Belov Dmitry: другие произведения.

Училка

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Возможно ли склеить разбитое сердце, заставив его биться для другого? Может ли групповой секс быть ключом к новой любви, разрушающей все преграды воздвигаемые обществом? Взгляд на ситуацию изнутри, женский взгляд.

    Молодая учительница, ученик выпускного класса, красавцы близнецы. Их столкнул вместе жестокий расчет коллеги-недоброжелательницы. Но никто не мог предположить, что почти насилие может вылиться в наполненные нежностью и страстью отношения. Кого же выберет женское сердце, еще не забывшее прежней привязанности?

    Примечание: Эта книга в основном написана соавтором и, соответственно, от женского лица. О нетрадиционных осуждаемых обществом отношениях между учительницей и учениками. Не рекомендуется к прочтению тем, кто считает, что с одной женщиной может быть только один мужчина.

    Книга дописана






На педсовет знаменующий начало нового учебного года молодая учительница шла, как на расстрел. Директор уже непререкаемым голосом поставила ее в известность о том, что кроме нагрузки по собственному предмету на плечи недавней выпускницы пединститута ложится еще классное руководство над 11б. Всего лишь один учебный год с девятиклассниками благополучно оставлен за плечами.

Ее вузовская специализация - биология и все что с ней связано. Предмет в бытность школьную любимый и интересный. Учителем девушка стала случайно. В городке, где она проживала, учебных заведений раз-два-три и обчелся. Поступала в финансовый, на факультет банковского дела, в педагогический просто на всякий случай отнесла документы. Но на желаемую специальность не прошла по баллам. Учась на первом курсе, еще пыталась перевестись - безуспешно. А потом втянулась, уже и менять что-либо не хотелось. К тому же тогда жизнь цвела яркими красками, и все представлялось в радужных тонах. Надеялась доучиться потом на платной профпереподготовке, получив более денежную и перспективную специальность. Но жизнь распорядилась по своему и к окончанию ВУЗа девушка осталась единственным добытчиком в семье, еле сводящей концы с концами. Серьезно заболела мама, и любая нагрузка была ей противопоказана, да еще и на лекарства требовалось много денег. Практика в школе стала единственной возможностью найти работу. В небольшом населенном пункте вообще с этим туго, все кто может, пытаются уехать в более крупные города. Даже на низкооплачиваемые места, типа продавца и тому подобных профессий, не требующих специального образования, была нешуточная конкуренция. И больше вариантов как бы и не было. А у учителей к тому моменту немного подняли зарплату, в кармане диплом на имя Никаровой Анны Андреевны, требующий прохождения практики, иначе навыки преподавания растеряются и даже такая работа покажется несбыточным сном.

И вот она здесь, в стенах школы, идет облаченная в серый деловой костюм на сходку с коллегами. Если оглянуться в прошлый год, не такая уж из нее и плохая училка получилась. Ученики приняли лояльно, предмет биология, а в частности "Человек и его здоровье", она знала хорошо и преподать могла весьма интересно, не как пишут обычно в учебниках. В меру строгая, не допускающая панибратства, но и не показывающая себя сухарем и ханжой.

В этом году ей дали добавочно десятый и выпускные классы, то есть целый летний месяц пришлось готовиться к новой программе "Общая биология". Это классное руководство не было нужно, прибавка к зарплате незначительная, а проблем выше крыши. Она надеялась, как в прошлом году, подрабатывать переводами книг, а теперь дополнительный заработок, похоже, накрылся медным тазом.

Голова думает, а ноги идут, перестукивая каблучками по линолеуму непривычно тихого коридора. И зычный голос директрисы даже досюда доносится, еще год не начался, а уже разносы. Дергает на себя дверь учительской. Так точно, все уже в сборе, хоть и опоздала совсем чуть-чуть, автобуса долго не было.

- А, вот и наш молодой специалист, - оборачиваясь в мою сторону, ехидным голосом произносит глава школы. - Что, Анна Андреевна, для вас законы не писаны? Считаете, что все должны вас ждать?

Не захлебнись ядом, дура великовозрастная. Но сказала совсем не то, что хотелось бы.

- Извините, больше не повторится.

Но иначе не выжить, попрут из школы в два счета, желающих пруд-пруди. А у нее мама больная на руках, и на эту работу одна надежда. Здоровье по нашим временам весьма недешево обходится, и за любое рабочее место приходится держаться зубами и когтями.

