Белова Юлия Рудольфовна: другие произведения.

Этот прекрасный свободный мир... Гл.42

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Peклaмa:


Оценка: 7.16*6  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Первый опекунский день


Юлия Р. Белова

ЭТОТ ПРЕКРАСНЫЙ СВОБОДНЫЙ МИР...

(роман-антиутопия)

Глава 42

   Об опекунском дне Роберт вспомнил всего за пару дней до самой даты, и для него подобная забывчивость оказалась большой удачей. Если бы Тед знал о предстоящем событии хотя бы за неделю до приезда Томпсона, он бы не дал товарищу ни минуты покоя. Два дня Тед психовал так, как будто решалась его судьба. "Ты представишь меня опекуну?", -- то и дело спрашивал "шуруп", взволнованно переставляя с места на место вещи на столе. -- "И скажешь, что я лучший в группе?".
   Вечером накануне приезда сенатора волнение Теда перешло все границы. Будущий инженер бесцельно бродил по комнате, не в силах сосредоточиться. Наконец, не выдержав беспрестанного мельтешения перед глазами, Роберт отложил планшет и спросил:
   -- Ты чего мечешься? Можно подумать, ты не знаешь моего опекуна. Иногда мне кажется, что ты знаешь его лучше, чем я.
   -- Скажешь тоже, -- вид Теда был непривычно несчастным и потерянным. -- Я же только на награждении его и видел, ну, еще читал о нем...много... А ты можешь прийти к нему в любое время дня и ночи. Ты даже не представляешь, как тебе повезло!
   -- Во-первых, сенатор человек занятый, -- возразил Роберт, -- и вижу я его далеко не каждый день. И, знаешь, меня это устраивает. Во-вторых, ты сам говорил, что быть деткой -- не самое лучшее, что может случиться с человеком. Ну, так и в чем мне так повезло?
   Тед уставился на товарища в полной растерянности:
   -- Но ты же можешь с ним советоваться... Обсуждать проекты...-- голос сопитомника прозвучал почти мечтательно. -- Слушай, -- оживился Тед, -- намекни ему, что после окончания питомника меня лучше направить на нашу установку -- в Маунтин-Лорен. Не надо меня в столицу. И в Рэдмонт тоже не надо!..
   Роберт помедлил. Желание Теда вернуться домой было естественно, вот только представления Ричарда о долге вряд ли позволили бы ему проникнуться пониманием ситуации.
   -- Тед, я понимаю, ты хочешь домой, -- медленно и осторожно заговорил Роберт.
   -- Ты что думаешь -- это только из-за дома, да?! -- вскинулся "шуруп". Лицо Теда стало пунцовым, но Роберт не мог решить, было это от смущения или от возмущения. -- Да если хочешь знать, наша установка прокола лучшая! -- с жаром сообщил будущий инженер. -- И я просто хочу быть на острие науки... Что в этом плохого?! -- в голосе Теда вновь послышались жалобные нотки. -- Ты же можешь его попросить, а? Сенатора Томпсона послушают...
   -- Возможно, -- осторожно согласился Роберт. -- Но, видишь ли, сенатор Томпсон вряд ли послушает меня.
   -- Но ты же его домашний любимец, -- с потрясающей убежденностью объявил Тед. -- Стал бы он тебя учить на любимца, если бы не слушал.
   Будущий инженер даже удивился такой недогадливости:
   -- Ты главное с ним поговори. Ну, чего мне работать на всяком старье? Нет, я не отрицаю, начиналось все именно там и, по своему, это даже креативно -- ну, знаешь, как всякие раритеты в музее, но сейчас-то все в сто раз лучше, -- восторженно объявил Тед. -- Да без нашей установки прокол вообще не будет работать. Поговоришь с ним, хорошо? -- почти умоляюще полепетал "шуруп".
   Роберт обреченно кивнул. Теда было жалко. А еще было немного странно, что с просьбами к нему до сих пор не заявились другие сопитомники. Видимо, Тед все же не имел привычки сплетничать, и уже за одно это стоило попытаться. Даже без надежды на успех.
