Белова Ю., Александрова Е.: другие произведения.

"Бог, король и дамы!" Гл.40

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Новинки на КНИГОМАН!


Peклaмa:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    В которой шевалье Александр решил судьбу принца, а принц решил судьбу шевалье Александра.


Юлия Белова, Екатерина Александрова

"Бог, король и дамы!"

  

ГЛАВА 40

В которой шевалье Александр решил судьбу принца,

а принц решил судьбу шевалье Александра

  
   Герцог Анжуйский был прав. Мадам Екатерина была права. Влюбленная Марго беззастенчиво выбалтывала Гизу государственные секреты, нимало не заботясь о последствиях своей откровенности. Планы военных компаний против протестантов, намерения короля Карла касательно Гизов, переговоры с Испанией и мятежными Нидерландами, взаимные клятвы любовников возвысить друг друга превыше всех во Франции занимали в письмах даже больше места, чем обычная для Марго любовная белиберда. Королева-мать вздыхала, но сердиться на дочь не могла. Однако излишняя откровенность короля не на шутку разгневала Екатерину, и ее величество не поленилась зачитать сыну избранные места из писем Маргариты и Гиза.
   Последствия прозрения короля оказались столь грандиозными, что даже Екатерина испугалась. Перво-наперво разъяренный Карл схватил хлыст, дабы проучить болтливую сестру тем способом, каким привык усмирять течных сук. Королева-мать с трудом вырвала обезумившую от боли Марго из рук сына, а потом еще целый час приводила рыдавшую дочь в пристойный вид. Однако второе деяние коронованного безумца заставило Екатерину и вовсе схватиться за голову. Нет, согласие Карла выдать любимую сестричку замуж за принца Беарнского несказанно порадовало королеву, но когда его величество объявил, что накажет герцога де Гиза за излишнюю самоуверенность и наказанием станет смерть, медичиянка ужаснулась. Вся политика старой королевы заключалась в балансировании между двумя враждебными лагерями, и Екатерина ни за что не согласилась бы слишком усилить или ослабить один из лагерей. Война же с Лорренами и вовсе не входила в планы итальянки. Воспоминания о полководческом таланте покойного Франсуа де Гиза, размышления о проповедческом неистовстве кардинала Лотарингского, мысли о многочисленных дядьях, кузенах и прочих родственниках Генриха де Гиза, а также о тех армиях, которыми эти родственники командовали, больше, чем мольбы дочери убеждали королеву-мать спасти жизнь юного герцога.
   После некоторых раздумий Екатерина нашла способ избежать ненужных осложнений. В переданном через графа де Лош приказе герцогу де Гизу было предписано срочно жениться на Екатерине Клевской, дочери герцога де Невера, вдове принца Порсиан и двоюродной сестре принца Беарнского.
   Имя будущей жены герцога было выбрано Екатериной весьма хитро. Хотя предложенное Гизу супружество и не было мезальянсом, оно не приносило младшему Лоррену ни славы, ни выгоды. Дочь мелкого немецкого князя и вдова протестантского принца Екатерина де Клев могла похвастаться лишь миловидным лицом, да тесным знакомством с постелью Генриха, однако не на шутку перепуганный гневом короля Гиз безропотно подчинился приказу королевы-матери и свершил брак с такой скоростью, которую даже мелкопоместные дворянчики сочли бы для себя унизительной.
   Увидев, с какой робостью Генрих де Гиз просит у короля разрешение представить ко двору молодую жену, шевалье Александр почувствовал себя отмщенным. Даже то обстоятельство, что герцог довольно легко отделался от неприятностей, не расстраивало пажа. Гиз познал страх, склонился перед чужой волей -- о большем мальчишка не смел даже мечтать.
   Его величество Карл IX был так доволен поражением лотарингского родственника, что даже позволил себе проявить к поверженному великодушие. Богатые подарки молодоженам, придворные балы и представления, праздничные охоты и карусель -- молодой король не скупился на выражение радости. Заботами его величества придворным целую неделю предстояло выделывать всевозможные па, а музыкантам -- надрываться от желания им угодить. Если бы не бдительность Екатерины король мог бы подарить новобрачному какое-нибудь доходное аббатство или же полк, но даже вмешательство королевы-матери не способно было удержать ее сына от бесконечных подтруниваний над герцогом, многозначительных намеков, двусмысленных похвал мадам де Гиз и длинных рассуждений о браке сестрички Марго.
   В общем, если не считать новобрачного, герцогский брак удовлетворил всех. Екатерину де Клев, которая, наконец, смогла избавиться от траурных одежд. Марго, полагавшую, будто она отстояла возлюбленного. Королеву-мать, избежавшую междоусобицы. Короля, одержавшего победу над Лорреном. Герцога Анжуйского, проучившего сестру за измену. Шевалье Александра, отплатившего Гизу за жестокую обиду. И, конечно, придворных, никогда не отказывавшихся попировать за чужой счет.
   Даже граф де Лош и де Бар был доволен скоропалительным браком двоюродного брата. Жорж-Мишель давно понял, что его лотарингский кузен невыносим, однако теперь Анри хотя бы не строил из себя принца крови. В глубине души шевалье никогда не считал себя ниже родственника, пусть и принадлежал к самой младшей ветви дома Лорренов. Все-таки по матери он был Валуа, а по жене -- независимым государем, что бы там ни думали об этом император Максимилиан, король Карл и герцог Гиз. Так что торжества, устроенные королем в честь свадьбы лотарингского родича, доставляли шевалье искреннюю радость. Жорж-Мишель не пропускал ни одной вольты, гальярды или бержеретты, ни одного бранля (1). Счастье шевалье было тем полнее, что рядом находилась жена, и в ближайшие три-четыре месяца никакие заботы супругам де Лош не грозили. Конечно, за свадьбой Генриха должна была последовать свадьба мадам Маргариты, и именно граф де Лош, как родной племянник Жанны д'Альбре, должен был вести переговоры о женитьбе беарнского кузена. Однако переговорам должна была предшествовать длительная переписка между августейшими сторонами, а переписке -- бесчисленные заседания королевского совета. Для Жоржа-Мишеля подобные приготовления означали блаженное ничегонеделание, проказы, розыгрыши и любовь. Все то, без чего граф не мыслил своей жизни.
  
