Бирюков Дмитрий: другие произведения.

Сказочные хроники (общий файл)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Получи деньги за своё произведение здесь
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    (24.03.2016 Роман выложен полностью).
    В этом романе читателям предлагается оригинальная версия известной сказки про Кащея Бессмертного, написанная в стиле "а как оно было на самом деле". Оказывается Кащей Бессмертный, Баба Яга, Леший и даже плененная злодеем сказочная принцесса - это ни много ни мало инопланетные пришельцы. Ну, а Иван Царевич оказался сотрудником службы безопасности будущего, который действует в прошлом Земли, противостоит диверсионному отряду враждебной цивилизации, и конечно же влюбляется (куда ж без этого) в прекрасную инопланетянку. История изложена в ироничной форме. Читая ее вы окунетесь в мир романтики и приключений. А еще вас ожидает капелька легкой эротики. Совсем немного, для украшения романтических сцен. :)


   Автор:
   Бирюков Дмитрий
   Название:
   Сказочные хроники
   Жанр:
   Фантастика, путешествие во времени, романтика, приключения, юмор
   Форма:
   роман (макси: пролог + 28 глав + эпилог)
   Реэтинг:
   nc14 (романтика, капелька эротики)
   Статус:
   Закончен 18.07.2001, переработанная версия 31.07.2015
  
   Вот вы говорите: "Живется как в сказке!"
   Но сами судите - легко ли в ней жить.
   (песня из мультфильма
   "Алиса в Зазеркалье")
  

Предисловие автора.

   Роман, который я предлагаю вашему вниманию, начал писаться довольно давно, еще в школьные годы. Идея переиначить сказку про Кащея Бессмертного посетила меня во время прочтения захватывающего романа Сергея Снегова "Люди как боги". Я подумал тогда, что описанные автором невидимки по облику своему вполне могут сойти за Кащеев. А почему бы нашему народному Кащею не оказаться таким невидимкой? Вот так и состоялась моя первая проба пера в возрасте школьника. Конечно качество такого произведения в литературном смысле было не велико. Собственно и хватило-то моего энтузиазма всего лишь на несколько глав, после чего я это дело забросил.
  
   Однако через пару тройку лет, будучи уже студентом, я вспомнил о недописанной книге, и мне захотелось продолжить это произведение. Я тогда находился под ярким впечатлением от творчества братьев Стругацких, Кира Булычева, Александра Мирера, Сергея Павлова, Марка Твена и других авторов, поэтому не избежал подражательства. Фрагменты их миров пересеклись на страницах моей книги. Так что Иван Царевич и на полигонах космодесантников (Лунная радуга) тренировался, и в зоне "Пикника на обочине" побывал, и посредником для переноса сознания (Дом скитальцев) пользовался. Ну а девочка-авантюристка, прототип Алисы Селезневой, встретилась с рыцарем круглого стола Ланселотом и вместе с ним путешествовала по сказочному миру. Вот такая у меня получилась солянка.
  
   Что же еще. Ах, да! Чуть не забыл. Я ведь еще и большой поклонник Карлоса Кастанеды. В этом вы убедитесь сами, прочитав мой роман. Надеюсь, он вам понравится, тем более, что текст я должным образом переработал, улучшив литературное качество. В общем жду вас на страницах своей книги. ;)
  

Пролог. Где-то в далекой галактике.

   Земля. Небо.
   Между Землей и небом - война.
   (Виктор Цой)
  
   Сияющий, переливающийся всеми цветами радуги Тронный зал "Разрушителей" поражал воображение. Присутствующие расположились во всех измерениях обширного внутреннего пространства, однако ощущение аншлага все равно оставалось.
  
   На первый взгляд продолжающееся уже второй час совещание ничего особенного не представляло. Все занимались своими делами. Каждый как мог убивал время, терпеливо дожидаясь конца мероприятия. В пятом секторе один из гуманоидов задумчиво рисовал невидимок. Он закончил двенадцатого по счету, сосчитал и решил добавить еще одного для круглой дюжины.
  
   В центре зала на специальной трибуне выступал представитель расы тюран. Внешне они очень напоминают кактус, вывернутый наизнанку, столь же зеленый и бугристый. Вот только там, где должны быть иголки, были дырки, и из них валил белый дым, застлавший уже половину аудитории. Тюрянин за все свое выступление напустил столько туману, что и не видно стало, нарисовал гуманоид тринадцатого невидимку или нет.
  
   - Закругляйтесь, магистр, закругляйтесь, - чихнув, нервно произнес председатель.
  
   - Да, я уже заканчиваю, - поспешно продымил тюрянин.- Так вот, поэтому я предлагаю звание Бессмертного присвоить магистру Кащею.
  
   Председатель еще раз чихнул, ему доставалось больше всего.
  
   - У военной разведки все? - раздражено спросил ведущий собрание. - Ну, так покиньте трибуну.
  
   Тюрянин исчез вместе с дымом, и на сцене появился Кащей. Это был невидимка среднего роста, с умным проницательным взглядом и тонким, как линия, ртом. Когда невидимки видимы, зрелище они представляют собой довольно-таки мрачное, обладая отдаленным сходством с человеческим скелетом. Кащей с усмешкой проследил телепортацию тюрянина и повернулся к аудитории.
  
   - Господа! Я не буду сейчас рассказывать о себе, все вы меня хорошо знаете. Знаете, что я давно работаю в разведке и немало сделал для своего ведомства. Но все те достижения, о которых так подробно нам поведал выступивший передо мной Бур, есть результат работы учреждения в целом. Хотя, в общем-то, я не возражаю против предложенной кандидатуры (смех в зале). А теперь, с позволения Великого, я бы перешел ко второй части нашего доклада.
  
   - Успеете, магистр, успеете, - прошелестел доселе молчавший Великий Разрушитель, - я выскажусь по первому вопросу.
  
   Говорил Великий размеренно, неторопливо произнося слова и внимательно следя за реакцией аудитории.
  
   Закончив, Его Величество внимательно оглядел зал и, повернувшись к председателю, добавил:
  
   - Вы там отметьте у себя, что кандидатура принята единогласно. И можно двигаться дальше.
  
   Ни кого из присутствующих это не удивило. Все давно уже привыкли, что решения императора "принимаются единогласно".
  
   - Переходим к следующему пункту собрания, господа, - сообщил ведущий. - Отчет финансового ведомства. А вас, магистр, я попрошу покинуть трибуну, соблюдайте очередность, пожалуйста. Слово предоставляется Арогонрозу.
  
   Кащей пожал плечами и улетучился.
  
   На трибуне тем временем происходило бурное цветение. Новый оратор относился к расе даянцев, выражавших свои мысли столь экзотическим образом. Арогонроз в своем ведомстве был не менее значимой фигурой, чем Кащей в своем. И они постоянно соперничали друг с другом за сферу влияния в административных кругах. По аудитории пронесся сладкий, но решительный голос вперемешку с благоуханием распустившихся цветов.
  
   - Итак, о нашем положении, господа. Буду говорить без обиняков - положение тяжелое. Напомню, что не так давно мы потерпели ряд крупных поражений, потеряв ощутимую часть своего галактического пространства. Как ни прискорбно, но это факт. И несмотря на то, что в данный момент мы находимся в состоянии перемирия с Галактическим Альянсом, наша Империя продолжает катиться в пропасть.
  
   Отвечу почему. Экономическая структура нашего государства подорвана, а мы, вместо того, чтобы заняться восстановлением былой мощи, продолжаем разорять и без того скудные ресурсы.
  
   Жалкие выпады разведуправления в адрес галактов и землян - это лишь мелкие бессмысленные укусы, приносящие нам вреда больше, чем противнику. Если военное ведомство будет и дальше такими же темпами черпать из кармана Империи, то в ближайшем будущем землянам не с кем будет воевать. Почему? Да все потому же! Мы на грани полного истощения, и это отнюдь не просто слова. Все свои расчеты я давно передал военной разведке, как самому прожорливому отделу, - он язвительно раскланялся в сторону Кащея. - Не скрою, они наталкивают на определенные выводы. И если кое-кто совсем ослеп, что ж, я готов открыть им глаза. Прежде всего...
  
   Вдруг на трибуне что-то взорвалось, отбросив стройную композицию цветов, накаляющихся ядовито-желтым и испаряющих сладкий, приторный запах. Сцена покрылась пестрым разноцветьем, и тишину прервал гнусавый захлебывающийся голос.
  
   - Я горячо поддерживаю Арогонроза! Вы просто не представляете, перед лицом какой опасности мы стоим. Необходимо уйти за барьер тройной гравитационной защиты. Тогда крейсера Альянса не смогут к нам прорваться.
  
   Вмешательство незваного единомышленника полностью расстроило столь изящно выстроенную словесную композицию докладчика. Какие бы цели не преследовал новый участник, он явно сыграл на руку Кащею. Оставалось разобраться только, насколько неумышленным было это действие.
  
   Рассвирепевший Арогонроз готов уже был прервать вклинившегося оратора, но Кащей его опередил.
  
   - Дорогой Арг! Извините, что перебиваю вас, но, по-моему, своим вторжением вы нарушили очередность. Извольте покинуть трибуну, голубчик.
  
   Цветы оскорблено завяли и испарились.
  
   - Я выслушал Арогонроза, - зашелестел Великий, вновь вмешавшись, и его властный голос сразу успокоил накалившуюся было обстановку. - На поставленные вопросы необходимо ответить. Что скажет военная разведка?
  
   Слова императора окончательно расстроили доклад финансового ведомства. Его вопрос, обращенный к Кощею по сути передавал тому право занять ораторскую трибуну и даянцу волей неволей пришлось удалиться.
  
   - Дорогие господа! Я полностью согласен с Арогонрозом, с его мудрой оценкой текущего момента. Лишь в одном я был огорчен, огорчен по поводу жестокого неверия Арогонроза в искреннее участие Военного ведомства, в его преданность нашим идеям и нашей Империи. Да разве могло Ведомство оставить без внимания такие важные проблемы. Ну, да я не виню Арогонроза. В его заблуждениях виновата лишь секретность наших работ. Однако теперь, господа, я могу заявить, что разведуправлением разработана операция, в случае реализации которой мы избавимся не только от кризиса, но и от своих врагов.
  
   Итак, с вашего позволения, я начну. В последнее время наш отдел работал над локализацией истоков современного Галактического Альянса и, несмотря на всю сложность этой задачи, кое-что узнать удалось. Было выяснено, что родина людей не имеет никакого отношения к административному и научному центру их цивилизации, так называемой Земле. Начало этой расе положила планета, вращающаяся вокруг желтого карлика, расположенного в секторе 437:015:645 восьмой галактической области. - Перед Кащеем возникла объемная карта галактики. Мигающая стрелка указывала положение звезды. - В свое время эта планета также называлась Землей. Люди, достаточно полно освоившись в своем секторе, решили переместить административный центр к более молодой звезде. Некоторое время их прародина была известна как Старая Земля, но вот уже почти век, как вообще не имеет имени. Девяносто четыре года назад обе планеты были объединены неявным внепространственным порталом, который, как вы знаете, соединяет поверхности двух космических объектов, создавая иллюзию одной более крупной планеты. Теперь вы понимаете возникшие перед нами трудности. Пространственные полеты в указанном секторе давно уже не осуществляются. Лишь последние технические достижения позволили нам с достаточной точностью определить координаты прежней родины землян.
  
   - Все мы давно убедились в самоотверженности вашего ведомства, Кащей, - прогнусавил тот самый гуманоид, что отличался способностью ловко изображать невидимок на бумажном листе. - Не могли бы вы говорить по существу.
  
   - А я как раз и собирался это сделать, дружище Кейк, - улыбнулся невидимка, и надо сказать это было довольно жутким зрелищем. - Полученная нами информация имеет необычайную ценность. Дело в том, что теперь мы можем нанести по землянам темпоральный удар. И кто знает, как сложатся после этого события в Персее.
  
   В зале моментально воцарилась гробовая тишина. Все оказались полностью обескуражены этим заявлением. Ведь вмешательство в ткань времени считалось всеобщим табу, и даже разрушители ни разу его не нарушали. Арг стал обрастать колючками, по залу распространилось зловоние, и прозвучал его испуганный голос.
  
   - Но это возмутительно, господа! Нарушение всех галактических законов! Да бог с ними с законами, нарушение элементарных правил приличия! Ведь если ничего не выйдет, нам потом век не отмыться! Я заявляю...
  
   Что заявлял Арг, так и не удалось узнать. Взорвался один из бурых мешков, выбросив фонтан голубоватой пыли. Она стала медленно оседать, и зазвенел его восторженный голос:
  
   - Я горячо поддерживаю Кащея Бессмертного! Этот смелый план - обеспечит нам гарантированную победу! Это гениально! Это...
  
   Кащей кашлянул, довольно громко, правда. Так, что даже выступавший услышал и прекратил пускать пыль в глаза.
  
   - Я не позволю, - честно глядя в зал, заявил невидимка, - всю заслугу этого открытия присуждать мне. Должен вам сообщить, господа, что на одном из приемов Великого я получил от него намек и правильно его истолковал. Только в этом было мое участие. Вот как примерно Его Величество выразился о землянах: "Эти бестии могли бы и не появиться на свет. Видит бог, это было бы благом для нашей Империи". - Кащей торжественно оглядел Тронный зал, хлопнул головой, высоко подкинув ее над плечами, и в зале его поддержали. Раздались бурные аплодисменты.
  
   Гром оваций был настолько велик, что создавалось впечатление, что рукоплещет весь зал заседаний. Однако на деле команда поддержки составляла от силы процентов пятнадцать-двадцать присутствующих. Просто старались они с такой отдачей, будто от этого зависела их жизнь. Впрочем возможно так оно и было.
  
   - Это беспрецедентно по своей наглости, - яростно взорвался кто-то. Было забавно смотреть на это зрелище. Казалось, из зала метнули на трибуну газовую бомбу. - Как вы посмели подменить мнение Великого своими преступными замыслами...
  
   Аплодисменты усилились, застилая дымом трибуну и оратора не стало видно (слышно его не было с самого начала).
  
   Казалось, этому ералашу не будет конца. Но вот раздался знакомый всем шелест, и зал наполнился мертвой тишиной по всем своим измерениям. Предложенную невидимкой авантюру мог одобрить только Великий и теперь от его слова зависело дальнейшее развитие событий.
  
   - Признаюсь, Кащей, вы единственный оправдали мои надежды. Хочу извиниться перед вами, господа. Дело в том, что эта скромная идея уже давно посетила меня, но я молчал, с интересом ожидая, дойдет ли еще кто-нибудь до этой простой затейки. И как оказалось ждал не зря.
  
   - Слава Великому, Слава! - взорвался кто-то в зале, и его крик, подхваченный всей аудиторией, заполнил пространство вместе с дымом, ароматом, пыльцой и огненными разрывами. В этой всепоглощающей какофонии никто бы уже не смог увидеть, как вздрагивают плечи Кащея, услышать жуткое перезвякивание его "костей" - невидимка смеялся...
  

* * *

  
   Код "Черный ящик".
   42-й этап 19-го Галактического цикла,
   8 часов 30 минут по четвертому сектору.
   Первому Отделу КОМКОБ(1) от Объекта.
  
   Строго секретно.
  
  
  
   Возможна диверсия класса "А". Код "Хронос".
  
   ИСПОЛНИТЕЛИ:
  
   - субъект А: Кащей Бессмертный;
   - субъект В: Яга;
   - субъект С: Змегор.
  
   КОСМИЧЕСКИЙ ТРАНСПОРТ:
   крейсер-разведчик класса "Вирус".
  
   P.S. Не исключена поддержка от местных пиратских групп.
   Субъект D: Чин-Гиз (см. Дело N16/3).
  
   Код 45-44. Конец.
  
  
   Выдержка из Дела N13/7.
   Субъект: Кащей Бессмертный.
  
   Представитель расы невидимок. Его Таинственность, председатель разведотдела Военного Ведомства, третий Магистр Совета Достойных. Агент разведки высшей категории. Интеллектуал(2). Является ведущим работником разведки.
  
  
   Выдержка из Дела N13/8.
   Субъект: Яга.
  
   Представитель расы людей. Ответственный исполнитель Военного Ведомства. Агент разведки высшей категории. Субинтеллектуал(3). Является перспективным работником разведки.
  
  
   Пояснение 2/4 к Делу N13.
   Субъект: Змегор.
  
   Представитель расы головуров(4) . Чрезвычайно агрессивен. Ранее к разведоперациям не привлекался. Подробные сведения отсутствуют.
  
  
   Выдержка из Дела N16/3.
   Субъект: Чин-Гиз.
  
   Представитель расы людей. Руководит преступной группировкой, занимающейся пиратским разбоем. Приговорен к пожизненной изоляции. Разыскивается уголовными ведомствами шести инопланетных рас.
  
   Сноски:
   _________________________________________________________________________
   (1) КОМКОБ - КОМитет КОсмической Безопасности.
   (2) Интеллектуал - высшая ступень псионических (экстрасенсорных) навыков.
   (3) Субинтеллектуал - средняя ступень псионических навыков.
   (4) Головур - трехголовое огнедышащее инопланетное пресмыкающееся.
  

Присказка

   Ты уймись, уймись, тоска
   У меня в груди,
   Это только присказка -
   Сказка впереди.
   (Владимир Высоцкий)
  
   В тридесятом царстве, в тридевятом государстве жил-был дед. И был у него сын. А звали его Иваном. Жили они вдвоем, жили не тужили. Обладал Иван силой чудесной, да такой, что не было ему равных во всем тридесятом царстве. И вот однажды заиграла в нем кровь молодецкая, поманила его даль неизвестная, и попросил Иван у отца своего благословения на ратные подвиги. Знал старик, что не удержать ему сына, и не стал он ему противиться.
  
   И настал час, и снарядился Иван в дорогу далекую, попрощался с отцом своим и поехал в даль дальнюю, даль дальнюю, неизведанную. Чтобы правду свою отстаивать, слабых защищать и ратных подвигов искать.
  
   Долго ездил Иван по свету белому. Показал свою волю добрую, применил свою силу сильную. Совершил он подвигов множество. И доехал он до конца земли, туда, где море встречается с сушею и вдали с небом сливается. Видел много народов он дружественных, много стран и людей чудесных. Приходил он к ним с миром, а расставался как добрый друг с друзьями. Но встречался он и с несправедливостью, с людьми злыми и коварными, и жалели они о встрече с ним.
  
   Но настал тот день и настал тот час, когда потянуло его к земле родной, потянуло с огромной силою. Повернул Иван своего коня и поехал к дому отчему.
  
  

Часть 1. ВТОРЖЕНИЕ

  
   Приходит день, приходит час,
   Приходит миг, приходит срок,
   И рвется связь.
   (Юлий Ким)
  

Глава 1.1. Ноль - один не в нашу пользу

  
   День клонился к вечеру. "Заночевать придется в горах", - подумал Сергей Малышев. Вторичное сознание отключилось сегодня под утро, когда какое-то тревожное чувство подтолкнуло и выдернуло разведчика из небытия. Здесь стоит пояснить, что искусством имперсонации, то есть умением создавать иные личности и подменять ими свою собственную, владели все агенты, посылаемые в прошлое. Без этого умения вжиться в общественную среду с чуждым менталитетом и сойти за своего было практически невозможно.
  
   Молодой человек сразу собрался и двинулся в путь. С тех пор он проехал километров двести, все было спокойно, но тревога не отпускала. К ней примешивалось и разочарование: разрушителей обнаружить так и не удалось, а меж тем именно этот период времени считался наиболее вероятным местом вторжения.
  
   Сергей спешился, улегся в естественное углубление и закрыл глаза. Уснуть никак не удавалось, что-то постоянно беспокоило его. Малышев стал отыскивать глазами знакомые звезды. Небо было чистое, воздух свежий, желтым глазом сияла полная луна, тускло освещая серые камни, и те поблескивали в темноте все ярче и ярче, наполняя воздух серебристой пылью...
  
   Проснулся Сергей рано утром, умылся, сделал легкую разминку и продолжил путь. Тревожное предчувствие усилилось и теперь постоянно подгоняло его. Вскоре, найдя удобное ущелье, он быстро проехал оставшиеся горные хребты, и тогда глазам его предстало кошмарное зрелище. Впереди до самого горизонта простиралась выжженная равнина. Хотя он и ожидал увидеть нечто подобное, первое мгновение стоял в полной растерянности. Наконец, собравшись с духом, Сергей тронулся с места и, переходя на галоп, помчался в северо-западном направлении. Эта удручающая картина не изменялась. Там, где стояли пышные леса, теперь были лишь обгорелые стволы. Он проехал через деревеньку, от той остались одни головешки. Все искал глазами людей, но не было вокруг ни души.
  
   Долго он ехал, однообразная картина утомляла. За день он так уставал, что вечером просто валился с ног и тут же засыпал. Он очень спешил и проклинал 34-ю статью Темпорального кодекса, запрещающую привозить с собой в прошлое современную технику.
  
   Неделю спустя в полдень, Сергей въехал в родной город. К своему счастью, он увидел жителей, но радость его скоро улетучилась. Все они выглядели как-то неестественно, блуждали по улицам как лунатики и шарахались от него. Он перестал обращать на них внимание, пришпорил коня и вскоре подъехал к своему дому. От него остались одни развалины. Сергей быстро соскочил с лошади и подбежал к покосившейся двери. Прикоснувшись к ручке он проверил не оставлена ли для него какая-нибудь запись. В голове раздался шорох, затем сигнал усилился и стала транслироваться телепатическая передача:
  
   "Внимание! Говорит координатор 35-го сектора Иргви Берг. Всем поисковым группам! В квадрате 44-50ж-76гм тридцать пятого временного сектора зафиксирован эпицентр инопланетного вторжения. Сектора с 34-го по 36-ой включительно - изолированы. Энтропия времени превысила критический уровень. Причинно-следственная связь разорвана.
  
   Приказываю! Всем группам действовать по обстоятельствам. Во временном периоде критической энтропии 34-я статья ТК не действует. Повторяю. Говорит координатор 35-го сектора...".
  
   Сообщение запустилось по второму кругу и Малышев его остановил. Он поискал нет ли чего-нибудь для него персонально и наткнулся на личную запись.
  
   "Сергей, если ты слышишь меня, это уже здорово. Надеяться ты должен только на себя. Другие группы не отвечают. Скорее всего, они выброшены за пределы временного разрыва. Меня тоже выдавливает. Мое время здесь на исходе. Минута, максимум две и придется уйти. Надеюсь, мы расстаемся не навсегда. Иргви".
  
   Сергей не успел еще переварить услышанное, как почувствовал чье-то присутствие сзади. Расслабился, небольшое усилие - и он вошел в состояние имперсонации, преображаясь в богатыря Ивана.
  

Глава 1.2. Неожиданная помощь

  
   - Кхе-хе.
  
   Иван повернулся. Перед ним стоял старичок до того маленький, что доходил ему ростом до пояса. Одет он был согласно народному фольклору: классическая мухоморовая шляпа, большая рубаха до пят и старые потрепанные лапти, торчащие из-под нее. Лицо его с трудом угадывалось за седой клочковатой порослью волос. Где усы, где брови, где шевелюра, можно было установить только покоординатно. Причем нижняя часть лица отличалась наибольшей ободранностью. Словно старика кто-то долго волочил за бороду, пока та вдруг не оборвалась. Сквозь седые заросли был виден лишь узкий крючковатый нос и печальные обиженные глаза.
  
   Сергей осторожно наблюдал, не вмешиваясь в работу своего двойника. "Волшебник, наверное, какой-нибудь, - подумал он. - Очень даже кстати. Надеяться на одного себя было бы грустно".
  
   - Здравствуй, Ваня. Долго тебя в наших краях не было.
  
   - А откуда Вы меня знаете, дедушка?
  
   - Я все, милок, знаю, - скучно ответил старик, и Сергей мысленно зевнул.
  
   Вдруг его развеселила одна мысль: все эти волшебники с помощью своих чар, или еще как-то, перемещаются в будущее, совершают глубоко законспирированную вылазку в книжный магазин, покупают народные сказки в собрании и толковании какого-нибудь Обалдуева. И затем в своем времени используют их как пособие для контакта с местными аборигенами. А историки-практики потом долго ломают голову, как какому-то Обалдуеву удалось дословно пересказать речь Великого мага и чародея Рузмансора, обращенную к верноподданным волхвам.
  
   - Что здесь случилось, дедушка?
  
   - Ты, Иван, устал, небось, с дороги-то, проголодался, за чаем все и обсудим.
  
   Окружающий мир вдруг мигнул и сменился, как слайд, на комнатушку в древней, давно не видавшей ремонта маленькой избе. Рядом стояли стол с двумя стульями, накрытый ветхой скатертью, на котором располагались самовар, две кружки с чаем, баночки с вареньем, с медом и тарелка с блинами. Телепортацией Сергея трудно было удивить, а вот Иван реагировал, как и полагается благодарному зрителю:
  
   - Как?! Где это мы?
  
   - Да ты не бойся, Ваня. Я здесь живу. Садись, чайку вот выкушай, - старик едва ли не силой усадил Ивана, за стол. - Вот варенье, вот мед, вот чай, вот блины. Угощайся. - Кряхтя, он уселся и сам. - А я пока расскажу.
  
   Началось все с того, что сгустились тучи, сверкнула молния, ударил гром - и налетел Кащей Бессмертный, отобрал он у людей волю сильную и любовь верную и унес в свое логово...
  
   - А разве можно это забрать, дедушка? - спросил Иван. Сергей же подумал, что присутствует при беседе двух умалишенных.
  
   Старик подозрительно посмотрел на Ивана, но не увидев иронии на его мужественно-скорбном лице, заметил:
  
   - А ты, Вань, не встревай, когда я рассказываю, а то трансмутир... тьфу ты черт, превращу в лягушку... На чем я остановился? Ах да, унес в логово. Пронюхали об этом злодеи-разбойники и решили поживиться легкой добычей. А Кащей и рад союзникам, дал он им силу огненную, да Змея Горыныча в придачу. Пожгли они все, разграбили, Змею многих скормили... - старик всхлипнул.
  
   - Что же ты, дедушка, - волшебник, а сидишь сложа руки, не вмешиваешься.
  
   - Да разве ж мне одному справиться, стар я, да и ... пробовал я, да вот только не вышло.
  
   Сергей глянул на остатки бороды собеседника и понял, что тот действительно пробовал.
  
   - А как же другие? - спросил Иван. - У такого злодея должно быть много врагов.
  
   - Хе-хе, конечно много, - старик оживился. - Даже Яга вон и то отделилась. Боятся все - одно слово. А возьмешься ты за это дело, тебе все помогут, все жаждут его погибели, окаянного. Если ты, Иван, не уверен, то не берись, сам погибнешь и дело все погубишь.
  
   - Да нет уж, дедушка, кроме меня сделать это некому, а сделать надо, значит, я и сделаю.
  
   Лесовик словно ждал этих слов, забегал по избушке, достал откуда-то клубок, подошел к Ивану и расцеловал.
  
   - Тебе к Яге надобно. Леший ее знает, где она живет. На тебе клубок, он приведет тебя к Лешему. Ну, ступай с богом.
  
   Иван поднялся со стула, взял у волшебника клубок и вышел из избушки. Услышав жалобный скрип ступеней, Сергей запоздало подумал, что чаю попить так и не успел. Он сделал несколько шагов от избы.
  
   "По сюжету домик должен бы уже исчезнуть", - предположил молодой человек. Он обернулся. Избы действительно не было. Невдалеке на лугу пасся его конь.
  
  

***

  
   "Километров двадцать уже отмахали, не знаю, как ты, а я от этого однообразия скоро усну", - пожаловался Иван.
  
   "Что ты ворчишь, как старый дед, - откликнулся Сергей. - Наверное, уже недалеко до цели, клубок вон все медленнее катится".
  
   А вокруг, куда ни глянь, простирался однообразный "сказочный лес", так окрестил его Сергей. Голые корявые деревья почти полностью скрывали пространство под собой от дневного света. Образуя таинственный полумрак, они заставляли путника поминутно оглядываться по сторонам, принимая кривые уродливые ветки за странных и каких-то несуразных существ. Ко всему прочему в лесу стояла гнетущая кладбищенская тишина, нарушаемая иногда глухим и почему-то ненормально хриплым криком филина или скрипом и шуршанием деревьев, раскачиваемых ветром.
  
   "Странный, однако, лес. По-моему, здесь нечисто!" - авторитетно заметил Иван.
  
   "Ничего странного здесь нет. Все дело в свете, - снисходительно пояснил Сергей и, чувствуя, что Иван его не понимает, хмуро добавил: - То, что деревья мертвые внизу, объясняется недостатком света".
  
   "Да, э..."
  
   Вдруг тишину разорвал резкий замогильный хохот. Сергея кольнуло чувство опасности, и он, перехватив инициативу, с силой натянул поводья. Конь вскинулся на дыбы и остановился. Тут же перед ним с треском обрушилось увесистое дерево.
  
   "Шалит кто-то, - подумал Сергей. - Интересно, почему я его не чувствую".
  
   Снова тишину резанул тот же жутковатый звук. У Малышева мурашки побежали по коже. И он попытался определить, откуда исходят эти странные колебания воздуха. Но вдруг какая-то сила выдернула его из седла и сообщила ему довольно приличную кинетическую энергию в направлении дерева. Сергей усилием воли отклонился от приданного ему курса, но не заметил ложбинку и с треском в нее загремел. В виде выхода оставшейся энергии с языка его сорвалось некультурное звукосочетание, нецензурной словесности.
  
   Малышев решительно поднялся, одолеваемый желанием найти шутника и высказать все, что он о нем думает, и желательно не только высказать. Но, оглядев окружающий его мрак, он понял тщетность своих намерений.
  
   Жуткий хохот больше не раздавался. Сергей быстро отыскал коня и двинулся дальше. Он проехал еще около километра, и клубок вдруг неожиданно остановился. Малышев предусмотрительно уступил место своему двойнику, так как почувствовал чье-то присутствие.
  
   Ваня зорким взглядом осматривал окружающее его пространство, когда прямо у него на глазах от дерева отделился какой-то неухоженный старикан, одетый в серые рубашку и штаны. Одежда на нем была вся в заплатах и уже давным-давно не знала стирки. Он был лохматый, морщинистый, с носом, похожим на деревянный сучок и сверкал своими живыми яркими глазами неопределенного оттенка.
  
   "Это Леший", - сразу догадался Сергей.
  
   "Не мешай, сам знаю".
  
   - Чаво трэбо, - прохрипел старик, подозрительно оглядывая незваного богатыря.
  
   - Бабу Ягу я ищу, совета мне надобно, как Кащея одолеть. Лесовик мне сказал, что ты знаешь, где она живет.
  
   - Да неужто Лесовик табе послал, - обрадовался Леший. - Жив, значит коротышка! И як он? Усе ли с им у порядке?
  
   - Да вроде здоров, - подтвердил Иван.
  
   - А ты то бишь на Кащеюшку собрался?
  
   - Выходит так.
  
   - Ох ты, Хосподи, - запричитал Леший. Суровость его сразу же испарилась. - Тока к ей так не пройти, к Яге-то. Тут нужон способ. - И с этими словами он неизвестно откуда достал посох, после чего Ивану второй раз за день пришлось пройти процедуру телепортации.
  
  

***

  
   Избушка Бабы Яги, вопреки сложившимся повествовательным традициям, оказалась светлой, жизнеутверждающей и прямо-таки светилась чистотой и порядком. Сама Яга была степенная, слегка полноватая женщина с приятными чертами лица: маленький, чуть вздернутый веснушчатый нос, розовые пухлые губы и большие печальные глаза. Ее рыжие пышные волосы были аккуратно уложены в незатейливую прическу. Одета хозяйка была в ладно сшитый сине-зеленый сарафан, поверх которого ее укрывала белая шаль с вышитыми на ней красными цветами.
  
   Яга встретила гостей приветливо и гостеприимно. Ивана тут же усадили за стол и налили ему чаю. Леший поведал о миссии богатыря. Женщина внимательно выслушала, и взгляд ее стал еще печальнее.
  
   - Да, трудную ты, Иван, ношу на себя взвалил, ох трудную, - грустно сказала она и задумалась.
  
   Сергей терпеливо ждал, он нутром чуял, что уйдет отсюда не с пустыми руками, а подкинут еще какую-нибудь информацию - вообще будет замечательно. К странной манере общения местных волшебников он уже привык, она не столько раздражала, сколько забавляла его. Иван же держался вполне адекватно ситуации. Делая то, что от него ожидали другие. Он, собственно, и был создан для этого.
  
   Яга, наконец, заговорила:
  
   - Мало чем я смогу помочь тебе, но помощь, какая она ни есть, все же помощь. Как ни считается Кащей бессмертным, а есть и на него управа. Смерть его, Кащея то есть, находится на конце одной иглы, что лежит в черном ларце. А охраняется сей ларец самим Змеем Горынычем. Убить оного зверя можно только мечом-кладенцом. Но вот где меч этот и где ларец, уж не взыщи, я не знаю. Правда, могу тебе еще кой-какого волшебного барахлишка подкинуть.
  
   Яга встала и направилась в угол комнаты к небольшому, неизвестно откуда взявшемуся сундучку.
  
   "Странно, - подумал Иван. - Как это я раньше его не заметил".
  
   Хозяйка стала извлекать из чудесного сундука волшебные артефакты и объяснять попутно их назначение. В результате богатырь был экипирован двадцативедерной флягой (это она внутри вмещала до двадцати ведер жидкости, а снаружи тянула не более чем на пол литра), скатертью-самобранкой, шапкой-невидимкой, блюдечком с наливным яблочком и путеводным клубочком.
  
   Пока женщина объясняла Ивану, как пользоваться сими предметами, Сергей прикидывал, как их можно применить окромя. Безусловно магией тут и не пахло. Все подаренные вещи представляли собой продукт технической мысли и функционировали на базе стандартных кристаллосхем. Отдельные компоненты приборов можно было комбинировать между собой и собирать устройства с другим назначением. Эта технология была хорошо знакома молодому человеку, потому что использовалась Галактами в его времени, что кстати наталкивало на определенные размышления относительно того откуда явились сказочные пришельцы.
  
   Но вот настало время прощаться, и хозяйка, как полагается, всплакнула у Ивана на плече, а тот, соответственно, мужественно приобнял ее и, крепко пожав на прощание руку Лешему, отправился в дальний путь. Не успел, правда, богатырь далеко отъехать, как догнал его Леший с каким-то свертком на плече.
  
   - Ива-ан! Подь сюды, чаво скажу. Трэбо тебе разыскать Фею "Золотой цветок". Она, правда, взбалмошная девчонка, молоденька ишо, но умна не по годам. И шо главно, по части волшебства равных ей нема. Я мыслю, она, как раз, и должна знать про меч-кладенец, и про смерть Кащееву. Одна беда - помогает она только тем молодцам, шо ей приглянутся. Хоть и может она помочь, да только поосторожней ты с ей, голову заморочит обернуться не успеешь. Ежли б ты знал, скольких мужиков она с ума свела своей красой. - Леший вздохнул и протянул Ивану сверток. - На, держай. Это ковер-самолет. Прилетишь на ем прямо в царство волшебницы. Как приказанье ему буш давать, тут и волшебно слово знать трэбо. К-12, запомни. Да только подальше от ентих мест сперва отъедь, прежде чем лететь-то. Иначе Лихо Одноглазое те ковер испоганит, ей-богу.
  
   - Что еще за Лихо такое, - Сергей насторожился.
  
   - А коли не встречал по дороге к нам? - усмехнулся Леший. - Встречал, встречал, я-то слышал.
  
   - А-а, - догадался Сергей и попробовал изобразить замогильный хохот, что, впрочем, у него недурно получилось. Леший захихикал.
  
   - Во-во, точно оно!
  
   Он постоял, помолчал немного, глядя в землю. Потом поднял свою лохматую голову, зыркнул на богатыря озорными глазами и пропал где стоял - как в землю канул.
  
   Сергей же развернул коня и помчался галопом "подальше от ентих мест".
  

Глава 1.3. Ходячие неприятности

  
   Долго ли, коротко ли ехал Сергей, да только лес начал светлеть, исчезла его дремучая мрачность. Заголосили с разных сторон птичьи трели, где-то заревел медведь, мелькнул вдали между деревьями заяц. В общем, жить стало можно.
  
   Всадник пересек залитую солнцем поляну. Зеленый травяной ковер, украшенный скоплениями цветов самых разнообразных раскрасок, радовал душу. Это был первый оазис в серой пустыне мертвых деревьев. Здесь можно было и остановиться. Однако стоило только Сергею чуть расслабиться, подумавши, что опасения Лешего не подтвердились, знакомый до жути замогильный хохот напомнил о себе. Малышева словно ветром сдуло с коня, он затаился в траве и словно полностью в ней растворился. Мягко и бесшумно, как змея, он отполз подальше от лошади, и вовремя. Конь вдруг заржал и кубарем покатился по поляне. Сергей краем глаза отметил сей факт, не очень беспокоясь за прочную киборганическую машину. Он до предела навострил свой слуховой аппарат, и когда воздух вновь взорвался диким хохотом, ему не составило большого труда определить, где находится источник этих звуков. Однако признаков биологического излучения не было и следа.
  
   "Э-ге-ге, - подумал Сергей, - уж не с роботом ли я столкнулся? И, похоже, эта штука управляется дистанционно. Вот мы это сейчас и проверим".
  
   Он осторожно вынул шапку-невидимку, ножом вскрыл матерчатую обшивку и вынул кристаллосхему устройства. Бегло глянув на сложное переплетение кристаллов, Сергей остался доволен. Пока Лихо забавлялось с его лошадью, он не спеша переставил несколько блоков, намереваясь максимально увеличить радиус свертки пространства. Замысел заключался в том, чтобы изолировать робота от сигналов управления и тем самым обезвредить.
  
   Полюбовавшись проделанной работой, Сергей замкнул клеммы, и хохот замолк в высшей своей фазе. Одновременно края поляны вместе с частью прилегающего к ней леса вздыбились в небеса и сошлись где-то в зените. Пространство наполнилось серебристым сумраком. Стороннему же наблюдателю могло показаться, что поляна съежилась в точку и исчезла, словно ее и не было.
  
   Сергей поднялся и пошел отыскивать Лихо. Оно лежало за кустами на спине, неестественно подогнув ногу и вывернув шею на сто восемьдесят градусов. "Так и есть - робот", - усмехнувшись, подумал он. Но секунду спустя ему стало не до смеха.
  
   "Вот что, парень, - сказал он сам себе. - Если эта штука управляется дистанционно, пусть даже компьютером, то о твоих фокусах обязательно узнает ее хозяин. Капец! Надо срочно что-то придумать, иначе, как только я сниму купол, а рано или поздно это придется сделать, меня сразу же обнаружат и выключат, как это произошло с другими агентами.
  
   Так, подумаем. Во-первых, кто я есть. Я есть сознательный великорусский богатырь Иван. Почему я Иван, а не Сергей, патрульный времени? Действительно, почему? Почему меня не выключили сразу, как других? Потому что отъехал далеко? Чушь! Некоторые группы вообще находились на других континентах".
  
   Тут одна мысль пришла ему в голову, и он задумчиво почесал затылок. Незадолго до всей этой суматохи с разрушителями, его группа охотилась за нарушителем времени как раз в этой временной эпохе. Теперь, если предположить, что диверсантам была известна численность их отряда, и что преступника приняли за него, многое прояснялось.
  
   "Надо же, а! Целый год мы искали вредителя, а разрушители, видать, быстро нашли, - восхитился Сергей. - Причем, вероятно, самого первого, ведь для него-то 34-я статья не писана. Эх, Кащей, тебя бы к нам в команду, горя бы не знали... Но как теперь выкручиваться?"
  
   Панель управления робота была защищена дверцей, запертой на шифр-замок, корпус выполнен из нейтрида. Кто не знает, это самый прочный материал во вселенной. О том, чтобы вскрыть этот сейф подручными средствами, не могло быть и речи. Тем более что в этом и не было особой необходимости. Сергей выпотрошил "наливное яблочко", переделал его в гамма-сканер и стал постепенно, блок за блоком, просвечивать внутренности противника, изучая, что ему показывает "блюдечко".
  
   "Тэкс-тэкс". - Чрезвычайно довольный Сергей отключил сканер. Робот содержал в себе аннигиляционный заряд средней мощности, способный на треть уменьшить массу Земли, а оставшиеся две трети разнести вдребезги-пополам. Возникшая было мысль взорвать с помощью обнаруженной бомбы изолированную ветвь времени, в которой он находился, для восстановления прерванной временной цепочки была тут же отброшена. Это позволило бы разрушителям начать все сначала, причем, вероятно, более успешно.
  
   Однако, возможность сымитировать свою гибель от неосторожности необыкновенно обрадовала Сергея. Взрыв мог произойти от любой попытки проникновения во внутренности робота, к примеру, от неправильно набранного на шифр-замке кода. Оставалось только как следует подготовиться к своей смерти.
  
   Сергей извлек схему кухонного синтезатора из скатерти-самобранки и внимательно ее рассмотрел. Конечно, до универсальной многоцелевой волшебной палочки ему было далеко. Но это можно было поправить.
  
   "Нужны дельта-поляризаторы и кристаллы Фога, - подумал Сергей. - Где нам взять дельта-поляризаторы и кристаллы Фога? - Рука пошарила в поисках шапки-невидимки. - Ах, незадача! Она же у меня сейчас работает".
  
   Он прикинул, какими схемами располагает, и лицо его озарилось. Вынув из сумы путеводный клубок, Сергей хищно посмотрел на него:
  
   "Вот где я возьму кристаллы Фога"
  
   Дельта-поляризаторы, в конце концов, тоже нашлись в схеме двадцативедерной фляги. И когда работа была окончена, перед Сергеем лежала сложная кристаллическая конструкция, напоминающая друзу кристаллов. А вокруг вперемешку валялись неиспользованные кристаллочипы разобранных "чудес".
  
   - Четыре-пять, - произнес Сергей формулу, и конструкция бледно засветилась. Того, что он собирался получить, не было в памяти скатерти-самобранки, поэтому Сергей вошел в мысленный контакт с компьютером синтезатора и перекачал в него из своей памяти типовую информационную матрицу волшебной палочки. Еще будучи студентом он, предусмотрительно изучил ее и запомнил, считая это устройство лекарством от всех проблем. Синтезатор засветился сильнее, и температура воздуха упала градусов на десять, а на земле возник небольшой, размером с авторучку, металлический стержень.
  
   Взяв палочку и покрутив ее в руках, Сергей моментально произвел копии разобранных приборов, не утруждая себя восстановлением старых. Собрав свои пожитки, он мысленно позвал коня, сел верхом и, окинув взглядом поляну, сосредоточился на поверженном роботе. Надев шапку-невидимку, Сергей почувствовал, как гравитационный кокон окутывает его вместе с лошадью. Оставалось только привести в действие детонатор аннигиляционного заряда.
  
   Спустя мгновение поляна и все, что на ней было, исчезло во вспышке яркого света. Гравитационный купол, ничем более не поддерживаемый, раскрылся, оставив для всеобщего обозрения отвратительную черную яму идеальной сферической формы.
  

***

  
   Ветер свистел в ушах. Деревья мчались навстречу со скоростью пневмоэкспресса. Вот уже четверть часа прошло с тех пор, как Сергей инициировал взрыв, но он все ехал и ехал, подгоняемый специфическим ощущением, не раз выручавшим его из фатальных жизненных ситуаций. Сергей привык слушаться сигналов своей интуиции, и когда напряжение спало, сразу стал притормаживать, оглядывая окрестности в поисках места для отдыха. Огромный камень, лежащий рядом с поваленным деревом, ему понравился, вызывая предчувствие комфорта.
  
   Сергей спешился, отцепил от седла суму и с удовольствием уселся на ствол, прислонившись спиной к шершавой поверхности камня. Его тело расслабилось, место было хорошее, излучало покой и умиротворение. Он с любопытством оглядывал окружающее его пространство. Лес был совсем другим, зеленым, обычным. В ветвях росшей по соседству сосны белка сверкнула рыжим хвостом. Где-то застучал дятел, отбивая барабанную дробь. Звонко, с переливами свистел соловей.
  
   Немного срелаксировав, Малышев вынул из сумы скатерть-самобранку, аккуратно развернул ее на траве и полюбовался вышитыми на ней узорами. Собственная кончина привела его в лирическое настроение.
  
   "Да, Ивана теперь больше нет. Капитально его накрыло. Вот ведь угораздило идиота связаться роботом! Огромная у богатыря была дубина, килограммов двести, наверное. Не! Это не дубина, это камень у него такой был. Здоровенный камень! Как дал!.. Да-а, крутой мужик был этот Иван. Надо же нейтридную оболочку пробил камнем..."
  
   Сергей хихикнул. Долбить камнем нейтридный корпус - это смотрелось бы забавно. Он прекрасно понимал, что выдал себя своими действиями, но смерть его выглядела вполне правдоподобно. Сам бы Сергей, например, поверил. А почему нет? Особенно, если очень хочется верить.
  
   - Четыре-пять, - произнес он формулу включения, скатерть-самобранка затвердела и приподнялась на уровень его груди, принимая форму прямоугольного стола, - горячие кофе, борщ и пельмени, три куска хлеба по сто грамм, пятьдесят грамм черной икры.
  
   Один за другим на столе появлялись заказанные блюда. Сергей придвинул к себе тарелку с дымящимся супом, вдохнул ароматный запах и приступил к трапезе. Насытившись, он произнес формулу в обратном порядке: "Пять-четыре". Все приборы исчезли со стола, и тот опал на землю, снова превращаясь в кусок материи. Сергей свернул его и убрал в суму, потом мысленно приказал коню подойти и задействовал центр трансформации. Лошадь засветилась и преобразовалась в типовую туристическую палатку из нейтридной ткани. Сергей ткнул ладонью в перепонку-дверь, и она с хлюпаньем открылась, реагируя на его биополе. Потянувшись, Малышев заполз в палатку, в угол поставил суму, ковер-самолет положил под голову, устроился поудобнее и уснул. Необходимо было как следует отдохнуть перед дальней дорогой. Вход палатки автоматически заблокировался.
  

Глава 1.4. Зарубежная командировка

  
   ...Скалы, скалы, скалы вокруг и ничего, кроме скал. Он ползет по камням выше и выше. Он чувствует, что нельзя останавливаться, но не понимает почему. Что-то подгоняет его, и он поднимается вверх, зная, что цель близка. Она уже совсем рядом. Осталось преодолеть несколько метров. Вот-вот, сейчас...
  
   Но Сергей просыпается и лежит некоторое время, не понимая, где он. Темно. Молодой человек начинает различать гладкие стены, чувствуя, как сон постепенно оставляет его. Наконец, он все вспоминает и садится.
  
   "Надо ж такому присниться", - подумал Малышев, растирая виски.
  
   Этот сон, по всей видимости, был из тех, что стоило запомнить. Сергей взглянул на вмонтированные в нарукавную застежку часы, которые контрабандой протащил в прошлое, и присвистнул.
  
   - Хорошо выспался!
  
   Прихватив ковер-самолет и дорожную суму, Малышев пнул ногой в дверную перепонку и вышел наружу. Обратившись к узлу управления палатки, он приказал ей свернуться, и серая треугольная конструкция сгинула. Лишь на земле осталась лежать маленькая пластинка размером с визитную карточку.
  
   Сергей подобрал ее и присоединил к веселой кампании маготехники. Он торопился. Хоть и не понятно пока было, как трактовать сегодняшний сон, интуиция подсказывала ему, что задерживаться с вылетом не стоит. Добрый молодец уселся на ковер-самолет и на всякий случай пристегнул ремни. С подобной техникой он раньше не имел дела, поэтому не грех было и подстраховаться.
  
   - К-12, полет по программе.
  
   Ковер мягко оторвался от земли, а затем, набирая скорость и высоту, устремился к неведомой цели. Воздух вокруг на мгновение заколыхался, словно от потоков тепла, и снова приобрел прозрачность. Сергей протянул руку и почувствовал силовое поле.
  
   "Неплохо, - подумал он. - Это вам не ковер старика Хоттабыча. Просто так не вывалишься. Ну-ка, а как у нас обстоят дела с информационным сервисом?"
  
   - К-12, расстояние до цели и скорость полета.
  
   На силовом экране возникли два числа. То, что располагалось справа - увеличивалось, будучи, по всей видимости, скоростью. Число слева медленно уменьшалось. Подождав, пока скорость стабилизируется, Сергей прикинул время полета.
  
   "Еще четыре с лишним часа. Можно и поспать".
  
   Он отстегнул ремни и улегся поудобнее, ковер принял форму ложа, подстраиваясь под пассажира.
  
   "Засыпаю на четыре часа", - приказал он себе, и тело послушно отключилось.
  
   Снились опять те же скалы, тот же непонятный бессмысленный кросс. Проснулся Сергей от внутреннего толчка ровно через четыре часа. Сел, ковер-самолет, а если уж быть точным - гравилет, принял форму кресла.
  
   - К-12, окно.
  
   Ковер стал прозрачным. Внизу медленно проплывали джунгли. Сергей присмотрелся.
  
   "Похоже на Индию, - подумал он. - Точно, центральная Индия. Это что же у меня зарубежная командировка получается? Да притом в теплые страны? Обзавидоваться можно!".
  
   На востоке у самого горизонта виднелся краешек океана, на западе горы. Гравилет повернул на запад и стал постепенно снижаться.
  
   "Интересно, - подумал Сергей, - почему о Фее "Золотой цветок" не упоминается в народном фольклоре? Впрочем, до наших дней она могла дойти и под другим псевдонимом. Например, в качестве Василисы Премудрой или Елены Прекрасной, а скорее всего вообще Царевны-Лягушки учетом избытка инопланетных гостей в этой временной эпохе".
  
   Малышев почувствовал, как теряет вес, и дополнительно пристегнулся поясным ремнем. Судя по взлету, опасаться было нечего, но в таких маневрах, как взлет и посадка, всегда лучше соблюдать предосторожность.
  
   Ковер-самолет, подлетая к поверхности, снизил скорость и, автоматически отключив окно и силовое поле, мягко опустился на землю, принимая обычную для себя форму. Сергей отстегнул ремни безопасности, поднялся и, свернув ковер, сунул его в свою бездонную суму. Затем извлек на свет карточку коня и придал ему соответствующую форму.
  
   Внутренние ощущения ни о какой опасности не предупреждали, что было вполне закономерно. Ведь ковер должен был доставить богатыря к Фее, ну а та, вроде как, потенциальный союзник. Вот только где эту волшебницу теперь искать?
  
   Малышев достал из сумки "тарелочку с наливным яблочком" и произнес словесное распоряжение:
  
   - 18, картографирование местности в радиусе ста километров.
  
   Яблоко шустро покатилось по ободу тарелки, и та бледно засветилась. Постепенно, как на фотобумаге в проявителе, появились детали местности. Сергей некоторое время всматривался в карту, затем закрыл глаза и вызвал ее из памяти. Изображение во всех подробностях всплыло перед глазами.
  
   - 18, поиск разума в радиусе ста километров. - Карта исчезла, и Сергей увидел на экране себя, всматривающегося в изображение на локаторе. - 18, пропустить.
  
   На миг изображение погасло, а затем, быстро сменяя друг друга, стали появляться картины: джунгли, небольшая поляна и избушка-шалаш, обнесенная невысоким забором, мрачноватая комната, в ней бабулька, дремлющая на лавке. Затем опять появилась карта с мигающей на ней точкой, указывающей координаты. Сергей отметил ее положение в памяти.
  
   Карта снова исчезла. На ее месте возникли другие кадры: скалы (такие знакомые!), пещера, люди, сидящие у костра.
  
   - 18, зафиксируй.
  
   Сергей с интересом стал их разглядывать. Судя по одежде и оружию, это были разбойники. Они о чем-то непринужденно болтали, ели поджаренное на костре мясо, запивая его вином или чем-то другим из бурдюков. Но что это?! У Малышева засосало под ложечкой. Один человек достал из-за пазухи бластер и передал его другому. Похоже, что не простые это были разбойники, и в свете данных ориентировки понятно кто это был.
  
   "Пиратам Чина здесь совсем не место, - подумал Сергей мрачно, - либо у Феи неприятности, или одно из двух. - Он задумчиво почесал переносицу. - Спешить не будем. Будем узнавать".
  
   -18, продолжить сканирование.
  
   "Тарелка" показала новую точку на карте, и Малышев запомнил ее положение. Следующие кадры иллюстрировали сельскую жизнь в Индии, но это было уже далеко, на окраине заданной области.
  
   Закончив работу, локатор высветил карту. Две точки были совсем рядом. Одна - маленькая, километров на десять южнее, показывала, где обитает бабуля, другая - побольше и поярче, в пятнадцати километрах к западу - стоянку разбойников. Еще две точки, жирные и яркие, расположились на юго-востоке у самого края карты. Это были индийские деревеньки.
  
   - 18, объект номер один.
  
   Сергей еще раз, более внимательно, изучил спящую женщину, сканируя ее ментальное поле и подбирая оптимальную линию собственного поведения. А если простым языком, то обдумывал, кем лучше прикинуться, чтобы добиться наилучшего результата. Выяснив все, что требовалось, он улегся на спину прямо там, где сидел, и погрузился в состояние имперсонации.
  
  

***

  
   Иванушка потянулся, зевнул и сел, недоуменно осмотрелся, увидел суму, торчащий из нее ковер, пасшегося невдалеке коня, и все вспомнил. Сергей, с интересом за ним наблюдавший, пока не вмешивался. Теперь у него был другой двойник: добрый, душевный, простой Иванушка-дурачок, очень коммуникабельный и располагающий к себе. Иванушка поднялся и, пристегнув к коню суму, вскочил на него сам. Сориентировавшись по солнцу, он не спеша двинулся в путь, с любопытством осматривая джунгли.
  
   Сергей остался доволен. Это был именно тот персонаж, который ему требовался. У каждой эпохи свой дух, а к каждому человеку свой подход.
  
   - Э-эх! - крикнул Иванушка и, подстегнув коня, лихо помчался вперед, увертываясь от летящих навстречу веток.
  
   Поляна с избушкой-шалашом была уже недалеко, когда он придержал коня и поехал рысью, любуясь тропической растительностью. Сергей уловил присутствие чужого осознания и поспешил поделиться полученной информацией.
  
   "Итак, это Чертова бабушка. Живет одна. Русский язык знает. Личность коммуникабельная, но с подвохом. Короче палец в рот не клади. Однако, думаю, что растрогать ее можно. Относится не к простым жителям, а к так называемым сказочным персонажам внеземного происхождения... Точнее установить не могу, она тоже использует имперсонацию".
  
   Вскоре показалась нужная поляна, да и избушка-шалаш, как следовало ожидать, оказалась на месте.
  
   - Эй! - крикнул Иванушка, спрыгивая с коня. - Кто в избушке живет, кто-кто в невысокой живет?
  
   Из окошка показалась лохматая голова с заспанной физиономией.
  
   - Чо надо?
  
   - Да вот, - откликнулся Иван серьезным деловым тоном, - Чертову бабушку ищу. Может, подскажете, где живет?
  
   - Ой, - голова шустро спряталась, и секунду спустя из дверей выскочила бабулька невысокого роста. Она мелкими, как у ниндзя, шажками приблизилась к Иванушке и обежала вокруг. - Да неужто Чертова бабушка кому-то понадобилась?
  
   - Нужна, - подтвердил Иван, - очень нужна.
  
   - А зачем она тебе? - поинтересовалась женщина подбоченясь.
  
   - Да уж понадобилась, - сказал Иванушка. - У меня к ней личное дело.
  
   - А вот я - она и есть, - раскололась, наконец, бабуся, - та самая Чертова бабушка.
  
   Иванушка хотел что-то сказать, но женщина его остановила.
  
   - Да чо это я, не хозяйка чо ли? Гостя не накормила, не напоила, а все туда же, спрашивать.
  
   Бабулька шустро, не под стать своему возрасту, унеслась в дом и несколькими мгновениями позже вынесла огромную кружку молока и большущий ломоть душистого белого хлеба. Иванушка с удовольствием принял угощение, откусил, запил и прожевал.
  
   - Молоко у Вас больно вкусное, бабушка, - похвалил он. - Козье, небось?
  
   - Зачем же козье, - невинным голоском ответила хозяйка, - драконье это молоко-то. У Кащея на бананы и выменяла.
  
   Иван поперхнулся, а бабулька, веселая душа, захихикала.
  
   - Да ты ешь-ешь, не бойся, это я так шучу, и рассказывай давай. Больно любопытно мне знать, зачем я тебе понадобилась. Здесь у нас скукотишша такая, только и делаю, что сплю целыми днями.
  
   - Мум! - проникновенно замычал Иван с набитым ртом, сделал мощный глоток и сказал свежим голосом: - Ищу я, бабушка, волшебника. Мне сказали, ты помочь можешь, присоветовать.
  
   - У-у, добрый молодец. Как величать-то, кстати?
  
   - Иванушка.
  
