Бенгин Николай Владимирович: другие произведения.

Командировочные расходы Глава 4

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:


Глава 4.

В каждом сомнительном деле

единственное средство не ошибиться

- это предполагать самый худший конец

Людовик XIV

   Аллея упорно петляла через вековой лес, летнее солнце слепило сквозь изумрудную листву. По голубому небу вполне натурально бежали легкие облака. Из-за мохнатых стволов раздавались звонкий смех и пение птиц. Штимер с досадой прислушивался к девичьим голосам. В поисках нужной каюты он уже который час бездарно блуждал по лесным склонам Второго уровня. Очередной раз плавно изогнувшись, аллея вывела Штимера к высоким каменным воротам. Он даже не сразу сообразил, что стоит перед входом в каюту.
   - Могу я видеть профессора Стайна, - спросил он, обращаясь к воротам.
   Чмокнула неприметная калитка, и на пороге моментально появился тип с рыжими глазами.
   - Что Вам угодно?
   - Мне нужно переговорить с профессором.
   - Поясните, пожалуйста, - детина стоял так, что мимо него и дикая баньши ночью бы не проскочила, - какое дело у Вас к профессору?
   Штимер взглянул на собеседника, с виду типичный офицер безопасности, таким кол на голове теши - с места не сойдут.
   - У меня к нему несколько вопросов по поводу Б-объектов.
   Рыжие глаза слегка потускнели.
   - Если Вы Б-контролер, обращайтесь в установленном порядке в Думу, - заученно отбарабанил он, - если нет, то в региональный контролярий. Профессор Стайн весьма занят и не занимается такого рода вопросами.
   - Возможно, мое сообщение заинтересует его.
   - Возможно. Действуйте в установленном порядке. Если что-нибудь важное профессор наверняка заинтересуется. До свидания.
   - Ну, хорошо, передайте ему, что заходил Штимер по поводу флуктуации в четыреста двенадцатой каюте.
   - Спасибо, мы в курсе.
   - Думаю, не совсем.
   - Хорошо, я запомнил Вашу фамилию.
   - О-о. Кто к нам пришел! У нас контрафактисты? - из глубины залитого солнцем двора к ним направлялась белокурая журналистка.
   "Ну, конечно,- подумал Штимер, - она ведь тоже Стайн. Наверняка дочка".
   При слове "контрафактисты" детина чуть встрепенулся и взглядом еще раз обыскал Штимера.
   - Вы ко мне, есаул?
   - Я к Вашему отцу.
   - Профессор Стайн мой брат, с Вашего позволения. Ну, пошли. У него уже битый час джаны сидят. Пора спасать.
   Она взяла Штимера за руку и под звонкий щебет птиц устремилась через огромный двор по направлению к двум каменным, замшелым и нелепым, готическим башням. Рыжеглазый молча топал следом. Обойдя разноцветный фонтан, они оказались перед увитой лозой беседкой. Внутри, в прохладной тени, вокруг низкого столика, расположились три человека. Двое - наголо бритые, в абсолютно белых комбинезонах, сидели, чопорно выпрямившись. Третий - тот самый седовласый атлет, которого Штимер видел в каюте Биллинга, непринужденно полулежал в кресле с бокалом в руке. Он кивнул пришедшим и снова повернулся к одному из джанов.
   - Все, что Вы говорите, дорогой Элимон, очень красиво. Как всегда. Но ваши практические действия не столь прекрасны.
   - Наша практика неотделима от высоких принципов. Законы нашей Общины справедливы и одинаковы для всех, - у джана был низкий могучий бас.
   - И, кажется, весьма суровы?
   - Они лишь кажутся суровыми. Для нас это дорога радости.
   Джан мельком глянул на новых слушателей.
   - Смотрите! - загудел он, как взлетающий бронеглайдер - вот вошли три человека. Они такие разные, такие индивидуальные, такие свободные. Да? Но Вы думаете - они счастливы? Отнюдь! Их мучают проблемы и постоянные сомнения, а человек, который сомневается, тревожен. Он не может быть счастлив.
   - Понятно. А Вы, стало быть, никогда не сомневаетесь?
   - Иногда сомневаюсь, но, в отличие от них, это не постоянное мое занятие, а лишь эпизоды.
   - А идеальный член Вашей общины никогда не сомневается?
   - Да.
   - Вот это и страшно.
   - Но почему? Может быть, потому, что страх - порождение все той же энтропии?
  
   Ольга и Штимер уселись в глубине беседки, рыжеглазый пристроился позади Стайна.
   - Брат терпеть их не может, - зашептала Ольга, почти касаясь губами уха порозовевшего Штимера, - Вам не повезло. Весь яд, который он сейчас накопит, достанется, догадайтесь, кому.
  
   - А может я сам - порождение этой пресловутой энтропии? - усмехнулся Стайн.
   - Чепуха. Мы все рождены гармонией. И Вы тоже. Все. Она создала нас, а мы должны создавать ее. Разум с момента своего рождения начинает созидать, устанавливать порядок. Мы бы и сейчас жили в прекрасном мире, но энтропия разрушает и нарушает все.
   - Ваша схватка со Вторым законом термодинамики просто великолепна! Где нет порядка, там - энтропия. В прическах не может быть абсолютного порядка, и, значит, что? Вы тотально бреетесь.
   - Да нет же! Порядок для нас вовсе не цель, а всего лишь средство. Только установлением порядка, даже самого правильного, гармонии не достичь.
   - Да уж! Не только. Я наслышан о Ваших подвигах. Об этой вашей "Высокой евгенике", "Лагерях совершенства", о "Программе для каждого" и прочих штучках.
   - Это работает.
   - Работает на кого? У Вас многовато тайн для мирной общины.
   - У нас нет тайн.
   - Но вы не пускаете к себе наблюдателей.
   - В этом нет необходимости.
   - А члены Общины не путешествуют... за исключением руководства.
   - Для нас это тяжелая обязанность, другие свободны от нее. Путешествуя, легко теряешь гармонию. Ваше так называемое искусство - сколько в нем энтропии!.. Ваш всесильный Культурный Надзор - разве он защищает гармонию? Нет, он лишь на страже сверхприбылей большого арт-бизнеса... Ваша энтропийная культура давит и калечит людей. Надо много мужества, чтобы устоять. Она - везде, и обволакивает как ядовитый туман. Она порождает разногласия, вдохновляет безумцев и обессиливает мудрых. Вы ведь знаете: одолевает энтропия - начинаются войны, разрушения...
   - Да, я слышал эту теорию, но она не объясняет, почему люди, попав к вам, никогда не возвращаются.
   - Просто никто не хочет. Мы не печалимся о прошлой жизни.
   - Никто и никогда?
   - У иных бывают минуты слабости, но мы преодолеваем их сообща, и это проходит.
   - Проходит?! - вскочила Ольга, - а я слышала, вы уничтожаете тех, кто хочет вернуться и рассказать правду.
   - Это клевета, - джан неторопливо поднялся. Его белая фигура четко проступала в сумраке беседки, а загорелое, темно-коричневое лицо стало почти невидимым. - Нам нечего скрывать. Тайны нужны там, где есть жульничество. Государственные тайны скрывают, как правило, государственное воровство. У нас нет государства. Порядок не нуждается в тайнах.
   Второй джан тоже поднялся, и теперь они стояли совершенно неподвижно и величественно, как статуи.
   - А еще известно, что вам вечно не хватает денег, и, чтоб их достать, вы пускаетесь во все тяжкие.
   - Опять клевета. "Порядок и Справедливость" - для нас не просто слова. Да, богатства ваших толстосумов куда больше, чем все, что есть у Общины, но "непорядочный джан" - это так же бессмысленно, как "хаотическая справедливость".
   Профессор Стайн не торопясь, наполнил бокал.
   - Вы в курсе, что Лимитный Комитет рассматривает вопрос об установке в вашей зоне станций наблюдения? В последнее время Община приобрела ряд подконтрольных материалов.
   - Обязанность Лимитного Комитета следить, чтобы военные где-нибудь не накопили чересчур мощное оружие. Всем известно, что мы - мирные люди. У нас вообще нет военных, и уж тем более того оружия, что должно интересовать Комитет. Материалы - просто предлог.
   - А, собственно, зачем вам подконтрольные материалы?
   - Конечно, не для того, чтобы делать бомбы. Проблемы, над которыми мы работаем, куда важнее и глубже. Но еще важнее та толика гармонии, что согревает нашу Общину, и мы не отдадим ее, нет! Мы не потерпим вмешательства в нашу жизнь.
   - Хотите объявить войну Комитету?
   - Наоборот. Мы будем биться за мир до последнего человека.
   - Что ж, позиция ясна, - Стайн тоже поднялся, оказавшись заметно ниже присутствующих, - Дорогой Элимон, - проговорил он, - я ведь Вас давно знаю. И помню те времена, когда Вы не были джаном. Да и самих джанов, считайте, еще не было.
   - Джаны были всегда.
   - Ну, пусть. Так вот, Элимон, Вы были мне симпатичны, я видел в Вас задатки большого ученого, а не только демагога. Поэтому я согласился на сегодняшнюю встречу. Я выслушал Ваши аргументы, и они не показались мне убедительными. Я по-прежнему не поддерживаю и не одобряю вашу деятельность. Вероятно, мы больше не увидимся. Прощайте.
   Джан медленно наклонил голову и пошел к выходу, за ним, так же молча, другой. В их походке была какая-то тяжелая грация, проступали спокойная уверенность и сила. Это шли люди, знающие цель и цену своей жизни. Рыжеглазый отправился проводить их до ворот.
  