  
  
  
   (1) Вольта, гальярда, бержеретта, бранль -- придворные танцы XVI века.
  
  
  
  
   Должно быть, именно благодушная расслабленность помешала Жоржу-Мишелю заметить, что не все участники бала веселы и довольны. Одна дама, юная, как Весна на картинах Боттичелли, но при этом гораздо более красивая, пребывала в печали, не свойственной ее возрасту и красоте. Анриетта де Невер, двоюродная сестра Беарнца и родная сестра новоявленной герцогини де Гиз, впервые переживала страдания покинутой возлюбленной, страдания мучительные, ибо юная принцесса не могла понять, как можно было предпочесть ей простую баронессу.
   Сначала восемнадцатилетняя красавица, чье самолюбие было задето даже больше чем сердце, долго плакала, потом стала уверять камеристок, будто умрет от горя и тоски, а закончила тем, что решила заставить ветреного шевалье страдать от ревности. К несчастью, красавица не могла решить, на кого из присутствующих на балу мужчин обратить внимание. Герцог де Гиз уже три дня был ее братом, так что ревновать к нему ее никто бы не стал. Дофин и так был окружен толпою красавиц, и Анриетта не желала к ним присоединяться. Сеньор дю Гаст во всю ухаживал за госпожой д'Эстре, а граф де Лош за собственной женой. Бароны де Роклор и де Крийон были ей не по вкусу. Маршал де Савуа был слишком стар.
   Отчаявшись найти достойного соперника шевалье де Рабоданжа, герцогиня де Невер собралась было отправиться на поиски мужа, когда у выхода из зала заметила красивого молодого человека, непринужденно прислонившегося к стене. Анриетта внимательно пригляделась к незнакомцу и вынуждена была признать, что не только Рабоданж, но и Гиз, и дофин не могли соперничать с шевалье красотой. Герцогиня лишь удивлялась, как дворянин с такой внешностью мог тосковать в одиночестве в самом конце бальной залы, а не блистать в центре нарядной толпы под восторженными взорами дам. Поведение шевалье было тем удивительнее, что ни в его манерах, ни в наряде никто не смог бы подметить и следа провинциальности.
   Синий, под цвет глаз незнакомца, вамс шевалье был расшит золотом; бархатный берет придавал молодому человеку горделивый вид; пышные перья элегантно спадали на левое плечо юноши, а коротенькие шоссы открывали обтянутые шелковыми чулками ноги. В один миг Анриетта разглядела и витую золотую цепь на груди шевалье, и изящную вышивку на его чулках, и необычную кружевную подвязку под правым коленом, и банты в форме роз на шпаге и туфлях молодого человека, и шелковые перчатки, которые шевалье небрежно держал в левой руке. Возможно, наряд незнакомца можно было счесть несколько вызывающим, но в этом вызове не были ничего противного хорошему вкусу и тону. К тому же юная герцогиня полагала, что красота имеет право представить себя в самом выгодном свете.
   В общем, разглядывая шевалье Александра, Анриетта впала в то же состояние, в которое до нее впадали многие дамы и шевалье, но, ничего не зная о ремесле юноши, сделала весьма странный вывод из его одинокого бдения у дверей бальной залы. Герцогиня вообразила, будто незнакомый шевалье как и она страдает от измены возлюбленной. Конечно, рассуждала Анриетта де Невер, терпеть любопытные взгляды придворных, их перешептывания, может быть, насмешки, было невыносимо для благородного человека. Горе требует уединения. Однако же и не прийти на бал придворный также не мог. Видя, с каким мужеством юный шевалье переносит свое несчастье, Анриетта поняла, с кем будет танцевать вольту, и порадовалась, что поможет такому красавцу наказать изменницу.