   - Опоздал ты, Иванушка. Какие волшебники нынче, чертей-то и тех вон почти не осталось. Ты думаешь, почему я такая запущенная, и изба у меня не прибрана? - пожаловалась хозяйка. - Одичала я, одно слово. Полгода уж никто ко мне не заходит. А зачем же тогда, спрашивается, и избу прибирать?
  
   - Бедная ты, - искренне посочувствовал Иван. - А ну, я тебе помогу.
  
   - Да что ты, что ты, - замахала руками бабуся. - Зачем тебе это!
  
   Вместо ответа Иван показал ей огромный бицепс, и с криком:
  
   "Силу-то куда девать?!" - бросился на избушку.
  
   Хозяйка зажмурилась и, услышав грохот посыпавшихся бревен, стала подумывать, где бы ей нынче переночевать.
  
   Однако Иван работал споро. Через пару часов изба не только стояла как прежде, но и приняла более презентабельный вид. А еще час спустя на починенной печке закипала вода...
  
  
   - Борщ по-индийски, - объявил Иван, когда еда была готова, и, отхлебнув прямо из черпака, спросил: - Ну, как оно, а?
  
   - Ну, Вань, ты и работаешь! - восхитилась бабуся. - Просто диву даюсь.
  
   - Знай наших, - подмигнул ей богатырь, уплетая суп. - Главное в жизни - не унывать, а все остальное будет.
  
   Закончив трапезу, Иван отодвинул от себя тарелку и, отдуваясь, откинулся на спинку стула.
  
   - Скажи, бабушка. Здесь в округе, поговаривают, обитает фея "Золотой Цветок". Правда это, али нет?
  
   Женщина помрачнела.
  
   - И правда, и нет, куманек. Жила-была когда-то, а теперь нету ее, сплыла.
  
   - Как нет? Куда ж она делась?
  
   - А это ты у Кащеюшки спроси, куда она делась, - усмехнулась бабуся. - Его рук дело, окаянного, он ее погубил.
  
   - Да за что ж он ее? Что она ему сделала? - огорчился Иван.
  
   - Да уж сделала, будь спокоен, чуть-чуть совсем его не сделала, - с гордостью вещала Чертова бабушка. - Одного я не пойму, как ему все-таки удалось с ней справиться. Больно крута была наша девочка, даже для Кащея крута. Да только он ведь на всяких пакостях собаку съел, вот и заманил ее в ловушку. Совсем прикокошить Кащей ее, конечно же, не мог, это, по-моему, никому не под силу. Он ее заколдовал, превратил в золотой цветок, значит. Юмор у него такой. Юморист чертов. - Бабка горестно вздохнула, а потом вдруг глаза ее весело заблестели. - Ты ведь волшебника ищешь? Вот и расколдовал бы нашу девочку. Лучше волшебницу тебе и не сыскать, это точно.
  
   - Это можно, - спокойно ответил Иванушка. - Только ты ведь, бабушка, должно быть знаешь рецепт обратного колдовства?
  
   - Отчего не знать? Знаю, - согласилась хозяйка. - Способ-то простой, - с деланным простодушием добавила она. - Нужно полить этот "золотой цветок" не прерываясь двенадцатью ведрами "живой воды". И вода эта "живая" имеется. В специальном волшебном озере ее запросто можно набрать. А потом останется лишь пронести до заколдованной волшебницы каких-нибудь десять-двенадцать тысячах шагов. Забраться со всеми ведрами на скалу, после чего занести их в пещеру. Охрана там, конечно имеется, но не больно большая. Всего-то семь или восемь демонов, метающих молнии. Как видишь, задача не из самых сложных, - усмехнулась рассказчица, - но до сих пор что-то никто не брался ее решить.
  
   - Я возьмусь, - с воодушевлением заявил Иван. - Вот только как мне найти это озеро и заколдованный цветок?
  
   - Погоди? Ты серьезно, что ли? - удивилась бабуся.
  
   - Конечно. Волшебница мне нужна, а значит я ее спасу.
  
   - Как ты ведра то эти все понесешь, да и с демонами справишься?
  
   - А это, бабусь, уже мое дело, - подмигнул Иван. - Справлюсь, если надо. Ты мне только дорогу укажи.
  
   - Мышка укажет, - улыбнулась Чертова бабушка. - Мышка с путеводным хвостом. - Она протянула ему пустую ладонь, сжала ее в кулак, а когда разжала, на ней суетилась мышь, совсем обыкновенная с виду.
  
   Иван осторожно взял мышку и, радостно улыбаясь, сказал:
  
   - Ну, спасибо тебе, бабуся! Дай бог тебе здоровья!
  
   - Ты погоди благодарить, - грустно ответила хозяйка. - Уж больно опасное дело ты затеял.
  
   - Это ничего, - успокоил ее Иван. - Это мне не привыкать. Я пойду, пожалуй, а?
  
   - Да куда ж ты пойдешь, - запричитала женщина, - солнце уже скоро сядет. Остался бы на ночь, а утро, говорят, вечера мудренее.
  
   - Нет уж, бабуля. Ты извини, но мне пора. Время терять - успех потерять, - сказал Иванушка, свистом позвал коня и уселся верхом. - Не поминайте лихом! - крикнул он и с места припустил в галоп.
  
   - Счастливого пути! - крикнула ему вслед Чертова бабушка, махая рукой на прощанье.
  
   "Какой же парень славный, - подумала она. - Только бы у него все получилось".
  
  

Глава 1.5. Спасательная миссия

  
   Мышиный хвост указывал западное направление, аккурат к горам, видневшимся вдалеке. В ту сторону и держал Иван путь. Сергей же от нечего делать погрузился мыслями в прошлое.
  
   На заре освоения времени, когда еще не ставился вопрос о его охране, историки-экспериментаторы были поставлены перед лицом проблемы психологической адаптации путешественников в иных временных эпохах. Проще говоря, человек, попадая в новый социум, чувствовал себя, мягко выражаясь, белой вороной, жуком в муравейнике, в общем, кем угодно, только не человеком... в смысле человеком этой эпохи. И конечно же, налицо стена непонимания, отчуждения. А проще говоря: ну, трудно работать - глазеют. А в средние века и инквизиторы тут как тут, чуткие, отзывчивые люди. Никогда о тебе не забудут, всегда придут, выслушают и, как говорится, обогреют... на костре.
  
   И чего только не пробовали: скафандры-невидимки, скрытые камеры, спутники слежения. А много ли наработаешь в скафандре? Не говоря уже о контактах с людьми. В общем, путешествия во времени сопровождались серьезными трудностями, пока не была разработана техника имперсонации и способы создания личностных двойников.
  
   В те времена вокруг имперсонации разгоралось множество жарких споров. Например, одна только дискуссия о юридической правоспособности двойника едва не привела к полному ее запрещению. Ведь, если признать юридические права за вторичным сознанием, то не следует ли также считать элементарным убийством его дезактивацию после выполнения задания?
  
   К счастью, проводившиеся параллельно исследования свойств личности позволили решить этот спор. Открытие принципов реинкарнации, то есть направленного перемещения сознания из одного тела в другое, позволило установить, что собой представляет вторичное сознание. Первые же эксперименты показали, что оно не отделяется от базовой личности, а переносится вместе с ней. Таким образом, было доказано, что двойники являются лишь производными сознания человека, поэтому не могут считаться субъектами права, и, следовательно, ими можно манипулировать как угодно.
  
   Затем все как обычно: бум, взлет социальной активности, повышенный интерес к перемещениям во времени, причем последнее как со стороны специалистов, так и, как говорится, простого люда. Далее туристические вылазки и свадебные путешествия в иные эпохи, и это еще самое безобидное из всего, что происходило. Вот тогда-то и встал вопрос об охране времени...
  
   - Серега, - Иван прервал ленивый ход мыслей базовой личности. - Что делать-то будем?
  
   Шелестя галькой, конь приближался к водоему, который, судя по всему, и был тем самым волшебным водохранилищем. Вид открывался просто великолепный: поверхность озера - гладкая, как стекло, а вода в нем - такая чистая и прозрачная, что сразу вызывала жажду.
   Иван спрыгнул с коня, подбежал к берегу и зачерпнул ладонями воду.
  
   "Не пей, Иванушка, козленочком станешь", - подколол Сергей.
  
   "Отвянь", - беззлобно огрызнулся Иван и глотнул. Вода была бесподобно вкусна, он зажмурился от удовольствия и глотнул еще.
  
   "Эй, тебе много нельзя, ты ж за рулем", - не унимался Сергей. Он хотел еще что-то добавить, но тут вкусовые ощущения дошли, наконец, и до него.
  
   "Что замолчал? Ты что-то хотел сказать?" - злорадно поинтересовался Иван.
  
   "Ух, ты, - подумал Сергей, смакуя приятные ощущения, а потом добавил уже деловым тоном. - Ну, давай за дело".
  
   "В ладошках понесем, али как?"
  
   "Глупый ты, оттого что молодой, - констатировал Малышев. - А фляга на двадцать ведер тебе для чего?"
  
   "Серега - ты гений", - весело сказал Иван, достал из сумы флягу, отвинтил крышку и осторожно погрузил ее в воду.
  
   "Время засеки", - попросил Сергей.
  
   Иван подождал, пока фляга потяжелеет, ляжет на дно, и принялся расстилать скатерть-самобранку. Плотно поужинав, он снова подошел к фляге, та пускала последние пузыри.
  
   "Сколько времени наполнялась?" - поинтересовался Сергей.
  
   "Четырнадцать минут сорок три секунды, а что?"
  
   "Ничего. Давай доставай".
  
   Иван завинтил крышку, проверил, что противоинерционное поле активно, и, вытянув флягу из воды, уложил ее в суму.
  
   "А ну-ка, уступи место, - сказал Сергей, принимая управление. - Надо тут кое-чего сообразить".
  
   Он достал из мешка волшебную палочку и повертел ее в руках, совершая "магические" пасы. Ну, это они просто по традиции назывались "магическими", а на самом деле являлись пасами управления. Ощутимо потянуло морозцем, и несколько камешков гальки вдруг превратились в какие-то серые неприглядные кубики.
  
   "Это что?" - поинтересовался Иван.
  
   "Светлячки,- ответил Сергей, а потом пояснил: - парализующие гранаты, ослепляющего действия".
  
   Он еще немного поколдовал с волшебной палочкой и сделал очки с зеркальными стеклами.
  
   "Защита", - коротко прокомментировал он.
  
   Уложив вещи в суму, Малышев позвал коня, превратил его в палатку и уступил место Ивану. Тот, недолго думая, забрался внутрь, подложил ковер вместо подушки под голову и крепко заснул.
  
  

***

  
   К месту дислокации заколдованной волшебницы стали выдвигаться в пять часов утра. К этому времени уже достаточно рассвело, чтобы можно было без труда ориентироваться на местности, ну а шапка невидимка очень кстати обеспечивала скрытность передвижения. Уже недалеко от пещеры с разбойниками, где-то за километр, пришлось продолжить путь пешком. Подъем был крутоват, и копыта лошади скользили по насыпи. Подойдя вплотную к отвесной скале, у вершины которой пряталась пещера, Иван задумался.
  
   "Какая-то знакомая стенка".
  
   "Во сне я по ней карабкался, - вспомнил Сергей. - Зачем только, сам не пойму. Ну-ка, доставай ковер-самолет".
  
   Ивану эта затея понравилась. Он развернул транспортное средство и устроился на нем поудобнее.
  
   - К-12, вдоль стены, вертикально, подъем.
  
   Ковер не возражал, исправно выполняя функции лифта. Подлетев к верхнему краю стены, Иван остановил подъем, внимательно осмотрелся и, убедившись, что никого нет, приказал ковру преодолеть оставшееся расстояние.
  
   Сергей дождался, когда двойник встанет на твердую почву, и перехватил управление. Быстро и бесшумно он свернул ковер и уложил его в суму. Вытащил из бокового отделения заранее приготовленных "светлячков", а защитные очки нацепил на переносицу. Суму закрепил на спине, в формате рюкзака. Она могла сыграть роль защиты. Нейтридная ткань способна была выдержать выстрел из лазерного или огнестрельного оружия.
  
   Сняв шапку-невидимку, мешающую использовать псионические возможности, Сергей усмехнулся, представив себя со стороны: Джеймс Бонд в темных очках и одежде русского богатыря. Мысленно обшаривая окрестности, он мягкой кошачьей походкой двинулся к пещере, но по пути изменил траекторию движения. Часовые находились на противоположной стороне охраняемой зоны и, по всей видимости, должны были обходить ее дозором. Однако то ли они не ждали никого со стороны обрыва, то ли вообще никого не ждали, поскольку лоцировались на одном месте. Бесшумно приблизившись к ним по скалам сверху, Сергей понял причину такой странной тактики охраны - часовые резались в карты. Недолго думая, Малышев бросил "светлячка" прямо на камень, выполнявший по совместительству функции игорного стола, и вернулся к пещере. Судя по результатам сканирования, остальные были здесь. Никто из них не обладал псионическими способностями, но Сергей был бы глупцом, если б, снимая шапку-невидимку, не задействовал собственную псимаскировку.
  
   Малышев разумно полагал, что будь среди разбойников интеллектуал (более слабых псиоников он в любом случае обнаружил бы), тот не стал бы без всякой причины прятаться за псишубой, ведь это довольно утомительное занятие. Поэтому Сергей обнаглел настолько, что подключился к зрительному аппарату одного из разбойников, и увидел всю диспозицию противника. Он даже слегка удивился. Было ощущение, что разбойники так и сидели здесь со вчерашнего дня, не сдвинувшись с места. Все так же пили вино, ели мясо, травили анекдоты.
  
   Тут один из них поднялся и пошел к выходу, очевидно по известной нужде. Заскучавший было Сергей приободрился. Но нет, ничего интересного, по-видимому, не получится. Пират шел как баран, ничего не видел и не слышал, думал только о предстоящем процессе, к тому же его слегка покачивало. Малышев даже как-то лениво вырубил его тычком указательного пальца в активную точку на шее, подхватил обмякшее тело и оттащил в сторону. Получилось не хуже "светлячка". Он решил не прятать разбойника, операция предстояла скучная и неинтересная. Сергей надел шапку-невидимку и вошел в пещеру. Пираты сидели хорошо: кружком, все лицом к костру, туда он "светлячка" им и бросил. Как они сидели, так и остались сидеть. Только наступила почтительная тишина, как в галдящем классе, когда в него входит учитель. Однако Сергей уже закончил свой урок о вреде беспечности. Он равнодушно прошел мимо разбойников и двинулся дальше.
  
   Малышев неплохо видел в темноте, поэтому он не пошел по воздуху, вовремя заметив уходящий глубоко вниз обрыв, который занимал весь проход. До другого края пропасти было около двадцати метров. Стены пещеры довольно близко располагались друг к другу.
  
   "Ковер здесь не пройдет", - автоматически отметил Сергей.
  
   Он снял шапку-невидимку и суму, достал тарелочку-локатор и просканировал дорогу за пропастью, сразу убедившись, что дорогой это назвать было нельзя. Там, на другой стороне, примыкая вплотную к обрыву, притаилась "комариная плешь". Научным языком она называлась областью ультравысокой гравитации. Такой огромной гравитации, что человек, попавший в нее, за секунду превращался в лепешку. Вот такая это была вредная для здоровья штука.
  
   Конечно глазами "комариную плешь" увидеть было нельзя, такие вещи невидимы, иначе они не были бы ловушками. Но Сергей на учебных полигонах сотни раз видел гравиконцентраты, и просто не мог их не замечать. Неуловимая совокупность свойственных только им признаков: утопленные глубже обычного в грунт камни, какая-то особая, замысловатая сеть трещин и, наконец, пыль, много-много пыли, воспринималась Сергеем цельно в виде неприятного и даже болезненного ощущения в позвоночнике, словно кто-то камнем водил по стеклу.
  
   Одного взгляда было достаточно, чтобы понять - расположенная впереди преграда непреодолима, и шапка-невидимка не поможет. Малышев не стал даже лоцировать дальше. Кащей не мог перекрыть себе доступ к Золотому цветку. Здесь был явный перебор и, возможно, именно это натолкнуло Сергея на мысль - поискать внизу. Не будь "комариной плеши" впереди, ему в самую последнюю очередь пришло бы такое решение в голову. Это ведь своего рода профессиональный штамп - воспринимать пропасти как препятствия, а не как продолжение пути.
  
   Просканировав дно, Сергей сразу нашел то, что искал. Глаза его радостно засверкали, когда на экран блюдечка медленно выплыл необыкновенной красоты Цветок. Бледное и довольно знакомое свечение вокруг него, вызывавшее неприятные чувства, искажало естественные цвета, но какой-то особый металлический отлив этого произведения искусства убеждал, что Цветок выполнен из чистого золота.
  
   "Он!" - подумал Сергей и тут же понял, чем ему не нравилось окружавшее Цветок свечение, - так светится в темноте "ведьмин студень".
  
   Кто не знает, это еще одна гадость вселенной, способная запросто лишить человека жизни. "Ведьминым студнем" на жаргоне космодесантников называлась агрессивная коллоидная субстанция с планеты Аид в звездной системе ЕН-2330. Любая материя, что с ней соприкасалась превращалась во все тот же "студень". Однако в ряде случаев тот мог спокойно пребывать на грунте, не растворяя его и не уходя вглубь. Почему так происходило, науке до сих пор не было известно. Уж больно опасной была эта субстанция, чтобы ее исследовать.
  
   "Чтоб тебя..." - в сердцах послал Малышев приветствие Кащею.
  
   Но делать было нечего, нужно было прыгать вниз. Он собрал вещички, а шапку-невидимку, тем не менее, напялил на голову. Чем больше времени он проводил в гравитационном коконе, тем труднее было обнаружить его какими-нибудь дистанционными способами.
  
   Левитировать шапка-невидимка ни сколько не мешала, а при должном умении позволяла даже использовать для полета часть энергии гравитационного поля. Вот только от "студня", как ни жаль, она защитить не могла. Тот обладал просто сверхъестественной просачиваемостью, проникая через любые силовые поля. Ученые до сих пор не разгадали механизма этого явления, все по той же причине - опасности экспериментов. Единственная защита от него - не трогать. Если лежит, то пусть себе лежит, сам он на тебя не бросится.
  
   Сергей прицепил фляжку с "живой" водой к поясной застежке, суму надел на спину и ласточкой сиганул в шахту. Стены стремительно уносились вверх, а он летел легко, как ангел, балансируя на встречном воздушном потоке. Ощущения были приятными, невольно вспомнились тренировки по затяжным прыжкам. Внизу проявилось и стало стремительно приближаться бледно светящееся дно. Сергей стал притормаживать падение, сделал несколько глубоких вдохов, насыщая кислородом легкие, и задержал дыхание. Испарения аидского коллоида, к счастью, не являлись токсичными, однако они вытесняли кислород.
  
   Левитация была одним из базовых псионических навыков Интеллектуалов, каковыми являлись все ведущие оперативники КОМКОБа. Тренировки проходили на полигонах различной степени сложности. "Ады", например, вообще не содержали имитаторов опасности. Там все смертельные факторы были настоящими. Причем разработчики постоянно шли в ногу со временем. Едва только на какой-нибудь из вновь открытых планет обнаруживался новый вид смерти, как его тут же брали на вооружение и применяли на полигонах. Стоит ли говорить, что к "адским" тренировкам допускались только агенты исключительной степени подготовки.
  
   Малышев мог обходиться без воздуха около получаса. С левитацией у него дела обстояли хуже: его личный рекорд составлял 22 минуты, а без воздуха, скорее всего, и того меньше. Если двадцать ведер живой воды набиралось во фляжку 15 минут, то двенадцать ведер при той же скорости вытечет примерно за девять. Учитывая, что часть времени будет затрачена на сопутствующие действия, вернуться назад было довольно проблематично. Однако Сергей почему-то не видел "тени своей смерти", несмотря на то, что уровень его подготовки позволял предчувствовать фатальную цепь событий. Опасность, конечно, фиксировалась, но, судя по интенсивности ощущений, это было, скорее дежурное предупреждение о присутствии "ведьминого студня" и не более того. Оставалось предположить, что выход из аховой ситуации имелся, и разведчику еще предстояло его найти.
  
   Сергей завис в двух метрах от дна и плавно двинулся к месту назначения, отцепляя на ходу фляжку с "живой" водой. Шапку-невидимку снова пришлось снять, потому что гравитационный кокон искажал перспективу и мешал как следует прицелиться. Подлетев к Цветку, молодой человек отвинтил пробку и приступил к орошению, тщательно следя, чтобы большая часть воды попадала куда следует.
  
   Время текло быстро, вода текла медленно. Казалось, она будет течь бесконечно, но вот Цветок вспыхнул и засиял ярким светом, а "студень" вокруг него, наоборот, стал гаснуть. Почувствовав укол опасности, Сергей, не дожидаясь, пока очередь гаснуть придет ему, отлетел подальше и надел шапку-невидимку, на всякий случай.
  
   На месте Цветка тем временем сияние разгорелось в полную силу, и в пещере стало светло, как днем под открытым небом. По всей видимости, там происходила реакция трансмутации, то есть превращения вещества одного вида в другой. И, похоже, что в нее вовлекался аидский коллоид, потому что пещера постепенно очищалась от его присутствия. Не прошло и минуты, как под ногами Сергея остался вполне безопасный грунт. Висеть в воздухе было уже невмоготу, и он с облегчением опустился на дно этой ямы. Ощущение опасности снизилось почти до нуля. Малышев осторожно потянул носом воздух, дышать тоже было можно. Разведчик не находился больше под шахом, фатальная ситуация разрешилась сама собой.
  
   Минуту спустя свет начал гаснуть, и Сергей решил подготовиться к встрече. Он снял шапку-невидимку и уступил место своему двойнику. Иван озадаченно взирал на огненный шар, покачивающийся в воздухе на уровне его лица. Малышев же едва не сделал ноги, когда сообразил, что перед ним шаровая молния. Но потом он понял, что молния эта не простая. Во-первых, опасности по-прежнему не ощущалось, а во-вторых, он чувствовал чужое внимание: плазмоид его разглядывал.
  
   Шаровая молния вдруг вытянулась до земли огненной лентой и превратилась в рослую брюнетку необыкновенной красоты, облаченную в белое, короткое платье. Она была выше Сергея сантиметра на два, бронзовокожая, спортивного, едва ли не атлетического телосложения, с необыкновенно густыми длинными волосами, охваченными платиновым обручем. Ее огромные глаза цвета космоса, казалось, таили в себе необыкновенную силу и способны были притягивать и поглощать не хуже черной дыры. Сергей не ощущал псионического поля волшебницы. Однако что-то подсказывало ему, что оно у нее есть, и молодой человек даже боялся представить себе его силу.
  
   Несмотря на характерный для Галактов размер глаз, незнакомка, не относилась к этой расе. В большей степени она походила на людей, но вот кем она была на самом деле, Сергей сообразить не мог, хотя фокусы с шаровой молнией были ему как будто знакомы. Иван же вообще ничего не соображал. Он безнадежно обалдел, завороженный красотой девушки, и толку от него не было никакого.
  
   Фея подняла на богатыря свои иссиня черные глаза и вдруг захватила таким мощным потоком внимания, что слопала заодно и Сергея. Ее пси-фон моментально исчез, а лицо озарилось откровенно детским любопытством. Малышев же сразу понял, что скрываться ему теперь не имеет смысла. Мозги его вдруг как-то разом прочистились, и пришло, наконец, озарение, кто перед ним находится.
  
   Девушка несомненно являлась Аморфом. Этот факт оказался столь неожиданным и шокирующим, что поверг Сергея в стрессовое состояние. Он бы удрал как последний заяц, если бы сразу не понял, что потом ни за что не простит себе этого малодушия...
  
  

Глава 1.6. Аморфы

  
  
   ...Аморфы были привлекательно загадочны и совершенно неуловимы. Вначале человечество знало о них только понаслышке, причем разные инопланетные расы приписывали им свой внешний облик. Уже тогда была высказана гипотеза, что представители этой легендарной цивилизации способны превращаться в любое существо, и родился термин "Аморфы", то есть бесформенные.
  
   И лишь относительно недавно, четверть века назад, люди впервые очно столкнулись с представителями этого вида. Сергей хорошо помнил эйфорию тех лет. За годы фантазирования человечество вылепило из Аморфов этакую загадочную суперцивилизацию, и теперь с воодушевлением готовилось к официальному контакту.
  
   Однако землян ждало разочарование. "Сверхсущества" не стремились к встречам на высшем уровне, словно понятия не имели о существовании института дипломатии. Причем вели они себя совершенно парадоксально. Отдельные их представители с удовольствием присоединялись к исследовательским экспедициям Галактического Альянса. Однако по их окончании, а нередко и задолго до этого, бесследно исчезали, оставляя о себе довольно скудную информацию. Все встречи носили, казалось, случайный характер. Аморфы никогда не посещали планетарные системы Альянса, не проявляли интереса к входящим в его состав цивилизациям, не совершали вообще каких бы то ни было попыток связаться с правительствами.
  
   Благодаря тем немногочисленным встречам, что имели место быть, человечество смогло зафиксировать лишь следующие немногочисленные факты:
  
   1. Во всех случаях контактов с людьми Аморфы принимали лишь две формы: плазмоидную, в момент появления / исчезновения, и человекоподобную в течении всего остального времени. Никаких других состояний представители этой инопланетной расы при свидетелях не демонстрировали.
  
   2. Аморфы всегда использовали облик лиц женского пола, женские имена и придерживались женской психологии. Никто никогда не видел мужчин аморфов.
  
   3. Хотя внешне Аморфы немного и отличались от людей, попытки их тайного медицинского изучения всегда показывали полную идентичность землянам. Даже автоматика, настроенная исключительно на человеческое биополе обманывалась. В частности Аморфы свободно могли преодолевать входные корабельные перепонки, не пропускающие даже Галактов, которые на людей тоже очень похожи.
  
   4. Аморфы охотно пользовались как псионическим, так и речевым способом общения, и, безусловно, обладали гуманоидным типом личности. Вместе с тем, истинная их форма была не известна и, с учетом плазмоидного состояния, вполне могла быть негуманоидной.
  
   5. Аморфы хорошо разбирались в технике и с удовольствием использовали ее в среде людей, однако никто никогда не видел элементы их собственного технического производства. Поэтому возникло мнение, что эта раса не имеет собственной техники и, по всей видимости, прекрасно обходится без нее.
  
   Иными словами человечество так и не смогло классифицировать представителей этой расы. Непонятно было, относить ли их к гуманоидам или нет. Считать цивилизацию Аморфов техногенной или биологической. Неизвестно было также откуда они появляются и есть ли у них собственные планетарные системы. А, кроме того, до сих пор так и не удалось узнать о реальных возможностях Аморфов. Находясь среди людей, они всегда вели себя как люди, не проявляя без особой необходимости каких бы то ни было экстраординарных талантов. Если не учитывать, конечно, их поистине невероятную способность адаптироваться в любом социуме, в короткие сроки становясь его неотъемлемой частью.
  
   Тем не менее, человечество было свидетелем редких случаев, когда Аморфы демонстрировали невероятную мощь, и не могло позволить себе относиться к ним без должной осторожности... Чего только стоило чудесное спасение экипажа одного из звездолетов группы свободного поиска "Кассандра", на борту которого очень удачно появилась представительница этой цивилизации. Совершив аварийный выход из гиперпространства, корабль взорвался, однако весь экипаж его в полном составе оказался едва ли не в ста световых годах от места катастрофы на одной из колонизированных людьми планет. Проявив себя столь неординарно и не дожидаясь почестей, Инопланетянка приняла форму плазмоида и бесследно исчезла.
  
  
   ***
  
   ...Сергей, как и все земляне, мечтал о встрече с Аморфами и боялся ее. Уловив противоречивые чувства спасителя, девушка приблизилась и, очаровательно улыбаясь, крепко взяла его за руки.
  
   - Не надо покидать меня, мой рыцарь, - произнесла она очень приятным голосом с игривыми женскими интонациями. - Я обязана Вам своим освобождением и не успела еще в полной мере выразить свою благодарность.
  
   Волшебница хорошо владела русским языком, позволяя себе лишь легкий едва уловимый акцент, придающий ее речи какое-то особое очарование. Глаза девушки слегка поблескивали, и этот свет оказывал на Сергея успокаивающее действие. Он невольно улыбнулся в ответ. Просто невозможно было не испытывать симпатии к этой красавице.
  
   "Сергей Малышев, - робко представился парень, предлагая псионический способ общения, - официальный представитель охраны времени на планете Земля".
  
   "Флорес Голди, - назвала себя девушка, соглашаясь общаться мысленно. - Но лучше просто Фло. Я тут что-то вроде местной Феи".
  
   Припомнив, что Аморфы любят играть выбранные ими роли, Сергей не стал настаивать на инопланетном происхождении собеседницы. Он лишь взглянул на часы и озабоченно предупредил:
  
   "Охрана скоро проснется, Фло. Надо бы убираться отсюда. Я, грешным делом, рассчитываю на Вашу "волшебную" помощь".
  
   "Уходим", - согласилась Фея, подошла к одной из стен пещеры, провела по ней рукой, и та засветилась.
  
   "Это выход, - сообщила она. - Приглашаю тебя к себе в гости, не возражаешь? И еще не плохо было бы перейти на "ты"", - добавила девушка.
  
   "Согласен", - ответил Сергей сразу на оба вопроса. Он поправил суму на спине и, шагнув в стену, исчез.
  
   Волшебница немного задержалась и, если б Малышев остался в пещере, то увидел бы новое состояние Аморфа. Тело девушки слегка засветилось и стало размытым, словно слепленным из тумана. Одновременно на старом месте возник золотой Цветок, а от него во все стороны потек "ведьмин студень". Совершив задуманное, Фло шагнула вслед за Сергеем, попутно возвращая себе прежний облик. Стена сразу погасла, и теперь пещеру, как и прежде, освещало сияние аидского коллоида, тускло отражающееся от золотого изваяния необыкновенного Цветка.
  
  

Глава 1.7. В гостях у феи

  
   Оказавшись на поверхности, Сергей зажмурился. После темноты подземелья глаза протестовали. Немного привыкнув, он открыл их и поразился сочности открывшегося пейзажа. Его окружал тропический сад изысканной красоты. А чуть в отдалении, словно вынесенный из страны Оз, возвышался дворец, сияя изумрудным светом.
  
   - Нравится?
  
   Сергей обернулся на голос. Позади стояла и улыбалась Фло, нисколечко не уступавшая по красоте своим владениям. Платье ее, хоть и не изменило фасона, теперь было очаровательно розового цвета, так что девушка, стоявшая на фоне окружающей ее зелени, стала похожа на прекрасный экзотический цветок.
  
   - Да! - согласился Сергей, не скрывая своего восхищения, и по его виду трудно было понять, что больше его поразило, красота сада или его хозяйки.
  
   - Пошли в дом, - пригласила фея, подойдя к Сергею и взяв его за руку. - Побеседуем за чашкой чая.
  
   Войдя в дверь, Малышев нерешительно остановился. Он оказался в зале, словно сошедшем с картины Сальвадора Дали. Мебель была вытянутой и оплывшей. Стоило же Сергею пристально посмотреть на какую-нибудь часть интерьера, как та тут же начинала бурную трансформацию, увеличиваясь в размерах и наползая.
  
   Фея вдруг легонько хлопнула Малышева по спине на уровне лопаток. Шлепок был довольно умеренной силы, тем не менее, у молодого человека перехватило дыхание и зазвенело в ушах. В голове как будто что-то сдвинулось, и зал принял вполне респектабельный вид.
  
   - Забыла предупредить, - невинным тоном сообщила Фло. - Этот дворец вылеплен из моей овеществленной энергии. Поэтому, чтобы с комфортом находиться здесь, требуется более высокий уровень осознания.
  
   Сергей чувствовал себя очень непривычно, пребывая в каком-то странном воздушном состоянии. Слова волшебницы, казалось, полностью ему все объяснили. Однако спроси его кто-нибудь, что конкретно он понял, молодой человек вряд ли смог бы что-нибудь внятное сказать. Рациональному "Я" было невдомек, что представляют собой эти уровни осознания, но нечто другое в нем как будто бы имело об этом определенное представление.
  
   Волшебница направилась в сторону огромного серванта, заполненного великолепными хрустальными изделиями. Сергей двинулся за ней, испытывая при этом необычные ощущения. Он не чувствовал под собой ног и, казалось, плыл по воздуху. Девушка остановилась напротив серванта, дожидаясь Сергея, взяла его за руку, и объект интерьера, вдруг превратившись в воронку, их поглотил.
  
   Малышев испытал ощущение пробуждения. Он оказался в другом зале. Пол под ногами снова был твердым. Мебель стояла на своих местах неподвижно и основательно. Сергей вновь почувствовал себя человеком.
  
   - Все это не для моих нервов, - пожаловался он.
  
   - Ничего, привыкнешь, - успокоила Фло, но глаза ее стали вдруг как-то странно поблескивать. - Этот замок - настоящее зазеркалье. Тебе здесь нужно быть очень осторожным, иначе так затеряешься, что даже и я потом не найду.
  
   Сергей поежился. Ему было как-то не по себе при мысли, что он находится во власти Аморфа. Существа эти загадочны, наукой не поняты, так что кто знает, что может прийти им в голову? Малышев украдкой взглянул на фею и побледнел. Ее внешний вид сейчас совсем не внушал доверия. Девушка больше походила теперь на ведьму. Безобидный вначале блеск глаз разросся до зловещего огня, губы стали кроваво-красными и хищно приоткрылись, кожа побледнела, волосы растрепались и, казалось, еще больше почернели.
  
   Почувствовав, что Малышев на нее смотрит, Фло резко остановилась и, развернувшись к нему, гулко захохотала. Сергей отпрыгнул в сторону, но в этот момент девушка закашлялась и согнулась пополам, заполнив зал звонким, как звук колокольчиков, смехом. Она смеялась так неудержимо и весело, что Малышев начал надеяться, что благоприятный исход для него возможен.
  
   - Ох, извини Сергей... - сквозь смех оправдывалась фея безо всякого, впрочем, раскаяния. - Я просто пошутила. У тебя был такой подавленный вид, что трудно было удержаться от розыгрыша.
  
   Жизнь снова возвращалась к Сергею. Щеки его порозовели, возможно даже больше обычного. Девушка после своей метаморфозы, казалось, стала еще прекраснее. Мысли о том, что она способна отнять чью-то душу, кого-то съесть или просто выпить кровь у какого-нибудь бедолаги, постепенно выветривались у парня из головы.
  
   - А почему ты не сделала обычный замок? - поинтересовался Малышев.
  
   - В обычном здании гостей не удержишь, - хихикнула фея, но потом, видимо решив, что с Сергея достаточно, напомнила ему уже более серьезным тоном. - Это тебе он кажется необычным, но живу-то в нем я... Мы, кстати, собирались чаю попить. Присаживайся.
  
   Малышев только сейчас заметил, что находится новом помещении с богато сервированным столом. Чай у Феи состоял из самых разнообразных экзотических блюд, способных поразить воображение даже самого искушенного в кулинарии человека. Сергей вопросительно взглянул на Фло, та ободряюще подмигнула, в животе требовательно заурчало, и они оба с удовольствием уселись за стол, расположившись напротив друг друга.
  
   Все блюда были незнакомые, но Малышева это не смущало. Не ломая голову над тонкостями столового этикета, он приступил к трапезе. Девушка тоже ела с большим аппетитом.
  
   - Ох, и проголодалась же я, пока торчала в той пещере, - сказала она, набрасываясь на мясо в желе. - Ты ешь давай, не стесняйся, а то ведь я могу тут все одна подмести.
  
   Сергей и не стеснялся. Пища была необычная, но очень вкусная. Однако съесть все, что находилось на столе, вряд ли под силу было и десятку гостей. Насытившись, он с сожалением откинулся на спинку стула, который тут же принял форму удобного кресла. Фея не спеша доела десерт, и почти все столовые приборы исчезли. На столе остались стоять только два наполненных бокала. Обещанным чаем предложенный напиток не являлся, но был призван, по всей видимости, его заменить.
  
   Взяв бокал, Фло с удовольствием отпила из него и откинулась в кресле. Поняв, что начинается деловая часть встречи, Сергей попробовал свой напиток, тот оказался безалкогольным и очень приятным на вкус. Устроившись поудобнее, молодой человек спросил:
  
   - Какова цель твоего пребывания на Земле?
  
   - Странный вопрос, - удивилась Фло. - Ах да, ты же у нас официальное лицо, - хихикнула девушка. - Как же это я сразу не поняла по твоему лицу? Оно у тебя такое официальное.
  
   Малышев сделал зверский вид, и Фея, кашлянув, прикинулась послушной.
  
   - Какова цель? Ну, я здесь живу, играю, путаю планы разрушителей, помогаю некоторым официальным лицам... - не удержавшись, она снова хихикнула, но поправилась и опять изобразила на лице серьезность.
  
   Сергей понял, что беседу следует вести более непринужденно. Он улыбнулся, отхлебнул из бокала и поинтересовался:
  
   - А в чем конкретно может состоять твоя помощь официальному лицу?
  
   - Я могу научить его уму-разуму.
  
   - А как насчет личного участия в деле? - с надеждой спросил Малышев.
  
   Фло поставила бокал и уже совершенно серьезно сказала:
  
   - Исключено.
  
   - Но почему?
  
   - Потому что мне нельзя. Та реальность, в которой мы сейчас находимся, расположена на изолированном участке времени. Наше прошлое начинается с момента вторжения разрушителей, а будущее не определено. Вся система пребывает в неустойчивом равновесии, и так получилось, что вы с Кащеем являетесь его полюсами. Так что только вам и дозволено сие равновесие нарушать.
  
   - Кем дозволено? Разве есть что-то, что может остановить тебя? - растерянно спросил Сергей, невольно намекая девушке, что догадывается о ее происхождении.
  
   - Я, как и все, подчиняюсь законам Мироздания, - пожала Фло плечами, - и сейчас эти законы связывают мне руки. За примерами не надо далеко ходить. Ведь именно ты освободил меня из одного очень неприятного положения. Ты что же, думаешь, я по своей глупости в него попала? Мироздание просто и недвусмысленно указало мне мое место.
  
   - Значит, ловушку тебе устроил не Кащей? - не переставал удивляться Малышев.
  
   - Видишь ли, совершенно не важно, кто был автором ловушки, - заметила Фло. - Важно то, что такие вещи в обычной ситуации для меня безвредны. Вот представь себе, что ты прилип к обыкновенной бумаге для мух и не можешь ни отклеится, ни просто порвать ее. Ты бы грешил на того, кто разложил ее повсюду? Ведь бумага-то обыкновенная.
  
   - Ты хочешь сказать, что надеяться мне придется только на себя? - спросил Сергей.
  
   - Скажем так, - уточнила Фло. - Я не могу за тебя одолеть Кащея, но в состоянии выступить в роли тренера.
  
   - То есть ты думаешь, что сейчас я слабоват? - поинтересовался Малышев.
  
   - Точно. Именно так я и думаю.
  
   - Но почему? - удивился Сергей. - Ты же меня не знаешь.
  
   - Я вижу твою энергию. У тебя недостаточно личной силы (1). У Кащея ее больше, - заверила Фло. - Будь ты обычный человек, я сказала бы, что ты проиграешь, но с интеллектуалами все сложнее... В общем, сейчас твои шансы на победу невелики, и я советовала бы тебе получше подготовиться к встрече.
  
   - Что ты предлагаешь?
  
   - Вначале я должна тебя лучше узнать, - сказала волшебница. - И попутно я могла бы передать тебе кое-что полезное из моих знаний.
  
   - Было бы не плохо, - согласился молодой человек.
  
   - Значит, ты не возражаешь? - уточнила Фло.
  
   - Значит, я не возражаю, - откликнулся Сергей. - "А чего мне возражать? Я лежу, соображаю, сколько мне еще лежать" (2). Дело-то житейское, меня постоянно кто-нибудь чему-нибудь учит.
  
   - И Аморфы тебя уже учили? - невинно спросила Фло, но что-то в ее интонациях заставило Малышева вздрогнуть. Девушка впервые недвусмысленно призналась, кто она такая, а космические Леди без крайней необходимости этого не делали. Точнее они вообще такого не делали никогда.
  
   - Это что-то меняет? - осторожно уточнил Сергей.
  
   - Ишь ты как притих сразу, - хихикнула Фея, а затем более серьезно добавила: - Я хочу это сделать с тобой так, как мы делаем друг с другом.
  
   - Это не опасно? - еще более осторожно спросил Сергей.
  
   - Совсем не опасно, - успокоила Фло. - Но возможно, это покажется тебе несколько необычным... интимным что ли. Ну и как, не передумал?
  
   Сергей пару секунд размышлял.
  
   - Согласен, - ответил он, - если это не опасно, то с какой стати я должен отказываться.
  
   - Тогда сиди спокойно, что бы я с тобой ни делала, - предупредила Фло. Она вдруг перелилась через стол, и Сергей, не успев даже пикнуть, оказался в ее крепких объятиях. Его тело наполнилось приятной истомой, исходящей от девушки.
  
   "Что все это значит?" - мысленно спросил Сергей, ему почему-то вдруг отказали речевые функции.
  
   "Расслабься и не мешай, - попросила Фло. - Я должна еще найти способ к тебе подключиться".
  
   Какое-то мгновение она, казалось, раздумывала, что делать дальше, а затем ее губы неуверенно коснулись его губ, и по телу Сергея пробежала горячая волна удовольствия. Второй поцелуй был уже более уверенным, долгим и сопровождался целой серией эмоциональных вихрей. Зато третий уже не был просто поцелуем. Малышев вдруг понял, что они находятся в самом что ни наесть интимном контакте, но протестовать не было уже никакой возможности. Все тело наполнилось наслаждением, едва переносимым по интенсивности. Он стал словно бы растворяться, и это было хорошо, потому что ощущения, расширяясь за рамки бренной оболочки, становились гораздо более умеренными.
  
   В следующее мгновение молодой человек будто освободился, вырвавшись на бесконечный простор. Черноту окружающего космоса сменил льющийся отовсюду яркий голубой свет, который, тем не менее, совсем не ослеплял, а словно напитывал Сергея пузырящейся энергией и давал ощущение необыкновенной ясности. Малышев чувствовал себя легким и текучим, как облако, парящее в небе. Он был совершенно не способен ни о чем думать, какая-то сила останавливала поток мыслей, но это его совсем не беспокоило. Он абсолютно точно знал, что с ним происходит, и знал, казалось, все на свете.
  
   Ощущение физической близости отошло на второй план, сменившись чувством какого-то духовного единства, доставлявшим, тем не менее, незнакомое и совершенно специфическое удовольствие. Молодой человек почувствовал, что его сознание словно смешивается с сознанием девушки. И как только этот процесс завершился, Фло откликнулась:
  
   - Ты достиг Места Безмолвного Знания (3). - Ее мягкий, рождающий всполохи розового света голос звучал казалось со всех сторон. - У тебя достаточно личной силы, чтобы унести отсюда немного того, что тебе может пригодиться. Сконцентрируйся на вопросах, ответы на которые хочешь получить.
  
   Последняя фраза прозвучала как приказ. Тело Сергея сделало какое-то необычное для себя усилие, и голубой мир сменился безжизненной туманной равниной. При этом Малышев не ощущал себя ее частью, наблюдая за окружающим пейзажем как будто бы из другого измерения. Однако он ЗНАЛ, что здесь поблизости покоится один очень могущественный артефакт древнейшей цивилизации Куи (4), который Баба Яга назвала мечом-кладенцом.
  
   Некоторое время это знание было столь же бессловесным, как и все в голубом мире. Но затем оно стало оформляться в конкретные мысли и образы, а чувство Ясности, наоборот, стало меркнуть, покидая Сергея. Пленка пространства, отделяющая его от этой равнины, была готова уже лопнуть, но волшебница удержала Малышева.
  
   - Подожди немного, - сказала она. - Ты выбрал место своей охоты, но наша беседа еще не окончена.
  
   Способность мыслить окончательно вернулась к Сергею, тем не менее, он чувствовал себя очень неопределенно, как будто во сне за минуту до пробуждения.
  
   - Где Я? - спросил Малышев. - Что со мной?
  
   - Ты в своем теле сновидения (5) находишься на известной тебе планете Аид, в относительно безопасном месте, как раз на периферии Зоны Смерти (6), - ответила Фло.
  
   - Слава богу. Значит, я сплю?
  
   - Сновидишь, - поправила Леди, - это не одно и тоже. Люди спят в своем воображении, а ты находишься в реальном месте и, если пожелаешь, то окажешься там физически.
  
   - Я пока подожду с этим, ладно? - попросил Сергей. - А где в таком случае я сейчас нахожусь физически?
  
   - Твое физическое тело сейчас находится у меня во дворце, - интимным тоном пояснила Фло. - И ему очень приятно.
  
   Сергей бы, наверное, покраснел, но тело Сновидения, по всей видимости, не умело этого делать.
  
   - Между прочим, мы так не договаривались, - возмутился он. - На Земле, знаешь ли, как-то принято сперва получше узнать друг друга.
  
   Фло хихикнула.
  
   - Я, в общем-то, предполагала такую реакцию, поэтому честно спрашивала твоего разрешения, - напомнила она. - У нас собственно это и является способом получше узнать друг друга. Мы просто с тобой общались.
  
   - Так, как вы общаетесь между собой? - смущенно спросил Сергей.
  
   - Не совсем, - сказала Фло и снова хихикнула, - скорее так, как Аморфы общались бы с людьми, если б делали это раньше.
  
   - Есть какая-то разница?
  
   - Ага, - ответила девушка, и в голосе ее прозвучало детское восхищение. - Такая разница, что мне хотелось бы сделать это еще раз. Много раз бы хотелось сделать. Понимаешь, между моими соплеменницами это всего лишь удобный способ общения. А с тобой... мы делали энергию, и ее было так много, она пенилась, играла и... это было очень приятно. Думаю, что идея стать твоим тренером была очень не плохой.
  
   - А моего согласия, значит, здесь никто уже не спрашивает? - заерепенился Сергей.
  
   - Ну что ты, что ты, - смиренно возразила Фло, но это было смирение кошки, играющей с мышью. - Просто тебе нужно многому научиться, а кроме меня, тебе помочь больше некому.
  
   Сергей помолчал, привыкая к своему положению, и вынужден был признать, что нисколечко им не тяготится. За все время беседы он наблюдал один лишь унылый пейзаж Аида и не мог понять, откуда идет голос собеседницы.
  
   - Где ты? - спросил он, наконец. - Почему я тебя не вижу?
  
   - Потому что меня там и нет, - пояснила Фло. - Мы общаемся благодаря лишь той энергетической связи, которая возникла между нами после известных тебе столь замечательных событий.
  
   - А ты можешь сделать так, чтобы я тебя видел.
  
   - Конечно, только тогда ты окажешься в моем мире. Хочешь? - в голосе Фло послышались жадные нотки.
  
   - Нет-нет! - поспешно сказал Сергей. - А тот голубой мир, что это было?
  
   - Место Безмолвного Знания. Оно доступно любому человеку, умеющему туда попасть.
  
   - Вот здорово, - обрадовался Сергей. - То есть я теперь сам смогу появляться там, без твоей помощи?
  
   - Конечно, - подтвердила Фло. - Как только у тебя будет достаточно для этого личной силы.
  
   - Опять сила? - вздохнул Сергей.
  
   - А ты как хотел?
  
   Малышев собрался с мыслями.
  
   - Скажи, Фло, ты не знаешь, где сейчас находится Кащей?
  
   - В одном месте... в другом мире, - с трудом подбирая слова, ответила девушка. - Трудно объяснить. Ну... в общем, ты все равно не сможешь туда попасть.
  
   - Почему?
  
   - У тебя недостаточно личной силы.
  
   - А ты? - с надеждой спросил Малышев. - Ты сможешь меня туда доставить?
  
   - Да, но нет.
  
   Сергей хихикнул, ему понравился этот оборот. ("Малышев! Вы приготовили отчет?" - "Да, но нет".)
  
   - Тебе туда нельзя, - пояснила Фло. - Я уже говорила, что это было бы преждевременно.
  
   - Почему ты так думаешь?
  
   - Я не думаю, я ЗНАЮ, - поправила она.
  
   - Откуда?
  
   - У меня достаточно для этого личной силы.
  
   - Вот черт! - воскликнул Сергей. - Опять двадцать пять за рыбу деньги. Что такое эта личная сила?
  
   - Личная сила - это личная сила, - ответила Фло, и в голосе ее прозвучала улыбка. - О ней не говорят - за ней охотятся, ее накапливают. А когда ее становится достаточно, то и объяснять уже ничего не надо. У вас с Кащеем сейчас хрупкое равновесие. Стоит кому-нибудь сделать ход, как другой немедленно получит преимущество. А, кроме того...
  
   - У Кащея больше, чем у меня, личной силы, - закончил Сергей начатую девушкой фразу.
  
   - Вот видишь, ты и сам все понял, - засмеялась Фло.
  
   - Я старался, - хмыкнул Малышев. - Так что ты мне можешь посоветовать?
  
   - Отправляйся на свою Охоту, - сказала Леди. - Найди Меч Куи.
  
   - Ты думаешь, он поможет мне справиться с невидимкой?
  
   - Само по себе это достаточно мощное оружие, если умеешь им пользоваться, конечно. Но, в общем-то, дело не в нем... - Фло хотела еще что-то добавить, но прикусила язык. Сергей же, увлеченный новой информацией, не обратил на это внимания.
  
   - А в чем? - с интересом спросил он.
  
   - В Охоте, конечно, - ответила Леди. - Поиски Меча могут оказаться для тебя прекрасной Охотой за Силой.
  
   - Да бог с ней с силой, - засмеялся Сергей. - Я воин, и для меня хорошее оружие стоит гораздо больше какой-то мистической силы. В одном я с тобой согласен - Меч Куи мне не помешает.
  
   - Не будь таким легкомысленным, - жестко одернула его Фло. Такого металла он еще ни разу не слышал в ее голосе. - Если не хочешь, чтобы я вернула тебя во дворец и провела массированный обмен энергией с целью прочищения мозгов. Кстати, - сладким голосом продолжила она. - Как показывают последние исследования в области общения Аморфа и человека, это пойдет тебе на пользу в плане увеличения твоей личной силы.
  
   - Так что ты там говорила по поводу моей Охоты в Зоне смерти? - поспешно переспросил Сергей. Фея молчала, словно раздумывая.
  
   - Ну же, - запаниковал Сергей. - Я чувствую, мне действительно нужна эта Охота.
  
   Девушка не выдержала и звонко рассмеялась.
  
   - Какой же ты все-таки забавный, - сказала она. - У тебя есть еще одно хорошее качество, - хихикнула Фло. - Ты меня смешишь. Но хорошо, - продолжила она уже серьезным тоном, - Мое вИдение подсказывает мне, что в этой Охоте ты можешь научиться манипулировать своим восприятием.
  
   - Что ты имеешь в виду?
  
   - А вот об этом мы поговорим позже, когда ты вернешься.
  
   - Как же я смогу сделать то, что сам не понимаю, - расстроился Сергей.
  
   - Проще простого, - отрезала Фея. - Прислушайся к той личной силе, что у тебя есть. Ты уже манипулировал сознанием, когда использовал имперсонацию. Работать с восприятием немногим сложнее. Итак, ты идешь или остаешься?
  
   - Иду, - поспешно сказал Сергей.
  
   - Жаль, - вздохнула Фло. - Я ведь говорила тогда серьезно, - сказала она. - Если останешься, затратишь чуть больше времени, а результат будет тот же, и никакого риска.
  
   - Нет, - веско возразил Сергей и улыбнулся. - Я не сомневаюсь, что в будущем ты меня получишь, но сейчас... - он поискал слова, пытаясь выразить то, что чувствовал сердцем. - Оставшись, возможно, я и наберу тонну этой твоей личной силы без всякого риска, но без этой Охоты, мне кажется, я упущу что-то очень важное, без чего мне потом не обойтись.
  
   - А сейчас ты можешь идти! - звонко и весело сказала Фея. - Удачной Охоты, воин!
  
   Тонкая пленка, отделяющая Сергея от царства Аида, лопнула, и он понял, что просыпается.
   __________________________________________________________________________________________________
   Сноски:
  
   1 - Личная сила (термин К. Кастанеды) - уровень совокупной энергии человека (физической, астральной, ментальной, духовной) определяющий его предельные возможности.
  
   2 - Михалков С.В. "Грипп"
  
   3 - Место Безмолвного Знания (термин К. Кастанеды) - состояние человека, в котором он узнает ответы на любые свои вопросы сразу, без логических умозаключений. То есть человек все понимает, но не может объяснить. Чтобы найти объяснения ему по сути необходимо подобрать нужные слова и совершить логическую работу. Логическое знание и безмолвное - это взаимоисключающие процессы. Пытаясь найти объяснения знаниям человек теряет возможность понимать их без объяснений.
  
   4 - Куи - легендарная, как и Аморфы, древняя цивилизация, известная своими артефактами - продуктами технической деятельности, назначение которых в большинстве случаев так и осталось не выясненным.
  
   5 - СновИдение (термин К. Кастанеды, ударение на втором слоге) - магическое действие, позволяющее в состоянии управляемого сна видеть события реальности, происходящие как в непосредственной близости от спящего человека, так и далеко от него. При достаточном уровне личной силы можно даже вмешиваться в эти события.
  
   Тело сновИдения (термин К. Кастанеды) - энергетический двойник человека, который активируется в состоянии сновИдения.
  
   6 - Зона Смерти - это аномальная область на планете Аид. Атмосфера Аида пригодна для дыхания, но это единственное, что здесь помогает человеку выжить. В своем арсенале данная планета имеет множество средств, способных отнять жизнь, а аномальные области этими средствами изобилуют.
  
  

Часть 2. ОХОТА ЗА СИЛОЙ

  
   Кипит гранит, пылает лед,
   И легкий пух сбивает с ног.
   Что за напасть!
   (Юлий Ким)
  
   Посмотрите, вот он
   По канату идет,
   Чуть левее наклон:
   Упадет - пропадет.
   (Владимир Высоцкий)
  
   Редкая птица дочешет до середины,
   А если дочешет, так гикнется,
   Что копыта отбросит.
   (Леон Измайлов)

Глава 2.1. Настройка восприятия

  
   В нос ударил омерзительный едкий запах, по телу волнами прошел холод близкой опасности, и именно тогда Сергей окончательно пришел в себя. Небо было заполнено низкими, тяжелыми, ядовито-зеленого цвета тучами. Где-то вдали облачный пудинг заканчивался, и там, Сергей это чувствовал, было относительно безопасно, но, к сожалению, ему нужно было находится здесь, а если быть точным, то в другом, еще более опасном месте.
  
   Перед Малышевым простиралась на километры серая с рыжими пятнами зловонная лужа, болото, покрытое, как бородавками, частыми кочками, бурыми от проросшей на них травы. Обособившись от остального мира, Зона жила своей собственной зловещей жизнью. Она хорошо знала свои границы: вездесущая аидская фиолетовая трава обрывалась, словно срезанная ножом, переходя в серую как пепел землю, покрытую кое-где бурой растительностью и рыжей как ржавчина плесенью. Дальше шло пятнистое болото, а еще дальше все скрадывалось витающей в воздухе дымкой и пропадало совсем.
  
   Сергей чувствовал, в каком направлении находится интересующий его артефакт, словно некий компас был вмонтирован в его тело с тех пор, как он побывал в Месте Безмолвного Знания. Однако он не спешил ринуться на запах, как гончая собака. Впереди было много ловушек, судя по исходящему от этих мест "дыханию смерти". Малышев попробовал определить положение хотя бы некоторых из них. Комариные плеши, например, на границах должны были вызывать бурление воды. Он внимательно пригляделся и присвистнул. Вода в болоте, казалось, вся потихоньку кипела.
  
   Сергей огляделся. Увидев у себя за спиной большой камень, он решил присесть на него и собраться с мыслями.
  
   "Прежде всего, нужно подумать о чем-то хорошем, жизнеутверждающем, - решил молодой человек. - И что же хорошего можно найти в моем положении? Во-первых, хоть впереди и много ловушек, между ними должны быть безопасные проходы. Ведь согласно теории Штерна-Гротца (1) соприкосновение аномалий нарушает стабильность аномальной зоны. А во-вторых, Меч Куи не может находиться внутри ловушки, потому что сам подчиняется законам аномалий (2). Ну вот и на душе вроде теплее стало. Осталось только как-нибудь научиться видеть ловушки. По всей видимости, это как раз и является основной добычей в моей Охоте за Силой".
  
   Сергей стал перебирать в памяти все, что в той или иной мере могло относиться к данному вопросу, и очень быстро вспомнил интервью с Фрэнком Фишером, запись которого он имел честь просматривать по долгу службы в КОМКОБе...
  
  
  
   ...СЛЕДОВАТЕЛЬ: Расскажите Фрэнк, как Вы попали в аварию?
  
   ФРЭНК ФИШЕР: Я вылетел в квадрат 18-54, мне надо было выяснить, что случилось с автоматическим зондом, который перестал отвечать на внешние сигналы. На подлете к поверхности мой флаер неожиданно потерял управление и стал падать. Я и не догадывался в тот момент, что попал в аномальную зону, наши приборы ее не фиксировали. В тот раз мне просто чудом удалось уцелеть. Какое-то сильное излучение мешало использовать левитацию... (Пауза, Фрэнк о чем-то задумался).
  
