Белова Юлия Рудольфовна: другие произведения.

Этот прекрасный свободный мир... Гл.47

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Новинки на КНИГОМАН!


Peклaмa:


Оценка: 7.44*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Любимая работа это радость!


Юлия Р. Белова

ЭТОТ ПРЕКРАСНЫЙ СВОБОДНЫЙ МИР...

(роман-антиутопия)

Глава 47

  
   В тот день, когда начался большой проект, жизнь Роберта резко изменилась, и изменения ему нравились. Каждое утро, открывая глаза, он твердил себе, что не должен расслабляться и уж тем более обольщаться новой жизнью, но с каждым днем эти напоминания становились все менее убедительными и все более натужными. Роберт даже не догадывался, как соскучился по настоящему делу. Если бы он умел петь, то непременно бы запел, но, к сожалению, за прошедший год его слух ничуть не улучшился. Стейтонвилль открылся для Роберта с новой стороны, а привычный медосмотр и смена формы были только воротами в сияющий мир.
   Для работы в большом питомнике было предусмотрено все. В Стейтонвилле и так было много зелени, но проектный сектор отличался даже на фоне преподавательского. Очаровательные коттеджи проектных групп оплетались вьющимся виноградом. Лужайки вокруг домов представляли продуманное сочетание зеленого ковра, на котором было приятно лежать, с небольшим вкраплением клумб и разбросанных тут и там участков диких зарослей, тянущихся к зеленой ограде и тенистым деревьям. Да и сами коттеджи были спроектированы с любовью и знанием дела, и Роберт поклялся, что если ему придется познакомиться с проектировщиками, он непременно от души их поблагодарит. Комнаты для каждого участника проекта удивительным образом сочетали домашний уют и деловую сосредоточенность. Душевые и туалеты были построены в расчете на каждых двух жильцов дома. А еще была просторная и светлая гостиная -- для общего отдыха. И большая студия -- для совместной работы. И огромная веранда с плетеной мебелью.
   Больше всего Роберта поразило, что без разрешения в его комнату не мог войти никто -- даже тьютор. Он уже начал забывать, что значит "свой дом и своя комната", но сейчас осознал это даже лучше, чем в Гамильтоне, и уж, конечно, много убедительней, чем в особняках Пат и Дика. Без разрешения владельца комнаты его не могли тревожить даже вездесущие уборщики! Каждый клочок бумаги, на котором была начертана хотя бы закорючка, почитался ими величайшей ценностью и не мог быть выброшен. А уж с набросков проекта разве что пылинки не сдували. И это тоже вызывало полное одобрение Роберта.
   С первого дня работы в проекте питомец оценил и организационные способности начальства Стейтонвилля. Для работы группы были подобраны все необходимые специалисты, да и по характеру они неплохо дополняли друг другу, а вот на роль руководителя могли претендовать только двое -- сам Роберт и "шуруп" сорока двух лет, единственный из участников проекта, удостоенный фамилии. Роберт признавал, что при других обстоятельствах "шуруп" вполне мог бы стать руководителем группы, но сейчас преимущества были не на его стороне. Хотя Роберт был моложе, за него были больший опыт и четкое представление о будущем проекте. Строго говоря, к началу работы над проектом "шуруп" вообще не имел каких-либо планов, чем Роберт и воспользовался.
   -- Если мы возьмем уже существующий проект, -- начал нумер, -- и подгоним под конкретную местность...
   -- Зачем? -- немедленно возразил Роберт. -- Справиться с подобной работой может любой "куст". Помнится, мы уже прошли этот уровень. Большой проект подразумевает оригинальную работу, которая одновременно наиболее ярко продемонстрирует наши профессиональные достижения и решит одну из насущных задач социального строительства, -- Роберт говорил с привычной уверенностью человека, знающего, что он делает. И его тон оказал обычное воздействие на членов группы. Они слушали, даже не пытаясь возражать, словно Роберт уже был утвержден главой проекта. Через мгновение архитектор сообразил, что в некотором роде так и есть. Преподаватели Стейтонвилля устроили им экзамен не только на владение ремеслом, но и на инициативность. Судя по всему, этот экзамен он выдержал.