   Когда королевский паж увидел, что за дама желает с ним танцевать, он понял, что опять влип. Зеленое пламя в глазах герцогини лучше всяких слов доказывало Александру, что напоминать даме о ее супруге, герцоге де Гизе и прочих родственниках так же бессмысленно, как говорить о короле, этикете и деньгах -- Анриетта де Невер его не поймет. С другой стороны, размышлял шевалье, раз в жизни можно было наплевать на принципы. У королевского пажа не было оснований думать, будто герцог де Гиз забыл о его существовании, и если он до сих пор был жив, это еще не означало, будто он доживет до конца празднеств. Александр подумал, что было бы грустно умереть, не испытав ничего из того, чем так богата жизнь других шевалье. А раз так, то умирать лучше с музыкой. Дуэль у него уже была, пусть будет и любовное приключение, с неожиданной бесшабашностью решил шевалье де Бретей. Молча передав шпагу на хранение какому-то пажу, Александр отвесил Анриетте положенный поклон и вывел даму к шеренге пар.
   На какой-то миг в зале воцарилась тишина. Тишина на балу среди сотен возбужденных гостей явление не просто редкое -- немыслимое. Как один дамы и господа принялись оглядываться по сторонам, желая узнать, что же так потрясло их соседей. Однако не успели придворные что-либо понять, как тишину разорвал бой барабана, затем в игру вступили гобои и флейты, скрипки и лютни -- танцоры сорвались с места.
   При виде Анриетты де Невер в паре с шевалье Александром его величество Карл IX расплылся в улыбке, шевалье де Рабоданж закусил губу, Гиз побагровел, герцогиня де Гиз побледнела, граф де Лош покачал головой, а барон де Нанси прикрыл глаза. Больше всего на свете капитану королевской стражи хотелось оттаскать мальчишку за уши, и желание это было таким сильным, что Нанси отвернулся от танцующих и принялся сосредоточенно изучать стоящие в нишах статуи. Генрих де Гиз ухватил Жоржа де Лош за руку.
   -- Ты видел? Видел?! -- возмущенно воскликнул герцог. -- Надо что-то делать!
   -- Прямо сейчас? -- пожал плечами Жорж-Мишель. -- Знаешь, если бы ты смотрел не только на стервеца, но и на его величество, ты бы понял, что наглец выполняет его приказ. Ладно, Анри, оставь в покое мою руку, а то чего доброго оторвешь. Анриетта слишком недавно стала твоей сестрой, чтобы так волноваться.
   -- Он мне надоел! -- буркнул Генрих, все-таки отпуская руку родственника. -- Какого Дьявола, Жорж, ты же обещал решить эту проблему раз и навсегда!
   -- Ничего я тебе не обещал, -- терпеливо напомнил кузену шевалье. -- Я только хотел что-нибудь придумать. А теперь не могу сделать даже этого.
   -- Это еще почему? -- возмутился лотарингский вельможа.
   -- Потому что один дворянин, которому я обязан такой мелочью, как жизнь -- моя жизнь, -- любезно пояснил шевалье Жорж-Мишель, -- взял с меня слово не трогать наглеца.
   -- Как-то это не очень красиво, -- проворчал герцог.
   -- Зато действенно, -- усмехнулся Жорж-Мишель. -- Так что решай свои дела с шевалье Александром сам. Могу только посоветовать обратиться за помощью к Виллекье. Да вот, кстати, и он.
