Бенгин Николай Владимирович: другие произведения.

Командировочные расходы Глава 8

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:

  Глава 8
  
  Красивая женщина не должна быть слишком умна - это отвлекает внимание.
  Марк Жильбер Соважон
  
  
  Закатные лучи остро просвечивали сквозь зелень высоких деревьев. Переход от полумрака замкнутой кают-компании к светлым просторам Второго яруса ошеломил несклонного к восторгам Биллинга.
  - Вот это да, - прошептал он, медленно переступая порог. Широкая аллея убегала вперед и вниз по склону, теряясь между густых кустов и роскошных лесных исполинов. Разноцветные птички, мелодично чирикая, проносились над головами, как воздушные торпеды на полигоне, и другой музыки здесь не было - только птицы да шелест листвы. Насыщенный лесным духом, теплый ветер весело вздернул легкие одежды миэмок.
  - Всегда здесь сквозняк, - Фит поправила платье, как бы не замечая реакцию на свои, в самом деле, стройные ножки. Гро неприлично вытаращился, как подросток, впервые увидевший обнаженную девушку.
  - В чем дело? - наконец осведомилась Фит, - Герой-любовник, что ли?
  - Я? То есть, нет, не совсем... - заблеял Гро, не в силах отвести взгляд. Ветер дунул сильней, и Фит снова якобы не успела придержать взмывшую одежду.
  - Пойдем, воин, - принцесса Фэ, спокойно и запросто взяв Биллинга под руку, двинулась по тенистой аллее. - Если торопишься, лучше доехать на фуникулере. Здесь недалеко.
  - А что, быстрее фуникулера ничего нет? - удивляясь сам себе, он послушно топал рядом с Фэ, жалея лишь, что не может снять сюртук и лучше ощутить близость. Он, конечно, услышал, что она снова назвала его "воином", и сразу вспомнил, как там на "Небесах", в медмодуле...
  - Лифты здесь только служебные, да еще в личных каютах, но ты ведь не "олимпиец"? Я - тоже. Так что, либо на фуникулере, либо пешком. Но пешком долго - часа два гулять не меньше.
  Они прошли мимо легкой беседки, в которой двое юношей с желто-фиолетовыми значками увлеченно играли во что-то настольное, свернули на узкую каменную дорожку, матово блестевшую под темнеющим небом.
  - Ты просил телеком, - продолжала Фэ, - я не против, но есть условие. Ты забудешь этот придурочный полицейский тон. Он тебе не к лицу.
  - Постараюсь
  - Иначе разозлюсь. Понял?
  - А, кстати. Ты, правда, хотела тому джану уши оторвать?
  - Да, - сверкнула глазами миэмка, - мы отрываем уши у тех преступников, которые по нашим законам, не заслуживают смертной казни!
  - Кто-то говорил о тоне...
  - Извини. Этот гад... А что не успела их отодрать, так это к лучшему. Во-первых, он теперь знает, что его ждет, и это очень хорошо. А во-вторых, в кают-компании уши отрывать и вправду накладно. Вообще-то, с меня причитается. Если б не ты, десятью тыщами не обошлось, да и миллионом, наверно, тоже.
  - И что же мне причитается?
  - А чего ты хочешь?
  Он издал неопределенный звук и сбился с шага.
  - Ага-а, - протянула Фэ, - и что означает это твое "ы-э-ы-х"?
  - Знаешь, принцесса, - медленно заговорил Биллинг, уловив плохо скрытые интонации в ее голосе, - ты очень юная, а я уже старый, и так полагаю, что... Думаю, за нос ты меня водишь.
  - Вот как?
  - И могу сказать, что чувствовать себя пожилым болваном хуже, чем начинающим. Давай так: я простой полицейский из довольно-таки захолустного звездного райцентра. Ты - очень красивая, очень...
  - И сколько же тебе лет?
  - Мы - в разных категориях, а ты идешь со мной, как со столичным принцем на отдыхе. Я к тому, что если попала в беду, постараюсь выручить, сильно постараюсь, но не делай вид, что со мной так уж интересно!
  - Ладно, не буду. Тем более, что мы уже пришли, - Фэ махнула рукой в сторону показавшейся фуникулерной станции, другой она по-прежнему спокойно держала Биллинга под руку. - Но, как ты сам говорил, нам есть, что обсудить. Мне тоже вниз.
  
  Прозрачные кабинки слегка покачивались у причала, как пузыри на пруду. Колоссальный обрыв убедительно падал прямо в жемчужную россыпь далеких и неярких еще вечерних огней Третьего яруса. Биллинг недоверчиво ступил на плиты повисшего над пропастью причала. Очень ярко вспомнился эпизод на "Небесах", когда он тоже так вот шел - шел по плитам, а потом ка-а-к...
  - Что случилось, воин? Проблемы с высотой?
  - Глупости, - проворчал Биллинг, но, тем не менее, остановился, сделав вид, что ждет помощника. Гро и в самом деле подотстал. Он что-то горячо доказывал Фит, причем оба размахивали руками, как нашедшие друг друга фанаты.
  - ... мы их взяли и тут такое мясо началось!
  - Нельзя было брать... Если б тот парень с бластером не успел взорвать проход наверху...
  - Так мы же все в ошейниках были...
  Фит громко и не очень прилично хихикнула.
  - О чем это они? - осведомился Биллинг, нервно переминаясь на пружинящих плитах причала.
  - Не знаю, - отрезала миэмка. - Да что с тобой? Живот заболел?
  - Не заболел, - Биллинг решительно прошагал по предательским плитам и плюхнулся в маленькую кабинку фуникулера.
  - Если хочешь, фонарь можно сделать непрозрачным, - предложила Фэ, усаживаясь рядом.
  - Глупости, - повторил он, но уже гораздо бодрее. В кабинке инспектор сразу почувствовал себя нормально, - такую панораму грех не посмотреть.
  - Я что-то пропустила?
  - Гро, - закричал он, - мы спешим.
  - У тебя отвратительная привычка - не отвечать на вопросы, - заметила Фэ.
  - Извини. А что ты спросила?
  