   С.: Что было дальше?
  
   Ф.Ф.: При ударе я потерял сознание, а когда очнулся, то понял, что нахожусь в аномальной зоне.
  
   С.: Почему Вы так решили?
  
   Ф.Ф.: Там наблюдалась сильная дифракция солнечных лучей, отчего светило выглядело как огненное кольцо. Этот эффект очень напоминал солнечное затмение. Собственно поэтому-то я и назвал в отчете эту зону "Лабиринтом затмения".
  
   С.: А почему лабиринтом?
  
   Ф.Ф.: Потому что она представляла собой топологический лабиринт. Я пришел к такому выводу, когда третий раза подряд вышел к одному и тому же месту, хотя двигался не сворачивая в прямом направлении. Прям зазеркалье какое-то там было ей богу.
  
   С.: И как вы выяснили, что место было тоже самое?
  
   Ф.Ф.: Мне пришлось сменить отработанный воздушный клапан, старый я, естественно, выбросил. Так вот именно на него я периодически и натыкался. В первый раз даже подумал, что иду по чьему-то следу, но после того как стал проходить мимо него во второй раз, не поленился, нагнулся и проверил - оказалось, что фильтр мой.
  
   Я там, знаете ли, всячески экспериментировал, пробовал двигаться то в одну сторону, то в другую, оставляя за собой цепочку поисковых меток, и выяснил, что нахожусь в каком-то сложном анизотропном поле, искривляющем метрику пространства. Двигаясь в одном направлении, например, я натыкался на свои фишки едва ли не через каждые десять метров, в другом же - шел не менее километра.
  
   Я тогда предположил, что поле неоднородно, и понял, что если двигаться по тем участкам, где искривление метрики минимально, то можно выйти из Зазеркалья, как из лабиринта.
  
   С.: Судя по тому, что вы сидите здесь и разговариваете со мной, Вам это удалось, верно?
  
   Ф.Ф.: Не стану отрицать.
  
   С.: Но каким образом?
  
   Ф.Ф.: Кажется, мне удалось визуализировать эти поля, но не спрашивайте как, я вряд ли смогу объяснить. У меня ж ведь тогда кислорода оставалось на пару часов. Сами понимаете, мозги трещали в поисках выхода. Очень уж помирать не хотелось. И взяла меня вдруг такая злость, что аж в глазах потемнело. Потом смотрю, что такое? А в злости ли дело? Где тьма египетская, что твой космос, а где и посветлее. В общем, к свету я и пошел. А дальше уже проще. Выхожу из лабиринта, глядь, а солнышко-то уже обыкновенное. И скиф (3) с ребятами из шестой бригады рядом приземляется.
  
   С.: Но почему Вы тогда решили, что это была визуализация полей?
  
   Ф.Ф.: Если быть честным, я в тот момент ничего не решил. Просто знал, что нужно идти к свету, пока кислород не кончился. Космодесантники, знаете ли, учатся вначале действовать, а уже потом на базе за чашкой чая анализировать, а те кто не учится, долго не живут. И хорошо еще, если скафандр с "мыслящим" (4) потом найдут.
  
   С.: Но сейчас-то вы что об этом думаете?
  
   Ф.Ф.: Вначале, грешным делом, подумал, что "Зазеркалье" это разумная зона, словно какой-нибудь там Аморф. Типа прониклась она сочувствием к гибнущему человеку и, так сказать, совершила акт доброй воли. Но потом я слетал специально туда и проверил. Нет там никакого осознания - аномалия одна. Так что вот и выходит, что получилось у меня вроде как визуализация полей.
  
   С.: А Вы не пробовали повторить этот свой результат?
  
   Ф.Ф.: Пробовал, конечно. Да только ничего у меня не вышло. Там ведь, сами понимаете, ситуация другая была, там я за жизнь свою боролся...
  
   ...Сергей лично был знаком с Фрэнком, они вместе в одном классе занимались имперсонацией. И этот студент любому в группе мог дать десять очков форы.
  
   "Постой-постой, Фло что-то там сказала по поводу имперсонации? Она говорила, вроде, что работать с восприятием немногим сложнее. А не следует ли трактовать сие так, что для манипуляции восприятием могут сгодиться приемы имперсонации или подобные им. Что если попробовать?"
  
   Сергей расслабился, остановил поток мыслей и вошел в состояние внутреннего безмолвия, необходимое для создания двойника. Далее требовалось задействовать соответствующие функции сознания для его синхронизации с ментальным полем социума, и для разделения личности с использованием полученной ментограммы. Но что считать социумом в аномальной зоне, где и людей-то никаких нет, Малышев понятия не имел. Он сидел и наслаждался тишиной, пытаясь, как советовала Фея, прислушиваться к личной силе.
  
   Внезапно тело Сергея испытало внутренний толчок и стремительное падение. Руки судорожно ухватились за камень, в поисках опоры, но тот, впрочем, оставался на месте, как и весь окружающий ландшафт. Тем не менее, с Малышевым происходило что-то неладное. Нарушилось ощущение реальности происходящего. Он стал чувствовать себя как во сне. Мир перед глазами вдруг поплыл и заколыхался подобно желе. Сергей потерял ориентацию, а в следующую секунду что-то с силой ударило его по затылку...
  
   _____________________________________________________________________________
   Сноски:
  
   (1) Речь идет о 3-ем условии стабильности Аномальной Зоны в модели Штерна-Гротца. (См. монографию С. Петронье "Основы теории макроскопических флюктуаций". М.: Прогресс, 2216 г.)
  
   (2) Как было установлено учеными, все обнаруженные артефакты Куи подчиняются законам макроскопических флюктуаций. (См. ту же монографию С. Петронье.)
  
   (3) Скиф - планетарный катер типа земля-орбита, вместимостью 10 человек. Используется космодесантниками для высадки на планету.
  
   (4) "Мыслящий" - кристаллическая форма сознания человека. В каждый скафандр вмонтировано устройство реинкарнации "посредник", которое при угрозе неминуемой гибели человека (разгерметизация скафандра, завершение кислорода, смертельное для жизни внешнее воздействие и т.п.) извлекает сознание из тела, записывая его в форме кристалла "мыслящего". Если скафандр с мыслящим удается найти, то погибшего человека можно вернуть к жизни, клонировав его тело из кусочка биологической ткани и восстановив сознание из мыслящего.
  

Глава 2.2. Знакомство с лабиринтом

  
   Очнувшись, Малышев некоторое время не мог понять, где он и что с ним происходит. По внутренним ощущениям его тело, словно бы потеряло твердость и колыхалось подобно студню. Затем он, скорее рефлекторно, чем осмысленно, произнес формулу завершения двойника и в голове сразу же прояснилось. Сергей почувствовал, как "затвердела" его бренная оболочка, и знакомые ощущения постепенно стали возвращаться. Он обнаружил под собой твердую почву и понял, что лежит на спине возле камня, на котором сидел, и с которого, похоже, сверзился, когда вся эта катавасия началась.
  
   "Черт, угораздило ж меня сесть на этот клятый булыжник. Слетел ведь как курица с насеста, - потирая рукой ушибленный затылок, подумал Малышев. Он открыл глаза, увидел над головой зеленоватый облачный пудинг и принял сидячее положение, придерживаясь рукой за камень (голова все еще слегка кружилась). Сергей посмотрел прямо перед собой и замер от неожиданности. В десяти метрах от него колыхалась молочно-белая, но неплотная, как густой туман, слегка флюоресцирующая стена. Движение в ее слоях было упорядоченно и направлено вдоль тонких прожилок, именно они и светились, образуя неповторимые узоры. Сергей сразу вспомнил, что видел уже нечто подобное на видеограммах физиков-аномальщиков. Сейчас он, бесспорно, лицезрел во всей ее красе "комариную плешь" (или гравиконцентрат по научному).
  
   На его месте любой ученый бы ликовал. Сергей тоже, конечно, обрадовался, вот только радость его носила скорее прагматичный характер. Получилось, наконец-то, увидеть невидимую преграду, и теперь ее проще было обойти. Пошарив взглядом по поверхности гравиконцентрата, молодой человек обнаружил в двадцати метрах правее широкую щель в монолитной стене, которая высилась до облаков. Убегая ввысь, щель постепенно сужалась и где-то в километре над головой пропадала совсем. По всей видимости, это был проход между ловушками, который вроде бы вел в нужном направлении. Малышев приблизился к нему и вошел, погружаясь в зеленоватый сумрак.
  
   Двигаясь по тоннелю, Сергей чувствовал себя словно во дворце некроманта. Прожилки здесь светились ярче, причем стало заметно, что фосфоресцируют они призрачно-зеленым светом, создавая кладбищенскую атмосферу. И от этого разведчику становилось не по себе.
  
   По мере продвижения вперед проход заметно расширился и превратился в просторную залу. Сергей осмотрелся, и на пути его взгляда возникли новые ловушки, вызвав сильное головокружение. Малышев покачнулся, но сумел устоять. Сработали рефлексы, и организм самостоятельно выполнил фиксирующую команду имперсонации. Мир тут же успокоился и вернул себе стабильную форму.
  
   Сергей тем временем разглядывал новое достояние своего восприятия. Бешено клубясь и полыхая, изгибалась жила "ведьминого студня", местами узкая, как река, местами переходящая в широкие озерца с вытянутыми, как у амебы, во все стороны ложноножками. Аидский коллоид различался также и в стороне, в виде отдельных извивающихся клякс.
  
   Там, где серая пепельная почва пузырилась крепкими, как шляпки гигантских шампиньонов, буграми, что-то пульсировало малиновым светом. Ярко накаленная, однородная у самой вершины и бледная у основания, субстанция разветвлялась на тонкую, как корневые волоски, сетку прожилок. Кроме того бугры издавали ровное басовитое гудение, напоминающее одновременно звуки из трансформаторной будки и жужжание пчел.
  
   "Это "ж-ж-ж" неспроста", - согласился Малышев с мудрым Винни-Пухом, и решил держаться от подозрительных бугров подальше. Что это такое, он понятия не имел, но и любопытство излишнее его не донимало. Интуиция подсказывала, что на расстоянии холмики не опасны и этого было вполне достаточно, чтобы потерять к ним интерес.
  
   Еще Сергей с огорчением отметил, что его обычное зрение значительно притупилось. Видимые в нормальном состоянии предметы различались менее контрастно, ландшафт словно бы подернулся легкой дымкой. Но тут уж ничего нельзя было поделать; настроившись на восприятие новой информации, он, вероятно, терял часть старой.
  
   Меч Куи, судя по ощущениям, находился где-то в северном направлении, и именно этот путь был наиболее свободен от гравитационных ловушек. Кроме того, в той стороне болото быстро заканчивалось, переходя в бугристую равнину, залитую, словно лавой, малиновым светом. Но равнина сия очень не нравилась Малышеву, и что-то подсказывало ему, что ее следует обойти.
  
   "Ладно, - подумал Сергей. - Я не Илья Муромец. Мало ли какой мне там соловей-разбойник встретится. Пойду-ка я дорожкой окольною".
  
   К восточному направлению он тоже отнесся скептически: более заболоченное и слишком открытое, не равен час еще плюнет что-нибудь. А плевки в Зоне, будь спокоен, могут здорово припечатать. Ко всему прочему там имелась подозрительная роща, а лесных массивов на Аиде следовало избегать.
  
   Западный же путь особенно впечатлил Малышева своей непроходимостью. Там располагался настоящий гравитационный лабиринт, отвесными стенами возвышающийся над матёрой Аидской топью.
  
   - Двигаясь по этому маршруту, - начал Сергей голосом экскурсовода, - вы получите незабываемое эстетическое удовольствие от прекрасных видов непроходимого болота, вдоволь насладитесь запахами сероводорода и окунетесь в величавые грязевые воды. Вы увезете с собой массу впечатлений... если, конечно, не будете раздавлены "комариной плешью", - мрачно закончил он.
  
   И тем не менее именно этот путь чем-то привлекал Малышева. Как всегда в таких случаях, он не стал досконально анализировать свои впечатления, а просто прислушался к интуиции. Что же касается трудностей, "комариные плеши" пока не создавали особых проблем, а кроме того, можно было не бояться всяких плюющихся сюрпризов. Оставалась только топь, но и в болоте можно было жить, если обзавестись болотоступами. Сергей нащупал в кармашке сумы волшебную палочку и двумя взмахами сделал для себя это полезное приобретение.
  
   Он опробовал болотоступы и остался доволен. Двигаться в них следовало особым шаркающим шагом, поворачивая лодыжки так, что избыток воды слетал с пластин как раз перед тем, как нога снова опускалась на поверхность. Выполнив несколько пробных шагов и приноровившись к противоболотной обуви, молодой человек направился к гравитационному лабиринту.
  
   "Почему, собственно, ядро Аномальной Зоны должно оставаться доступным?" - спросил себя Сергей, осторожно обходя на порядочном расстоянии малиновый холмик.
  
   Не то чтобы ему особенно хотелось это понять. Просто в голову лезли всякие неприятные мысли, связанные с его непроверенной способностью видеть ловушки, и от этих мыслей нужно было отвлечься. Обогнув коллоидную кляксу, Малышев углубился в западный проход между гравиконцентратами, перебирая в уме различные модели аномальных зон.
  
   "Возьмем хотя бы модель Штерна-Гротца, - подумал он. - Согласно ей, избыточная энергия, излучаемая отдельными аномалиями, должна отводится наружу. Но такой отвод в силу непроницаемости ловушек возможен только через не занятые ими области пространства. Следовательно, должен быть путь свободный от аномалий".
  
   Насколько Сергей помнил теорию макроскопических флуктуаций, модель Штерна-Гротца предполагала существование в аномальной зоне особых энергетических потоков, двигающихся от ее ядра к периферии.
  
   "Найти бы хоть один такой поток, - мечтательно подумал Малышев. - Уж я бы по нему до самого центра зоны дотопал. Впрочем, не факт, что такие потоки безвредны. Может мне как раз следует их избегать. Кто знает, как они действуют на человека".
  
   Сделав очередной поворот по пути тоннеля, Сергей притормозил. Далее дорога раздваивалась. Он прислушался к своей интуиции в ожидании подсказки, но она, капризная, и не думала себя проявлять. Пожав плечами, он вошел в левый проход.
  
   Малышев преодолел уже около сотни метров, когда понял, что выбрал неправильный путь. Расщелина, по которой он шел, поворачивала, отклоняясь к югу, так что пришлось возвращаться. Двигаясь в обратном направлении, Сергей вдруг наткнулся взглядом на расплющенный куст какого-то растения. Он подобрал раздавленную ветку, и рука его дрогнула, ветка рассыпалась в пыль. Это была работа "комариной плеши".
  
   "Но каким образом", - подумал он, а затем его глаза расширились, и ноги сами понесли вперед. Оказавшись вновь перед двумя проходами, Малышев убедился, что правый стал значительно уже. Гравиконцентрат двигался, закрывая вход, это было бесспорно. Значительно больше внутренних разногласий вызывал другой вопрос: нужно ли ему туда идти? Если он отступит, то придется возвращаться и искать другие проходы. И еще неизвестно, что его в них ждет. Этот же путь вел к цели. Сейчас Малышев был в этом уверен.
  
   Он вдруг решился и рванул с места. Влетев в правую расщелину, он со спринтерской скоростью понесся вперед, выжимая из себя все что мог в неуклюжих болотоступах. Но время словно соревновалось с ним в беге, заставляя проход сужаться быстрее, чем он рассчитывал. Стены и действительно были уже близко, когда Сергей вдруг увидел "свет в конце тоннеля". Он вылетел из захлопывающейся ловушки как пуля из ружья, и тут же резкое чувство опасности бросило его на землю. Над головой разорвали воздух один за другим три мощных электрических разряда.
  
   Некоторое время Малышев ничего не видел, ослепленный яркими вспышками. Когда же зрение вернулось к нему, он понял, что приземлился как раз между двумя буграми, зловеще сияющими малиновым светом.
  
   "Ах, вот что это такое, - подумал Сергей. - Ну что ж, приятно было познакомиться".
  
   Он осторожно оглянулся. Буквально в двух метрах сзади беловато-зеленым светом переливалась стена. Прохода уже практически не было, тот слипался прямо на глазах. Малышева передернуло. Еще бы немного, и кердык. Впрочем, Сергей был уверен, что в этом случае "тень смерти" предупредила бы его заранее, и он не сунулся бы в эту злосчастную расщелину.
  
   "Как жаль, - подумал Сергей, - что в аномальных зонах нельзя использовать левитацию. Особенно возле гравиконцентратов. Она на них дурно влияет".
  
   Этот запрет накладывался также на любые приборы, манипулирующие с гравитационным полем, к числу которых, например, относились шапка-невидимка и ковер-самолет. Малышев вспомнил, как реагируют аномалии на искусственные гравитационные поля и поморщился. Как-то при прохождении полигона стажер новичок для большей скорости втайне от инструкторов решил воспользоваться левитацией, а потом всю группу пришлось реинкарнировать. Зона неожиданно начала сворачиваться. Техникам каким-то чудом удалось рассеять избыток энергии. Начальник базы потом неделю заикался, когда узнал, к каким последствиям мог привести взрыв полигона.
  
   Сергей вздохнул. Ситуация была не из приятных. Он лежал между двумя буграми, которые зловеще наливались малиновым светом при малейшем его движении, грозя поразить оружием Зевса, и при этом не было возможности взлететь, и покинуть опасную территорию не тревожа грунт.
  
   "Интересно, - подумал молодой человек. - А много ли в них запасено электричества? Может, проверить?"
  
   Философски решив, что заряд в буграх не может быть бесконечным, Малышев псионическим усилием сдвинул грунт на одном из них, и тот ярко вспыхнул, выплюнув из себя толстый ствол плазмы. Мощная электрическая дуга разветвилась на отдельные молнии, которые беспорядочным образом разлетелись во все стороны. Сергей просто чудом каким-то избежал удара высоковольтным разрядом, хотя его ощутимо тряхнуло током, идущим по земле.
  
   "Не, мне это не подойдет", - сразу решил он.
  
   Прямой эксперимент показывал, что трогать электрические бугры очень опасно. Однако повинуясь неожиданному толчку интуиции, Малышев не внял благоразумию, и поскреб грунт одновременно на обоих буграх. Те взорвались мощными электроразрядами, которые, выскочив, будто испугались друг друга и вонзились в землю по разные стороны от холмов.
  
   "Это уже лучше", - обрадовался Сергей и, окрыленный полученным опытом, решил почесать малиновые макушки.
  
   Бугры ответили яростным негодованием, воздух наполнился огнем и грохотом, глаза резануло ярким светом, но Малышев, зажмурившись и заткнув руками уши, не прекращал свои возмутительные действия. Постепенно стихия угомонилась, и он проверил результаты своей подрывной деятельности.
  
   Бугры не выглядели больше зловещими. Выдохнувшись, они жалобно помаргивали тусклым, еле заметным малиновым светом. Сергей подавил в себе желание вскочить и одним махом преодолеть пространство между ними. Вместо этого он очень осторожно пополз вперед. Над головой сверкнули остатки электричества и пару раз его терпимо ударило током.
  
   "Ну и ладно, - подумал Малышев, отползая на безопасное расстояние. - Жив остался - слава богу".
  
   Но это его приключение, как оказалось, еще не закончилось. Из-за правого бугра вылетела голубоватая, размером с крупный апельсин шаровая молния, двигавшаяся на высоте около метра над землей. Она притормозила, словно раздумывая, и не спеша двинулась в сторону Сергея. У того аж мурашки побежали по спине.
  
   "Тьфу ты черт! Несет же нелегкая, - мысленно чертыхнулся он и очень вежливо, легонько оттолкнул от себя шаровую молнию псионическим усилием. - Только бы не рванула", - тоскливо подумал молодой человек.
  
   Она вспыхнула возмущенно, как обиженная девчонка, и гордо удалилась за другой холм, а Сергей облегченно вздохнул и осторожно поднялся на ноги. Он огляделся по сторонам, прислушиваясь к себе и к окружающей действительности, никаких неожиданностей вроде больше не намечалось.
  
   "Страшный Суд окончен. Подсудимого помиловали", - возвращаясь к жизни, подумал молодой человек.
  
   Болото осталось по другую сторону от белой стены гравиконцентрата. Впереди лежала более-менее сухая земля, и надобность в пластинах отпала. Малышев достал волшебную палочку и с удовольствием отклеил их от сапог. Чтобы вернуть болотоступы назад, достаточно было просто снова приложить их к подошвам. Ноги уже порядочно устали от специфической походки и в особенности после той бешеной пробежки, во время которой спринтер, казалось, собрал на себя всю болотную грязь.
  
   - Н-да, ну и видок у меня, однако, - хихикнул Сергей и, встряхнувшись по-собачьи, стал чистым как ангел. Этому фокусу с волшебной палочкой его научил приятель в разведучилище. Выглядело все очень эффектно. Вот только смотреть было некому.
  
   Впереди располагалось широкое ущелье в теле гравитационного лабиринта. Оно было совершенно свободно от ловушек и вело в нужном направлении. Сергея это насторожило, но опасности с той стороны он по-прежнему не ощущал. Порадовавшись хорошей дороге, Малышев собрал снаряжение и двинулся к проходу. Однако, сделав несколько шагов, потерял сознание от резкой боли в голове.
  

Глава 2.3. Своенравная призрачная река

  
   Приходил в себя Сергей медленно и очень мучительно. Мозг терзала вязкая пульсирующая боль. Молодой человек приподнял тяжелые веки. Вокруг была голубоватая мерцающая субстанция, и он мчался сквозь нее с огромной скоростью. Мысли еле ворочались, и Малышев все никак не мог сообразить, что с ним происходит. Он ощущал себя стоящим на дне причудливой призрачной реки, стремительно проносящей мимо него свои неощутимые воды.
  
   Медленно, как во сне, Сергей повернулся и двинулся поперек течения, рефлекторно стремясь выйти на берег. Когда он окончательно пришел в себя, боль прошла, и воздух вновь обрел свою бесцветность. Вот только в трех метрах позади, стремительно вылетая из одного конца ущелья и уносясь в другой, протекал флюоресцирующий голубоватый поток, из которого молодой человек, по всей видимости, и вышел. Явление это оказалось довольно прозрачным. По крайней мере, два злополучных электрохолма на противоположном "берегу" видны были вполне отчетливо. Очевидно, в полубессознательном состоянии Сергей пересек эту странную реку и оказался на другой ее стороне.
  
   "Что это такое", - подумал он.
  
   Естественным образом вспомнилась модель Штерна-Гротца, но выводы ее (о существовании энергетических потоков в Зоне) Малышева сейчас совсем не радовали. Эта "река" возможно и могла без всяких приключений вывести его прямиком к цели, однако перспектива идти в ее "водах", испытывая адскую головную боль, откровенно пугала.
  
   Сергей подумал, что мог бы двигаться вдоль берега, окунаясь в поток лишь в случаях, когда потребуется преодолеть попадающиеся на пути ловушки. Такой вариант казался уже не столь мучительным, но его все равно требовалось проверять. И собственно, скоро ему это уже предстояло сделать. Ведь впереди по курсу располагался вход в гравитационное ущелье, обойти которое не было никакой возможности. Сколько придется по проходу идти - неизвестно, и выдержит ли мученик сие испытание оставалось вопросом.
  
   Подойдя к расщелине в плотную, Сергей собрался с силами и вошел в летящую со скоростью ветра голубую стену. Голову опять пронзила проклятая боль. Она оказалась не столь сильной, как в первый раз, поэтому сознание молодой человек не потерял, однако по-прежнему представляла серьезную проблему. Малышев судорожно стиснул челюсти, едва не прикусив язык, и скорее рефлекторно, чем осознанно выставил псионический щит. Боль сразу же стала терпимой. Не веря этому чуду, Сергей воодушевлено прислушивался к себе, двигаясь против течения.
  
   "А ведь это здорово, - ускоряя шаг, радовался он. - Ай да Малышев, ай да сукин сын!"
  
   Молодой человек заметил, что его зрение еще более притупилось. Реальные предметы он практически уже не в состоянии был различать, зато призрачная, находящаяся за пределами обыденного восприятия ткань ловушек как будто стала выглядеть еще более четко. Так, на месте холмов Сергей наблюдал бородатые малиновые пятна, стены гравиконцентратов светились ярче и стали более монолитными. А когда разведчик обратил внимание на коллоид, то не увидел над ним всполохов красноватого пламени, зато тот приобрел контрастные очертания, и стала различима его внутренняя структура. Благодаря этому Малышев, например, заметил, что участок "ведьминого студня", расположенный ближе к "берегу", словно замерз, оставаясь практически неподвижным, зато вся противоположная его часть кипела с удвоенной энергией.
  
   Ловушки сторонились "реки". Большинство их держалось от потока подальше. Единственным исключением являлись гравиконцентраты, все так же вплотную примыкающие к голубым "водам", как отвесные берега горного русла.
  
   Двигаясь против течения, Сергей не чувствовал сопротивления, однако все равно поток влиял на общее самочувствие. Чем быстрее тот был, тем сильнее болела голова. Иногда "река" становилась широкой, словно бы разливаясь. Здесь "воды" текли медленнее. В месте быстрин она была значительно уже, но аномалии, наоборот, располагались гораздо дальше от ее берегов. Все это подбадривало Малышева, внушая ему чувство безопасности.
  
   Чем дальше уводил человека поток, тем короче становились проходы, и тем разветвленнее и запутаннее была их сеть. Однако последнее Сергея не беспокоило, внутренний компас подсказывал ему, что он движется правильно, "река" уверенно вела его через лабиринт. Иногда она меняла направление и слегка отдалялась от цели, иногда бессмысленно петляла, но, в конце концов, всегда выворачивала к центру Зоны, где, по всей видимости, и брала свое начало.
  
   Хоть поток и защищал путешественника от ловушек, дорога была не из легких. Еще на первых километрах по руслу "реки" вновь начались болота, и Малышеву пришлось прикрепить болотоступы к сапогам. Однако и они не всегда спасали, поток словно специально тек через самые топкие места. Ухудшенное зрение практически не позволяло Сергею различать особенности рельефа. Он постоянно спотыкался, а иногда проваливался в омуты самым неожиданным образом, при этом выбраться из них было далеко не просто.
  
   Один раз парня так крепко засосало, что он с отчаянием самоубийцы уже подумывал применить левитацию, но вовремя вспомнил опыт находчивого барона Мюнхгаузена. Бурая жижа дошла Сергею уже до груди, когда, он используя телекинез, ухватил себя за одежду и всей своей псионической силой потянул вверх. В этот раз молодой человек потратил немало энергии, пока болото, плотоядно чмокнув, не отпустило его совсем. Зато дальше дело пошло веселей. Малышев просто не позволял себе погружаться чрезмерно глубоко. Применяя прием, запатентованный немецким бароном, он вытаскивал себя сразу как только проваливался в топь. Лишь запахи сероводорода, которыми болото сопровождало каждое такое освобождении, несколько омрачали мстительное чувство победы.
  
   И, тем не менее, несмотря на довольно быстрое продвижение вперед и редкие окунания в топь с выбросами в кровь порции адреналина, Сергея мучило гнетущее однообразие. К стремительному мельтешению "реки" он постепенно привык. Оно больше радовало глаз своими необычными голубоватыми всполохами и переливами, наоборот, сейчас только утомляло. Причудливые на первый взгляд зеленоватые узоры прожилок гравиконцентратов при длительном созерцании серьезно замедляли мысли, их мерное колебание снижало внимание и навевало сон.
  
   Состояние, в котором пребывал Малышев, невольно напомнило ему одну занятную историю из жизни. И за отсутствием умственной нагрузки, она вдруг всплыла в памяти во всех подробностях...
  

***

  
   ...Выйдя из кабинета шефа, Сергей столкнулся с начальником тренировочных полигонов Вебером и вздрогнул от неожиданности. Этот здоровенный, как шкаф, дядька имел обыкновение бесшумным призраком носиться по коридорам управления по каким-то своим делам, выскакивая из-за углов самым пугающим образом. Да и внешний вид его (массивная фигура, совершенно лысый череп, тяжелые, словно рубленые, черты лица и зверское, как у Потрошителя, выражение на последнем) на нового человека производил гнетущее впечатление. Когда он двигался по коридору с целеустремленностью терминатора, незнакомые с ним встречные люди с непривычки порой пугались и начинали метаться.
  
   - Тьфу ты, черт тебя по коромыслу, Вебер! - воскликнул Сергей. - Прешь как на таран. Заикой же меня сделаешь когда-нибудь!
  
   - Здорово-здорово, Малышев! - веселым басом ответил Вебер. - Тебе тоже всего самого наилучшего. Как настроение?
  
   - Бодрое, - сказал Сергей, успокаиваясь. - А ты опять приготовил нам какую-нибудь пакость на Плутоне?
  
   - С чего ты так решил?
  
   - Ты всегда о настроении спрашиваешь, когда хочешь его испортить.
  
   Вебер хохотнул.
  
   - Ты еще старый цикл не окончил, так что успокойся. Но, честно говоря, есть у меня про вашего брата нечто психическое. Последнее слово техники с лирическим названием "Райские грезы". Ручаюсь, всем вам должно понравиться. Да, кстати, давненько я что-то твоего шефа не видел. Все задницу в кабинетах просиживает?
  
   - У нас сейчас запарка, Боб, - вступился Сергей. - Некогда ему по полигонам бегать.
  
   - Все равно передай Майклу, что я по нему скучаю, и Яну скажи, пусть готовится к "Грезам". Ну, бывай, сам не забывай к нам наведываться, - попрощался Вебер и бесшумно унесся дальше по своим делам.
  
   Уже входя в лифт, Малышев услышал, как в коридоре кто-то вскрикнул. Хмыкнув, он нажал на кнопку "1" и поехал обедать.
  
   В столовой Сергей рассказал ребятам из своей группы, что на Плутоне им приготовили полигон какого-то нового, психологического типа. И оставив их наедине с этим известием, сел за соседний столик. Он заказал себе салат из огурцов и, лениво в нем ковыряясь, стал наблюдать, как коллеги переваривают неприятную новость.
  
   Нельзя сказать, что полигоны прям сильно все не любили. Вебер и его команда проявляли удивительную изобретательность в своем деле. Испытания были интересны и очень полезны для тела, ума и психики. Не раз космодесантники добрым словом поминали Вебера на других планетах. И все-таки, если появлялась возможность пропустить полигончик - другой, старались ее не упускать.
  
   Чуть позже Сергей встретил Яна Ларро в библиотеке и "обрадовал", что Вебер приглашает его "погрезить". Больше он об этом не вспоминал, шеф подкинул ему одно очень запутанное дело. Так что увидеть Ларро получилось снова примерно через неделю. Тот пришел в отдел хмурый и на вопросы все больше отмалчивался. Лишь вечером Сергей узнал от ребят, что Ян, оказывается, уснул на полигоне прямо во время движения и тем самым его завалил.
  
   Несколько дней эта тема служила пищей для шуток. Высказывались, например, в том смысле, что если раньше тренировки и были интересны, то теперь стажеры на них от скуки засыпают. Смеялись, правда, недолго. Пока не пришлось проходить полигон самим.
  
   Тот ничего общего не имел со своим названием, скорее наоборот, отличался угнетающе однообразной средой и большой протяженностью. Психологическое давление было во всем: в рельефе, освещенности, звуках и, как оказалось, даже в псионике. Разработчики задействовали особые сочетания самых разнообразных психотропных факторов. Многие не выдерживали и засыпали, как Ян. Лишь в этом смысле полигон оправдывал свое название. С первого раза его прошли единицы. Как потом признался Вебер, сценарий испытания подсказала одна мрачная планетка в системе ЕН-1312, убившая в одночасье сразу трех десантников...
  

***

  
   ...Сергей брел по гнетущему лабиринту, а организм требовал психологической разрядки, встряски какой-нибудь. И вот она пришла, как обычно непредсказуемо, с самой неожиданной стороны. Началось все с того, что ближайшее коллоидное озерцо, мирно спавшее до сих пор, вдруг вспучилось и зашевелилось. Сергей вздрогнул и очнулся, ведь до этого ловушки возле потока вели себя пассивно.
  
   "Что сие значит? - удивился он, но никто, конечно, не собирался ему отвечать. - Ладно, мало ли что может случиться в этой проклятой Зоне, - стал успокаивать себя Малышев, - все равно ни одна аномалия не сунется в поток".
  
   Сошедшее почти на нет, чувство опасности тем временем заметно возросло, пытаясь о чем-то предупредить разведчика. Впереди другое озерцо "ведьминого студня" вплотную подползло к "реке" и приплясывало будто от нетерпения. Малышев с беспокойством наблюдал, что же будет дальше. Однако ничего не произошло. Коллоид кипел, пузырился, но оставался на месте. Вроде бы все было нормально. Тем не менее, на душе у Сергея словно кошки скребли. Он сбросил темп и начал поглядывать по сторонам.
  
   Проходы, по которым протекал поток, стали значительно уже. Ловушки совсем обнаглели. То тут, то там Малышев видел коллоидные кляксы в непосредственной близости от "реки". Вскоре ему пришлось удивиться еще больше. Он обнаружил у самых берегов потока небольшое скопление малиновых пятен. Это на болотах-то!
  
   "Подумать только! - поразился Малышев. - Даже электрические холмы движутся. Что-то определенно должно произойти, раз столько "зрителей" собралось".
  
   Вдруг он почувствовал, что боль в голове быстро стихает. Сергей в нерешительности остановился. Нет, "река" не стала шире, но теперь и глазом можно было уловить, что течение замедляется. Вот боль пропала совсем. Поток еще некоторое время двигался, а потом вдруг разом иссяк. Молодой человек остался один на один с собравшимися вокруг него ловушками и беспомощно огляделся. Собственно, ничего в этом предательстве не было необычного. Там, где движутся обычные аномалии и, страшно даже вообразить, гравиконцентраты, "река" тоже могла изменить свое русло.
  
   Малышев посмотрел вперед и увидел страшную картину: все ловушки, словно ждавшие, когда освободится пространство, разом двинулись его занимать. Сергея сорвало с места "дыхание смерти", и он припустил по направлению своего прежнего пути. Соображать приходилось на ходу.
  
   "Если поток не иссяк совсем, (о чем можно надеяться, правда, только если модель Штерна-Гротца справедлива), то, двигаясь по старому руслу, есть шанс прийти к месту, где "река" изменила свое направление".
  
   Эти рассуждения прибавили Малышеву уверенности, а его ногам скорости. Болотистая почва мешала набрать хороший темп, но с исчезновением потока к Сергею вернулось его зрение, и он теперь выбирал себе дорогу по вкусу, огибая большие трясины и омуты, а через маленькие просто себя "переносил". Маневры его, правда, сокращали подползавшие со всех сторон ловушки, но и в этом была своя польза: они недвусмысленно указывали ему путь, по которому раньше текла "река". Вносили свою лепту и гравиконцентраты, отмечая старое русло наиболее узкими проходами.
  
   Однако ловушки все же не указатели, а именно ловушки. Очень скоро Малышеву пришлось проявлять всю свою ловкость и прыть, увиливая от щупальцев "ведьминого студня". Бугры оставались самыми неповоротливыми и не успевали подползти на дистанцию поражения. Радовало еще и то, что их было не очень много. Вскоре дали о себе знать и гравиконцентраты, опасно сузив свои проходы, и чем дальше, тем, естественно, опаснее. Маленькие мравитационные арки уже схлопнулись, но Сергей их без хлопот огибал. Длинные туннели, к счастью, сжимались гораздо медленнее и пока что по ним можно было передвигаться.
  
   Почти на пределе своих возможностей парень преодолел километра три, но "реки" все еще не было. Обогнув очередную колонну гравиконцентрата, Малышев увидел в сотне метров от себя сплошную зеленовато-белую стену. С этого расстояния невозможно было разглядеть, остался в ней проход или нет. Ускорившись до предела, Сергей успел прошмыгнуть между двумя коллоидными озерами буквально за секунду до того, как их ложноножки слились. А в следующее мгновение его приветствовали залпами электрические бугры. К счастью, "дружественный" салют угодил мимо цели. Тем не менее, когда у молодого человека погасли цветные пятна в глазах, он обнаружил, что находится в окружении десятка шаровых молний, и ему пришлось побегать с ними наперегонки.
  
   И вот Малышев достиг берега самого натурального Аидского водоема, над поверхностью которого возвышалась монолитная, без каких либо проходов стена гравиконцентрата - несправедливое наказание за все трудности, что молодой человек преодолел.
  
   Озеро было грязным, илистым, заболоченным, но все-таки это было озеро, а не болото. За пределами Зоны Сергей бы ни за что в него не сунулся, он знал, какая живность может обитать на Аиде. Но это озеро являлось, скорее всего, безжизненным, и гравиконцентрат служил тому гарантом. Малышев, подобно страусу, сунул голову в воду (как оказалось, та все же была прозрачна) и сумел разглядеть достаточно широкую арку прохода в светящейся бело-зеленой стене у самого дна озера.
  
   "Плыть или не плыть", - подумал он едва ли не по-гамлетовски.
  
   Плыть можно было только спиной вниз, чтобы видеть смертоносный свод арки, и случайно его не задеть. Сергей вынырнул на поверхность и отдышался.
  
   "Плыть!" - все же решился он.
  
   Суму оставлять не хотелось, но, закрепленная сзади, она делала молодого человека непозволительно толстым. Сняв со спины поклажу, он привязал ее к ногам, так что получилась импровизированная ласта.
  
   Малышев сохранил в груди ровно столько воздуха, чтобы не тянуло к поверхности. Он без всплеска нырнул и, развернувшись лицом вверх, вплыл под арку. Перемещаться таким способом было неудобно, но разведчику не однажды приходилось плавать на полигонах самым разнообразным стилем. Сергей мысленно поблагодарил Вебера за науку и набрал оптимальную в данных обстоятельствах скорость. Быстрее двигаться было опасно из-за извилистости туннеля, медленнее - не позволяло утекающее безвозвратно время.
  
   В некоторых местах проход был настолько низок, что приходилось уходить глубже, порой зарываясь в ил. Тогда со дна начинали подниматься водоросли, достигали светящегося свода и разрывались на части, лишний раз напоминая человеку об осторожности. Сергей стал опасаться уже, что не выберется, когда увидел впереди конец злополучного туннеля. Откуда-то появились свежие силы, и он быстро преодолел последние метры. Дышать хотелось неимоверно, но всплыл Малышев осторожно, и не зря. Метрах в шести, на другом берегу озера его поджидали малиновые бугры.
  
   "Вот ведь бисовы создания, - усмехнулся Сергей. - Швейцарами они в Зоне, что ли, работают. Второй раз уже встречают меня на выходе".
  
   Он глянул дальше и с облегчением вздохнул. Там за электрическими холмами и расположившимся следом ведьминым студнем стремительно несла свои голубые "воды" волшебная "река".
  
   После стремительного кросса Сергей решил передохнуть и не спешил вылезать на берег, умиротворенно покачиваясь на воде. Гравитационная стена позади него продолжала смыкаться, но это уже было не опасно. Оставалось только подивиться везению и обратить свое внимание на реальные препятствия. А таковыми являлись два электрических бугра, самоотверженно преграждавшие человеку дорогу.
  
   Малышев решил вначале воспользоваться старым индейским способом и разрядить эти природные аккумуляторы, но вовремя вспомнил, что находится по уши в воде, и та, что характерно, проводит электричество. Некоторое время он раздумывал, что ему делать с этой малиновой напастью, а потом мысленно хлопнул себя по лбу и сообразил воспользоваться правилом умного, который, как известно, в гору не пойдет.
  
   Сергей внимательно изучил альтернативные пути обхода, которых естественно было два, и ему просто до дрожи не понравился тот, что слева. Вроде и не было там ничего подозрительного, но вот хоть убей, а слева обходить эти холмы не хотелось. Так что решил он идти справа, причем не где-нибудь, а вон по той еле заметной тропочке, что вроде как для этой цели и была заведена.
  
   Молодой человек не спеша доплыл до берега и вылез из воды правее малиновых бугров на безопасном от них расстоянии. Те, как и ожидалось, не возражали. Он отвязал суму от ног и закрепил ее на спине. Оставалось только высушить себя и свои вещи с помощью волшебной палочки, и можно было двигаться в путь.
  
   Подойдя к голубому потоку, Сергей определил нужное направление и, выставляя псионическую защиту, вошел в него. Внутренний компас показывал, что идти опять следовало против течения.
  
   "Уж не от самого ли Меча текут эти "воды"? - подумал он с затаенной надеждой, но затем с сомнением покачал головой. - Было бы здорово, конечно, но не стоит обольщаться".
  
   Опять началась тягостная однообразная картина, и Сергей снова добрым словом помянул Вебера. Перед тем как отправиться на задание, он успел пройти семь "психологических" полигонов, причем три из них были "Адами", то есть полигонами повышенной сложности.
  
   Ощущение однообразия - это только поверхностная реакция человека на глубинные процессы в его сознании, которые вызывались специфическим сочетанием особого рода воздействий. Они-то и держали психику человека в постоянном напряжении, доводя того до истощения.
  
   Как уже упоминалось выше, важность психологических тренировок была продиктована одной невзрачной, но очень богатой редкими минералами планетой в системе ЕН-1312, которая в соответствие со своим положением от светила, имела скудное название 5-ЕН-1312. Несмотря на огромную перспективность работ, добычу на ней пришлось спешно свернуть, когда один за другим там погибли три человека.
  
   Планету закрыли вплоть до выяснения всех обстоятельств. На поверхность ее были высажены автоматические исследовательские зонды, которые фиксировали самые разнообразные показатели. И на основе этих измерений медикам, в конце концов, удалось установить, что причиной гибели десантников стало мощное психотропное давление со стороны окружающей среды в сочетании с факторами смертельной опасности.
  
   Вебер и его помощники внимательно изучили все данные, полученные исследовательской миссией, а затем были воссозданы угнетающие психику явления, из того арсенала, что действовали на этой недружелюбной планете. Так и появились злополучные психологические полигоны, которые вначале с успехом использовались для тренировки отряда десантников 5-ЕН-1312, а затем и всего служивого люда, как говорится, во избежание.
  
   Погруженный в свои мысли Малышев шел по руслу потока, но не забывал при этом поглядывать на ловушки. Он был готов теперь к возможному подвоху со стороны "реки", поэтому, когда такое случилось, отреагировал без промедления.
  
   Первыми зашевелились самые подвижные - коллоидные аномалии. Сергей еще издали заметил, как "проснулась" и забурлила проходящая в относительной близости от потока жила "ведьминого студня". Да, тут было на что посмотреть. Спокойный доселе коллоид вдруг заколыхался и, наливаясь фиолетовым огнем, закипел, будто кто-то из братии местных подземных богов начал подогревать его снизу. И конечно, как нередко бывает в таких случаях, Малышеву неожиданно пришел в голову нелепый вопрос: "А что будет, если "ведьмин студень" нагреть?". В следующую секунду он уже мчался вперед что было мочи.
  
   Сергей надеялся, что, своевременное ускорение, позволит ему достигнуть нового русла с меньшим напряжением сил. Хотя, конечно же, исход зависел не только от него, но и от расстояния, которое предстояло преодолеть. И все-таки в этот раз разведчику повезло, приключение закончилось для него без осложнений. Выскочив из очередного прохода, Малышев увидел разветвленную "реку" и с облегчением перешел на шаг. Один ее рукав наливался голубоватым светом, а другой, наоборот, гас, ослабевал.
  
   Молодой человек остановился совсем и перевел дух. Минуту спустя боль перестала чувствоваться, а в следующее мгновение прекратил свое существование и старый поток. Ловушки подползли уже достаточно близко, поэтому Малышев, на всякий случай, подошел к "реке" вплотную и воспользовался ее защитой.
  
   Новый зал в гравитационном лабиринте отличался от оставшихся позади значительно большим объемом. И заметно это стало только сейчас, когда Сергей находился "на суше". Все говорило о том, что он приближается к цели. Еще он увидел, что болото, наконец, закончилось, чему можно было только порадоваться. Началась светлая полоса в его жизни.
  
   Определив стороны света по компасу и направление на Меч Куи, Малышев обнаружил, что находится едва ли не с другой стороны лабиринта, хотя и значительно ближе к центру. Но его не сильно расстраивало, столь окольное продвижение. Это ведь лабиринт, в конце концов, и прямых дорожек тут не бывает. Внутренний пеленгатор Сергея подсказывал, что до артефакта ему оставалось пройти не более половины от уже пройденного расстояния, и это придавало силы. Идти теперь предстояло на юго-восток.
  
   Передернув плечами, как человек, который собирался окунуться в холодную воду, Малышев выставил псионический щит и погрузился в голубую субстанцию.
  

***

  
   Вот уже час, как Сергей двигался по "реке" без приключений. Она раздалась вширь и текла медленно и степенно. Проходы стали намного короче. Некогда тесные площадки, соединявшие туннели лабиринта, разрослись до огромнейших залов, свод которых подпирали величественные зеленовато-белые колонны гравиконцентратов. "Ведьмин студень" переливался где-то в стороне неторопливо и безопасно, а изредка встречающиеся электрические бугры приветливо подмигивали, словно веселые малиновые глаза. Давление на психику уже не было столь угнетающим. Возможно, Малышев к нему слегка адаптировался, а может, снизился и сам уровень психотропного воздействия.
  
   Неожиданно "река" разделилась на дюжину узких ручейков. Сергей, не останавливаясь, пошел по тому из них, что вел в нужном направлении, но, не прошагав и километра, вышел на огромную равнину. Поток исчез, и зрение частично вернулось к разведчику.
  
   "Приехали", - подумал Малышев.
  
   Обернувшись, он увидел, что в метре от прохода клубится легкая голубая дымка. Не верилось, что от нее берет начало та самая могучая "река", которая привела его к центру лабиринта. Сергей окинул взглядом долину, раскинувшуюся перед ним. Видел он далеко, но не четко, предметы были размытыми. Однако едва только Малышев напряг зрение, пытаясь разглядеть то, что ожидало его впереди, как тело совершило какое-то странное и незнакомое усилие. В результате Сергей ощутил безболезненный, но довольно неприятный щелчок в основании шеи, и оказался вдруг возле гигантского камня, который только что пытался разглядеть.
  
   Молодой человек чувствовал себя необычно, как во сне. Точнее, окружающие его предметы выглядели довольно вещественно, но сам он был воздушным и легким, как призрак. Малышев глянул дальше, на группу деревьев, что располагались вдалеке, и те словно притянули его к себе, так что он оказался возле Аидского леса. Далее с ним стали происходить невероятные и неуправляемые вещи. Стоило ему зацепиться взглядом за какой-нибудь предмет, как тот словно на резиночке подтягивал его к себе. Сергей то попадал в горы, то оказывался снова в лесу, то переносился в болота, и этому не было конца. Он никак не мог остановиться, словно какой-то механизм телепортации, включенный по недомыслию, дергал его в разные стороны. При этом Малышев продолжал ощущать себя стоящим в том самом месте, где все это началось. Он был как спящий на последней стадии пробуждения: сон еще видится, но и ложе уже чувствуется под спиной.
  
   Испытав приступ страха, что эта свистопляска ни когда не закончится, Сергей ощутил жгучее желание вернуться назад, в свое нормальное физическое состояние. И тут же все прекратилось. Он вновь стоял на прежнем месте, и холодный пот стекал по его спине.
  
   - Чтоб тебя разнесло через три спины на все четыре стороны к такой-то матери! - на одном дыхании выругался он, очевидно прокомментировав то, что с ним только что происходило.
  
   Малышев присел на корточки и рассмеялся. Продолжая потихоньку хихикать, он осмотрелся в поисках, где бы устроиться поудобнее. Взгляд его наткнулся на камень. Отдуваясь, Сергей уселся на него, но потом, вдруг словно вспомнив о чем-то, снова захохотал, грозя кому-то пальцем. Вздохнув со стоном и посмеиваясь, он сполз с камня и сел прямо на землю, прислонившись к валуну спиной.
  
   Посидев немного и успокоившись окончательно, Малышев стал припоминать образы, которые успел ухватить во время своего скачкообразного перемещения по зоне. Оказалось, ему удалось во всех подробностях восстановить в памяти не только зрительные картины, но и то, что он слышал, обонял, и даже то, что воспринимал на псионическом уровне. Особую ценность представляли три первых прыжка, которые молодой человек совершил в нужном направлении. Сергей сложил воедино слайды из памяти и получил подробное представление о лежащей на его пути местности.
  
   "Итак, на мою уставшую душу около трех с половиной километров равнины, с километрик, - он поморщился, - мерзопакостной рощи и чуть больше километра каменистого плато. Там я, слава богу, избавлюсь... должен избавиться от всяких коллоидных сюрпризов и от малиновых бугров в придачу, но наверняка приобрету что-нибудь не менее убийственное. Мясорубок (1) вот я в зоне пока что еще не встречал. Ничего, думаю, этот пробел мы скоро восполним. Так, что у нас дальше? А дальше у нас горы. Ах, левитация, как мне тебя не хватает! Придется вспомнить альпинизм. - Сергей глянул на часы. - Ого, восемь часов я уже тут шастаю, неплохо бы и перекусить. Впереди у меня еще пять по горизонтали и три по вертикали".
  
   Малышев достал ковер-самолет и раскатал его по земле. Здесь эта штука годилась только в качестве подстилки. Достав из сумы скатерть-самобранку, он постелил ее сверху, вынув предварительно из кристаллосхемы чипы гравигенератора.
  
   "Что ж, - подумал Сергей. - Кушать придется по-азиатски, на полу. А для азиатского стола закуска азиатская нужна", - скаламбурил он и плотоядно поглядел на скатерть, словно собирался съесть ее.
  
   Но, к счастью для скатерти, делать этого не стал, а заказал себе тарелку плова, зеленый чай, узбекские лепешки и разных восточных сладостей. Когда "команда" собралась в полном составе, он вдохнул душистый запах и со стоном набросился на еду.
  
   Изголодавшийся трапезник, пожалуй, слегка переборщил с объемом порций, но еда была такой вкусной, что он решил не останавливаться, пока все не уговорит. Сергей живо представил себе двух стариков узбеков, осуждающе качающих головами. Затем к ним присоединился худой японец и заявил, что "Кусать нада так, цтоба оставалась цюйство лехкого голада". Но, оценив его худобу, Сергей только прибавил в аппетите. Наконец, воображение нарисовало ему Фрэнка Фишера, который с усмешкой поинтересовался, не погиб ли в Малышеве благоразумный человек, способный противостоять чревоугодию? Но и в этот раз Сергей проигнорировал знаки организма и тому пришлось смириться со взваленной на него тяжкой ношей и взяться за переваривание пищи.
  
   Плотно набив живот, Малышев вспомнил известную архимедову мудрость про "после вкусного обеда" и решил с часок поспать. Лениво подождав, пока исчезнут со скатерти опустевшие столовые принадлежности, он свернул ее, подложил под голову и крепко уснул, вытянувшись на ковре.
  
  
   Сноски:
  
   (1) Мясорубка - силовая воронка, называемая так на жаргоне космодесантников. Аномалия смертельно опасных силовых градиентов. И то, чем грозила лиса в одной из детских сказок: "Пойдут клочки по закоулочкам", было сказано как раз про нее. Поэтому мясорубкой и прозвали данную аномалию.
  

Глава 2.4. Из огня да в капусту

  
   Проснулся Сергей ровно через час, потянулся и рывком поднялся на ноги, стряхивая остатки сна. Не спеша собрал вещи, забросил суму на спину и внимательно оглядел местность, по которой собирался двигаться.
  
   "Что-то ловушек поблизости не видно", - подумал он, до боли в глазах всматриваясь в поросшую бурой пожухлой травой равнину.
  
   Напрямик ему идти не хотелось, не привык он в Зоне ходить напрямик. Подул легкий ветерок, Сергей принюхался, пахнуло гарью. Он присел на корточки и всмотрелся в воздух над травой, тот еле заметно колыхался.
  
   "Жгучий пух (1)? - предположил Малышев. - Почему же я его не вижу? Тепловое излучение от него должно быть очень сильным".
  
   Сергей вдруг испытал знакомое уже чувство дезориентации, и равнина перед ним вспыхнула пятнами бледно-красного света, а в душе его, наоборот, потемнело.
  
   "Эх, - вздохнул Малышев. - Не пройтись мне вволю по широкому полю".
  
   "Пух" брал не качеством, а количеством. Он простирался далеко влево и так же далеко вправо, а вперед метров на сто, не больше, но и этого было вполне достаточно, чтобы основательно преградить путь. Сергей вдруг вспомнил, что пробегает стометровку за пять с небольшим секунд, но тут же постарался об этом забыть. Прямые решения в данной ситуации были чреваты фатальным исходом.
  
   Вглядевшись, Малышев увидел, что зона огня вовсе не сплошная, как показалось вначале. Сквозь тусклое сияние просвечивали тоненькие паутинки тропинок. Он задумался:
  
   "А стоит ли рисковать? Окольная дорожка, как говорится, короче". Сергей глянул по сторонам в поисках обхода и вздохнул:
  
   "Видимо, все-таки не короче".
  
   Малышев двинулся вперед. На тропинку он ступил аккуратно, как на минное поле. Шаг, еще один, с обеих сторон плавно, словно невесомая, поднялась раскаленная пыль. Земля запылала ярче, пахнуло жаром. Ему стало грустно при мысли, что он может неосторожно сойти с тропинки. Участь курицы в духовке его отнюдь не прельщала. Но и сейчас он не испытывал приятных ощущений. Со всех сторон несло градусами Цельсия, как из доменных печей. Сергей с запоздалой досадой посетовал, что не догадался экипироваться с помощью волшебной палочки. В термостойком костюме ему было бы гораздо комфортнее.
  
   И почему он не подумал об этом сразу? Наверное потому, что при прямом контакте с "пухом" ничего не выдерживало. Тот мог прожечь любой материал. И дело тут даже было не высокой температуре, а в каком-то мистическом его свойстве все прожигать. Другое дело воздействие на расстоянии. Но, как ни сожалей, а возвращаться было уже поздно. Придется теперь терпеть.
  
   Сергею казалось, что он прошел по всем кругам ада, пока, наконец, не вылез из этой жаровни. Некоторое время молодой человек приходил в себя, переводя дух, а потом оглянулся. Путь его был отмечен огненно-серой полосой, и, похоже, что одной тропинкой стало меньше.
  
   Малышев решил изменить тактику. Он внимательно осмотрел следующий участок пути, отметил все подозрительные места и возможные укрытия, а затем осторожно двинулся вперед. Продвигаться по Зоне старым способом для "зрячего" было нецелесообразно, но он решил все же лишний раз перестраховаться. Как он убедился на примере "жгучего пуха", некоторые ловушки не сразу "бросаются в глаза", а это к оптимизму не располагало.
  
   Ядро Зоны уже нельзя было назвать лабиринтом. Аномалий, конечно, и здесь было еще предостаточно, но Сергей со своим "зрением" обходил их просто припеваючи. Тем не менее, он не расслаблялся, делая скидку на то, что может не все сразу увидеть, и это оказалось очень благоразумно. Заканчивая очередной участок пути, Малышев ощутил вдруг всплеск "дыхания смерти", и бросился на землю там, где стоял. Что-то со свистом рассекло воздух над его головой и, шлепнувшись где-то в отдалении, угрожающе зашипело. Сергей определил направление стрельбы и попытался разглядеть снайпера. Он вновь испытал неприятное чувство головокружения, а секунду спустя в сотне метров от себя увидел слабенький желтый огонек.
  
   "Это еще что такое?" - подумал Малышев, осторожно приподнимая голову.
  
   Зона сделала-таки из него дальтоника. Цвета естественных предметов он больше не различал, однако ловушки все еще видел прекрасно. Пять желтых огоньков он насчитал на расстоянии выстрела, остальные были значительно дальше. В боевом порядке противника было что-то знакомое, и Сергей вдруг понял, с чем на сей раз столкнулся...
  

***

  
   ...Возвращаясь на Землю из служебной командировки, Малышев летел в одной каюте с Джеком Элдерсом, биологом-экспертом с базы Северная-10 планеты Аид. После выхода корабля в гиперпространство выпало свободное время, и они разговорились.
  
   - Послушай, Джек, а что это ты вдруг сорвался с Аида, - спросил Сергей. - Планета вроде не скучная, постоянно что-то новенькое изобретает для вашего ученого брата.
  
   - Для кого-то, может, и изобретает, - усмехнулся Элдерс, - а я, знаешь ли, без дела сидеть не привык. Для ботаников здесь очень мало работы. Растительность на Аиде весьма скудная, и давно уже изучена вся насквозь.
  
   - Постой-постой, - удивился Малышев. - Но ты, кажется, изучал там какой-то овощ.
  
   Джек расхохотался:
  
   - Ты имеешь в виду "Плюющуюся капусту"? Уверяю тебя, это такой же овощ, как я паровоз.
  
   - Тогда стоило ли называть ее капустой?
  