   День опекуна начался для Роберта почти как обычный выходной день. Зато сразу после завтрака пришло сообщение от профессора Таненбаума с подробным описанием визита опекуна и множеством советов. Так ученик узнал, что ему надлежит немедленно навести порядок в комнате, поскольку тьютор желает, чтобы Роберт показал опекуну, в каких условиях живет, а профессор знает, до какого безобразия способны довести свои комнаты ученики, особенно ученики частновладельческие. "Дискриминация по принципу опеки", -- хмыкнул Роберт. -- "Кто бы мог подумать!".
   Ученик окинул комнату беглым взглядом и признал, что она совершенно не соответствует страхам Таненбаума. Даже шезлонг Теда, который тот за каким-то чертом уволок с пляжа, никому не мешал, будучи спрятанным в холле за холодильник. Три месяца назад Теду здорово влетело за эту выходку, зато после наказания Таненбаум позволил парню оставить складное кресло у себя. Тед тогда битый час восхищался добротой тьютора, а Роберт подумал, что слаще морковки парень ничего не ел.
   Вторым пунктом расписания была встреча Роберта с опекуном. Встреча была назначена на одиннадцать в коттедже профессора Таненбаума. Явиться на нее Роберту надлежало в парадной форме -- бодрым и готовым к отчету. В 11.20 отчет должен был завершиться, и Роберт мог получить любимого опекуна в свое полное распоряжение, после чего должен был показать сенатору Томпсону свое жилье, а потом, по выбору, мог или остаться у себя, чтобы вволю наговориться, или показать опекуну свои любимые места.
   На этом месте Роберт не выдержал и рассмеялся. Ничего бредовее представить себе было уже невозможно. В памяти сами собой ожили воспоминания о детских летних лагерях и о визитах туда деда. Это было воистину величественное зрелище, и надо же было дожить до тридцати лет, чтобы все повторилось! Правда, Ричард Томпсон ни по характеру, ни по возрасту и опыту не походил на Джона Томпсона, да и он сам меньше всего напоминал одиннадцатилетнего мальчишку, но несмотря ни на что, в воображении принялась разворачиваться фееричная картина: "Вот здесь я живу, а вот сюда хожу на обед... А вон там я встречаюсь с девочками -- видишь тот красивый фонтан? А вот эта беседка, Дик, очень удобна, чтобы готовить уроки, правда-правда. Тебе нравится?". И щенячий взгляд в довершении.
   Роберт давился от хохота, чувствуя, как по щекам струятся слезы. Следовало немедленно взять себя в руки и преисполниться серьезности. "Я -- идеальный питомец и потенциальный алиен", -- с трудом выговорил Роберт и несколько раз глубоко вздохнул. Успокоился. Вновь уткнулся в планшет. Прогулка, обед, еще одна прогулка и проводы сенатора. Все было ожидаемо и не слишком обременительно.
   Вот только все пошло совсем не так, как планировалось.
   Прежде всего, не состоялся отчет, которым стращал Таненбаум. Когда в назначенный час Роберт явился в коттедж тьютора, его встретила Марта Таненбаум со словами, что Эдгар велел подождать, потому что беседует с его опекуном... "Ну что ты, малыш, не надо волноваться, Эдгар тебя только хвалит...Ты же его любимчик", -- щебетала свободная. -- "Посиди немного со мной... И хочешь чая с печеньем? А пирожки?"
   Сидеть в гостиной с Мартой Таненбаум Роберту пришлось почти час, и к концу этого часа молодой человек даже преисполнился сочувствием к профессору, вынужденному терпеть невыносимый трындеж уже которое десятилетие. А в тот момент, когда открылась дверь, и на пороге гостиной появился сам Таненбаум с Ричардом Томпсоном, Роберт испытал неподдельное счастье. Никогда еще встреча с племянником не казалась ему такой желанной.
   Роберт вскочил и склонил перед свободными голову.
   -- Рад тебя видеть, Роберт, -- сдержанно, но доброжелательно произнес сенатор.
   -- Я тоже очень рад, хозяин, -- от души отозвался питомец. Краем глаза заметил, что Таненбаумы следят за ними с одинаково умильными улыбками, и почувствовал себя мухой, увязнувшей в сиропе.
   -- Думаю, Роберт, тебе не терпится поговорить с опекуном, -- сказал тьютор, и Роберт с неприятный чувством заметил, что в этот момент Таненбаум чем-то неуловимо напомнил Данкана. -- Я уже рассказал сенатору о твоих успехах, но, думаю, тебе тоже хочется похвастать. Не буду вас задерживать. Покажи сенатору свое общежитие, расскажи о своей учебе, но не забудь -- в час я жду вас к обеду.