   -- Нам предлагается выбор между санаторием, поликлиникой, медицинским пунктом и больницей, -- продолжил Роберт. -- При этом в случае с санаторием и больницей мы можем выбирать и специализацию объекта. Предлагаю остановиться на наиболее интересном с точки зрения открывающихся задач объекте строительства -- онкологическом центре.
   -- А это не слишком сложно? -- все же подал голос один из членов группы. -- Мы можем не уложиться в срок...
   -- С чего бы это? -- удивление Роберта было несколько утрировано, но произвело нужное впечатление на коллег. -- У нас есть все необходимое для выполнения задачи. Нужно лишь приложить для этого определенные усилия, и тогда мы сможем представить комиссии образцовый объект...
   Роберт не сомневался, что убедит собратьев-пестряков, но был обескуражен той легкостью, с которой они приняли его доводы. На их месте он был бы не столь доверчив. Конечно, по молодости лет он мог без оглядки ввязаться в серьезный конкурс и каким-то фантастическим образом победить, но теперь, приобретя немалый опыт, Роберт стал более трезво оценивать свои возможности. Его товарищи по проекту тоже не были детьми, но почему-то верили ему на слово. Роберт признавал, что наработал немалый опыт, да и коллеги по проекту не были новичками, хотя никогда не работали самостоятельно, и все же, ничего не зная о его послужном списке верить первому встречному болтуну, которому хватило нахальства говорить уверенным тоном -- для Роберта это было слишком. На их месте он не стал бы ввязываться в авантюру, как не стал бы хвататься за идею подогнать уже существующий проект к конкретной местности. Для работы он выбрал бы оригинальный проект -- обычный медицинский пункт и постарался бы довести его до совершенства. И, однако же, "пестряки" думали иначе, словно полностью отключили способность мыслить критически. Роберт не мог понять, почему, а потом догадался, что вернул парней к привычной схеме подчинения. Невольно, он напомнил им свободных специалистов, которых они привыкли слушать с детства.
   С сожалением Роберт решил, что с включением его в группу парням крепко не повезло. Без него им пришлось бы мыслить самостоятельно, возможно, ошибаться, но в целом продвигаться в верном направлении, а теперь они привычно вручили ему бразды правления и на этом успокоились.
   Еще через день Роберт с облегчением понял, что ошибался. Парни работали с полной отдачей и просто фонтанировали идеями. Правда, частенько эти идеи грешили общей бедой свободного мира -- желанием пустить окружающим пыль в глаза, и тогда Роберт напоминал, что цель проекта не показать комиссии неимоверную круть, а помочь людям -- в данном случае, пациентом, их родственникам, врачам и персоналу.
   Идея простоты доходила до выпускников Стейтонвилля с трудом, но несостоявшийся соперник принял ее быстрее и легче остальных. Майкл Мэтьюс или просто Майки, как сократили его имя к концу первого дня совместной работы и жизни парни, и правда мог стать руководителем проекта. Для этого у него было достаточно способностей -- определенные организаторские навыки, богатое воображение, умение принимать новые идеи и должная уверенность в себе. А еще он хотел стать алиеном.
   -- Только бы наш проект утвердили для строительства... -- мечтательно повторял Майки.
   Роберт улыбнулся:
   -- Ты так говоришь, словно это твоя первая работа.
   -- Ты еще молодой и не понимаешь, -- отмахнулся "шуруп". -- Если наш проект утвердят, за него можно будет заработать алиенство.
   Попаданец ошеломленно уставился на Майкла. За все время пребывания Роберта в свободном мире он впервые видел питомца, думающего о свободе. Конечно, ему приходилось слышать о них, однако вживую такие питомцы ему не попадались. Роберт начал уже сомневаться в их существовании. Даже Джесс Черч, недавно ставший алиеном, не слишком стремился изменить свой статус.
