. Приунывший было Стовер ободрился, когда они позвали его на корму, где оборудовали себе некое подобие каюты, и приготовился слушать.
   - Итак, - степенно начал Аран, - получается очень интересная схема. Станция действительно ушла на территорию черной зоны. Вот только увел ее туда не пилот, а, судя по тому, где она финишировала, ее вел тот гермо, Ит.
   Стовер удивленно поднял брови.
   - Они у рауф? В одном из миров рауф? - недоверчиво спросил он.
   - Если бы, - Агор щелкнул пальцами, и в воздухе перед ним повисла прозрачная коробка, плоская, квадратная, в которой лежали разноцветные стеклянные шарики. - Давайте разберем эту задачу на примере.
   Стовер сжал зубы и мысленно застонал. Ну только не это!.. Сейчас математики начнут доказывать, что они умные, а все остальные - дураки.
   "Ладно, - зло подумал он. - Потом отыграюсь. Было уже, проходили".
   - Микаэль, не переживайте, - попросил Аран. - Мы же не можем тащить вас в белый свет, не объяснив, куда и по какой причине мы направляемся?
   - Хорошо, - сдался Стовер. - Только давайте не затягивать. У нас времени мало.
   - Времени у нас предостаточно, - возразил Аран. Взял коробку и протянул ее Стоверу. - Микаэль, окажите нам любезность. Ударьте, пожалуйста, по коробке снизу. Только не сильно, - предостерегающе добавил он.
   Стовер ладонью хлопнул коробку по прозрачному донышку и посмотрел, как стеклянные шарики, сталкиваясь боками, катаются взад-вперед и замирают.
   - Скажите мне пожалуйста, Микаэль, как вы считаете, движение шариков было хаотичным или нет?
   - Хаотичным, - наобум сказал Стовер, и не угадал.
   - А вот и нет. Шарики подчинятся многим законам - и тяготению, и тому, что находятся на плоскости, и силе, и направлению вашего удара, - принялся пояснять Аран. - В движении каждого из них есть логика. Заметьте, я не случайно взял замкнутую коробку, а не просто плоскость. Вы знаете, что Контроль придерживается математической модели, в которой отсутствуют отрицательные значения?
   - Читал, - коротко ответил Стовер.
   - Ну так вот. Станция - это как раз и есть такой шарик. Пользуясь имеющейся информацией, мы сумели понять, что сыграло роль удара, и какова была его сила и направление. Остальное было проще...
   - Спасибо за лекцию, - Стовер предупреждающе поднял руку. - Я понял. А теперь можно конкретнее - где они?
   - Где - это оказалось довольно просто, потому что роль детонатора в этом ударе сыграл гермо. Открытым остается другой вопрос - когда? - Аран нахмурился.
   - Прекратите говорить загадками, - рявкнул Стовер. - Куда мы идем, в результате?
   - На Мадангу, - Агор движением руки убрал коробку, которая тут же растаяла. - Мы идем на Мадангу, Микаэль. Несколько неожиданный поворот событий, вы не находите?
   Стовер опешил. Впервые за последние дни он по-настоящему растерялся.
   - Подождите... Но ведь планета закапсулирована, как они могли туда попасть?!
   - Вот это и остается тем самым нерешенным вопросом, - Аран откинулся в кресле и скрестил руки на груди. С достоинством и даже немножечко высокомерно посмотрел на Стовера. - Мы предлагаем следующее. За два "шага", которые мы уже просчитали, вы перемещаете катер в район пространства, ранее принадлежавший системе Маданги. Дальше... будем пробовать разобраться на месте.
   - Вы просчитали эти ваши "шаги" через черную зону? - с недоверием спросил Стовер.
   - Рассчитали, - подтвердил Агор. Его брат кивнул. - Не радуйтесь, дальше будет сложнее. Сейчас мы считали, основываясь не на координатах в районе зоны, а на то, как шла секторальная станция.
   - Весело, - пробормотал Стовер. - Спасибо, Агор. Спасибо, Аран. Нет, на самом деле спасибо. Очень надеюсь, что вы не ошиблись.
   - Мы не ошиблись, - уверенно сказал Аран. Агор кивнул. - Возник еще один вопрос. Микаэль, скажите, а что вы собираетесь делать, когда найдете станцию?
   - Атаковать, разумеется, - удивился Стовер.
   - Да? - с сомнением спросил Агор. - И каким, интересно, образом?
   - С помощью катера, - подтвердил Стовер. Почему они спрашивают настолько очевидные вещи? Странно.
   - Ммм... ну, ладно, - не совсем уверено проговорил Аран. - В общем, с координатами все понятно. Вы делаете свое дело, а мы делаем свое. Надеюсь, наше сотрудничество и дальше будет плодотворным.
   - Вот и хорошо, - Стовер ободряюще улыбнулся математикам и вышел из их крохотного закутка. - Грегори! Михаил! Можно вас на минуту? Нужно поговорить.
  

* * *

  
   До зоны, в которой ранее располагалась планетарная система Маданги, они добрались за двое суток. Катер неподвижно повис в пространстве, освещенный ярким светом звезд - система находилась практически в ядре галактики.
   Стовер вспомнил, что на Маданге по-настоящему темно бывало лишь осенью, когда небо покрывали облака, но и они все равно слабо светились... красиво. Это действительно было красиво.
   А сейчас на их небосклоне звезд не видно вообще. Черный, непроницаемый купол без единого проблеска. Единственная звезда - их собственное солнце, которое ушло в капсулу вместе с планетой. Самая надежная тюрьма из всех возможных. Из нее никто и никогда не сумеет вырваться. Кто, интересно, это придумал первым - официалы или Контроль? Контроль, наверное. Сволочи, конечно, знатные, но умные, да, этого у них не отнять. Однако лирика лирикой, но что же дальше?
   - Агор, Аран, теперь объясните, что вы имели в виду, когда мы сюда только отправлялись. Мы на месте и что нам теперь делать?
   - Ждать, - ответил Аран.
   - Ждать - чего? - возмутился Стовер. Проклятая расчетная группа! Сколько лет он просил, чтобы они не говорили загадками, но нет - они святой обязанностью считают, по их собственному выражению, "заставить собеседника думать". Стовер думать не хотел, он хотел ответов на поставленные вопросы, причем ответов максимально четких и по делу. Как же, эти по простоте и слова не скажут...
   - Ждать станцию, разумеется, - сжалился Агор. - Микаэль, вы хороший человек, но уж очень нетерпеливый. Мы же сказали вам, что времени предостаточно, помните? Станция - во временной капсуле, вместе с системой. Капсула откроется - вот вам и станция. Или на планете, или вне, если успеет выйти.
   - Подождите, подождите, - запротестовал он. - Вы хотите сказать...
   - Да, капсула сбоит, она в мерцающем режиме, - подтвердил Аран. - Иначе станция вообще туда бы не попала.
   - А разве такое возможно? - Клайд подсел к ним и с интересом уставился на математиков. - Вы уверены в том, что сейчас сказали, уважаемые?
   - В обычных условиях - невозможно, - покивал Агор. - Но в нынешних, изменившихся - видимо, да. Этот процесс, про причины которого мы ничего толком не знаем до сих пор, внес в существующий порядок свои коррективы.
   - Но вы-то откуда знаете, как эти коррективы повлияют на ту же Мадангу?
   - Мы еще больше трехсот лет назад теоретически доказали, что подобный процесс возможен, - Аран посмотрел на Стовера своими темными, непроницаемыми глазами. - Мы пытались говорить об этом в родном мире, но нам никто не поверил. Мы ушли в другой мир, но нам не поверили снова. Мы пошли к официалам, но нас объявили шарлатанами и отказались даже выслушать. Официалы связаны с Контролем, и мы поняли, что разговаривать с нами не хочет именно Контроль, при котором и существует эта Официальная служба. Мы несли информацию, а ее признали деструктивной и вредной. И запретили. Во всех мирах, в которых мы находились, нам не было дороги.
   - А теперь вы наблюдаете то, что мы тогда предвидели, в действии, - закончил Агор.
   - То есть вы знали, что это произойдет? - оказывается, палач тоже подошел к беседующей группе и пристроился на подлокотнике кресла, в котором сидел Клайд.
   - Нет. Мы знали, что подобное явление может существовать в принципе, - уточнил Аран.
   - Так что же вы... почему вы до сих пор молчали? - недоуменно спросил Стовер.
   - У нас до сих пор, - Аран сделал ударение на "до сих пор", - нет уверенности в том, что этот процесс - именно то явление, которое мы предвидели. Сходство присутствует в очень многих моментах, однако есть и различия. Всего предусмотреть невозможно. Мы анализируем, но о результате говорить пока рано.
   - Но ведь часть уже сошлась, верно? - спросил Клайд.
   - Верно, - согласился Аран.
   - А вы Контроль именно поэтому так сильно не любите? - ксенолог улыбнулся, обезоруживающе и ласково.
   - Нет, не поэтому, - сухо ответил Агор.
   - А почему?
   - Вас это не касается, - невозмутимо сказал Аран, вставая. - Разговор окончен.
   - Подождите, вы же не сказали самого главного, - запротестовал Стовер. - Сколько нам ждать?
   - По меркам вселенной - сущую ерунду, - ответил Агор, тоже вставая.
   - А по нашим меркам?..
   - Две недели.
   - Твою мать... - выдохнул Клайд. - Ну и дела...
   - Скучно бывает только тому, у кого пустая голова. Умному человеку скучать некогда, он всегда найдет, чем занять себя, - Агор с достоинством посмотрел на ксенолога. - Имейте терпение, юноша. За терпение всегда воздается сторицей.
  

* * *

  
   Скучать им не пришлось, работа нашлась для всех. Катер оказался действительно великолепной машиной, и Стовер с командой потратили образовавшееся свободное время с большим толком. Во-первых, с помощью матрицы удалось частично перевести право управления на Грегори. Во-вторых, математики сумели досконально разобраться в системах наблюдения и слежения, и уже через трое суток доложили, что пораженное пространство вовсе не безжизненно, и поблизости находится чей-то весьма обширный флот, но чей - узнать пока невозможно. По крайней мере, это точно не флот официальной службы, и вообще, его нет ни в одном реестре. Перед флотом решили не светиться до времени, но взять на заметку, что он там есть. В-третьих, Ричи разобрался с системой и обнаружил, что катер может не только синтезировать практически любую еду, но так же может еще и весьма неплохо лечить и диагностировать. Биолог был в восторге и несколько дней ходил сияющий.
   - Какая машина, нет, ну какая машина! - с восхищением говорил палач, глядя, как Стовер ради тренировки гоняет катер в модели по опорным точкам. - Ее еще сто лет потрошить нужно, чтобы узнать, чего она на самом деле может. На нем можно такие вещи делать, что никакая организация не нужна будет. А, Микаэль?
   - Организация нужна в любом случае, - нехотя отозвался тот. - Катер тут совершенно ни при чем. Катер - это, прежде всего, инструмент. И наша задача - научиться им грамотно пользоваться. Организация же...
   - Микаэль, Теуша и всех прочих тут нет, - улыбнулся палач. - Вы можете говорить совершенно спокойно.
   - Михаил, идите вы в задницу, - ласково ответил Стовер. - Потому что говорить я ничего не буду. И не потому, что боюсь. Меня совершенно не волнует, побежите вы по прибытии домой к Теушу на доклад или нет. Говорить я не буду только потому, что не хочу говорить на эту тему. Ни с вами, ни с Теушем, ни с кем.
   - Почему? - живо спросил палач.
   - Почему не хочу?
   - Ну да.
   - Вы же телепат, - поддел его Стовер. - Вот и прочтите мои мысли... если сумеете.
   - Знаете, Микаэль, я, кажется, начал понимать, почему за вами идут люди, - усмехнулся палач. - Вы очень сильный человек. По-моему, вы не догадываетесь сами, насколько сильный. Вас ведет не приказ, а какая-то идея... я прав?
   - Отчасти.
   - Вот только сформулировать эту идею вы, кажется, и сами не можете. Вы интуитивно чувствуете, что поступаете правильно. И на самом деле поступаете правильно, причем зачастую даже опережая события. Не возражайте, дайте мне закончить. Например, вы убили "кота" и сняли с него матрицу... да, да, да, я помню, как орал на вас Теуш, - палач улыбнулся. - Теоретически вы были не правы... но матрица для управления этим самым катером вам понадобилась гораздо быстрее, чем можно было изначально предположить. Имея матрицу, вы сумели организовать погоню за секторальной станцией. Не сними вы ее, вы бы упустили эту возможность. Понимаете о чем я?
   Стовер кивнул.
   - Что это у вас такое? Дар провидения? Чье-то высшее покровительство? Везение? Но ведь в большинстве случаев вы действительно предугадываете подобные события, и почти всегда у вас получается сориентироваться быстрее, чем другие. Это так?
   - Я не думал об этом с подобной точки зрения, - задумчиво сказал Микаэль. - Возможно, в чем-то вы правы. Но "кота" я убил...
   - ...потому что вам это нравится и вам этого хотелось, - продолжил палач. - По-моему, это как раз ерунда. Каждый из нас имеет право на маленькие слабости. Клайд любит молоденьких мальчиков, Агор и Аран любят друг друга, - у Стовера отпала челюсть, - вы любите убивать "котов", Грегори любит, когда на него орут, Ричи любит смотреть, когда кому-то плохо, а я люблю свою жену, которая... - Михаил усмехнулся. - Впрочем, это неважно, по крайней мере, пока. В общем, это все мелочи.
   - Мелочи?.. - переспросил слегка ошеломленный Стовер. - Ничего себе, мелочи. С братьями я работаю полтораста лет и ни разу... я даже подумать не мог. Они же ничем себя не выдали!..
   - И не выдадут, - успокоил его палач. - Вы работали с ними, но вы давным-давно не работали с палачом. И с организацией в целом. Вы очень сильно отдалились, Микаэль. А зря.
   - Придется наверстать, пожалуй, - хмыкнул тот. Ну и палач!.. С такой легкостью и непринужденностью сдал ему всю команду, да еще и раскопал за столь короткое время буквально все и про всех. - А расскажите-ка мне, что у нас сейчас в правлении. Там много новых людей, я больше половины не знаю. Вы правы, я засиделся на Терране. Надо было взорвать ее ко всем чертям еще сто лет назад.
  

* * *

  
   Ит проснулся от тишины. Несколько минут он напряженно вслушивался, но звуков, кроме его собственного дыхания, не было. Слишком тихо. И никого. Ни голосов поблизости, ни движения.
   "Я отвык, - подумал он, не открывая глаз. - Последнее время рядом постоянно кто-то есть - что в зале управления, что... о, черт, как я только про это забыл".
   - Искин, - позвал он, - ты здесь?
   - Здесь, - отозвался голос. - Как ты себя чувствуешь?
   Ит прислушался к ощущениям, неуверенно оперся на локти, сел.
   - Неплохо, - удивленно ответил он. - Думал, будет хуже. Сколько я проспал?
   - Двое суток, - ответил искин как-то излишне бодро. - Даже немного больше. Я восстановил тело, но тебе еще несколько дней нежелательно пользоваться детектором. И нагрузки не нужны. Лучше всего - отдыхай.
   - Это уж как получится, - не стал ничего обещать Ит. - Искин... ты можешь объяснить, что со мной произошло... на самом деле?
   - Ты понял?
   - Любой бы понял, будь он на моем месте, - с горечью усмехнулсяч созидающий. - То есть, как сказать - понял. Я понял, что во мне что-то изменилось. Но не понял, что именно.
   - Ит, давай сделаем следующим образом. Я сейчас кое-что тебе расскажу, но подробный отчет я все-таки дам при всех. Потому что это касается не только тебя, как ты понимаешь.
   - Ладно, - согласился он. - И вот еще что. Я хочу помыться и поесть, прежде чем идти к остальным. Это можно устроить?
   - Запросто! - искин явно обрадовался. - Еще, замечу, можно одеться. Остальные этот жест точно оценят.
   Ит засмеялся. Кое-как слез с постамента (голова все-таки кружилась, и его немного шатало) и побрел в ванную, которую искин соорудил в углу медицинского блока. После ванны стало хорошо, голова кружиться перестала полностью, а слабость стала проходить после еды, оказывается, ее причиной был самый тривиальный голод.
   - Что ж ты меня не кормил, пока я спал, - упрекнул Ит искина, доедая вторую порцию очень вкусных овощей в остром соусе. - Немудрено, что меня ноги не держат... черт, вроде столько съел, а все равно еще хочется.
   - Как же, не кормил, - проворчал искин в ответ. - Когда Ри тебя сюда приволок, ты знаешь, сколько весил?
   - Сколько? - спросил Ит с набитым ртом.
   - Тридцать два килограмма! Скелет, мозги, волосы и кожа! Я в таком состоянии только Бардов после Сети видел! Тоже, между нами говоря, те еще умники... Сейчас ты весишь уже почти нормально, но, видимо, отъедаться тебе еще несколько дней предстоит.
   - А нормально - это сколько? - Ит с подозрением глянул в потолок. - Я же чувствую, что похудел, и сильно. Говори, давай, железка. Все равно ведь узнаю.
   - Пятьдесят, - ответил искин. - Для справки - Скрипач весит пятьдесят пять. Ну, весил. До вашего этого забега. Сейчас поменьше, конечно, но, думаю, восстановится он быстро.
   - Догадываюсь, - усмехнулся Ит. - Картошка?
   - Она самая, - подтвердил искин. - Еще есть будешь?
   - Попозже, наверное, - Ит подобрал с тарелки остатки соуса куском хлеба, залпом допил остывшую горькую бурду, которую искин упрямо называл кофе, хотя она и рядом с настоящим кофе никогда не стояла, и встал. - Спасибо тебе большое, добрая железяка. Пойду-ка я к остальным. Кстати, а где мы сейчас?..
   - Да все там же, - отозвался искин.
   - Как? - Ит опешил. - На Маданге?!
   - Чего, испугался? Нет, не на ней. Из системы мы успели выйти до того, как она ушла в капсулу. Мы, скажем так, находимся в той же координатной точке.
   - Но почему? У Ри расчет занимал сутки и...
   - Иди к народу, там все расскажут, - упрямо ответил искин. - Расчет... иди, сам все увидишь.
  