   -- Нет-нет, профессор, -- протестующе поднял руку Ричард. -- Это было бы прекрасно, но у меня в комитете скопилось много дел, так что я буду вынужден улететь много раньше, чем намеревался. Мне бы не хотелось лишать питомца внимания, поэтому придется отказаться от обеда. Но вот в следующий раз -- вы можете на меня рассчитывать.
   Ричард и Таненбаум обменялись рукопожатиями, и Роберт с облегчением подумал, что наконец-то может чувствовать себя свободным. Относительно свободным, конечно, расслабляться было рано. В общежитии было сложно остаться с Ричардом наедине, значит, для откровенной беседы лучше всего было отправиться в зоопарк... или на пляж.
   -- Ну что ж, Роберт, веди, -- с добродушной усмешкой распорядился племянник.
   Пару минут родственники шли в молчании, а потом сенатор разомкнул губы.
   -- Таненбаум тебя захвалил, но объясни мне одну вещь -- почему он сказал, что твоя адаптация прошла не самым лучшим образом?
   Роберт бросил на племянника косой взгляд:
   -- Наверное, потому, что у меня два диагноза, и я до сих пор не стал алиеном.
   -- Вы говорили об алиентстве? -- Ричард даже остановился.
   -- Говорили, -- подтвердил Роберт. -- Судя по всему, у профессора в отношении меня большие планы. Видимо, это какой-то здешний флэшмоб -- вести меня к счастью.
   Сенатор нахмурился.
   -- Профессор Таненбаум -- один из наших лучших тьюторов, -- строго сообщил он. -- Одно перечисление выдающихся граждан нашего мира, которых он воспитал из питомцев, займет пару страниц. И если он взялся воспитывать тебя с перспективой на алиентство -- это значит, что тебе крупно повезло, и ты будешь последним идиотом, если упустишь этот шанс. Надеюсь, это понятно?
   Роберт внимательно посмотрел на родственника, затем кивнул.
   -- Вполне. А вот это, хозяин, общежитие, где я живу, -- уже другим, бодрым тоном проговорил Роберт. Ричард удивленно и с некоторым недоверием оглянулся, но вид стайки питомцев, с любопытством наблюдавших за ними с расстояния десятка шагов, напомнил ему, где он и что вокруг происходит.
   -- Неплохо, -- одобрительно кивнул сенатор. -- Надеюсь, внутри не менее уютно, чем снаружи.
   -- Да, хозяин, -- бодро отрапортовал Роберт, -- вам понравится, хозяин.
   Почтительно открыть перед Ричардом дверь, пропустить вперед, провести на глазах любопытствующих учеников по коридору и холлу, еще раз открыть дверь и впустить племянника в свою комнату.
   -- Вот здесь я и живу...
   Ричард огляделся. Казалось, он пытается нащупать подходящую тему для разговора и никак не может ее найти.
   -- Профессор показывал твои оценки, -- заговорил, наконец, сенатор. -- Признаться, не ожидал такого успеха.
   Роберт только пожал плечами.
   -- Таненбаум сказал, ты добился и немалого личностного роста.
   На это раз Роберт усмехнулся. Рассказывать Ричарду, что имел в виду тьютор, можно было лишь при твердой уверенности в отсутствии посторонних ушей, да и то следовало умолчать о некоторых педагогических приемах Таненбаума. И дело было даже не в стыде. Роберт с удивлением осознал, что стыд притупился, словно недоступная в его положении роскошь. А еще он понял, что с его ограниченными познаниями о здешнем обществе, как ни старайся, но ему еще не раз придется наведываться в дисциплинарный корпус. И раз так, следовало принять ситуацию как данность. Но вот откровенничать об этом с племянником не было никакой нужны.
   -- Для чего-то же я поступил в Стейтонвилль, -- вместо этого проговорил Роберт. -- И, кстати, раз сегодня опекунский день. Надеюсь, ты привез что-нибудь вкусненькое?
   -- Вкусненькое? Тебе?! -- в полной растерянности повторил Ричард, явно не доверяя собственному слуху. -- Ты же никогда...
   -- А причем тут я? -- усмехнулся Роберт. -- У меня есть сосед по комнате, есть сопитомники -- и много. Кое-кого ты уже видел. Я понимаю, они не твои питомцы, а государственные, но ведь в некотором отношении ты и представляешь государство. Значит, с тебя подарок.