   -- А чему ты удивляешься? -- вопросил Мэтьюс, неверное истолковав изумление Роберта. -- Алиенство -- это то, к чему должен стремиться каждый питомец, чтобы в полной мере служить обществу. Впрочем, ты еще молод и вообще детка, тебе пока не понять...
   -- Да нет, я понимаю, -- в прежнем ошеломлении ответил Роберт. -- Просто из моих знакомых ты первый, кто действительно к этому стремится.
   -- Что же тут удивительного? -- Майки даже пожал плечами. -- Алиенство -- это прежде всего обязанности, для них необходимо расти и расти. Видимо, твои знакомые еще не созрели для такой ответственности. Я тоже шел к этому не один десяток лет, -- сообщил Мэтьюс. -- Но теперь я готов. Только бы проект утвердили...
   Роберт кивнул и задумался, может ли он рассчитывать на такой путь к свободе, но по зрелом размышлении решил, что нет. Даже самый лучший проект вряд ли перевесит два диагноза и поломанных полицейских. Да и частный билль Дик внесет не раньше его десятого, а то и пятнадцатого проекта, это Роберт понял уже давно. Следовательно, надо было оставить пустые надежды, делать свое дело и искать другие пути к свободе. Пока что у него и так было достаточно хлопот.
   Консультации с врачами и психологами, беседы со средним и младшим медицинским персоналом, а также собственные наблюдения помогали Роберту создавать небывалый проект. Пару раз коллеги пытались что-то сказать о стандартах, но Шеннон неизменно напоминал, что стандарты обеспечивают необходимый минимум, а их задача -- дать обществу лучшее.
   -- Кому-нибудь приходилось тяжело болеть? -- в качестве руководителя поинтересовался Роберт, обведя коллег взглядом. Проектировщики дружно замотали головами.
   -- Вот и мне не приходилось, -- признал Роберт. -- Зато приходилось видеть, как болеют и умирают другие. Так что если хотите понять, для кого мы стараемся, советую посетить медицинский сектор.
   Посещение госпиталя оказало благотворное воздействие на участников проекта, и тем более на сам проект. Простота и уют, удобство для жизни, лечения и работы, максимальная доброжелательность пространства, безопасность в условиях всевозможных катаклизмов и при этом шаговая доступность природы, пусть и рукотворной, возможность видеть восходы с закатами и закрываться от них, когда у пациентов плохое настроение -- в проекте нашло отражение все. Коллеги старались изо всех сил, а предоставленные в их распоряжение технические средства помогали оттачивать каждую деталь и проект в целом до идеала. Роберт и дома активно пользовался IT-технологиями, но здешние программы, особенно виртуальный конструктор, превосходили все, что он знал прежде. Работать в таких условиях было наслаждением, но Роберт понимал, что дело не только в новых технологиях и материалах, дело в новом уровне, на который он поднялся.
   Мемориальный центр Бенджамина Тейлора был его лучшим проектом.
  

***

  
   Работа была завершена в рекордные сроки и Роберт, сам ошеломленный этой скоростью, раз двадцать перепроверил все расчеты, просмотрел все чертежи и макеты. Отложил проект на пару дней, а потом вновь перепроверил все вместе с Майки. Недочетов и уж тем более ошибок обнаружено не было, и Роберт с сознанием выполненного долга принялся готовить проект для представления экспертной комиссии. Необходимая документация не так уж и сильно отличалась от принятой в оставленном мире, и Роберта посетило удивительное чувство привычности и правильности происходящего. Готовить проекты, потом строить, повсеместно созидая то новое, без чего была бы невозможна нормальная жизнь... В этом был смысл его существования. В этом была его свобода.
   Первый день после сдачи документов все участники проекта провели в ленивой дреме на веранде коттеджа. Во второй -- то один, то другой проектировщик принимался в задумчивости прогуливаться в направлении корпуса, где работали эксперты. На третий день Роберт прекратил это бессмысленное ничегонеделание распоряжением начать предварительный отбор потенциальных площадок для возведения центра.