   Стайн некоторое время стоял молча, потом всем корпусом развернулся к сестре.
   - Я ведь, кажется, учил тебя не влезать без разрешения ни в помещение, ни в разговор?! Или ты, как всегда, решила, что знаешь все лучше всех?! - от профессорского баса немного закладывало уши и жалобно звенели бокалы.
   - Познакомься, Стайн, - хладнокровно глядя на разъяренного брата, Ольга вновь уселась на скамейку, - это есаул тайного дивизиона Короны Альфред Штимер.
   - А-а, припоминаю твою статью.
   - Моя статья не при чем!
   - А я сразу сказал, что она глупейшая.
   - Нормальная статья.
   - Ну да, помню. Шедевр журналистики - "Дятел без крышки".
   - Прекрати, Стайн!
   Повисла тишина, даже птицы смолкли. Вернувшийся рыжеглазый флегматично разглядывал цветные струи фонтана. Есаул мрачно уставился на кончики собственных ботинок.
   - Вы пришли сообщить о помолвке? - миролюбиво обратился профессор к Штимеру.
   - Хватит! - теперь по-настоящему разозлилась Ольга, - У Штимера к тебе дело.
   - Дело? - Стайн вопросительно взглянул на рыжеглазого референта.
   - Флуктуация в каюте четыреста двенадцать, - доложил тот, - новые сведения.
   - Кстати, Вы узнали координаты "Лотоса" на тот момент?
   - Только приблизительные. Я предъявил полномочия, но луниты считают полную информацию о траектории абсолютной тайной, обеспечивающей безопасность полетов. Все требуемые сведения капитан предоставит Вам по прибытии на Розу.
   - Понятно, - хмуро кивнул Стайн.
   - У меня есть запись того, что происходило в это время в каюте, - подал голос Штимер.
   Профессор первый раз с интересом посмотрел на него.
   - Вы ведь не контролер. Откуда узнали про флуктуацию?
   - Вы сказали.
   - Я докладывал о структуре обороны четыреста двенадцатой каюты, - вмешался рыжеглазый, - боевые лазеры на потолке, и один или несколько человек прикрытия в смежной комнате.
   - Ладно. Давайте посмотрим запись, - Стайн стремительно покинул беседку и помчался к ближайшей каменной башне. Внутри оказалось прохладно и сумрачно. Готический интерьер башни полностью соответствовал внешнему виду - высокие потолки, крутые лестницы и даже древние доспехи на стенах, но оборудование профессорского кабинета оказалось очень даже современным.
   Штимер еще раз посмотрел сцену битвы лазеров с червяками и решил, что все-таки, наверное, не с червяками, а скорее, с осьминожными щупальцами.
   - Съемка сделана стерегущей системой, - пояснил он, - там есть привязка к бортовому времени.
   - Это интересно, - профессор буквально впился в экран, - Скорее всего коллоид, - бормотал он, прокручивая запись на разных скоростях. - Просто коллоид. Но черт меня подери....
   Штимер оглянулся: Ольга молча и пугающе неподвижно застыла на диване, референт, потеряв невозмутимость, сосредоточенно грыз ногти. Профессор неразборчиво пробормотал что-то, как есаулу показалось, нецензурное. На экране по-прежнему брыкался серый осьминог, бодро сверкали лазеры, но теперь рядом с изображением поплыли цифры. Некоторое время Стайн мрачно смотрел на все это мелькание и, наконец, выключил экран.
   - Это впечатляет, - буднично сообщил он, поворачиваясь к Штимеру. - Весьма. Нам надо сделать паузу.
   Небрежно посвистывая, профессор подошел к бару и наполнил четыре хрустальных бокала. Штимер с отвращением узнал золотистый цвет напитка.
   - Мой тост, как всегда, за Творца целокупности и его законы, - провозгласил профессор. - Кстати, - продолжил он, когда все выпили, - а что делает полиция Короны на "Лотосе"?
   - Ну, - Штимер замялся, - просто так, к общему сведению могу сказать, что по нашим законам мероприятия, которым определен статус "совершенно секретно", не подлежат даже упоминанию.
   - Понятно, - профессор покосился на референта, - Так в чем там дело?
   - Сегодня утром на Короне было совершено ограбление танкера с креофитовым сырьем. Похищено более ста сорока тысяч дойтов груза. Ведутся активные поиски.
   - Ничего себе. Такой объем еще сбыть надо. Креофитовый рынок вздрогнет и Лимитный Комитет тоже. Все одно к одному. Эта штука серая, как пить дать, - с Короны. Ну, с чего ей на вашего полицейского нападать? Он ведь даже не контролер. Что у вас вообще на Короне делается?
   - И Виктор Блюм, - подала голос Ольга, - на Короне погиб, опять же при странных обстоятельствах. Может, конечно, это все и совпадения...
   - Вряд ли, - Штимер внимательно смотрел на Стайна, - Вы ведь знаете, что за последнее время на Короне погибло несколько контролеров?
   - Один погиб, двое пропали, насколько я знаю, - профессор раздраженно пожал плечами. - Контролеры умирают регулярно от самых разных причин, как и все остальные. Вы не представляете, есаул, сколько раз Думу буквально на уши ставили по поводу всяких случаев с контролерами. И какими страшилками на пустом месте пугали! Один раз, в течение неполной недели на планетах поумирало больше двух сотен контролеров. С точки зрения статистики вполне вероятное событие. Но с точки зрения паникеров... что тогда было! Я сам чуть не помер... от злости.
   - У нас трое погибло: Октав Гу, Блюм и еще один лунит. И есть вполне определенная точка, куда все они наведывались перед смертью. Вряд ли это совпадение.
   Теперь уже Стайн внимательно посмотрел на Штимера:
   - С этого места поподробнее, пожалуйста. Октав Гу и лунит все-таки погибли, а не пропали без вести? И что это за точка?
   По существу, дело выглядит так, - начал Штимер, - есть у нас на Короне такая местность, называется Старый Город...
  