   Господин де Виллекье выслушал герцога де Гиза с самым серьезным видом. Озабочено покачал головой. Желание его светлости покончить с наглостью королевского любимчика не могло не встретить полного понимания со стороны воспитателя дофина, тем не менее природная осторожность заставила Виллекье обратить внимание и на опасные стороны дела. Непременная огласка, как следствие -- неистовый гнев короля, опала, изгнание, заключение в Бастилию были не теми событиями, о которых придворный мог забыть. Конечно, господин де Виллекье не утверждал, будто жизнь испорченного юнца значит для короля больше, чем имя герцога де Гиза. Но коль скоро стервец выполнял волю его величества, стоило подождать хотя бы неделю, дабы кончина негодяя не могла быть связана королем с возложенным на пажа поручением.
   Пока Генрих де Гиз раздумывал над справедливостью данного утверждения, вышеупомянутый негодяй, следуя фигурам танца, ловко перевернул Анриетту де Невер через голову, так что на какой-то миг перед придворными сверкнули алые чулки принцессы и ее белые подвязки. Жорж-Мишель улыбнулся и небрежно заметил, что негодяй умрет счастливым.
   -- Ради всего святого, герцог, -- поспешил предупредить Гиза Виллекье, заметив, что новобрачный вновь нахмурился, -- не поручайте это дело вашим людям. В Париже довольно браво, которые не вызовут ни малейшего подозрения короля...
   -- ...и которые стоят недорого, -- закончил за воспитателя Жорж-Мишель.
   Виллекье поджал губы.
   -- К сожалению, молодой человек, шевалье Александр стоит очень дорого, никак не менее двух тысяч...
   -- Он что -- принц?! -- надменно вскинул голову герцог.
   -- Ах, ваша светлость, иногда мне кажется, что стервец вовсе не дворянин, -- вздохнул Виллекье. -- Поверите ли, господа, но наглец совершенно развратил парижских "браво". Стоит кому-либо при дворе пожелать мерзавцу скорейшей кончины, как "браво" отправляются к нему и предлагают выкупить жизнь. Если он платит столько же и еще половину -- заказ отменяется, если вдвое -- заказчик сам становится жертвой.
   -- А меня уверяли, будто браво заказчиков не выдают, -- удивился Жорж-Мишель.
   -- Так и есть, ваше сиятельство. Однако теперь они не мешают наглецу откупаться. Так что платить надо много, дабы он не смог...
   -- Я понял, -- оборвал воспитателя Гиз. -- Даю три тысячи ливров. Сколько дашь ты? -- обернулся Генрих к кузену.
   -- Нисколько, -- с самой очаровательной улыбкой отвечал шевалье. -- Но эпитафию на стервеца сочинить могу. Экспромтом:
   Усладой жен был и мужей,
   Теперь он радует червей, -- продекламировал Жорж-Мишель.
   Виллекье вежливо улыбнулся, Гиз захохотал.
   -- Над чем смеетесь, господа? -- к собеседникам присоединился герцог Анжуйский.
   -- Сочиняем эпитафию на шевалье Александра, -- весело сообщил граф де Лош.
   -- А что, есть надежда, что он сдохнет? -- оживился дофин и, прищурившись, посмотрел на королевского любимца.
   -- Уверенность, -- коротко бросил Гиз.
   -- И поделом! -- заключил Анжу. Граф де Лош вопросительно приподнял бровь. -- Вообразите, красотка Сов только что заявила, будто шевалье Александр самый красивый мужчина в этом зале...
   -- Мужчина? -- фыркнул Жорж-Мишель.
   -- ...при том, что самый красивый мужчина здесь я, -- докончил дофин.
   -- Ты хотел сказать, я? -- возразил Гиз.
   -- Не подеритесь, -- засмеялся Лош. -- Или вам обоим вручить по яблочку? Нет, право, дело не в споре между вами, а в стервеце.
   Гиз и Анжу взволнованно переглянулись.
   -- Но, Жорж, посмотри на нас внимательнее, -- голос дофина дрогнул. -- Сравни нас и его. Неужели ты хочешь сказать, что он... -- Генрих де Валуа запнулся. -- Скажи правду, кто из нас красивее.
