Белостоцкий Андрей Борисович: другие произведения.

Аполлон 35

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Видимо просмотр последних фантастических фильмов так на меня повлиял, что мне приснилось нечто подобное. Тут судя по всему по чуть-чуть от Гравитации, Марсианина, Интерстеллара и каких-то других фильмов, включая Аполлон 18. Впрочем сознательно я не смешивал. Уж что приснилось - то приснилось.


   Аполлон 35

- Аполлон, вы отклоняетесь от траектории. - Голос центра управления был женским. Это определённо было очень плохим признаком. Женским голосом пользовались тогда, когда ситуация действительно требовала внимания.
   - Вижу. - Голос капитана был спокоен. В нём не чувствовалось даже испытываемой перегрузки. - Что-то не так с грузом.
   - Масса груза превышает расчётную. - На этот раз голос был мужским. - ЦВМ выдаёт расхождение в пять килограмм. Корректируем.
   - Принял, Хьюстон. - Голос капитана не изменил выражения.
   - П-перегрузка на м-минуту дольше. Д-делов-то. - Бронислав Кочетов, штурман-техник Аполлона, всегда отличался оптимизмом. Иногда явно напускным, иногда настоящим. Возможно это было неотъемлемым свойством русских космонавтов. Точно Эндрю не знал.
   - Аполлон, корректировка произведена успешно. - Голос центра управления опять был женским.
   - Не вижу массы, Хьюстон. - Капитан сначала не изменял тона, а затем резко рявкнул. - Повторяю, не вижу массы. Джейн, проверка!
   - Есть капитан. - Радиотехник Джейн Моро была в экипаже единственной женщиной. - Подключен второй контур. Видеосигнала в грузовом модуле нет.
   - Не вижу массы! - Повторил капитан. Эндрю и сам сейчас во все глаза следил за массометром удалённого управления. Показания вместо плавного снижения, вызванного затратами топлива, изменялись скачками. Словно в индикатор вселился демон предсказатель скорости копирования файлов.
   - Сбита центровка груза. - Подтвердил женский голос.
   - Аполлон, у вас биения! - Мужской голос. Вторя ему немедленно зажглись красные огни аварийных сигналов. - Корректировка не подходит. Вы отклоняетесь.
   - Вижу. - Подтвердил капитан. - Есть указания?
   - Мы работаем над этим. Сейчас будет пересчёт. - В голосе центра не слышалось особенной уверенности.
   - К-капитан, это м-мяч для к-картошки! Подложили! - Просипел Кочетов. - Ш-шутники.
   - Хьюстон, у нас версия. - Капитан явно не оценил шутки. Если это была шутка.
- Слышим вас Аполлон. - Подтвердил центр. - Приняли.
   - Есть масса! - Включился в разговор Эндрю Васкес, второй пилот, последний из четырёх членов экипажа.
   - Корректировка совпадает. - В голосе капитана явственно прорезалось удовлетворение.
   - Аполлон, через шесть минут нужна будет ручная корректировка. - Предупредил центр. Красные огни погасли.
   - Вижу отсчёт. - Подтвердил капитан. - Готов к разблокировке маневровых по команде.
   - Контуры связи исправны. - Доложила Джейн. Капитан только поднял ладонь в качестве ответа.

Эндрю был вынужден признать, что взлёт получился ещё более нервным, чем ожидалось. И не только потому что взлёт на Сатурне-8 всегда представлял собой ту ещё нервотрёпку. (От одной только вибрации при старте можно было выплюнуть свои зубы, не говоря уже о содержимом желудка.) Вся экспедиция представляла собой одну большую проблему, аккуратно собранную из множества маленьких.
  
   Начать с того, что в экипаже были спешно заменены аж двое астронавтов. И если против русского Кочетова Эндрю не мог возразить ничего кроме солидарности с исключённым Джимом Таю, то "первая женщина на Луне" едва не убедила Эндрю самого отказаться от полёта. До сих пор у Эндрю никогда не было проблем с экипажами, он слыл самым удобным в психологическом плане астронавтом, но тут... Впрочем, психологи не заметили трудностей Эндрю, а им лучше знать. Джейн Моро была отличным радиотехником и не только. Сексизмом Эндрю тоже не страдал. Но вот её воинствующий креационизм и фанатичная вера... Эндрю искренне не представлял себе, как человек увидевший космос может продолжать цепляться за средневековые предрассудки, да ещё с таким немыслимым упорством. И как такой человек вообще может попасть туда, где всё зависит не от молитв, а от точного расчёта, твёрдости разума и скорости реакции? Очевидно это было сделано по политическим мотивам, будь они неладны.
  
   Та же политика гнала Аполлон 35 к Луне в то время как китайцы разумно сделали паузу в своей лунной программе. Америка не могла проявить слабости. Первая постоянная лунная база должна была быть американской, а не китайской. И наплевать, что комета Шомасса вот-вот обдаст своим хвостом все окрестности. Для НАСА это лишь повод использовать преимущества американских модулей в экранировании. Мы можем не прерывать постройку базы. Аполлоны будут летать по графику. Аполлоны будут летать с опережением графика. Даже если стартовать надо не из США с мыса Канаверал, а с Байконура. Даже если стартовать надо верхом на русском носителе лишь из вежливости названном Сатурном. Даже если из-за этого надо принять русского в экипаж.
  
   С другой стороны, задачи у экспедиции были довольно рутинные. Насколько рутинными могут быть полёты на Луну. В грузовом отсеке Аполлона были аккуратно упакованы компоненты первого лунного строительного аппарата. Орфей представлял собой универсальный аппарат - это был и кран, и экскаватор, и бур, и вездеход. С его помощью и с помощью некоторых других, не столь универсальных и шикарных аппаратов, а также взрывчатки экспедиция должна была вырыть на луне настоящий котлован. А в этом котловане следовало смонтировать основу базы из стеклоблоков, которые в автоматическом режиме создавал доставленный предыдущим Аполлоном модуль Дедал.
   Программа исследований была мизерной. Собственно, креацианистские бредни Джейн Моро составляли большую их часть. Остальное было обычным сбором наблюдений. Фактически Эндрю был теперь не столько бравым исследователем космоса, каким мечтал быть с детства, сколько строителем. Но всё же не обычным строителем. Строить предстояло там, где люди шестьдесят пять лет назад даже высадиться могли в лучшем случае на день. Теперь же у астронавтов был модуль Гера, позволявший задержаться на Луне на месяц, а если возникнут проблемы со взлётом, то и на два. И где-то на другом конце Луны был недостроенный китайский Кьенчанши, который надо было обогнать.
Что ж, под командой капитана Оливера Смита это было вполне реально. Это был настоящий ветеран космонавтики, успевший полетать ещё на МКС, когда США ещё не упустили лидерство в изучении космоса. Очень опытный астронавт, про которого многие говорили, что ему не особенно то и нужен экипаж. Сам быстрее справится.
  
   - Так, мы потратили немного больше топлива, чем планировалось, но это не проблема. Проблема в том, центровку восстановить нужно как можно быстрее, прежде чем мы начнём разгонятся на вторую космическую. - Капитан был спокоен и обстоятелен как всегда. - Эндрю, пойдёшь ты.
   - Есть, капитан! - Кивнул Эндрю.
   - К сожалению, мы не можем стравить давление в модуле. Если там действительно полетал мяч, то это может быть опасно. - Капитан покосился на Кочетова. - Так что мы лишь выровняем давление с этой стороны. Слава, пожарным будешь ты.
   - Есть, кэп. - Кочетов картинно козырнул.
   - А вы, Джейн, следите за телеметрией. - Очевидно капитан добавил это бессмысленное указание, чтобы поручить Джейн хоть что-то. Девушку явно мутило от невесомости.

- Видимых повреждений нет. - Эндрю без проблем прополз в модуль и огляделся. - Ищу мяч.
   - На детекторах всё в норме. - Пробубнила Джейн.
   - Хорошо. - Капитан привычно не проявлял эмоций.
- Вижу следы незакреплённого объекта. - Отрапортовал Эндрю. На прочном капроне некоторых пакетов виднелись явные царапины. Один из ремней был почти разорван. Такого не сделать мячом.
   - Что там, Эндрю? - Запросил уточнений Капитан.
   - Царапины, капитан. Словно кто-то высыпал металлические опилки. - Эндрю осматривал камеры. Обе ударопрочные камеры оказались бесполезны, потому что что-то буквально измочалило провода. - Такое чувство, что провода кто-то грыз.
   - Матерь божья. - Выдохнула Джейн.
   - Энди, ты там поосторожнее. Если найдёшь какое-нибудь инопланетное яйцо, не смотри. - Прокомментировал Кочетов.
   - Вижу посторонний объект. - Эндрб сначала отпрянул, а потом рассмеялся. - Ребята, вы не поверите! У нас безбилетник.
   - Пилот, докладывайте по форме. - Несмотря на строгость слов в голосе капитана было облегчение. Над опасностями не смеются.
   - Капитан, это кот. - Эндрю протянул руку к клубку меха, вцепившемуся в мешок с запчастями. - Или кошка. Живая.
   - Ясно. - Удивить капитана было не просто, но в этот раз явно удалось. - Что-нибудь ещё?
   - Несколько ремней порваны. Сейчас закреплю и возвращаюсь.
   - Лоток для кота прихвати. - Не удержался Кочетов.
   - Лоток не потребуется. - Капитан как обычно не оценил юмора. - Джейн, обеспечьте ёмкость для живности. У вас должны быть запасные.
   - Есть капитан. - Девушка замялась. - А если не влезет?
   - Посмотрим. - Уклончиво ответил капитан.
  
   Неожиданного пассажира Кочетов сразу обозвал Чебурашкой, ссылаясь на русскую сказку. Сказал, что был такой зверь, которого случайно с продуктами перевезли откуда-то. Никто не стал спорить. Обычная пятнистая трёхмастная кошка была абсолютно непредставима в лунной экспедиции. К счастью, у капитана был опыт общения с живностью ещё с МКС. В принципе, кошку можно было сохранить живой на время экспедиции, но нужно было собрать для её содержания специальный контейнер. А пока её поместили в ёмкость из-под гигиенических картриджей. Джейн даже засунула туда несколько пакетов и слой пузырчатой плёнки. Всё же Чебурашке ещё предстоял очередной раунд перегрузок, пусть и не таких жестоких как при взлёте.
   Может из-за уже перенесённых перегрузок, а может просто из-за страха Чебурашка была на редкость расположена к людям. Вцеплялась в скафандры намертво, пробовала их лизать, мурлыкала. Этим ей удалось растрогать большую часть экипажа и почти весь центр полётов. Даже оба центра, учитывая российский дублирующий.
  
   Для себя Эндрю отметил, что к первой женщине на луне присоединится не только первый русский космонавт, но и первая кошка. Многовато первых для рутинного полёта. И наверняка фото Чебурашки будет в сети более популярно, чем фото всех остальных участников вместе взятых. Формально Эндрю присутствовал при уникальном событии. Ему даже захотелось забрать после полёта кошку к себе. Тайно. Чтоб животное не замучили папарацци. Кочетов же отметил, что у них принято первыми на новоселье запускать в дома кошек, а традиции -- это святое. Чем ожидаемо моментально вывел из себя Джейн, немедленно заявившую, что русские суеверия космонавтов богопротивны и отвратительны. Видимо до сих пор не отошла от того случая, когда Кочетов перед взлётом остановил автобус и прилюдно помочился на колесо этого самого автобуса. Такая вот у них традиция, мол. Кто знает, может и не врал? Про обязательный просмотр странного древнего вестерна ведь не соврал.
  
   ***

Пока на Земле проводили расследование того, как на борт Аполлона могла попасть Чебурашка, астронавты достигли Луны. Чебурашку со всеми возможными удобствами поселили в самодельном контейнере, собранном по инструкциям присланным из центра полётов. На Земле наверное немало позабавились, прикидывая из чего астронавты могут таковой собрать. Астронавты уж точно позабавились. Надо сказать, что сам полёт за исключением работ по "кошкоустройству" был делом достаточно скучным. Чему следовало только радоваться. Полёты заполненные сложными интересными задачами редко позволяли выполнить все поставленные цели. И вообще выжить. В любом случае, Чебурашка теперь не должна была погибнуть, когда из модуля откачают воздушную смесь.
  
   Аполлон 35 в штатном режиме вышел на орбиту Луны, связался с беспилотным Телемахом -- центром наблюдения за лунной поверхностью, а после этого без особых трудностей сел рядом со станцией Гера. В отличие от многих более старых Аполлонов нынешний не оставлял на орбите Луны пилотируемый модуль. Установка секции необходимой для возвращения предполагалась на Телемахе, с которым требовалось состыковаться на обратном пути. Вместо раздельных пилотируемого и посадочного модулей Аполлон 35 нёс к Луне только посадочный, но с полноценным грузовым отсеком. Последний по прибытии предполагалось разобрать до основания, чтобы из его деталей собрать сначала модуль Гера-4 для поверхностной станции, а позже применить для монтажа внутренних помещений Сент-Огастина, первой долговременной станции на Луне.
  
