Белова Юлия Рудольфовна: другие произведения.

Этот прекрасный свободный мир... Гл.18

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Новинки на КНИГОМАН!


Peклaмa:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    О достижениях и потерях...


Юлия Р. Белова

ЭТОТ ПРЕКРАСНЫЙ СВОБОДНЫЙ МИР...

(роман-антиутопия)

Глава 18

  
   Первым работу Роберта увидел Бен. Затем с кухни примчалась непривычно оживленная Мэри. Джо и Билл приехали только к ужину, зато в результате их знакомства с проектом ужин задержался почти на два часа. Ошеломленный, совершенно сбитый с толку грандиозностью плана питомца, Джо не удержался и, прихватив с собой Роберта, помчался к мэру домой. Следующие полтора часа Роберт подробно и терпеливо разъяснял свободному Джефферсону Смиту особенности предложенного проекта, представил полную смету строительства, чем окончательно добил хозяина, и обсудил возможное участие в проекте города. Потрясенный Джо мог только молча переводить взгляд с одного собеседника на другого, а окрыленный мэр объявил, что строительство Вифлеема слишком значимое для города дело, чтобы взваливать его на плечи одних только Тейлоров и их питомцев.
   -- Гамильтон одна дружная семья, -- радостно говорил мэр. -- И, кстати, Роберт, приходи завтра к десяти на заседание муниципалитета -- надо будет решить некоторые проблемы.
   -- Он придет, -- подтвердил Джо, чтобы хоть что-нибудь сказать, а свободный Смит срочно схватил коммуникатор.
   -- Ну, ладно, парни, до встречи, -- вспомнил о вежливости мэр и, уже не дожидаясь ухода гостей, завопил в микрофон: -- Шон! Есть грандиозная идея...
   Ужин в доме Тейлоров проходил в молчании. Бен сиял от счастья и даже стал выглядеть на свои годы. Мэри суетилась, то и дело подкладывая в тарелку Роберта что-нибудь вкусненькое. Джо и Билл переглядывались и с одинаковым изумлением рассматривали Роберта, словно силились понять, что за дивную птицу занесло в их дом. А довольный Роберт ощутил, что у него разыгрался аппетит.
   Следующий день был заполнен речами, дискуссиями, собеседованиями и переговорами. Бен Тейлор без единого возражения прошел все предписанные ему процедуры, а потом вызвался сопровождать Роберта на заседание муниципалитета. Хотя отцы города уже с вечера знали о предложенном проекте, Роберту вновь пришлось изложить свой план, ответить на множество вопросов и развеять не меньшее количество сомнений. Последовавшая за докладом бурная дискуссия была достойна пера Шекспира, зато решение было принято единогласно. Как и ожидал Роберт, идея воссоздания в школе Пещеры Рождения была признана излишне смелой, зато решение о строительстве Вифлеема было утверждено с редким единодушием. Заявление мэра о необходимости участия в проекте всего города также было встречено одобрительно, и дальнейшее обсуждение пошло уже спокойно и по-деловому.
   Когда Роберт, как руководитель строительства, заявил, что надзор за финансами проекта может взять на себя Бенджамин Тейлор, хозяин посмотрел на него с такой благодарностью, словно он только что порадовал его известием о полном выздоровлении. Другой проблемой, требующей немедленного решения, стал выбор помощников Роберта. Побеседовав с двумя десятками волонтеров муниципалитета, Роберт выбрал троих -- дочь владельца аптеки Юнис Честертон и двух алиенов, один из которых работал в местной школе, а второй -- в городском архиве. По окончании заседания Бен Тейлор, как один из опекунов Роберта, подписал все необходимые бумаги, и работа началась.
   Должно быть, Гамильтон уже давно не охватывал такой энтузиазм. Принять участие в строительстве желали все. Владелец единственного в городе супермаркета безвозмездно предоставил строителям необходимые краски, кисти, клей и ножи. Даритель, пожелавший остаться неизвестным, тридцать листов первоклассного картона. Местная транспортная фирма передала во временное пользование электрокар для перевозки материалов. Строительная компания -- фасадную сетку. Владелица кафе вызвалась бесплатно поставлять булочки, бутерброды, чай или кофе на выбор для всех, кто работал над проектом. Школьники с энтузиастом собирали по всему городу картонные коробки и так вылизали территорию школы, что и прежде чистая и аккуратная площадка теперь поражала почти медицинской стерильностью. Волонтеры под руководством Роберта и его помощников расчерчивали схемы картонных домов, а когда пришла пора собирать домики и устанавливать их на подготовленной площадке, желающих набралось так много, что Роберту с помощниками пришлось немало потрудиться, чтобы составить расписание работ.
   Джо Тейлор, смущенный тем обстоятельством, что подарок городу до сих пор не стоил его семье ни цента, спросил Роберта, есть ли хоть что-нибудь, на что они могут потратить деньги. Роберт оторвал голову от очередной схемы, с отсутствующим видом уставился на хозяина, но постепенно его взгляд приобрел осмысленность:
   -- Конечно, -- кивнул он. -- Гирлянды для нашего проекта не нужны, но вот Вифлеемская звезда необходима. Посмотрите, схема примерно такова...