Новоприбывшей заново зачитали все своды и правила: как жить, как себя вести, как дышать - на все есть свои инструкции. Дали на подпись кипу бумаг, бюрократия ведь в цене, за каждый чих нужно расписаться до и после. Директор публично подтвердила ее полномочия в качестве классного руководителя, не слушая робких возражений. Заранее раздала всем напутственных пендалей и отправила по домам готовиться к первому сентября.

Вот и наступил день знаний. Хочешь - не хочешь, а на праздничную линейку все равно надо идти. Школьный двор встретил галдящей толпой. Бывалые детки кучковались группами, оживленно обсуждая прошедшие каникулы. Особняком стояли новички. Затравленно оглядывались испуганные первоклашки, торжественно окруженные родней. Но вот подобающие моменту песни на школьную тематику замолкли и над людским морем раздался голос директора, возвещающий о начале первого учебного дня. Гвалд немного стих, типа ученики прониклись важностью момента. Ну, или просто снизили громкость собственных разговоров, не ожидая понукания от старших.

Анна отзевала всю положенную торжественную часть, вполуха слушая обращение директора и коллег. Все равно ничего нового или суперважного произнесено не будет. Хорошенькой первокласснице с огромными белыми бантами дали в руки колокольчик. Высокий парнишка из 11а посадил девочку на плечо и торжественно пронес вдоль рядов собравшихся, пока она оглашала двор звуками первого звонка.

Когда линейка закончилась, Аня собрала под крылышко цыплят-одиннадцатиклассников, некоторые из которых чуть ли не на голову выше уже, стройным гуськом завела в стены учебного заведения.

Ну, что там еще полагается? Благословить? Не, это вроде не из той оперы. Послать подальше? Тоже вроде не к месту. Спать-то как хочется...

Что-то промямлила несуразное под сочувствующими взглядами детишек, хотя какие они дети, если уж трезво поразмыслить, разница не такая уж и большая. Да и большинство из них уже вкусили запретного плода взрослой жизни. Только вот учительнице не до вкушения, расставание с бывшим женихом вышло весьма болезненным, даже думать об этом не хочется. Но сейчас не до превратностей личной жизни. Полночи она составляла план классного часа на первое сентября и теперь в глаза хоть спички ставь. Нервничала немного. Да что там немного, прилично нервничала, аж руки тряслись, когда класс отпирала. Вот хоть одна польза от руководительства - свой кабинет есть. Условно свой, конечно же, но пока в нем уроков нет, можно его закрыть, и отгородится от всей этой учебной суеты.

Ученички со скептическими лицами расселись по партам и вперили в учителя двадцать пар выжидающих глаз. Первое впечатление - самое важное. Нужно правильно себя поставить, внушить уважение, заставить считаться с собой и своим мнением. А как это сделаешь, если классная руководительница выглядит нисколько не старше учениц? Невысокая хрупкая брюнетка с забранными в строгую прическу волосами, очками в тонкой оправе на носу, носимыми больше для солидности, чем из-за плохого зрения. Белая блузка с коротким рукавом и узкая черная юбка, туфли-лодочки на низком каблуке. Образ тщательно продуман, но, увы, не делает ее значимее в глазах учеников.

Анна Андреевна прошлась рядом с доской, подбирая слова. Заготовленная загодя речь казалась излишне пафосной и не подходящей для аудитории. Говорить выпускному классу о важности образования, посещения уроков и стремлению к хорошим оценкам... Какой бред. А то они этого сами не знают. Оскомину уже набили подобные речи. Да и идея завлечь подшефных игрой уже не казалась такой привлекательной. Слишком взрослые уже, могут не принять.

Но молчать еще хуже, так что она решила начать с самого простого - со знакомства. Назвалась, озвучила и так всем известное: что быть ей на этот год классной руководительницей. Попросила называемых по списку ребят подниматься со своего места и вкратце рассказать о себе. Сразу же поняла, что последнее требование было излишним. Ученики либо паясничали, либо просто молчали. Только белобрысый паренек с первой парты Тимур глухо буркнул, что был старостой в прошлом году. То, что в классе есть человек привычный к решению организационных моментов школьной жизни, несказанно порадовало. Аня пригляделась к нему повнимательнее, не лишним будет переговорить с глазу на глаз, староста обычно помощник классного руководителя.