   Успешное приземление ознаменовало собой завершение скуки полёта и начало активных действий. Посадочный модуль приземлился в наилучшее время для проведения работ -- лунный вечер. Скоро должна была наступить лунная ночь с её стотридцатиградусными морозами, а после недолгого лунного утра - иссушающий лунный день, в течение которого никакие работы с нынешним снаряжением провести было решительно невозможно. Так что работать астронавтам следовало максимально оперативно.
  
   Место закладки Сент-Огастина выглядело так, как и должна выглядеть стройка. Огромная куча щебня и пыли -- на метр засыпанный реголитом корпус станции Гера - по сути был теми самыми вагончиками, в которых ютятся рабочие при строительстве зданий. Везде были следы траков Сизифа и его заборников грунта. Изрытый Дедалом участок тут и там "украшали" брошенные роботом готовые плиты из стекловолокна. Часть из них не выдержала испытания солнцем и покололась, но у экспедиции был немалый выбор. Посреди всего этого строительного "великолепия" гордый флаг США смотрелся несколько запылённым недоразумением.

У каждого из астронавтов была масса работы, а ведь работоспособность в лунных условиях отнюдь не высока. Пусть сила тяжести здесь куда меньше земной, но вряд ли это можно назвать большим удобством, когда ты обременён чертовски неудобным скафандром, который легко фатально повредить при любом неудачном падении. Всё приходилось делать медленно и осторожно. Однако большая часть действий была натренирована до автоматизма. Так Кочетов был похож на безумного паука со всеми своими проводами, которые он деловито протягивал между заданными узлами. Джейн Моро была похожа на панду-садовницу, когда методично раскладывала основную антенну. Эндрю и капитану выпали расконсервация Геры и сборка ровера. Без ровера перенести всё необходимое с посадочного модуля было попросту нереально. Нельзя было прилуняться слишком близко и к Гере, и к месту будущего котлована.
  
   Центры управления получали постоянную телеметрию происходящего и контролировали ход работ. Единственным участником неспособным как-то позитивно повлиять на происходящее была Чебурашка. Кошка была вынуждена тихо сидеть в своём герметичном контейнере. И надо сказать, Эндрю ей нисколько не завидовал.
  
   Первый раз на Эндрю накатило тогда, когда он проверял давление в Гере. В какой-то момент Эндрю почувствовал себя не в суперсовременном космическом модуле, а в старом деревенском доме, вроде того, что был у его бабушки в Калифорнии. Такой весь из себя деревянный, только печь металлическая, установленная на огромном вкопанном камне, являющемся частью фундамента. А рядом камин. Декоративный, ибо кому же захочется в наше время топить камин? Только труба печи уходила в недра этого камина, выдавая, что он как минимум когда-то выполнял функции вентиляции. В руках у Эндрю была заслонка, которой регулировалась печная тяга. При этом никуда не делся скафандр. Прежде чем Эндрю успел хотя бы удивиться, ощущение прошло. Он снова смотрел на циферблат манометра, дублирующего цифровой индикатор. В руках была отвёртка на ремешке, привязанном к пряжке манжета.
   Эндрю никогда раньше не испытывал галлюцинаций. Даже в колледже, когда любой порядочный студент обязан что-нибудь эдакое попробовать, избежал подобного опыта. Эндрю имел достаточно внешних признаков типичного латиноса, чтобы любые проблемы связанные с наркотическим опытом полностью перечеркнули любые будущие перспективы. Для Эндрю это было бы хуже смерти.
   Теперь перед Эндрю встала дилемма. С одной стороны следовало сообщить о таком капитану, как штатному врачу экспедиции. С другой признаваться в галлюцинациях... Прежде чем Эндрю успел решить для себя этот вопрос, капитан обратился ко всем сам.
  
   - Все в порядке? - Особой обеспокоенности тон капитан не выражал. Как всегда.
   - Был перебой со связью. - Отрапортовала Джейн. - Мощные помехи.
   - Аналогично. - Подтвердил Кочетов. - Все неэкранированные чипы ушли в ресет.
   - Эндрю? - Спросил капитан, ее дождавшись ответа от Эндрю
   - Порядок, командир. - Автоматически ответил Эндрю.
   - Хорошо. Хьюстон, у нас порядок. Есть версии, что это было? - Капитан обратился к центру.
   - Помехи вызваны приближением кометы Шомасса. Как и ожидалось. - Хюстон был спокоен.
   - Ожидалось, что большая антенна решит проблему связи. - Напомнил капитан.
   - Слишком небольшое время. Видимо не успела пройти подстройку. - У Хьюстона всё было под контролем. - Когда будет новая волна, более длительная, мы сможем проверить.
   - Ясно. И часто это будет?
   - Обсерватории пока не пришли к единому мнению. Пока очевидно только, что Земля зацепила хвост кометы, и его ошмётки какое-то время покрутятся вокруг, пока часть не сгорит в атмосфере, а часть не улетит дальше.- Голос оператора выдавал чувство вины. - Это не какие-то конкретные объекты, чью траекторию относительно легко вычислить.
   - Ну хоть самим ядром кометы на тут не накроет? - Кочетов очевидно опять шутил.
   - Конечно нет. - Оператор это прекрасно понял. - Даже если взлетите и попробуете его поймать.
   - Нет уж, бейсбол это не по моей части. - Кочетов покосился на капитана, жестом показывающего, что пора бы уже заткнуться.
   - Хорошо, Хьюстон. Мы продолжаем работы по плану. - Капитан закончил внеочередной сеанс связи.
  
   Следующий раз накатило, когда вёз на ровере груз баллонов с кислородом. Вместо ровера Эндрю вдруг оказался в древней деревянной телеге. Такой, куда запрягают лошадей. В руках у Эндрю вместо рычага оказался моток поводьев. Лошади перед телегой не оказалось. Поводья просто оказались брошенными на землю. На траву. Эндрю в ступоре уставился на эту траву. Часть поводьев исчезла под телегой, потом телега-ровер остановилась. Эндрю огляделся вокруг. Вокруг был вечер. Над головой было отчаянно синее небо. За спиной Эндрю телега была заполнена огромными стеклянным бутылями из зелёного стекла. Крышки бутылей были обильно залиты то ли воском то ли сургучом. Не было видно ни посадочного модуля, ни его аналога в этом мираже. В том месте, откуда ехал Эндрю была плотная стена кустов. Кустов с большими зелёными листьями. Таких раньше видеть не доводилось. Кустов хватало и слева. Впереди, примерно в полукилометре виднелось довольно странное здание. Это явно был обычный одноэтажный деревянный дом, каких Эндрю немало повидал в Калифорнии, но с некоторыми отличями. Этот дом зачем-то обложили со всех сторон ящиками с песком и землёй. Даже плоская крыша была уставлена этим ящиками. И окон у дома не было. Очевидно так в этом мираже выглядела Гера, куда Эндрю следовало доставить груз.
   Правее возвышалось некоторое количество одиноко стоящих деревьев, за которыми начиналась полноценная опушка леса. Кое-где торчали бетонные плиты, местами поколотые и даже поросшие травой. Эндрю покрутил головой в поисках Дедала. Стало неожиданно интересно, как подсознание преобразует конструкцию робота. Ещё Энгдрю пытался высмотреть товарищей, но Кочетов с Моро были внутри Геры, а капитан остался позади. Радиосвязи разумеется не было. Хотя как и в прошлый раз Эндрю остался при скафандре.
  
   Эндрю аккуратно слез с телеги и потрогал деревянное колесо. Перчатки скафандра не особенно помогли в этой попытке. А сам скафандр показался Эндрю потяжелее, хотя и не таким как во время тренировок. Прежде чем Эндрю сообразил, как следует поступать дальше, мираж спал. Эндрю стоял рядом ровером. Вокруг был лунный ландшафт. Стало прекрасно видно и посадочный модуль, и холмик Геры. Капитан хлопотал над тюками у зева грузового люка. Появилась связь.
  
   - Капитан, я должен сообщить, что у меня что-то не в порядке с самочувствием. - Практически немедленно первым подал голос Кочетов. - Мне кажется, я начинаю бредить.
   - Ясно. - Сосредоточенно ответил капитан. - Кто ещё?
   - Я... - Эндрю собрал волю в кулак. - Я тоже видел что-то странное.
   - Джейн? - Капитан не дождался ответа радиотехника.
   - По-моему, у меня было видение. - Задумчиво протянула связистка.
   - Ясно, значит все. - Заключил капитан и подключил канал связи с центром. - Хьюстон, у нас проблема.
   - Связь восстановлена. - Ответил центр мужским голосом.
   - У нас тут проблема медицинского характера. - Уточнил капитан. - Эта комета явно действует не только на оборудование.
   - Телеметрия отмечает только повышенное сердцебиение. - Прокомментировал уже другой голос.
   - Вижу. - Согласился капитан. - У нас всех галлюцинации во время волны помех. Очевидно при первой волне они тоже были. Так?
   - Да. Кхм. Точно. - Нестройно ответили все остальные члены экспедиции.
   - Дозиметры? - Немедленно запросил центр.
   - Белый. - Хором отрапортовали астронавты, изучив свои манжеты.
   - Ладно. Пока рекомендуем на время волны укрыться в Гере. - В центре пока явно не знали, что делать с полученной информацией и стремились подстраховаться. Надо сказать, Эндрю такую позицию одобрял.
   - Есть расчёт, когда будет следующая волна? - Деловито осведомился капитан.
   - Предварительные расчёты говорят, что следующая волна будет через два, два с половиной часа и продлится от одной до трёх минут. Пока трудно сказать точнее.
   - Хорошо. Экипаж, через два часа ровно быть в Гере. Это приказ. - Заключил капитан.
  
   По большому счету это указание ничем не помогло. На астронавтов накатывало и в модуле, и за его пределами абсолютно одинаково. Разве что проще стало обмениваться впечатлениями после волн. В частности выяснилось, что видят все ровно одно и то же, а не каждый своё. Причём друг друга видят как есть в скафандрах. И хотя рации молчат или шипят, вполне можно общаться жестами. И не было случаев, чтобы жесты были увидены не так, как показаны. Это было настолько странно, что центр заподозрил астронавтов в непонятно зачем придуманном розыгрыше со сговором.
  
   Волны также вырубали даже самую экранированную технику. С другой стороны тонкий слой алюминия пусть и добавками -- это не слой свинца. И раз уж не помогал даже полуметровый слой лунного грунта, то надеяться на такие экраны было наивно. В итоге даже нельзя было проверить версию хоть сколько-нибудь материального воплощения миражей. Камеры примерно вели запись, но данные или не поступали на записывающее устройство вовсе, или искажались до нечитаемого состояния, несмотря на все усилия Кочетова. Он даже предложил сгонять на ровере до места прилунения одной из первых экспедиций. Там можно было бы забрать старую плёночную камеру. Но капитан запретил. Всё равно за полвека камеры если и сохранили работоспособность, то вряд ли это можно было сказать о плёнках. У экспедиции и так были подобные устройства, но в составе Орфея, хоть и предназначенные несколько для иных задач чем видеозапись. Поэтому капитан поручил Кочетову эти самые топографические датчики переделать в камеры, раз уж неимётся.

Тем временем экспедиция хотя и с перерывами, но продолжала выполнять поставленные задачи. Гера была приведена в полностью рабочее обитаемое состояние. Орфей был собран. С его помощью были собраны подходящие плиты, деланные Дедалом, а неподходящие убраны с территории площадки под котлован. Сам Дедал временно использован для развозки радиоизотопных источников питания на указанное безопасное расстояние от базы. Были подготовлены подрывные элементы. Можно было начинать создание котлована.
  
   Из-за задержек астронавты не смогли полностью выдержать график, поэтому кроме прочего пришлось монтировать осветительные мачты до подрывных работ. Без дополнительного освещения работать стало абсолютно невозможно. Солнце было у самого горизонта и перепады естественного освещения при любом повороте заставляли нещадно мудрить со светофильтрами.
  