   С каждым днем строительства в жителях Гамильтона что-то менялось. Обычные в любом маленьком городке ссоры практически сошли на нет. Шалости, недостаточная усидчивость на уроках, плохие отметки и прочие приметы нерадения также ушли в прошлое, так как самым страшным наказанием для нарушителей стало отстранение от работ над Вифлеемом. На репетиции Рождественских гимнов сходилось небывалое число людей, и даже Роберт впервые за прошедший год почувствовал сожаление, что не умеет петь. Бен вновь обрел смысл жизни, а его лечащий врач, осмотрев пациента во время очередного визита в онкологический центр, отозвал Роберта в сторону и сообщил, что ему непременно надо продолжить медицинское образование, потому что своим уходом он сотворил чудо.
   -- Впрочем, об этом я еще поговорю с твоим опекуном, -- подвел итог врач. -- Не с этим, -- он кивнул через плечо, -- а с тем. Ты ведь никогда не учился в больших питомниках, верно? Значит, твое образование будет для опекуна бесплатным...
   -- Но у меня работа... -- напомнил Роберт.
   -- Это ненадолго, -- отмахнулся врач. -- Ты и так подарил парню пару лишних месяцев жизни. Если удастся дотянуть его до весны -- это будет чудом.
   -- Так мало, -- тихо произнес Роберт.
   -- У него нет шансов, -- жестко проговорил врач. -- Ты уже достаточно видел, чтобы это понимать. И, кстати, держи учебник -- он тебе пригодится.
   Из кабинета врача Бен вышел оживленным и даже довольным, и Роберт мог бы поверить, что он рад результатам осмотра, если бы не виноватые взгляды, которые Бен время от времени украдкой на него бросал. "А ведь он знает, что у него нет шансов, -- сообразил Роберт. -- И живет с этим... Господи, и что теперь делать? Могут же врачи ошибаться!.."
   Роберт внимательно посмотрел на хозяина и вынужден был признать, что врач прав. Хоть и не так быстро, как раньше, но младший Тейлор менялся, и эти изменения были не в лучшую сторону. Оживление и радость Бена, вернувшийся интерес к жизни и исчезнувшая обидчивость могли ввести в заблуждение Мэри, Билла и даже Джо, но уже не Роберта. Молодой человек помог больному сесть в машину и подумал, что обязан сделать это Рождество самым светлым и радостным из всех праздников, что были в жизни младшего Тейлора.
   День, когда картонный Вифлеем полностью занял место на отведенной ему площадке, а Роберт объявил, что пришла пора раскрашивать модель, стал одним из самых торжественных дней строительства. Взрослые и дети собрались на школьной площадке, выслушали наставления Роберта и принялись за работу. Бен сидел на скамеечке чуть в стороне от всех и как зачарованный рассматривал выросший, словно по волшебству, город.
   -- В чем дело, хозяин? -- Роберт подошел к Бену и присел рядом. -- Вы хотите отстать от остальных? Кисти в руки и вперед, за работу!
   -- Но я не смогу... -- неожиданно испугался больной. -- Я все испорчу!
   -- С чего бы это? -- удивился Роберт. -- Да и что здесь можно испортить? Следите за разметкой, и все будет хорошо. Ну же, за дело! Вставайте, хозяин, -- Роберт осторожно поднял Бена на ноги и мягко подтолкнул вперед. -- У вас все получится...
   В дни покраски Вифлеема Роберт особенно порадовался, как удачно подобрал помощников. Больше всего ему повезло с Юнис. Студентка факультета менеджмента обладала не только немалыми организаторскими способностями, что было ожидаемо, но и художественным вкусом и даже некоторыми способностями к живописи. Девушка великолепно чувствовала цвет и пространство, а после нескольких уроков Роберта обрела и чувство формы. А еще Юнис оказалась очаровательной девушкой, и не замедлила это Роберту доказать.
   Работа стремительно продвигалась вперед, а потом, когда Роберт с помощниками закрыли Вифлеем фасадной сеткой, чтобы без чужих глаз завершить работу, весь Гамильтон замер в ожидании чуда. Подправить раскраску домов, добавить необходимые детали, вдохнуть в маленький Вифлеем жизнь было не таким уж и трудным делом, и заняло всего пять дней. Зато потом Роберт уже в одиночку принялся писать задник, на фоне которого раскинулся волшебный город.
   Прежде молодому человеку не приходилось изображать Святую землю, но сейчас его рукой водили вера и память. Прошлое вновь вставало перед глазами Роберта, чтобы обрести новую жизнь. И все же на картоне рождался не совсем тот Вифлеем, который молодой человек видел пять лет назад. Из-под кисти художника возникал идеальный город, который может существовать только в мечтах или во сне. Еще не Небесный град, но обещание о нем, напоминание, что совсем близко от Вифлеема раскинулся Золотой Иерусалим.
