Биталина: другие произведения.

Диверсия Эрлика

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Повесть. Жанр. Фантастика. Приключения. Юмор. Альтернативная версия событий романа "Тайна Эрлики", написанного в соавторстве с Симом Никиным. Дополненная и доработанная

  \"Диверсия Эрлика"
  Автор: Татьяна Бисс
  Пролог
  Птерозавр разжал когти над скальной террасой, и туша кистеперого сома плюхнулась прямо на кучу костей, перед носом самки. Запах, свежей рыбы всполошил пернатых дракончиков в пещерке, и они наперегонки бросились наружу. Перебираясь через край гнезда, детеныши лезли друг на друга, верещали и пихались. Длинные носы перетягивали тяжелые головы на гибких шеях вперед, и малыши валились на теплые камни животом, раскинув в стороны перепончатые крылышки. Но пока не затоптали братья, малыши шустро поднимались и ковыляли завтракать. Заботливая мать уже сидела на туше сома, сложив белоснежные крылья буквой "W". Зубами - крючьями она отрывала куски мяса и затыкала ими жадные детские рты. Голодные крики птенцов сменились довольным чавканьем, и самка быстро отхватила себе круглую голову рыбины.
  Глава семейства в трапезе не участвовал. С ночной охоты он вернулся усталый, но сытый. Птерозавр приземлился в сторонке и устроился подремать в тени гранитного козырька, чтобы набраться новых сил до заката. Наступали "мертвые" дневные часы, когда все живое прячется по норам и под листьями от изнуряющего пекла.
  Дракониха же глотала кусок за куском и поглядывала вокруг. Сородичи по соседству тоже завтракали. У подножия утеса плескались волны, сквозь бирюзовую толщу воды проглядывало морское дно с лиловыми коралловыми рифами и стайками рыбешек.
   Зной усиливался. Солнце поднималось все выше и выше над островком, который драконы выбрали для своей колонии посреди безбрежного океана.
  Увы, на суше почти не осталось скал, куда бы не добрались свирепые мраморные коты. Злопамятные твари все не могли успокоиться и мстили за погибших котят, разоряя гнездовья. Да, с одной стороны, мраморный ужас джунглей - свирепые одиночки, непокорные и не терпящие чужаков в своих владениях. Но их мало. Раз в году среди горных отрогов спариваются особи, чтоб разойтись и произвести на свет по одному детенышу. Малышами ещё будут обмениваться, чтоб с молоком впитали запах прайда, не выбрали в партнеры родню, но по первому зову рванули на помощь. И горе тем, кто посягнет на семью. Угольно-черную шкуру с нитями серебристого подшерстка не разглядеть ни темноте, ни среди отполированных ветром базальтовых и мраморных скал. Отразится от лоснящихся боков свет звезд, вспыхнут в ночи янтарные глаза, и вот смыкаются на шее птенцов острые клыки или катятся сверху на гнезда камни. Выбор небольшой: или умирай с голоду, охраняя семью, или переселяйся подальше от котов.
  Пока мать отвлеклась, дракончики затеяли драку за хвост и плавники сома. Самка опустила голову разобраться с забияками, когда над утесом скрипуче разнеслось: "К - Руххх!"
  Дракониха выплюнула кость и закрутила головой вправо, влево. Выгнув шею, она проверила узкий пляж внизу, и, наконец, воззрилась на небо. От увиденного, её выпуклые глаза выкатились из орбит, а из глотки вырвался пронзительный вопль: "Ррррух"! Мамаша соскочила с обглоданного хребта рыбы и взмахами крыльев погнала детенышей в гнездо. Маленькие обжоры недовольно заверещали и принялись щипать мамашу в бок, за что самые ретивые схлопотали родительским носом по лбу.
  Тревожный возглас заставил очнуться и главу семейства. Дракон вытянул шею. К острову приближалась странная птица, похожая на стрекозу. "Стрекоза" росла и превращалась в "синего кита" с одним крутящимся плавником на спине вместо фонтана. Глаза птерозавра налились кровью, а зубастые челюсти угрожающе защелкали.
   Ладно, мраморные коты наложили " когтистую лапу" на сушу. Хищные кашалоты гоняли драконов от рыбных косяков, но небо было и оставалось законной вотчиной летучих ящеров, никто не смел, посягнуть на неё да ещё вблизи гнездовья.
  Самец рванул вперед и с разгона едва не снес с утеса одного маленького упрямца, сбежавшего от матери. Дракончик отважно хлопал перепонками и подскакивал на месте, кудахтая: "Крюх - крюх". Отец поддел неслуха зубами за шею и швырнул в логово. А сам высоко подпрыгнул на краю террасы и распахнул, огромные, как паруса яхт, крылья. Птерозавр мотнул головой, поймал воздушную струю и устремился в небо. На помощь ему с уступов взлетели сородичи, и стая драконов ринулась навстречу врагу.
  Опасность приближалась. Ящеры обменялись гортанным клекотом и разделились, чтобы зажать наглеца в клещи. А "кашалот", словно ничего не видя, продолжал лететь прямо к островку. Драконы набрали высоту для атаки. Синяя туша "кита" уже заслонила собой солнце. До неё оставалось всего пару-тройку взмахов драконьих крыльев. Птерозавры, как по команде, раскрыли пасти и растопырили когти. Они в ярости кинулись на соперника, чтобы смять и разорвать, и с размаха врезались в невидимую стену. Таинственная сила откинула драконов назад. Стая смешалась. На первых нападающих сзади налетели отставшие. С громкими воплями клубок из крыльев, шей и когтей ударился снова о прозрачную преграду. Стена спружинила, и драконы закувыркались назад через головы. Птерозавры рассвирепели. Чудом, не ломая шеи в кульбитах над морем, они раз за разом кидались в атаку и отскакивали обратно. А "синий кит", издевательски крутил крылом на спине и спокойно летел дальше. Наконец, он миновал остров и удалился в сторону материка. Враг сбежал. Драконы проводили его победными криками, но измотанные жаркой битвой, погоню отложили и повернули домой отсыпаться.
   * * *
  
  Дети визжали, кто громче, и лезли с ногами на сиденья. Три десятка кресел с пассажирами висело прямо в воздухе, между океанскими волнами и необъятной синевой небосклона. Солнце слепило глаза, а снизу бились о защитный купол птерозавры, свирепо распахнув длинные узкие пасти с зубами - крючьями.
  Ошеломленные мамы хватали ребят их за руки и пытались удержать на месте.
  - Ой! Мама, я боюсь! Мы упадем?!
  - А он кусается?
  Папы азартно "подливали масла в огонь".
  - Смотри, смотри. Сейчас, как схватит, - тыкал под ноги один.
  - Цапнет, подбросит и поймает прямо в пасть, - добавлял другой.
  - А если не поймает?! - вопил малыш в ужасе.
  - Выкупаешься, - не терялся отец.
  Шум усиливался. Дети галдели так, что звенело в ушах. Владимир Вересов, тридцатипятилетний, глава геологов, сидел впереди - лицом к туристам. Он хлопал себе по коленке кепкой и хмурился. Хорошо, что все привязаны ремнями безопасности.
  
  
   Напротив, пожилой физик Степан Матвеевич Матюшин невозмутимо снимал на планшет береговую линию с ожерельем островов и носами мысов в лазурной воде. Казалось, седой ученый полностью поглощен делом, но вот на минуту отвлекся от гаджета и прищурился на Владимира:
  - Вересов, кепку надень - голову напечешь. Ишь, чернявый уродился, цыган в роду не было?
   Слева прыснула Машенька. Геолог покосился на жену. Супруга принялась поправлять русую косу, заколотую на затылке, но озорные искорки в бирюзовых глазах выдавали её с головой. Владимир насупился - очень весело. Мария рассмеялась. В отместку Вересов натянул ей козырек кепки на нос. Это надо же так позволить, подловить себя " на слабо". Как же он сразу не догадался, что это заговор.
  Праздного шатания по горам Вересов никогда не одобрял. Эрлика же только начинала приоткрывать свои тайны, сюрпризы ждали на каждом шагу. Тем более времени и так не хватало. На его плечи легла вся организация и координация научных исследований планеты. Географам, картографам проводников найди, за спелеологами проследи, оборудование для экспедиций закажи, и ещё сам успей с отрядом провести первичную геолоразведку в отрогах ближайшего хребта. Супруга Машенька с ним не спорила, просто устроила для семей геологов экскурсию к себе в МОНИК - Международный Океанологический Научно - Исследовательский Комплекс на морском дне. Владимир остался на берегу, сославшись на подготовку к открытию Геолого- Географического центра в Океанграде.
  Ну, а в день открытия, у фонтанов, в центре стеклянного шатра главного холла, среди витрин с редкими минералами, малыши с детской непосредственностью и выдали гостям:
  - А у тети Маши - круче.
  Мамы зашикали и поспешили одернуть ребятишек, но куда там! Оказавшись в центре внимания, дети взахлеб принялись рассказывать.
  Знаете, а там под водой целый город - улей на дне с плантациями морских растений и даже с зоопарком водяных чудищ и других страшных зверей. В " сотах" - лабораториях ученые всякие открытия делают. По стеклянным тоннелям людей паровозики из гравикаров катают. В цехах не только лекарства делают, но и конфеты, и духи. Поэтому там очень вкусно пахнет. А ещё наверху плавает искусственный остров, с бассейнами и водяными горками.
   Мария, глава отделения фармакологии МОНИК, стояла рядом и скромно молчала, только время от времени украдкой посматривала на мужа, невозмутимого, как утес.
   Зато папы - геологи разошлись не на шутку и принялись втолковывать детишкам, что здесь только небольшая выставка, а самое главное за городом, в горах, а уж в заповедниках Эрлики столько всякой живности - любой зоопарк обзавидуется. Больше всех горячился Виталий Кудрявцев - бывший десантник, он на один сезон нанялся в экспедицию рабочим, так и прописался в отряде.
  Геологам, понятно, было обидно. Конечно региональному, отраслевому учреждению трудно тягаться с крупным международным объектом, но гордиться есть чем. К торжеству за короткий срок успели собрать пусть и небольшую, но уникальную коллекцию Эрликанских драгоценных и полудрагоценных камней, восхищающих игрой света на точеных гранях. И фонтан в радужных брызгах - не простой, а минеральный - трубопровод от источника протянут.
  - Люди что угодно могут настроить, а все равно, за природой не угонишься, такое сотворит - закачаешься, - выступал Виталий.
  Детишки в долгу не остались и потребовали:
  - А вы докажите.
  И все дружно, папы, мамы, ребята, гости посмотрели на суровое начальство. Владимир кашлянул и пообещал подумать.
  К разговору вернулись в узком кругу, когда на открытой террасе, нависшей над городом, остались праздновать только свои.
  - Ну, и как кадры растить? - Бурчали папы - геологи после тоста во имя науки. - Без гор, только к рыбкам в океан. Проветрились бы немного, что мы за своими не присмотрим?
  - Так давайте в следующую субботу на природу и выберемся, не далеко, - предложила Мария на правах бывшего врача и осторожно глянула на мужа, - чего тянуть?
  - Почему сразу в следующую? - Не нашелся сразу, что возразить Владимир.
  - Потому, что Марии виднее, когда лучше всего, - влез Кудрявцев. - Хорошо тогда, на Посейдонии уговорила сводную экспедицию задержаться, в столичный аквапарк сходить. Выехали бы раньше на побережье - как раз цунами бы лагерь и накрыло.
  После этого Вересов понял, что пора сдаваться. Пока геологи дружно не начали припоминать своему руководителю: кто кого не хотел зачислять в отряд, потом брать в поход к горному озеру, и чья настойчивость, по итогу, кому - то спасла жизнь.
  Ох уж эти отрядные суеверия. Ну, совпало пару раз - бывает. Признались бы просто, что охота семьи развлечь, заодно нос детишкам утереть - поддержать отцовский авторитет.
  - Хорошо, уговорили, - вынужденно уступил Владимир, и тут же пригрозил. - Только выходим на заре, до жары. Кто не встанет - ждать не будем.
  - Отлично, - просияла супруга. - Я с заповедником договорюсь. Туда за одно заглянем.
  - Ура! - Захлопали ребятишки и заскакали. - В заповедник, в заповедник.
  Вересов вздохнул и обреченно махнул рукой - делайте, что хотите. Только, чтоб не потерялись.
  
  
  
  Салон вертолета возник так же внезапно, как и исчез. Пространство вокруг кресел пошло волнами, уплотнилось, засеребрилось. Стены с иллюминаторами, пол вновь стали видимыми. Среди туристов прокатился вздохи облегчения с удивлением. Испуг детворы сменился бурным восторгом. Самые храбрые принялись в окна махать драконам.
  - Здорово! Пап, а можно ещё?
  - А кто говорил, что на МОНИК круче? - Припомнили родители.
  Наконец, ребята сели, как положено, и принялись делиться впечатлениями. Ещё недавно в заповеднике они кидали с моста угощение ластоногим собакам, корчили через защитный экран рожицы белокожим лемурам, жалели песчаного кролика - добычу носорогой гиены, а теперь познакомились и с милыми эрликанскими птичками Рух.
  Вертолет завис над горным склоном, в стороны полетели песок и щебень. Машина аккуратно опустилась на каменистую террасу у подножия черных скал, и лопасти винтов замерли. Вересов нахлобучил кепку и первым двинулся к трапу. Он спрыгнул на землю и подал руку Марии. Горячий воздух обжег кожу. Машенька срочно раскатала рукава клетчатой рубашки такой же, как и у мужа. Следом из прохладного салона на жару повалили экскурсанты. Папы геологи помогли выбраться мамам с возбужденными детишками. И все начали мазаться солнцезащитным гелем.
  Закинув на спину рюкзак, Владимир подошел к носу вертолета и постучал кулаком по кабине. Дверь отъехала в сторону.
  - Ну, как долетели? Не укачало? - ухмыльнулся за панелью управления Павел Скоров, из - за длинного носа похожий на улыбающегося журавля. За его плечом скалился круглоголовый Виталий Кудрявцев. Ну, теперь понятно, чьи это шутки - отвел душу.
   Вересов погрозил обоим кулаком. Это же надо! Включить режим виртуального обзора с увеличением, без предупреждения, да ещё над головами беснующихся драконов. Устроили аттракцион.
  - Когда вас ждать? - поинтересовался Скоров, щурясь от солнца.
  Владимир посмотрел на туристов и пожал плечами:
  - Не раньше вечера.
  - А зачем ждать? - раздался приветливый голос подошедшей Машеньки. - Пойдемте с нами. Сжаритесь.
  - Э.., - растерялся Павел под лучистым взором женских глаз. - Так климат - контроль есть.
  - Ты Марию слушай, - хлопнул товарища по плечу Кудрявцев. - Она не ошибается, что попало, не советует. Никуда твоя вертушка не денется. Мы там такое открыли - закачаешься!
  Вертолетчик шмыгнул носом с капельками пота и взглянул на залитый солнцем каменистый склон без намека на тень, по которому уже разбрелась детвора.
   - А уговорили, - махнул он, - пошли.
  Мария улыбнулась и погладила теплый бок вертолета.
  * * *
  Из грота дыхнуло спасительной прохладой. Владимир вытер пот со лба рукавом клетчатой рубашки и оглянулся на вереницу запыхавшихся мам с чадами. Ну, разве можно просто ручей перейти, если выше водопад? А у подножия водопада заводь с цветущим кустарником по берегам? А бутоны понюхать, а побрызгаться, а заглянуть в пещерку под лианами? Правда, вредная детвора сочла купальню тесноватой - на МОНИК бассейны больше, и возмутилась, что в гроте никто из зверюг не живет, и даже подземных ходов нет. Ну, хоть водяной поток в радужном тумане брызг, срывающийся с головокружительной высоты, одобрили - и то ладно. И папы не остались в долгу, нашли отмазку: все животные от крикунов разбежались, спрятались куда подальше, выспаться спокойно до темноты - днем, по жаре, охотиться, дураков нет.
  Да, с такой публикой только по горам и лазить. Собирались же выйти пораньше, так дотянули до жары. Выбрались из джунглей в самое пекло. Если бы не мазь, на склоне не уберечься от ожогов. Да и без защитных линз глаз не спасти. Солнце на Эрлике горячее и в зените шпарит нещадно.
  Хорошо глава геологов догадался вызвать служебный вертолет - забрать туристов из заповедника. А то так бы и до вечера не добрались.
  
  - Ух, выкупаться бы сейчас, - дошёл до пещеры Матвеич. - Упарился.
  Седой физик выдохнул и пару раз щелкнул камерой. Откуда ещё такое снимешь все разом: серо - черные скалы, изумрудно-фиолетовые кроны деревьев, за ними синь океанских вод, сливающаяся с небосклоном. Вдалеке слева прорывается сквозь чащу к заливу река. Дальше по берегу белеют коробочки домов Океанограда.
  Площадка перед входом потихоньку заполнялось экскурсантами. Отцы семейств подгоняли отстающих. Запыхавшиеся дамы отдувались. Разморенные детишки с любопытством глазели по сторонам, и время от времени с опаской поглядывали на грозного дядю Володю. Вересов не удержался и подмигнул ребятам.
  Подошла и встала рядом Мария, поправила под козырьком влажную золотистую прядь, улыбнулась ободряюще. Вересов только ухмыльнулся в ответ: если уж подписался - потерпим.
  - Ну, что все в сборе? - громко спросил он у "туристов".
  - Значит так: в пещере не шумим, не кричим, идем осторожно, под ноги смотрим, - Владимир строго посмотрел на малышню, - Ясно?
  - Ясно, - раздался нестройный хор тонких голосков. Мамы дисциплинировано взяли детей за руки
  - Пошли, - Вересов кивнул и, включив фонарь, первый углубился в темное чрево горы.
  После зноя от прохлады по телу побежали мурашки, но обычной для подземелий промозглой сырости не ощущалось. Лучи фонариков в руках геологов прожекторами освещали дорогу, то и дело, заставляя сверкать черные и белые кристаллы на стенах и своде. Приглушенные ахи, охи, перешептывания нарушали тишину.
  Коридор пошел круче вниз.
  - Осторожно, не поскользнитесь, - не оборачиваясь, предупредил Владимир.
  Маша догнала его, взяла за руку, как маленькая девочка.
  - Замерзла? - Сжал тонкие пальцы супруги глава геологов.
  Впереди забрезжил свет. Мария ускорила шаг, вырвалась вперед, потянув за собой. Вот неугомонная.
  Стены тоннеля расступились. И пещера, волшебство природы, раскрыла свои объятья. И хотя её величине позавидовал бы самый огромный стадион на свете, зала без мрака и темноты лежала, как на ладони. Три широкие террасы спускались к озеру в чаше из молочно-белого минерала. В дальнем северном углу пенистым водопадом срывалась в бассейн подземная речка. Верх свода, скорее всего, рухнул при древнем катаклизме. И теперь в провале небо делилось голубизной с хрустально-чистой водой. А в середине озера тянул к солнечным лучам опаловые лепестки - кристаллы гигантский каменный цветок. От фантастического вида захватывало дух.
  - Ой! Мамочки!
  - Как красиво!
  - Здорово!
  Восторгов прибавлялось с каждой новой парой, появлявшейся из прохода. Туристы застыли на широком гранитном карнизе. Папы гордо расправили плечи. Первооткрыватель, Виталий Кудрявцев, единственный холостяк в отряде, имел вид победителя. Зеленые глаза Марии сияли.
  - А купаться можно? - затеребили дети родителей.
  - Как думаешь, можно? - подмигнул Вересов ученому-физику.
  - Вода комнатной температуры, но дистиллированная. Как бы не испачкали, - подыграл Матвеич.
  Посыпались заверения, что "мылись" и "негрязные". Пришлось разрешить.
  Все заспешили к озеру - стали спрыгивать с карниза на террасу и дальше по "гигантским ступеням" к воде. И началось водяное светопреставление. Полетели в стороны хрустальные брызги. Грот заполнился радостными визгами и смехом. Предоставив народу развлекаться, Владимир вместе с Марией отправился разбивать лагерь.
  Укладывая заранее приготовленные брикеты и дрова для костра, Владимир время от времени посматривал на барахтающуюся детвору. Ничего, вот разберутся немного с работой, и можно будет и им Машей подумать о малыше. Вересов ещё не решил, кого хочет больше: сына, чтоб лазить с ним по горам, или дочь - красавицу, как мать. На Эрлике, по - видимому, они застряли надолго. Владимир глянул на жену, вытаскивающую котелок из рюкзака. Мария улыбнулась в ответ. Довольная, опять по её вышло. И ведь никогда не спорит, голоса не повысит - мягкая сила в действии.
  Огонь медленно вгрызался в брикеты. Вверх потянулись тонкие струйки дыма. Пока руки машинально ломали и подкладывали сучья в костер, мысли геолога сами собой перенеслись на пять лет назад, на Ани - далекую планетку Курильской звездной системы.
  Ох, и злился же он тогда на всех. Мало ему было капризного нрава планеты, с непредсказуемыми грозами и землетрясениями. Так ещё и руководство поиздевалось: на простую просьбу о подменном враче, сообщило, что пришлет девушку - доцента из Новомосковска для стажировки. Столичная девица - ботаничка в диких краях вулканов и оползней, с тучами кровососущей мошкары, где в любой миг земля могла зашататься под ногами и пойти трещинами, камни и столетние деревья завалить тропы, а внезапные ливни смыть лагерь вместе с людьми! Владимир был готов рвать и метать. Но за молоденькой врачихой давали приданое - дополнительные фонды для экспедиции, пришлось, скрепя зубам согласиться потерпеть в лагере практикантку полгода. Эх, знал бы он тогда заранее, что готовит ему судьба.
   Вертолет доставил нового медика в горы в его отсутствие. Когда Вересов вернулся на базу из дневного похода, то сразу заметил оживление в отряде. Это ещё больше настроило его против стажерки и усилило желание сразу жестко поставить её на место.
  Матюшин, геофизик экспедиции, представил их друг другу около мобильного бокса медпункта.
  - Мария, - приветливо произнесла стройная девушка в комбинезоне и штормовке из защитной ткани и протянула руку.
  - Владимир Вересов, начальник отряда, - холодно представился геолог. - Извините, только из похода. Руки ещё не мыл. Полагаю, вам уже показали наш противоэпидемический блок.
  Легкий ветерок раздул завитки волос на женском лбу и висках. Мария смахнула выбившие золотистые пряди, и, склонив на бок голову, посмотрела на грубияна. Этот удивленно - недоумевающий взгляд девичьих глаз, сменившийся на задумчивый в ответ на ледяной прием, Владимир не забыл до сих пор. Ему без лишних слов поставили диагноз и принялись за лечение его же собственными методами: делать все четко по инструкции и регламенту. За необработанную вовремя порезанную ладонь - два дня карантина. Запрещено покидать пределы лагеря? По служебному контракту Мария не только врач, но и биолог с заданием собрать материал для фармакологических исследований. Отряд уходит на четыре дня в горы - врач с переносным медицинским центром обязан сопровождать экспедицию. Не поспорить и не возразить настырной девчонке, только злиться и сохранять лицо. И доказала, выручила: спасла геологов от лавины, а его самого вытащила из расщелины. А он так и не смог переломить себя и поблагодарить, пока валялся неделю в регенерирующей капсуле с переломанными ребрами, под наблюдением Машеньки. А вскоре вернулся доктор, которого подменяла Мария, и наступило время разлуки. Девушка покинула отряд так же, как прибыла. Вересов пропустил её прилет и не успел проводить.
  Казалось, все должно вернуться на круги своя, мало ли с кем сталкивает нас жизнь по работе. Но его непримиримости хватило только до возвращения на "Большую землю", где поджидало новое назначение и задание - сразу после отпуска начать формировать сводную планетарную экспедицию. Кадры требовались от океанологов до геофизиков. Владимир не любил откладывать важное в долгий ящик. Даже на дружеской вечеринке его мысли упорно крутились вокруг кандидатуры биолога. На следующее утро он уже ждал Марию в холле Института, решив не тратить время на электронную переписку
  Мария спустилась по лестницы и застыла на последней ступеньке, видно вспомнив их первую встречу. Владимир шагнул к ней и первым протянул руку. Тонкие женские пальцы коснулись мужской ладони, и по телу геолога током пробежала теплая волна, выбив из головы все мысли о работе. Он стоял и держал девушку за руку, не в силах отпустить.
  От " делового" предложения: " Я за тобой. Выходи за меня замуж", кажется, опешили оба. Мария широко раскрыла глаза. Владимир с ужасом осознал, что опять сморозил не то и все испортил. Только крайнее удивление, наверное, помешало девушке вырваться и высказать все, что она думает о самоуверенных нахалах. Маша набрала полную грудь воздуха и огорошила:
  - С собой брать будешь?
  Так в угол его ещё никогда не загоняли. В самом деле, он, что собирался посадить её дома - ждать с борщом и тапочками его визитов раз в полгода? А как же биолог в экспедицию? Пришлось срочно соглашаться, пока не передумала.
   Забавно, что условие " брать собой" поставила Маша, а когда пришло время отпустить жену из отряда, это не понравилось уже ему. Но что было делать? После двух сводных планетарных экспедиций Мария бредила изучением жизни подводного царства - пришлось уступить. Слава богу, настоящая разлука обошла стороной. Обоим нашлось, чем заняться на Эрлике. Владимиру поручили организовать геологический центр, а Машу пригласили возглавить сектор фармакологии в международном океанологическом научно - исследовательском комплексе (МОНИК). Каждый вечер на пирсе Океанограда Вересов ждал, когда супруга вернется из морских глубин домой. А по выходным они по старинке вместе уходили в горы.
  - Все на посту, Вересов? - присел рядом Матвеич, - Шёл бы с Марией поплавал
  - Успеем, - сломал Вересов ветку и кинул в огонь.
  - Не умеешь ты расслабляться, - продолжил бурчать Матюшин, - отдыхал бы. Твои, чай, за своими присмотрят.
  - А что сами не купаетесь, Степан Матвеевич? - вступила в разговор Маша.
  - Хочу к водопаду приглядеться, а потом до стока прогуляться. Пробы взять.
  - А то времени больше не будет? - подколол Вересов.
  - Это у вас молодых полно времени, а у нас стариков каждая минута на счету, - со значение пояснил седой физик.
  - На пенсию что ли собрался? - сощурился Владимир.
  - А ты не задирайся. А то расскажу Машке, как ты в неё с первого взгляда влюбился, - пригрозил Матюшин.
  Под смех жены Вересов принялся усердно мешать угли. Ну да, умудренного жизнью ученного ему провести не удалось. Не каждый день тебе в отряд присылают русских красавиц из сказок: коса до пояса, бирюзовые глаза на пол лица, осанка царевны. На Машиных плечах даже спецовка смотрелась манто. Недаром, геологи Уланову сразу между собой прозвали Марья Маревна - прекрасная королевна, а он растерялся и, как мальчишка - подросток, начал грубить.
  
  
  
  - Давай ведро, Мария, - довольный победой Матвеич обратился к Вересовой, - все равно за водой идти.
  Накупавшиеся и нагулявшие аппетит туристы стали подтягиваться к биваку.
  После обеда и отдыха народ разбрелся по соседним гротам. Вахту у костра приняли Виталий с Павлом, а Вересовы отправились купаться.
  Вода для подземного бассейна была теплой, но освежала и снимала усталость.
  Супруги наперегонки поплыли к чудо - цветку. У подножия опаловой лилии Мария высунулась из воды, как русалка, и погладила лепестки - минералы.
  - Не поранься, - предостерег её муж.
  В обратную сторону Вересов поплыл на спине, рассматривая нависшие над головой пещерные своды с лоскутом яркой небесной синевы. И в самом деле, разучился он отдыхать - из одной экспедиции в другую, с одних гор на другие, от планеты к планете. С другой стороны, а если ни к чему другому душа не лежит? Никто не заставлял, сам выбрал такую жизнь. Солнечный луч коснулся лица. Владимир прикрыл веки, расслабился, наслаждаясь мгновениями блаженного покоя. На лицо упали брызги.
  - Догоняй! - озорно крикнула Маша.
  Вересов перевернулся на живот, и, мощно загребая руками, устремился ловить проказницу - русалку. Мария увернулась. Она, смеясь, выбралась на берег первая, и принялась отжимать косу.
  На краю чаши, свесив ноги в воду, сидел Виталий Кудрявцев, загорелый коренастый, в неизменной полосатой майке и бандане.
  - Где все? - поинтересовался Владимир, доплыв до террасы.
  - По гротам курсируют, - просветил Кудрявцев, вырисовывая пальцем ноги круги на воде.
  - Не пора собираться? Можем до темноты не успеть, - обеспокоился старший геолог.
  - А, - махнул рукой Виталий, - куда торопиться? Базу в пещере заложили, консервы есть, шатры разложим, до утра протянем. Пусть ребятня развлекается.
  Вересов усмехнулся. Чувствовало его сердце, что одним днем вылазка детского сада с мамами на природу не ограничится.
  - Эй, люди! - К озеру подошел озадаченный долговязый Павел Скоров. - У меня связь не ловит!
  - Что за черт! И у меня! - ругнулся и Виталий, проверив свой ручной комп.
  Владимир напрягся и схватился за командирский водонепроницаемый коммуникатор на запястье. Контрольное нажатие кнопок ничего не дало. Молчание хранили даже спецканалы выделенной связи.
  Встревоженный Вересов подтянулся на руках и в одно мгновение оказался на берегу.
  - Собирайте народ, - приказал он Кудрявцеву и Скорову.
  Геологи вернулись с домочадцами без промедления. Папы принялись сворачивать лагерь, а мамы спешно складывать вещи. Притихшие ребятишки испуганно жались к родителям. Мария подошла к ним успокоить и приободрить.
  - Как думаешь, в чем дело? - обратился Владимир, повернувшись к Матвеичу?
  - На аварию похоже, - задумался пожилой ученый, - лучше поторапливаться.
  - Ох, не нравится мне все это, - покачал головой старший геолог. - Не забыть бы никого.
  Сборы закончились. Народ, готовый пуститься в обратный путь, столпился на нижней террасе.
  - Все на месте? Никого не потеряли? - стоявший спиной к озеру Вересов окинул взглядом туристов. - Тогда пошли.
  Он поправил лямки рюкзака и уже шагнул, когда сзади полыхнуло зеленым.
  Вопль трех десятков голосов рванул под своды пещеры. Владимир развернулся. Пальцы стоящей рядом супруги впились в ладонь.
  - Что это?! - выдохнула Маша.
  Кристаллы - лепестки опаловой лилии фосфоресцировали. Вверх от минералов устремлялись слепящие неоновые лучи и, достигая провала в своде, превращались в прозрачный зеленый купол. Пещеру заполняло сияние, исходившее от воды. Само озеро приобрело вид огромного расплавленного изумруда. Зрелище потрясало и завораживало.
  Скинув наваждение, Владимир обернулся к Матюшину. Пожилой ученый не отводил глаз от свода. Салатовые блики от воды играли на его застывшей фигуре.
  - Защитный экран, - наконец прошептал Матвеич больше себе, чем другим.
  - Степан Матвеевич, какой ещё защитный экран? - нетерпеливо привлек его внимание старший геолог.
  Физик встряхнулся, приходя в себя.
  - Судя по всему, цветок то ли отбил, то ли поглотил какое - то внешнее излучение и закрыл от него пещеру, - смог он, наконец, ответить. - Возможно, снаружи не безопасно.
  - Ясно, что ничего не ясно, - помрачнел Владимир, - не было печали.
  - Никому пещеру не покидать, - распорядился он, отпуская руку Марии.
  - Виталий, - кивнул Вересов десантнику.
  - Я с вами, - вызвался вертолетчик.
  Троица сбросила рюкзаки и, под тревожными взглядами экскурсантов, полезла по мега ступеням к выходу.
  Тоннель проскочили без приключений.
  - Стойте. Чувствуете? - остановился Кудрявцев, подняв руку.
  Снаружи доносился еле уловимый запах гари. Замедлив шаг, мужчины пробрались к выходу из подземелья и с опаской осмотрелись. Склон и джунгли купались в лучах заходящего солнца. Природа, уставшая от зноя, готовилась к вечернему отдыху. Но вдали за лесом, небо над Океаноградом закрывали черные столбы дыма.
  Морской бриз потревожил зловещие клубы, и стали заметен рой, кружащий над побережьем.
  - Птицы? - озадачился Скоров.
  - А черт его знает, - сплюнул сквозь зубы Виталий. - Главное, откуда пожары?
  Словно услышав его вопрос, рой спикировал на город, и алое пламя взметнулось ввысь. И почти в тот же миг грохнуло совсем рядом и раскатилось стократным эхом по горам. Словно само небо упало на землю и ударило мужчин по головам. За скалами вырос огненный гриб.
  - Вертолет! - закричал Павел и бросился вон из пещеры.
  - Куда? Стой! - заорал Вересов.
  Владимир с Кудрявцевым кинулись за вертолетчиком.
  Посреди террасы зияла воронка. На её краю деревянным журавлем застыл Скоров, не сводя глаз с догорающих на дне останков "железной птицы".
  - Как же это? Совсем новая, почти не летала, - бормотал он.
  - Скажи спасибо, что тебя в ней не было, - оттащил вертолетчика от ямы десантник.
  Павел ошалело посмотрел на Вересова с Кудрявцевым и уставился им за спины. Мужчины обернулись. В двух шагах переводила дыхание запыхавшаяся Мария. Её зеленые глаза были широко распахнуты, в их глубине смешались ужас и решимость, а яркости могли позавидовать кристаллы в пещере. Вересов хотел резко напомнить, что его приказ распространялся на всех, но осекся. "Она знала. Но откуда? - Вихрем пронеслось у него в голове. - Или нет. Чувствовала, поэтому так и гнала всех сюда".
  - Я - врач. Мне надо в город, к людям, скорее, - выдохнула Мария, расслабляя ворот рубашки.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава первая.
  "Срочный вызов".
  Созвездия расступились, и крейсер вошел в плотную темноту прокола. В эфире раздался щелчок, словно лопнула мембрана, и корабль всплыл уже в другой части Вселенной. Знакомые звезды подмигнули сквозь толстые стекла иллюминаторов адъютантам в приемной, но все внимание лейтенантов занимали инфо - кристаллы, светящиеся над столами. Уже несколько дней подряд адъютанты отбирали досье старших офицеров спецподразделений и гадали, чем вызвана новая блажь начальства: наградить, повысить, отправить в отставку?
   Дверь в стене бесшумно отъехала, и выпустила из каюты пожилого военного с обвисшими усами на одутловатом лице. Звезды на его адмиральских погонах сразу напомнили небесным светилам, кто здесь главный.
  - Паук! - толкнул лейтенант товарища.
  Лейтенанты поднялись и козырнули. Лупоглазый контр - адмирал Нильс Кортнер, глава разведки флота, глянул на них из - под белесых бровей, моргнул и приложил руку к фуражке.
   - Я на мостик, - бросил он на ходу и прошествовал к лифту.
  - И чего ему в этот раз не сидится? Все бродит, вынюхивает? - Буркнул адъютант, стоило двери лифта закрыться за спиной невысокого, кряжистого контр- адмирала.
  - На то и Паук, чтоб сети плести, - усмехнулся сослуживец, опускаясь в кресло.
  - Ох, кто - то и попадется, - посочувствовал товарищ и тоже присел перед инфо - кристаллом.
  Адъютант промахнулся. Паук, как величали Кортнера подчиненные, рыскал по кораблю не с инспекцией. Не для разноса он гипнотизировал паучьим взглядом встречных офицеров и рядовых, заставляя их замирать на месте и вытягиваться по струнке. Сейчас ему от них нужна только подсказка, наводка, одобрение, в конце концов, те единственные, которые одобрило бы его внутреннее чутье и совесть.
   Он и без инфо - кристаллов держал в голове послужной список лучших своих офицеров. Круг будущих смертников сужался: десять, пять, три. Но выбрать надо одного, выбрать и не промахнуться. Малейшая мелочь, зацепка могла стать решающей. В пекло должен отправиться не просто решительный и опытный, а лично преданным контр- адмиралу командир. Он должен не только понять Кортнера с полуслова, просечь, о чем не договаривает начальник, но и уловить, что ускользнуло от внимания главы разведки.
  Имя такого человека занозой сидело в мозгу Паука, но контр - адмирал все тянул с " приговором" до Базы. Шанс уцелеть вроде был, но оправдайся худшие опасения, и бремя принести черную весть близким людям ляжет на его плечи, Нильса Кортнера.
   То, что дельце предстоит не из простых, Нильс смекнул сразу, как только Борн, глава Бюро Внешней пропаганды, вызвал его лично в столицу.
   Бюро далеко не сборище одних хлипких интеллектуалов, но рисковать чужими шкурами - для них привычнее. Раз обратилось к военным, легкой прогулки ждать не приходилось, но чтобы настолько жаркой, и в голову не могло прийти. Операция больше смахивала на изощренный эксперимент: кинуть людей в раскаленную топку и подождать обратно с посылкой. И отказаться нельзя - на кону судьба всей Конфедерации, и даже больше -всего человечества.
   Соперничество между военной разведкой и контрразведкой - дело обычное. Руководители спецслужб друг друга недолюбливали, но время от времени сотрудничали. Сейчас случай выдался такой, что все амбиции и счеты поневоле отходили на второй план. Но в паутине извилин, глубоко в мозгу дергала за ниточки недоверия её величество, госпожа интуиция. Паучье чутье надоедливо перебирало лапками, назойливо щекоча нервы: "ловушка".
   Борн намекнул, что добавит в группу своего человека, и Кортнер насторожился. Уж не означало ли это, что с операции с призом только этот агент и должен вернуться?
   На такое контр- адмирал не подписывался. Угробить своих людей, цвет спецназа, чтобы все козыри достались Бюро? С Борна станется. Ну, уж нет. Контрразведка утешится ценным призом, а секретные сведения из первых рук должны попасть к нему - Нильсу Кортнеру. Как, никак, это его люди будут рисковать собой.
  В рубке тихо переговаривались офицеры. На панелях, вмонтированных в стены, плясали разноцветные огоньки, и высвечивались причудливые узоры графиков.
   Кортнер ответил на приветствия операторов - диспетчеров и прошел на мостик. Поднявшись по двум ступенькам, он встал по левую руку капитана. Чуть справа по курсу маячил сине- зеленый шарик планеты.
  - Альта, сэр, - доложил капитан и увеличил гало-проекцию на стекле.
  Морщины на лбу Паука разгладились. Милая Альта - дом родной. Все не вырваться погостить, и снова мимо. Предание утверждало, что республику основали рыцари древнего Земного ордена. И с тех давних пор именно Альта давала Конфедерации лучших офицеров, славных боевым братством.
  Кортнер провел ладонью по усам и подбородку, любуясь яркой картинкой. Знатоки уверяли, что из космоса Альта очень похожа на старушку Землю. Глава разведки снова помрачнел: остался ли кто живой на прародине человества?
  Словно вторя его мыслям, планета начала корежиться и рваными кусками расплываться по экрану. Контр - адмирал подался вперед. По изображению пробежали волна, вторая, и картинка восстановилась. Корнер очнулся и выпрямился. Рядом невозмутимый капитан крейсера убрал руки с сенсорных клавиш, устранив помехи.
   Уж не намек ли послало само провидение: чего может стоить всем его промедление? Глава разведки засопел и достал личный коммуникатор. Ответ на запрос пришел быстро. Высветившаяся надпись сомнений не оставила - от судьбы не сбежишь и мимо не пролетишь.
  - Когда максимальное сближение с планетой? - Резко спросил Паук капитана.
  - Через двенадцать часов, сэр, - доложил командир корабля.
  - Приготовьте катер, - приказал контр - адмирал, - полетит на Альту.
   Ничего больше не объясняя, Кортнер почти скатился с мостика и под удивленными взглядами офицеров заспешил вон из рубки. Да простят Рауль и Салли: он тянул до последнего, но их сыну и мужу придется прервать свой отпуск ради них всех.
  
