Бингс Г.Г.: другие произведения.

Плохая ночь

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Написано на конкурс "Рваная грелка" в ноябре 2020го. Рассказ уверенно вышел в финал, чем меня порадовал :) Если когда-нибудь будет конкурс по городскому фентези - я это дело разверну в большую книгу. Много замыслов есть на этот развеселый боевичок :)

   Два крепких бритоголовых парня в кожаных куртках стояли за высоким столиком в бистро и ели шаверму. Один - неспешно, уверенно откусывая большие куски и перемалывая их своей внушительной челюстью. Второй ел торопливо, откусывая по чуть-чуть и при этом возбужденно тараторил, зачастую не до конца прожевав, отчего капли белого соуса брызгали на стол и на красно-синий шарф, небрежно накинутый на плечи.
  
   - Да я говорю, тут все дурные! И я сейчас не про погоду, - торопливый быстро утер ладонью рот - Ты прикинь че видел? Вот прямо сейчас, пока ты заказывал! Вон там вон, на набережной, бабка стоит, хлеб уткам кидает. Прикинь, да?
  
   Второй флегматично пожал могучими плечами.
  
   - И че?
  
   - Да как че? Ты прикинь? Вечер же! Ночь уже, считай. А она стоит такая, с постной рожей, в платок замоталась и хлеб в речку кидает. Да я даже не знаю, есть ли там утки. Прикинь, а? Не видно же ни черта!
  
   - Тебе не видно, а ей видно. Кормит бабка уток и пусть ее. Тебе-то что с того?
  
   Первый аж взвился, расплескав соус из шавермы по рукам, проглотил кусок, не прожевав как следует и снова затараторил.
  
   - Так там, в реке - туман, я тебе отвечаю! И она хлеб прямо в туман кидает. Я молодой, зрение, все дела - и то не вижу. Она-то, старая, чего там видит? А внизу - там ступеньки еще гранитные, ну ты понял - там мужик в плаще прохаживается. И в шляпе такой. По пояс в тумане, ног не видно. А она хлеб кидает. Прикинь?
  
   Второй хмыкнул.
  
   - Ну кидает и кидает - и спокойно заглотил огромный кусок добротной теплой шавермы.
  
   - Да ты че, Серый! Кто ж ночью уток кормит? Я те отвечаю - дурной город. И бабка эта дурная. И мужик в плаще. В плаще, Серый, прикинь? Прям ганста пиндосский, чертов Аль Капоне. Дурной мужик, я те отвечаю!
  
   От стойки повернулся повар в белом колпаке, сверкнул карими глазами и с акцентом произнес:
  
   - Э, уважаемый! Не надо так говорить. Не к добру.
  
   Парень резко повернулся к нему.
  
   - А то че, э?
  
   Тот примирительно выставил перед собой ладони в полиэтиленовых одноразовых перчатках и успокаивающе произнес:
  
   - Просто не надо так говорить, да? Услышать могут.
  
   Парень положил недоеденную шаверму на стол, сделал шаг к стойке и одним движением полностью расстегнул куртку. Из-под куртки показалась синяя футболка с красными вертикальными полосами.
  
  - И че? Ну услышат, и че мне сделают? Или ты мне тут указывать будешь что говорить и где, а?
  
   Серый, не отрываясь от шавермы потянулся и ухватил за рукав своего не в меру ретивого товарища. Тот дернулся:
  
   - Не, Серый, ты подожди. Че этот мне хочет сказать? Иди сюда, э!
  
   Повар не показал ни капли испуга и просто указал рукой куда-то за стекло витрины.
  
   - Плохая ночь для прогулок, уважаемый. Вы же не здешние, да? Гуляете, да?
  
   - Гуляем. Не здешние - подтвердил Серый, одним движением могучей лапы вернул своего товарища за стол и кивком указал на шаверму. Доедай, мол. - И вы не первый кто нам говорит про плохую ночь, уважаемый. Сегодня в вашем городе что-то особенное?
  
   Повар слегка замялся и неопределенно пожал плечами.
  
   - Да как сказать... Сегодня же наводнение случилось. Дамбу вот закрыли. И кто-то особо умный решил, что раз дамба закрыта - то мосты сегодня разводить не обязательно.
  
   - Это что-то значит? - флегматично спросил Серый просто так, для поддержания разговора. А сам следил, чтобы его напарник побольше жевал и поменьше говорил.
  