   Тихие холмы, купол небес, прозрачный воздух... В картину хотелось шагнуть, чтобы раствориться в тишине и покое, чтобы стать частью тайны и чуда.
   Роберт писал быстро, как это всегда случалось с ним, когда он находил главное настроение картины, а потом, когда все было закончено, и молодой человек отошел на десяток шагов, чтобы оценить свой труд, он заметил потрясенный взгляд Юнис.
   -- Как будто над Вифлеемом склонился Бог... -- почти прошептала она.
   Это Рождество стало самым необычным и светлым Рождеством в Гамильтоне. Взрослые в этот день ненадолго вернулись в детство, а дети почувствовали себя взрослей. Слова мэра о том, что Гамильтон одна большая семья, перестали казаться просто словами. Школьный спектакль о поклонении волхвов воодушевил и умилил зрителей. Вифлеемская звезда звала за собой. Рождественские гимны звучали так искренне и чисто, как ни разу не звучали на репетициях. Окрыленные люди ходили по домам с подарками и даже малознакомые чувствовали, будто знают друг друга всю жизнь...
   Бен светился восторгом, но Роберт, очень внимательно следивший за больным, безошибочно уловил тот миг, когда переполнявшие младшего Тейлора чувства могли прорваться обильными слезами:
   -- Вы устали, хозяин, вам пора спать, -- мягко, но убедительно заметил Роберт, отведя больного в сторону.
   -- Да-да, я лягу, -- согласился Бен и послушно отправился вместе с Робертом к себе.
   Привычные вечерние процедуры прошли быстро, но на этот раз Бен не отличался разговорчивостью -- впечатления от праздника были столь сильны, что лишили больного дара речи. Роберт постелил Бену постель и помог лечь.
   -- Вам удобно?
   -- Да-да, Роберт, все хорошо, -- проговорил Тейлор. -- Но тебе тоже надо отдохнуть. Ты столько делал все эти дни...
   -- Конечно, -- согласился молодой человек и пошел к двери.
   -- Роберт! -- неожиданно окликнул Бен.
   -- Да? -- питомец остановился.
   -- Спасибо, -- прошептал Бен, и Роберт улыбнулся.
   -- Спокойной ночи, хозяин, -- пожелал напоследок молодой человек и, уходя, выключил свет.
   Праздник закончился, но в душе каждого в Гамильтоне остался его отсвет.
  

***

  
   Экзамен на полные гражданские права Пат постаралась сдать за три недели до Рождества. Пат рассчитала все: предпраздничную подготовку, окончание работы над романом, возможность бывшего хозяина прибыть на Нью-Винъярд, а затем несколько изменить список приглашенных на Рождество.
   Когда в присутствии Эллендера, мэра и двух свидетелей бывший куратор объявил Пат свободной Бэль Эллендер, вручил документы об успешной сдаче экзаменов и новое удостоверение личности, а бывший хозяин назвал племянницей и сообщил, что гордится ею, на глазах Пат навернулись слезы счастья. Свободная Бэль Эллендер -- это было прекрасно! Пат наконец-то добилась своего, пусть и не так, как намеревалась изначально, но, пожалуй, это было и к лучшему. Стать племянницей Эллендера было удобнее, чем его женой -- во всяком случае, племяннице не нужно было рожать. Конечно, подобное родство не давало Пат права наследования, зато предоставляло в распоряжение девушки все деловые связи "дяди". Насколько Пат знала бывшего хозяина, ко всем своим обязанностям, в том числе и родственным, он относился очень серьезно. Поэтому приглашение Эллендера на Рождество было ожидаемым, но все равно на редкость приятным подарком.
   Готовясь к поездке в столицу, Пат постаралась учесть все обстоятельства и малейшие нюансы. Выбрала наряды для церковной службы, торжественного приема и будней, руководствуясь не наивными советами Энн Джонсон, а воспоминаниями о нарядах бывшей хозяйки и ее гостей. Запаслась двумя распечатками своего творения, а также электронными вариантами книги на трех разных носителях. Купила билет на поезд, а не на экранолет, чтобы сэкономить средства и при этом иметь возможность еще раз обдумать каждый свой шаг в тишине и покое.
   Единственное, что пугало Пат, это отношение жены Эллендара, его дочери и питомцев, но к удивлению девушки все обошлось. Судя по всему, "тетя" не ревновала к родственникам, даже таким как Пат, и потому встретила "племянницу" вполне радушно, чем только закрепила мнение о себе как о полной идиотке. Линда как примерная девочка сказала Пат "Здравствуйте, кузина", после чего была отправлена в детскую, а питомцы были слишком хорошо вышколены, чтобы даже взглядам дать понять Пат, что помнят ее в ином статусе.