   Эндрю насмотрелся на Орфей в обеих ипостасях. Во время работы Орфей был похож на цистерну с ножками, гусеницами, огромным хвостом и головой муравьеда. Когда накатывала волна Орфей превращался в паровой экскаватор с хитрой системой тросов и противовесов. Эндрю даже не представлял себе, что такие машины когда-то действительно существовали. Никто из членов экспедиции о таких не знал, пока они не начали закачали информацию о таких с Земли. И да, они действительно были точь-в-точь такими, каким становился для астронавтов Орфей во время волны. Самое поразительное, что он продолжал во время волны работать по заданной программе. Как говорил Кочетов, это из-за системы управления не задействующей оперативную память при работе, всё с помощью ПЗУ. Такие могли работать даже в реакторе, что им волны помех?
   Если над обликом Орфея в мираже работал Эндрю, то выбрал бы не экскаватор, а пылесос. У настоящего Орфея не было никакого ковша -- только раструб, которым засасывались в отводящую трубу пыль и куски породы, впрыскиватель и несколько перфораторов призванных дробить в обломки куски покрупнее. Впрочем примерно такого же мнения Эндрю был о названии Орфея. В Орфее не было ничего музыкального, если не считать вибрации от работы. У него даже не было Эвридики. Эндрю даже проконсультировался с сетью по этому вопросу.
  
   Орфей аккуратно очистил площадку котлована, и его отогнали. Дальше нужно было взрывать, иначе Орфей провозился бы не один день, может даже не один лунный день. Да и не хватило бы запасов газа для его работы. Кроме того следовало закончить взрывные работы как можно быстрее. Пока не стало совсем запредельно холодно. В случае, если взрывы повредят каким-то образом кабели питания от радиоизотопных источников, то астронавты могли банально замёрзнуть, не успев устранить проблему.
  
   Всё увеличивавшиеся по длительности волны не добавляли скорости работам. Центр даже дал добро на проведение некоторых наиболее простых работ во время волны, поскольку никаких следов вреда для здоровья пока выявлено не было. По крайней мере теми средствами, которые были в распоряжении экспедиции. Так Эндрю посмотрел на взрывчатку и в виде аккуратных полимерных блоков, и в виде архаических динамитных шашек с пороховыми шнурами.
   Зато и длительность волн, и время их прохождения теперь были вычислены на Земле. Расписание волн было у каждого астронавта. Можно было рассчитывать, что непредвиденных случайностей больше не будет. Странные миражи постепенно стали всего лишь спецификой этого полёта. Путь неизученной, таящей угрозу, но хотя бы не в ближайшей перспективе. Надо было только вести себя это время особенно осторожно.
  
   Тем временем Кочетов собрал из запасных датчиков Орфея полноценные плёночные кинокамеры, даже смог подключить их к общей системе видеонаблюдения, но пока не решил вопрос освещения. Такие камеры оказались к освещению весьма чувствительны. И без того посредственное качество записей резко падало, когда камеру направляли неудачным образом или в объектив попадал какой-то яркий источник света. Не говоря уже о том, что не слишком большой запас плёнки необратимо таял на глазах. Однако всех успокоило то обстоятельство, что на плёнку никаких признаков миражей не попадало. Это можно было считать однозначным доказательством того, что происходящее является последствием воздействия какого-то неизученного эффекта на чувства астронавтов.
  
   ***

Котлован был готов и очищен. Астронавты пересобрали Орфей в форму монтажного крана. Так можно было начать сборку подземной базы из стеклоблоков. Процесс достаточно трудоёмкий, а без Орфея и вовсе невыполнимый. Блоки следовало вручную снабдить креплениями, а потом по схеме установить в котлован.
  
   Во время прихода очередной волны капитан находился вместе с Джейн в посадочном модуле. Они занимались разборкой пустого нынче грузового отсека. Его нужно было демонтировать в любом случае. С такой ношей посадочный модуль бы попросту не взлетел с Луны. Не хватило бы топлива. Эндрю с Кочетовым были в Гере. Русский космонавт разбирался силовыми кабелями. Те каким-то образом смотались в невообразимый моток спагетти, несмотря на все предпринятые меры. Нужно было распутывать, что не так-то просто делать в скафандре для наружных, поэтому Кочетов был только в обычном костюме. В таком по Луне не погуляешь, но в заполненном воздухом и отапливаемом модуле Геры - самое то. Эндрю только-только вернулся с вахты над Орфеем и должен был заняться монтажом санитарного блока. Смешно сказать, но астронавты пока так и не выкроили времени чтобы собрать полноценный туалет на Гере, что создавало некоторые трудности, учитывая смешанный состав экспедиции. Это следовало исправить, ведь ресурс туалета посадочного модуля стоило экономить а обратный путь..
  
   Во время волны Гера вокруг Эндрю опять превратилась в деревянный дом без окон. Провода, с которыми возился Кочетов превратились в какое-то гротескное подобие запутавшейся рыбацкой сети. А детали суперсовременного санитарного блока перед Эндрю стали кучей досок, пара из которых имела красноречивые полукруглые вырезы.
   Изменился и внешний вид контейнера с Чебурашкой. Вместо тяжёлого даже на Луне ящика с баллоном кислорода перед Эндрю оказалась лёгкая корзинка с кошкой. Ну хоть кошка не изменилась.
  
   Однако Чебураше судя по всему модуль тоже стал представляться иначе. Если раньше она пусть и не охотно, но вполне спокойно сидела в ящике часами, то теперь активно пыталась вылезти. Эндрю был абсолютно уверен, что ничего у Чебурашки не выйдет. Мало ли как там контейнер выглядел -- камеры достоверно показывали, что на самом деле он нисколько не менялся.
   Тем не менее Чебурашка легко сорвала крышку с корзины, в которой визуально сидела, спрыгнула со стола на пол и бодро направилась в сторону шлюза. Сейчас вместо шлюза Эндрю видел две не слишком аккуратные деревянные двери. Между полом и дверями был нешуточный такой зазор, через который Чебурашка легко просочилась.
  
   Кочетов что-то заорал и запутавшись в своей рыбацкой сети шлёпнулся на пол. Эндрю бросился за кошкой. Вбитая в костный мозг привычка заставила Эндрю аккуратно открывать и закрывать двери по-очереди. Ведь на самом деле это шлюз. Мысль о шлюзе стучала в голове Эндрю. Никто не пробовал проходить через шлюз в этом мороке, но наверняка тело Эндрю само привычно крутило рукоятки, а не просто нажимало на красивую резную деревянную ручку. Эндрю выскочил на улицу. Как бы там ни выглядел этот проклятый шлюз, как бы через него не пролезла эта глупая кошка, ещё можно было вернуть её... Успеть...
  
   Эндрю ожидал увидеть кошку лежащей если не на крыльце, то где-то рядом домом. Чебурашка явно была жива и невредима. Она радостно каталась спиной по траве на краю светового пятна. Темнота ночи рассеивалась несколькими керосиновыми лампами, висящими на деревянных столбах. Очевидно так теперь выглядели мачты со светодиодными фонарями. Увидев тяжело бегущего Эндрю, Чебурашка взвилась в воздух и бросилась в темноту.
   Эндрю подумал, что очевидно этот морок нечто большее, чем они думали. Не могла же от него бегать мёртвая кошка? Значит можно успокоиться? Нет! Эндрю осознал, что волна ведь скоро кончится. И если в этот момент Чебурашка останется за пределами модуля, то у неё точно никаких шансов. Эндрю бросил взгляд на часы. Две минуты. За это время надо найти кошку и успеть дотащить её до модуля. Времени мало. Все эти мысли ни н секунду не задержали Эндрю от активных действий. Он всё же не зря готовился годами для полёта. Параллельно с рассуждениям, если можно их так назвать, он уже врубил передние фонари скафандра и бежал за кошкой.
  
   Чебурашка добежала до ближайшего дерева, и как любая порядочная кошка -- сразу же туда полезла. Эндрю встал под древом. Он даже не мог крикнуть Чебурашке, чтобы та спускалась. Астронавт постучал по дереву. Оно казалось удивительно прочным. Вряд ли его можно повалить руками. Залезть? Даже без скафандра это было бы непростой задачей. Чебурашка сидела на ветке и смотрела на Эндрю.
   Таймер показывал сорок секунд до конца волны.
  
   Эндрю попытался подманить Чебурашку жестами. Она даже вроде бы заинтересовалась его движениями, но слезать не спешила. Эндрю зашуршал пальцами по стволу. Кошка явно услышала и посчитала, что с ней хотят поиграть.
   Таймер показал тридцать секонд.
  
   Чебурашка начала осторожно спускаться.
   Таймер показал двадцать секунд.
   Эндрю крепко схватил Чебурашку левой рукой. Она начала отчаянно вырываться. Эндрю бросился к дом-модулю-Гере.
   Таймер показывал десять секунд.
  
   Скафандр был жутко неудобен. Вместо бега получалось что-то неубедительное. Эндрю понял, что не успевает. Никак.
   Таймер показывал пять секунд.
  
   Эндрю успел подумать, что возможно молитвы Джейн Моро не такая уж и большая глупость. Не такая как взять, да и помереть из-за глупой кошки. Эндрю откинул стекло шлема, и его обдало холодным ночным воздухом. Не настолько холодным, как он ожидал. Взвыл и сразу заткнулся зуммер датчика давления. Эндрю затопило забытыми за время полёта запахами. Запах травы. Запах елового леса.
   Уши разрывало разъярённое мяуканье Чебурашки. Не обращая внимание ни на вопли, ни на когти, Эндрю запихнул кошку в шлем. Снизу отвалилась шейная консоль. Панель с микрофоном и соской съехала куда-то вправо, больно зацепив ключицу. Кошачья лапа пропахала Эндрю щёку, а хвост бил по глазам. Эндрю захлопнул шлем.
   Таймер показывал одну секунду.
  
   Эндрю едва не осел на грунт. Вокруг была нормальная Луна. Серая пыль. Перед глазами была пластиковая мачта освещения. Фонарь как путеводный маяк указывал дорогу к Гере. Где-то у живота возилась недовольная Чебурашка.
   - Эндрю! Эндрю! - Вопль Кочетова едва не взорвал мозг. - Ответь.
   - Я в порядке. - Попытался ответить Эндрю, но микрофон был слишком далеко.
   - Эндрю! - Кочетов добавил ещё какое-то незнакомое Эндрю слово, явно на русском.
   - Васкес. Выйди на связь. - Эфир пополнился сосредоточенным голосом капитана. - Слава, что у вас там произошло?
   - Кэп, кошка. Сбежала. Эндрю бросился ловить. - Сбивчиво начал объяснять Кочетов. У него снова появился акцент. Фразы стали простыми, словно он одномоментно забыл какие-то важные правила по их складыванию. - Не в модуле. Где-то бродит снаружи.
   - Ясно. - Капитан как-то понял этот бессвязный лепет. - Эндрю, если ты меня слышишь, дай красную ракету. Джейн, мне срочно нужна телеметрия.
   - Я работаю, капитан. Дайте ещё пару секунд. Есть.
   - Аполлон, доложите ситуацию. - Возник в эфире голос центра. Очевидно связь восстановилась полностью.
   - Хьюстон. У нас Венди. Повторяю, Вен-ди. - Спокойно отчитался капитан и дополнил. - Уточняю ситуацию.
   - Понял вас, Аполлон. - Голос центра всё ещё был мужской. - Кто?
   - Васкес. - Лаконично ответил капитан. И добавил. - Вижу его телеметрию. Показатели в норме, но он не отвечает.
   - Капитан, вижу красный на десять часов. - Вмешалась Джейн. Эндрю наконец удалось дотянуться до сигналки.
   - Хорошо. Идём. Слава, медблок.
   - Уже, кэп.
  
   Зрелище людей бегущих по Луне в скафандре должно было выглядеть забавно, но Эндрю было не до смеха. Капитан с Джейн рисковали сейчас куда больше чем Эндрю. Падение могло закончиться очень печально. Эндрю вышел в пятно света и замахал им руками. Они замедлили ход. Он показал жестом, что всё о`кей.
  
   Все вместе они без приключений добрались до Геры, где Эндрю наконец смог снять скафандр и избавиться от кошки. Нашлась и работа для Кочетова -- он обработал щеку Эндрю и залепил царапины пластырем. Эндрю рассказывал, как всё это выглядело для него. Джейн ахала и гладила сидящую на коленях Чебурашку. Капитан был мрачен. Центр безмолвствовал.
  
   - Получается, что кошка каким-то образом пробежала по лунной поверхности. Голышом. Ты её живую поймал. Потом открыл в безвоздушном пространстве скафандр, запихнул туда кошку и смог закрыть обратно. Так? - Переспросил капитан.
   - Да. - В таком изложении история казалась полным бредом даже самому Эндрю.
   - Хорошо. - Ничего хорошего голос капитана не предвещал. - Может ли быть так, что ты засунул кошку в скафандр ещё в модуле, а потом вместе с ней побегал вокруг?
   - Кэп, я видел, как кошка убежала. - Вмешался Кочетов.
   - Я не уверен, что нам стоит безоговорочно принимать то, что мы видим, как истину. - Покачал головой капитан. - Наше здоровье под сильным вопросом. Нужно посмотреть плёнки.
   - Да, кэп. Сейчас займусь. - Кочетов полез к камере у шлюза.
   - Если камера покажет, как кошка просачивается через шлюз... - Капитан не стал заканчивать фразу.
   - Чудны дела твои, Господи. - Прокомментировала происходящее Джейн. В обычной ситуации это вызвало бы у Эндрю лишь раздражение, но сейчас с ней трудно было не согласиться.
  