   Когда Штимер закончил рассказ, профессор молча разлил еще по дозе золотистой жидкости и некоторое время разглядывал игру света в хрустале.
   - Ну что, сестра, - заговорил он наконец, - прав я был: статья твоя и в самом деле глупейшая.
   Ольга, против обыкновения, промолчала. Все, что она сейчас слышала и видела, пахло не просто сенсацией - настоящей бомбой. Ее журналистская сущность уже повизгивала от восторга и нетерпения. При этом она резонно подозревала препоны на пути к славе и, прежде всего, со стороны брата.
   - Есть еще один факт, профессор, - сказал Штимер.
   - Черт побери, еще факт?!
   - Ну, на самом деле не факт, а подозрение. Неподалеку от четыреста двенадцатой каюты, сразу после того, как там серая зверюга случилась, встретился мне в коридоре человек, одетый по розуанской моде. Так вот, я думаю, что узнал его, - это Философ...
   - Философ? - на этот раз встрепенулся рыжеглазый референт. - Командир "Бригады блаженных защитников контрафактной продукции"?
   - ... и в руках он тащил шар такой радужный и, похоже, тяжелый. Я таких шаров раньше не встречал.
   - Если я правильно понимаю, - после некоторой паузы заговорил Стайн, - Вы намекаете, что этот самый Философ мог завладеть каким-то Ключом к "бобам"? И мы имеем на борту готового убивать пирата, имеющего в руках супероружие. У Вас больше нету новостей?
   Штимер покачал головой. В кабинете опять повисла тишина. Профессор откинулся на спинку кресла и, задрав подбородок, неподвижно уставился на высокий сводчатый потолок. Ольга и референт как будто замерли. Есаул поймал себя на том, что тоже затаил дыхание.
   - Строго говоря, - прервал всеобщее оцепенение профессор, - перед нами несколько разрозненных фактов. Ваша гипотеза об их взаимосвязи чисто умозрительна. Нет ни одного четкого доказательства. С другой стороны, надо признать, она хорошо описывает факты, и мы вполне можем принять ее за рабочую. Кто-нибудь хочет еще пива? - он поднял графин с золотистым напитком. Желающих не оказалось.
   - Итак, что плохого мы имеем, если все это правда? Первое и главное - Ключ. Лохи определенно знали, что это такое. Есть несколько альтернативных переводов их понятия о Ключе: "Работник мнений", "Неограниченное искажение", и даже просто "Власть", но, честно говоря, я надеялся, что его вообще больше нет в природе. Второе - обладатель Ключа агрессивен. Неясно, зачем ему инспектор, может, - старые счеты, а может, вообще случайность. Третье - наша система контроля явно хромает. Никаких супер-флуктуаций в районе вашего Старого Города, да и вообще на Короне, не фиксировалось. Я бы знал. И в четыреста двенадцатой каюте, как можно убедиться, аномалия возникла только в последние секунды, когда эта штуковина уже кусками падала. Но, что самое нехорошее, я не получил ни одного соответствующего оповещения от Б-контроллеров, за исключением собственного помощника, - профессор учтиво кивнул рыжеглазому, - а по идее, сейчас их шквал должен сыпаться.
   - Шквал - не мусор, сыпаться не может, - пробормотала Ольга. Про себя, она уже трудилась над будущей статьей, по ходу подправляя язык и стиль ключевых фраз.
   - Теперь, что хорошего, - продолжал профессор, не обращая внимания на сестру. - Первое: этот ваш Философ явно пока не умеет толком обращаться с Ключом, что весьма и весьма обнадеживает, ибо в противном случае у нас просто не существовало бы шансов. Второе: если бы эта штука попала в лапы разведки какой-нибудь суверенной планеты, уверяю вас, все было бы гораздо сложней. Теперь самое интересное: что нам делать? Уважаемый есаул, я ошибаюсь, или у Вас во всю телеком сигналит?
   Штимер кивнул и включил связь.
   - Доктор Штимер, - раздался взволнованный голос Гро, - Вы меня слышите? Это говорит помощник инспектора Биллинга.
   - Что с Билом? - рявкнул есаул.
   - Он жив и вне опасности, только без сознания. Я рядом с ним. Командор Третьего уровня дал Ваш телеком и просит срочно подойти сюда.
   - Иду, - Штимер уже был на ногах, - где Вы?
   - У каюты Тритста три, - сообщил Гро и отключился.
   - Минуту, есаул, - не повышая голоса, произнес Стайн, и Штимер подумал, что профессор, пожалуй, вполне мог бы командовать дивизией рейнджеров.
   - Все, что там случилось, - уже случилось. Друг Ваш, как я понял, вне опасности, а командор Третьего уровня может и подождать.
   Профессор открыл массивный сейф и достал большой глянцевый лист с текстом на одной стороне и замысловатым рисунком на другой.
   - Подойдите сюда, есаул. На "Лотосе" складывается необычная и весьма опасная ситуация, поэтому я, как Сопредседатель Лимитного Комитета, прошу Вас стать временным оперативным агентом Лимитного Комитета по линии Б-контроля.
   - Согласен.
   - Ну что ж, тогда ознакомьтесь с должностной инструкцией.
   - Здесь больше ограничений, чем я думал, - заметил Штимер, бегло проглядывая содержание глянца.
   - Но и права - не малые. Давайте его сюда. Теперь, - профессор перевернул лист рисунком вверх, - приложите ладонь к кругу посередине... Хорошо... Что-нибудь чувствуете? - Стайн тоже приложился к листу.
   - Что за... - Штимер обеими руками схватился за голову.
   - Сейчас пройдет. Вы получили доступ к Б-информации. Полностью инсталлировать Вас как Б-контролера долго, нудно и ни к чему. Но без нулевой фазы - нельзя.
   - Я думал, мне башку разнесет.
   - Медики уверяют - это безвредно. Ну что? Прошло?
   - Да, вроде бы...
   - С этой минуты Вы наш полноправный агент. Теперь раскройте ладонь и вот так сложите пальцы.
   Штимер повернул ладонь, и в воздухе над ней возникло небольшое, но четкое изображение серебряной пирамиды.
   - Это знак Ваших полномочий. Вашей целью является Ключ, а противником, соответственно, его обладатель. У Вас - Право Крайних Мер, другими словами - лицензия на убийство. Теперь определитесь со снаряжением, мой референт Вам поможет, и действуйте самостоятельно. Подозреваю, что на самом деле у нас очень мало времени. До связи... А ты останься, - приказал профессор уже направившейся к выходу Ольге.
   - Стайн, мне надо...
   - И не думай даже.
   - Ста-айн!
   - У меня есть к тебе поручение.
   Что именно собирался поручить профессор своей сестре, Штимер уже не услышал, вслед за референтом он прошел в низкое помещение, больше похожее на модуль безопасности.
   - Итак, до конца мероприятий на "Лотосе", Вы - агент Комитета и будете подчиняться непосредственно Стайну. Поздравляю. Оружие есть?
   - Нет.
   - Держите, - референт протянул длинноствольный увесистый пистолет, - калибр - полмиллиметра. Лупит, как армейский штурмовой лазер. Когда-нибудь стреляли из такого? Я имею в виду - из штурмового лазера?
   - Нет. На стрельбище как-то видел.
   - К сожалению, здесь нет стрельбища. Вот предохранитель и переводчик огня, здесь - регулятор сектора удара и дальности. Полная дальнобойность - триста метров, установленная - восемь, сектор удара - пять градусов. Менять ничего не рекомендую. Здесь полно иллюзий, и перспектива практически везде - кривая, запросто кого-нибудь зацепить невзначай.
   - А есть у Вас блокиратор иллюзий?
   - Есть такой шлем. Я как-то в нем целые сутки по "Лотосу" бродил. Как пугало. Так за мной постоянно еще двое стюардов таскалось, чтобы значит, куда не надо не полез.
   - Так лунитам, вроде до фонаря, кто чем занимается.
   - На самом деле все под контролем. Луниты постоянно фиксируют практически все, что происходит на борту. Здесь кругом точки наблюдения. Если Вас утешит, могу сообщить, что сами они эти записи, по понятным причинам, не смотрят и другим не дают, за одним исключением... Вы никогда не думали, почему пассажирские командоры так ловко раскрывают убийства и крайне редко другие преступления? - референт протянул пистолет Штимеру. - Короче, шлем я Вам не дам. Реальную картину можно из технологического коридора увидеть - Вас обязаны пустить - там односторонние иллюминаторы с оптическими фильтрами. Еще есть вопросы?
   - Связь?
   - Мой код на Вашем телекоме. Кстати, мое оперативное имя - Лис. С профессором связь опять же через меня. Ну, Вам пора. Я думаю, все-таки стоит узнать, что там с вашим инспектором, - он почти бегом отвел Штимера к лифту и неожиданно улыбнулся. - Останемся живы - будет о чем вспомнить! До связи.
  