   Вливание Пат в семью одного из крупнейших бизнесменов Свободного мира прошло успешно, а Эллендеры, как ни в чем не бывало, принялись знакомить Пат с родственниками и друзьями, словно девушка и вправду была любимой племянницей, вернувшейся домой после долгого путешествия и нуждавшейся в том, чтобы ее ввели в модный свет. Только тренированный делами и экзаменами ум Пат мог справиться с потоком хлынувшей на нее информации, имен и лиц. Пат непринужденно улыбалась, пожимала руки, раз за разом произносила слова "Очень рада вас видеть", приняла участие в беседе "дяди" с его компаньонами и даже высказала пару здравых замечаний о развитии семейного бизнеса, чем вызвала одобрительный кивок Эллендера.
   В отличие от "дяди", вводившего Пат в деловой мир, "тетя" вводила ее в мир светский, беспрестанно твердила о предстоящем замужестве, познакомила Пат чуть ли не с дюжиной потенциальных женихов и дала исчерпывающую характеристику на каждого. Если бы дело происходило в оставленном мире, Пат могла бы только радоваться богатому выбору, но сейчас с трудом подавила панику. Не для того Пат сдавала экзамены на полные гражданские права, чтобы перед ней вновь забрезжила угроза беременности и родов. Необходимо было срочно принять меры предосторожности, и Пат с самым серьезным видом поблагодарила "тетю" за заботу, сообщила, что замужество слишком важная и ответственная вещь, чтобы торопиться, и пообещала самым тщательным образом изучить генетические карты потенциальных женихов, чтобы после замужества достойно выполнить долг перед обществом.
   Ответственный подход Бэль к замужеству вызвал одобрение не только "дяди", но и "тети", а Пат еще раз убедилась, что правильно сделала, взяв с собой готовый роман. Необходимо было как можно скорее ошеломить влиятельных "родственников", найти издателей и отодвинуть разговоры о замужестве на неопределенный срок.
   К счастью для Пат, на празднование Рождества были приглашены и две ее предшественницы, одна из которых приехала к Эллендарам с мужем, а вторая с женихом. Явление "кузин" оказалось спасением для девушки, потому что "тетя" Эллендер наконец-то оставила ее в покое и принялась щебетать о семейной жизни со старшими "племянницами". Пат сполна воспользовалась предоставленной свободой и, наконец-то, смогла подстеречь "дядю" одного и сообщить, что хочет посоветоваться с ним о делах.
   Натаниэль Эллендер улыбнулся.
   -- Бэль, дитя мое, я ценю твою ответственность, но сейчас у нас праздник и ты можешь отдыхать, -- заботливо произнес он. -- К тому же, о чем тебе волноваться? Судя по твоим отчетам, дела на Нью-Винъярде идут прекрасно.
   -- Да, дядя, -- подтвердила Пат. -- Ньювинъярдский филиал быстро развивается. Мы уже увеличили оборот втрое, и я надеюсь, что это не предел. Но сейчас я хотела бы поговорить о другом...
   Пат на мгновение замолчала, делая вид, будто борется со смущением.
   -- О чем же? -- ожидаемо подбодрил "племянницу" Эллендер.
   -- Дядя, -- вновь заговорила Пат, -- я хорошо понимаю, к какой уважаемой семье принадлежу. Вы очень многое делаете для нашего мира, и я тоже хочу быть полезной для общества, хочу быть достойной вас. Наш мир прекрасен, но я мечтаю, чтобы он стал еще лучше, еще красивее, чем сейчас. Сегодня тетя много говорила о значении семьи, и когда я слушала ее, мне казалось, будто она читает мои мысли. Все эти месяцы я много думала о своей жизни и о своей ответственности перед нашим миром, -- Пат в очередной раз ненадолго замолчала, дожидаясь еще одного одобрительного и поощрительного кивка "дяди". -- Основа нашего общества, -- уже увереннее заговорила Пат, -- это семья, и от того, какими будут отношения в семье, зависит благополучие всего нашего мира. А благополучие семьи во многом зависит от женщин, от того, смогут ли они стать хорошими женами и матерями. И я... не знаю, получилось ли у меня... но я написала книгу для женщин... книгу о любви, о том как правильно создавать семью, чтобы наш мир стал еще краше. Я старалась изложить все в занимательной форме, чтобы книгу было легко читать...
   Пат вновь изобразила смущение.
   -- Не знаю, заслуживает ли она публикации... но мне так хотелось что-то сделать для нашего общества!... Я хотела просить у вас совета...
   Бывший хозяин задумался, и Пат затаила дыхание.
   -- Давай сделаем так, -- серьезно проговорил Эллендер, -- ты дашь мне на прочтение свой текст, я посоветуюсь с опытными людьми и уже после их совета, мы с тобой решим, как быть дальше. Надеюсь, ты взяла книгу с собой?