  
  
   * * *
  
   Створки переходного шлюза крейсера раскрылись и выпустили на свободу "черного овода" - Дропшип - М, челнок для десантирования малых групп. С мостика в бортовой компьютер загрузили координаты. Навигационная система проложила курс, и автопилот нацелил острый нос бота четко на изумрудно - малахитовый шарик.
  Синий глобус в спиралях облаков рос, заполняя экран. С орбиты пришёл запрос от пограничной службы. Пилот обменялся с диспетчером позывными кодами, и получил данные для расчета тормозной импульса и траектории снижения.
  Послав на землю сигнал - предупреждение, челнок пересек орбиту и влетел в стратосферу планеты. Огненное облако окутало машину. И "плазменный вихрь" разбушевался за прозрачной броней. Торможение атмосферы заставляло автопилот гасить скорость. Наконец, бот вспорол вату облаков и понесся над манящей бирюзой океанских волн к зеленому лоскуту берега, кинутого в море. На дисплее вспыхнула надпись: расчетное время подлета десять минут. Промелькнула полоса прибоя, потянулась ниточка автострады с выстроенными вдоль неё квадратиками домов.
   * * *
   
  - Папа плохой, папа обманул Энни, папа плохой, плохой! - мячиком прыгал по мраморной террасе детский голосок. Он звонким эхом отскакивал в заросли плюща на стенах дома, заставляя дрожать хвостики малюток - корольков.
  Дед в замешательстве помалкивал: сыну, командиру элитного разведывательного спецвзвода "ИГЛА " приходилось нелегко. Но пупсу на лямках не было дела ни до майорских нашивок отца, ни до походного рюкзака на ступеньках крыльца. Уперев руки в бока, кроха шла в наступление. Бейсболка с огромным козырьком едва одерживалась на копне её огненно рыжих кудряшек.
  Папа обещал полетать вместе под куполом игродрома в Астроленде, когда девочка подрастет. Дедушка подтвердил, что в четыре года Энни станет совсем большой. Смышлёный ребенок сложил два плюс два, и требовал выполнять. Линдгрен - младший не возражал бы. Вот только День Рождения дочери в этом году справят без него. Большая вероятность: через неделю он со взводом будет за много световых лет отсюда.
  - Энни - Лен, милая, - позвал мелодичный голос с порога виллы, - подойти, пожалуйста, к маме.
  Девчушка засопела, но потопала к дверям, засунув ручонки в кармашки штанишек.
  - Энни любит тебя, только она ещё маленькая, не сердись на неё, - пропели вблизи колокольчиков, и тонкие пальчики "эльфа" в кружевном платьице коснулись руки отца.
  Майор с улыбкой оглянулся на старшую дочь - Стесси и поправил ей белокурый локон, выбившийся из - под голубые ленты: "Ромашка, моя - вся в мать".
  С пунцовыми щеками, насупившись, на террасу пришлепала Энни - Лен. Не поднимая головы в кепке, малышка протопала к отцу. Она уперлась конопатым лбом в колено майора и забубнила в штанину.
  - Я больше не буду. Прости, пожалуйста.
  Линдгрен подхватил дочь за подмышки и заглянул под козырек.
  - Папа выполнит приказ и отвезет в Астроленд. Договорились?
  Малышка всхлипнула, втянула воздух носиком - кнопкой и сорвалась в рев:
  - Не хочу в Астроленд! Не уезжай! - Обхватила она шею отца, - я больше не буду!
  Подождав, когда рыдания поутихнут, майор бережно оторвал дочь от плеча.
  - Энни, большая?
  Малышка кивнула.
  - А взрослые плачут? - вкрадчиво поинтересовался майор.
  Девчушка замотала головой из стороны в сторону.
  - Маленькая. Плакса, - подразнили с боку.
  Слезы на щеках Энни - Лен в миг высохли. Пупс грозно засопел.
  Линдгрен поставил дочь на землю, обернулся, но детской ручонки не выпустил. Шестилетние близнецы, Мики и Дэн, такие же рыжие и конопатые, как отец и сестренка, вытянулись по-военному.
  - Вольно, - Линдгрен подмигнул сыновьям. - Заступаете на боевое охранение. Задача понятна?
  - Так точно, сэр, - задрали носы мальчишки.
  Рядом смачно утерлись рукавом. Майор покосился вниз, вздохнул. Ну, что тут скажешь? Ноги на ширине плеч, свободная рука за спину - готовый сержант. Здесь не о женихе, а о военной школе думать надо.
  Ком на запястье издал резкий сигнал. Майор прочитал сообщение и, сощурившись, посмотрел за горизонт. Дети притихли.
  С кома пришел новый сигнал. Свободной руки майора коснулись пальчики Стесси, другую сжала ладошка Энни. Пауль обнял старшую на плечи
  - Позови маму, дорогая, - негромко попросил он.
  Девочка подняла на отца васильковые глаза и кивнула.
  - Энни, дай мне руку, - обратилась она к младшей сестренке, уловив движение за спиной Линдгрена, - папе надо с мамой проститься.
  Малышка выпятила нижнюю губу, сморщила конопатый носик, но под взглядами братьев провела кулачком по щеке и отпустила отца.
  Салли уже была на террасе с младенцем. Пауль шагнул к ним. Супруга поправила ему лацкан кармана на комбинезоне. Леди на Альте вопросов супругам при исполнении не задают, слезами при расставании не изводят. И не удержалась, уткнулась в грудь мужа. Линдгрен осторожно, чтоб не вредить трехмесячному малышу, прижал обоих к себе. Удивительно, как после стольких родов, жене удавалось сохранять девичий стан фарфоровой статуэтки. Свежевыбритая щека легла на мягкий шелк волос.
  "Пастушка, ты моя. Откуда только узнала?", - промелькнула мысль. В прочем кого он хотел обмануть. Даже на Альту не каждый день за человеком в отпуске присылают десантный челнок.
   
  - Все будет хорошо, - пообещал Пауль. - Не переживайте. Не в первый же раз.
   
  Салли подняла лицо: бледное, без слез, только влажный блеск в глазах, как и у Стесси. Ей нельзя волноваться. Это может плохо сказаться на малыше.
  - Ты, пискля! - завопил рядом Дэн
  - Ты чего! - присоединился Микки.
  - Энни! - воскликнула Стесси.
  - Оставить, - развернулся отец семейства. Не девочка, а тигренок.
  Близнецы с трудом освобождали носы от козырьков бейсболок, натянутых по самые уши.
  - Летит, - вывернулась кроха, ткнув пальчиком в небосклон.
  Черная точка под облаками росла и неумолимо превращалась в грозную птицу с клювом, направленным на усадьбу. Замерившие на террасе люди наблюдали за ней. Дропшип перелетел через макушки столетних дубов, на миг завис и, наконец, опустился на травяной шелк газона, расстилавшийся за бассейном.
  Линдгрен столкнулся с глазами детей, застывших в ожидании прощания. Он откашлялся, избавляясь от кома в горле. Впереди всех, конечно, Энни - Лен: кулачки сжаты, девочка борется с собой, но ресницы уже намокли. Майор опустился перед ней на колено первой, привлек к себе. Потекший нос уткнулся в шею.
  - Энни, маму любит? - спросил он на ухо дочь.
  Козырек бейсболки качнулся в знак согласия.
  - Энни же не хочет, чтоб маленький плакал?
  Козырек зашаркал по плечу отца вправо-влево.
  - Поэтому и Энни плакать не будет? - заглянул майор в глаза крохи. Получив в ответ, слабый кивок, продолжил:
  - А папа покатает на боте, когда вернется. Договорились? - вытер Линдгрен костяшками пальцев слезинки под ресничками дочери.
  - Да.
  - Умница, - Пауль поцеловал щечку с веснушками и поднялся с колен.
  Близнецы по очереди ударили по рукам с отцом. Майор взял обоих за плечи.
  - Дедушку слушаться, маму не огорчать. Вернусь, проверю. Остаетесь за мужчин. Ясно?
  - Ясно, - прониклись мальчишки.
  - А нам на боте можно будет? - уточнил Мики, смотря на отца снизу-вверх.
  - Можно, - потрепал Линдгрен сыновей за рыжие вихры.
  Последняя Стесси. Майор вгляделся в милое лицо. Только сейчас заметив бисер веснушек на тонком носике. Старшим детям всегда сложнее, чем всем остальным. Они быстрее взрослеют, с них больше спрашивают и требуют. При этом порой забывается, что и первенцам нужна поддержка и забота. Ангел мой, такой нежный и хрупкий в легком платьице, не годам серьезный и чуткий. Кто кроме, отца защитит тебя от жизненных бурь?
  - Ты поможешь маме и позаботишься о малышах и дедушке, Ромашка? - Спросил Пауль, кладя руки на плечи дочери.
  - Конечно, папа.
  Стесси встала на цыпочки и поцеловала отца в щеку.
  - Возвращайся скорее.
  - Вернусь, милая. Куда денусь? Мне же без вас никак, - улыбнулся Линдгрен и прижал девочку к себе.
  Рядом молчала Салли.
  Пауль бережно взял лицо супруги в ладони и крепко поцеловал.
  - Все будет хорошо, - повторил он, отрываясь от женских губ.
  Веки супруги дрогнули, на секунду прикрыв глаза.
  Подошла очередь отца. Мужчины обнялись. Они вдвоем без лишних слов решили, что Салли с детьми до возвращения Пауля остается в фамильном гнезде на Альте. Так и майору будет спокойней за семью в окружении родни. Дети надышатся свежим воздухом, повеселят деда. Супруга быстрее оправиться после родов и отвлечется от тревожных мыслей среди тетушек и кузин. Да и за стариком присмотрит, а то после смерти матери отец заметно сдал.
  Пауль забросил на плечо походный рюкзак и кивнул ещё раз всем сразу. Он сбежал с террасы, обогнул бассейн, и, не оборачиваясь, зашагал к боту.
  Аппарель встала на место, отрезав десантный салон от внешнего мира. Зелень лужайки, старинный особняк под сенью дубов-великанов превратились в картинку за бронестеклом. Реальность сжалась до размеров салона дропшипа. Майор поприветствовал лейтенанта за штурвалом и занял кресло рядом с ним. Пилот переключил несколько тумблеров режима управления, и, повинуясь мягкому движению штурвала, челнок покинул ложе на траве. Бот развернулся по дуге и пошел на взлет.
   За иллюминатором промелькнула белоснежная вилла, и у Пауля невольно защемило сердце. Недаром соседи называли её "Жемчужной". Полукруглое здание с башенками, соединенных арками, половинкой драгоценной раковины отражалось в бассейне. А на его фоне, на мраморных ступеньках, застыло самое главное сокровище поместья - семья Линдгренов.
  Наступит вечер. В окнах загорятся огоньки. Родные соберутся вместе, и будут думать, говорить и ждать его - Пауля Линдгрена. И будет так, пока он не вернется. И никакая сила не разрушит белоснежное чудо, не потушат свет в окнах дома. Он об этом позаботится.
   * * *
  Дропшип проткнул облака, вышел в стратосферу. Солнечный день сменился на вселенскую ночь.
  Майор откинулся в кресле и прикрыл глаза. Контр - адмирал Паук, глава разведки, во время разговора был немногословен.
  - Есть новости о галантах. Мои извинения Салли, но вынужден твой отпуск прервать, сынок. Жду на крейсере, пришлю бот. Собирайся.
  Информация, понятно, секретная, не для распространения. Но Паук - старый друг с курсантских времен хозяина поместья. Случайно ли Старый лис вышел на связь с Паулем именно через коммуникатор в кабинете отца, Рауля Линдгрена, и сделал вид, что рядом только один майор? Счел нужным предупредить?
  Пауль сосредоточился, выгребая из памяти крохи сведений о страшных пришельцах. О галантах слышали все, а кто они на самом деле, не знал никто. Инопланетяне притащились следом за экспедицией британца Верона Галанта. Сам Верон сгинул, но оставил пришельцам свое имя.
  Первой засекла галантов обсерватория на задворках Конфедерации, засекла и замолкла. Её судьба постигла ещё три обсерватории. Пришельцы двигались зигзагами, то выскакивая из подпространства, то ныряя в него вновь с интервалами в три, четыре месяца. В контакт они не вступали, на их пути просто исчезали, растворялись в космосе звездолеты, прекращалась связь с орбитальными станциями. Но расстояния притупляли чувство угрозы, пока галанты не оказались на рубежах Российской Федерации, контролирующей звездные системы Млечного Пути. Высланный на встречу флот россиян исчез по мановению волшебной палочки. Агрессор поглощал русские планеты одну за другой, и в Конфедерацию хлынул поток беженцев. Вскоре связь с Российской Федерацией прервалась раз и навсегда. Британский Союз и Конфедерация свободных планет приготовились к худшему. Но галанты неожиданно застыли в границах Млечного Пути. Свободные человеческие миры получили отсрочку, но какую длительную никто не ведал до сих пор. Все попытки разведать обстановку на захваченных планетах закончились плачевно. Ни одна из экспедиций не вернулась.
  И вот после семнадцати лет проклятые пришельцы снова напомнили о себе. Интересно: его одного выдернули с отпуска или это общий сбор? Против воли майора тревога ручейком просочилась за шиворот комбинезона и колючей змейкой скользнула по спине.
  
   * * *
  Створки переходного отсека разошлись, и челнок плавно влетел в стальное брюхо корабля. Погасив скорость, катер проплыл между рядами звездолетов до стоянки.
  - С мягкой посадкой, - поздравил мысленно себя спецназовец, выбираясь из кабины и разминая ноги.
  К боту подъехал адъютантский кар.
  - Майор Линдгрен, по приказу контр - адмирала прибыл, - отрапортовал десантник, прикладывая руку к козырьку фуражки.
  - С прибытием, майор, - поприветствовал штабной офицер, - Прошу за мной. Вас ждут.
   Контр - адмирал сидел, нахохлившись, за круглым столом: голова втянута в плечи, кончики усов почти касаются груди. Ну, настоящий паук у себя в гнезде. Глава разведки поднялся навстречу майору, и после рукопожатия предложил садиться.
  - Новости о галантах появились, - прокряхтел Конртнер, вернувшись на свое место. Он вытер платком покатый лоб, переходящий в лысину, хотя климат - контроль, вроде, работал в каюте исправно. - Придется слетать в гости.
   Устроившись в кресле напротив Нильса, Пауль положил фуражку на стол и пригладил ежик рыжих волос. И вправду, становилось жарко.
  - Об Эрлике доводилось слышать, майор? - Спросил Паук и намотал кончик уса на палец.
   Линдгрен наморщил веснушчатый лоб и задумчиво изучил звездное небо в иллюминаторе.
  - Это та, которая досталась русским после Звездного передела от Хуннской империи? Вроде, даже без воздуха, - вспомнил он.
  - Без атмосферы, пригодной для людей, - поправил Кортнер. - Русские все исправили. Климат оказался подходящий - навезли зверей с планет Земного типа и устроили заповедник.
  - Целую планету под зоопарк? - Выгнул удивленно майор бровь. - А люди?
  - Как же без всяких ботаников, зоологов? - Проворчал Паук и дотронулся до сенсорной панели, лежащей перед ним. Тут же в центре стола возникла большая голографическая модель планеты.
  - Отстроили для научных светил город на побережье, а на дне океана ещё и международных подводный центр отгрохали, - продолжил Кортнер. Он извлек из кармана мундира лазерную указку и лучом заставил на голограмме засветиться нужные объекты. - Туда и наших умников пригласили и британцев.
   Последняя фраза Линдгрена насторожила:
  - То есть, в момент нападения галантов на Эрлике находились и граждане Конфедерации? - Нахмурился он, рассматривая шарик планеты.
  - И граждане Британского Союза, - добавил Паук и опять приложил платок ко лбу. - Все они до последнего времени считались погибшими, а тут почтовую капсулу прислали. Уцелели на морском дне.
  - Отличная новость, сэр. - Отозвался майор, не отводя глаз с модели. - Они хотят, чтоб их вытащили с Эрлики?
  - Они может, и хотят, - буркнул контр - адмирал и повертел в руках указку. - Но прямой угрозы им нет. Дело в другом. К ним в океан летательный аппарат галантов свалился - неизвестная, инопланетная технология. Вот за ним ваш взвод и должен слетать, пока хозяева не очухались.
  - Галанты сейчас на Эрлике есть? - Озаботился майор.
  - Нет. И в ближайшем секторе галактики тоже их нет, раз капсула долетела, - вроде бы успокоил контр- адмирал.
  - Но могут вернуться? - Задумался командир "ИГЛЫ" и потер подбородок. Авантюра ещё та. Сунуться, не глядя, на минное поле и не взорваться.
  - Могут, - не стал отпираться глава разведки, - в любой момент. Поэтому тянуть нельзя. Риск есть, но это первый шанс за столько лет хоть, что-то узнать об этих проклятых галантах. Мы не можем его пропустить.
  - А если это ловушка? Приманка? Раньше галанты почтовые капсулы не пропускали, - заподозрил неладное майор.
  - Не исключено, но выбора нет, - оборвал Кортнер.
   Голос Паук посуровел, и Линдгрен весь обратился в слух. Контр - адмирал принялся объяснять детали и чертить зеленым огоньком маршрут по виртуальному глобусу планеты, увеличивая нужные участки суши.
  - Короче, пойти и вернуться, - закончил излагать план операции контр- адмирал и выключил указку. - Задача понятна?
  - Так точно, сэр, - отчеканил Пауль.
  Чего не понять, все просто. Твой взвод выбрасывают на орбите планеты, приземляешься, откапываешь бункер русских, изымаешь челнок, опускаешься на дно морское, забираешь с подводного комплекса артефакт инопланетян, грузишься на челнок, и уносишь ноги, желательно в комплекте с головой. И все это за спиной хозяев - галантов, пока никого нет дома. А дальше дело техники: на челноке до астероида за спрятанным пиратским внутрисистемником, на нем через прокол домой.
  Отказаться нельзя. Вопрос жизни и смерти для всех в Конфедерации, в том числе и твоих близких. Откуда известно о бункере русских, и почему летит именно "ИГЛА ", - остаётся за скобками. Если больше некому, то он, майор Линдгрен, лично займется галантами. И чем быстрее разберется, тем быстрее вернется катать "тигрят" в Астроленде.
   Разговор был закончен. Пауль взял фуражку, готовый идти знакомиться с картами Эрлики: побережья и морского дна.
  Но Паук медлил и не отпускал. Он снова вспомнил о бедном усе и принялся его крутить. Старика явно, что - то угнетало. Похоже, глава разведки знал нечто большее, чем не мог говорить. Пойди, догадайся.
  
  
  А Кортнер тем временем задумчиво рассматривал рыжую макушку командира разведчиков.
  Возмужал мальчик, копия отца: от разворота плеч до веснушек, которые ни одна щетина не могла скрыть. Контр - адмирал хорошо знал отцов Пауля и Салли, и отнюдь не только по холостяцким попойкам в бытность курсантом. Именно он подсказал товарищу, Раулю, помолвить сына с дочерью погибших военных врачей Ричелов. И теперь ему, главе разведки, приходилось отправлять своих людей в пасть смерти вслепую.
  Не нужно особых талантов сообразить, что известие с русского планетки господа из Центрального бюро внешней пропаганды могли получить от застрявшего там агента. Естественно подобная информации широко не распространяться, и выдается в дозированном виде. Его опытного разведчика разводили, как мальчишку, а он не мог вычислить подвох.
  - Вы понимаете, майор, что любые доставленные Вами сведения будут на вес золота, - прервал молчание Паук. Он в упор уставился на командира "ИГЛЫ" , словно решил пересчитать все веснушки у того на щеках.
  - И Ваш рапорт буду читать не только я, но и другие, - продолжил он с нажимом на последнем слове. - Вам в группу добавят специалиста по русским челнокам. Оставите ему в помощь одно отделение, чтоб все успели привести в порядок к вашему возвращению с артефактом.
  Линдгрен отложил фуражку в сторону. Глаза начальника и подчиненного встретились. Командира "ИГЛЫ" напрягся, плотно сжав губы. Кто может быть допущен к секретным документам кроме военной разведки? И почему это так нервирует Паука? Стоп, стоп. Уж не само ли Бюро поспешило отметиться, известные любители загребать жар чужими руками?
  Пауль осклабился по тигриному, оправдав фамильное прозвище всех Линдгренов.
  " Спасибо, старик, - мысленно поблагодарил он, - не подвел и на этот раз". Ну, теперь жди сюрпризов. Если придется делиться, значит, информатор их и специалист от них, чтоб ловчее с призом смыться. Гении. Ничего, не скажешь. Ладно, присмотрим.
  Контр - адмирал заметил, как усмехнулся и мотнул головой подчиненный.
  - Разрешите уточнить, сэр, - обратился десантник к начальству и повертел, вновь оказавшуюся в руках, фуражку.
  - Уточняйте, майор, - кивнул Паук.
  - Что с местным населением? Как с ним быть? Планета русская.
  Корнтер застыл, забыв об усе. Его выпученные глаза выкатились ещё больше, чтоб через мгновение превратиться в две щелочки с хищным блеском.
  Ну, конечно, старый ты, хрыч. Совсем галанты голову задурили. Так, просмотреть очевидное. Привык считать, что Российской Федерации уже лет, как семнадцать нет. Вручать артефакт десантникам должен какой - то докторишка Ривс. А о русских Бюро скромно умолчало. Почему? Куда они подевались, все погибли? Или контрразведку не устраивает встреча военных и местных?
  - Сориентируетесь по обстоятельствам, - сжал кулаки глава военной разведки. Ну, уж нет. Его спецназовцы мальчиками на побегушках у агентов Бюро не станут и за их грешки отвечать не будут. - Готовьтесь. До отлета Ваши полномочия будут уточнены.
  - Слушаюсь, сэр, - поднялся спецназовец из - за стола. - Разрешите идти?
  - Идите, - отпустил Кортнер офицера. - И помните, зря по суше не болтайтесь, сразу находите бункер, а потом уходите под воду.
  
  Паук обещание выполнил и лично перед стартом вручил майору приказ о назначении полномочным представителем интересов Конфедерации на Эрлике с правом требовать подчинения и содействия от всех граждан Конфедерации, застрявших на территории контролируемой галантами.
  Усталый, но бравый контр - адмирал с чистой совестью пожал руку на прощанье командиру "ИГЛЫ "и хлопнул по плечу:
  - Военные части на Эрлике русские не держали, с нашей научной братией справитесь, а местных, если будут мешать - приструните.
   
  
  Глава вторая. Взрослые и самостоятельные.
  
  Мерцание кристалла слабело, разгоняя из последних сил остатки сумрака по дальним уголкам грота. Лестница за спиной зашаталась, в такт её покачиванию обреченно заскрипели ступеньки, и заходили ходуном жерди - перила. Славка, не оборачиваясь, догадалась, - это тетя Зина Иванцова начала восхождение, провожая мужа и сына на смену.
  Забросив котомку с цветами на спину, девчонка перескочила через две перекладины, и первая вступила на гранитный карниз. Следом поднялась Мария с рюкзаком, набитым травами. Она обняла Славку за плечи, и Вересовы, мать с дочерью, вместе шагнули под каменные своды коридора, ведущего наружу. Танцующее пламя факелов на стенах галереи помогало не заплутать в темноте. Хотя Славка настолько знала здесь каждую трещину, бугорок, выступ, что могла бы пройти с завязанными глазами и не споткнуться.
  - Мам, - заканючила на всякий случай девчонка, - ну можно хоть до речки проводить?
  - А кто тебя обратно проводит? Давай не будем нарываться, - ласково шепнула Мария на ухо дочке.
  Славка насупилась. Ну, как всегда, - папины порядки: " Горы и джунгли - не место для прогулок. Женщинам и детям далеко от грота, одним, делать нечего".
  - Ну, почему в ученики техников берут только парней? Это нечестно. Я лучше их учусь, - недовольно бубнила она, проводя рукой по шероховатой стене.
  - Каждый занимается своим делом, - отозвалась мать. - На мужчинах охота и смены в МОНИК, на женщинах дом и огород, на детях - козы.
  - Ну, ты тоже работаешь в МОНИК, - жалобно заметила девчонка.
  - Слава, - упрекнула Мария, - ты же не маленькая. Все понимаешь.
   Дочь вздохнула. Разумеется, она все знала. За то, что мама согласилась посотрудничать с "земноводными", " жабы" стали давать больше лекарств нужных общине.
   Нападение галантов превратило Океаноград в пылающие руины. Из подводного центра на помощь приплыл весь российский персонал с добровольцами из иностранных ученых. Но их предали. Оставшиеся конфедераты и британцы захватили управление МОНИК. Они обрубили все связи с сушей, бросив погибать людей на берегу, включая и своих земляков. За это их, с легкой руки дяди Виталика, иначе, как "земноводными" и "жабами" не называли. Только спустя два года после катастрофы удалось договориться с ними об обмене. "Жабы" не могли справиться с починкой канализации, а людям на берегу очень не хватало медикаментов.
  Сзади донеслись приближающиеся шаги. Послышался нарочито громкий мальчишеский голос:
  - Мама, ну зачем ты опять нам эти лепешки с козлятиной с собой сунула? На МОНИК же синтезаторы еды есть. Что закажешь, то и выдаст.
  - Да, тетя Зина, - подхватил другой голос. - Особенно мороженое и шоколадный коктейль, знаете, какие вкусные получаются.
  Девчонка фыркнула про себя. Ну, ну, что - то новенькое. О летающих машинках - гравиакарах ей уже все уши прожужжали. Дружки - Генка Иванцов и Мишка Лавник никак не могли успокоиться, что свой планшет Матвеич доверял только ей - единственной девчонке в классе.
  - Так, небось, из нашего молока и гонят, - хмыкнула тётя Зина. - Недаром ведрами заказывают. Скоро козы только на экспорт доиться и будут. Или там ванны из молока принимают?
  - Пастеризуют, - важно протянул супруг Прохор, и, небось, поднял указательный палец.
  - Ну, как сыр начнут синтезировать, сообщите. Рецепт подкину, - не сдалась женщина.
  Славка хихикнула. Переговорить Иванцову в общине ещё никому не удавалось, даже балагуру Кириллычу.
  Впереди посветлело. Первые солнечные лучи косо падали на каменный пол, под аркой выхода. Снаружи донеслось похрюкивание и попискивание.
  Вересовы выбрались из пещеры и натолкнулись на охотников, которые привязывали к трем носилкам клетки с ощетинившимися крысаками - свиноподобными грызунами, пойманными для опытов.
   Мать с дочкой поздоровались с мужчинами и отошли в сторонку. Мария слегка подпрыгнула, утрясая рюкзак. Славка поежилась от легкого ветерка и утренней свежести. День только разгорался, и длинные тени деревьев почти достигали утоптанной площадки перед входом в грот - места общего сбора.
  Из темноты на свет белый вынырнули белобрысый Генка Иванцов, самый высокий парень в классе, и круглолицый крепыш Мишка Лавник. Они что - то увлечено обсуждали и делали вид, что не замечают Славку. В детстве ребята охотно играли втроем. Но с тех пор, как мальчишек стали брать на охоту и записали в техники, Генка и Мишка водиться с малявкой и девчонкой перестали. Не мужское - это дело: в грядках ковыряться и кур пасти.
  Разумеется, парни не забыли напялить на себя фирменные кепки с эмблемой МОНИК. В остальном же их свободные льняные портки и рубахи мало, чем отличались от Славкиных. В форму техники облачались полностью только на работе, а на смену старшие уходили в одежде, уцелевшей с лучших времен.
  - О, - прищурился Генка, - крысаки. Мелкие что- то сегодня. Ящерам в зоопарке на один зуб.
  - Даже на один не хватит, - важно прикинул Мишка, наморщив конопатый нос - картошкой. - Так в пасть закидают.
  Мальчишки здорово переигрывали, стараясь походить на отцов.
  - Вот в следующий раз сами и наловите, - сбил с приятелей спесь один из охотников. - А пока этих сначала дотащите.
  Славка подавилась смешком. Идти хоть и вниз по склону, но путь до океана не близкий. Парни посмурнели и притихли. Тем более под аркой нарисовались родители. Зинаида, как всегда, выглядела великолепно - пышущая здоровьем, в безразмерной рубахе из домотканого полотна и цветастом платке. Дядя Прохор, высокий, сутулый мужчина, по обыкновению, шевелил пшеничными усами, словно чесал ими длинный, острый нос. Он склонил голову на бок, прислушиваясь к степенному, коренастому Василю Лавнику, который шагал рядом. Лучшего друга мужа Иванцова иначе, как " братом - браконьером" и " грибом боровиком" не называла.
  В общине ходила байка, что в день налета галантов Прохор с Василем, работники агросектора, отправились рыбачить. Наловив редкого вида форели, они устроились на пикник в небольшой пещерке на берегу горного ручья, где и были застуканы за ухой вездесущей Зиной, ведущим зоологом и ветеринаром заповедника. Что, в целом, и спасло троим жизнь.
  Последними ко всем присоединились оператор - горбоносый, седой Тариэл Ишханович, и глава техников, неунывающий, статный Андрей Красноселов.
  - Ну, что, все в сборе? Клетки готовы? - Окинул взглядом площадку Андрей.
  - Готовы, - отозвались охотники, - топайте пока не жарко.
  