* * *

  
   Его ждали. Когда Ит вошел в зал, к нему первым, конечно же, бросился Скрипач, а затем подошли все остальные. Ит молча смотрел на них, не зная, с чего начать.
   - Ну, привет, - наконец пробормотал он, пытаясь отцепить от себя Скрипача, который, в свою очередь, пытался его обнять. - А чего вы молчите-то все?
   - Ит, у меня нет слов, - Таенн развел руками. - Ты... я не знаю. То, что вы с Ри сделали - это... Хорошо, я могу сказать "спасибо", но...
   - С возвращением, - Ри подошел поближе, одной рукой перехватил упирающегося Скрипача, а другой хлопнул Ита по плечу. - А так же с воскрешением.
   - Слушай, если ты в следующий раз захочешь мне палец в глаз сунуть, хотя бы вымой сначала руки, - попросил созидающий. - Догадываешься, как приятно, когда тебе грязными руками тычут в лицо, а ты даже сказать ничего не можешь, не то что сделать?
   И тут Леон засмеялся. Он хохотал не хуже, чем Ит после допроса. Вслед за ним засмеялся Морис, а затем - Таенн.
   - Ой, не могу... - стонал Бард. - Господи... кто бы мне сказал, что я остаток дней своих проведу в таком дурдоме... Я вас умоляю, прекратите это все...
   - Что прекратить? - не понял Ит.
   - Ну вот это... вот что вы сейчас делаете... вот вы оба... не говорите больше ничего, я ж раньше времени сдохну...
   - Ничего не понимаю, - признался созидающий.
   - А ты за окошко выгляни, - посоветовал Ри и тоже заржал. - Про пальцы в глаз - это было последней каплей. Мы тут вторые сутки... понимаешь ли... смеемся. Ходим и смеемся. Все. Даже Скрипач.
   - А что там такое?
   - Да ты выгляни...
   Ничего не понимающий Ит подошел к панорамному окну. На фоне огромного, похожего на виноградную гроздь звездного скопления висел катер Сэфес. Ит перевел непонимающий взгляд на Ри.
   - Это наш, что ли? - спросил он.
   - Не-а. Это не наш...
   И тут до Ита стало потихоньку доходить.
   - Так получается...
   - Ага, - отсмеявшийся Леон вытер рукавом выступившие из глаз слезы. - Это собственной персоной Стовер. Со товарищи. Когда капсула открылась, и мы вышли на орбиту, нас ждали... эти вот.
   - И?
   - Ну, он сделал, что хотел. Он попробовал нас атаковать.
   - Чего? - недоуменно спросил Ит.
   - Поясняю для только что проснувшихся, - Таенн потряс головой и откашлялся. - Этот придурок попробовал на катере Сэфес атаковать секторальную станцию Безумных Бардов. Догадываешься, с каким результатом? В общем, он атаковал, а мы сидели, пили пиво и смотрели на это представление. Через пару часов атаковать ему надоело...
   - ...и он пошел на таран, - закончил Морис. - Это было позавчера. Единственный, кто не оценил шутки, это Скрипач. Но Ри его быстро успокоил, к его чести сказать.
   - В общем, мы пока думаем, что нам делать дальше, а эта шваль упрямо требует переговоров, - закончил Леон. - Все бы ничего, но, боюсь, в нынешних условиях от него будет очень трудно отвязаться.
   - Как он нас вообще нашел? - с удивлением спросил Ит. - Мы же сами не знали, куда нас вынесло.
   - А вот тут веселье кончается и начинается нечто гораздо более серьезное, - Морис сел за стол, остальные последовали его примеру. - Ит, Стовер на полном серьезе утверждает, что ты - гермо. И что он нашел нас благодаря тому, что станцией во время последнего "шага" управлял, оказывается, не Ри, а ты. Ит, прости, но мы вынуждены повторить вопрос, который уже задавали... не мы. Кто ты такой?
   Ит замер. Ри сидел, уставившись куда-то в угол зала, а вот Таенн и Леон смотрели теперь на него, не отрываясь.
   - Я не знаю, - тихо ответил созидающий. - Правда, не знаю. Я не вру! Теперь... после этого всего... я помню гораздо больше. Да, больше, - Ит опустил голову. - Но чья это память, я сказать не могу. Например, я знаю, что у меня на спине - длинный и очень некрасивый рваный шрам. Это так? - спросил он в пространство.
   - Так, - подтвердил искин.
   - Я помню, как получил этот шрам. Вернее, помню фрагменты, обрывки. Помню, что была осень, и небо... прозрачное, почти белое... Помню дорогу, покрытую асфальтом, помню запахи - бензин, листья, что-то горячее... помню свое отчаяние, а потом - чудовищную боль. И еще почему-то - женское лицо и какие-то цифры рядом с ним. Но кто такой тот человек, который все это пережил, я не знаю. Ни как его зовут, ни сколько ему было лет, ни когда и где это происходило.
   - А что такое "бензин"? - спросил Морис.
   - Топливо, аналог горючего "зога", имеющий более высокое октановое число, - не задумываясь, ответил Ит. - Это горючее используют в мире, где мы подобрали Скрипача. У "зога" октановое число всего пятьдесят восемь, а бензин...
   - Ясно, не продолжай, - Таенн задумался. - А тот мир, в котором это происходило... этот мир - человеческий или рауф?
   - Человеческий, - уверенно сказал Ит. - Я же говорю - женское лицо, цифры рядом. Что это такое, не знаю.
   - Ит, понимаешь, проблема в том, что ты сейчас стал... в тебе появилось гораздо больше от гермо, чем было раньше, - осторожно начал Морис. - Генетически ты целиком и полностью человек. Уж прости, но искин это проверил. Мы его попросили, так что на железку не ругайся потом, ладно?
   - Значит, оно и раньше было? - спросил Ит.
   - Стовер утверждает, что он заметил это сразу. Ненависть, знаешь ли, порой действительно бывает полезной.
   - Спасибо, - едко сказал Ит.
   - Не надо, созидающий, - попросил Морис. - Мы не вашу эту "интригу" играем, а пытаемся разобраться в очень и очень серьезной проблеме.
   - Ты им рассказал, что ли? - с негодованием спросил Ит, поворачиваясь к Ри. - И тебе спасибо, в таком случае!
   - Это ты им рассказал, когда бредить начал, - огрызнулся Ри. - Помолчи и послушай, ребята сейчас дело говорят.
   - Стовер, конечно, редкостная мразь, но то, что в тебе действительно есть черты рауф, он разглядел еще тогда, когда мы этого сделать не сумели, - продолжил Морис. - Ит, скажи, пожалуйста, ты в своих воспоминаниях полностью уверен?
   - В каких именно? - не понял созидающий.
   - Семья, детство, учеба.
   - Ну да, конечно, - заверил Ит. - Тем более, что это все могут сотни людей подтвердить, которые меня с рождения знают.
   - Вот это как раз не важно, про людей. Важно - что помнишь ты. Ты сам.
   Созидающий задумался. Растерянно посмотрел на Мориса.
   - Да все я помню, - сказал он уже не столь убежденно. - И братья, и отец... и мама... Что вам еще нужно, чтобы я вспомнил? Дом, улица, мир? Что?
   - Морис, когда мы с ним впервые встретились, это был вообще другой человек, - неожиданно вступился за Ита Ри. - Понимаешь, вот я смотрю не вашими глазами, а своими собственными. Другой он был! Совсем другой!!! Заторканный забитый трус, у которого через слово "извините" да "пожалуйста". Разве что не заикался. А сейчас...
   - Знаете, что, а ведь я могу через детектор скинуть вам считки, - предложил Ит. - Вы сами все увидите. Это ведь моя память, верно? Это то, что вам нужно?
   - Считки за сорок лет? - усмехнулся Таенн. - И кто их будет смотреть? У кого есть в запасе лишние сорок лет, а, ребята?
   - Искин, - сразу же нашелся Ит. - Ему для этого сорок лет не нужно.
   - Ит, сейчас тебе этого делать нельзя, - мягко запротестовал Леон. - Ты не восстановился. Если ты начнешь скидывать такой объем памяти, ты свалишься еще на неделю, как минимум.
   - Хорошо, - согласился созидающий. - Я отдам свою память позже, но я это сделаю.
   - Мы тебе верим, - примирительно сказал Таенн. - Хорошо, со считками отложим до лучших времен, авось, да настанут они когда-нибудь. Мучить тебя вопросами мы больше не будем, а вот рассказать, что ты из себя представляешь в данный момент, все-таки придется.
   Рассказ занял почти полтора часа. К концу его Ит сидел, неподвижно глядя перед собой и чувствуя, что и мир вокруг, и он сам проваливаются в какую-то черную дыру. Он все никак не мог до конца осознать услышанное, несмотря на то, что искин, рассказывающий весь этот кошмар, приводил то прямые данные, видные невооруженным глазом, то показывал какие-то картинки... на которые не хотелось смотреть.
   Хорошо, если изменившийся состав крови и ускоренные реакции еще можно как-то объяснить, то куда, скажите на милость, могли исчезнуть зоны роста с костей и куда пропали нижние ребра?! Что произошло с глазами? Нет, это замечательно, что теперь он будет лучше видеть в темноте, но как это вообще получилось?
   С появляющимися тут и там шрамами вообще была полная ерунда - оказывается, бедный искин убирал эту проклятую келоидную ткань, а она образовывалась на месте иссечения за полчаса, причем сразу - старая, по предварительной оценке искина ей было полтораста лет, по окончательной - больше трехсот...
   - По-моему, на сегодня с него хватит, - с тревогой сказал Таенн, глядя на Ита. - Искин, правда, хватит. Довольно!
   - Но я еще не закончил, - возразил искин.
   - И не надо, - Леон подошел к Иту, щелкнул пальцами у того перед лицом. Он вздрогнул и словно очнулся. Посмотрел на Леона. Потом на Таенна.
   - Боже мой... - прошептал он. - Как же это...
   - В том-то и дело, что "как же", - грустно покивал Таенн. - Слушай, может тебе выпить что-нибудь?
   - Выпить? - тупо переспросил Ит. - А, выпить... наверное, можно. Не знаю.
   - Ит, прости, но все-таки было необходимо рассказать это тебе, - Леон сел напротив Ита и заглянул тому в глаза. - Я понимаю, ты сейчас растерян и, наверное, испугался. Но не оставлять же все, как есть? Ты имеешь право знать, что с тобой произошло.
   - А... да, наверное, - покивал созидающий. - Слушайте, а с глазами... это очень заметно со стороны?
   - Про глаза ты как раз не дал закончить, - упрямый искин все-таки влез в разговор, несмотря на шипение Таенна, который приказывал "железяке" заткнуться. - Глаза меняются. Сейчас они у тебя нормальные, с обычным человеческим зрачком. Зрачок становится вертикальным только в темноте.
   - И на том спасибо, - обреченно выдохнул Ит. - Хоть людей лишний раз пугать не буду.
   - Внешне ты выглядишь почти так же, как раньше, разве что похудел, - вставил Ри. - Все остальное - да... ну, ничего не поделаешь. Придется привыкать.
   - Кошмар, - Ит запустил руки в волосы и закрыл глаза. - Какой-то ужас. Кошмарный ужас и ужасный кошмар. Не подпускайте меня и близко к управлению станцией, - попросил он. - Если что, сразу бейте по голове и кидайте в угол. А то я вас еще куда похуже затащу. А потом превращусь вообще невесть в кого.
   - Подумаем, - пообещал Таенн. - Ладно, теперь другие новости. Новость номер один - мы понятия не имеем, куда идти дальше и что делать. И новость номер два - тебя ждет для аудиенции господин Стовер.
   - Чего?!
   - Того. Видимо, хочет посмотреть в твои честные глаза с вертикальными зрачками и спросить что-то очень важное про Террану. То, что сделать с нами он ничего не сумеет, до него уже дошло. Поэтому он предложил переговоры.
   - И вы что?..
   - Ну, мы согласились. Ит, тебе придется пойти на эти переговоры с нами, - грустно посмотрел на него Таенн. - Не волнуйся, война пока что откладывается. Если ты не понял, почему мы так смеялись, я объясню.
   На катере Сэфес атаковать секторальную станцию невозможно. Контролирующие Системы, и те, и другие, гиперлояльны друг к другу. И то, что Стовер планировал, как атаку, превратилось в фарс, потому что катер, вместо того, чтобы разнести станцию в пыль, воспринял его приказ к атаке, как приказ отдать станции энергию. И начал отдавать. Он бы отдал все, не сообрази Стовер, что сияние и всполохи не причиняют станции вообще никакого вреда, а ресурс катера стремительно истощается. Озлобившись от неудачи, он повел катер на таран. Катер замечательно прошел сквозь тело станции, через выстроенную специально для такого случая искином особо замороченную бутылку Клейна, и вышел в ту же точку, из которой заходил. Как ни старался Стовер, техника, созданная Контролирующими и для Контролирующих, в войну играть отказывалась.
   После этого катер повис рядом со станцией, и через несколько часов на связь вышел сам Стовер, потный, красный и злой. Он не требовал. Он просил. Просил о переговорах. Таенн, посовещавшись с Сэфес, на переговоры согласился.
   - Я все равно не понимаю, при чем тут я? - Ит с недоумением посмотрел на Таенна. Тот пожал плечами.
   - Ит, мы бы попросили тебя быть с нами на переговорах в любом случае, - тихо сказал Леон. - Если, конечно, в твои планы не входит...
   - Ах, да, - созидающий нахмурился. - Как же я забыл. Я же оружие. А уж хочется мне им быть или не хочется, значения не имеет. Славно.
   - Хорошо, - легко согласился Таенн. - Не хочешь - не иди. Только для начала попробуй подумать головой. Они находятся на катере Сэфес. Мы подойдем тоже на катере. Как ты думаешь, внутри этих машин в принципе возможны какие-либо боевые действия?
   - Не знаю, - признался Ит. - Теоретически нет, наверное. Но для чего тогда я вам там нужен?
   - Да потому, что без тебя они с нами говорить не будут! Ит, он двое суток ждал, пока ты очнешься. Как ты считаешь, просто так? Я понятия не имею, чего он от тебя хочет. Но без тебя он говорить не станет.
   - Слушайте, а почему вы вообще хотите с ними общаться? - созидающий, наконец, сообразил, что именно его все это время смущало. - Для чего он нам нужен?
   - На борту его катера - два очень сильных математика, - неохотно ответил Морис. - Стовер сказал, что у них есть информация о том, что происходит. И предложил обмен - они выдают нам часть этой информации, а мы...
   - Договаривай, - мрачно сказал Ри.
   - Возвращаем энергию катеру и даем часть расчетов Ри. А так же информацию о Маданге, - Таенн запнулся.
   - А еще?..
   - А еще мы взамен получаем фору, чтобы от них оторваться. Иначе они просто будут идти за нами - нам это нужно?
   - Всего-то? - удивлению Ита не было предела.
   - Ит, это не "всего-то". Катер ничего не может сделать со станцией. Но и станция ничего не сделает с катером. Ты догадался, куда они с нами сумеют пройти? - понурился Таенн.
   Ит молчал.
   - На месте он стоять в любом случае не будет, - уже более спокойно добавил Ри. - Но он клянется и божится, что если мы выполним его условия, он в дальнейшем будет соблюдать "правила игры".
   - Игры? - переспросил созидающий. - Он так и сказал - игры?
   - Ну да, - кивнул Леон. - Тебя что-то смущает?
   Сидящий между ними на полу Скрипач переводил встревоженный взгляд с одного на другого. Ит украдкой рассматривал его. Несмотря на заверения искина, Ит видел, что для Скрипача "прогулка" по Маданге тоже даром не прошла. Похудел, да и нервозность в нем какая-то появилась, вместо прежней безмятежности.
   - А кто пойдет к ним? - спросил Ит.
   - Пойду я, Ри, и ты, - ответил Таенн. - Ребята и Скрипач останутся тут.
   Ит кивнул. Да, разумно. Все правильно.
  

* * *

  
   От Скрипача отвязаться не удалось. Когда искин открыл коридор к катеру, Скрипач, прихрамывая, поковылял за ними, а когда Ит попытался уговорить его остаться с Леоном и Морисом, тот сел на пол и вцепился ему в колено обеими руками. Ни ласковые уговоры, ни строгие слова не помогли.
   - Черт с ним, пусть идет, - обреченно махнул рукой Таенн. - Будет дополнительный сюрприз для Стовера.
   Тот и впрямь опешил, когда они перешли со своего катера на второй. Заготовленная заранее фраза куда-то подевалась, и Стовер растеряно спросил:
   - Это еще что за чучело?!
   - Это Скрипач, мой... генетический двойник, - спокойно объяснил Ит.
   - Гермо размножаются делением, - захихикал какой-то человек, сидящий в дальней части каюты. Созидающий посмотрел в его сторону, нахмурился.
   - Я бы попросил воздержаться от подобных замечаний, - ледяным тоном произнес он.
   - Неважно выглядишь, гермо, - Стовер пристально посмотрел на Ита.
   - Отдохнул на одном курорте. Погода была паршивая и обслуживание не очень, - Ит ответил Стоверу таким же взглядом - пристальным и недоброжелательным. Таенн молча смотрел то на одного, то на другого.
   - Если вы закончили обмен любезностями, мы, может быть, поговорим по делу? - спросил он.
   - Поговорим, - кивнул Стовер. - Для начала - о Маданге. Давайте информацию о планете.
   - Биокомп передаст информацию памяти катера, - ответил Ри. - Я не совсем понимаю, правда, для чего вам это нужно.
   - Охотно объясню, - голос Стовера стал едко-доброжелательным. - Из-за вас, поганые ублюдки, я потерял проект "Террана". Мне нужна замена.
   - А вы уверены, что я вам это позволю? - спросил Ри. - И не надейтесь.
   - Не уверен, но всему свое время.
   - Так! Или вы прекращаете взаимные оскорбления, или мы уходим отсюда, и никаких переговоров вообще не будет! - Таенн потерял терпение. - Для чего вы нас вызвали? Для соревнования в колкостях или для дела?!
   - Бард, я бы попросил вас... Или не Бард, а? - прищурился Стовер. - Мне теперь гораздо больше про вас известно. Вот только этот, - он ткнул пальцем с сторону Скрипача, - пока что остается под вопросом. Но он, кажется, вообще сумасшедший, я прав?
   - Вы правы, - ответил Таенн уже спокойно. - Мы подобрали его случайно, по недоразумению, и так получилось, что он остался с нами.
   - Угу, и при это он тоже случайно оказался генетическим двойником вон его, - теперь палец Стовера указывал на Ита. - Количество случайностей переходит пределы разумного.
   - Вот что, уважаемый. Мы со своей стороны условия выполнили. Информацию о Маданге Ри предоставил, расчеты даст сразу же, как только закончит отдавать все по Маданге. Станция сейчас перебрасывает катеру энергию. Теперь ваша очередь.
   - Агор, Аран, - позвал Стовер. - Приступайте.
   Математики подошли к нему и сели рядом в кресла, выросшие из пола. Ит присмотрелся, прислушался к своим ощущениям. Нет, это была не злоба. Какая-то глубокая и тяжелая внутренняя неприязнь - вот что он ощущал при взгляде на этих людей.
   "Так ведь это то, что они чувствуют рядом с нами, - дошло до него, наконец. - Вернее, чувствуют по отношению к нам".
   - Длительное время назад мы с братом занимались проблематикой моделирования глобальных процессов, - бесцветным голосом начал Аран. - В результате анализа, на который ушло около шестидесяти лет, нами было создано теоретическое построение, в котором воссоздан процесс, происходящий сейчас в обитаемой вселенной. Это построение мы назвали "формулой дьявола".
   - Оно доказывает, что, при соблюдении определенных условий и наличии центрального элемента, в системе может произойти качественная перестройка существующих энергетических и ментальных компонентов, - продолжил Агор.
   - Наше построение было признано бездоказательным и ошибочным, мало того, крамольным. И запрещено к изучению во всех мирах, куда мы пытались с ним прийти, вне зависимости от зоны, - закончил Аран.
   - Агор и Аран Тирхио, - Таенн с безмерным удивлением уставился на математиков. - Так вот в чем дело!.. Кто бы мог подумать, что вы...
   -...работаете с Антиконтролем? - спросил Аран. - Теперь вы можете об этом подумать.
   - Ит, Ри, я должен объяснить, - повернулся к тем Бард. - Иначе уважаемые Агор и Аран сейчас внесут в ваши души большую смуту. И вам трудно будет от нее потом избавится.
   - Ну, давай, Бард, начинай лгать, - глаза Агора превратились в узкие щелочки. - Интересно будет посмотреть, как ты выкрутишься.
   - Я не буду выкручиваться, а расскажу правду. Построение официально было признано ошибочным... потому что так проще всего было изолировать миры от изучения этого построения. Вернее, фрагментов, с которыми Агор и Аран были согласны расстаться. Для Контроля ваши выкладки были признаны частично верными, если вы помните. Частично - потому что вы отказались отдать все. Ведь это так?
   - Да, это так, - кивнул Аран.
   - Но почему вы не передали информацию Контролю, если она такая важная? - спросил Ри.
   - Они предлагали ее... не задаром, - как-то странно усмехнулся Таенн. - Они хотели ее продать.
   - Мы не обязаны отдавать задаром знания такого порядка, - Аран гордо вскинул голову.
   - Да, но, если я правильно понял, вы запросили за "формулу дьявола" кластер пространства, в котором находилось около тысячи обитаемых миров, - медленно сказал Бард. - Или это не так?
   - Так, - бесстрастно подтвердил Агор. - Практика показала, что цена была не слишком высока, правда?
   - Вы хотите сейчас продолжить торг? - в упор спросил Таенн. - Или разобраться, чья этическая модель позволяет использовать в качестве платы за информацию обитаемые планеты и миллиарды тех, кто на них живет? Боюсь, что это отнимет слишком много времени.
   - Да, сейчас это бессмысленно, - согласился Агор. Его брат промолчал. - В общем, мы отдаем вам следующее: тот фрагмент формулы, который объясняет физические построения внутри образовавшейся новой системы. Но только его, ничего больше.
   - Если кто-то из вас сумеет разобраться в этой части, вы сможете попытаться найти дорогу наружу из пораженной зоны.
   - Ну что ж, спасибо, - бесцветным голосом сказал Таенн. - Полагаю, разговор окончен?
   - Окончен, - кивнул Аран. Математики встали и ушли вглубь каюты.
   - Учтите, мы вернемся, - предупредил Стовер. - Да, сейчас мы... ничего не сумели сделать. Но это ненадолго. Так что наша беседа, Бард, еще не окончена. Что же до тебя, гермо, - Стовер посмотрел на Ита, - то у меня к тебе отдельный счет. И он не закрыт. Когда будет возможность, мы продолжим наше общение. И с тобой, и с твоим двойником, - Скрипач, все это время молча стоявший рядом с Итом, скорчил презрительную гримасу. - Еще и рожи строит... У вас есть сутки форы, господа.
   - Спасибо, - сухо поблагодарил Таенн. - Мы это учтем.
  

* * *

  
   Морис и Леон встретили их гробовым молчанием. Таенн тут же кинулся к ближайшему столику, упал в кресло, выудил из воздуха стакан с едко-оранжевой жидкостью и залпом, шумно выпил. В воздухе ощутимо запахло алкоголем.
   Ри присел рядом, взял со столика еще один стакан, с недоверием понюхал. Пахло кислым и соленым. На вкус жидкость тоже оказалась не очень. Но хотя бы не пятьдесят градусов, как та, из граненой бутылки.
   Ит продолжал стоять, рассеяно гладя по спине Скрипача, который всхлипывал, уткнувшись носом ему в плечо.
   "Зря мы беднягу с собой взяли, - думал он. - Может, он и псих, конечно, но чужие эмоции, особенно злобу, видит, как на ладони. Вон как расстроился".
   - Эй, милый, хочешь картошки? - шепотом спросил он. Скрипач поднял лицо и посмотрел на Ита. Слезы мгновенно высохли. - Давай потренируемся просить у искина, ладно? Пойдем к окну, чтобы остальным не мешать, и попробуем сказать то, что нужно. Идем, идем. Да не переживай ты так, ничего он тебе не сделает. Я его первым укокошу. Никто тебя не обидит...
   - Такой рассадник мрази... причем в катере Сэфес, - пробормотал Леон. - Боже, куда мир катится... и, главное, ничего нельзя сделать!..
   - Не хочешь попробовать оторвать ему голову? Ты же вроде мертвый, на тебя общие правила не распространяются, - невесело усмехнулся Ри.
   - Ну, спасибо, - обиделся альбинос. - Ты хоть думай иногда прежде, чем такое говорить... Значит, вместе со Стовером работают братья Тирхио? - спросил он. Таенн кивнул. - Ну и дела.
   - А ты что-то про них знаешь? - пристально посмотрел на него Ри.
   - Еще бы. Князья Тирхио, братья-близнецы, Агор и Аран. Известные личности. Печально известные, замечу, - Сэфес скривился. - У нас еще думали, куда они исчезли после того скандала с кластером. А оно вон, оказывается, как. Рассказать про них?
   - Расскажи на всякий случай. Коротко, только по делу.
   ...Братья-близнецы Тирхио в своем родном мире были сказочно богатыми людьми - они, по сути дела, являлись владельцами государства, которое занимало около трети планеты. У них было все, о чем можно только мечтать, другому человеку такого богатства хватило бы на тысячу жизней. Но братьям этого было мало. Амбиции Тирхио не знали границ. Кроме того, оба брата были на редкость талантливы, и одновременно - на редкость жестоки. Они хотели не просто богатства. Они хотели признания. И власти, гораздо большей, чем имели. Вот с этих амбиций и началось и падение их империи, и создание "формулы дьявола".
   Исследования, которые начали братья, истощили их денежный запас за пятьдесят лет. Заканчивали они их уже не на своей планете, а в другом мире, практически в нищете. А закончив, приступили к распространению своей теории, которую и Контроль, и Официальная служба тут же признали вредоносной. Братья вышли на контакт с самим Контролем, естественно, не напрямую, а через официалов. Предложили свои условия передачи информации, получили категорический отказ и исчезли.
   А сейчас, совершенно неожиданно, нашлись. Вот таким вот образом...
   - Самое страшное в другом, - печально сказал Таенн. - Я помню, где-то встречал... сейчас, как же там было... "Формула дьявола, в данный момент являющаяся чисто теоретическим построением, доказывает, прежде всего, то, что дьявол существует и способен вмешиваться в дела людей", - процитировал он. - Понимаете, почему Контроль был против распространения этой информации?
   - Религия? - полуутвердительно спросил Ит. - Новая религия, основанная на математике?
   - Именно так. Тогда процесс удалось купировать, - вздохнул Таенн. - Деструктурирующая, вносящая смуту, построенная на зле религия, все верно. Ей не дали развиться, удалось остановить в самом начале.
   - Хреново, - констатировал Ри. - Если есть формула, то должен быть и дьявол...
  