   -- А если проект не утвердят под строительство? -- нервно проговорил Майки.
   -- Утвердят, -- ответ Роберта звучал спокойно и почти равнодушно. -- Нам пора готовиться к выезду в поле.
   -- Ну, у тебя и нервы, -- восхитился один из парней. -- Ты что, совсем не волнуешься?!
   -- Почему же, волнуюсь, -- по-прежнему невозмутимо ответил Роберт. -- Но работа прекрасно решает проблему нервов. Итак, -- решительно провозгласил Шеннон, и проектировщики сразу настроились на деловой лад, -- наша задача, сделать предварительный отбор десяти площадок, пригодных для строительства. Окончательный выбор будет сделан в ходе полевых работ. Времени у нас не так уж и много, поэтому за работу принимаемся сегодня же.
   К тому моменту, когда группа была вызвана в комиссию для защиты проекта, было отобрано двенадцать площадок под строительство, и Роберт с Майки напряженно трудились, чтобы отсеять две лишние. Роберт стремительно приближался к тому состоянию, когда любая смена деятельности приравнивается к отдыху, и потому встретил необходимость произнести защитительную речь перед комиссией с восторгом, хотя и полагал выступление пустой формальностью.
   Почти часовая речь Роберта была выслушана с максимальным вниманием. Последовавшие вопросы позволили вновь как можно ярче осветить проект. Временами Роберт позволял себе шутки и с удовольствием видел, что каждое его слово находит отклик. Это был его мир. Это была его жизнь. Он был здесь своим.
   -- И все-таки, вот этот песок... -- приглашенное светило архитектуры широким жестом указал на экран, где немедленно высветился один из участков чертежа, а затем появилось изображение соответствующей детали макета. -- В медицинском центре...-- профессор с сомнением покачал головой.
   -- Так ведь мы не предлагаем брать песок из первого попавшегося карьера и высыпать его на площадку, -- с улыбкой проговорил Роберт. -- Песок будет просеиваться и проходить все виды дезинфекции. Естественно, эти процедуры будут повторяться регулярно.
   -- Это понятно, -- почтенный профессор тоже снизошел до улыбки. -- И все же... Речь идет не о курорте, а о больнице, а вы устроили в одном из дворов какой-то пляж!
   -- Профессор, а давайте проведем эксперимент, -- ни на мгновение не смутившись, предложил Роберт. -- Нередко пациенты проводят в больницах по полгода и больше. Вы проведете в четырех стенах всего месяц -- ровно тридцать дней. Думаю, больше нам не понадобится.
   Приглашенный гость хотел что-то сказать, но не успел, потому что Роберт предвосхитил возражение:
   -- Я понимаю, профессор, у вас работа, но ваш планшет будет с вами, так что вы прекрасно сможете заниматься делами. Вы даже сможете читать лекции студентам, -- непринужденно проговорил Роберт. -- Естественно, вы будете лежать в постели, как и все пациенты. Будете увешены датчиками, а рядом с вами будет экран, демонстрирующий состояние вашего организма.
   -- Но...
   -- Профессор, пациенты живут так месяцами, а иногда и годами, -- мягко сообщил Роберт. -- К тому же вам не будут делать инъекции и осуществлять другие, временами крайне неприятные медицинские манипуляции.
   Члены комиссии внимали речи докладчика как завороженные.
   -- Я даже не настаиваю, чтобы отправление вами естественных надобностей осуществлялось с помощью специальных приспособлений, -- успокоил Роберт. -- Под кроватью у вас будет биотуалет, и в случае необходимости вы сможете встать и воспользоваться им. Иногда вы даже сможете сидеть, но не более получаса в день. А по окончании тридцати дней, профессор, вы расскажете нам о своих впечатлениях. Но я готов держать пари, что все, что вам захочется после подобного заточения, это постоять босиком на песке и покормить чаек.
   На несколько минут в зале воцарилась тишина.