   - Ночь, туман. Мокрый Траян - это такой праздник, по старинным приметам - еще не наступил. Горожане сегодня сидят по домам, носа на улицу не высовывают. Мост не разведут, поэтому оно может выбраться, - повар отдельно выделил интонацией слово "оно" и Серый зябко поежился.
  
   - Дурные они тут все - с набитым ртом пробухтел Колян.
  
   - А как же бабка? Вон, мой коллега распалялся, что стоит спокойно, уток кормит, и не переживает из-за тумана и плохой ночи. Да и вы, уважаемый, вроде как не шибко волнуетесь. Вон, работаете, все дела.
  
   Карие глаза повара на какой-то миг потемнели, после чего он расплылся радушной улыбкой, так, как умеют улыбаться уроженцы Кавказа своим клиентам.
  
   - А как же, уважаемый! Человек в туман попадет, промокнет, продрогнет. Где ему согреться? Только здесь, у меня. И горячего перекусить. Поэтому я круглосуточно открыт. Зачем тебе гулять, дорогой? Посиди тут, в тепле, пока метро не откроется. Думаешь, нажиться на тебе хочу? Так хочешь - акцию объявлю. Гостям нашего города - бесплатный кофе, а? Оставайся, уважаемый!
  
   Серый жестом одернул собравшегося что-то ляпнуть напарника, обозначил вежливую улыбку и ответил:
  
   - Надо нам, уважаемый. Последний выезд сезона. Хорошая ночь или плохая - это такое, знаешь. А у нас с Коляном и пацанами - золотой выезд.
  
   - Так вроде ж футбол уже закончился? - изумился повар, - Зачем в ночи гулять? Город смотреть? Так в таком тумане и не увидишь ничего!
  
   - Надо.
  
   - Ну как знаете. Я не навязываюсь. Только вот... Оно дышит, уважаемые. Оно хочет выбраться.
  
   - "Оно"? Это какая-то местная достопримечательность?
  
   - Нет, что вы! Скорее - городская легенда. Я так сразу и не объясню, это здесь пожить надо, почувствовать. Просто имейте в виду: если вдруг что - у меня всегда открыто, да? Кофе горячий, шаверма. Телевизор могу включить. Песни там всякие, красавицы попой вертят, все дела, а?
  
   Серый вежливо покивал, особо не прислушиваясь, вытер руки и рот салфеткой, выкинул бумажную обертку от шавермы в урну. Вытащил из внутреннего кармана куртки старую кнопочную мобилу, глянул на экран.
  
   - Время, Колян.
  
   Тот судорожно заглотил последний кусок и торопливо засобирался.
  
   Через минуту оба парня, обернув шеи красно-синими шарфами вышли в сырую промозглую ночь.
  
  * * *
  
   - Странный у них тут туман. У всех нормальных он ровно идет, а тут вон, смотри, под мостом клубится, прямо у опор, а на остальную реку даже не суется. Дурной туман. Да и вообще город дурной. У нас уже листья вовсю распустились, тепло, а у них тут все еще в зимних куртках ходят. И эта вон...
  
   - Ты можешь заткнуться, а?- рявкнул Серый, - Орешь на всю ивановскую!
  
   Моросил неприятный холодный дождик. Очень хотелось достать из теплого кармана мягкую вязаную шапочку, раскатать по бритой голове и натянуть по самые уши. Но нельзя. Пацаны не поймут. Приходилось терпеть, и это раздражало Серого. А Колян - что Колян? Нервничает боец. Так-то вроде весь сезон с основой пробил,вроде бы опытный, а все равно, первый серьезный выезд - это сейчас. В этом году не было ни Махачкалы, ни Элисты. А уж про кошмарные выезды в Ярославль из этого состава помнит, пожалуй, только Михалыч. Ну и сам Серый, конечно же.
  
   - Не, ну а че? Ненормально же? - на полтона ниже пробормотал Колян - Ты когда-нибудь такое видел?
  
   Серый кивнул.
  
   - Видел. Когда мы на Лосином Острове с черно-белыми бились. Там тоже дичь всякая творилась. Может, и прав тот носорог. Плохая ночь.
  
   - А че там было? Ну, на Лосином? Меня там не было, да?
  
   - Ты тогда еще в запасе тренировался. А что было... да я и сам не понял, а Михалыч не объяснял. Просто похоже было. Ну или я просто крепко прохватился, вот и померещилось всякое. Все, заткнись. Вон, наши собираются. Время.
  