  - В колону по два становись, - пошутил Андрей и тряхнул залихвацки русым чубом.
  Он прошел вперед и вместе с Тариэлом поднял первые носилки с большой клеткой. Прохор с Василем взялись за вторые.
  - Ну, привет от меня Маракевичу, - напутствовала Иванцова мужа.
  - Чего? Этому доносчику? - Оглянулся через плечо Лавник и скривился, как от лимона.
  - Человек на посту бдит, - уперлась Зинаида, - чтоб государственное добро всякие по хатам не растащили.
  - Не позорила бы нас перед народом, Зин, - покосился на жену Прохор под смех охотников, - Мы же не для себя старались, а для дела. Дайверское снаряжение - это же вещь в хозяйстве нужная, общине от него столько пользы было бы.
  - Во - во, - поддакнула Иванцова. - Столько полезного сделали, пока год под санкциями на берегу отсиживали. В козлятнике уже пора ясли обновить и в курятнике насест поменять. Поэтому не стесняемся, по мелочам не работает.
  - Тьфу, язык без костей, - отмахнулся обиженный супруг и отвернулся от жены.
  Зинаиды фыркнула и переключилась на сына.
  Вересовы тоже стали прощаться.
  - Не скучай, одуванчик ты мой, - Мария взъерошила копну Славкиных золотистых кудряшек. - Вернусь завтра с этой сменой: у меня сложный эксперимент, наверное, задержусь. Может папа раньше меня появится.
  Славка недоверчиво покачала головой. Экспедиция за перевал - дорога не близкая, раньше следующей недели отряд отца не дождешься.
  - Тетя Маша, да вы не волнуйтесь, - встрял Генка, увертываясь от объятий Зины. - Если Слава боится темноты, она может к нам прийти. Правда, мама?
  Мишка хохотнул, оценив заботу товарища о маленьких.
  Девчонка вспыхнула и зыркнула на пацанов бирюзовыми глазами из - под густые челки. Ох, допросятся дружки - приятели у неё когда ни будь.
  Иванцов вырвался от матери, и мальчишки, смеясь, бросились к оставшимся клеткам.
  - Мам, ну поговорили с папой, - запросила Славка, передавая Марии торбу с полевыми цветами. - Ты же меня всему научила, я тебе в МОНьКе помогать буду.
  - А собирать травы на зиму, я пыхтеть ползать буду? - Расслышала её Зинаида. Она стояла в двух шагах, и, сложив руку козырьком, смотрела вслед родным.
  Девчонка покосилась из - под лобья на ведущего ветеринара, обиженно надув губы. Так точно всю жизнь на горе и просидишь, МОНИК не увидишь.
  - Видишь ты здесь нужнее, - улыбнулась Мария подавленной дочери. - Ты моя заместительница тут, пока я там. Будь умницей.
  Славка вздохнула и обняла мать. Мария поцеловала её в щеку, и, придерживая на плече сумку, поспешила пристроиться к отряду.
  Девчонка помахала ей и почесала кончик вздернутого носа. Хорошо, хоть целебные травы росли не только около пещеры.
  
  
  
  В зеркале озера мир переворачивался с головы на ноги, и пещерный свод превращался в огромную чашу с провалом прямо в космос. Слава сидела на молочно- белом берегу, свесив ноги в "пропасть", на дне которой перемигивались звезды. Затаив дыхание, она боялась пошевелиться, чтобы рябью не покорежить захватывающий мираж. На границе подлинного и призрачного чудо - цветком двоился кристалл, заставляя воду вокруг себя переливаться всеми оттенками салатового. Напитавшись за день солнечными лучами, он, как ночник у детской кроватки, заполнял теплым свечением весь грот.
  - Славка, есть хочешь? - Развеял наваждение голос тёти Зины.
  Девчонка очнулась и оглянулась. Иванцова стояла в двух шагах, как обычно, уперев руки в полные бока.
  - Нет, спасибо, - покрутила головой девочка.
  - Ну, так марш спать. Завтра рано подниму, - скомандовала Зина и, поймав свое отражение в воде, поправила цветастый платок на голове. - Дел полно.
  - Встану, - отмахнулась Славка.
  - Может ко мне спать пойдешь? - Не отставала Иванцова. - Одной то не страшно?
  Ага, только, согласись. Потом дружки - конопатый Мишка и дылда Генка насмешками замучают: "Маленькая, девчонка. Темноты испугалась". А сами начнут трындеть, как в подводном комплексе ящеров в зоопарке кормили и какие вкусняшки из синтезаторов пробовали. Несправедливо, когда в ученики техников отбирают только парней. А она, между прочим лучше их в школе учиться, и свой планшет Матвеич только ей доверяет.
  - Не страшно, - отперлась Славка и почесала носик. - Спасибо. Я лучше дома.
  Темноты Вячеслава не боялась. Это смешно, если ты выросла в пещере, играла в горных галереях, и тебе, в конце концов, не пять, а пятнадцать. Просто первый раз в жизни она осталась так долго без родителей. Без них, особенно по вечерам, было тоскливо и неуютно. Поэтому уже неделю девчонка и засиживалась допоздна на берегу, оттягивая идти спать.
  - Ну, как знаешь, - вздохнула ветеринар.
  Она постояла ещё немного рядом и, пожелав "Спокойной ночи", потопала к лестнице. Славка с улыбкой понаблюдала за ней. Ступенька прогнулась, но выдержала, когда, задрав подол рубахи, Иванцова грузно вступила на неё. Зина напоминала большую утку - маму - заботливую и беспокойную, которая уже и не знала о ком бы похлопотать, пока родные были в отлучке. Иванцова медленно поднималась, и в такт ей постанывала лестница. Наконец, запыхавшаяся ветеринар осилила последние ступеньки и скрылась из вида. Лестница на прощанье скрипнула, и все звуки разом затихли. Только журчала вода в бамбуковом водопроводе, проложенном вдоль средней - хозяйственной террасы, с верхней - жилой донесся плач младенца и мекнул в загоне козленок. Славка почесала носик. Кажется, она, и в правду, засиделась. Костры - очаги на втором уровне уже все потухли, в хижинах наверху гасли один за другим последние огоньки. Зато охрана уже разожгла сторожевые костры у ворот и на скальном выступе, врезающимся в озеро.
  Девочка поболтала ногой в теплой воде, заставив отражение звезд и кристалла закачаться на волнах. Как не жаль, но приходилось расставаться с волшебным зрелищем. Полуночница, нехотя, поднялась, раскатала штанины льняных портков и, натянув полусапожки, поплелась спать.
  
  
  
   Славка ворочалась с боку на бок под одеялом из козьих шкур - сон, как на зло, не шел. Девчонка открыла глаза. Через оконце лился зеленоватый свет, разгоняя мрак по углам тесной комнатки. Грот спал. Может, стоило все же пойти к тете Зине, чтоб в одиночку не изводить себя вопросами без ответов.
  Когда же, наконец, родные вернуться домой? Папу с отрядом, например, ждали ещё вчера. Ладно, предположим: экспедиция за перевал могла задержаться по дороге. Но мама и техники ещё неделю назад должна были вернуться на берег! Такое случилось первый раз. И главное - связь с подводным комплексом полностью прервалась. Кто - нибудь из охотников каждый день спускался к океану проверить планшет - пульт в гроте. Увы, все бесполезно. А, если планшет сломался? Отсырел? Славка беспокоилась, спрашивала взрослых, но её не слушали.
  Девчонка приподнялась на локте. Показалось ей или нет: свет кристалла мигнул изумрудным. Неужели, галанты? Нет, показалось. Славка облегченно выдохнула и опустилась на топчан. Она снова честно попыталась уснуть, но догадка об испорченном устройстве связи не шла из головы. Эх, если бы самой сбегать и проверить. Матвеич, главный ученый "маг" пещеры, - классный, но на берег никого из детей не отпускает, даже её. Папа, как только вернется, конечно, со всем разберется, но из пещеры далеко и надолго уже не сбежишь. С этим у него строго. Поэтому и мама брала с собой только, если собирала травы тут - на склоне. Но основному Славка у неё нахваталась и теперь считалась в общине "травницей", а это - уже свобода, когда никто не следит. Только до грота на берегу она ещё не добралась. А если рискнуть? Самой наведаться на таинственную пристань, где всплывают подводные катера? Пока одни мужчины в походе, другие охотятся и охраняют общину, а третьи застряли под водой. Другого раза не будет.
  Сердце в груди учащенно забилось от волнения. Стало страшно, как перед прыжком с высоты в воду. От папы точно влетит, если узнает, но можно успеть до его возвращения. Если пойти - подвести Матвеича, который остался за главного, не пойти - измучиться от неизвестности и ожидания. Тем более, если и папа ещё с отрядом задержится. А вдруг она увидит то, что другие не заметили? Надо же что - то делать! Как поступить?
  Кристалл снова сверкнул изумрудом. И девчонка поймала себя, что давно неотрывно смотрит на него. Она зажмурилась и загадала: если папа не вернется до обеда - она пойдет на берег, иначе - увы, не судьба. Сработало, сомнения отпустили. Нарушительница умиротворенно зевнула. Она получше взбила подушку и, закутавшись в одеяло, уснула.
  
  Солнце палило нещадно с небесной вышины. Ветер запутался в листве и заснул. Джунгли заманивали в тень, но только ссунься - сразу, кто-нибудь или за шиворот свалиться или за ногу схватит. Славка обошла их по краю и теперь, цепляясь на кусты и трещины, карабкалась вверх по склону. В подошвы из крысиных шкур впивались осколки базальта. Из - под ступней то и дело вывертывались мелкие камешки и прыгали по уступам вниз. Скалы дышали жаром. Из - под кепки по щекам струился пот. Выбившаяся из - под банданы челка прилипла ко лбу, и рубашка под кожанкой взмокла. Но Славка отступать не собиралась.
  Все утром она пробегала, выполняя поручения тети Зины. Нетерпение и волнение, "Успеет - не успеет, удастся - не удастся", подгоняли и не давали ни на минуту присесть. Девчонка уже и кур покормила, и загон козам почистила и траву им нарвала, и прополола грядки, а обед все не наступал. Хорошо, если бы папа скорее вернулся, но мог бы на капельку и задержаться. Нет, лучше бы вернулся, но чуть - чуть опоздал. Наконец, полуденный зной загнал общинников в грот, а отряд отца так и не прибыл. Славка по-быстрому проглотила похлебку и отпросилась собирать травы.
  - И охота по солнцу шляться? - Фыркнула тетя Зина, - Иди, только чтоб рядом и недолго.
  Славка кивнула, схватила торбу и поспешила смыться, пока не остановили. Пары часов вполне хватало обернуться туда и обратно.
  Нарушительница добралась до гребня скалы и осторожно посмотрела вниз. Между бурых валунов вилась тропинка к морю. Она то прижималась к черным утесам, то подбиралась к зеленой стене тростника, за которой катила синие воды Агидель. Речную заводь, вниз по течению, сервировали крупные красные и желтые кувшинки, прячась под сенью листьев пальмового папоротника.
  Славка сдвинула на затылок кепку, уголками косынки вытерла лицо и запихала обратно под ткань золотистые кудряшки. Солнце тут же огненными стрелами ударило в лицо и обожгло кожу. Девчонка поспешно натянула бейсболку обратно на лоб. Почудилось ей или нет: у заводи кто- то зашевелился? Девчонка протерла слезящиеся глаза и пригляделась. В реке обитало много всяких тварей. Например, гигантские кистеперые сомы, которые по ночам перебирались из протока в протоку. Но сейчас был день, и по тропинке полз не сом, а скользила тень человека. Славка замотала головой. Тень имелась, а хозяина не было. Озадаченная девчонка перебежала за камнями поближе и обмерла. Над дорожкой, преследуемые тенью, к морю маршировали кисти рук и голова в шапке из лопухов. Около выступа скалы, закрывшего тропинку от солнца, только на миг полностью нарисовалось туловище мужчины. Девчонка задохнулась. Это же надо! Одежда невидимки меняла окрас, как шкура игуаны - "Шипучки". Но откуда пожаловал гость? Общинники Кононова спускались с верховьев только по осени, когда все речные монстры уплывали зимовать в океан. Летом сплавляться по Агидели могли только сумасшедшие. И никто из охотников двух общин не мог похвастаться такой амуницией. Незнакомец не поднялся в горы, а шел на пляж. Славка напряглась. Неужели лазутчик? Конфедерат? Что он здесь вынюхивал? Только в МОНИК могла водиться такая диковинная одежда. "Земноводных", которые обманом захватили подводный комплекс, на берегу никто не ждал.
  
  
  
  
   У девчонки заныло в коленках. Пожалуй, стоило бежать - предупредить своих, а вдруг в общине не поверили бы, обсмеяли и ещё отругали? Нет, сначала лучше было проследить.
  Незнакомец шел и не оглядывался. Славка кралась за ним поверху. Теперь она ступала осторожно, чтобы не спугнуть камнепадом. Гряда из базальтовых глыб отгораживала джунгли от реки и океана, и почти доходила до скалистого мыса с пещерной пристанью. Однако дальше поворота Славка ещё не выбиралась. С угла, как на ладони, были виден весь пляж. Именно с этого места, укрывшись за валунами, она обычно высматривала маму с техниками, возвращающихся с работы на глубине. Но сейчас над пенным прибоем носились только чайки, ни тебе рыбаков, ни мальчишек, собирающих раковины моллюсков, ни охотников с клетками для обмена с МОНИК.
  Незнакомец потоптался у рыбачьего стана, заглянул на солеварню и побрел по краю прибоя к мысу. Славка не спускала глаз с движущейся тени на берегу и без колебаний повернула к гроту. Пока им было по дороге. Однако, пройдя большую часть пути, лазутчик неожиданно остановился, избавился от камуфляжа и в одних трусах кинулся в бирюзовые волны. Славка опешила: он, что решил в плавь до подводного комплекса добраться? Однако гость уплыл недалеко, вернулся и принялся нырять у рифов. Наблюдать за ним девчонке быстро надоело. Она лежала за базальтовым зубцом и злилась: ну, сколько можно купаться? У неё времени в обрез. Папа может уже вернулся. Кто - то прохлаждается, а кто - то, как рыба, на камнях запекается. В голове родилась мысль отомстить: спуститься и стащить одежду, и пусть себе барахтается. А что? Такая маскировка в лесу и на охоте пригодится, мальчишки обзавидуются. Незнакомец же точно с МОНИК. Если спокойно плещется - значит, в курсе о защитном экране, который с этих вод морских драконов и акул отпугивает. А в грот за ним, наверное, пришлют катер. Это единственное место, где можно всплыть и не бояться галантов. Проблеснула надежда: может и мама вернется?
  Размышления прервал дикий кошачий визг у мыса. Славка дернулась и прислушалась. Жалобный скулеж повторился и резко оборвался. Мысли о невидимке вылетели из головы. Словно пружина подкинула девчонку вверх. Забыв об осторожности, она вскочила и бросилась на зов.
  Мраморные коты, грозные цари джунглей, много лет покровительствовали общине. Они прогнали их этих мест носорогих гиен и боролись со свиноподобными крысаками. Тетя Зина считала таких союзников - лучшим подарком природы и предостерегала "не рассориться с ними". Разгневанные коты мстили за родичей, особенно котят, быстро и беспощадно.
  Славка спешила изо всех сил. Она хваталась за раскаленные камни, чудом не срываясь с утесов. Обливаясь потом и задыхаясь, спасательница не замечала, сколько раз ушиблась, споткнулась и едва не свернула шею. Скалы оборвались каменистой насыпью. И последние метры пришлось съехать на пятой точке - прямо к подножию гряды, которая спускалась с гор и острым мысом уходила в море. Тяжело дыша, девчонка встала на ноги и перевела дух. Где же кот? Никого не было - ни на пляже, ни на склоне, зато за валунами угадывался вход в грот. Проведя тыльной стороной руки по носу, Славка шагнула, и тут её толкнули. Кто-то тяжелый, липкий и холодный облапил её со спины, и колющие удары посыпались на ноги и бока. Как же она могла забыть?! Помяни заразу, и на те вам, пожалуйста, - шестилапая эрликанская игуана - "Шипучка", как обзывали её дети. Первое время ящерицы доставляли немало хлопот обитателям грота. Но за дело серьезно взялись мама с Матвеичем и создали порошок-антидот из высушенного яда той же игуаны. Быстрый прием его позволял отделаться потерей сознания. Небольшие мешочки снадобья теперь были у всех, уходящих далеко от дома. А когда по договору начали отлавливать животных для МОНИК, с подводного комплекса вытребовали автоматические шприцы из стеклопластмассы.
  Антидот валялся в торбе на плече, но до шприца мешали дотянуться цепкие объятия игуаны. Девчонка вертелась на месте, пытаясь сбросить ящерицу и спасти шею от её зубов. Брыкаясь, она чертыхалась на юркий тюбик-ампулу в безразмерной сумке. Хвост игуаны плетью обжигал руки. Яд уже начинал действовать: немели кончики пальцев и подгибались колени. Под весом "шипучки" Славка едва не падала. Новый толчок сзади чуть не уронил её носом в землю. Но лапы хищницы разжались, и тяжесть свалилась с плеч.
  Упав на колени, Славка ухватилась за шприц. Она скинула колпачок, и, прижав инъектор к ноге, нажала на кнопку. И только потом оглянулась.
  Позади, сжимая в руке камень, стоял незнакомый парень - лазутчик - "невидимка" в синих трусах. У ног чужака валялась тушка ящерицы. На его обнаженном торсе набухали бордовые полосы ссадин. Девчонка уставилась на него, открыла рот, чтобы крикнуть, предложить помощь. Но язык отказался ворочаться, голова закружилась и вокруг потемнело.
  
  
  Луч солнца проник сквозь густую листву и пощекотал треугольный нос котенка, ростом с тигренка. Малыш шевельнул черными ноздрями, прикрыл нос лапой и не пожелал просыпаться. Луч не отстал и пополз по морде вверх. Бархатные веки дернулись, котенок неохотно приоткрылся один янтарный глаз, потом - второй. Следом внутри пробудился кто - то колючий и потребовал молока. Детеныш зевнул, потянулся и сел. Запах родителя витал над лежбищем, но теплый бок кормильца рядом отсутствовал. Завтрак, похоже, откладывался. Старший кот ушел на охоту и не покормил. Малыш потрепал себя задней лапой и пару раз лизнул по животу. Не помогло - голодный "ежик" заскребся сильнее. Котенок призывно мяукнул, напоминая о себе. Увы, никто не откликнулся, только ветерок прошелестел листвой. Зато проснулся внутренний голос, который объявил, что пора самому идти и кого - нибудь поймать - за добычу наградят молоком или родитель, или те другие члены прайда на горе. Малыш замотал головой: ещё вчера его кормили прекрасно без всяких условий. Обиженный он снова свернулся клубком и попытался уснуть, но в желудок впилась дюжина иголок. Котенок разогнулся, согнулся, перекатился на другой бок. "Ёжик" колючим мячиком скакал в животе и царапался, инстинкт - "подсказчик" упорно выпихивал на охоту. Измученный и голодный малыш, наконец, поднялся. Он выбрался из логова между корней и, прижимая короткий хвост между лап, понуро поковылял по камням в чащу. "Мудрый голос" тут же вмешался и посоветовал идти к горам, где обитали гигантские крысаки. Но зачем бить лапы, поднимаясь вверх по склону, когда следы родителя вели вниз? Боль при ходьбе затихла, и котенок решил поступить по своему - сначала отыскать родителя, который уж точно знал, где много дичи, и, вообще, мог бы покормить и просто так.
  Котенок брел, уткнувшись носом в землю, а советчик в голове продолжал зудеть, какой малыш уже взрослый: настоящий мраморный кот - хозяин джунглей. От запаха котов прячутся в норах гигантские крысы, скуля, разбегаются носорогие гиены, уступают дорогу скалоподобные винтороги - орангутанги. Неуловимый бросок мускулистого тела, и когти-кинжалы вонзаются в бока несчастного. Оскал, и хрипит жертва разодранным горлом, застывает на траве кровавая роса. Но не только мощь и бесстрашие делают тебя царем округи. А сообразительность, интуиция, быстрота реакции и расчет.
  Котенок не спорил, лишь бы покормили. Ведомый обонянием, он шлепал вниз по склону. Ковер прелой листвы мягко пружинил под лапами, над тропой путались канаты лиан. Нос щекотал медовый аромат клематисов, малиновыми, сиреневыми гирляндами перекинутых между стволами. В уши врывался стрекот цикад и щебетание птиц. Стоило поднять голову, и в глазах начинало рябить от трепета крыльев пестрых бабочек. Изумрудный шатер из листвы и ветвей берег прохладу, но с каждым шагом дышать разогретым, влажным воздухом становилось все тяжелее. К лесным ароматам прибавился запах морских водорослей. Просветы среди листвы заполнила синева. Качнулись ветви с пунцовыми бутонами, и зеленая стена расступилась, пропустив на пляж. Солнечные лучи ударили в зрачки, заставив желтые глаза малыша превратиться в узкие щелки. Нагретые камни обожгли подушечки лап. Весь запыхавшийся котенок еле брёл по раскаленному песку. Обессилев, он присел под скалой передохнуть и вывалил розовый язычок из пасти. В животе тут же заворочался голодный "ёжик". Детеныш пискнул от боли и отчаяния. Ну, где же родитель, куда подевался?
   Котенок повел усами и оживился, учуяв слабые нотки мускуса. Вот, это удача! Недаром старший кот его брал с собой и учил охотиться. Ящерица - хамелеон парализует жертву ядом хвостовых игл. Остерегается зверье коварную ящерицу, но только не они - мраморные коты, всесильные хозяева джунглей. Яд игуаны для них безвреден, а нежное белое мясо - любимое лакомство. И мускус - не помеха. Ящерица здорово кусается, и надежно защищена панцирем из роговых пластин. Но он же - большой и сильный. За игуану точно накормят! Где же она спряталась? Неужели лезть вверх по раскаленной каменистой гряде?
   Малыш принюхался. Ветерок донес от валунов незнакомый запах. Внутренний голос прокричал: "Бежать"! Незадачливый охотник шарахнулся в сторону, поздно - бок пронзила острая боль. Котенок завизжал и вцепился зубами в тонкое жало. Боль обожгла сильней. Малыш завертелся на месте. Новое жало впилось в шею. Мраморный детеныш заскулил и затих, распластавшись на камнях.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава третья. Вечером в горах.
  В огне трещали сухие ветки. Язычки пламени весело плясали на сучьях, заставляя тени на стенах изгибаться в причудливом танце. Дымок тонкой струйкой тянулся наружу, где за порогом быстро сгущались сумерки. Хорошо успели с постоем: миновав перевал, добрались к закату до заранее примеченного грота. Ночь на Эрлике - не лучшее время для прогулок на свежем воздухе. У костра и уютней и безопасней.
  - Лошадок отпустили, - отчитался Виталий Кудрявцев, глава охотников, бросая в угол седло и присаживаясь к огню. - Отдохнут до утра.
  Владимир кивнул, делая пометки на карте при свете костра. Палийские мустанги - не люди. Им в своей "бронированной" чешуе бояться некого, а сбить с ног ударом двупалой лапы и растоптать могут любого. Ночная прохлада для них подарок.
  Бывшие геологи, а ныне охотники, доставали припасы из седельных сумок. Усатый Кириллыч обсидиановым ножом освежевал тушку, удачно подстреленного свиноподобного крысака. Он сноровисто нарезал мясо на куски и разложил запекаться его на угли. В гроте запахло жаренным, и голод сразу заурчало в животе.
  - Надо пораньше выбраться, чтоб до пекла успеть, - заметил Кудрявцев, поворошив угли. Искры золотыми мушками взлетели к своду.
  - Выберемся, если байки полночи травить не будете, - заметил Вересов, не отрываясь от записей. Экспедиция удалась. По ту сторону нашлись пригодные для пахоты земли, орошаемые горными ручьями.
  -Какие байки? - фыркнул старший охотник, - домой бы и выспаться по-человечески.
  -Эх, молодежь, -подал голос Кириллыч, раздавая мясо на лепешках народу вокруг костра, -мы в ваши годы....
  - Ну, давай начинай заливать, как стройбат с кухонными дроидами на перегонки бегал, - поддел Виталий бывшего повара инженерной части.
  Вокруг засмеялись. Кириллыч, насупившись, разгладил усы. Владимир усмехнулся - началось.
  Далекий рык донесся с низины. Люди у огня примолкли.
  - Васька что ли охотится?
  - Не. Для Васьки далековато. Родня на страже, - обменялись мнением общинники.
  Владимир поднял голову и прислушался. Эх, Васька, Васька. Забавно, в детстве Вересов всяких кошечек считал забавой для девчонок, но могучий гордый зверь умел заставить себя уважать. Однажды признав людей членами прайда, черный котяра, величиной с пещерного льва, добросовестно берег общину от лесных обидчиков.
  Оружие галантов уничтожило оборудование, поддерживающее защитные купола над секторами заповедников. Животные, свезенные с многих планет земного типа, первое время ещё ждали кормежки от человека, а потом начали бороться за выживание сами. Увы, в новых пищевых цепочках общинникам досталось не самое лучшее место. В год налета галантов людям ещё удалось собрать урожай с засеянных полей и спасти мелкую домашнюю живность, кур, коз, от хищников. Но уже зимой в кладовые пещеры пожаловали свиноподобные крысаки - огромные крысы, щетиной, костяным пятачком и клыками, напоминавшие кабанов. С одной стороны, их мясо имело вкус крольчатины и годилось в пищу. С другой, сильные и агрессивные грызуны, нападали стаей. Рваные раны от их зубов и когтей, воспаляясь и заживали с трудом. При отсутствии лекарств и регенерирующих камер это грозило заражениями крови, болезнями и новыми смертями. Только огонь отпугивал жадных грызунов. За козами к подножию гор пожаловали носорогие гиены - кровожадные ночные хищники, не гнушавшиеся падали и отбросов. Роговыми наростами они действовали, как тараном, пробивая бреши в преградах. Расслабляться не получалось, осаду от дикой фауны держать приходилось и днем, и ночью. Огненными стрелами охотникам пришлось отучать птиц рух, местную разновидность птеродактилей, залетать за легкой добычей в грот через световое отверстие.
  Зимой на снежных склонах хребта охотники заметили следы крупной кошки. Зина Иванцова, старший ветеринар заповедника, только покачала головой.
  Мраморные коты - аборигены Эрлики. Они благополучно пережили все экологические катастрофы. Возможно, в далекие времена именно природный катаклизм и превратил разбросанных на большие расстояния особей в обоеполых. Коты бесстрашно и свирепо расправлялись с любым соперником на своей территории, отстаивая титул хозяев джунглей. Ничего хорошего такое соседство людям не сулило. Спасало только, что в горы опасные хищники поднимались только зимой для спаривания, а летом гоняли живность в низине, за рекой. Но рано или поздно встреча должна была состояться, и она случилась на пятом году существования общины на горе.
  В тот раз, с МОНИК поступил заказ на дикообразного барсука. По мосту из поваленных деревьев общинники перебрались через расщелину в месте, где скалы почти соприкасались друг с другом, и углубились в горы. Ловля затянулась. Колючие несговорчивые бестии при малейшей попытке приблизиться поднимали торчком иглообразную щетину на загривке и хребте, и шустро ныряли в норы с лабиринтами подземных ходов. Гонки среди каменных глыб закончились поимкой одной крупной особи, не успевшей затащить толстый пушистый зад в тесный проход.
  Возмущенно хрюкавшего барсука осторожно запихнули в клетку, и отправились домой. Прижимаясь к скалам, отряд растянулся цепочкой на узкой тропе, вившейся лентой по краю пропасти. Авангард вырвался вперед, перебрался по стволам и углубился под сень деревьев. Едва люди перевели дух в спасительной тени, как позади, раздались визг, истеричное мяукание вперемешку с грозным рычанием. Охотники рванули обратно.
  На выступе рядом с переправой, свесив морду вниз, застыл тигроподобный угольно черный с серым подшерстком мраморный кот.
  Прячась за кустами, общинники пробрались на край расщелины.
  Внизу над потоком в сетях свисавших корней и лиан бился чёрный котёнок размером с рысь. Водяные брызги заставляли малыша смешно поджиматься лапы и короткий хвост. Ребенок истошно орал, требуя, чтобы родитель немедленного избавил его от холодного душа. В свою очередь старший сердитым рыком высказывал мнение о тех, кто лезет туда, куда не следует и не соблюдает технику безопасности на природе. Напряженно вздрагивающий короткий хвост выдавал замешательство старшего котяры: с одной стороны, родительский инстинкт требовал не бросать и спасать малыша, с другой, прыжок с отвесной скалы на торчащие из воды камни грозил смертью для него самого.
  За спиной гневного зверя, на повороте тропы застыли в растерянности отставшие носильщики и замыкающие. Кот, занятый переговорами с дитятей, их не замечал, но отвлекись он на мгновение, и ситуация могла стать плачевной. Шансы увернуться и спастись на узкой тропе от главного хищника были не велики.
  - Да, откуда их принесло?! - раздались нервные восклицания общинников.
  - С другой стороны подошли.
  - Сорвался, наверно, по неопытности. Зинка рассказывала: "Мраморные коты молодняк рано к охоте приучать начинают", - вспомнил кто-то из ребят.
  - Принесла же их нелегкая. Что будем делать?
  - Надо ему. Ей? А кто их разберет? Котенка вернуть. Может уйдет.
  - Ага, вместе, на охоту на наших.
  - В любом случае с малышом быстро не рванет.
  - Надо попробовать, - прервал спор Владимир, - давайте трос. Будете страховать. В случае чего, отвлечете кота. Молоко у кого осталось?
  Прихватив молоко, глава общины спустился по веревке на каменистую кромку у подножия скалы и без особого труда переправился через бурную, но не широкую речку.
  Заметив человека, животные дружно замолчали. Стоило Владимиру оказаться рядом, и детеныш оскалился и затравлено захрипел. Сверху слетело несколько камней. Родитель сгруппировался для прыжка. Медлить не приходилось. Вересов достал флягу с молоком, заткнул её горло платком на манер соски, и, улучив момент, сунул в пасть котёнку.
  Хотелось, надеется, что молоко во фляжке ещё не скисло, благодаря плоду местного хлебного дерева, пошедшего на изготовление молочной тары.
  Малыш от неожиданности кашлянул, мотнул головой и упоенно зачмокал, крепко обхватив всеми четырьмя лапами бутыль. Ножом из раковины гигантской мидии Вересов прошелся по растительным волокнам, и котенок вместе с фляжкой мягко плюхнулся в раскрытый рюкзак.
  Владимир затянул веревку горловины, оставив снаружи о лишь голову котёнка с пропитанным молоком кляпом во рту, и осторожно переместил ношу за плечи.
  С двух берегов напряженно наблюдали.
  Ещё с другого края обрыва Вересов приметил лесенку из крупных камней вдоль противоположной стены с небольшими выступами. План, как и любая авантюра, был прост: забраться с рюкзаком наверх, где ребенка перехватит усатая родня. Оставалось привести его в действие, пока малыш в настроении, и не возражает против способа спасения.
  Карабкаться по камням с поклажей оказалось не легко и опасно. Заплечный багаж тянул назад. Каждый неловкий шаг грозил падением с высоты и переломами рук и ног. Несколько раз мешок с живым грузом приходилось снимать, и закидывать впереди себя, перебираясь с одной опоры на другую.
  Но расчет подтвердился. Проследив, куда лезет спасатель, мраморный кот покинул пост у моста и плавно двинулся по кромке обрыва навстречу.
  Закрепившись прочнее на крупном последнем уступе, Вересов поднял голову. Сверху на расстоянии человеческой руки свесилась массивная кошачья морда с горящими желтыми глазищами.
  Владимир ослабил завязки вокруг горла малыша и поднял из последних сил рюкзак над собой. Кот нацелился, крепкие зубы вцепились в лямки туристического снаряжения. Один рывок и поклажа с котенком перелетела через край расщелины. Послышался шлепок о землю и возмущенное "В-мяу!" приземлившегося.
  Родитель освободил ребенка вместе фляжкой из переноски и за шиворот потащил на разборки в заросли.
  Люди вздохнули с облегчением.
  Но, если кто-то ожидал, что на этом спасательная эпопея и закончиться, то крупно просчитался.
  Ещё вечером в гроте после красочного рассказа охотников о героическом спасении кошачьего молодняка, Зина подозрительно спокойно уточнила:
  - Значит, подкормили котёночка?
  Утро общины началось с истошного детского мяукания на пороге пещеры. При появлении людей вчерашний знакомый отошел под сень зарослей, где продолжил вопить, царапая когтями землю и валяясь по траве.
  - Пожрать пришел, - констатировала Иванцова, - по запаху вычислил.
  Потом пояснила:
  - Мраморные коты котят совсем маленькими на охоту спроваживают. А чтоб не ленились, молоком продолжают кормить только за принесенную дичь.
  - А, что сразу на мышей не переводят? - встрял Андрей.
  - Нельзя, любое материнское молоко укрепляет иммунитет и предохраняет от болезней. Природа все предусмотрела. У мраморной малышни, пока не подрастут, пищеварение без родительского молока невозможно. Это, чтоб усерднее учились. А Вы ему вчера такой подарок преподнесли - на халяву накормили. Вот он и пожаловал.
  - И не испугался же? - удивился народ.
  - А, что ему боятся? У этих зверюг оплодотворение перекрестное, тут важно уметь родню в будущем идентифицировать, чтоб порода не вымерла. Похоже, и здесь молоко свою роль играет. Коты-партнеры время от времени котятами обмениваются, через кормление и запах генетическую память воспитывают.
  - Хочешь, сказать, он нас в родню записал? - поинтересовался Владимир, вместе со всеми наблюдавший за выкрутасами котёнка.
  - Ну, не знаю, как всех..., - протянула вредная зоолог.
  Послышались сдавленные смешки.
  - По идеи от нас всех должно одним логовом пахнуть, а значит, с животной точки зрения, мы - один прайд. Кстати, вместе с козами, молоко то их.
  Хихиканье усилилось - и это компетентное мнение не пролетело мимо ушей слушающих.
  - И, что предлагаешь делать? - спросил глава общины на фоне внезапной эпидемии покашливания в кулак.
  - Даже не знаю, - задумалась Зинка, - Не кормить - продолжит орать, родитель заявиться, долго разбираться не будет, решит, что дите обидели. Накормить- так и будет таскаться. Разве мышей научить ловить.
  За спиной прыснули.
  - В смысле? - уточнил Вересов с каменным лицом.
  - Ну, как кошка котят учит. Поймает мышку, придушит, а потом малышу играть подкидывает, - терпеливо просветила Иванцова.
  Владимир мрачно в упор уставился на зоолога. Та была совершенна серьёзна. Глава общины посмотрел на кувыркающегося гостя, которого наличие посторонней публики нисколько не смущало, потом на веселящихся соплеменников. На глаза попалась Мария. Супруга из вежливости попыталась спрятать зеленые огоньки смешинок под опущенными ресницами.
  Вересов только вздохнул: "Вот в книгах вожди всегда на коне во главе дружины, мечом и копьем крошат пачками недругов родного племени. Их бы сейчас на его место"
  - Несите ловушку с крысами, - распорядился он, сдвинув брови.
  На шоу собралось все население грота.
  Взрослые гигантские крысы давно научились ловко обходить человека стороной, но глупый жадный молодняк раз за разом попадал в расставленные силки, служа отличной наживкой для плотоядных огромных эрликанских сомов.
  Технология была отработана: на удочку с костяным крючком насаживалась рыбешка, дверца клетки приподнималась, зубастый крысеныш повисал на болтающимся перед носом рыбьем хвосте, за это время на него самого успевали накинуть петлю поперек туловища с дальнейшим использованием по назначению. Это проделали и сейчас.
   С наживкой Владимир приблизился к котенку и подкинул грызуна на бечевке тому под нос.
  Зрители примолкли. Малыш перестал скандалить и с интересом стал наблюдать, как крысак улепетывает в траву. Пришлось "игрушку" возвращать обратно на старт. Рыбный запах достиг носа котёнка, и малыш попытался обнюхать ускользающий хвост рыбы. Это не понравилось злобному грызуну, и он сдуру цапнул котенка за лапу.
  - В-МЯУ!!!- раздался возмущенный вопль укушенного.
  Расправа последовала незамедлительно и была короткой. Обиженный в лучших чувствах малыш крепко до крови прижал когтистой лапой крысака к земле, вырвал целиком рыбину, схрумкал её, отреагировал на свежий запах крови и в два приема расправился с обидчиком.
  На закрепление пошла ещё парочка грызунов. Усатый гость теперь долго не церемонился.
  Публика делала ставки. На четвертом круге юный охотник подустал, через силу доел рыбину, а "мыша" просто хорошенько придушил. Сыто рыгнул, посмотрел на учителя и выдал знакомое:
  - В-Мяу!
  - А, теперь десерт, - на манер конферансье подытожила Зина.
  Миска с молоком опустела быстро. Сытый котенок облизал розовым языком усы и лапой лениво изобразил попытку закопать пустую посуду. После чего юный герой подхватил крысу зубами, и скрылся в кустах.
  - Молодец, - похвалила зоолог, - пошел перед другим родителем отчитываться.
  Утренние визиты Васьки, как прозвали мраморного проныру общинники, продолжались ещё некоторое время. При чем общаться лесной гость нисходил исключительно только с главой "прайда" - Владимиром. Правда усвоив урок, добросовестный ученик наведывался уже не с пустыми лапами, а с добычей, размер которой увеличивался под стать росту самого охотника. А потом по осени мяукающее недоразумение исчезло. О нем стали забывать, когда весной Васька снова напомнил о себе.
  Зима в тот год выдалась суровой и, потому для некоторых представителей местной фауны ещё и голодной. Во всяком случае, впервые община на горе подверглась серьезной атаке носорогих гиен, привлеченных запахом крыс и человеческого жилья. Но грызуны сидели по норам, а зев грота широко зиял на горе.
  Гиены пошли на приступ, по обычаю, ночью. Они упрямо таранили ворота роговыми отростками на носу.
  В пещере никто не спал. Испуганно кудахтали куры и блеяли козы. Горели костры, люди готовились дать огненный отпор в случае прорыва. Собакоподобные действовали стаей, и сил им было не занимать.
   Бревна заграждения держались, но уже давали трещины, когда снаружи раздалось свирепое "Р-Мяу", поддержанное вторым похожим рычанием.
  Гиены истерично залаяли, но долбить перестали. Лай сменился визгом, хрипением, скулежом в вперемешку с боевым грозным мяуканием. Подмога в темноте, от души давала разгон лесным падальщикам.
  Как ни странно, но утром ни одной погибшей гиены у грота не оказалось, только лужи крови и клочки шерсти напоминали о ночном сражении.
  Зато на краю поляны разлегся на солнышке старый знакомый, в этот раз молча и терпеливо дожидаясь выхода хозяев. Перед ним лежали крыса величиной с кабана.
  - Вот шельма, - вновь оценила Зина, - как с псами драться, товарища привел, а за молоком один явился.
  Вересов отнес заслуженное угощение, и, наблюдая за поглощением молока зверем, забылся, и благодарно почесал героя за бархатным ухом.
  Черный котяра приостановился, повел ухом, издал короткое урчание и продолжил трапезу. Закончив, по- свойски вытер морду о колено человека, для проформы царапнул землю и отвалил в чащу.
  После произошедшего Васька больше никуда из этих мест не исчезал. Он твердо записал всю местность от грота до моря в свои лично охраняемые угодья: добросовестно регулировал численность популяции гигантских крыс-главного врага человеческих кладовых, и гонял пришлых непрошеных хищников.
   Повзрослев, кот особо людей не донимал. Дежурные визиты наносились один, два раза в месяц. Подпускал к себе кот, по-прежнему, только главу общины.
   Что, в прочем, не помешало ему самостоятельно разведать путь на берег за рыбными деликатесами, работая по старой схеме. Васька притаскивал рыбакам наживку для сомов и, положив её на видном месте, терпеливо ждал в сторонке, когда её обменяют на свеже выловленную премию.
  С годами котяра заматерел, и его потянуло общаться: теперь отобедав рыбкой, черный зверюга не уходил в лес, а пристраивался в тени скал до конца смены у людей. Солевары и рыбаки привыкли к нему и уже не обращали внимания.
  Время от времени кошачий соплеменник приводил к пещере за молочным довольствием и котят.
  - Познакомить с родней. Чтоб знали на кого лапу поднимать нельзя, - поясняла неугомонная Иванцова.
  И факт оставался фактом, неизвестно как коты с гор смогли договориться с котами из низины, но общинники из грота уже многие годы с мраморными котами жили мирно. Завидев человека, кошачья особь, как правило, издавала приветственное "Р-МЯУ" и, уступив дорогу, исчезала в зарослях.
  - "Симбиоз", - шутил Матвеич, - мы им кормовую базу из крысаков, они нам защиту от мародеров.
  - Как бы самим кормовой базой не стать, - возражали скептики.
  - Не должны, - вступалась за зверье Зина, - у мраморных котов генетически память железная, если сами всё не испортим.
  Собственно, поэтому и пришлось отправляться за перевал искать новые угодья. Плодородной земли на побережье всегда было в обрез. Община росла. Урожаев с полей и огородов на террасах начинало не хватать. Вырубка же лесов грозила рассорить с котами, крайне чувствительных к нарушению границ своих владений, после чего любое земледелие в этих местах становилось более чем рискованным. На место обиженных единоличников-котов могли прийти стаи пусть не столь крупных, но кровожадных и свирепых разбойников, способных задавить людей массой. Коты же свою защитную миссию выполняли честно, и только они могли преградить путь носорогим гиенам и прочим хищным тварям на ту сторону перевала.
  