   -- Взяла, дядя, -- кивнула Пат, с трудом сдерживая ликование. Подсунуть свой роман Эллендеру было главной задачей, остальное было ожидаемо. Уж если в оставленном мире любовные романы очаровывали миллионы женщин и обогащали своих авторов, то здесь они должны были произвести эффект разорвавшейся бомбы. О, нет, не бомбы, -- поправила себя Пат. Слава Богу, она не собиралась ничего разрушать, а только желала построить собственное королевство. Пат прекрасно изучила бывшую хозяйку, Энн Джонсон и многих других женщин -- не в последнюю очередь благодаря тщательному штудированию светской хроники -- чтобы не сомневаться, они будут глотать ее книги, а потом требовать "Еще!". "Дядюшка" был слишком хорошим бизнесменом, чтобы не заметить коммерческий потенциал ее труда. Пат не удивилась бы, если б Эллендер вознамерился испытать воздействие романа на собственной жене, и, значит, успех был обеспечен. Да и беседа "дяди" с издателями должна была решить множество проблем. Для миллионов людей имя "Эллендер" уже давно стало синонимом качества, и, значит, писательница Бэль Эллендер была просто обречена на успех.
   С самым скромным видом передав бывшему хозяину распечатку и еще раз сообщив, как сильно желает работать на благо свободного общества, Пат позволила себе немного расслабиться и отдохнуть.
   А через три дня Эллендер устроил Пат встречу с одним из лучших издателей свободного мира. Результатом этой беседы стал договор на уже написанный роман, а также соглашение, по которому издатель обязался покупать и все последующие творения Бэль Эллендер.
   Пат ликовала. Договор был великолепен -- "дядя" не зря считался одним из лучших предпринимателей, а его юристы -- примером для всех юристов Свободного мира. Да и три месяца для написания романа из жизни первопроходцев казались Пат сущей чепухой. Слава Богу, ей больше не нужно было готовиться к тестам, зато собранные к экзаменам материалы вполне можно было использовать для романа. К тому же Пат успела прикинуть, какие любовные романы оставленного мира должны были послужить основой для написания новой книги. Даже необходимость возвращаться на Нью-Виньярд больше не расстраивала девушку, так как Пат не сомневалась, что очень скоро вернется в столицу. И все же действительность превзошла все ожидания молодой писательницы. По настоянию "тети" обменяв билет на более приличный для ее нового положения, Пат уже собирала вещи, когда "дядя" сообщил, что хочет с ней поговорить. Пат мгновенно прибежала на зов Эллендера, справедливо рассудив, что сейчас выполнять распоряжения "дяди" надо еще быстрей, чем в те времена, когда он был ее хозяином.
   -- Девочка моя, -- Натаниэль Эллендер как всегда был заботлив и ласков, -- у тебя начинается новая жизнь и я хотел бы предупредить тебя, что она налагает определенные обязанности.
   -- Я понимаю, дядя, -- ответила Пат, глядя на Эллендера взором, в котором читалось желание своротить горы. -- Я уже сделала предварительные наброски новой книги. Надеюсь, она будет полезной для нашего общества.
   -- Даже не сомневаюсь, -- кивнул "дядя", глядя на девушку с отеческой гордостью, словно именно он воспитывал Пат с младенческих лет. -- Речь сейчас не об этом. Ты стала писателем, Бэль, твои книги будут издавать немалыми тиражами и это изменит всю твою жизнь. Я знаю, ты привязалась к Нью-Винъярду, тебе понравилась самостоятельная жизнь, но теперь тебе придется вернуться в столицу.
   Слова Эллендера звучали для Пат музыкой, но девушка решилась возразить:
   -- Но как же моя работа, дядя? -- проговорила она, подпустив в тон точно рассчитанное беспокойство. -- Я не могу бросить семейное дело, это было бы неправильно...
   -- Отныне тебя призывает еще более важное дело, -- внушительно объявил Эллендер. -- Твои книги помогут миллионам женщин, а это та работа, которая требует жертв. Да, я знаю, светской жизни ты предпочитаешь работу, но открытость для публики неотъемлемая часть обязанностей писателя. У тебя появятся поклонники, ты должна будешь встречаться с читательницами, работать над текстами с издателями, читать лекции в университетах, вести блог и, конечно, держать открытый дом. Далеко не все из этого перечня можно осуществить по сети. А это значит, девочка моя, что тебе придется подыскать себе замену на Нью-Винъярде. Уверен, ты справишься с этим за неделю. Считай это жертвой на алтарь нашего общества. Я понимаю твои чувства, племянница, но неужели ты думаешь, мне никогда не хотелось жить в тихом уголке, вдали от столицы и столичной суеты, работать по восемь часов в день и сидеть с удочкой у озера? -- вопросил "дядя". -- Хотелось, конечно, хотелось, -- вздохнул Эллендер, -- но у меня был долг перед семьей, фирмой и обществом, теперь же этот долг призывает и тебя. Надеюсь, ты меня понимаешь?
   -- Да, дядя, -- серьезно сказала Пат. -- Раз так надо...
   -- Это необходимо, -- уверенно подвел итог Эллендер. -- С делами на Нью-Винъярде надо покончить как можно скорей.