   Топот тяжелых ботинок гулким эхом отражался от стен домов. Из окрестных ларьков бистро, круглосуточных магазинов и простых подворотен на улицу один за одним выходили люди. Крепко сложенные, с короткими "ежиками" на головах или вообще бритые наголо, в черных куртках и все как один с красно-синими шарфами. Колян достал из кармана оранжевые спортивные бинты и принялся ловко заматывать руку, пропуская бинт между пальцев.
  
   Поравнявшись с одним из бритоголовых, Серый хлопнул ладонью о подставленную ладонь.
  
   - Здорово! Как сам?
  
   - Здорово, Серый! Тебя Михалыч искал. Вон, у фонаря стоит.
  
   - Случилось что?
  
   - Звеньевой правого фланга не доехал. Его еще на стадио замели.
  
   - Ясно. Разберемся.
  
   Серый с Коляном ускорились и быстрыми шагами поравнялись с группкой парней, о чем-то беседующих под светом уличного фонаря. Один из них, плотный мужчина лет тридцати, весь покрытый татуировками, взмахом руки поприветствовал Серого и сразу же отправил стоящих рядом парней идти дальше.
  
   - Ну что там? - подставил ладонь для хлопка Серый.
  
   - Скаут говорит, Огурец со своими уже выдвинулся. Через пару минут их моб будет на месте. Правый фланг возьмешь?
  
   - Звено Федоса? Возьму, не впервой. А как оно вообще, Михалыч?
  
   Мужчина неопределенно покрутил ладонью в воздухе и поморщился.
  
   - Что-то не так, Серый. Думал их на мосту накрыть, а они на него не пошли. Скаут маякнул, что их моб в обход двинулся, через Петроградку.
  
   - А че так?
  
   - Да кто его знает. Мудрят что-то.
  
   - Да и черт с ними. Значит, мы через мост пойдем. Даже удобней будет, мы с моста сверху вниз на них свалимся. Разбегаться удобнее, все дела. Можно даже отрывных не выставлять, сразу прыгнуть.
  
   Михалыч покачал головой.
  
   - Ну так-то не борзей, Серый. Все же парочку забойщиков перед строем выдвини, от греха подальше. Тут еще это...Мне перед игрой сегодня Огурец звонил, прикинь? Предлагал перенести. На завтра там, утро-вечер, по нашему желанию.
  
   - А что так?
  
   - Да местные тут всякую чешую лепят про сегодняшнюю ночь. Типа плохая, все дела. Ну и Огурец в ту же дуду дует.
  
   Серый пожал плечами.
  
   - Не вариант. Мне на смену заступать. Да и у пацанов тоже планы.
  
   Михалыч кивнул:
  
   - Вот я ему так и сказал. А он - ну смотри, мол, я предупреждал. Такой, знаешь, с угрозой. Будто это не он зассал и слиться пытался, а типа для нас добро делал.
  
   Замотавший обе руки в спортивные бинты Колян легко подпрыгнул и задорно выругался:
  
   - Да черта лысого им в печень! Если зассали и сливаются - пусть так и скажут. Чемпионы хреновы.
  
   Михалыч вскинул бровь и посмотрел на Серого. Тот поморщился и принялся растолковывать Коляну, как маленькому ребенку.
  
   - Они не могут вот так просто взять и слиться. Если не выйдут - то по уговору мы делаем штрафной рейд. То есть можем прессануть любое количество кузьмы прямо на улицах. А это не столица, здесь кузьма на шифре не ходит, не пуганые. Одна команда в городе, все на расслабоне. Потому если они не явятся - то мы, считай, всех тут можем уронить и хрен нам кто чего скажет. Так что они придут, Колян, будь уверен. А то что перенести просили - это они опять мудрят всякое. Огурец тот еще хитрован.
  
   Парни в черных куртках за какую-то минуту заполнили собой всю улицу. Михалыч окинул взглядом как моб формирует рассыпной строй и махнул рукой. От слитного топота ног, казалось, содрогнулись окна. Одиноко завыла сигнализацией бестолково припаркованная на набережной машина. Серый кивнул товарищу и поспешил на правый фланг, занимать свое место в строю.
  
   Когда группа втягивалась на мост - в наглую, никого не стесняясь, полностью перекрыв всю проезжую часть - Колян увидел под фонарем одинокую старушку в платке. Она стояла у ограждения набережной, у самой лестницы, нижние гранитные ступени которой были скрыты поднявшейся водой.
  