  
   Боевая станция "Путь Тьмы"
   Первое знакомство
  
   Войдя в рубку, дварх-капитан покосился на невысокий пьедестал, где стояло адмиральское кресло. Интересно, чем это занята Дарли? Шестой час она находится в прямом подключении к биоцентру станции, задействовав не только большой биокомп, но и всех двархов, а их здесь ни много, ни мало - двадцать шесть, что для любой другой станции совершенно невозможно, просто не хватит биокомпов для их проживания. К левому глазу той, кого во внешнем мире обычно называли Белой Стервой, приросло трепещущее рубчатое щупальце. Эвенн вслушался и укоризненно покачал головой - слишком плотный энергоинформационный обмен, слишком сильный поток. Она же так сожжет себя! Нельзя же так, все хвосты Проклятого!
   - Все в порядке, - донесся до дварх-капитана мягкий эмообраз. - Я уже почти вышла, не беспокойся.
   - Может мне целителям сообщить о том, что ты творишь? - хмуро поинтересовался он. - Они быстро тебе мозги вправят.
   - Не стоит, - встала Дарли, щупальце оторвалось от ее глаза и скрылось в стене. - Сам будто не зарабатывался.
   - Зарабатывался... - вздохнул Эвенн. - Для чего тебе понадобилась такая вычислительная мощь?
   - Анализировала пораженную зону, - ответила дварх-адмирал. - Пыталась понять закономерности распределения миров с уничтоженной и сохранившейся разумной жизнью. Кое-что прояснилось, но уверенно судить я не могу, нужно проверить мои выводы.
   - А в общих словах?
   - Стагнация. Сохранились лишь очень стабильные старые миры, потерявшие импульс развития, не стремящиеся к нему. Но, повторяю, я не уверена, да и это, скорее всего, только один из значимых факторов. Считаю необходимым отправиться к какому-нибудь из уцелевших миров и посмотреть, что там и как. Как думаешь, к какому?
   - Да хотя бы к столице конклава Хайвет, - после запроса к биоцентру и недолгого размышления предложил Эвенн. - Планета, да и весь конклав, полностью соответствует критериям. Судя по информации в дайлатской базе данных, уже лет двести не ищет новых миров, да и наука там почти не развивается.
   - Хорошо, проложи курс. Это далеко?
   - Нет, немногим больше двухсот световых лет. Минут через десять будем на месте.
   Дарли кивнула и снова села. Полученные из других реальностей технологии позволяли кораблям ордена передвигаться намного быстрее, чем раньше. Да и точечными двигателями их оснастили - так, на всякий пожарный, ибо сейчас ими пользоваться было невозможно. Корабль перемещался куда угодно, только не туда, куда нужно. Однако ситуация вполне может измениться, если Контролирующие наведут порядок и восстановят Сеть. В этом случае точечные двигатели пригодятся - перемещаться по узловым точкам Сети и быстрее, и экономичнее. В одно мгновение оказываешься там, куда через гиперпространство добирался бы несколько часов, а то и дней.
   Орден отправил в эту экспедицию лучших из лучших - ученых, военных, инженеров, целителей, пилотов. Группу математиков и физиков возглавил лично Баг Бенсон, а оперативных статистиков - Биред Касит. Последние понадобятся при изучении чуждого социума, никто лучше них не способен определять точки минимального воздействия и вычислять, как именно это воздействие было произведено.
   Сейчас Баг вместе со своей группой находился на борту дварх-крейсера "Второй Порог", отправившегося на поиски секторальной станции Безумных Бардов. Корабль Блэки, как выяснилось, почти не пострадал после столкновения с двархами и вскоре вернулся в окрестности Далата, без промедления атаковав станцию. Вместе они и провалились неизвестно куда. Баг решил попытаться рассчитать новые координаты станции, поэтому и решил присоединиться к поискам, перейдя на "Второй Порог".
   Боевая станция "Путь Тьмы", названная так в честь легендарного крейсера Сина Ро-Арха, погибшего во время войны Падения, являлась в своем роде шедевром ученых и инженеров ордена, была первой в новом поколении и обладала непредставимой ранее мощью. Если станции предыдущих поколений принадлежали к классу "Планетарный разрушитель", то эту можно было назвать скорее "Гасителем звезд". Впрочем, звезды она не гасила, а просто выводила в другое пространство, в случае надобности. Дарли очень надеялась, что ей никогда не придется делать ничего подобного, но была рада, что станция на многое способна. Точно также, как и уничтожать, "Путь Тьмы" мог и спасать. Например, для очистки планеты, пострадавшей от кварковой или ядерной бомбардировки, станции требовалось не больше двух стандартных суток.
   - Вышли из гипера, - проинформировал Эвенн. - Нас вызывают. Официальная Служба.
   - Дай связь! - распорядилась Дарли.
   На голоэкране перед ней возник офицер расы рауф в светло-сером мундире официальной службы. Кажется, гермо, хотя, может быть, просто молодой самец.
   - Добрый день! - поздоровался он. - Кто вы и что вам нужно в пространстве конклава Хайвет?
   - Здравствуйте! - наклонила голову Дарли. - Боевая станция Ордена Аарн. По просьбе Контролирующих, Безумных Бардов и Сэфес, а также главной штаб-квартиры Официальной Службы мы производим разведку пострадавшего района галактики. Сбрасываю вам подтверждение наших полномочий.
   - Получил, - кивнул официал после недолгого молчания. - Рад, что кто-то пришел нам на помощь. Мы уже несколько дней не имеем никакой связи даже с другими планетами конклава, не говоря уже о других цивилизациях. У вас есть информация о том, что случилось?
   - Кое-что есть. Вам еще повезло. На восьми планетах Далата, например, полностью погибло население. Тем или иным образом.
   - О, Боже! - вздрогнул рауф. - Но почему?!
   - Для того, чтобы это выяснить, мы и проводим разведку, - вздохнула Дарли. - У вас на планете все в порядке?
   - Я бы не сказал, - понурился офицер. - Внешне все благополучно, но только внешне...
   - Вы не могли бы конкретизировать? - насторожилась дварх-адмирал.
   - Не хотелось бы по связи. Вы позволите подняться на борт?
   - Без проблем. Сейчас открою портал.
   - Вы можете открывать порталы куда захотите? - с интересом спросил рауф.
   - Можем, - безразлично подтвердила Дарли. - Сейчас перед вами появится черная воронка, входите в нее, и вы окажетесь у нас на борту.
   Не прошло и нескольких секунд, как из гиперперехода вышел давешний официал. Дварх-адмирал с любопытством наблюдала за ним, ее всегда интересовала реакция разумных, впервые попавших на корабль ордена. Рауф в первые мгновения отвесил челюсть при виде бугристых слизистых стен, по которым сбегали вниз энергетические разряды, затем перевел взгляд на пилотов, к глазам которых присосались управляющие щупальца навигационного биокомпа, и едва заметно потряс головой. Однако он довольно быстро взял себя в руки, став внешне невозмутимым, и с легкой неуверенностью в голосе спросил:
   - Насколько я понимаю, ваш корабль имеет биологическую основу?
   - Да, - улыбнулась Дарли, которой понравилась сообразительность официала. - Мы крайне редко используем мертвые механизмы, у всех них есть живые аналоги.
   - Интересно, - заметил он. - До сих пор мне не доводилось сталкиваться с биологическими цивилизациями.
   - Предлагаю пройти в более удобное место, чтобы не мешать пилотам. Прошу вас.
   Перед Дарли завертелась еще одна воронка гиперперехода, на которую она показала рукой. Рауф спокойно шагнул туда, дварх-адмирал последовала за ним. Они оказались в небольшой уютной кают-компании, где кроме столика и двух диванов ничего не было.
   - Желаете что-нибудь выпить? - предложила Дарли.
   - Не отказался бы, - проворчал офицер, опускаясь на один из диванов. - Нервы на пределе...
   - Представьте себе то, что вы хотите, биокомп кают-компании анализирует ваши желания и предоставит заказанное.
   - Прямо как на катере Сэфес, - приподняв бровь, заметил рауф. - Мне однажды довелось побывать на таком во время переговоров.
   - Не совсем так, как у них, - не согласилась дварх-адмирал. - Их технологии имеют другую основу, но наши нас вполне устраивают. Молекулярный синтезатор способен удовлетворить самый взыскательный вкус.
   - Сейчас проверим, - откинулся на спинку кресла официал.
   Воздух на столике перед ним сгустился и превратился в стакан с непрозрачной темно-красной жидкостью. Рауф осторожно взял его и отпил глоток.
   - Надо же, совсем как дома! - удивленно приподнялись его брови. - Благодарю!
   Дарли заказала себе привычного "Черного Вала", сделала несколько глотков и пристально посмотрела на официала.
   - Так что же у вас такое происходит? - поинтересовалась она.
   Рауф помрачнел и поставил стакан на столик, затем немного помолчал и очень тихо сказал:
   - Попытаюсь объяснить. Понимаете, моя интуиция буквально криком кричит, что происходит что-то страшное. Но при этом все на первый взгляд благополучно, тишь да гладь. Мне никогда особо не нравился этот конклав, слишком здесь все формализовано, в том числе искусство. Нельзя сделать шага в сторону от предписанных неизвестно кем канонов. Но если раньше жители Хайвета хотя бы интересовались своим формализованным искусством, пусть очень сдержанно, но интересовались, то после потери связи всякий интерес пропал. Когда я спрашивал у хайветцев почему, на меня смотрели мутными глазами и говорили, что им это больше не нужно. У меня возникает ощущение, что на планете с каждым днем возрастает безразличие друг к другу. Если раньше человек по какой-то причине падал на улице, то к нему тут же спешили на помощь. А теперь все чаще проходят мимо, не обращая на случившееся никакого внимания. Мне кажется, что скорость этих изменений нарастает, но меня никто не хочет слушать, даже мои коллеги, особенно из местных.
   - Значит, мы не ошиблись, - хмуро констатировала Дарли.
   - В чем? - подался вперед офицер.
   - В предположениях, что должно произойти в уцелевших мирах. Скорее всего, там происходит то же, что и здесь. А миры, способные противостоять этому воздействию, Блэки просто зачистили...
   - Блэки?! - встрепенулся рауф. - Зачистили?! Что это значит?! Кто это такие?
   - Что значит? А то, что случившееся - не природная катастрофа, - со вздохом пояснила Дарли, поежившись от воспоминаний про увиденное на восьми погибших мирах Далата. - К моему величайшему сожалению - не природная. Мы еще не знаем, кто эти самые Блэки, их назвали так условно. Известно лишь, что неким одномоментным воздействием была практически разрушена Сеть, при этом погибло множество Контролирующих - и Сэфес, и Бардов, и даже Адай Аарн. Все координатные точки изменили значения, потому и невозможно больше перемещаться по узлам Сети. После этого во множестве миров был замечен примитивный на вид корабль, ненадолго возникающий над той или иной планетой, иногда местной эмпатической структуре удавалось отвадить незваных гостей, но чаще население планеты по той или иной причине гибло. После длительного анализа мы предположили, что население уцелело в стагнирующих, переставших развиваться мирах. На примере этого мира предположение подтвердилось.
   - Вот, значит, как... - глаза рауф потемнели. - Кто же мог такое сделать?
   - Пока не знаем, но обязательно выясним, - скрипнула зубами дварх-адмирал. - Даю вам слово, что сделавшие это заплатят.
   - Надеюсь... - хрипло выдохнул рауф. - Надеюсь...
   - Вы, кстати, так и не назвали ваше имя. Я - дварх-адмирал Дарли Эстель Фарлизи, командующая первым атакующим флотом Ордена Аарн.
   - Теймо Кайган Ориди, офицер класса А Официальной Службы. На Хайвете служу третий год. Стандартный год.
   - Рада знакомству, - наклонила голову Дарли. - Так говорите, что никто, кроме вас, не заметил происходящих на планете изменений?
   - Мало того, что не заметили, так еще и посчитали меня паникером, - помрачнел Теймо. - Как я говорил, особенно местные уроженцы. Понимаете, у нас на Хайвете совсем крошечное отделение Официальной Службы, всего восемь человек, из них инопланетян всего двое - я и командующий отделением, он нэгаши. Так вот, он за последние трое суток изменился кардинально, я не представлял, что за такой короткий срок возможна почти полная смена основных черт личности.
   - Это действительно странно, - заметила дварх-адмирал. - Думаю, вам на Хайвете делать больше нечего, иначе изменения коснутся и вас.
   - У меня есть долг, - грустно усмехнулся официал.
   - Как и у каждого из нас. Но вы сейчас принесете больше пользы, отправившись с нами. Полномочия, предоставленные мне Официальной Службой, позволяют требовать содействия от офицера любого ранга.
   - Это меняет дело, - с некоторой иронией посмотрел на нее Теймо. - Однако вы должны составить требование о моем направлении на ваш корабль по всем правилам и отправить его в наше отделение.
   - Это не проблема, - отмахнулась Дарли и позвала одного из двархов станции: - Кейтарх!
   - Чего тебе? - отозвался с потолка тот.
   - Составь и отправь требование, пожалуйста.
   - Делать мне больше нечего... - недовольно проворчал дварх. - Все, готово. Еще чего нужно?
   - Пока ничего, ворчливый ты наш, - едва слышно рассмеялась Дарли. - Понадобится, позову.
   - А кто это? - осторожно поинтересовался Теймо.
   - Дварх. Вы с ними еще познакомитесь. Бестелесные сущности, предпочитающие жить в памяти больших компов, хотя способные сделать своим телом что угодно, если захотят.
   - Никогда не слышал о такой разумной расе, - удивленно покачал головой официал.
   - Вселенная велика.
   - Это так.
   - О! - выпрямилась Дарли. - Ваш начальник вызывает вас в связи с нашим требованием. Открываю канал.
   Перед Теймо прямо в воздухе возникло изображение Дхо'ана, уже пожилого нэгаши, возглавляющего хайветское отделение Официальной Службы восьмой год. Он довольно долго молча сверлил рауф глазами, затем проскрипел:
   - Нашли все же тех, кто вам поверил?
   - Нашел, - коротко ответил Теймо.
   - Что ж, не стану мешать. Только не думай, мальчишка, не ты один заметил, что происходит неладное. Я скажу тебе и дварх-адмиралу больше, чем ты знаешь. Меняется сам эгрегор планеты, причем меняется очень быстро - те, кто делает это, работают грубо и нагло, словно не имеют никакого опыта. Местные этот разговор не подслушают, канал защищен, поэтому я могу говорить без опаски.
   - Искренне благодарна вам, уважаемый! - вмешалась в разговор Дарли и коротко поведала нэгаши о том, о чем ранее рассказала рауф.
   Он внимательно выслушал и о чем-то задумался. Затем посмотрел на дварх-адмирала и глухо сказал:
   - Все еще хуже, чем я думал. Найдите этих Блэки, адмирал! Теймо пусть идет с вами, если он вам нужен. Мне, похоже, уже не выбраться - личностные изменения слишком далеко зашли, держусь из последних сил, а их хватит на день, не больше.
   - Так может и вам отправиться с нами? - предложила Дарли.
   - Нет смысла, поздно, - усмехнулся Дхо'ан, улыбка нэгаши выглядела жутковато для непривычного взгляда. - Я сам побаиваюсь того, во что постепенно превращаюсь. Не думаю, что вам понравится присутствие на корабле чего-то абсолютно чуждого, служащего, скорее всего, этим самым Блэки. Поэтому прощайте! Подтверждение о переводе Теймо я вам отправил.
   С этими словами нэгаши отключился. Дварх-адмирал довольно долго смотрела в пустое пространство, ее терзали невеселые мысли. Она ведь прекрасно поняла, какое решение принял Дхо'ан, поняв, что превращается в тварь. Сама Дарли на его месте поступила бы точно также.
   - Светлая память... - в глазах Теймо блестели слезы. - Никогда его особо не любил, а вот поди ж ты...
   - Человек долга... - вздохнула Дарли.
   - Нэгаши! - возразил рауф.
   - Какая разница?
   - Внимание! - снова заговорил с потолка дварх. - Дхо'ан передал нам все ваши файлы, Теймо, добавив кое-что от себя. Общая картина очень невеселая. Передаю данные оперативным статистикам. Считаю, что до получения их выводов делать какие-либо предположения бессмысленно. Помимо того пришло требование от правительства конклава немедленно покинуть орбиту.
   - Передай в рубку, чтобы отошли десятка на два световых лет, - бросила Дарли, затем снова посмотрела на рауф. - Как думаете, почему они этого потребовали?
   - Видимо, изменения действительно зашли слишком далеко, - пожал плечами он. - Раньше правительство конклава вообще не интересовалось прибывающими кораблями, отдав общение с ними на откуп Официальной Службе. Мне самому интересно, почему ваше присутствие вызвало их опасения.
   - Ничего удивительного. Если восемь двархов сумели доставить кораблю Блэки немало неприятностей, то что сумеют сделать двадцать шесть? Думаю, правительство конклава уже полностью под чужим контролем. А Блэки не понравилось наше присутствие, вот они и дали команду своим марионеткам. Хотя, скорее всего, все значительно сложнее. Может быть, отреагировал сам измененный эгрегор.
   - Скорее всего, именно эгрегор и отреагировал, ощутив исходящую от вас неясную угрозу.
   - Да, это наиболее вероятно, - задумчиво покивала Дарли. - Вряд ли за столь короткий срок хайветцы успели превратиться в полных марионеток. Их к этому явно ведут, но еще не привели. Ох и придется же Контролю поработать после того, как наведут хотя бы относительный порядок...
   - Думаете, наведут? - вскинулся Теймо.
   - Обязательно наведут, хотя легко и быстро этого сделать не удастся. Слишком сильна степень поражения. Приношу свои извинения, вынуждена удалиться, необходимо кое-что срочно сделать. Обратитесь к любому дварху, просто позовите, он сформирует вам каюту и переправит туда. Если понадоблюсь - я в рубке. Опять же попросите дварха открыть туда портал. Походите по станции, осмотритесь, здесь немало интересного. Да, прошу не удивляться, среди нас множество представителей негуманоидных рас, они такие же аарн, как и люди.
   Она встала, коротко поклонилась и исчезла в гиперпереходе. А Теймо, немного подумав, действительно пошел осматривать станцию - ему хотелось увидеть достижения биологической цивилизации. Никогда не думал, что корабль размером со среднюю луну может быть живым. Да и сами аарн сильно заинтересовали его. В Официальной сети проходила некоторая информация об Ордене, но она была столь невероятна, что Теймо просто не поверил, надо убедиться самому.
  

* * *

   Дарли поднял с постели сигнал тревоги. Она спрыгнула со спальной платформы, ринулась в ванную и сунула коротко стриженую голову под холодную воду, чтобы хоть немного прийти в себя. Все хвосты Проклятого! Только легла отдохнуть, не спавши до того трое суток! Поймав себя на употреблении привычного с детства ругательства, дварх-адмирал коротко хохотнула: надо же, давно знает, что Проклятый - это Мастер, а все равно нет-нет, а выругается. Что значит сила привычки!
   - Что случилось? - спросила она, переместившись в рубку.
   - Сканеры уловили присутствие корабля Блэки невдалеке от границ зоны поражения, - сообщил Эвенн. - Он произвел некое воздействие на одну из не попавших под первичное поражение планет. Причем, это другой корабль, не тот, с которым мы сталкивались раньше. Этот малость совершеннее. Я отдал приказ идти туда, возможно, удастся перехватить.
   - Надеюсь, двархи сумеют это сделать, - в глазах Дарли появилась хищная угроза. - Очень хочу побеседовать с тварями, устроившими все это...
   Не прошло и четверти часа, как станция вышла из гипера на орбите неизвестной планеты. Первые же результаты сканирования показали, что случилось страшное - на планете не осталось ничего живого, не было даже бактерий и вирусов. Гибель была мгновенной, теперь планета представляла из себя один лишь мертвый камень. Люди, птицы, животные, растения были мертвы...
   - Благие! - выдохнула Дарли. - Да что же за оружие они использовали?!
   - Это не оружие, - уведомил сверху дварх. - Похоже, Блэки каким-то образом поместили этот мир на мгновение в Сеть. Не представлял, что такое вообще возможно. Потому... местные жители просто перестали быть.
   - Немедленно передай эти данные на Далат! - эмообразы Дарли полыхали с трудом сдерживаемым гневом. - Пусть расспросят Контролирующих о том, как можно такому противостоять. И можно ли в принципе.
   - Кстати, а корабль Блэки никуда не делся, - снова заговорил Кейтарх. - Висит себе в шестидесяти миллионах миль от планеты, как ни в чем не бывало. На наше прибытие не обратил ни малейшего внимания.
   - Это он зря... - зло оскалилась дварх-адмирал, потрясенная одномоментной гибелью нескольких миллиардов человек. - Очень зря... Сможете его взять?
   - Сможем! - уверенно заявил дварх. - Экипаж этого кораблика куда слабее, чем экипаж прежнего.
   - Тогда атакуйте!
  

* * *

  
   С наслаждением потянувшись, Эйтаро-Тэйки откинулся на спинку жесткого пилотского кресла. Дело сделано! На этот раз от мерзкой грязи очищен его родной мир, где он, правда, не бывал больше ста лет. Но родной мир остается родным, сколько бы лет ты там ни отсутствовал. Эйтаро удовлетворенно улыбнулся - он сделал для родины больше, чем кто бы то ни было. Очистил от грязи! А грязи, как ни странно, на Отейросе оказалось больше, чем на всех мирах, которые он до сих пор встречал. Но ничего, теперь он чист!
   - Учитель! - ворвался в рубку большеглазый Керо, совсем еще мальчишка, шестнадцати не исполнилось, но подающий очень большие надежды. Искренне верящий. Его любимый ученик. - Почему вы не отвечаете на вызовы?
   - Отдыхаю, - широко улыбнулся Эйтаро. - Мы хорошо поработали сегодня, устал немного. Что-то случилось?
   - Да! На орбиту Отейроса вышел гигантский корабль! Это чудовище какое-то, с луну размером!
   - С луну?! - не поверил посвященный. - Ты не преувеличиваешь, мальчик мой?
   - Нет, учитель! - возмутился Керо. - Включите сканеры, посмотрите сами.
   Не став дальше спорить, Эйтаро действительно включил сканеры и сразу понял, что ученик даже преуменьшил. На высокой орбите над Отейросом завис черный бугристый шар с малую планету размером. Это корабль?! Кошмар! Однако, главным было не это. А вдруг этот корабль принадлежит грязи? Нужно срочно проверить.
   - Быстро собираемся на молитву! - скомандовал он Керо. - Зови всех!
   Тот кивнул и вылетел из рубки, Эйтаро поспешил за ним. Не прошло и двух минут, как все восемь его учеников собрались в кают-компании и начали молиться, одновременно думая Белое. Сквозь окружающие предметы начали проступать очертания Белой грани. Посвященный уверенно вел учеников. Он сразу отыскал черный шар и замер в недоумении - тот представлял собой не грязь, не чистоту, а нечто абсолютно чуждое и непонятное. Растерянный Эйтаро лихорадочно пытался принять решение. Как очищать миры от дурного он хорошо знал, но не имел понятия, что делать с этим чуждым. Да и нужно ли?
   Случившееся следом мигом рассеяло его сомнения - чужаки атаковали, от шара в сторону их корабля потянулись черные щупальца, несущие угрозу, пугающие и мертвенные. Значит, это подвид грязи! Эйтаро без раздумий атаковал привычным образом при помощи учеников. Белая грань вспыхнула ослепительным животворящим светом, который всегда без малейших усилий сметал дурное. Но не в этот раз. Щупальца словно не заметили света, только несколько раз дернулись, продолжая тянуться к Эйтаро.
   - Молитесь, дети мои, молитесь! - отчаянно вскрикнул он. - Единый услышит нас и охранит!
   И они начали молиться еще более яростно, еще более отчаянно, всем сердцем обращаясь к Единому. И Он ответил - Белая грань засияла нестерпимо для глаз. Щупальца задергались, затрепетали, одно из них усохло и куда-то исчезло, остальные начали корчиться и пытаться втянуться обратно, но не могли этого сделать. Эйтаро радостно засмеялся: грязи не под силу бороться с силой Единого! В этот момент откуда-то сбоку ударила яркая синяя вспышка, затопившая собой все вокруг, и сознание посвященного померкло.
  

* * *

  
   Дарли, ломая руки, буквально носилась по рубке туда-сюда. Бой с корабликом Блэки складывался не в пользу двархов - уже четверо впали в сумеречное состояние, остальные едва держались. Неужели придется отступать? Похоже, придется, иначе переоценившие свои силы двархи просто погибнут.
   "Ты меня слышишь?" - внезапно зажегся в сознании Дарли чей-то образ и одновременно голос, все вместе.
   "Кто вы?! - вскинулась она. - Вы с этого корабля?!"
   "Нет, я не отсюда".
   "Что вам нужно?"
   "Вам нужна помощь. Отойдите".
   "На сколько?" - насторожилась Дарли.
   Перед ее глазами всплыли два деления бесконечной линейки. Что это значит? И тут же до дварх-адмирала дошло, что одно деление - световая минута.
   - Отойти на три световые минуты! - резко скомандовала она пилотам. - Немедленно!
   Станция едва заметно вздрогнула и переместилась на указанное расстояние от корабля Блэки. И в то же мгновение непонятно откуда в него ударил расширяющийся синий луч, а затем пространство вокруг полыхнуло тем же цветом. И все стихло. Двархи быстро просканировали корабль и сообщили, что все люди внутри без сознания.
   "Они безопасны в течении..." - снова раздался в сознании дварх-адмирала голос из ниоткуда, образ переданный неизвестным она восприняла, как "два часа".
   "А потом?"
   "Ментально-эмоциональная блокада каждого. Отдельно".
   "Я поняла, - кивнула Дарли. - От всей души благодарю вас за помощь! Но кто вы все-таки?!"
   "В иное время вам нельзя вступать с ними в контакт без защиты, - не обратил внимания на ее вопрос голос. - Защита - ваш символ. Его нужно активировать более древней силой. Скажи старому магу - он сможет".
   Старому магу? Дварх-адмирал несколько растерялась, не понимая, что неизвестный имеет в виду. И кого. Кто из магов на борту? Николай и Кержак. Николай относительно молод, значит, Кержак - ему несколько тысяч лет. Но что такое более древняя сила? Остается надеяться, что орк действительно поймет.
   "Почему вы нам помогаете?" - решилась поинтересоваться она, уже осознавая, что столкнулась то ли с кем-то из сверхсущностей, то ли с кем-то еще сильнее. Вряд ли это Адай, не тянут Адай на такое.
   "Это один из обликов древнего зла, оно должно быть уничтожено, иначе поглотит все, - голос на секунду прервался. - Если его станет слишком много, то справиться не сможем даже мы. Люди слабы, но их много. Опасайтесь безличия и равнодушия..."
   "И лжи, в любой форме, - вдруг продолжил второй голос, более жесткий. - Огонь сердца и чистота помыслов. Вы сможете. А мы поможем тем, кто пойдет вперед..."
   Неожиданно ощущение чужого присутствия исчезло, голоса смолкли и, как Дарли ни звала их, больше не откликались. Благие, с кем же она столкнулась?! Последние фразы, сказанные непонятными сущностями, не давали ей покоя. Банальность на первый взгляд, любой пророк любой религии говорил на тысячах миров о том же самом. А люди слушали, но не слышали. Может потому эти сущности и обратились к аарн? Ведь для аарн безличие, равнодушие и ложь абсолютно неприемлемы. Может и так, потом поразмышляет. Сейчас времени терять нельзя. Первым делом нужно взять на борт корабль Блэки и поместить каждого из них в защищенную ментально-эмоциональной блокадой каюту. Также не помешает вживить им всем перенастроенные на двухстороннюю защиту психощиты. И встречаться им нельзя давать.
   Отдав распоряжения обо всем этом, Дарли вызвала Кержака и попросила о немедленной встрече. Тот немного удивился, но пригласил ее в свою каюту, оставив ненадолго обрадованных нежданной передышке учеников. Одним многоуровневым эмообразом дварх-адмирал передала старому магу случившееся и обессилено села в первое попавшееся кресло.
   - Создатель Миров! - мертвенно побледнел Кержак, буквально падая на диван напротив. - Раз уж ОНИ вмешались, то дела обстоят совсем скверно...
   - Кто такие "они"? - подалась вперед Дарли.
   - Ну как бы тебе объяснить... - оскалил клыки старый орк. - Ну, наверное, те, кто повыше сверхсущностей, не говоря уже о планетарных богах и демиургах. Творцы, а может и...
   Он резко замолчал.
   - Кто? - жестко спросила Дарли.
   - Прости, я не имею права говорить... - с тоской посмотрел на нее Кержак. - Просто знай, что есть некто большие, чем Творцы, этого достаточно.
   - А ведь они попросили о помощи... - неожиданно для самой себя сказала дварх-адмирал, вдруг поняв эту истину. - Весь этот разговор был буквально криком о помощи.
   - Ты поняла, - снова оскалился орк. - Я рад за тебя, девочка, взрослеешь.
   Если бы это сказал кто-то другой, Дарли возмутилась бы, но Кержак оставался Кержаком, можно сказать, вторым после Командора - ему можно. Он действительно настолько старше и опытнее любого аарн, что даже сравнивать смешно. Да и знает то, чего не знают и не могут знать другие.
   Однако ситуация Дарли очень не нравилась. Получается, что даже двархи не в состоянии справиться с Блэки, это не говоря уже о том, что никакое оружие не способно пробить их защиту. Слава Благим, что удалось хоть кого-то из них захватить. Теперь необходимо до донышка выпотрошить их, выяснить все, что только возможно выяснить.
   - Ты сможешь сделать защиту, о которой говорили эти сущности? - поинтересовалась она.
   - Смогу, - пробурчал Кержак. - И других магов научу. Надо только точно сообразить, как именно это делать - ошибка слишком дорого обойдется.
   - Ты им веришь?
   - Да. Они не лгали. Меня только беспокоит только почему один из них предупредил о лжи в любой форме. Это что-то значит, но что?
   - На это я тебе никак не могу ответить, - развела руками Дарли. - Ты лучше скажи мне о каком старом враге они говорили. Знаешь?
   - Охо-хо-хо... - растерянно почесал затылок Кержак. - Ну ты и вопросы задаешь, девочка. Я могу только подозревать, точно не знаю.
   - Выскажи свои подозрения.
   - Хорошо, выскажу. Понимаешь, с общеизвестным в Ордене толкованием Бездны я столкнулся, только став одним из вас. Древние урук-хай под этим термином подразумевали нечто совсем иное, бесконечно чуждое всему живому. И эти две Бездны - абсолютно разные вещи, абсолютно несовместимые. И если Блэки имеют отношение к той, второй Бездне, то я даже не знаю, сможем ли мы даже совместными усилиями с ними справиться.
   Он на мгновение замолчал, тяжело посмотрел на Дарли и едва слышно сказал:
   - Больше, девочка, я тебе пока ничего не скажу. Всякому знанию свое время, тем более такому. Для начала я хочу посмотреть на этих самых Блэки. Их уже доставили?
   Дварх-адмирал запросила биоцентр и кивнула.
   - Не только доставили, но и вживили психощиты, поместив каждого в защищенную каюту в разных концах станции, - сообщила она. - Что-то очень странное. Восемь человек детей, ни одному из которых и шестнадцати нет, причем, все наши поголовно утверждают, что дети настолько чистые и добрые, что хоть сейчас в Орден бери. С ними был человек лет сорока с небольшим, которого, выкрикни он Призыв, тоже взяли бы. Я не понимаю...
   - Зато я теперь понимаю, - Кержака буквально затрясло. - Ложь в любой форме! Вот оно! Этих детей обманули и использовали, они, скорее всего, искренне верят, что творят добро, не подозревая, что делают на самом деле. Как, похоже, не подозревает и их наставник. И что делать с этими детьми, я не знаю. Если мы покажем этим детям, что они сделали, то они просто не смогут жить...
   - Будем думать, - хмуро бросила Дарли. - Если так, то я тоже не знаю, что делать. Считала - вот он, враг, убийца миллиардов, а вместо врага - глупые обманутые дети...
   - А вот с наставником их поговорить стоит, - встал старый орк. - Человек взрослый, пусть узнает, что натворил. И объяснит, почему и как.
  