   -- У меня есть три кандидатуры... -- задумчиво сообщила девушка. -- Думаю, нового управляющего филиалом надо подобрать из жителей острова.
   -- Прекрасно! -- одобрил предприниматель. -- Теперь о твоем жилье...
   -- Я могу купить в столице квартиру... -- скромно проговорила Пат.
   -- Нет-нет, милая, -- немедленно возразил Эллендер и даже наставительно поднял указательный палец. -- При твоих обязанностях это будет не слишком удобно для прочих обитателей дома, где ты решишь приобрести апартаменты. А писательница Бэль Эллендер не должна вызывать неудовольствия соседей. Таким образом, девочка моя, тебе нужен собственный дом в пригороде. Не сомневаюсь, за месяц мы сможем подобрать виллу, которую ты могла бы снять, а в перспективе и купить. Пока же мы будем искать ее, ты можешь жить в нашем гостевом домике.
   О подобном повороте событий Пат даже не мечтала. Ее восторг был столь силен, что на какой-то миг Пат отключилась от беседы. Когда же девушка пришла в себя, Эллендер как раз рассуждал о необходимости пройти курсы по обращению с питомцами, так как при том открытом доме, который Бэль придется держать, без питомцев ей не обойтись.
   --... и, конечно, я помогу тебе подобрать управляющего, -- успокаивающе заметил Эллендер. -- Не стоит волноваться. Ты же моя любимая племянница...
   Поднимаясь на борт экранолета, Пат сияла не хуже всей праздничной иллюминации столицы. Этот мир, который вскоре должен был пасть к ее ногам... Влиятельные и богатые "родственники"... Вилла в самом роскошном пригороде столицы... Фотографии на обложках журналов... Жизнь, наконец-то, повернулась к ней лицом и призывно улыбнулась, и Пат готова была заложить душу, но на этот раз не упустить удачу.
   А виллу она назовет Тарой, -- неожиданно решила Пат. Бэль Эллендер из Тары -- это будет красиво!
  

***

  
   Повестка первого законодательного дня заставила сенатора Томпсона протереть глаза. В прошлую сессию, во многом благодаря его усилиям, поправки к закону о Службе адаптации так и не успели дойти до голосования, что автоматически рассматривалось как отклонение проекта. И вот теперь поправки вновь были внесены на рассмотрение Сената свободных. Ричард всегда знал, что Эллис очень упорна, да и Томас Лонгвуд не отличался смирением, и все же подобной прыти от оппонентов не ждал. Еще одним неприятным открытием стало то обстоятельство, что в соавторы к Эллис присоединилось сразу двадцать семь сенаторов, как молодежь, так и сенатских ветеранов. Оставалось вновь извлечь на свет Божий подготовленные аргументы и постараться сплотить сторонников.
   Однако за Рождественские каникулы сторонников у Ричарда поубавилось. Это стало третьим неприятным открытием сенатора. Признав, что Эллис и Лонгвуд проделали немалую работу в каникулы, а у него осталось не так уж и много шансов победить в голосовании, Ричард взял на вооружение старый добрый метод затягивания слушаний. Его острым язвительным вопросам Лонгвуду в юридическом комитете могла бы позавидовать даже Эллис, однако шеф Службы адаптации оставался спокоен и невозмутим. После пятого дня слушаний Ричарда вызвал старший брат.
   -- И что это за детские капризы, Дик? -- снисходительно поинтересовался консул.
   -- Что?!. -- подобного вопроса Ричард не ожидал.
   -- К чему эти нападки на Лонгвуда и поправки? -- с тем же снисходительным видом спросил Стив. -- Ты можешь мне объяснить, что все это значит?
   -- Да это мне впору требовать объяснений, что все это значит, -- разозлился сенатор. -- Неужели консулы намереваются поддержать поправки?
   -- Почему же нет? -- пожал плечами Стив.
   -- Да хотя бы потому, что это противоречит основному принципу нашей Конституции -- принципу разделения властей, -- напомнил Ричард.
   -- Покажи мне, где это сказано, -- предложил консул. -- Статья, раздел, параграф... Если ты заглянешь в Конституцию, то не найдешь ни слова о разделении властей.
   -- Но это подразумевается! -- возмутился Ричард.
   Консул с нескрываемым интересом оглядел брата с головы до ног.
   -- Удивительное сочетание подросткового упрямства и старческого догматизма, -- наконец-то подвел итог он. -- Для твоего возраста довольно странно путать методы и цели. Знаешь, Дик, основной принцип нашей Конституции -- это эффективность. Нашему обществу нужны профессионалы, надеюсь, ты не станешь отрицать, что Лонгвуд профессионал?
   -- Но если дать голос Лонгвуду, каким бы профессионалом он не был, наше общество перестанет быть демократичным, а станет корпоративным, -- возразил сенатор.
   Консул поморщился.