   Коляну стало не по себе. А потом, раздосадованный своим непонятным смятением, он резко развел руки над головой, громко хлопнул в ладоши и заорал:
  
   - Хэй! Хэй! Красно-синий самый сильный!
  
   Образовавшаяся плотная толпа тут же подхватила речевку и слитно выдохнула осипшими голосами:
  
   - Красно-синий самый сильный! Хэй! Хэй!
  
   Серый оскалился и быстро натер себе уши ладонями.
  
   Колян обернулся на секунду и поймал взгляд старушки в платке. Та неодобрительно покачала головой. То ли так причудливо на лицо легли тени от платка, то ли еще что, но Коляну вдруг показалось, что она не просто по старчески поджимает губы, а речитативом проговаривает запретные, злые слова.
  
   - Да пошла ты к черту, дурная бабка! - сквозь зубы прошептал Колян и заорал во весь голос: - Красно-синий самый сильный!
  
   Когда последний из моба втянулся на мост, старушка широким, размашистым движением бросила в реку веер хлебных крошек. Раздался утиный клекот и на середине реке взметнулся ввысь туман, мгновенно скрыв из виду середину моста вместе с людьми. Дохнуло теплым ветром. Ближайший к старушке фонарь вдруг отрывисто заморгал и погас.
  
  * * *
  
   - Дурной город - прошептал Колян одними губами - и туман тут дурной. Не туман, а прорыв теплоцентрали какой-то!
  
   Он шел перед строем на позиции отрывного. Привычная позиция, привычное построение. Привычно бурлит адреналин в крови. Сзади мерно топает слитная стена основных. Все получится. Красно-синий - самый сильный, без вариантов. А кто против?
  
   Колян увидел посередине моста одинокий мужской силуэт в старомодной шляпе и черном плаще до земли.
  
   - Ты, что ли, против, э?
  
   Цветов, по которым можно определить клубную принадлежность у человека в плаще не было. Ни шарфа, ни футболки, ни даже какого-либо значка. Даже не кузьма. Так, простой прохожий. Разве что стоит посреди проезжей части, прямо на двойной сплошной, и даже не пытается отойти в сторону. Ну извини, братан. Не повезло тебе, не стой на пути.
  
   Колян разбежался и прыгнул как учили - ногой в живот, рукой в голову... И промахнулся. Каким-то неуловимым движением тип в шляпе сместился в сторону и с локтя уронил Коляна на мокрый асфальт.
  
   - Бой! - закричал Серый. Цель одиночная, потому из-за спин основных вылетело резервное звено отрывных и бросилось к типу в шляпе.
  
   Основные сошлись плотнее, крепче сбивая строй. При сшибке вторая шеренга прихватит первую за ремни и моб образует практически непобедимый монолит. Опыт показывает, что кто сможет удержать строй - тот и победит. Но это потом, когда сойдутся в свхатке главные силы. Пока же дело за отрывными, что работают врассыпную перед строем.
  
   Впереди в тумане замелькали тени. Вон еще один тип в плаще... и еще. Что, сегодня соперник прямо из театра на стрелку пришел? Что за пижонская одежда?
  
  - Вперед!
  
   Плотный моб слитными шагами приближался к пижонам в плащах. Колян судорожно тряс головой и на карачках пятился назад, под защиту строя.
  
   - Черт! Черт! Черт! - заполошно выругался бритоголовый справа от Серого.
  
   Будто услышав его, из тумана выплыло еще три тени в плащах и шляпах.
  
   Так дело не пойдет.
  
   - Оппа! Знакомые клиенты! - разнесся над мостом голос одного из основных. И потом, на полтона ниже кому-то конкретно: - Братан, давай-ка лучше матом, от греха подальше.
  
   - Та же херня что на Лосином, пацаны! - крикнул Серый.
  
   - Фаера! - зычно скомандовал Михалыч
  
   Раздался хлопок, зашипело и ночь осветилась ярко-красным огнем от горящих фальшфееров. В сторону силуэтов в плащах и шляпах полетели дымящиеся петарды и с яркими вспышками взрывались на асфальте.
  
   Колян, так и не поднявшись на ноги, распластался на асфальте. К нему быстро метнулся тип в плаще...
  
   Серый выскочил из строя, на ходу выдергивая фаер из кармана. Дернул кольцо и ткнул появившимся факелом красного огня прямо в шляпу склонившемуся над Коляном пижону. Дунул ветер и тип в шляпе попросту растворился в воздухе.
  