  Фит направилась к причалу, а Гро вместо того, чтобы поспешить следом, стал нервно озираться с видом человека, который засиделся в веселой компании и вдруг сообразил, что ему давно пора совсем в другое место.
  - Мы не поместимся, - сообщила Фит, останавливаясь у края площадки.
  - Да что с вами со всеми? - нахмурилась Фэ. - Ты чего, первый раз?! Садись в любую капсулу, и поехали, наконец. Где там этот юноша?
  - Быстрее, Гро! - сердито закричал Биллинг. - У нас мало времени!
  Фэ подождала, пока Гро нехотя доплелся до фуникулера и залез вслед за Фит в соседнюю кабинку, потом легко коснулась передней панели. На круглом, золотисто-синем экране тут же вспыхнула надпись: "Максимальная нагрузка". Прозрачный колпак фонаря захлопнулся. Они тронулись в путь.
  - Минут семь у нас есть, - сказала Фэ, - что делать будем?
  Кабинка действительно была совсем маленькой, а Биллинг довольно-таки упитанным, поэтому они сидели, тесно прижавшись друг к другу, и он очередной раз пожалел, что в сюртуке.
  - Да сними ты сюртук, - покосилась на него Фэ, - чего маешься?
  - Не мешает, - соврал он, насупившись.
  - Как хочешь. А это тебе Темный на охолуи показал?
  - Кто?
  - Ладно, забудь. Тогда, как догадался?
  - Знаешь, это ерунда, а не разговор. Не хочешь - не отвечай, тогда и я помолчу!
  - Не злись. Про Темного я просто так сболтнула.
  - Так может он за всем и стоит?
  - Угу, - Фэ поелозила на сидении, устраиваясь удобней, - делать ему нечего. А ты совсем ничего ни помнишь после медмодуля?
  - При чем тут? Все я помню... - Биллинг запнулся, чувствуя, как что-то очень важное, чуть мелькнув, исчезает в темном провале памяти. Перед глазами, словно наяву, мелькнула дымящая, как головешка, кисть, потом лицо, круглое и оранжевое. Чужое лицо. Еще вспомнился яркий, разноцветный, зловещий шар, из которого вылезала неестественно большая, живая рука. Биллинг озадаченно уставился на Фэ. - Ерунда какая-то...
  - Постарайся. Важно сейчас вспомнить, потом не получится.
  - Медмодуль я и сейчас хорошо помню и потом не забуду, - заявил он, слегка краснея, - и ты была...
  - Да, - отрезала она, - была именно я, к сожалению. Но тебе надо сосредоточиться на том, что было дальше.
  - Зачем?
  - Ну-у, - Фэ задумчиво поглядела на уже начавшего потеть под сюртуком инспектора, - если совсем ничего не вспоминается, может, и правда, незачем.
  - Отлично поговорили.
  - Перестань. Это я должна злиться. Ты же видел, что на "Небесах" бывает. Там ведь в самые дикие фантазии несет, чем безумнее - тем круче. Это как водовороты: который глубже, тот всех и засасывает. И барахтаешься в чужом сне в уродской какой-то роли. Я, к примеру, пока ты в бассейн не бухнулся, сначала своих рабов воспитывала...
  - Кого?!
  - У меня пять штук рабов имелось, мужского пола. Было весело, по крайней мере, мне. Потом на нас медузы волосатые с верхнего трюма полезли, а я подумала, что смогу их обмануть... м-м-м. Короче, я никак не рассчитывала, что окружающие видят мое лицо. Ты понимаешь, что все видели меня, а не маску?! И сейчас смакуют, как я... да как меня... - Фэ зло пнула консоль панели управления, кабинка ощутимо качнулась.
  - Я ничего такого не видел.
  - Угу. - Фэ еще раз пнула несчастную консоль. Кабинка клюнула носом. "Динамическая перегрузка, - сообщил механический голос. - Сохраняйте спокойствие".
  - Заткнись!!
  - Так и сломать можно, - проворчал инспектор, присматриваясь к тонкой трещине, появившейся на боковой стенке консоли.
  - И я думаю, - несколько тише продолжала принцесса, - именно ты меня и засветил.
  Он только молча пожал плечами. Разговор не клеился. Кроме того, в сюртуке стало действительно жарко, а снять его, сидя в тесной кабинке, казалось делом весьма сомнительным.
  - Ты ведь хотел встретиться именно со мной. Хотел? Хотел! И это наверняка не все!
  Биллинг продолжал угрюмо мочать. Никаких медуз он не видал - ни волосатых, ни стриженых - в памяти упорно крутился образ разноцветного шара и еще, совсем уж бессмысленно лезли в голову две непонятные скалы, с зажатым между ними янтарно-желтым кругом. Его охватило тревожное чувство опоздывания, будто что-то очень важное вот-вот уйдет, исчезнет навсегда, но пока еще можно успеть, надо только поторопиться. Он попробовал определить источник беспокойства, но ничего, кроме все тех же невразумительных образов, на ум не шло.
  Не получая новых пинков, кабинка мягко и почти незаметно скользила навстречу разноцветным домикам и постепенно разгорающимся в наступающих сумерках огням Третьего уровня. Наверное, около половины пути было уже пройдено.
  - Сорвать маску на "Небесах" может либо сильно влюбленный, либо рахат, - вновь заговорила Фэ, - не важно Темный он там или Светлый. Ты слышал о рахатах?
  - Темные, Светлые... Только не говори, что ты тоже из Церкви Учеников.
  - Вовсе нет!
  - У нас на Короне эти ребята в большую силу вошли, - проворчал Биллинг. - Ни стыда, ни тем более совести. Уже все уши продырявили про этих самых Темных и Светлых.
  - Любую идею опошлить можно, и ЦУСИ яркий тому пример. Все знают, что Ученики Силы Истины - коммерческое предприятие с политическими амбициями, но рахаты здесь вообще не при чем!
  - Рахаты - это боги такие? Я - атеист.
  - Да хоть агностик! Это вопрос не веры, а знания. Понимаешь?
  - Конечно, - тяжело вздохнул Биллинг.
  - Ни черта ты не понимаешь. Эти уроды из ЦУСИ так все оболгали и запутали... Короче, все это не важно. Там, - Фэ неопределенно махнула рукой вверх, - сначала ты мне просто понравился, потом сам знаешь, чего было, и я подумала, что ты один из Них, а потом в один миг отключилась, просто слетела с "Небес" - значит, появился Темный. Ты помнишь Темного?
  Биллинг нехотя призадумался. Определенно, между замечательным эпизодом в медмодуле и выходом из "Небес" что-то такое невнятное было. Перед глазами опять всплыли две похожие на башни скалы, потом шар и серая, неестественно большая ладонь... Он вздрогнул, в памяти всплыла четкая, как видео, картинка - огромные серые пальцы и светящийся номер 412 над дверью в конце длинного коридора.
  - Ну что, вспомнил?
  - Это были пальцы, а не червяки,- пробормотал Биллинг, - а там, значит, глаз...
  В глубокой задумчивости, он начал стаскивать с себя сюртук и понял, что собственно делает, только когда Фэ принялась помогать в этом непростом предприятии. Отступать было поздно. Кряхтя и ерзая на сидении, Биллинг кое-как высвободил одну руку. Фэ стянула другой рукав, при этом пальчики принцессы будто невзначай скользнули по рукоятке бластера. Наконец сюртук был снят и чинно уложен Биллингу на колени.
  - На "Небесах" ты заметно стройнее был, - заметила Фэ, - но такой же неразговорчивый.
  - Зато слушать умею, - парировал Биллинг, прижимая локтем кобуру. Без утомительной жары сюртука как-то сразу и на душе полегчало, и в голове прояснилось. Он вспомнил об основной теме: - Вот, например, насчет охолуев.
  - Да, - поскучнела Фэ, - ты не рахат. Как говорится, чудес не бывает... Так что ты хочешь услышать?
  - Подробности. Ты можешь внятно сказать, зачем связалась с этими охолуями?
  - Могу, дай только сосредоточиться.
  Некоторое время миэмка сидела, глядя прямо перед собой.
  - Да, чудес не бывает, - повторила она, вздохнув. - И что, охолуи?
  - Действительно, что? - Биллинг старался не раздражаться. - Поверь, меня как раз это интересует.
  - Возможно, ты не врешь, хоть и правду не говоришь, - она забавно почесала нос. - Все-таки, что случилось в триста третьей? Меня это волнует, как-никак каюта бывшего жениха, а ты пальбу устроил.
  - Давай по очереди.
  - Не ворчи. Мы подрядились на большой груз турберов, просто чертову тучу, ну и пронесли в охолуях. Бизнес на две минуты, а деньги, поверь, вполне приличные.
  - Турберы?! - Биллинг не мог скрыть разочарования. - На кой черт они тебе?! Ты сама смотрела? Это точно они? Может, еще чего насовали?
  - Успокойся.
  - Покажешь?
  - Конечно. Полагаюсь на твою скромность, - она усмехнулась. - Хотя, если ты вправду коп...
  - Да не нужны мне твои цацки, а розуанцы и без меня про них знают, - Биллинг поежился, то ли от досады, то ли от того, что зря снял сюртук.
  - Что?
  - Один тип все уши прожужжал насчет контрабанды турберов здесь, на "Лотосе". Так что подставили вас по полной программе. Правда, конкретно про тебя он не знал, кажется.
  - Что за тип?
  - Дипломат с Розы, - Биллинг запнулся, сообразив, что сболтнул лишнее. Наверняка, розуанских дипломатов на "Лотосе" - не толпа, и миэмка в два счета вычислит, о ком речь.
  Кабинку мягко качнуло, как лодку на невысокой, прибежавшей откуда-то издалека волне. Биллинг поначалу на это и внимания не обратил, но миэмка, удивленно приподняв бровь, выглянула наружу. А там не оказалось ничего, кроме серой туманной мути. Мгла, чуть более светлая наверху и непроницаемо темная книзу, окутала кабинку.
  - Сохраняйте спокойствие, - посоветовал механический голос из консоли, - по техническим причинам фуникулер остановлен, но скоро возобновит движение.
  - Похоже на туман. Первый раз вижу туман на "Лотосе" - миэмка нетерпеливо потыкала пальцем в панель управления. - Почему мы остановились?
  Она зябко повела плечами, оглянулась на Биллинга, - напрасно ты разделся. Прохладно здесь.
  - Серая стена и холод, - тихо процедил он, - это не туман.
  Небольшой экран на передней панели, основной теперь источник освещения, окрашивал в синюшные тона и саму кабинку, и неспешное, но явственное шевеление мглы снаружи. Биллинг вытащил бластер из кобуры и тут же зачем-то спрятал его под лежащим на коленях сюртуком. На самом деле он вовсе не чувствовал холода, рукоять бластера казалась неудобной и горячей. "Это ловушка! Ловушка!" - вопило все тело, во рту пересохло, и уже заранее стало трудно дышать. Вопрос "Что делать??" безответно метался в голове, и тут с Биллингом приключилась странная вещь - он начал падать. При том, что в кабинке решительно не было для этого места, он безостановочно валился вниз. Стало совсем не страшно. Пришла тихая уверенность, что близкой опасности нет, и что он не опоздал, и что теперь все будет хорошо. На этой радостной ноте сознание выключилось. Словно черная заслонка выскочила из-за левого уха, вроде как она там, за ухом, всегда пряталась, и вот в один миг захлопнулась.
  