   -- Вы интересно мыслите, доктор, -- проговорил, наконец, профессор. -- С вами трудно спорить.
   -- Так давайте не будем спорить, -- немедленно отозвался Роберт. -- Мы делаем общее дело, а представленный нами проект поможет решить проблемы наиболее нуждающихся в помощи людей...
   Когда проектной группе было предложено подождать за дверью, Майкл Мэтьюс немедленно повернулся к Роберту.
   -- Так же нельзя, -- почти прошипел он.
   -- Чего нельзя? -- не понял Роберт.
   -- Так разговаривать с профессором. Ты же фактически предложил посадить его под замок!
   -- Разве это был неубедительный аргумент? -- удивился Роберт.
   Майки пару мгновений смотрел на попаданца, а затем с досадой махнул рукой.
   -- Тебе когда-нибудь говорили о почтительности? -- ядовито вопросил он.
   -- Да плевать профессору на мою почтительность! -- с горячностью возразил Роберт. -- Его интересует проект, неужели ты не видишь? Он и вопросы задает, потому что ему интересно, потому что ему нравится все, что мы делаем. Мы еще будем строить наш центр, вот увидишь! И это что, они еще и стандарты пересмотрят...
   Решение комиссии объявлялось в торжественной обстановке. Высшие баллы по всем параметрам вызвали радостное оживление членов группы. Роберт ждал, пропуская лишние подробности мимо ушей. Строительство -- вот, что интересовало его больше всего. Мемориальный онкологический центр Бенджамина Тейлора должен был работать.
   -- Экспертная комиссия утверждает проект для реализации!
   Радостный вопль проектировщиков вызвал улыбку почтенного профессора. Раздавшиеся аплодисменты привели "пестряков" в чувство и вернули им серьезный вид.
   -- Однако в настоящий момент мы временно приостанавливаем реализацию проекта...
   Роберт недоверчиво уставился на председателя. Какого черта?! Краем глаза заметил, как побелел Майки, как вытянулись лица ребят. А потом увидел широченную счастливую улыбку профессора:
   -- Мы приостанавливаем реализацию, -- объявил тот, -- так как решили выставить проект на конкурс... -- пауза показалась Роберту нестерпимой, -- на премию Сената!
   Роберт не сразу осознал случившееся. А потом почувствовал, как кто-то с силой хлопнул его по плечу. Еще и еще раз.
   -- Боб, это же здорово! -- всегда серьезный Майкл Мэтьюс вопил как мальчишка и сиял не хуже рождественской елки. -- Мы сделали это!
   -- Ну-ну, молодые люди, вы пока не победили, -- добродушно заметил профессор, и Майкл смутился. -- Мне нравится ваш проект. Прекрасное сочетание простоты, выразительности и функциональности. Но знаете, моя жена говорит, что временами, чтобы блюдо было совершенным, необходима вишенка на торт. Вашему проекту нужна вишенка. Сейчас проект прекрасен, но с вишенкой станет совершенным. Это не обязательное условие, просто мой совет. Подумайте над вишенкой...
  

***

  
   Они думали над вишенкой два дня. Выслушав поздравления и целый ворох наставлений Таненбаума и Черча, и получив положенную "углям" форму, Роберт вернулся к макету, рассматривая его словно в первый раз. Светило архитектуры был прав -- центру необходима была "вишенка". Напрасно Майки утверждал, будто профессор подшутил над ними, наказав за предложенное заточение. Напрасно остальные проектировщики уверяли, будто проект невозможно усовершенствовать. Роберт знал -- профессор был прав.
   -- Может, сделать крутящуюся башню? -- первое предложение было высказано почти безнадежным тоном.
   -- Зачем? -- немедленно вопросил Роберт и взглянул на инициатора идеи с таким видом, словно от ответа зависела человеческая жизнь.
   -- Ну... чтобы пациенты могли любоваться закатами и восходами...