   - Сука!
  
   Колян лежал как учили - плотно свернувшись в клубок, подтянув колени к груди и закрыв голову руками. И, похоже, был без сознания. Вот черт!
  
   - Фаера! - еще раз громыхнул над толпой голос Михалыча и плотный строй распался. Хлопок! Еще один! И еще! Парни принялись гоняться за тенями в плащах и шляпах, стараясь задеть их красным огнем. Иногда попадали - и тень тут же растворялась в тумане. Иногда попадали под стремительные удары пижонов в плащах и безмолвно валились на асфальт.
  
   - Они на говне, что ли? - возмутился один из парней - Зырь, Серый, будто шокерами наших валят!
  
   - Работаем, работаем! Отжимай вон того, я страхую!
  
   Парень бросился на указанную цель, дернулся и мешком рухнул на поребрик. Серый выматерился и бросил в пижона догорающий фаер. Зарычал, оглянулся и достал из куртки еще один.
  
   Драка кипела уже по всему пространству моста. Тени носились странными зигзагами, шарахаясь от факелов красного огня, по таким же непредсказуемым траекториям им наперехват вылетали бойцы моба. Серый уже сбился со счету, сколько пижонов он прижег. Может быть десяток, может - больше. А может он все это время прижигал одного и того же, шибко невезучего. В тумане и вспышках особо не разобрать. К тому же еще Серый успевал следить за бойцами звена Федоса и теми, кого подбили и кто теперь лежал на асфальте.
  
   В какой-то момент Серый оказался рядом с Михалычем. Тот почему-то не участвовал в бою. Стоял у ограждения моста и кричал в трубку мобильного телефона:
  
   - Огур! Огур, слышишь меня? Огурец, это Михалыч. Мы сливаемся! Я увожу своих. Увожу, слышишь? Что? Понял, стою!
  
   Что он там понял? Ща мы этих пижонов... почему сливаемся-то? Гоняем же как вшивых по бане, ну?
  
   Подул ветер и снизу, из-под моста начал клубами подниматься туман. В воздухе дохнуло болотным запахом. Вдоль ограждения из тумана проступили еще несколько силуэтов пижонов. Один, два, десять... Да сколько их тут?
  
   - Плотный строй! Удержание! Ждем подмогу! - зычный голос Михалыча разогнал тревогу. Парни были опытные, не первый раз в такой переделке. Не меньше половины состава прошли Нальчик и Казань, потому команда была выполнена быстро. Что за подмога, откуда - никто не спрашивал. Сказано - удержание, значит, будем держаться. Моб собрался в плотный круг посередине моста, свернувшихся калачиком павших затащили в центр построения. Отгорающие фаера каскадом летели в сторону теней.
  
   Откуда-то спереди, со стороны Васильевского острова ветер донес слитную распевку сотни глоток:
  
   - Хэй! Хэй! Сине-бело-голубые! Хэй! Хэй!
  
   - Точно подмога, Михалыч? Не засада?
  
   Но нет, и правда подмога. Туман разорвали яркие вспышки десятков фальшфееров. Снизу на мост поднимался плотный моб сине-бело-голубых. А впереди, на позиции забияк шли странные мужики в балахонах и с ярко светящимися палками в руках.
  
   - Они что, после Бельтайна не переоделись еще? Джедаи недоделанные - проворчал кто-то из парней
  
   Серый огляделся. Странно. У него было четкое ощущение, что они побеждают, и что тени растворяются от первого же касания фаера, даже не успев нанести какой-либо урон, а вот поди ж ты. От всего красно-синего моба на ногах осталось лишь немногим более десятка парней. Остальные - на глаз почти три четверти группы - лежали на земле в позе эмбриона. Ничего себе! Это когда их так успели?
  
   А посередине моста со стороны опор на ограждение выползало нечто. То ли обильные клубы черного дыма, то ли мистический монстр из ночных кошмаров. И цепочка пижонов в шляпе держала оборону как раз на той линии, по которой разводится мост. И куда пыталось заползти это самое черное нечто.
  
   Моб сине-бело-голубых распался, с моста в реку полетели роем мистических светлячков ярко-красные фаера. Ролевики в капюшонах - или кто они там? - бросились к черному нечто, выставив перед собой свои желтые светящиеся палки. Навстречу им побежали пижоны в шляпах. Прыжок, легкое касание - один из ролевиков распластался на асфальте. Кто-то удивленно охнул, кто-то грубо выматерился.
  