   - Выстави протест в классификационную комиссию и я подпишусь, - усмехнулся Джек, - Автор названия Пол Крэг. Он космодесантник, первооткрыватель явления, но при этом такой же ботаник, как эта "капуста" - овощ. Представляешь, из-за какого-то дилетанта, имеющего к науке самое далекое отношение, квалифицированного специалиста посылают черт-те куда и черт-те зачем.
  
   - Судя по твоему виду, Джек, ты не больно-то раздосадован.
  
   - Нет, я раздосадован, Сергей, - смеясь, возразил Элдерс. - Но раздосадован тем, что я ботаник, а не физик. Дело-то очень интересное и далеко не простое. Понимаешь, вначале действительно считали, что эта штука относится к живому миру, потому как плюется она чертовски метко. Вот и крутились вокруг да около месяцев шесть, не могли определить, с чем ее едят.
  
   - Что, трудно было образцы для исследования взять? - удивился Малышев.
  
   - Это была целая проблема, - подтвердил Элдерс. - Пока до нее доберешься, она вся, как бы сказать, "исплюется", что ли, без остатка.
  
   - Ну, хорошо, - сказал Сергей. - Не томи, я же вижу, что этот "верблюд" открыл тебе свою тайну.
  
   - Да рассказывать-то особенно нечего. "Капуста" эта простое природное явление тектонического происхождения.
  
   - Ну-ну, - засомневался Сергей. - Тектоника и метко плюется?
  
   - Получается, что так. "Капуста" - это сгусток сложного активного вещества, находящийся в состоянии неустойчивого равновесия, - пояснил Элдерс. - Нарушить его может даже легкое колебание грунта, вызванное движением человека. После этого происходит так называемый плевок в том направлении, откуда пришло возмущение. Вот на исследование самого вещества, и того, как оно получается, почему нестабильное такое, квалификации у меня, к сожалению, не хватило. Этим сейчас занимаются физики-аномальщики.
  
   - Ну и что, есть какие-нибудь сдвиги?
  
   - Честно говоря, не знаю, - пожаловался Джек. - Сам черт ногу сломит в их уравнениях и формулах. Я лично пытался разобраться, отчего "капуста" собирается в группы по пять кочанов, расположенных зигзагом, в шахматном порядке. Кстати, десантники эту аномалию называют теперь "шашки" или "такси". Ты случайно не знаешь, что такое такси?
  
   - Это древний вид транспорта, - пояснил Сергей. - Его эмблемой были квадратики, расположенные в шахматном порядке.
  
   - Ну, тогда понятно. Так вот, оказывается, каждый объект группы связан с остальными. Мы провели эксперимент и уничтожили один "кочан". И что же ты думаешь? Через некоторое время они снова были в полном составе. Но не это главное, - заявил Джек, делая эффектную паузу.
  
   - А что? - подыграл ему Сергей.
  
   - Главное в том, что когда их меньше пяти, вся система стабилизируется.
  
   - То есть они плеваться перестают?
  
   - Именно так, - подтвердил Джек. - И это позволило нам установить камеры и зафиксировать весь процесс регенерации. Ну и, конечно, удалось, наконец, взять пробы и определить состав активного вещества. Так сказать, отведать "капусты"...
  

***

  
   "Очень хорошо, - подумал Сергей, разглядывая злополучную пятерку. - Пирокинез дело, конечно, неплохое, но уж больно энергоемкое. Что-то я отупел в Зоне в последнее время. Давно пора было сделать себе какое-нибудь оружие для таких вот случаев. Ладно, потом обязательно сделаю. И еще хамелеон (2), боже, как я хочу хамелеон".
  
   Малышев не решился использовать волшебную палочку под прицелом "капусты", мало ли как она на это отреагирует. Под обстрелом не больно-то поколдуешь. Привычным псионическим усилием Сергей вызвал в себе ощущение огненного вихря, концентрирующегося в центральной части тела, и, накопив достаточное для выстрела количество энергии, выпустил ее через глаза в ближайший желтый огонек. Полыхнуло яркое пламя, резкое чувство опасности заставило разведчика перекатиться в сторону. Что-то хлопнуло и зашипело на том месте, где он только что лежал. Теперь оставались только четыре желтых огонька. На месте центрального "кочана" находилось выжженное пятно метрового диаметра.
  
   Сергей осторожно приподнялся, встал на ноги и быстро двинулся в сторону "капусты", испытывая желание поскорее преодолеть это препятствие и убраться от него подальше. Оставшаяся четверка никак на его действия не реагировала. Малышев благополучно преодолел зигзагообразный строй и отошел от уже метров на десять, когда возрастающее чувство опасности заставило его обернуться. На обугленном грунте весело разгорался желтый огонек.
  
   "Мама!" - мысленно воскликнул Сергей, и оказался вдруг метрах в тридцати от капусты, сам не понимая, как преодолел это расстояние.
  
   Он отпрыгнул в сторону, уворачиваясь от выстрела, и помчался зигзагами, невольно вспоминая полигон под кодовым названием "Охота". Роль дичи там, правда, играли стажеры, но наука зайца оказалась сейчас очень кстати. Леденящий душу свист за спиной и ядовитое шипение, раздающееся то справа, то слева, заставляли Сергея мчаться так, что аж пятки сверкали. Маневры его ограничивали две коллоидные змейки, очень некстати расположившиеся по бокам и опасно сближающиеся впереди.
  
   Ситуация, в которую Малышев попал, производила впечатление затягивающегося мешка, и он стремился поскорее покинуть опасную зону. Неожиданно случилось то, чего он опасался. На самом узком участке коллоидные жилы стали вытягивать навстречу друг другу ложноножки. Сергей выжал из себя все силы, но не успел. В момент, когда он подбегал к злополучному месту, отростки хладнокровно слились.
  
   Не останавливаясь, Малышев прыгнул. Рекордом его было десять с половиной метров, а здесь были все пятнадцать. Падая, он попробовал перенести себя методом барона Мюнхгаузена, но энергии не хватило. Сергей не успел еще восстановиться после пирокинеза. Он не смог даже на грамм обезвесить свое тело. Показалась граница фиолетового и бурого.
  
   "Неужели перепрыгнул", - мелькнуло в голове.
  
   Земля ударила по ногам, Сергей спружинил и отскочил еще метра на два. Он сбросил с ног сапоги, окрашенные в фиолетовый цвет, они и на десятую долю секунды не могли защитить его от "ведьминого студня".
  
   Ситуация все же оказалась лучше, чем он ожидал. Повреждены были только пальцы ног, но и в этом случае действовать следовало быстро. Внутренняя дрожь охватила Малышева от того, что предстояло сделать, но, ни секунды не колеблясь, он извлек меч из ножен и, резко взмахнув им, отсек себе ступни.
  
   Тяжелая серия судорог сотрясла его тело. Сергей закрыл глаза, чтобы не видеть свои ноги, но это плохо помогало. Его тошнило и корчило минут пять, пока не затянулись места срезов. Теперь это было внутри. Теперь это было не так страшно.
  
   Малышев и не надеялся, что ему удалось избавиться от "студня". Для полной гарантии нужно было рубить выше колен, но он тогда потерял бы много времени на регенерацию, слишком много. Сергей надеялся найти Меч Куи, прежде чем "студень" снова даст о себе знать. А там можно было бы и еще раз обрезать себе ступни.
  
   Он осмотрелся. До леса оставалось всего метров пятьдесят, да и близость коллоидных речек беспокоила его. Поднявшись на четвереньки, он двигался до тех пор, пока не достиг первых деревьев, и лишь потом позволил себе забыться.
  
  
   Сноски:
  
   (1) Жгучий пух - зона повышенной термической опасности, называемая так на жаргоне космодесантников. Может привести к фатальным ожогам и смерти.
  
   (2) Хамелеон - защитный маскировочный костюм повышенной комфортности, изменяющий при необходимости окраску в соответствии с окружающим фоном.
  

Глава 2.5. Аномальный лес

  
   Проснулся Сергей от внутреннего толчка. Тело сигнализировало о завершении регенерации. Он сел, внимательно осмотрел свои ноги и остался доволен. Те, правда, выглядели так, словно были приставлены. Огрубевшая кожа взрослого человека резко переходила в нежную младенческую.
  
   - Бр-р, - передернул плечами Сергей. - Никогда мне к этому не привыкнуть.
  
   Поискав глазами обувь, он вспомнил, что уже давно собирался переодеться, и ухватился за эту мысль с воодушевлением. Малышев попытался встать на ноги и, охнув, оперся обеими ладонями о землю, пережидая приступ головокружения. Чувствовал он себя неважно, сказывалось сильное истощение. Кое-как достав волшебную палочку из правого кармана штанов, Сергей для начала соорудил себе две таблетки спорамина (1) и положил их под язык. Терпкая горечь ударила в голову и распространилась по всему телу необыкновенной свежестью. Негативные ощущения стали быстро выветриваться, и Малышев почувствовал прилив новых сил, а вместе с ними проснулся и тот самый червь, которого полагается иногда чем-нибудь заморить.
  
   Но Сергей не мог отказать себе в удовольствии перекусить в новом комфортном костюме. Несколькими пассами волшебной палочки он перестроил свою одежду в удобный и экипированный по последнему слову техники "хамелеон". Почувствовав прикосновение мягкой ткани, Малышев повеселел.
  
   "Господи, ну не идиот ли я? - подумал он, наслаждаясь комфортом. - Ну что мне стоило раньше все это проделать? Нет, я не идиот, я - мазохист, это точно!"
  
   Скорчер (2), входящий в комплект костюма, тоже оказался на месте, в специальной автоматической кобуре, закрепленной на предплечьи и выбрасывающей пистолет в руку при одном только желании хозяина стрелять. Сергей опробовал механизм подачи, оружие мгновенно оказалось в ладони. Ему невольно захотелось кого-нибудь пристрелить. Однако Малышев легко справился с этим своим желанием. Достаточно было лишь вспомнить, какие "милые" зверюшки водятся на Аиде. Причем отрезвляющее действие производила отнюдь не любовь к фауне, а опасение обратить на себя внимание некоторых ее представителей.
  
   Открывая суму, чтобы достать скатерть-самобранку, Сергей испытал чувство аристократической брезгливости. Он вытряхнул из дорожного мешка все вещи и превратил его в великолепный рюкзак, сделанный из той же ткани, что и новый костюм "хамелеон". Малышев с удовольствием разложил вещи по отделениям рюкзака и собрался наконец перекусить. Не мудрствуя лукаво, он заказал себе большой пирог с картошкой и, под стать ему, кружку молока.
  
   Ел Сергей с аппетитом, откусывал, обжигаясь, большие куски и запивал их холодным и жирным напитком. По подбородку его текло сливочное масло из пирога, которое едок промакивал платком, созданным как раз для этих целей. Закончив трапезу, он решил было сделать себе еще порцию, но передумал, справедливо считая, что предстоящая дорога потребует от него хорошей подвижности.
  
   Убрав скатерть-самобранку в рюкзак, Малышев забросил его за спину, и тот намертво прирос к костюму. Впереди разведчика ожидала роща. Он терпеть не мог скопления растительности в Зоне, по большей части из-за тех, кто средь нее обитал. На Аиде живность в большинстве своем с большой охотой и умением способна была помочь человеку свести счеты с жизнью. В областях аномалий флора и фауна к тому же еще и мутировала, причем отнюдь не в лучшую сторону.
  
   Зрение у Сергея и так было неважным с тех пор, как он стал видеть "плюющуюся капусту", а когда перед самым его носом серебристым светом замерцала "паутина" (3), оно окончательно испортилось. Малышев выругался, протирая глаза, и, обойдя препятствие, двинулся дальше. На расстоянии метров пяти он видел все достаточно сносно. Дальше предметы теряли цвет, гасли и, наконец, пропадали совсем словно погруженные в темноту, лишь серебрились вдалеке причудливые сети "паутин".
  
   Так, медленно и осторожно продвигаясь по чаще, постоянно прислушиваясь и поминутно вздрагивая от чьих-то криков и громкого чавканья, доносившихся с разных сторон, Сергей преодолел добрых две трети лесного массива.
  
   Недалеко впереди что-то вдруг громко и натужно засипело, потом раздалось бульканье, прервавшееся хриплым кашлем. Будто кто-то, страдающий от простуды, полоскал горло и подавился. Наконец кашель утих, но вместо него стали раздаваться звуки трубного сморкания, которые периодически сменялись булькающими всхлипами. Создавалось впечатление, что кто-то пытался высморкаться и время от времени втягивал носом воздух, пробуя, каковы же результаты.
  
   Сергей не имел никакого отношения к медицине и не отличался особым любопытством, поэтому благоразумно решил отвернуть в сторону. Однако он прошел не более десятка метров в новом направлении, когда сослепу налетел на чью-то физиономию, достойную кошмара умалишенного. Малышев не заметил, как оказался на дереве, которое вдруг истошно, по-поросячьи, завизжало. От неожиданности он свалился вниз, но, схватившись за нижнюю ветку, повис над поляной, покрытой подозрительной тиной.
  
   Визг повторился с новой силой, и Сергей, взглянув вверх в сторону источника звуков, похолодел. Визжало, оказывается, не дерево, хотя и это в Зоне вполне могло быть, а какое-то существо, напоминающее обезьяну с кабаньей мордой. Его обвивала здоровенная змеюка с толстым мясистым утолщением вместо головы. И то, что Малышев поначалу принял за кошмарную физиономию, оказалось рисунком, покрывающим ее тело. По всей видимости, когда Сергей, нос к носу столкнувшись с "анакондой", вскарабкался на дерево, змея бросилась за ним, но схватила ни в чем не повинного обезьяно-кабана.
  
   Малышев подивился удачному для себя стечению обстоятельств и уже хотел спрыгнуть на землю, но передумал. Вместо этого он взобрался на ветку, на которой висел. Любопытство "юного натуралиста" подталкивало его посмотреть, как эта змеюка через свой небольшой рот будет заглатывать столь крупную для себя добычу. "Анаконда" меж тем и не думала комплексовать, прекрасно зная, видимо, что следует делать с обезьяно-кабанами, если те имели неосторожность попасться.
  
   Непринужденно удерживая бешено брыкающегося зверя в мощных кольцах, змея раскрыла свой беззубый рот и выплеснула из него порцию вязкой слизи, которая сиропом растеклась по шее жертвы. Затем рот, больше похожий на присоску, прижался к этому месту и стал причмокивать и урчать. Обезьяно-кабан судорожно забился в смертельных объятиях, но буквально через несколько секунд начал стихать.
  
   Вначале Сергей решил было, что "анаконда" относится к кровососущим хищникам, однако заметив просачивающуюся из ее рта розоватую жидкость, догадался, что змея не всасывает в себя, а наоборот что-то выделяет. То ли яд какой-то, то ли парализующее средство. И, похоже, благодаря этому воздействию ей удавалось добычу свою обездвижить.
  
   Однако, хищница не стала дожидаться полной неподвижности жертвы. Обезьяно-кабан все еще продолжал слабо брыкаться, когда "анаконда" оторвалась от него и, широко распахнув свою беззубую пасть, извергла наружу серую кожистую пленку. Волнообразными движениями своего гибкого тела она стала обволакивать ей добычу, словно натягивала на нее тонкий кожистый мешок. Полностью охватив кабана пленка натянулась, плотно прилегая к его телу, и стала настолько прозрачной, что можно было увидеть, что происходит внутри. Зверь продолжал еще судорожно дрыгаться, когда змея утробно заурчала и стала крупными порциями выделять прозрачную розоватую жидкость, обильно поливая ей жертву. Обезьяно-кабан забился сильнее, но вырваться ему из смертельных объятий было уже нереально. Кольца "анаконды" пришли в движение. Растягиваясь и сокращаясь, они заставляли жидкость циркулировать, наглядно показывая как может протекать процесс наружного пищеварения. Кроме того волнообразные движения змеиного тела дополнительно разминали пищу, помогая ее перевариванию.
  
   Обезьяно-кабан растворялся прямо на глазах. Все, что отделялось от туши, тут же перегонялось вверх к жадно сосущему рту и с хлюпаньем поглощалось. Причем животное похоже еще было живым. Оно судорожно распахивало пасть и закатывало глаза в предсмертной агонии. Тело змеи сжалось, плотно прижимая жертву ко рту-присоске, и "анаконда" втолкнула в добычу крупную порцию желудочного сока, так что розоватая жидкость стала сочиться из всех щелей. Кольца задвигались с удвоенной силой, и вскоре туша колыхалась уже, как студень. Отдельные хлюпанья превратились в непрерывный сосущий звук, и содержимое мешка стало быстро убывать.
  
   В этот момент пытливый натуралист понял, что змея скоро сможет освободиться. Вероятней всего, она будет сыта, но все-таки не стоило рисковать, оставаясь поблизости. Сергей пристально осмотрел землю под собой. Покрытая подозрительной тиной, она определенно ему не нравилась, поэтому он с силой оттолкнулся ногами от ветки, на которой сидел, и приземлился за пределами поляны на простой безопасный грунт. Закружилась голова в знакомом уже чувстве дезориентации, и тина заполыхала ярким золотым огнем. Малышева это ничуть не удивило. Он только хмыкнул и растворился в зарослях.
  
   Остаток рощи Сергей преодолел практически без приключений. Только один раз на него бросилось какое-то паукообразное создание размером с лошадь, которое он, не замедлив хода, сжег из скорчера. А минут двадцать спустя разведчик вышел, наконец, на плато, принявшее на себя эстафету местного "гостеприимства".
  
  
   Сноски:
  
   (1) Спорамин - быстродействующий транквилизатор.
  
   (2) Скорчер - оружие в форме пистолета, стреляющее сгустками высокотемпературной плазмы
  
   (3) Паутина - нитевидное образование биологически опасного вещества, называемое так на жаргоне космодесантников. Механизм поражения не изучен. Смертельно опасно.
  

Глава 2.6. Финишная кривая

  
   На открытое каменистое пространство Сергей выбрался с большой осторожностью, и не зря. Он вновь испытал чувство сильного головокружения и тут же увидел метрах в двадцати от себя голубоватый вихрь, похожий на перевернутый конус. Малышев сразу узнал в нем силовую воронку, или в простонародье - "мясорубку".
  
   С учетом ослабленного зрения, плато было самым благоприятным отрезком пути. Совершенно ровное, без ухабов и рытвин, оно делало прогулку полуслепого более комфортной. Здесь можно было не бояться налететь на дерево или упасть в овраг. Но Сергей с первых же минут своего пребывания в этой местности понял, что путь будет не из легких.
  
   Плато не отличалось большой протяженностью, не более километра, однако выше крыши было нашпиговано ловушками. То тут, то там высились колонны гравиконцентратов, между которыми носились конусы "мясорубок". В этом подвижном мире ни одна из них не стояла на месте. Каждая куда-то деловито спешила, периодически меняя направление, причем нередко на сто восемьдесят градусов.
  
   Встретившая Сергея "мясорубка" уже давно куда-то укатила, предоставив разведчика самому себе. Он поправил на спине рюкзак и вошел в этот "муравейник". Ощущение складывалось такое, что он попал на перекресток с оживленным движением. Смотреть приходилось на все четыре стороны сразу, чтобы вовремя уступать дорогу. Тем не менее, Малышев благополучно добрался до гор, лишь один раз попав в сложную ситуацию, когда оказался сразу между четырьмя движущимися на него воронками. Пришлось ему срочно переходить на темп и побегать, ускользая от надвигающейся смерти.
  
   И вот он уже стоит у отвесных скал, внимательно изучая предстоящую дорогу. Гравиконцентратов не было видно. Они, вероятно, недолюбливали горных образований. Несмотря на обилие трещин, "ведьминого студня" тоже не наблюдалось. Скорее всего, он здесь все же был, но где-нибудь глубоко под камнями или в ущельях. Пусть даже "капуста" и тектонического происхождения, однако никто никогда не видел ее в горах. Как было справедливо подмечено умудренными опытом космодесантниками, ловушки в Зонах подчиняются только законам подлости. А именно, каждая из них предпочитает тот и только тот тип местности, где ей удобнее было вредить.
  
   Зато, куда ни кинь взгляд, поблескивали сети "паутины", да еще самые удобные подъемы занимала золотистая тина, из того же сорта, что он уже видел в лесу. Сергей выбрал себе путь в стороне от занятых ею площадей. Ему не очень-то хотелось проверять на своей шкуре, что бы это могло быть, как невольно получилось с малиновыми буграми. Кстати, эти естественные конденсаторы природного электричества тоже должны были располагаться где-то поблизости.
  
   "Нужно быть очень внимательным", - предупредил себя Малышев.
  
   Еще древние альпинисты придумали приемы передвижения без снаряжения по отвесным скалам. Однако раньше это было неоправданно рискованно, поэтому скалолазы, как правило, применяли страховочные веревки. Сергей же со своими пластидными (1) перчатками и ботинками карабкался по отвесным подъемам, как муха по стене. Альпинисты-любители, конечно, не использовали столь неспортивные приспособления для скалолазания, работая исключительно с древним снаряжением, а то и вовсе без него. Но у профессиональных высотников мушиные доспехи пользовались большим почетом.
  
   Поднимаясь вверх, Малышев заранее подмечал ловушки и старался держаться от них на расстоянии. Как он и предполагал, электробугры в горах "водились". На высоте около пятисот метров ему пришлось обходить большую гряду, ярко пылающую малиновым светом.
  
   Часа через три Сергей достиг наконец вершины, но на этом его испытания не закончились. Ему пришлось попрыгать по скалам, преодолевая глубокие трещины и ущелья, на дне которых мрачно светился "ведьмин студень". Встречавшиеся Малышеву ловушки оставались неподвижными, что очень даже было неплохо, он мог планировать обратную дорогу через горы. Кроме того, его зрение значительно улучшилось, и Сергей еще издали сумел обнаружить неглубокое ущелье, ведущее прямиком к Мечу. Войдя в него, Молодой человек фактически вышел на финишную прямую, но... Но один из законов Зоны гласит: чем лучшей кажется вам дорога в начале пути, тем худшей она впоследствии оказывается. В десяти шагах от него, занимая весь узкий проход, бешено вращался голубоватый смерч силовой воронки.
  
   Сергей уже настолько близко подошел к артефакту, что даже со своим плохим зрением видел каменистую площадку, с которой шел направляющий его сигнал. Малышев крепко выругался и, подойдя поближе к "мясорубке", плюхнулся на какой-то камень, не забыв, впрочем, убедиться, что тот обычного базальтового происхождения.
  
   Разведчик с очень нездоровым интересом разглядывал непринужденно вращающуюся воронку. Посмотри он так на какого-нибудь человека, тот обязательно поспешил бы убраться подальше, если не был бы, конечно, дураком. Однако "мясорубке" было до лампочки.
  
   Малышев печально перевел взгляд на склоны ущелья, покрытые золотой "тиной", и глаза его стали еще печальнее. Возвращаться было далеко и "очэн обыдно, понымаэш". Сергей с ненавистью посмотрел на воронку. Под таким взглядом даже дурак тут же сделал бы ноги. "Мясорубка" и в этот раз никак не отреагировала.
  
   И тут молодому человеку в голову пришла замечательная идея, и даже пока не идея, а только воспоминание, но воспоминание идейно верное и по-пролетарски грамотное. А вспомнил он со злорадством, как почесывал макушки двум, не побоимся этого слова, зарвавшимся электрическим буграм.
  
   "А что если эту "мясорубку" разрядить? - азартно, подумал Малышев. - А как нам ее разрядить? Надо ей кого-то скормить (2). А кого? Кого бы ей скормить?!"
  
   Сергей плотоядно оглядел окрестности, но, к счастью для "кого-то", его поблизости не оказалось. Оставалась одна кандидатура. Малышев критически оглядел себя, достал волшебную палочку и сделал своего клона. Клоны, как известно, должны пройти немедленную реинкарнацию с переносом в них осознания и жизненной энергии, иначе по истечении пяти минут клинической смерти перестают быть клонами как таковыми и становятся трупами обыкновенными. Однако Сергей, как и любой интеллектуал, знал псионический трюк с "живчиком" (3). Он запрограммировал клона на поражение "мясорубки", передав ему "условный час" (4) собственной жизни. Уменьшить величину стандартной порции биологической энергии Малышев не рискнул - клон должен быть достаточно живым, чтобы нейтрализовать силовую воронку.
  
   Ожившая кукла моргнула глазами и уверенно зашагала к "мясорубке". Сергей отвернулся. Видеть разрушение собственного тела было не очень приятно. За спиной раздался сочный звук рвущейся биологической ткани. Клон даже не вскрикнул, он не чувствовал боли, поскольку не был на это запрограммирован. Глянув в то место, где была мясорубка, Малышев увидел на каменистой земле несколько черных клякс, оставшихся от человеческого тела, и безжизненный клочок тумана бывшей силовой воронки.
  
   Последнюю сотню метров пути Сергей преодолел без приключений. А когда увидел то, к чему так стремился, то невольно засмеялся. Перед ним стояла здоровенная каменная глыба, зеленая, исчерченная прожилками, с торчащей из нее рукояткой меча. Камень походил на малахит, отличаясь от него лишь тем, что был полупрозрачным.
  
   - Нынче же предстоит мне узнать, буду ли я носить английскую корону, - с удовольствием произнес он фразу, которая в иных обстоятельствах могла бы стать исторической.
  
   Малышев подошел к глыбе, взялся за рукоять Меча и попробовал его выдернуть. Не получилось. Эфес был сделан из того же материала, что и камень, и казался просто выточенным из него. Но Сергей понимал, что это не так. Он ЗНАЛ, что перед ним Меч Куи и нужно лишь "договориться" с ним.
  
   "Претендент на английскую корону" стоял и держался за ручку, стараясь по максимуму успокоить ум и добиться состояния абсолютной бесстрастности. Ему нравилось так стоять. Он не анализировал почему. Наоборот, мысли его постепенно замедлялись, тело наполнялось приятной тишиной. Он еще некоторое время пребывал в блаженном умиротворении, а затем, словно прилетев к нему издалека, его охватила легкая дрожь и заполнила невыразимой, великолепной в своем безмолвии Ясностью. Вокруг были все те же скалы Аида, но молодой человек был уверен, что снова оказался в "Месте Безмолвного Знания", понимая теперь, что последнее не связано с определенным местом в пространстве. Это было его личное состояние, личное достижение, личное достояние, его Личная Сила.
  
   Он смотрел на Меч Куи, и информация приходила по первому требованию. Он ЗНАЛ, например, что ему действительно предстояло пройти тест, но тот не имел никакого отношения к королевской крови. Ему предстояло узнать, достаточно ли у него Личной Силы, чтобы владеть Мечом. И, если ее окажется недостаточно, он развернется и уйдет восвояси без малейшего сожаления, как и подобает воину. Он может вернуться позже, когда настанет его время, или не вернуться совсем. Он понимал теперь, что не Меч Куи являлся тем призом, ради которого он поставил на карту свою жизнь и будущее Земли. Призом была Личная Сила, которую он приобрел благодаря своей Охоте.
  
   Охватившее молодого человека состояние несгибаемой решимости принять свою судьбу такой, какой она должна быть, словно позволило ему с чем-то согласиться, и тело воина вдруг наполнилось титанической силой. Эфес меча оторвался от камня и остался в его руках. Сергей чувствовал, что артефакт Куи обладает собственной Силой, и та теперь вливалась в него, становилась его достоянием. Эта Мощь была особого рода. Она предназначалась для определенных целей и управлялась его Намерением.
  
   Стоило Малышеву пожелать, как Сила вышла наружу, превратившись в голубоватый язык лезвия, столь же подвижного, как и пламя, меняющего форму по желанию хозяина, но, тем не менее, неизмеримо более плотного и разрушительного, чем огонь.
  
   Сергею захотелось вдруг испытать Меч. Разрубить что-нибудь, ну хотя бы эту глыбу, которая несомненно была прочнее всех окружающих скал. Но он сразу понял, что не стоит сейчас этого делать. Чувство, охватившее его, было сродни чести самурая, использующего свой клинок только с конкретной и очень серьезной целью. Воин втянул лезвие Меча обратно в рукоять и, поблагодарив артефакт за возможность пользоваться его Силой, выразил Намерение прервать контакт, а в следующую секунду словно проснулся.
  
   Мысли Сергея вновь возобновили свое течение, а знания, которые только что были его достоянием, истаяли на глазах, как остатки сна после пробуждения. И, тем не менее, он не испытывал сожаления. Благодаря чему-то, что Малышев все же приобрел от этого контакта, а может и благодаря всему путешествию по Зоне, он имел теперь какой-то дополнительный стержень внутри себя, какое-то особенное спокойствие и уверенность в своих силах.
  
   Лишь одно Знание Сергей сумел удержать и облечь в слова. Его Охота закончилась. Пришло время возвращаться.
  
   _____________________________________________________________________________
   Сноски:
  
   (1) Пластид - материал управляемой твердости, использующийся в основном для крепежа оборудования на наклонных поверхностях и для альпинизма.
  
   (2) Установлено, что "мясорубка" может быть на время нейтрализована, разрядившись на живом организме. Причем несмотря на то, что эта аномалия с одинаковой эффективностью разрушает живую и неживую материю, выводят ее из строя только живые существа.
  
   (3) Живчик - ментальная программа, записанная на порции жизненной энергии, способная на время своего действия поддерживать жизнедеятельность клона. Срок ее работы зависит от количества жизненной энергии.
  
   (4) Условный час. Жизненная энергия, определяющая срок существования программы, измеряется в условных единицах времени жизни донора. Условность этих единиц заключается в том, что, лишившись части жизненной энергии (если потеря не смертельно велика), человек не сокращает срок собственной жизни, поскольку, в отличие от "живчика", способен со временем восполнить потерю.
  

Глава 2.7. Возвращение

  
   Боль в ногах снова дала о себе знать, когда Малышев подходил к роще. Горы он преодолел благополучно, а вот плато показало-таки свои зубы. "Мясорубки" будто взбесились. Сергей то и дело попадал в сложные ситуации, когда на него неслись одновременно пять, а то и шесть разъяренных смерчей. Преодолев плато, он еле волочил ноги.
  
   "Если так и дальше пойдет, - подумал Малышев, - я до конца лабиринта не дотяну".
  
   Ему не помешало бы немного передохнуть, прежде чем испытывать "гостеприимство" лесных обитателей, но оставаться сейчас на плато было равносильно самоубийству. Поэтому он, не останавливаясь, вошел в лес и растворился в растительном мире. Сергей сосредоточился на опасности, и походка его снова стала мягкой, кошачьей, даже боль в ногах, казалось, поутихла. С тех пор, как он заполучил Меч Куи, зрение отчасти вернулось к нему, и это было как нельзя кстати.
  
   В лесу его словно бы поджидали. Из чащи вдруг выскочила свора каких-то уродливых существ, отдаленно напоминающих гиен, и с рычанием бросилась на него. Малышев молниеносно выстрелил, поразив две цели, отпрыгнул в сторону и в полете поджарил еще троих. Холодом накатило чувство опасности, но изменить траекторию падения молодой человек уже не успевал. Он мягко приземлился на траву, и та предательски под ним расступилась.
  
   Сергей провалился в черную пустоту, успев только включить герметизацию костюма, так что тот превратился в легкий скафандр. Еще в воздухе его подхватило и облепило что-то гибкое и вязкое. На мгновение стало светлее, и он разглядел, что со всех сторон его окружают мясистые полупрозрачные щупальца, покрытые маленькими красными бородавками. Из них активно выделялась зеленовато-желтая пена, покрывавшая его уже с головы до ног.
  
   Сверху, визжа, упали две "гиены", прыгнувшие, вероятно, вслед за человеком. Красноватая масса, чмокнув, вздыбилась и подхватила их на лету, как заботливая мать дитя, и тут же закрутила, завертела, намылила зеленым и утащила вглубь. Сергей же погружался не спеша. Все вокруг него чавкало, чмокало, пробуя его на вкус и недоумевая по поводу его неудобоваримости.
  
   Снова стало темно - это затянулось отверстие сверху. Но Малышев неплохо видел в темноте. Здесь, в этой ловушке, его зрение восстановилось полностью. Масса на мгновение разошлась, подтолкнула к нему густо покрытый пеной ком и вновь сдавила со всех сторон. Теперь Сергей получил полное представление о судьбе двух незадачливых хищников. Они уже практически не шевелились, лишь изредка их тела судорожно подергивались. Щупальца снизу раздвинулись, открывая мясистую поверхность, усеянную небольшими, с пятак величиной, хищно шевелящимися присосками, которые не преминули сразу же продемонстрировать свое назначение.
  
   Существо, на трапезе которого Сергей и компания имели честь присутствовать, как и "анаконда", оказалось хорошим растворителем. "Гиены" в этом быстро убедились, после чего были плотно прижаты с сосущей поверхности, и со звуком трубного сморкания (такого знакомого) оставили Малышева в полном одиночестве. Его тоже по недомыслию попробовали всосать, но не тут-то было. "Хамелеон" неплохо сдерживал химическую атаку, и Сергей был еще не согласен последовать за своими спутниками. Так могло, наверное, продолжаться долго, если бы его чудо-костюм не имел одного существенного недостатка - он не включал в себя запасов воздуха.
  
   Малышеву вдруг стало очень скучно. И может, от этого, а может, оттого, что он уже давно не дышал, внутри него что-то сдвинулось, и голову одно за другим посетили следующие соображения: он находится на Аиде, а не на Земле; выйди он за пределы Зоны, ближе к Земле он от этого не станет; он валяет дурака с того самого момента, как двинулся в обратную дорогу. От этих мыслей Сергею вдруг стало так смешно, что он почему-то сразу уснул, но при этом продолжал наблюдать все то же самое, хотя и во сне. Ему не понравился этот сон, и Малышев подумал, что раз уж он все равно спит, то было бы гораздо лучше увидеть что-нибудь посимпатичнее. Например, прекрасный сад эксцентричной Феи. Сергей представил себе эту притягательную картину так живо, что сон его тут же сменился в соответствии с пожеланиями.
  
   Ночью сад оказался еще более прекрасен, чем днем. Везде, куда бы ни падал взгляд Сергея, светились цветы самых разнообразных расцветок.
  
   "А Фло, наверно, уже спит", - отчего-то подумалось Малышеву, но он оказался неправ.
  
   Словно услышав его мысли, прямо из зарослей перед ним появилась девушка. Она встала, внимательно изучая то место, где молодой человек находился, потом вдруг посмотрела ему прямо в глаза и очаровательно улыбнулась. Фло стремительно приблизилась к Сергею и схватила его за плечи. Как это ни странно, но, даже будучи во сне, он почему-то ощутил ее прикосновения. Девушка прижалась губами ко рту Сергея и стала надувать его, как резиновый шар. Он чувствовал, что с каждым ее выдохом становится все более вещественным, все больше физических ощущений просыпалось в нем. В уши его ворвались звуки. Со всех сторон трещали ночные цикады.
  
   Наконец Фло положила парня на землю, но он все еще чувствовал себя легким, как пушинка. Весело подмигнув, Фея достала откуда-то ведро, наполненное чем-то жидким. А спустя мгновение Сергей понял, что это ледяная вода, и окончательно проснулся. Он лежал на траве и судорожно дышал, приходя в себя после ледяного душа. Девушка тем временем подняла с земли второе ведро и снова окатила его. "Не надо!" - хотел крикнуть Малышев, но язык не слушался. Вода была ужасно холодная, и он попытался отползти в сторону, но тело ему не повиновалось. Третье ведро вернуло Сергею дар речи, и он завопил что есть духу в том смысле, что хватит его поливать жидким азотом. Удивленно посмотрев на него, Фло звонко засмеялась. Минуту она предавалась безудержному веселью, затем, немного успокоившись, присела возле Сергея. Глаза ее пылали озорным огнем. Некоторое время она всматривалась в его лицо, словно раздумывая, а затем склонилась и очень нежно поцеловала в губы. Организм молодого человека живо отреагировал на эту ласку, наполнившись сладкой истомой.
  
   Тепло улыбаясь, Фея поднялась, подхватила парня на руки и легко прыгнула выше деревьев. Она мягко приземлилась на полянке с гамаком, натянутым меж двух крепких стволов деревьев, и аккуратно уложила на висячее ложе свою драгоценную ношу. Гамак закачался, и Малышев словно поплыл по воздуху, погружаясь в глубокий сон без сновидений.
  

Часть 3. ОБОРОТНАЯ СТОРОНА ВОСПРИЯТИЯ

  
   Из пустоты, из ничего,
   Из сумасбродства моего
   Вдруг возникает чей-то лик.
   (Юлий Ким)
  
   А кто-то встал у края крыши
   И захотел лететь.
   (Гарик Сукачев)

Глава 3.1. Второе внимание

  
   Сон отступал медленно, как густой утренний туман. Реальность постепенно пробивала себе дорогу, проникая в сознание, и в определенный момент словно сильным порывом ветра сдула остатки сна. Малышев открыл глаза, потянулся и сел. Гибкий гамак плавно качнулся под ним. А вокруг, насколько хватало глаз, разворачивался тропический сад. Сергей обернулся, и когда глаз хватило на дерево, расположенное у него за спиной, он увидел прекрасную девушку в белой коротенькой юбочке и топике, напоминавших больше купальный костюм, чем приличную одежду. Она сидела верхом на толстой ветке, прислонившись спиной к стволу дерева, и по-детски болтала ногами.
  
   - А-ал-ли-илуя-а! - имитируя интонации герольда, воскликнула Фло. - Светлый принц вернулся!
  
   Малышев развернулся в гамаке на сто восемьдесят градусов, чтобы комфортнее было общаться, и устроился поудобнее, поправив на себе одежду (что-то вроде хитона), в которую был облачен.
  
   - Доброе утро, прекрасная фея, - откликнулся он и поинтересовался, слегка раскачиваясь в гамаке: - Чем заслужил я новый титул?
  
   - Свое королевское происхождение, мессир, Вы доказали, вынув Меч из камня, - учтиво ответила девушка.
  
   - Ага, значит паясничаем с утра, - хмыкнул Сергей. - Может лучше проинформируешь меня, где я смогу найти свою одежду?
  
   Оставаясь в одном хитоне, под которым ничего, кроме родного тела, не было, он чувствовал себя неуютно в свете событий, имевших место непосредственно перед его командировкой на Аид.
  
   - А это тебе лучше знать, - хихикнула Фло. - Ты изволил явиться сюда совершенно голым, и я, дабы не искушать себя лишний раз, облачила тебя в то, что было в моем распоряжении.
  
   - А лишнего "Хамелеона" не нашлось в твоем распоряжении? - смущенно поинтересовался Малышев.
  
   - Нет, эти ящерицы здесь не водятся, - наивно ответила девушка. - И не понимаю, зачем они тебе вдруг понадобились. Если б я знала...
  
   - Постой-постой, - перебил ее абракадабру Сергей, его вдруг посетило неприятное предположение. - Значит, все мои вещи остались в Зоне?
  
   - В руках у тебя был Меч, он пылал как огонь, - успокоила его Фло.
  
   "Слава богу, Меч остался", - подумал Малышев с облегчением. Все это было очень подозрительно, но он не стал развивать данную тему разговора, решив принять предложенную ему игру.
  
   - Значит, моя охота на Аиде все-таки принесла плоды? - уточнил Сергей.
  
   - Да. Ты стал велик, - торжественно подтвердила девушка, но, не удержавшись, хихикнула.
  
   - А если серьезно? - спросил Малышев улыбаясь. Когда она вот так дурачилась, как сейчас, была особенно очаровательна.
  
   - Неплохо, - кивнула Фея. - Ты заметно увеличил свою Личную Силу, хотя, наверное, мог бы добыть и больше.
  
   - Со мной в Зоне происходило много непонятных вещей, - пожаловался Сергей.
  
   - Расскажи, - предложила собеседница
  
   Малышев, на секунду задумался и начал повествование.
  
   Рассказывая, он поглядывал на аморфа (или аморфу), в ключевых местах своей истории следя за ее реакцией. Фло с одобрением выслушала отчет о том, как он научился видеть ловушки, а та часть рассказа, где его мотало из одного места в другое, привела девушку в восторг. Безразличной улыбкой она отреагировала на гипотезу об энергетических потоках в Зоне и выкладки Элдерса о "плюющейся капусте", а когда Сергей рассказывал об "анаконде", улыбка стала сочувственной. Особенно внимательно она выслушала историю о том, как молодой человек вынул меч из камня, а потом прервала его рассказ и попросила описать возвращение на Землю.
  
   Когда Малышев закончил, она еще некоторое время сидела в напряженной позе, видимо, что-то обдумывая, а потом откинулась на ствол дерева и улыбнулась.
  
   - Действительно важными эпизодами твоей Охоты являются те, что были наполнены Силой, - сказала Леди. - К ним относятся моменты, когда ты использовал Второе Внимание.
  
   - А что это?
  
   - Все, что выходит за рамки привычного для людей восприятия.
  
   - Я бы не назвал привычным все, что происходит на Аиде, - хмыкнул Сергей.
  
   - Я имела в виду другое, - улыбнулась Фло. - Люди воспринимают мир с позиции материи, и это довольно узкая точка зрения.
  
   - Разве можно воспринимать как-то иначе?
  
   - Можно. Если сравнить человека с радиоприемником, то он словно бы настроен на одну и ту же волну. Поэтому мир для него незыблем. Но человек может сменить частоту и собрать другой мир.
  
   - Переместиться в параллельное измерение?
  
   - Нет, просто увидеть другую часть окружающей действительности, которая на старой частоте ему недоступна.
  
   - Какую другую часть? Что-то я тебя не понимаю.
  
   - Для того чтобы уяснить, как это происходит и почему, необходимо Увидеть мир как энергию.
  
   - Что ты имеешь в виду?
  
   - Словами сложно выразить, - сказала фея. - Чтобы ты понял, я должна тебе кое-что показать.
  
   Она расстегнула молнию на топике и сняла его, затем поступила так же со своей юбкой и осталась совсем голая. Лицо у Сергея вытянулось от удивления и, взглянув на него, девушка засмеялась.
  
   - Нет. Я вовсе не тело свое имела в виду.
  
   Она приподняла одну ногу, и ветка, что была под ней, изогнулась, приобретая форму сидения. Но поскольку к этой части дерева был привязан гамак, Сергея подбросило высоко вверх, как на батуте, и он инстинктивно ухватился за ветвь, расположенную выше, при этом хитон самым предательским образом его покинул и спланировал на землю. Девушка едва не свалилась следом. Судорожно ухватившись руками за ствол, она засмеялась так, что слезы потекли из ее глаз. Красный от смущения Малышев спрыгнул на землю, намереваясь вернуть себе одежду, но Фло, замахав рукой, остановила его.
  
   - Ой, нет... подожди, не одевайся... - сдавленно сквозь смех проговорила она. - Я... я как раз... хотела попросить тебя... раздеться..., но ты... - И она засмеялась с новой силой, неспособная больше произнести ни слова.
  
   Малышев чувствовал себя не в своей тарелке. У него и в мыслях не было обижаться на девушку. Дело было в другом. Обнаженная инопланетянка выглядела очень сексапильно, и он, лишенный одежды, беспокоился, что переполнявшие его эмоции вполне определенным образом проявятся снаружи.
  
   Понемногу успокаиваясь, Фло переключила свое внимание на Сергея.
  
   - Ну, хватит тебе смущаться, - улыбнулась она. - А не то я подумаю еще, что ты ни разу женского тела не видел.
  
   Сама она разглядывала Сергея с явным удовольствием и довольно плотоядно. Девушка и не думала скрывать, что любуется им. Ее кожа порозовела от возбуждения, глаза азартно сверкали.
  
   - И напрасно ты пытаешься остановить в себе то, что все равно произойдет через некоторое время, - игривым тоном сказала она. - Потому что сейчас я попрошу тебя подойти и встать ко мне спиной. - И Леди широко раздвинула ноги, недвусмысленно указывая, куда именно он должен встать. - Не беспокойся, сексом мы заниматься не будем. - Девушка хихикнула и добавила. - Пока.
  
   - А не кажется ли тебе, - заерепенился Малышев, - что все это выглядит несколько...
  
   - Не кажется, - мягко, но в то же время очень строго оборвала его Фло. - Перестань ты потакать своим комплексам, сейчас это особенно неуместно. Если хочешь чему-нибудь научиться, должен делать то, что я тебе говорю.
  
   Ее тон немного привел Сергея в чувство.
  
   "Она права, - подумал он с досадой. - Зачем, черт возьми, я строю из себя дурака? Приступы ксенофобии? Сроду не замечал за собой такого".
  
   Малышев встал спиной к девушке. Та обхватила его руками за грудь, ногами за талию и крепко прижала к себе. Тело Сергея сразу наполнилось приятным теплом и безвольно расслабилось. Одновременно Малышев почувствовал, как произошло то, чего он так опасался, но это его сейчас уже не волновало.
  
   - Останови свои мысли, - тихий голос Феи, казалось, зазвучал сразу со всех сторон. И ум его послушно погрузился в безмолвие. - Ты должен отчетливо вслух выразить свое Намерение последовать за мной, - прозвучало новое указание.
  
   - Я хочу идти за тобой, - уверенно и с какой-то внутренней силой произнес Сергей.
  
   Он почувствовал, как в нем что-то рвется, а в следующее мгновение окружающий мир словно замер и неожиданно засиял ярким светом. Со всех сторон из конца в конец протянулись бесконечные светящиеся нити, словно стягивающие воедино ткань мироздания, поддерживая его от немедленного распада. Они были как цветные линии света великолепнейших оттенков, обладали внутренней жизнью, сияли и лучились энергией. Малышев испытывал странное чувство, что все время видел эту необыкновенную картину, но что-то до настоящего момента мешало ее осознать.
  
   - Сейчас ты увидишь себя со стороны, - предупредила Фло.
  
   Наблюдаемая картина сдвинулась в сторону и повернулась. В поле зрения Сергея попали два странных объекта. Один из них напоминал ярко светящуюся морскую звезду, другой обладал яйцеобразной формой. Звезда была огромна, раза в три превосходя эллипсоид. Она хищно обхватывала Яйцо своими лучами, сдавливая и деформируя его. Обе фигуры были заполнены светящимися волокнами, подобными тем, что находились снаружи. В том месте, где Звезда и Яйцо соприкасались, волокна люминесцировали пульсирующим светом, который, словно вскипая, превращался в пузырьки энергии. Часть их концентрировалась на поверхности соприкосновения, но основная масса поглощалась Звездой, растворяясь в ее глубине.
  
   Сергей вдруг понял, что он и есть Яйцо, пребывающее в объятиях аморфа, но это знание ничуть его не обеспокоило. Каким-то образом он чувствовал, что положение, в котором находится, не представляет для него опасности.
  
   - Чтобы проникнуть в тайну восприятия, - зазвучал приятный голос девушки, - необходимо Увидеть мир как энергию. С этой точки зрения окружающая нас вселенная наполнена энергетическими эманациями, разнообразие которых бесконечно велико (1). Они имеют форму нитей и в совокупности отражают все грани мироздания. Существа, обитающие во вселенной, состоят из подобных же энергетических волокон и способны воспринимать отнюдь не все его разнообразие, а лишь только ту часть, что содержится в нитях, заключенных под их оболочками.
  
   На поверхности энергетического кокона располагается пятно повышенной светимости, играющее ключевую роль в восприятии. Оно как глазок, через который человек смотрит на мир, и в зависимости от своего положения открывает ту или иную картину. Именно через это окно внутренние эманациями человека соприкасаются со внешними волокнами вселенной и получают от них информацию. Внешние эманации притягиваются к подобным себе внутренним и зажигают их.
  
   Совокупность зажженных энергетических волокон собирает ту или иную картину восприятия. Поэтому пятно повышенной светимости можно назвать Точкой Сборки. Его перемещение по поверхности энергетического кокона позволяет зажечь соседние энергетические волокна и изменить воспринимаемую картину мира. Чем жестче закрепляется Точка Сборки в новом положении, тем четче выглядят изменения. И если же сдвиг достаточно велик, собирается совершенно иной мир, так словно поворачивается ручка радиоприемника и улавливается другая передача.
  
   Все твои соплеменники, Сергей, имеют одинаковое положение Точки Сборки и соответственно настроены на одну и туже волну. В этом и кроется ваша ограниченность. Нет ничего плохого в такой форме восприятия. Ее недостатком является лишь то, что вы считаете эту картину исчерпывающей и единственно верной. А тех из вас, у кого Точка Сборки сдвинута, вы называете "сдвинутыми" и считаете их сумасшедшими или ненормальными. Так вот, вторым вниманием называется то, что находится за пределами привычной вам позиции Точки Сборки.
  
   Все, о чем рассказывала фея, Сергей мог видеть собственными глазами (или не глазами даже, глаз у него в этом состоянии не было). Но ему по большому счету и не нужно было подтверждение. Состояние, в котором он находился, каким-то образом давало ему возможность ЗНАТЬ все, о чем шла речь. Однако едва только Фло отпустила Малышева и мир вернулся в прежние рамки, как того охватило сильнейшее замешательство. Полученное от аморфа знание было разрушительным. Оно напрочь ломало представления молодого человека о структуре мироздания, опрокидывало многие основополагающие истины, и наконец, все устремления человечества с точки зрения новой концепции выглядели, мягко выражаясь, несерьезными. Сергею очень хотелось проигнорировать то, о чем он узнал, но он привык считаться с фактами.
  
   Безжалостно раздираемый внутренними противоречиями, Малышев на какое-то время потерял над собой контроль. Сидя на земле, совершенно голый, он вытаращенными глазами осмотрелся по сторонам и, узрев свой хитон, быстро устремился к нему. Подхватив его и перекинув через шею наподобие шарфа, Сергей поднялся на ноги и, сложив руки за спиной, степенной походкой стал задумчиво прогуливаться перед деревом. И вид при этом он имел бы вполне внушительный, если б не дурацкий хитон, повязанный на шее, который, никоим образом не скрывая его наготу, выглядел особенно нелепо.
  
   Фло, следившая за Сергеем широко открытыми от удивления глазами, вдруг судорожно всхлипнула и упала с ветки, на которой сидела. Закатив очи, она широко, как рыба, открывала рот, из которого не доносилось ни звука. Наконец протяжный стон вырвался из ее горла, и она зарыдала, сотрясаясь от хохота. Тяжело, со стоном набирая в легкие воздух, девушка выплескивала его в приступах смеха, который возобновлялся с прежней силой, едва только взгляд ее касался Сергея.
  
   - Ой, прекрати!.. - выдавила она из себя с трудом. - Сни... сними ты его, ради бо... бога.
  
   Немного пришедший в себя Малышев обнаружил ошибку в своем туалете и быстро ее исправил. Фло тем временем постепенно затихала, лежа под деревом.
  
   - Не понимаю, что тут смешного? - смущенно сказал Сергей.
  
   - Нет тут ничего смешного, - откликнулась девушка и, прыснув, снова засмеялась. - Все-все, я уже успокаиваюсь, - поспешно сказала она, реагируя на его зверское лицо. Она уселась под деревом, и юбка с топиком вновь вернулись на ее тело. - Ну, вот, я снова готова тебя слушать.
  
   Сергей посмотрел на нее испытывающе и спросил:
  
   - Послушай, Фло, для меня это очень важно. То, что ты мне показала, не было шуткой?
  
   - А ты не сделаешь опять что-нибудь смешное?
  
   - Думаю, что уже нет.
  
   - Я помогла тебе Видеть энергию, помнишь? В том состоянии никаких шуток быть не может. Юмор - это аспект Первого Внимания.
  
   Малышев вновь стал описывать круги перед деревом, но теперь уже по другому поводу. Он умел быстро справляться с потрясениями. Теперь мысли его были охвачены открывающимися перспективами.
  
   - Как ты оцениваешь шансы людей? - поинтересовался он. - Мы сможем с этим освоиться?
  
   - К сожалению, готовность к знаниям такого рода - вещь сугубо индивидуальная, - ответила Леди. - У тебя, например, шансы очень неплохие, ты недвусмысленно продемонстрировал это в Зоне.
  
   - Но что же со мной там все-таки происходило? - спросил Сергей. - И главное, почему? Я ведь не в первый раз попадаю в критические ситуации.
  
   - Существует, по крайней мере, четыре причины, по которым ты смог самостоятельно использовать Второе Внимание, - сказала Фло. - Первая и главная - это энергия. Вернее, ее количество. У тебя просто хватило для этого Личной Силы.
  
   - А раньше, значит, не хватало?
  
   - Не забывай, что мы обменялись с тобой энергией, - с игривой улыбкой ответила девушка. - По всей видимости, это пошло тебе на пользу.
  
   - Ну, а другие причины? - смутился Сергей.
  
   - Во-вторых, ты познакомился с Местом Безмолвного Знания и мог кое-что почерпнуть для себя оттуда. В-третьих, вместе с кусочком моей энергии ты получил и информацию. - Улыбаясь, Фло добавила: - Этот способ обучения, кстати, мне очень понравился.
  
   - И в-четвертых? - поспешил Малышев увести разговор из опасного русла.
  
   - Все перемещения Точки Сборки, которые я помогла тебе сделать, сами по себе являются полезным опытом. А в Зоне ты просто сдвигал ее, вот и все, что с тобой происходило.
  
   - Ну, допустим, восприятие ловушек еще можно этим объяснить, но все остальное? - сказал Сергей, скептически качая головой. - Например, эта чехарда с перемещением из одного места в другое. У меня было ощущение, что я сплю. Может, это сон я такой видел?
  
   - Мне жалко тратить время на то, что я могла бы впихнуть в тебя иным способом, - сказала фея, поднявшись и направляясь к нему грациозной кошачьей походкой. - Может, лучше я покажу тебе свою спальню, Сергей? Я думаю, она тебе придется по вкусу.
  
   - Простые человеческие объяснения мне тоже не помешают, - пересохшими враз губами ответил Малышев и облизнулся, отступая назад. - А то ведь я опять могу начать повязывать хитон себе на шею или еще, чего доброго, совсем свихнусь.
  
   Засмеявшись, девушка обняла Сергея и поцеловала в нос. Это ее действие оказалось не столь чарующим, как поцелуй в губы, у парня только слегка дрогнули коленки.
  
   - Хорошо, - сказала она улыбаясь. - Поболтаем еще немного.
  
   Когда Фло отпустила молодого человека, тот обнаружил, что они оказались в другой части сада, рядом с беседкой, внутри которой были скамеечки, круглый стол и два бокала с напитком. Девушка села и жестом пригласила Сергея присоединиться.
  
   - Придется начать издалека, - предупредила она, отпив из своего бокала. - Первым делом необходимо сказать, что во сне Точка Сборки любого человека смещается. Если тот просто спит, она движется хаотически и нигде надолго не останавливается. Этим, кстати, и объясняется мимолетность и непредсказуемость событий сна. Другое дело СновИденье. Осознанно действуя во сне, человек учится управлять перемещением своей Точки Сборки. При этом он использует две силы. Та из них, что отвечает за перемещение Точки Сборки, является Намерением. Другая сила предназначена для ее удерживания в неподвижном состоянии, и это Воля. Твоя Воля, кстати, достаточно сильна. И в основном благодаря занятиям имперсонацией.
  
   - Вот как? - удивился Сергей. - Почему?
  
   - Потому что вторичное сознание - это просто иное положение Точки Сборки. Создавая двойника своей личности, ты используешь Волю для фиксации ее на новом месте.
  
   - Но ведь восприятие мира при этом не изменяется.
  
   - Ну и что, - сказала Фло. - Зажигая другие эманации, человек не обязательно собирает новый мир. Существует множество положений Точки сборки, при которых изменяется только уровень осознания. Два из них, например, тебе знакомы: это Место Дубля и Место Безмолвного Знания.
  
   - Место Безмолвного Знания мне действительно известно, - согласился Сергей. - Хотя только теперь я узнал, что это иное положение Точки Сборки. Но я впервые слышу о Дубле. Что ты имеешь ввиду под этим термином?
  
   - Дубль - это твое энергетическое тело или тело Сновиденья, - пояснила Фло. - В состоянии Сновиденья человек действует именно в нем. А если Точка сборки помещается в Место Дубля, Сновиденье становится явью.
  
   - Что это значит? - спросил Сергей.
  
   - Это значит, что тело Сновиденья отделяется от физического тела и функционирует уже не в вымышленном, а в реальном мире, что, собственно, и произошло с тобой в Зоне, в одном из эпизодов. Дело в том, что энергетическое тело находится не в пространстве. Пространство - категория Первого Внимания, а тело Сновиденья относится ко Второму. Оно не ходит ногами, а перемещается силой Намерения. Энергетическое тело может, например, в мгновение ока оказаться в другом месте. И совершенно неважно, в одном метре находится это место от прежнего или же в сотнях парсеков. Для того чтобы переместиться, достаточно использовать Намерение, ну и, конечно же, потребуется определенное количество энергии.
  
   - Ты хочешь сказать, - догадался Сергей, - что с Земли на Аид и обратно я попал именно таким способом.
  
   - Именно так, - подтвердила Фло.
  
   - Но ведь на Аиде я был в своем физическом теле. Или нет?
  
   - В физическом, - подтвердила девушка. - Твое энергетическое тело еще недостаточно сильно, чтобы долгое время действовать самостоятельно.
  
   - Но тогда мне непонятно, как мое физическое тело попало на Аид.
  