   От Васьки мысли Владимира перетекли к родному очагу, к Славке с Марией. Как они там?
  Привычка -вторая натура. Отряд должен был вернуться из экспедиции за хребет раньше. Не устояли, провели небольшую геологоразведку. Залежи графита - это хорошо, а от железной руды, увы, толку мало. Жизнь и галанты заставили обходиться без металлов, использовать только дерево, камни, раковины и кости вне родной пещеры.
   От жены мысли перекинулись к МОНИК. Дыхнуло сквозняком. Холодный воздух забрался под кожанку и заставил поежиться. Ночную тишину разорвало близкое карканье птицы рух.
  Глава общины очнулся от взрыва хохота. Над рубиновыми углями танцевал слабый огонек. Кирилыч, щурясь по кошачьи, прятал улыбку в усы. Виталий сидел нахохлившись. Все ясно: бывалому повару в очередной раз удалось переговорить десантника.
  - Ну, хватит базарить. Вставать рано, - прервал веселье у костра Владимир. - Виталий назначь дежурных у костра, остальным спать.
  
      
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава четвертая. Тревожное утро или "Вот мы и дома".
      
     Небо над кратером светлело, темнота сменялась предрассветной мглой, и зеленое свечение кристалла блекло. Над озером стлался дымок от затухающих сторожевых костров, но никто из ночных дежурных не спешил домой отсыпаться.
  Несмотря на ранний час, община гудела, как растревоженный улей. На нижней террасе толпились охотники, между ними сновали женщины, торопливо раздавая кружки с молоком и лепешки с копченой козлятиной.
  Едва забрезжил рассвет, Матвеич тоже был на ногах. Да и о каком сне могла идти речь после случившегося.
   "Вот и поруководил, старый пень, - терзал себя седой ученый, оставленный Владимиром вместо себя, - что родителям скажешь? " Предположим, техники вместе с Марией застряли на МОНИК не по его вине, но пропажа Славки - целиком его промах. Казалось бы, чего проще: после задержки техников в подводном комплексе и отказа конфедератов выходить на связь, установи наблюдение за пляжем, людям запрети без нужды покидать горный склон, особенно детям. Надо было не спускать с девчонки глаз, а не потакать её вылазкам на природу. И что, по надеялся на котов?
  Вечером, за ужином, переполох подняла Зинаида, не найдя Славку ни у костров, ни в хижине, ни на берегу озера. Хватаясь за сердце, она вспомнила, что ещё в обед отпустила девочку собирать травы и с тех пор её никто не видел. Быстро поев, общинники при свете факелов обыскали все доступные уголки грота, громко зовя пропавшую. Увы, голоса людей потонули в эхе галерей без ответного отклика.
  В рубахе мокрой от пота, осипшая от крика Иванцова потребовала немедленно открыть ворота, чтобы искать Славку на склоне. Пыхтя, как локомотив под парами, она грудью вперед пошла на таран охраны. Хорошо с микрошприцом подоспел Милош Новак - единственный из врачей - конфедератов, уцелевший на берегу, и вколол сзади ей в плечо дозу успокоительного. Ветеринар резко отмахнулась и едва не смела интеллигентного диетолога с карниза - хорошо он успел отскочить в сторону. Здесь силы оставили женщину, и Зинаида грузно осела на валун с выпученными глазами, забирая ртом воздух, как рыба. Но отконвоировать себя в хижину, она позволила только после того как, в нарушение всех правил, с десяток общинников с факелами покинули грот. Матвеич велел им дальше террас с огородами не ходить и строго запретил соваться в чернильный мрак ущелий и сумрачные дебри джунглей с ночными охотниками.
  Увы, спасатели вернулись ни с чем, и поиски Славки отложили до рассвета.
     Утром для прочесывания местности мужчины собирались быстро, не тратя времени на лишние разговоры. Небольшая группа отправилась на берег в очередной раз связаться с МОНИК.
  Грот оглушил людей, леденившими кровь, воплями Васьки, похоже готового без разбору разорвать на кусочки любого. Посланцы связываться с взбешенным котом не рискнули и вернулись за советом в пещеру. Вокруг них на нижней террасе тут же собрался народ.
     - Тьфу ты, только этого не хватало, - всплеснула руками Зина, протолкнувшись сквозь толпу женщин и детей, - уверены, что это Васька?
     - Да, мы как-то уточнять не стали. Слышала бы, как он вопит, - возмутились следопыты.
     - Один? - Не отставала Иванцова.
     - Вроде, по голосу - один.
     - Будь чужой, наш бы точно уже на разборку явился, - озаботилась ветеринар, поправив наспех повязанный платок, - вообще-то коты - не любители по пещерам отсиживаться, если только. ..
    Иванцова запнулась, выгнув бровь, и медленно обвела всех мрачным взглядом.
     - Васька недавно с котенком угощаться приходил. Не случилось бы с ним, что.
     - Думаешь, конфедераты? - уловил мысль Зины Матвеич, заражаясь её беспокойством в довесок к своей тревоге.
     - Они несколько раз мраморный молодняк заказывали, -  припомнили охотники, - злились, что мы не выполняем.
     - Местность вокруг подводного грота осмотрели? - жестко спросил у следопытов Матюшин.
     - У входа вроде ничего нет, - неуверенно оправдались мужчины.
     - А вверх по гряде? - Сердито насел Матвеич.
     - Не успели ещё, - повинились посланцы.
     Немедленно все поисковики отправились обратно к морю, чтобы обшарить прибрежную полосу.
    На берегу люди разделились: одна часть осталась обследовать пляж и устье реки, другая отправилась к мысу. На хорошо утоптанном клочке у входа береговой пещеры ничего толком обнаружить не удалось. Внимательно осмотрев каждый камень, каждую ветку, следопыты полезли наверх по склону.
  - Смотрите! - Окликнул всех один из охотников, указывая на примятую траву, пробивавшуюся сквозь камни.
     - Линька котенка, - определил Пашка Скоров, присев над былинками, за которые зацепились клочки серо- черного пуха.
   - А это Васькины отметины, - провел он пальцами по царапинам взрослых кошачьих лап, глубоко пропахавшим землю, - кажется, здорово нервничал.
     Все переглянулись и помрачнели. Опасения Зины начинали подтверждаться.
     - Что ж он так за малышней не досмотрел? - Гневно упрекнули кота.
     - Главное, почему родитель сейчас в гроте? - Поправил Пашка, поднимаясь во весь рост.
     - Может котенок в пещеру из любопытства забрался, а там и в воду сорвался? - Раздались предположения.
     - Может, может, - передразнил Скоров соплеменников, - пошли дальше.
     Следующей охотники нашли крупную шипастую игуану с проломленной головой. Булыжник с запекшейся кровью, валялся рядом. Сдвинутые камни подсказали следопытам, что в здесь кого - то волокли или несли.
  На песке что - то сверкнуло. Пашка нагнулся и подобрал колпачок от микрошприца. Версий никто выдвигать не стал, единственное решение напрашивалось, само собой. Если в пещере никто за сутки не жаловался на "шипучку". Это могла быть только Славка. Следопыты продолжили осматривать гряду. Насыпь хранила следы быстрого спуска: кто-то скользил, и пытаясь тормозить, без разбору цеплялся за ветви кустарника.
     Солнце поднималось все выше на лазурном небосводе. Покинув тенистые заросли, следопыты вскарабкались на скальный склон. Влажная духота джунглей сменилась жарким воздухом от нагретых камней. Сразу захотелось пить. Чем ближе к повороту, тем меньше оставалось сомнений: кто-то здесь недавно лез, держа путь к мысу.
     - Точно Славка, - уже не сомневались охотники, - вот, партизан. Глаза отвела, а сама пляж по верху обошла.
    - И, что её сюда понесло?
     - Да, понятно, что. Мать пошла встречать.
     - Игуана больно здоровая, и как она её не заметила?
     -Торопилась видно, увидела или услышала что-то. Не просто же так Васька в пещере засел.
     - Стоп, - тормознул всех вдруг Пашка Скоров, - "шипучка " нападает только со спины, так?
     - Так, - согласились с ним товарищи.
     - То есть по любому кто-то третий имелся, - принялся рассуждать вслух следопыт.
     - Понятно, имелся, - поддержали его, - самой девчонке не в жизнь не справиться. Череп у ящерицы мощный, дай бог. Просто так его одним ударом не проломишь. Здесь крепкая рука нужна. И тащили вроде двоих.
     - Может кто-то из конфедератов вступился? - прозвучали новые догадки, - сам царапину получил, Славку вместе с ним и прихватили.
     - А Славку зачем?
     - Как свидетельницу.
     - Чего? Зачем они вообще на берег выбрались? - попытался сообразить долговязый Пашка.
     - За мраморными котами, - пошутили в группе.
     Скоров отыскал глазами шутника.
     - Поэтому наших ребят с МОНИК не выпускают и на связь не выходят? - Зло поинтересовался он. - Что же там у этих сволочей - земноводных происходит!
     Ответа ни у кого не нашлось.
    
    Пройдя по всей гряде, охотники добрались до подножия горы и поднялись к пещере. На поляне перед родным гротом топтались расседланные мустанги.
     - Наши вернулись, - обрадовались следопыты и заспешили в чрево горы. Хорошо, когда перед лицом неизвестной опасности твои товарищи снова рядом с тобой.
     Своды пещерной залы заполнял гул возбужденных людских голосов.
    Прибывшие и дождавшиеся делились новостями. Скоров с ребятами протолкнулся к Владимиру, стоявшему на террасе в окружении правления и общинников. Члены первой группы, оставленной на берегу, были уже здесь.
  Пашку Вересов выслушал молча, не перебивая. Только пульсирующая жилка на виске сейчас выдавала его состояние. По всему выходило, что предоставленная сама себе, дочь без подруг и товарищей, неприкаянной болталась, где угодно.
     - Да какие друзья, - только махнул с горечью Матвеич,- у девиц уже дети, а парни с охотниками таскаются.
     Владимир видел, как общинникам неудобно перед ним, и они виновато отводят глаза, встречаясь с ним взглядом. С другой стороны, Славка уже не маленькая, и вполне способна отвечать за свои поступки. И он тоже хорош, воспитывать воспитывал, но даже не знал, чем живет ребенок. Забыл чья она дочь! Вот и получил главную нарушительницу спокойствия. Лучше бы он взял её с собой. Пусть только найдется! Из грота больше не выйдет!
    
  
  По окончании доклада Скорова о следах на гряде, Вересов кивнул тем, кто обследовал пляж:
      - Расскажите им.
     - Связка бревен от плота и след армейского ботинка на берегу, от реки к мысу шел, - сжато ввели в курс дела Пашку.
     Носатый Скоров только присвистнул:
     - Дела...Вот тебе и удар поставленный. Ничего не перепутали? Плоты у Кононова могло и просто унести.
     - Много видал, чтоб наши мокасины гальку каблуками выворачивали? - возразил Матвеич, - лично я у ребят Кононова берц не замечал. Если к нам шел, почему в горы не поднялся?
    
  Владимир потер пальцами лоб: "Вот и отдохнули у родного очага". Похоже, жизненный поток, сделав крутой поворот, вынес их общину на очередную стремнину с кучей подводных камней. Первым его порывом было немедленно отправляться к океану и самому все осмотреть. Но люди, намотавшись по жаре, устали. Всем требовалась передохнуть. Необходимо было взять себя в руки, набраться терпения и хорошенько все обдумать. МОНИК - его проклятие, снова ударил в спину. И если по началу скрытую неприязнь к подводному центру можно ещё можно было списать на тайную ревность к новой работе Марии. То после катастрофы МОНИК превратился в гнездо измены и подлости. Захватившие власть самозванцы бросили погибать на берегу даже коллег - сограждан.
  Но справиться с техническим обслуживанием комплекса Ривсу с компанией оказалось не по зубам. Спустя два года после катастрофы из океанских глубин выплыл дайвер Вадим Маракевич, единственный русский прижившийся на МОНИК при новых хозяевах. Через него самозваные руководители МОНИК выразили желание получать с берега животных для опытов и пользоваться услугами русских техников в обмен на лекарства с пищевыми добавками.
  Из - за предложения в гроте разгорелся спор. Виталий требовал подождать пока "жабы" в своих отбросах не захлебнутся. Зинка возмутилась новому способу для мужиков отлынить от домашних работ. Как ни странно, за сделку с конфедератами высказались Матвеич с Марией. Заслуженный физик настаивал, что МОНИК остается российской собственностью, и община обязана позаботиться о нем хотя бы в память о погибших. Маша не считала возможным ждать и расплачиваться жизнью и здоровьем людей в пещере, в том числе не привитых новорожденных. В конце концов порешили: согласиться, но список медикаментов выдать свой. Десантник кое как примирился с мыслью, что за гадами лучше приглядывать в "аквариуме" и не дать им расползтись по берегу. Пришлось на всякий случай остудить горячие головы, запретив самодеятельность в тылу врага. Делать ставку на глупость Ривса с компанией не стоило.
  На переговоры отправился лично Владимир и чуть не сорвал их из-за высокомерия конфедератов. С МОНИК, похоже, явились не договариваться, а приказывать русским рабам. В какой - то момент до него дошло: этим волю только дай - и младенцев на опыты потребуют. И сгоряча, поставил самозванцев на место. Он всунул им список медикаментов и дал на размышление двадцать четыре часа.
  А потом была ночь, самая ужасная в жизни Вересова. "Примут или не примут?", - казнил он себя. На кону была жизнь, доверившихся ему людей, включая их с Марией будущего ребенка. Но "жабы" не выдержали и сдались. Судя по легкому запаху канализации от посланцев на вечерней встрече, сутки на МОНИК тоже выдались неспокойные.
  
     - Дней семь, говорите, уже нет наших? - вернулся к действительности глава общины, - а сколько дней на плотах с верховьев до нас спускаться?
     - Дней пять - семь, - пожал плечами Кудрявцев.
     - Десант? Разведка? - начал строить догадки Матюшин. - Их с МОНИК встречали, а Славка с котенком случайно попались?
     - Ага, Славка, как свидетельница, а котенок на сувениры пошел, - в нервах сплюнул Виталий.
     - Возможно, - согласился Вересов. Из-за необъяснимого колобка из солдат, ребят и котят голова шла кругом, - Галантов давно уже не видно, к конфедератам свои могли и прорваться. Ребята Кононова, возможно, рискнули и к нам на плоту с сообщением плыли, только их опередили.
     Все невольно примолкли.
     В поле зрения Владимира попала внимательно прислушивающаяся Иванцова. Вересов под час сам удивлялся: почему неугомонная ветеринар до сих пор не член правления. Насколько он помнил ни одно собрание не проходило без её активного участия. Языкастая зоолог отлично справлялась с ролью гласа народа. Но сейчас её обеспокоенность имела вескую причину: оба Иванцова, отец и сын, застряли в подводном комплексе.
     - Как думаешь, Зина, с котом ещё можно договориться? - обратился Вересов к женщине.
   Круглолицая Иванцова, задумавшись, надула щеки:
     - За котенка он любого порвет. Но, если Васька ещё там, а не здесь, то мы вроде у него пока ещё не в подозрении. Молоко возьмите, может по старой памяти и сработает.
    - Стрелы с усыпляющим для верности прихватим, как для ловли - вставил Кудрявцев.
     - Хорошо, - согласился Владимир, нахмурившись.
  По совести, говоря, Васька ни в чем перед общиной не провинился. Обидно и нелепо было лишаться такого союзника по чужой прихоти.
     - Отправь смену разведчиков на берег, - велел глава общины Виталию, - пусть никуда сами не лезут, но немедленно обо всем докладывают. Остальным отдыхать, сбор через три часа.
    
     Солнце перевалило уже за вторую половину дня, когда отряд охотников с Владимиром наконец то добрался до прибрежной пещеры. Сначала наведались к месту, где на песке, перемешанной с речным илом, ещё сохранялись отметины от чужого башмака. Если следы ещё и были, то галька и морской прибой не оставили им шанс уцелеть. Более плотно обследовать берег реки решили на обратном пути.
     Прежде, чем войти первым в грот, Владимир напомнил ещё раз:
     - Заходите за мной. Спокойно, без суеты. Пока отвлекаю кота, добираетесь до планшета.
     - Похоже тихо. Может ушел, - прислушался Виталий.
     - Сейчас увидим.
  Общинники спустились по наклонному проходу в толще скалы, и пламя факелов заиграло кровавыми всполохами на гранитных сводах пещеры. Сразу запахло сыростью и водорослями. В дальнем углу, где морская бездна смыкалась с каменным потолком, царила кромешная тьма. Вересов прошел вперед - к багровой воде. Стоило ему глянуть вниз, и тишину разорвал рев взбешенного зверя. Пламя заколыхалось. На стенах задергались тени. И на миг показалось, что от рыка вздрогнули своды.
   Под обрывом, во мраке вспыхнули янтарные зрачки кошачьих глаз. Вересов поднял повыше огонь. Громадный кот притаился у самой воды, в боевой стойке. Он весь поджался, готовясь к прыжку. Вздыбилась шерсть на загривке и свирепо оскалилась кроваво красная пасть, взгляд лазером прожигал насквозь. Глава общины застыл на месте, сжав в руке факел. За его спиной в грот тихо входили охотники. Васька, похоже наконец, учуял кто перед ним. Хвост перестал дрожать, шерсть улеглась. Кот обратил массивную морду в сторону морской бездны, и людей оглушил надрывающий душу вой смертельно раннего зверя.
     - Понимаю, друг, - сглотнул застрявший в горле ком Владимир, - и у тебя тоже украли.
     Взгляды зверя и человека встретились. Васька смотрел пристально, не мигая. Вересов передал огонь Скорову, и сняв со спины рюкзак, достал бадью и молоко.
     - На, иди, поешь что ли. Оголодал небось на посту, - он старался говорить, как можно, спокойнее, краем глаза следя за Кудрявцевым.
     Зверь мгновение колебался, потом одним прыжком очутился на скале. Владимир отступил и осторожно поставил на землю миску с молоком. Кот прижал уши к голове и понуро поплелся к бадье.
     Стараясь не упускать лакающего Ваську из вида, Владимир бросил взгляд на Виталия у планшета. Тот отрицательно покачал головой. Вересов кивнул десантнику в сторону выхода и шагнул назад.
     - Пошли. Пусть дальше караулит, - тихо обратился он к охотникам, застывшим в напряженном ожидании.
     - Ничего нет. Молчат жабы, - отрапортовал Кудрявцев по дороге наверх.
     - Сообщение отправить успел? - спросил его Вересов.
     - Успел. А что толку? Что делать будем?
     - Глянем, что там около гряды обнаружили, - уклонился от прямого ответа Владимир.
     На самом деле ему необходимо было все ещё раз обдумать, прежде чем принимать решение. Вроде бы существует железное правило: хочешь понять логику противника, поставь себя на его место. Это сейчас глава общины и пытался сделать, усилием воли, чтобы не запаниковать, глуша страхи за дочь и жену. Предположим, догадка о подмоге из вне засевшим на МОНИК верна, и объясняет неожиданную задержку техников со смены. Хотя не логичнее было бы всех сразу выпроводить домой? Нужны заложники? Почему тогда молчит связь, не выдвигаются никакие требования? Тянут время? Зачем? Неужели не ясно, что любая проволочка сейчас сводит на нет эффект неожиданности и настораживает людей на суше? Ждут подкрепления, а пока затаились? Или он накручивает себя? Но уж лучше перестраховаться: оставить наблюдателей и заняться подготовкой к эвакуации общины. Есть несколько подземных ходов на ту сторону горы. Но, что дальше? Там нет ни чудо - грота ни резервной базы. А вот это уже - его промах. Надо было раньше думать. А ещё Славка! О том, что она его дочь знать не могли. Да, какая разница! В общине чужих нет. Одной Марии в заложницах более, чем достаточно для шантажа. Будь его воля, жена никогда бы не вернулась к работе под водой. Но община выросла, раз в год с верховьев приплывали люди Кононова. Лекарств на всех стало не хватать, и Мария согласилась на предложение конфедератов ради увеличения поставок. И все же. Не дай бог, что! Какой удар для Маши! Господи, только бы нашлась Славка! Выдерет, запрет, никуда от себя не отпустит.
     С такими мыслями Вересов не заметил, как почти выбрался наружу, до дневного света оставалось пара шагов, когда сзади из грота раздался на грани истерики призывной вопль кота. На мгновение люди в проходе застыли, а потом не сговариваясь, бросились обратно.
  