   - Прикрываем желтых! - заорал Серый и повел огрызок звена Федоса во фланг пижонам, - Жги!
  
   Кто-то сбоку сунул в руки Серому файер. Склонившийся над ролевиком пижон выпрямился и повернулся к Серому. Оппа, а че ты так себе морду гримом выкрасил? Или это у тебя маска? Нна!
  
   Вспыхнувший файер ткнулся прямо под шляпу пижону и тот мгновенно растворился в тумане. Черное нечто клубилось уже совсем рядом с Серым. И оно дышало. Серый всем телом ощутил это промозглое, злое дыхание. И фальшфеер красного огня, казалось, потускнел, померк в черных клубах дыма, составляющих тело этого мистического "оно".
  
   К правому плечу Серого прижался своим плечом боец. Точно такой же как он - крепко сбитый, бритоголовый, в черной куртке, только шарф на шее сине-бело-голубых цветов.
  
   - На счет три, конь! - не столько услышал, сколько угадал его шепот Серый.
  
   Раз! Слева от Серого встал один из уцелевших ролевиков. Два! Сзади кто-то ухватил за ремень, поддерживая. С боков стиснули плечами пацаны из стихийно сложившегося моба.
  
   - Три!
  
   Строй слитно прыгнул в черное нечто, пихая и толкая его красными огоньками фальшфееров и дурацкими желтыми палками ролевиков. Ощущение было будто они толкают резиновую глыбу. Ботинки скользили по мокрому асфальту, кто-то что-то кричал, в какой-то момент Серому показалось, что они всем мобом выталкивают забуксовавший автобус из грязной ямы. Враскачку, слитно ухая в ритм.
  
   ... а потом руки натолкнулись на холодное чугунное ограждение моста. Когда Серый успел переступить высокий поребрик, отделяющий проезжую часть от тротуара - он не заметил. Но вот, пожалуйста, мост. Внизу блестит при свете фонарей река Нева. И по ней тонкими струйками стелятся черно-серые разрозненные ленты тумана.
  
   - Все!
  
   Строй распался, парни вразнобой закричали что-то восторженное, кто во что горазд.
  
   Серый склонился над одним из лежащих на асфальте красно-синих. Аккуратно приподнял ему голову. Тот со стоном открыл глаза.
  
   - Слыш, Колян. А прав тот носорог был. У них тут сегодня и правда плохая ночь.
  
   - А на Лосином у вас так же было?
  
   Серый растянул губы в улыбке:
  
   - Ты че попусту любопытствуешь? Ты давай, не отвлекайся. Страдаешь - так страдай всерьез, в полную силу!
  
   - А бабка? Где бабка? Ну эта, дурная, которая с утками еще?
  
   Серый выпрямился и оглянулся по сторонам.
  
   - Да все нормально с твоей бабкой. Вон, идет куда-то вдаль по набережной. Наскучил ты ей, Колян!
  
  * * *
  
   Драка затихла. Над мостом уже не было мистического тумана, только клубы порохового дыма от сгоревших фальшфееров и взорванных петард, да еще ветер гонял клочья прогоревшего картона по мостовой. К огрызку оборонительного круга красно-синих вразвалочку подошел крупный бритоголовый с телосложением сумоиста и с легкой одышкой в голосе поприветствовал:
  
   - Здорово, Михалыч!
  
   Глухо хлопнули ладони, замотанные в спортивные бинты.
  
   Михалыч вымученно улыбнулся.
  
   - Не думал, что вот так позорно сольюсь. Надо было соглашаться на твое предложение.
  
   - Да ладно тебе прибедняться. Вы хорошо бились. Когда оно поперло - не стушевались, встретили как надо. Да и потом, когда оно карусель закружило - тоже устояли. Молодцы, без базара! Ты лучше скажи кто у вас на правом фланге был? На Крейзи не похож. Кто-то новенький?
  
   - Не. Форс-мажор, вынужденная замена. Одного из своей старой фирмы туда передвинул. Серого. Пацаны из Всеволожска его должны знать, он с вашим Крестом вместе служил.
  
   - Ясно. Передавай ему мое уважение. Опасный мужчина. Пожалуй, уже дозрел чтобы привлекать к нашим делам.
  