   Сенатор сосредоточенно наморщил лоб, в замешательстве посмотрел на "дядюшку" и, наконец, кивнул.
   -- Хорошо, через пару дней я пришлю тебе гостинец. Что ты хочешь?
   -- Что-нибудь сладкое и не очень полезное -- полезного здесь и так завались, -- заметил Роберт. -- Конфеты, печенье, что там еще любят дети... Признаться, я в этом не слишком разбираюсь... Но ты вполне можешь посмотреть, что входит в рождественские гостинцы, -- с улыбкой добавил Роберт. -- Смело бери все!
   Ричард как раз собирался ответить, когда дверь распахнулась, и в комнату влетел Тед. Сенатор нахмурился, недовольный тем, что кто-то посмел им помешать. Растерявшийся питомец покраснел, побледнел, хотел что-то сказать и смущенно замолчал. Роберт решительно шагнул вперед:
   -- Хозяин, позвольте представить вам моего соседа по комнате и хорошего друга ученика Теда из Маунтин-Лорен. Тед государственный питомец и учится на инженера по специальности "проектирование, монтаж и эксплуатация установок прокола".
   Ричард улыбнулся той механической улыбкой политика, которому смертельно не хочется встречаться с очередным поклонником, но который слишком хорошо выдрессирован, чтобы послать его к черту.
   -- Рад познакомиться, Тед, -- произнес сенатор тоном столь же неискренним, как и улыбка.
   -- Тед лучший ученик в своей группе, -- поспешил добавить Роберт, видя, что от смущения товарищ не в силах вымолвить ни слова. -- И он очень хороший друг -- если бы не он, мне было бы гораздо труднее адаптироваться в Стейтонвилле.
   На этот раз взгляд Ричарда потеплел.
   -- Спасибо за моего питомца, ученик, -- одобрительно проговорил он, и Тед почувствовал себя чуть более уверенно.
   -- Да я ничего такого и не делал, -- пробормотал он. -- А что Роберту помогал, так это каждый должен делать -- ну, помогать новичкам... тем более, он же детка... Ой, -- Тед испуганно оборвал себя. -- Я не в том смысле...Я хотел сказать, свободный сенатор...
   -- Тед хотел сказать, -- вмешался Роберт, -- что после окончания учебы мечтает работать на установке в Маунтин-Лорен. Он уже знает особенности этой работы, а получаемая им специальность делает его ценным приобретением для центра.
   -- Что ж, это прекрасно, когда у человека есть мечта, -- доброжелательно кивнул сенатор. -- Учись как можно лучше, Тед, участвуй в исследовательских программах, получай бонусы, и я уверен, распределительная комиссия подберет тебе самое подходящее место работы.
   Тед просиял, даже не заметив, что благожелательный ответ Томпсона означал завуалированный ответ "нет". Будущий инженер восторженно поблагодарил сенатора, сообщил, что только на минуту забежал за планшетом и попросил разрешение вернуться на занятия. Роберт с досадой отвернулся.
   -- Успехов тебе, Тед, -- Ричард покровительственно хлопнул парня по плечу, и счастливый "шуруп" выскочил за дверь. Томпсон недовольно уставился на родственника.
   -- Он действительно лучший, -- с укором проговорил Роберт. -- И когда-то ты его даже награждал.
   -- Знаешь что, -- тон племянника стал ледяным, -- я буду тебе очень признателен, если ты отучишься во всем искать обходные пути. Место человека определяется его заслугами, а не такими вот... просьбами. Если ты хочешь стать алиеном, уж это-то можно усвоить! -- выдал напоследок возмущенную тираду Ричард.
   Роберт задумчиво выслушал племянника:
   -- Ты уверен, что выговоры стоят визита?
   -- Ты что -- не рад мне?! -- поразился Ричард.
   -- Да нет, я рад, -- возразил Роберт. -- Просто, похоже, за время моего пребывания здесь, ты забыл, сколько мне лет...
   -- Что за глупости...
   -- ... или все дело в этой комнате, -- с прежней задумчивостью продолжил Роберт. Окинул окружающее пространство критическим взглядом. -- Ну, да, ты прав, сегодня здесь душновато. Давай пройдемся -- свежий воздух очень способствует мыслительному процессу. Ты не поверишь, но я частенько готовлюсь к занятиям где-нибудь на лужайке...