   - Что тут непонятного, - удивилась Леди. - Тело Сновиденья может действовать отдельно от физического, лишь пока Точка Сборки находится в положении Дубля. Как только она занимает свою обычную позицию, человек просыпается. А вот место пробуждения - это уже его личное дело. Переместив свою Точку Сборки в положение Дубля, ты мог бы без труда преодолеть оставшееся расстояние до Меча Куи, но у тебя не хватило для этого Личной Силы.
  
   - Мне кажется, что Личная Сила здесь не причем, - возразил Сергей. - Просто я не знал, что могу передвигаться таким способом.
  
   - Личная Сила всегда причем, - заверила его девушка. - Без всяких моих объяснений ты переместился с Земли на Аид и с Аида на Землю, мог бы прыгнуть и к Мечу, если б у тебя хватило энергии догадаться об этом.
  
   - А зачем ты обливала меня холодной водой, - полюбопытствовал Малышев.
  
   - У тебя практически не осталось энергии, когда ты вернулся, поэтому ты не мог передвинуть Точку Сборки в обычное положение. Ледяной душ в этом случае весьма способствует, - пояснила Фло. - Если бы ты прыгнул на Землю оттуда, где закончил свою Охоту, проблем бы никаких не было. Но ты зачем-то пошел обратно через Зону и растратил всю свою энергию. Мне пришлось подвесить тебя над землей в благоприятном месте, чтобы ты мог восстановить часть своей энергии, иначе бы ты умер.
  
   - Вот так Охота, - огорчился Сергей. - Значит, я не только не увеличил свою Личную Силу, но и растерял то, что у меня было?
  
   - Вовсе нет, - возразила девушка. - Личная Сила - это не одна лишь жизненная энергия. На Аиде твое тело увеличило свой энергетический объем. Когда закончим эту беседу, я помогу тебе его заполнить.
  
   - Как думаешь, - оживился Сергей, - после этого я буду уже готов к встрече с Кащеем?
  
   Фло засмеялась.
  
   - Какой ты нетерпеливый, однако, - сказала она. - Я еще ничему тебя не научила, а ты уже собрался от меня сбежать. - Девушка достала откуда-то из под стола Меч Куи и положила его перед Сергеем. - Умеешь этим пользоваться?
  
   Малышев взял в руки теплую, словно живую, рукоять артефакта, и тело его мгновенно установило с ним контакт. Это было как умение кататься на велосипеде: один раз включив Меч, Сергей не мог уже разучиться им пользоваться. Он ощутил мощный прилив энергии, наполнившей его до краев. Казалось, молодо человек стал великаном, всемогущим богом, способным разрушать планеты по своему желанию. Однако все существо его тут же восстало против чувства всесилия и беспечности, столь несвойственного трезвым концепциям, воспитанным многолетними тренировками. Сергею потребовалось лишь несколько секунд ожесточенной борьбы, и он полностью восстановил контроль над своими эмоциями. Полное спокойствие и бесстрастность охватили Малышева. Почувствовав силу хозяина, Меч Куи словно переключился на другой режим взаимодействия, подстраиваясь под новый уровень осознания человека.
  
   С интересом наблюдавшая за Сергеем девушка улыбнулась.
  
   - Одним из опаснейших врагов воина является его Сила, - сказала она. - Сила помогает воину побеждать, но и сама может победить его, если достанется слишком просто. Личная Сила владельца должна превосходить Силу Меча, иначе последний из союзника превратиться во врага. Тебе артефакт подчиняется даже сейчас, когда ты не в лучшей своей форме, - отметила Леди. - Можешь считать, что нашел в нем своего поклонника.
  
   - Ты говоришь о нем как о живом существе.
  
   - Я делаю это в соответствии с твоим к нему отношением, - сказала Фло. - Тебе понравился Меч, ты понравился ему, и я этим довольна. Хотя артефакты Куи и не наделены осознанием, они являются предметами Силы, поэтому не стоит рассматривать их как неодушевленные вещи. Кому-то они даются, а кому-то нет. В последнем случае независимо от количества Личной Силы не стоит их использовать.
  
   - А что было бы, если б я не понравился Мечу? - поинтересовался Малышев.
  
   - Мы нашли бы другой способ справиться с Кащеем, - ответила фея. - Можешь в этом не сомневаться.
  
   - А например?
  
   - Я не привыкла болтать впустую, - отрезала Фло. - Твой путь определился, и все, что выходит за его рамки - несущественно. Знаешь, мне даже не удивительно, что так все получилось, - улыбнулась она. - Есть в вас с Кащеем что-то от Куи, поэтому и артефакты их к вам "неравнодушны".
  
   - Что именно?
  
   - Не думаю, что тебе сейчас это действительно интересно, - улыбнулась девушка. - Твоя Точка Сборки находится в Месте Без Жалости. Это ее положение, как правило, предшествует Месту Безмолвного Знания, но и само по себе имеет определенную ценность. Скажи, ощущения, которые ты сейчас испытываешь, тебе знакомы?
  
   - Нечто подобное я всегда чувствую, концентрируясь перед боем, - ответил Сергей. - Но состояние, в котором я сейчас нахожусь, мощнее. В первый раз я испытал его в Зоне, когда прикоснулся к Мечу.
  
   - Я хочу воспользоваться удобным случаем и вызвать тебя на тренировочный бой, - сказала Фло.
  
   Она вынула из-под стола второй Меч Куи ("Склад их у нее там, что ли?" - подумал Малышев) и пояснила:
  
   - Его я скопировала с оригинала, но оставила в нем только Пси-поле. Оно действует на сознание, не разрушая материю. Этот Меч лишь усыпляет, не более.
  
   - У меня Меч тоже тренировочный? - поинтересовался Сергей.
  
   - Нет, но он не сможет мне повредить, - успокоила его девушка. - Ну что? Вздуем друг дружку?
  
   - Пожалуй, - с улыбкой откликнулся молодой человек. - Подеремся часов до шести, а потом пообедаем (2).
  
   Фея встала и потянулась с грацией кошки. На ее длинных крепких ногах проявились упругие мышцы. Пятью минутами раньше Сергей испытал бы эстетическое удовольствие, сейчас он только холодно отметил, что Фло опасный противник.
  
   Бок о бок они вошли в Замок, преодолели несколько комнат и оказались в просторном зале. Соперница повернулась к Малышеву лицом и с легким шелестом "обнажила" свой Меч янтарного цвета. Клинок Сергея излучал голубое сияние.
  
   - Я хочу продемонстрировать тебе преимущества интеллектуального боя.
  
   - Что это такое? - спросил молодой человек.
  
   - Один из аспектов Второго Внимания, ему, как и Личной Силе, нельзя дать словесного объяснения, - ответила Фло. - Его можно только продемонстрировать. Если у тебя хватит Личной Силы, ты сам поймешь, что он собой представляет.
  
   В следующую секунду лезвие ее меча удлинилось и неминуемо поразило бы Сергея в голову, если бы тот оставался на месте. Скользнув в сторону, он парировал удар. соперница улыбнулась, и бой начался.
  
   Девушка оказалась настоящей молнией, демонстрируя невообразимую реакцию и стремительность движений. Она не только великолепно фехтовала, но и в совершенстве владела приемами рукопашного боя, нанося удары клинком, руками и ногами едва ли не одновременно, причем из самых невообразимых позиций. Фло вела агрессивный наступательный бой, вынуждая Сергея обороняться на пределе возможностей. Прессинг был столь резкий и неожиданный, что в любое другое время Малышев не сумел бы отразить атаку соперницы. Однако необыкновенное состояние, в котором он находился, позволило ему мгновенно адаптироваться к скорости боя и успешно сдерживать нападение.
  
   Несмотря на бешеный ритм, Фея действовала в рамках человеческих возможностей, Сергей это чувствовал. Она как будто играла, испытывая удовольствие от схватки. Ее движения напоминали необыкновенный по красоте сложный танец. Перемещалась, наносила удары, проводила приемы, связки, финты Фло с такой легкостью и уверенностью, словно знала какие-то законы, чувствовала логику боя, словно решала задачу, причем самую элементарную. И вместо того, чтобы умножить два на два, она брала корень, возводила в степень, логарифмировала и интегрировала, забавляясь, и сожалела о том, что придется все же умножить.
  
   В бешеном форсинге бой превращается в единую связку, каждый следующий удар использует энергию предыдущего, поэтому соотношение сил здесь в большей степени определяется положением соперников, к которому приводит цепь предшествовавших движений. Малышев вполне справлялся с заданным темпом и мог сражаться достаточно долго, во всяком случае, до тех пор, пока позволяли бы ему силы. И, тем не менее, он чувствовал, что бой завершится задолго до того, как они закончатся. Сергей проигрывал не в скорости, а в чем-то другом, не поддающемся объяснению, проигрывал скорее тактически, чем физически. Фло постоянно оказывалась в более выгодном положении, чем ее соперник. Она словно играла в шахматы, загоняя его в угол и готовя мат.
  
   Неожиданно Малышев ясно увидел всю безнадежность своей ситуации. Это было необычное ощущение. Бой еще продолжался, и он уверенно парировал удары, но схватка стремительно подходила к концу. Как в замедленном кадре Фло, удлинив меч, сделала завершающий выпад, который молодой человек не мог уже отразить. Клинок девушки плавно вошел в его голову, и сознание померкло.
  

***

  
   Приходя в себя, Сергей почувствовал прохладные руки на своем лице, а на губах чье-то легкое дыхание. Пушистые волосы приятно касались щек, и был еще запах, очаровательный, волнующий. Парень пощекотал ресницами ладони, и они убрались, позволяя ему смотреть. Он приподнял веки и увидел огромные чарующие глаза девушки, ее волшебной красоты лицо, черные густые волосы. Она была прекрасна, и она улыбалась.
  
   Фло сидела верхом на бедрах Сергея, и ее ноги, согнутые в коленях, приятно сжимали бока молодого человека, а упругая грудь касалась его груди. Оба они были совершенно голыми, и от этого очаровательного контакта мысли Сергея путались и по телу одна за другой проходили волны жара и холода.
  
   - Очухался, добрый молодец? - тихо спросила Фло, и губы ее при этом едва не коснулись губ пленника.
  
   - Неа, - хрипло ответил Сергей, едва сдерживая охватывающее его возбуждение. - И мне кажется, что быстрее я приду в себя самостоятельно.
  
   - А разве я тебе мешаю? - с наигранной наивностью поинтересовалась девушка.
  
   - Да не знаю, - в тон ей ответил Малышев. - Вот только голова почему-то кружится и в глазах темнеет.
  
   Фло засмеялась и еще крепче прижалась к нему, ощутимо стиснув ногами бока.
  
   - Ты приз, доставшийся мне за победу, - сказала она. - Я отпущу тебя, только если сможешь освободиться.
  
   Сергей шевельнулся в объятиях девушки и почувствовал их необыкновенную силу. Он дернулся сильнее и ощутил приятные волны дрожи, проникающие в него снаружи. Слабые попытки мужчины вырваться определенно возбуждали оппонентку, соски ее затвердели, дыхание стало жарким, глаза наполнились волнующей глубиной. Все существо молодого человека погрузилось в приятное вибрирующее состояние.
  
   - Что ты собираешься делать? - обеспокоенно спросил он, одновременно чувствуя нелепость своего вопроса.
  
   - Я хочу помочь тебе восполнить энергию, - дала фея невинное объяснение, при этом взгляд ее недвусмысленно свидетельствовал об отнюдь не альтруистических побуждениях.
  
   - Для начала, - комментировала она свои действия, - я тебя поцелую.
  
   Фло зарылась руками в его волосы и жадно завладела ртом. По телу Сергея понеслись вихри удовольствия.
  
   - А сейчас, - продолжила она, касаясь горячими губами его губ, - мы станем еще ближе.
  
   В этот момент пленник почувствовал, как рушатся остатки его сопротивления, возбуждение стремительным потоком охватило тело, и он застонал, ощутив себя в еще более интимном положении. В глазах девушки полыхнуло блаженство и она задрожала, судорожно стиснув свои объятия.
  
   - Как это мило, - прошептала Фло. - Ты сам все сделал.
  
   Она слилась с Сергеем в захватывающем бесконечном поцелуе, и он почувствовал, как мощный поток энергии, изливающейся из нее, устремился вверх по позвоночнику, отправляя организм в нирвану.
  
   _________________________________________________________________________
   Сноски:
  
   (1) Излагаемое здесь и в дальнейшем описание мира и механизм восприятия заимствованы автором из концепции Карлоса Кастанеды. Все термины, записанные с большой буквы являются понятиями этого учения.
  
   (2) Диалог Труляля и Траляля ("Алиса в Зазеркалье", Льюис Кэрол)
  

Глава 3.2. Дневник. Кошки-мышки

  
   6 июня.
  
   Вот уже шестой день, как я пользуюсь гостеприимством очаровательной Феи. Свободного времени у меня хватает, и я решил, что было бы полезно вести дневник, фиксируя все, что здесь со мной происходит.
  
   На следующее утро после моего возвращения с Аида состоялась довольно интересная беседа с Фло об аспектах Второго Внимания. Она помогла мне Увидеть энергию и объяснила многое из того, что со мной происходило в Зоне. Закончился разговор тренировочным боем на Мечах, который оставил после себя довольно яркие впечатления.
  
   Но более всего меня в тот день поразили события после поединка. Фло называет это обменом энергией и практикует теперь так часто, как только ей хочется. Внешне сей процесс не отличается от секса, но сейчас-то я понимаю, что фея использует интимный контакт только как способ соединения с моим телом. Я затрудняюсь понять, что она делает со мной на самом деле. Потому что едва процесс набирает обороты, как я либо погружаюсь в нирвану, либо оказываюсь на иных уровнях восприятия, где и не пахнет нашими родными физическими впечатлениями.
  
   Оставшуюся часть дня мы провели в праздных развлечениях. Мои попытки незаметно вернуть отношения в деловое русло Фло ловко сводила на нет. А на прямые просьбы вернуться к объяснениям вела себя несерьезно в излюбленной своей манере.
  
   В конце дня я неосторожно попросил Фею объяснить мне, что происходит со мной во время интимной с ней связи. Эту мою просьбу она удовлетворила охотно, но своеобразным способом. Не утруждая себя словесной работой, Фея вызвалась еще раз продемонстрировать этот процесс на практике. Тогда я снова оказался свидетелем энергетического мира. И наблюдаемая картина очень живо напомнила мне процесс переваривания яйца морской звездой. О том, кто есть кто, и кого переваривали не сложно было догадаться
  
   Я обнаружил на поверхности своего энергетического кокона небольшое углубление вроде пупка. Именно на него инопланетянка и воздействовала, вскрывая мою энергетическую оболочку и соединяя воедино наши эманации. Ее энергетические волокна контактировали с моими, ориентируясь друг относительно друга, и зажигались ярким сиянием, которое сопровождалось вскипанием пузырящейся энергии. Я испытывал невыразимый восторг и эйфорию от того, что со мной происходило, и, как мне тогда казалось, знал ответы на все интересующие меня вопросы. Хотя по сути был весьма далек от трезвого мировосприятия.
  
   Кипящая энергия наполняла меня изысканным наслаждением и могуществом. Но ее было так много, что она буквально затапливала мое сознание. Так что, в конце концов, я перешел в стадию полубессознательной нирваны и отключился, благополучно забыв все уникальные знания, которые из опыта своего получил. Очухался я только на следующее утро. И утром же состоялась наша первая за этот день беседа, заслуживающая фиксации в дневнике...
  
   - Послушай, Фло, а почему, собственно, ты приняла облик женщины?
  
   Она засмеялась и, судя по ее виду, хотела сперва отшутиться, но потом передумала.
  
   - Потому что я женщина, - ответила она улыбаясь, но, не удержавшись, спросила: - А ты что, хочешь попробовать с мужчиной?
  
   - Нет-нет! - поспешно сказал я, не на шутку испугавшись, чем вызвал очередной приступ веселья у собеседницы.
  
   - Я спрашиваю потому, что не видел ни одного Аморфа-мужчины, - попробовал я объясниться. - Неужели все твои соплеменники - женщины?
  
   - Все, - подтвердила инопланетянка.
  
   - Тогда почему Аморфы решили, что они - женщины, раз у вас нет разделения полов?
  
   - Ты просто ничегошеньки не понимаешь, солнышко мое, - весело сказала Фло. - Существуют энергетические половые признаки, общие для всех инопланетных рас без исключения. Например, свечение Точки Сборки у женщин направлено наружу, а у мужчин внутрь энергетического кокона. Есть также особый вид энергии, назовем ее сексуальной. Она очень плотная, поэтому кроме как для продолжения рода, ни на что не годится. Так вот, эта энергия бывает двух типов. В женщинах преобладает женский вид энергии, они ее производят. В мужчинах, соответственно, все наоборот. Поэтому мне проще превратиться в осьминожку-самочку, чем в мужчину-человека.
  
   - Когда мы обмениваемся с тобой энергией, - интимным тоном продолжила она, - твоя мужская и моя женская сексуальные энергии смешиваются. При этом образуется легкая шипучая энергия, которая может использоваться очень разнообразно. Например, для перемещения и фиксации Точки Сборки.
  
   - Если все Аморфы - женщины, то где вы достаете мужскую энергию? - поинтересовался я.
  
   - Собираем ее на живых планетах, - объяснила Фло. - Как вы добываете полезные ископаемые. Но такие планеты, к сожалению, встречаются нечасто и в большинстве своем относятся к женскому типу.
  
   - А инопланетных мужчин вы что же, не догадались поэксплуатировать?
  
   - Здесь есть одна сложность, - сказала моя собеседница. - Большинство существ во вселенной использует свою сексуальную энергию только для продолжения рода и просто так они ее не отдадут.
  
   - А соблазнить? Вызвать влечение?
  
   - Этот путь мы давно уже объездили и оставили как неперспективный. Те крохи энергии, что выделяются на создание нового существа нормальной мужской особью три-четыре раза за всю жизнь, не стоят и десятой части затрат на то, чтобы их получить.
  
   - Постой-постой, - удивился я. - По-моему, я чего-то недопонимаю. Как же тогда у нас с тобой все получается.
  
   - Божественно, - описала Фло, излучая такие флюиды нежности, что у меня прям оркестр в душе сыграл. - С тобой все по-другому. Ты сам стал инициатором наших отношений. Когда ты первый раз предложил мне свою энергию, я чуть с ума не сошла от радости.
  
   - Но я ничего не предлагал!
  
   - Вот-вот, - поддержала она меня. - Я удивилась не меньше твоего, едва узнала, что ты делал это неосознанно.
  
   - Все равно не понимаю, - продолжал я допытываться. - Если энергии выделяется так мало, и добыча ее не перспективна, то какой у тебя ко мне интерес?
  
   - Самый горячий, жаркий, животрепещущий, - вкусно и с выражением продекларировала Фея. - Раса людей в этом плане просто необыкновенна. Вы сумасшедшие существа, готовые дарить свою энергию помногу раз в сутки, да еще в количествах, которого хватило бы на заселение целой планеты. Я сперва решила, что ты мутант какой-то, но потом, изучив твою энергетику, поняла, что все вы, люди, такие. И актом размножения это никак не назовешь. Вы именуете уникальный свой талант вполне определенно - сексуальностью. Только для целей продолжения рода он весьма избыточен. Чем можно объяснить такое расточительство, я не понимаю. У меня, правда, есть одна догадка, но я бы хотела вначале кое-что уточнить. Скажи, Сергей, ты ведь меня любишь?
  
   Ее вопрос оказался совершенно неожиданным, я и помыслить не мог, что способен испытывать земные чувства к инопланетянке. Но едва только Фло произнесла эти слова, как я понял со всей определенностью, что влюбился в нее с первой секунды, как только увидел в пещере.
  
   - Да, - признался я девушке и себе одновременно. - По-моему, я просто безумно тебя люблю.
  
   В ответ она засмеялась и запрыгала, как маленькая девчонка.
  
   - Как это здорово! - радовалась она. - Я тоже люблю тебя, Сережа! И это так приятно любить, оказывается, так восхитительно и так полезно.
  
   "В каком смысле полезно?" - хотел уточнить я, но не успел. Фло в порыве нежности смеясь набросилась на меня и повалила на землю, моментально захватив своими умопомрачительными поцелуями. А от них я, в конце концов, выпал в осадок, тут даже вариантов ни каких не было...
  

***

  
   ...Второй разговор, заслуживающий внимания, состоялся после обеда.
  
   - Следует ли человечеству в ближайшее время ждать официального контакта с Аморфами? - поинтересовался я, расслабившись в удобном кресле.
  
   - Должна огорчить тебя, - улыбнулась фея. - Мы давно уже не составляем единой цивилизации. Каждая из нас самодостаточна. Нам просто нечего делать вместе, поэтому мои соплеменницы живут своей собственной жизнью. Лишь изредка некоторые из нас случайно встречаются, и, после дежурного обмена информацией, вновь разлетаются по своим делам.
  
   - Выходит, другие Аморфы не скоро о нас узнают?
  
   - Об этом можешь не беспокоиться, - засмеялась Фея. - Стоит кому-нибудь найти теплое местечко, как другие быстро прочухивают. Однако никто из наших не сунется во Всемирный совет, даже не надейся. Контакты будут, скорее всего личными, как у меня с тобой. Наша численность не так мала, чтобы люди совсем ничего не заметили, но и не столь велика, чтобы вызвать какие-нибудь социальные потрясения в жизни землян.
  
   - Ты как-то говорила, что мы с Кащеем похожи на Куи. Что ты имела в виду?
  
   - Вы оба воины по характеру, - пояснила Фло. - Место Без Жалости является у Куи излюбленным положением Точки Сборки, и ты к нему тоже весьма расположен.
  
   - А Кащей?
  
   - Он обучался у Куи, а те в последнее время утруждают себя контактами только с родственными душами.
  
   - Ты хочешь сказать, - с расстановкой произнес я, а внутри у меня все похолодело, - что Куи встали на сторону разрушителей?
  
   - С какой стати им это делать? - удивилась Фло. - Они не могут встать на чью-либо сторону по той же самой причине, что и мы - цивилизации Куи не существует. Я еще могу допустить, что кто-нибудь из них решил "поиграть" на стороне Империи, но и это очень маловероятно. Уж больно там гнетущая обстановка. Очень скучно.
  
   - Тогда почему они обучали Кащея?
  
   - Скорее всего, по причине личной заинтересованности, - предположила фея, - как у мня к тебе. Во всяком случае, это не может быть связано с политикой. Куи не имеют никаких материальных интересов.
  
   - Об их ученичке такого не скажешь.
  
   - Ошибаешься, - возразила Фло. - Он тоже не руководствуется какими бы то ни было политическими соображениями. Ему совершенно без разницы - закончится его диверсия успехом или нет. Он действует безупречно, как воин. Он "играет" (1), и этим особенно опасен. Земля - территория его Охоты за Силой. Сила - это единственное, что действительно может интересовать воина.
  
   - Даже ценой исчезновения целой цивилизации? - возмутился я.
  
   - Кащей безжалостен, - напомнила Леди. - И до вашей цивилизации ему нет никакого дела. Чтобы победить его, ты должен научиться действовать так же отрешенно. Он очень силен и умен. Достойнее противника тебе не найти. Ваш поединок может принести тебе много пользы. В этом смысле Кащей твой самый преданный союзник и лучший учитель. Ты должен научиться "играть", научиться быть отрешенным, легким и текучим. А еще тебе следует освоить интеллектуальный бой, иначе ты умрешь. И поверь мне, Кащей позаботится об этом самым наилучшим образом...
  

***

  
   Все последующие дни Фло посвятила праздности. На мои упреки, что мы теряем время в пустых развлечениях, она только посмеивалась и продолжала действовать в том же духе. Теперь-то я понимаю, что она по-своему натаскивала меня, внезапно сталкивая то с одним, то с другим аспектом Второго Внимания. Курортно-спортивные мероприятия, которыми Фея обильно заполняла мой досуг, были своего рода уловками. С их помощью она отвлекала мой рассудок, занимающий львиную долю сознания, для того чтобы вытянуть наружу нечто иррациональное, спрятанное где-то глубоко у меня внутри. И, как оказывалось потом, именно эта скрытая часть меня наилучшим образом справлялась с непонятными силами, которые приходили из мира-по-ту-сторону-восприятия.
  
   Излюбленным занятием Фло стали любовные игры, в которых она проявляла удивительную изобретательность и бесконечный сексуальный аппетит. Вначале я наивно полагал, что мои физические возможности станут естественным ограничителем ее желаний, но оказался неправ. То, что Фея со мной проделывала, базировалось, по всей видимости, на иной энергетической основе, чем тривиальный секс. По крайней мере, я на своей шкуре убедился, что могу служить даровым источником удовольствий столь длительное время, сколько потребуется.
  
   В результате мне пришлось вступить в борьбу за свою добродетель, и Фло моментально придумала для меня новый вид тренировки, а для себя - развлечения. Управляя развитием событий, она подстраивала все так, что я, образно говоря, сам загонял себя в ее объятия. Стремясь избежать ловушек моей возлюбленной, я научился практиковать совершенно новые для себя приемы имперсонации. В результате мой характер постоянно менялся, что позволяло каждый раз реагировать на сложившуюся ситуацию несвойственным для себя образом.
  
   Вчера мои усилия завершились-таки успехом. Мне удалось, наконец, обойти довольно хитроумно расставленную ловушку. И Фло с удовольствием меня похвалила.
  
   - У тебя неплохо получается "играть", - сказала она.
  
   - Что ты имеешь в виду?
  
   - Я говорю об особом способе перемещения Точки Сборки, позволяющем использовать любую жизненную ситуацию в своих интересах, - пояснила Фея.
  
   Обрадованный, я слегка расслабился и спустя довольно короткое время попал в гораздо более примитивную ловушку, обернувшуюся для меня очередной экскурсией в рай.
  
   - Ты не усвоил пока всех принципов безупречной "игры", -прокомментировала позже девушка мою оплошность. - К ним относятся "отрешенность", "выдержка", "умение ждать" и "реакция". "Отрешенность" учит "игрока" радоваться победам и поражениям одинаково, избегая ослепления успехами. "Выдержка" позволяет действовать с полной отдачей и азартом даже в самых проигрышных ситуациях. "Умение ждать" - это способность ждать удачу бесконечно долго, испытывая уверенность, что возможность ее поймать обязательно представится. И наконец, "реакция" подразумевает постоянную готовность вовремя ухватить свой шанс, как бы неожиданно он ни появился. Ты не был в достаточной степени "отрешенным", любовь моя, и это позволило мне продемонстрировать тебе свою "реакцию".
  
   Вот так она и развлекалась каждый день, вынуждая меня все время быть начеку. И лишь сегодня мне удалось как следует отдохнуть. Еще с самого утра Фло объявила, что никаких интриг сегодня не будет, поэтому мне следует полностью расслабиться и позволить ей позаботиться обо мне. Все это выглядело очень подозрительно, но я уже немного натренировал свою "реакцию", поэтому, ни о чем не задумываясь, воспользовался советом подруги. И нисколечко об этом не пожалел.
  
   _____________________________________________________________________________
   Сноски:
  
   (1) под словом "игра" здесь и далее подразумевается понятие "сталкинг" из учения Карлоса Кастанеды.
  

Глава 3.3. Дневник. Турнир

  
   7 июня, воскресенье
  
   Фло и раньше по утрам со мной не церемонилась, но сегодняшний день начался совсем уж резко: проснулся я от жуткого холода. Со сна я не сразу сообразил, в чем дело, поэтому с трудом выбрался из ледяной воды. Лежа на животе и хватая ртом воздух, я некоторое время не мог понять, почему у меня дергается рука. Наконец до меня стал доходить чей-то голос:
  
   - Сергей! Скорее просыпайся.
  
   - Что?.. Уже льды пошли? - откликнулся я, все еще ничего не соображая.
  
   - Какие льды? - услышал я и сообразил, наконец, что разговариваю с феей.
  
   "Господи, опять ее штучки!"
  
   - Эти, - ответил я, неопределенно ткнув пальцем в сторону ручья.
  
   Прислонившись к шершавой поверхности скалы и впервые после пробуждения осмысленно ухватив действительность, я увидел перед собой Фло - принцессу, даму сердца и всякое такое прочее из старинных рыцарских романов.
  
   - Чем обязан такому форсированному пробуждению... Ваше Высочество?
  
   - Как?! - воскликнула Фло. - Разве ты забыл? Ведь сегодня же воскресенье. Нужно очень спешить. Иначе мы с тобой опоздаем на праздник.
  
   - Воскресенье? Какое воскресенье? Постой-постой! - я ничего не понимал. - Разве сегодня воскресенье?
  
   - А разве нет? - с сомнением спросила Фло.
  
   - Я не уверен...
  
   Леди хотела что-то сказать, но внимательно посмотрев на меня и убедившись, что я все еще туго соображаю, крепко обняла за шею и поцеловала так ощутимо, что каждой клеточке моего организма досталась порция встряхивающей энергии. В голове моей мгновенно прояснилось, и я ощутил себя на ногах в рыцарских доспехах, влекомым куда-то с невероятным проворством. Принцесса, несмотря на свое пышное средневековое платье, резво тащила меня через джунгли с силой и упорством осы, волокущей в гнездо пойманную ею гусеницу. При каждом прыжке перед носом у меня звякало забрало, а дурацкий черный плащ постоянно цеплялся за кусты.
  
   - Быстрей! - звонко кричала она. - Прибавь обороты, рыцарь, а не то мы опоздаем на Турнир!
  
   "Турнир? - удивился я мысленно. - Это что-то новенькое!"
  
   Мы выбежали на дорогу, и я увидел покрытого черной тканью коня, зачехленного по всем рыцарским канонам. Лишь прорези для рта, ноздрей, глаз и хвоста, да еще ноги, не скрытые одеянием, свидетельствовали, что передо мной живое существо, а не манекен животного, защищенный от пыли.
  
   Гремя доспехами, я запрыгнул на лошадь и посмотрел на Фло в ожидании дальнейших распоряжений. Она величественным взмахом руки указала мне направление и сказала:
  
   - Скачи туда, славный рыцарь. Эта дорога приведет тебя на ристалище...
  

***

  
   - Черный рыцарь!.. Где же он? Он включен в список участников?
  
   - Да, прекрасный сэр!
  
   - Тогда куда он запропастился? - услышал я, въезжая в ворота, и понял, что речь идет обо мне.
  
   - Я здесь!
  
   - Ну вот, он опаздывает! Ваш номер - восемь.
  
   - Рыцарь Белой розы! - пронеслось далее над ристалищем...
  
   Раньше я никогда не участвовал в турнирах и имел весьма отдаленное представление о том, что от меня требуется. Семь рыцарей стояли в ряд, каждый в своем квадрате. Последние были пронумерованы огромными цифрами. Восьмой был свободен. Поняв, что это место на парковке зарезервировано на мое имя, я поспешил занять его.
  
   Оглядевшись вокруг, я увидел трибуну, до отказа заполненную благородно одетыми людьми. На почетном месте восседали король с королевой, рядом с ними занимала свое место Фло. Увидев меня, она улыбнулась и послала мне воздушный поцелуй. По всей видимости, я не ошибся, назвав ее титулом дочери короля.
  
   Заревели трубы, застучали барабаны, и на ораторскую трибуну вышел пестро одетый человек со свитком в руке. Он развернул его и начал громко, с выражением вещать:
  
   - Сегодняшний турнир, открываемый в честь нашей очаровательной принцессы, начинает победитель пяти драконов, десяти великанов и ста людоедов, чемпион предыдущего турнира, рыцарь Зеленого Ромба!
  
   На середину ристалища под восторженные крики зрителей и шум оваций выехал, потрясая копьем, рогатый рыцарь. Его белое одеяние и доспехи везде, где только можно (даже на острие копья), были покрыты символикой, иллюстрирующей объявленное имя. Лошадь, скрытая белыми одеждами, тоже не была исключением.
  
   - Да будет вам известно, дамы и господа, что рыцари сегодня сражаются за сердце прекрасной принцессы!
  
   "Ну, этого уж я им не отдам!" - решил я про себя.
  
   - Вызов сэра рыцаря Зеленого Ромба принимает сэр рыцарь Белого Шлема! - далее следовало подробное перечисление побед нового сэра, из которого стало ясно, что и тот не менее титулован.
  
   На ристалище выехал Белый Шлем. Он был во всем черном, кроме, естественно, названного элемента доспехов, украшенного большими рогами.
  
   "Этим только за сердце и драться", - весело подумал я, затем внутренне вздрогнул, провел рукой по голове и облегченно вздохнул. Фло, слава богу, рогов мне не наставила.
  
   - Бой выбирает рыцарь, принявший вызов!
  
   У ворот ристалища был прибит щит. Подъехав, Белый Шлем ударил в него тупым концом копья. Застучали барабаны, рыцари, сменив копья, разъехались и замерли в противоположных концах ристалища. Я приготовился смотреть. Чтобы победить, нужно было видеть, как это делают другие.
  
   "Конкурс средний, всего-то шестнадцать рыцарей на место, считая Зеленого ромба", - успокаивал я себя, но, приглядевшись к массивным фигурам, решил, что попотеть все же придется.
  
   Трубы крикнули новый сигнал, и соперники, набирая скорость, стали съезжаться.
  
   "И рыцари съехались. И сэр рыцарь Зеленого Ромба сломал свое копье о сэра рыцаря Белого Шлема, а сэр рыцарь Белого Шлема сломал свое копье о сэра рыцаря Зеленого Ромба", - прокомментировал я исход схватки в стиле Марка Твена, наблюдая, как противники меняют сломанные копья.
  
   Снова прозвучали трубы, и Белый Шлем на этот раз вылетел из седла, гремя доспехами, как старая консервная банка, упавшая мимо мусорного бака. На трибунах восторженно взвыли, и Зеленый Ромб проехал круг почета под оглушительные овации, пока перечисляли многочисленные победы следующего претендента.
  
   Рыцари сражались не очень профессионально, некоторые падали, не успев даже столкнуться с противником. Да и сам победитель допускал массу ошибок и не был сбит лишь потому, что никто так и не смог в него толком попасть.
  
   - Сэр Черный рыцарь! - объявили мой выход. Титулов не последовало.
  
   "Ничего, продолжение будет", - самонадеянно подумал я, но тут же понял, что обстановка на поле боя заметно изменилась. Вроде и трибуны вопят уже не так громко, и побежденные не стонут более на земле, изнемогая, а все как один в седлах и занимают потихоньку свои квадраты. Подъехав к воротам, я ударил в щит тупым концом копья и, заменив его на безопасное, занял свою позицию.
  
   Взвыли трубы. То, как Ромб плавно двинулся с места, то, как он уверено вскинул копье, как он мощно набрал скорость, свидетельствовало, что мне предлагают качественно иной бой. Создавалось впечатление, что все прошедшие до сих пор схватки были сущим надувательством, и только сейчас соревнования начинались по-настоящему.
  
   Плотно зафиксировавшись в седле, я резко взял с места. "Посмотрим, крепко ли он сидит", - решил я, нацеливая копье противнику в грудь. Зеленый принял мою тактику и значительно прибавил в скорости. Но его копье смотрело мне в голову!
  
   "А ведь жестокость до добра не доводит", - подумал я и в последний момент резко пригнулся, уворачиваясь от летящей мне в голову неприятности. Его копье чиркнуло о мой шлем, и мы врезались. Ощущение было такое, словно я столкнулся с пневмоэкспрессом, который и не думал даже притормозить. В глазах у меня потемнело. Словно в замедленном кадре я видел, как мое копье уперлось в середину ромба на груди противника. Давление было ужасное, но рогатый даже не шелохнулся, а вот я, наоборот, несмотря на все свои усилия, стал медленно вытесняться из седла. Поняв, что проигрываю, я выгнул копье, и оно разлетелось на части, хлопнув как пистолетный выстрел. Время обрело свое нормальное течение, и мы стремительно пронеслись друг мимо друга.
  
   Снова трубы пропели свою нудную песню. Я выбрал копье покороче. Тактику приходилось менять. Противник сидел в седле как приклеенный. С места я сорвался так же, всем своим видом показывая, что тупо иду на таран. Рогатый тоже не изменил старта. Снова все движется в замедленном темпе. Концом копья отвожу оружие Зеленого, убираю голову, пропуская его мимо уха, одновременно направляя свое копье в забрало противнику. Прием, прямо скажем, не на слабака. Реакция у Рогатого тоже крутая - успевает прикрыться щитом, но моя круче - резко поворачиваю копье на сто восемьдесят градусов, ударяя в торцевую часть щита, тот дергается вправо, открывая на мгновение голову, задний конец копья глухо бьет Зеленого в челюсть - хук слева, гарантированный нокаут, и Ромб летит из седла.
  
   На трибунах вой. Побежденные рыцари уверенно заступают в свои квадраты. Ведущий называет номера. А у меня холод по спине от того, как спокойны и уверены в себе противники, как молча и профессионально они сидят в седлах, а ведь перед этим болтали и сплетничали. Ох, не нравится мне, как спокойно и буднично утаскивают экс-чемпиона с поля, как реагируют на это зрители, в том смысле, что никак не реагируют! И чересчур лихо меняет программу ведущий, а ведь ничто не предвещало поражения фаворита.
  
   Складывалось впечатление, что буквально все здесь сговорились. Все знают, что я крутой рыцарь, заготовили заранее план на случай моей победы и тактику коллективной травли. Не каждый за себя, как должно быть, а все на одного! А до этого валяли дурака, пудрили мне мозги? Нет, не может такого быть. Глупости все это. А если может? Тогда мне каюк.
  
   - Сэр Черный рыцарь, изъявляя притязание на сердце прекрасной принцессы, бросает вызов сэрам рыцарям!
  
   "Боже мой, глупость-то какая", - подумал я и глянул в сторону королевской трибуны. Фло, улыбаясь, махала рукой, однако легче от этого мне не стало.
  
   - Сэр рыцарь Белой Розы принимает вызов сэра Черного рыцаря.
  
   Белая Роза ударил в щит тупым концом копья и выбрал себе другое - деревянное, средней длины.
  
   Я сразу сообразил, что с этим мужиком старый номер не пройдет. Похоже, он усек, что я сделал с Зеленым Ромбом, а ведь это было так быстро. Да, реакция у него должна быть дай бог. Щит он взял в левую руку - будет прикрывать челюсть и грудь. И у меня появилась одна блестящая задумка. Я взял себе копье подлиннее и, выслушав завывание труб, рванул коня вперед.
  
   Быстро набрав среднюю скорость, я не спешил ускоряться. Расчет был на то, что Роза сидит в седле так же крепко, как и Ромб. Как оказалось, я не заблуждался. После удара, который едва не выбил меня из седла, он даже не шелохнулся. Древко изогнулось и с громким треском лопнуло, отклоняясь вверх и чуть в сторону. Копье противника, парированное щитом, прошло скользом, слегка разворачивая меня в седле, а обломок древка, оставшийся у меня в руках, угодил Розе точно в лоб. Получив тройной удар, я чудом удержался в седле, зато противник, гремя доспехами, кубарем вылетел из своего.
  
   Трибуны взорвались аплодисментами, а ведущий стал перечислять титулы следующего сэра. И тут я понял, что мои опасения оправдываются. Меня действительно загоняли в угол. Рано или поздно моя изобретательность истощится, и я буду греметь доспехами не хуже побежденных мной соперников. Все было нечестно. Меня охватила холодная ярость, вскипевшая из центральной части тела, заполнила меня целиком, раздула и словно разорвала на атомы. И с этим взрывом пришла необыкновенная легкость, я будто разом избавился от рамок, ограничивающих мои физические возможности, наполнился необыкновенной силой.
  
   Третьего рыцаря я сшиб мощным ударом, и он повалился на траву вместе с лошадью. Мое копье при этом от сотрясшего нас удара разлетелось на множество мелких кусочков, а конь, пропахав копытами две глубокие рытвины, чудом остался на ногах. После этого я решил больше не рисковать и бил сбоку, сшибая одного рыцаря за другим. Охваченный необыкновенным могуществом, я побеждал не хитростью, как раньше, а многократным физическим превосходством. Противников не спасали ни щиты, ни доспехи. Я не понимал, что со мной происходит, но это отнюдь не мешало мне хладнокровно использовать свою новую силу.
  
   Все схватки слились воедино. Смена копья, разгон, удар, снова смена копья, не помню, как окончился бой. Очнулся я, стоя посреди ристалища под громогласный вой зрителей, прислушиваясь к своему телу и с сожалением ощущая, как необыкновенное могущество покидает меня. Однако, не успев угаснуть, сила наполнила меня вновь. В ворота, верхом на белом коне, ворвался белый рыцарь, и лошадь его, свободная от привычного уже глазу одеяния, загарцевала по ристалищу, всхрапнула и встала на дыбы, картинно размахивая копытами. А всадник сидел на ней как влитой, символ добродетели, защитник слабых, победитель злодеев. А мне, конечно же, отвели роль плохого. Надо же, облачили во все черное.
  
   "Ладно-ладно, Фло, - обиженно подумал я. - Все тебе припомнится".
  
   - Белый рыцарь принимает вызов Черного рыцаря, - огласил герольд.
  
   "Принял, как же, - продолжал я ворчать про себя. - Надо ж, герой какой выискался. Еще бы ему не принять. И ведущий хорош тоже, обязательных "сэров" пропустил. Это чтобы лишний раз подчеркнуть: вот она, схватка черного и белого, дьявола и ангела. Ладно-ладно, Фло".
  
   Словно угадав мои мысли, Белый, подъехав к щиту, ударил в него острым концом - зло требовало решительного искоренения. Удар оказался столь сокрушительным, что щит слетел со своего места и, спланировав, упал к ногам моей лошади. Все произошло очень эффектно, ничего не скажешь. Трибуны разом стихли. Схватка предстояла смертельная.
  
   Сменив копье, я занял свою позицию. В этот момент я ничего не чувствовал, ни страха, ни недоумения, лишь необыкновенная мощь пульсировала в моем теле. Состояние безжалостности и отрешенности заполнило меня. Наблюдая за противником, я все больше убеждался, что бой предстоит очень тяжелый.
  
   Взревели трубы, и наши кони рухнули, не выдержав ужасного столкновения. Белый рыцарь не уступал мне в силе, а может быть, был еще круче. Мечи скрестились, и поединок начался всерьез. Это был бой высочайшего класса. Ни разу в жизни я не двигался настолько быстро, что становилась ощутимой инерция моего тела. Доспехи мешают - долой их!
  
   Железо слетело с нас почти одновременно, и мы остались в легких просторных одеяниях, окутывающих нас с головы до ног, как костюмы ниндзя. Лишь верхняя часть лиц оставалась открытой. Взгляды наши встретились, и я не увидел в глазах противника ничего хорошего для себя.
  
   Теперь мы были свободны, и бой принял иной характер. Быстро перемещаясь, совершая сложные акробатические движения, мы наносили друг другу молниеносные удары, переходящие порой в сложные хитроумные связки. Практически все мои удары уходили в пустоту, его - парировались мечом. Любое попадание значило смерть.
  
   Увлекшись боем, я не сразу обратил внимание, что руки Белого покрылись мелкими еле заметными искорками, но когда те увеличились, превращаясь в сетку разрядов, я отпрыгнул назад, сделав простую акробатическую связку и прикрываясь от возможного нападения. Однако противник не последовал за мной. Он остался стоять на месте, натянутый как пружина, охваченный электричеством. Разряды расплавили его меч. Белый, махнув рукой, сбросил остатки раскаленного металла, и моему взгляду открылось голубоватое лезвие Меча Куи.
  
   Честно говоря, я тогда растерялся. Беспомощно взглянув на трибуну, я не нашел там Фло, и слабая догадка затеплилась в моей бедной головушке. Взглянув на противника, я встретился с его холодными черными глазами и прочитал в них смертный приговор.
  
   Белый атаковал, не дав мне толком прийти в себя. В сложном акробатическом пируэте я чудом обогнул огненное лезвие и приземлился на четвереньки. В моих руках осталась только рукоять меча. Отсеченное лезвие валялось рядом на траве. Отбросив обрезок, я приготовился к обороне. Необыкновенное состояние наполняло меня решимостью сражаться до самого конца. Некоторое время я с успехом уворачивался от верной смерти, а потом вдруг вспыхнул первый проблеск какого-то специфического понимания, и я мгновенно осознал, что потеряю сейчас либо руку, либо голову. Выбрав первое, я выполнил сложное акробатическое вращение, завершившееся болью в руке в момент приземления.
  
   Время словно притормозило, и я увидел, как медленно падает на траву моя левая конечность, отсеченная чуть выше локтя. Отчаянный крик готов был вырваться из моего горла, но от удивления затерялся где-то в груди. Вместо крови из обрубленного предплечья вырвалось зеленоватое пламя переполнявшей меня энергии и погасло на кончиках пальцев новой руки. Все произошло очень быстро. Отрубленная часть тела еще не коснулась травы, а я уже вновь был целехонек.
  
   Затем во мне что-то сдвинулось, и я сообразил, что наполнявшая меня мощь подобна той, что я ощущал, используя Меч Куи. Знакомым внутренним усилием я выпустил ее наружу из правой кисти, и в руке у меня запылал огненный клинок. Следующим движением я спас свою голову от участи левой руки.
  
   На секунду мы замерли друг напротив друга, и вновь в его глазах я прочитал неумолимый приговор для себя. Перед тем, как скрестились наши мечи, я испытал второй "проблеск", подсказавший мне, как я должен начать бой.
  
   Сражение разгорелось с новой силой. Я стал ощущать пробуждение в себе какого-то специфического Знания. Оно поднималось из глубины моего существа, накапливалось, конденсировалось, и в определенный момент я вдруг увидел целиком все "древо" разворачивающихся событий. Одни его ветви были коротки и прямолинейны, другие длинны и сами давали начало многочисленным ответвлениям. Некоторые из них уходили в бесконечность. И "древо" это жило своей жизнью, оно постоянно росло и изменялось. Какие-то ветки удлинялись, разрастаясь новыми побегами, иные пересыхали, отмирая и укорачиваясь. Я увидел свое место на этом "древе" и понял, что исход битвы предрешен. Выбрав неправильную ветвь, я определил свой конец и, мгновение спустя, стал свидетелем его реализации. Голубой клинок противника, вспыхнув неожиданно безопасным желтым цветом тренировочного оружия, тупой болью пронзил голову, и сознание мое померкло...
  
   Когда я пришел в себя, первым моим ощущением было что-то мягкое и шелковистое на бедрах и животе. Приподняв веки, я встретился взглядом с огромными черными глазами, но на этот раз они выражали теплую нежность и любовь. Я слегка шевельнулся. Ощущения тела возвращались ко мне, и вместе с ними меня охватывала приятная истома от соприкосновения с телом Фло. Она сидела верхом на моих бедрах, гибко изогнувшись, красивая, сильная в своем белом шелковистом трико. Эта поза становилась уже классической. Капюшон, закрывавший лицо, она сняла, и ее волосы черным водопадом ложились на плечи.
  
   - Как это понимать? - спросил я, любуясь ее красотой.
  
   - Ты о чем?
  
   - О турнире, конечно.
  
   - Считай, что мое сердце осталось при мне.
  
   - Это я уже и так понял.
  
   - Тогда что тебя беспокоит?
  
   - Так, пустяки, самая малость. Ты хотела меня убить?
  
   - Господи! Страсти-то какие!
  
   - Я серьезно.
  
   - Ну, не убила же.
  
   - Да уж. Большое тебе спасибо, - съехидничал я.
  
   Останавливая дальнейшие мои претензии, Фло нагнулась и поцеловала меня в кончик носа. Теплая волна, лавинообразно нарастая, понеслась к пяткам. Желая видеть, как с меня слетит обувь, я повернул голову набок, но не имел, как оказалось, возможности наблюдать это событие. Я был уже босым, да и вообще, судя по всему, голым. Видя мое возмущение, Фло быстро устранила неравенство, тоже оставшись без одежды. Улыбаясь, она вытянулась во весь свой порядочный рост. Ее ноги плавно скользнули вниз вдоль моего тела и крепко сжали с боков. Дыхание перехватило. Руки ее зарылись в мои волосы, и наши губы встретились. Перед глазами вспыхнули все цвета радуги, и эмоции закружились в невообразимом танце. Ее густые волосы, струясь по моим щекам, источали пьянящий запах леса и земляники.
  
   - Боже, Фло! - простонал я, дыша полной грудью. - Отпусти, пожалуйста!
  
   - С какой это стати? - прошептала она, касаясь губами моего уха. - Моя победа на Турнире должна быть вознаграждена.
  
   В следующее мгновение я ощутил безумно приятную волну, пронзающую меня снизу вверх вдоль позвоночника, и улетел в нирвану...
  
   Когда я смог, наконец, воспринимать окружающее, буря разрывающих меня ощущений затихала. Я впервые "вернулся" до полного завершения процесса, и это было удивительно. Вихри наслаждения самых разнообразных оттенков пересекали мое тело в различных направлениях, то затихая, то разгораясь. Фло судорожно сжимала меня в своих объятиях. Она все еще упруго двигалась, впитывая каждой клеточкой удовольствие и постепенно затихая. Фея замерла, лишь когда во мне угасли последние ощущения. Ее объятия ослабли, она мягко коснулась губами моих губ и лениво скользнула в сторону. Поцелуй ее некоторое время эхом отдавался во всем теле, а потом наступила полная тишина.
  
   Некоторое время я лежал неподвижно, наслаждаясь покоем. Тело мое приятной волной обволокла одежда. Наконец я с трудом перевернулся на живот, пошатываясь, поднялся на четвереньки и, подтянув к себе кресло-качалку, обессилено устроился в нем. Напротив меня плавно раскачивалась в другом кресле Фло и жмурилась от удовольствия. Солнце едва еще только достигло зенита, а я чувствовал себя уже так, словно прошли сутки с момента моего форсированного пробуждения. Не то чтобы я сильно устал, хотя устать я должен был зверски, просто слишком много со мной сегодня случилось разных событий.
  
   - Хорошенькое было сегодня утро, - сказал я.
  
   - Имеются какие-нибудь жалобы? - фея вопросительно распахнула свои огромные глаза.
  
   - Неа! - ответил я и сильнее качнул кресло. В тот же миг Фло пантерой прыгнула на меня, кресло перевернулось и мы, хохоча, скатились на траву.
  
   - Полетели? - вдруг предложила она, вскакивая на ноги и хватая меня за руку.
  
   - И это после того, что ты со мной сделала?
  
   - А ты попробуй, - Фло дернула меня вверх. - Ну же! - воскликнула она, уже паря в воздухе и отрывая меня от земли.
  
   Тело заполнилось вдруг необыкновенной легкостью, мягкий толчок ударил в ноги, отдался в плечах, и мы резко взмыли, аж дух захватило. Летал я удивительно легко, не испытывая никакой усталости. И это после стольких энергозатрат!
  
   "А у меня ведь еще с утра крошки во рту не было", - вспомнил я.
  
   Словно прочитав мысли, Фло потянула меня вниз в джунгли.
  
   - Есть хочешь? - спросила она, когда мы приземлились.
  
   - Спрашиваешь! - откликнулся я.
  
   - Тогда пошли.
  
   - Скажи, Фло, а почему?.. - рот мне молниеносно был заткнут очищенным бананом.
  
   - Никаких вопросов, - глаза ее весело искрились. - Все вопросы принимаются завтра. А сегодня - отдыхать!
  
   "Что ж, завтра так завтра", - подумал я, с удовольствием поглощая банан.
  
   Оставшуюся часть дня мы провели у воды, резвились с дельфинами, валялись на песке, обменивались энергией.
  

Глава 3.4. Дневник. Знакомство с Садом

  
   8 июня, понедельник
  
   "Понедельник - день тяжелый", - подумал я, просыпаясь, и тут же засомневался. Подозрительно приоткрыл один глаз, потом другой. Нет! Поистине что-то сегодня было неладно. Кровать подо мной не исчезала, в озеро меня не сбрасывали, в ледяной ручей не окунали и уж на худой конец такой элементарный прием, как прыгнуть на спящего человека в мокром купальнике (предварительно наплававшись в водах Северного Ледовитого), не использовали. Проснулся, потому что проснулся. Даже как-то и не по себе мне стало от этого.
  
   Зевнув, я сел. Перед носом, заставив меня вздрогнуть от неожиданности, загорелось время: часы, минуты, секунды. Затем, словно после недолгого размышления, зажглись и доли секунд. В сердцах я чертыхнулся - цифры погасли. Потом до меня дошло:
  
   "Мама моя, восемь часов!" Вскочив, я потянулся к одежде, и та исчезла. "Вот черт! Что происходит?". Растерянно озираясь, я скользнул взглядом по руке. Стоп. Оглядев себя, я убедился, что одет, и со стоном пнул кровать - нога ушла в пустоту.
  
   "Что-то не так?" - услышал я у себя в голове мягкий мужской голос.
  
   "Какого черта!.." - начал было я предъявлять претензии, но осекся. Собеседник был незнаком.
  
   Все происшедшее со мной за утро предстало вдруг в комичном виде, и я с удовольствием рассмеялся.
  
   "С кем имею честь?" - спросил я, улыбаясь.
  
   "Сад, если не будет нескромным", - ответили мне в том же духе.
  
   "Маркиз?" - уточнил я.
  
   "Упаси меня Господи! Просто Сад... растительный".
  
   "Постойте, постойте. Ах, ну как же я мог забыть! - воскликнул я, поддерживая светский стиль беседы и не показывая виду, что удивлен. - Очень, знаете ли, наслышан. Весьма лестные отзывы".
  
   "Э-э, право, даже не знаю. Хозяйка, добрая душа, вечно меня перехваливает".
  
   "Полно-те, полно-те! - мне было весело, но я решил, что хватит Ваньку валять. - Сергей Малышев, - представился я в свою очередь. - Не думал, что смогу вот так запросто разговаривать с одушевленным садом. Не думал, что такое вообще возможно".
  
   "Ну, скажем, если б не искусство моей хозяйки, то мы бы сейчас и не разговаривали".
  
   "Да-да, - согласился я. - И Аморфы, значит, вот так легко могут наделить растительный массив разумом?"
  
   "Может, легко, а может, и нет, - ответил Сад. - Это Вам лучше у феи спросить".
  
   "Может, перейдем на "ты"?"
  
   "Хорошо".
  
   "Извини за неуместное любопытство, а для каких целей она тебя создала?"
  
   "Я ее помощник, слуга, собеседник и развлекатель. У меня было еще одно назначение - вырабатывать определенный вид энергии, но, к счастью, с твоим появлением хозяйка теперь в этих моих услугах не нуждается".
  
   Поняв, о чем идет речь, я покраснел.
  
   "Ты что же, наблюдал за нами все это время?"
  
   "Глаз у меня нет, поэтому я не могу смотреть как люди, - уточнил Сад. - Но конечно я знал, чем вы занимаетесь".
  
   Это признание меня не очень успокоило, но все-таки стало полегче.
  
   "А раньше почему не заговаривал?" - поинтересовался я.
  
   "Для того чтобы общаться со мной, ты должен был находиться в состоянии Повышенного Осознания, как сейчас".
  
   "Вот как? Но я не чувствую ничего особенного в своем теперешнем состоянии".
  
   "Если привыкнуть, то Повышенное Осознание действительно трудно отличить от обычного, - согласился Сад. - И, тем не менее, восприятие в этом режиме гораздо более обширно. Кроме того, в состоянии Повышенного Осознания сложившиеся стереотипы не могут нормально функционировать и отбрасываются".
  
   "Жаль, что при этом не отбрасывается чувство голода", - пошутил я.
  
   "Ну, это не проблема, - сказал Сад. - Заказывай все что хочешь".
  
   "А можно мне шашлык? - попросил я. - В последнее время Фло кормит меня исключительно экзотической пищей, так что даже и не знаю, мясо ем или овощи".
  
   "Принято", - был ответ, и в следующее мгновение передо мной появился стол, на котором лежал поднос с нанизанными на шампуры кусками аппетитного и еще дымящегося жаренного мяса. Ароматные кусочки были проложены резаными и запеченными помидорами, луком и чем-то еще, не менее привлекательным. Все это издавало бесподобный запах и побуждало к немедленным действиям. Схватив руками железный стержень и откусив кусок сочного вкусного мяса, я застонал от удовольствия. На одном дыхании я очистил шампур но, взяв второй, почувствовал, что уже насыщаюсь. Тем не менее, мне захотелось полакомиться еще, и я не смог отказать себе в удовольствии съесть еще одну порцию шашлыка. Правда, в уже более ленивом темпе.
  
   На столе возник бокал, наполненный рубиновой жидкостью, и я с удовольствием взял его в руки
  
   "Твое здоровье", - сказал я, обращаясь к Саду, и немного отпил. Напиток оказался из виноградных сортов "Изабелла", очень приятным на вкус и легким.
  
   "М-м! Превосходно", - похвалил я.
  
   Закончив завтрак, я откинулся в кресле, и стол опустел.
  
   "Будут какие-нибудь распоряжения?" - спросил Сад.
  
   "Хочу поболтать немного и заодно сыграть во что-нибудь".
  