   -- Да называй, как хочешь, -- пожал он плечами. -- Все это лишь инструменты, а не священные коровы. Если инструменты исправно служат, а механизмы функционируют, мы обязаны их использовать, -- наставительно заметил Стив Томпсон. -- Какого черта, Дик! Никто не отрицает, в оставленном мире было много дурного, но это не основание отказываться от хорошего. Мы берем полезное везде, где находим, даже, прости Господи, у коммунистов и социалистов. Чем ты недоволен?
   -- Тем, что я не понимаю, кого представляет Служба адаптации, -- Ричард даже наклонился вперед, стараясь достучаться до старшего брата. -- Сенаторы представляют жителей нашего мира, они избираются гражданами нашего мира, но кого представляет Лонгвуд, если он никем не избирается?
   -- Знаешь, Дик, я начинаю сомневаться в твоих университетских оценках. Если ты не знаешь порядка утверждения глав подобных служб, загляни во вторую статью Конституции -- там все сказано.
   Стив встал, подошел к книжным полкам и демонстративно вытащил тонкую книжицу, на которой золотыми буквами было вытеснено слово "Конституция".
   -- И потом, чего ты боишься? -- продолжил консул, швырнув брошюру на стол. -- Что в Сенате появится еще один голос? Смешно. Это всего один голос, Дик. Не будешь же ты уверять, что это как-то нарушит баланс сил в Сенате!
   -- Но...
   -- И не говори мне, что даже такой человек как Лонгвуд сможет переменить настроения Сената, -- перебил консул. -- Ты так мало веришь в наш Сенат? Брось, Дик, ценз ответственности был придуман не просто так. Наши сенаторы прекрасно умеют работать с людьми и не подпадать под чужое влияние. Да, они представляют наше население вне зависимости от его профессионального уровня. Так тем важнее дать голос представителю профессионалов.
   -- И как далеко мы зайдем? -- немедленно ринулся в наступление Ричард. -- Сегодня ты предлагаешь дать голос Службе адаптации, а что будет завтра? Кто следующий и до какой степени разбухнет Сенат, если мы будем давать голос каждому, кто потребует? И почему ты решил начать со Службы адаптации, а не со Службы психологической поддержки, к примеру?
   Стивен Томпсон довольно улыбнулся.
   -- Ну, вот это уже больше похоже на конструктивный разговор. Наконец-то ты задаешь правильные вопросы, -- снисходительно одобрил он. -- Все просто, Дик. Голос в Сенате получат те службы, чья работа оказывает наибольшее воздействие на общество. Надеюсь, ты понимаешь, как много значит для нас Служба адаптации? Что же до Службы психологической поддержки, так мы согласны с Лонгвудом, что их следует объединить...
   -- О, нет, -- вырвалось у Ричарда. -- Ты готов создать монстра!
   -- Опять эти громкие слова... -- недовольно поморщился консул. -- Пойми, объединение этих служб насущная необходимость. Они занимаются общим делом, пусть и рассматривают его с разных сторон. Служба психологической поддержки по большей части работает со свободными и решает вопросы их взаимодействия с обществом, а также питомцами и нумерами. Служба адаптации занимается питомцами и нумерами и рассматривает их взаимодействие со всем остальным миром. Если ты скажешь, что нам не нужна общая картина, я в тебе разочаруюсь.
   -- И, конечно, это единая служба будет работать под руководством Лонгвуда, -- язвительно предположил Ричард.
   -- А что ты имеешь против Лонгвуда? -- поинтересовался консул. -- Уточни, ты сомневаешься в его компетентности или моральных устоях? А, молчишь... -- констатировал старший Томпсон. -- И правильно, кстати, делаешь, потому что такие обвинения надо доказывать, а у тебя нет ничего кроме эмоций, -- сурово подвел итог Стив.
   Консул недолго помолчал, а потом продолжил речь:
   -- Между прочим, помнишь законопроект Эллис Дженкинс о полугодовом моратории на отказ от прав опеки? Он тебе так понравился, что ты провел его через комиссию в рекордные сроки.
   -- И что? -- Ричард вскинул голову. -- Эллис внесла полезный законопроект, почему же я не должен был его поддержать? Люди не мебель, чтобы переставлять их туда-сюда. Эллис была права, и я оказал ей поддержку. И я горжусь тем, что этот билль стал законом.
   Старший Томпсон усмехнулся.
   -- А ты что же думаешь, это Эллис раскопала историю питомца, у которого произошел нервный срыв из-за разлуки с опекунами? Это была информация Лонгвуда и практически вся работа по разработке "Закона питомца Л." была проведена в его службе. Ты все еще будешь утверждать, что Лонгвуду не нужно право законодательной инициативы и голос в Сенате?
   Ричард сосредоточенно молчал, осмысливая новость.
   -- И, кстати, -- продолжил консул, удовлетворенный молчанием младшего брата, -- именно открытое предоставление Службе адаптации голоса в Сенате делает ее директора более контролируемым. Сравни контроль за сенаторами и за их помощниками. Лонгвуд понимает это, но добровольно готов надеть на себя новый хомут, так что не стоит разбрасываться намеками на его диктаторские замашки.