  ...в темноте громко, но неразборчиво спорили несколько голосов. Один - с интонациями революционера на трибуне, что-то восклицал, то призывно, то обвиняюще. Другие, явно не соглашаясь, бубнили в ответ...
  
  - Конденсация водяного пара, - отчетливо произнес женский голос, - при охлаждении.
  
  Замученный стрессами мозг объявил забастовку. Сознание, запершись у себя на чердаке, затихло, созерцая груду бессвязных образов, чьих-то мнений, разрозненные куски собственных мыслей. Так хозяйка, вконец вымотавшись от затянувшихся праздников, вдруг перестает ухаживать за гостями, закрывается на кухне и сидит, и молчит, и угощения не носит. И пока проголодавшиеся гости гомонят за дверью, она сначала повздыхает на горы мусора и немытой посуды, потом потихоньку встанет и начнет неспешно приводить кухню в порядок. Ей, конечно, проще - всегда найдется на что присесть или хоть опереться поначалу. Хуже, когда из покосившегося пространства исчезают твердые основы, ориентиры утрачивают смысл, а миражи наливаются предательской достоверностью.
  
   ...Две желтые луны повисли над угрюмой равниной, освещая пологие голые холмы, далекую гряду гор и узкую белую дорожку под ногами. Он неторопливо шел вперед, подставляя разгоряченное лицо колючему ледяному ветру. Шероховатая брусчатка приятно холодила пятки. Каждый шаг оставлял на ее заиндевевшей поверхности черную проталину. Конечно, он узнал этот пейзаж - тот самый, что они с Фэ видели, когда хотели уйти из медмодуля. Она еще сказала, что все паршиво, но дорожка есть, в том смысле, что наличие дорожки - это хорошо...
  ...Сейчас-то ясно, что никуда б они не дошли - наверняка превратились бы в ледяной памятник собственной глупости или в легкую снежную пыль. Жар, что теперь он держал в себе, наполнял сладким ощущением могущества. А впереди за холмами уже угадывался отсвет Прохода... совсем недалеко, там, где повис между скалами янтарный круг...
  Он шел и шел. Младенческое отсутствие проблем ласкало, как нежные губы. "Моя фамилия - Биллинг. Я - инспектор полиции, моя фамилия Биллинг" - ему почему-то казалось крайне важным вслух повторять собственное имя и род занятий в этом счастливом, хоть и промерзшем мире. Он оглянулся на купол медмодуля - увидел вязкий оранжевый свет, словно густой кисель, выливающийся через дверной проем, и удивился, что купол все еще так близко....
  
  Сознание Биллинга упорно пропихивало забившие голову образы и прочий мусор в привычные рамки восприятия, и то, что туда никак не вмещалось, начинало выпирать куда-то вбок - на невидимую, но очень ощутимую сторону. То, что казалось мусором, вдруг отливало странным оттенком истины, и волны эмоций накрывали тем сильней, чем больше оказывался такой вот неловкий, чуждый здравому смыслу кусок реальности.
  