   "Шашки? Шахматы? Нарды? Домино? Карты? Бильярд?.."
  
   "Шахматы, пожалуй", - прервал я своего нового знакомого, боясь, что перечисление может затянуться надолго.
  
   "Хорошо", - откликнулся невидимый собеседник и на столе, покрывшемся черно-белыми клеточками, возникли шахматные фигуры, вырезанные из слоновой кости.
  
   Мы быстро разыграли стороны. Мне достались "черные", возможно, не без помощи соперника, и игра началась. Белая пешка с f2 скакнула на f4.
  
   "Турнир - твоя работа?" - поинтересовался я.
  
   "Моя. Тебе понравилось?"
  
   "Ничего. А где ты набрал такую массовку?"
  
   "Фантомы... Кроме хозяйки, конечно".
  
   Я вспомнил, как сшибался с "фантомами", и потер грудь. Уже не болело, но ощущения запомнились надолго.
  
   "С какой вещественностью?" - уточнил я.
  
   "Девяносто пять процентов... всего".
  
   "Ничего себе "всего"! Да меня чуть Кондрат не хватил!"
  
   "Это хорошо", - резюмировал Сад.
  
   "Ну, а вышибли бы меня?"
  
   "Не беда, - небрежно ответил собеседник. - Пошел бы по второму кругу".
  
   "Вот оно коварство! - посетовал я на свою горькую судьбу. - Н-да... И от хозяйки мне твоей здорово досталось".
  
   Сад только хмыкнул. Его слон отъехал назад, уходя из-под удара, моя пешка выдвинулась следом, продолжая преследование. Какое-то время мы играли молча, и я, вежливости ради, решил возобновить беседу:
  
   "Насчет фантомов, что, действительно так просто?"
  
   "Пара пустяков!", - заверил Сад.
  
   А потом напротив меня, по пустяку на каждого, возникло два Сергея Малышева. Один, напряженно думая, сидел, уставясь на доску. Другой стоял за его спиной и энергично что-то шептал ему на ухо. Первый протянул руку и сделал ход.
  
   - Э, э! - возмутился я. - Ты свои шуточки брось!
  
   Фантомы вдруг бросились врассыпную и исчезли.
  
   Молчание на некоторое время возобновилась. Но не мог я сидеть перед доской без противника, мне нужно было поддержать эффект его присутствия, поэтому я снова нарушил тишину:
  
   "Расскажи мне о Фло".
  
   "Что тебя интересует?"
  
   "Какая она?"
  
   "Мммм. Не знаю. Всякая, - последовал задумчивый ответ.
  
   "А ты не знаешь... как она ко мне относится?"
  
   Вдруг словно сам воздух засмеялся. Мягкий бесцветный шелест заполнил окружающее пространство.
  
   "Хозяйка говорила, что ты нередко бываешь забавным, - веселился Сад. - Но теперь я и сам в этом убедился".
  
   "А что такого забавного я сказал?"
  
   "Ты умудряешься спрашивать о том, что лучше других должен знать", - сообщил мне собеседник.
  
   "Давай-давай, смейся, - проворчал я, ничуть не обижаясь. - Только на вопрос мой ответь. Интересно мне знать мнение со стороны".
  
   "Тогда уточни для начала, что ты подразумеваешь под словом "относится"?"
  
   "А что тут можно еще подразумевать?"
  
   "С одной стороны Фло - твоя наставница, с другой, вы в достаточно тесных личных отношениях. Какой аспект этого вопроса ты хотел бы обсудить?"
  
   "Второй, конечно".
  
   "Тогда непонятно, о чем здесь спрашивать, - откликнулся собеседник таким тоном, словно пожимал плечами, - По-моему, хозяйка отчетливо дает понять, что любит тебя, и вроде бы даже открытым текстом об этом говорила".
  
   "То есть ты считаешь, что человек и Аморф могут любить друг друга?"
  
   Смех-шелест возобновился с новой силой.
  
   "Ты-то, судя по всему, втрескался по самые уши. Только влюбленные могут быть так глупы".
  
   "А Фло?" - спросил я осторожно, не реагируя на издевки.
  
   "Любовь - ее самое любимое занятие, - заверил Сад, не переставая смеяться. - Неужели тебе еще неясно?"
  
   "Издеваешься?"
  
   "Серьезен как никогда".
  
   Мне почему-то не верилось.
  
   "Как ты не поймешь? - сказал я, раздраженно. - Я-то вижу в ней человека, а она во мне кого?"
  
   "Я тоже, откровенно говоря, не знаю, что она в тебе нашла, - продолжал веселиться Сад. - У тебя нет ни одного листочка, даже веточки. Я уж не говорю, что ты совсем не умеешь цвести!"
  
   Хохот сотрясал теперь даже деревья. Я придержал стол, чтобы фигуры на нем не опрокинулись, и мстительно сообщил:
  
   "О'кей, о'кей, можешь и дальше смеяться, вот только тебе мат, голубчик".
  
   Сразу стало тихо.
  
   "Позволь-позволь, - Сад заволновался. - Как же это. Я не вижу!"
  
   "Конечно же, мата еще нет, - поправился я. - Но положение безнадежное, это и ребенку видно".
  
   "Ребенку, может, и видно, но не мне нет... на каком ходу мат?"
  
   "Да не знаю, пока, - терпеливо сказал я. - Но это, по-моему, и не важно".
  
   "Как это не важно! Я просчитываю по двадцать ходов вперед для каждой фигуры".
  
   "Господи! Зачем? Конечно, очевидно, до мата ходов больше. Но... впрочем, давай доиграем, если не веришь".
  
   Некоторое время мы молча передвигали фигуры, и вдруг Сад потерянно сказал:
  
   "Теперь и я вижу. Ты прав, продолжать дальше бессмысленно. Ты у хозяйки этим приемам научился? Она меня так же обыгрывает".
  
   "Не расстраивайся, дружище, - успокаивал я. - Играешь ты действительно сильно. До вчерашнего дня ты б меня точно обставил".
  
   Потянувшись, я хотел было встать, но тонкие прохладные ладони, прикрыв глаза, прижали меня к спинке кресла. Вихрем налетели горячие эмоции, в душе поднялась буря чувств и волна очарования.
  
   - Господи, Фло! Ты моей смерти хочешь? - воскликнул я, чувствуя, как основательно "едет крыша".
  
   - В этот раз нет, - засмеялась фея, обвивая меня за шею. Она скользнула губами по моей щеке, зашла спереди и устроилась на коленях.
  
   - Скажи, пожалуйста? - спросил я, балдея. - Что тебя во мне привлекает?
  
   - Когда я прикасаюсь к тебе вот так, ты излучаешь уйму энергии. Мне даже находиться с тобой рядом очень приятно. Я уж молчу о других еще более энергичных способах взаимодействия.
  
   - Я что, ходячая батарейка для тебя? - спросил я, чувствуя озноб, распространяющийся по телу.
  
   - Ты чего так побледнел? - удивилась собеседница. - Уж не считаешь ли ты себя жертвой вампира?.. Ну, хорошо, похоже, что считаешь. Но ведь я тебе уже все объясняла и показывала.
  
   "Ему вчера на Турнире голову повредили", - хихикнул Сад.
  
   - Тогда попробуй мне просто поверить, - предложила Фло. - Наши отношения совершенно естественны для нас двоих, и чем меньше ты в них копаешься, тем лучше у тебя получается меня дополнять. А самое главное, - глаза девушки засияли нежностью, - я люблю тебя, и ты не можешь это не чувствовать.
  
   Я чувствовал. Боже, как я это чувствовал. Холод моментально был вытеснен горячими эмоциями инопланетянки, и она мягко прижималась ко мне, наполняя блаженством каждую мою клеточку. Мысли словно увязли в сладком сиропе и с трудом ворочались в голове. Казалось, что если это не прекратится, я опять унесусь в нирвану и потеряю непрерывность бытия.
  
   Но, видимо, удовлетворившись результатами лечебной терапии, Фло пересела в кресло напротив, оставив меня в состоянии близком к нокауту, и стала изучать расположение фигур на доске.
  
   - Да ты, я вижу, невежливо с моим помощником обошелся? - сказала она, с наигранной строгостью.
  
   Я с трудом улыбнулся в ответ. Спокойствие ко мне медленно возвращалась.
  
   - Решила доиграть?
  
   Вместо ответа она сделала ход, кажущийся со стороны совершенно бессмысленным, но я почувствовал, как исказилось "древо" событий.
  
   Пожав плечами, я взялся закончить игру. Однако уже через пять ходов мне показалось, что что-то не так, через десять неизбежный мат сопернику испарился, а через сорок я увидел мат грозящий мне самому.
  
   - Ведьма, - пробормотал я, как громом пораженный.
  
   - Фея, сладкий мой, фея! - поправила Фло, хитро улыбаясь.
  
   "Позвольте, позвольте, - вмешался Сад. - Объяснят мне, наконец, как это получается, или нет?! Я просчитываю по двадцать ходов для каждой фигуры, понимаете, для каждой!"
  
   - Ах, ты еще и не доволен, что я за тебя выиграла? - возмутилась Фло. - Ну, тогда защищайся.
  
   Через полчаса Сад был в унынии, граничащем с умопомешательством. Я сидел в своем кресле и злорадно хихикал, а Фло с тревогой присматривалась к своему растительному слуге.
  
   "Дорогушенька, - каялась она перед Садом. - То, что я сейчас проделала - это магия, законы интеллектуального боя".
  
   - За это раньше сжигали на костре, - вставил я, едкое замечание, но девушка его проигнорировала.
  
   "Ты не обижайся, но чтобы понять, у тебя не хватает пока энергии. Точно так же, как и у этого бездельника. Хотя он уже и не столь безнадежен, как раньше".
  
   Я продолжал посмеиваться, и девушка обратила, наконец, на меня строгий взгляд
  
   - Ну что, весельчак, - сказала она вслух. - Никак не угомонишься? Сейчас я тебе помогу!
  
   Кресло подо мной вдруг исчезло, и я шлепнулся на землю.
  
   - Ах, так! Ах, вот ты как?! - грозным голосом воскликнул я, вскакивая на ноги.
  
   Фло, засмеялась и бросилась к морю. У самой кромки я догнал ее, подхватил на руки и закружил. Набежавшая волна окатила нас брызгами и повалила на песок. Девушка воспользовалась удобным моментом и снова от меня ускользнула, а потом, забежав в море, стала брызгаться водой. В общем, дальше этот день мало чем отличался от уже прожитых, в плане праздного время провождения.
  
   Под вечер, правда, я попытался реабилитировать честь мужчин и проявить инициативу в ухаживании. Однако прикосновения к фее и ласки, которые я ей дарил очень быстро наполнили меня самого невероятным блаженством. Так что не прошло и десяти минут, как я лежал на спине, не будучи в силах пошевелиться, а Фло сидела сверху, смеясь и игриво подтрунивая. Тем не менее, я чувствовал, что одними шуточками дело не обойдется. Уж больно возбужденной выглядела девушка, и глаза ее азартно сверкали. Как потом выяснилось, в своих подозрениях я не заблуждался.
  

Глава 3.5. Дневник. Обучение

  
   18 июня, пятница
  
   Десять дней я не брал в руки дневник. У меня просто не было времени им заниматься. Сообщив мне, что на Турнире, как и ожидалось, я повысил свою Личную Силу, Фло всерьез занялась моим "воспитанием". Все, что она со мной проделывала, было направлено на то, чтобы заполнить, по ее словам, увеличившийся "резервуар".
  
   В качестве основного метода "заправки" использовалась сексуальная энергетика, которую наставница называла также Недеянием (1) секса. Она больше со мной не "играла". Едва только мой организм производил достаточное количество нужного топлива, как Фло хватала меня, назначая на роль "главного энергетика", и противиться ей не было никакой возможности.
  
   Чем больше у меня становилось Личной Силы, тем больше мне удавалось усвоить "шипучей" субстанции вырабатываемой нами в тесном сотрудничестве. Я до сих пор плохо представляю себе чем является этот эксклюзивный продукт, который так ценила инопланетянка. Но совершенно ясно было, что он как то связан с псионическими способностями и всей той чертовщиной из области Второго Внимания, в которую фея всякий раз меня окунала с головой. Про себя я называл этот вид энергии "магической маной", памятуя свое увлечение в детстве фэнтезийными историями, ну и в силу его практического предназначения.
  
   Я уже не отключался в процессе постельного производства, и, по мере сил, пытался хоть какую-нибудь инициативу проявлять. Фло благосклонно относилась к моим стараниям, однако я все равно не мог сравниться с ней в эффективности и силе интимного творчества, поэтому смирился с ее руководящей ролью. "Творили" мы по нескольку раз в день, а в промежутках между этим я был загружен другими Недеяниями.
  
   Фло помещала мою Точку Сборки в самые невообразимые положения и заставляла в них осваиваться. Убедившись, что я научился самостоятельно воспринимать мир как энергию, наставница предупредила, чтобы я не увлекался этой новой своей способностью, поскольку та потребляла много энергии. Тот же совет относился и к другим появляющимся у меня талантам. По ее словам, все полученные мной умения включались по мере возрастания количества "маны" в моем распоряжении. То есть, открыть в себе новые возможности я мог лишь накапливая эту энергию, и, соответственно, тратить ее без особой необходимости было нежелательно
  
   Наши тренировочные схватки на мечах Куи перешли на качественно новый уровень. Мне уже удавалось наблюдать "древо" событий, или, как говорила Фло, Видеть (2) сражение. Однако, по ее словам, этого было недостаточно. Настоящий интеллектуальный бой требовал умения воздействовать на "древо".
  
   Я попросил наставницу объяснить, как можно это сделать. Но она сказала, что специальных приемов не существует, и для воздействия достаточно одного лишь Намерения. На мои жалобы, что объяснение ее ни о чем мне не говорит, Фло еще раз напомнила, о невербальной сути магических знаний, которые словами не передаются. Для того чтобы я овладел интеллектуальным боем, требовалось больше Личной Силы, только и всего. Поединок, по словам Феи, также являлся способом ее накопления, а посему мне, просто-напросто, следовало быть Безупречным в своих тренировках, что в свою очередь подразумевало Отчужденность, Выдержку, Умение ждать и Реакцию.
  
   И опять она оказалась права. В какой-то момент я вдруг почувствовал, что "древо" начинает слушаться меня. Вначале неохотно, но затем, с увеличением моей Личной Силы, все более и более активно. Оно действительно подчинялось моим желаниям. Как это происходило - трудно объяснить. "Древо" словно становилось частью меня и отзывалось так же, как например, руки или ноги, с той лишь разницей, что подчинялось оно одновременно и моему противнику.
  
   Не знал я покоя и ночью. Фло проникала в мои сны и обучала искусству ими управлять. По ее словам, это Недеяние было самой удачной практикой для энергетического тела. Сперва требовалось научиться контролировать сон. И сложность этой задачи состояла в необходимости осознать, что ты спишь, чтобы начать действовать осмысленно.
  
   К счастью мне удалось проскочить этот непростой этап достаточно быстро. Не дожидаясь, пока я научусь самостоятельно осознаваться, Фло проникла ко мне в сон, схватила за руку и заставила выполнять ее команды. Мне потребовалась только одна ночь муштры. Заснув в следующий раз, я сразу обрел контроль над своим сновидением.
  
   На втором этапе следовало научиться передвигаться во сне. По своему опыту в Зоне на Аиде, когда меня мотало из одного места в другое, я был отчасти знаком с особенностями перемещения Тела Сновидения. Оставалось лишь взять данный процесс под контроль, и постепенно я понял как это сделать. Для того чтобы попасть куда-то во сне, достаточно было одного лишь Намерения это сделать. Отдаленные объекты по моему желанию притягивали меня к себе. А если нужное место располагалось вне поля моего зрения, я рисовал в своем воображении какой-либо предмет, находящийся там, и моментально оказывался возле него.
  
   После того, как я освоился с внепространственными прыжками во сне. Фло объявила, что пора выбираться из вымышленного мира в реальный. Третий этап по ее словам являлся ключевым и достаточно сложным. Преодолеть его с наскока далеко не каждому было под силу и поэтому существовали приемы поэтапного продвижения. Для начала следовало добиться, чтобы время года и суток в вымышленном мире были теми же, что и наяву. Затем требовалось отыскать во сне себя спящего, да еще в том месте, где ты действительно уснул. Если в достаточной степени освоиться с механикой перемещения Тела Сновидения, эта задача была решаема.
  
   Когда мне, наконец, удалось во сне найти себя спящим, Фло торжественно объявила, что я попал в реальном мир и мое Тело Сновидения уже отделено от физического. Две последующие ночи, я непрерывно тренировался находить себя спящего во сне, до тех пор пока не научился делать это мгновенно, так что засыпая сразу оказывался в нужном месте.
  
   Преодолев третий этап Сновидения, я автоматически научился управлять Дублем, о котором Фло рассказывала мне еще раньше. Это искусство отличалось от Сновидения лишь тем, что физическое тело в этом случае не спало, а действовало одновременно с Телом Сновидения. Состояние Дубля, должен признаться, очень странное. Можно было находиться либо в двух местах одновременно, но при этом ум заходил за разум, либо переключаться, осознаваясь периодически то в одном, то другом теле. В любом случае, при переходе в обычное состояние, полученные разными телами впечатления объединялись. Но самое интересно заключалось в том, что "проснуться" можно было в одном из двух мест по желанию: и там, где находилось физическое тело, там, где был Дубль. Таким образом, открывалась прекрасная возможность внепространственных перемещений в физическом мире, которую я уже однажды использовал, чтобы попасть на Аид и вернуться обратно.
  
   Освоившись с Дублем, я не прекращал свои практики во сне и фея все время меня сопровождала. Она показывала мне невероятные миры, и ее целью были отнюдь не экскурсии. Совершенно безжалостно она натаскивала мое энергетическое тело, забрасывая в такие места, что полигоны Вебера казались мне райскими кущами.
  
   За эти дни мы с Фло так сблизились, что я как-то совсем позабыл, что она Аморф. Впрочем, не то чтобы позабыл, конечно, но перестал относиться к ней с прежней осторожностью, стал более легкомысленным. И из-за этого едва серьезно не пострадал. Впрочем, расскажу этот эпизод подробнее, он сыграл не малую роль в моих тренировках.
  
   В полдень мы валялись на песке, как всегда сильно раздетые. И мне вдруг пришла в голову идея проверить, действительно ли я стал таким крутым, как мне казалось, или все же "следовало перекреститься". Фло лежала, греясь на солнышке и жмурясь от удовольствия как сытая кошка. Когда я не спеша приблизился к ней на четвереньках, она подарила мне свою очаровательную улыбку, но в глазах ее не возникло того характерного интереса, которого следовало бы опасаться мужчине. Совсем недавно мы обменялись с ней энергией, я был пуст, а потому в сексуальном плане ее пока не интересовал.
  
   Не без основания считая, что мне ничего не грозит, я решил девушку поддразнить. За последние дни интенсивной практики мне удалось здорово продвинуться в искусстве ублажения женщины, поэтому потребовалось совсем немного времени, чтобы подругу свою завести. Она с удовольствием принимала мои ласки, но, как я и предполагал, оставалась пассивной. В глазах феи светилось веселое любопытство. Она, видимо, ждала, когда я "скисну". Мощный поток сексуальной энергии, исходивший от инопланетянки, напитывал меня словно губку, что рано или поздно сулило мне сладкую нирвану.
  
   Вначале я вполне справлялся с сексуальным опьянением, но по мере того как Фло все больше возбуждалась, стал чувствовать, что теряю над собой контроль. Мне настолько нравилось ласкать ее необыкновенно красивое тело, что я Вознамерился любой ценой продолжить это занятие. Неожиданно во мне что-то закрылось, и я ощутил себя значительно увереннее. Туман стал выветриваться из головы, но почему-то тело стало нагреваться. Я бы не сразу обратил внимание на это явление, не считая его серьезным, если бы Фло не отреагировала мгновенно и очень взволнованно. Перевернув на спину, она с силой встряхнула меня за плечи.
  
   - Немедленно прекрати! Слышишь?!
  
   В первые секунды я не понимал, что ее так напугало. Но когда жар во мне усилился, сообразил, наконец, что попал в какую-то неприятность. Попытки вернуться в обычное свое состояние к успеху не привели. Я чувствовал, что меня словно заклинило, и сработавший однажды механизм более мне не повиновался.
  
   Обвив меня руками и ногами, Фло так крепко стиснула свои объятия, что я услышал, хруст своих косточек. Нагревание значительно замедлилось, но не прекратилось. Взорвавшись огненным вихрем, Фея оторвала меня от земли, резко дернула вверх и закружила в воздухе. По телу разлилась, наконец, приятная прохлада, однако плюхнулся я на песок уже настоящей ледышкой. Новое состояние оказалось просто невыносимым. Меня ужасно тошнило, но облегчиться не было никаких сил. Голова раскалывалась на мелкие кусочки, а тело заполняла отвратительная пустота.
  
   Сгустившись, вихрь превратился в девушку. Она стояла надо мной и холодно меня разглядывала. Неожиданно Фло сообщила совершенно безжалостным тоном, что я сделал глупость и, скорее всего, сейчас умру. Она добавила, что ничем не может мне больше помочь. После чего отвернулась и пошла прочь.
  
   От возмущения во мне что-то сдвинулось и встало на место. Тотчас по телу разлилось приятное тепло, и я почувствовал, как возвращаюсь к жизни. Фло тут же оказалась рядом, схватила меня за уши и, с наслаждением встряхивая, стала приговаривать:
  
   - Ах ты, мелкий сукин сын, самонадеянный дурак, олух царя небесного, чертов простофиля...
  
   Фло была неистощима на "лестные" эпитеты, и я терпеливо сносил все это, понимая, что она совершенно права. Наконец она успокоилась, прижалась щекой к моей груди, и мы долго так лежали, тихо радуясь, что все обошлось.
  
   - Что это было, - рискнул я нарушить молчание.
  
   - Ты надул себя моей энергией как воздушный шарик, самоубийца чертов. Я тебя очистила, но твой просвет (ну, та выемка на энергетической оболочке, помнишь?) очень опасно открылся. Ты едва не умер.
  
   - А сейчас все в порядке?
  
   Фло подняла голову и внимательно меня осмотрела.
  
   - В общем, да. Но ты вытянул свой кокон. Сейчас ты напоминаешь скорее веретено, чем яйцо.
  
   Она разглядывала меня со все возрастающим оживлением.
  
   - Я хочу попробовать тебя, - сказала Фло неожиданно. - Прямо сейчас!
  
   Я успел только слабо пискнуть, а она уже лежала на мне, жадно обнимая. В этот раз обмен энергией оказался очень продолжительным. Леди была ненасытна и совершенно несдержанна. Пару раз я думал, она меня раздавит, настолько сильно стискивала в своих объятиях. А наслаждение накатывало таким интенсивным потоком, что я терялся в догадках, почему до сих пор его выдерживаю.
  
   Но вот сексуальный катаклизм стал затихать. Фло медленно успокаивалась, и ее объятия постепенно стали мягкими и нежными.
  
   - Ты просто великолепен, - выдохнула она.
  
   - П... почему?..
  
   - Потому что у тебя теперь гораздо больше мужской энергии. Твоя новая форма энергетического тела стала более совершенной, и она меня просто восхищает. Ты уже почти готов.
  
   - К чему?
  
   - Сам знаешь. Сегодня мы больше не тренируемся. Твоему организму нужно отдохнуть, а кокону как следует "затвердеть".
  
   Фло поднялась на ноги и протянула мне руку.
  
   - Пошли, погуляем.
  
   - Пошли.
  
   Я поднялся на ноги, с удовольствием принимая приглашение, довольный всем на свете: природой, спутницей, да и вообще тем, что жив остался... дважды.
  
   - Расскажи мне о чем-нибудь, - попросила Фло.
  
   - О чем?
  
   - О чем угодно. Ну, например, почему ты иногда бываешь таким глупым?
  
   - Наверное, люди сами себя такими сделали, - предположил я, пожимая плечами. - Мы от природы очень самонадеянны. Научились объяснять все что происходит вокруг и поэтому считаем себя очень важными.
  
   Вначале мир казался проще. Человек видел объекты или действия и называл их, например:
  
   Мамонт стоит,
   Камень летит,
   Камень попал,
   Мамонт упал.
  
   Фло прыснула и засмеялась. Я же игнорировал ее веселье с самым серьезным видом.
  
   - Пока человек голоден, ему этого вполне достаточно, но насытившись, он начинает задумываться:
  
   Где стоит?
   Как летит?
   Куда попал?
   Почему упал?
  
   Нужно же решать эти вопросы. Но как? Чтобы желудок переварил, требуется проглотить пищу, а чтобы голова? Аналогии здесь неуместны и могут привести к мозговым травмам.
  
   Смех моей спутницы еще более усилился. Она упала на колени и завалилась на бок. Я сорвал грушу, сел на поваленное дерево и задумчиво откусил.
  
   - Реальность на самом деле неудобоварима. Ее нельзя описать уравнениями. Можно лишь установить закономерности:
  
   Там стоит,
   Туда летит,
   Сюда попал,
   Вот так упал.
  
   И человеку приходится изощряться. Что он делает? Он начинает создавать абстрактные модели. Например, материальная точка... Хотя нет, камень - это скорее твердое тело, обладающее массой и, главное, импульсом. Такие вот модели уже вполне съедобны. Человек наделяет их конечным числом абстрактных свойств, затем моделирует всю ситуацию и начинает ее переваривать. Что дальше делает мамонтобой? Он сравнивает то, что в голове, с тем, что в реальности, и восклицает:
  
   "Эврика! Я понял".
  
   И точно также он поступает со всем, что его окружает, становясь все более и более самоуверенным. Затем человек провозглашает реальностью мир, созданный у себя в голове. После чего становится окончательно глупым и не самокритичным.
  
   - Ты слишком строг к своим соплеменникам, - улыбнулась Фло. - Вы многого добились: наука, техника, культура. Всего этого бы не было без способности человека анализировать.
  
   - И это говоришь ты? Та, что открыла мне глаза! О да, мы придумали велосипед, но при этом, чтобы удобнее было рулить, оборвали себе крылья. Да одно только Место Безмолвного Знания делает ненужной всю нашу науку с ее приближенными теориями. Зачем часами строить логические умозаключения, если можно получить ответ сразу и во всей его полноте?
  
   - Ты ударяешься в другую крайность, Сергей, - сказала Фло. - Вы, люди, такие, какие вы есть, и нечего тебе на это пенять. А крылья? Что ж, крылья ведь могут и снова отрасти. Если б ты только знал, как скучно порой бывает парить в высоте и все знать. И очень хочется спуститься на землю и покататься на велосипеде. Это ведь так интересно!
  
   - Вот, значит, почему аморфы крутятся среди людей, - понял я. - Почему же вы сами не строите технику? Вам это по силам.
  
   - Неинтересно строить, когда заранее все знаешь. Вы, люди, все делаете с азартом. У вас есть цели, к которым вы стремитесь. У вас есть правила "игры". А нам нравиться Играть по чужим правилам.
  
   Я недоверчиво взглянул на спутницу, шагающую рядом со мной. Мне отчего-то показалось, что она шутит. Однако, встретившись с ней глазами, понял, что Фло говорила серьезно. После этого определенные опасения зародились в моей душе, и я решил их озвучить:
  
   - Скажи, сейчас, когда ты узнала о нас... нашем свойстве отдавать энергию... Чем это для человечества может обернуться. Вы часом не слопаете нас со всеми потрохами?
  
   - Не беспокойся. Я ведь уже говорила тебе, что численность аморфов относительно вашей цивилизации не велика. Мы способны Видеть все последствия своих действий. И потом, нам нравиться оставлять все таким, какое оно есть, без изменения. Ну, разве что тебя я изменила немного, - добавила она с улыбкой, - но, согласись, что ты сам в этом был виноват.
  

***

  
   Пищу сегодня Фло готовила обычным способом, обойдясь без волшебства. Правда, она уверяла меня, что использует приемы кулинарной магии. Я же лично ничего особенного в ее действиях не увидел. У меня, правда, сложилось впечатление, что она смешивает все, что попадалось ей под руку, в совершенно произвольных количествах, нагревает до температур, какие получатся, и выдерживает столько времени, сколько захочется. Но провалиться мне на этом самом месте, если не было вкусно. Точнее, было божественно вкусно. Я и не представлял себе, что от процесса принятия пищи можно получать такое удовольствие. Магия, по всей видимости, тут присутствовала, и, безусловно, могущественная.
  
   На мои дифирамбы ее кулинарному искусству Фло возразила, что ничего особенного тут нет. Нужно лишь уметь Видеть. И что Видение процесса приготовления пищи очень похоже на Видение боя, которое я уже вполне освоил.
  
   - Как ты отнесешься к подводной прогулке? - поинтересовалась Фло после обеда.
  
   Мы уже давно не совершали заплывов, и я с радостью согласился. Тогда я и не подозревал, какие необыкновенные ощущения мне предстоит пережить. Я почувствовал себя настоящим человеком-амфибией. Проходил час за часом, а мы и не думали всплывать. Совершали одну проказу за другой, гонялись друг за другом и наблюдали за жизнью морских обитателей. При этом мы порой заплывали на такую глубину, что и не всякому водолазу доступна.
  
   Мое тело адаптировалось к давлению невероятно быстро. Я мог также позволить себе стремительное всплытие, не опасаясь кессонной болезни. В общем, чувствовал я себя настоящим подводным жителем.
  
   Фло оказалась большой изобретательницей по части развлечений, в полной мере проявив свой талант и водной стихии. Дельфины ее просто обожали. И едва мы появились в воде, как они с веселыми криками бросились к нам играть. В своих проказах Фея кидалась в самые неожиданные авантюры. Так, оседлав огромную акулу-молот, она носилась на этом взбесившемся чудовище не менее получаса. Когда же хулиганка все-таки отпустила ее, рыбина удрала так, словно за ней гнался сам дьявол.
  
   На мой вопрос, как получалось столь долго удерживаться в "седле", Фло заметила, что рыбы-прилипалы проделывают этот фокус уже тысячи лет.
  
   - Почему-то я сомневаюсь, что акула приняла тебя за прилипалу, - скептически сказал я, чем снова развеселил девушку.
  
   - Наверное, ей не понравились мои размеры, - хихикнула она.
  
   Под водой Фло всегда предпочитала плавать обнаженной. Я же придерживался мнения, что плавки никогда не бывают лишними. Но сегодня она уговорила меня последовать ее примеру, уверяя, что одежда, даже когда ее совсем немного, очень мешает плавать и, главное, наслаждаться всеми прелестями моря. На мудреца, как говорится, достаточно и простоты. Перебрав в уме все "прелести" водной стихии, которыми можно наслаждаться, я согласился, упустив из виду кое-что мне хорошо известное. В одной из игр, догоняя Фло, я не успел опомниться, как сам оказался добычей в ее нежных объятиях, после чего мы отправились в мир блаженства.
  
   В общем этот день у нас оказался самым водным. Мы вылезали из воды только для того чтобы перекусить, после чего снова уходили в море.
  
   Уже под вечер, смеясь и подшучивая друг над другом, мы в последний раз вылезли на берег, где с легкой руки Фло наши с ней отношения были классифицированы как близкие контакты четвертого рода.
  
   - А почему четвертого? - спросил я хохоча.
  
   - Потому что они значительно ближе, чем контакты третьего рода, - ответила девушка, обнимая меня и целуя.
  
   _____________________________________________________________________________
   Сноски:
  
   (1) Недеяние - термин из учения Карлоса Кастанеды, обозначающий действия, аномальные для повседневной деятельности людей. Последняя укрепляет Точку Сборки в обычном ее положении и делает незыблемой привычную картину мира. Недеяния, напротив, вынуждают человека привлекать Второе Внимание и использовать его.
  
   (2) Ви'дение (ударение ставится на первом слоге) - термин из учения К. Кастанеды, означающий способность воспринимать происходящее в энергетической форме.
  

Глава 3.6. Дневник. Раскручивание по степеням свободы

  
   27 июня, воскресенье
  
   Проснулся я поздно, подумал еще, что проспал, наверное, не меньше восьми часов. Полежал некоторое время с закрытыми глазами, потом сел и озадаченно уставился на возникшую в воздухе надпись: 27 июня, воскресенье, 8:01. Затем немного погодя ниже высветилось: ВЫХОДНОЙ ДЕНЬ. Застонав, я перекинулся поперек ложа.
  
   - Кончай издеваться, негодяй!
  
   "Чем обязан такой немилостью", - раздался у меня в голове изрядно подзабытый голос.
  
   "Он еще спрашивает! А кто вместе с Фло терроризировал меня все это время?"
  
   "Позвольте-позвольте, - возмущенно возразил Сад. - Хочу внести некоторую ясность в возникшее недоразумение. Я никакого представления не имею о тех злоключениях, которые Вам, сударь, пришлось перенести. После того, как в субботу девятнадцатого вы с хозяйкой куда-то исчезли на неделю, я понятия не имел о вашем местонахождении".
  
   "Меня не было всего семь дней?" - удивился я.
  
   "В этом можете не сомневаться".
  
   "Боже мой!" - я был уверен, что прошло никак не меньше месяца.
  
   Быстро совершив утренний моцион, я позавтракал и взялся за дневник. Я решил сделать это сейчас, поскольку не знал, будет ли тот доступен мне вечером. Почему? Сейчас расскажу. Описывать все события не стану. Их было так много, что на подробное изложение у меня просто не хватит времени...
  
   В субботу, девятнадцатого, Фло вытащила меня из постели в четыре утра и, возбужденно шепча что-то про волшебную пещеру, полную сокровищ, потащила за собой. Я возмутился в том смысле, что о какой пещере может идти речь, пока я не умылся и не привел себя в порядок. Спутница притормозила лишь на секунду, а в следующее мгновение меня окатило галлоном холодной воды. Больше я не возражал, безропотно следуя за феей.
  
   Минут через пять мы вошли в пещеру, и Фло немножко поводила меня по лабиринту, показывая великолепную подземную флору, люминесцирующую необыкновенной цветовой гаммой, а также огромное богатство разнообразных по красоте и строению минералов. Затем мы свернули в какой-то темный тоннель без ответвлений и, пройдя с десяток метров, уткнулись в тупик.
  
   В следующий момент что-то грохнуло, и сверху посыпались камни. Я бросился к выходу, выставляя силовое защитное поле. Потолок впереди неожиданно рухнул, я отпрыгнул в сторону, перекатился и вжался в какую-то узкую выемку. Грохот обвала стал значительно глуше и затихал где-то в стороне. Еще пару раз вздрогнула земля, и все закончилось.
  
   "Фло, ты цела?" - телепатически спросил я, поднимаясь на ноги.
  
   "Со мной все в порядке, я телепортировалась. А как ты?"
  
   "Думаю, что тоже в норме".
  
   "Можешь сказать, где находишься?"
  
   "Какой-то тоннель, - ответил я, оглядевшись. - Очевидно, я успел скрыться в боковом ответвлении".
  
   "Не уверена, что ты мог это сделать, - возразила Фло. - У прохода, в который мы вошли, не было ответвлений".
  
   "И куда ж я тогда попал?" - спросил я растеряно.
  
   "Попробуем разобраться. Для начала найдем друг друга. Ориентируйся по звуку и свету", - сказала Фло. Тут же слева слабо блеснуло зарево и послышался отголосок музыки.
  
   По мере моего продвижения музыка становилась громче, и наконец, под торжественные фанфары я вышел в просторный подземный зал, где стояла Фея, равномерно и ярко светясь, словно ламбертовская лампочка.
  
   - Встречаешь меня как высокопоставленного гостя, - засмеялся я.
  
   Не переставая светиться, Фло подошла ко мне и, улыбаясь, спросила:
  
   - Как тебе понравилось телепортироваться, высокопоставленный гость?
  
   - Ты о чем? - опешил я.
  
   - Садись, - сказала Фло и уселась сама на один из больших камней, в изобилии валявшихся на земле в этом зале. - Я уже говорила, что твоя энергетическая форма изменилась. Теперь у тебя более сбалансированная конфигурация. Это позволяет твоему физическому телу выполнять многое из того, что ранее было доступно только телу Сновидения. Я хочу, чтобы ты раскрутил себя по всем степеням свободы.
  
   - Что ты имеешь в виду?
  
   - Не хочу сейчас ничего говорить.
  
   - Но как же я тогда сделаю то, что ты просишь?
  
   - Об этом можешь не беспокоиться, - хихикнула собеседница. - Как-нибудь сделаешь.
  
   Глаза Фло вдруг в ужасе расширились, она смотрела куда-то мне за спину. Обернувшись, я увидел такое, что сказал:
  
   - А-а-а-а-а!!! - и немедленно оказался под открытым небом. Фея была здесь же, но пребывала в горизонтальном положении и задыхалась от смеха.
  
   - Какого черта?! - закричал я. - Что это была за тварь?!
  
   - Не... не знаю. На... верное она там жила.
  
   - Что смешного! Ты меня чуть заикой не сделала.
  
   - Я-то тут причем? - удивилась Фло. - Я тебя не пугала.
  
   - И скажешь, понятия не имела, кто в этих пещерах обитает?
  
   - Я Видела, что нечто поможет тебе телепортироваться, но не знала, как это произойдет, - ответила Фея и захохотала с новой силой...
  

***

   Так закончилась мое первое и, пожалуй, самое безобидное приключение. А их мне предстояло испытать превеликое множество. Вместе с Фло я попадал из одного мира в другой, и единственное, что их объединяло - жизнь там была неважная. Настолько неважная, что на следующий день я летал, как патрульный гравилет, телепортировался так же уверенно, как ходил, попутно пару раз побывал в открытом космосе, отделавшись лишь легким испугом. Но что более всего мне понравилось - я вполне теперь мог обходиться без волшебной палочки, когда требовалось произвести какую-нибудь полезную вещь. Видимо, произошедшие со мной перемены и назывались "раскруткой по всем степеням свободы". Оставалось только гадать, сколько у меня этих степеней и как долго они будут раскручиваться.
  
   Вначале я не переставал удивляться тому, на что оказывалось способным мое тело, но однажды, когда, спасаясь от очередного подземного пугала, вдруг стек в щель на нижний этаж, удивлялка моя сломалась, и стало мне все равно.
  
   Я потерял счет времени. В некоторых мирах смена суток была значительно быстрее, чем на Земле, в некоторых она вообще не ощущалась, а в иных я почти и не задерживался, перелетая из ночи в день, изо дня в ночь, вечер, утро, так что не мудрено было запутаться. Пару раз я невольно становился контрамотом (1), а вскоре научился менять направление личного времени и по собственному желанию.
  
   В перерывах я ел, спал, общался с Фло. Но она неизменно отказывалась мне что-либо объяснять, заявляя, что на уровнях, которых я достиг, слова не имеют значения. И это несмотря на то, что логика моя постепенно становилась столь же гибкой, как и тело. Мысли текли порой столь причудливым образом, что поначалу самого меня приводили в неописуемое изумление. А подслушай кто-нибудь посторонний некоторые наши с Фло беседы, неизменно решил бы, что мы парочка умалишенных.
  
   По этой причине я не рискну приводить в дневнике отрывки из таких разговоров, а ограничусь лишь пояснением. Дело в том, что отдельные вопросы запредельного бытия удобнее обсуждать, оперируя не человеческим логическим аппаратом. Динамически изменяющаяся логика, которую Фло называла рассудком Второго Внимания, позволяла даже решать некоторые задачи, не имеющих традиционного решения.
  
   Все чаще следовали перерывы в тренировках, и все короче они становились. А иногда, завершив одно из своих приключений, я сразу оказывался в другом. Но чем дольше все это продолжалось, чем сложнее было меня убить, тем в большей степени я чувствовал себя как на курорте, участником какого-то захватывающего аттракциона. В конце концов, я совершенно адаптировался к такой жизни и перестал ощущать ее экстремальность. Тогда же Фея возобновила наши сеансы обмена энергией, которые в новых условиях обогатились дополнительными острыми ощущениями.
  
   Однажды после особо мощного "фейерверка" я в порыве нежности признался Фло, что если бы она была человеком, то предложил бы ей выйти за меня замуж. Она посмотрела на меня большими глазами и засмеялась.
  
   - Здорово! И что же тебе мешает?
  
   - Отсутствие священника, - попробовал я отшутиться.
  
   - Знаешь, - сказала она очень серьезно. - Во Втором Внимании для того, чтобы что-то произошло, достаточно лишь Намерения, поэтому будь осторожен в подобного рода желаниях. Они могут исполниться неожиданно для тебя самого. Ну, а брак в магическом мире не пустая формальность, а энергетический факт.
  
   - И чем это плохо?
  
   - Во-первых, развод в таком браке не предусмотрен. Когда он будет заключен, ты не сможешь уже отказаться, да и не захочешь отказываться. Во-вторых, мы с тобой в разных энергетических категориях. Мое осознание может проглотить тебя, поэтому лучше оставить пока наши отношения неформальными.
  
   В первый момент ее предостережение здорово меня напугало. Шутка ли только подумал о браке и уже женат, да ни на ком-нибудь, а на Аморфе. Правда потом я почему-то без особых эмоций вспоминал об этом нашем разговоре. Видимо наставница что-то такое со мной сделала, пригасив мои страхи. И лишь сейчас, дописывая дневник, я вновь почувствовал некоторое беспокойство. Страшновато все-таки соприкоснуться во всей полноте с той бездонной глубиной, что сокрыта от меня за прекрасными глазами.
  
   Ну, вот и знакомые шаги. Пора закругляться...
  

(конец дневника)

  
   _____________________________________________________________________________
   Сноски:
  
   (1) Контрамот - субъект, личное время которого направленно противоположно течению времени окружающего мира.
  

Глава 3.7. Искусство быть человеком

  
   Сергей отключил диктофон и потянулся.
  
   - Здравствуй, солнышко мое, - весело приветствовала его Фло.
  
   - Привет, Сенсей.
  
   - Боже, что я вижу! Мой ученик взялся за написание мемуаров. А я-то думала, что сие занятие удел лишь немощных старцев. Ого! Да у тебя борода седая растет.
  
   Молодой человек потрогал подбородок, наткнулся руками на бороду, ухватил ее руками и с треском оторвал. При этом лицо его совершенно очистилось от волос.
  
   - Что-то ты какой-то смурной с утра. Недельный отпуск не понравился?
  
   - Как раз наоборот, - возразил Сергей. - Жалею, что он длился всего лишь неделю. Я так понимаю, обучение мое закончилось?
  
   - Почти. А тебя это огорчает?
  
   - Ну, если честно, буду очень по тебе скучать.
  
   - Тогда поспешу тебя обрадовать. Ты задерживаешься. По крайней мере, еще на один день.
  
   - Это обязательно? - уточнил Сергей, но глаза его радостно заблестели.
  
   - Не беспокойся, - улыбнулась Фло. - Бездельничать не придется.
  
   - Ну, если так, то тогда конечно. Что мне придется делать?
  
   - Научиться быть человеком.
  
   Сергей вздохнул.
  
   - Я серьезно спрашиваю.
  
   - Серьезно отвечаю, - сказала Фло. - Во время последней практики твоя Точка сборки занимала такое множество положений, что ее обычное место потеряло свою устойчивость. Теперь Сергей Малышев разительно отличается от своих соплеменников не только набором открывшихся у него талантов, но и манерой поведения, рассудком и внешностью, наконец. Как твой Учитель я не могу допустить, чтобы ты потерял доверительные отношения со своими соотечественниками.
  
   - Помилуй, Фло, к чему эти беспокойства? Я - человек, самый настоящий.
  
   - Разве я отрицаю, - согласилась с ним девушка. - Вот только, видишь ли, земляне привыкли, что их соотечественники хотя бы двуногие.
  
   - Разве? - засомневался Сергей, но на всякий случай убрал третью ногу. Затем, критически осмотрев себя, втянул лишние руки, вернул рот на прежнее место и ликвидировал глаз на затылке. После этого, чтобы видеть собеседницу, он повернул голову на сто восемьдесят градусов, но решив, что это все же неправильно, вернул ее в нормальное положение и повернулся сам.
  
   - Вот так! - сказал он торжествующе, хлопнув руками себя в грудь, а третьей, высунувшейся из живота, показал большой палец. Но потом, поняв, что произошло, рассердился. - Послушай! Почему я должен все это скрывать?
  
   - А ты не понимаешь? - удивилась Фло. - Хотя бы для того, чтобы остаться землянином в глазах других на всякий случай. Кроме того, даже если твои друзья спокойно отнесутся ко всем твоим превращениям, они все равно потребуют, чтобы ты изъяснялся понятнее.
  
   Сергей вдруг с удивлением осознал, что забыл, как должен изъясняться, чтобы его поняли соплеменники.
  
   - А разве я непонятно изъясняюсь? - уточнил он. - Ты-то меня понимаешь.
  
   - Я-то другое дело, но обычные люди, боюсь, не поймут четырехмерной логики.
  
   - Что же мне делать?
  
   - Ты должен снова научиться фиксировать Точку Сборки в человеческом положении, в котором ее удерживают все земляне.
  
   - Но я могу переместить ее в любое положение и удерживать там сколько угодно.
  
   - Конечно, - терпеливо согласилась девушка. - Но делаешь ты это осознанно, прилагаешь для этого усилия. Поэтому неподвижность твоей Точки Сборки сейчас во многом зависит от эмоционального состояния. Ты должен создать устойчивое положение, в котором Точка Сборки будет фиксироваться автоматически. Так, чтобы тратить энергию тебе приходилось не на ее удержание, а на перемещение.
  
   - А у тебя самой есть устойчивое положение?
  
   - У меня их очень много. Фактически все мои состояния являются устойчивыми, - пояснила Фло.
  
   - Так может и мне сделать таких состояний побольше?
  
   - Сейчас тебе необходимо только одно - стать человеком.
  
   - Это трудно? За день я управлюсь?
  
   - Конечно.
  
   - А за два? - с надеждой в голосе поинтересовался Сергей.
  
   - К сожалению, одного дня будет достаточно...
  
  

***

  
   ...Сергей сидел на мостике, свесив ноги в воду, и забавлялся, прислушиваясь к себе. Щелк - и мир преобразился, щелк - снова стал прежним. Вжик - и тело подвижное как вода, бум - опять монолит. Захотел - человек, надоело - что угодно. И никакого дискомфорта, "рубильник" работает как часы.
  
   Глядя на волны, Сергей с улыбкой подумал:
  
   "Как-нибудь забуду, что могу не дышать, и захлебнусь ненароком".
  
   Впрочем, это было невозможно. Он вспомнил, как, опробовав в первый раз "переключатель", на радостях поцеловал Фло прямо в губы, и едва не взорвался от полученного энергетического удара.
  
   "Дзинь" - сказало что-то у него внутри, и Сергей, опрокидываясь, устоял, опираясь на третью ногу.
  
   - Что это?! - возмутился он. - Брак?
  
   - Дурак! - рассердилась Фея. - Скажи спасибо, что твое тело само позаботилось о безопасности. Я не в состоянии мгновенно реагировать на все твои дурацкие выходки...
  
   Болтая в воде ногами, он смотрел на закат и думал, что завтра будет уже далеко отсюда.
  
   "Как жаль, что день пролетел так быстро. А ведь еще совсем недавно..."
  
  
   ...Они валялись на песке, радуясь солнцу и прохладе набегающих волн. Лениво изогнувшись, Фея приподнялась и села, по-турецки скрестив ноги. Сергей посмотрел на нее, щурясь от яркого солнца, и восхитился. Она была как большая сытая черноглазая кошка, спокойная и уверенная в себе, в своей власти над лежащим рядом человеком. Будто отдан он ей на веки вечные. Может, так и есть?
  
   Фло грациозно приподняла ногу, длинную и красивую, как у самой Афродиты, и, наслаждаясь вниманием Сергея, слегка толкнула его в бок.
  
   - С меня на сегодня хватит, принцесса, - сказал он, вспомнив, какие у этих ног могут быть сладкие объятия. - Я здорово расслабился, пребывая в этом раю. Завтра мне в путь. Может, мы повторим пройденный материал?
  
   - Хорошо, - согласилась девушка. - Но только кратко. Я озвучу несколько ключевых тезисов, а ты потом задашь вопросы, если что-нибудь останется непонятным.
  
   - Идет.
  
   - Основной причиной нестабильности времени является то, что отряду разрушителей удалось зомбировать большую часть людей в текущем временном периоде на Земле. Поэтому первоочередной твоей задачей является обнаружение сугрессора (1) разрушителей и переключение его в режим декодировки.
  
   - Можно попытаться разгипнотизировать людей собственными силами. Изготовить такой же прибор и запустить его на декодироку совсем не сложно.
  
   - Кащей об этом тоже подумал и предпринял кое-какие меры предосторожности. В настоящий момент сугрессор разрушителей продолжает работать в фоновом режиме (2), и помешает восстановлению психики людей. Пока он включен, декодировка невозможна.
  
   - Генератор Тьмы, - догадался Сергей, - давит на психику.
  
   - Слушай дальше. Временна'я нестабильность продолжает развиваться. Кое-где появились локальные разрывы пространства с выходом в альтернативные хронологические реальности. Змегор съел уже несколько рыцарей из эпохи короля Артура, которые, по всей видимости, проникли в наше время через такие вот пространственные аномалии.
  
   Отряд разрушителей распался и не играет больше ключевой роли. Основную проблему по-прежнему представляет Кащей. Сугрессор, кстати, может находиться у него. Из-за нестабильности времени я потеряла невидимку, но, собственно, тебе и не следует его искать. Начнешь действовать активно, он тебя обнаружит и нападет - это был бы не благоприятный вариант.
  
   - А что он может мне сделать?
  
   - Убить.
  
   - Думаешь, это теперь возможно?
  
   - Это всегда возможно. Например, с помощью Меча Куи. Если нападение окажется неожиданным, противник получит преимущество, ты должен это понимать.
  
   - Что ты предлагаешь? - спросил Малышев.
  
   - Тебе следует "играть" и выманить Кащея. Если твоя Игра будет Безупречной, он себя обнаружит. Вот тогда вы и потягаетесь силами.
  
   - Ну, а если воспользоваться этим? - Сергей сотворил посредник и показал его Фло.
  
   - Дай сюда, - попросила она и, когда прибор попал ей в руки, активировала его, направив раструб приемника на Малышева. Почувствовав воздействие захватывающего поля, тот инстинктивно изменил положение Точки сборки и ускользнул из ловушки. - Все эти ваши устройства действуют только в рамках обычного мира, - прокомментировала случившееся Леди. - Для мага они безвредны.
  
   Она посмотрела на Сергея и вдруг захватила его так же, как до этого попытался сделать прибор. На сей раз молодому человеку уже не удалось увернуться. Секунду спустя он вновь оказался в своем теле, ощущая синдромы реинкарнации.
  
   - Как тебе это удалось? - поинтересовался Малышев.
  
   - Мои возможности не ограничены обыденным миром, - улыбнулась Фло. - Нужно обладать лишь достаточной быстротой осознания и необходимым количеством энергии.
  
   - А у меня такое получится?
  
   - Все зависит от того, насколько ты сильнее Кащея, но не стоит рассчитывать на этот фокус. Для того чтобы он получился, следует застать противника врасплох...
  
   - Вот значит как, - снова вздохнул Сергей. - А космические пираты, ты говорила, засели в замке Хора?
  
   - Основная группа, - уточнила Фея. - Некоторые разбежались и бродят одиночками...
  

***

  
   ...Легкий шорох и плеск вернули Малышева из воспоминаний.
  
   - Кто здесь? - спросил он с наигранным страхом.
  
   - Это я, русалка, - раздался замогильный голос из под деревянного мостика.
  
   Сергей на всякий случай вытащил ноги из воды и отошел от края.
  
   - Покажись, чудище подводное.
  
   С диким хохотом и визгом девушка выскочила из воды:
  
   - Попался несчастный!
  
   Сергей готовился к чему-то необыкновенному, но все-таки затаил дыхание от восхищения. Уже достаточно стемнело, и светящийся облик Фло был просто потрясающим. Ее кожа мягко флюоресцировала, переливаясь самыми разнообразными цветовыми оттенками, словно плещущаяся вода при закате солнца. Длинные, до бедер, волосы, украшенные венком из лилий, черной фатой колыхались над телом. На щиколотках и запястьях сияли браслеты из люминесцирующих стеблей подводных растений. Девушка была прекрасна, как богиня озер.
  
   Метнувшись к нему, русалка оказалась совсем рядом, так что огромные глаза ее засверкали перед самым лицом молодого человека.
  
   - Ага! Испугался!! Теперь поги-ибнешь...
  
   - Не-а. - улыбаясь, возразил Малышев.
  
   - Что?.. Как?.. Так вот ты как? Я на него: "У-у-у-у!", нет, даже: "Уу-гуу-гуу!!", а он, видите ли: "Не-а". Как это, спрашивается, понимать?
  
   Русалка разочарованно махнула рукой и села на край мостика, искоса поглядывая на несостоявшуюся жертву.
  
   - Я не испугался, - поправился Сергей, присаживаясь рядом. - Но был поражен до самой глубины своей селезенки.
  
   - Не обманываешь? - подводная дева с надеждой взглянула на собеседника и задумчиво сообщила: - Тогда я, пожалуй, утащу тебя на дно морское.
  
   - Я, в принципе, не против, но что ты будешь там со мной делать?
  
   - Как что? - удивилась русалка. - Щекотать.
  
   Они посмотрели друг на друга и засмеялись.
  
   - Как всегда ты просто бесподобно красивая, - улыбнулся Сергей. - Можно мне тебя поцеловать?
  
   - Конечно, - охотно согласилась девушка, обвивая его руками за шею.
  
   Их губы встретились и стали соревноваться в мягкой дуэли. Сергей почувствовал, как Фло скользнула к нему на колени, усаживаясь верхом, волнующе прижимаясь к нему грудью, животом, всем телом.
  
   - Надо бы тебя утащить все-таки на дно, - прошептала она, зарываясь руками в его волосы.
  
   Сергей не возражал, пребывая в состоянии сладкого оглушения. Фло оттолкнулась ногами от мостика, и два тела с тихим всплеском ушли под воду...
  

***

  
   Ночь оказалась очень веселой. Около двенадцати Сергей, хохоча и икая, выполз из воды на четвереньках. Его слегка покачивало.
  
   - Го-го-осподи, Фло, от-отстань! - девушка ползла за ним следом, пытаясь схватить за ногу. - Ты слишком кру-круто взяла бык-ка за рога.
  
   - За рога?.. - она на секунду остановилась, задумавшись. - Пожалуй, не за рога.
  
   Схватившись за живот, Малышев завалился на бок, беззвучно сотрясаясь от смеха. Фло воспользовалась этим и, наконец, настигла его.
  
   - По-по-по-милуй! - хохотал Сергей. - Еще раз, и я сяду как ба-тарейка.
  
   - Ошибаешься, - возразила девушка, наползая сверху. - Не сядешь, у тебя бесконечный заряд.
  
   Они еще долго барахтались на берегу, смеясь и наслаждаясь друг другом, пока Сергей не уснул незаметно для самого себя. Уснул спокойно и сладко.
  
   _____________________________________________________________________________
   Сноски:
  
   (1) Сугрессор - дословно гипнотизер. Источник психотропного излучения, навязывающего человеку заданную гипнотическую программу.
  
   (2) Фоновое психотропное излучение, предназначено для поддержания навязанной гипнотической программы, однако здоровую психику человека оно разрушить не способно, оказывая лишь угнетающее воздействие.
  

Часть 4. ПОДВИГИ ЛАНСЕЛОТА

  
   А он придет и приведет за собой весну,
   И рассеет серых туч войска.
   (Виктор Цой)
  
   Я смотрю в ночь, я вижу, что ночь темна,
   Но это не станет помехой прогулке романтика.
   (Виктор Цой)
  

Глава 4.1. Заграничная принцесса

  
   Серые коридоры замка. Вдоль серых стен осторожно идет человек с факелом. Подойдя к дубовой двери, он вешает факел на стену и входит внутрь. Через некоторое время раздается яростный рев разбуженного зимой медведя, и человек кубарем вылетает в коридор.
  
   - Я не виноват, не виноват, сэр Ланселот!..
  
   - Ты понимаешь что натворил, собачья твоя душа! - ревел выбежавший в одной рубахе детина. - Я едва не убил дракона, ты это понимаешь?!
  
   - Но, прекрасный сэр, Вы же сами просили разбудить Вас в это время!
  
   - Клянусь Круглым столом, этому удару позавидовал бы сам Артур: снизу, по горлу, прямо под огнедышащую пасть!
  
   - И притом, сэр Кэй спрашивал Вас. К столу уже подано, прекрасный сэр.
  
   - Да? - Ланселот смягчился. - Что ж, иди и передай, что я скоро буду.
  

***

  
   ...Обеденный зал был огромен, но тоже сер, хотя разыгравшееся в нем веселье несколько согревало обстановку.
  
   Сэр Ланселот сидел в обнимку с сэром Кэем, в руках они держали по кубку вина и горячо орали о своих подвигах, перебивая друг друга.
  
   - А ты помнишь, как мы свалили четырех великанов!..
  
   Сэр Кэй глотнул из кубка и поправил:
  
   - Их было пятеро. Разве ты забыл, как с последним мы дрались у пропасти. А четырех оставили еще в долине.
  