В лица Анна видела многих, но по фамилиям не знала практически никого. Попутно с попыткой запомнить своих подшефных, сверяла имеющиеся на каждого характеристики с собственным первым впечатлением. Но вскоре все они слились в какую-то череду лиц, и Аня с ужасом поняла, что запомнить всех по именам не в состоянии. Даже пожалела, что не села за стол, где можно было, спрятавшись за объемный букет, делать на листе пометки о внешности встающих учеников.

Девочек было шестеро, все были накрашены и выглядели немного старше своих лет. Все вполне симпатичные. Да и парни совсем не задохлики, широкий разворот плеч выдает подросших мужчин, оглядывающих стоящую под перекрестным взглядом учительницу далеко не с братским интересом. В классе учились также и братья-близнецы, очень похожие друг на друга. Они назвались, но как различать ребят между собой Анна пока не поняла. А ведь придется. Ошибиться в именах - самое последнее дело. Один из братьев повернулся к не сводящему с учительницы серо-зеленых глаз брюнету за соседней партой. Парни перекинулись парой слов явно об Анне, судя по похабной ухмылочке первого. Но замечание делать в первый же день... Она решила отвернуться, якобы не заметила. Может и не очень педагогично поступила, просто малодушно не хотела портить отношения сразу же.

Анна не пыталась выделить кого-то из учеников в первый же день. Несмотря на почти заученные данные о характере, успеваемости и возможных проблемах в управляемости, они все для нее были чисты, как белый лист бумаги. Аня предпочитала складывать мнение о человеке сама, не ориентируясь на умозаключения других.

Под занавес учительница все же зачитала на память напутственную речь и непреложные истины, почти тут же сдувшись под ироничными взглядами ученичков. Поняв, что торжественную часть надо свертывать, не договорила и половины, переключившись на обсуждение общих вопросов по учебе. Тут заскучавшие было детки немного оживились, расхватали расписание, ударившись в бурные дебаты о компоновке уроков. Пришлось взывать к тишине, а то совсем распустятся, почувствовав слабину. Классный час в этой школе обязательным уроком не был, хоть в расписании и имелся. Учитель был обязан все это время находиться в кабинете, но если особых тем для обсуждения не было - дозволялось отпустить класс домой раньше. Но все, у кого имелись какие-либо вопросы, могли в это время пообщаться с классной руководительницей и решить их. Остальные предметы и учителя их преподающие в основном учащимся были знакомы.

До конца урока осталось еще время, и Аня решила все же закончить его подготовленной игрой, подсказанной знакомыми девочками из пединститута. Клубок желаний. Берется клубок пряжи, каждый пишет на разноцветной бумажке то, чего хотел бы достичь за учебный год, и прикручивает к нити. А в конце обучения этот объемистый ком разматывается и ученики дописывают достигли они желаемого или нет. Скептис так и был написан на лицах. Но все же разобрали бумажки, написали. И аккурат к звонку пестрящий записками клубок оказался на учительском столе.

Аня отпустила ребят, еще раз поздравив с началом учебного года. Когда осталась в кабинете одна, пошла убрать клубок в шкаф. Но тут взгляд наткнулся на одну из бумажек, завернутую неплотно, так что начало первого слова угадывалось. Нехорошо читать чужие послания. Но Анна все же развернула зеленый бумажный комок, чтобы чуть не выронить весь клубок разом. На цветном квадрате четким уверенным почерком было выведено: "Трахнуть училку". Веселенькое начало учебного года... Анна была уверена, что речь о ней. Еще бы знать, кто это решил поставить себе такую цель и один ли он такой в классе.

***

Дни шли за днями, постепенно Анна втягивалась в рабочее расписание, класс, навязанный ей старшими по званию, не доставлял особых хлопот. Не приняли - это да. Но и неудивительно, они же себя взрослыми уже считают, а тут какая-то надсмотрщица выискалась. Ладно бы еще выглядела представительно, так Аня же еще и моложе своих лет смотрелась, даже очки не спасали. Сама как девочка-подросток, отчаянно пытающаяся выглядеть взрослой в деловых костюмах, шьющихся для дам бальзаковского возраста. Так что серьезно не воспринимали, и все ждали каких-то каверз: что жаловаться пойдет, доносы строчить или еще чего. Да и она в друзья-подружки не набивалась. Если спросят чего - отвечала. Если надо донести информацию до учеников - собирала и доносила, а так уроки свои отрабатывала и домой. Жаль, конечно, дружеские отношения - они завсегда лучше, чем такое вот холодное настороженное отчуждение.

