# Сканируя старые плёнки

Николай Владимирович Беляев

Небольшая зарисовка под настроение - о нашей истории.

Сканирую старые плёнки.

На самом деле - не сканирую, конечно. Матовое стекло с подсветкой снизу, поставленный на упор фотоаппарат в макрорежиме. Стёкла, рамка, рулончики плёнок. Одна плёнка - 15-20 минут. Это не всё, конечно - потом ещё обработка на компьютере...

Плёнок много. Сколько? Я не знаю. Только в этой коробке, что стоит у меня под ногами, их штук двести, и эта коробка не единственная.

Почти фотоархив. Впрочем, почему "почти"? Фотоархив и есть. На коробке стоит пометка: "70-80 годы ХХ века". А на самом деле попадаются и плёнки из шестидесятых...

Тогда, сорок с лишним, а где-то и пятьдесят лет назад их снимал человек, которого помнят многие из старшего поколения - учитель, фотограф, преподаватель фотокружка... и внештатный корреспондент местной газеты. Хороший человек с непростой судьбой.

А знает ли его нынешняя молодёжь? Вряд ли. Кто он для них? Просто ещё одно имя, которое очень быстро выветрится из головы...

А ведь он оставил нам это вот наследство. И наследство бесценное.

Нашу историю.

Рулончик плёнки, обёрнутый в старый тетрадный листок. Подписано - 100-летие Ленина... Значит, 1970 год. Колонна молодых ребят с портретом Владимира Ильича, идущая по дороге. Где это? Что за деревянные дома на заднем плане? Понимание приходит не сразу, лишь после просмотра нескольких кадров: виден дом культуры, каменное здание, построенное ещё в 20-х, возвышается над одноэтажными домами. Значит, на снимке одна из главных улиц города, просто ещё нет пятиэтажек, да и деревьев вдоль дороги нет и в помине...

Новая плёнка. Вот удивительно - цветная! А год... год не понять, не подписан. Что на ней?

Улица... недалеко от моего дома. Пустая, машин почти нет - едет лишь одинокая легковушка. Парк - деревья в нём совсем маленькие, далеко не те великаны, что сейчас. Клумба у входа осталась до сих пор, а вот статуи женщины с ребёнком, что встречает входящих в парк приветственным взмахом руки, давно уже нет - сейчас от неё и постамента не осталось... Дебаркадер на реке - сейчас по реке нет и пассажирского движения, не то что вокзалов-дебаркадеров. Церковь на пригорке - ещё обшарпанная, не восстановленная, а ракурс - почти тот же самый, что на снимке Прокудина-Горского 100-летней давности...

Очередной рулончик. Локомотивное депо, семидесятые. Лица людей, склонившихся над станками. Машинист за контроллером тепловоза. Лекция в мастерской - люди в спецовках, массивный старинный стол, фрезерный станок на заднем плане...

Новостройки в городе. Новостройки? Сейчас эти дома уже старые, а тут они только ещё возводятся. Ещё не убраны рельсы, проложенные по городу во время войны - когда бомбили станцию, поезда шли в обход, по улицам. Тогда, в 70-е, они ещё были, хотя вокруг вовсю строились новые дома - строились для людей. Для новой, счастливой жизни. Время строительства... время надежд.

Корабли на реке. Всего лишь катера, конечно - рыбнадзор, сейнеры... Среди них гордо идёт маленький несуразный пароходик с длинной трубой, с пушками на носу и на корме, с пулемётом на рубке. Неужели? Да, тот самый, что стоит сейчас в мемориале речникам, намертво вмурованный в бетон. А тут его встречают - похоже, на набережной собрался весь город. Флаги, транспаранты, пионеры... и ветераны, речники огненных лет, на палубе пароходика.

Школьники, весело катящие тележку с металлоломом. Праздник в парке - проводы зимы. Гонки на санках, смеющиеся дети, кружащиеся карусели... Портреты очень серьёзных школьников для доски почёта. Где они сейчас, эти ребята? Многим из них уже далеко за полтинник...

Целая плёнка из больницы. Терапевт, нянечки, палаты с больными на железных кроватях, операционная, детишки в игровой комнате больницы, удивлённо глядящие в объектив...

Сорокалетие обороны города. Ветераны-лётчики, что-то рассказывающие детям. Пионер, осторожно трогающий медаль на груди ещё крепкого старика... Жив ли кто-то из этих лётчиков ветеранов до сих пор? Уже нет. Осталась лишь память... Они же, ветераны, у памятника лётчикам. Зима, всё завалено снегом - наверное, они вспоминают ту зиму в конце сорок первого...

День Победы. Ещё нет никаких "бессмертных полков" - идёт колонна ветеранов. Впереди мотоциклисты с флагами, БРДМ из местной военной части, которой уж лет двадцать как нет... Шагают те, кто защищал город тогда. Сколько их осталось? Крохи. Сколько полегло в здешних болотах? Много... очень много.

Идут ветераны. На груди - иконостасы медалей и орденов. Не только юбилейных - в основном боевых. Пионеры вдоль улиц вскинули руки в салюте...

Выключаю фотоаппарат - надо сделать паузу. Руки дрожат. Становлюсь излишне сентиментальным? Возможно.

Мне приходилось просматривать старые фотографии в государственном архиве. За деньги. Фотографии, исчерченные водяными знаками вдоль и поперёк. Со строгим запретом сохранять их себе. Такие же фотографии, на которых застыла тогдашняя жизнь... наша жизнь и история.

История не должна лежать под семью замками.

Люди должны видеть её. Видеть как можно чаще.

Может быть, тогда мы научимся делать из неё выводы...

Спасибо тем, кто сохраняет её для нас. Ты запечатлел её, фотограф. Твои дети сохранили её. Я... я тоже приложу свои силы, чтобы она дошла до людей.

Сканирую старые плёнки...