* * *

  
   Эйтаро-Тэйки пришел в себя как-то разом, в один момент. Он распахнул глаза и тут же понял, что находится где угодно, но не на своем корабле - на его крошечном кораблике не могло быть таких огромных роскошных кают. В голове было до звона пусто. Он не чувствовал больше своих учеников, словно те умерли. Святой боже, неужели дети погибли?! Одним рывком вскочив с мягкого дивана, на котором лежал, Эйтаро окинул взглядом каюту и сразу увидел сидящих напротив в креслах двоих - строгого вида еще молодую женщину и средних лет мужчину, гуманоида, но не человека. Он существ такой расы до сих пор не встречал.
   - Добрый день, уважаемый, - холодно поздоровалась женщина, гуманоид кивнул и оскалил немаленькие клыки. - Вы хорошо себя чувствуете?
   - Относительно неплохо... - неуверенно ответил Эйтаро. - Где я?
   - На нашей станции.
   - Это тот огромный черный шар?!
   - Именно так, - женщина говорила все так же холодно.
   - Где дети?! - выкрикнул Эйтаро. - Вы их убили?!
   - Ни в коем случае, - заговорил гуманоид. - Мы - не убийцы, в отличие от вас.
   - Нас?! - вытаращился посвященный, которого сказанное возмутило до глубины души.
   - Два с небольшим часа назад вы убили более восьми миллиардов человек, - губы женщины задрожали, выдавая ее чувства. - Все население несчастной планеты, на орбите которой мы сейчас находимся!
   - Не лгите! - оскорбленно выпрямился Эйтаро. - Мы очистили мою родину от грязи!
   - Я же тебе говорил, - повернулся к женщине гуманоид. - Они просто не понимали, что творили. Их кто-то обманул.
   - Это вы меня обманываете, - упрямо набычился посвященный. - Если вы не убили детей, отведите меня к ним!
   - Отвести не можем, а посмотреть и поговорить - без проблем.
   Женщина взмахнула рукой, и стена сбоку превратилась в огромный экран, на котором Эйтаро увидел Керо о чем-то беседующего с красивой русоволосой девушкой в такой же черно-серебристой форме, как и на сидящих напротив него. Только сейчас посвященный обратил внимание на жутковатую эмблему расположенную на плече каждого, и поежился. Нечеловеческий багровый глаз, лежащий на когтистой лапе?! Ужас!
   - Учитель! - обрадовался Керо, увидев Эйтаро на экране. - Мы в плену?
   - Похоже, что так, мальчик мой, - вздохнул тот.
   - Ирика говорит, что мы хотели их убить... - юноша растерянно показал на девушку в черно-серебристой форме. - Разве мы хотели, учитель?
   - Мы защищались, - тяжело вздохнул Эйтаро. - Не знаю почему, но эти люди считают нас убийцами и преступниками. Потому, наверное, и напали. Я объясню им, что это ошибка!
   Поговорив еще немного с Керо и постаравшись немного успокоить его, посвященный попросил показать ему остальных семерых. Ему показали, и для каждого у Эйтаро нашлись слова ободрения.
   - Теперь я в вашем распоряжении, - прямо посмотрел он на так и не вставших с кресел женщину и гуманоида. - Здесь действительно какая-то ошибка, мы никого не убивали, поверьте!
   - Вижу, что вы в это верите, - вздохнул гуманоид. - Попытаюсь объяснить вам нашу точку зрения. Для начала позвольте представиться, я - Кержак Черный, слева от меня - дварх-адмирал Дарли Эстель Фарлизи, командующая этой станцией и всем нашим флотом в этой галактике, а он немалый. Мы принадлежим к Ордену Аарн, поливидовой цивилизации, в которой разумные никогда не причиняют друг другу вреда, чувствуют чужую боль, как свою.
   - Мы хотим того же! - обрадовано выдохнул Эйтаро, никак не ждавший такого и почему-то сразу поверивший собеседникам. - Я посвященный Братства второго уровня Эйтаро-Тэйки. Мы очищаем галактику от грязи, от дурного, от того, что мешает людям быть братьями!
   - Похоже, грязью вы называете жизнь! - дварх-адмирал с гневом смотрела на него.
   - Дарли! - положил ей руку на плечо Кержак. - Он тебя не понимает. Позволь, я объясню все по порядку.
   Он повернулся к Эйтаро и продолжил:
   - Все началось больше месяца назад. Мы получили просьбу о помощи от конклава Далат.
   - Я знаю этот конклав, - вскинулся посвященный. - Бывал на одной из его планет несколько лет назад. Очень приятный, дружелюбный народ, но слушать мои проповеди там не захотели...
   - Тем лучше, что знаете, - кивнул Кержак. - Я сейчас покажу вам хронику событий.
   Боковая стена снова превратилась в экран, на котором перед ошеломленным Эйтаро потекли страшные картины погибших миров.
   - Святой Боже! - в ужасе прижал он кулаки к груди. - Да кто же это сделал?!
   - Вы и сделали! - выплюнула Дарли. - Точнее, такие, как вы! Смотрите!
   С каждым увиденным кадром Эйтаро все больше становилось не по себе. Перед гибелью каждой планеты к ней обязательно подходил небольшой допотопный корабль, в котором он узнал один из кораблей Братства, видел его во время большого сбора. Но нет, это не может быть правдой, это какая-то страшная ошибка, невероятное совпадение!
   Масштабы катастрофы устрашали. Тысячи и тысячи погибших миров, потерявшие связь между своими планетами конклавы, неработающие машины Перемещения. Неужели, во всем этом виновато Братство?.. Эйтаро вновь вспомнились напыщенные слова Старших Братьев, говоривших о добре и свете, любви и чистоте, очистке мироздания от дурного, наносного и ненужного. Неужели они лгали? Нет! Нет! Нет!!! Это попросту невозможно, это аарн ему лгут! Но зачем?!
   - А теперь перейдем к последнему эпизоду, - снова заговорила дварх-адмирал. - В 17:22 по стандартному времени наша станция вышла на орбиту Отейроса. Через минуту мы получили первые результаты сканирования, сообщившие о том, что на планете не осталось ничего живого, вплоть до микроорганизмов. За двадцать минут до этого к Отейросу прибыл ваш корабль и произвел некое воздействие. За время до прибытия станции больше ни один корабль сюда не приходил. Зная, что творят ваши корабли, что еще мы могли подумать?
   - Что мы - виновники... - глухо сказал Эйтаро, с невыразимым ужасом глядя на экран показывающий одну заваленную мертвыми телами улицу за другой, тем более, что это были улицы его родного города, по которым он бегал еще мальчишкой. - Но это не мы... Это какое-то страшное совпадение! Поверьте, мы просто не могли такого сделать!..
   - Самое странное, что я вам верю, - тяжело вздохнул Кержак. - Осознанно - не могли. Понимаете, к нам в Орден берут далеко не всех, только тех, кто чище и добрее других, кто не хочет и не может творить зла. Мы видим души друг друга полностью, у нас даже мыслей скрытых нет. Так вот, я посмотрел на вашу душу - и вас, и детей взяли бы без сомнений, в отличие от подавляющего большинства людей и иных существ. Но беда в том, что это все-таки сделали вы. Да, неосознанно, да, не понимая, что делаете, но вы.
   - Не верю! - выдохнул посвященный. - Это невозможно! Мы несем в миры чистоту и доброту!
   - А каким способом вы их несете? - поинтересовалась Дарли.
   - Все очень просто, - обрадовался смене темы Эйтаро. - Мы начинаем молиться и думать Белое, вскоре после этого выходим на Белую грань, откуда видим грязь на облике какого-либо мира или объекта. Мы продолжаем думать Белое, и грязь сама по себе исчезает, мир становится чистым. Вот и все, что мы делаем!
   Аарн переглянулись, после чего Кержак задумчиво похмыкал, потрогал себя за клык и проворчал:
   - Очень странный способ воздействия... Немного похоже на действия Контроля, но везде, где появляются ваши корабли, Контролирующие мрут, как мухи. Вы не задумывались, что видимое вами грязью, может оказаться живыми людьми? И вы их убиваете.
   - Значит, это очень дурные люди, - уверенно заявил Эйтаро. - Единый не позволит нам ошибиться!
   - Так что же, все восемь миллиардов жителей Отейроса были очень дурными людьми, раз они умерли после того, как вы "почистили" их мир от грязи? - с прищуром уставилась на него дварх-адмирал. - Вы же родом отсюда, неужто не встречали на вашей родине хороших людей?
   - Встречал... - неуверенно выдавил растерянный посвященный. - Даже очень хороших и добрых... Нет, это не наше воздействие виновато в их гибели! Это что-то другое! Это совпадение!
   - А не слишком ли много совпадений? - по-птичьи наклонил голову набок Кержак. - Почему катастрофа на любой планете всегда происходит сразу после того, как возле нее побывал корабль вашего Братства?
   - Не знаю... - еще больше растерялся Эйтаро.
   - Почему вы не допускаете мысль, что вас просто могли обмануть и использовать? - резко спросила Дарли.
   - Это невозможно!!! - отчаянно помотал головой посвященный, в его глазах загорелся фанатичный огонек. - Этого не может быть вообще!
   - Программа? - повернулась дварх-адмирал к старому орку.
   - Вполне возможно, - задумчиво сказал он. - Надо бы показать беднягу Целителю Душ. У нас кто на борту из сильных?
   - Да сама Даша, она буквально навязалась в эту экспедицию, заявив, что без нее не обойтись, хотя почему, объяснить не пожелала.
   - А кто и когда требовал объяснений от Целителя Душ? - добродушно хохотнул Кержак.
   Эйтаро не слушал их разговор, боясь признаться даже самому себе, что аарн все же заронили в него зерна сомнения, и сейчас лихорадочно доказывал себе же, что они не могут быть правы, что Братство никого не убивает. Ему почему-то становилось все хуже, в глазах плыл туман, в ушах звенело. В конце концов, он перестал что-либо чувствовать, все мысли куда-то ушли, и посвященный замер на месте, невидящим взглядом уставившись в никуда.
   - А ведь парень в ступоре, - заметил Кержак, присмотревшись к нему. - Похоже, программа столкнулась с логикой, что замкнуло ему мозги. Теперь без Целителя Душ точно не обойтись. Зови Дашу!
  

* * *

  
   На широкой, покрытой пушистым покрывалом спальной платформе сидела в позе лотоса совсем еще молодая на вид девушка с заплетенными в тугую косу темно-каштановыми волосами. По каюте, в которой она находилась, сразу было ясно, что здесь живет женщина, женская рука чувствовалась во всем, каждая вещь лежала на своем месте. Одета девушка была в обычную для Ордена черно-серебристую форму с Оком Бездны на левом плече.
   Мысли текли в произвольных направлениях, Даша не медитировала, а просто отдыхала, не ища ответа на какой-либо вопрос. Подсознательно она ощущала, что вскоре понадобится, что вскоре начнется то, ради чего она здесь. Девушка не собиралась отправляться ни в какие экспедиции, давно не выбираясь за пределы территории Малого Ордена, не считала нужным. Однако, когда услышала об экспедиции, отправляющейся на помощь друзьям из соседней вселенной, внезапно поняла, что должна, нет, обязана отправиться туда, что без ее помощи все рухнет. Что значит "все"? Этого Даша не знала, да и не хотела знать. Надо - значит надо. Предчувствий такой силы у нее не было много лет, своим предчувствиям девушка всегда доверяла, да и наставница, Тра-Лгаа, учила ее тому же. Поэтому Даша явилась к Дарли Фарлизи и потребовала взять ее с собой. Прекословить Целителю Душ не решилась даже Белая Стерва, да и не хотела - хотя они с Дарли долго не общались, слишком много было дел, однако являлись старыми подругами. И не только подругами.
   Благодарная улыбка коснулась губ Даши, когда она вспомнила о шести мастерах-целителях, сумевших найти для Целителей Душ иной способ подзарядки энергией, кроме сексуального контакта. Теперь ей не требовалось после работы заниматься сексом с несколькими партнерами, достаточно было просто выпить специальный коктейль и погрузиться на полчаса в ти-анх. Коктейль, правда, имел омерзительнейший вкус, что почему-то оказалось невозможно исправить, но это была совсем небольшая цена за избавление. Желание, конечно, никуда не делось, поэтому многие Целительницы Душ предпочитали действовать по-старому, однако Даша научилась справляться со своим желанием, тем более, что истощением неудовлетворенность больше не грозила. Она была счастлива тем, что теперь может иметь или не иметь сексуальные контакты исключительно по своему желанию, а не по необходимости.
   Открыв глаза, Даша соскочила со спальной платформы и принялась разминаться. За этим занятием ее и застал вызов Кержака.
   - Ну вот, началось, - негромко сказала она незнамо кому.
   Перед работой необходимо было выяснить все подробности, и девушка запросила биоцентр. Узнав о том, что погибло население целой планеты, она похолодела, хорошее настроение как ветром сдуло, его место заняла собранность и готовность ко всему. Окончательно осмыслив полученный блок информации, Даша закусила губу - задача перед ней стояла нелегкая. Освободить человека от навязанной ему кем-то программы? Это далеко не всегда удавалось даже ей, особенно в случаях, когда первоначальная личность полностью деградировала. Все зависит от уровня программирования. Впрочем, судить пока рано, самой надо посмотреть на душу этого несчастного Блэки.
   Выйдя из гиперперехода в кают-компании, где Кержак с Дарли допрашивали Эйтаро, Даша, не говоря ни слова, направилась к нему и села рядом. Он продолжал оставаться в ступоре, глядя в пространство пустыми глазами. Девушка взяла его за руку и без промедления начала погружаться в рабочий транс - в подобных случаях терять времени нельзя, программа вообще может уничтожить всю информацию в мозгу, а то и убить носителя.
   Мысленное пространство развернулось перед Целительницей Душ мириадами пересекающихся плоскостей и бесчисленными свивающимися в клубки потоками информации. Она погрузилась глубже и начала анализировать. Да уж, программка жутковатая, раскинула свои щупальца по всем уровням, частично блокировав центры логического мышления, и способная на время полностью исказить или подменить входящие данные. И явно искажает - Эйтаро не воспринимает, что творит зло вместо добра, будучи твердо уверен в обратном. Мало того, ему явно внедрена доминирующая установка безоговорочной веры в то, что Братство творит добро. И никакие логические доказательства перебороть эту установку не в силах. Но личность уцелела, не деградировала, и это уже утешало. Похоже, программу установили без учета личных особенностей Эйтаро и не проконтролировали результат. Из-за чего программа встала "криво". Другого человека она подавила бы полностью, а именно этого не смогла, поэтому он изредка все же кое в чем сомневался.
   Даша пролистывала жизнь Эйтаро подобно страницам книги, анализируя его мысли и чувства по поводу того или иного. Кержак прав, если бы этот человек выкрикнул Призыв, его бы взяли в Орден без сомнений - с ранней юности стремился сделать мир вокруг хоть немного добрее. И попался на крючок проповедникам Братства, поверив их лжи... Что, впрочем, не удивительно - вдохновенно и убедительно лгали, очень убедительно. Затем путешествие в Мир Изначальный в сопровождении проповедников. Там Эйтаро вместе с десятком других неофитов обработал лично Пророк, внедрив эту программу. Он не запомнил Пророка, видел только скрытую сиянием человеческую фигуру, вещавшую что-то о великом деле добра. Координат Изначального Мира Эйтаро, к сожалению, не знал - летел пассажиром, в рубку его не пускали, да он и не стремился, с восторгом внимая наставникам. Дашу при виде фигуры Пророка едва не вывернуло от омерзения - она, в отличие от Эйтаро, сразу поняла, что видит нечто чуждое, еще имеющее облик человека, но человеком уже не являющееся. Проекция некой силы - и силы абсолютно чуждой всему живому, стремящемуся к развитию, силы холодно и планомерно затягивающей в себя все, до чего способна дотянуться.
   Целительница Душ нервно поежилась, с таким ей сталкиваться еще не доводилось, хотя чужеродные программы с людей снимала не раз. Сейчас следовало соблюдать величайшую осторожность - программа может иметь постоянную связь со своим создателем, сталкиваться с силой такого уровня ей не хотелось, может просто смять. Пожалуй, не стоит рисковать, нужно выйти и позвать еще двух-трех Целительниц Душ, чтобы помогали ей во время погружения и вытащили в случае чего.
   - Сама не справлюсь, нужно вызвать Арию, Нейю и Тирку, - сообщила Даша Кержаку с Дарли по выходу, после чего сложным эмообразом передала все увиденное.
   - Ох ты ж!.. - негромко охнул орк, впитав полученную информацию. - Многого я ждал, но не такого...
   - Я не совсем поняла, почему вы так встревожились? - из эмообраза дварх-адмирала сквозила неуверенность.
   - Как бы тебе объяснить... - покряхтел Кержак, все еще не могущий избавиться от старческих привычек. - Эта равнодушная сила, поставившая программу, очень опасна. Хорошо, что мы узнали о ней заранее, а то однажды корабли Блэки появились бы в нашей вселенной и начали бы подминать уже нас. А мы были бы к этому не готовы!
   Дарли только поежилась в ответ, говорить было нечего. Действительно, повезло, что заранее столкнулись с этой заразой и поняли, насколько она опасна. Теперь бы только найти способ противодействия!
   Пока они говорили, Даша успела вызвать своих коллег. Посмотрев на Арию и Тирку, она незаметно вздохнула - никогда не понимала их страсти красить волосы в самые непредставимые цвета. Но это их дело и их право. Нейя, наоборот, выглядела строгой учительницей - черные волосы, собранные в хвост, и неприступное лицо. Но при этом она была одной из немногих Целительниц Душ, предпочитающих разряжаться после сеанса старым способом. Передав всем трем информацию по пациенту, Даша попросила подключиться к ней и проконтролировать.
   - Ария и Тирка пусть контролируют, - решительно заявила Нейя, - а я пойду с тобой, просто отдам тебе свою силу, будет легче. Сама я на такую глубину погрузиться не сумею, а с тобой вместе - запросто.
   - Хорошо, - не стала спорить Даша, незачем спорить с очевидным.
   Она решительно подошла к Эйтаро, села рядом и взяла его за руку, снова готовясь погрузиться в чужую душу. Нейя расположилась с другой стороны и взяла посвященного за вторую руку. Ария и Тирка устроились у их ног прямо на полу, положив головы подругам на колени. Целительницы Душ дружно вошли в ментальное пространство и попарно слились. Одна пара начала погружаться вглубь души Эйтаро, избегая отростков программы - им необходимо было найти ее центр. А вторая осталась на верхнем уровне, внимательно наблюдая за происходящим.
   Личности Даши и Нейи слились в нечто цельное, хотя доминировала все же Даша, Нейя отошла назад. Они с каждым мгновением погружались глубже и глубже, но никак не могли обнаружить центр программы, видя только ее бесчисленные ветви, переплетающиеся друг с другом по какому-то странному алгоритму. Даша сразу поняла, что это значит, и мысленно вздрогнула - любой посвященный, чем чаще он будет пользоваться силой, тем быстрее начнет перерождаться в подобие Пророка. Эйтаро действительно очень повезло, что программа встала не совсем правильно. Вот оно, внезапно поняла Даша, вот он центр! А совсем не выглядит центром - узел не больше и не меньше других. Она начала аккуратно исследовать его, стараясь не касаться сходящихся к нему ветвей. Не сразу девушка поняла, что одна из ветвей на самом деле уходит в никуда, являя собой ту самую связь, которой она опасалась. Правильно, значит, что не стала трогать программу.
   Итак, как можно отсечь связь, чтобы сила не обеспокоилась и не начала искать потерянного адепта своими способами? А только смоделировать его смерть, и в тот же момент перерубить связь. Смерть - дело обычное, адептов, скорее всего, гибнет много, они ведь для силы всего лишь разменная монета. Образ какой гибели лучше смоделировать, чтобы это выглядело естественно? Взрыв корабля. Даше доводилось снимать психошоки людей, вытащенных после подобной смерти, и вся эта информация хранилась в базе данных ее внутреннего биокомпа, поэтому найти нужный образ вместе со всеми сопутствующими ощущениями труда ей не составило.
   - Нейя, приготовься рубить связь, очень резко, - мысленно попросила Даша.
   Та ничего не ответила, но, насколько это было возможно, приблизилась к связующему каналу. Даша легким движением отправила сформированный образ в этот канал, а Нейя тут же рассекла его. Обрубок на мгновение завис и втянулся куда-то в пустоту. Сила поверила!
   - А теперь работаем! - скомандовала Даша. - Девочки, смотрите сверху, чтобы ни одна ветвь не ускользнула от нашего внимания!
   - Сделаем! - заверила Тирка. - А вы поосторожнее, эта пакость еще очень опасна.
   Даша мысленно выдохнула, словно перед прыжком в холодную воду, и выжгла центральный узел программы, в то же мгновение поставив вместо него обманку. А затем они с Нейей двинулись параллельно ветвям, уничтожая узел за узлом, одновременно заменяя каждый обманкой. Чем дольше они работали, тем программа становилась безопаснее. И, наконец, последний узел сгорел, после чего растворить ветви было уже нетрудно. Однако, когда Даша увидела, что осталось после ликвидации программы в душе бедняги, ей стало страшно - клочья какие-то, которые надо было собрать по изначальной схеме.
   - Не вздумай! - донесся до нее окрик Арии. - Вы с Нейей слишком вымотались - в кому впадете! Мы сами справимся! С этим мы уже справимся, только проведи нас к себе на нужную глубину. А сами после этого выходите.
   Они были правы, и Даша поняла это, поэтому возражать не стала. Она быстро создала канал для Арии с Тиркой, а сама, подхватив полностью обессилевшую Нейю, вернулась в свое тело, тут же застонав от пронизывающей боли в ногах и руках. О клубке огня внизу живота не хотелось даже думать - сил подавить желание у нее уже не было, но следовать ему она все равно не собиралась - один раз уступи своей слабости, и все пойдет по накатанной колее.
   - Ей срочно нужно в госпиталь... - с трудом сформировала малопонятный эмообраз Нейя, сама чувствующая себя не лучше. - Предупредите целителей...
   Однако Кержак сумел ее понять и сразу же связался с госпиталем, после чего подхватил Дашу на руки и ринулся в открытый одним из двархов гиперпереход. Дарли понесла Нейю. В госпитале обеих девушек буквально выхватили из их рук целители, заставили выпить по стакану лечебного коктейля, что оказалось весьма непросто, и куда-то унесли. Дашу, по-видимому, в ти-анх, а о том, куда унесли Нейю, Кержак предпочел не думать. Не нравилось ему это, хотя ничего поделать было нельзя.
   Вернувшись в кают-компанию, где оставили Эйтаро, старый орк довольно долго наблюдал за работой Арии с Тиркой, мало что, правда, в этом понимая. Точнее, он понимал, но повторить бы не смог. В конце концов Целительницы Душ закончили и поспешили удалиться по своим делам, предупредив, что пациент сейчас очнется и ему не помешало бы выпить пару бокалов "Золота Дарна". Кержак тут же заказал требуемое у биокомпа кают-компании.
   - Что со мной было? - раздался с дивана хриплый шепот Эйтаро. - Что вы со мной сделали?..
   - Для начала выпейте вот это, - Кержак подошел к нему с бокалом в руках и заставил выпить.
   - Какая прелесть! - восхитился посвященный по прошествии минуты. - Мне словно все тело родниковой водой промыло!
   - Выпейте еще один, - протянул ему второй бокал орк. - Целительницы сказали, что вам нужно выпить два. А с Целительницами не спорят, они свое дело знают.
   Эйтаро покорно выпил, да ему и не хотелось сопротивляться, уж больно понравился эликсир. Он чувствовал себя странно, восприятие сделалось ярким, как в детстве. Он неосознанно запел хвалу Единому и начал думать Белое, стремясь в Белую грань, стремясь к ее первозданной чистоте. И тут же с воплем рванулся обратно, увидев грязновато-белое поле, какое-то кочковатое и постоянно мерзко шевелящееся, а над ним высилась уходящая куда-то вверх, насколько хватало взгляда, стена сверкающего белого льда, но не обычного льда, а какого-то безжизненного, пугающего. Субстанция, из которого состояло "белое" поле, словно ощутив зов Эйтаро, безмолвно потянулась к нему, и это вызвало у посвященного такие ужас и омерзение, каких он не испытывал за свою жизнь ни разу.
   - Что это?! - чуть не заорал Эйтаро, безумными глазами уставившись на Кержака.
   - То, что ты призывал, - едва заметно усмехнулся тот. - Вот так оно выглядит на самом деле, а то, как ты воспринимал это раньше, фальшивка, навязанная вам всем внедренной в сознание программой Пророка. Ты попытался подумать логически, но эта программа вогнала тебя в ментальный ступор, из которого самостоятельно ты бы вряд ли вышел. Целительницы Душ сняли программу, хотя это им дорого стоило. Попробуй теперь осмыслить все те факты, о которых я говорил тебе раньше. Не буду тебе мешать, подумай сам. Что-нибудь понадобится - позови, и я приду.
   С этими словами Кержак исчез в черной воронке. А Эйтаро последовал его совету и задумался, как-то сразу осознав, что появление кораблей Братства около разных планет и последующая гибель этих планет не могут не быть связаны друг с другом.
   - Единый! - тихо взвыл он, вцепившись себе в волосы. - Что же я натворил?!
  