   Ричард понимающе кивнул.
   -- Ты хочешь показать мне свои любимые уголки, -- многозначительно проговорил он.
   -- Вроде того, -- согласился Роберт. -- Небольшая ознакомительная экскурсия. Только сначала я переоденусь... Ты ведь не настаиваешь на полном параде?
  

***

   Роберт догадывался, что экскурсии у него получаются не столь красочными, как у Теда, но и Ричарду вряд ли были интересны достопримечательности Стейтонвилля. Больше всего на свете родственникам хотелось откровенно поговорить, и ознакомительная прогулка давала для этого все возможности. Особенно хорош был зоопарк. Роберт давно облюбовал один живописный уголок, куда и привел племянника.
   -- Поговорим?
   Ричард оглянулся и одобрительно кивнул. Сел на камень. Вытянул ноги.
   -- Хорошее местечко...
   -- Главное, тихое, -- согласился Роберт, занимая соседний камень. Шершавая поверхность слегка нагрелась, и Роберт рассеянно погладил песчаник. В этой тишине ему иногда казалось, будто он свободен. -- Что там -- в мире?
   -- Да ничего особенного, обычная работа, -- пожал плечами сенатор. -- Законопроектов полно. Совершенствуем наше общество...
   -- Вообще-то, я спрашивал про людей, -- уточнил Шеннон.
   -- Месяц назад Бэль Эллендер вышла замуж, -- сообщил Ричард.
   -- Ну, вышла, так вышла, -- равнодушно проговорил Роберт. -- Она последний человек, кем я стал бы интересоваться...
   -- Тебе что -- все равно?! -- поразился родственник.
   -- Да нет, почему же, -- возразил Роберт. -- Мне не все равно. Замужество Бэль Эллендер -- это прекрасное известие! Полагаю, мир был счастлив, -- с легкой иронией заметил Шеннон. -- Что же до меня, то надеюсь, теперь, когда она замужем, за ней есть, кому приглядеть, и она не сможет досаждать мне.
   -- Значит, ты все же помнишь...
   -- Ну, естественно, помню, -- с досадой ответил молодой человек. -- Это трудно забыть. Но я хотел узнать не о ней.
   Роберт на мгновение отвернулся, помолчал. Вновь посмотрел на племянника.
   -- Как Юнис?
   -- Послушай, Роберт, -- осторожно заговорил сенатор, -- ты должен понять, что Юнис Честертон -- в прошлом.
   Взгляд Роберта потяжелел.
   -- Я это прекрасно знаю, не стоит напоминать, -- жестко ответил он. -- Но я хочу знать, что с ней.
   -- Она тоже вышла замуж, -- ровно проговорил Ричард. -- Три месяца назад. Ее муж -- уважаемый человек, врач, MD, тебе не о чем беспокоиться. Об этой свадьбе была информация в сети. Конечно, это было не такое значительное событие, как замужество Бэль Эллендер, но...
   -- Я не хочу ничего слышать о Бэль Эллендер, -- подчеркивая каждое слово, проговорил Роберт. -- Мне вполне достаточно информации, что она величайший писатель этого мира. И, кстати, раз уж об этом зашла речь, -- резко сменил тему питомец, -- спасибо за курс домашнего любимца...
   -- А, не стоит... -- отмахнулся Ричард.
   -- Но все-таки, -- настойчиво продолжил Шеннон, -- тебе стоило предупредить меня заранее. Это не тот подарок, который хорош неожиданностью.
   -- Ну, надо же! Ты вспомнил, что ты домашний любимец. С добрым утром! -- с сарказмом воскликнул Ричард. -- А сам ты не мог сообразить, что обязан заниматься и по этому курсу?! Ты ведь у нас сообразительный, изобретательный -- как ты говоришь "просто идеал"! Но почему-то удивляешься, когда тебя заставляют учиться...
   -- Тебе не кажется, что ты меня с кем-то путаешь?
   -- Это ты все время что-то путаешь! -- с раздражением бросил Ричард. -- Вот ты мне скажи, чего ради ты вылез с тем парнем? Вопросы распределения не твоя забота!