Девятиклашки - эти да, прибегали после уроков. И прошлая группа, и текущие ученики, какие-то они более открытые, из-за молодости видимо. Девочки иногда за советами обращались, как к более взрослой и опытной. Да какая я опытная... Но марку держать надо, так что и выслушаю и успокою и подскажу, если требуется. У них еще беды детские: то мальчик внимание не обращает, или поссорились, обиды какие-то - все об одном. Иногда приходили уроки в класс делать, просили разрешить посидеть, пока Аня задания своих учеников проверяла.

Не любила она домой работу носить, предпочитала разграничивать, иначе так одна сплошная работа будет. Вот и оставалась периодически после занятий. Да и не хотелось ей домой идти... Пусто там, одиноко, а в школе жизнь кипит, здесь она чувствовала, что нужна кому-то.

Завтра после уроков педсовет по случаю грядущего окончания первой четверти. Жизнь постепенно входила в наезженную колею, да и объяснение тем на уроках уже давалась легче.

Аня вяло ковырялась вилкой в овощном салате, когда за стол подсела коллега Галя, или Галина Сергеевна Зеленцова, учитель географии. Трепачка та еще, все сплетни собирает, как сорока. Старше всего года на три, но уже заслуженный учитель. Да и ученикам яркая симпатичная учительница, острая на язык и всегда находящая нужные слова, нравилась, особенно мальчишкам.

- Здорово, Анька, чего такая смурная сидишь? - затараторила она, не успев толком умоститься. - Как твои ребятки-цыплятки поживают? Слышала, они уже вовсю перекрестным опылением занялись, тебя еще не опылили ненароком? А то у тебя в программе тычинки-пестики, про члены-яйцеклетки уже в прошлом году им рассказала, пора и от теории к практике переходить. Вот Светочка твоя девочка-цветочек с известными близнецами-одноклассниками спуталась. Ох и жарко у них, наверное! Но не по порядкам это, надо бы приструнить.

- Галь, ну чего тебе все чужая жизнь покоя не дает? Пусть люди живут, как хотят, - отмахнулась Аня.

- Ты классный руководитель. Обязана! - хлопнула ладонью по столу географичка.

- Ничего я никому не обязана, отстаньте все от меня, - огрызнулась на нее, а потом добавила уже более миролюбиво: - К тому же это сведения неподтвержденные, не стоит их каждому встречному-поперечному передавать.

- Еще как подтвержденные. А ты особо не выкаблучивайся, не умеешь руководительствовать - научим, не хочешь - заставим! - рассмеялась она своей же шутке и поднялась из-за стола. - Ну, бывай, не забудь про завтрашнее сборище и не вздумай опаздывать.

У-у-у, стерва! Вся вроде из себя правильная, сладкоголосая, уважительная, а душа черным-черна. Настроение еще больше упало, хотя Аня думала, что ниже плинтуса уже некуда.

А в расписании у Анны как раз 11б и их самостоятельная работа над тестом. Сидя за учительским столом, она невольно задерживала взгляд на блондинистых макушках братьев, на задумавшейся над ответами Светлане, неосознанно эротично прикусывающей зубами кончик ручки. И мысли сами собой вильнули в непристойное русло.

А ведь Аня их видела не так давно, столкнулись случайно на улице, она даже не осознала тогда, что люди-то знакомые, поспешив отвернуться от не предназначенного для чужих глаз. Но случайно подсмотренная картина неожиданно взволновала, оставшись в памяти. Два парня просто обнимали девушку, проводя руками поверх одежды, но насколько же эротично это смотрелось! От троицы чуть только искры не сыпались, столько страсти было во взглядах, в нарочито неторопливых движениях. И только сейчас Аня поняла, чьему свиданию была невольной свидетельницей. Интересно, а действительно, какого оно так, с двумя? Ведь наверняка это просто фееричные ощущения...

Если бы учительница объясняла урок, то не отвлекалась бы на раздумья, тем более прилюдные. Но разговор с Галей всколыхнул с самого дна души неожиданно жаркие фантазии. В обход сознания в голову приходили мысли, образы. Аня представляла эту троицу вместе, как Света выгибается в умелых руках, ласкает их обоих. Внизу живота стало горячо от подобных мыслей.

"Черт, что ж я делаю-то? Представляю разнузданные эротические фантазии с участием своих же учеников, стыдобища!" - испуганно подумала Аня. И вдруг поймала понимающий взгляд обоих братьев, с интересом наблюдающих за ней.