   - Как же, как же! Пройдя перевал, мы расстались...
  
   - Да, не на перевале мы расстались, а у колодца. Ты остался поить коня, а я двинулся дальше... - поправил сэр Кэй.
  
   - Колодец был еще раньше, до дракона! Постой, а ведь ты прав. Мы расстались у колодца, а дракон напал на меня после того, как ты уехал. Прости, друг, но я не окликнул тебя тогда: драться вдвоем против этой бестии неинтересно. Я покончил с ним на четвертом часу битвы ударом снизу по горлу, прямо под огнедышащую пасть. Поверишь, нет, но кровь у монстра тоже оказалась огненная, и спасло меня лишь то, что рядом был колодец, и я сразу бросился в него.
  
   - Это хорошо, что ты сумел одолеть врага, - похвалил сэр Кэй. - Потому что я не смог бы прийти тебе на помощь: я столкнулся с двумя двухголовыми драконами. Они напали на меня с воздуха и сразу изжарили моего коня, так что драться мне пришлось пешим. Да, работа была не из легких. А когда я убил обоих и распорол им животы, из одного выскочил другой прекрасный конь. Очевидно, дракон проглотил его прямо живьем и не так давно, потому что бедолага не успел еще перевариться. Кстати, ты слышал, Ланселот, что на востоке объявился огромный дракон.
  
   - А как же! Говорят, он погубил уже двести рыцарей, и я как раз собираюсь ехать на восток.
  
   - Прекрасно! Я с удовольствием составлю тебе компанию.
  
   - Э, нет, дружище Кэй. Не думаю, что вдвоем у нас что-нибудь получиться. Эти твари настолько трусливы, что не решатся напасть на двух рыцарей, а летают они высоко, и достать их не будет никакой возможности.
  
   - Ты прав, дружище Ланселот, но все же я поеду на восток. Думаю, что если отправлюсь на день позже, ты еще не успеешь убить эту бестию.
  
   Продолжая травить байки и нахваливать свои подвиги, рыцари пировали еще до полудня, а после Ланселот надел латы, собрался в дорогу и покинул замок приятеля.
  

***

  
   ...Рыцарь ехал по пустынной долине. Солнце стояло высоко, и нагретые доспехи жгли даже сквозь одежду. Ланселот отцепил бурдюк с водой и, плеснув себе за шиворот, зарычал от удовольствия. Он был опытным путешественником, и хоть любил приврать, реальных побед у него тоже хватало. Правда, не над чудовищами, а над другими воинами. За острый меч, а не за длинный язык Ланселот снискал к себе уважение.
  
   Сейчас путь его лежал на восток, и сколько будет он продолжаться, рыцарь не знал. Ходили слухи, что где-то там пролегает тайная дорога в царство Тьмы, которое населяли разнообразные демоны и чудовища. Однако никому пока не удавалось ее отыскать. Все путешественники, пытающие удачу, неизменно достигали восточного побережья британского острова и возвращались назад. Один рыцарь из далеких мест заявил, что и нет никакого царства демонов. Однако великий Мерлин возразил, что тайная дорога открывается не всякому, а лишь тому, кто полон решимости бороться со злом.
  
   Уже подъезжая к небольшому лесочку, Ланселот услышал дикий визг и, как подобает доблестному рыцарю, бросился навстречу опасности. На полном скаку он притормозил перед поваленным деревом с обугленным срезом.
  
   - Все ясно. Не иначе как дракон промышляет, - догадался Ланселот и поскакал дальше.
  
   Впереди между деревьев показался человек в странной одежде, держащий одной рукой брыкающегося подростка, а другой веревку, которой пытался свою добычу связать
  
   - Защищайся, злодей! - вскричал рыцарь, приблизившись к незнакомцу.
  
   Его неожиданное появление сбило противника с толку. Тот бросил веревку и судорожно выхватил из-за пояса какой-то изогнутый сук, с конца которого сорвалась молния. Она промелькнула у Ланселота над головой и попала в дерево, срезав его словно острым лезвием. Это окончательно успокоило рыцаря.
  
   - Так ты колдун! - скорректировал он свою первоначальную догадку.
  
   Добычей похитителя оказалась девочка лет двенадцати. Она на мгновение замерла, затем изогнулась и с силой укусила "злодея" за ногу. Тот вскрикнул и опять промахнулся. Дальше работал профессионал. Ланселот элегантным движением меча срезал колдуну кисть удерживающую оружие, а вторым ударом отсек ему голову. Пару мгновений обезглавленное тело продолжало стоять, удерживая юную даму, затем накренилось вбок и рухнуло на землю.
  
   Девочка вскочила на ноги и замерла, глядя широко распахнутыми глазами на бесхозную голову, валяющуюся у ее ног. Безусловно, она по достоинству оценила мастерство проделанной работы. Признаться, и сам Ланселот любовался содеянным. Приятно знаете ли, произвести впечатление на такую милую особу. Наглядевшись всласть она отвернулась, очевидно, чтобы не выдать переполнявшие душу чувства, и... ее вытошнило.
  
   - С Вами все в порядке? - участливо спросил Ланселот. - Уж не злодей ли нанес Вам повреждение?
  
   - Экс тию! (1) - простонала незнакомка.
  
   - Это заклинание? Вы колдуете? - поинтересовался рыцарь.
  
   - Нет-нет! - поспешно откликнулась девочка по-английски, испуганно глянув на обезглавленное тело. Акцент у нее был необычный, по крайней мере, он не походил ни на один из известных Ланселоту диалектов.
  
   - Нет? - разочаровано переспросил он. - Тогда Вы, наверное, иностранная принцесса, - рыцарь взглянул на поверженного колдуна, потом на девочку, испуганно смотревшую на него, спрыгнул с коня, снял шлем и поклонился.
  
   - О, прекрасное юное создание, разрешите представиться. Я благородный рыцарь Круглого стола, сэр Ланселот.
  
   Теперь, когда юная леди находилась рядом, он мог хорошо рассмотреть ее. Это была стройная светловолосая девочка, с большими голубыми глазами и приятными чертами лица. Одета она была под стать своему обидчику - странно, но красиво. Из чего рыцарь мог заключить, что незнакомка благородного происхождения. Девочка тоже улыбнулась: бородатый и веселый, без шлема, рыцарь уже не выглядел таким грозным.
  
   - А Вы действительно Ланселот? Самый настоящий? - спросила она, позволяя поднять себя и усадить на коня. Глаза ее при этом искрились восторгом.
  
   - Тысяча черных крыс, а кем же мне еще быть, - прокряхтел рыцарь, влезая следом.
  
   - Вот здорово, а я о Вас чит... слышала.
  
   - Неужели? И до Вашей далекой страны донеслись слухи о моих подвигах? - улыбнулся он. - А как зовут мою спутницу?
  
   - Элис, - спохватилась девочка.
  
   - Заграничная принцесса, Элис. Отлично звучит! Хотя имя у Вас совсем английское.
  
   Ланселот пришпорил коня, и вновь поскакал на восток.
  

***

  
   Рыцари не любят ездить в одиночестве и, когда появляется спутник, они болтают без умолку, чтобы скоротать время. Если ты местный и тысячу раз слышал эти истории, то, какой бы ни был рассказчик, выдержать это позволит лишь железная рыцарская закалка. А если приезжий - слушать очень даже интересно.
  
   За какие-нибудь четыре часа Элис услышала множество историй и уже думать забыла об убитом обидчике. Она ехала на коне легендарного, чуть ли не сказочного героя, и думала, что когда вернется домой и расскажет ребятам, ей, наверное, будут страшно завидовать. Она чувствовала себя так же, как и ее тезка в Зазеркалье, сопровождаемая белым рыцарем.
  
   А меж тем Ланселот рассказывал ей о своих планах проникнуть в царство Тьмы, чтобы убить объявившегося дракона. Элис с интересом выслушала такую версию событий и спросила:
  
   - А ты знаешь, как попасть в царство Тьмы?
  
   - Вроде бы нужно идти на восток, - серьезно ответил Ланселот.
  
   - Но этого недостаточно. Еще несколько дней пути, и мы выйдем к морю.
  
   - О! - удивился рыцарь. - Да ты никак знаешь дорогу?
  
   - Но туда нельзя идти. Это опасно. Опасно для всех людей.
  
   - Может быть, - загадочно улыбнулся Ланселот. - Но если я не убью дракона, завтра туда пойдут тысячи рыцарей. Вот это для них будет действительно опасно.
  
   Элис задумалась. Из двух зол надо было выбирать меньшее.
  
   - Хорошо, - сказала она. - Я покажу тебе дорогу.
  
   - Спасибо, милая леди, - Ланселот похлопал ее по плечу. - Хороший проводник мне не помешает. Но я начинаю догадываться, что ты скрываешь от меня интересную историю. Поведай ее мне, а то я уже порядком выдохся.
  
   Это было не правдой, Ланселот мог рассказывать трое суток без перерыва, но история заграничной принцессы интриговала его. Элис закусила губу. Она не любила врать, говорить же правду рыцарю было бессмысленно. Он все равно ничего не поймет. Историю необходимо было немного переделать. И, вздохнув, Элис начала:
  
   - Я живу в далекой стране и, вообще-то, люблю путешествовать. Мой папа... рыцарь, но он не убивает драконов, а наблюдает за ними, чтобы узнать об их жизни как можно больше. Это гораздо сложнее и интереснее. Притом, если убить всех драконов и великанов, то и жить дальше будет скучно. А так кто-нибудь после папы сможет... тоже понаблюдать за ними и даже увидеть то, что не заметил папа.
  
   Ланселот слушал с большим интересом. Такая постановка вопроса была для него удивительна.
  
   - А вообще-то папа наблюдает за драконами на других пл... в других странах и землях. В нашей уже... всех хорошенько рассмотрели другие рыцари, так что, сколько ни смотри, нового ничего не увидишь.
  
   - А какой титул у твоего отца?
  
   - Космобиолог.
  
   - Странное и длинное имя. Наверняка он заработал его в тяжелых боях, совершив множество подвигов.
  
   Элис вспомнила ученые труды отца и утвердительно кивнула.
  
   - Поистине чудесная страна! - воскликнул Ланселот.
  
   - Есть страны еще чудеснее. Папа брал меня с собой в путешествия. Мы... плавали на быстроходных кораблях от земли к земле в поисках новых... драконов и попадали в такие удивительные приключения!.. Да, постой, я же хотела рассказать тебе свою последнюю историю, как я сюда попала. Ланселот вскипел, как Карлсон, у которого отобрали варенье:
  
   - Какая же ты все-таки неучтивая! - возмутился он. - Раз это последняя история, то и рассказывать ее надо последней.
  
   - Ну, хорошо, - улыбнулась Элис. - Но гляди, приключений у меня было очень много.
  
   - Путь у нас длинный, - сказал довольный Ланселот, и Элис начала повествование.
  
   Приключений у нее действительно было много, и кто захочет узнать о них поподробнее, пусть найдет Элис в Москве в начале XXII века. Я думаю, она с удовольствием расскажет вам свои истории.
  
   Солнце уже спускалось к горизонту, когда девочка начала свое последнее и, пожалуй, самое короткое пока повествование.
  
   - Мы путешествовали с отрядом рыцарей, когда я выехала на прогулку на своем волшебном коне. Мне нужно было проверить наблюдения одного юного рыцаря, который утверждал, что видел известного всем дракона, но на земле, где они не водятся и водиться не могут. Им не хватает сил, чтобы туда долететь.
  
   Я проделала уже половину пути, как вдруг налетел сильный ураган, закрутил, завертел и понес меня неизвестно куда. В конце концов, я опустилась на землю, но мой конь совсем выбился из сил, и я его оставила попастись на лугу. Солнце светило ярко, поэтому он должен был быстро окрепнуть. Сама я пошла на разведку, чтобы узнать, где нахожусь. Вот тогда-то я и поняла, что попала в царство Тьмы. Там, в общем-то, было так же светло, как и здесь, но это была мертвая земля, пропитанная злом.
  
   - Да, это царство Тьмы, - согласился Ланселот.
  
   - И тогда я увидела колдунов, - сказала Элис. - Они нападали на иноземных рыцарей и убивали их, а добро забирали себе. И действовали они как разбойники, исподтишка.
  
   - Это были разбойники! - яростно воскликнул Ланселот.
  
   - И вот, когда я увидела, что один рыцарь приближается к их засаде, я закричала, чтобы предупредить его. Колдуны очень разозлились и бросились за мной в погоню. Увидев клочок густого тумана, я решила спрятаться в нем, но, к сожалению, он оказался очень маленьким, и, вбежав в него, я выскочила с другой стороны. Но жалеть мне было некогда. Один разбойник, видимо, решил последовать за мной и теперь продолжал погоню, метая в меня свои молнии.
  
   Я видела, что уже покинула царство Тьмы, но колдуна это не останавливало. Я бросилась в реку, он - за мной. Очень настырный попался злодей. Река была бурная, и нас быстро сносило на запад. Я думала уже, что погибну, когда меня вынесло, наконец, на берег. Весь день я шла на запад, питаясь ягодами и съедобными грибами. А вечером мне удалось поймать рыбу и сварить ее. На следующий день я продолжила свой путь, пытаясь подальше уйти от той страшной земли и колдунов. Но судьба оказалась несправедливой ко мне, и я случайно столкнулась с преследовавшим меня злодеем.
  
   - Ты наивна, девочка моя. Таких случайностей не бывает. Очевидно, разбойник наколдовал вашу встречу.
  
   Элис только улыбнулась.
  
   - Ну, а дальше, прекрасный сэр Ланселот, Вы и сами все знаете, - закончила она.
  
   - Да, занятна история твоя, - сказал рыцарь. - Опасна встреча с оставшимися колдунами, но больше беспокоит меня приближающаяся ночь. Нужно позаботиться о ночлеге.
  
   - Вот там, кажется, виднеется чей-то замок, - сказала Элис, указывая рукой.
  
   - Отлично, девочка моя, - улыбнулся Ланселот. - Наверняка хозяева замка настолько благородны, что пустят нас переночевать и накормят. Прошло уже порядочно времени, как мы с тобой поели в последний раз.
  
   Когда они подъехали ко рву, Ланселот зычно крикнул:
  
   - Эй, в замке!! Пустите на ночлег благородного рыцаря и его благородную спутницу!
  
   - Как имя твое, прекрасный рыцарь? - крикнули с крепостной стены.
  
   - Сэр Ланселот из Камелота!
  
   - Наш хозяин Дайнаден рад принять вас! - был ответ, и мост стал опускаться.
  
   _____________________________________________________________________________
   Сноски:
  
   (1) Господи всемогущий! (космолингв)
  

Глава 4.2. Волшебные доспехи

  
   С рассветом под стенами крепости ожил шумный рынок. Тут и там были расположены лотки и лавки, в которых ремесленники и торговцы предлагали свой товар. Элис бродила между ними, с интересом разглядывая различные вещи и продукты. Раньше она видела подобное лишь в музее, но здесь все было "живое", настоящее. В общем, Элис была довольна, что сбежала из пивного зала, где пировали сэр Ланселот и сэр Дайнаден.
  
   Ланселот поведал хозяину, как убил колдуна, освободив юную принцессу Элис. При этом он благосклонно оценил и ее роль в этой победе. Девочка сейчас действительно стала похожа на принцессу. Дочь Дайнадена подарила ей великолепное пышное платье, ужасно неудобное, но зато красивое и более подходящее к этому веку, чем ее спортивный комбинезон.
  
   Затем, когда рыцари еще выпили, оказалось, что на помощь колдуну пришли девять его товарищей, а Дайнаден вспомнил свою глупую шутку в Камелоте, когда он привязал пустой кувшин к хвосту пса и пустил его бегать по залу. После того, как было выпито еще по кубку, к десятку отчаянно оборонявшихся колдунов добавилось значительное подкрепление, и Элис смогла составить пропорцию между количеством поглощенной выпивки и численностью все возрастающего отряда похитителей юной принцессы. Подсчитав оставшиеся резервы, она быстро определила общую численность армии. Цифры получались внушительные. Ланселот мог в одном сражении не только уничтожить всех космических пиратов Галактики, но и минимум лет на пятьдесят оставить работников КОМБОПа без работы. Смех девочки сэр Дайнаден засчитал на свой счет и с воодушевлением в двадцатый раз принялся рассказывать свою шутку с кувшином. Собственно так Элис и оказалась на рынке.
  
   Весть о прибывшей в замок заграничной принцессе распространилась довольно быстро, и торговцы с любопытством поглядывали на нее.
  
   Девочка добралась до лавок ремесленников и шла вдоль них, рассматривая выставленные там товары: оружие, металлическую и фарфоровую посуду, одежду, деревянные сувениры, игрушки и многое другое. Она проходила мимо одной из мастерских, когда шум и гневные крики остановили ее посмотреть, что же случилось. Из дверей выскочил мальчик, лет четырнадцати, чумазый, в грязных штанах и местами порванном фартуке. Вслед за ним полетели какие-то железные предметы и, звякнув, упали на землю.
  
   - Чтобы счистил мне все серебро, до последнего грамма, а потом проваливай, мне не нужен такой помощник! - крикнул выглянувший мастер и захлопнул дверь.
  
   Элис заинтересовалась брошенными предметами и подошла поближе, чтобы получше их рассмотреть. Ими оказались гиперболически искривленное зеркало со слоем отражающего полированного серебра на выпуклой поверхности и неумело обработанная заготовка для меча, также покрытая серебром, не посеребренная, а... в общем, было впечатление, что ее просто окунули в чан с расплавом этого благородного металла, так что тот лег очень неровно.
  
   Подобрав железяки, принцесса подошла к несостоявшемуся подмастерью. Мальчик сидел на корточках, прислонившись спиной к стене мастерской, закрыв руками лицо, и беззвучно плакал.
  
   Элис легонько похлопала его мечом по плечу и, когда он открыл лицо, улыбнулась и протянула ему эти вещи. Мальчик вскочил на ноги, утерся и, поклонившись, взял их.
  
   - Не стоит огорчаться, - сказала девочка. - Я могла бы тебе помочь.
  
   - Что Вы, госпожа, это уже не исправить. Только в переплавку. Но сперва нужно счистить серебро, - подмастерий вздохнул. - Мне уже ничто не поможет. Если только Вы, госпожа, не волшебница, конечно.
  
   Он улыбнулся, глядя на нее.
  
   - К сожалению, чудеса я творить не умею, - призналась Элис. - Но могла бы купить эти вещи.
  
   - Но зачем они Вам? - удивился мальчик.
  
   Девочка улыбнулась.
  
   - Действительно, в таком виде эти железки мне без надобности. Однако, если ты сделаешь рукоять для зеркала, как у щита, а этот "меч" отполируешь, то я с удовольствием приобрела бы их у твоего мастера.
  
   Мальчик пожал плечами. Господа все с причудами, но эта заграничная принцесса любому даст сто очков форы.
  
   - Как хотите, госпожа, - сказал он. - Но должен вас предупредить, что эти "игрушки" все равно не станут оружием.
  
   - Давай, давай, - засмеялась Элис. - Я его спасаю, а он мне еще советовать будет.
  
   Когда мальчик скрылся в мастерской, она достала монету из кошелька и хорошенько ее разглядела. Детский синтезатор не мог изготовить вещество достаточной чистоты. Им нельзя было сделать даже самую простейшую кристаллосхему, не говоря уже о продуктах питания. Но получившиеся монеты содержали даже более чистое золото, чем чеканка местного производства.
  
   Заглянув в мастерскую, Элис спросила мальчика, усердно работавшего над ее "сумасшедшим" заказом:
  
   - А зачем нужно было покрывать меч серебром?
  
   Подмастерье покраснел.
  
   - Я уронил его в чан с жидким металлом, - честно ответил он.
  
   Девочка улыбнулась и, уточнив, когда будет выполнена работа, пошла посмотреть, чем кончилась битва Ланселота, и узнать, избавился ли пес от злосчастного кувшина. Однако ее постигло разочарование. Сэр Ланселот, видимо устав от битвы, а сэр Дайнаден от бесконечного привязывания кувшинов, пребывали в бессознательном состоянии. Впрочем, возможно, они слегка выпили. Вошедший в обеденный зал слуга сообщил Элис, что сэр Ланселот изволил отправиться в дорогу завтра. Это ее вполне устраивало.
  
   Вечером, вернувшись в мастерскую, Элис с удовольствием рассмотрела заказанные вещи. Зеркало стало сверкающим в лучах заходящего солнца щитом, а меч словно был сделан из плотно подогнанных кусочков разбитого зеркала с многочисленными углами пересекающихся граней. И хоть он был туп, как рыцарь, которому могла прийти в голову идея использовать его в качестве оружия, а щит не выдержал бы и одного настоящего удара, кроме, быть может, удара мечом, входившим с ним в комплект, Элис осталась довольна. Она заплатила вдвое больше запрошенного мастером, чем привела того в великолепное настроение. Он дал юному помощнику подзатыльник и не зло проворчал:
  
   - Ну, что встал столбом? Я, что ли, за тебя работу делать буду.
  
   Мальчик был счастлив, он весело улыбнулся девочке и вприпрыжку побежал в мастерскую.
  
   - Эй! - крикнула ему вдогонку Элис. - Не повторяй больше прежних ошибок. Вряд ли кто-нибудь другой купит подобные безделушки.
  
   - Конечно, это не мое дело, госпожа, - сказал мастер. - Но, если Вам нужны были сувениры, я мог бы сделать гораздо лучше и дешевле этих.
  
   - Вы думаете, мне нужны были сувениры? Что ж, считайте тогда, что эти для меня ценнее, потому что они в единственном экземпляре и появились на свет совершенно случайно.
  
   - Иностранцев порой сложно понять, - вздохнул мастер и, попрощавшись, скрылся в мастерской.
  
  
   ***
  
   На следующее утро Элис ни свет ни заря стащила Ланселота с постели, и, пока сэр Дайнаден спал, они позавтракали и двинулись в путь.
  
   Девочка купила себе хорошего коня и теперь скакала рядом со своим спутником. Поначалу тот обижался, утверждая, что по правилам проводница должна ехать на коне рыцаря. Но Элис сумела убедить Ланселота, что в таком дальнем путешествии запасной конь всегда пригодится.
  
   Когда они двинулись в путь, девочка показала рыцарю свои приобретения, чем ввела его в крайний скепсис по поводу их ценности.
  
   - Это не простое оружие, - пояснила принцесса, сразу заинтриговав Ланселота. - Этот щит, - она указала на гиперболическое зеркало, - спасает от магических молний колдунов, а меч может приказать огненным молниям уничтожить своих хозяев.
  
   Рыцарь рассматривал волшебное оружие теперь с большим уважением. Девочка обработала своим синтезатором названные предметы, покрыв их прозрачной пленкой нейтригласса (1) и добившись, таким способом, поверхности полного оптического отражения. Ее снаряжение теперь сверкало на солнце, как настоящая драгоценность.
  
   - Но где ты смогла найти эти вещи, дитя мое?
  
   - Это подарок одного юного волшебника, - улыбнулась Элис. - Он еще не очень опытен. Поэтому таким оружием нельзя драться против обыкновенных мечей и копий.
  
   С этим рыцарь не стал спорить.
  
   - Я думаю, сейчас нам нужно ехать на север, - взглянув на солнце, сказала Элис.
  
   Ланселот посмотрел в направлении, куда указывала проводница и, пожав плечами, повернул коня.
  
   - Я хочу найти то место, где я перешла границу, - пояснила девочка.
  
   - Мы могли бы перейти границу в другом месте, - возразил рыцарь.
  
   - Конечно, - согласилась Элис, - если б это была обычная страна. Но в царство Тьмы ведет только тайная дорога. Я знакома с некоторыми уловками демонов. Они заколдовывают все пограничье своей территории, оставляя незакрытым только маленький участок, чтобы можно было самим ходить или заманивать рыцарей, с которыми они могут справиться. Кроме того, они маскируют проход туманом, чтобы кто-нибудь случайно не проник в царство Тьмы. Согласись, что небольшой клочок чрезвычайно плотного тумана выглядит подозрительно и отпугивает как животных, так и людей.
  
   - Выходит, попасть в царство Тьмы нельзя, минуя этот клочок тумана? - спросил себя Ланселот. - Теперь я понимаю, почему многие рыцари не нашли туда дороги.
  
   - Ты умница, - улыбнулась Элис. Она вдруг поняла, что в некоторых случаях использование понятий колдовства и нечистой силы мало отличается от научного и приводит к тем же выводам.
  
   - А не могло это облачко сдуть ветром? - спросил Ланселот. - Ты думаешь, мы найдем его на прежнем месте.
  
   - Конечно найдем, - заверила девочка. - Ведь это волшебный туман.
  
   Такой ответ рыцаря вполне устроил.
  
   ...Ближе к вечеру они добрались до горной речушки, которая унесла Элис далеко на запад. Время пролетело быстро. Ланселот рассказывал не только о своих подвигах и приключениях, он знал много легенд и преданий.
  
   - Вот послушай, девочка моя, какую страшную историю я хочу тебе поведать. Это произошло во времена моих прадедов. Говорят, в те года демоны тоже были рассержены и нередко выходили из царства Тьмы. И вот однажды сэр Бадэн решил проучить злодеев и загнать обратно во Тьму.
  
   Надо признать, что рыцарь он был благородный и владел премудростями боя искуснее многих. Переполох он устроил страшный, уничтожив разом до тысячи врагов. И вот тогда на него вышел сам дьявол. Он обратился в сэра Бадэна, да так, что даже мать родная не смогла бы отличить их. И началась страшная битва, длившаяся тридцать дней и тридцать ночей. Кто из них вышел победителем, ни один сказитель не может ответить. Однако все сходятся на том, что, убив врага, победитель сгорел в адовом огне, исчезнув бесследно.
  
   Элис слушала с широко открытыми глазами.
  
   - Поистине, хитрости демонов нет предела, - согласилась она. - Колдовство, совершившееся в этой истории, чрезвычайно сложно. Я знаю колдуна, который это сделал.
  
   - О, святые! - воскликнул Ланселот. - Необыкновенная спутница меня сопровождает. Я удивлен и поражен твоими познаниями, моя принцесса. Назови же имя его, не томи.
  
   - Временной парадокс, - провозгласила Элис тоном прокурора. - Это его рук дело.
  
   - Какое жуткое имя.
  
   - Он не так страшен, как кажется, и к тому же трус.
  
   - Однако дрался он, ни в чем не уступая сэру Бадену.
  
   - Временной парадокс слишком хитер и труслив, чтобы лично вступить в схватку. Благородный сэр Баден дрался с самим собой и убил сам себя.
  
   - Я не могу понять, принцесса. Объясни.
  
   - Это очень сложное колдовство, Ланселот, - вздохнула Элис. - Тебе его не понять. Я и пытаться не буду.
  
   - Умоляю, госпожа моя. Это очень интересно.
  
   - Ну, смотри, - улыбнулась девочка. - Чур, потом не жаловаться. Итак, все, что связано с порчей времени, подвластно этому колдуну. Одно из его любимых занятий - это рвать время на кусочки. - Элис красноречивым жестом продемонстрировала это, будто разрывала бумагу. - С помощью колдовства он вырвал кусочек будущего, скажем, когда Баден возвращался домой, и приклеил к прошлому, когда дуэль еще не состоялась. Таким образом, рыцарь встретил своего двойника, считая, что тот демон. Другой, в свою очередь, тоже увидел самого себя и принял все это за происки дьявола. А дальше один из них погибает и тащит за собой в могилу второго.
  
   - Постой, постой, - Ланселот напрягся, схватившись за голову. - Если погибает Баден из прошлого, то будущего у него нет, и Баден из будущего исчезает, сгорая в адовом огне! - Элис послала Ланселоту воздушный поцелуй. - А если рыцарь из прошлого победит?
  
   - Тогда сэр Баден продолжит свой путь, но лишь до следующего сражения с самим собой, в котором ему суждено уже будет погибнуть.
  
   - Ййо-оу!!! - закричал Ланселот. - Я все понял! Все... Но постой, - настроение рыцаря омрачилось. - Выходит, этот колдун самый страшный. И спасения от него нет.
  
   - Есть, - успокоила Элис, - и притом самое простое. Нужно избежать схватки.
  
   - Избежать схватки?! - Ланселот был поражен. Такая мысль и в голову ему не могла прийти. - То есть как?
  
   - А вот так! - радостно засмеялась Элис и, пришпорив коня, вихрем помчалась вперед. Она выскочила на опушку и увидела яростное сражение. С десяток людей в оборванных одеждах нападали на самоотверженно обороняющегося рыцаря. Элис пронзительно свистнула, и все замерли, глядя на нее.
  
   В этот момент, ревя как пикирующий бомбардировщик, откуда-то сбоку выскочил Ланселот и, крикнув:
  
   "Держитесь, прекрасный сэр!" - врезался в толпу разбойников, сразу оставив троих из них лежать на земле.
  
   Такое подкрепление было неожиданным для нападающих, кроме того, рыцари быстро "спелись" и стали умело оттеснять разбойников. Пользуясь паникой в рядах врага, Элис быстро юркнула на своем коне за широкие спины друзей, выхватив для храбрости свое "волшебное" оружие.
  
   Победа была уже близка, когда неожиданно раздался резкий свист, и разбойники, организованно отступив, пропустили вперед своего атамана.
  
   - Это колдун, - закричала девочка, заметив в его руках бластер, и, прикрываясь зеркальным щитом, выскочила вперед, приняв на себя первый выстрел. Тонкое, едва видимое жало впилось в зеркало, и оно засияло, рассеивая энергию своей выпуклой поверхностью. Махнув мечом, Элис выбила из луча тучу смертоносных искр, вернувшихся к разбойникам.
  
   Основной удар пришелся на атамана, и тот, изрешеченный, упал замертво. Оставшиеся разбойники разбежались. Можно было перевести дух, но, обернувшись, принцесса чуть не упала с лошади: оба рыцаря были как две капли воды похожи друг на друга.
  
   "Какой же из них мой", - растерянно подумала она.
  
   - Спасибо, вам, друзья, что помогли мне, - сказал Ланселот II.
  
   - Пожалуйста, - ответила Элис, схватив за плечо Ланселота I и, шепнув ему на ухо: - Двойник! - помчалась прочь.
  
   - О, святые! - воскликнул рыцарь и последовал за ней.
  
   Ланселот II стоял некоторое время в недоумении, ничего не понимая, и обескуражено глядя им вслед.
  
   - Постойте! - закричал он, наконец, бросаясь следом.
  
   Элис первой увидела спасительное пятно тумана.
  
   - Сюда! - крикнула она Ланселоту, и они скрылись в молочно-белой пелене. Девочке оставалось только дивиться тому, как своевременно вспомнил рыцарь старую легенду.
  
   _____________________________________________________________________________
   Сноски:
  
   (1) нейтригласс - прозрачная модификация нейтрида с регулируемым коэффициентом оптического преломления.
  

Глава 4.3. Волшебники

  
   По голубому куполу медленно ползло солнце, прогревая доспехи, аккуратной кучей лежащие на песке. Рядом торчала из песка храпящая голова Ланселота, а чуть подальше Элис колдовала с рыцарским шлемом, поджаривая его на костре. Из "котелка" поднимались густые клубы пара, разнося запах чего-то душистого и вкусного.
  
   - Эй, лентяи! - крикнула голова, дернув носом. - Давайте быстро тащите чего-нибудь пожрать, а не то познакомитесь с моим мечом.
  
   Девочка улыбнулась и, подкравшись к спавшему рыцарю, травинкой пощекотала у него в носу. Голова пронзительно чихнула и, подскочив, подняла в воздух груду песка. Стекая вниз, тот обнажил под собой мощное тело, открывая фигуру сидящего Ланселота.
  
   - Просыпайтесь, прекрасный сэр, - засмеялась Элис. - Лентяи уже здесь, и не с пустыми руками.
  
   - Вот черт, - разочарованно пробормотал рыцарь. - Мне снилось, что я в Камелоте, на обеде короля Артура. Но постой, я не сплю? Мне чудится прекрасный запах. Ланселот вскочил на ноги и, подойдя к костру, понюхал.
  
   - Элис, ты волшебница. Я преклоняюсь пред тобой!
  
   - Может быть, действительно вкусно, - вздохнула девочка. - Жаль только попробовать нечем.
  
   - Ну, это не беда, - улыбнулся Ланселот и, порывшись в своих доспехах, извлек подлокотники, которые вполне могли сойти за ложки.
  
   - Здорово, - обрадовалась Элис, снимая уху с огня. Рыцарь попробовал и одобрительно кивнул.
  
   - Раньше здесь была богатая природа, - вздохнула девочка. - Но с тех пор, как Тьма пришла на эту землю, звери и люди ушли отсюда. Но рыбы пока много, и растения еще не усохли.
  
   - Ты думаешь, Тьма была здесь не всегда?
  
   - Она опустилась недавно. Сегодня утром, собирая травы, я нашла следы пребывания животных, и сравнительно свежие.
  
   Когда они позавтракали и стали собираться в дорогу, Элис неожиданно сказала:
  
   - Знаешь, Ланселот, может, мне и привиделось, но в той стороне, - она указала на юго-восток, - я видела дымку. Вдруг там кто-нибудь живет. Неплохо бы узнать у них дорогу.
  
   - Это могут быть и демоны, - возразил рыцарь. - Почему бы тебе не найти своего волшебного коня и не присоединиться к друзьям, с которыми ты путешествовала. С ними было бы безопаснее.
  
   Элис сердито насупилась.
  
   - Я знала, что ты мне это когда-нибудь скажешь. Все вы, взрослые, одинаковы. Но я остаюсь, у меня на это есть причины. Во-первых, я прилетела, чтобы увидеть дракона, - она загнула палец. - Во-вторых, мой конь один раз уже не справился с ураганом, а я вряд ли смогу добраться обратно, минуя его. И в-третьих, я никогда не отказываюсь от приключений, тем более, если они сами идут мне навстречу.
  
   - Отлично, - обрадовался вдруг рыцарь. - Ты очень полезная спутница, и мне жалко было бы тебя отпускать. Итак, куда сейчас лежит наш путь?
  
   - Я думаю, туда, - растерянно улыбаясь, сказала девочка, указывая на юго-восток. Такой легкой победы она не ожидала...
  

***

  
   Отправившись в дорогу верхом путешественники через полчаса неспешного хода рысцой наткнулись на покосившийся дом, торчащий посреди поляны. Спешившись с лошадей и придерживая их под уздцы они не торопились выйти из леса, проверяя, нет ли опасности.
  
   - По-моему, там давно уже никто не живет, - вполголоса предположил Ланселот, кивнув на избушку.
  
   - Тем не менее, подождем немного, - предложила Элис. - Ого! Посмотри туда.
  
   С легким свистом на поляну спикировал трехместный воздушный катер, из которого вышел человек и быстрым шагом направился к дому.
  
   - Кто это? - спросил рыцарь, с интересом рассматривая машину.
  
   - Это колдун, - пояснила девочка. - Он прилетел на волшебном коне. Очевидно, у них здесь... логово. Вдруг из домика выскочил старичок, но наткнулся на прилетевшего, и тот профессиональным ударом сбил его с ног.
  
   - Не повезло бедолаге, - посочувствовал Ланселот.
  
   В дверях, с явным опозданием, показался коренастый верзила, но, увидев, что жертва поймана, остановился и заржал.
  
   - Ты вовремя, Чей, - сказал разбойник на космолингве. - Этот гад едва не сбежал.
  
   Пират подошел к лежащему старичку и пнул его.
  
   - Вот звери! - простонала Элис, схватившись за голову. - Это - добрый волшебник, нужно его спасать!
  
   - Так нападем на них! - предложил Ланселот, влезая на коня.
  
   - А вдруг избушка полна разбойников?
  
   - Но они же не знали, что мы здесь, и наверняка выскочили бы все, пытаясь поймать пленника.
  
   - Пожалуй, - согласилась девочка.
  
   Пираты уже волокли старичка к катеру, когда, улюлюкая как индеец, Элис вихрем выскочила из леса. "Волшебный" щит опять спас ее от смертоносных лучей. Второй раз "колдуны" выстрелить не успели. Сбив конем одного из них, девочка краем глаза заметила, что сбоку, бесшумно, как сама смерть, надвигается на врагов Ланселот.
  
   Развернув коня, Элис увидела поле боя, и ей стало дурно. Рыцарь стоял на земле, уперев ногу в пирата, и с натугой вытаскивал из него копье, пробившее противника насквозь. Обезглавленное тело второго валялось рядом.
  
   Спрыгнув с коня, девочка склонилась над старичком.
  
   - Его нужно скорее отнести в дом, там могут быть какие-нибудь чудотворные средства, и мы дедушку быстро вылечим, - предложила она.
  
   - А ты в них разбираешься? - засомневался рыцарь.
  
   - Посмотрим.
  
   Ланселот поднял волшебника и понес его в дом. Элис нашла в аптечке упаковку спорамина, и через несколько минут пострадавший уже сидел в мягком кресле и разглядывал своих спасителей. Рыцарь же не сводил удивленных глаз с девочки, он теперь не сомневался, что она настоящая волшебница.
  
   - Вы говорите на космолингве? - спросила Элис нового знакомого, и тот вздрогнул.
  
   - Ты знаешь космолингв? - удивился волшебник. - Значит, не здешняя? Но как ты сюда попала?
  
   - Я из мезозоя. Там работает экспедиция биологов. Меня зовут Элис. У нас прервалась связь с центром, а в тридцать шестом секторе мы наткнулись на темпоральный барьер. Там же встретили стажера из группы историков, работавших в тридцать пятом секторе. Его выключило в момент образования разрыва, но он утверждал, что видел дракона в своем временном периоде. Что здесь твориться? Откуда взялась инопланетная рептилия, почему возник барьер? Вы должны это знать!
  
   - Диверсия, Элис. Враждебные пришельцы вторглись в прошлое Земли.
  
   - Ого! - девочка помрачнела. - А пираты эти что хотели от Вас?
  
   - Диверсанты ищут пришельцев, как инопланетных, так и из другого времени. Кто именно из нас мешает устранению разрыва и возникновению альтернативного будущего, они не знают, поэтому убирают всех. Кстати, как ты проникла через барьер?
  
   - Понятия не имею. Энергии на прорыв не хватило, и меня должно было отбросить назад. Но возникли темпоральные возмущения, и я оказалась за барьером... Потом случайно наткнулась на пространственно-временной разрыв. Может, в нем причина моей удачи?
  
   - Возможно. А твой спутник откуда?
  
   - Из шестого века нашей эры.
  
   - Господи! Какой бардак! Теперь вы тоже на крючке у разрушителей, так что берегитесь.
  
   - Но неужели ничего нельзя сделать?
  
   - Не знаю, сейчас мне сложно что-то посоветовать. Может, водяной подскажет. Он живет недалеко от замка Хора, где раньше базировались разрушители. Больше я ничего не могу предложить.
  
   - Хорошо! - вздохнула девочка. - Как нам к нему попасть?
  
   - Если б не эти дыры в пространственно-временном континууме, я бы вас телепортировал, а так придется идти пешком. Я дам вам компьютер-проводник, он укажет дорогу.
  
   - Что ж, спасибо и на том. - Элис взяла путеводный клубочек и обратилась к рыцарю. - Этот волшебный мячик приведет нас к доброму подводному колдуну, может, он знает, где дракон.
  
   - А этот, - Ланселот кивнул в сторону старичка.
  
   - Он не знает, - вздохнула девочка.
  
   - Хорошо, поедем к водяному, - сказал рыцарь и поднялся.
  
   Волшебник тоже вскочил и, пробормотав что-то на незнакомом Ланселоту языке, протянул ему руку.
  
   - Он благодарит тебя за спасение, - перевела Элис.
  
   - Ничего, - улыбнулся Ланселот, пожимая ему руку. - Это моя работа злодеев убивать.
  
   Выйдя из избушки, рыцарь сразу заинтересовался волшебным клубком. Девочка отдала ему клубок и направилась к катеру.
  
   - Принеси сюда этих... двоих, - сказала она, ковыряясь внутри. - Мы сделаем так, будто они погибли своей смертью.
  
   - А зачем? - удивился Ланселот, запихивая тела в кабину.
  
   - Чтобы их сообщники не мешали нам искать дракона, - ответила девочка.
  
  

***

  
   Солнце уже садилось, когда клубок выкатился на берег огромного озера и остановился.
  
   - По-моему, он немного ошибся, - сказал Ланселот, разглядывая огромный замок, видневшийся далеко на противоположном берегу.
  
   - Что ты, - засмеялась Элис. - Водяные не живут в замках.
  
   Она подошла к озеру и наклонилась, разглядывая свое отражение.
  
   - И все-таки припасы, что дал нам лесной волшебник, закончились, да и солнце уже садится, - заметил рыцарь. - Я бы предпочел заночевать в замке, а не в мокром озере. Собственно, я и плавать-то не умею.
  
   - В этом замке раньше было логово демонов и всякой нечисти, - сказала Элис. - А сейчас он пуст и мрачен. Не думаю, что тебе захотелось бы провести там ночь. И в то же время посмотри на это озеро. Оно чисто как родниковая вода. В нем полно рыбы, и даже если водяной не покажется, - девочка присела на корточки, поправляя прическу, - то...
  
   Она вдруг, взвизгнув, отпрыгнула от воды, увидев вместо своего отражения жуткую физиономию, покрытую тиной, с бледными, как у утопленника, глазами.
  
   На берег вылезло зеленое чудовище и хотело уже броситься на девочку, но та вдруг прыснула и засмеялась.
  
   - Это же водяной, - сквозь смех выдавила она из себя. - Уф! Как Вы меня напугали.
  
   Ланселот опустил меч и сунул его в ножны, с интересом разглядывая нового волшебника. Тот, казалось, даже обиделся.
  
   - А теперь тебе, что же, совсем не страшно? - спросил водяной, произнося слова на том же диалекте, что и девочка.
  
   - Конечно, нет, - улыбнулась Элис. - У Вас глаза добрые и, вообще, Вы смешной.
  
   - Ладно, - вздохнул водяной, подобрав клубочек. - Вы, наверное, ко мне от лесовика. Друзья моего друга - мои друзья. Проходите и чувствуйте себя как дома.
  
   - Но я не умею плавать, - заявил Ланселот.
  
   - Это не беда, - успокоил его водяной. - Под водой вы будете дышать так же легко, как рыбы. Вот только доспехи придется снять, здесь их никто не тронет, а от воды они могут заржаветь.
  
   Рыцарь неохотно послушался. Водяной протянул девочке две подводные маски.
  
   - Это головы волшебной рыбы акваланг, - пояснил он. - Надев их, вы сможете дышать ее ртом и видеть ее глазами.
  
   - Здорово, - сказала Элис, надевая маску и предлагая вторую Ланселоту. - Надень, это похоже на забрало.
  
   Такое сравнение рыцаря успокоило, и он послушался...
  

***

  
   - Ну, вот, - сказал водяной, заходя в дом, сделанный под водой на бобриный манер. - Здесь вы сможете дышать без аквалангов.
  
   Вошедший за ним следом Ланселот был похож на мокрую курицу, он отжимал бороду и ругался последними словами. Элис же выглядела как русалка. Свое белоснежное платье она сняла на берегу, оставшись в серебристом водоотталкивающем комбинезоне. Проходя в дом девочка улыбалась и, похоже, была очень довольна подводным приключением.
  
   Несмотря на подземный характер, жилище водяного оказалось достаточно просторным и удобным. В помещении было светло, хотя источник света невозможно было обнаружить, словно светился сам воздух.
  
   Водяной прошел вглубь комнаты, щелкнул тумблером какого-то прибора, после чего пространство наполнилось легкой вибрацией, и от гостей пошел густой пар.
  
   - Не волнуйтесь, это безвредное просушивающее заклинание, - сказал волшебник, обращаясь прежде всего к Ланселоту. - Я тоже не очень люблю сырость. Из уст водяного, наверно, смешно звучит?
  
   - Если б я любил, то рассмеялся бы, - проворчал тот.
  
   Элис встряхнула головой, волосы у нее были короткие, поэтому высохли быстро.
  
   - Вам, должно быть, интересно, зачем мы Вас искали? - спросила она.
  
   - Всему свое время, дорогуша. Я был бы плохим хозяином, если б сразу стал вас расспрашивать. Проходите сюда, - пригласил их водяной в другую комнату. - Пожалуй, мои невидимые слуги уже все приготовили.
  
   Стол в соседнем помещении ломился от разнообразных яств. Увидев его, Ланселот сразу приободрился, такой поворот событий его обрадовал.
  
   - Это напоминает мне банкет в честь Дня рождения короля Артура, - похвалил он, присаживаясь к столу.
  
   - Просто ты не знаешь, на что способны волшебники, - сказала Элис, располагаясь рядом.
  
   - На вас, вероятно, возложена миссия? - поинтересовался водяной, когда гости приступили к трапезе.
  
   - Нет, - возразила девочка. - Я здесь случайно, как и Ланселот. Но если миссию выполнить некому, мы готовы это сделать.
  
   - Хочу поправить! - сказал рыцарь, прожевав. - Я здесь не случайно. Моя цель убить дракона. Поэтому я и пришел в царство Тьмы.
  
   - Если б все зависело только от этого глупого животного... - вздохнул водяной. - Не в драконе дело.
  
   Ланселот поперхнулся.
  
   - Вы что?! - возмутился он. - А в ком же еще-то?!
  
   - Тьма, - загадочно произнес волшебник, бледно улыбаясь. - Только здесь, под водой, она почти не ощутима. Вы не здешние, поэтому не чувствуете. Но через какое-то время она и к вам залезет в печенки. Мы все здесь постепенно сходим с ума. Пройдет год или два, и нам придется покинуть эти земли. Тогда настанет конец, - водяной замолчал, сжав пальцами виски.
  
   Элис растерянно шмыгнула носом.
  
   - Я мог бы сразиться с кем угодно, - Ланселот почесал подбородок. - Если бы это помогло.
  
   - Нужно уничтожить Тьму, - глухо произнес водяной. - Вернее, то, что ее порождает. Один злой колдун принес издалека волшебный камень Сугрессор. С помощью него он губит все живое.
  
   - Я убью его, - обрадовался Ланселот. - И разобью камень.
  
   - Все не так просто, - вздохнул волшебник. - Этот злодей ушел и унес с собой Сугрессор, оставив Тьму. Я не знаю, где его искать. Кроме того, камень крепок, и неизвестно, как от него избавиться.
  
   - Но замок, - возразила девочка. - Там могли остаться следы.
  
   - В замке остались разбойники, - проворчал водяной. - Они и сами не знают, где их хозяин.
  
   Спать Элис ложилась с камнем на сердце, и, к сожалению, это был не Сугрессор. А ночью ей приснился нелепый сон. Как будто Ланселот стоял у выхода, смотрел в колодец, и у него выпадала борода. Потом он встал на колени, спустился в воду, окунулся с головой, а когда вынырнул, на нее глянули глаза дельфина.
  

Глава 4.4. Замок Хора

  
   Солнце уже село, и пространство наполнилось мраком. Лишь бледная луна нарушала благопристойную темень ночи, бросая золотистые блики на неподвижную гладь озера.
  
   И, тем не менее, в это чудесное время тишины и покоя в благостный сон погрузились далеко не все местные обитатели. Бессонницей мучились пираты. Уснуть в мрачном замке было не просто. Они сидели плотной кучкой у камина, вяло переговаривались, прислушиваясь к непрочной тишине в коридорах дворца Хора, и пили бренди, поручая спиртному сомкнуть за них веки.
  
   Вряд ли кто-нибудь из разбойников сейчас по своей воле согласился бы выйти за пределы этого зала во власть ночи и привидений. Только Ри и Ку, выставленные в охрану, тихо сидели снаружи, в коридоре, освещенном светом двух факелов. Через каждые полчаса один из часовых поднимался, брал факел и в мрачном настроении углублялся в темень, производя обход охраняемой территории.
  
   Вначале караульную службу несли по четыре человека, и это было, наверное, более разумно. Но вот уже месяц, как ничего не происходило, и пираты, надавив на Чина, заставили его сократить охрану, увеличив тем самым очередь на дежурство. Командиру пришлось пойти на эту уступку, чтобы и дальше соблюдать договоренность с Кащеем. Удерживать своих людей в этом проклятом месте ему с каждым днем становилось все труднее.
  
   Сейчас обход должен был делать Ри, и это ему очень не нравилось.
  
   - Послушай, Ку, - сказал он. - Я дам тебе сотню кредо (1), если ты подежуришь за меня.
  
   - Две, - усмехнулся Ку. - Две сотни за обход и ни мили (2) меньше.
  
   - Ну и наглый же ты, - пробурчал Ри, извлекая из кармана две сотенные купюры. Довольный Ку забрал деньги, взял факел и удалился в темноту...
  

***

  
   Легкий плеск в озере подсказывал, что и там кто-то не нашел покоя. А впрочем, можно было бы еще поспорить, причислять ли водного обитателя к компании бодрствующих. Под водой резвился дельфин, а он, как известно, всегда наполовину спит (3). Присутствие морского млекопитающего в пресноводном озере, в определенной степени было событием необычным, но вполне объяснимым, учитывая, что водоем сей соединялся с океаном подземной рекой.
  
   Возможно, следовало бы посчитать и еще одного любителя ночи, опутавшего незримой "паутиной" весь замок и его окрестности, а может быть, даже всю Землю, который притаился где-то в безднах аморфного пространства, поджидая своего главного противника. Но, впрочем, спал в данный момент Кащей или нет, мы можем лишь догадываться, поэтому обратимся лучше к видимым персонажам.
  
   Вот, например, в одном из темных коридоров мрачного замка появился странный субъект, присоединившись к чеснОй компании бодрствующих. Решив, возможно, что спать этой ночью было бы скучновато, а может дела у него какие-то были, он возник в легком сиянии и бесшумно отряхнулся. Насколько можно было видеть в тусклом свете Луны, лившемся из узкого как бойница окна, это был крупный мужчина, с ног до головы покрытый латами, потемневшими от воды и воздуха, но все еще грозными и подвижными.
  
   Несмотря на то, что рыцарь хорошо вписывался в окружающую обстановку, что-то в нем настораживало. Может, необычная бесшумность для одетого в железо человека, а может, и то, что висел он в воздухе, примерно в полуметре над полом. Немного смущала и неестественная прозрачность нового персонажа, стены бледно просвечивали сквозь облаченное в металл тело.
  
   Как справедливо сказал однажды Карлсон: "Лучшее средство от жуликов - это, конечно же, привидение". А кто такие космические пираты как не те же самые жулики, только еще более злые и опасные. Было ли приведение симпатичным, сказать трудно, но вот зловещим оно было, это уж точно. Потому как, едва появившись, призрак жутко захохотал, потрясая кулаками над головой и, сбежав по воздуху как по ступенькам, помчался вперед, грохоча железными ботинками и шурша развевающимся за спиной плащом. При этом остальные доспехи вели себя отчего-то бесшумно. Они лишь изгибались и морщились при движении, как будто сделаны были из кожи.
  
   Здесь надо отметить, что Ку здорово "повезло", он свернул как раз в тот самый коридор, по которому бежало привидение, что обещало пирату увлекательное приключение. На самом деле он еще раньше стал проявлять признаки беспокойства, что-то его смущало в окружающей обстановке. Вот и бойницы на стенах располагались теперь почему-то гораздо ниже, чем обычно, и спотыкаться дозорный через чур часто стал, ведь деревянный настил с пола куда-то исчез странным образом. А держатели для факелов так и вообще почему-то все были вниз перевернуты.
  
   Итак, свернув в заветный коридор, Ку увидел впереди горящий факел. Правда, какой-то идиот воткнул его головкой к полу, наверное, тот же самый, что перевернул все держатели. Лишь только пламя странным образом не возражало и горело вниз, как будто солидарно было с произведенными нововведениями. Взглянув на свой факел, Ку озадаченно почесал затылок, здесь огонь тоже ориентировался к полу, и руку, кстати, уже начинало жечь. Тем не менее, "сообразительный" разбойник ни мало этому не смутился. Он быстро нашел выход из положения, просто напросто перевернув факел вниз, и двинулся дальше.
  
   И все-таки что-то было не правильно. Уж очень странно ощущался пол под ногами.
  
   "Словно по потолку иду", - подумал Ку и, подняв факел выше, вскрикнул от неожиданности. Деревянный настил обнаружился сверху!
  
   Было бы, наверное, не справедливо, если б на столь дикий крик не прибежал кто-нибудь, желая убедиться, все ли в порядке. Гулко грохоча, призрак выскочил из-за поворота, стремительно мчась по потолку. Точнее он бежал по полу, который был почему-то сверху. Несмотря на бешеную скорость, рыцарь остановился мгновенно, перед самым носом ошалевшего пирата, и, вытянув забрало дудкой, сказал:
  
   - Гуу-у-у, гууу-у-у! Уууу, уууу!
  
   Затем сунул руку в карман, торчащий на груди, и, приветливо улыбаясь железной маской, стал шарить у себя внутри, перемещая карман по всему телу, так что тот следовал за рукой. Нащупав что-то возле бедра, призрак довольно хрюкнул и, вытащив огромный ключ на свет (или точнее полумрак) божий, вставил его в монолитную стену. Скрипнув, открылась дверь, рыцарь вошел в нее, после чего та захлопнулась и бесследно исчезла.
  
   Вытаращив глаза, Ку все это время стоял неподвижно, парализованный страхом. Отчаянно завопив, он бросился прочь, но, споткнувшись в очередной раз, потерял равновесие и, ощутимо приложившись головой обо что-то твердое, потерял сознание...
  

***

  
   ...Очнулся Ку в темноте. А может, проснулся? Факел уже погас. Пошарив по полу, разбойник наткнулся рукой на деревянный настил, и облегченно выдохнул. Он встал на ноги, извлекая из кармана запасную насадку.
  
   - Приснится же такое, - буркнул Ку, устанавливая ее на факел вместо выгоревшей и разжигая огонь. - Так вот где я уснул, - усмехнулся разбойник, разглядывая небольшую вытянутую галерею с четырьмя ведущими в разные стороны проходами. Он сразу узнал это место. В западной части замка два коридора в своем пересечении образовывали такой зал.
  
   Но сейчас в одном направлении здесь почему-то располагались железнодорожные шлагбаумы, которых абсолютно точно раньше не было. Зазвенел звонок, и устройства стали опускаться. Ку стоял, тупо уставясь на них, и не сразу услышал странный шум, приближающийся из темноты. Неожиданно один из коридоров осветился, и изумленному взгляду пирата предстал стремительно несущийся поезд, наращивающий впереди себя железнодорожное полотно.
  
   Ку не помнил, как оказался на ногах. Он бежал по длинному туннелю, а сбоку в глубоком вираже его обходила быстро уменьшающаяся железная дорога, по которой мчался игрушечный паровозик, продолжая реветь, однако, словно настоящий. Подобно змее полотно стало охватывать пирата петлей. Окошечко паровозика открылось, и из него, жутко хохоча, высунулась голова рыцаря, раза в два превосходящая саму машину. Показав пирату длинный металлический язык, она сунулась обратно, с шумом захлопнув окно.
  
   Поезд, меж тем, уменьшился до размеров крупной навозной мухи и превратился в названное насекомое. Железная дорога исчезла, а муха, натужно гудя, сделала круг над разбойником и, вжикнув, влетела ему за шиворот. Больно укусив пирата, она заверещала и стала быстро расти, превращаясь в огромный горб на спине.
  
   Не помня себя от страха, Ку истошно завизжал и, сломя голову, совершенно обезумев, понесся по коридору. Раздувшийся сзади костюм его лопнул, обнажая тело огромного паука, сидящего у пирата на спине и заливающегося диким воем и хохотом...
  

***

  
   ... Ри отлично знал, что привидений не существует, однако чувствовал себя не в своей тарелке. Все-таки страшновато было ночью в замке Хора.
  
   - Где ж его черти носят! - ворчал пират, поглядывая на часы. Ку отсутствовал уже без малого полтора часа.
  
   Странный звук заставил разбойника напрячь слух. Тот быстро нарастал, превращаясь в ужасный вой нечистой силы. Выхватив скорчер, Ри напрягся, дрожа как осиновый лист, и приготовился к отражению атаки. Реакция у него оказалась отменная. Едва огромный паук выскочил из коридора, пират выстрелил. Сморщившись, чудовище превратилось в сизый дым, а когда тот рассеялся, на полу остался лежать Ку.
  
   Вытаращив глаза, Ри медленно пятился назад.
  
   - Что ж ты орал, идиот? - повторял он как испортившаяся пластинка, - Что ж ты орал?
  
   - Неплохо стреляешь, мой мальчик, - раздался сзади добрый, ласковый голос.
  
   Пират вздрогнул. Это был Чин, причем не в очень хорошем расположении духа. Такой интонации в голосе у шефа не было уже давно. Последний раз Ри слышал ее лет пять назад, когда по вине какого-то сопляка из молодых, упокой господь его душу, они заблудились в астероидном облаке. Чин пребывал в крайней степени бешенства, и тем не менее Ри обрадовался ему как родной матери.
  