   С замиранием сердца Эндрю ждал, что покажет им старомодная бобина плёнки. Даже не видеоплёнки, а киноплёнки. От неё зависело кто из них сошёл с ума -- Эндрю или окружающий мир. Мутноватое изображение на экране было получено устройством не предназначенным для видеозаписи. Изображение было чёрно-белым и дёрганным. Данные по таймингу накладывал уже компьютер. Там не было никаких признаков изменения мира под действием волны. Так было раньше, и так было в этот раз.
   Тем не менее на экране было отчётливо видно, как контейнер с Чебурашкой раскрылся, и кошка выбралась наружу. Чебурашка спрыгнула на пол и смешными прыжками но весьма целенаправленно устремилась к шлюзу. Надо сказать, что астронавты не держали Чебурашку в контейнере постоянно. Ей позволяли немного погулять, когда это было достаточно безопасно. И она никогда не перемещалась так уверенно. Несмотря на всю кошачью ловкость, ей не очень давалось перемещение при небольшой силе тяжести. Обычно она сама забивалась обратно в контейнер, когда ей надоедало подпрыгивать до потолка при любом движении.
   На экране Эндрю в тяжеловесном скафандре как подпрыгивающий носорог пронёсся к шлюзу. Тень от скафандра закрыла кошку, и стало невозможно разглядеть, как она прошла через шлюз. В тёмном пятне могло происходить что угодно. Хотя вроде бы не было видно и того, как Эндрю запихивает кошку в скафандр. На экране Эндрю аккуратно закрыл за собой внутренний люк шлюза и, не забыв откачать воздух, занялся вторым. Но что конкретно он делал в шлюзе было не различить через окошко люка.
  
   - Ничего не видно. - Заключил капитан.
   - Сожалею, кэп. - Кочетов и так сделал почти невозможное с этими кинокамерами. - Я как-то не подумал, что нужна будет наружная камера. Так что нам остаётся разве что искать кошачьи следы в пыли.
- Ты серьёзно? - Даже сам Эндрю скептически относился к шансам найти кошачьи следы на поверхности Луны.
   - У Чиби лапки чистые, нет на них никакой пыли. - Джейн покачала перед астронавтами кошачьей лапой. Чебурашка не оценила такого обращения и вцепилась Джейн в руку выше запястья. Впрочем, без особого толку, комбинезон мог выдержать нагрузки и посерьёзнее чем полушутливая атака кошки.
- Будем искать следы. - Принял решение капитан.
- Серьёзно? - Опять удивился Эндрю.
- Абсолютно. - Кивнул капитан. - Я не думаю, что мы что-нибудь найдём, но проверить надо, чтобы не оставлять неопределённости.
- Возможно это было божественное чудо. - Поддержала капитана Джейн. Она аккуратно запихнула Чебурашку в контейнер. Для надёжности контейнер теперь обматывали скотчем.
- Скорее я поверю, что свихнулся. - Замотал головой Эндрю. - И всё же...
- Эндрю, в любом случае ты больше не будешь рисковать жизнью ради кошки без моего приказа. Это ясно? - Тон капитана не предполагал возражений. Эндрю оставалось только кивнуть. - Пойдём все вместе. Больше никому из нас нельзя оставаться в одиночестве даже на минуту.

Разумеется, никаких кошачьих следов вокруг Геры не было. При этом следы Эндрю неплохо выделялись, хотя вокруг и было уже изрядно натоптано. Астронавты дошли по этим следам до последней осветительной мачты. Казалось, дальше идти не имело смысла. Кочетов посветил в темноту фонарём. В пыли были видны следы Эндрю, ведущие в темноту и идущие обратно.

- Кэп, а мы не ставили запасных мачт под прожектора? - Спросил почему-то Кочетов.
- Нет. - Капитан задал встречный вопрос. - Нужна длинная палка?
- Мне показалось, что там чуть дальше ещё одна мачта. - На эти слова Кочетова в темноту устремилось ещё шесть лучей света. В темноте действительно отсвечивало что-то длинное и высокое.
- Слава, Джейн, проверьте, что там такое. - Приказал капитан, и двое астронавтов последовали по следам Эндрю.
- Капитан, идите сюда, вам надо это увидеть. - Через некоторое время позвал Кочетов и добавил какое-то незнакомое Эндрю слово.

Когда Эндрю с капитаном подошли к Кочетову, Эндрю сначала подумал, что рядом с Джейн действительно стоит мачта освещения, но какая-то уж очень толстая.

- Ты прав Слава. Лучше и не скажешь. - Капитан повторил незнакомое русское слово.

Перед астронавтами возвышалось дерево. Выглядело дерево не очень здорово. Листья съёжились и частично осыпались. Ствол покрылся странными наростами, словно вспух изнутри. Кора была покрыта тонкой светлой корочкой льда. Корни дерева уходили прямо в лунный грунт. Дерево явно умерло.

- Так. - Сказал капитан. - Очевидно, это самое дерево, о котором ты говорил Эндрю?
- Да, капитан. - Подтвердил Эндрю. - По крайне мере очень похожее.
- И вряд ли ты пронёс его сюда в скафандре. - Кочетов как всегда шутил.
   - Дерево определённо погибло совсем недавно. - Капитан обошёл дерево. - Эндрю, это то дерево, с которого ты снимал Чебурашку?
- Да. - Слово далось Эндрю с трудом. Кажется он забыл как дышать.
- Ясно. - Капитан вызвал центр. - Хьюстон, вы хорошо видите?
- Аполлон, у вас там что дерево, настоящее? - Оператор говорил медленно.
- Если вы его тоже видите, то очень на то похоже. - Капитан жестом остановил Джейн, хотевшую подойти к дереву поближе и потрогать. - Не прикасаться!
- Аполлон, мы видим дерево. - Ответил оператор после обычной задержки.
- Оливер, надеюсь, это не какая-то глупая шутка? - В эфире появился голос руководителя полётов.
   - Нет, Тони. Шуточками тут уже давно не пахнет. - Ответил капитан.
- Это биологический объект. Внеземной. Будет карантин. - Добавил руководитель.
- Будет. - Согласился капитан. - Мы возьмём образцы?
- Я запрещаю. - Отмёл предложение руководитель. - Этим будет заниматься следующая экспедиция. У вас совершенно другие задачи. Просто установите наблюдение за объектом.
   - Ясно. - Ответил капитан.
- Но ведь это же самое крупное открытие со времени первой высадки. - Возмутилась Джейн.
- Приказ есть приказ. Мы должны быть рады, что нас пока не отзывают на Землю. - Отрезал капитан. - Возвращаемся. Слава, нужно будет установить видеонаблюдение за деревом.
- Есть, кэп. - Козырнул Кочетов. - Только проку-то от него. Всё интересное происходит в антракте.
- Напоминаю, ходим только парами. Ты с Джейн, я с Эндрю.
   - Капитан, я не мальчик, за мной не нужно приглядывать. - Не выдержал Эндрю. Он думал, что они так пока и останутся в паре с Кочетовым.
- Мы не знаем, за кем из нас нужно будет приглядывать. - В голосе капитана промелькнула усталость. - Мы должны выполнить свою задачу.

Помимо прочего капитан ещё и усложнил график дежурств. Теперь дежурить тоже надо было парами. Это было жутко неудобно и в очередной раз замедлило проведение работ.. Хорошо хоть наиболее важные можно было выполнять дистанционно управляя Орфеем и Дедалом. Однако, когда дело дойдёт до сборки внутренних помещений базы... Времени на выполнение миссии оставалось всё меньше. Волны искажающие реальность становились всё длиннее, промежутки между ними всё короче.
  
   Зато теперь астронавты могли себя почувствовать какое-то время почти как на Земле. Открылись и другие позитивные особенности этих странных волн. Например, пока они длились, почти не расходовался ресурс поглотителей углекислоты модуля.
   А ещё можно было разговаривать друг с другом. Всё равно кроме этого можно было разве что спать. Не так уж много работы можно было безопасно проделать вовремя искажения. Таким образом не один час астронавты провели обсуждая происходящее. Было высказано множество версий. Вспоминали классическую книгу Лема - Солярис, предполагая, что комета является своего рода чуждым разумом, пытающимся заключить контакт с людьми или просто изучить человечество на примере экспедиции. Вспоминали старый фильм Матрица, гадая, не оказались ли астронавты в зоне ошибок эмуляции реального мира. Обсуждали идею пересечения параллельных миров. Даже читали материалы Джейн Моро по принципам творения. Но все эти версии если и объясняли происходящее, то никак не подсказывали, что с этим происходящим делать.

Была и версия, что Чебурашка -- скрытый инопланетянин, ответственный за всю эту кутерьму. Тут астронавты могли попытаться установить контакт или устроить для Чебурашки карантин. Чебурашка на контакт шла охотно -- мурлыкала и ластилась, а карантин и так уже был в виде герметичного контейнера с отдельной системой жизнеобеспечения.

Была и версия того, что это всё какая-то вариация проекта Козерог, а астронавты являются жертвами правительственного или ещё какого заговора. И вообще они сейчас не на Луне, а на Земле под воздействием какой-то технологии управления сознанием. Чтобы исключить такое, Кочетов предложил съездить на ровере до ближайшего места посадки старых Аполлонов. В случае заговора ровер должен уткнуться в стену павильона. Эндрю возразил, что если имеют место быть технологии контроля сознания, то никакой стены павильона не будет, а ровер спокойно прогонят по какому-нибудь туннелю до другого павильона. Кроме того, это всё никак не объясняло пастораль вокруг модуля.

Ещё думали про китайцев, но происходящее было как-то уж слишком странно для попыток замедлить американскую лунную программу.

Самую оригинальную версию предложила Джейн. Она вспомнила старую книгу про полёт на Марс, где всё на самом деле оказалось детской игрой. И может астронавты так заигрались в ролевую игру, что лишь периодически приходят в себя. Оставалось рассчитывать только на приход родителей. Или санитаров со смирительными рубашками, как дополнил Кочетов.

Все эти идеи и обсуждения не особенно помогали с пониманием происходящего. Зато служили неплохим средством психологической разгрузки.

***

Эндрю в паре с Джейн собирал в ровер последние запчасти оставшиеся от грузового модуля. Правда выглядело это довольно неказисто. Перед ними опять была деревянная телега без лошади. Сейчас они аккуратно складывали на эту телегу самые необычные вещи, какие только можно было представить. Тут были доски, двери и отдельные металлические уголки, несколько фанерных стилизованных атлантов, тазы и деревянные корыта, топоры и вилы, а венчал эту коллекцию старьёвщика комплект полноценных статуэток, собранных из проволоки и мелкого жемчуга. Эндрю подозревал, что таким образом преобразились модули резервного вычислительного устройства.

Не меньше поражал воображение посадочный модуль. Он выглядел как полноценная парусная лодка, каким-то образом оказавшаяся вдали от воды. Разве что мачт было многовато для обычной лодки, и располагались они парами по краям, а не в центре, да и парус смахивал чем-то на спущенный баллон дирижабля, каковым судя по всему и являлся. Сложно было сказать точно, поскольку солидная часть этого паруса была прижата днищем лодки к земле. Или правильнее было бы сказать к Луне?
Одно Эндрю мог сказать точно, если понадобится срочно взлететь, находясь под влиянием искажения, то это очень вряд ли получится.

Неожиданно Джейн начала активно жестикулировать. Эндрю чётко распознал сигнал "проблемы со скафандром", но что конкретно случилось со скафандром Джейн было непонятно. Если бы дело было в кислороде, то она показывала бы на синий манжет. Если в аккумуляторе, то на красный. Эндрю посмотрел на таймер. До конца волны оставалось ещё примерно десять минут. Эндрю выжал аварийную застёжку истекло шлема поползло наверх. В конце концов он уже так делал и всего лишь ради кошки, а тут был человек. Пикнул сигнал зуммера. Джейн посмотрела на Эндрю, убедилась, что с ним всё в порядке и тоже открыла лицо.
- Эндрю, у меня неполадки с отоплением. Оба тэна сразу. Мне надо вернуться в модуль. - Эндрю с Джейн синхронно посмотрели на кусты, заслоняющие сейчас посадочный модуль от Геры. Ровер там не проедет, но в скафандре пройти наверное было можно.
- Можно запустить посадочный. - Эндрю посмотрел на завалившуюся на бок лодку. Жилой отсек был похож на скворечник обмазанный глиной.
- А если не успеем? - Джейн была права. Сейчас модуль был безвоздушен и прогревался только до минус тридцати для сохранности оборудования. На разогрев могло уйти полчаса. За это время Джейн если и не замёрзнет насмерть и не отморозит себе что-нибудь, то уж точно надолго потеряет работоспособность.
- Тогда пойдём. - Эндрю выцепил с телеги топор. Интересно, что это было на самом деле?