Щекам сразу стало жарко, и она уткнулась в бумаги, лежащие на столе, даже не вникая, что те собой представляют, только чтобы создать видимость занятия делом.

Рискнула поднять глаза на класс только минут через десять, когда гулко стучащее вспугнутой птахой сердце немного успокоилось. А красивые парни, тут уж что есть - то есть. И внимание на них не зря первые красавицы школы обращают. Насилу высидев до звонка, собрала заполненные тесты. Это был последний урок на сегодня, так что, спровадив учеников, сразу засела за проверку.

На следующий день у Анны было подряд два урока в девятых классах, тему она знала хорошо, так что трудностей они не вызвали. Мы проходили с ними курс "Человек и его здоровье" и Аня взяла за правило в конце каждого урока разбавлять скучную теорию данными по первой помощи. В учебнике эта тема немного освещалась, но учительница не так давно закончила курс: "Медицина катастроф", получив громкое звание медицинской сестры, и могла дополнить сжатое сухое изложение из учебника более подробными сведениями. На уроке изучали опорно-двигательную систему и данные о первой помощи при переломах пришлись как нельзя кстати.

На педсовет Анна пришла даже на десять минут раньше, пожертвовала переменой, но большинство уже были в сборе и начался очередной разнос даже раньше оговоренного для начала экзекуции времени. Нет, вначале все было цивильно. Обсуждение школьных вопросов и проблем, успеваемости учеников, программы обучения. А потом, когда большинство учителей разошлись и остались только приближенные директору и те, кого она не отпустила - начался форменный разнос. И для Ани нашлись "добрые слова" и одевается она, дескать, недостаточно закрыто, и с учениками не строга и моральный дух у нее не крепок, а уж в классе так уж и подавно. И стервозные грымзы начали заочно распекать Светлану. Сразу ясно, откуда сплетня пошла, вон Галя сидит довольная-довольная. "Вот бы рожи эти, жиром заплывшие, начистить. Мечты-мечты... никогда я не подниму руки ни на кого из них. Слишком слаба и мягкосердечна. Меня оскорбляют, а я только голову в плечи втягиваю и киваю как болванчик." - думала Аня. Тут гроза школы перевела свой взор на нее, заставив еще больше вжаться в неудобное кресло.

- Анна Андреевна, это ваша прямая обязанность, как классного руководителя, прийти к ученице, посмотреть, как она живет, и в привычной ей обстановке вразумить неразумное дитя, - стала поучать она. - В школе детки должны учится, а не шашни разводить. Тем более противоречащие устоям социума, у нас тоже есть некие моральные рамки, которые нельзя переступать. А то ишь чего надумали, разврат в стенах школы разводить! Вот пусть ученицы образование получают и замуж выходят, как все, а до этого надо целомудрие блюсти.

Хотелось возразить, но Аня уже привычно проглотила вертящиеся на языке слова, обреченно кивнув. Она чувствовала себя после таких вот сборищ, как оплеванная, но сделать ничего не могла. Сама и без еды продержалась какое-то время, но вот родительнице нужны дорогие лекарства и Аня была готова что угодно выдержать, слова не сказав, чтобы только получить деньги на их приобретение.

***

Уроки на сегодня закончились, но навязанное коллегами внушение благочестия никто не отменял. Побыстрей бы отмучиться, скинуть с себя неприятное задание, и свободна. И вот как, спрашивается, можно вразумлять своевольного подростка, да еще и в такой деликатной сфере, как личная жизнь? Со своей бы разобраться вместо того, чтобы в чужую лезть.

Уже год почти никого не было, ровно с тех пор, как рассталась с любимым мужчиной, Виктором. Сначала было просто очень больно, не хотелось никого и ничего. Со временем вроде отпустило, активизировались желания организма, но Анна глушила их работой, учебой, чем угодно, только чтобы не думать и не хотеть. Не желала она продолжения того кошмара под названием любовь. Обмусоленная писателями и поэтами горькая конфета в сладкой оболочке под цветастым фантиком красивых слов и лживых обещаний. Но и ложиться под первого встречного ради секса или становиться легкой добычей пикаперов, ищущих развлечений на один раз, тоже не желала. Должна же быть у женщины какая-то гордость, уважение к себе.

И вот что, спрашивается, эти сучки учительские к девочке прицепились? Даже если все эти грязные слухи правда и у ученицы действительно два кавалера в активе, так порадоваться только надо чужому счастью, а не ядом истекать, пытаясь разрушить чужие отношения. Да и зачем делать это чужими руками, приплетая еще и классную руководительницу, никоим боком в ситуации не завязанную, да и не осуждающую к тому же. Вот и разговаривали бы сами, или родителей подключили, если уж так хочется в чужую жизнь грязными руками лезть.