   -- Ну, не скажи, -- в тоне питомца проскользнула насмешка. -- Мне почти на каждом занятии твердят, что в обязанности домашнего любимца входит дополнительное информирование любимого опекуна по теме его работы. И раз ты курируешь науку, я просто обязан рассказать тебе о будущем специалисте, -- на этот раз тон Роберта просто сочился ядом. -- А профессор Таненбаум объяснил мне, что институт сенаторских любимцев -- это школа управленческого аппарата. Еще десяти дней не прошло.
   -- С тобой совершенно невозможно разговаривать, -- раздраженно выпалил Ричард. -- У тебя на все есть ответ. Ты хоть помнишь, где находишься?
   -- Камеры -- там, -- Роберт небрежно ткнул большим пальцем за спину. -- А если учесть их направление, то как раз здесь образуется слепое пятно. Правда, есть еще эта штучка, -- ученик привычно щелкнул по ошейнику, -- но что-то мне подсказывает, что опасаться ее надо будет уже после окончания питомника.
   Ричард не нашелся, что ответить. Еще немного помолчал, чувствуя, как растет раздражение.
   -- Мы с профессором обсудили твою работу. И я с ним полностью согласен -- ты перегружен.
   Роберт пожал плечами.
   -- Это не ответ! -- недовольно проговорил сенатор. -- Ты слишком много времени тратишь на бонусы в ущерб отдыху. Более того, ты что -- не мог выбрать какой-то другой способ их получения? Домашний любимец сенатора, проектировщик социальных объектов моет полы -- прекрасно! Мы с профессором считаем, что ты уже перерос этот уровень...
   -- Это теперь так называется?
   -- Хватит, Роберт! Прекрати эпатировать Стейтонвилль!
   -- Я никого не эпатирую, -- спокойно ответил Роберт. -- Мне нужны бонусы. По-моему, в этом ты со мной согласен, -- академично, словно преподаватель на семинаре, добавил Шеннон. -- Да, сейчас я не могу ими воспользоваться, но потом я не собираюсь оказываться в ситуации, когда мне не хватит какой-то мелочи. Один раз это уже произошло, и я оказался на аукционе...
   -- Я не собираюсь тебя продавать! -- возмутился племянник.
   -- А причем тут ты? -- возразил Роберт. -- Бен Тейлор тоже не собирался меня продавать, он просто умер, а у Джо Тейлора сдали нервы, -- напомнил питомец. -- Ты тоже не бессмертен, и ты не можешь гарантировать, что твои наследники не предпочтут отправить обремененного диагнозами питомца на аукцион...
   Ричард Томпсон не нашелся, что ответить.
   -- Но есть же и другие способы собирать бонусы, -- наконец-то, выговорил он.
   -- В госпиталь берут только учеников из медицинского сектора, тут даже мое А-Плюс как сиделки не помогает, -- заметил Роберт. -- Еще можно гладить белье, но за мытье полов бонусов выдают больше.
   -- Есть генетические программы, -- напомнил сенатор.
   -- Нет, -- отрезал Роберт. -- Об этом мы уже говорили.
   Ричард с досадой отвернулся. Некоторое время разглядывал верхушки деревьев, затем обернулся, словно в голову ему пришла замечательная мысль.
   -- Скажи, Роберт, как ты относишься к доктору Черчу?
   Роберт удивленно приподнял бровь:
   -- А как я должен к нему относиться? Нормально отношусь...
   -- Доктор Черч хочет заниматься с тобой дополнительно по программе менеджмента.
   -- Прекрасно!
   -- Но мы с профессором Таненбаумом считаем, что этого не требуется. Ты и так слишком много работаешь, -- размеренно сообщил сенатор.
   -- А меня спросить была не судьба?
   -- Ты хочешь заниматься с Черчем? -- удивился Ричард.
   -- Черч -- это полезная информация, -- отчеканил Роберт. -- И да, я хочу ее получить.
   -- Так вот, Роберт, -- так же размеренно и серьезно продолжил сенатор. -- Я дам согласие на дополнительные занятия, но только при условии, что ты пообещаешь прекратить мытье полов.
   -- Шантажист!
   -- Выбор за тобой, -- не сдавался Томпсон.
   Роберт неожиданно усмехнулся:
   -- Значит, каждый труд почетен, так? И кого вы обманываете... -- Помолчал. -- Хорошо. Я не буду мыть полы, если ты дашь согласие на мои дополнительные занятия с Черчем. Доволен?
   -- Очень хорошо, -- кивнул Ричард. -- Рад, что ты проявил благоразумие.