   - Я не виноват, Кэп, - проникновенно затараторил разбойник. - Этот дурак голосил как тысяча чертей, а у меня нервы тоже не железные.
  
   Звеня металлическими ботинками, Чин подошел к лежащему телу. Голова Ку была наполовину снесена, как отбитое горлышко у бутылки, рот сведен судорогой страха, на губах и подбородке блестела розовая пена.
  
   - Отмучился, бедолага, - все так же ласково сказал Чин.
  
   Ри хохотнул. Будучи безумно рад появлению своего капитана, он совершенно забыл, что тот никогда не носил доспехов. Чин повернулся, и щеки его сверкнули сталью, отражая тусклый свет факела, а глаза стали медленно накаляться, словно два уголька под порывами ветра. Улыбка на лице Ри превратилась в гримасу ужаса. В глубине глотки его зародился безумный крик и вырвался наружу. Медленно, дрожащими руками пират поднял скорчер и нажал на спуск, но за мгновение до выстрела железные руки стремительно вытянулись через весь зал и направили ствол оружия в открытый, пускающий слюни рот. Этот миг словно на фотографии застыл в глазах разбойника: страшное расплывшееся чудовище с горящими алым огнем глазами, и длинные, протянувшиеся к горлу железные руки. Яркая вспышка затмила жуткое видение, навсегда успокоив пирата...
  
   Разбойники так и не решились выйти из зала. Затаив дыхание, они слушали тишину, судорожно сжимая оружие. Пираты готовы были стрелять во все, что начнет двигаться, и одному богу известно, как они с перепугу не перестреляли друг друга.
  
   А тем временем дельфин, лениво плававший в пресных водах, черпнул с поверхности воздуха и стремительно ушел в глубину.
  
   _____________________________________________________________________________
   Сноски:
  
   (1) Кредо - денежная единица Галактического Альянса.
  
   (2) Мили - одна тысячная кредо.
  
   (3) Полушария головного мозга дельфина работают поочередно, позволяя тому обходиться без сна.
  

Глава 4.5. Утренний моцион

  
   Элис проснулась, как всегда, рано и сразу соскочила с кровати. Она уже давно научилась быстро сбрасывать с себя остатки сна, и откровенно жалела тех, кто непрочь был понежиться в постели. Ведь сами подумайте, какая это мука для них вставать рано утром, когда недосмотрен сон, глаза слипаются, в общем, протестует все тело, да к тому же еще имеет место разница температур над и под одеялом. Поистине человек, который сумел преодолеть эту слабость, счастлив по-настоящему. Она настолько привыкла рано вставать, что ее организм просыпался самостоятельно в одно и тоже время.
  
   - Господи! Элис, - воскликнул вполголоса водяной, вошедший в спальню. - Куда ты в такую рань? Шесть часов еще только!
  
   Элис совершенно не желала говорить, "куда она в такую рань", поэтому просто стала одеваться.
  
   - Можете разговаривать громко, - сказала она, и, кивнув в сторону Ланселота, добавила: - Этого соню просто так не разбудишь.
  
   Покачав головой, волшебник удалился. Элис подошла к выходу и зажмурилась в предвкушении удовольствия. Еще один шаг, и она с легким всплеском ушла в глубину. Прохладная влага обволокла девочку освежающей волной. Элис сделала сильный гребок руками и, рассекая хрустальные воды, понеслась к поверхности, совершая волнообразные движения телом в стиле дельфина.
  
   На берегу ее ждало платье, которое ей подарили в замке Дайнадена, лежащие грудой доспехи Ланселота и три чайки, вышагивающие по берегу в поисках чего-нибудь съестного. Платье девочка бессовестно игнорировала, щеголяя в водоотталкивающей одежде. А вот снаряжение рыцаря вызвало у нее самый живой интерес. Порывшись в доспехах, девочка подняла щит Ланселота и быстро потащила его к небольшому песчаному откосу. Забравшись на вершину, она уселась на импровизированные "сани", весело смеясь, скатилась вниз и, взвизгнув, подняла тучу брызг.
  

***

  
   Водяной готовил стол к завтраку, когда Элис, бесшумно вынырнув в его доме, схватила волшебника за ногу. Тот вскрикнул от неожиданности и рассмеялся:
  
   - Ах ты, маленькая проказница! Маленькая игривая русалка! Пойдешь ко мне в ученицы?
  
   - Конечно, - улыбнулась девочка, и неожиданно спросила: - А Вы умеете трактовать сны?
  
   - Ну, как тебе сказать? - растерялся водяной, сбитый с толку резким поворотом беседы. - Немножко умею.
  
   - Мне сегодня ночью приснился странный сон. Как будто Ланселот превратился в дельфина и ушел бороздить ночные воды.
  
   - Ах, вот оно что, - улыбнулся волшебник. Он зловеще закатил глаза и загробным голосом произнес: - Небо и звезды сообщают мне... Вас ждет долгая дорога, а удача ваша лежит под созвездием Рыбы!
  
   - Дельфин - млекопитающее, - поправила девочка.
  
   - Молчи, неразумная, - взрыкнул грозно водяной и засмеялся. - А ты знаешь, Элис, сон твой не лишен некоторого реализма. Сегодня ночью подводную тишину действительно нарушало какое-то крупное морское животное. Не уверен, что это был дельфин, я вообще ни разу не видел их в пресных водах, но оно точно не из моих подданных.
  
   - А Ланселот? - затаив дыхание, спросила принцесса.
  
   - Что Ланселот? Ах, Ланселот! - Волшебник наклонился к уху девочки и зловеще зашептал: - Он был с ним заодно!
  
   - С кем?
  
   - С подводным гостем, - серьезно ответил водяной. - Он тоже нарушал покой моего дома своим жутким храпом.
  
   - Может, это я храпела! - отчаянно возразила Элис.
  
   - Исключено, - улыбнулся водяной. - Я был в вашей комнате и видел, кто издает звуки. Видишь ли, Элис, подводные ворота в море у нас всегда открыты, и иногда озеро посещают гости из соленой стихии.
  
   Девочка вылезла из воды и втащила в дом холодный и мокрый щит.
  
   - Господи, это-то здесь зачем?!
  
   - Сейчас Вы увидите занимательное зрелище, - улыбнулась юная принцесса. - Процесс пробуждения Ланселота сложен и требует немалого мастерства. Я немного преуспела в этом искусстве, и теперь продемонстрирую Вам свои скромные достижения.
  
   Безжалостно сбросив с рыцаря одеяло, Элис растолкала Ланселота.
  
   - Вставайте, прекрасный сэр, - прокричала она ему в самое ухо и, ловко увернувшись от увесистой оплеухи, тоном специалиста заметила: - Как видите, обычные способы не помогают.
  
   - Какого черта! - взревел Ланселот не просыпаясь. - Где мой доблестный щит, он прикроет меня от ледяного дыхания дракона!
  
   С интересом выслушав последнюю просьбу просыпающегося, принцесса поставила в ногах рыцаря названный предмет и, пощекотав пятку, поспешно отпрыгнула.
  
   В этот раз удар попал в цель. Громко звякнув, щит покачнулся и всей своей мокрой холодной площадью приложился к беззащитному телу Ланселота. От ужасного крика дом водяного содрогнулся.
  

Глава 4.6. Столкновение полюсов

  
   - Значит, Вы все-таки намерены посетить замок, - вздохнул водяной.
  
   - Безусловно, прекрасный сэр, - ответил Ланселот, тяжело опускаясь в седло. - Если я и найду дракона, то только в окрестностях замка.
  
   - Но там никого нет. Даже разбойники ушли сегодня ночью.
  
   - Вот чего Вы никак не можете знать, так это намерений хитрого дракона. Наверняка он, прослышав обо мне, решил где-то там спрятаться. Кстати, не зря ведь разбойники покинули это уютное пристанище.
  
   - Но если б дракон был в замке, он наделал бы много шума. Да и вообще камня на камне бы не оставил.
  
   - Вот смотрю я на Вас и удивляюсь, - сказал Ланселот. - Вроде волшебник, а простых вещей не понимаете. Вы же сами говорили, что дракон служил демону, охраняя его жилище. Так зачем же ему крушить собственность хозяина?
  
   Вздохнув, водяной махнул рукой и предложил:
  
   - Ладно, раз уж вы лезете на рожон, я проведу вас подводными пещерами затопленного Лабиринта Хора. В аквалангах это будет несложно.
  
   - Вот здорово!.. - загорелась Элис, но, взглянув на Ланселота, осеклась. В глазах того было написано: "Чур, меня! Чур, Господи!" Вслух же он презрительно произнес:
  
   - Рыцарю не пристало по-разбойничьи подкрадываться к врагу. Он привык глядеть опасности в лицо.
  
   Девочка вздохнула и вскарабкалась в седло.
  
   - Спасибо за предложенную помощь, дядя водяной, но мы как-нибудь сами. Всего Вам доброго.
  
   - До свидания, прекрасный сэр, - попрощался Ланселот. - О Вашем благородстве узнают в Камелоте.
  
   - Счастливого вам пути, друзья, - печально улыбнулся волшебник.
  
   Всхрапнув, кони путешественников тронулись с места и, поднимая тучи песка, понеслись вдоль берега. Затем они изменили направление и скрылись в густой зелени леса.
  
   Оказавшись под сенью деревьев, всадники перешли на рысь. Элис поравнялась с Ланселотом и решила поговорить.
  
   - Водяной не хотел, чтобы мы ехали в замок, - заметила она.
  
   - Его можно понять, - вздохнул рыцарь. - Далекий от сражений, живущий мирной жизнью, он недооценивает мой опыт борьбы с драконами.
  
   - Однако мы могли бы воспользоваться его предложением и проникнуть во дворец незаметно.
  
   Ланселот взглянул на девочку, и она заметила в его глазах странный отблеск, за которым, впрочем, последовала обычная улыбка.
  
   - Я понимаю тебя, моя принцесса. Русалка просится в воду. Но ты же знаешь, что я не в восторге от этой затеи. И слава богу, что мне совсем не нужно в замок.
  
   - То есть как это, - удивилась Элис. - Зачем же нужно было врать?
  
   Ланселот довольно улыбнулся:
  
   - Я и не врал вовсе. Мы действительно направляемся к замку, но внутрь заходить не будем. Поэтому совершенно без разницы, с какой стороны подойдем к крепостной стене: изнутри или снаружи. Видишь ли, девочка моя, огнедышащие змеи необычайно привязаны к месту, которое охраняют. Лишь смерть или, как в данном случае, исчезновение хозяина могут заставить их покинуть на время свой пост. Временно и только временно, говорю я, потому что не было еще такого случая, чтоб драконы не возвращались назад. Но я никогда и не утверждал, что они могут позволить себе забраться в замок. Эти бестии необычайно неуклюжи, и здесь водяной совершенно прав. Они легко могут разрушить охраняемое строение и именно поэтому никогда не заходят внутрь. Да, впрочем, что тут говорить. Ведь твой отец не зря получил звание "Космобиолог". Он объяснит тебе все лучше меня.
  
   Элис вздохнула. Так же как и водяной, она была бессильна что-либо возразить. Как объяснить этому человеку, что чудовища из его фантазий, которые он, не моргнув глазом, сочиняет на ходу, имеют слабое отношение к реальным существам вроде тахоргов или головуров. И нужно ли вообще что-либо объяснять? Ведь не в этом главное. Несмотря на всю свою мощь и жуткий вид, драконы никогда не играли решающей роли в бедах людей, хотя для отдельного человека были опасны чрезвычайно. Тем более, если этот человек не вооружен, да к тому же еще и рыцарь.
  
   Элис не знала, что ей делать. Она была в полной растерянности. Как одной бороться против всего этого безумия? И еще какое-то предчувствие мучило ее с самого утра, ощущение чего-то надвигающегося, мощного, неотвратимого. Ланселот же был спокоен и уверен в себе, как всегда. Взглянув на него, Элис сочувственно улыбнулась. Она почти не сомневалась, что головура возле замка не окажется. И видимо зря, потому что воздух вдруг наполнился тонким свистом, который стал быстро нарастать, превращаясь в ужасающий рев.
  
   Задрав голову, девочка вздрогнула. Несмотря на всю абсурдность умозаключений рыцаря, они похоже оказались недалеки от истины. К ним приближался дракон. Более того, это был пикирующий дракон, полный ярости и неумолимого стремления уничтожить врагов. И надо же, как нехорошо получилось, что врагами оказались беззащитная девочка и не менее беззащитный рыцарь.
  
   Повернувшись к Ланселоту, Элис удивилась. Она ожидала прочитать на лице его радость охотника, напряженное ожидание, растерянность или даже страх, все что угодно, но только не досаду. Ланселот был раздосадован до самой глубины души. Он будто не искал дракона, а всю жизнь скрывался от него. Но это длилось какую-то долю секунды. Лицо рыцаря стало озабоченным. Выражения сменились так естественно и быстро, что трудно было понять, была ли досада вообще.
  
   - Я не подумал о тебе. Уходи! - крикнул он, пришпоривая коня, и уже на полном скаку пронзительно, с переливами, засвистел.
  
   Был ли это боевой свист рыцарей, или Ланселот себя так подбадривал, да только головуру эти звуки пришлись, видимо, не по вкусу. Кувыркнувшись как подбитый вертолет, дракон, отчаянно замахав крыльями, рухнул в чащу и, яростно ломая деревья, погнался за рыцарем.
  
   Элис, оцепенев от ужаса, воспринимала происходящее как во сне, пока сильный щелчок по пальцам не привел ее в чувство. Воздух быстро наполнялся электричеством или, по крайней мере, чем-то похожим на него. Казалось, он начинает дрожать как испуганный зверь, и вместе с ним завибрировали нервы. Чувство надвигающейся катастрофы стало словно физическим, заполняя все окружающее пространство.
  
   - Боже мой, что это?! - воскликнула Элис, инстинктивно спрыгивая с коня. Обильно покрытый железными вставками, тот начинал уже светиться.
  
   Происходило что-то странное, но думать об этом было некогда. Следовало срочно избавиться от всего металлического. У девочки за спиной висели "зеркальные доспехи", которые она поспешно сняла и подальше от себя отбросила. Затем, достав из дорожной сумочки синтезатор, Элис, безнадежно посадив аккумулятор, уничтожила на страдающем животном большую часть железа. После чего оставшиеся покровы грузным потоком свалились вниз. Секунду спустя девочка запрыгнула на лошадь и галопом помчалась по проторенному драконом коридору.
  
   "Ланселот, Господи! - с беспокойством думала она. - Он ведь весь в латах!"
  
   Грива скакуна и волосы наездницы тихонько потрескивали, подобно божественному ореолу излучая тусклый зеленоватый свет. Воздух постепенно терял прозрачность, словно наполняясь дымкой, и, рассеивая свет, преображал оптические эффекты.
  
   Выскочив из леса, Элис увидела поле сражения целиком и в нерешительности остановилась. Метрах в пятистах впереди, ощетинившись лучевыми пистолетами, небольшой кучкой стояли разбойники. На них, заливаясь как соловей-разбойник, мчался Ланселот в свете коронных разрядов, похожий больше всего на рождественскую елку, чем на рыцаря. А из-за спины его медленно, как стратегический бомбардировщик, поднимался в воздух дракон.
  
   Пираты, похоже, увидели эту парочку недавно. А до того момента внимание их было приковано к другому объекту и, видит бог, там тоже имелось на что посмотреть. Откуда-то сбоку, светясь как бог огня, на них налетал второй Ланселот.
  
   "Не стреляйте!!" - хотела крикнуть Элис, но было уже поздно.
  
   Смертоносные лазерные лучи рассекли наэлектризованный до предела воздух пламенем оптических разрядов (1), и окружающее пространство словно взорвалось. Чья-то сильная рука стащила девочку с лошади и прижала к земле. А мгновением позже, раскалывая и обугливая деревья, превращая листья и хвою в пепел, электрическая плазма пронеслось у Элис над головой, аккуратно обогнув ее и лежащего рядом человека.
  
   Когда цветные пятна перестали плясать перед глазами, девочка смогла наконец разглядеть своего спасителя. Им оказался Ланселот. Без доспехов он выглядел нелепо, кожа его оказалась бледной, тело дрожало как в лихорадке, и все-таки это был ее рыцарь. Прижавшись к нему, Элис тихонько заплакала.
  
   - Господи, неужели все закончилось? - прошептал она.
  
   - Нет, девочка моя, все только начинается.
  
   Элис посмотрела на выжженную равнину и вздрогнула. Там, сияя раскаленными добела доспехами и осыпая друг друга искрами, продолжали сражаться рыцари. Картина была настолько нелепая и невозможная, что девочка потеряла дар речи. Однако, повернувшись к третьему Ланселоту, она испугалась еще больше. Человек, лежавший с ней рядом, корчился в судорогах. На лице его сменяли друг друга ужасные гримасы, все тело словно маленькими змейками оплетали электрические разряды.
  
   И тут неба сорвался столб пламени, разряжая общее напряжение. Он вонзился в землю в том месте, где за мгновение до того сражались рыцари, и те исчезли сразу. Не взорвались, не испарились, не сгорели, их просто не стало, словно и не было никогда. Лишь Кащей - средоточие темных сил - остался стоять на равнине, и все окружающее его пространство словно погружалось во мрак от одного лишь присутствия невидимки.
  
   Девочка услышала легкий шелест и вздрогнула. Лежавший рядом человек, ничем уже не напоминающий Ланселота, вдруг засветился и медленно поплыл по воздуху, принимая постепенно вертикальное положение и переходя на шаг.
  
   Два полюса встретились. И все пространство задрожало в ожидании исхода сражения. Но воины не спешили мериться силами, словно смакуя ощущение неустойчивости. Бой откладывался.
  
  

***

  
   Они стояли молча, разглядывая друг друга, и, казалось, все вокруг замерло, не осмеливаясь нарушить тишину. Наконец невидимка, растянув рот в жуткой улыбке, сказал:
  
   - Браво, великолепно. Признаться, я недооценил Вас, человек, - при этом он высоко подкинул свою голову вверх и громко захлопнул ее в грудную клетку, так что какое-то мгновение на поверхности торчали одни лишь глаза. Это выглядело забавным, будто Кащей подбросил кверху шапку и поймал ее. Затем голова заняла прежнее место.
  
   - С моей стороны, - продолжил он, - было много ошибок и несуразностей, которыми Вы успешно воспользовались, нейтрализовав мое первоначальное преимущество.
  
   - Согласен, что первая партия была интересной, - откликнулся Сергей. - Однако не стоит преувеличивать мой вклад в этой Игре.
  
   - Пожалуй, несколько ходов остались для меня непонятными.
  
   - Предлагаете их обсудить?
  
   Кащей кивнул.
  
   - Операция была продумана до мелочей, и все же мы сразу столкнулись с рядом совершенно неожиданных трудностей.
  
   - Пришельцы?
  
   - Да. Их оказалось аномально много и возникли они словно бы ниоткуда. Нужно ли говорить, что для темпорального разрыва мы тщательно подобрали наиболее уязвимый временной период, в котором ожидали встретить минимальное противодействие. Я мог бы поклясться, что, за исключением ваших групп поиска, на планете не было ни одного противника. Пришельцы возникли в момент временного коллапса и очень прочно, будто жили здесь длительное время.
  
   - Вы не учли, что "ткань" времени стремится сохранить свою первоначальную структуру, - ответил Сергей. - А проявляется это в различных временнЫх флуктуациях и парадоксах. По этой причине и произошла коррекция событий, так что противодействующий Вам полюс усилился.
  
   - Выходит, этим и объясняется появление на Земле Аморфа и лишнего человека в группах поиска?
  
   - Этот лишний человек и для нас самих оказался неожиданностью, - усмехнулся Малышев. - Преступник, нарушитель времени, которого мы не сумели поймать в другой эпохе. Увы, и мы не застрахованы от ошибок.
  
   - В этот раз худо обернулось для вас добром, - сверкнул глазами Кащей. - Что ж, я согласен, что мы были неподготовлены к некоторым неожиданностям. В момент коллапса, например, на мгновение произошло совмещение нескольких эпох, оставив множество гостей, и я вначале, признаться, принял Вас за одного из них.
  
   - Вот как? - на лице Сергея проявилась озабоченность. Новое обстоятельство несколько осложняло восстановление статус-кво. - Теперь становится объяснимой Ваша нерешительность по отношению к моей персоне. И каким оказалось пополнение?
  
   - Достаточным, - скупо ответил Кащей, - для того, чтобы мы в первое время не догадывались, что кто-то из патрульных времени сохранил дееспособность и может серьезно вредить.
  
   - Даже после аннигиляции робота?
  
   - Так это была Ваша работа? А я, признаться, погрешил на одну из своих бывших коллег. Кроме нее и меня, никто не знал о внутреннем заряде.
  
   - И Вас не заинтриговало нахождение в окрестностях взрыва постороннего человека?
  
   - Какого именно? - усмехнулся Кащей. - Вас там было пятеро. Впрочем, меня это тогда не очень-то волновало. Мне и в голову не могло прийти, что один из гостей в этом повинен. А Вы бы на моем месте думали иначе?
  
   - Трудно сказать. Но вот в истории с Аморфом, - Сергей покачал головой, - пожалуй, Вы оплошали. Я до сих пор не понимаю, как Вам удалось ее нейтрализовать, но достижение это Вы должны были беречь как зеницу ока.
  
   - В том, что могущественная Леди попалась, не было моей заслуги, - хмыкнул Кащей. - Обычная ловушка, одна из тех, что расставлены мной по всей планете. Да и мелковата она, я Вам скажу, для Аморфа. Я ведь сам потом очень удивился, когда понял, кто в ней оказался. Будто слона мышеловкой поймал, ей богу.
  
   Сергей усмехнулся.
  
   - Сама леди называла ее мухоловкой...
  
   - Ей видней, - согласился Кащей. - С Аморфами шутки плохи, поэтому я решил ничего там не трогать, хотя и следил за ней по возможности постоянно. Однако периодические сотрясения времени, тоже требовали моего внимания. Так что Вам посчастливилось воспользовался моментом, когда я был занят неотложным делом, и не мог наблюдать освобождение слона из мухоловки. Ткань времени уже тогда "расползалось по швам", а мне, знаете ли, не хотелось быть погребенным здесь заживо. Кстати, нехорошо с Вашей стороны было подкладывать мне свинью в тот момент, когда я спасал всем нам жизнь, - усмехнулся Кащей. - Ведь это Вы освободили Аморфа, не так ли?
  
   - Не совсем. Я только помог ей самой освободиться.
  
   - Что ж, я сразу понял, что ни один из пришельцев на это бы не решился. Все они еще в первые минуты коллапса получили сполна. И что самое забавное, я к этому не имел никакого отношения. Неудача, как Вы выразились, постигла не только меня. Ей заражались все, кто пытался вмешиваться. Я понял это окончательно лишь после освобождения Аморфа. Вместо того чтобы уничтожить меня как единственную колючку, беспокоящую мир, она устранилась от происходящего и явно не собиралась покидать свое насиженное местечко.
  
   Я бы, кстати, с удовольствием последовал ее примеру, если б не проклятые темпоральные катаклизмы, с каждым разом становящиеся все более сокрушительными. Единственным способом стабилизации времени был его разрыв в наиболее напряженных местах, и этого мне, в конце концов, удалось добиться. Вот тогда, я смог, наконец, перевести дух и все обдумать.
  
   Не стоило большого труда догадаться, что кто-то начал активно играть против меня. Естественным выход в такой ситуации было спрятаться и ждать, пока этот кто-то себя обнаружит. Тем более, что о покое я давно уже мечтал, - усмехнулся невидимка. - Момент, когда Вы вновь появились на сцене, я не уловил. Так или иначе, раньше сегодняшней ночи, во время которой Вы столь эффектно заявили о своем присутствии... Не так уж и много воды утекло с тех пор, как некий патрульный времени побывал на Аиде и добыл Меч Куи. И все же теперь он ему не нужен, не так ли?
  
   - Верно, - признал Сергей.
  
   - Вы очень отличаетесь от своих соплеменников, молодой человек. Ну как Вам Аморфы? Хорошие из них учителя?
  
   Малышев промолчал, сохраняя бесстрастность, и наступила короткая пауза в разговоре.
  
   - Последний штрих, - улыбаясь, нарушил ее Кащей. - Кто же из двух воинов был настоящим Ланселотом?
  
   - Ни кто, - ответил Сергей. - Настоящий рыцарь остался в Камелоте. Я даже случайно столкнулся с ним один раз и едва успел унести ноги.
  
   - Выходит те, кого я видел были фантомами?
  
   - Не совсем. Точнее совсем нет. На фантомов, боюсь, Вы бы не среагировали. Это были мои дубли. В последнее время я научился их производить в неограниченном количестве.
  
   - Что ж, теперь начинаю понимать. Вы были один, но в трех местах одновременно? Так Вы меня и ввели в заблуждение. Я Увидел Ваше энергетическое тело и подумал, что партия у меня в кармане. Но в момент удара Вас не оказалось там, где я рассчитывал.
  
   - Может, выключим сугрессор и расстанемся цивилизованно? - улыбнулся Сергей. Он сомневался, что в этом есть смысл, но все же попытался предложить мирный вариант исхода.
  
   Кащей разразился бешеным звоном "костей" и "сочленений". Хохотал невидимка довольно жутко.
  
   - Слегка подраться нам все же придется, - усмехнулся он, выпуская из руки темно-красное, как рубин, лезвие.
  
   Сергей стоял неподвижно, мрачно разглядывая противника.
  
   "У плохого джидая красный меч, у хорошего - голубой" - подумал он, усмехаясь, и когда невидимка атаковал, моментально отразил удар полыхнувшим в руках оружием, и ударил сам.
  
   Мечи с шумом рассекали воздух, бешено меняя форму и длину. Синий, красный, синий, красный, сине-красный. Фигуры метались как тени, расплываясь, превращались в серое грозовое облако, окутанное сеткой микроскопических молний. Те постепенно разрастались, заполняя пустоты и вот уже в воздухе пляшет огненный эллипсоид, вытягиваясь, сжимаясь, скручиваясь, всячески изменяя свою форму. На мгновение огненный объект замер, накаляясь ярко-белым огнем, и взорвался миллионом искр.
  
   Два воина стояли друг против друга, и оружие их было опущено.
  
   - Бой не найдет победителя, - сказал Кащей и захохотал, гремя всеми сочленениями.
  
   Сергей же стоял молча, с досадой разглядывая противника. Ему нечего было ответить, потому что невидимка оказался прав. Однако когда грохот костей окончательно смолк, Малышев сделал то, что сам от себя никак не ожидал. В следующую секунду он ощутил, опешившее сознание врага в своем теле, быстро сотворил посредник и извлек Кащея из себя, воспользовавшись его замешательством.
  
   Ноги молодого человека подогнулись и он обессилено опустился на колени. Фло как-то предупреждала его, что для выполнения роли посредника до конца, следовало быть либо гораздо сильнее своего противника, либо вовсе не иметь сознания, как прибор реинкарнации. Малышев не подходил ни под одну из этих категорий, поэтому ему так тяжело дался проделанный фокус.
  
  _____________________________________________________________________________
  Сноски:
  
  (1) Оптические разряды (лазерный пробой) - физическое явление лавинной ионизации воздуха под действием лазерного излучения. Присутствие в воздухе статического электричества снижает порог лазерного пробоя и повышает его мощность.
  

Глава 4.7. Камень преткновения

  
   - Вот и нету великана, - удивился Сергей. - Вот и нету таракана.
  
   Только сейчас, разглядывая безжизненное тело, он догадался, что произошло. Как у него это получилось? Малышев и сам не понял. Раньше он никогда не делал ничего подобного. И только однажды был свидетелем, а точнее, объектом подобного воздействия со стороны Аморфа.
  
   Сзади зашуршали чьи-то шаги, молодой человек обернулся и увидел девочку. Она выглядела напуганной, но любопытство так и сверкало в ее глазах.
  
   - С тобой все в порядке? - поинтересовался Сергей голосом Ланселота, и Элис, улыбнувшись, кивнула.
  
   - Уже закончилось? - спросила она.
  
   - Почти.
  
   - А он? - девочка с опаской поглядела на тело невидимки. - Не оживет?
  
   - Нет. Это только оболочка, - пояснил молодой человек и, открыв заднюю крышку посредника, показал собеседнице его содержимое.
  
   Элис увидела ряд пустых углублений, в одном из которых покоился черный как смоль кристалл.
  
   - Вот это он и есть, - добавил Сергей. - И пока я не верну его в тело, оно так и останется безжизненным.
  
   - Никогда не видела такое оружие, - удивилась девочка.
  
   - Просто в твоем времени его еще не изобрели.
  
   - Значит, ты не Ланселот?
  
   - Ну, как тебе сказать? Еще час назад я был почти настоящим Ланселотом, а сейчас я настоящий Сергей Малышев, патрульный времени. Можно просто Сергей.
  
   - Очень приятно, - разочарованно вздохнула Элис. - Я уж подумала, что ты пришелец.
  
   - Э, нет, - смутился ее собеседник. - Просто я немного необычный человек, - он улыбнулся и добавил. - А сейчас мне надо превратиться в Ивана-царевича. Ты сказку про Кащея Бессмертного знаешь? Помнишь, кто его победил?
  
   - Так это был настоящий Кащей Бессмертный?! - воскликнула Элис, и глаза ее изумленно округлились.
  
   - Как тебе сказать. По крайней мере, его так звали, - ответил Сергей. - А поскольку сейчас уже невозможно точно установить, настоящий он был или только однофамилец, я должен на всякий случай быть в форме.
  
   У Сергея моментально выросла борода, тело покрыла кольчуга с нагрудными латами, а на голове возник богатырский шлем.
  
   - Ты только не говори никому, что я здесь вытворяю. Как-то не подобает царскому сыну такими вещами заниматься.
  
   - Конечно, - улыбнулась Элис. - Если ты сделаешь меня Красной шапочкой.
  
   - Во дает, - засмеялся богатырь. - А где ты видела в этой сказке Красную шапочку. Впрочем, - он критически окинул взглядом водоотталкивающий комбинезон девочки и мигом превратил его в деревенский сарафан, времен чародейства и волшебства, довершив композицию пышным венком из желтых одуванчиков, украсивших светлые волосы собеседницы.
  
   - А прекрасная и премудрая Василиса будет?
  
   Сергей пожал плечами.
  
   - Точно не знаю. Я освободил ее раньше.
  
   - Значит, и Василиса есть!! - взвизгнула Элис радостно. - А она красивая?
  
   - Очень. Очень красивая, очень премудрая и очень волшебная. Но зовут ее по другому.
  
   - Расскажи мне о ней, - попросила девочка, присаживаясь на ствол поваленного дерева и умоляющим взглядом обрабатывая богатыря.
  
   - Хорошо, но с одним условием. Все, что ты увидела здесь, о чем узнала, нужно сохранить втайне от своих современников. Никому и ничего нельзя рассказывать. Договорились?
  
   Элис согласно кивнула.
  
   - Вот и хорошо. Касательно нашей Василисы я могу сказать лишь то, что она представительница одной загадочной и невероятно могущественной инопланетной расы, далеко обогнавшей землян в своем развитии. Вот, собственно, и все.
  
   - А ты? Какое ты имеешь к ней отношение? - жадно спросила девочка.
  
   - Я ее ученик, - ответил Сергей, и пристально посмотрев собеседнице в глаза, добавил. - Но мне бы очень не хотелось, чтобы о моих необычных умениях узнал кто-нибудь еще, кроме тебя.
  
   Элис сделала жест рукой, как будто застегивала себе рот на молнию, и богатырь, улыбнувшись, похлопал ее по плечу.
  
   Девочка хотела еще что-то спросить, но тут, видимо, увидела нечто необычное и взвизгнула от восхищения:
  
   - Ой, Иванушка, Василиса Прекрасная идет, - прошептала она. - Ну, действительно ведь прекрасная! Ты только посмотри.
  
   Сергей обернулся назад и улыбнулся. К ним приближалась Фло. Похоже, начиналось заключительное действие спектакля.
  
   - Привет, - сказала Василиса Прекрасная Ивану-царевичу. Перешагнув через "арматуру" Кащея, она чмокнула его в щеку и повернулась к девочке. - Здравствуй, Элис.
  
   - Здравствуйте, - ответила та, растеряно пожимая волшебнице руку. - Разве Вы меня знаете?
  
   - Конечно, ведь я фея по имени Золотой Цветок, - улыбнулась Фло, сверкнув огромными черными глазищами. - Для друзей, просто Фло, и для тебя конечно же тоже. - Потом она глянула на Сергея и строго спросила: - Ну, и где ты пропадаешь, герой? Тебя все давно уже ждут.
  
   Богатырь пожал могучими плечами.
  
   - Я думал, сбор состоится здесь.
  
   - Да уж, от скромности ты не умрешь. Яга нашла ларец Кащея, так что вся команда поддержки теперь с ней. Пытаются открыть его.
  
   - Тот самый? С дуба?! - азартно спросила Элис. - В котором заяц, а в зайце утка, а в утке яйцо, а в яйце игла, на конце которой смерть Кащея?!
  
   У нее дух захватывало от мысли, что она стала персонажем знаменитой сказки.
  
   - Что в нем действительно содержится мы пока не знаем, - улыбнулась Фло. - Смерть Кащея нам сейчас без надобности. А вот сугрессор найти бы не помешало. Кстати, знаешь где обнаружили ларец? - обратилась она уже к Сергею, и тот сделал вопросительную мину. - В звездолете Галактов, который называется... Думаешь как?
  
   - Дуб? - предположил богатырь.
  
   - Нет! - засмеялась девушка. - Но аналогию ты угадал. Корабль их носит имя Олак.
  
   - Серьезно? - удивился Сергей. - Ничего себе!
  
   - А что это? - спросила Элис.
  
   - Название одного из самых мощных и массивных деревьев нашей галактики, - пояснил Малышев. - Так что на земной манер это почти дуб. Если так и дальше пойдет, то из ларца действительно не равен час начнут зайцы выскакивать или утки вылетать. Где его вскрывать собираются?
  
   - В рубке корабля, - ответила Фло. - Не беспокойся, зайцы с утками не сбегут. Ну, пойдем, что ли? А то опоздаем.
  
   Она взяла Элис за руку, и дамы истаяли в воздухе. Спустя мгновение, подхватив трубчатое тело невидимки, исчез и сам богатырь.
  

***

  
   Фея и девочка оказались на лесной поляне рядом с огромным висящим в воздухе бледно-зеленым шаром. Очевидно, это и был космический корабль Галактов, в котором нашли "сказочный ларец". Он излучал фосфорическое сияние, хорошо заметное даже несмотря на дневной свет. Под кораблем находились два человека, колдовавшие над какой-то измерительной аппаратурой. И приглядевшись девочка узнала встретившихся ей ранее волшебников. Водяной приветливо помахал рукой, и широко улыбаясь, направился в сторону прибывших.
  
   - Привет, Элис, здравствуйте, прекрасная фея, - приветствовал он гостей. - А где благородный рыцарь, Ланселот? Он убил дракона?
  
   - Дракона больше нет, - сообщил Сергей, выступая на поляну из леса и присоединяясь к их компании. Под мышкой он нес трубчатое тело Кащея Бессмертного. - Ну, а рыцарь отправился к себе домой, теперь его путь лежит в славный Камелот.
  
   - Кто Вы?
  
   - Он мой жених, - ответила за Малышева фея, и тот закашлялся.
  
   - Сергей Малышев, - представился молодой человек севшим голосом. - Патруль Времени планеты Земля.
  
   - О! Так Вы из органов, - обрадовался Водяной. - Очень хорошо. А, это Ваш трофей? - спросил он, разглядывая тело невидимки.
  
   - Оказал сопротивление при задержании, - пожал плечами Сергей. - Пришлось обезвредить.
  
   Собеседник с уважением посмотрел на молодого человека и обратился ко всем гостям:
  
   - Приглашаю вас к нам на корабль. Если никто не возражает, я включу посадочный транспортер.
  
   - Вы - Галакты? - уточнил Малышев.
  
   - Да, я и мой коллега, - улыбнулся Водяной, указывая взглядом на лесного волшебника.
  
   - Что-то вы не очень на них похожи.
  
   - А Вы не очень похожи на патрульного времени, - парировал собеседник. - Маскировка. Сами понимаете, без этого никак.
  
   Днище гигантской сферы засияло ярче и всю компанию понесло вверх к распахнувшемуся на ее поверхности проему. Лесовик отключил свой прибор и тоже вошел в транспортный луч, поднимаясь следом.
  
   Минуты через две гости уже входили в просторное помещение, в котором по обилию пультов управления угадывалась рубка корабля. К одному из компьютеров датчиками был подключен изящный ларец, изготовленный из нейтрида. В пришельцах, расположившихся возле него Сергей узнал Ягу, Лешего и Чертову бабушку. Однако Элис видела этих людей впервые, поэтому Фло представила девочку каждому из них. Все пришельцы были заняты сканированием сейфа и отвлеклись лишь на секунду, чтобы поздороваться.
  
   - Как продвигается работа? - поинтересовался Водяной.
  
   - Скоро уже откроем, - откликнулась Яга. - Код попался заковыристый.
  
   - Вы уверены, что сугрессор находится в сейфе? - спросил Сергей.
  
   - Нет, конечно, - ответил Леший. - Но это самое первое место, где он может быть. Документы разрушителей на него указывают.
  
   - Сейчас откроют, - шепнула фея девочке и оказалась права.
  
   Пришельцы вдруг оживились, и мгновение спустя крышка ларца была снята.
  
   Ни заяц, ни утка из него не выскочили и Элис разочарованно вздохнула. На свет божий была извлечена маленькая, но длинная шкатулка и поставлена на крышку сейфа для всеобщего обозрения.
  
   - Что-то не похоже на сугрессор, - засомневался Водяной.
  
   Яга протянула руку и, открыв футляр, достала тонкий длинный предмет, напоминающий большую иглу.
  
   - Проклятье!.. - воскликнул Леший, и наступила гробовая тишина.
  
   Нужно ли говорить, что все пришельцы оказались расстроены. Все они по очереди брали в руки "иглу" рассматривали ее и передавали другим. Только Фло, пожалуй, отнеслась к находке безучастно. Она сидела в кресле, закинув ногу на ногу и, покусывая травинку, флегматично разглядывала потолок. Фея словно и не рассчитывала найти в сейфе что-то другое. Земляне тоже не особо смутились. Сергей всем видом своим показывал, что и не ждал от Кащея легкого решения. Девочка же смотрела на извлеченный предмет, как на нечто само собой разумеющееся.
  
   - Это ведь смерть Кащея? - нарушила она общее молчание.
  
   - Даже если и смерть, - вздохнула Яга. - То нам она уже больше без надобности. - Волшебница достала из кармана тонкую пластинку и протянула ее Сергею. Тот прочел, хмыкнул и отдал Элис.
  
   - Это карточка информ-пеленгатора, - пояснил молодой человек. - На ней показана расшифрованная информация, касающаяся этого милого сейфа.
  
   На пластинке было выдавлено черным:
  
   Индекс: 8765
   Команда: 999
   ОБЕСПЕЧЕНИЕ: Л-3-Л
   КООРДИНАТЫ: 38.387 - 41.401 - 100.009 ПК
  
   - Команда "три девятки" - аварийное отключение сугрессора, - прокомментировала Яга. - Это было оговорено еще во время подготовки к диверсии. "Эл-три-эл" - инвентарный номер сейфа. Соответственно, подразумевается, что его содержимое и обеспечивает выполнение команды. Ниже приведены координаты сейфа, благодаря которым мы его и нашли.
  
   - Ну, и что ты думаешь по этому поводу, - спросила Фло, глянув на Сергея, и переместила травинку в другой угол рта.
  
   - Чертовщина.
  
   - Очень конструктивно, - съязвила она.
  
   - Но ведь по сказке в ларце хранилась именно игла, - улыбнулась Элис. - Мы ее и обнаружили, что ж тут удивительного.
  
   - Черт бы побрал эту сказку! - выругался Леший. - И иглу вашу! - бросил он Галактам.
  
   - То есть как это нашу? - удивился Лесовик.
  
   - Разве этот артефакт не ваши ученые разработали? - оживилась Фло, и в ее черных глазах засверкали искорки интереса.
  
   - А кто сказал, что наши? - поинтересовался водяной.
  
   - Кащей, - смущенно ответила Яга и вдруг рассмеялась.
  
   - Надо же, - усмехнулся Леший. - Его Таинственности с нами больше нет, но шутки его продолжают "радовать". Наверняка это никакая не "смерть", а ключ к дезактивации сугрессора.
  
   - Осталась только самая малость, - вздохнула Чертова бабушка. - Найти излучатель.
  
   Яга поднялась на ноги и отряхнулась.
  
   - Пойду, пороюсь в архиве, может, еще что-нибудь найду.
  
   - Бесполезно, - заметил Сергей. - При подготовке информ-карт сведения укладываются компактно. Вам ли этого не знать, уважаемая. Все, что было в архиве и относится к данному вопросу, - находится здесь, - заявил Малышев, веско демонстрируя всем карточку.
  
   - И что ты хочешь этим сказать? - невинно поинтересовалась Фло.
  
   Сергей вдруг сообразил, что ведет она себя как-то странно, словно сама же придумала эту загадку, и теперь ждет, кто же первым найдет ответ. Нет, конечно, он не думал, что Фея подменила в сейфе сугрессор на иглу. Просто, казалось, что она с самого начала имела представление о содержимом ларца, и ей интересно было лишь, как отреагируют на него остальные.
  
   Вначале, пока дело не двигалось с места, она потеряла к происходящему всякий интерес. При этом игла переходила от одного человека к другому и, когда задержалась в руках Фло, та вроде бы даже хотела с ней что-то сделать, но потом передумала.
  
   Зато какое удовольствие ей доставил поворот в беседе, вызванный какой-то случайной игрой слов. И сейчас ее глаза азартно блестели, как у охотника.
  
   "Смерть Кащея, - подумал Сергей. - Что бы это значило? Ведь наверняка знает, плутовка, но допытываться у нее бесполезно. Значит придется угадывать".
  
   - Я просто имел в виду, что сведения о местоположении сугрессора можно получить, поняв назначение этого предмета, - ответил молодой человек, указывая на найденную иглу.
  
   Фея, казалось, затаила дыхание.
  
   - И что ты предлагаешь?
  
   - Ничего.
  
   Она моргнула и обратилась ко всем:
  
   - Может, у кого есть идеи? Высказывайтесь, это делу не повредит.
  
   - А что в сказке делали с "иглой"? - спросила Чертова бабушка.
  
   - Ломали, - вздохнула Яга. - Нам это не подходит.
  
   - Не только, - возразила Элис. - Ее еще использовали вместо наконечника для стрелы. Вы знаете, я думаю, что зря мы отказались от первоначального предназначения "иглы", ведь оно не могло просто так быть заявлено в сказке. Наверняка это какая-то подсказка.
  
   - У тебя есть идея, моя принцесса, - поинтересовался Сергей, и Галакты с интересом на него посмотрели. Он был взволнован и не заметил, что произнес эту фразу голосом Ланселота. Он чувствовал запах решения, но попробовать блюдо пока не мог, так как не сам его приготовил. Фло выглядела гораздо спокойнее, чем минуту назад. Только глаза ее, казалось, стали еще больше и глубже.
  
   - Я всегда связывала смерть с остановкой сердца, по крайней мере, так считается у нас, людей, - объяснила Элис. - Возможно, Игла как-то связана с сердцем Кащея, а сердце с... - она вдруг замолчала, но всем и так стало понятно окончание фразы.
  
   Яга беззвучно плюхнулась в кресло. Сергей засмеялся и похлопал девочку по плечу, обозвав ее молодчиной. А Фло молча разрезала огненным лезвием Меча Куи тело невидимки, извлекла из него гравитатор (1) и поставила его рядом с ларцом. Некоторое время в рубке царило общее веселье. Но после того как все друг друга поздравили Яга взяла в руки гравитатор и тщательно его рассмотрела. Внимание присутствующих было теперь приковано к ней.
  
   - Это что-то новенькое, - заметила волшебница. - Гравитатор отличается от стандартной модели и, судя по всему, дополнен функциями сугрессора. Так что управление психотропным излучением осуществлял непосредственно Кащей. Ситуация "три девятки" предусматривалась как исключительная, на случай гибели шефа. Аварийная дезактивация сугрессора, и, скорее всего, его уничтожение, производится посредством замыкания пси-каналов устройства специальным ключом. Видимо потому ключ и был назван "смертью Кащея", что после его использования жизнедеятельность организма невидимки станет невозможной. На гравитаторе, я вижу, три гнезда разной толщины. Ага, вот и ключ разделен на три сегмента.
  
   Яга протянула сугрессор и иглу девочке.
  
   - Держи, - улыбнулась она. - Ты разгадала эту загадку, тебе и спасать мир. Знаешь, что нужно делать?
  
   Элис взяла артефакты и взволнованно кивнула. Ей было немножечко страшно. Что произойдет с окружающим миром, когда она сделает это? Что станет со всеми ее новыми друзьями, что станет с ней? Вернется ли прежний ход времени? Сохранит ли она воспоминания об этом удивительном приключении или все забудет? Девочка медлила, и казалось само время склонилось к ней и шептало умоляюще:
  
   "Быстрей, быстрей! Вынь эту занозу из меня! Помоги расправиться и вздохнуть свободно! Избавь меня от этой боли!"
  
   Девочка вздохнула, набралась решимости и вонзила иглу в самое узкое отверстие прибора. Сломав ее по границе сегмента, она воткнула ее в отверстие среднего диаметра и снова сломала. А затем оставшуюся часть вставила и в третье отверстие, замыкая тем самым все контакты сугрессора.
  
   Секунду еще Элис видела улыбающиеся лица друзей, потом картинка расплылась у нее перед глазами и исчезла.
  
   ***
  
   Легкий ветерок носился над зеркальной гладью озера, заставляя его то тут, то там морщится рябью. Гигантские листья древовидных папоротников были ему явно не по плечу. Однако он упрямо пробовал раскачивать их, выбиваясь из сил, но настойчиво повторяя попытки. Элис сидела на зеленом стволе, свесив ноги, и, слегка побалтывая ими в теплой воде, разглядывала гладкий яйцевидной формы камень. Трудно было догадаться о его прошлом предназначении. Лишь три маленьких, оплывших бугорка напоминали о том, какую скверную роль он сыграл однажды, являясь своего рода Камнем преткновения, мешающим естественному ходу времени, прерывающим его и калечащим. А сейчас это был только камень, не более чем сувенир.
  
   - Элис! - позвал знакомый сердитый голос. - Где ты пропадаешь? Ну, прямо как маленькая, ей-богу!
  
   - Папа, папа! Как я рада видеть тебя! - засмеялась девочка и, спрыгнув в воду, поднимая тучи брызг, побежала к берегу.
  
   - Подлизываешься? - смягчился отец, подхватывая ее на руки.
  
   - Нечего было без спросу убегать из лагеря. Вот сожрал бы тебя какой-нибудь "завр", что бы я тогда сказал маме?
  
   "Куда убегать? Почему без спроса?"
  
   Элис мало что понимала, поэтому старалась помалкивать.
  
   - Да ладно, не буду тебе нотации читать, - вздохнул отец. - Сама, небось, взрослая. Пошли, через час отправляемся.
  
   - Куда? - удивилась девочка.
  
   - Вот те на! Домой, конечно, куда же еще. По друзьям своим еще не соскучилась?
  
   - А как же барьер?
  
   - Какой барьер? Кстати, что это за булыжник ты с собой тащишь? Не могла найти сувенир помельче?
  
   - Это подарок, - загадочно улыбнулась девочка. Для нее уже все стало на свои места.
  
   - Конечно, - с улыбкой согласился отец. - От динозавра. Эх, ты, фантазерка! Мало тебе других приключений. В этот-то раз будет о чем в школе рассказывать?
   Элис только вздохнула.
  
   "Как жалко, - подумала она, - что о самом интересном приключении рассказывать нельзя".
  
   _____________________________________________________________________________
   Сноски:
  
   (1) Гравитатор - орган невидимки, позволяющий ему летать и искривлять метрику пространства, обеспечивая себе невидимость. Играет столь же значимую роль в жизнедеятельности организма невидимки, как и сердце в организме человека.
  

Эпилог

  
   Пришелец сидел в кресле, молча уставившись в чашку, стоявшую перед ним на столе. Кофе давно уже остыл, но это, похоже, его нисколько не беспокоило. Я с любопытством разглядывал гостя. Непривычным было излучаемое им легкое сияние. Словно искрился сам воздух. Свет исходил не от тела, а возникал на некотором расстоянии от него.
  
   Как объяснил посетитель, причиной этого свечения было то, что он одновременно находился в разных местах. Для меня же, если не считать, что незнакомец появился из ничего перед самым моим носом, сие явление было доказательством фантастического происхождения гостя. Что и говорить, у нас в двадцать первом веке, если кто-нибудь представится, как человек из будущего, собеседник, скорее всего, свяжется с психиатрической лечебницей, прежде чем продолжить разговор, а в лучшем случае сочтет, что его разыгрывают.
  
   Но, похоже, мой посетитель о чем-то крепко задумался, потому что молчал уже вторую минуту.
  
   - Так значит, этим все и закончилось? - напомнил я о прерванном рассказе.
  
   - Да, в общем-то, - вздохнул гость. - Когда барьер исчез, остались только Разрушители. То есть те, кому и положено было остаться в рамках прежнего хода истории. А потом появились наши и перехватили диверсионный корабль на орбите. Ягу, правда, найти так и не удалось. То ли исчезла вместе с другими пришельцами, то ли скрыться сумела. Последнее кстати вполне вероятно. Уж очень опытный она агент.
  
   - А что стало с дырами во времени, с Ланселотом и другими гостями? Об их судьбе Вы ничего не рассказали.
  
   - Темпоральные "ямы" и товарищи из других эпох тоже исчезли. Время вернулось в старое русло, и все встало на свои места.
  
   - А в ходе истории, что же? Ничего так и не изменилось?
  
   - Есть один казус, - улыбнулся собеседник. - Слава богу, безобидный. Вы помните о нашествии монголо-татар под предводительством Чингиз-Хана. Так вот, в первом розыгрыше истории его звали по-другому.
  
   Гость протянул руку и помог мне закрыть рот.
  
   - И как... как его звали изначально? - спросил я, испытывая жгучее любопытство.
  
   - Извините, - улыбнулся пришелец. - Но я и так сболтнул лишнего. А вообще-то из последующих событий я мало что могу сообщить. Конечно, нашим пришлось хорошо потрудиться, чтобы замести кое-какие оставшиеся следы вмешательства разрушителей, только это ведь не моя история. Я в ней не принимал участия, да там и не было ничего интересного, о чем Вам захотелось бы написать.
  
   - То есть как это написать?
  
   - Очень просто. Вы ведь писатель... Нет, конечно, Вы не обязаны это делать, но я сомневаюсь, что Вы откажетесь.
  
   - Не откажусь, - согласился я. - Только вот зачем Вам это нужно?
  
   - Ну, как сказать? Тяжело, - засмеялся собеседник, - таскать это за душой и ни с кем не поделиться. Да и девочке Элис станет полегче, наверное.
  
   Я вздохнул.
  
   - Того, что Вы мне рассказали, не хватит на порядочное произведение.
  
   - Я дал лишь идею, я даже специально опустил все имена, кроме общеизвестных. Дальше дело за Вашей фантазией. Можете делать что пожелаете, менять персонажей, выдумывать любые ситуации, что угодно, только напишите об этом. Вот и все, что мне нужно.
  
   - Тогда написанное не будет иметь ничего общего с действительностью.
  
   - Да, ради бога! Что бы ни получилось - мой рассказ, так или иначе, наложит свой отпечаток. Кстати, я уверен, что вы постараетесь не покидать основной колеи событий. Какой фантаст не мечтает, чтобы потомки сказали о нем: "Как он здорово все предвидел!"
  
   Я почувствовал, что краска заливает мне лицо, и поспешил вернуться к прежней теме разговора.
  
   - Все персонажи психологически будут людьми моего времени.
  
   - А мне и не нужно, чтобы Вы рисовали людей будущего. Вам вряд ли бы это удалось - мы с тех пор здорово изменились.
  
   - Трудно заметить, - улыбнулся я.
  
   - Невозможно, - поправил пришелец. - Сейчас я психологически не отличаюсь от Ваших современников.
  
   Я мысленно схватился за голову.
  
   - Как я буду писать главного героя?!
  
   - Мы ведь говорили уже на эту тему. Я не смогу вам помочь. Выкручивайтесь сами.
  
   - Н-да... А дневник? У Вас ведь, кажется, дневник есть.
  
   Гость воспринял это упоминание явно без восторга.
  
   - Там много личного.
  
   - Ох, извините, - смутился я.
  
   - Ничего. Все равно он Вам не подошел бы. Я ведь не адаптировал его для вашего времени, да и для своего, кстати, тоже. Там много, так сказать, нетрадиционного смыслового потока, в котором обычному человеку не разобраться. Ну и, наконец, чисто формально я не имею права давать Вам что-либо материальное... А вот, скажем, сон. Как насчет того, чтобы события эти приснились Вам во сне? Устраивает?
  
   - Я на такое и не рассчитывал даже, буду очень благодарен.
  
   - Договорились.
  
   - Еще вопрос. Чем вы занимались после этой истории?
  
   - Продолжал свою работу в службе безопасности. Ну, а как патрульному времени мне еще предписывалось распространять сказку про Кащея Бессмертного.
  
   - Зачем? - удивился я.
  
   - Во-первых, очень интересная сказка, согласитесь, а во-вторых, должны же мы "нам в прошлом" передать информацию о том, как расхлебать кашу, которую попытались заварить разрушители.
  
   - Вот те на, Вы же сами узнали об этом из сказки. Кто же ее придумал тогда? Кащей?
  
   - Никто. Это парадокс времени, возникший из-за попытки его изменить.
  
   - Вот как? Очень интересно! А можно личный вопрос?
  
   - Смотря какой, но спросить-то в любом случае можно.
  
   - Эм... Н-да... Извините... Что стало с девушкой, которую Вы полюбили, с аморфом? Она тоже исчезла вместе с другими пришельцами?
  
   Гость улыбнулся и покачал головой.
  
   - Эти всемогущие леди сильнее времени и его парадоксов. Такая если увлечется кем-то, то сие неотвратимо и навсегда. Так что никуда она не делась и деваться не собирается, а я принадлежу ей со всеми своими потрохами.
  
   - И... как к ней относятся другие Ваши соотечественники?
  
   - В каком смысле относятся?
  
   - Ну, их не смущает ее экстраординарное происхождение?
  
   - Ах, в этом смысле? Нет, не смущает. Потому что о ее происхождении не знает ни кто. При посторонних она - чистый ангел, такая ласковая и заботливая. Но стоит нам остаться наедине, я становлюсь ее собственностью и игрушкой. Друзья завидуют мне до чертиков, но знали бы они что может творить с мужчиной аморф, которая его обожает, то...
  
   Собеседник вдруг замолчал, и на лице его появилось странное выражение испуга пополам с вожделением.
  
   - Что творить? - спросил я азартно. У меня просто в душе защемило от любопытства.
  
   - Начинается! - прошептал мой гость. - Не стоило нам затрагивать эту тему. Заговорил о ней и она про меня вспомнила. Извините, но у нас практически не осталось времени. Когда со мной происходит такое, я не в силах этому помешать.
  
   - Что происходит? - растерялся я.
  
   Но собеседник, похоже, меня не услышал. С ним происходило что-то непонятное. Его тело охватила мелкая дрожь, но дрожал будто не сам человек, а изображение. Словно кадр сотрясающийся на экране телевизора при нестабильном аналоговом сигнале.
  
   - В чем дело? С Вами все в порядке?
  
   - Не беспокойтесь, - улыбнулся гость, выговаривая слова быстро и отрывисто, будто боялся не успеть. - С меня сон, как и обещал. Прощ...
  
   И все. Его вдруг не стало. Лишь пятна перед глазами, после яркой вспышки, да кружка с недопитым кофе напоминали мне, что на против кто-то сидел.
  
   - С ума сойти, - пробормотал я, поднимаясь из кресла, но секунду спустя ноги мои подкосились, и я снова оказался в нем. Напротив меня, прямо над столом, в мягком сиянии возникло прекрасное лицо. Трудно было не догадаться, кто это. Глянув на меня своими огромными черными глазами, она вежливо улыбнулась и растворилась в воздухе.
  
   Откинувшись в кресле, я сидел, словно громко пораженный.
  
   - Н-да, занятная концовка: писатель пребывает в эмоциональном нокауте после знакомства с одним из своих будущих персонажей.
  
   Вот так история. Пора бы ей и на свет появиться.
  

КОНЕЦ


 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Л.Малюдка "(не)святая"(Боевое фэнтези) Л.Свадьбина "Секретарь старшего принца 4"(Любовное фэнтези) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика) Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) И.Коняева "Академия (не)красавиц"(Любовное фэнтези) Hisuiiro "Птица счастья завтрашнего дня"(Киберпанк) А.Емельянов "Тайный паладин"(Уся (Wuxia)) В.Соколов "Мажор 2: Обезбашенный спецназ "(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"