Астронавты полезли через густые заросли. Эндрю рубил особо мешающие ветки. Джейн шла за ним, отгибая ветки вилами, также взятыми с телеги-ровера. На земле под ветками Эндрю иногда видел следы колёс, словно здесь как-то проезжала телега. Конечно проезжала, ведь ровер здесь намотал уже не одну сотню километров. Только вот когда он ездил, не было никаких кустов.
Эндрю вдыхал пряные запахи листвы и древесной смолы. Одна из щепок попала ему в пластырь на щеке. Это очень напоминало армейскую подготовку, курс которой он проходил вечность назад. Только военная форма была поудобнее этого лунного балахона-панциря. Хорошее было время.

За этими мыслями он не заметил не только того, что кусты почти кончились, но и то, что они больше не одни. Джейн остановила Эндрю.
- Смотри, кто это? - Она говорила сипящим шепотом.
- Лунатик. - Выдохнул Эндрю.

Из кустов за ними наблюдал серокожий невысокий гуманоид с большими тёмными глазами. Примерно так инопланетян изображали уфологи двадцатого века. Только вот уфологам не пришло в голову нарядить инопланетянина в рваную одежду из грубого домотканого холста. Существо было босым, ноги его едва прикрывали странные портки, а верхняя часть тела "украшалась" грязной рубахой с короткими рукавами. На голове у существа был огрызок той же холстины, перевязанный бечёвкой. Было чем-то похоже на панаму.
   В общем, облик у существа мог бы быть даже смешным, если бы не лицо. Под глазами без бровей были натуральный звериный нос и такая же звериная пасть, похожая на бульдожью, вся в складках. Эта деталь делала существо похожим на маленького орка из фильма Властелин колец.

Осознав, что за ним наблюдают, существо тонко взвизгнуло, бухнулось на четвереньки и быстро поползло в дебри кустов. Прежде чем астронавты успели что-то предпринять его и след простыл. Эндрю подошёл к тому месту, где только что был этот лунный орчонок, но кроме нескольких сломанных веток там ничего не нашлось. Эндрю посмотрел на таймер. Оставалось только пять минут. Времени в обрез. Они с Джейн устремились к Гере.
  
   Когда Джейн с Эндрю вошли в модуль, капитан спал, а Кочетов проводил своеобразный эксперимент. На столе перед ним лежали разнообразные предметы вроде штопора, открывалки, подсвечника и подобного, а рядом со всем этим бумажки, прижатые камешками. В руках у космонавта был карандаш, которым он делал пометки.

- Вы быстро. Я думал, что вернётесь только после волны. Как раз, чтобы выяснить, чем закончатся мои опыты. - На эти слова Эндрю мог только пожать плечами. Суть эксперимента ему пока была не ясна. - Уверен, это будет просто бомба.
- У нас уже есть бомба. - Ответила ему Джейн вылезая из скафандра.
- У неё оба тэна вышли из строя. - Прокомментировал Эндрю.
- Это не бомба, это проблема. - Скривился Кочетов.
- Мы нашли местную жизнь. - Прояснила ситуацию Джейн.
- И поймали? - Оживился Кочетов.
- Нет. - Разочаровал его Эндрю. - Надо будить капитана.
- Это был не какой-нибудь таракан или бабочка. Это был полноценный инопланетянин. В одежде. - Продолжала просвещать космонавта Джейн.
- Ну хоть без бластера. - Подтвердил Эндрю, только сейчас сообразив, что до сих пор не положил топор. Наверное для Кочетова они выглядели как минимум странно - два астронавта явившиеся после встречи с лунным обитателем с топором и вилами.
- Удивительно. Мне, энтомологу, не встретился даже комар, а вам целый... На кого хоть похож этот ваш инопланетянин? На китайца? - Кочетов явно воспринимал новость скептически.
- Сейчас волна кончится, зарисую. - Пообещал Эндрю, наконец-то поставив топор. - Вкратце гуманоид. Серый. Большеглазый. Одет как участник исторической реконструкции легенды о Робине Гуде.
- Ну хоть не на белого кролика с золотыми часами. - Философски отметил Кочетов, поглядывая на часы. До конца волны оставались секунды.

Топор превратился в сменный резец для Орфея. Вилы превратились в ручной заборник грунта. Модуль Гера снова принял привычный вид. Скафандр Джейн взвыл тревожными сигналами из-за диагностируемой неисправности. Разложенные по столу безделушки превратились в металлические уголки, местами скреплённые проволокой.
Капитан немедленно проснулся, и Джейн с Эндрю начали ему пересказывать произошедшее, начав ещё раз с начала, когда восстановилась связь с Землёй. Попутно Эндрю вылез из скафандра и начал зарисовывать увиденного гуманоида на одном из листов Кочетова, изъятым у космонавта карандашом. Даже на фоне того, что люди пережили за эту экспедицию, событие взволновало каждого. Ведь до сих пор во время волн астронавтам не удавалось увидеть ничего живого кроме растений. Не было ни птиц, ни мелких грызунов, ни насекомых, ни даже червей. Только трава, кусты, деревья и астронавты с кошкой. А тут сразу целый гуманоид. Разумеется, многие сразу обеспокоились, насколько он был частью волны, а насколько частью привычного мира? В любом случае, это очевидно повышало уровень опасности для астронавтов. Следовало принять новые меры безопасности, но какие? Специалиста по внеземным цивилизациям в центре управления не было. Эту должность упразднили ещё лет двадцать назад. Были только инструкции на случай контакта, но ни одну из них применить не представлялось возможным.

Эндрю предложил в очередную волну расчистить полноценный проход к посадочному модулю, чтобы иметь возможность добраться до него как можно быстрее. За неимением других идей эту приняли. Несмотря на новый виток беспокойства, миссию опять прерывать не стали.

***

Эндрю помогал Кочетову с перенастройкой Дедала. Робот больше не мог делать плиты. С него надо было снять формовочные лотки и пресс с валом. В роли бульдозера он ещё должен был пригодиться.

- Ты так и не рассказал, что эксперимент мы тебе сорвали. - Эндрю снял все крепления по правому борту.
- Да ничего особенного. - Кочетов возился со своим бортом куда дольше. - Смотрел, во что превращаются одни и те же вещи под волной.
   - А они превращаются в разные? - Удивился Эндрю.
- Определённо. - Кочетов наверное кивнул, но в скафандре это невозможно было понять. - Я использовал в качестве примеров только две вещи -- универсальные уголки и проволоку. А видел, что у меня на столе выстроилось в ряд?
- Безделушки.
- Не просто безделушки. - Кочетов закончил с креплением. - Каждая сохранила хоть какую-то часть функционального назначения. Причём даже очень похожие преобразовались принципиально по-разному.
- Например? - Подал реплику Эндрю.
- Скрученная из проволоки вилка превратилась в деревянную ложку. А точно такая же, но с опорой превратилась в глиняный подсвечник.
- Значит они подчиняются нашим ожиданиям. Ведь функционал вещам придумывает человек. - Предположил Эндрю.
- Если бы это было так просто... - Протянул Кочетов. - Я не задумывал подсвечник. Я вообще ничего задумывал для стоящей вертикально вилки из проволоки.
- Может она напомнила тебе подсвечник. Мне точно напомнила.
- И ты был рядом. - Дополнил космонавт.
- Да, опыт нельзя назвать чистым. - Признал Эндрю.
- Может быть у вещей всё же есть какое-то базовое свойство функциональности? - В голосе Кочетова было сомнение. - Кто кроме философов изучал, что было прежде стол или идея стола?
- В следующую экспедицию определённо стоит взять одного или парочку. - Пошутил Эндрю. - Может он бы понял, почему резак Орфея так своевременно превратился в ручной топор.
- Именно. - Кочетов махнул рукой в сторону Орфея, с которым сейчас возились капитан с Джен. Вернее должны были возиться. Оба были где-то внутри строящейся базы. Очевидно проверяли, всё ли в порядке с плитами. - В Орфее под волной не было ни одного ручного топора. Я бы заметил.

Эндрю посмотрел на часы. До волны оставалось всего сорок секунд. До модуля Геры они будут идти по совсем другому ландшафту. Кочетов отложил ключ, и они вместе с Эндрю ещё как раз успели снять с Дедала верхний колпак. В следующий момент Эндрю сильно пожалел, что под рукой нет запасного резака Орфея. Или чего-нибудь другого. Готового превратиться в топор или вилы.

Вместо темноты ночи и горящих тут и там тусклых фонарей было неожиданно светло. Свет исходил от здоровой толпы народа. Несколько десятков натуральных орков собрались около модуля Геры. В руках у многих были факелы. И почти у всех было оружие. У кого-то копья, у кого-то вилы или хотя бы палки, а у одного полноценная алебарда. Между Эндрю, русским космонавтом и толпой был только Дедал, превратившийся в большую пустую бочку на колёсах. За этой бочкой люди и спрятались практически инстинктивно. У Эндрю сработал старый армейский рефлекс. Кочетов очевидно тоже имел некоторую подготовку подобного рода.

Пришельцы жестикулировали и что-то явно говорили. Эндрю уже привычно поднял стекло шлема и прислушался. Писки и вскрики. Это даже близко не напоминало человеческую речь. Можно было подумать, что эти инопланетяне произошли от птиц или морских свинок, а не от обезьян как люди.
  
   Больше всего верещал один одетый в нечто похоже на балахон с капюшоном. Верещун размахивал факелом около одного из фонарей. Потом он воткнул факел в землю и начал раскачивать мачту. Она сломалась. Керосиновый фонарь покатился по траве. Керосин вытек и загорелся. Толпа заверещала, запищала, зацокала, а потом словно сорвалась с цепи. Они валили фонари, раскидывали ящики с песком, которыми был обложен дом, в который превратился жилой модуль Геры. Выломали дверь и вломились внутрь.

Всё, что могли сделать люди - стараться, чтобы их не заметили. Будь даже у Эндрю топор, много бы он мог навоевать против нескольких десятков серокожих варваров? Оставалось только радоваться, что внутри модуля никого не осталось кроме Чебурашки.

- Надо предупредить капитана. - Едва слышно прошептал Кочетов. Он тоже поднял стекло.
- Как? - Эндрю не представлял, как добраться до входа в недостроенный Сент-Огастен, представляющий собой гибрид землянки и дзота.
- Здесь тоже оставаться нельзя. - Кочетов показал на цистерну, за которой они прятались. - Тоже сожгут.
- Второй вход? - Предложил Эндрю. Но второй вход не был готов даже вчерне. Это была просто яма в грунте. Для разравнивания им нужен был Дедал.
- Да. - Кочетов красноречиво показал на опушку. В кустах которой должен был скрываться второй вход.
- Поползём?
- Медленно. - Покачал головой Кочетов. - Придётся бежать.
- Услышат.
- Его услышат. - Кочетов ткнул большим пальцем в цистерну-Дедал. - Тут уклон. Надо только подтолкнуть, а сами в темноту и замереть.
- Давай. - Решился Эндрю.

Дедал с грохотом съехал с цементной плиты и покатился мачте освещения. Эндрю с Кочетовым дождались, когда она упадёт и керосиновая лампа на некоторое время пригаснет. В этот момент они рванули к кустам. За спиной слышался визг и стрёкот серых.
   Добежав до кустов, Эндрю уткнулся в ветки. Темнота была такая, что без шлема он бы выколол себе глаза. Рядом раздался хруст веток от Кочетова. Они распластались на земле. Эндрбю старался не думать о том, что скафандр не предназначен для такого обращения. Сзади серые собрались вокруг цистерны-Дедала и пытались её поджечь. Ближе вроде бы никого видно не было. Никто за людьми не гнался.

- Оторвались. - Просипел Кочетов из темноты.
- Через кусты тихо не пролезть. - Эндрю сбивался. Бег в скафандре дался нелегко.
- Значит надо ждать тут. - Кочетов наверняка как и Эндрю смотрел на то разорение, что учиняли серые. Дом, в который превратилась под волной Гера, был очищен от ящиков с песком и ярко горел. Огни поменьше отмечали большую антенну и Дедал. Очевидно посадочный модуль и Сент-Огастен серые пока не нашли. Да и не особенно искали.
- Думаю, если капитан высунется, то сам всё увидит. - Эндрю лишь озвучил очевидное.

Серые не уходили до самого конца волны. Эндрю с Кочетовым просто оказались в сумерках, создаваемых тонким серпом Земли. Вокруг был нормальный лунный ландшафт. Только там. где раньше стояли мачты освещения ничего не удавалось различить. Все фонари погасли.
- Кочетов, Васкес, доложите состояние. - Эфир прорезал голос капитана.
- Жив, кэп. - Моментально ответил Кочетов.
- В порядке. - Эндрю задержался на мгновение, проверяя состояние скафандра. Все огоньки были зелёными.
- Хорошо, мы тоже. - Успокоил их капитан. - Идём к Гере.