- - -

  
   Первое, что увидел Биллинг, - беззвучно шевелящее губами лицо Штимера. Потом вернулся слух.
   - И что ты лежишь, как на пляже? Это неприлично. Погляди, вон Петр - как огурчик... маринованный.
   - С ним все в порядке, - раздался незнакомый высокий тенор, - по данным анализа, такая же доза наркотика. Сейчас придет в себя.
   Чья-то рука коснулась носилок, и они начали постепенно изгибаться, принимая форму полулежачего кресла. Биллинг увидел Петра, вяло улыбающегося с других носилок, Гро, стоящего рядом со Штимером, незнакомца в парадном черном мундире с разноцветными аксельбантами и двух санитарных роботов.
   - Поскольку все уже полностью в сознании, - громко начал парадный мундир, и Биллинг понял, что неприятно-высокий тенор раздается именно оттуда, - я, как командор Третьего пассажирского уровня люкслайнера "Лотос", должен уведомить вас о серьезности произошедшего инцидента, - обладатель тенора еще больше приосанился и продолжал. - Получив сигнал о несанкционированном посещении одной из кают вверенного мне Уровня гостями более низкого Уровня, я обнаружил следующее - излагаю факты: трое из четырех здесь присутствующих пассажиров незаконно проникли в непринадлежащую им каюту более высокого уровня, чем их собственная. Один из указанных пассажиров в состоянии наркотического транса произвел выстрел из боевого оружия. В результате нанесен существенный ущерб как интерьеру каюты, так и ее конструктивным элементам. Поврежден манекен, принадлежащий хозяевам каюты. Жертв нет. Выношу решение. В соответствии с бортовыми законами, ущерб будет учтен и вместе со штрафом взыскан с виновных. Также должен уведомить, что поскольку никто из вас не обладает ни Конфедеративным, ни Локальным иммунитетом, в качестве меры пресечения я запрещаю вам находиться на Третьем уровне. Я подтверждаю ваше право на ношение оружия, однако напоминаю, что по закону любое убийство, кроме случая последней меры обороны, карается смертью. К Вам ограничения на передвижение по данному уровню, разумеется, не относится, - добавил он, обращаясь к Штимеру, - Вы не участвовали в инциденте и, кроме того, Ваша каюта здесь. Однако, по моим сведениям, Вы все являетесь членами одной организации, а именно полицейского департамента Короны и действуете совместно. Это так?
   Повисла тишина. Биллинг глубоко вздохнул, искренне радуясь, что тенор наконец заткнулся, утомленная физиономия Петра тоже слегка прояснилась. Штимер некоторое время молча рассматривал непреклонного командора, затем также молча взял его под руку и отвел в сторону. Повернувшись, чтобы не видели коллеги, есаул раскрыл ладонь - пирамидка послушно засеребрилась в воздухе.
   - Теперь, уважаемый, расскажите мне, что тут на самом деле произошло. А?
   Командор вдруг утратил говорливость - выпучив глаза, он уставился на пирамидку, как на собственный приговор. За секунду до того он собирался поправить один из своих аксельбантов, но теперь, явно про все забыв, стоял с видом отключенного манекена.
   - Говорит автономный санитарный робот каюты триста три. Командор, Ваше артериальное давление превысило установленные нормы. Вам необходима медицинская поддержка, - заявил ближайший к ним робот, бодро подкатил к командору и, не теряя времени, вкатил инъекцию. Командор Третьего пассажирского уровня люкслайнера "Лотос" даже не вздрогнул, а только вяло отмахнулся ладонью, с тоской разглядывая серебристую пирамидку. Штимер в общем надеялся, что знак его новых полномочий будет внушать уважение, но столь мощного эффекта не ожидал. "Внимательней должностные инструкции читать надо!" - укорил он себя, убирая от греха пирамидку. - "Черт ее знает, может эту штуку в особых только случаях показывают, перед ядерным ударом, например, или чтоб понудить к чему-нибудь неприличному".
   Командор тем временем немного оправился, принял позу "И не таких видали", но заговорил почему-то шепотом:
   - Я же не знал, что у Вас Полный Конфедеративный иммунитет. Докладываю: сработал сигнал о неправомерном вторжении в номер. В таких случаях я сам лично разбираюсь. Когда я прибыл на место, один из Ваших коллег лежал на крыльце, второй в холле каюты, рядом со входом. Оба находились под сильным наркотическим воздействием. Третий вызвал санитарных роботов и пытался оказать им помощь. Там было еще три дезактивированных манекена. Один - с отстреленной головой, два - просто выключенных. Ну и дыра в стене, ближе к потолку. Соседняя каюта не задета, но в этой - сильные повреждения.
   - Что за наркотик?
   - В этом - проблема. Они получили дозу "Брынзы" - бинарного наркотика, с ультразвуковым детонатором. С обычным наркотиком, их бы с такой дозой сразу блокировали. У них бы пассажирские браслеты гудели, и все прочее. А так они компоненту выпили или съели с чем-нибудь, может еще на Короне, а здесь, в каюте, под ультразвук попали, ну и нейтральный компонент, прямо в крови, в наркоту перешел.
   - Я знаю, что такое "Брынза". Что именно им вкатили?
   - Довольно безвредную разновидность - "Отруб", но большие дозы. В принципе, это - быстрое снотворное.
   - А на одного эта штука, значит, не подействовала?
   - Да, Вы правы, хотя у него в крови мы ту же самую "Брынзу" нашли. Я думаю, когда ультразвук включился, он в воде был, или под водопадом или что-то в этом роде, ну, а после бластера тут, конечно, все отключилось - и свет, и звук, и ультразвук, все отключилось, и манекены тоже. Обратите внимание, я не конфисковал оружие Ваших коллег. Потому что понимаю: здесь что-то не то. Потому и на Уровень доступ закрыл, для их же безопасности. С хозяевами каюты у меня отдельный разговор будет.
   - Никаких ограничений на передвижение моих коллег, - веско, и тоже почему-то шепотом, распорядился Штимер. - Сейчас мы осмотрим место происшествия и далее будем работать по своему графику. Спасибо за сотрудничество, - добавил он, чтоб не выпадать из образа супер... то ли агента, то ли, наоборот, контрразведчика.
   - Принято, - кивнул командор и, отпихнув робота, направился к дверям каюты.
   - Я отменяю решение о мерах по ограничению вашего перемещения по кораблю, - сказал он, проходя мимо уже поднявшегося на ноги Биллинга, - можете следовать за мной, но ничего не касайтесь.
   Ремонт в холле каюты 303 уже завершался. Юркие уборщики вычищали строительный мусор и наводили первозданный блеск. Большое темное пятно на стене у самого потолка быстро сохло и бледнело. Биллинг с изумлением глядел вокруг - это был не тот холл, куда он так бесславно вломился. Унылое серое помещение. Что-то похожее на множество зеленых соплей свисает с потолка, несколько строгих кресел, пара отключенных манекенов у дальнего прохода, большие шкафы ремонтников и все. Ни водопадов, ни хрустального бассейна.
   - А где бассейн? - в голосе Петра явно звучали истерические ноты, - Это ведь не глюк. Я точно помню - бассейн и там полно... - Петр осекся. - Эта... бассейн где?!
   - Вы - хозяева каюты? - солидный мужчина в белом комбинезоне с ярко алой надписью "СОПА-7" вышел из-за ремонтного шкафа и вразвалку двинулся навстречу.
   - Хозяева сейчас подойдут, - торопливо ответил командор, - есть проблемы?
   - Проблема с третьим манекеном, - махнул рукой СОПА-7, указывая на открытый люк одного из шкафов. Там, перед ремонтной панелью, уперев ладони в коленки, уткнувшись головой в нишу, стоял голый женский манекен.
   - Башку мы ей приделали, - продолжал он, - рефлексы есть, щекотки боится, но все остальное по нулям. Взять неоткуда.
   - Понимаю. Вы, вот что...- командор решительно взял ремонтника под руку и увлек назад к шкафам. Там они вступили в негромкую, но яростную перепалку.
   - А ты его здорово напугал, - заметил Биллинг, когда командор достаточно удалился.
   - Да. Теперь он будет вскакивать по ночам... Ладно, давайте - рассказывайте.
   - Здесь бассейн был, - упрямо повторил Петр.
   - Прошу прощения, мы не представлены, - промолвил Гро.
   - М-да, - Биллинг осторожно, как переполненным горшком, качнул головой, - мои помощники - Гро, Петр. Наш коллега - Штимер - есаул тайного дивизиона. Будем работать вместе. Рассказывай Гро, что здесь случилось.
   - Мы вошли, потому что дверь открытая была, - голос Гро, как всегда бесцветный, но убедительный, чуть дрогнул, - слева действительно был бассейн, большой с прозрачными стенками. В холле находилось три манекена. То есть, мы потом поняли, что это манекены.
   - Я не понял, - вставил Петр.
   - Так. Все три манекена плавали в бассейне, играла громкая музыка. С потолка в бассейн падала вода, как дождь, и со стен - водопадами...
   Штимер покрутил головой. Со стороны ремонтных шкафов раздался звучный хлопок - СОПА сильно шлепнул себя по коленям и крикнул что-то в глубь холла. Командор явно выиграл диспут и уже направлялся в их сторону. Интерьер холла стал неуловимо быстро меняться. Зеленые сопли светильников втянулись в потолок. Темно-серый пол слева затуманился, пошевелился и все наконец увидели знаменитый бассейн. Мощные водяные струи взлетели, потом, под шорох и бульки падающих капель, рассыпались дождем. Фейерверк золотых искр сплошным потоком полился с потолка. Низкие хрустальные бортики наполнились рубиновым огнем.
   - Я попросил ремонтников включить развлекательное оборудование, чтобы мы могли восстановить картину происшествия, - громко сказал вернувшийся командор, - только без музыки, а то разговаривать неудобно.
   - Продолжай, Гро, - попросил Биллинг.
   - Да, все примерно, как сейчас, только фейерверк не работал, и водяных струй гораздо больше лилось и с потолка, и со стен, и там вон водяная стена прямо в бассейн падала. Мы вошли, сели в те кресла, - Гро пожал плечами, - и ничего не происходило. Так. Мы сидим, музыка ревет, эти вот, - он кивнул в сторону манекенов, - купаются. Я сказал Петру, что надо что-то делать. Мы решили Вас позвать, инспектор, и Петр пошел к выходу, а я к бассейну подошел. А потом все очень быстро случилось. Смотрю: одна, - Гро кивнул на манекен, который, по-прежнему нагнувшись, стоял перед ремонтным шкафом, - вылезла и к Петру побежала. Так. Я закричал Петру, но музыка... ничего не слышно. И тут меня схватили за ноги и в бассейн затащили. Я не понял: не то утопить хотели, не то просто так играли.
   - Это все-таки бытовые манекены, а не боевые роботы, - покачал головой командор, - не могли они Вас утопить.
   - Ну да, я вижу, что это манекены, начал вырываться из-под воды. Тут выстрел, вспышка, свет гаснет, тишина... Эти всплывают кверху пузом. Вылезаю из бассейна - кругом дым. Вижу - Вы без сознания, хотел наружу вытащить, смотрю: Петр лежит тоже без сознания и дверь заблокирована. Я вызвал санитаров и стал ждать. Так.
   - Холл осмотрел?
   - Да, но тут все дымом заволокло, ничего не видно. Потом командор прибыл. Потом санитары вместе с ремонтниками. Командору я все уже рассказал, как было.
   - Ясно. Теперь ты, Петр.
   - Ну, я помню, что сидел в этих креслах, смотрел, как барышни в бассейне резвятся, нам ручками машут. Потом Гро говорит: "Зови инспектора", а сам к бассейну пошел. Я подумал: звать - глупость полная. Решил найти, где тут музыкой рулят, - Петр вяло махнул рукой в сторону элегантной консоли, выпиравшей из стены, - ну, я подошел к ней, а дальше ни фига не помню. Открываю глаза - башка трещит пополам, да еще эти над ухом орут?
   - Кто?
   - Ну, командор с Гро.
   - Неправда, - тенор командора неожиданно сбился на фальцет. - Никто не орал. Гм. Я беседовал с Вашим коллегой полностью корректно.
   - Громкий голос очень.
   - Да, - проворчал Биллинг, - очень громкий.
   Интерьер холла опять изменился - фейерверки и струи кончились. Вокруг бассейна возникли концентрические круги, нарезая в полу кольца до самых кресел. Сам бассейн беззвучно провалился вниз. На дне образовавшейся ямы зашевелилась плотная и мерзкая на вид матовая чернота. Она постепенно растекалась и набухала. Круги, один за другим, как ступени эскалатора, поползли вниз. Чернота, медленно заплескивая эти ступени, стала подниматься из ямы...
   - Ну вот, как просили - все виды холла без музыки и звуковых эффектов, - подошедший СОПА хмуро посмотрел на командора. - Ваше указание.
   - Да, - командор внимательно разглядывал яму, - по-видимому, со звуками это более эффектно, но нам достаточно было вида с бассейном.
   - Цикл должен быть закончен. Хотя бы без музыки я должен прогнать всю последовательность.
   - А долго это?
   - Минут пятнадцать еще.
   На потемневшей стене за бассейном проявился рисунок. Точнее, это был замысловатый орнамент - множество светящихся, сцепленных между собой восьмерок, разного цвета и размеров. Все они медленно вращались, то стягивая друг друга в узлы, то распускаясь вереницами цепочек. Центр композиции сначала был пуст, лишь постепенно наливаясь бордовым отсветом. Потом внезапно и четко на нем возникла геометрическая фигура - два ярко алых, вложенных одно в другое, кольца. Чернота тем временем почти выползла наружу. Поверхность шевелилась, дрожала, по ней пробегали быстрые волны. Она будто притягивала к себе свет и пожирала его. Становилось все более сумрачно. Только с потолка по-прежнему лился ясный белый свет.
   - А скажите, пожалуйста, - заговорил Биллинг, - мог кто-нибудь войти или выйти из внутренних помещений, пока тут дым был и вся эта суматоха?
   - Исключено. После выстрела все внутренние двери заблокировались. Вскрыть их могу только я, в присутствии хозяев каюты. Кстати говоря, именно поэтому автономный санитар данного номера и не пришел сразу Вам на помощь.
   - Внешнюю-то Вы открыли.
   - Безусловно. Между прочим, ее вообще пришлось демонтировать. Один из Ваших коллег, - Командор кивнул в сторону Петра, - упал прямо на пороге, в таких случаях дверь при захлопывании трансформируется таким образом, чтобы не нанести травм. К сожалению, трансформируется необратимо. Ее стоимость также будет отнесена к общему объему ущерба.
   - А что-нибудь нашли тут? Какие-нибудь вещи, предметы посторонние?
   - Что значит посторонние? Впрочем, никаких предметов, за исключением мебели и манекенов мы в данном помещении не обнаружили. Иначе я бы уже начал устанавливать их принадлежность.
   - Тогда предлагаю больше ремонтникам не мешать.
   - Согласен, - к командору вернулось все его достоинство, и он величаво двинулся к выходу. - Следуйте за мной.
   На пороге Петр оглянулся - с потолка, прямо над ямой, свесилась большая сверкающая капля, снизу к ней медленно тянулась узкая и как будто живая лента черного дыма. То, что вылезло наружу вместо бассейна, стало похоже на чмокающий, беззубый рот, или что-то вовсе нехорошее. "Ни фига себе, миэмки дают" - проворчал он. Командор удивленно поднял брови, но ничего не сказал.
  