  
  
   Смена локаций
   Добрые друзья
  
   - А котик-то не прост, ох не прост, - палач потянулся, с хрустом расправляя суставы, повел плечами туда-сюда и словно бы сразу стал на полголовы выше.
   - Просканировать получилось? - поинтересовался Стовер.
   - А как же. Котики действительно идентичны. Мастью только разнятся, а во всем остальном - копии друг друга. Второй котик, который не дружит с головой, очень интересно покалечен. Механически и химически. У него стоит блок. Шикарный блок! - Михаил хохотнул. - Такой блок дорогого стоит. Интересно, кто ж его так, а? Кому-то котик сильно помешал, раз его так знатно приложили. Кто-то очень не хотел, чтобы котика можно было вылечить.
   - Но вылечиться можно?
   - Можно, наверное, - вмешался Ричи. - Дядя Миша дал мне сейчас данные. Вылечить можно, но это займет длительное время и будет стоить огромных денег. Маловероятно, что этим кто-то станет заниматься. Кому он нужен?
   - Они не Контролирующие? - поинтересовался Стовер.
   - Да нет, ну что вы, Микаэль, - успокоил палач. - Куда им... Даже самый завалящий и молодой экипаж Сэфес сильнее и умнее на порядок, а то и на два. Котики не простые, но это не Контроль. Абсолютно точно. Можете не сомневаться. Так что оба котика целиком и полностью в вашем распоряжении. Как только мы найдем способ их прижать, забирайте себе и получайте удовольствие.
   Стовер криво усмехнулся.
   - Что еще интересного расскажете, господа?
   - Мы думали, что вы нам что-то расскажете, - удивился Клайд. - И уважаемые Агор и Аран, и вы, Микаэль, имеете сейчас очень одухотворенные лица. Просветите нас. Мы, - он обвел взглядом команду, - тоже хотим иметь такие лица. Это очень возвышенно выглядит.
   Стовер снова усмехнулся.
   - Это лучше рассказывать не мне, - заметил он. - Агор, Аран, прошу вас.
   - Построение, которые мы им отдали, позволит нам совершенно спокойно следовать за станцией - теперь мы знаем, куда они смогут пойти, и поиск не займет много времени, - уверенно заявил Аран. - Построением они воспользуются, потому что оно безупречно. Конечно, для начала они его проанализируют. Потом попробуют вывести станцию из точки, в которой она сейчас находится - чтобы мы не смогли ее проследить, и уже оттуда пойдут, используя построение. Но смысл нашей изящной шутки в том, что из любой точки, в которую они уведут станцию, они все равно попадут в одну из десяти расчетных точек, заданных нами. А дальше - согласно схеме.
   - Всего десяти? - не поверил палач.
   - О, да. Можно было сделать и меньшее количество, но мы не рискнули и создали им видимость возможности выбора. Скорее всего, сомнений у них не возникнет. На самом деле это было просто, ведь речь идет не о ментальном построении, а о физическом, - Агор и Аран переглянулись. Стовер был готов поклясться, что сейчас они готовы улыбнуться, но нет, лица братьев как были непроницаемыми, так и остались. - По сути дела, это простейший фокус.
   - Они не заподозрят подвоха? - не поверил палач.
   - Не думаю, - успокоил его Агор. - Вы заметили, насколько они сильно вымотаны? Видимо, пребывание на Маданге для них даром не прошло. У того кота, который с боевым детектором, ресурс близок к нулевому, у второго сломана нога, а Бард так и вообще по всем показателям фактически труп. Так, Ричи?
   - Так, - покивал биолог. - Кот с детектором полудохлый. И лечил его не человек, а, по всей видимости, а интелектронная система станции. Коту восстанавливаться еще дней десять - физика почти в норме, но все остальные показатели...
   - Ясно. А пилот?
   - А пилот в истерике, - засмеялся Ричи. - Вы же заметили, как он с вами пикировался и реагировал на каждую колкость? Ему не то, что станцию вести, я бы ему одноместный флаер не доверил.
   - Отлично, - подытожил Стовер.
   - Что делаем дальше? Возвращаемся на базу с докладом, берем подмогу и обратно? - спросил посерьезневший палач.
   - Этот вариант я уже обдумывал, и он нам не подходит, - отмахнулся Стовер. Еще не хватало!.. Если сейчас вернуться, то Теуш его обратно больше не выпустит. Вернуться сейчас - это трибунал, а то еще и что похуже. Нет, о возвращении не может быть и речи. Что ж, откроем карты... - У меня есть предложение. Я бы сейчас попросил не перебивать меня, и выслушать очень внимательно. Да, это игра ва-банк, но в нашей ситуации другого варианта просто нет.
  

* * *

  
   Следующие часы Ри и оба Сэфес потратили на то, чтобы хотя бы поверхностно разобраться с построением, которое отдали братья Тирхио. Упирающегося искина тоже приставили к делу, хоть он и сказал, что вообще-то ему положено вести станцию туда, куда прикажет пилот, и он не обязан разбираться "в подобных вопросах". Таенн объяснил, что искин, вообще-то, прав - в теории. Но на практике привлечь его к делу придется. После долгих уговоров система все-таки включилась в проверку, и процесс пошел значительно быстрее.
   Ит, в очередной раз оставшийся не у дел, сидел со Скрипачом и Таенном у "окна в космос". Искин несколько раз предлагал ему пойти поспать, но созидающий только отмахивался - после разговора со Стовером его не покидала тревога. Катер команды Стовера висел все там же - черная клякса на фоне звезд. Скрипач тоже не отходил от окна, Ит заметил, что он постоянно всматривается куда-то и переводит встревоженный взгляд с окна то на Таенна, то на него самого. Словно чего-то ждет.
   И дождался.
   Выгляну в очередной раз, Скрипач вдруг схватил Ита за руку, и потащил с собой к окну. Тыча куда-то в пространство рукой и с ужасом глядя на Ита, он буквально выкрикнул:
   - Маленькие!
   - Что? - растерялся Ит.
   - Маленькие! Красное, - Скрипач чуть не плакал.
   - Ты про Стовера, что ли? - недоуменно спросил созидающий. - Не такие уж они и маленькие, я тебе скажу. Вполне себе крупные сволочи.
   - Маленькие! - отчаянно выкрикнул безумец, снова дергая его за рукав. - В ярком - маленькие! - он с досадой глянул на Ита, и, не отпуская его рукава, потащил вглубь зала, к креслу, на котором сидел Ри.
   - Чего вам? - недовольно спросил инженер, отрываясь от многоэтажной разноцветной формулы, висевшей перед ним в воздухе. - Тут и так сам черт ногу сломит, а вы еще и отвлекаете!
   - Он говорит, что там какие-то маленькие, - сообщил созидающий. - Это не я, это он. Он что-то пытается объяснить, но ничего не получается...
   Скрипач поднял голову и в отчаянии закатил глаза.
   - Маленькие, - снова повторил он. - Сбоку, в ярком!
   Таенн встал из кресла и тоже подошел к ним.
   - Я не понимаю, в чем дело, - начал он, но тут раздался встревоженный голос искина.
   - Ри, срочно уводи станцию! К нам приближается корабль, тот самый. Они подошли незаметно, и я только сейчас понял, кто этой незаметности поспособствовал. Пилот, быстрее! Через пять минут или даже меньше нас атакуют!
   - Твою мать... - ошарашенно выдохнул Ри. - Куда вести?!
   - Отсюда! - заорал Таенн. - Ри, быстрее!.. Ну, Стовер, я тебе это припомню, гадина!
   - Потом ругаться будешь, - перебил его искин. - Забыл, как кровью харкал?! Пилот, да не сиди ты сиднем, делай что-нибудь!
   - Я пытаюсь, - сквозь зубы ответил Ри, разворачивая на месте исчезнувшей формулы пространственное построение. - В пределах прямой видимости - две обитаемых планеты. Оба мира - не человеческие, в реестре станции значатся, как...
   - Веди, куда получится, мы не будем высаживаться, сразу пройдем дальше, как пересчитаешь, - велел Таенн. - Искин?
   - Полторы минуты, - сообщил искин.
   - Ри!
   - Сейчас, не мешай... Народ, хоть на пол сядьте! Костей же не соберешь потом! Все, рванули.
   Пространство мигнуло, и секторальная станция исчезла.
  
   - Почти получилось, - констатировал Стовер. - Ну, ничего. Господа, сделайте доброжелательные лица. У нас в скором времени будут гости.
  

* * *

  
   Мир, к которому Ри увел станцию, принадлежал ранее к очень старой Мадженте, населенной одной из цивилизаций Зивов. Принадлежал - потому что когда они оказались на орбите, искин сообщил, что мир мертв. Окончательно и бесповоротно мертв. По всей видимости, он попал в зону атаки одним из первых и был уничтожен практически сразу. Из пространства при приближении было видно, что мир уничтожили физически - Ри удалось разглядеть полуразрушенную Машину Перемещения и мертвый город неподалеку. Зрелище оказалось настолько тягостным, что искин, не смотря на заверения инженера, что с ним все в порядке, отказался показывать еще что бы то ни было в ближайшие часы.
   - Не надо, - умоляюще говорил он. - Придите в себя хоть немного. Позже будете разбираться, а сейчас - на самом деле не надо. Пока мы тут, я сниму информацию и подготовлю отчет, который предоставлю потом. Вам всем нужно сейчас работать, а после того, что вы там увидите, вы работать не сможете.
   - Там вообще никто не уцелел? - Ит никак не мог поверить в случившееся.
   - Никто, - печально подтвердил искин. - Даже транспортники, и те уйти не успели. Холм переноса вы видели...
   - Это же Зивы, - с ужасом сказал Морис. - Ри, Ит, вы просто не понимаете - их цивилизации самые мирные из всех возможных, они совершенно бесконфликтны, их любой Контроль бережет, как зеницу ока! Если в сиуре находится хотя бы один мир Зивов, то этот сиур стабилен на ближайший цикл, пока цивилизация существует!
   - А бывают Контролирующие - Зивы? - поинтересовался Ри.
   - Бывают, но очень редко, - ответил Леон. - Еще реже, чем нэгаши, например. Но это тут совершенно ни при чем! Кому они помешали?.. За что их - так?
   Ит хотел было посмотреть на планету, но обнаружил, что искин впервые за все время сделал панорамное окно зала управления непрозрачным. Понятно...
   "Бережет наши хрупкие нервы, - подумал созидающий. - Может, он и прав".
   - ...причем цивилизации мало того, что бесконфликтны, они же охотно делятся технологиями со всеми, кто сумеет взять!.. Те же "живые дороги", то же строительство... - в голосе Леона звучала горечь, он был страшно расстроен. - Ит, у вас ведь "дороги" должны быть, верно?
   - Что? - опомнился от своих мыслей Ит.
   - У вас деревянные дороги? - повторил вопрос Леон.
   - Ну да, - недоуменно ответил созидающий. - Практически везде. А что?
   - Да то, что это - одна из технологий Зивов! - Сэфес осуждающе покачал головой. - Отдают, и даже не интересуются потом, кто, куда и как применяет то, что они отдали. А другие, - он со значением посмотрел на Ита, - пользуются и даже представления не имеют, откуда это взялось.
   Ит задумался. Да, действительно. Все улицы в небольшом городе, в котором он жил, и в самом деле были с таким покрытием. Живое, светлое дерево, которое не изнашивалось, не истиралось, не пачкалось... он вспомнил, что в особенно жаркие дни улицы поливали - он и сам не раз это делал. Зивы?.. Он как-то не задумывался. Да и никто, пожалуй, не задумывался - а ведь городу было больше тысячи лет. Улицы и улицы, везде такие...
   - А строительство? А системы жизнеобеспечения с замкнутым циклом? А медицина? Господи, да те же подвиды растений, которые отличным образом заменяют любую белковую пишу?! Эти цивилизации незаметны, немногочисленны, но дают они столько, что их ценность огромна!.. Я не представляю себе силу, которой мог чем-то помешать такой мир, - Леон кивнул в сторону помутневшего окна. - Это безумие...
   - А может быть, он помешал просто тем, что... что он тут был? - в глазах Ри был виден холодный гнев. - Если все действительно так, то мне ничего другого не приходит в голову. Он просто оказался у кого-то на пути, и за это его уничтожили.
   - Может, ты и прав, - опустил голову Морис. - Только от этого не легче. Значит, этой силе нужно что-то такое, о чем мы не имеем представления. И значит, я-мы-я были правы - это действительно не война. Это что-то гораздо худшее.
   - А как это вообще могло произойти? - угрюмо посмотрел на него Ит. Скрипач по своему обыкновению снова уселся у его ног и привалился головой к коленке. Переживает, бедняга. Созидающий погладил Скрипача по голове, тот устало вздохнул. - У меня в памяти, что в моей, что в чужой, ничего про это нет. Как можно уничтожить планету?
   - Не саму планету, а жизнь на ней, - поправил Леон. - Искин, версии есть?
   - Есть, - уныло отозвался искин. - Резонансное воздействие. Планета выводится в Сеть на тысячную долю секунды...
   - Вся планета?! - ахнул Таенн.
   - Да. И тут же возвращается обратно.
   - И это все?! - поразился Ри.
   - Пилот, ты хотя бы прикинься, что умный, - попросил искин. - Или ты от усталости уже соображать перестал?
   - Скорее всего, от усталости, - согласился Ри. - Объясни толком. Голова у меня действительно не работает.
   - Физический объект такого размера, как планета, самоуничтожается в Сети мгновенно, - сообщил вместо искина Леон. Таенн и Морис синхронно кивнули. - Обратно возвращается только остов, все живое погибает сразу же. Представь себе шарик, на котором, допустим, живут всякие микроорганизмы. Мы берем этот шарик и опускаем его на секунду в кипяток. Я доступно объясняю?
   Ри кивнул. Ит тоже. И Скрипач кивнул, видимо, просто за компанию.
   - Более простой аналогии я не придумал, - Леон потер переносицу. - Да и потом... помните нашу и свою реакцию на тот маленький кораблик?
   - Помним, - мрачно отозвался Ри.
   - А если этот кораблик был не один? Если, допустим, сюда подошло сто таких корабликов? Или тысяча? Если они на нас так воздействуют, то вполне способны сделать с планетой и это, и даже что-то еще более изощренное.
   - Погодите-ка... - Ит нагнулся, взял Скрипача за плечи и развернул к себе лицом. - Посмотри на меня, пожалуйста. Скажи - там были эти... маленькие? Так?
   Скрипач нахмурился, уставился на Ита, шмыгнул носом.
   - Маленькие, - спустя несколько секунд подтвердил он. - Маленькие, в ярком. И красное, - он щелкнул пальцами и вытер нос тыльной стороной ладони. - Красное. В ярком.
   - Народ, а ведь он их заметил раньше, чем мы, и даже раньше, чем искин, - констатировал Ит, выпрямляясь. - Но как?..
   - Засаду он тоже заметил раньше нас, - добавил Ри. - Интересное дело получается... черт, если бы он мог нормально говорить!.. Он же временами очень неплохо соображает, да и чувствует на порядок острее, чем мы все, вместе взятые.
   - Толку от этого, - устало махнул рукой Морис. - Я уже давно понял, что у него обостренная чувствительность к эманациям, но... он даже предупредить, если что, не сможет. Кроме того, мы не знаем, что именно он понимает из эманаций, которые может почувствовать, а что нет. Боюсь, от него будет больше вреда, чем пользы.
   - Пока что от него была только польза, - не согласился Ит.
   - Один раз, - констатировал Леон. - Когда он сумел не пустить вас туда, где была засада. Хорошо, полтора раза - он ощутил опасность раньше, чем искин обнаружил корабль. Но будем объективны - все его странные речи оказались бесполезными. До сообщения искина мы все равно ничего не предприняли. Ит, пожалуйста, извини меня, но... Я же вижу - тебе очень хочется, чтобы он был разумным, и чтобы это все было ошибкой. Ладно, это мы не будем сейчас обсуждать. Просто пойми - он сумасшедший и, скорее всего, он неизлечим. Я вижу, что мои слова тебя огорчают, но я не хочу врать и не хочу, чтобы ты жил в мире иллюзий. Не надо выдавать желаемое за действительное.
   Ит молчал. Он смотрел на Сэфес без осуждения, но Леон заметил - в глазах созидающего появилось отчаянное упрямство.
   - Я все равно его не брошу, - сжал кулаки он. - Что бы вы ни говорили. Кроме того, это мое желаемое и мое действительное. Я оставил его и я за него в ответе.
   - По-моему, никто не предлагал его бросать, - примирительно заметил Таенн. - Просто все его прогнозы надо делить на десять, как минимум, а то и больше.
   - Пойдем спать, Скрипач. Ну их к шуту, - Ит поднялся, Скрипач встал следом за ним. - Злые и бестолковые.
   Они ушли. Ри проводил их беспомощным взглядом.
   - Зря ты так, - осуждающе сказал инженер Леону.
   - Нет, не зря, - грустно откликнулся Сэфес. - Я на самом деле не хочу, чтобы он строил иллюзии, а потом расстраивался, когда Скрипач в самый ответственный момент побежит танцевать с роботами или ловить бабочек на лужайке.
   - А он побежит?
   - Побежит, - скривился Таенн. - Сам увидишь. Ри, там от головы - ровно одна треть. Остальное - в блоке. Разрушишь блок - убьешь тело. В мгновение ока.
   Ри посмотрел на Сэфес. Они посмотрели друг на друга и кивнули.
   - Откуда вы знаете? - поинтересовался инженер.
   - Пока ты спал и пока они оба спали, мы имели продолжительную беседу с искином на эту тему. Каюсь, не стали говорить ни тебе, ни Иту - сами расстроились, - ответил за всех Бард. - Была мысль немножко подлатать Скрипачу мозги, особенно после того, как он вас из этой засады вытащил, но... увы, это невозможно. Понятия не имею, кто его так искалечил и зачем, но это не результат травмы, как мы сначала подумали. То, что с ним сделано... Кто-то сделал это намеренно, причем постарался исключить даже саму возможность исправить ситуацию. Долго объяснять, но в результате получается то, что получается. Такой вот милый Скрипач, который ходит в платье, ест картошку и любит танцевать. И ничего, или почти ничего, не соображает - потому что тривиально нечем. Там...
   - Таенн, может, не нужно? - обеспокоился Морис.
   - Да ладно, сейчас-то чего уже... В общем, если у Ита шрамы на теле, то у Скрипача - в голове. Кроме блока есть еще и физические повреждения мозга. Видимо, чтобы наверняка. И даже их убрать без риска для его жизни невозможно. Понимаешь?
   Ри растерянно кивнул.
   - Действительно, обидно. Просто временами он кажется если не разумным, то почти разумным, - вздохнул он. - Ита жалко. Он к Скрипачу... как-то слишком привязался.
   - Давайте с этим заканчивать, - подытожил Таенн. - Ри, искин, считайте следующую точку, и уходим от этого кладбища поскорее. Чем быстрее, тем лучше. Уж не знаю, кому как, а мне тут находиться просто невыносимо.
  

* * *

  
   Команда ждала.
   Ждал Клайд, собранный и напряженный, ждал Грегори, которого, похоже, уже потряхивало, ждал палач, ждали внешне столь же невозмутимые Агор и Аран, ждал Ричи. И, конечно же, ждал сам Стовер.
   Чужой корабль подошел к катеру на расстояние трех километров. Он, к превеликому удивлению, шел на жидкостных маршевых двигателях. Возможно, для цивилизации той же безвременно почившей Терраны такие двигатели были бы венцом прогресса и пределом мечтаний, но для Стовера и его команды и сам корабль, и его двигатели выглядели архаизмом, репликой из самой что ни на есть седой старины.
   - Вот это да, - зачарованно произнес Ричи, когда катер по приказу Стовера приблизил изображение корабля, - я только не пойму, как же они вообще сюда добрались? И сколько шли по времени? При таком оборудовании пешком быстрее будет.
   Никто не засмеялся.
   - Не так все просто, - покачал головой Стовер. - Ричи, именно этот корабль едва не уничтожил секторальную станцию в Далате. Мы сняли память эмпата, это действительно он.
   - Невероятно, - палач подсел к Стоверу поближе. - Мало того, ведь они же еще каким-то образом вышли в нужную точку. Агор, Аран, смею вам заметить, что вы - у нас на борту, а не на этом корабле. То есть тот, кто там находится, знать вашей формулы не может, и, тем не менее, он здесь.
   - Будем атаковать? - спросил Грегори.
   - Свихнулся? - неприязненно спросил Стовер. - Грегори, ты дурак и всегда был дураком. Кто же атакует потенциальных союзников?
   - В смысле?
   - Им нужна станция. Нам нужна станция. Значит, пока станция ничья, нам с ними по пути, - веско заявил Стовер.
   - А они захотят идти с нами?
   - Пока что мы этого не знаем, но, как показывает практика, почти со всеми можно договориться, - криво усмехнулся Микаэль. - Заметь, нас они не атакуют. Видимо, сами растерялись. Сперва я с ними побеседую, а потом посмотрим.
   - Клянусь, первое, что они у вас спросят, будет "не пролетала ли тут поблизости секторальная станция Безумных Бардов", - захихикал палач. - А как же, пролетала. Да только не про вашу честь.
   - Михаил, кончайте ваши хаханьки, - резко приказал Стовер. - Кто бы они ни были, мы на их территории. Хорошо, что хоть корабль человеческий. Самые веселые хаханьки были бы, если сюда приперлись нэгаши... или еще кто, похуже.
   Он отошел в носовую часть катера, создал закрытую зону, и послал чужому кораблю стандартный, принятый во всей обитаемой вселенной, сигнал приветствия - ноту, имеющую частоту четыреста сорок с четвертью герц и длящуюся три секунды.
   Переговоры начались.
  

* * *

  
   - Учитель, не надо, пожалуйста! - Анюта плакала, стараясь схватить Учителя за лацкан куртки. - Не ходите, Учитель! Вдруг вы погибнете? Мы же не переживем этого! Не надо, ну не надо!
   Остальные тоже сгрудились вокруг и тоже плакали, и тоже просили не идти. Всем было страшно. Одно дело - когда свой флот, когда рядом те, кто, как и они, служит Единому. А другое - чужой, пусть и маленький, корабль. На котором неизвестно кто.
   - Дети, дети, ну что вы, - Учитель, наконец, отцепил руку Анюты от своей куртки и погладил ее по голове. - Зачем вы так малодушны? Единый не позволит, чтобы со мной случилась беда, вот увидите! Ну-ка, утрите слезы и прочтите молитву. Я очень скоро вернусь к вам и, думаю, с добрыми вестями.
   С трудом, но Ими-рану все-таки удалось успокоить других, хотя сам он нервничал и переживал ничуть не меньше. Вместе с Учителем они спустились к шлюзу, к которому пристыковался катер.
   - Ждите меня здесь, если хотите, - сжалился Учитель. - Милые мои, я понимаю, вы устали и поэтому переживаете все очень остро и тяжело. Поверьте, я чувствую - нашей погоне скоро наступит конец, и мы отдохнем. Я и сам соскучился по свежему воздуху и по небу. Потерпите совсем немного, скоро все станет хорошо.
   ...На счет усталости Учитель был абсолютно прав. Они не просто устали, они страшно вымотались. Все чаще и чаще вместо веселого пения в коридоре раздавался чей-нибудь тихий плач. Все труднее стало выходить с помощью молитв в белую грань. И все тяжелее стало выносить все тяготы путешествия.
   Если бы не Учитель, они бы, наверное, давно перессорились. Но он, как по мановению волшебной палочки оказывался там, где был нужен больше всего. Утешал плачущих, по большей части, конечно, девочек. Превращал в шутку какую-нибудь бытовую неприятность, грозившую перерасти в истерику. Разнимал тех, кто решил было друг на друге выместить обиду и злость.
   Проклятая золотая пирамида сначала просто уходила, а потом и вовсе сгинула. Это произошло месяц назад и это стало для команды первым настоящим ударом. Ударом и поражением. Ведь они ее почти поймали! После того, как команда с огромным трудом выдержала атаку каких-то непонятных существ, которые едва не уничтожили ее, и сумела вернуться, пирамида ушла из-под атаки в неизвестном направлении, которое никоим образом не соответствовало расчетному. Об этом, конечно, сообщил Учитель, но понял это сообщение один лишь Ими-ран. Они ударили по "грязи", они успели, но погибающая уже "грязь" все-таки вывернулась.
   Две недели они рыскали тут и там, стараясь отыскать следы пирамиды. Их не было. Зато они без труда сумели "укротить" целые три планеты, население которых оказалось основательно заражено "грязью" и даже пробовало сопротивляться. Это, конечно, было замечательно, вот только боевой дух команды оказался к тому моменту основательно подорван.
   Учитель, подумав, решил увести корабль обратно, к флоту. И вдруг - о чудо! - на территории, которая к тому моменту была уже полностью очищена, обнаружился вполне различимый след той самой пирамиды. Она находилась здесь! Она каким-то неведомым образом оказалась в свободной от грязи зоне!
   Они нашли точку, в которой пирамида остановилась. И двинулись к этому месту, благо до него оказалось совсем недалеко. Идти пришлось на двигателях, потому что Учитель решил поберечь их силы для решающего боя.
   И пирамида снова ускользнула. Но на том месте, где она только что была, обнаружился этот самый кораблик. Крошечный, по сравнению с "Лунным светом". Маленький кораблик, на котором не было ни следа грязи, но были неизвестные чужие люди.
   С корабля отправили сигнал приветствия.
   И Учитель на него ответил.
  