  ...Он увидел вязкий оранжевый свет, словно густой кисель, выливающийся через дверной проем, и удивился, что купол все еще так близко. По внутреннему ощущению, он должен был ушагать уже на порядочное расстояние... но вход, так и остался рядом.
  А потом прямо на глазах дверь в купол медмодуля начала медленно поворачиваться... закрываться... со стуком захлопнулась, и сразу все переменилось - стало глухо и как-то бессмысленно. Даже ладони зачесались. "Я - где и зачем? Ведь только что все было хорошо". В замешательстве он разглядывал окружающий ландшафт, пытаясь вспомнить, куда же, собственно, направлялся. Чистый огонь, что пылал в груди, съежился. Темные холмы обступали, как враги, и две луны злобно сияли в беззвездном небе.
  
  Стало совсем нехорошо. Сознание то ли сделало ошибку, то ли просто не справилось с напором бессвязных, сбивчивых сигналов. Выставленные им фильтры и заслоны смялись. Под тяжестью прорвавшегося хаоса начали слабеть и путаться какие-то очень важные глубинные структуры. Ощущение собственного тела теряло определенность - рука и нога, те, что справа, стали раза в два шире тех, что слева.
  Под горло пришла тянущая боль, будто что-то вывихнулось, и нельзя стало ни глотать, ни удерживать равновесие. Одно, левое, кажется, ухо сильно зудело, каменная тропа превратилась в сырую податливую вату... И в этом ватном тумане, уже провалившись по пояс, тонула раздвоенная черная тень. "Моя фамилия - Биллинг...Би..." - прошептал туман...
  
  А причиной всему стало некое сообщение, информация или, лучше сказать, Откровение, которое, как заноза в пальце, застряло в сознании с того момента, как Биллинг увидел вывернутый луч. Тогда на "Небесах", он спросил о серой мерзости в своей каюте. Поток явил желто-розоволицего незнакомца и радужный шар, и огромную ладонь серого цвета. Все казалось тягостно странным - и незнакомец с отрубленными, прирастающими назад пальцами, и плывущая в воздухе гигантская ладонь, но самым неприятным был вывернутый луч, так похожий на обыкновенный шар. Он не мог бы объяснить, почему, но эта радужная штука была чудовищно неуместной, как боевая граната в детском саду, нелепой, как бесцветная радуга, как смех сумасшедшего, как дождь под водой. Такое в принципе не могло существовать в этом мире.
  Биллинг походил на человека, выросшего в глубоких сумеречных пещерах, и вовсе не подозревавшего о других местах обитания, с которым однажды случилось чудо: этот бедняга проснулся на берегу прекрасного океана перед восходом солнца. Разумеется, он бы не сообразил, что это просто новая местность, и уж точно не стал с любопытством разглядывать волны. Нет! Изо всех сил зажмурившись, он на ощупь искал бы какой-нибудь лаз, щель, что угодно - лишь бы вернуться в родное, сумрачное, единственно реальное пространство. И, если удалось, забился бы в самый глухой угол, отдышался и постарался выкинуть из головы весь этот кошмар.
  Для Биллинга вывернутый луч стал столь же болезненным Откровением, как для подземного жителя вид рассветного океана. Сознание должно было вдребезги пересмотреть привычную картину Мира или выкинуть, уничтожить, заблокировать любым способом это новое знание.
  Сознание справилось - катастрофическая информация была тщательно вытерта из всех полубредовых, воспоминаний о Потоке... Да, незнакомец остался, и с ладонью у него какая-то неприятность действительно случилась. И это именно он управлял той серой тварью, которая сама была похожа на отвратительную ладонь, - всё осталось, но вывернутого луча больше не существовало. Горизонт сознания благополучно очистился от любых намеков на это опасное "нечто", но где-то за горизонтом заноза все равно сидела. Часть защитных ресурсов мозга растрачивалась на поддержание блокады. Вот их-то и не хватило.
  Он уже ничего не мог толком различить и не ощущал ничего, кроме нахлынувшей серым туманом скуки небытия. Радости и глупости жизни, так тесно между собой переплетенные, остались далеко, тревоги ушли вместе с надеждами, но вместо покоя пришла печаль. И от ее беспросветности он еще больше затосковал, и стало еще глуше, и туман все плотнее сгущался в смутные тени. "Моя фамилия - Биллинг. Я - инспектор полиции, моя фамилия Биллинг" - все еще твердил он, сам не зная зачем, и обступающие тени кивали, постепенно сужая круг. В серую пропасть можно только падать... медленно, медленно, все глубже и глубже.
  
  - Конденсация водяного пара, - настойчиво произнес женский голос, - при охлаждении.
  
  Биллинг не понял ни одного слова, ни тем более смысла фразы, но встрепенулся, как новобранец от окрика сержанта. На самом деле, его мозг вовсе не собирался сдаваться, он только временно сузил круг сознания, сжал почти в точку, чтобы не отвлекаясь разобраться с внутренними проблемами, и уже не обращал внимания, как начала постепенно бледнеть и крошиться та внутренняя мозаика, что составляла сам неповторимый узор личности. Но упорное до занудства инспекторское сознание тоже не собиралось просто так потихоньку умирать от удушья. В полушаге от уже необратимых процессов распада личности оно ловко развернулось, призвало мозг к порядку и принялось бодро вырабатывать новый здравый смысл.
  - Внешность - это только видимость! - издалека закричал пламенный революционер. - Глупо отвлекаться по таким пустякам!..
  