А парнишек ничего так Света себе выбрала, красавцы, чертовски сексуальны, да еще и близнецы. Полшколы по Артему и Артуру сохло, мечтая провести волнительные минуты близости в сдвоенных объятиях. И, судя по слухам, весьма многие из желающих там оказывались. Да что и говорить, стыдно признаться, но и у самой учительницы на уроках взгляд частенько цеплялся за вихрастые блондинистые макушки. Завидуют, видимо, стареющие сучки, но той, на кого пала обязанность неприятного разговора, от этого не легче...

Разворачивает мятую бумажку с адресом, сверяя номер дома. Вот ведь еще засада, тащиться к ученице домой для неприятного разговора. Типа это обязанность классных руководителей, проверять житье-бытие неблагополучных учеников. И кто только такие правила дурацкие придумал? И так за гроши приходится работать, так еще и свободное время занимать незнамо чем.

Звонок тихо тренькнул, оповещая о приходе незваных гостей. Анна внутренне подобралась, настраиваясь на непростой разговор. Света, одетая совсем не по-домашнему в красивое длинное платье, была чем-то весьма взбудоражена и довольна. Появилось малодушное желание развернуться и уйти по-тихому, не портя другому человеку настроение, но перед глазами сразу забрезжили перспективы разноса. Можно было бы, конечно, послать всех этих шавок-коллег извилистыми тропками, но терять работу, даже такую, она в данный момент не могла, слишком нужны деньги. Дверь захлопнулась за спиной, отрезая от остального мира, закрытая еще и на ключ, несмотря на наличие вертушки у другого замка. Неприятное ощущение от присутствия на чужой территории усилилось.

- Здравствуй, Света. Я к тебе по настоянию коллегии учителей, - обреченно выдохнула Аня, уже ожидая обоснованного неприятия с ее стороны.

- Здравствуйте, Анна Андреевна, да уж, наслышана, - хмыкнула в ответ хозяйка. - Проходите, будьте как дома.

Сарказм так и звучал во вроде бы вежливых словах и еще что-то. Предвкушение? Странно. Сделала несколько шагов в квартиру, стараясь не задумываться обо всех этих странностях, сейчас важнее сохранить собственное лицо и авторитет.

Легкий шорох за спиной заставил резко развернуться. С пошловатой улыбочкой на губах и поистине раздевающим взглядом, стену подпирали оба предмета предполагаемого разговора.

А они что здесь делают?

Тут складываются вместе элементы пазла, все непонятки этого дня. Мышка попала в мышеловку. Гостья делает спешный шаг назад к двери, а в поле зрения попадает еще один персонаж. Владислав Орлов, лучший друг этой парочки озабоченных индивидов. И такой же похотливый взгляд, скользящий по затянутой в строгие тряпки фигуре. Страх липкими щупальцами проникает в душу, вот только группового изнасилования ей и не хватало в серой и беспросветной жизни. И Света ей не помощница, скорее зачинщица, судя по жестокой недвусмысленной улыбочке кривящей губы.

Бросается к двери, лихорадочно пытаясь открыть, забыв за подступающей паникой о ключе, провернувшемся в замочной скважине. Чужие руки смыкаются на талии и жаркий шепот в ухо:

- Не так быстро, Анна Андреевна.

И следом другой голос, гораздо ближе, чем следовало бы для безопасности.

- Проведите для нас внеклассное занятие, урок анатомии, вы же учительница. Или лучше училка?

Анна забилась в чужих руках, силясь вырваться, но силы были явно не равны. Но поняв свою ошибку, попыталась сохранить ясность рассудка, иначе подозрения слишком быстро станут явью. Беззащитность и жалкие трепыхания жертвы слишком сильно заводят, для того, чтобы отказаться от этого лакомства. И Анна шипит злобной фурией, гордо выпрямляя спину:

- Убери руки от меня, изнасилование слишком дорого вам обойдется.

- Кто-то говорил о насилии? Нет, милая, все будет по обоюдному согласию.

Ее мягко, но настойчиво отодвигают от двери, не снимая сцепленных рук, и разворачивают к брату.

- Ну что вы, боитесь своих же учеников? - его палец касается скулы девушки, опускается ниже, обводя контур губ. - Мы только посмотрим, не более того.