   - Спасибо, подумаю. У нас на Купалу дело намечается на Восточной улице. Может, присоединишься?
  
   Огурец отрицательно помотал головой.
  
   - Не получится, Михалыч. На Купалу у нас тут в Карелии своих бед хватает, сам знаешь. А вам грех прибедняться, у вас там движ черно-белых есть. Те еще непотопляемые ребята. Им четыре раза клуб убивали, а они все еще живы. Справитесь!
  
   - Ну да, ну да - покивал Михалыч.
  
   Тут пришел в себя Колян, резко дернулся и попробовал подняться с асфальта. Приподнялся на руках, ошалело вращая головой по сторонам.
  
   - А? Что? Михалыч? Кто победил?
  
   Огурец ехидно улыбнулся, переглянулся с Михалычем и отвесил Коляну звонкий щелбан.
  
   - Ну вот. Теперь считаем бой состоявшимся. Да, конь?
  
   Михалыч поморщился и протянул руку Огурцу. Тот ответил на рукопожатие и развернулся к своим.
  
   Моб сине-бело-голубых растворился в переулках Васильевского острова, а разрозненная толпа красно-синих, поддерживая под руки своих особо пострадавших товарищей потянулись по мосту в обратную сторону.
  
   У перекрестка набережной и уходящей к центру города улицей в ночи ярко сверкала вывеска "Шаверма-24". На пороге стоял смуглый повар и зазывал гулким голосом:
  
   - Эй, уважаемые! Продрогли совсем, да? После плохой ночи надо обязательно скушать теплую сочную шаверму! Проходи, дорогой! Гостям города - кофе бесплатно, да!
  
  * * *
  
   Размеренно стучали колеса поезда. Леса за окном освещались рассветным солнцем.
  
   Большинство парней отсыпались на полках плацкарта после плохой ночи. Только звеньевые вполголоса обсуждали за столиками прошедший выезд. Ну и Михалыч с Серым - в отдельном купе, на правах ветеранов движа.
  
   - Вот такие вот дела, Серый, - закончил свой рассказ Михалыч.
  
   Серый задумчиво потер подбородок. Самбо, борьба, бокс, служба в армии, бесконечные тренировки, переход из запасного состава в основу моба, выезда вслед за футбольной командой по всей России и Европе - все это, по словам Михалыча, была только вершина айсберга. Для самых лучших, опытных и проверенных кулачных бойцов Старого Света это была всего лишь подготовка. Подготовка к чему-то серьезному и мистическому. Всякие ритуалы защиты в Трибогов день, еще чертова уйма всевозможных дат с именами собственными... А хорошо известные Серому кельтские кресты - они, как выяснилось, не просто хулиганская символика. Англичане, которые запустили первый движ - первыми же нашли средства, какие надо брать с собой в плохую ночь. Так что кельтские кресты - это еще и...
  
   Честно говоря, еще вчера Серый поднял бы Михалыча на смех с его глупыми мифами да суевериями. Может, даже втащил бы в сердцах и ушел. Хотя, может быть, именно поэтому Михалыч и не поднимал эту тему раньше. Дураки в лидерах движа не задерживаются.
  
   - А с оружием в плохую ночь никак? - спросил Серый на всякий случай, заранее зная ответ - Если честно, с голыми руками против этого, в шляпе... Что-то больше не хочется, знаешь ли. Тут бы калашмат, а еще лучше - танк...
  
   Михалыч развел руками:
  
   - Ну извини. Основа, знаешь ли, в плохую ночь вообще босиком ходит, в одних холщовых рубахах. Чувствовал, как ноги тяжелеют в бою? Это потому что у тебя на берцах крючки железные. А прикинь сколько обычный нож в плохую ночь весить станет? Если согласишься - тебе пацаны расскажут что к чему. Там, в тумане, ограничений...
  
   - До черта - продолжил за него Серый.
  
   Михалыч скривился и трижды постучал согнутым пальцем по деревянному столику.
  
   - Знаешь, ты уж лучше уж матом, ладно?
  
  * * *
  
   По вагону в сторону туалета, слегка пошатываясь, прошел Колян.
  
   - Как сам? - окликнул его Серый. Тот остановился, на мгновенье задумался и невпопад выпалил:
  
   - В мореходку переведусь. Этим же летом.
  
   - Чего в мореходку-то? Ты ж сам говорил - дурной город!
  
   Колян поднял голову и с каким-то вызовом ответил:
   - Ну да. А это разве плохо?
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"