   Лужайка мирно зеленела под лучами уже заходящего солнца. Аллея скрылась за большими полосатыми экранами, установленными вдоль ограды, но в остальном ничто не нарушало идиллии.
   - Экраны я приказал установить, - пояснил командор, перехватив взгляд Биллинга. - Сейчас их уже можно снять, но прежде расскажите, почему Вы стреляли.
   - Я ждал своих помощников в сквере напротив, когда увидел, как один из них упал на пороге каюты. Когда я вбежал в холл, на меня напал один из манекенов. Я успел выстрелить.
   - Напал?
   - Да. После этого я отключился.
   Командор с сомнением почмокал губами.
   - Все, - веско сказал Штимер, - дальше мы сами. Когда появятся хозяева каюты, дайте мне знать.
   - Конечно, - вяло проговорил командор, - мой номер на Ваших телекомах, если что - я всегда на связи.
   - Извините. А где здесь туалет? - неожиданно спросил Гро.
   - Ну, отдельно стоящие туалеты на этом уровне есть только на пляже. А так, к Вашим услугам туалет в любом магазине, баре, салоне на любой улице. Извините, забыл предупредить, когда мы обнаружили у Вас в крови еще не перешедшую в наркотик "Брынзу", мы, конечно, ввели Вам соответствующий антидот. Так вот, это средство обладает выраженными послабляющими свойствами...
   - Спасибо, до свидания, - скороговоркой пробормотал Гро и чуть не бегом помчался к выходу на аллею.
   - Подожди, я с тобой, - закричал Петр и довольно бодро заковылял следом.
   Когда Штимер вместе с Биллингом вышли на аллею, помощников давно простыл след.
   - Эк у твоих животы прихватило.
   - А-а, вечно исчезают, как дым.
   - Не бойся, я с тобой. Помнишь, как мы полковнику Дрэну катарсис обеспечивали?
   - Перестань, Штим. Кто-то явно пытается меня достать, причем как-то гнусно и совершенно бессмысленно.
   - Ну, смысл-то наверняка есть. Может, знаешь чего, о чем сам не догадываешься? Видел чего-нибудь...
   - Ни черта я не видел.
   - Хм, и едальни тут рядом не видел?
   - Чего?
   - Жрать охота. Ты ел чего-нибудь с утра?
   - Ел. А ты знаешь, какие тут цены?
   - Плевать, у меня все включено.
   - Ну-ну.
   - Да, действительно, толку от тебя - никакого. Ладно, на самом деле я видел тут одно заведение, - Штимер решительно повел Биллинга за собой.- Ты когда-нибудь кушал в змеином ресторане?
   Биллинг узнал золотистую арку, которая вела на улицу Старых Алмазов. Теперь здесь никто не раздавал бесплатного мороженного, но из прохода по-прежнему доносилось тихое шипение.
   - М-да, знаю я твой ресторан. Жуть.
   - Ну! Это то, что надо.
   - Гро, Петр, жду вас "У гадюки" - проговорил Биллинг в телеком, - это в том переходе, где шипит.
   - Знаешь, Бил, - заявил Штимер, пока они шли вверх по черному языку ковра между светящихся змеиных клыков и прочей ресторанной экзотики, - ты меня удивляешь. Вроде интеллигентный человек, инспектор антифинансового управления, и что? Вместо того, чтобы солидно проводить время в театре, например, или в койке, ты со своими головорезами наводишь ужас по всем уровням и крушишь каюты. Причем - чужие.
   - А кстати, об ужасе. Что случилось с командором?
   - Я сказал, что люблю его. Ты видел, что с ним стало. Экстаз.
   - Штим, я ведь тебя знаю. Ты таким вот радостным придурком становишься, когда уже полный кердык и вот-вот пальба начнется.
   - Еще обзывается...
   - И где ты разжился пушкой? У командора отнял?
   - Глупости. И нечего так орать. Заметил - молодец. Другие, может, не умеют, как ты сквозь одежду видеть.
   Черный ковер, наконец, привел их во внутренние помещения ресторана. Шипение, так громко звучавшее в коридоре, сошло на нет. Пожилой, затянутый в комбинезон из змеиной кожи официант почтительно приветствовал их.
   - Мы с-счас-стливы ваш-шему приш-шес-ствию с-с-сюда-а, - он поклонился так низко, что стала видна оригинальная конструкция на заду комбинезона. - Ваш-ш с-столик...
   Официант развернулся и заскользил вглубь ресторана. Наметанным глазом он определил новичков, которым нужен особый подход, и повел их в маленький, уютный, изолированный зал. Ресторан "У гадюки" считался изысканным заведением. Сюда с удовольствием ходили ценители жалящей змеиной эстетики и всяческих кулинарных извращений. Остальные быстро понимали, что поесть лучше в другом месте, но специально обученные официанты так просто не выпускали свои жертвы. Каждый посетитель получал ровно столько впечатлений, чтоб и мало не казалось, и до крайностей не дошло. Если гостю все же приходилось оказывать медицинскую помощь, это считалось браком в работе официанта и учитывалось при расчете заработной платы. Бывали и буйные посетители, норовившие нанести физический ущерб как интерьеру заведения, так и физиономиям обслуживающего персонала. Этих посетителей называли "трудными". Хотя часть штрафов, которые неизбежно начислялись сверх обычного счета, шла непосредственно на премиальные выплаты, персонал таких не любил. Сейчас официанту достаточно было мельком глянуть на мрачное лицо одного посетителя и шальной вид другого, чтоб отнести их к категории "трудных".
   - С-сюда, пожалуйс-ста, - проговорил он, подводя их к единственному столику в середине маленького и низкого, в меру уютного зала. Три стены с большим натурализмом изображали болотистые джунгли, с медленно сочащимся белым туманом, а вместо четвертой - светился волшебным голубым светом аквариум, со множеством золотистых рыбешек.
   - Прош-шу вас-с-с. Это наш-ши с-специальные кресс-сла. Ус-страивайтесь поудобнее и прис-стегнитес-сь.
   - Мы что, взлетаем?
   - Ха-ха, - вежливо произнес официант, - мы уже летим.
   Он дождался, пока оба посетителя пристегнулись, и сухо щелкнул пальцами. Пол в комнате стремительно и бесшумно провалился метра на два вниз, но столик и кресла даже не шевельнулись. Их тонкие ножки удлинились и теперь упирались в пол где-то там внизу, так что сидения оказались примерно посредине между полом и потолком. Официант, из ботинок которого выросли ходули, с профессиональной юркостью шмыгнул в сторону. Биллинг, настроенный несколько нервически, вцепился в подлокотники и нецензурно выругался, а Штимер, стремительно обернувшись, успел схватить официанта за воротник.
   - Ну, милейший, что это значит?
   - Это для безопасности, - просипел официант, пытаясь вырваться и при этом сохранить равновесие.
   - О своей безопасности я сам забочусь. Быстро говори - зачем это.
   Но официант только таращил глаза и судорожно пытался вздохнуть.
   - Отпусти его, Штим, - проворчал Биллинг, - это просто местный аттракцион. Посмотри вниз.
   Штимер скосил глаза и увидел множество черных змей, бодро ползавших по далекому полу. Длинные блестящие тела сплетались и расплетались в клубках и омерзительных узорах.
   - Ну, так бы и сказал, что тут змеи, - строго сказал Штимер, выпуская официанта. Тот зашатался, замахал руками и рухнул в кучу извивающихся рептилий. Оглушительно зашипев, змеи бросились наутек, в углах комнаты возникли настоящие водовороты хвостов... Через несколько секунд на полу остался только злобный официант и пара придавленных им змей. Из-под углов доносилось яростное шипение.
   - Вот, Бил, нельзя тебя пускать в приличное общество. Посмотри, что натворил.
   - Я?! Это ты официанта уронил.
   - Если б ты не ругался, как пьяный ремонтник, ничего бы не было. Вот у нас, в тайном дивизионе, вообще не сквернословят. Практически.
   - Господа, - сухо проговорил официант, - какое блюдо желаете?
   Из узора на его заднице в пол уперлось что-то вроде телескопического хвоста, и он, снова поднявшись на ходули, с непроницаемым видом встал несколько поодаль.
   - Мне бы сока натурального, - проговорил Биллинг.
   - А мне что-нибудь поесть, желательно тоже натурального.
   - Сок тайпана и яйца розуанских соловьев подойдут?
   - Да, наверное.
   - Вполне.
   Официант, прихрамывая и что-то бормоча под нос, удалился, оставив "трудных" гостей торчать посреди комнаты пристегнутыми к нелепо высоким стульям.