Обе пары астронавтов легко увидели друг друга по лучам света от фонарей скафандров. Они встретились у развалин модуля. Гореть тут ничего не горело, но очевидно только сейчас. Секции модуля торчали из под куч обвалившегося реголита. И эти секции местами были оплавлены. Внутри явно произошёл взрыв. Шлюз был уничтожен полностью. Прочные люки были расколоты на части.
Эндрю с Кочетовым немного полазали по обломкам, в поисках целого оборудования. Такового нашлось не слишком много. Нападение серокожих вандалов оказалось последним для радиоцентра и цвм, были уничтожены все запасные скафандры, погиб даже санитарный блок. Но странным образом не пострадал ни один баллон с кислородной смесью или водой. Даже кошка Чебурашка осталась жива в своём герметичном контейнере. Правда вид кошка имела потрёпанный, её явно обожгло. Хотя на самом контейнере следов огня или взрыва не было.
Не пережил произошедшего ровер. От него остались только бесформенные обломки. Разломан на части оказался даже рычаг управления.

Дедал пережил нападение куда лучше. У него были оплавлены траки гусениц, он весь покрылся копотью, но автотест выдавал полную исправность всех узлов. Только жаловался на незавершённую модификацию.

Капитан аккуратно собрал обгоревшие остатки флага США.

Связи с Землёй не было. И Джейн пока ничего не могла с этим поделать.
   За неимением лучших вариантов астронавты направились пешком к посадочному модулю. Его серокожие не нашли, и он абсолютно не пострадал. С него связь с Землё удалось установить без особых сложностей. Центр управления был чрезвычайно рад тому, что астронавты живы, но вот всем остальным новостям...

Как и ожидал Эндрю, им приказали максимально быстро сворачиваться. Миссия Аполлон 35 не была выполнена в полном объёме, но теперь разговор об этом и не шёл. Достройкой базы Сент-Огастен будет заниматься другая экспедиция. Лучше подготовленная экспедиция. Текущей следовало сохранить то, что осталось. И как понимал Эндрю, задержки с постройкой были политически терпимы, хоть и неприятны. Впереди были полёт домой и долгий период карантина. В этот раз астронавты могли быть напичканы внеземными микроорганизмами.

Но чтобы улететь, требовалось не просто подготовить посадочный модуль к взлёту, нужно было вылететь в окно между волнами, а таковые хоть и становились всё больше, но оставались довольно скромными. Сейчас у астронавтов было едва полчаса. И кто знал, как далеко надо отойти от луны, чтобы астронавты не оказались в гротескной деревянной посудине где-то в воздухе? На Земле никаких таких эффектов волны не было, но может быть землю защищала атмосфера, может магнитное поле, а может что ещё. Никто не знал, что произойдёт в полёте.

Капитан настаивал на том, что стоит рискнуть и взлетать сейчас же, но центр наложил запрет до следующего окна. Это было почти три с лишним часа. Из которых большую часть астронавты гарантированно должны были провести в зарослях кустов. Оставалось только надеяться, что серокожие вандалы их не найдут.

- Как думаешь, кэп, на Земле хоть на секунду поверили, что это не мы угробили модуль? - Спросил Кочетов, когда астронавты закончили подготовку к взлёту.
- Я думаю, они принимают во внимание разные версии происходящего. - Уклончиво ответил капитан. - Будет расследование.
- Угу. И записи оборудования не нашей стороне. - Согласился Кочетов. - Если не сумасшедший дом, то уж отстранение от полётов наверняка.
- Возможно. - В голосе капитана не было эмоций. - Или тюрьма.
- Почему? - Удивился Эндрю. Мысли о тюрьме ему пока в голову не приходили.
- Кэп прав, очень подозрительно, что раздолбали всё, кроме посадочного модуля. - Кочетов скривился так, что это стало понятно по голосу. - Будут искать среди нас китайца гипнотизёра.
- Чтобы нас судить, потребуются улики. - Спокойно проговорил капитан. - Следующая экспедиция обнаружит не только руины модуля.
- Дерево! - Выдохнула Джейн.
   - Может ещё веток наломать для верности? - Предложил Кочетов. - Образцы и всё такое...
- Нам запрещено. - Холодно ответил на предложение капитан.
- Было запрещено раньше. - Не согласился Эндрю -- Пока ситуация не изменилась.
- У меня есть программа исследований. - Напомнила Джейн. - Я должна собирать образцы.
- Образцы тверди небесной. - Фыркнул Кочетов.
- И никто не говорил, что сбор надо проводить, когда нет волны. - Невозмутимо продолжила Джейн. - Только то, что это надо делать после окончания основных работ.
- И эти работы так или иначе окончены. - Согласился капитан. - Хорошо, приступайте сразу, как начнётся волна. Эндрю, ты с ней.
- Есть, капитан.

Сбор образцов оказался делом оказался связан с необычными трудностями. Астронавты соблюдали режим светомаскировки, а ночь под волной была куда темнее, чем ночь обычной луны. Здесь не было даже тоненького серпа Земли.

А вот серокожие были. Они были рядом, судя по взвизгам и клёкоту. Лишь полоса кустов защищала астронавтов от внимания этих аборигенов. Вместо штатных фонарей скафандра Джейн с Эндрю обходились светом индикаторов приборов. Видимость оставляла желать лучшего. Сбор приходилось осуществлять практически наощупь.

Джейн не только набрала несколько пакетов почвы, но и сталась набрать образцы разной травы и веточек. Она старалась действовать бесшумно, но это не всегда получалось. Тем временем Эндрю внимательно следил за тем, что происходило за кустами, насколько это было возможно. Увидеть что-то было проблематично. Выше кустов ещё проблёскивали какие-то сполохи, а в остальном приходилось полагаться на слух. И Эндрю не очень нравилось то, что он слышал. Серокожие были всё ближе. Очевидно они проверяли всю окрестную территорию. И если они действительно были такими средневековыми варварами, какими выглядели, то наверняка среди них были следопыты. А ровер оставлял следы. Рано или поздно их найдут. Но вскоре звуки стали удаляться.

- Эндрю, я собрала первую партию. - Зашептала Джейн. - Отнеси, пожалуйста.
- Хорошо. - Эндрю взял в руки увесистый пакет и остался стоять на месте, ожидая, когда Джейн соберёт остальное.
- Сейчас отнеси. - Начала разъяснять Джейн. - У меня ещё два таких пакета.
- Нам нельзя разделяться. - Возразил Эндрю.
- Да тут до модуля метров двадцать. - Возмутилась Джейн. - Поверь, если со мной что случится, ты заметишь.
- Ну ладно. - Подумав согласился Эндрю. Расстояние действительно было не слишком велико. И он не должен пытаться залезать в лодку-дирижабль, в который превратился модуль -- достаточно было сложить пакет рядом. Аккуратно перебирая связку тонкого троса, которым был привязан к модулю, Эндрю побрёл назад.

Разумеется, когда Эндрю вернулся туда, где совсем недавно была Джейн, там никого не было. Очевидно она отошла дальше. Позвать Джейн голосом не было никакой возможности, поэтому Эндрю просто двинулся по её тросу.

Через два метра трос окончился. Вместо Джейн к нему был пристёгнут пакет с образцами. Джейн не было.

Эндрю мысленно выругался. Джейн и так углубилась в кусты слишком далеко. С другой стороны она умела перемещаться куда тише Эндрю. Только по поломанным веткам и можно было определить, что она здесь прошла. Или её движения маскировали звуки серокожих? Эндрю вдруг понял, что видит кусты существенно лучше, чем должен бы. Рядом был источник света. Эндрю упал на землю и перекатился под ближайший куст..

Они сильно ошиблись, когда подумали, что серокожие ушли. Они просто притихли. И они были совсем рядом. И что хуже всего, совсем рядом была полноценная дорога, которую Джейн очевидно случайно нашла совсем недавно.

Её нашли. Это было неизбежно. Защищая товарищей она отстегнула трос, чтобы по нему не смогли найти посадочный модуль. Эндрю видел, как полноценная процессия остановилась на дороге. Перед ними стояла Джейн.

Серокожие несли факелы, вилы, копья и дубины, но не это привлекло внимание Эндрю. Где-то в середине процессии они тащили что-то, что Эндрю сначала принял за пугало. На второй взгляд это было похоже на распятие. Здоровенная такая крестовина, на которой болтается силуэт. Но присмотревшись Эндрю обмер. Это был не просто силуэт. На грубо приколоченных друг к другу жердях был нанизан знакомый скафандр с разбитым шлемом. Китайский скафандр. Эндрю не мог различить значка экспедиции, но модель скафандра узнал точно. Это ведь был то тещё предмет зависти американских астронавтов. Даже у русских не было таких скафандров. Не просто так эту модель называли шелковым призраком. Лёгкий. Гибкий. Надёжный.

Процессия ощетинилась оружием, но на Джейн пока не нападали. Эндрю судорожно соображал, что он может сделать, но ни одной путной мысли в голову не приходило. Джейн опустилась на колени и начала креститься. Не самое простое дело в скафандре. Если скафандр не китайский. Процессия так же начала опускаться на колени. Кроме одного, сильно похожего на крикуна, призывавшего сжечь модуль. Балахон был очень уж похож. Серокожие тоже двигали руками, но Эндрю не мог понять, крестятся ли они, или это какой-то другой набор жестов религиозного толка.
  
   Джейн ещё крестилась, а процессия понукаемая крикуном стала подниматься с колен. Эндрю проверил таймер. Ещё почти полтора часа до конца волны. Столько времени Джейн не протянет. Процессия встала и медленно побрела к Джейн. Эндрю отстегнул трос. Что бы там ни было, оставлять товарища в беде он не собирался. Но в скафандре от такого бойца проку не было. Эндрю распускал крепления быстро как мог.
Они приближались к Джейн, а Эндрю только только вылез из скафандра. В голове набатом билась мысль об оружии. Сколько бы Эндрю дал за самый простой булыжник, но в этой проклятой траве ничего такого видно не было. Всё, чем мог похвастаться Эндрю -- отвертка со сменным патроном. Тот ещё нож.

Эндрю выскочил на дорогу перед Джейн. Ему явно удалось напугать серокожих. Раздались визги. Часть из них просто покидала своё оружие и бросилась прочь. Даже уронили крестовину с китайским скафандром. Возможно сказалось то, что Эндрю был на голову выше самого высокого из них. А может то, что он и сам орал как безумный. Вот и пригодился в жизни боевой вопль южан.
  
   Крикун в балахоне пытался призвать своих к порядку. Верещал, указывал на Эндрю. Эндрю пошёл на них, сжимая в руках монтажную отвёртку, но уже молча. За спиной визжала Джейн. Похоже её он тоже перепугал. К сожалению, разбежались далеко не все. Несколько серокожих явно не были сильно впечатлены драматическим появлением Эндрю. Они сжимали в руках копья, и судя по всему, умели этими копьями пользоваться.

Эндрю оказался лицом к лицу с копейщиками. Но ближе всех был крикун в балахоне. Эндрю просто схватил его за капюшон и приподнял над землёй. Крикун заверещал на новой ноте. Копейщики попятились, выставив копья вперёд. Второй рукой Эндрю перехватил крикуна в районе пояса и швырнул в копейщиков. Очень вовремя. Два копья задели Эндрю в резком выпаде. Только прочность комбинезона и помогла.

Эндрю не был особо хорошим драчуном, но инструктаж по рукопашному бою был составляющей частью армейской подготовке. Он наверняка смог бы потягаться с двумя тремя копейщиками, но тех было больше десятка. Даже подхватив кем-то забытую дубину Эндрю едва-едва держал их на расстоянии. Тут бы Эндрю и конец, но в драку вмешалась Джейн. Только вот вместо драки она метнулась к крестовине с китайским скафандром. Она дёрнула за перчатку. И та осталась у неё в руках. Скафандр был пуст и похоже порезан на части, очевидно чтобы его можно было насадить на крестовину. Джейн подняла эту крестовину, и как ни странно это помогло. Копейщики перестали наседать на Эндрю и склонили колени перед. Джейн опять начал креститься.

- Крестись, Эндрю. Ради всего святого. - Почти кричала Джейн.

Эндрю упал на колени и начал неумело креститься. Когда-то бабушка показывала ему, как надо, но он толком не помнил. Очевидно он всё же делал что-то не так, в отличие от Джейн. Её явно больше трогать не собирались, а вот Эндрю...

Копейщики понукаемые крикуном обошли Джейн и снова нацелились на Эндрю. Лобовое столкновение Эндрю уже пробовал -- получилось не так уж плохо, но второй раунд должен был закончиться печально. Эндрю запустил дубиной в одного из копейщиков и бросился наутек. Копейщики с клёкотом устремились следом.