  
  
  
  
  
  
  Глава пятая. Десантирование.
  Черное небо сливалось с темной бездной океана. Мерцанию ярких звезд вторило отражение, мигающее на волнах. Фигурки на парапланах казались жалкими мушками внутри гигантской иллюзорной сферы. Отличный момент для человека осознать свое ничтожество перед величием природы.
  Но майору было не до философии. Возможно, у его бойцов сейчас и замирало сердце на высоте, но только он знал насколько близок край пропасти. Офицер не спускал глаз с виртуальной картинки на забрале, стараясь контролировать, как можно больший, сектор неба. Сердце метрономом отсчитывало в груди секунды, заставляя пульс молоточком стучать в висках. Линдгрен не знал, может ли мрак утаить десантников от пришельцев, но дневном свете точно делал из их мишени в тире.
  На изображении отмечались очертания острова и двадцать точек малых разведывательных роботов, парящих на крыльях ранцевых парапланов. Русских военных стоило поблагодарить за предусмотрительность. Свои одноразовые аппараты спецназовцы бросили при высадке, и снаряжение законсервированного бункера пришлось кстати.
  Транспортник выкинул "ИГЛУ" на орбите планеты и отвалил к генератору прокола. Главное, чтоб там его не поджидали галанты, иначе и спецвзводу не вернуться.
  Свой норов Эрлика показала сразу, направив встречать десантников стаю летающих монстров с пятиметровыми крыльями. И, как результат, взвод ещё не вступил на землю, а одного бойца уже потерял. Рядового из недавнего пополнения сильным порывом ветра отнесло в сторону, где на параплан с роботом накинулись местные пернатые. Мальчишка не смог отбить нападение, и его машина рухнула с километровой высоты в джунгли без шанса на спасение. Все-таки "ИГЛА" не та часть, куда должны попадать зеленые, по меркам спецвзвода, новички по протекции даже крупных чинов.
  Неписанные правила возникают не на пустом месте. Несмотря на жесткий экзамен, троих прибывших юнцов майор на эту операцию не взял, если бы не категоричный приказ "отправляться полным составом". Спорить со штабными крысами, лепящими, не думая, стандартные формулировки, времени не было. Но Пауль дал себе слово разобраться с ними, когда вернется.
  Джунгли тоже не обошли гостей вниманием. Двадцатиметровые питоны и гигантские ящеры приняли десантников то ли за добычу, то ли за соперников. О том, что русские использовали планету, как заповедник, майора предупредили заранее. Но отдавать её на откуп мерзким тварям! Подобные фантазии в голове Линдгрена не укладывались. Пришлось распорядиться открывать огонь на поражение по любой движущейся цели, превышающей рост человека.
  Но самый большой сюрприз ждал военных уже на подступах к бункеру. Конечно, полоумный старик, абориген, угрозы разведчикам не представлял. Но от разговора с ним по спине майора впервые пробежал холодок. Оказалось, облучая планету, галанты испаряли любой металл с её поверхности. Вместе с железом вскипала земля под ногами. Люди гибли в пожарах, под руинами зданий. Расплавленные украшения несли смерть и увечья своим обладателям. На этом месте рассказа майор невольно вздрогнул, припомнив цепочки на шеях жены и дочери.
  Он не удержался и кинул взгляд на заместителя - капитана Вольфа, прикомандированного к взводу военного инженера. Лицо Вольфа застыло восковой маской. Линдгрен усмехнулся про себя: " Что дорогой, и для тебя сюрприз?"
  Веселенькая складывалась картинка: зажариться с потрохами в чреве собственного робота. А вне машины, в комбинезонах из металлонитей, уподобиться курице, запеченной в фольге. Взвод хорошо подставили.
  Но почему не предупредили? Паук не мог знать и не сказать. Господа из Бюро подстраховались? Выбраться бы живым из пекла и объясниться по-свойски.
  - Взводу пока, не найдем бункер, лучше ничего не знать. Паника ничем не поможет, - охрипшим голосом произнес капитан и кивнул на поджидавших в сторонке бойцов.
  - Разумеется, - согласился с ним Пауль.
   Сколько не сжимай кулаки от злости, приказ есть приказ. Теперь, как никогда, обретала цену каждая минута. И сперва достичь русского бункера, как единственного временного укрытия.
   "ИГЛЕ" повезло. База уцелела, за исключением рухнувших сводов тоннеля в ангар с челноком. Линдгрен оставил заместителя с отделением разбирать завал и готовиться к полету. А сам с двумя другими покинул ночью бункер искать в океане подводный комплекс.
  Какое бы задание капитан не имел от Бюро, челнок он приведет в порядок точно и в срок. В этом можно было не сомневаться. Застрять на русской планетке под прицелом галантов навряд ли Вольфу улыбалось больше, чем майору.
   Новобранцев пришлось взять с собой, чтоб с горяча не натворили глупостей. Уж больно те настаивали на поисках товарища.
  В океане царил полный штиль. Ни облачка не закрывало далекие звезды. На виртуальной картинке, с клочка суши сорвалось несколько темных точек. Майор замер. С губ была готова сорваться команда на срочное приводнение. Объекты приближались. Пауль увеличил изображение и сплюнул. На экране махали крыльями уже знакомые пернатые монстры с кривыми носами и когтями - крючьями. Помнив о прошлой встрече, Линдгрен распорядился не церемониться и не подпускать драконов близко. Бойцы не подвели и дружно выстрелили в птерозавров инертными иглами. Стая распалась. В шлемофон ворвался скрипуче - шипящий клекот. Упрямые птеродактили снова сбились в кучу. Они набрали высоту и, вытянув шеи, сверху ринулись на таран. Мгновенно среагировав, майор приказал десантникам разлететься и ударить напалмом.
  Разрывая темноту, огненный шквал прошелся по крыльям нападавших. Перья вспыхнули. Монстры заметались оранжевыми факелами, разрисовывая черное полотно неба ослепляющими зигзагами. Роботы шарахнулись в стороны подальше от них.
  Драконы обезумели от боли и ярости. В бешенстве они бросались на парапланы и раскаленными кометами срывались к волнам. На робота майора нацелился самый крупный монстр. Растопырив когти, он из последних сил махал горящими крыльями, как в замедленной съемке. В режиме увеличения на забрале ясно были видны его налитые кровью глаза, полные муки.
  Линдгрен поймал широко распахнутую пасть чудовища в прицел и нажал на гашетку. Очередь белым пунктиром вспорола тьму от машины до птерозавра, избавляя его от страданий. Голова дракона взорвалась, окутонная кровавым облаком, шея обвисла, и туловище горящим истребителем понеслось в бездну.
   Смертельный фейерверк охладил пыл уцелевших монстров. Они оставив в покое роботов и спустились к воде. С горестными криками птерозавры покружились над погибшими соплеменниками и убрались прочь.
  Воздушный бой с пернатыми завершился, и десантники продолжили парить над океаном в одиночестве. Топливо в двигателях уже заканчивалось, когда из пучины черным китом выплыл остров с белой полоской пляжа. Группа прибыла в заданный квадрат в трех километрах от МОНИК и начала медленно снижаться. Разведчики опустились в прибой, лижущий гальку, и отстегнули парапланы.
  Включив прожектор, Линдгрен отдал приказ на погружение и с берега наблюдал, как машины одна за другой уходят в море.
  Океанские волны сомкнулись над головой последнего робота, и Пауль выдохнул - с плеч " свалилась гора".
   Офицер взялся за джойстик управления. Робот майора зашевелился и, оставляя на гальке следы слоноподобных ног, на зашагал в океанскую бездну. Накатившая волна разбилась о грудь железного великана и обдала брызгами шлем. Капли ручейками стекли по стеклу. Вторая волна подпрыгнула выше и добавила брызг. Изображение на забрале разделилось на два поля: над водой и дно под ногами. Наконец, вырос третий вал с кружевом пены и накрыл колосса с головой. Оружие галантов уже не могло достать " ИГЛУ". Но какие сюрпризы ждали на глубине?
   Желтые лучи освещали дно на десятки метров вокруг. За стеклом забрала кружились голубые зонтики медуз. Роботы пускались, поднимая облачка желтого песка. Подошву острова окружала гряда камней с зарослями бордовых кораллов. О валунах карта предупреждала, а о полипах - нет. Замедлив ход, разведчики начали лавировать между ними. Не всем повезло одинаково. Парочку машин угораздило попасть в гнездо огромных актиний. Лиловые щупальцы - лепестки немедля обвились вокруг ног роботов, мешая сдвинуться с места. К другим из расщелин камней зазмеились тела шлангоподобных существ. Линдгрен выругался, и тут его самого что-то дернуло и потянуло. На экранах мелькнула тень. Круглая морда ударилась в забрало и размазалась гигантской присоской. Кривые зубы, расположенные по кругу в пять рядов, начали шкрябать о стекло. Из горла - воронки медленно выползал кровавый язык с двумя крюками на конце. Пауль скривился от омерзения, и недолго думая, подал электрический заряд на внешнюю оболочку робота. Тварь захлопнула пасть и отпала, бросив жертву среди камней. Остальные десантники догадались избавиться от монстров тем же способом. Без потерь машины выбрались на открытое место подводного плато и взяли курс на МОНИК.
  Больше напасть на отряд больше никто не пытался. И роботы неторопливо брели по лужайкам колышущихся оранжевых водорослей, распугивая стайки пестрых рыбешек. Несколько раз из под машин коврами самолетами выскальзывали потревоженные скаты. Они стряхивали с себя песок и, махая перелиной плавников, уносились в ультрамариновую даль.
  Около очередной полянки, в кольце лиловых валунов, эфир взорвался восклицаниями бойцов.
  - Ничего себе! Никогда таких не видел!
  - Такие большие!
  - Столько много!
  - Ну что, прем на них?
   Новая опасность заставила Линдгрена ускорить ход машины и увеличить изображение на забрале. Он не сразу понял в чем дело и , присмотрелся по лучше.
  Камни и дно покрывали, похожие на веера, раковины огромных мидий. Внутри распахнутых "коробочек", как на витрине ювелирного магазина, возлежали жемчужины величиной от куриного яйца до футбольного мяча. В рассеянном свете они маняще переливались голубым, розовым, салатовым перламутром.
  Пауль невольно залюбовался волшебной картинкой. Пожалуй, жене с детьми понравились бы такие " бусинки" на клумбах - под стать названию виллы.
  Но чудо разрушил луч прожектора одной из боевых машин. Стоило ему прямо коснуться раковины, и створки захлопнулись, спасая сокровище. Как по команде, " ларчики" мидий начали защелкиваться. И через мгновение на дно превратилось в мостовую, плотно уложенную треугольными " булыжниками".
  - Ну, ребята, пошли что ли? Сувениров наберем, - подначил в эфире капрал Боев. Парочка роботов сделало шаг и вытянуло манипуляторы.
  Треск раздавленного кирпича резанул по ушам Линдгрена.
  - Отставить. Не трогать. Всем - в обход, - прорычал майор по связи и сам удивился, что на него нашло. Он с силой выдохнул, избавляясь от дурацкого, нахлынувшего испуга за далёкую родную " Жемчужину", но приказ не отменил.
  Десантники обогнули колонию мидий, оставив её неприкосновенной позади, и вода вокруг них странным образом посветлела. Пауль сверился с навигатором. По приборам выходило, что отряд все дальше спускался на глубину, а впечатление складывалось, что поднимается на поверхность. Не хватало ещё заплутать в подводном царстве - запасы кислорода были на исходе.
  Загадка подсветки разрешилась через сотню метров, когда впереди замаячили яркие огни куполов подводного центра.
  Машины замерли, поджидая отставших. Линдгрен уставился на экран. Камеры безуспешно пытались охватить комплекс целиком. Бесконечная череда светящихся полусфер - корпусов и стеклянных переходов - то ли город, то ли крепость в неоново-бирюзовой воде. После двух суток на дикой планетке, феерическое зрелище не укладывалось в голове.
  Пока майор решал, как проникнуть вовнутрь, их заметили. От крыла комплекса отделился скутерок и устремился к военным. Он покрутился перед роботами, развернулся, приглашая следовать за собой.
  Проводник привел к платформе перед шлюзом. Как только все машины собрались на площадке, в стене образовалось отверстие величиной с пятиэтажный дом, открывая дорогу в переходной отсек.
  Первым в шлюз проскочил катерок. Линдгрен же медлил. Очень хотелось верить, что это не ловушка. Галантов никто никогда не видел. Старик вполне мог оказаться и шпионом, взвод нарочно заманивали на глубину. Линдгрен рассматривал гладкие панели обшивки вокруг отверстия и прикидывал, сможет ли оружие " ИГЛЫ" понаделать в ней дырок, в случае чего. Наверняка, материалы применялись при строительстве подводного городка не простые, и вместе с конструкциями обладали огромным запасом прочности, но и арсенал малых боевых роботов состоял не из игрушек. Угроза разгерметизации роднила МОНИК с орбитальными станциями,но была слабым местом и для машин спецназа. Тут уж кто кого успеет достать первым. Если бы знать точно кто хозяйничает в комплексе, и что у них на уме, но пока не попадешь - не попадешься..
  Майор ухмыльнулся каламбуру и распорядился по связи:
  - Не спим, парни. Заходим по двое. Пошли.
  С порога, свозь чистую голубую воду, хорошо просматривался весь тоннель с переборкой в другом конце, перед которой завис скутер. Идеальное место для западни, но отступать было поздно.
   Песок под ногами сменился на гладкие плиты. В шлюзе спокойно хватило места хватило для всех. Последняя пара роботов вошла в переходной отсек, и лепестки мембраны за ними съехались.
  Майор напрягся. Именно сейчас стоило ждать сюрпризов. И точно, вода вокруг начала мутнеть. Очертания машин стали теряться в молочной жиже, как будто в бассейн добавили извести. Через миг уже ничего нельзя было разглядеть. Стекло, словно, замазали краской. Благо, режим гидроакустического сканирования включился автоматически, и на белом поле забрала замерцали голубые фигурки роботов. Неужели их решили растворить, вот так - целиком? И скутера не жалко?
  - Спокойно, парни. Не дергаемся. - предупредил жестко Линдгрен, не спуская глаз с экрана. Ещё не хватало, чтоб у новичков сдали нервы и началась с дуру пальба в " молоко" .- Все меня слышат?
  - Да, сэр.
  - Уиллис, Сегура? - рыкнул майор.
  - Так точно, сэр, - раздалось в наушниках.
  Пара минут ожидания длились вечность. В голове высоковольтными проводами гудели, натянутые до разрыва, нервы.
  - Спокойно, спокойно, - цедил сквозь зубы Линдгрен, не сминая пальца с кнопки на гашетки.
   Но вот эмульсия забурлила, начала светлеть, побежали пузыри. Вода быстро очистилась, став настолько прозрачной, что как будто её выкачали вовсе. Иллюзию разрушал только катер, висящий в метрах трех от дна. Он сразу рванул вперед, как только разжались сегменты второй переборки.
  Пауль сделал зарубку на память - выяснить, что за дезинфекцию им учинили, и разрешил взводу двигаться дальше.
   Вслед за скутером боевые колоссы протопали в огромный бассейн - док. Аквакар всплыл, и его дно рыбьим брюхом повисло над гостями. Вдали у стенки угадывался пологий пандус, к нему и зашагали роботы.
  Уровень воды опускался по забралу все ниже и ниже. Прозрачная голубизна сменилась ярким светом, от которого у Пауля слегка заломило в глазах. На пирсе застыло трое мужчин в бежевых комбинезонах. Взъерошенные и растерянные, они с восторгом взирали на поднимавшихся из воды исполинов. Их волнение передалось даже Линдгрену сквозь стены кабины. По сути этих людей давно уже похоронили на Родине, и они, скорее всего, уже не чаяли увидеть соотечественников. Сияющие радостью лица встречающих разбудила с майоре смутные угрызения совести. Десантников ждали, но " ИГЛА" прибыла отнюдь не за людьми. Офицер встряхнулся, избавляясь от пустых сомнений. Взводу ещё надо было суметь самому унести ноги с Эрлики и не подпалить шкуры.
  Часть причала занимали паллеты с контейнерами, а роботы все выходили и выходили на берег, и на причале скоро стало тесновато. Хозяева засуетились, начали указывать на ангар и первыми шмыгнули в его открытые ворота.
  - Капрал Боев, проверить, - распорядился офицер.
   - Есть, сэр, - отозвался подчиненный, и его машина, оставляя мокрый след, пролязгала по плитам на склад.
   - Все чисто, сэр, - отчитался вскоре Боев.
   - Хорошо. Заходим, - дал добро майор и последовал следом, на всякий случай, не убирая руку с гашетки.
   Пустующий ангар с десятком грузовых карах в углу подозрений не вызывал. Роботы входили, выстраивались в одну линию, и уставшие бойцы покидали машины для торжественной встречи.
  Хозяева не заставили себя долго ждать. Делегацию из десяти заспанных человек возглавлял холеный тип в сером комбинезоне с эмблемой Конфедерации.
  - Мэтью Ривс, - подскочил он к Линдгрену и протянул узкую ладонь. - Глава научной миссии Конфедерации на Эрлике. Осуществляю общее руководство МОНИК. Мы всегда знали, что Конфедерация не бросит своих граждан.
  Пауль смерил взглядом соотечественника. Если других подняли с постелей, то этот хлыщ точно выбрался из солярия, не забыв принять ванну из дорогого парфюма. И кто ж тебя руководителем русского комплекса назначил?
  - Майор Линдгрен, - назвался Пауль, поднеся руку к козырьку, - командир спец взвода "ИГЛА " и уполномоченный представитель Конфедерации на Эрлике.
  Пауль заметил, как смешался Ривс, и до хруста костей стиснул кисть агента Бюро. Мэтью стерпел и даже вымучил улыбку.
  - Позвольте представить, - обернулся он к особе за спиной, - леди Маргарет Коул, руководитель британского сектора, мой заместитель по координации работы МОНИК.
  Крашенная блондинка неопределенного возраста в свою очередь оценивающе осмотрела майора. В отличии от остальных леди являла собой образец аккуратности и собранности. Бордовый костюм - двойка смотрелся на её сухопарой фигуре армейским мундиром.
  - Рады приветствовать Вас, майор, и Ваших доблестных бойцов у нас в подводном центре. Для нас это незабываемое событие вновь увидеть представителей цивилизованного мира и убедиться, что мы не одиноки, - c благопристойной сдержанностью поприветствовала она и протянула руку с ярким маникюром.
  При рукопожатии женская ладошка оказалась более крепкой, чем у хлыща. Почудилось Паулю или нет, но при этом реснички Коул несколько раз многозначительно дрогнули. Если в подводном центре есть ещё дамский персонал, похоже, его парням скучать не придется. На его же вкус худосочной уверенной британке не хватало женственности. К тому, если нюх не подводил, леди Коул сама являлась агентом дружеских спецслужб.
  Линдгрен валился с ног от усталости, но, после размещения личного состава, счел долгом прояснить ситуацию с Мэтью и Маргарет.
  "Да, вы тут все неплохо устроились", - едва не присвистнул майор, оценивая натюрморт с порога кабинета Ривса - полуовального офиса, с песочного цвета покатым потолком и стенами. Весь дальний закругленный угол комнаты занимал большой аквариум позади стола. На стеклянной столешнице, в форме рыбьего хвостового плавника, играли бирюзовые блики воды и переливалась янтарем бутылка дорогого виски.
  За недолгое пребывание в подводном комплексе десантник уже успел заметить, что забытые соотечественники влачили существование вполне комфортных условиях. В памяти поневоле всплыло заросшее лицо старика - аборигена, желающего только одного, чтобы железяки - роботы подальше убрались от полянки с могилами родных.
  Линдгрен прошел к столу и без приглашения развалился в глубоком кресле и c наслаждением вытянул ноги. Ну, чем не салон для медитации.
  Ривс поспешно уселся на хозяйское место по другую сторону " плавника" и засуетился.
  - Позвольте угостить, - потянулся он наливать виски себе и гостю.
  - Позже, - остановил его Пауль, выпрямляясь.
  - Как добрались? Как вам Эрлика? - По- светски начала беседу британка, благочинно устроившись в кресле напротив военного.
  - Зверюшки милые, гостеприимные, - хмыкнул майор. - Малость задержались. Кто же знал, что здесь, на дне, перлы под ногами валяются.
  Лица Ривса и Коул вытянулись. Хозяева застыли, словно громом пораженные
  - Вы прошлись по колонии мидий? - Выдавила из себя британка, первой справившись с замешательством.
  - Чувство прекрасного нам не чуждо, - пожал плечами Линдгрен, забавляясь растерянностью Мэтью и Маргарет. Похоже, господа ученые - агенты не желали возвращаться домой с пустыми руками.
  - Но служба есть служба. Сбор сувениров отложили на потом, - добавил он, как бы, невзначай. - Обошли по краю.
  Ривс выдохнул и сразу обмяк, как воздушный шарик, из которого выпустили воздух. Коул расслабилась и откинулась на спинку кресла.
  
  - Поверьте, майор, - покровительственно улыбнулась она, - есть сувениры, которые лучше обходить стороной.
  - Даже так? - Осклабился Пауль.
  - То что вы видели - не то что вы думаете, хотя настоящий жемчуг там тоже попадается, наверное, - проворковала снисходительно Коул и положила ногу на ногу.
  - И что же это? - Поднял рыжие брови майор и покосился на обнажившееся бедро дамы. Ножки британского агента были стройные, а вот на угловатые коленки не помешало бы натянуть юбку пониже.
  - Яйца осьминога, - выложил Мэтью и плеснул себе виски.
  - Что?! - Поперхнулся от неожиданности майор, сбитый с толку, чем заставил криво усмехнуться Мэтью и аристократически тонко улыбнуться Маргарет.
  Настал черед хозяев насладиться растерянностью военного.
  - Вы любезно не прошлись по инкубатору спрутов - циклопов, и нам, возможно, не грозит закрыть этот квадрат для катеров, - пояснил Ривс и оценил на свет, как играет янтарем жидкость в бокале.
  - Видите ли, майор, - принялась выговаривать невозмутимая британка Паулю, как нерадивому ученику, - этот вид осьминогов откладывает яйца с выводком в раковины жемчужниц. Мидии создают им перламутровую скорлупу и хранят по вылупления.
  - А заботливые родители пасутся рядышком, - добавил сварливо Мэтью и отхлебнул из стакана. - Валуны рядом не заметили? Эти твари здорово маскируются под скалы, а ещё злопамятны и сильны. Им смять скутер, как вам банку из под пива.
  Линдгрен снял фуражку и пригладил ёжик рыжих волос. Ну, дела. Хотя бы радовало, что с головой у него в порядке. Он не свихнулся от тоски по дому, просто во время сработала умница - интуиция.
  - А что за мыльную ванну вы нам в шлюзе устроили? - Вспомнил он, что ещё хотел уточнить.
  - О, всего лишь небольшая дезинфекция, скажем там, - томно ответила Коул и поменяла ноги. - В океане полно микроорганизмов, водорослей, полипов. Они очень живучи, даже без воды, и быстро размножаются. Нам не нужны рифы в доке, а вам, полагаю, посторонние наросты на броне.
  - Спасибо за заботу, леди, - подавил зевок Пауль и слегка кивнул в знак благодарности, встретившись глазами с британкой. - Живность прохода не даёт.
  - Добро пожаловать на Эрлику, майор, - рассмеялась британка, гипнотизируя офицера из - под опущенных ресниц взглядом кобры. - Планета заповедник к вашим услугам.
  " Хорошее сафари обеспечено, лишь бы добыча не сожрала", - мысленно договорил Линдгрен, наблюдая за стайкой полосатых рыб в аквариуме. Эти два агента явно держали его солдафона - олуха.
  - Почему не сообщили, что галанты выжигают металл? - Резко сменил он тему и тон.
  - Мы сообщили..., - начал Ривс и осекся. Его глаза растерянно забегали от военного к невозмутимой британке.
  Большего майору и требовалось. Значит, это господа из Бюро подстраховались. Интересно, кого ни будь они сочтут нужным уведомить или не будут сеять панику до последнего? На Альте, в любом приличном доме есть подвал с запасами, но кто туда спускается кроме слуг?
   Линдгрен потер виски. От запаха парфюма начала болеть голова. Усталость прессом давила на плечи и отдавала ноющей болью в спину.
   Был ли в курсе Паук? Просто так настаивал, чтобы десантники без нужды не шастали в открытую по суше, гнал в бункер и под воду или знал? Не имел право сообщить, но пытался предупредить.
  С другой стороны, и руководство понять можно. Лететь все равно пришлось бы без проволочек. По своему даже проявили милосердие, заранее не сообщив о способе отправиться на тот свет. В космосе галанты легко расправились с транспортником в любом случае, а на Эрлике все прояснилось само . Они с Вольфом тоже ничего не сказали о словах аборигена солдатам.
  
  
  - Как скоро будет готов артефакт к погрузке? - перешел Командир "ИГЛЫ" к главному, встряхиваясь.
  - Дней десять должно хватить, - заколебался Мэтью.
  - Что?! В моем распоряжении три дня, пока галанты на хвост не сели, - ошеломил Ривса майор.
  - Но это невозможно, -запротестовал глава научной миссии, - мы не знали точно о Вашем прибытии. Нам нужно завершить исследования и провести консервацию объекта. Это не обычный механизм, без специальных условий хранения он погибнет. Нужна минимум неделя.
  - Погибнет? - Ухватился за оговорку Мэтью Пауль. - Нельзя по подробнее? Мне его ещё тащить через пол Вселенной.
  - Это секретная информация, - надулся, как индюк, Ривс.
  - Тогда я умываю руки, - раздраженно рявкнул майор, слишком измотанный марш - броском, чтобы затягивать игру в кошки - мышки с агентами, и стукнул по подлокотнику. - В случае сюрпризов отвечать будете вы.
  Мэтью захлебнулся виски и закашлялся. Маргарет рывком поднялась с кресла и поспешила ему на помощь.
  - Я думаю, господин майор прав, - произнесла она и треснула коллегу между лопаток.
  Мэтью, отхаркиваясь, замотал головой.
   - Ему необходимо лучше представлять, с чем имеет дело, - добавила Коул и словом, и делом.
  Мэтью выпучил глаза и навалился на стол. Британка хлопнула его ещё раз по спине. Мэтью едва не приложился лбом об стол, кивнув в знак согласия.
  Офицер с интересом наблюдал за научной дискуссией коллег из дружественных разведок.
  - Хорошо, - выдавил Ривс, переводя дыхание после убойных аргументов дамы. - Это неизвестная биотехнология. Никого металла. Только органика. Но параметры и формы, как у фабричной формовки.
  - Живой природе чужда идеальная геометрия и абсолютная симметрия, - промурлыкала Коул, усаживаясь обратно в кресло. - При этом объект реагирует на внешние раздражители, как живое существо, и впитывает раствор из аминокислот, как губка.
  - То ли зверюшка, то ли хлопушка, - усмехнулся десантник, прищурившись. - Где же ещё её можно было выловить, если не здесь?
  Коул скривила губы в ответ на его солдафонскую шутку и свысока продолжила:
  - К сожалению, здесь у нас нет возможностей разобраться с ним. Поэтому мы воздержались от вскрытия. Остается неизвестно: он сам генерирует смертельные лучи или источник излучения в него встроен.
  - Вода и земля лучи не пропускают. Поэтому для общей безопасности важно, чтоб объект оставался погруженным в жидкую питательную среду, - вмешался Мэтью, глянув из под лобья на Линдгрена.
  - И в идеале, все время был под наблюдением специалиста, - добавила британка, тоже стрельнув глазами в майора.
  Пауль насторожился. Интересно, господа агенты сами намыливались смыться с Эрлики, или только хотели пропихнуть своего человека с информацией в обход спецназовца.
  - На этот счет мне указаний не было, - пожал плечами Линдгрен, изображая тугодума, - место в челноке ограничено.
  Ривс с кислой миной проверил содержимое пустого стакана, а Маргарет побарабанила пальцами по подлокотнику кресла, глубоко вонзая наманикюренные ногти в обшивку.
  - В прочем, - смиловался майор, понимая, что сопровождающий важному грузу не помешает, - мы потеряли одного бойца при высадки, так что одно место вакантно.
  - Вот и хорошо, - растаяла британка, - обговорим это позже. Галанты давно не прилетали, время есть.
  
  Линдгрен нахмурился. Неделя его устраивала, именно к этому сроку заместитель брался привести в порядок и подготовить к полету челнок из русского бункера. Но штатским, лучше не давать расслабляться.
  - Пять дней, - отрезал майор, - а там посмотрим.
  Ривс за столом выдохнул и потянулся к бокалам. Маргарет легким, небрежным жестом поправила прическу и снова закинула ногу на ногу.
  Оставался последний маленький вопрос, который хотелось бы прояснить Линдгрен, как полномочному представителю Конфедерации.
  - А что с русскими учеными, персоналом? Они здесь? - Спросил он.
  Ривса, словно, шарахнуло молнией: лицо перекосилось, рука дрогнула и выпустила фужер. Бокал упал на пол. Британка поджала губы и зыркнула на Мэтью.
  - Они все погибли при налете галантов, - выдавил из себя теперешний глава МОНИК и исчез под столом.
  - Когда отправились оказывать помощь на берег после первого налета, - дополнила Коул и сложила ноги крестом.
  - И на берегу никто не уцелел? - уточнил Пауль, наблюдая за реакцией агентов.
  - Выжила небольшая кучка русских, но без металлов они быстро опустились до уровня первобытных людей, - пояснила Маргарет, облизнув накрашенные губы.
  - Но МОНИК-русский проект, - удивился майор, - почему их не взяли сюда?
  - Абсурд!
  - Это невозможно!
  В один голос вскричали Мэтью с британкой.
  - Облучение галантов могло вызвать мутации и сделать выживших опасными для других, - затараторил Ривс, выныривая из под стола. - Мы, как руководители миссий, не мог подвергнуть такому риску граждан Конфедерации и Британии. А позже выяснилось, что русских аборигенов подмял под себя и запугал глава геологического центра Владимир Вересов. Это настоящий варвар и деспот!
  Мэтью остановился перевести дух. В поле его зрения снова попала бутылка с виски. С трудом отведя от неё взгляд, само назначенный глава МОНИК продолжил:
  - С этим мужланом совершенно невозможно вести цивилизованный диалог. Нам с большим трудом удалось уговорить его на небольшой обмен.
  - Обмен? - поднял брови майор.
  - Во имя гуманности мы делимся с русскими аборигенами лекарствами. А они поставляют нам материалы для опытов и время от времени оказывают услуги по сервисному осмотру технических систем, - пропела британка.
  От мельтешения рыб в аквариуме клонило в сон, глаза слипались. Виски раскалывались. Мозг отказывался воспринимать информацию. Но Линдгрен с усилием вычленил главное:
  - То есть русские бывают на МОНИК?
  - Только, когда нам надо и не больше трех, четырех человек за раз, - продолжала сиреной гипнотизировать Коул. - У них нет катеров, мы забираем их из грота на берегу. Не волнуйтесь, им сюда самим путь заказан.
  - Отлично, - встряхнулся Пауль, - надеюсь обойдется без сюрпризов. Завтра я подробней хочу ознакомиться с системой наблюдения и охраной комплекса. А сейчас предлагаю пойти всем спать.
  Линдгрен поднялся и, пожав руки агентам, оставил их одних. В коридоре первым делом он расстегнул ворот комбинезона. Тем для размышлений хватало. Пауль потер лоб и забрался на гравиакар, предоставленный в его распоряжение, вместе с навигатором.
  Как не старались Ривс с британкой, командира "ИГЛЫ" они смогли убедить только в одном: некий русский Владимир им здорово насолил. Интересно, как ему удалось с берега прищемить хвосты этой парочке под водой?
  С другой стороны, у каждого своё задание и своё начальство. Его задача: в сжатые сроки вытащить артефакт с Эрлики и доставить в Конфедерацию.
  Гравиакар шустро скользил по безлюдным коридорам и вскоре доставил военного в гостевой сектор. Удобных кают хватило на всех .
  Бросив машинку у дверей, cпецназовец вошел в номер и уперся взглядом в очередной аквариум, в стекло которого, с другой стороны, тыкались носами любопытные пестрые рыбешки. Только сейчас до майора дошло, что это окна в океан. Ну , пожалуй, на сегодня с него океанских красот и тайн хватало.
  Пауль задернул жалюзи и стянул одежду. Отправляясь в душ, он мечтал лишь об одном - по - скорее растянуться на кровати и заснуть.
  Впереди ждала неделя вынужденной, но заслуженной передышки. На дне пришельцы были не страшны, посторонним - не добраться. Главное, чтоб не подкачал Вольф и не затянули ученые, и можно в обратный путь, домой.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава шестая. Во имя цивилизации.
  Тигриный оскал Линдгрена на экране не предвещал ничего хорошего. Под свирепым взглядом офицера Мэтью съёжился и шустро убрал бокал с виски под стол.
  Как же его достал за неделю десантник! Спрашивается: ну, что тебе нужно? Все развлечения комплекса вместе с дамским вниманием к твоим услугам: солярий, тренажеры. Местный цех гонит приличную, между прочим, выпивку из морского сырья. Нет же, неймётся солдафону: засел в Операторской, ввел комендантский час и сухой закон. Ещё немного и строем ходить заставит. Мало Ривсу упрямого варвара - геолога на берегу, вечно недовольного и с претензиями. Этот ещё на голову свалился, раскомандовался. А здесь между прочим не полигон, ученые - не бойцы, а Мэтью - не юнец для помыкания! Но с военным не поспоришь, сейчас он - власть. А десять спецназовцев - сила.
  - Ривс, где ваши люди? - рыкнул офицер с экрана. - Вы ручались, что сюрпризов не будет. Им пора возвращаться.
  Майор и не пытался скрывать раздражение.
   Ривс втянул голову плечи и с трудом сдержался, чтобы не сползти под стол. Он сам знал, что рейс затягивался. Очень хотелось напиться. Уже с полчаса, уставившись на стакан с янтарной жидкостью, Мэтью просчитывал вероятность провала и его последствия. Несколько часов назад глава МОНИК добился у майора разрешения для Брюно и Веласкиса на обычную встречу с русскими: забрать животных для завершения срочных эксперимента и, чтобы не вызвать подозрений у аборигенов. И с тех пор Ривс сидел, как на иголках. Он то знал: нарваться на русских и будет настоящим крахом.
  - Вы сами же наблюдаете за амфибией! - вскинулся Мэтью и покосился на открытый в стене бар. Функции главного пульта управления давно уже были продублированы на личный коммуникатор Ривса. И поэтому для него не было секрета, что сейчас видит майор. Хотя десантнику знать об этом и не стоило.
  - Не держите меня за дурака, Ривс! Я вижу, что катер торчит у берега, - процедил Линдгрен сквозь зубы. - Но почему он там торчит? Куда, раздери вас галанты, пялитесь? Что там у вас?
  - Задержка при погрузке, возможно, - выдавил ученый муж, лихорадочно соображая, как отделаться от военного, - такое бывает.
  - Вы ответите за последствия!
  - Ещё ничего не случилось! - бурно возмутился Мэтью, наблюдая одним глазом за точкой катера, прилившей к линии суши на экране гидрофона.
  Майор сощурился, пристально рассматривая главу МОНИК. Мэтью положил руки на стол и, чтобы скрыть дрожь, сцепил пальцы замком. В это время амфибия наконец то отклеилась от берега и вышла в океан.
  "Вот видите", - чуть не ляпнул Ривс, но вовремя прикусил язык. Офицер тоже заметил движение, его внимание переключилось. И он перестал буравить главу МОНИК взглядом.
  Пришел сигнал с амфибии. Брюно Мартин связался с Операторской и запросил доступ в северный док. Это был условный сигнал, что поездка удалась. С плеч Мэтью свалилась гора. Снова захотелось выпить, но уже за успех. Однако расслабиться не получилось.
  - Ваши люди объявились, - сообщил Линдгрен уже известное Ривсу. - Зачем им северный док?
  - Ближе к лабораториям. В чем вы их подозреваете?! - оскорбился Мэтью.
  - Моя задача пресекать проникновение посторонних на объект, - оскалился военный.
  - Перекройте доступ в этот сектор. Все равно на время выгрузки положено вводить режим биокарантина, - принялся объяснять ученый муж, - на время распределения животных по лабораториям и ионизации помещений.
  При упоминании карантина Пауль поморщился, но советом воспользовался. К удовольствию Ривса дверная панель - переборка отрезала дальний сектор от центральной части.
  "То то же, дорогой, - усмехнулся про себя Мэтью, - и на тебя найдется управа"
  Теперь можно было не боятся чужих глаз и действовать спокойно.
  * * *
  Утром к Ривсу в кабинет заявились члены администрации: сутулый, мощный, похожий на гориллу в мешковатой робе, Мартин Брюно со знойным красавцем - атлетом Сезаро Веласкесом и британец Кеннет Хаббард - технический директор комплекса, холодный и невозмутимый, как айсберг. Состав визитеров удивил и насторожил Ривса. Что могло быть общего у приятелей - здоровяков с "правой рукой" Маргарет Коул? К сухопарой главе британского сектора Мэтью всегда относился с известной долей настороженности. Союзники то - они союзники, но дамочка себе на уме.
  Потоптавшись перед столом шефа, троица попросила выбить у командира десантников разрешение отплыть на берег за животными. Просьба ещё больше озадачила Мэтью. И он потребовал объяснений. В конце концов, зоопарк комплекса не пустовал, и ждать отбытия десантников оставалось сутки.
  Посетители замялись, переглянулись. И горбоносый брюнет - Веласкес просветил шефа об открытии британки - толстухи Солли Кюре. Ученой даме удалось обнаружить в мозгу гигантских крысаков неизвестный вид паразитов-"симбиотов" - полип величиной до двух дюймов. Под его воздействием у животного менялись повадки, исчезали видовые инстинкты. Кюре внедрила в сам полип микрочип, применяемый в нейрохирургии, и электрическими импульсами смогла управлять им. Обратная пересадка уже закодированного паразита в мозг животного превратила крысу в управляемую игрушку. Опыты на селайских лемурах дали неплохой результат. И Толстая Солли, как её звали за глаза, горела желанием передать через союзников материалы цивилизованному сообществу. Но сначала хотелось довести эксперимент до конца. К сожалению, полипы больше одной пересадки не выдерживали и погибали при смене хозяина. Срочно требовалась новая партия крысаков хотя бы с одним или двумя паразитами для подстраховки.
  - Крыс наловить несложно. Может и с кем-нибудь по крупнее повезет, - буркнул Брюно, зыркнув глубоко посаженными глазами.
  - А не повезет Маракевичем обойдемся, - припечатал Сезаро.
  - Как Маракевичем? - поразился Мэтью, выпрямившись в кресле.
  - Эксперимент надо завершить. Пока военное здесь, - поспешил вмешаться Хаббард. - Аборигенов - техников трогать нельзя пока. Русский дайвер самый подходящий. Солли вживит ему полип, потом удалит. Считает, все обойдется.
  - А если нет? - заерзал Ривс.
  - Идея создать великую высококультурную нацию на Эрлике - Ваша, - напомнил британец и сложил руки на груди.
  - Кто-то должен её обслуживать. Вам решать - припер он Мэтью к стенке.
  Конфедерат заколебался. Вадим Маракевич - единственный, кто из старого персонала не рванул спасать людей на берег, и прижился при новых хозяевах МОНИК.
  - Маракевич - оператор промышленного робота, - засомневался Ривс. - Он затаскивал артефакт в аквакар.
  - Тем более, - заметил британец, - Не много ли знает?
  - А если на русских нарветесь? - Испугался глава МОНИК.
  - Наплетем о вирусе, карантине, повреждении кабеля, - пожал плечами Брюно и глянул мельком на бар. - Мол приплыли сообщить.
  - Посидим сутки в заложниках. Не убудет, - поддержал Веласкес, зевнув.
  - Хорошо. Я поговорю с майором, - поддался на уговоры Мэтью. Идея в правду, того стоила. Ради науки, дайвером можно было и пожертвовать.
  * * *
  
  Картинка на мониторе показала амфибию, выезжающую из воды на пирс. Брызги воды на экране казались россыпью драгоценных камней.Из катера вылезли Веласкис с Брюно. Началась выгрузка клеток. Контейнера, c копошившейся рыже - серой массой, выстроились в ряд в ожидании погрузчика.
  - Опять крысы, - доложил из операторской майор очевидное, - и ради этого надо было плавать? У вас же целый зоопарк таких.
  - Там отработанные образцы, кормовая база для других. Для исследований нужен свежий материал, - с умным видом пояснил Ривс.
  Линдгрен только сплюнул в сердцах. У этого ученого хлыща на все готов ответ, пойди разберись что к чему.
  - Когда Ваши люди закончат, отправьте их ко мне. Хочу их послушать, - распорядился Пауль.
  - Вы забываетесь. Мои люди - ученые! Они не обязаны..., - приподнялся Мэтью с кресла.
  - Я полномочный представитель Конфедерации, и обязанности устанавливаю я, - расправил плечи десантник, пригвождая докторишку взглядом к месту. - Ясно?!
  - Хорошо, - плюхнулся обратно Ривс, - они найдут Вас.
  Разумеется, сначала помощники в сопровождении Хаббарда наведались к нему. Довольные лица Сезаро Веласкиса и Брюно Мартина светились. Ривс кивком указал подельщикам на кресла и обратился в слух.
  - Хороший улов, шеф, - осклабился Веласкис в кресле, - не зря сплавали.
  - Дайвера можно не трогать, - добавил Брюно. Он навалился сзади на спинку кресла Веласкиса, сверкнув черными глазами, - без него обойдемся.
  - Добыли материал? - догадался Мэтью, подавшись вперед.
  - Парня с девчонкой. И кошку - гермафродита для Иолланды, давно мечтала, - похвалился Веласкес.
  - Никто не видел? - забеспокоился научный руководитель.
  - Видел не видел, - усмехнулся Сезаро, - Кто видел, того и притащили. Парень, похоже, десантник "ИГЛЫ".
  Мэтью дернулся, его словно окатило холодным душем.
  