   - М-да, - сказал Биллинг, слегка качнувшись на своем длинноногом сидении, - странные здесь порядки, но, по крайней мере, можно спокойно поговорить. На чем мы остановились?
   - Ты собирался рассказать, за каким чертом в триста третью каюту поперся.
   - Да нет. Не про то мы толковали... Ладно. Ну, ты в курсе, что по расчету времени креофиты на борт могли протащить миэки?
   - Как это?
   - Я же тебе говорил: выходил на связь Фрам. Сообщил, что стрелок, который камни увел, был у вашего тайного дивизиона под колпаком и люк он открывал дважды: один раз, когда груз выкинул, а другой раз - через двадцать минут, когда сам прыгал.
   - Вот про то, что наши облажались, ты, конечно, рассказал, а про люк - нет. Может, еще что забыл?
   - В общем, теоретически две довольно милые на вид уроженки Миэма, которые живут как раз в той каюте, могли пронести груз и, вроде бы, кроме них, больше некому. Ты их случайно не встречал?
   - Случайно нет.
   - А я встретил, и Гро потом тоже встретил. Ну и, короче, они нас пригласили к себе в триста третью.
   - Вот здесь поподробней. Как это ты их встретил?
   - Нет, ты только посмотри на это! - воскликнул Биллинг, тыча пальцем в голубой аквариум с золотыми рыбками.
   Там из синего грота на дне выскользнула большая полосатая змея и начала этих рыбок одну за другой ловить. После каждого заглота змея вяло всплывала к поверхности и было видно, как очередная рыбка, распирая плоское туловище, медленно движется от головы вглубь полосатого чудовища.
   - Да. Кушает змеюка. Так что там с миэмками?
   - Ничего. Я их встретил в коридоре сразу после взлета. Эти дуры на меня набросились, как будто первый раз в жизни мужика увидели.
   - И?
   - В общем, я одну толкнул и довольно сильно, другая сама отстала. Но, представь, не обиделись, в гости пригласили...
   - Я правильно понял? Они тебя ласкали, а ты сражался, как лев. Знаешь, я тебя считал солидным человеком, все-таки белый воротничок...
   - Это было не смешно, они же еще и видео снимали.
   - Черт возьми, батально-эротическая сцена, и ты в главной роли. Хм-м... надеюсь, ничего непристойного? А потом, значит, тебя пригласили в гости обсудить, так сказать, перспективы...
   - Просто пригласили.
   - В триста третью?
   - Нет, номер они тогда не назвали... О! А вот и еда.
   Два официанта торжественно внесли в комнату подносы с высокими бокалами и множеством блестящих столовых приборов. Один из них, тот, что рухнул на змей, старался держаться подальше, зато другой увивался вокруг "с-сладких гос-с-стей", раскладывая на столе великое множество вилочек с витыми ручками, щипчиков, буравчиков и крючков, при виде которых даже Штимеру стало не по себе. Последними на стол торжественно водрузили два хрустальных бокала, наполненных какой-то подозрительной жидкостью.
   - А где еда?
   - Сейчас-с-с. Вс-с-се будет для вас-с-с.
   - Сколько прикажете ждать?! И что это такое? - Штимер потыкал вилкой в бокал. - Это пьют?
   - С-сок тайпана, как прос-сили. Сейчас-с-с, - с этими словами оба официанта исчезли.
   - Как думаешь, Штим, что такое тайпан? - спросил Биллинг, подозрительно принюхиваясь к мутно-розовой жидкости в бокале.
   - Не знаю, наверно, гадость какая-то. Все-таки, пожалуй, прав был наш Консул, со своим указом "О кулинарной безопасности". Нет, ты только глянь на эти штуки, а?! - Штимер пощелкал зловещего вида щипчиками, - мечта экзекутора...
   - Вот. А ты поваров ругал, мол, указ проплатили, а у самих руки не из того места растут.
   - Я не говорил "проплатили", я говорил - "протащили". Ты вспомни рестораны, где раньше шеф-поварами иностранцы работали, а теперь что?! "Готовим только по отечественным рецептам! Это просто, вкусно и полезно!". Дырки голимые! Невкусно и бесполезно, но уж простоты не отнять - это точно.
   - Угу, теперь можешь, наконец, насладиться иностранной кухней. Приступай, если такой голодный.
   - Почему-то даже пробовать не хочется. Давай лучше по порядку. Значит, насчет триста третьей ты потом узнал?
   - Потом они Гро встретили и пригласили конкретно уже в триста третью.
   - И вы пошли, как бараны. Я вот слышал, что миэмки эти ваши людей в рабство берут. Типа, контракт какой-то с ними подписываешь добровольно и потом всю жизнь горбатишься.
   - Ничего я не подписывал. Как вошел туда, так и отрубился.
   - А из бластера кто палил?
   Биллинг раздраженно засопел, уставившись на аквариум. Там полосатая рептилия доедала последних рыбок. Плоское змеиное тело уже превратилось в объемистый вяло шевелящийся бочонок, но похоже, никакого беспокойства самой змеюке это не причиняло.
   - Ладно тебе, - усмехнулся Штимер, - я бы там вообще всех перестрелял. Ты лучше скажи, где они вам брынзу могли подсунуть.
   - Я уже думал. Наверняка это здесь, на "Лотосе" сделали. Значит, так, я пообедал с ребятами в баре, выпил бокал сока в казино и съел мороженое на улице прямо перед тем, как в триста третью идти. Все, других шансов не было.
   - А миэмки там нигде не мелькали?
   - В казино я их точно видел... Кстати, не знаешь, что такое здесь - "Небеса"?
   - Небеса?
   - Я слышал, одна говорила: "двинем на небеса", что-то в этом роде.
   - Ага. Это Первый уровень так называется, там только Аттракцион Желаний. Ты, Бил, ленив и нелюбопытен, иначе, как все нормальные люди, знал бы, что на любом уважающем себя люкслайнере обязательно такой уровень есть.
   - Всегда удивлялся, зачем лунитам такая дешевка.
   - У них дешевок не бывает. Ты даже не представляешь, что это за штука... Но, кстати сказать, там твоих красавиц вполне реально разыскать. Не в Аттракционе, конечно. После "Небес" все сначала попадают в кают-компанию, чтоб дух перевести, а потом уж кто куда. В этой самой кают-компании народ часами сидит, в себя приходит. Там ты их запросто устережешь... Я вот не пойму, какого черта мы до сих пор тут делаем? Мне уже и есть расхотелось. Какого рангутанга?! Где этот гадюк с подносом?! - Штимер с отвращением огляделся. Змеи вновь заполнили пространство внизу, черные и серые треугольные головки сновали в озере тумана, белым одеялом укрывавшего пол. Игольчатое покрытие ножек стола и кресел их явно злило, зато самые прыткие бодро заползали на шершавые стены и свисали оттуда наподобие живых шлангов.
   - Ты понимаешь, Штим, все это бессмысленно. Ну, заманили они нас в свою каюту, и что? Если они камни сперли, зачем лишний раз светиться, чего рисковать?
   - Например, такой вариант. Ты отрубаешься, они тебе на голову надевают сканер и смотрят, что такого полиция про них знает.
   - Ты сам в это веришь?
   - Нет, конечно, - Штимер чуть не хлебнул из бокала, но в последний момент принюхался и передумал.
   - Предположим, что все-таки они. Их искать - что ветра в поле, а, предположим, найду, хоть на тех же "Небесах", и что? "Зачем вы мне брынзу подсыпали?" Бред.
   - Не исключено, что твоих миэмок просто используют, как прикрытие.
   - Это теплей. Как там твой Философ поживает?
   - Наверно, хорошо поживает...
   - Я тут прикинул, как его можно вычислить. Скорее всего, он сел на корабль вместе с нами. Сколько пассажиров зашло на борт на Короне?
   - Я уже думал про это. Зная его возможности, надо учитывать всех, в том числе и пассажиров, которые во время стоянки просто погулять выходили. Он может быть кем угодно - мужчиной, женщиной, розуанцем, миэмцем. Я узнавал: всего получается двадцать семь человек.
   - Да, многовато. Но помнится по ориентировкам, да и ты рассказывал, что это здоровый, накачанный бугай килограммов под девяносто. Так?
   - А всех взвешивают при посадке в коридоре безопасности ... Я - идиот.
   - Список должен резко сократиться. Опять же, нас четверых можешь вычеркнуть, безусловно - миэмок, атташе тоже по весу не пройдет.
   - Да понял, понял... Дырки голимые, как меня это шипение достало...
   - Ладно, Штим. Теперь твой черед. Расскажи, чем командора напугал.
   - Ну-у... Я сейчас одну вещь скажу - ты только не смейся. Я теперь крутой Б-контролер. Как тебе?