Эндрю оказался куда лучшим бегуном, чем эти недомерки. Темнота мешала, но всё же это была почти полноценная дорога, и бежалось легко. Копейщиков тащили факелы, поскальзывались на рытвинах и постепенно отставали. Эндрю посмотрел на часы. Если постараться, то можно успеть оторваться от преследователей, и ещё вернуться вовремя к модулю. Десять минут туда, тридцать обратно, десять в запасе.

Через десять минут замыслы Эндрю частично воплотились. В том смысле, что удалось убежать от преследователей. К сожалению, не из-за того, что он так быстро бегал. Их кое-что отвлекло. В ночном небе ярко светились огни летающего аппарата. Капитан всё же рискнул и поднял посадочный модуль в воздух прямо так. Копейщики даже не попадали на колени, они буквально легли на землю и начали биться о землю головами.

Эндрю легко обогнул их по полю и побежал по дороге в обратную сторону, туда где дорога скрывалась в кустах. Он даже рискнул достать аварийный фонарик. Чтобы освещать себе дорогу. Нужно было быстро добраться до своего скафандра, чтобы дать сигнальную ракету. И вообще оказываться без скафандра в вакууме Эндрю не собирался.

Пару раз по пути Эндрю сталкивался с серокожими, но те не горели желанием общаться со страшным чужаком и убегали. Место схватки Эндрю нашёл легко. Крестовина с китайским скафандром валялась на дороге. Хуже было с тем, чтобы найти свой скафандр. Эндрю едва успел до конца волны.

- Эндрю! Эндрю, ответь. - Голос капитана был именно тем, что хотел услышать в эфире Эндрю.
   - Порядок, капитан. - Ответил Эндрю. - Побили слегка, но ничего серьёзного.
- Серьёзное есть у нас. Есть проблемы с тем, чтобы за тобой спуститься. - Голос капитана был мрачен. - Не хватит топлива на взлёт и стыковку с Телемахом.
- Ясно. - Эндрю понял, что для него это приговор.
- Это ещё не конец. - Прервал его капитан. - Мы придумали способ, как дозаправиться. Слава сейчас через русских договаривается с китайцами. В кратере Крюгера, на месте неудачной посадки Юйту-7 есть полноценный запас водорода.
   - Не надо капитан. Мы не можем загнать водород в баки. - Эндрю не легко дались эти слова, но такова была правда. Топливные баки посадочного модуля не предназначались для дозаправки в полевых условиях. Кожух термоотвода и что-то там ещё, что требовалось для выживания модуля при разбросе температур от минус ста тридцати до ста двадцати градусов.
- Можем. Надо только делать это во время волны. Вместо водорода будет керосин. - Отмёл возражения капитан. - Но нужно, чтобы ты добрался до Кьенчанши.
- Капитан, это восемьсот километров. - Эндрю едва было подумал, что не всё ещё кончено, но расстояние.
- На время волны кислород тебе не нужен и аккумуляторы тоже. - С этим замечанеим капитана Эндрю был согласен. - Тебе только нужно добраться до ровера.
- Ровер разбит. Думаеет мне по силам его починить?
- Не наш ровер. До места посадки Аполлона-24 всего пятьдесят семь километров.
- Нужны аккумуляторы и кислород. - Эндрю судорожно думал о том, что можно сделать. - Я могу погрузить всё, что найду на Гере на Дедал. Он медленный, но это лучше, чем тащить всё самому.
- Верно. - Согласился капитан. - Сейчас ребята в центре думают, как собрать из имеющегося переходник для ровера, но ты должен будешь дать нам список деталей, которые найдёшь.

План был рискованным, но это куда лучше чем ничего. Восемьсот километров по персечённой местности на ровере, который даёт хорошо если десять километров в час... Эндрю надо будет поставить новый рекорд скорости гонок по луне. С другой стороны, уже через сутки температура поднимется до вполне цивилизованных минус тридцати, а там и лунное утро... Шансы были.

Эндрю направился к месту взлёта модуля. Там для него оставили два драгоценных аккумулятора. Их нужно отнести к Гере, вернее к радиоизотопному источнику питания. Хорошо, что они закопаны. Никакие серые уродцы не должны были найти. А на Гере есть баллоны. Он сам видел.

Хорошо, что аккумуляторы на луне весили куда меньше чем на земле. Но тащить было неудобно. Попытка сделать обвязку из троса оказалась не особо удачной. Тогда Эндрю попробовал применить куски китайского скафандра. Тот так и валялся на грунте. Только крестовина исчезла. К удивлению Эндрю, скафандр оказался не \разрезанным на части, а просто модульным. Кто бы мог подумать, что китайцы сделают скафандр с отделяющимися перчатками и вообще кучей отдельных деталей? Хотя может быть в этом был смысл. Скафандр был куда прочнее, чем казался со стороны. Эндрю даже подумал, что он металлический, но нет. Это явно было что-то полимерное и многослойное. Даже шлем, казавшийся разбитым был просто сложен. И индикаторы ещё горели на внутренней панели шлема. Китайские иероглифы были Эндрю непонятны, но красный цвет сигналов в особых пояснениях не нуждался. И гнездо для кислородных баллонов было пустым. Это был не тот скафандр, в котором можно было выжить, если вдруг что случится со своим. Но повинуясь интуиции Эндрю взял скафандр целиком, а не стал использовать только нижнюю часть.

***
Даже на предельной скорости Дедал полз, а не ехал. Эта прочная машина могла пережить холод, жар, вакуум и даже нападение варваров, но скорость в достоинства не входила. Впрочем, здесь и Эндрю двигался не особенно быстро. Ровный участок кратера Гримальди, предназначенный для Сент-Огастена закончился. Здесь начинались лунные горы. Это было весьма удобно для ориентирования, но перемещаться становилось всё труднее. Эндрю мог сделать крюк, чтобы не углубляться в горный район и держаться в провале, рассекающем древний вал кратера, но не видел в этом смысла. Уклон хоть и достигал местами двенадцати градусов, но в целом ландшафт и близко не был похож на земные горы, изрезанные бурными тектоническими процессами нашей планеты. Идти было можно.

Посадочный модуль успешно приземлился у Кьенчанши. Капитан рассказывал, что китайцы были рады помочь. Гонка гонкой, а люди прежде всего. Астрнавты без особо труда нашли разбитый китайский луноход. Вернее не слишком-то и разбитый. Были повреждены антенны, но сам луноход даже оставил следы автономной работы. Собирал образцы и даже упаковал их в приёмник для посадочного модуля. Но без связи модуль взлететь не мог. Да и со связью у него не особенно бы получилось -- одна из опор конструкции погнулась, а значит нужна была какая-то совершенно невообразимая ручная коррекция. Чтобы это выправить. Астронавты как раз могли бы это сделать, но им нужно было топливо этого модуля. И теперь они ждали, когда надвинется очередная волна, чтобы во время неё попытаться перехитрить реальность. И если у них не получится, то на луне останется не только Эндрю.

В момент этой волны Эндрю оказался не в лесу, как в прошлый, а на горном склоне. Какое-то подобие ландшафта очевидно соблюдалось, но тут горы были куда как выше. И круче. Больше похожи на земные. Дедал снова превратился в цистерну, увешанную бутылками и лейденскими банками. Увы, двигателя ему под волной почему-то не полагалось, даже парового, поэтому он как обычно остановился. Но куда важнее было то, что здесь наконец-то начало светать.

Эндрю осмотрелся. Внизу можно было разглядеть пятно пожарища. Это модуль Гера. С другой стороны скал он надеялся выглядеть место приземления Аполлона-24, но пока ничего различить не получалось. Откуда-то из-за горизонта скоро должно было показаться солнце, но пока было ещё слишком темно. А может мешала растительность.
А вот дальше Эндрю вполне отчётливо увидел море. Не лунное море, представляющее собой лишь часть поверхности с другим отражающим коэффициентом, а почти земное. Ветер гнал волны и взбивал пену, когда эти волны бились о скалы. И на берегу этого моря находилось то, что с натяжкой можно было назвать городом. Там были какие-то домики и мелькали огоньки. Рядом с городом было расчищенное пространство. Возможно это были возделываемые поля.
Эндрю посмотрел в другую сторону. Там, где должен был находиться кратер Крюгера, Эндрю видел монументальный горный массив с полноценными ледяными шапками. Это явно было не два-три километра. Может даже не восемь-десять. Облака опоясывали этих гигантов где-то около середины или чуть выше. И размер белых шапок впечатлял. Они ярко выделялись на общем фоне, уже освещённые солнцем, и занимали не маленький треугольничек где-то у верхушки, а половину горы. Штурмовать такие Эндрю не под силу. Для этого нужны альпинисты со снаряжением.

Эндрю вздохнул и стал просто ждать конц волны. Всего полтора часа.

***

У капитана и остальных всё получилось. Хотя место под волной оказалось и несколько неожиданным. Капитан описал его как дно более великого каньона, чем большой каньон в Аризоне. Тут даже была речка, в которой Кочетов наконец-то нашёл живность. Теперь Аполлон 35 мог похвастаться тем, что будет первой экспедицией, доставившей на землю внеземную фауну. Пусть всего лишь моллюсков, а не серокожего гуманоида варвара, но всё же.

Астронавты воспользовались тем, что под волной любые баллоны и ёмкости превращались в древние бутыли и бочки. Им удалось перелить керосин для горелки модуля-дирижабля. Оставалось только дождаться Эндрю. А Эндрю только-только добрался места прилунения Аполлона-24. На его счастье ровер там был, и был исправным. Надо было только заменить аккумуляторы. Эндрю запрограммировал Дедал на возвращение к Сент-Огастену. Всё же там робот будет полезнее чем здесь. Здесь и высадились-то только из-за таинственных некогда вспышек света. Эндрю отколол себе на память кусочек переливающего светом камня. На земле таких хватало, но исключительно в лабораториях. Можно будет продать коллекционерам когда-нибудь на склоне лет. Эндрю подумал о склонах, которые ему предстоит преодолеть менее чем за трое суток. И астронавта озарило.

Прочные солнечные батареи -- вот, что требовалось для его идеи в первую очередь. И таких батарей вокруг места посадки было разложено аж три комплекта. Прочная капроновая ткань интересовала Эндрю, а не электричество. Он смотал ткань в рулоны. Ещё были нужны прочные палки для конструкции. С ними было труднее. Кроме складного флагштока Эндрю нашёл только несколько дальномерных флажков, увы не слишком длинных и прочных. Эндрю быстро собрал всё это в ровер и двинулся с некоторым отклонением от маршрута, проложенного центром. Эндрю нужно было выбраться на высокую точку. Свой план он пока озвучивать не спешил.

В очередную волну Эндрю повезло дважды. Во-первых, он оказался хоть и на крутом склоне, но всё не настолько, чтобы телега-ровер скатилась и разбилась в ближайшей расщелине. Во-вторых, рядом опять был лес. Именно то, что требовалось Эндрю для его плана. Здесь можно было вырезать то, что станет мачтами и балками.

Эндрю не собирался ехать по лунным горам. Он собирался их перелететь. На дельтаплане. Если таковой удастся собрать. И разумеется, нельзя оставаться в воздухе, когда волна закончится. Это не двадцать километров в час на ровере. На земле Эндрю выжимал на дельтаплане сотню. Так можно добраться до своих за день.

Из-за горизонта показалось местное солнце. Такое же как наше. Желтое. Яркое. Тёплое. Эндрю с опасенеим отметил, чт оесли здесь вполен тепло ночью, то каковы же солнечные дни? Если тут жара в полсотни градусов по Цельсию или круче, то следует поторопиться.
Дельтаплан получался у Эндрю не самый лучший. Наверняка инструктор такой бы забраковал. Балки были деревянные. Дерево было вроде бы прочным, но полной веренности Эндрю не испытывал. Как поведёт себя дерево, оказавшись на луне практически в вакууме? Станет хрупким? Исчезнет? Эндрю положил почти готовый дельтаплан рядом с ровером. До конца волны оставалось несколько минут. Следовало прикинуть дальнейший маршрут. Можно было ехать дальше в гору. Судя по тому, что Эндрю оказывался на поверхности, а не где-то в глубине породы, он может на ровере добраться до вершины, а потом окажется вот на той скале. Неплохое место для старта.
Или можно не испытывать судьбу и ехать вниз. Тогда Эндрю окажется где-то в той долине, исчезающей у подножья какой-то здоровенной горы.

Волна прошла. И Эндрю посмотрел на свой дельтаплан. Балки не исчезли. Эндрю проверил их на прочность. С балок посыпалась ледяная пыль, но они остались довольно прочными. Эндрю подбросил дельтаплан, а потом поймал. Конструкция дрогнула несколько раз, но в целом показалась Эндрю вполне надёжной. Он ответил на запросы капитана и закрепив дельтаплан на ровере, аккуратно двинулся к вершине.