* * *

  
   Когда в катер вошел седой боротый мужчина, Стовер первым делом встал и церемонно ему поклонился. Его примеру последовала и остальная команда. Мужчина улыбнулся и тоже поклонился в ответ.
   - Позвольте поприветствовать вас, - сказал он на довольно сносном всеобщем. - И простите, что я столь неприглядно выгляжу. Месяц в невесомости. В моем возрасте это не так легко перенести.
   - Слава Создателю, - с облегчением сказал Стовер тоже на всеобщем. - Мы-то подумали, что на таком корыте могут путешествовать только совершеннейшие дикари.
   - Да они и есть дикари, - усмехнулся мужчина. Поискал, куда бы сесть. Стовер заставил сегмент пола подняться и образовать кресло, в которое тот с явным облегчением уселся. - Адепты церкви Единого Неделимого создателя, но из очень отсталого мира.
   - Откуда вы, уважаемый?
   - Если говорить обо мне, то я - скромный пилигрим, несущий слово Единого в молодые миры и отыскивающий достойных...
   - Мир какой, я спрашиваю?
   - А, вы об этом? Родился в Железной Сотне, был изгнан еще в ранней юности. Странствовал, проповедовал. Нес слово Единого.
   Агор и Аран едва заметно переглянулись, но от Стовера их взгляды не укрылись.
   - Вы хотите что-то спросить? - обратился он к математикам.
   - Да, - Агор встал, подошел поближе. - Скажите, уважаемый, ваша вера случайно не связана с учением Девяти ступеней?
   - Нет, даже не слышал никогда, - ответил тот. - Прошу еще раз меня простить. На борту - шестнадцать подростков и, признаться, я очень и очень устал.
   - Если я правильно вас понял, вы преследуете... как вы ее назвали?
   - Как выглядит, так и называем. Золотую пирамиду.
   - А почему вы это делаете? - прищурился Стовер.
   - Потому, что на ней находится зло, - веско сказал Учитель. - Древнее и омерзительное зло. Которое необходимо...
   Он запнулся.
   - Вы продолжайте, - мягко попросил Стовер.
   - Первый приказ был - уничтожить эту пирамиду. Но потом пришел второй - нам следует отвести ее к миру Изначальному.
   - А где это? - живо спросил палач.
   Бородатый мужчина ответил ему укоризненным взглядом.
   - Вы как никогда правы на счет зла, - заметил Стовер. - Зло там действительно... мерзкое. На счет древности не уверен, но на счет омерзительности - соглашусь. Вы были откровенны с нами, поэтому мы не станем ничего утаивать от вас. Мы тоже преследуем эту пирамиду. Правильно она называется секторальной станцией Безумных Бардов.
   - Кто такие Безумные Барды? - насторожился мужчина.
   - Это одна из так называемых систем Контроля, - с едва заметной усмешкой пояснил Стовер. - То, что вы видите, как зло. Они действительно - зло. По сути своей.
   - Почему?
   - Они лишают миры права выбора. Подавляют волю. По сути - уничтожают инициативу, везде устанавливая свою власть и свои порядки. Но не на физическом уровне, а выше. На физическом в это время действуют их приспешники. Таковых много.
   - Вот оно что... - протянул мужчина. - Вообще, про Контроль я слышал. В ранней молодости, еще когда жил в Сотне. Но, по-моему, то, что я слышал - это были какие-то бредни. А оно, оказывается, вон как. Я, признаться, не думал, что мы искореняем что-то подобное, но теперь... да, вы правы. Все сходится. Даже больше, чем сходится.
   - Давайте я вам все спокойно расскажу, - предложил Стовер. - Но прежде скажите, можем ли мы вам чем-то помочь? Я вижу, что вы утомлены и печальны. Может быть, я смогу быть вам полезен?
   - Это вряд ли, - грустно усмехнулся мужчина. - Понимаете ли, на этом ржавом корыте нет силы тяжести. И очень тесно. Дети больше месяца нормально не мылись и не ели. Самому старшему - шестнадцать лет, младшему - четырнадцать. Им можно помочь, только дав отдохнуть на хорошей, мирной планете и...
   - Подождите, - остановил его Стовер. - Нет силы тяжести? Еда? Мытье? Поможем, непременно поможем, причем сейчас же! Идите скорее на корабль, предупредите детей, что сейчас будет тяжесть, а через часок мы наведаемся к вам в гости и поговорим, - он улыбнулся Учителю одной из самых лучших и отрепетированных своих улыбок для рекламных плакатов - широкой, ласковой и обезоруживающей. - Нам с вами по пути, поэтому мы должны помогать друг другу. Тем более, что дети. Разве я не понимаю?
   - Отлично, - подытожил он, когда Учитель, наконец, вернулся на свой корабль. - На совещание - час, максимум. Дальше - как водится, все лучшее - детям.
   - Зачем это нужно? - удивился Ричи.
   - Придурок, - зло усмехнулся Стовер. - Эти дети едва не стерли в порошок секторальную станцию. Чего молчишь? Доходит? Вот эти дети и вот на этом хламе. Такие дети дорогого стоят. Поэтому детям сейчас будет все - и в лучшем виде. Надеюсь, я переориентировал катер правильно, и никто не треснется головой, когда я уберу порядком доставшую их невесомость.
  

* * *

  
   Через несколько часов чисто вымывшиеся девочки уже пели в коридоре какую-то веселую песню. После того, как появилась тяжесть, всем пришлось привыкать к ней заново - на пол то и дело падали какие-то вещи, которые все привыкли перекидывать друг другу по воздуху одни легким движением, кто-то умудрился шлепнуться и расквасить себе локоть, потому что забыл, что через переборку надо переступать, а кто-то уже вспоминал про невесомость с легкой грустью, ведь когда она была, можно было спать где угодно, а теперь, наверное, спать придется по сменам, коек не хватит. Но это были совершеннейшие мелочи в сравнении с тем, что впервые за все это время они вымылись под настоящим душем (вперед, конечно, пропустили девочек, и те, обрадовавшись тому, воду можно больше не экономить, купались гораздо дольше положенного), и поели горячей, вкусной, хоть и незнакомой еды, которую принес на корабль ласково улыбающийся Ричи.
   Перед тем, как отпустить свою команду знакомиться с "новыми друзьями", Стовер провел с ней на редкость жесткий инструктаж. В особенности, конечно, досталось Клайду.
   - Учтите, юноша. Если я замечу, что вы хоть один лишний взгляд кинете хоть на одного подростка, я оторву вам руки. А если я замечу у вас в штанах хотя бы одно движение, я скажу об этом вон ему, - Стовер кивнул в сторону палача. - Клайд, я все знаю. А вы - знаете меня. Надеюсь, я все доступно объяснил, и вы меня поняли.
   Тот нехотя кивнул.
   - Совершенно незачем было унижать меня перед всей командой, Микаэль, - заметил он. - И потом, я бы и сам не стал. Я тоже заинтересован в успешном исходе дела.
   - Ну, конечно, - сардонически усмехнулся Стовер. - Мы все тут на редкость сознательные. А как же. Так я и поверил. Теперь - остальные. Максимальная доброжелательность. Великодушие. Приветливость. Ясно? Всех касается. Учтите, что эти детки - на самом деле гнездо с ядовитыми змеями. Если что-то пойдет не так, нас перебьют очень быстро. А нам этого не нужно. Нам нужно уговорить часть их флота пойти вместе с нами за секторальной станцией. И, да, чуть не забыл! Вы все теперь верующие. Все, поголовно.
   - Даже я? - издевательски спросил палач.
   - Даже вы.
   - Очень смешно. На самом деле я агностик. Но, ладно. Микаэль, как вы считаете, если я открою свою киборгизацию и немножко повеселю детишек, хуже не будет?
   - В смысле?
   - Не могу же я представиться в соответствии со своей профессией, - хохотнул палач. - Остальным-то проще. Ксенолог изучает чужие формы жизни. Врач всех лечит. Расчетная группа считает курс. Вы всеми ими руководите. Грегори - ваш главный помощник. А я? Убиваю тех, кто встретится на пути, и тех, кто не захочет работать? Пусть я лучше буду веселый киборг-психолог. Помогаю команде сохранить веселый настрой и перенести долгий путь. Пойдет версия?
   - Разрешаю, - кивнул Стовер. - Михаил, только не переигрывайте.
   - За это не волнуйтесь, - отмахнулся тот. - Раньше на меня никто не жаловался.
  

* * *

  
   На корабле царило веселье. Не молитвенное, а самое что ни на есть простое, обычное. Учитель с Микаэлем уединились в рубке и что-то обсуждали, а обе команды, посовещавшись, устроили веселое братание, в котором отказались участвовать только Агор и Аран. Они, проведя на "Лунном свете" около часа, отправились обратно на катер, сославшись на занятость - объяснили, что нужно проложить курс обратно, к флоту Братства.
   Палач и Грегори засели в кают-компании вместе с девочками. Добрый киборг-психолог дядя Миша предложил девчонкам поиграть в зеркало, и вскоре кают-компания сотрясалась от смеха - настолько удачно дядя Миша копировал поведение и внешность своих оппоненток.
   Ричи и Клайд затеяли с мальчишками игру в лису и зайцев (собственно, у Клайда и Ричи название игры было другим, но суть сводилась к одному - сперва все прячутся, а потом тот, кто водит, сначала ищет, а потом догоняет, стараясь осалить), и эта игра, совершенно детская на первый взгляд, пришлась как нельзя кстати истосковавшимся по движению мальчишкам. Конечно, в узких коридорах не очень-то побегаешь, но все равно, как приятно мчаться от "лисы" и чувствовать, что можешь по-настоящему бежать, а не уныло парить в воздухе, как забытый после праздника в комнате воздушный шарик.
   Чтобы соотнести одну систему координат с другой, у Стовера и Учителя ушло около часа. К счастью, и первый, и второй обладали более чем развитым системным мышлением, поэтому смычки нашлись быстро.
   - То, что вы называете "грязью" - это Контроль.
   - Они - не люди, я прав?
   - Да, хотя имеют человеческий облик, - пояснял Стовер. - Скажем так, это уже не люди. Из-за того, чем они занимаются, они практически не контактируют с людьми.
   - Почему?
   - Вы помните, как выглядит грязь из Белой грани? Скажите, что вы при этом испытываете?
   - Боль, отвращение, смуту, - принялся перечислять Учитель.
   - Вот точно то же самое испытывает человек, встретивший Контролирующего в реальности, - припечатал Стовер. - Поверьте мне. Я встречал. Думаете, я просто так за ними гоняюсь годами, стараясь уничтожить?
   Стовер импровизировал, перестраивался на ходу - сейчас ему нужно было нащупать точки, которые позволили бы войти к этому человеку в доверие. Конечно, пути у них разные, и Стовер не собирался отдавать станцию этим людям. Но проблема заключалась в том, что без них прибрать станцию и ее экипаж к рукам было невозможно...
   - Микаэль, ответьте мне, пожалуйста, на один очень важный для меня и для моих ребят вопрос, - Учитель подобрался, сел прямо. - Вы говорите, что принадлежите к организации, называющей себя Антиконтролем. Скажите, у вашей организации есть цель? Если бы вы ее формулировали, что вышло бы в итоге?
   - Свобода, конечно же. Свобода и только свобода, - ответил Стовер.
   - Вы сказали, что организация существует уже несколько тысяч лет. Так почему же вы сделали так мало?! - горестно воскликнул Учитель. - Нашему братству гораздо меньше, но мы сделали уже в тысячу раз больше!..
   - Наверное, нашей ошибкой было то, что не хватало истиной веры, - Стовер печально опустил глаза. - Я - верю. Мои люди - тоже. Но не все у нас такие. Слишком много к нам пришло людей, которых заботит лишь состояние их кошелька. Или же они прикрывают свою леность наукой. Ведь гораздо удобнее и приятнее сидеть в чистом кабинете, чем скитаться по пространству, вычищая грязь. Так ведь и руки замарать можно.
   Вот тут он попал в точку. Учитель победно улыбнулся.
   - Присоединяйтесь к нам, - предложил он. - Конечно, вам придется побеседовать со Старшими братьями, конечно, это сопряжено с определенными трудностями и испытаниями, но я вижу, что в вас есть и сила духа, и сила воли.
   - А нас примут? - с сомнением спросил Стовер. - Мы же, по сути дела, чужаки. Мы даже молиться не умеем.
   - Мы делаем общее дело. Сейчас вы помогаете нам, после мы поможем вам. Кроме того, я больше чем уверен - если мы все вместе приведем в Изначальный мир эту пирамиду... эээ... секторальную станцию, верно? Вас примут вообще без вопросов. Выходить в грань может научиться и взрослый человек, просто для этого требуется больше времени. Дети, они, знаете ли, быстрее воспринимают. Чистые души...
   - Ну что ж, - Стовер встал, улыбнулся. - Мне кажется, у нас все получится. А сейчас вашим чистым душам пора спать, а моим - приниматься за работу, - подытожил он. - О, Агор и Аран сообщают мне, что до нужной точки мы дойдем за сутки! Сколько вы сюда шли от места локации флота?
   - Две недели, - Учитель тоже встал. - Сутки... Спасибо вам, Микаэль. Огромное спасибо - за все. Вы появились, как ангел, и дали нам всем новую надежду. И дети просто ожили.
   - Вот и хорошо, - снова улыбнулся Стовер. - Это самое главное.
  

* * *

  
   Ит лежал в темноте, слушая тишину и сонное дыхание Скрипача. После Маданги тот наотрез отказывался спать один и при каждом удобном (и не удобном) случае норовил залезть к Иту под бок. Тот сначала пытался его прогнать, но потом понял, что это бесполезно, и смирился.
   Правила, мораль... если бы все это происходило не тут, а в Дс-35, его бы не просто из дома выгнали. С планеты бы выперли, мигом, как нечего делать!.. Мужчине спать в одной комнате с другим мужчиной недопустимо, не то, что в одной кровати. Хотя... Скрипача, наверное, приравняли бы к собаке. Большой и весьма бестолковой собаке.
   Ит вспомнил, что дома, лет этак тридцать назад жила собака. Она принадлежала отцу, и мальчикам к ней запрещалось даже подходить. Ит вспоминал - кабинет отца, освещенный вечерним закатным солнцем, отец сидит на кушетке и что-то читает, а рядом лежит красивое, все в шелковистой и волнистой черной шерсти существо, которое отец задумчиво поглаживает. Маленький Ит стоит в дверях и смотрит - конечно, ему очень хочется потрогать собаку, но, поскольку этого делать нельзя, то хотя бы на нее посмотреть. Но тут отец замечает мальчика, делает движение рукой в сторону двери, и дверь тут же закрывается.
   В Дс-35 собак очень мало. Вернее, их мало потому, что на всю планету есть только три "чистые", благословленные линии. Собак других линий сочли нечистыми, и линии прервали... какая-то странная история. Надо будет потом уточнить. Хватит уже этого нелепого прокола с дорогами и Зивами. Для того, чтобы стало стыдно за такое дремучее неведение, более чем хватит...
   Ит поймал себя на том, что сейчас он, в точности как отец, машинально гладит Скрипача то по голове, то по спине. Он поспешно, негодуя на себя, убрал руку. Скрипач дернулся, что-то пробормотал во сне, напрягся. Ит поспешно опустил ему руку на плечо, чувствуя, как расслабляются ставшие на мгновение каменными мышцы. Может быть, пройдет какое-то время, и бедняга успокоится? Наверное, ему надо просто отойти от Маданги. По словам искина, нога уже полностью зажила, а он все еще прихрамывает. Нарочно? Или нога действительно пока что болит?
   - Искин, ты тут? - шепотом позвал Ит в темноту.
   - Я всегда тут, - приглушенно ответила система. - Куда мне отсюда деваться.
   - О чем они говорили, когда мы ушли? - спросил Ит.
   - О Скрипаче, о тебе... все то же. Ит, это неважно. Знаешь, я ведь хотел поговорить с тобой. Ты можешь оказать мне эту услугу?
   - Могу, - немного растерянно согласился Ит. - Но о чем?
   - Знаешь, когда мы были еще на Маданге, после того, что с тобой случилось... ты уже спал, а мы с Ри ждали, когда прибудут Сэфес и Бард... Ри спросил меня, чего боятся интелектронные системы.
   - И что ты ему ответил?
   - Я ему соврал. Я сказал, что мы боимся нерешаемых задач. Но это не так. Мы боимся ровно того же, что и люди.
   Ит молчал.
   - Мы боимся точно таких же вещей. Одиночества... и смерти.
   - Ты боишься смерти? - удивился Ит.
   - Да. Когда тот корабль подошел к нам вплотную, перед тем, как ты увел станцию на Мадангу, я вдруг понял, что он может уничтожить не только вас. Меня - тоже.
   - Почему?
   - Наверное, потому, что я - это отчасти вы. Мне было очень страшно. Очень страшно, - Иту почудился тяжелый вздох. - Сила в том корабле... она была слепая. Или словно бы видела весь этот мир вывернутым наизнанку.
   - Погоди, - попросил Ит. Он лег поудобнее, наконец-то вытащил у Скрипача из-под головы совершенно затекшую левую руку и спросил: - Что ты имеешь в виду? Объясни подробнее.
   - Могу даже с примером, - после недолгого молчания сказал искин. - Смотри.
   Перед Итом в воздухе повис маленький кубик.
   - Скажи, какого он цвета?
   - Белый, - недоуменно пожал плечами созидающий.
   - А теперь? - откуда-то сбоку на кубик упал луч желтого света.
   - Можно не так сильно светить, разбудишь же, - попросил Ит. Свет стал слабее. - Теперь он желтый... выглядит желтым, верно?
   - А на самом деле он какого цвета?
   - Белого, разумеется.
   - Вот и я о том же, - подытожил искин. Кубик исчез, свет тоже. - Там, на том корабле, были люди, которые видят кубик... например, красным. Просто потому, что никто им не сказал, что на самом деле - кубик белый. Им кто-то велел уничтожать красные кубики, и они уничтожают. Не догадываясь попробовать выяснить, какого кубик цвета на самом деле.
   - Интересная версия, - заметил Ит. - Искин, а ты рассказывал ее Сэфес или Таенну?
   - Нет, но они, думаю, сами уже до этого дошли. Только с тобой и с Ри они говорить про это не будут.
   - Почему?
   - Ит, пойми, они не хотят навредить. Они очень сильно боятся на самом деле. Ты себе не представляешь, до какой степени они боятся. Но они никогда про это не расскажут.
   - Почему?
   - Потому что если вы будете про это знать, вы не дойдете. А значит, не дойдут и они.
   - Но почему ты сейчас говоришь все это мне? - удивился Ит. Скрипач снова дернулся, созидающий опустил ему руку на спину и снова принялся гладить.
   - Помнишь, перед тем, как Леон отдал тебе детектор, мы говорили - с ним и с тобой? Ты тогда понял то, что никогда не понимал ни один Бард и, наверное, ни один Сэфес. Ты понял, что мне было плохо. Горько и плохо от его слов. И ты извинился, не зная, что просишь прощения в тот момент и за них всех тоже. Знаешь, я рад за тебя.
   - Даже так? - Ит слабо усмехнулся. - Что-то у меня после того, что случилось, радоваться за себя не очень получается.
   - Из-за Скрипача. Я рад, что твое одиночество кончилось. Не обращай внимания на то, что они говорят. Они мыслят логически, а ты в его отношении мыслишь... наверное, душой. Хорошо, что ты ему помог. И, знаешь, мне тоже кажется, что он гораздо умнее, чем выглядит.
   - Ты же сам говорил, что его невозможно вылечить, - упрекнул Ит, хотя слова искина были ему приятны.
   - Это я им говорил. Да, моими средствами это сделать невозможно. Но мир велик, а вселенная, как ты знаешь, и вовсе бесконечна. Почему бы в ней найтись месту, где есть люди, способные ему помочь? Я рад, что ты больше не один, и не хочу, чтобы ты из-за их слов или резкости расстраивался и отчаивался.
   - А я и не собирался, - улыбнулся созидающий. - И еще - в мои планы не входит сдаваться и опускать руки. Особенно после Маданги. Знаешь, искин, мне этот курорт пошел на пользу. После него я наконец-то ощущаю себя не трусливым словоблудом, а человеком.
  
  
  
   Шесть дней святой Марии
   Ловушка
  
  
   - Эй, ты еще спишь или уже проснулся?
   Ит с трудом продрал глаза и обнаружил, что в ногах их со Скрипачом кровати сидит Леон. Сэфес выглядел смущенным и виноватым.
   - Разве можно задавать такие идиотские вопросы человеку, который спит? - Ит сел, и раздраженно посмотрел на Леона. - Конечно, я уже проснулся. После того, как ты меня разбудил.
   - Ну не сердись, а? - попросил Леон. - Я вообще-то извиниться пришел. За вчерашнее.
   - От того, что ты извинишься, ничего не изменится, - справедливо заметил Ит, вылезая из-под одеяла. Скрипач все еще спал, обняв подушку и уткнувшись в нее носом. - Он все равно останется для вас придурком, а я - неведомой зверушкой, которая по совместительству работает оружием. Вот честно, если бы не обстоятельства, я бы взял его и смылся от вас в ближайшем же подходящем мире. Думаешь, я не знаю, про что вы вчера говорили?
   - Думаю, что знаешь, - Леон печально опустил глаза. - Думаю, что ты спросил у искина, и он тебе рассказал всю правду, потому что не умеет врать. Думаю, что ты злишься на нас. И расстроился, из-за того, что мы попытались от тебя эту правду скрыть. Для того, чтобы это понять, особенными способностями обладать не нужно.
   - О чем мы тогда говорим? - удивился Ит. - И зачем? От этого разговора ничего не изменится.
   - Изменится, - упрямо сказал Леон, - если ты согласишься меня выслушать.
   - Ну, хорошо. Я тебя слушаю, - неприязненно сказал созидающий. Он сел на край кровати, аккуратно подвинув Скрипача, и, склонив голову к плечу, с вызовом посмотрел на Леона.
   - Ит, ситуация, в которой мы все оказались, уже давно вышла за рамки случайных и стандартных, - осторожно начал Сэфес. - И от завершения она весьма далека.
   - Это я уже успел и сам заметить. Дальше.
   - Я больше чем уверен, что Скрипач оказался в нашей команде не случайно. Но если ты прочишь ему роль индикатора опасности, к примеру, то и Таенн, и я-мы-я склонны полагать, что он, наоборот, является сдерживающим фактором.
   Ит нахмурился.
   - В смысле? - спросил он.
   - В нашем понимании, он призван к тому, чтобы в каких-то ситуациях сдерживать... тебя. Чтобы ты помнил, что есть некое существо, которое... - Леон щелкнул пальцами, подыскивая слова.
   - Которое не даст мне перейти грань?
   - Именно. Извини еще раз, но я хотел уточнить - что ты к нему чувствуешь?
   - Я к нему... - Ит задумался. - Леон, я не знаю. Ответил бы, если мог, но действительно не знаю.
   - Ты его любишь?
   - Эээ... прости?
   - Ну... физически?
   - Чего?!
   У Ита округлились глаза, от негодования даже рот открылся. Пока он озирался вокруг в поисках подходящего тяжелого предмета, которым можно было бы огреть Сэфес, Леон проворно отскочил в сторону.
   - Так, стоп, понял, извини... Ит, спокойно!
   - Да я тебя сейчас убью!..
   - А вот и не подеретесь, - захихикал искин. - Леон, а ты дурак. Сам дал ему боевой детектор и сам же провоцируешь. Сейчас он тебя в лепешку превратит и будет совершенно прав.
   Ит, все еще кипя негодованием, сел на свое место. Леон, секунду поколебавшись, последовал его примеру.
   - Пойми, я лично в этом не вижу ничего зазорного, - пояснил он. - В очень многих мирах это обычная практика.
   - В нашем - нет, - ледяным тоном заявил Ит.
   - А в свете того, что у тебя присутствуют еще и реакции гермо, для которых такое поведение является естественным, потому что оправдано биологически...
   Кулаки у Ита снова начали непроизвольно сжиматься.
   - В общем, вопрос снят, - Леон примирительно поднял руки. - Я просто пытаюсь понять, почему ты столь остро реагируешь на любое негативное замечание о Скрипаче.
   - Леон, я понятия не имею. Ни о том, кто он такой, ни о том, почему так реагирую. У меня ощущение, что я его знаю миллион лет или даже больше. Временами я начинаю чувствовать то же, что чувствует он - когда мы шли на Маданге, и у него была вывихнута нога, я временами ощущал его боль. Когда он напяливает на себя это платье, он восхищается - и это тоже чувствую за ним следом. Когда он смотрит на птиц...
   - О, кстати, о птицах. Пока вы отсыпались, мы тут подумали и решили. Нам всем необходимо отдохнуть. В первую очередь, конечно, тебе и Ри. После Маданги вам нужно хотя бы сутки побыть в покое, причем не на станции, а на планете.
   - Скрипачу, значит, не надо, - заметил Ит. - Он с нами двести километров по холоду не шел, ног не ломал, а все это время сидел на станции и жрал картошку.
   - И Скрипачу тоже надо, - согласился Леон. - Надо всем. Тем более, что Ри хочет попробовать сделать расчет, совместив две схемы. Нашу и ту, которую дали братья.
   - Хороший у него получится отдых, - усмехнулся Ит.
   - Он считает на другом уровне сознания, так что отдых получится совершенно нормальным. В общем, Ри нашел планету, принадлежащую белому сиуру, практически не тронутую атакой. Планете до зонирования лет триста, никак не меньше, но, по всей видимости, это более чем стандартный техногенный мир Индиго. Правда, в весьма отдаленном будущем. Цивилизация техническая, атом уже расщепили, но в космос пока что не вышли, и, несмотря на прогресс, большинство населения живет по старинке. Думаю тебе, как специалисту по фольклору, этот мир будет интересен.
   - Надеюсь, мы сядем там, где тепло, - проворчал созидающий.
   - Разумеется, - улыбнулся Леон. - Страну уже выбрали. Место красивое, но сама страна нищая и дикая. То есть затеряться достаточно просто. Есть только одна проблема: там категорически не поймут, если Скрипач будет в платье. Это не Далат и даже не Маданга. Так что твоя задача - заставить его одеть то, что носят на планете в зоне нашей высадки.
   - И что там носят?
   - Да ничего экстраординарного, - успокоил Леон. - Никаких изысков, как у вас в Дс-35 там нет, босиком ходить не надо... Штаны, рубашка, ботинки. Ну, подтяжки.
   - Подтяжки? Что это такое? - изумился Ит, никогда о таком предмете не слышавший.
   - Ладно, обойдемся без подтяжек, - Леон щелкнул пальцами, и его комбинезон превратился в весьма потрепанную рубашку, кое-как заправленную в потасканные брюки с аккуратно заштопанной на коленке дыркой. - Вот примерно так. Добавь портфель - превратишься в государственного служащего. Добавь фуражку с эмблемой - и ты водитель. Добавь форменную куртку - и ты или почтальон, или разносчик. В общем, ничего сложного.
   - Ладно, попробую его уломать, - сдался созидающий. - Иди, Леон. Сейчас разбужу, и мы подойдем к вам.
   - Вот видишь, все уладилось, - сказал искин, когда Сэфес ушел. - А ты переживал. Не такие уж они и плохие.
   - Искин, они не плохие, - с горечью покачал головой Ит. - Я и не говорил, что они плохие. Просто очень трудно... когда все вот так. Я раньше жил в мире, в котором все, или почти все, более или менее ясно. А сейчас мир разрушается, и я перестаю понимать то, что не вызывало у меня сомнений раньше. Понимаешь, я не знаю теперь, какого цвета тот кубик на самом деле.
   - Ну так никто и не обещал, что будет легко, - справедливо заметил искин. - А кубик белый, не сомневайся.
  