   -- Мы уже предусмотрели восходы и закаты, -- взгляд Роберта оставался сосредоточенным. -- К тому же даже у здоровых людей не всегда в порядке вестибулярный аппарат, а уж больные постоянно страдают от головокружений. Не хватало еще добавлять им проблем. Не годится.
   -- Можно сделать красивый вход...
   -- С колоннами и статуями Аполлона, Асклепия, Гигии и Панацеи, -- скептически хмыкнул Роберт. -- Несколько не тот стиль.
   -- Роберт, уймись! -- возмутился Майкл. -- Сюда больше нечего вписать!
   -- Нечего... -- согласился Роберт. -- Но ведь нам и не нужно что-то значительное... просто вишенка...
   Ничего не придумав, проектировщики отправились спать, а за завтраком, разглядывая сервировку стола и в задумчивости ломая печенье, Роберт понял:
   -- Мы сделаем сад камней!
   -- Это еще что такое?! -- все семь участников проекта одновременно подняли головы и уставились на Роберта.
   -- Учебник по истории архитектуры, раздел "Окружающее пространство", глава "Парки и сады", -- объявил тот. Заметив, что до коллег не доходит, принялся размеренно объяснять, словно читал лекцию: -- На поверхности, посыпанной песком, гравием или галькой, устанавливают крупные необработанные камни группами по три. Обычно от девяти до двадцати одного. В нашем случае, думаю, пятнадцати камней будет достаточно, -- решил Роберт. -- Смысл в том, что в какой бы точке сада человек не находился, он видит одинаковое число камней, но не все. Если у нас пятнадцать камней, значит, увидеть можно будет только четырнадцать из них. Понимаете? Это совсем не сложная математическая задача.
   -- Но зачем? -- на этот раз классический вопрос задал Майки.
   -- Чтобы заинтересовать пациентов, -- немедленно ответил Роберт. -- Дать им какой-то смысл, загадку, которая требует решения. Представляете, как они будут искать точку, с которой можно будет разглядеть все камни?
   -- Но ее же нет...
   -- Вот именно, -- подтвердил Роберт, -- значит, поиски можно будет продолжать до бесконечности. Во всяком случае, все время пребывания пациента в стационаре. А когда вы решаете загадку, вам может оказаться не до смерти. Иногда она может даже отодвинуться, -- с удовлетворением подвел итог архитектор. -- А наша задача дать врачам максимальные возможности для облегчения страданий пациентов -- в том числе и психологические. И это еще не все! -- Роберт торжествующе поднял вилку. -- Если пациентам в депрессии сад камней может подарить смысл существования, то пациентов в стадии отрицании или гнева он наоборот умиротворит. Да и медикам нужен отдых. Я уж не говорю о том, что это просто красиво. Вот увидите, наша "вишенка" будет многофункциональной!
   Роберт с удовлетворением оглядел стол и с аппетитом принялся за еду. Основная проблема была решена. Оставалось выбрать место под сад, но таких мест в проекте было сразу два, а расчеты по размещению камней на площадке не представляли никакой сложности.
   Известие, что их большой проект выдвигается на премию Сената, быстро облетело всех сопитомников Роберта. Как выяснил попаданец, подобный результат был редкостью и потому вызвал среди воспитанников Стейтонвилля радостный ажиотаж. Первым с поздравлениями пришел Тед, за ним примчался Арчи с вопросом, не надо ли Роберту что-нибудь посчитать. Убедить юного математика, что все расчеты участники проекта обязаны делать самостоятельно, удалось с трудом, но Роберт успокоил парнишку уверениями, будто ничего сложного в расчетах все равно нет, так что Арчи не из-за чего волноваться. Последним в череде поздравляющих явился Честер Армстронг. За руку поздоровался со всеми проектировщиками, назвал их коллегами, а потом сообщил Роберту, что он чертовски прыткий детка.