  
  Биллинг увидел прямо над собой озабоченное лицо Фэ. Она что-то говорила, Биллинг отчетливо слышал слова, но смысл ускользал. То, что лицо Фэ было сверху и так близко, тоже что-то означало, но он целую секунду не мог сообразить, к чему все это. Потом мир встал на свое место.
  - Эй! Ты чего?! - в насмешливом голосе Фэ слышались нотки легкого беспокойства. - Что это ты делаешь?
  Биллинг пошире открыл глаза и обнаружил себя полулежащим на миэмке. В кабинке оказалось слишком тесно, чтобы полноценно грохнуться на пол, поэтому он просто привалился к Фэ, уронив голову ей на грудь, а сюртук на пол.
  - Конденсация водяного пара. При охлаждении, - пробормотал он, пытаясь принять более вертикальное положение и одновременно подобрать с пола одежду. - И глупо...
  - Как тебя понимать?
  - Глупо отвлекаться по пустякам, - Биллинг замолчал, с отрешенным видом уставившись в одну точку перед собой.
  - И? - Фэ хотела было выдать что-то ехидное, но запнулась, с новым интересом вглядываясь в инспектора. Серая мгла по-прежнему окутывала кабинку, в синюшном свете панели управления профиль Биллинга приобрел одухотворенные, даже мистические черты. Теперь Фэ смотрела на него не отрываясь.
  На самом деле ничего похожее на "одухотворение" Биллинг не ощущал. В голове стояла странная тишина. Мысли возвращались постепенно, будто нехотя, по привычке. Навязчивая фраза насчет конденсации водяного пара тоже ничего не значила, кроме того, что за бортом кабинки эта самая конденсация произошла и образовался туман.
  "Один туман, и ничего больше? - морщась, пытался размышлять Биллинг. - Так я это и так вижу - да, действительно туман. Почему я так перепугался? Той твари серой я тогда сам дверь открыл, она и вошла. А здесь колпак закрыт, а я сознание потерял. Неудобно получилось - прямо на грудь ей приложился, ухо себе придавил. Девушка стройная - грудь маленькая, вот ухо и отлежал...
  - Ты вряд ли меня слышишь, но это неважно, - тихо и торжественно начала Фэ. - Теперь я знаю, что ты тот, о ком я думала. Рано или поздно мы должны были встретиться в этом мире. Это должно было случиться.
  - Чего? - Биллинг, отвлекшись от медленных мыслей, обернулся к Фэ. - Чего случиться?
  - Ничего!! - миэмка с трудом сдержалась, чтобы не выругаться. Она вновь видела перед собой только помятое лицо провинциального полицейского. Вот, только что рядом сидел несомненный рахат, голову на отсечение можно было дать, а ровно через миг - ничего близко похожего.
  - А? - он потер ухо, пытясь сосредоточиться. - Извини, не понимаю.
  - Я тоже, - отрезала Фэ. - В следующий раз, когда соберешься в обморок хлопнуться, предупреди я подвинусь.
  - Угу, - ему сейчас больше всего хотелось спрятаться в каком-нибудь тихом углу, чтобы никто не беспокоил. На работе, когда надо было по настоящему в чем-то разобраться, он, бывало, запирался в собственном кабинете, отключал всю коммуникацию, и даже начальство не особенно его теребило. "Инспектор Биллинг ушел в себя, - говаривал Фрам в таких случаях. - Подождем. Как правило, он ходит туда не зря". Биллинг только вздохнул, подумав, как далеко уже Корона.
  - Алло. Уважаемый! - Фэ помахала лодошкой перед его глазами, - мы застряли.
  - Да, я вижу.
  - Мы застряли во всех смыслах. От тебя слова не дождешься. Я не понимаю, кто ты на самом деле. Что делать будем?
  - Можешь не верить, но я действительно полицейский. - Биллинг еще больше сморщился, понимая, что сейчас спокойно поразмышлять все равно не удастся, что государственная тайна, конечно, дело святое, но...
  - И? - подбодрила Фэ.
  - Украдено огромное количество креофитов. Полгалактики разнести можно.
  - Продолжай.
  - Само собой - это государственная тайна.
  - Не будь идиотом.
  - И есть все основания полагать, что груз здесь, на борту, - его внимание привлек негромкий глухой перестук по колпаку кабинки. - Это еще что?
  - Дождик, похоже. Первый раз вижу на "Лотосе" дождь не над морем. А что за основания?
  - Наверно, и фуникулер поэтому застрял, - догадался он. - Погода испортилась.
  - Скажешь тоже. Как может испортиться погода люкслайнера?!
  - Значит, совпадение. - спокойно кивнул Биллинг и вдруг сморщился, будто откусив что-то очень горькое. Голова вдруг разболелась, точь-в-точь как тогда - после "Небес" - сильно, почти нестерпимо, но почти сразу же и прошла.
  - Здесь вообще сплошные совпадения, - продолжил он, тихо и осторожно выговаривая каждое слово, прислушиваясь, не прыгнет ли из засады боль. - Вот, шел я к тебе в каюту, попал в другую, потом мы все одновременно на Облаках оказались - и ты, и я, и хозяин той каюты. Случайно. И вы с ним, оказывается, так хорошо знакомы, что он чуть без ушей не остался. И тебя я пару раз как бы случайно встретил: в коридоре и потом - в казино.
  - В казино не помню.
  - Я видел. И главное - только ты с сестрой имела возможность пронести креофиты на борт. Вы очень вовремя пришли со своими охолуями, - голос Биллинга звучал тихо и очень устало. В Управлении это называлось "вести допрос в стиле Фрама", но Биллинг говорил тихо просто потому, что громче опасался, а устало - потому что через силу. Все эти истории с креофитами, охолуями и прочими дорогостоящими предметами стали ему решительно, совершенно не интересны.
  - Так мы, как получили эти дудки, так сразу и двинули на вокзал, - загорячилась Фэ. - В грузовой отсек не стали сдавать, уж очень эти цацки хрупкие, не дай бог расколются или треснут - турберы вытекут. А что в пассажирский люк они могут не пролезть, сразу не подумали, а потом - не отступать же.
  - Послушай, - Биллинг тяжело вздохнул, - ни раньше, ни позже креофиты не могли проскочить - раньше их физически привезти не успевали, а потом мы все перекрыли. Такая картина.
  - Красиво.
  - Тебе нравится?
  - Нет.
  Биллинг целую минуту наслаждался повисшей тишиной. Дождик уже перестал барабанить, серая мгла за колпаком начала понемногу редеть. Но потом многолетняя полицейская привычка выяснять маловажные детали взяла свое - неожиданно для самого себя Биллинг спросил:
  - Или это твоя Фит заморочила Гро? Может у нее свои планы?
  - Планы могут быть у каждого, - усмехнулась Фэ, - но как ты это представляешь? После старта мы в "Пещере" дурачились и потом вместе на пляж пошли. И что? Фит выследила твоего помощника, потом успела охмурить его где-то за углом, а я ничего и не заметила? Тот, кто все планировал, вряд ли рассчитывал на такие случайности, как думаешь?
  - Гро не стал бы сочинять.
  - Любая достаточно стройная девушка, принарядившись, могла заморочить ему голову. Он, небось, миэмок никогда в глаза не видел. Я думаю, дело не в нем, а в тебе. Можешь, наконец, рассказать, что было в триста третьем?
  - Сначала мне где-то подсунули брынзу, - Биллинг заговорил бодрее, понемногу втягиваясь в разговор. - Знаешь, что это такое? Так вот, кто-то эту штуку мне подсыпал, не то в еду, не то в питье, потом заманил в тот самый номер и включил ультразвук. Этот "кто-то", похоже, именно так все и рассчитал.
  - Но ты все-таки успел выстрелить. И что было дальше?
  - Да ничего там не было, - Биллинг, кряхтя и недовольно хмурясь, описал вкратце батальную сцену в злосчастном номере. - Короче, кроме манекенов, никого мы не застали, ну и потом с командором местным потолковали, на том дело и кончилось.
  - Командор после выстрела прибежал?
  - Да, - Биллинг помолчал, вспоминая, - но стартовал он раньше, когда сработал сигнал незаконного вторжения в каюту или что-то в этом роде...
  - В этой каюте что-то должно было случиться. По-любому, - Фэ повернулась на тесном сидении и уставилась на инспекторский профиль, - этот "кто-то" устраивает так, что ты, наглотавшись брынзы, спешишь в гости к нам, вместо этого попадаешь в каюту Элимона, а там готова ловушка, и командор уже спешит на сработавший сигнал. Хитро и элегантно, но ты бабахаешь из пушки и все портишь, - она сложила пальцы в виде пистолета и прицелилась в одну из капель, медленно скользящих по колпаку. - А собственно, что ты мог испортить, кроме интерьера и манекена?
  - Интересно.
  - Вот именно. Он и сигнализацию включил, и дверь оставил открытой, и никого, кроме вас, в каюте не было. Значит, что остается? Несколько минут до подхода командора, да голые, женские манекены. Все-таки манекены, а не боевые роботы. Или там что-то еще имелось?
  - Ни черта там больше не было. Динамический интерьер с навороченным бассейном и музыка, как на стадионе, - Биллинг глубоко вздохнул, постарался, насколько позволяла кабинка, вытянуть ноги и заговорил бодрее. - Может, все так и задумывалось - мы ввалились без спроса в чужую каюту, командор накрыл на месте, так сказать, преступления и просто мог нам всем запретить доступ на Уровень. Что и требовалось.
  - А брынза тогда зачем? Даже такой олух, как наш командор, и то чего-то заподозрил, верно?
  - Тебе б не принцессой работать, а у нас в Управлении....
  - Это комплимент?
  - Ага, - Биллинг почувствовал, что под ногами что-то мешает, и обнаружил, что топчет собственный сюртук.
  - А как ты догадался на Небо двинуть?
  - Ничего я не догадался, - он кряхтя вытащил из-под ног помятую одежду. - Услышал, как вы с сестрой про это в казино болтали, вот и пошел. Я хотел просто в кают-компании тебя подождать.
  - А тебя, значит, на самый верх запулили. Так что же сказал Темный? Ты ищешь креофиты, значит, о них и спрашивал.
  - Будте внимательны и осторожны, - раздался механический голос из консоли, - фуникулер скоро возобновит движение.
  Кабинка зажужжала и наклонилась немного вперед.
  - Ничего, кроме тумана, - Биллинг безуспешно пытался рассмотреть что-нибудь за бортом.
  - Что сказал Темный? - повторила Фэ ровным голосом, в котором слышалось приближение грозы.
  - Я сейчас. Э-э-э... Значит, после того как ты дверь из медмодуля открыла... помнишь, за дверью такой морозный пейзаж был, две луны и тропинка? Так вот, после действительно кто-то появился... В общем, я тебе честно скажу: ничего я о креофитах не узнал. Если и не все это бред - толку никакого. А вот, которого ты Темным называешь, твоим именем очень интересовался.
   - ?!
  - Да. А про креофиты я и сам не спросил. Потому что ерунда это все! - разозлился Биллинг. - Видения! Самодовольные умники - со своими прибаутками...
  - И ты, конечно, сказал ему, - без выражения пробормотала Фэ.
  - Чего сказал? Твое имя?
  Фэ только молча кивнула.
  - Э-э... я его и не знал тогда.
  - Перестань все время блеять, - мигом повеселела Фэ, - Ты ведь не козел. Значит интересовался, говоришь? А как он выглядел?
  - Старик. Вниз головой висел.
  - Забавно. Давай, расскажи поподробнее.
  - Все не о том и бессмысленно, - Биллинг угрюмо рассматривал размытые пейзажи сквозь покрытый каплями колпак. - Глупо отвлекаться по таким пустякам. Внешность - это только видимость. Сама знаешь.
  - Ого. Все-таки для простого полицейского ты как-то слишком не прост, - миэмка откинулась, насколько позволяли размеры кабинки, на спинку сидения, из-под полуопущенных век разглядывая инспектора. - Итак. О чем же нам поговорить?
  - Кажется, приехали, - Биллинг разглядел быстро приближающийся причал, несколько смутных фигур на нем. - Об очень многом... Только давай не спешить. Ты как?
  - Это ты куда-то со всех ног торопился.
  