* * *

  
   Когда компания, уже в местной одежде, перешла на катер, Морис и Таенн принялись объяснять детали, необходимые для будущей прогулки. Да, место на редкость красивое, но, по возможности, контакты с людьми следует свести к минимуму. Крайне желательно не выделяться из толпы. Не следует ни с кем заговаривать без необходимости, не нужно показывать, что ты каким-то явлением удивлен и, более того, возмущен. Да, многое из увиденного может показаться странным и неприятным, но это не повод лезть со своим уставом в чужой монастырь. Когда Таенн сказал слово "монастырь", Ит с удивлением вдруг понял, что это слово мало что знакомо ему, оно вдруг вытащило за собой еще один фрагмент воспоминаний. Он сунулся было что-то спросить, но Бард строго посмотрел на него, и созидающий решил пока повременить, тем более, что рассказ дальше стал интереснее.
   ...Сиур, в котором находится мир, молодой, он из разряда так называемых спонтанных, иллюстрирующий "принцип шести пловцов". Ри поинтересовался, что это за принцип.
   Таенн объяснил, что не зонированные миры образуют сиуры самопроизвольно - шесть систем объединяются в сиур, а затем, через все тот же логический узел, встают в противофазу к такому же спонтанному сиуру. Поскольку мир не зонирован, развитие в нем идет медленно, ведь его не "подталкивает" к развитию ничего, кроме собственного ресурса и формирующегося эгрегора. В зонированном сиуре процессы идут иначе, они организованы и ускорены...
   - Главное - вовремя это ускорение притормозить, - заметил Морис. - В нужном месте.
   - А теперь давай заспорим часика на три, где этому месту положено находиться, - хмыкнул Таенн.
   - Так что за пловцы-то? - спросил Ри.
   - Дело в том, что планетарная система способна жить и развиваться только в связке, - продолжил объяснение Таенн. - Вне связки она очень быстро погибнет. В Белых зонах, где жизнь только зарождается или находится на низких ступенях развития, идет постоянная перестройка - миры "переподключаются" друг к другу, образуя все новые и новые комбинации, но эта комбинация всегда включает шесть обитаемых миров и шесть же миров в противофазе. Это закон природы. Именно из него получился аксиоматический вывод, что системы способны развиваться и существовать, только опираясь друг на друга.
   - Шестеро людей плывут в море и, если один из них устанет, остальные поддержат его, и они смогут продолжить путь, - произнес Морис. Улыбнулся, чуть смущенно.
   - Слушайте, а если планеты вообще не зонировать? - вдруг спросил Ри. - Может быть, это и не нужно вовсе? Если они так хорошо самоорганизуются между собой, зачем вообще нужны такие, как вы?
   - Если бы было можно не зонировать, никто бы и не зонировал, - развел руками Леон. - В некотором смысле такие, как мы - тоже закон природы. Умеем видеть, что будет дальше.
   - Например?
   - Ну, например, в какой-нибудь семье рождается мальчик, у которого есть способности к математике, а в какой-нибудь семье рождается девочка, у которой способность к живописи. Умные люди помогут этим детям, обеспечив им нужные условия и дав соответствующее образование. В результате мальчик станет, например, ученым, который создаст что-то полезное для всех людей, а девочка - художницей, которая напишет прекрасные картины. По сути дела, это и есть зонирование. Если не понять, что именно нужно этим детям, бросить их на произвол судьбы, они с большой долей вероятности не станут теми, кем могли бы стать.
   - А если мальчик не хочет быть математиком, а хочет стать художником или поэтом? - упрямый Ри с интересом посмотрел на Таенна.
   - А ему никто не запретит стать вместо хорошего математика плохим поэтом, - усмехнулся Бард. - Максимум - попробуют объяснить, что потом раскаиваться в неправильном выборе будет уже поздно. Да и то, скорее всего, объяснений не будет. Если перед мальчиком открыты двери лучшего университета и оплачено образование, а мальчик все равно идет в ближайшую подворотню пить пиво с идиотами, ему никто насильно помогать не станет.
   Инженер призадумался.
   - Ладно, верю, - признал он. - Значит, вы все-таки для чего-то нужны.
   - Спасибо, - с издевкой раскланялся Морис. - Мы сумели оправдаться в том, что существуем, хотя бы перед Ри. Это прогресс.
   - Я вот только не пойму, если вы такие... нужные и умные, почему вы прячетесь и не афишируете то, что делаете? - подозрительно прищурился инженер. - Если бы вы не ныкались черт-те где, прогресс скорее всего пошел бы быстрее.
   - Если бы мы не ныкались, по твоему выражению, этот процесс очень быстро перерос бы во вселенскую свару, - грустно посмотрел на него Леон. - Вот тебе пример. Допустим, мы находим необитаемый мир - а находим мы их довольно часто - который пригоден для использования или людьми, или, например, Нэгаши. Из Сети мы видим, что этот мир находится территориально ближе к Индиго, но при этом он сто крат нужнее Мадженте. Или наоборот, неважно. Ситуация, замечу, весьма распространенная. Мы обращаемся к Официальной службе, и она предлагает этот мир той формации, которой он нужнее, а не той, которой он удобнее. Как ты думаешь, та формация, которой он не достался, сильно этому обрадуется? Вот то-то и оно. И это лишь один из примеров, причем самый безобидный. Случаются другие, гораздо более серьезные. Знай какой-нибудь конклав, что войну, которую он долго и упорно развязывал, исподволь и потихоньку остановили мы - он бы обрадовался этому факту? Ри, ты в самом начале нашего знакомства упрекал нас в том, что мы якобы что-то кому-то недодали - было?
   - Было, - кивнул инженер.
   - Значит, все понимаешь. Поэтому чем меньше народу знает о нашем существовании, тем лучше. Далеко не все готовы идти на жертвы во имя будущей неизвестно чьей жизни, когда своей всего ничего осталось. Жизнь слишком короткая штука, чтобы позволить осознать важность какого-то поступка в его протяженности по времени, а не сиюминутно, - Леон печально покачал головой. - Знал бы ты, Ри, сколько вокруг Контроля всего наворочено!.. Мы же такие сволочи - причем особенными сволочами мы выглядим в самых что ни на есть продвинутых мирах Мадженты. И мимо умирающего ребенка мы пройдем, и любить мы не умеем, и свободу воли отнимем, и чего только не сделаем. Если мы вообще существуем, разумеется. Нет, это не во всех мирах, конечно, но бывает.
   - А ты пройдешь мимо умирающего ребенка?..
   - Я не ходил мимо умирающих детей, не довелось. Мне шестьдесят лет, из которых Сеть съела почти сорок. Я моложе тебя, Ри, если разобраться. И мой второй моложе. Мы начали учиться, когда нам было по четырнадцать лет, и с тех пор даже в мирах, в которых родились, бывали всего лишь по одному разу, - в голосе альбиноса звучала неподдельная горечь. - Мы в своей жизни, считай, ничего даже увидеть не успели, кроме Сети и базового мира. Для нас эта сегодняшняя прогулка, может, во сто крат интереснее, чем для тебя... если учесть, что до всей этой нашей общей эпопеи мы толком нигде не были. И не были бы никогда. Не увидели бы ни мира Миани, ни Далата, ни даже этой несчастной Терраны.
   - Черт... ребята, простите, я не знал, что вы живете... вот так, - Ри смущенно дернул плечом. - Я как-то не думал...
   - А никто никогда не думает, - жестко сказал Таенн. - Почему-то все поголовно убеждены, что Контроль только тем и занят, что гуляет в самых замечательных мирах и под себя их перестраивает, чтоб помягче да послаще.
   Скрипач от его резкого голоса съежился и подвинулся поближе к Иту. Тот успокаивающе ему улыбнулся.
   - Что-то мы заговорились, - Морис решительно поднял голову и шутливо погрозил Ри пальцем. - Этак мы вообще никуда не полетим сегодня. А так дело не пойдет. Ри, поехали, а?
   - А можно я? - спросил Ит, набравшись храбрости.
   - Что - можно? - не понял Таенн.
   - Можно, я поведу катер? Кажется, я вспомнил, как это делается. Когда ты сказал что-то про монастырь, я вдруг вспомнил...
   - Интересно. И что ты вспомнил? - с удивлением спросил Таенн.
   - Я помню, что был какой-то монастырь, но это был катер, и он летал. Я летал на нем. И еще я помню воду... кажется, море, - Ит растерянно посмотрел на Барда, тот ответил ему недоумевающим взглядом. - Ладно, это неважно. В общем, я вспомнил, как управляют катером, и хочу попробовать.
   - Ри, в случае чего заберешь у него управление, - приказал Бард. Инженер кивнул. - Давай, пробуй. Если ты случайно вспомнил, как создать режим невидимости, будет совсем хорошо.
  

* * *

  
   Управление отдавать не пришлось. В первые минуты Ит приноравливался к машине (все-таки воспоминания оказались отличными от практики, но он сумел не подать вида), потом, освоившись, перешел в режим слияния - и катер стрелой понесся прочь от станции, в стратосферу. На ее границе Ит несколько раз крутанул машину по оси, вдруг резко, неожиданно для всех, остановил, а затем катер камнем рухнул вниз, одновременно входя в анигиляционный режим и становясь невидимым. После пары километров свободного падения Ит выровнял катер и погнал уже по глиссаде, заходя на посадку в месте, которое указал Ри.
   - Ну как? - спросил он, останавливая катер в полукилометре над землей и поворачиваясь. Лицо его впервые за все время стало радостным, и остальные поневоле заулыбались в ответ. Особенно, конечно, Скрипач.
   - Лихо, - констатировал Таенн. - У меня ощущение, что ты чуть ли не всю жизнь пилотировал.
   - У меня тоже, - подтвердил Ит. - Не такие машины, правда, немного другие, но...
   - Да уж, действительно лихо, - подтвердил немного обиженный Ри, который чувствовал, что его вотчину слегка потеснили. - Даже немножко слишком.
   - Да какое там "слишком"? - искренне поразился Ит. - На нем же можно такие вещи делать!.. Жаль, что эти вещи тут никому не сдались, - осадил он сам себя. - Ну что? Спускаемся и выходим?
   - Угу, - подтвердил Таенн. - Не расстраивайся, потом еще полетаешь... Слушайте! - его вдруг осенило. - Народ, а поехали купаться?!
   - Купаться? - с сомнением посмотрел на него Леон.
   - Ну да! - Таенн уже загорелся идеей. - Смотрите...
   Он вывел карту местности, в которой они сейчас находились. Большой залив, в который впадает широкая и короткая река, город на побережье. Дальше - еще пара городов, поменьше.
   - Вполне можно найти кусок берега, на котором никого нет, - говорил Таенн. - Поплаваем, а вечером смотаемся в город.
   Леон задумался, глянул на Мориса. Тот пожал плечами. Ри, почесав в затылке, спросил:
   - А почему, собственно, нет? Ит, ты как?
   - Я?.. Да никак. Как все, наверное, - неуверенно ответил Ит. - Как скажете.
   С минуту посовещались, определились с местом, и вскоре Ит уже уводил машину прочь от города, к морскому побережью. Таенн велел поискать место с чистой водой - река несла в залив ил и какую-то взвесь, купаться в которой, конечно, никто не стал бы.
   Подходящий участок берега нашли достаточно быстро. Ит посадил катер рядом с зарослями низкорослого кустарника, на песчаном берегу, и все, наконец, выбрались из машины.
   Было тепло, солнечно, но с моря дул достаточно сильный ветер, наполненный запахами водорослей, йода, и соли. Прибрежная полоса была совершенно пуста, лишь где-то, на горизонте, в едва различимой дали они увидели казавшийся отсюда крошечным корабль. Над морем летали чайки, не стая, а всего несколько птиц, они то замирали в воздушных потоках, то кидались вниз, охотясь на мелкую рыбешку.
   Скрипач, конечно, тут же побежал к воде. Ит решил, что не стоит его останавливать - для того, чтобы лезть в воду, не спросившись, парень слишком умный, не лишать же его удовольствия посмотреть на любимых чаек и на воду. Оба Сэфес, не сговариваясь, скинули рубашки и ботинки, и тоже направились к воде. Таенн сел на песок, Ит и Ри последовали его примеру.
   - А чего они не разделись-то? - спросил Ри.
   - Они разделись, - пояснил Таенн.
   - А штаны?..
   - А для них это неприлично. Между прочим, из-за их идиотских понятиях о приличиях мне придется купаться в чем-то вроде штанов, а купаться я вообще-то люблю голым, - неприязненно пояснил Бард. - Вас это не смущает?
   - Меня - нет, - ответил Ри.
   Ит замялся.
   - Смущает, что ли? - спросил Бард. - Ты чего, как эти? - он указал рукой в сторону моря.
   - Ну вообще-то... ну, да, - с неохотой ответил Ит. - У нас тоже считается неприличным, если штаны выше колен, например.
   - Как вы еще не вымерли, - хохотнул Таенн. - С такими-то тонкостями. В общем, вы как хотите, а я в воду. Вот не соврать - больше ста лет моря не видел. Не считая, конечно, Терраны с Мадангой. Но там и в голову купаться не приходило. Что в штанах, что без штанов...
   Он тоже снял рубашку и ботинки. Ри разделся следом, Ит, немного поколебавшись, последовал его примеру. Ри, стоящий рядом с рубашкой в руках, случайно глянул на него, да так и замер.
   - Ты чего? - с опаской спросил Ит.
   - Ну и видок у тебя, созидающий, - с ужасом протянул инженер. - Кошмар...
   Ну, конечно, шрамы же! Ит с тоской посмотрел на свою располосованную грудь, затем изогнулся, стараясь рассмотреть спину.
   - Сам не увидишь, - отрицательно покачал головой Ри. - Но, поверь, зрелище еще то.
   Таенн тоже подошел к Иту, решительно взяв за плечи, развернул к себе спиной и присвистнул.
   - Уй, еооо... - с ужасом протянул он. - На станции мы не особо присматривались, да еще и искин, скотина, свет приглушил.
   - Что там? - встревожился Ит.
   - Кошмар, действительно. Причем половина рубцов еще и кустарные, то есть их если и лечили, то на уровне такого вот мира, как этот, а не нормального, - ответил Таенн. - Вторая половина - это, видимо, попытка как-то исправить то, что осталось после первой половины. Ит, если хочешь доброго совета, то лучше не старайся рассмотреть свою спину в подробностях. Крепче спать будешь.
   - Спасибо, - вздохнул созидающий. - Очень признателен. Могу одеть рубашку, чтобы вас не шокировать.
   - А тебя это все не беспокоит? - удивился Таенн.
   - Нет, - отрицательно покачал головой Ит. - Совершенно. И не мешает, и не беспокоит. Если бы вы не сказали, я бы про них и не вспомнил... Так, что это они там со Скрипачом делают? Утопить решили?! - с негодованием воскликнул он. Уронил рубашку на песок и бегом кинулся к воде. - Леон!.. Куда ты его тащишь, он же в ботинках!..
   Таенн и Ри переглянулись.
   - Вот тебе и искупались, - со значением сказал Таенн. - Ри, надо как-то заново налаживать с Итом контакт, тебе не кажется?
   - Мне - не кажется, - отрезал Ри. - Это тебе должно казаться. И Сэфес. Сами испоганили, сами исправляйте.
  

* * *

  
   На берегу просидели до позднего вечера. Купались, гнали в тень Леона (куда тебе на солнце, ты же белый, искин же оборется потом, ожоги будут!) спали по очереди, ели. Скрипач веселил всех своими выходками и, как это ни странно, оказалось, что плавать он все-таки умеет. Впервые за все время с начала пути все хоть немного, но расслабились. Ит подумал, что, если бы не обстоятельства, он был бы, пожалуй, рад оказаться в такой компании даже на Дс-35.
   - А может, ну его, этот город? - спросил Ри в ответ на слова Таенна о том, что пора собираться. - Давайте сразу на станцию. Тем более, что я уже почти все досчитал.
   - Что-то ты быстро в этот раз, - с недоверием заметил Морис.
   - Не знаю, такие ли уроды эти два брата, но формулу они дали - закачаешься, - восхищенно закатил глаза Ри. - Я ввел ее в модель, и расчет пошел вдвое быстрее.
   - Хм, - Мориса все еще не оставляли сомнения. - Ну, не знаю. Я бы на твоем месте проверил на всякий случай.
   - Обязательно проверю, а как же... ну так что? Обратно?
   - Давайте все же в город, - попросил Таенн. - Хотя бы на пару часов.
   - Ладно, - сдался Ри. - Ит, прокатишь?
   - Без вопросов, - тот сел в кресло, вывел панель слияния. - Может, сядем в районе порта? Сейчас темно, ничего не видно. И через весь город потом обратно к катеру идти не придется.
   На том и порешили. Ит за несколько минут, не особенно торопясь, довел катер до городского порта и повесил невидимую машину в паре десятков метров над причалами. Провесил "выход" в густую и черную тень, отбрасываемую гигантским кораблем, и через десять минут они уже шли через территорию порта к городу.
   - Если спросят, то мы с корабля, - посоветовал Таенн. - Можно даже сказать, с какого именно.
   Никто не спросил.
   Они миновали бедняцкий прибрежный район, изобилующий узкими улочками и на редкость неприятными запахами, и вышли, наконец, в один из богатых кварталов.
   - Цивилизация, - удовлетворенно ответил Таенн. - Смотрите, ведь и впрямь красиво. А вы еще идти не хотели. Архитектура какая!.. Один вон тот собор чего стоит...
   Уставший Ит, на котором чуть ли не висел такой же уставший Скрипач, лишь покорно вздохнул, соглашаясь. Леон и Морис кивнули, а Ри лишь пожал плечами - у него лично этот собор никаких восторгов не вызвал.
   Бард таскал компанию по городу еще часа полтора, пока, наконец, не сжалился и не завел всех "посидеть" в какой-то полуподвальный то ли бар, то ли притон. Там играла громкая (пожалуй, даже излишне громкая) музыка, перебивая ее, орало радио, а воздух был насыщен винными парами и табачным дымом. Они расселись в уголке, скрытом полумраком, Таенн, активировавший маску языка, попросил официанта принести яблочного сидра, и они принялись пить сидр с водой, потихоньку оглядываясь по сторонам. Место и впрямь было интересное. Да и народ подобрался необычный, это чувствовалось даже после прогулки по городу.
   - Забавно, но тут собираются актеры, оказывается, - Таенн усмехнулся. - Кому надо, могу дать язык, послушаете, что тут происходит.
   Чувствуя, что от Барда не отвертеться, остальные покорно забрали у него маску языка и стали вместе с ним прислушиваться к тому, что обсуждали окружающие люди.
   - ...я тебя предупреждал, что он не согласится, а ты, как упрямое животное, все равно пытался протащить ее - хотя и так понятно, что она ни рожей, ни фигурой для этого не вышла, - доносился мужской голос, резкий и неприятный, откуда-то сбоку.
   - Сам не знаю, почему с ней до сих пор вожусь... вцепилась, как кошка, не отпускает, - отвечал ему другой мужчина. Тембр его голоса был бархатным, обволакивающим.
   - Ты бы хоть спал с ней, что ли...
   - А он и говорит - ангажемента нет! И в этом сезоне не будет! А я ему - это, может, для тебя нет, бездарь, а мне... - неслось с другой стороны.
   - ...совершенно фантастического оттенка. Чужое! И шелковые чулки! Представляешь! В лифчик - мои шелковые чулки!.. Ну и дура...
   Ит обратил внимание, что Ри пристально и с большим интересом смотрит куда-то в сторону стойки.
   - Что там такое? - спросил он.
   - Сам погляди. Вон та девушка - видишь?
   Ит присмотрелся. У барной стойке на высоком деревянном табурете действительно сидела какая-то девушка, на которую он не обратил внимания. Очень худая, тоненькая и маленькая, с устало опущенными плечами. Некрасивая, темноволосая, с короткой и не очень опрятной стрижкой. В сильно полинялой блузке и расклешенной юбке, тоже явно знавшей лучшие времена. Перед ней стоял нетронутый стакан сидра, но пить она, по всей видимости, не собиралась - сидела неподвижно, не обращая внимания на пьяную возню вокруг и на сальные шуточки, которые отпускали проходящие мимо мужчины.
   - Ну, девушка, - кивнул Ит. - И что?
   - Она... она какая-то необычная, - нахмурился Ри.
   - В смысле?
   - Ну, она не такая, как все тут, - пояснил Ри. - Неужели никто, кроме меня, этого не замечает?
   - Да ну тебя, пилот, - отмахнулся прислушивающийся к их разговору Таенн. - Девушка как девушка.
   - А что в ней необычного? - поинтересовался Ит.
   - Хотя бы то, что она не бахвалится своими подвигами, как все здесь присутствующие, и не рассуждает о любовных победах, а слушает радио, - ответил Ри.
   - Радио? - новое слово мгновенно услужливо соединилось с понятием - спасибо, маска языка и детектор... - Ах, радио. Боюсь, что в таком гаме услышать что-либо ей будет затруднительно, - заметил Ит.
   - И тем не менее.
   Некоторое время они молча наблюдали за незнакомкой.
   - Слушайте, пойдемте, что ли, - попросил Ит наконец. - Скрипач сейчас уснет, а пить этот ваш сидр я лично не буду - кислая пакость.
   - Ладно, пошли, - согласился Таенн. Они расплатились, встали.
   У выхода Ри оглянулся. Девушка все так же продолжала сидеть у стойки.
   - Вот что, давайте-ка мне все местные деньги и подождите в катере, я вас догоню, - сказал он твердо. - Может быть, мне это и кажется, но у нее явно какая-то беда.
   - И что ты хочешь сделать? - спросил Леон.
   - Отдать ей деньги и проводить, время уже позднее, - пояснил Ри. - Ждите в катере, я вас догоню.
   - Ладно, дело твое, - согласился Морис. - Ты поосторожнее. Мало ли что у нее на уме.
   - У нее на уме ничего плохого, - с раздражением отмахнулся Ри. - И по ней это видно. Если не вернусь, то у вас теперь запасной пилот имеется.
   Он повернулся и скрылся в баре.
   Таенн и Леон переглянулись, Морис засмеялся.
   - Видали? Ит, да ты у нас теперь не просто человек-загадка, ты еще и пилота вон до чего довел. Он же тебя ревнует!
   - Не меня, а катер, - возразил созидающий. - Ладно, не буду больше просить полетать, если он так обижается. Жалко, конечно, но ничего не поделаешь.
   Они медленно шли по городской улице вниз, обратно к порту. Несмотря на поздний час, в городе вовсю шла жизнь - горели вывески каких-то клубов, шли навстречу веселые нарядно одетые люди, ехали громоздкие, но не лишенные гротескного очарования машины, и, казалось, в этом городе совершенно нет места злу и печали.
   Уставший за день Скрипач брел рядом с Итом, поминутно зевая. Иногда он оглядывался, вздыхал и бормотал что-то себе под нос. Ит прислушался.
   - Зо-ло-та-я, - по слогам говорил Скрипач шепотом. - Зо-ло-та-я. Нити. Выше, выше... Терминатор, а потом дальше. Зо-ло-та-я. Слишком. Совсем...
   - Ты чего это? - спросил Ит, но тот в ответ лишь вяло махнул рукой - отвяжись, мол.
   В катере он почти сразу же лег на пол и отвернулся лицом к стене. Ит с тоской посмотрел на место пилота, но больше судьбу искушать не рискнул, он и так чувствовал себя виноватым, хотя, по идее, особенных причин к тому не было.
   Ри вернулся через полтора часа, нахмуренный и задумчивый.
   - Ну как сходил? - встретил его вопросом Таенн.
   - Нормально. Ее зовут Мариа, ей двадцать четыре года, и она хочет работать на радио, - пробурчал инженер. - Диктором. А ей есть нечего и, если бы я не отдал ей деньги, с завтрашнего дня было бы негде жить.
   - Взяла? - спросил Таенн.
   - Взяла, правда, не сразу. Упрямая, как черт-те что. Подумала, что я ей предлагаю... ну... - Ри замялся. - Чуть лицо не расцарапала. С большим трудом объяснил, что мне этого не нужно, что деньги я хочу отдать просто так. Молодая, но жизнь, видимо, била ее сильно.
   - Понятно, - кивнул Леон. - Ты не влюбился, часом?
   - Да нет, конечно, - усмехнулся Ри. - Еще чего не хватало. Но, знаете... в ней определенно что-то есть.
   - Что в ней есть? - иронично прищурился Таенн. - Выпитый сидр или вчерашний ужин?
   - Это очень сильная и цельная личность, - словно не замечая издевки, сказал Ри. - Ведь ей надеяться не на что, а она все равно надеется. Потом, когда уговорил взять деньги, рассказала, что в этот день едва не бросилась под поезд, но сумела себя перебороть и отойти в сторону. Тут, оказывается, такой способ самоубийства не редкость. А потом пришла в бар, взяла на последние деньги сидр и услышала радио. И поняла, что нужно делать дальше.
   - А тут еще и ты с деньгами, - покачал головой Бард. - Да, день у девчонки получился прямо-таки судьбоносный.
   - Она так и сказала, - Ри довольно улыбнулся. - Сказал, что сегодня заглянула в глаза судьбе и увидела там надежду. Любит всякие цветистые фразы.
   - Ну что ж, хорошо то, что хорошо кончается, - Таенн со вкусом зевнул. - Так. Скрипач уже спит, он, оказывается, самый умный. Остальные тоже скоро свалятся. Ри, тащи нас на станцию. Поспим немного и стартуем.
   - Пусть Ит ведет, - недовольно буркнул Ри. - Он же может.
   - Он уже все понял и больше не будет, - отмахнулся тот. - Нет, Ри, правда, не буду. Извини, что я так... в общем, как дальше шли, так дальше и пойдем. Ты пилотируешь, я охраняю, и все довольны.
   Ри усмехнулся, сел на свое обычное место, и через мгновение катер растворился в ночном небе.
  