   Биллинг пожал плечами и некоторое время молча рассматривал полосатую бочку с головой и маленьким хвостиком, одиноко дрейфовавшую в большом голубом аквариуме.
   - Значит, профессор Стайн, да?.. Он, стало быть, решил, что на меня "бобы" напали. А ты под это дело раскрутил его на оружие, полномочия и все такое... Штим, ты - гений!
   - Ну, не совсем так.
   - Но ты будешь дважды гением, если согласуешь это со своим Кудаком. Он же тебя сгноит, ты ведь наверняка его не спросил...
   Дверь в комнату распахнулась - наконец принесли еду. Пожилой "гадюк" держал прозрачный поднос с яйцами в одной руке и узкое золотое ведерко в другой.
   - Два вопроса, - сурово сказал Штимер, - первый: почему так долго, второй: что такое тайпан?
   - Это прос-сто, - прошипел "гадюк", предусмотрительно держась поближе к дверям. - Вы просили натуральные яйца. Мы ис-сполнили. Это блюдо для ис-с-стинных ценителей - яйца с почти сформировавшимися зародыш-шами. Их готовят очень осторожно, до полужидкого с-сос-стояния... - Официант сладко улыбнулся, глядя на перекосившуюся физиономию Штимера, - а тайпан, это змея такая, семейства аспидовых...
   - Значит, так, - процедил Штимер, - яйца можешь съесть сам, а сок, или что ты там из тайпана выдавил, я тебе лично в глотку волью, если мигом нас из этого гадюшника не вытащишь.
   - Сейчас-с-с я принесу с-счет... - с достоинством начал официант и осекся, заметив, как одновременно появляется бластер в руке одного посетителя и Знак Полного Конфедеративного Иммунитета над ладонью другого. - Э..э..э, а..а..а, ой, не стреляйте! - завопил он, торопливо щелкая трясущимися пальцами.
   Прямо под ногами на нормальной высоте появился новый чистый пол, змей со стен как ветром сдуло, а полосатый бочонок в аквариуме водоворотом засосало в синий грот.
   - Сейчас, сейчас, - плаксиво причитал официант, - я ж тут работаю. Вот клиенты какие... Чуть как... так убить...
   - Живи пока, - усмехнулся Штимер, вставая с кресла. - Счет себе на память оставь... Давай двигай на выход.
   - Может, все-таки пристрелить? - флегматично спросил Биллинг, когда донельзя расстроенный официант проводил их к самому выхода из ресторана. - За издевательство над клиентом.
   - Как хочешь, - пожал плечами Штимер, - я здесь все равно обедать не буду.
   Официант не стал дожидаться развязки и стремительными прыжками скрылся из виду.
   - Пожилой гадюк, а какой шустрый, - заметил Штимер, - не то, что твои помощники.
   - Вот такие помощнички...
   Щурясь на клонившееся к закату светило, они вышли на Аллею Снов. Навстречу, негромко, но зло переругиваясь, спешили Гро с Петром. Биллинг огляделся - аллея выглядела точно так же, как пару часов назад. Прохожие чинно выгуливали друг друга по дорожкам, журчали фонтаны и пели птицы, но одной интересной детали не хватало.
   - Что-то случилось? - тихо спросил Штимер.
   - Ты рыжеволосого типа в сером нигде не видишь?
   - Нет.
   - Вот и я не вижу...
   - Инспектор! - голос Гро по интонациям напоминал шипение официанта из гадючьего ресторана. - Он совсем сбесился.
   - Что такое?
   - У нас теперь новый закидон. Парами ходить - в магазин, руки мыть, по улице гулять - везде парами. Так. Чтоб чего не случилось! - Гро с ненавистью покосился в сторону Петра. - Один в туалете, другой, значит, под дверью мается!
   - Есть идея, - с удивительной невозмутимостью заговорил Петр. - Можно, я вкратце изложу?.. Значит, смотрите. Было два нападения. Первый раз, когда вы, инспектор, один были, другой - когда мы все вместе. Пока ведь не известно, чего наши враги хотят. Может, им все равно кого зацапать. Поэтому считаю: по одному нельзя ходить никуда.
   - М-да, интересная мысль. А где вас, позвольте спросить, так долго носило?
   - У Гро живот болел, - беспечно ответил Петр, - а я следом за ним ходил. А сами знаете, когда живот болит, быстро не получается.
   Гро еще раз попытался испепелить напарника взглядом, но тот стоял с безмятежностью айсберга под лучами зимнего солнца. Биллинг с интересом посмотрел на разъяренного Гро и увидел над его головой нечто странное.
   - Это еще что?! - Штимер тоже заметил странный, размывающийся в воздухе предмет.
   - Где?.. О! - Гро аж присел, разглядев черно-белое веретено прямо над головой.
   - На глаз похоже, - деловито сообщил Петр, - по-моему, за нами следят.
   Тем временем предмет, действительно похожий на большой нехороший глаз, со зрачком, почти белой радужкой, с веками без ресниц, моргнул и резко сместился вбок. Похоже, он решил рассмотреть полицейских с другого ракурса. Края "глаза", мерцающие и размытые, как лунный свет на волнах, имели вид недоделанной иллюзии, но все остальное выглядело до отвращения материальным.
   - Дырка голимая, - пробормотал Штимер, - ну и гадость. Какого рангутанга....
   Где-то между ушей, ближе к затылку он ощутил странное и все усиливающееся трепетание, какую-то болезненную щекотку. И этот поселившийся в голове безумный мотылек порхал явно в такт с мерцанием вокруг летучего "глаза", смотревшего, Штимер мог бы поклясться в этом, именно на него. Мир приобрел гнусно-васильковый оттенок. Борясь с подкатывающей тошнотой, есаул нащупал рукоять пистолета.
   - Эй, Штим, ты чего?! -знакомый голос донесся как сквозь вату...
   - Чепуха, - бормотал Штимер, старательно выцеливая быстро задвигавшийся "глаз", - это не дальше восьми метров...
   "Глаз" шустро подпрыгнул вверх и в сторону, уходя с линии выстрела. Марево вокруг "глаза" налилось фиолетовым. Сквозь мельтешение в голове Штимер явственно услышал далекий визг, но был слишком занят, чтоб как-то реагировать. Мотылек в голове отрастил себе острые коготки, но есаул упорно наводил оружие на врага.
   - Штим! Байки! Пневмобайки, Штим! - отчаянно кричал из далекого далека голос.
   "Какие байки, - думал Штимер, - совсем это не похоже на пневмобайк... Сейчас я его достану, тогда посмотрим... Быстрый гад... Тоже мне байк... Байки?". Он чуть скосил глаза и, сквозь густой васильковый муар увидел настоящих байкеров, с воем и визгом несущихся над аллеей. Один из них сделал крутой вираж и помчался прямо на поднявшийся повыше "глаз". Раздалось громкое "чпок", не успевший увернуться "глаз" разлетелся на брызги, а байкер чуть не кувырнулся с сидения. Его машина крутнулась, опасно вильнула, но в твердых руках пилота все-таки выровнялась и по плавной дуге ушла в сторону бухты. Остальные байкеры с восторженными криками полетели вдогонку.
   Штимер опустил пистолет. Когда лопнул "глаз", вместе с ним исчез и безумный мотылек в голове. Из ушей будто выбили пробки.
   - Господа! Господа! Остановитесь! - знакомый высокий тенор завывал, как сирена на гарнизонном плацу. Немногочисленные прохожие, до этого глазевшие на байкеров и совершенно не обращавшие внимания ни на полицейских, ни на черный глаз над головами, теперь с любопытством уставились в их сторону. Сквозь застилавший пот и синеватый муар, еще болезненно рябивший перед носом, Штимер разглядел командора, который почти бежал к ним.
   - Господа, я все понимаю. Чрезвычайные обстоятельства. Полномочия. Но здесь не тир, черт возьми! Мне доложили, что вы угрожали персоналу ресторана "У гадюки", теперь я своими глазами вижу: вы опять обнажили оружие...
   - Ты в порядке, Штим? - повернувшись спиной к командору, Биллинг заглянул Штимеру в глаза. - Можешь говорить?
   - Нормально, - прохрипел есаул, сунул пистолет в кобуру и, держась за Биллинга, осторожно уселся прямо на дорожку. Тошнота прошла, в ушах уже не звенело, только пот холодными струйками стекал по лицу. Прикатил и стал рядом санитарный робот. Есаул почувствовал холодное прикосновение датчиков.
   - Гемодинамический криз, - бодро сообщил робот, - нарушение церебрального кровообращения, требуется немедленная поддержка, - он развернул носилки и ловко подсунул их под Штимера.
   - Что-то случилось? - осведомился командор, наблюдая, как робот хлопочет над неподвижным есаулом. Он некоторое время ждал ответа, но даже Петр промолчал. Робот вкатил Штимеру несколько инъекций и перевел носилки в полусидячее положение.