   -- Ты хочешь сказать, что я вижу то, чего нет, и Лонгвуд не мечтает о диктатуре? -- пришел в себя молодой сенатор.
   -- Я хочу сказать, что диктатура точно такой же инструмент, как и все остальные, а инструмент не может быть ни плохим, ни хорошим. Дело в уместности его применения и профессионализме при использовании. Слава Богу, с профессионализмом у нас все в порядке, а вот с информацией и силами несколько хуже. Не забывай, братец, мы слишком мало знаем о том, что твориться за пределами контролируемой нами территории и не можем присягнуть, что для обеспечения выживания нам не понадобится так пугающая тебя диктатура. И не пытайся уверить меня, Дик, будто ты никогда не задумывался над этим. Что-что, но простаком тебя не назовешь. Если же понимая все это, ты продолжаешь нападки на Лонгвуда, значит, в тех слухах, что гуляют по Сенату, есть доля истины.
   -- Ты о чем? -- Ричард с искренним недоумением уставился на брата.
   -- О том, что тебя сжигает ревность, и это единственная причина твоих демаршей, -- отрезал консул.
   -- Что за чушь! -- Ричард возмущенно вскочил. Консул напротив уселся удобнее и даже откинулся на спинку кресла.
   -- Не стоит так бурно протестовать, -- спокойно заметил он. -- Бурные протесты лишь подтверждают подозрения. Ты лучше сядь, -- посоветовал Стив. -- Нечего изображать из себя оскорбленную невинность. Лонгвуд, в отличие от тебя, не путает личное и общественное. Так что разберись, наконец, в своих отношениях с Эллис и не морочь людям головы.
   Ответом консулу был только возмущенный взгляд младшего брата.
   -- И вот этого тоже не надо, -- наставительно заметил Стив. -- Убийственные взгляды на меня не действуют. Лонгвуд свой долг выполнил -- он женат, обзавелся сыном и его жена опять беременна. На этом фоне твоя ревность выглядит просто по-идиотски.
   -- Да не ревную я к нему, -- наконец-то обрел дар речи Ричард.
   -- Дик, не стоит повторять одно и то же, со слухом у меня все в порядке, -- сообщил консул. -- И я даже не настаиваю на том, чтобы ты женился именно на Эллис. Если ты нашел кого-то другого -- Бога ради, проверь генетическую карту невесты и женись, -- великодушно разрешил Стив. -- Но мне надоело смотреть, как два разумных человека теряют головы, когда дело затрагивает одного из них. А еще мне надоело наблюдать, как обсуждение серьезных поправок тормозится из-за каких-то воображаемых обид. Довольно, братец. Будем считать, что ты переутомился, а Рождественских каникул для полноценного отдыха оказалось недостаточно. Поэтому отправляйся-ка ты в отпуск...
   -- Ты шутить? -- поразился Дик.
   -- Нет, братец, я не шучу, -- холодно ответил старший Томпсон. -- Мой пост не подразумевает излишнюю шутливость. Дебаты в Сенате вполне могут пройти без тебя, тем более что все свои аргументы ты уже высказал в предыдущую сессию и ничего нового сказать не можешь. Вернешься к голосованию. Слава Богу, со связью и воздушным сообщением у нас все в порядке.
   -- Но так же нельзя... -- возмутился Ричард.
   -- Сенатор Томпсон, это уже не совет, -- ледяным тоном объявил Стив и Ричард осекся. Что-то говорить, спорить, упрашивать было теперь бессмысленно. Брат его выслушал, консул объявил приговор.
   Ричард молча поднялся и вышел из кабинета, хлопнув дверью.
   Старший Томпсон несколько минут смотрел на закрытую дверь, затем вытащил коробочку с таблетками и бросил одну из них в рот. Его долг перед обществом был очевиден, и для того, чтобы его выполнить, необходимо было жить. Чего бы это не стоило.

 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Я.Логвин "Сокол и Чиж" (Современный любовный роман) | | А.Максимова "Сердце Сумерек" (Попаданцы в другие миры) | | Т.Мирная "Колесо Сварога" (Любовное фэнтези) | | А.Оболенская "Правила неприличия" (Современный любовный роман) | | А.Кувайкова "Дикая жемчужина Асканита" (Приключенческое фэнтези) | | М.Ваниль "Доминант 80 лвл. Обнажи свою душу" (Романтическая проза) | | С.Волкова "Похищенная, или Заложница красоты" (Любовное фэнтези) | | В.Рута "Идеальный ген - 2 " (Эротическая фантастика) | | М.Всепэкашникович "Аццкий Сотона" (ЛитРПГ) | | Тори "В клетке со зверем (мир оборотней - 4)" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Советница Его Темнейшества" С.Бакшеев "На линии огня" Г.Гончарова "Тайяна.Влюбиться в небо" Р.Шторм "Академия магических близнецов" В.Кучеренко "Синергия" Н.Нэльте "Слепая совесть" Т.Сотер "Факультет боевой магии.Сложные отношения"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"