  Кабинка качнулась, мягко опустившись на причал. Колпак откинулся, впуская тишину и вечерние ароматы садов Третьего уровня. Причал - большой серый квадрат, со всех сторон окруженный темными силуэтами деревьев, утопал в золотом свете посадочных фонарей. Задрав голову, Биллинг попытался рассмотреть что-нибудь наверху, но небо уже совершенно очистилось, и только звезды сияли в торжественной синеве.
  - Прошу всех покинуть капсулу, - раздался до отвращения знакомый тенор. - Надеюсь, с вами все в порядке? Мне поступил сигнал о механических повреждениях, нанесенных панели управления вашей капсулы.
  - В порядке, - проворчал Биллинг, прикидывая, как половчее выбраться из тесной кабинки.
  - А, это Вы, - без удивления произнес командор, подходя ближе. - Как Вам удалось повредить панель управления?
  - Сначала потрудитесь объяснить, почему банальное перемещение с одного уровня на другой создают реальную угрозу здоровью пассажиров?! - поднявшись с сидения, принцесса Фэ буравила взглядом командора с такой яростью, будто тот лично устроил диверсию на фуникулере. - Этот агрегат принадлежит Вашему Уровню?
  - Нет, но...
  - Вы знаете, кто я?!
  - Безусловно.
  - Я заявляю о своем неудовольствии. Я вместе с сопровождавшим меня лицом решила воспользоваться этой вашей услугой, и что?!
  - Было непредви...
  - Я без Вас знаю, что там было! Как Вы намерены компенсировать причиненный ущерб?
  - Позвольте, о каком ущербе идет речь?
  - Значит, Вы считаете происшедшее в порядке вещей? - Фэ внимательно всматривалась в порозовевшее командорское лицо, - все вполне гармонично, да?!
  - Никоим образом, но я не понимаю о каком...
  - Значит не понимаете?!! Извольте немедленно...
  Чего прямо сразу хотела от командора Фэ, осталось неизвестно. На причал плюхнулась еще одна кабинка, колпак распахнулся и оттуда, как баньши из дупла, и примерно с теми же звуками вылетела разъяренная Фит.
  - Ка-а-а!!...
  Биллинг тихо порадовался, что не работает командором.
  - Ка-ка-йа-а гадина это устроила!!! Почему я должна висеть, как удавленник на веревке, в духоте и без удобств?! Ты! - она указала длинным пальцем на командора. - Подойди сюда.
  В идиллической тишине вечернего парка вопли Фит разносились по-особенному жутко. Биллинг обнаружил, что на причале топчется небольшая толпа, состоящая, судя по нашивкам, из технического начальства и ремонтного персонала. Несколько человек с преувеличенным вниманием разглядывали оборудование причала, остальные благоразумно держались поближе к деревьям.
  - По-моему, у него на тебя зуб, и так просто он не отстанет, - Фэ прищурившись наблюдала за командором, который старательно помогал вылезти из кабинки красному, как тормозные огни, Гро. - Мы с сестрой еще немного развлечем этого умника, а тебе надо успеть, куда ты там спешил. Подожди, давай "чокнемся", - она протянула инспектору руку с пассажирским браслетом, и Биллинг аккуратно коснулся его своим.
  - Спасибо, - он вдруг почувствовал, что тоже краснеет. - До встречи...
  - Бластер подбери, а то так и будет валяться, - усмехнулась Фэ, направляясь на подмогу сестре.
  Ахнув про себя, Биллинг нашарил на дне кабинки забытое оружие и попутно вспомнил, что действительно спешит. Выбравшись наружу, он уже собрался мчаться на поиски пьяного розуанского дипломата, когда обнаружилось, что с Гро что-то неладно - тот стоял с потерянным видом позади всех, а потом медленно и не сразу двинулся в сторону инспектора.
  - Быстрее идти можешь? - осведомился Биллинг.
  - Мне срочно нужен туалет.
  - Вот оно что, - Биллинг сочувственно посмотрел на грустного помощника. - Тут наверняка поблизости есть то, что тебе нужно. Пошли.
  Но Гро только переминался с ноги на ногу и уныло смотрел на темно-фиолетовый горизонт. За его спиной сестры энергично разъясняли несчастному командору всю тяжесть происшедшего, глубину собственных морально-физических страданий, и ближайшие перспективы командоровой карьеры. Визгливые крики гармонично дополнялись властными интонациями, командорский тенор лишь иногда тихо и печально блеял что-то невразумительное.
  Наконец, Гро слегка отпустило. Он просветлел лицом, выбрался на аллею, серебристой лентой убегавшей за деревья, и довольно резво зашагал вперед. У Биллинга затеплилась слабая надежда все-таки перехватить нетрезвого атташе, хотя с момента звонка Штимера прошло, наверно, полчаса, а то и больше. Он уже начал соображать, у кого бы узнать дорогу к этой таинственной дуре - Анжеле, когда плотный, непроходимый кустарник по сторонам аллеи расступился, и прямо перед ними возник небольшой, уютный на вид домик с высокими, в человеческий рост, лиловыми буквами "ПМ" перед входом. Гро начал замедлять движение, пошел мелкими шагами и остановился, не дойдя буквально трех метров до входа.
  - Нам позарез нужно перехватить розуанского атташе... - начал было инспектор, но, посмотрев на Гро, только рукой махнул.
  Гро мужественно, на прямых ногах, двинулся ко входу. Перед его носом стеклянные двери бесшумно распахнулись, а на пороге, преграждая путь, возникла очень красивая, суровая на вид девушка, затянутая в глухой пласт-комбинезон.
  - Ты хочешь переступить порог? - грозно спросила она.
  - Туалет...
  - Ты переступишь порог?
  Пока инспектор силился понять вопрос, Гро молча отпихнул девицу и вошел в домик. Та повидимому что-то учуяла и пулей выскочила из дверей.
  - Вообще-то, мы - "Приют Мазохиста", а не засранцев, - сердито заметила она, когда перевела дух. - Он пассажир?
  - Да, мы с Четвертого уровня.
  - Марго, - торопливо заговорила она в телеком, - там посетитель в холле. Это не клиент - покажи ему где туалет... а... уже... ну, конечно, с душем!
  - М-м-м... девушка, извините, пожалуйста, - Биллинг сначала решил, что ему послышалось, и пару минут собирался с мыслями, но ярко-лиловые буквы внушали тревогу, и он все-таки спросил. - Как Ваш ресторан называется?
  - Какой к черту ресторан?! Мы - элитный интим-салон "Приют Мазохиста", любые причуды и мечты...
  - Что?! - взревел Биллинг, бросаясь к стеклянным дверям.
  