  
  Какой ещё десантник? Откуда он взялся? Единственное свободное место в челноке Ривс и Коул уже зарезервировали за собой. Осталось только окончательно договориться, кто полетит. Мэтью колебался, но все больше склонялся к мысли, что лететь стоит ему самому. МОНИК, конечно, важный объект, и упускать его из рук совсем не хотелось. Но артефакт пришельцев по важности перевешивал. За инопланетным аппаратом круглосуточно наблюдали в лаборатории, и все записи шли прямо Мэтью, на компьютер. Доверить кому - то инфокристалл с уникальными данными - такую глупость ему грозное, далекое руководство никогда не простит.
  Хаббард, Брюно и Веласкис молчали, ожидая приговора солдату.
  - Что с ним? - занервничал глава МОНИК, сцепляя пальцы в замок.
  
  - То же, что и с девчонкой, - прохрипел Брюно, оставшийся стоять на ногах, так как второе кресло занял невозмутимый Хаббард, - без сознания от яда игуаны.
  - Майору сообщать будем? - раздул ноздри горбоносый Веласкис.
  Вопрос Сезаро усилил замешательство Мэтью. Ситуация требовала хорошенько подумать.
  - Давайте сначала и с подробностями, - повелел начальник, облизнув пересохшие губы, и нащупал под столом буначалу все шло гладко. Амфибия без приключений доплыла до берега и нырнула под серые скалы. Солнечные лучи пронзали прозрачную голубизну воды до самой глубины и золотистыми чешуйками рассыпались по дну. Черная тень катера наползла грозовой тучей и прервала игру солнечных зайчиков. В отместку из трещин вытянулись три леопардовые мурены и, ещё две, словно канатами, перегородили собой тоннель.
  - У твари, развелось вас, - прохрипел Брюно Мартин и полоснул лучом прожектора по скалящимся мордам рыб. - Вот получайте. Что не нравится?
  Пятнистые мурены дернулись и торопливо забрались обратно в норы. Аквакар раздвинул носом бахрому лилово - зеленых водорослей и вошел в канал.
  - Откуда здесь они? Раньше же не было, - сморщился озабочено Сезаро Веласкис.
  - Русским сказать "спасибо" надо, - скривился подельщик за штурвалом, выводя катер на середину канала. - Заставили Ривса раздвинуть защитный купол МОНИК до побережья. Акул и морских драконов не стало, рыб жрать некому - мурены и жируют.
   При свете прожектора, как в замедленной съемке, мимо скользили неровные стены с веточками желтых кораллов. На уступах сонно шевелили лепестками- щупальцами бордовые актинии.
  - Ненавижу это место, - поёжился Веласкис, не отрывая глаз от низкого свода. - Обвалится - не выберешься.
  - Не каркай, - рыкнул приятель, - с чего ему обваливаться. Другое дело, чтоб осьминоги об этой норке не прознали и жемчужниц сюда не натащили. Тогда и повеселимся.
  - Для жемчужниц здесь холодновато и света мало, - усомнился Сезаро. - Им на шельфе раздолье.
  Стены тоннеля расступились и луч прожектора утонул в черной бездне.
  - Грот, - процедил Брюно и погасил свет в салоне и снаружи, положившись на гидролокатор.
   Мерцать фосфорно - зеленым пятном во мраке остался только экран панели управления, а сама амфибия будто окунулась в банку с чернилами.
  В кромешной тьме катер пересек пещерную гавань, и, развернувшись, завис между каменными обломками у подножия отвесной скалы. Брюно поднял перископ и вместе с напарником уставился на экран, где в режиме ночного видения возникли серо- синие очертания пещеры.
  - Вроде никого, - нервно кашлянул Веласкис, - поднимаемся?
  - Риск - дело благородное, - ухмыльнулся Брюно. Он включил свет и отдал команду компьютеру всплывать.
  Вода вокруг амфибии пошла большими пузырями и вытолкнула катер на поверхность. Лазутчики выбрались на мокрую палубу и осмотрелись. К радости дружков встречать их никто не кинулся.
  Луч прожектора упирался в розово - серые глыбы, выступающие из стен пещеры. Дальний край омута, где на глубине скрывался выход в море, терялся в полутьме. Из него, над каменным колодцем величиной с маленькое озеро, плавно поднимался буро- бордовый свод, чтобы превратиться в купол над берегом. Перед носом катера о гранитный пирс, высотой с человеческий рост, бились вишневые волны, разбуженные аквакаром. Острые камни черно - красными клыками высовывались из воды и делили берег на три причала с веревочными лестницами. Валуны, разбросанные природой по террасе, мешали заглянуть вглубь неё.
  - Тихо, - прохрипел Брюно, вслушиваясь в тишину грота. Гулкое эхо неожиданно громко подхватило его голос.
  Веласкис вздрогнул и прошипел:
  - Заткнись. Займись трапом, я за приманкой.
  - Чего им заниматься? - Заспорил шёпотом приятель, рассматривая камни на берегу. - По лестнице залезем. Сходни наверху валяются, вместе скинем. Лишь бы на засаду не нарваться.
  Страхи Мартина не подтвердились. Стоянка за камнями пустовала. О людях напоминали лишь потухший костер и прогоревшие факелы, воткнутые в трешины под гранитным карнизом. Брюно потрогал угли и поднял большой палец вверх:
  - Холодные.
   Охота на крысаков не затянулась. Лазутчики торопливо рассыпали пахучую наживку со снотворным от дальних закутков к пирсу и на причале, а сами ретировались на катер и снова потушили свет. Минут через десять на экране нарисовались бурые пятна, очертаниями походивших на кабанов, и заметались по причалу.
  - Крысаки. Клюнули, - довольно отметил Сезаро, наблюдая за возней грязно- оранжевых теней на берегу.
  Пятна дергались из стороны в сторону, то сливались в одну кучу, то распадались на группы. Постепенно они успокаивались, застывали на месте, пока весь пирс не оказался покрыт коричневыми бугорками.
  - Готовы, - потер руки Мартин и открыл грузовой люк на корме.
  Приятели выбрались на берег, где похрапывало после трапезы семь здоровых свиноподобных грызунов. Дружными усилиями Веласкис с Брюно принялись спешно перетаскивать добычу по сходням на катер. Наконец, туша последнего крысака плюхнулась на палубу, и Мартин забрался в грузовой отсек включить транспортер с клетками. Сезаро наклонился и крикнул ему в люк:
  - Ты давай их пакуй, а я прогуляюсь, гляну, чтоб без сюрпризов обошлось.
  - Хорошо, - отозвался товарищ, - ружьё прихвати.
  - Не дурак, соображаю, - фыркнул Веласкис, расправляя плечи.
  Брюнет отправился наружу караулить, вооружившись винтовкой с ампулами, а Брюно занялся грызунами.
  
  Мартин перевалил последнего крысака через край люка и, насвистывая популярный шлягер, выпрямился. Тяжелые шаги и скрип сходен за спиной заставили его обернуться. По трапу сбежал Веласкис и с разгона бухнул в руки приятеля черного котенка с безвольно болтающимися головой и лапами. Малыш больше походил на мягкую игрушку, чем на живое существо.
  - Держи, - выдохнул он, переводя дух. - Подарок для Линды, как просила.
  - Мраморный?! - Поразился Брюно, рассматривая неожиданную добычу. - Где взял?
  - Из - за камней на пляже прямо к гроту выбрался, - пропыхтел брюнет и вытер рукавом пот со лба. - Пришлось двойную дозу всадить, чтоб быстрее затих.
  - Никто не слышал? - Встревожился Мартин.
  - Кто слышал, тот в отключке, - осклабился подельшик, - парень с мальчишкой.
  - Ты их тоже того? - Выпучил глаза Брюно на приятеля.
  - Нет. Не успел. Игуана постаралась, - успокоил Веласкис и принялся торопливо объяснять. - Я едва кота за валуны затащил, оглянулся - пацан сверху на заднице съезжает. Он только встал, игуана на него и вскочила. Другой в одних трусах с пляжа прибежал, одежду кинул, бросился с камнем спасать. Похоже игуану сбил, но и сам отгреб. Теперь втроем там валяются.
  - Надо сматываться, - сплюнул Мартин, - чем скорее, тем лучше.
  - Без паники, - хищно сощурился брюнет и принялся руководить. - Заберем всех собой. Солли пригодятся. Чем не замена Маракевичу? Другого случая не будет. Пихай кота в клетку, я за носилками.
  По широкому, пологому коридору в толще скалы лазутчики с носилками выбрались на свет белый и схоронились за камнями.
  С минуту Брюно с Веласкисом выжидали. После чего горбоносый брюнет, пригибаясь за валунами, кинулся к тюку с одеждой, а его гориллоподобный товарищ - к парочке на склоне.
  - Держи девчонку, - с грузил плеча Мартин ношу под ноги приятелю у входа в грот.
  - Девка?! - удивленно выгнул бровь Сезаро. Он приподнял козырек кепки у "мальчишки ''.
  - Ничего куколка, - оценил он загорелую мордашку в обрамлении золотистых кудряшек.
  - Потом налюбуешься, пошли за другим. Пока никто не притащился, - оторвал его товарищ от созерцания жертвы.
  Пыхтя и обливаясь потом, конфедераты спустили носилки с парнем с горы, затащили в пещеру и переправили на борт катера.
  - Я за девчонкой. Сразу отплываем, - выпалил Брюно у трапа.
  - Тюк и ящерицу прихвати, - надоумил Сезаро.
  - Не учи, - прохрипел Мартин, берясь за поручни.
  Взглянув на бесчувственную аборигенку на выходе из грота, здоровяк потянулся за баулом " спортсмена ". Но только он наклонился над тюком, с горы сорвалось и громом раскатилось над пляжем свирепое " Р - Вау". Озноб холодным током пробежал от макушки до копчика похитителя. Вцепившись в баул скрюченными пальцами, лазутчик перекинул девчонку через плечо и припустил в глубь гряды, чудом не ломая ноги на выбоинах.
  Легкие Брюно работали, как кузнечные меха, по спине тек ледяной пот. Конфедерат затылком ощущал несущийся по следам черный кошмар. В ушах стояло эхо свирепого рыка. Воображение рисовало страшную кошку в прыжке, уже выпустившую когти - кинжалы. Ещё миг, и клыки свирепой твари вонзятся ему в шею.
  Веласкес ждал на краю скалистого пирса, когда на него выскочил подельщик с вытаращенными глазами.
  - Лови, - просипел Брюно пересохшим горлом и размаху кинул в руки приятеля тюк с одеждой. - Сматываемся.
  - А ящерица? - поймал баул, опешивший Сезаро.
  - Кот сожрет, вместе с нами, - выдохнул в лицо Мартин.
  Брюнет побледнел. Он без лишних слов закинул сверток в грузовой люк, спрыгнул следом вниз и принял от подельщика девчонку.
  - Задраивай! - гаркнул Брюно, а сам бросился к главному трапу.
   Едва он захлопнул за собой крышку люка, как на берег выскочил черный зверь с зелеными молниями в глазах. Мартин скатился с лестницы и бросился в рубку.
   Огромный котяра, из - за вздыбленной шерсти больше походивший на медведя, взметнулся в прыжке и приземлился внизу трапа. Сходни под его весом заскрипели и прогнулись.
  Брюно плюхнулся в капитанское кресло и отдал команду компьютеру "полный вперед" и " начать погружение".
  Трап под котом закачался и накренился. Зверь оттолкнулся от него мощными лапами, и сходни бултыхнулись в воду. Кот едва царапнул когтями по металлической обшивке амфибии, когда палуба дернулась и ушла вниз. Вода вокруг забурлила. Зверь забарахтался. Побежали белые буруны и ударились в животного. Кот захлебнулся, замотал головой, но не отступил. Он прижал уши, вытянул морду и погреб к рубке с перископом. С раздутыми ноздрями, отхаркивая воду, он плыл и плыл за огнями прожектора, которые тонули в глубине. В полной темноте оставались сверкать лишь его янтарные глаза.
   Пока перископ не ушел под воду, Брюно наблюдал на экране за преследователем. Даже в безопасности, в рубке аквакара от бешенного отчаяния и одержимости в глазах животного Мартину было не по себе.
  - Он, что за нами нырять собрался? - Озвучил нелепое опасение Веласкис, занявший соседнее кресло перед панелью управления.
  - Сейчас посмотрим, - буркнул дружок, злой на кота из - за дурацкого страха. Он прибавил скорость и катер торпедой рванул в тоннель.
  Измученный же зверь с упорством обреченного кружил над местом, где исчезла проклятая железная рыба. Наконец, он выдохся и погреб из последних сил к берегу, где с трудом выкарабкался на кроваво - красный валун и растянулся на нем мокрой безжизненной шкурой.
  
  
   * * *
  - Во время ноги унесли, - подытожил рассказ Брюно, навалившись всем телом на спинку кресла Веласкиса. - Ещё немного, на корм пошли бы.
  - Парень - точно десантник? - покрутил стакан в пальцах Ривс, из подобья глянув на сообщников.
  - Форма военная в тюке. И...., - сделал паузу Сезаро, прищуривая глаз, - по нашивке с жетоном он - русский.
  - Похоже, это его потеряли при высадке, - напомнил Хаббард и стряхнул с брючины соринку, - военные что-то такое говорили. Типа не повезло. Сирота, мог родню найти. Вот с предками и встретился.
  Мэтью забыл о стакане и уставился на помощника Коул. Ну, конечно, как же он сам не догадался? Разве нормальный человек может шмякнуться с небес и не разбиться в лепешку? Это же надо - уцелеть в джунглях и припереться в самый не подходящий момент. Эти русские варвары просто сговорились на каждом шагу отравлять жизнь руководству МОНИК. Да этот вояка себе позволяет? Вместе с виски Ривса окатила горячая волна возмущения и неприязни к незнакомому спецназовцу.
  Кабинете повисла тишина. Мэтью сцепил пальцы замком, ожидая пока все выскажутся до конца.
  - Из-за десантника и девчонки, и дайвера можем лишиться, - хищно раздул ноздри горбатого носа Веласкис. - Маракевич ещё пригодится. А так все чисто. Девку на кота пускай списывают вместе с игуаной. О военном никто не знает.
  - У Толстой Солли уже планы на доноров, - прохрипел с усмешкой Брюно.
  - Доноров чего? - сглотнул Мэтью. Интересно, на что ещё собиралась подписать эта компания? У британской толстухи явные склонности к садизму.
  - Репродуктивного материала, - пояснил невозмутимо Хаббард, - Они, оба русские - для чистоты эксперимента удобно. Может, наконец, разберемся почему наши младенцы не выживают, а русские не мрут в диких условиях. Солли гарантирует, что внедрение полипа никак не скажется на других функциях организма.
  - Им может ещё и понравится, - хохотнул Брюно.
  Губы, сидящего рядом Веласкеса, скривились в скабрезной улыбке.
  - Вариантов применения много, - сохранил хладнокровие британец. - Искусственное оплодотворение и взращивание, в том числе. Если опыт с полипом даст хорошие результаты, будущем оба проекта можно объединить.
  "И создать расу живых роботов", - договорил про себя Мэтью. Он заерзал на месте.
  Семнадцать лет назад галанты уничтожили Океаноград вместе с людьми и прошлись огненным смерчем по всей Эрлике. Ривс с коллегами уцелели на МОНИК, но лавина паники и ужаса накрыла их с головой. Не все смогли пережить, что, возможно, остались одни во Вселенной и навсегда заперты в стенах подводного комплекса. Кое - кто от безнадежности даже покончил собой.
   Мэтью тоже был подавлен и растерян. Он, как парализованный, не мог подняться с кресла у себя, в кабинете, и только глушил виски, один стакан за другим, все глубже погружаясь в пучину черной меланхолии. Ривс не заметил, когда Маргарет появилась в кабинете. Британка с размаха наградила его пощёчиной, вырвала стакан и разбила об пол. Мэтью в трансе наблюдал, как она схватила бутылку за горлышко и уже приготовился к удару по голове. Но бутыль врезалась в стену, и обшивка украсилась янтарными потеками.
  - Щенок, - прошипела ему в лицо Коул и, схватив за грудки, хорошенько встряхнула. - Не упусти МОНИК. Ты теперь главный.
  Горькая обида за дорогой виски, больше такого не достать, горячей волной захлестнуло Мэтью. Какой он главный, если каждый теперь может ворваться - перебить посуду и испачкать стены. Ривс затравлено уставился на британку, но смысл сказанного ручейком просочился сквозь пьяный туман к сознанию. Гнев сменился фейерверком восторга. Судьба отдала ему, Ривсу, в руки весь комплекс! Не русские, а он теперь здесь хозяин. Мэтью отцепил от себя женские пальчики и кое как поправил воротник.
  - Я наведу порядок, - икнул он и гордо сфокусировал взгляд на вырезе дамской блузки.
  - Протрезвей сначала. Марш спать, - рыкнула на него с отвращением британка, - сопляк.
  Ривс подчинился, а утром собрал персонал и толкнул перед коллегами пламенную речь.
  У палки, как известно, два конца, и у медали две стороны. Главное, знать где браться и как повернуть. Чтобы не сойти с ума, научная братия должна погрузиться в работу и не смотреть по сторонам. И Ривс не стал мелочиться. Он ошарашил коллег величием открывшихся перспектив и глобальностью задач, которые им выпало честь решить. Мэтью вдохновенно вещал о преступности уныния на пороге великих открытий и свершений. Даже, если их не спасут, они не жертвы. На МОНИК собраны величайшие светила научной мысли Конфедерации и Британского Союза. Им под силу стать основателями новой цивилизации. Только надо отринуть бесполезные стенания, дружно браться за строительство нового мира сегодня, сейчас. Маргарет зааплодировала первой, её подержали, и холл потонул в бешенных рукоплесканиях. Ривс перевел дух - манипуляция с амбициозностью и тщеславием ученых мужей удалась, он справился.
  - Хороший план. - С ехидной улыбкой на губах поздравила Коул, когда воодушевленный персонал разбрелся по лабораториям. - Тех, кто на берегу, посвящать будем?
  - Вести переговоры с зомби? Я не могу рисковать МОНИК! - Возмутился до глубины души Мэтью. Он уже освоился с ролью хозяина подводного центра и не горел желанием слезать с пьедестала лидера. - Неизвестно, как оружие галантов воздействует на человеческий организм. Надо переждать и понаблюдать.
  - С берега могут прислать аквакары с ранеными или за лекарствами, - напомнила Маргарет, задумчиво разглядывая конфедерата.
  - Аквакары надо немедленно отозвать, отправить в запасной док, - зачастил Ривс, - провести полную санитарную обработку. Рулевых в бокс под наблюдение, и чтоб никого на борт не брали.
  - Разумно, - оценила невозмутимо британка. - Безопасность новой цивилизации превыше всего.
  Тогда Мэтью выпутался и смог наладить жизнь в комплексе, оторванном от внешнего мира. Благо, что всем необходимым для существования, от еды до удобств, затворники были обеспечены на долгие долгие годы.
  Но через пару лет начались сбои в работе очистительных систем и вентиляции. Народ начал роптал и жаловаться на срывы важных экспериментов. Над великими начинаниями цивилизаторов нависла угроза.
  Со сменой картриджей и фильтров кое - как справлялся дайвер Вадим Маракевич, но на большее его не хватало. Зато в одну самовольную вылазку на берег он наткнулся на выживших техников с МОНИК. Галанты обрекли их на жалкое прозябание первобытных охотников, рыболовов, но в зомби, к счастью, не обратили.
  Мэтью ни капли не сомневался, что русские, после кошмара на суше, с радостью побегут в услужение к новым хозяевам комплекса. Но они повели себя по-хамски: обвинили Ривса с командой в чуть ли не в международном терроризме и жестко выдвинули свои условия. Мэтью приготовился хлопнуть дверью и ждать, когда они сами приползут к нему за лекарствами, чтобы не подохнуть. Однако ночью жилой отсек МОНИК наполнился миазмами канализации. Нечистоты бурлили в унитазах и грозили затопить каюты. Кресло главы цивилизаторов под Мэтью закачалось. Новый мир, не успев родиться, уже докатился до экологической катастрофы. Во имя великого будущего Ривс спешно заключил сделку с русскими дикарями, и с тех пор мучился от бессилия и уязвленного самолюбия.
  Русские техники в обмен на медикаменты следили за работой систем жизнеобеспечения МОНИК, но диктовать себе не позволяли, наоборот, досаждали Ривсу требованиями и претензиями: то защитный купол раздвинь, то регенирующие капсулы предоставь.
  И ко всему прочему, аборигены плодились, судя по ассортименту вакцин и желанию больше получать лекарств. А персонал комплекса, увы, детьми так и не обзавелся. Кошмар и отчаяние преследовали родителей малышей. Младенцы либо рождались мертвые или умирали, не прожив и двух месяцев. Все научные силы творцов новой цивилизации были брошены на решение этой глобальнейшей из проблем, но увы, несмотря на множества сопутствующих открытий, роковая тайна так и оставалась не разгадана.
  И, наконец - то, прорыв. Мэтью так долго ждал, а его, того и гляди, могли отпихнуть в сторону?! Хаббард и Солли - люли Маргарет Коул. Сейчас британцы предлагали сотрудничество в обмен распорядиться судьбой десантника - конфедерата. Формально "конфедерата", надо сказать. В случае отказа, исследования с паразитом, без сомнения, будут продолжены за его спиной, и тогда все материалы уплывут к британцам. Всесильное Бюро ему такого промаха не простит, когда все наладится, и Эрлика отойдет к Конфедерации.
  От нервного возбуждения Ривс снова принялся крутить в руках стакан. Может он зря гневил Провидение? Судьба, наоборот, подыграла ему и подкинула самый лучший вариант? Странности Маракевича русские могли бы и заметить со временем. Лучше было не будить в них подозрений. На сироту- десантника в Конфедерации всем наплевать, никто не будет носиться с его поисками, местные тоже ничего о нем не знают. При этом он русский и генетическая чистота эксперимента гарантирована. Вдруг, действительно, окажется, что русские аборигены по своей природе ближе к первобытным пращурам, поэтому лучше приспосабливаются и размножаются в джунглях Эрлики? Может удастся их выдрессировать по науке толстухи Солли?
   Разыгравшееся воображение принялось рисовать картины освоения планеты послушными, искусственно выведенными, колонистами. В перспективе их даже можно вооружить и дистанционно управлять. И тогда дикарям -русским придется умерить свою строптивость. Из уголков подсознания всплыл образ Вересовой, закрытой в одной из лабораторий. И стакан едва не выскользнул из вспотевшей ладони самозваного главы МОНИК.
   Сети грез разорвал шорох за спиной. Мэтью оглянулся и застукал Брюно, копошившегося около открытого в стене бара. Ривс нервно кашлянул. Мартин резко обернулся и пробасил:
  - Отличная коллекция, шеф. Премия за хороший улов не помешала бы.
  - Не раньше, чем майор улетит, и от вашей идеи будет результат, - одернул его Мэтью и спешно нажал кнопку на пульте, чтобы скрыть за панелью сокровенные запасы.
  Брюно пожал широкими плечами под безразмерной робой и привалился к стене спиной, держа руки в карманах. Ривс с подозрением изучил его и вернулся к главной теме.
  - Сколько займет операция? - Обратился он к Хаббарду.
   - К отлету военных обещает успеть, - отчитался британец. - Хочет начать с парня, как более крепкого. Сейчас оба с девчонкой без сознания, но к утру яд нейтрализуется.
  Мэтью побарабанил пальцами по стакану. Соблазн был велик, но и риск тоже. Британцев майор может и не тронет, а с Мэтью шкуру спустит легко. Следовало подстраховаться. Главное - дождаться отлета "ИГЛЫ".
  - Спрячьте форму и жетон, - распорядился Ривс, хорошенько все прикинув в уме. - Отправляйтесь к майору, он ждет вас. Скажите ему, что кроме клеток, привезли двух израненных русских. Подобрали их на берегу, пока ждали аборигенов. Никто не появился, и вы их взяли собой оказать помощь.
  Заговорщики ошалело уставились на шефа.
  - У нас мало времени, - начал втолковывать Мэтью, - первые результаты должны улететь вместе с артефактом. Майор контролирует док по камерам. Выгрузку пациентов от него не скроешь. Скажете, что русские аборигены находятся в тяжелом состоянии, их ждут регенерационные камеры. До отлета военных они будут полностью изолированы.
  - Если захочет взглянуть? - нахмурился Мартинес.
  - Припугните. Скажите, что аборигены могут быть носителями неизвестных инфекций. И до завершения процедур контакт с ними не желателен. Если будет настаивать -умоем руки. Кого нашли, того и подобрали. Если прокатит -утром проведем операцию. Пусть Солли готовиться.
  - А неплохой план, - сощурился Веласкес.
  - Может сработать, - кивнул невозмутимый британец.
  На том и порешили. За троицей закрылась дверь, Мэтью плеснул в стакан виски и залпом выпил. Лишь бы сволочной военный все не испортил. Смутная тревога заставила Ривса встать и подойти к бару. Сердце не обмануло. Грязное ругательство само вырвалось из уст цивилизатора - бутылка с лучшим виски - жемчужиной схрона, пропала.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава семь. Фиксация.
  
  Славку качало на волнах и тошнило. В ушах шумело, словно, к ним приложили морские раковины. В шепоте глубин угадывались знакомые слова, но смысл ускользал. Славка прислушалась к звукам, которые доходили, словно через вату. Как странно: море беседовало на интерлинге.
  Славка разлепила глаза, но из - под кепки увидела только свои ноги и торсы людей в бежевой одежде.
  - Да поставь ты стакан. Ноги зафиксируй, - резанул по ушам писклявый женский голос.
  Славка поморщилась: и чего так визжать? И что значит "зафиксируй"?
  - Куда денется? Дай горло сполоснуть. До сих пор кошки скребут, - отозвался хрипло мужской.
  - К шефу надо правильно подкатывать, чтоб воду не глотать, - подколол ехидно третий собеседник и расхохотался.
  - А это видел? - Заткнул насмешника "хрипун".
  Обидчик присвистнул с восхищением, но тут же поддел:
  - Не маловато ли для премии?
  - Для аванса пойдет, как раз по карману, - хмыкнул собеседник.
  - Как бы за этот аванс по шее не схлопотать, - ядовито предупредил завистник.
  - Ну, беги докладывай Ривсу, - фыркнул обладатель неведомого приза.
  - А ну дай сюда, - вмешалась сварливо дама, - пока я обоим авансом по голове не настучала. Бездельники, времени и так нет.
  Послышались звуки возни, возмущенное бормотание и стук стекла об стекло.
  - Шкурку снимем? - Раздалось слащаво до отвращения над ухом Славки, и кто-то бесцеремонно схватил её за грудь и дернул за шнуровку. Одновременно со Славки стянули сапоги, оголили лодыжки и защелкнули на них тяжелые браслеты.
   Славка хотела взбрыкнуться, но тело стало деревянное, как колода, а руки и ноги налились свинцом. Мерзкий озноб пробежал от макушки до пяток. Славка никогда не считала себя трусихой, но сейчас паника лавиной накрыла её с головой. Где она? Что с ней хотят сделать? Как вырваться из кошмара?
  - Оставь, - приказал сварливый голос, - До утра пусть так лежит. Ещё майор заявиться. Наиграешься ещё.
  - Это будет покруче крысиных танцулек. А, Сезаро? - Хохотнул "хрипун" и закашлялся.
  - По стриптизу соскучились? - Поддела дама.
  - Не ревнуй. Куда этой худышке против тебя, - парировал нагловатый голос.
  В ответ раздалось презрительное фырканье с указанием:
  - Руки закрепи, болтун.
  Оковы охватили руки Славки ниже локтя. С головы смахнули кепку, и холодные пальцы надавили по бокам шеи. Славка затаила дыхание.
  - Нейтрализатор вкололи? - Озаботилась женщина.
  - Ещё в море.
  - Похоже приходит в себя. Что - то быстро. Брюно, вколи ещё снотворного, чтоб не дрыгалась раньше времени. И пошли ко второму, пока не очнулся.
  - Готово.
  Острие" комариного жала" впилось в плечо. Славка закричала бы, но вопль застрял в горле. Голоса исчезли, и она снова нырнула в омут беспамятства.
   Муть улеглась. Водоворот вытолкнул Славку на поверхность, и свежий бриз подул в лицо.
  - Славка, Славка. Вставай. Уже утро, - позвал мамин голос.
  Ой, как хорошо! Мама вернулась! Солнечный лучик играет на своде родной пещеры. Плохой сон растаял в ночи.
  - Слава, подъем! Сколько можно валяться! - сердится папа.
  - Иду, мам! - Кричит Славка и порывается встать, но из пола вырастают лианы и опутывают её с ног до головы. Славка бьется в ловушке, зовет маму и просыпается.
  Со лба тек пот. В груди зайчиком прыгало сердце. Ошалелыми глазами Славка уставилась в потолок из квадратных плит, перевела взор на светло -голубые стены. Из ячеек над головой лился белый свет, похожий на мерцание кристалла в пещере. Все ровное и гладкое.
  И ни души вокруг. Только слегка жужжал и гнал прохладный воздух серебристый ящик на стене.
  "Это точно - не грот. А если, не грот? То это - не сон!", - саданула током догадка. Славка рванулась и со стоном уронила голову обратно на подушку: её растянули, как шкуру крысака для выделки. Зачем? Для опытов? Славке представила, как потрошат рыбу, вспарывая ножом брюхо, и живот скрутил спазм, а кончики пальцев похолодели.
  