   Доработка проекта к конкурсу не слишком утомила Роберта, но подготовка рекламных материалов отняла у всех участников проекта уйму времени и сил. К счастью, информационные ролики об онкологическом центре изготовляла специализированная рекламная служба большого питомника. Зато для наиболее адекватного и яркого представления о проекте авторам приходилось часами рассказывать рекламщикам о своих идеях, вновь и вновь разъяснять все неясные для стороннего наблюдателя тонкости, строить новый более удобный для съемок макет центра, отбирать материалы, созданные с помощью виртуального проектировщика, а потом раз за разом просматривать готовые ролики, чтобы не допустить ни малейшего ляпа. Роберту даже казалось, что от работы с рекламщиками он устал больше, чем от работы над проектом, а когда рекламные хлопоты были, наконец, завершены, это вызвало общий вздох облегчения.
   Передача необходимой документации руководству Стейтонвилля, который в дальнейшем и должен был контактировать с Сенатом, состоялась в присутствии всех участников проекта, их тьюторов и членов экспертной комиссии в роскошном кабинете президента большого питомника. Роберт смотрел, как на лист ответственных заявителей один за другим ставили подписи эксперты, тьюторы и в качестве завершающего штриха -- сам президент Стейтонвилля, и жалел лишь об одном, что требования анонимности вынуждали временно убрать из документов полное название центра. Зато, каким бы не был результат конкурса, онкологический центр будет построен, в этом Роберта уверил председатель экспертной комиссии. Уверения специалиста согревали душу и вопреки всякой логике наполняли ее совершенно фантастическими надеждами. Роберту потребовалось некоторое усилие, чтобы вернуться с небес на землю, тем более что в процедуре передачи документации, наконец-то, нашлось место и проектировщикам.
   -- Доктор Роберт, руководитель проекта, -- провозгласил секретарь, -- код номер...
   Роберт терпеливо прослушал длинную вереницу букв и цифр, а затем подошел к столу, чтобы поставить подпись на авторской заявке.
   -- Доктор Роберт, останьтесь здесь, -- вполголоса остановил его секретарь, когда он уже готов был вернуться на свое место.
   -- Доктор Майкл Мэтьюс, заместитель руководителя проекта, -- продолжил секретарь, -- код номер...
   Майки в свою очередь вышел к столу, а потом присоединился к Роберту.
   -- Доктор Говард...
   -- Доктор...
   Когда все участники проекта расписались и заняли места у стола президента питомника, тот медленно, почти театрально, поднял лист авторской заявки, показал ее всем присутствующим, а затем по-прежнему неторопливо вложил бумагу в непроницаемый конверт и запечатал его.
   Аплодисменты оглушили Роберта, и он с удивлением ощутил, как сердце забилось в самом горле. Он второй раз участвовал в конкурсе, но там, в оставленном мире, почему-то не испытывал ничего похожего.
   Поздравления, речи и рукопожатия продолжались почти час, а потом усталого Роберта пригласил к себе Таненбаум.
   -- Прекрасная работа, мой мальчик, я всегда был уверен, что смогу гордиться тобой, --с отеческой гордостью похвалил тьюьтор.
   В знак благодарности за похвалу Роберт почтительно склонил голову. Сил на очередную беседу по душам не было, однако уклониться от разговора было невозможно.
   -- Думаю, опыт руководства людьми был для тебя полезен, -- продолжал Таненбаум. -- И все же, должен заметить, ты кое-что упустил.
   -- Профессор? -- насторожился Роберт.
   -- Ты слишком интенсивно работаешь, мой мальчик, -- покачал головой Таненбаум. -- Я вижу, для тебя этот режим привычен, но не все так выносливы. Ты понимаешь, что группе необходим отдых? -- в тоне тьютора послышалась строгость.
   -- Конечно, профессор, -- отрицать правоту Таненбаума Роберт не мог. -- Я как раз намеревался объявить недельный отдых. Подъем в восемь, отбой в одиннадцать. Пляж, зоопарк, океанарий, кино, спорт и никаких забот!