  На Короне еще во времена правления дедушки нынешнего Венценосного Консула специальным Указом "О нравственной безопасности" был утвержден "Кодекс незыблемых основ целомудрия". Помимо прочего, этот объемистый документ содержал прямой запрет на все "способы и виды секса, противоречащие духовным ценностям и традициям граждан Короны". Отдельным приложением к "Кодексу", следовал "Перечень" с подробным описанием запретных способов и видов секса. В отличие от самого "Кодекса" "Перечень" пользовался у молодежи Короны широкой популярностью. Любой курсант полицейской академии знал его назубок. Поэтому при слове "мазохист" Биллинг сразу представил жуткие орудия пыток, связанного по рукам и ногам помощника, а вокруг - толпу глумящихся извращенцев.
   "Конечно, - думал Биллинг, пролетая с бластером в руке сквозь распахнувшуюся дверь домика, - если и тут голые манекены, значит я просто сошел с ума".
  Внутри оказалось мрачно и тихо, если не считать ровно гудевшей вентиляции. Посреди круглого, завешенного бордовыми портьерами зала матово мерцал высокий серебристый стул, больше похожий на трон, чуть сбоку и поодаль - пара низких, подозрительного вида лавок с металлическими кольцами по бокам, и все. Больше ничего и никого не было.
  - Где он? - грозно вопросил Биллинг у вошедшей следом девицы.
  - В туалете, надеюсь. И что?
  - Ведите. Знаю я ваши штучки.
  На самом деле, если не считать "Перечня", все свои познания в этом вопросе Биллинг приобрел в нежной юности, когда тайком посмотрел запрещенный парафильм "Растерзай меня дважды". Впечатление осталось на всю жизнь.
  - Тоже на горшок?
  - Я не шучу.
  - Да-да, меня предупреждали, - девица бестрепетно взглянула на граненый ствол бластера. - По Уровню бегает сумасшедший псих с большим пистолетом и грозит всех перестрелять. Что ж, пошли, если очень надо.
  Она спокойно обошла Биллинга, раздвинула тяжелые портьеры и двинулась по скрывавшемуся за ними узкому коридору из серого, якобы необработанного камня. Вид этих стен со вмурованными через равные промежутки бронированными дверями, тусклыми светильниками в защитных колпаках подтвердил худшие опасения инспектора. Он шел метрах в двух позади девицы, вразвалку - как учили, готовый к любым неожиданностям и чувствовал, как потеет ладонь на рукоятке бластера.
  - Это здесь, - легким движением она распахнула одну из дверей и отступила в сторону. - Что хочешь, но я туда не пойду.
  Биллинг осторожно заглянул внутрь. Обычный общественный туалет. Гигиенический сектор, вентиляция, а броня на входе - чистая бутафория. У дальней стены - низкие зеркальные загородки кабинок, над одной из них - озабоченная физиономия Гро. Биллинг тихо прикрыл дверь и покосился на свою провожатую. До него вдруг дошло, что все развлечения лайнера абсолютно безопасны для пассажиров - просто по определению. Здесь нет, никогда не было, и не могло быть никаких "растерзателей".
  - Э-э, гх-м, а к вам действительно настоящие мазохисты ходят?
  - Не только. Иногда психи с бластерами.
  - Извините, если напугал...
  - Я вижу, Вы успокоились, - высокомерно заметила девица, тоже переходя на "Вы".- Коллега Ваш скоро приведет себя в порядок. Я надеюсь. Выход там, где вход, - с этими словами она удалилась, покачивая туго обтянутыми пласт-комбинезоном ягодицами.
  "Стерва" - решил Биллинг. Оставшись в одиночестве, он попытался расправить сюртук, который так и нес в руках, убедился, что в таком виде надевать его никак не стоит, и еще раз огляделся по сторонам. Угрюмый коридор живо напомнил ему нижние ярусы бункера Генерального штаба, на секунду показалось, что вылетит сейчас из-за двери разъяренный полковник Дрэн, по прозвищу "Барышня", вылетит и закричит тонким голосом на первого встречного солдата...
  