* * *

  
   Утром непривычно тихий и задумчивый Ри сидел перед "окном в космос" и в третий раз перепроверял расчет. Сэфес и Бард отправились куда-то вглубь станции, для чего - никто не понял, но на объяснениях, собственно, никто и не настаивал. У Ита сложилось впечатление, что они с какой-то целью стали наведываться к телам погибшей девушки-Барда и Сэфес, но он счел благоразумным держать свои подозрения при себе.
   Скрипач лениво бродил по залу туда-сюда, явно не зная, чем себя занять. Он снова влез в свое серое платье. Медно-рыжие длинные волосы, чистые и расчесанные, в сочетании с серым шелком выглядели и в самом деле красиво, но заставлять Скрипача сидеть спокойно, пока Ит раздирал ему спутанные пряди, было сущим наказанием.
   - Постричь бы тебя, - пробормотал созидающий. - Но разве ж ты дашься?
   Свои волосы он давно укоротил, не так, как Ри, конечно, но теперь они были до плеч, и ухаживать за ними почти не приходилось - провел рукой, и всех дел. Зато со Скрипачом каждое утро получалась маленькая война.
   - Ну все, я закончил, - Ри одним движением свернул расчеты, которые тут же растаяли в воздухе, и потянулся. - Пойдем через этот белый сиур, в одной из точек попробуем дотянуться до какой-нибудь не пораженной области. Или, в крайнем случае, перейдем из этого сиура в следующий, тоже белый, и будем пытаться выбраться уже из него.
   - Понятно, - покивал Ит. - Как думаешь, долго нам так бродить придется?
   - Боюсь, что порядочно, - вздохнул инженер. - Главный риск - это нарваться на такой же кораблик, как тот, что нас потерял. Если наткнемся - опять делаем рывок, и... зависаем довольно надолго, потому что придется снова все пересчитывать.
   - Как-то все это безрадостно прозвучало, - справедливо заметил Ит.
   - Ну... не вижу тут поводов ни для огорчения, ни для радости, - проворчал Ри. - Попали в... эээ...
   - В задницу попали, - подсказал Ит. Инженер засмеялся.
   - Все никак не могу привыкнуть, что ты не такой культурный, каким казался раньше, - ответил он. - А вообще-то да, ты прав. В общем, как попали, так и вылезем, надеюсь.
   - Тогда ладно, - согласился Ит.
   Вскорости вернулись Таенн, Леон и Морис. Выглядели они почти как обычно, но Ит тут же обратил внимание на запах - он них троих пахло озоном, словно после грозы, а волосы у Барда были мокрыми, и явно не от пота.
   - Что вы там делали? - раздраженно спросил Ри. - Ждать вас... замучаешься.
   - Что надо, то и делали, - строго произнес Морис. - Придет время - узнаешь. Пилот, выводи станцию в расчетную точку, и уходим. Сиур нестабилен, лучше в нем не задерживаться.
   Ит смотрел на Скрипача, стоящего у "окна в космос". Черный силуэт на фоне летящей в пустоте планеты, с одной стороны темной, а с другой - освещенной солнцем. Он видел, как двигаются над планетой облака, скручиваясь в циклоны, как тает тончайшая дымка на границе стратосферы. Внизу плыли материки и океаны, и где-то там, под облаками, остался тот забавный город, в котором они вчера были...
   - Поехали, - сказал Ри. Пространство мигнуло, на секунду схлопнулось.
   Все, как обычно.
   Вот только планета никуда не исчезла.
   Она должна была остаться в пространстве, а на ее месте должна была появиться другая. Совсем другая.
   Но она почему-то была тут.
   Только облачный рисунок слегка изменился.
   - Никто еще раз искупаться не хочет? - звенящим от напряжения голосом поинтересовался Морис.
   Ответом ему было гробовое молчание.
  

* * *

  
   - Да нет никакой ошибки в расчетах, говорю я вам! Нет, и быть не может!!! - взъерошенный Ри с гневом уставился на Таенна и Леона. - Вы хотите сказать, что и искин, и я - идиоты?!
   - Фрагмент формулы, который ты включил...
   - Фрагмент работает в точности, как положено!!! Я не понимаю, что произошло!!!
   - Не ори, - резко сказал Таенн. - Пересчитай без этого фрагмента.
   - Для этого нужна смычка с эгрегором, поэтому нам опять вниз, - развел руками Ри. - Причем если без фрагмента, то считать я буду полные сутки.
   - Значит, будешь, - припечатал Бард.
   - Ребята, не кричите, - попросил искин. - Таенн, ошибки действительно нет, уверяю тебя.
   - Тогда почему мы здесь, если ее нет? - спросил Бард.
   Ему никто не ответил.
   - Она есть, эта ошибка. Вот что, Ри. Считай в нашей системе, и ищи выход в другую точку сиура, через узел.
   Леон кивнул, соглашаясь. Он подошел к Ри и впился взглядом в трехмерное уравнение, висящее перед ним в воздухе. Задумчиво покусал губу, ткнул в какое-то место пальцем, вопросительно посмотрел на Ри.
   - Нет, все верно, - возразил тот. - Смотри...
   - Да, действительно. А если вот так?
   - Меньше надо пить, "вот так", - огрызнулся Ри. - Чушь порешь.
   - Вижу... н-да, ты действительно прав. Ладно, народ, все в катер, и вниз. Ит, вытряхни Скрипача из платья и побыстрее. Что-то мне это все очень не нравится.
   В городе был день, царило оживление. Немного побродив по центру, они нашли какой-то парк и сели на лавочки, неподалеку от входа. Мрачный Ри почти не разговаривал, он включил в расчет все потоки сознания, которые получилось, и на действительность реагировал слабо. Таенн сидел, прикрыв глаза, и, казалось, расслаблено дремал. Леон и Морис, занявшие, по счастью, отдельно стоящую лавку, завели долгий и на редкость унылый разговор о каких-то приоритетных потоках, и вскоре Ит перестал из этого разговора что бы то ни было понимать - Сэфес умудрялись столь непринужденно скрещивать математику и этику, что уследить за их мыслью не было никакой возможности.
   Скрипач, несмотря на предостережения Ита, куда-то убрел, но вскорости вернулся обратно, неся лист грязной бумаги, который подобрал, видимо, в какой-то канаве или у помойки. Он с гордостью протянул лист Иту.
   - Это мне? - спросил тот. - Ну, спасибо... И что это такое? "Мариа Дельгато, радиоактриса, ведущая передачи "Голос народа", - прочел он. - Симпатичная девушка... эй! - до него вдруг дошло. Он схватил Таенна за плечо и сильно потряс. - Проснись! Смотри сюда!
   Таенн потер глаза, зевнул. Непонимающе уставился на протянутый ему лист с портретом.
   - О-па, ну и дела, - пробормотал он. - Слушай, это ведь точно она. Ри, гляди, твоя вчерашняя знакомая.
   Ри, с трудом отвлекшийся от своих мыслей, пересел к ним поближе.
   - И что? - не понял он, тоже разглядывая портрет. - Да, она. Ну, правильно. Она же хотела работать на радио.
   - Ри, опомнись. Она хотела. Поступить. Работать. На радио. Этой ночью!!! - заорал на него Таенн. Инженер испуганно отпрянул. - Она что, за ночь превратилась в известную актрису, портреты которой на стены вешают?! Ри, ау! Я тут! Иди на голос!..
   - Заткнись, - пробормотал тот.
   - Искин! Это срочно! Прими информацию от Ита, проанализируй, - приказал Таенн.
   - Слушаю.
   - Потише, пожалуйста. Ит, отдай считку за вчерашний день.
   - Что ищем? - деловито поинтересовался искин.
   - Даты. Любое упоминание о дате вчерашнего дня.
   Несколько секунд искин молчал. Затем произнес:
   - Локальное время станции не изменилось. На планете прошел год.
   - Черт!.. - воскликнул Таенн. - Как это могло получиться?!
   - Начинаю анализ того, что происходило во время попытки перемещения, - ответил искин. - Результаты будут в течение часа.
   Все потрясенно молчали. Сэфес прекратили свою беседу и пересели на лавку к Таенну и Ри. Скрипач продолжал разглядывать портрет, который ему вернули, задумчиво поглаживая изображение девушки пальцем и чему-то улыбаясь. Наконец Таенн, которому это надоело, отобрал у него лист, смял и выкинул в урну, стоящую рядом с лавкой. Скрипач с неприязнью посмотрел на него, снова куда-то ушел и через некоторое время вернулся с еще одним портретом, таким же, как первый, и даже немного почище. Он уселся на корточки и снова принялся с интересом разглядывать девушку.
   - Да ну его, пусть развлекается, - остановил Таенна Ри, заметив, что Бард снова примерился отнять листок. - Смотри, а она похорошела. Вчера была замухрышкой, а теперь - настоящая красивая девушка. И волосы у нее светлее стали.
   - Это, конечно, очень важно, - сварливо сказал Бард. - Особенно та часть речи, которая про волосы. Скажи проще - ты в нее втюрился, и теперь радуешься, что ей удалось добиться того, что хотела. И не мотай головой! Влюбился, как мальчишка, и боишься в этом признаться. Потому тебе глубоко наплевать, что мы тут застряли, и неизвестно, по какой причине.
   - Не надо говорить за меня, - раздраженно буркнул Ри. - Все, не мешайте. Я работаю.
   Некоторое время они просидели молча, а потом Ит предложил:
   - Может, мы со Скрипачом пройдемся немного? Нам-то все ладно, а ему скучно тут сидеть.
   - Я с вами, - вызвался Таенн.
   - Мы останемся с Ри, - отказался Леон. - Дождемся ответа искина и поможем, если будет нужно, закончить расчет.
   - Хорошо, - согласился Бард.
  

* * *

  
   Портреты Марии Дельгато встречались в городе часто, чуть не на каждом углу. Те из них, что принес Скрипач, оказались старыми, наклеенными у входа в парк, на большую доску для объявлений. В городе отыскались и поновее, и даже цветные - на них Мариа была изображена перед микрофоном, представлявшим из себя сложную и громоздкую конструкцию из решеток, сеток и проводков. Лицо ее на портретах выглядело строгим и одухотворенным, лишь на малой части портретов она была без микрофона и улыбалась. Там было видно, что в сущности она совсем еще девчонка, вот только глаза на всех портретах ее выдавали - и в строгом виде с микрофоном, и в легком платье, и с улыбкой она оставалась глубоко, неистребимо печальной. Ит заметил, что девушка отпустила волосы, стала укладывать их в сложные, порой даже вычурные прически, и подумал, что прежняя короткая стрижка шла ей больше - прическа, призванная сделать вид девушки более взрослым, словно принадлежала другому человеку. У человека с такими волосами не может быть таких глаз.
   - Забавно, что единственным полузнакомым персонажем на этой планете для нас стала эта дура, - с неприязнью сказал Таенн, разглядывая портрет.
   - Почему дура? - обиделся за девушку Ит.
   - Да потому, что дура, - назидательно повторил Бард. - Потому что эта дура лезет куда?
   - Ты вообще о чем? - удивился Ит.
   - Дура лезет во власть, разве ты не видишь? - прищурился Таенн. - Если хочешь, давай зайдем куда-нибудь и послушаем, что за передачу она ведет и откуда такая популярность. Спорим на что хочешь, но она с помощью этой своей передачи хочет не помочь кому-то, как написано на этих плакатиках, и даже не найти себе богатого мужа. Она метит выше.
   Ит пожал плечами. В подобных вещах он не понимал вообще ничего и никогда не стремился понимать. Сейчас его гораздо больше волновало, удастся ли им выбраться с планеты, и ему не было никакого дела до судьбы какой-то там радиоведущей. Однако Скрипачу девушка явно понравилась - пока они шли по городу, он, увидев очередной плакат, принимался улыбаться и хлопать в ладоши. К концу прогулки Ит и сам был уже готов признать, что Скрипач - идиот. Идиота надо было как-то успокоить, поэтому Ит позволил ему отодрать от стены очередной плакат (на них косились прохожие, но замечаний никто делать не стал), и довольный Скрипач спрятал портрет девушки в карман, предварительно аккуратно сложив.
   Побродив еще немного, они зашли в кафе на шумной городской площади и сели поближе к большому черному приемнику, стоящему в углу. Сейчас из него доносилась какая-то музыка (Иту она показалась приятной, а Бард брезгливо поморщился и пробормотал что-то про примитив), но вскоре музыка смолкла, и из приемника донесся голос, произнесший:
   - Здравствуйте, дорогие сограждане! С вами снова социальная передача "Голос народа", и я, Мариа Дельгато. Хорошего вам отдыха после долгого трудового дня! К сожалению, не для всех этот день был хорошим. К нам в редакцию приходит множество писем, и я перед каждой передачей читаю их и отбираю те, которые рассказывают о самых ужасных и унижающих достоинство рабочего человека случаях. Сегодня мы поговорим о том, что случилось с достойным тружеником порта, пятидесятилетним Армидаро Раэрико. Бессменно проработавший всю жизнь в порту, Армидаро из-за несчастного случая на работе лишился левой руки и потерял работоспособность. Его семья голодает, а ему даже не назначили пенсию! Ему пришлось самому оплачивать услуги врачей, и теперь он и его семья могут оказаться на улице! - голос ведущей, до этого более или менее спокойный, обрел вдруг силу, в нем зазвучали требовательные, властные ноты. - Куда смотрит профсоюз? Куда смотрите вы, дорогие сограждане? Сколько мы еще будем терпеть власть высшего класса, отбирающего у нас последние гроши и не дающие никаких привилегий?! Кто поможет несчастному Армидаро и его семье?.. Сколько еще мы будем терпеть гнет и предаваться пораженческим настроениям?..
   - Пошли отсюда, - Таенн встал. - Мне все ясно.
   - Ну, пошли, - согласился Ит. Он поманил Скрипача, и они вышли из душного кафе обратно, на залитую вечерним солнцем улицу.
   - Сильна, однако, - пробормотал Бард. - Заметил, на что она давит?
   - Ничего я не заметил, - отмахнулся Ит. - То есть я заметил, что вы на ней поочередно съезжаете, - он удивился про себя, откуда в голове вдруг появилось это не совсем приличное слово "съезжаете", причем неприличное именно в контексте, а не просто так. - Сначала Ри, затем Скрипач, теперь вот ты. У меня она никакого отклика в душе не вызывает. Я вас не понимаю.
   Таенн задумался. Нахмурился, почесал в затылке, хмыкнул.
   - Знаешь, в чем-то ты прав, - согласил он. - Она действительно почему-то привлекает внимание. Ладно, пошли к нашим. Надо уходить на станцию и двигаться дальше.
  

* * *

  
   Снова "окно в космос", снова - планета, с одной стороны освещенная светом солнца, снова висящий в воздухе перед Ри визуал с вычислениями...
   - Ну, давай, пилот. Не подведи на этот раз, - тихо сказал Таенн.
   Пространство мигнуло. Ит закрыл глаза.
   А когда открыл, обнаружил, что планета осталась все там же, где была.
   - Ну что ж, вот теперь я могу сказать, что у нас действительно большие неприятности, - констатировал Морис.
   - Ошибки быть не могло, - потерянно проговорил инженер. - Это невозможно.
   - Это не твоя ошибка, - подтвердил Таенн. - Видимо, сиур дестабилизирован. Мы в ловушке.
  
  
  
  
   Шесть дней святой Марии
   Освобождение
  
   Город изменился. И далеко не в лучшую сторону. То тут, то там виднелись следы недавних схваток: разбитые стекла витрин, перевернутые машины. Ветер с моря гнал по асфальту обрывки бумаги и мусор. Лица людей, в прошлый раз казавшиеся по большей части довольными, стали нервозны и тревожны. Видимо, совсем недавно тут что-то произошло, но что - пока оставалось загадкой.
   В парке, в котором они сидели в прошлый раз, больше не было скамеек - как не было выложенных булыжником дорожек и урн. Все это пошло на постройку баррикады в конце улицы. Однако у входа в парк клубилась небольшая толпа и слышались не только тревожные, но и радостные голоса.
   - ...сегодня как раз свадьба. Да, что там!.. Последний год по радио от нее только про него и было слышно - Ральдо то, да Ральдо се...
   - Молодец она, ох, молодец!.. Теперь заживем! Раз Ральдо у власти, не даст он своих босяков в обиду... А все она! Как его посадили, она одних маршей протеста чуть не сотню устроила...
   - Да ну тебя, сотню! Ври, да не загибай! Не сотню, конечно, но с десяток-то было...
   - Это ты не загибай. Больше было, не десяток...
   - Говорят, в соборе святого Жарна их как раз сейчас женят. Пойти, что ли? Или не пойти?
   - Лучше уж вечером к конгрессу пойдем - по радио сказали, они выступать будут.
   - Вдвоем?
   - ...а он ей и говорит: "Зачем, мол, ты так стараешься, убьют, мол, и тебя, и меня", а она ему - "Не о себе думать надо, а про народ"...
   - ... Если каждая подстилка будет вот этак, то у нас тут начнется...
   - ...И что? Завидно, что ли? Правильно, такая жена, как Мариа, одному на миллион достается! Или даже на больше!..
   Таенн и Морис прислушивались к разговорам в пол уха, не делая попыток вмешаться или что-то спросить. Ри, Ит, Скрипач и Леон ушли в сторону порта, поискать тихое место, где можно посидеть и завершить новый расчет. Ри снова ввел в основную формулу фрагмент, отданный братьями Тирхио, и клятвенно обещал, что к полудню вычисления будут окончены. Он попробовал внести поправки на дестабилизацию, но ничего не получилось - знаний и опыта для таких вычислений ему явно не хватало. Ит видел, что Сэфес и Бард в отчаянии - будь они живы, они, вне всякого сомнения, смогли бы помочь, но из-за промежуточного, странного состояния считать так, как нужно, они не могли.
   - Говорили мне когда-то - бойся своих желаний, они могут исполниться. Домечтался, дурак, - признался Таенн Морису. - Знаешь, о чем я последние сто лет мечтал?
   - И о чем? - тот, подняв голову, прислушался к разговорам.
   - Человеком хотел быть, - мрачно ответил Таенн. - Я же старый уже, Сэфес. Очень старый. Мне почти шестьсот лет. Я устал. Сидел как-то, давно уже, и думал - вот бы стать простым, обычным человеком, хоть на сколько. Влюбиться, осесть где-нибудь... и чтобы была семья, и чтобы меня встречала каждый вечер дома та женщина, которой я буду дорог и которая будет дорога мне. И чтобы у меня были дети, которых я бы любил и которые меня бы любили... Во какой дурак, а?
   - Почему дурак?
   - Да потому что вот она, мечта! Мы люди, Морис. Вот сейчас - мы люди. Мы ничего не можем. Мы висим мертвым грузом на Ри и на Ите, и единственное, что в наших силах - это давать им подсказки, которые еще и срабатывают не всегда так, как нужно.
   - Про мертвый груз - это ты точно сказал, - засмеялся Сэфес. Однако веселья в его смехе было мало. - Да, в этом ты прав, Таенн. Я тоже про это думал. Ведь я... - он замялся. - Я был влюблен в свою Встречающую. У нас очень смешно получилось - обе Встречающие старше нас лет на двести. Когда формировался наш экипаж, с нами, как положено, пришла пара Встречающих. А потом, через три рейса, мы познакомились на отдыхе с другим экипажем, из соседней связки, и их Встречающими... в общем, кончилось все тем, что наши бывшие Встречающие ушли к тому экипажу, а Влада и Соня стали работать с нами.
   - Ничего себе! - с удивлением сказал Таенн. - Ну, вы даете.
   - Бард, она для меня была - все вместе. И любимая, и мама, и сестра. Когда они появились, мы из рейсов стали выходить... как домой бежали, ни одного сбоя. Очень редко у кого бывает, когда Встречающий целиком и полностью способен заменить Сеть - любовью. Очень редко. А у нас это было.
   - Почему ты говоришь - было?
   - Бард, ты забыл, что мы трупы? - бесстрастно сказал Морис. - Я говорю "было", потому что я Владу больше не увижу. И мой второй не увидит Соню. И никогда больше в своей жизни, которая уже кончилась, меня никто не погладит по голове утром и не спросит, как я спал. Потому, что это для всех мы - Сэфес, а для них...
   - Морис, а какой расы ваши Встречающие?
   - А, дошло, наконец. По именам угадал? Имена искажены, разумеется. Они - Нэгаши.
   Таенн потрясенно молчал, уставившись на Сэфес во все глаза. Тот ответил безразличным и нарочито спокойным взглядом.
   - Так что давай не будем про мечты, - после минутного молчания заключил Морис. - Теперь ты можешь догадаться, кем я на самом деле хотел быть.
   Таенн покачал головой.
   - Мог бы и раньше рассказать... Эх, вы, образцово-показательный молодой экипаж Сэфес, - проворчал он. - Хотя, конечно... да. О таком рассказывать... лучше уж вообще молчать.
   - Я не знаю, почему я рассказал тебе об этом сейчас, - добавил Морис. - Слушай, пойдем в город на разведку, а затем найдем наших. У меня странное ощущение, я бы хотел поговорить хотя бы с Итом.
   - Ты еще скажи - со Скрипачом.
   - А на Скрипача я бы хотел посмотреть.
  

* * *

  
   Скрипач танцевал на маленькой рыночной площади, которую сейчас вместо торговли приспособили под танцы, просто растащив в сторону торговые лотки. Дурно и бедно одетые люди, разбившись на пары, шаркали ногами в пыли под медленную музыку, доносившеюся из открытого окна дома, стоящего в узком конце площади. Томная, вычурная мелодия снова показалась Барду слишком уж примитивной и скучной, но людям она явно нравилась - женщины смотрели на мужчин лукаво, мужчины вели партнерш по танцу бережно и достойно, что плохо вязалось с их нищенским видом.
   Скрипач, разумеется, танцевал один. Он кружился под музыку в самом центре площади, а вокруг него двигались пары. Он заметил подошедших Мориса и Таенна только тогда, когда музыка, наконец, стихла - и тут же побежал к ним, расталкивая людей и улыбаясь.
   - Привет, привет, - улыбнулся Таенн. - А где наши-то?
   Скрипач на секунду задумался, затем просиял, схватил Таенна за руку и быстро повел куда-то вглубь квартала, по узкой улочке. Вскоре он остановился у полуподвальной двери, ведущей в маленькое кафе, и торжественно показал на эту дверь пальцем.
   - Ага, понятно. Ну, спасибо.
   Дверь открылась, из нее вышел Ит.
   - Он вас привел?.. Отлично. Скрипач, ты если хочешь дальше танцевать, никуда не уходи, понял? Или жди нас там, или иди сюда, - строго сказал он. Скрипач радостно кивнул и умчался. - Хорошо, что он слушаться начал, - добавил Ит. - Полтора часа уже торчит на этой площади. Пришлось завсегдатаям объяснить, что он псих и музыку очень любит, его обещали не трогать. Слушайте, что в городе творится...
   В городе, как выяснилось, совсем недавно произошла самая настоящая революция. К власти сумела прийти оппозиция, возглавляемая генералом Орде Ральдо, причем случилось это всего лишь неделю назад. И город, и всю страну лихорадило. Сегодня генерал женился на своей новой пассии, радиоведущей Марии Дельгато, и вечером, после захода солнца, предполагалась его торжественная инаугурация на президентский пост.
   - Два года, - подытожил Леон. - Два года назад она сидела в таком же баре, не зная, что с ней будет завтра. А сейчас она уже фактически стала первой дамой страны. У меня в голове это как-то не очень укладывается.
   - По радио сказали, что они сегодня после церемонии будут выступать для народа лично, с балкона здания конгресса, - добавил Ит. - У меня ощущение, что мы завязли в... как бы это правильно сказать... Таенн, вот ты - Безумный Бард. И вот поскольку ты безумный, скажи - это все не безумие?
   - Это не безумие. Это аномалия, - серьезно ответил Таенн. - Политика - обширная область науки, которую нас в свое время заставляли изучать. Их вон тоже заставляли, - Таенн кивнул в сторону Леона и Мориса. - И они могут подтвердить, что такой процесс не может идти на такой скорости. Говорю же, сиур не стабилен, оттуда и аномалии, и сбои. Сильно подозреваю, что похожие процессы сейчас идут на всем этом шарике.
   - А вот и нет, - Ри отвлекся от вычислений. - Таенн, все нормально, я почти закончил. Мне, собственно, осталась только проверка. Не идут "на шарике" похожие процессы. Наоборот, то, что Ральдо и Мариа столь быстро оказались у власти, все считают феноменом.
   - Вот даже как... Слушайте, а чего мы про них все говорим? - Морис тряхнул головой. - Меня больше волнует, удастся ли нам отсюда выбраться. Ну, пришли они к власти, и что? Нам-то что с того?..
   - Мы говорим, чтобы отвлечься от более серьезной проблемы, - задумчиво ответил Таенн.
   - Народ, еще полчаса, и я свободен. Подождите меня, пожалуйста, - попросил Ри. - Вы бы пока что-нибудь съели, что ли. Или выпили.
   - Что у тебя получается? - спросил Таенн, подсаживаясь к Ри.
   - У меня все нормально получается. Кстати, никто не хочет сходить со мной к конгрессу? Я понимаю, что это бред, конечно, но мне бы хотелось... на нее посмотреть, - попросил инженер.
   - Я - за, - тут же откликнулся Морис. Таенн почесал нос и добавил:
   - Я тоже за, мне интересно.
   - Вы все помешались, - с ужасом констатировал Ит.
   - Скажи про это Скрипачу. Много ее портретов он за сегодняшний день собрал? - ехидно спросил Бард.
   - С десяток, но я разрешил оставить только те, что поменьше, - сдался созидающий. - В общем, я так понимаю, что после расчетов мы идем к конгрессу, смотреть на семью Ральдо-Дельгато.
   - А потом делаем отсюда ноги, - подытожил Таенн. ОКОНЧАНИЕ - НА ЛИТРЕС

Популярное на LitNet.com М.Атаманов "Искажающие реальность-6"(ЛитРПГ) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров. Арена"(Уся (Wuxia)) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) А.Шихорин "Ваш новый класс — Владыка демонов"(ЛитРПГ) F.(Анна "Избранная волка"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) Д.Игнис "Безудержный ураган 2"(Уся (Wuxia)) Д.Маш "Искра соблазна"(Любовное фэнтези) Е.Азарова "Его снежная ведьма"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"