   Пока Роберт говорил, профессор раз за разом одобрительно кивал. Но стоило питомцу замолчать, как Таненбаум вновь вступил в разговор:
   -- Ты забыл еще один важный вид отдыха, сынок, -- наставительно заметил тьютор, -- девушек.
   -- Э-э... -- Роберт озадаченно помялся. -- Мне кажется, профессор, ни у кого из членов группы с этим проблем нет.
   -- Членами твоей группы займутся их тьюторы, -- заметил Таненбаум, -- а я говорю о тебе, -- психолог сокрушенно вздохнул. -- Тебе пора завести постоянную пару, мой мальчик. Визиты к фонтану не более чем суррогат, и не могут обеспечить полноценное восстановление.
   -- Конечно, вы правы профессор, но я не думаю, что сейчас это было бы рациональным решением, -- Роберт слишком устал для отговорок и решил, что самое простое объяснение будет выглядеть и самым убедительным. -- Комиссия Сената вряд ли будет работать долго -- экспертные оценки у них уже есть, и, значит, у нас не так много времени, -- рассудительно заметил он. -- Кто бы не победил, вскоре нам придется выехать в поле. Следовательно, моя постоянная пара будет такой же временной, как и при визитах к фонтану, -- подвел итог Роберт. -- А потом начнется строительство. А после завершения строительства я должен буду вернуться домой... Мне не имеет смысла спешить с парой.
   Роберт поднял на тьютора взгляд, стараясь выглядеть как можно чистосердечней. Таненбаум помолчал, раздумывая.
   -- Хорошо, -- наконец-то ответил профессор. -- О паре мы поговорим позже. Пока же могу посоветовать увеличить отдых группы с недели до двух.
   -- Да парни на стены полезут от нетерпения! -- возразил Роберт. -- Я боюсь, и неделя ожидания окажется для них сложной. И... у меня просьба, профессор...
   -- Говори.
   -- Не могли бы мы получить доступ к материалам конкурса? -- Роберт вопросительно взглянул на тьютора. Без этого человека связь с внешним миром была невозможной и, значит, надо было быть почтительным и скромным. -- Наверняка конкурсные работы будут широко освещаться в сети и в прессе. Мы могли бы ознакомиться с ними, разобрать их достоинства и недостатки. Это будет полезно для нашей дальнейшей работы.
   -- Хорошая идея, моя мальчик, -- Таненбаум одобрительно улыбнулся. -- Как только работы будут опубликованы, я скину их на твой планшет. А пока иди отдыхай...
   Роберт попрощался с наставником и вышел из кабинета, а профессор Таненбаум расстроенно отметил, что мальчик опять солгал. Последнее время он не был замечен во лжи, должно быть, из-за появившейся цели, достойной ответственного питомца и почти алиена. И вот теперь опять! Таненбаум с сожалением покачал головой, но все же решил, что Томасу непременно надо об этом знать.

Оценка: 7.44*4  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  М.Воронцова "Мартини для горничной" (Юмор) | | А.Анжело "Сандарская академия магии. Перерождение" (Любовная фантастика) | | С.Лайм "Страсть Черного палача" (Любовное фэнтези) | | А.Максимова "Сердце Сумерек" (Попаданцы в другие миры) | | Т.Мирная "Снегирь и Волк" (Любовное фэнтези) | | Лаэндэл "Анархия упадка. Отсев" (ЛитРПГ) | | Д.Чеболь "Меняю на нового ... или обмен по-русски" (Попаданцы в другие миры) | | Д.Вознесенская "Игры Стихий" (Попаданцы в другие миры) | | О.Вечная "Весёлый Роджер" (Современный любовный роман) | | Л.Летняя "Магический спецкурс" (Попаданцы в другие миры) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Арьяр "Академия Тьмы и Теней.Советница Его Темнейшества" С.Бакшеев "На линии огня" Г.Гончарова "Тайяна.Влюбиться в небо" Р.Шторм "Академия магических близнецов" В.Кучеренко "Синергия" Н.Нэльте "Слепая совесть" Т.Сотер "Факультет боевой магии.Сложные отношения"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"