  Одна из дверей распахнулась, и оттуда выскочил человек в парадном черном мундире с разноцветными аксельбантами. Биллинг тихо ахнул, но нет, это был не Дрэн, а собственной персоной командор Третьего яруса, хотя тоже разъяренный.
   - Вы опять угрожали оружием! - завопил он своим высоким тенором. - Кто теперь на Вас нападал?!
  "Это ж надо, - в смятении думал инспектор, - у них и голоса-то одинаковые. Это точно переселение душ".
  - Молчите?! - продолжал кричать командор. - Тогда слушайте меня! Поскольку все полностью в сознании... а где Ваш помощник?
  - За этой дверью.
  - Ага, - командор протянул руку, но дверь распахнулась сама, и оттуда появился Гро, в уже вычищенном и отутюженном костюме. Повеяло розами, целыми контейнерами роз.
  - Ага, - тоном ниже повторил командор, несколько отступая под напором благоухания, - значит так, поскольку все полностью в сознании...
  - Это провокация, - перебил его Гро, - сначала Вы накачали меня слабительным, а потом заблокировали на фуникулере в одной кабинке с посторонней девушкой!
  - Речь не о Вас, - огрызнулся командор, - хотя и о Вас тоже. Короче - прошу сдать оружие мне здесь и сейчас, оно будет возвращено вам сразу по прилете, кроме того, прошу более не посещать Третий уровень. В случае неповиновения я буду вынужден принять адекватные меры. Все ясно?
  - Так чем я-то виноват? - вспыхнул Гро. - Где я чего нарушил?
  - Попрошу не возражать. Вы - одна группа. Оружие, как я понимаю, у Вас тоже есть. Или скажете - нет?
  Видимо, командор подал какой-то незаметный сигнал, потому что коридор моментально наполнился его ассистентами. Бравого вида ребята в таких же черных мундирах, но без аксельбантов, выжидающе уставились на начальника. Гро виновато взглянул на инспектора и протянул свой шокер.
  - А охранять меня до прилета вы тоже будете? - осведомился Биллинг, пытаясь выиграть время - то время, которое уже безнадежно проиграл.
  - Безусловно. На борту "Лотоса" все пассажиры под надежной охраной. Итак, Вы слышали мое распоряжение?!
  
  По-видимому, командор сам себе рисовался воплощением благородной силы, неколебимо охраняющей мир и спокойствие на вверенной территории. Он комплексно и можно сказать, творчески подошел к проблеме "агрессивных полицейских": после того как оружие было конфисковано, распорядился следовать ко внутреннему лифту, не выходя на поверхность яруса. Хотя по правилам внутреннего распорядка пассажиры не допускались в служебные помещения, кроме чрезвычайных ситуаций, командор рассудил, что таковая ситуация именно и есть. И первым двинулся в сторону технологического прохода.
  Суровую торжественность момента несколько изгадил звонок Штимера. Он прозвучал, когда они только подходили к той двери, откуда так эффектно, подобно мстительной тени незабвенного полковника, выскочил сам командор.
  - Бил, ты где сейчас? - бодрый голос из телекома прозвучал совершеннейшим диссонансом победному маршу, звучавшему в душе командора. Этот неуместный вопрос, да и весь хамский разговор, по крайней мере та часть, что была слышна, только утвердил его в решимости безо всяких отговорок выдворить всю "бригаду" с Уровня.
  - Ни до чего не дотрагиваться, - холодно процедил он, - это технологический проход. Постарайтесь внимательно смотреть под ноги.
  Залитый бледно-голубым светом проход по виду ничем не отличался от обычных корабельных коридоров, на которые Биллинг досыта насмотрелся под самый занавес Илийского инцидента. Тому геройскому линкору, что спас остатки гарнизона и Генерального Штаба, тоже досталось. Огромная посудина вышла из боя, лишившись большей части брони и, что самое печальное, всех систем связи и навигации. Удар Илийского десанта отчасти достиг цели - в самый разгар боевых действий Штаб потерял сообщение и с войсками, и с тылом. Два с лишним месяца линкор тихо дрейфовал в поясе астероидов, ожидая спасателей. И все это время лучшие военные умы Короны бездельничали. Хотя, по правде, илийцам стало только хуже. Оставшись без штабных указаний, флот Короны перешел в беспорядочное наступление. К моменту, когда поисковая шхуна нашла линкор, война уже кончилась - Илия подписала капитуляцию. Биллинг усмехнулся, припомнив непередаваемый ужас на опухших от двухмесячного пьянства адмиральских физиономиях, пока ликующий голос спасателя сообщал эту новость.
  - Напрасно усмехаетесь, - командор неприязненно покосился на инспектора, - Ваш друг может хлопотать сколько угодно. Мое решение окончательно, и мы уже пришли.
  Лифтовой холл, на взгляд Биллинга тоже ничем особенным не отличался, за исключением больших квадратных иллюминаторов на боковой стене, точнее говоря, не самих иллюминаторов, а вида за ними. Инспектор не сразу понял, на что, собственно, смотрит. Несколько гигантских полупрозрачных цилиндров, опутанных сетью разнокалиберных труб и серебристых лент. Все в тысячах золотых огней. Под цилиндрами мерцал огромнейший резервуар воды.
  Сгустки света, мягко струящиеся по трубам и изгибам лент, наполняли всю картину неприятным животным шевелением. "Представь себе легкие курильщика табака изнутри. Крупным планом. И все в паутине" - эти слова отчего-то всплыли в голове инспектора. Интонация припомнилась - такая снисходительно-ехидная. "И совсем не похоже" - возразил Биллинг, даже не пытаясь навести порядок в собственных мыслях.
  - Так это, что... - воскликнул Гро и осекся. Биллинг уже сообразил, что перед ним панорама Третьего яруса без искажений и миражей, просто - как есть. Из ближайшего цилиндра, в десятке метров от иллюминатора выступал фасад знакомого домика с лиловыми буквами "П" и "М" перед входом. Прямо в него утыкалась извилистая, как будто скомканная в замысловатые лепестки, широкая серебристая лента.
  - Узнаешь аллею? - спросил Биллинг. - Вот и мы по ней так же, - он махнул рукой в сторону двух фигур в белых комбинезонах, спешащих по ленте. Они забавно описывали петли и виражи, следуя прихотливому рисунку обманчивой дороги.
  - Прошу пройти в капсулу лифта! - железным тоном произнес командор.
  - Господин командор, - позвал Биллинг, внимательно приглядываясь к белым фигурам, - а ведь один из них - пассажир той самой триста третьей каюты. Вы обещали Штимеру позвонить, когда его встретите.
  - Свои обещания я хорошо помню, - командор угрюмо посмотрел на Биллинга. - Вы сами пойдете, или нам помочь?!
  
  
  
  
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"