  "Мамочка, я хотела только тебя встретить. Папа, я тебя люблю ". От жалости к себе и родителям, которые никогда не узнают, что случилось, у Славки защипало в глазах. Бедные Матвеич и тётя Зина! Они доверяли ей, а Славка их так подвела! Старый ученый и заботливая ветеринар теперь будут расплачиваться за доброту к ней. Жалость к себе сменилась жгучим стыдом. От бессилия и страха за близких Славка всхлипнула. По щеке скатилась слезинка, и на кончике носа повисла капля.
  Славка наклонила голову и подняла плечо, чтоб вытереть о него мокрое лицо, но оковы удержали руку. Сдирая кожу, Славка принялась выкручивать её, пока кисть намертво не застряла в манжете. Славка расстроено выдохнула и расслабилась. Фиксатор повторял форму руки и протиснуться через самое узкое место не хватало совсем чуть - чуть. Славка пошмыгала носом и попыталась взять себя в руки. В голове зудела мысль об утре. Сколько длилось забытьё неизвестно, за ней могли в любой момент прийти. Нужно было срочно выбираться. Кажется, Кириллыч что - то рассказывал о смазке. За неё, вроде, могли сойти вода или даже слюни.
  Извиваясь ужом, Славка кое - как приподнялась на локтях и осмотрелась. Рядом на столике стоял забытый стакан воды с трубочкой. Славка потянулась к нему и едва не свернула шею, пока накачивалась жидкостью через соломинку. Потом, играя раздутыми, как у хомяка, щеками, примерилась. Кисть правой руки в фиксаторе отекла и онемела - с ней точно бы уже ничего не вышло. Набрав полную грудь воздуха, Славка со всей силы брызнула на левую и принялась выкручивать её из крепления. Костяшки пальцев захрустели, плечо заныло, но дело, хоть и туго, пошло. Запарившись, Славка приостановилась, отдышалась и продолжила старания. Закусив губу, она протаскивала, сложенную дудочкой, кисть через горловину крепления, пока острая боль не обожгла большой палец. Славка резко дернула и вырвала руку от оков, чудом не вывихнув её.
  - Ой, - выдохнула она, пошевелила пальцами и по - кошачьи лизнула саднящие ранки. Все - таки ей повезло. Вода с остатками солнцезащитной мази и слюнями, и правда, оказалась неплохой смазкой. Возможно, и фиксатор предназначался для более крепких рук, а не тонких девичьих запястий.
  Свет моргнул и ящик на стене громко ухнул. Славка вздрогнула и, замерев, прислушалась: не идет ли кто? Обидно попасться в последний момент. Но кроме ударов сердца в груди, больше ничего не услышала.
  Славка освободила правую руку и сложилась, как гимнастка, пополам, чтобы заняться ножными "оковами". Вслепую она нащупала тугие рычажки и отщелкнула их. Славка встала босыми ногами на холодный пол и почесала одну ногу о другую. Все - таки Кириллыч был прав: нельзя терять присутствие духа.
  И тут же она схватилась за лоб. Побегать можно и босиком. Подумаешь: невидаль для ребенка из пещеры. А где фирменная кепка - подарок дяди Андрея, главы техников?
  Славка молниеносно нырнула под кровать. Бейсболка валялась под столиком, родные сапожки - под койкой. Надев драгоценную кепку, Славка выползла из - под кровати и присела на край ложа обуться. Она натягивала сапоги и хмурилась.
  Последнее, что она ясно помнила, было нападение игуаны. Или это приснилось? Славка глянула на руки с глубоки царапинами - нет, ящерица точно не приснилась. Из подслушанного разговора похитителей в голове крутились слова: "фиксация", "стриптиз", "утро" и "майор". Но было ещё нечто важное, зацепившее и ускользнувшее. Зачесался нос. Славка машинально провела по нему кулаком и подпрыгнула, как от кнопки. Второй! Похитители говорили о втором! Они притащили ещё кого- то с берега! Но кого?
  Славку аж затрясло от ужасной догадки - котенок не просто так визжал на берегу. Конфедераты сцапали малыша Васьки! Более страшной катастрофы трудно было и придумать. Коты всегда отличались крутым нравом, а из - за котят вообще впадали в бешенство. Не случайно полудраконы - птицы Рух, которые однажды покусились на мраморных детенышей, теперь гнездовались на островах. А ведь на склоне остались и её следы. Нюх у Васьки отменный, кот мог все понять не так и кинуться разбираться в грот. А если папа ещё не вернулся, то и совладать с котом никому не удастся.
  Славка решительно повернула бейсболку козырьком назад. Мама говорила: "Когда страшно надо бояться не за себя, а за других". Бедный малыш, надо было срочно его спасать, а для этого отыскать на МОНИК техников и маму, и все им рассказать или может даже выручать.
   Но путь на свободу перекрывала дверь без петель с ручкой - кармашком. Славка подергала ручку и, наконец, догадалась потянуть её в бок. Панель бесшумно отъехала немного в сторону, и Славка бочком протиснулась наружу. За порогом Славка повернула голову и шарахнулась назад, уперевшись взглядом в человеческую фигуру. Та в унисон ей дернулась в глубь темного стекла.
  - Фу, напугало, - вырвалось у Славки, она с укором глянула на отражение, которое ответно насупилось.
  Славка мысленно отругала сама себя за легкомыслие. Сейчас ей повезло, но могла налететь и на злодеев - конфедератов. Кириллыч советовал: в тылу врага не пороть горячку, не расслабляться и вооружиться тем, что под руку попадется.
  Славка осмотрелась: что бы прихватить для защиты?
  Она подергала металлические ножки кровати и столика. Увы, без инструмента их было не отодрать. Потом взвесила в ладони стакан и прикинула - как бы самой не порезаться, если разобьётся. Размышляя, Славка ещё раз оглядела комнатушку и забыла о бокале.
   Слева от двери, на стеклянной этажерке примостилась пузатенькая бутылка с жидкостью красивого медового цвета. Славка кинулась к ней и схватила за длинное горлышко. Потом несколько раз взмахнула и рассекла бутылкой воздух. Кажется, она нашла неплохую "палицу". Стеклянная "рукоятка" лежала в ладони, как влитая. Стенки и донышко сосуда казались достаточно прочными, чтобы не разлететься от удара.
  Славка повеселела. Пусть теперь попробуют схватить её. Она взялась за ручку двери, держа "дубинку" наготове, но панель сама поехала в сторону. Порог перешагнула толстуха в светло - бежевом комбинезоне. Славка моментально подставила ей подножку. Дама вскрикнула и всей тушей шмякнулась на пол, ударившись об кровать.
  Славка замахнулась бутылкой и застыла. Толстуха не двигалась и молчала. Славка скорее рванула вон из бокса. В двух шагах, слева, за стеклянными дверями было темно. Славка подкралась к ним. При её приближении панели сами разъехались. Славка только сунула нос через порог, и в помещении тут же зажегся свет. Славка икнула и отпрянула назад. Но и на этот раз пронесло: из - за и стеллажей с аппаратурой никто не выскочил.
  Славка перевела дух и заскользила тенью дальше по коридору, осторожно заглядывая во все темные помещения - вдруг там прятали кота. Наконец, она добралась до ярко освещенного офиса и осторожно глянула сквозь стекло. В комнате, за столом сидело двое крепких мужчин, курчавый и сутулый, в бежевой форме. Они рассматривали какую-то одежду, то ли штаны, то ли куртку. Кудрявый, отпихнул от себя вещи, встал и направился к двери. Славка быстро присела. Неужели её засекли? Спрятаться было некуда. От двери её заслоняли только высокие носилки на колесиках - единственное укрытие на весь длинный коридор. Славка сжалась за ними в комок и оглянулась назад - не спешит ли толстуха. Потом она быстро запихнула бутылку в торбу, которую с неё так и не сняли, и вцепилась на ножки тележки. Она решила сбить конфедерата носилками с ног, если тот заметил её. Но мужчина вышел из офиса и зашагал в другую сторону. Славка дождалась пока он исчезнет за углом и прокралась под тележкой к дверям. Сутулый верзила продолжал тянуть одежду за рукава в разные стороны, но похоже и ему это надоело. Он скомкал вещи, прижал их к груди и побрел к двери в глубине кабинета. Как только за ним закрылась панель, Славка кинулась дальше по коридору.
  
   На повороте она прижалась к стенке и с опаской высунулась из- за угол. На пол лился свет из помещения справа. Славка проскользнула к очередным стеклянным створкам, за ними - в палате никого не было. Славка осмотрелась, прислушалась и перебежала к двери, напротив. Эта панель ручку - кармашка не имела, и сама не отъехала. Славка прижалась ладонями к двери и стала пихать в сторону. Ничего не помогло. В сердцах девчонка пнула упрямую панель ногой, и тут заметила на косяке белую коробочку с прорезью. Почесав нос, Славка провела пальцем по щели, постучала. Увы, усилия оказались тщетны. Путь на свободу был замурован. Славка раздраженно саданула по коробке кулаком и, промазав, врезала по косяку костяшками пальцев. От боли она зашипела, завертелась и, дуя на бедную руку, вновь очутилась у стеклянных створок. Те с готовностью распахнулись. Податься все равно было больше некуда, и Славка приняла приглашение войти.
  Просторная комната напомнила пещеру - лабораторию Матвеича, но там было интересно, а здесь жутковато. Вдоль стен выстроились стеллажи высокие и низкие, с мигающими ящиками. От ящиков тянулись прозрачные трубочки прямые и закрученные в спираль. Середину зала занимал большой серебристый цилиндр на постаменте. Над ним мерцал светильниками огромный диск.
  Славка осмотрелась на пороге и подошла к цилиндру. Встав на цыпочки, она заглянула в окошечко на крышке. Внутри лежал человек. Славка почесала носик: лицо больного показалось смутно знакомым. Веки пациента дрогнули, и взгляд карих глаз остановился на ней. Девчонка отпрянула, но набралась храбрости и склонилась опять над стеклом. Губы человека беззвучно зашевелились. Он что-то говорил ей. Славка обошла установку кругом, ища способ её вскрыть. В одном месте на бортике цилиндра, она увидела панель с горящей красной кнопкой. Славка почесала носик, примерилась и осторожно надавила. Сработало. Сегменты крышки, как лепестки, раскрылись и заехали в постамент капсулы. Послышался вздох.
  В камере распластался юноша в синих трусах. Его руки и ноги надежно крепились к бортам цилиндра, а трехконтактный фиксатор жестко удерживал голову. Все тело подопытного от пяток до макушки покрывали датчики.
  Славка уставилась на торс парня, исполосованный в кровь. Перед глазами нарисовалась картинка на склоне. Так вот кого второго приволокли с берега - спасителя от игуаны!
  - Ты, кто? - выдавил из себя юноша.
  - Славка, - выдала девчонка, как само собой разумеющееся, и затараторила. - Ты меня от шипучки спас. Нас на опыты взяли, надо сматываться.
  - Кто взял? Куда? - не успевал соображать парень.
  - Ну, жабы на МОНьКУ стриптиз вместо крыс танцевать, - выпалила на одном дыхании Славка.
  И тут же уточнила:
  - А что такое стриптиз?
  Молодой человек не нашелся сразу и буркнул:
  - Маленький ещё.
  Славка задохнулась от возмущения. Ну, вот, как всегда: то девчонка, то маленькая. Подумаешь большой выискался, даже не понял, кто она.
  - Надо уходить скорее, пока не пришли, - затормошила Славка парня.
  Тот напряг мускулы, но не совладал с фиксаторами и расслабился.
  - Может, поможешь? - усмехнулся юноша.
  - Ой, да. Сейчас, - спохватилась Славка, и бросилась освобождать пленника.
  Сказать оказалось легче, чем сделать. Проводки удалось отодрать быстро, а вот с тугими фиксаторами пришлось помучиться. Но сломав пару ногтей, девочка справилась.
  - Спасибо, - молодой человек сел и потер запястья рук.
  Он выбрался из камеры и медленно, разминая ноги, отправился к двери. Вячеслава последовала по пятам.
  - Закрыто, - пожаловалась она за спиной парня, озираясь по сторонам.
  Юноша промолчал и стал осматривать панель, а Славка разглядывать его. Ростом он был по выше её, но ниже отцовского; не толстый и не слишком мощный. "Но и не слабак", - оценила Славка бицепсы. Рядом с парнем она осмелела. Однако нагота юноши смущала.
  - Тебе не холодно? - Осторожно спросила Славка.
  - Есть предложения? Форму мою часом не видел? - Спросил парень через плечо. Он говорил по - русски, но немного странно.
  Славка пошарила глазами вокруг и её осенило.
  - Может у них, там.
  - Где там? - Нетерпеливо уточнил юноша, резко обернувшись.
  - Ну, там, у жаб, - махнула Славка в сторону поворота.
  - Показывай, - скомандовал парень и первым рванул вперед.
  - Где свет горит, - подсказала Вячеслава и бросилась следом.
  Славка чуть ли не бегом пришлось догонять юношу, который босяком уверенно маршировал к офису. На всякий случай она на ходу вытянула из сумки бутылку.
  Стеклянные двери вовремя разъехались перед парнем, иначе бы он их точно снес. Верзила за столом едва успел вскочить на ноги, когда юноша ворвался в офис.
  - Где моя форма? - С ходу рявкнул юноша на интерлинге. Славка осторожно выглянула из - за его спины.
  Здоровяк - конфедерат с рожей орангутанга, застигнутого врасплох, вылупился на парня и неожиданно наставил на него дуло большого автоматического инъектора.
  - Что детки, проснулись? - Осклабился верзила. Его злой взгляд скользнул по Славке и остановился на бутылке в руке девочки.
  - А ну, дай, сюда, - рыкнул он и протянул лапищу.
  В следующий миг инъектор, выбитый ногой юноши, вылетел из руки конфедерата, и о стеклянную перегородку за спиной ребят дзынкнула игла. Верзила в бешенстве кинулся на парня, они сцепились и покатились по полу, наталкиваясь на ножки стола, стулья и стеллажи. Со звоном посыпались металлические инструменты и ампулы.
  Славка прыгала кругом, едва увертываясь, чтобы её не сбили с ног. Ей все не удавалось улучить момент и треснуть "орангутанга".
  Верзила все-таки подмял под себя противника и принялся его душить. Славка больше не медлила. Она подскочила и заехала конфедерату бутылкой по голове. Здоровяк дернулся и удар пришелся вскользь, по уху, но все же конфедерат разжал пальцы на горле парня и обмяк.
   Юноша напрягся, перевернул верзилу на спину и со всей силы врезал кулаком по "обезьянней" роже. Потом он встал на колени и похлопал "душителя" по щекам. Здоровяк разлепил веки и бессмысленно уставился сквозь юношу на потолок.
  - Где форма? Где моя форма? Отвечай, - затряс его парень.
  Голова верзилы мотнулась из стороны в сторону, как у игрушечного болванчика. Здоровяк что-то пробубнил и вновь закрыл глаза.
  - Она, наверное, в там, - вмешалась Славка и махнула бутылкой на узкую дверцу в дальнем углу. - Он туда относил.
  - Давай тащи, - приказал юноша, а сам подобрал с пола прозрачные, гибкие трубочки и принялся связывать ими руки конфедерата.
   Форма отыскалась не сразу. По началу Славка растерялась: за дверью пряталась комнатка с приятным свежим запахом, с раковиной на стене и белым "троном" в нише. Славка засунула бутылку в торбу и открыла стеклянную кабинку напротив входа, но ничего, кроме разноцветных баночек и тюбиков, не нашла. Славка осмотрелась, заглянула под "трон". В этой обители чистоты, зеркал, кафеля и махровых полотенец ничего толком было спрятать нельзя. Оставался только щит, вмонтированный в стену, справа от двери. Славка дернула за ручку на щите, и на неё вывалился ворох из комбинезонов и полотенец. Славка принялась быстро вытаскивать вещи наружу. В конце концов она нащупала сверток с ботинком, извлекла его на свет и радостно выдохнула. Она не зря старалась.
   - Вот, держи, - всучила она парню баул. Молодой человек не взял, а выхватил тюк из её рук и стал спешно потрошить его.
   - У тебя кровь на спине, - заметила Славка.
  Юноша порылся в бауле и вытащил небольшой тюбик, из которого выжал немного геля и намазал им ссадины на груди и животе. Славка догадалась, что это мазь, которая заживляет раны, папа тоже вытребовал такую у "земноводных" для охотников.
   - На спине смажь, - обратился парень к Вячеславе, протянул ей тюбик и подставил исцарапанную спину.
   - Ой, у тебя здесь стекло, - охнула девчонка, едва не порезавшись об осколки, впившиеся в кожу юноши.
  - Вытаскивай и мажь, - нетерпеливо указал парень.
  Славка принялась выколупывать стекло из ссадин, вытаскивать кончиками ногтей глубоко засевшие осколки. Юноша вздрагивал, ежился, но терпел. Из ранок потекла кровь.
  - Я сейчас, - крикнула Славка и бросилась в комнатку. Она притащила полотенце, вытерла кровь и стала выдавливать гель на порезы. Благодаря удивительной мази раны быстро покрылись защитной пленкой, и кровь прекратила течь.
  - Все, - сообщила Славка, замазав последнюю ссадину.
  - Спасибо, - поблагодарил юноша и стал одеваться.
   Славка из вежливости отвернулась. А когда глянула - прикусила язык. Юноша, как раз, дотягивал молнию до горла. Комбинезон перекрасился из невзрачного серого в бело -голубой - под цвет стен и мебели, и фигура парня в нем сразу размылась. Молодой человек хлопнул себя по груди, бокам и нахмурился. Складка между его бровей разгладилась, как только он вытянул из кармана брелок на ремешке и, быстро надев его на шею, спрятал под одеждой.
  Славка в замешательстве наблюдала за парнем. Вот, это попала. Она совсем забыла, что видела у реки и на пляже. Теперь понятно: откуда у него акцент. Как же она не сообразила?!
  На рукаве формы юноши выделялась эмблема - рисунок иглы с надписью на интерлинге " Конфедерация". Где ещё на Эрлике, кроме МОНИК, могли водиться врачи с иглами?
  - Ты конфедерат? - Выдавила из себя Славка деревянным голосом.
  - Рядовой Новиков! Спецподразделение "Игла", Армия Звездной Конфедерации, - доложил юноша и расправил плечи.
  - Это ты с лопухами на голове по берегу крался? - Запальчиво бросила Вячеслава.
  - Почему крался? - Удивился солдат. - Просто к морю шёл, чтоб своих найти. А листья, чтобы голову не напекло. А ты, что следил?
  - Вот ещё, не тебе одному на берег надо, - выкрутилась Славка и подковырнула с кислой миной. - А что жабы и своих на опыты берут?
  - Какие ещё жабы? - не выдержал Новиков, - можешь нормально объяснить?
  - Земноводные, из Конфедерации, - процедила сквозь зубы Славка, заводясь. - Они МОНИК захватили, когда наши на берег уплыли людей в Океанограде спасать после галантов. Целую неделю маму и техников домой не отпускают. И ты из них?
  - Мы - разведка, а не жабы, - отбил парень выпад.
  - А почему у тебя "игла" на рукаве? - с подозрением прищурилась Славка.
  - Это эмблема части, - глянул солдат с уважением на шеврон, - Взвод, как игла, проходит через любые препятствия и выполняет самые опасные задания.
  - Слушай, Славон, - продолжил он с упреком, - Кончай фокусничать, как девчонка. Я не знаю, что здесь у вас происходит. Толком расскажи.
  Славка только пожала плечами и сухо поведала о разговоре похитителей. Солдат выслушал и вычленил для себя главное:
  - Майор - мой командир. Похоже, его боятся. Надо добраться до него. Он, скорее всего, не в курсе, что здесь творят.
  - Он поможет маму найти? - оживилась Славка.
  - Наверное. Слава, не все конфедераты - жабы, как вы их называете, - попытался объясниться парень. - Тебе просто не повезло встретить хороших.
  - Почему не повезло? - чисто с женской логикой полезла возражать Славка. - Дядя Милош хороший и другие, которые вместе с мамой в Океаноград приплыли людей спасать.
  - Ну, вот видишь, - поддержал юноша.
  - Только хорошие из - за жаб погибли, - добавила упрямо Славка, - один только дядя Милош с нашими в горы ушел и больше к морю не ходит.
  Возникло неловкое молчание. Закусив губу, Славка принялась водить носком сапога по гладким плитам пола. А парень подобрал с пола автоматический мини- шприц и зарядил его ампулой, которая чудом уцелела на полке стеллажа.
  - Держи. Знаешь, как пользоваться? - Спросил юноша, протягивая Славке мини - инъектор.
  - Знаю, - буркнула Славка и взяла шприц. - Нам жабы такие за молоко поставляют.
  - Тогда стреляй по моей команде, с близкого расстояния. Не промажь, - распорядился солдат. - А бутылку свою лучше оставь, пока никого не прибил.
  Славка только фыркнула - подумаешь, раскомандовался, и подальше закинула сумку с "дубинкой" за спину. С чего это ей было расставаться с таким трофеем. Бутылка выдержала испытание, не треснула и могла ещё пригодится. Парень беспокоился за своих - земноводных? Так пусть первые не лезут.
  Солдат спорить не стал. Он взял со стола белую пластинку и позвал:
  - Ладно. Пошли.
  - А этот? - Указала Славка на связанного верзилу.
  - Полежит, пока майора не найдем, - решил парень и направился к дверям.
  Славка перешагнула через ноги "орангутанга" и выскочила вслед за Новиковым из офиса.
  
  - Почему ты конфедератам служишь? - Пристала она, вышагивая рядом с парнем по коридору. - Ты же русский.
  - А где мне ещё служить? - Отрезал Новиков. - Российской Федерации больше нет.
  Славка зло зыркнула на него. За такую крамолу на горе можно было запросто подзатыльник словить. Подумаешь, "ИГЛА ". Дядя Виталик с дядей Пашей тоже в десанте служили.
  Солдат поймал возмущенный взгляд Славки, но не смутился:
  - Уже семнадцать лет о русских мирах ничего не слышно. Конфедерация приютила россиян, тех кто спасся. Я вырос в детском доме в русской резервации на Кинге. И никто никого на опыты не брал. Это мой дом, там мои друзья.
  - И я не хочу отсиживаться, - жестко закончил он, чеканя шаг.
  - А что такое " резервация "? - Уточнила Славка непонятное слово, склонив голову на бок.
  - Поселение для неграждан, - ответил юноша и осекся.
  Но Славке было уже не до этого. Она схватила парня за рукав и ткнула пальцем в отъезжающую входную панель.
  - Прячься, - отпихнул её солдат.
  Славка бросилась за угол и тут же высунулась обратно.
  Солдат прижался спиной к стене справа от двери. Панель отъехала в сторону. Через порог шагнул высокий, кудрявый, смуглый брюнет, толкая перед собой тележку с круглым контейнером.
  
  Новиков набросился со спины и захватил его шею рукой.
  - Стоять, не двигаться. "ИГЛА". Звездная конфедерация, - сурово предупредил он.
  - Сдаюсь, - сверкнул белозубой улыбкой брюнет, подмигнул Славке и высоко поднял руки. - Я врач. Чем могу помочь нашей доблестной армии?
  - Где майор Линдгрен? - Спросил солдат.
  - Полагаю, как обычно, в операторской, - без малейших признаков паники сообщил пленник.
  - Как с ним связаться? - Не отставал юноша.
  - У меня коммуникатор на руке, - доложил брюнет, продолжая улыбаться Славке.
  Похоже военный ослабил захват на радость конфедерата. Брюнет шуранул ногой по тележке, развернулся, но солдат перехватил его руку и вывернул на спину. Заставив скрипящего зубами противника встать на колени, Новиков крикнул.
  - Славон!
   Дребезжащая повозка промчалась по коридору и врезалась со звоном в стену. Славка увернулась от неё и бросилась на помощь.
   Поза конфедерата была лучшей подсказкой, что надо делать. Обтянутая бежевыми штанами ягодица напрашивалась, как воздушный шарик, чтобы к ней приставили мини - шприц и нажали на кнопку. Что Славка с удовольствием и проделала.
   Конфедерат дернулся и повалился кулем на пол. Военный встал на колено, проверил у него пульс и занялся коммуникатором на запястье.
  - И у этого не работает, - с досадой произнес он и отпустил руку брюнета. - Или здесь связь не берет.
  - Потому что жабы. У них все так. Теперь понял? - Мстительно подковырнула Славка.
  Солдат промолчал. Он прислонил заснувшего конфедерата к стене и принялся шарить у того в кармах. Юноша вытащил зеленый баллончик, выпрямился и сунул находку в Славке.
  - Нажимать здесь, - указал он на белую головку.
  Славка тут же надавила. В сторону отключившегося брюнета полетели брызги.
  - Не сейчас! - Сердито одернул её парень, - это же слезоточивый спрей, убери.
  Славка с интересом покрутила в руках баллончик и сунула в торбу для трав. Поди, не шприц с антидотом, в сумке не затеряется.
  Новиков вернулся к двери. Он достал из кармана белую дощечку, прихваченную в офисе, провел ей через прорезь в коробочке, и панель послушно отъехала.
  - Пошли, - кивнул солдат, приглашая на выход.
   - А, как тебя зовут? - Наконец-то догадалась спросить Славка парня, когда они выбрались в коридор.
  - Олег.
  
  ГЛАВА восемь. УТИЛИЗАЦИЯ, АБОРИГЕН и ИЗОЛЯЦИЯ
   
   в широком проходе, по обе стороны от двери, было припарковано по одному четырехместному гравикару. Зеленые машинки с покатыми боками походили на огромных, дремлющих слизней или личинок. Новиков забрался на место водителя "слизня" слева, и Славка шустро пристроилась на сиденье рядом.
     - Куда едем? - Полюбопытствовала она, захлопнув дверцу гравикара.
     - Мне надо найти майора и своих ребят, - ответил солдат, уверенно разворачивая машинку.
     - А мне маму и наших, - напомнила девочка.
     - Договорились.
     Встречи с майором - конфедератом Вячеслава побаивалась, но и пускаться в одиночку искать маму, техников и кота опасалась. Она дала себе слово быть начеку и улизнуть при первой возможности. На том и успокоилась.  
   О поездках на гравикарах хвастались зазнайки-мальчишки, ученики техников. И вот прокатиться выпало и ей.   Наверно, они попали в какой-то особенно удаленный уголок. Тоннель был совершенно безлюдным. За стеклянными перегородками не горел свет, из дверей никто не выходил и не выглядывал. Машинка бесшумно скользила по коричным плитам, в которых отражалась цепочка ламп на высоком полукруглом потолке. Здесь все так отличалось от коридоров родной пещеры: с низкими сводами, извилистых, полутемных и сырых.
  Комбинезон Олега из голубого перекрасился в песочный под цвет стен.
     "Как игуана", - отметила про себя Славка, - "для охоты удобно"
  Она покосилась на спутника с обгорелым на солнце носом и ежиком русых волос на макушке. Интересно: сколько ему было лет? Женское чутье подсказывало - не на много её старше. Но военная форма и золотистая поросль на щеках сбивали с толку. Славке очень хотелось поболтать - расспросить о Конфедерации, но она робела - боялась отвлечь от управления машинкой. Парень же молчал и смотрел только на дорогу. Поэтому Славка уняла любопытство и принялась глазеть по сторонам.
     Несмотря на тревогу, путешествие на шустрой повозке увлекало. Через равные промежутки белые своды сменялись стеклом, и тогда над головой нависла синяя бездна. Придерживая на затылке кепку, Славка следила за стайками пестрых рыбешек и любовалась радужными зонтиками медуз над куполом тоннеля. Ультрамариновый мир   завораживал и манил. Если бы не похищение и мерзкие происки "жаб", здесь очень и очень стоило очутиться.  Но насладиться зрелищем Славке помешали.
  О горлышко бутылки, которое торчало из торбы, что-то звякнуло. Славка отвлеклась от рыбок и охнула. В сумку впилась игла. Славка обернулась и толкнула Олега в бок:
  - Жабы! Догоняют! - Испуганно воскликнула она.
  Их настигала машинка с конфедератами - недавними противниками. Курчавый брюнет, сидящий на впереди, целился из пистолета для инъекций, за его спиной вставлял в ружье шприц конфедерат - "орангутанг". Вела гравикар толстуха.
  Новиков оглянулся и резко бросил машинку в сторону.
  - Держись! - Приказал он и оторвал гравикар от пола. Машинка взлетела под потолок. Славка вцепилась в ручку на дверце.
  - Откуда женщина ?! - Удивился Олег, кидая машинку вниз и вправо.
  - Она меня усыпила. Потом пришла проверить. Не заметила меня. Споткнулась. Упала. Ударилась об кровать, - ответила Славка и едва не вывалилась из гравикара, когда Новиков наклонил его на вираже.
  Машинка теперь металась по коридору, как летучая мышь. Славка хватала ртом воздух и жмурилась при каждом кульбите: вверх, влево,вниз,вправо, на боку. Каждый раз казалось, что гравикар точно врежется в стену или потолок, но в последний миг Олег успевал уйти от столкновения. Теперь ей точно было, чем утереть нос мальчишкам в классе - такие гонки им и не снились.
  Несколько игл ударилось о корпус машинки. Конфедераты не отставали. Толстуха уверенно вела гравикар по середине тоннеля, пока подельщики перезаряжали ружья и стреляли.
  - И ты её не связал? - Сердито бросил Олег и прибавил скорость. - Оставил врага в тылу?
  - Она не дрыгалась, - оправдалась Славка. Она приоткрыла один глаз и покосилась назад.
  Коридор плавно изгибался по дуге, и преследователи исчезли за поворотом.
  Конечно, солдат был прав. Она совсем забыла о толстухе. Когда конфедератка - "жаба" свалилась на пол в боксе, Славка испугалась, что дама притворяется, поэтому не стала её трогать и удрала. А толстуха, видно, пришла в себя привела в чувства подельщиков.
  - Ой, - вырвалось у Славки, когда мимо её носа пролетел новый микрошприц и ударился о приборную панель.
  - Да, пригнись же ты! - Крикнул Новиков. Он схватил Славку за шею и с силой прижал к себе.
  Машинку снова начало кидать из стороны в сторону, вверх и вниз.
  Полулежать в скрюченном положении и тереться носом о штанину солдата радости не прибавляло. Спина у Славки быстро затекла и заныла. Но было слышно, как о машинку ударяются шприцы, Новиков и сам пригнулся к рулю, и втянул голову в плечи.
   Славка не высовывалась, пока гравикар не замедлил ход и не снизился. Тогда она осмелела - подняла голову и с легким стоном выпрямилась. Машинка снова скользила у самого пола.
     - Полетали, - сплюнул Олег и с досадой хлопнул по рулю. - Аккумулятор сдох. Как бы вообще не встать.
  Славка покрутила головой. Наверное, им удалось вырваться далеко вперед - "жабы на хвосте не висели". Зато впереди возник смутный гул из топота, хрюканья и писка, и в коридоре показалась серо - бурая масса, стремительно катящаяся в их сторону.
  Славка распахнула глаза и привстала.
     - Крысаки, - выпалила она, признав старых знакомых, и плюхнулась на место.
     Свиноподобных крысы неслись прямо на них, заполняя всю ширину прохода.
  Олег попытался развернуть машинку, но гравикар проехал немного и встал, как вкопанный.
  - Да, чтоб тебя, - выругался в сердцах солдат и снова ударил руль, - Затопчут же.
  Деваться из тоннеля было некуда, а бежать - бесполезно. Единственным островком спасения оставался гравикар. Олег встал ногами на сиденье, с него перешагнул на капот. Славка перебралась следом на нос машинки и выхватила из торбы бутыль - свое единственное оружие.
   Вал из грызунов неумолимо катился на машинку и готов был захлестнуть её. Впереди стаи мчался вожак со вздыбленной на загривке щетиной - огромный и страшный, как бешеный кабан. Славка уже различала его налитые кровью глаза и видела ниточки слюней, тянущиеся с белых резцов до пола. Она покрепче сжала в руке горлышко бутылки и приготовилась хорошенько заехать по тупорылой крысиной морде. Но вожак раздул ноздри и взвизгнул. Он шарахнулся в сторону и проскочил мимо гравикара вдоль стенки.
    Стадо подхватило вопль главаря, обошло с двух сторон машинку, и понеслось с паническим хрюканьем дальше по коридору.
    Славка проводила глазами крысаков и почесала носик. Это, что бутылка их так напугала? Славка понюхала рукав рубашки. Одежда отдавала пряно - сладковатым ароматом.
     - "Шипучкой" пахнет. Они её боятся, - радостно доложила солдату Славка.
     - А этот тоже боится? - Сухо поинтересовался Олег.
     Славка резко обернулась, поскользнулась и едва не скатилась с капота - хорошо Новиков успел схватить её за локоть и удержать. - Здесь, что зоопарк взбесился? - Процедил сквозь зубы солдат.
   - Не знаю, - сглотнула Славка.
     По тоннелю двигался живой симбиоз танка с комбайном.
    Конечно, встречать эрликанских крабов рано утром на пляже Славке приходилось. Ночные охотники, они не переносили жаркого солнца. Но о существовании столь огромных монстров она не подозревала. Острые края плоского панциря со скрипом резали стеновые панели. Огромные клешни вместе с двумя парами усов сновали отлаженным механизмом.
     Два гигантских отростка удавами змеились по коридору. Раз, бросок, и дико хрипящий крысак, из отставших, в удушающей петле уса-щупальца повисает над пастью монстра. Два. Клешня краба ножницами разрезает жертву пополам. Из крысы вываливаются внутренности и розовыми ошметками повисают на конечностях и панцире убийцы.  Кровь брызжет на стены и струйками стекает на пол. Верхняя половина грызуна отправляется усом в рот, нижнюю подхватывает короткий собрат и засовывает следом. В это время длинный отросток уже подтягивает следующую жертву, чтобы ненасытная утроба краба поглотила и её.
     От такого зрелища желудок Славки подпрыгнул к горлу. Олег тоже побледнел сквозь загар.
  Ребят засекли.  Один из " удавов" устремился к ним. Змеевидный отросток приостановился, изогнулся в боевой стойке.
     - Скорее! - юноша соскочил на пол и с силой сдернул Славку с кара.
  Но он опоздал. Ус бросился вперед и обвился вокруг Славкиной лодыжки. Славка закричала и вцепилась в дверцу гравикара. "Удав" натянулся струной и потащил добычу на себя. Олег со всей силы припечатал ус берцем к полу. Отросток лопнул, и Славка выдернула ногу из пут. Смешанный шум от сдираемых панелей и стук ног краба приближался. Пораненный "удав" набрался силы и выгнулся снова коброй.
   Новиков схватил Славку на руку и рванул к ближайшей двери. Он дернул за ручку, но панель не поддалась. Ребята кинулись дальше по коридору. За их спиной нарастал наждачный скрежет. Славка оглянулась. Краб тараном толкал перед собой машинку. Дверь снова не открылась. Монстр вскарабкался на гравикар и подмял его под себя. К Олегу и Славке устремилось уже оба "удава".
  - У тебя же дощечка была! - Завопила Славка и дернула солдата за рукав.
  - Точно! Забыл! - Воскликнул парень. Он лихорадочно начал хлопать себя по карманам, и в его руках, наконец то, очутилась белая пластинка похитителя.
   Солдат полоснул картой по замку. Ключ подошел! Панель отъехала, и ребята ввалились в темный кабинет. За ними проскочил извивающийся кончик уса, но парень с силой ударил по нему створкой, зажав между косяком и дверью. Чудовище не захотело калечить и второго " удава". Ус втянулся в проем и исчез, и створка захлопнулась. За дверью послышался шорох и скрежет, панель прогнулась, но выстояла. Славка и Новиков прижались спиной к двери и разом выдохнули. Пару мгновений в кромешной тьме было слышно только их дыхание.
  - А если краб и крысаки и на "жаб" наткнутся? - Первой вымолвила Славка.
  - Хочешь предупредить? - Сыронизировал Олег. - Если гравикар исправный - удерут или спрячутся, как мы.
  - Если краб уполз, можно немного подождать и выбираться, - предложил он.
  И тут из мрака зарычали, а потом истошно завыли.
  - Мамочка! - Вырвалось у Славки, и она схватила Олега за руку.
  - Спокойно, - приободрил Новиков слегка дрогнувшим голосом.
  