А ее от этого тихого и чувственного, продирающего до самых костей голоса, буквально парализовал страх. Мозг лихорадочно искал пути выхода из ситуации и не находил их. В то время, как голова пыталась найти решение в сложившейся ситуации, тело совершенно наглым образом предало девушку, выдавая свой голод в плотских ласках.

Чужие руки опустились ниже, нежно поглаживая поверх одежды, дразня, провоцируя. Руки обоих молодых мужчин, страстных, манящих и таких недостижимых. Ведь разницы в возрасте и в социальном положении никто не отменял, да и теперешняя ситуация мало напоминает добровольное согласие.

Она почему-то отказывалась верить, что эти парни могут быть грубыми и жестокими, рвать одежду и озверело набрасываться на беззащитную жертву. Да и движения парней больше напоминали нежную ласку, чем похотливое ощупывание. Но сдаваться она просто не могла себе позволить.

- Пустите...- голос получился какой-то жалкий, просящий.

Владислав дернулся было в нашу сторону, но был остановлен непреклонно вставшей на пути Светланой.

- Парни, ну что вы с ней рассусоливаете? - зло проговорила она. - Не видите что ли, что она уже мокрая? Нечего жалеть эту болтливую тварь, сколько из-за нее мне крови предки попортили. Все в жизни имеет свою цену. Договор есть договор, не отступайте от плана.

А наглые конечности тем временем не останавливаются, распаляя глупое тело еще сильнее, заставляя желать большего. И попытки освободиться так же не приносят результата, беззащитную жертву только еще больше вжимают в твердокаменную эрекцию. И нет никаких сомнений, что опытные парни, держащие девушку в клетке своих горячих тел, это понимают.

- Заткнись, Света! Артур, она действительно хочет уйти? - спросил Влад.

И парень, держащий ее, с улыбкой качает головой, выдавая во всеуслышание желания чужого тела, но не разума, пытающегося еще отчаянно сопротивляться неизбежному.

- Хочу! Черт возьми, пустите меня! - выкрикивает Аня в отчаянии.

Шаг, второй и мягкие губы Влада накрывают ее рот, растворяя последние проблески сознания в океане чужой страсти. Колени подкашиваются, кровь бурной волной несется по венам и она уже не чувствует, как с нее одну за одной снимают одежды.

- Что именно вы хотите?

Мягко шепчут в горящие после поцелуя губы, и только тогда она понимает, что блузка расстегнута, а пальцы парней беспрепятственно исследуют потаенные участки тела. Она заполошно дергается, пытаясь отодвинуться, но куда уж там. Жаркий с придыханием, такой низкий и сексуальный голос в ухо:

- Урок.

И мочка уха тут же оказывается в жарком плену чужого рта.

- Что? - Девушка уже ничего не соображает, безуспешно пытаясь справиться с собой и демонами внутри себя, настоятельно требующими уступить зову плоти.

- Проведите для нас внеплановый урок, Анна Андреевна. Должны же школьники знать, откуда дети берутся. А то все объяснение в школе свелось к требованию прочитать соответствующие параграфы учебника самостоятельно. А усвояемость теоретического материала гораздо хуже, чем практического. Вам ли, как работнику сферы образования, этого не знать?

Тяжелое дыхание парней и ненавязчивое подталкивание в сторону комнаты не оставляли сомнений в намерениях. Разошлась расстегнутая чужими пальцами молния на юбке, Аня еле успела прижать тяжелую ткань до того, как соскользнула бы по ногам вниз. Второй рукой нервно начинает натягивать белье обратно, отступая назад.

"Нет, нет, о нет! Так нельзя, я не могу, не хочу!" - бьются в голове бессвязные мысли.

Спина упирается в чье-то тело. Отдергивается в сторону, видя, как хозяйка квартиры многозначительно покачивает ключиками, намекая, что уйти по своему желанию в любом случае не светит. До того, как они получат все, все, что хотели.

- Ну же, где весь ваш преподавательский талант, желание донести знания до подрастающего поколения? - ехидно спросил один из братьев.

- Сказал бы в рифму, да, думаю, не оценит, - схохмил Владислав.

Смешно им видите ли!

Ее опять ловят. Пытается сопротивляться, отчаянно борется за каждый клочок ткани, прикрывающий сокровенные места. Но противники явно сильнее и их больше, совладать с тремя парами рук просто невозможно. Да еще и парни успели почувствовать насколько она влажная там, а для мужчин это несомненный признак готовности женщины к близости. Никто не будет разбираться в тонкостях психологии, в том, что физиологические реакции могут идти вразрез с реальными желаниями.