Стоя на вершине, Эндрю ругал себя последними словами. Он собрал дельтаплан как привык. Как на таком лететь в неудобном скафандре. План сорвался. Порывы ветра пытались вырвать дельтаплан из рук и унести. Вершина горы была красивой как и виды вокруг, но эта красота лишь злила Эндрю. Он едва не бросил свою затею, но затем подумал о том китайском скафандре, что таскал с собой всё это время. Как же хорошо, что он таки не придумал, куда приспособить его! Сейчас на нормальной луне уже вовсю идёт утро. Минус двадцать. И температура быстро растёт. Не нужен никакой обогрев. Только кислород. Эндрю начал изучать систему крепления баллонов. Если там другая резьба, диметр или что-то в этом роде... Но китайцы оказались явно предусмотрительнее и американцев и русских. Не было ни резьбы, ни защёлок - только раструб и универсальный зажим. Можно было присоединить чуть ли не любой шланг, причём быстро и без особых сложностей. Эндрю отсоединил баллон от своего скафандра (запасные стали бутылками). Оставалось придумать, как быть с радиосвязью. Эндрю выдрал из рукава аварийную рацию. Голосом по такой не пообщаться, но азбуку морзе никто не отменял.

Эндрю облачился в китайский скафандр, примотал рацию, гирокомпас и часы скотчем к рукавам, попрыгал, посмотрел на стрелочный датчик давления на шланге баллона. Скафандр был чуть великоват. Сочтя подготовку достаточной Эндрю отцепил трос-верёвку от дельтаплана и принял позу для прыжка дял пробы. Далеко внизу были острые камни и верхушки деревьев. Эндрю отцепил шлем и привязал его верёвкой к шее. При всём совершенстве у китайского скафандра стекла отдельно не поднимались. Эндрю глубоко вдохнул свежий горный воздух и прыгнул.

Дельтаплан скрипел, но держал. Эндрю чуть не кувыркнулся в самом начале, но успел поймать встречный ветер. Ощущение полёта привычно вызвало у него смесь восторга и страха. С сотней Эндрю явно погорячился. На таком самодельном дельтаплане следовало летать куда осторожнее, чем на качественных на земле. Поток воздуха поднимал Эндрю всё выше. Не так высоко, как титанически горы справа, но всё же достаточно высоко. И Эндрю увидел его -- великий каньон. Тот самый, о котором говорил капитан. За час туда не долететь, это точно. Эндрю стал прикидывать, как далеко он сможет долететь. Вон тот склон должен был подойти.

***

Аварийная рация мигала огоньком. Длинный, длинный, короткий. Эндрю дрожа от холода нажимал на кнопку.
- Я жив. Я жив. В китайском скафандре. - Стучал Эндрю костенеющими пальцами. И почему он решил, что минус десять будет легко выдержать? Целый час.
- Принял. Принял. - Отвечал капитан. - Ровер?
- Порядок. Холодно. Выдержу. - Стучал Эндрю.
- Держись. Ждём. - Мигала лампочка на рации.

Эндрю пытался согреться ходьбой. Жаль никому не пришло в голову научить их перемещаться в китайских скафандрах. Наверное Эндрю выглядел со стороны как сумасшедший кенгуру, прыгая по луне с заиндевевшим дельтапланом. Но как бы ни было холодно, надо было добраться до очередной вершины. Чтобы снова лететь. И снова.
Поляризованное стекло шлема заледенело изнутри. Если тут и была какая-то система против такого, то она не работала. Только периодически омерзительный женский голос повторял что-то непонятное в динамике. И как вообще китайцы чем-то управляли в нём? Может должен был быть отдельный пульт, который серокожие с собой не взяли, когда позаимствовали скафандр? И как у них вообще таковой оказался? Эндрю не помнил рядом никаких посадок тейконавтов. Луноходы помнил. А так китайцы предпочитали полюс. Ледяные шапки. Гелий три. Что-то ещё. В голове мутилось от холода. И ещё жутко хотелось в туалет. А в этом проклятом скафандре не было даже намёка систему удаления отходов. Наверное лезут в подгузнике. Эндрю прыгал вперёд. Дурацкие мысли лезли в голову.

С наслаждением Эндрю сорвал с себя ледяной скафандр. Обжигающий тёплый ветер хотелось есть. Хотелось впитывать всем телом. Эндрю был не прост она вершине очередной скалы -- он был на вершине мира. Он был богом ветра, богом золотого дождя.

Этот полёт дался Эндрю уже гораздо проще. Дельтаплан стал пусть не привычным, но уже знакомым. Каньон становился ближе.

***

Волны становились всё короче, перерывы между ними всё длиннее. Эндрю пожалел, что взял с собой только два баллона. Эта волна всего сорок минут, но хотя бы следующая целых два часа десять минут. Только вот разрыв между ними почти три часа. Кислорода могло и не хватить. Но сейчас Эндрю уже был в каньоне. Это могло бы быть похоже на Аризону, но совсем другие цвета. Вместо оранжевого и красного здесь царили сине-чёрный и зелёный. Тёмные породы, чем-то похожие на реголит "настоящей" луны покрывали полосы зелёной растительности. Выглядело головокружительно. В прямом смысле слова. Внизу этого великолепия текла река, тёмная от растворённых в ней пород и вполне полноводная. А ещё вокруг Эндрю начали появляться живые существа. Серые, с кожистыми крыльями. Стайками они носились по каньону, не приближаясь к Эндрю. Их становилось всё больше. Очевидно в этом странном мире очень серьёзно относились к ночи. Всё живое предпочитало прятаться. А сейчас они просыпались. Где-то по краям каньона Эндрю начал замечать каких-то наземных обитателей. Ему показалось, или у них действительно было шесть ног? Но поток нёс его дальше, не было времени рассматривать. Эти полчаса, три час на луне и ещё два часа десять минут. Если не успеть, то точно конец.

Температура на луне уже поднялась до минус десяти градусов по Цельсию и росла. Солнечные лучи не встречали сопротивления атмосферы и немилосердно прогревали се объекты на поверхности. Эндрю лежал на грунте. Нужно было экономить кислород. Но нельзя было заснуть. Перед глазами было два циферблата. Один отмерял время до волны, а второй давление в баллоне.
Эндрю уже столько всего пережил за последнее время, что был теперь абсолютно спокоен. Накатила усталость. Когда он спал последний раз? Сутки назад? Вечность? Но спать нельзя. Нельзя. Эндрю попытался стереть лёд со стекла шлема, но лёд был внутри. Тогда Эндрю постучал по стеклу. Тонкая ледяная корочка отслоилась и упала ему на нос. Эндрю ничего не почувствовал. Спать нельзя. Эндрю начал мысленно петь. На третьем траурном марше пришлось это бросить. Сколько прошло времени? Пять минут? Нет, только полторы.

Эти три часа были безумно долгими, но они всё же закончились. И Эндрю их пережил. Тело задубело. Прежде чем лететь, пришлось сделать несколько упражнений. Дельтаплан пообтрепался. Прочнейший капрон в нескольких местах разошёлся. Эндрю взодохнул и полез за последним резервом -- флагом США. С высадки Аполлона-24 прошло не так много времени, и флаг ещё не успел обесцветиться. Эндрю подумал немного и не стал резать флаг на две части. Просто целиком укрепил правую часть крыла. Левую оставил как есть, только добавил ещё проволоки. Надо было спешить.

Дельтаплан сносило влево даже когда Эндрю налегал всем телом. Приходилось учитывать это. Хорошо, что каньон был так огромен, что уткнуться в его монументальную стену было не так-то просто даже при большом желании. Наконец Эндрю увидел вдалеке дирижабль. На фоне каньона это был не более чем прыщик, но белый цвет всё же выделялся в круговерти зелёного, черного и синего. Только сейчас Эндрю подумал .как ему повезло, что здесь такая отличная погода. Ни облачка. А может их здесь и вовсе не бывает?

Неуместная мысль отвлекла от ставшего мучительно трудным управления дельтапланом. Слева раздался хруст. Капрон начал отходить от балки и захлопал. Эндрю едва не перевернуло в воздухе. Неимоверным усилием он вывернул дельтаплан в воздухе, но стало только хуже -- он начал стремительно снижаться, потеряв поток. Скорость возросла, это почти заменило ветер, и дельтаплан начал снова выходить на пологую кривую. Но на этой высоте ветра не было. Всё что мог сделать Эндрю -- опуститься так, чтобы это не было полноценным падением.

И даже это не получилось. Когда до поверхности осталось буквально метров восемь, капрон сорвало окончательно. Балку выгнуло и выдернуло из проволочного крепления. Эндрю закрутило и бросило в тёмную воду. Он даже не успел нацепить шлем. Вода залила скафандр. Эндрю запутался в ремнях креплений и его начало тянуть в глубину. Однако течение в этом месте было сильным. Эндрю повезло - его буквально выбросило на поверхность. Он успел набрать воздуха и уже без паники выпутался из ремней. Вот выбраться из воды со скафандром полным воды было потруднее. Хорошо хоть в нём ещё оставался и воздух. А привязанный к шее шлем, чуть не задушил Эндрю. С огромным трудом, но астронавт всё же выбрался на берег, приложившись спиной о какой-то камень.
  
   Примотанные скотчем рацию и часы куда-то унесло. Обломки дельтаплана стремительно уплывали по реке. Эндрю шипя от боли снял нижнюю часть скафандра и вытряхнул воду. Потом подумал секунду и натянул обратно. Впереди было видно веретено дирижабля. Эндрю не помнил, сколько осталось времени до конца волны, но явно не слишком много. Час или около того. Оставалось только одно -- бежать. И Эндрю побежал. Побежал, как никогда в жизни. Как не бежал даже от серолицых копейщиков вечность назад.

***

- Слава, сколько до конца волны? - Оливер Смит вывернул голову, пытаясь увидеть результат скрутки.
- Минуты три, кэп. - Ответил Слава Кочетов, чьё полное имя Оливер так и не научился выговаривать, не ломая язык.
- Не успеть. - Оливер высунул голову из-под подпорки. Ещё один слой определённо не повредил бы, но времени действительно не хватало.- Готовься измерять давление.
- Капитан, к нам кто-то приближается. - Закричала Джейн.
- Идём. - Крикнул Оливер. Для Эндрю было рановато. И уж точно Джейн бы узнала ровер. Значит кто-то из местных.

Бежавший вдоль реки был очень похож на человека, хотя на таком расстоянии было и не разобрать. Особенно через это марево водяной пыли, в котором постоянно возникали радуги самых причудливых цветов.

- Кэп, он в китайском скафандре. - Рядом с Оливером уже стоял Слава.
- Ясно, это Эндрю. - На самом деле капитан Смит вовсе не был в этом уверен. Эндрю должен был быть ещё в четырёх сотнях километров. Но законы природы уже столько раз давали осечку в этой экспедиции, что Оливер решил исходить из того, что это всё-таки Эндрю, которому нужна помощь.

Астронавты бросились навстречу бегуну. Тому оставалось добежать до них буквально четыре сотни метров, когда волна кончилась, и все они оказались окружены ландашафтом настоящей, привычной луны. Бегун никуда не делся. Последний толчок заставил его совершить немыслимый кульбит. Он пролетел несколько метров и неловко приземлился, подняв кучу пыли. Подняться он уже явно не мог. Когда астронавты добрались до бегуна, то увидели, что это действительно был Эндрю.

***

Аполлон 35 только что отстыковался от Телемаха. Капитан Смит готовил модуль к запуску двигателей. Пора было лететь домой.

Эндрю смотрел в иллюминатор. От управления его капитан временно отстранил по медицинским соображениям. Оно и правильно. Именно на такие случаи пилотов в экипаже двое. Со сломанной рукой Эндрю был не слишком полезен качестве пилота. Да и в зеркало смотреться ближайшее время точно не стоит. Чтобы не портить настроение.

- Как думаешь, нам кто-нибудь поверит? - Джейн обращалась к Кочетову.
- Ну ты ведь не зря собрала столько грязи и веток? - Отшутился Кочетов.
- А ты выловил этого кошмарного слизня. - Засмеялась Джейн и одёрнула себя. - Скажут, что мы прихватили всё это контрабандой с земли.
- Это не так-то просто. - Хмыкнул Кочетов. - Вот Чебурашка нас чуть не угробила.
- Скажут, что это был русский заговор. - Протянула Джейн.
- Что, опять? - картинно возмутился Кочетов.
- Я думаю, что нам обязательно поверят. Не сразу, но поверят. - Вмешался в разговор Эндрю. Распухшие губы слушались неохотно. В иллюминаторе было отчётливо видно извилистую серебряную полоску, протянувшуюся через кратер Крюгера. Полоску, которой раньше не было.

Гродно. Июль 2017



  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"