   -- Честно? -- граф де Лош забавлялся.
   -- Конечно, честно, -- подтвердил Гиз.
   -- Тогда он.
   Оба Генриха скрипнули зубами.
   -- Ничего, -- после краткой паузы процедил герцог. -- Красавчику недолго ходить по земле.
   -- Я с тобой в доле, -- так же мрачно сообщил Анжу. -- Кстати, Виллекье, говорят, наглец убил самого Буасе?
   -- Не беспокойтесь, ваше высочество, -- успокоил придворный бывшего ученика. -- Шевалье Александром займется лучший мастер клинка.
   Королевский паж последний раз крутанул партнершу и Анриетта запрыгнула ему на руки -- танец кончился. Жорж-Мишель с минуту наблюдал за юными танцорами, а затем, улучив момент, когда успокоенные Генрихи принялись обсуждать несносный характер короля Карла, подошел к красавице Невер.
   -- Мне кажется, кузина, вы не совсем понимаете, с какой семьей породнились, -- мягко попенял Анриетте Жорж-Мишель. Герцогиня изумленно подняла на шевалье изумрудные глаза. -- Репутация шевалье Александра не такова, чтобы на него могла обратить внимание благородная дама, -- произнес граф и сразу же пожалел о своих словах. Дурная репутация мужчин привлекает внимание самых добродетельных женщин, а кузина никогда не была паинькой. С другой стороны, шевалье почудилось, будто Анриетта расстроилась. -- А, впрочем, неважно, -- отмахнулся граф, всем своим видом желая успокоить даму. -- Лучше объясните, что заставило вас броситься в объятия простого пажа. Как я слышал, у вас уже есть поклонник.
   В глазах герцогини блеснули слезы.
   -- Я так несчастна, -- прошептала восемнадцатилетняя красавица. -- Шевалье де Рабоданж меня бросил.
   Граф де Лош невольно улыбнулся.
   -- Так почему же вы сразу не обратились ко мне за помощью? -- еще мягче произнес он. -- Я бы вызвал глупца на дуэль.
   -- И вы это сделаете?! -- лицо Анриетты просветлело.
   -- Нет, -- шевалье Жорж-Мишель смягчил отказ еще одной улыбкой. -- У меня слишком хорошее настроение, чтобы обсуждать бой на шпагах...
   Герцогиня всхлипнула.
   -- Ну, же, кузина, утрите свои прекрасные глазки. Над шевалье де Рабоданжем будет потешаться весь двор. Обещаю.
   Граф де Лош запечатлел на щеке дамы братский поцелуй и отправился танцевать с Аньес двойной бранль. Его сиятельство был доволен собой. Ему удалось утереть нос Гизу, сдержать данное Нанси слово, избавиться от обнаглевшего стервеца и придумать шутку, над которой будет хохотать весь двор.
   День был прожит не зря.
  

 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  А.Минаева "Академия Галэйн-2. Душа дракона" (Приключенческое фэнтези) | | Ю.Меллер "Опустошенный север" (Попаданцы в другие миры) | | Н.Соболевская "Ненавижу, потому что люблю " (Современный любовный роман) | | П.Коршунов "Жестокая игра (книга 3) Смерть" (ЛитРПГ) | | Я.Зыров "Темный принц и блондинка-репортерша" (Любовное фэнтези) | | И.Смирнова "Проклятие мертвого короля" (Приключенческое фэнтези) | | К.Марго "Мужская принципиальность, или Как поймать суженую" (Любовное фэнтези) | | Е.Флат "Замуж на три дня" (Любовное фэнтези) | | Р.Прокофьев "Игра Кота-3" (ЛитРПГ) | | А.Субботина "Плохиш" (Романтическая проза) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Советница Его Темнейшества" С.Бакшеев "На линии огня" Г.Гончарова "Тайяна.Влюбиться в небо" Р.Шторм "Академия магических близнецов" В.Кучеренко "Синергия" Н.Нэльте "Слепая совесть" Т.Сотер "Факультет боевой магии.Сложные отношения"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"