   - Дырки голимые, - выговорил есаул почти нормальным голосом, пытаясь нащупать в кармане сигареты, - так можно и концы отдать.
   - Какой прогноз, санитар? - торопливо обратился к роботу командор.
   - Общая нормализация через девяносто, девяносто пять секунд. Рекомендованы сон или пассивные водные процедуры. В ближайшие сутки следует избегать стрессов и больших физических нагрузок.
   - Все в порядке, - сообщил командор Штимеру, - через пару минут можете вставать, а пока послушайте меня. Помимо вас, на корабле очень много влиятельных и вместе с тем раздражительных персон. В мои обязанности входит постоянное поддержание атмосферы любви, добросердечия и порядка на этом Уровне, поверьте - это совсем не просто. Кроме того, в силу определенных причин, зона моей ответственности существенно расширилась - теперь в нее входит не только Третий, но и Четвертый уровень. Таким образом, я уже не смогу столько времени уделять связанным с вами проблемам и убедительно прошу по возможности снизить свою активность, по крайней мере, до конца полета...
   Биллинг, вспомнив, как мучил его этот высокий тенор, кашлянул и аккуратно взял командора за локоть: - Давайте отойдем.
   - Что Вы хотите мне показать? - нахмурился командор, тем не менее покорно следуя за инспектором.
   - Вы видели, что произошло?
   - Что?
   - Вы видели "глаз"?
   - Глаз?
   - Скажем так: мы четверо видели некий летающий объект, похожий на большой глаз.
   - Где?
   - Здесь, черт побери!
   - Вот как? Здесь? Расскажите подробнее.
   Биллинг тяжело вздохнул и вкратце описал, что произошло. Командор некоторое время молча глядел вверх, потом тоже вздохнул.
   - А теперь "глаза" нет? - осведомился он. - Улетел и никто его больше не видел?
   - Байкеры видели, я же говорю - один из них прямо в него врезался.
   - Байкерам над Аллеей летать запрещено. Они знают и все равно нарушают это правило. Они теперь что угодно наврут. При всем уважении, могу сообщить, что слышал эту историю уже много раз.
   - Про глаз?!
   - Не обязательно. Некоторые гости нашего лайнера склонны видеть много необычного вокруг себя. Часто это тревожит их. Одни видят летающие объекты, другие - нелетающие. Глаз, в общем, довольно распространенный образ, хотя, гм-м... как правило, не столь агрессивный, сколько преследующий... Знаете, почему на корабле нельзя связаться с капитаном просто по телекому, а вместо этого оборудована специальная каюта связи, да еще в самом дальнем углу Четвертого уровня?.. Вижу, что догадались.
   - Да, но меня не устраивает Ваша версия о массовых галлюцинациях.
   - Санитарный робот не зафиксировал следов наркотика у Вашего коллеги. Если бы на него воздействовали психотропным или иным вредным излучением, мы бы, безусловно, зафиксировали и установили источник. Но ничего такого нет. Я вижу группу агрессивно настроенных полицейских с одной из удаленных и не самых влиятельных, в политическом смысле, планет. К сожалению, вы не только вооружены недопустимо мощным оружием, но и охотно пускаете его в дело. Я искренне, хоть и слабо, надеюсь, что в дальнейшем вы будете распоряжаться им более продуманно.
   - Значит так, неуместные высказывания в адрес моей планеты можете оставить при себе, - рассердился Биллинг. - Понятно, что помощи от Вас - никакой, но не вздумайте мешать!
   - Угрозы командору со стороны гостя - серьезное правонарушение.
   - Оскорбление патриотических чувств гостя со стороны командора, наверняка - тоже. Ну что, пойдем в суд или будем сотрудничать?
   - Суд здесь я, - пожал плечами командор. - А Вы можете подать жалобу. После полета. Насколько понимаю, у Вас нет каких-либо чревычайных полномочий и, если Вы еще раз поставите под угрозу благополучие других пассажиров, я, как минимум ограничу Ваши передвижения по кораблю до конца полета. Еще вопросы есть?
   - У меня вот какой вопрос, - слегка сбавил тон Биллинг, - надо найти нескольких пассажирок Вашего корабля. Как это проще сделать?
   - Проще всего узнать это у них же по телекому, я ясно излагаю? А теперь прошу извинить, - командор решительно направился в сторону Штимера. Тот, с видом отдыхающего в шезлонге, сидел на санитарных носилках.
   - Ну что? - благожелательно спросил он командора. - Успели поговорить с хозяевами триста третьей каюты?
   - Они все еще не подошли. А вот профессор Стайн со Второго уровня просил Вас срочно связаться с ним через личный канал, - командор протянул Штимеру мнемокристалл. - Сумеете подключить?
   - Разумеется, - Штимер быстро приложил кристалл к браслету и стал набирать нужный код.
   - В таком случае, не буду мешать, и еще раз прошу быть осмотрительней, - командор холодно кивнул Штимеру и удалился.
   - Вот, Бил, - проговорил есаул, не переставая тыкать пальцем по браслету, - когда я с командором поговорил, он милым стал и ласковым. А после тебя - недобрый какой-то... О! Получилось... Профессор, это Штимер.
   - Штимер, у Вас все нормально? - разнесся профессорский бас. - Можете говорить свободно?
   - Минуту, - Штимер убрал громкий звук, бодро встал с носилок и отошел в сторону, - слушаю.
   - Есаул, к сожалению, я пока не знаю, что произошло, - быстро заговорил Стайн, - но Лис в коме и прогноз сомнителен. Диагностирован неврологический шок. Психотропных и прочих воздействий не зафиксировано, но его нашли с пистолетом в руке. Собственно, он и сейчас его держит. Лис никогда не вынимал оружие без дела. Вам все понятно, есаул?
   - Когда это случилось?
   - Девятнадцать минут назад. К сожалению, Вы давно не выходили на связь. У Вас все нормально?
   - Ну, как сказать. Мы тут, на Алее Снов видели что-то такое в воздухе, похожее на большой глаз. Оно лопнуло потом, как пузырь, но вот, пока не лопнуло - мне совсем худо было. Сейчас только оклемался.
   - Диагноз?
   - Что-то там с церебральной гемодинамикой, я не понял.
   - Угу. Если еще этот "глаз" увидите или хоть что-то подобное, стреляйте сразу. Это приказ.
   - Хорошо.
   - Вы сказали: "мы увидели". Кто эти "мы"?
   - Инспектор Биллинг и его помощники.
   - Кто-нибудь пострадал?
   - Да нет, плохо только мне стало.
   Наступило молчание. Штимер представил себе профессора, с мечтательной миной на лице разглядывающего потолок. Пауза затягивалась.
   - Когда пропал тот ваш лунит, - заговорил, наконец, профессор, - было решено, что штатный Б-контролер из летного состава "Лотоса" останется на Короне. Так что летим мы теперь с неполным экипажем, Лис в коме, и, стало быть, Вы - единственный здоровый контролер на борту. Имейте в виду.
   - А Вы?
   - Я не контролер, мне не положено. Все. До связи. Ищите своего Философа.
   - Подождите профессор, а где Ольга?
   - Либо все еще в каюте связи с капитаном, либо около Лиса. Это все на Четвертом уровне.
   - Ясно. До связи.
   Штимер неторопливо подошел к остальным. Биллинг и оба помощника стояли, задрав головы кверху. Петр так широко раскрыл рот, что туда вполне мог заскочить какой-нибудь неосторожный летающий объект. Штимер, на всякий случай, тоже глянул вверх.
   - Вы похожи на кружок юных астрономов, - заявил он.
   - Вот прозеваем "глаз", будут тебе астрономы, - проворчал Биллинг.
   - Значит, так, - посерьезнел Штимер, - возможно, такая же штука пару минут назад завалила одного парня. Ты его видел, - повернулся он к Биллингу, - ассистент профессора Стайна. Есть мнение, что по этому "глазу" надо стрелять без предупреждения. Все ясно?
   - Мне ясно одно, - заявил Биллинг, - Петр прав. Никому из нас не стоит бродить в одиночку, в том числе и тебе. Всей гурьбой маршировать тоже не обязательно. Поэтому делимся. Со мной останется Гро. Петр, ты пойдешь с есаулом. Вопросы есть?
   - Ладно, я не против, - улыбнулся Штимер, - а вы далеко собрались?
   - На "Небеса". А ты?
   - Гм, ну... Сам знаешь, надо потолковать тут с одним пассажиром.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   Людовик XIV де Бурбон - король, (ССПЗ XVII-XVIII)
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"