   Разговор продолжился, но с каждым новым словом Роберта все больше охватывало разочарование. Казалось, Стейтонвилль уничтожил всякий намек на взаимопонимание с родственником. Ричард Томпсон не играл многоопытного опекуна -- он им был. Роберт чувствовал, что мысль об очередном опекунском дне, да еще с обещанным обедом, вызывает в нем нечто похожее на отвращение. Видеть Ричарда не хотелось. Потом, после окончания Стейтонвиля, в новом статусе специалиста -- другое дело. Но не здесь.
   Ричард говорил и говорил, давал советы, и Роберт почувствовал усталость от этого отчуждения. Мыть полы было приятней.
   -- А как профессор Макфарлен? -- перебил он Ричарда прямо посредине очередного совета.
   Ричард нахмурился. Буркнул:
   -- Он теперь сенатор.
   -- То есть как? -- Роберт встрепенулся. -- Он оставил медицину?!
   -- Оставил он, как же, -- проворчал сенатор. -- Расположился в комитете по здравоохранению, как у себя дома, и его слушают!
   -- Ну, это естественно, он же специалист.
   -- Он новичок! -- возразил Ричард. -- Но ведет себя так, как будто новичок в комитете это я!
   -- Я понял, -- кивнул Роберт. -- Он тебя потеснил.
   Ричард собирался разразиться возмущенной тирадой, но только махнул рукой.
   -- Это тебя не касается. Поговорим лучше о деле.
   Роберт меланхолично кивнул и задумался, можно ли вообще отказаться от опекунского дня. Сладкие подарки для сопитомников можно было получать и по почте, а тратить целый день на бессмысленные разговоры, было неоправданным расточительством.
   С тем же настроением Роберт отправился в порт -- провожать Ричарда. Терпеливо выслушал его прощальные наставления, периодически вставляя положенные "Да, хозяин, я понял, хозяин, будет сделано, хозяин". Посмотрел, как племянник поднялся на борт экранолета, и тот взмыл в воздух. Это было красиво. Здесь все было чертовски красиво. Если бы красивого было меньше, Роберту было бы легче.
   В их комнате общежития уже сидел Тед, что-то привычно колдуя над планшетом.
   -- Ты чего такой... хмурый? -- с беспокойством поинтересовался сосед.
   -- А, начальство недовольно, -- почти безмятежно ответил Роберт.
   -- Ну, в этом нет ничего страшного, -- постарался взять привычный тон Тед. -- Если твой опекун недоволен, надо больше стараться. Вечно вы, детки, из всего делаете трагедию...
   -- Да, брось, Тед, -- хмыкнул Роберт, -- ну какой я тебе детка?
   Спокойно подошел к своей кровати и расположился на ней с максимальным удобством, водрузив ноги на спинку стула.
   -- Я даже не говорю о том, что я старше тебя на шесть лет, -- непринужденно продолжил попаданец. -- Но у меня и специальностей больше, чем у тебя, включая уже полученную А-Плюс. И в перспективе еще два таких же сертификата. Ну и кто из нас после этого детка?
   -- Я ему не понравился, да? -- после долгой паузы прошептал Тед.
   -- Причем тут ты? -- хмыкнул Роберт. -- Видишь ли, сенатор Томпсон считает, что все должно определяться заслугами человека, в твоем случае -- оценками. Но уж тут тебе бояться нечего, верно?
   Тед неуверенно кивнул.
   -- Не трусь, -- подбодрил Роберт. -- Все будет нормально. Ведь у Таненбаума учатся только лучшие. Разве не так?

Оценка: 7.16*6  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  Н.Волгина "Ночной кошмар для Каролины" (Любовное фэнтези) | | V.Aka "Девочка. Вторая Книга" (Современный любовный роман) | | Д.Дэвлин "Аркан душ" (Любовное фэнтези) | | А.Енодина "Не ради любви" (Попаданцы в другие миры) | | С.Елена "Невеста из мести" (Приключенческое фэнтези) | | И.Зимина "Айтлин. Лабиринты судьбы" (Молодежная мистика) | | Д.Вознесенская "Таралиэль. Адвокат Его Темнейшества" (Любовное фэнтези) | | V.Aka "Девочка. Первая Книга" (Современный любовный роман) | | И.Смирнова "Проклятие мёртвого короля" (Приключенческое фэнтези) | | А.Субботина "Плохиш" (Романтическая проза) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"