Раздевали ее весьма аккуратно, совершенно не грубо и без присущего насилию нетерпения и азарта. И в глазах была не похоть и вожделение, а скорее интерес. Да, весьма специфический, но не имеющий ничего общего с насилием в чистом виде. Ее скорее ласкали легкими касаниями, стремясь разжечь желания плоти. И целью было не добраться до интимных мест, а раздеть полностью. Блузка покинула приличествующее ей место первой. Уберечь от чужих посягательств крючки бюстика на спине она не успела, только прижать руки к обнажившейся груди, чтобы закрыть обзор. Но преграду мягко, но настойчиво убрали.

- Вау! Какие же грудки, оказывается, прячутся под этими строгими пиджаками и непроницаемыми блузками, - изрек Артур.

Пока Артем держал мои руки за спиной, двое оставшихся с неподдельным восхищением пялились на открытые полушария с торчащими сосками. И они прекрасно знали, что явно не от холода вершинки собрались в тугие горошины. Понимая, что одним визуальным исследованием зрители не ограничатся, девушка попыталась освободить руки, чтобы спрятаться от чужих бесстыжих глаз. Но хоть и захват был несильный, вырваться ей не удалось. Жертву чужого произвола только прижали ближе, провокационно потершись о ягодицы.

Остальные тоже не теряли времени даром. Кончики пальцев неспешно обводили контуры груди, не касаясь пока занывших сосков. Реакции тела выдавали с головой, но, не смотря на это, девушка совершенно не желала продолжения, боялась того, что может произойти дальше. И, судя по всему, несомненно произойдет, поскольку тщетность своих попыток вырваться из цепких рук она прекрасно понимала.

Да и кто отпустит-то? Подростки развлекались вовсю, поймав в свои сети представителя школьной власти, того, кто в своей вотчине имеет почти неограниченную возможность командовать и оценивать. Нет ни одного ученика, что хоть раз не желал мысленно поквитаться за несправедливо поставленную оценку. И вот в их руках учительница, практически беспомощная перед чужими фантазиями, с ней можно делать все, что угодно. А власть над другим человеком развращает неимоверно и возбуждает тоже. Еще удивительно, что они хоть частично держат себя в руках, растягивая пытку чужой капитуляции. Поскольку согласие или несогласие жертвы на действия сексуального характера здесь никого не волновало, нечего было и пытаться вразумлять или просить отпустить. Им уже чисто физически сложно остановиться, а заполошные телодвижения в бесплодных попытках вырваться только еще больше заводят, распаленный разум парней не может в полной мере осознать, что раздеваемый объект не хочет секса.

К тому же физически ее тело явно реагирует самым предательским образом. Молния на юбке разошлась, ткань упала вниз, открывая тонкое кружево нижнего белья. Девушка предприняла еще одну бесполезную попытку вырваться, когда ее руки за спиной перехватил Артур, а брат с непередаваемым восхищением осмотрел открывшуюся картину спереди.

- Какой же вы можете быть сексуальной, Анна Андреевна, - прошептал Артем, проведя обеими руками от коленей по внутренней стороне бедер, по плоскому животу, по открытой груди.

Но девушка прекрасно понимала, что одними ласками все не ограничится. Им, несомненно, захочется что-то получить и для себя. Тем более, что они хотят увидеть, уже было озвучено. Освободиться не получалось. Она могла только бессильно дергаться в сжимавших тисками руках и беспомощно наблюдать, как Влад присел на корточки, стягивая последнюю преграду. Все попытки освободиться или защититься больше походили на жалкие трепыхания, не достигая своей цели. И вот уже остатки одежды капитулируют, потерянные в неравной борьбе. В глазах парней бушует такой пожар, что удивительно, как ей не овладели поочередно в этом самом коридоре.

Девушка кинула умоляющий взгляд на наблюдающую за всем этим со стороны Светлану. Парни уже не в состоянии соображать, но вот она не может не понимать, что происходящее сейчас не только аморально, но и преступно. Но ответный взгляд жесток и безучастен к безмолвным мольбам. И это ломает окончательно. Никто не придет на помощь, а сама Анна не в силах защитить себя... И только отстраненно воспринимает, как Влад подхватывает на руки, и делает несколько шагов в комнату.

Книгу можно найти на призр. мирах.


 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"