      Луч портативного фонарика, в ладони солдата, отразился в алых зрачках зверя. В следующий миг забыв о спутнике, Славка с криком " Котя!" сорвалась с места.
   - Придурок! - выругался оглушенный Новиков. Он хватился за ухо и , видно, задел локтем   выключатель. В лаборатории вспыхнул свет.
     В большой клетке, на ремнях висел мраморный котенок, как и ранее Олег, густо утыканный датчиками.
     Ни на секунду, не задумавшись: "А, тот ли это малыш?", Славка принялась лихорадочно вырывать провода из гнезд и отдирать крепления от прутьев решетки. Черный узник сначала скалился, но быстро распознал родной запах и разошелся в жалобном мяуканье. Котенок уже свободно стоял на лапах, оставалось только вскрыть само узилище. Но замок не поддавался, и Славка вспомнила о солдате:  - Открой, пожалуйста, - попросила она и только сейчас заметила, какими странными глазами смотрит на неё юноша.
     - Это же мраморный кот! - Раздельно и медленно проговорил Олег.
     - Нет, только котенок, - поправила Славка.
     - Он может напасть! - Вспылил Новиков.
     - Нет, он ещё маленький, ему молока надо, - успокоила девочка.
     - И где молоко взять? - Ехидно спросил Олег, беря себя в руки
     - Он сам найдет, - нашлась Славка.
     Лицо солдата вытянулось.
     - И как ты его потащишь? - Попытался он образумить. - Хочешь, чтоб кота краб утилизировал?
  - Что краб сделал? - Не поняла Славка.
  - Слопал, - пояснил Олег незнакомое слово.
  - А...А фиксация - это, когда связывают? - На всякий случай уточнила Славка услышанное ранее слово, чтоб при случае блеснуть перед мальчишками.
  - Примерно. Обездвиживают. Закрепляют на одном месте, - уточнил терпеливо Новиков.
  - А стриптиз? - Тут же ввернула Славка.
  Парень кашлянул и скорчил гримасу.
  - Штаны стянут и плясать заставят, - отбрил он.
  - С крысами? - Выпалила Славка.
  - Да сдались им крысы, их другое интересует, - не выдержал и криво ухмыльнулся Олег.
  - Ой. Вот жабы! - Дошло наконец то до Славки. Она покраснела и отвела глаза.
  Котенок нетерпеливо мяукнул и царапнул клетку. Славка почесала кончик носа, срочно требовалось что-то придумать.
     - Отвернись, пожалуйста, - попросила она солдата.
     Не понимая в чем дело, парень пожал плечами, но просьбу выполнил.
     Славка стащила с головы кепку с банданой и тряхнула копной золотистых кудряшек. Потом она задрала безрукавку вместе с рубашкой и вытянула из штанов отцовский длинный ремень. Чтоб не потерять портки, Славка подвязала их по -  пиратски платком.
     Солдат мельком взглянул и остолбенел.
     - Ты девчонка?! - Поразился он.
     - Дружить не будешь? - Вздохнула Славка и скосила на юношу бирюзовые глаза из - под густые чёлки.
    Парень разом растерял свою взрослость и превратился в одураченного пацана. Славка насупилась и повернулась к клетке. Небось, сейчас обидится и во всем обвинит её. Конечно, это она притворялась и водила его за нос.
  За прутьями заскулил малыш. Славка почесала его за бархатным ушком.
     - Откроешь? - Умоляюще протянула она.
     - А самой никак? - Поддел юноша.
     - У нас в пещере замков нет, - буркнула Славка и
    нахлобучила обратно кепку. Она заморгала, чтобы скрыть предательски навернувшиеся на глаза слезы, и шмыгнула носом.
     - Отойди, - сдался Олег.
     Он отодвинул разобиженную особу и отщелкнул замок.
   - Готово, - отчитался юноша.
  От радости Славка повисла на шее парня и чмокнула его в небритую щеку.
  - Сумасшедшая! Кот удерет, - шарахнулся от неё солдат.
  Славка стушевалась и занялась поводком для малыша, придерживая дверцу коленкой. И не заметила, как смущенный Олег потер щеку.
     Как только клетка открылась, котенок рванул на свободу, но попал в петлю из ремня.  Такой поворот его не устроил.  Ходить на поводке мраморный малыш счел не "царским делом " и забился на привязи. Он, выдернув ремень из рук Славки и закувыркался на полу. Воздух заблагоухал кошачьей секрецией.
    Славка кинулась ловить поводок. Под ноги ей покатились табуреты, опрокинутые котенком. Лабораторию заполнил грохот мебели, рычание зверя и славкины восклицания.
  Солдат не вмешивался. Он подпер плечом дверь, демонстративно зажал нос и прочистил пальцем ухо.
  - Нас услышат, -  прогнусавил он.
  Котенок прошмыгнул под лабораторный столик и там затаился. Славка встала на коленки и полезла за ним. Малыш забился в угол. Он скалился и сипел. Его усы стояли торчком, а глаза яростно сверкали.
  Славка поймала конец ремня и потянула мраморного хулигана к себе. Котенок захрипел и уперся всеми четырьмя лапами. Но и Славке упрямства было не занимать. Пятясь, она выползла из - под стола и вытащила малыша "на буксире". Славка поднялась и схватила котенка за шкирку. Малыш извернулся и цапнул её за рукав. Тогда, как учила тетя Зина, Славка собралась с силами, оторвала забияку от пола и хорошенько пару раз встряхнула. Котенок обвис и с уважением посмотрел снизу-вверх на воспитательницу.
  
    - Р- мяу, - запросил он пощады, признав старшинство.
     Славка осторожно опустила малыша на пол и наставительно поинтересовалась:
    - Хочешь, чтоб тебя краб утилизировал?
   Котенок почесал лапой за ухом и покрутил мордой по сторонам. Нет, он не хотел,чтоб его слопали.
     
     - У Кононова мраморным котам не доверяют, - предостерег Олег у двери, настороженно поглядывая на малыша.
     - Они просто не умеют их кормить, - отмахнулась укротительница.
     - А вы умеете? - Усмехнулся парень.
     - Папа научил: и молоко пить и мышей ловить, - похвасталась, гордая за отца, Славка.
     - Главный по котам? - пошутил солдат.
     - Главный, - легко согласились Славка, поглаживая котенка между ушей.
     - Вроде дрессировщика?
     - Вроде.
     - Давай, что ли выбираться, - предложил Новиков, косясь на кота.
  Олег медленно отодвинул панель в сторону и выглянул наружу. Убедившись, что безопасно, он вышел в коридор и махнул Славке с котом - выбираться.
   Тоннель походил на просеку в лесу, оставленную стадом тираннозавров. Гравикар был смят в лепешку. Глубокие борозды разрубали облицовку стен. На искореженных плитах пола алели кляксы крови.
     Котенок принюхался. Он сунул нос в ближайшую лужицу, фыркнул и отряхнул лапы. Чёрный малыш дернул за поводок, и Славка чуть было не распласталась на скользком полу. Олег поймал её, обхватив за талию.
  - Держись!
  - Тащит, - пискнула девчонка, морщась от боли в ладошке: котенок буксиром тянул за собой и поводок струной резал руку.
  - Цепляйся, - юноша отпустил Славку и подставил локоть.
  Славка с радостью подхватила его " под ручку".
  Так они и зашагали, ведомые котом, подальше от краба и лаборатории. В незнакомой обстановке котенок умерил прыть. Теперь он семенил рядом, путаясь под ногами.  Ремень обвис, боль в ладони утихла. Славка повеселела.
  Идти рядом с юношей, опираясь на его надежную, крепкую руку, было непривычно волнительно. Новиков, хоть и служил у конфедератов, оказался не только симпатичным, а ещё бесстрашным и находчивым. Славка даже немного завоображала. Эх, если бы сейчас её увидели мальчишки - она бы точно "нос задрала". Но жеманиться Славке быстро надоело, ей захотелось поболтать. Удивительно, с тех пор, как Олег узнал, кто она на самом деле, он перестал выглядеть через чур серьезным и неприступным. Возможно, то что раздражало его в ней, как в мальчишке, вполне прощалось, как девушке. Чем Славка и поспешила воспользоваться.
   - Откуда ты об общине Кононова знаешь? - полюбопытствовала она. 
  -- При высадке мой параплан ваши птички продырявили. Типа зубастых пеликанов, - отозвался Олег.
  - Птица рух, - подсказала  Славка.
  - Наверное, - кивнул юноша.
  - А потом?
  - Робот упал в реку. Началась течь. Пришлось его бросить и выплывать одному. В джунглях на меня наткнулся Игорь и привел к своим, на Стеклянный холм, к Кононову, - сжато поделился Олег.
  - Повезло. А как до моря добрался? - Не отставала девчонка, пытаясь не споткнуться о котенка.
  - На плоту. Коновцы помогли.
  - На плоту?! Летом?! По Агидели? - Воскликнула Славка, с трудом веря солдату. - А у меня был выбор? - усмехнулся  Олег, - Взвод до осени ждать не будет.
  - И тебя не съели? - Поразилась Славка.
  Из - за оружия галантов защитные поля над заповедниками исчезли. Звери, свезенные со всех концов Вселенной, разбежались. И теперь даже тетя Зина, главный ветеринар, не знала, какие монстры обитают в реке. Точно было известно одно: зимовать чудища уплывали в теплый океан. Поэтому Кононовцы с верховья рисковали спускаться на плотах только по осени.
  - Как видишь, - усмехнулся Олег. - Возможно, дело в форме. Она поглощает запах.
  - Ну, ты даешь, - восхитилась Славка. Олег не хвастался и не рисовался. Мальчишки в классе все до мелочей расписали бы, ещё и приврали. - и через Горячие болота прорвался?
  - Было дело. Милое местечко.
  - Там раньше лечебница была,  - просветила Славка.
  Новиков хмыкнул:
  - Да уж. Настоящий курорт.
    - А, ты из общины Владимира? - в свою очередь поинтересовался юноша.
     - Ага.
     - Порядки у Вас строгие?
     - Строгие, - вздохнула Славка.
    - Будет мне за самоволку, если к поверке не вернусь, - приуныла она.
     - Самоволка? - Переспросил солдат.
     - Несанкционированное оставление расположения части, - по - ученому пояснила нарушительница. А ты в самоволки ходил?
     - Нет. Там, где я служил, было некуда и да и себе дороже, - оправдал Олег такой прокол в своей биографии.
     - А три наряда вне очереди получал, на тумбочке стоял? - насела   любопытствующая заноза.
     - На чем стоял? - не понял молодой человек
     - На тумбочке. Ты же - солдат!
     - Солдат, - обиделся юноша, - а ты много об армии знаешь.
     - У нас все служили, - вздернула нос девочка, не замечая подвоха в словах парня.
     - И женщины? - Подкусил Олег.
     - "Война - не женское дело", - Вывернулась Славка.
     До неё не доходило, что вопросы могут задевать парня. Чего только не нахватаешься у костров длинными зимними вечерами. Особенно славился байками об армейских буднях Кириллыч, по   молодости отслуживший оператором кухонного блока в военно-инженерных войсках. Виталий Кудрявцев, бывший десантник, только усмехался:  
   - Вот жжет. Кирилыч, кончай заливать! С каких это пор стройбат под спецназ работает?
     Однажды они доспорились до того, что к восторгу детворы, разбили ребят на два отряда и провели боевые учения в галереях пещеры.  Славку, конечно, на эти курсы молодого бойца никто не позвал. Кому была охота отвечать за расквашенный нос дочери главы общины?  Но как все же хотелось побегать вместе со всеми! Пришлось изображать из себя санитарку.
     - А амазонки у Вас есть? - Переключился на другую тему Новиков, решив не заводится из- за намеки малолетки.
     - А это кто? - Озадачилась Славка
     - Ну, - растерялся парень, не зная как объяснить, - на конях ездят, сами охотятся, без мужчин живут. У Кононова говорили, что они к вам заезжают.
     - Нет, у нас все живут с мужчинами. Они   и охотятся. Кононовцам, наверное, что нибудь Кириллыч наплел, он может, - рассмеялась Славка. Она смутно припомнила услышанное краем уха, перед походом отца, о следах копыт и женских голосах на перевале.
    Юноша покосился на Славку и пожал плечами.
  Олег упомянул об амазонках, и Славка вспомнила об медальоне, который Новиков спрятал под одеждой. У костра вечерами, в гроте, травил байки не только Кириллыч. Женщины в своем кружке рассказывали красивые истории о любви из давно прочитанных книг, в которых герои часто обменивались всякими безделушками - амулетиками, брелками, колечками. В Славке шевельнулось ревнивое беспокойство.
  - А что у тебя за железяка на веревочке, которую на шею надел? - Спросила она как бы невзначай.
   - Это солдатский жетон, - пояснил Олег. - Он содержит мои данные. По нему меня можно опознать, и еще - подтвердить, что я служил. Служба - самый простой способ получить гражданство Конфедерации.
  - Очень надо? - Фыркнула Славка, испытав одновременно облегчение, смешанное с разочарованием, и споткнулась о малыша.
  - Котя! - Воскликнула она.
  Вдалеке послышался  приглушенный сухой  треск. Котенок встал, как вкопанный, и солдат тоже остановился и прислушался:
   - Стреляют. Вам туда нельзя.
     - А куда можно?
    - Хорошо, - нахмурился Олег, - только осторожно, не высовываться.
  Он освободил руку и зашагал вперед.
     Славка попыталась стащить с места котенка, который упирался изо всех сил.  Пришлось взять скалившегося малыша на руки.
     Котенок оказался не из легких. Славка с трудом поспевала за парнем. Неожиданно малыш забрыкался. Он вывернулся из уставших рук опекунши и брякнулся на лапы.  Задрав короткий хвост, малыш сиганул по коридору мимо Олега.
  - Куда? - закричал Новиков. - Держи его! Славка с Олегом бросились вдогонку. Но куда там. Котенок пулей вылетел на перекресток двух галерей и приземлился на огромный плавник, показавший в проходе.
  Выстрелы прекратились.
   Дорогу троице перекрыла огромная туша, задом пятившаяся по тоннелю, пересекавшему коридор, по которому шли ребята. Чудищем, вытянувшимся в коридоре, оказался обычный для устья Агидели кистеперый сом - хищный рыбоподобный монстр, способный по ночам выбираться на сушу, переползая из одного протока в другой. Мясо его числилось среди местных деликатесов и в качестве угощения перепадало и Ваське. Возможно, старший кот уже успел познакомить с этим лакомством и младшего. И теперь тот решил всерьез лично озаботиться обедом. Увы, будущий царь зверей был хорошо осведомлен о своем грозном статусе и не слишком о своих подлинных размерах. Славка схватилась за ремень и попыталась отодрать его от плавника. Упрямый котенок только глубже запустил когти в рыбу. Глазное яблоко сома вывернулось под немыслимым углом, и немигающий рыбий взор уставился на малыша.
    В щупальцах монстра отчаянно бился человек в защитном комбинезоне - наверное, десантник. Он попытался перевернуться, но единственное, что ему удалось - вытащить из - под себя карабин. Под вымораживающим взглядом чудовища Славка кинулась искать защиту и   натолкнулась на баллончик в сумке. Слезоточивая газ ударила прямо в зрачок сома.
  Это дало фору Новикову. Он перескочил через котенка, метнулся вдоль стенки и вырвал его из рук сослуживца карабин.
    - Убери кота! - Заорал юноша и дал очередь по глазам и морде рыбы.
     Во все стороны полетели ошметки монстра. Славка сдернула котенка с ласты. Он тут же набросился на кусок щупальца и замотал им из стороны в сторону. Славка попробовала отобрать добычу. Котенок зарычал. Новиков в это время помог встать товарищу.
     - Олег! Живой! Дружище! - завопил спасенный, едва поднявшись   с пола и отбросив стекло шлема.
      - Геркулес! - узнал сослуживца Олег.
    -  Новиков! - раздалось уже из прохода.
     - Сол!
     Однополчане радостно набросились на товарища.
     - Жив! Откуда ты? Как добрался? - Засыпали вопросами Олега солдаты.
     - Ну и аромат от тебя, - смеясь, фыркнул Сол, морща нос.
     Олег покосился на Славку. Та пожала плечами: подумаешь, смесь мускуса игуаны с кошачьей меткой.
              - А это кто? - обратил внимание товарищ на Славку с котом.
     - Слава. Она из русской общины.
     - Это мои друзья: Сол Уиллис и Геркулес Сегура, - представил Новиков однополчан.
  Славка с интересом присмотрелась к новым знакомым.
     - У вас молока нет? - Брякнула она первое пришедшее в голову.
     - Это, что аборигенский юмор? - Уиллис, верзила с тонкими усиками, изогнул бровь и свысока оценил селяночку.
  Но особенно ему разгуляться не дали.   Когда твой папа самый грозный человек племени, а класс состоит из одних прожженных шовинистов, тебя уже мало, чем можно достать. Старший Вересов не терпел бегающих взглядов. Поэтому Славка без  особого труда и тени смущения задрала голову и уставилась  на десантника. Обзывается  "аборигеном" ей не понравилось.
   Такая бесцеремонность со стороны дикарки озадачила Сола, и он
    решил взять реванш.
     - Ну, и как крепко вас в кулаке держат? Слышали, Ваш Владимир -  мужик крутой.
     - Никакой демократии, сплошной произвол, - сходу ляпнула нахально Славка, скопировав Матвеича. Лишенная компании сверстников она была обречена болтаться около  взрослых, где по неволи наслушалась.
   Сол поперхнулся, зато  Геркулес, расхохотался во все  горло. Этот смуглый гигант с открытым, простодушным лицом, Славке понравился сразу. Она улыбнулась ему и кокетливо сверкнула бирюзовыми глазами из- под ресниц. Олег малость сник.
     - Уиллис, Сегура! - вновь раскатилось по коридору, - Что у вас? Кого ещё поймали?
     По суровому тону Славка поняла, что приближается кто-то главный и съежилась.
     Старший офицер явно пребывал не в духе. За ним едва поспевала на высоких каблуках брюнетка с перламутровыми губами на слишком загорелом лице.
    - Новиков?! Цел?! Откуда взялся?!  - поразился начальник.
     - А это кто? Местное население? Почему здесь? - заметил командир туземку.
     Ответить Новиков не успел. Неизвестно, чего добивалась дамочка от офицера. Но увидав мраморного малыша, она  замолчала, а потом ударилась в истерику:
     - Это животное - редкий ценный экземпляр! Мне сорвали важный  научный эксперимент. Майор, прошу Вас срочно вернуть этого зверя в лабораторию!
     Котенок выплюнул ус сома и оскалился в её сторону, показав  полный набор белоснежных клыков. Славка   подтянула и прижала его к себе. Можно было бы сбежать. Но куда: к крабу и крысакам? А если бы начали стрелять и попали в  малыша?
     Но похоже, сейчас у офицера имелись другие заботы.
     - Разберемся. Где можно временно изолировать пленных?
     - Вот там, - с готовностью указала черноволосая мымра на одну из дверей.
     Уловив испуганный взгляд Славки, Олег дернулся.
     - Отставить, рядовой, - прозвучал приказ. - Хочешь, чтоб девчонку с кошкой пристрелили или сожрали? Позже выпустим.
  - А это что ещё такое? - Изумился майор, выдернув из котомки Славки бутылку виски.
  Славка ойкнула - её ограбили.
     - Алкоголь детям запрещен, - наставил офицер.
  - А взрослым? -Обижено уточнила Славка.
   Солдаты рассмеялись.
  
  - Воровка! - Завопила мымра.
  - Сама жаба! - Не осталась в долгу Славка.
  - Молчать! - Рыкнул Линдгрен.
     Боясь, как бы её не разлучили с Котей, Славка под дулами карабинов подчинилась.
     Их запихнули в какую-то подсобку. Последнее, что Славка успела расслышать за спиной:
     - ...Груз доставлен, аквакар готов к отплытию. ..
     Панель заехала в пазы и наступила тишина.
     У Славки сильно зачесался нос. Она столько нового узнала за последние часы.    "Фиксация, стриптиз, утилизация, изоляция, абориген и резервация", - её словарный  запас за этот день очень обогатился.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава девять. 'Вдруг, как в сказке..."
   
  Ривсу не удалось уломать майора повременить с отплытием. Военный заартачился и потребовал с утра по - раньше начать погрузку дисколета на катер. Мэтью скрипнул зубами и созвал команду. Спешка срывала планы заговорщиков. Хаббард взялся доставить артефакт в док и тянуть время, чтобы Толстая Солли успела вживить чип в мозг солдата и получить первые результаты.  На том и разошлись.
  А утром тишину комплекса разорвал вой сирены. Ривс подавился кофе и срочно связывался с операторской: что за учебную тревогу ударило в голову устроить напоследок солдафону?
      С мстительной радостью Мэтью выслушал доклад майора, который не выспался после ночного дежурства. Линдгрена переполняли злость и досада.  Он, как никогда, походил на разъяренного тигра, но не знал на кого броситься.
   " То -, то же, дорогой. Докомандовался, высокое начальство ", - злорадно ухмыльнулся про себя Ривс. Но вслух с постной миной посетовал, что причину сразу установить трудно, за двадцать лет на МОНИК такого не случалось.
  Военный намек понял, сжал губы, но  пилюлю проглотил.
  В зверинце ни с того ни сего отказала защитная система, исчезли силовые заслоны. Ударами мощных хвостов диноящеры разворотили заграждения и когтями - ятаганами разодрали решетки, пробиваясь к вольерам теплокровных. В панике винторогие орангутанги, крысаки, гиены заметались по зоосаду и, наконец, через выломанные двери с визгом, писком, хрюканьем вырвались на просторы МОНИК. Голодные рептилии ринулись следом, но столкнувшись на узкой дорожке с друг с другом и сцепились за угодья.
  Линдгрен поднял взвод в ружье.
  - Майор! - всполошился Ривс, - вынужден напомнить: мы под водой. Никакой стрельбы по технике безопасности.
  - Лучше проверьте: все ли Ваши сотрудники живы и добрались до рабочих мест, - огрызнулся офицер.
  - Можно перекрыть сектор и пустить усыпляющий газ, - не сдался Мэтью.
  - Какой сектор? Звери по всему МОНИК. Загонщиком с пустыми руками поработать не хотите? - Оборвал его Линдгрен. - Пока не придумали, что-нибудь получше, оповестите весь персонал, чтоб сидели и не высовывались.
  Майор отключился.
  Мэтью вывел на экран записи камер наблюдения и скривился от картинок кровавого месива. Рептилии рвали на куски любого, кто попадался на пути. Над тушей жертвы тут же вспыхивала новая бойня. Десантники разносили черепа монстров разрывными пулями. Обезглавленные туловища делали по инерции пару шагов и валились, фонтанируя кровью. Лапы с когтями - кинжалами ещё скребли плиты, а на пиршество уже собиралась жадная родня, чтобы самой через несколько мгновений пополнить трофеи спецназовцев. 
  Неожиданно экран погас. Мгновение конфедерат тупо пялился на черный прямоугольник, а потом вспомнил о ручном коме. Маргарет Коул и большинство сотрудников в лабораториях ответили шефу. Не откликнулся только офицер. Ривс плеснул в стакан виски, хлебнул для храбрости и стал ждать. Монитор засветился через час. Забрызганной кровью, как мясник, от шлема до пояса, майор вышел на связь из операторской. Десантники зачистили Центральные сектора МОНИК от чудовищ. Диноящеры подыграли военным, устроив грызню между собой. В пылу схватки до их куриных мозгов так и не дошло, кто атакует их. Оставалось по закуткам отловить тварей поменьше, но сначала заменить порванные кабеля и восстановить полный видео мониторинг комплекса.
  Ривс с облегчением потер руки.  Десантникам приходилось задерживаться. Майору было не отвертеться от наведения порядка.
  Дорогу монстрам в административный сектор Мэтью перекрыл сразу и сам. Теперь ничто  не угрожало и всей центральной части. Ривс достал из аптечки шприц - пистолет со снотворным и выбрался из кабинета. Он уже взялся за руль гравикара, как сзади раздалось:
   - И куда ты собрался?
  В дверях своего офиса со сложенными руками на груди стояла Маргарет Коул. Мэтью мысленно послал коллегу - союзницу, куда по дальше, но ответил:
   - Небольшое дельце есть. Пока военные тут, надо закончить.
  Коул смерила конфедерата задумчивым взглядом, но подробности уточнять не стала.
   - Удачи, - пожелала она и скрылась за панелью.
                  ***
  
  У многих людей есть в жизни идея "фикс" - неприступная вершина, которую надо обязательно покорить, кубок чемпиона, который обязательно нужно заполучить. Для Ривса таким призом была Мария Вересова.
  Он познакомился с ней в Новомосковске - столице Российской галактической Федерации. Ривс в составе научной делегации присутствовал на банкете в честь открытия международного симпозиума по фармакологии и косметологии. Звенели бокалы. Мэтью изображал саму общительность и любезность. Ведь связи и знакомства в мире науки значат не меньше, чем в любой другой сфере человеческой деятельности. Опытный взгляд выхватил из массы приглашенных двух седовласых профессоров - академиков, по - отечески опекавших молодую леди: то ли любовницу, то ли молодую жену? Ох, уж эта милая респектабельность:
   футляр элегантного черного платья плотно облегал стройную фигурку молодой дамы, гибкая шея склонялась под тяжестью русых волос, собранных в узел.
  Навести справки о троице труда не составило: Академики Жемчугов, Столяров и восходящая звезда Российской микробиологии Мария Уланова.
  В обществе во многом имидж мужчины делает женщина. Главное - с кем и где появляться. Молодая ученая была недурна собой. Научные достижения вчерашней студентки не предполагали бурной личной жизни, искушенности в общении с мужским полом. Ривсу с Марией ничего не мешало стать самой заметной парой симпозиума. Их познакомили в тот же вечер. Руки Мэтью до сих пор помнили ощущение гибкого девичьего стана во время танца. Слегка кружилась голова то ли от шампанского, то ли от близости высокой упругой груди под черной тканью. Но ухаживания не сложились. Уланова выказывала доброжелательную приветливость представительницы страны-хозяйки, но без малейшей склонности к общению вне симпозиума. Русская умело играла в неприступность. Что ж, c учетом её репутации, она имела право "ломаться". Но и Ривс не привык отступать. За Марией маячили большие перспективы. Он умел ждать. Все женщины одинаковы, и всему свое время. И не ошибся. Снова об Улановой Мэтью услышал на приеме в Бюро Внешней пропаганды.
  Как, цивилизованный человек, Ривс превыше всего ставил свободу. Но свободу дают только положение и власть. Чем выше лезешь, тем заметнее становишься. Те, кто наверху всегда найдут возможность добавить груза, чтоб не слишком спешил. Но лучше с помощью влиятельных людей выкарабкаться к вершине, чем катиться вниз. Эту прописную истину разжевывать Мэтью не стоило. Конечно, Ривс согласился возглавить научную миссию на Эрлике и посотрудничать с Всесильным Бюро во имя государственных интересов Конфедерации. Вот тут то ему и напомнили об Улановой. Ржавым гвоздем уколола самолюбие новость, что русская недотрога предпочла стажировке в его лаборатории работу обычным врачом в отряде геологов. Теперь же на Эрлике их ждала новая встреча. За Марию хлопотал сам Столяров, научный руководитель Комплекса, чтобы она возглавила сектор фармакологических исследований.
  Пикантность ситуации добавила плюсов к новой работе. Значит, Уланова стала Вересовой? В Ривсе проснулся азарт игрока. Высокая планка - залог больших достижений. Прибрать Вересову к рукам вместе с МОНИК или МОНИК руками Вересовой? Такая перспектива вызвала легкую эйфорию, подобную глотку шампанского. Мэтью оказался прав. Мир Большой науки тесен. Их пути с Марией обязаны были пересечься. А его игра, по сути, ещё и не начиналась. Мужей серьезной помехой конфедерат никогда не считал. Эх, знал бы тогда Ривс, чем обернется для него командировка на российскую планету -заповедник!
  
  
  Подмяв под себя МОНИК, конфедерат два года не знал: уцелела русская недотрога или нет. Но список лекарств, который всучили общинники Маргарет Коул на переговорах, навел на размышления. Интуиция не подвела, и Маракевич подтвердил, что Мария жива. Тогда Мэтью счел бедственное положение русской должной расплатой за строптивость. Но оставил зарубку на будущее - вернуть при случае Вересову на МОНИК, чтоб насладиться своим триумфом. Ждать пришлось долго. О Марии вспомнили, когда научные светила МОНИК окончательно зашли в тупик в борьбе с главной бедой комплекса - детской смертностью. Ни один младенец, рожденный под водой за пятнадцать лет, не прожил более двух месяцев. Последняя надежда была на опытный взгляд со стороны. В обмен на увеличение поставок лекарств Вересова вернулась к работе в МОНИК.
  Время и первобытная жизнь в борьбе за кусок хлеба способны любую женщину состарить раньше времени. Ветер, холод, зной избороздят морщинами лицо, иссушат кожу, ссутулят спину, сделают тяжеловесной походку.
  Но на пирс ступила не изможденная старуха, а королева в изгнании. Полтора десятка лет, конечно, не пролетели бесследно. Но природная красота не увяла, а перешла в другую ипостась: нимфа превратилась в богиню. Самые изысканные духи уступали волнующему аромату, привнесенному ей с берега, в котором мешались свежесть морского прибоя с пряными запахами джунглей. Русая коса, собранная в золотую корону на затылке, глаза цвета весенней зелени - МОНИК одарила явлением не простая смертная, а истинное воплощение покровительницы лесов и гор.
  " Распустить бы тебе волосы ", - промелькнуло в голове Ривса при первой встрече после стольких лет. Кровь быстрее потекла по жилам. Заговорило старое чувство вожделения, усиленное уязвленным самолюбием.
  Владимир Вересов оказался крепким орешком. Несговорчивый геолог испортил немало крови самозваному руководству МОНИК. Рассчитаться с врагом, отняв у него жену, - какая сладкая месть! Болото серой обыденности всколыхнулось, жизнь заиграла новыми красками. У Ривса появилась цель.
   В этот раз он решил действовать издалека, чтобы не вспугнуть жертву раньше времени. Вересова была ученой по призванию, и она не могла не истосковаться в дикости, под властью авторитарного мужа по любимой работе. Предстояло ненавязчиво окружить её заботой и вниманием, напомнив обо всех благах подводного комплекса. Чтобы женщину саму все меньше тянуло на берег. И тогда созревший плод сам бы упал в руки.
  Мысль, что русская сможет родить ему здорового ребенка,  будоражила воображение. Но Мэтью сдерживал себя, в тайне пожирая Марию жадными взглядами.
  Дисколет галантов, десантники, изыскания Солли ускорили ход событий.
  Время поджимало. Ривс быстро сообразил, какой выпал шанс, медлить не приходилось. Если Толстой Солли удастся осуществить задуманное, операцию можно будет повторить в удобный момент и над неприступной русской. По доброй воле или нет, Мария родит ему ребенка. Мэтью знал о слабости ученых дам МОНИК записывать свои развлечения на камеру. А уж раздобыть у них отснятое на память - раз плюнуть. А дальше небольшой монтаж. И записи для русского варвара о кувыркании жены с бравыми десантниками в постели готовы.
  Вересов корчит из себя человека долга. Ну, тогда он молча утрется, чтобы община не лишилась лекарств.
  Либо неприступная гордячка умерит гонор. Чтобы съемка не попала  к  мужу, она примет условия Ривса. Пусть ребенок родится на берегу, и недалекий спелеолог будет считать его своим. Ничего, в нужный момент Мэтью заявит о своем отцовстве. А пока с жертвой можно и поиграть.
  
                  ***
  Мария очнулась, как от толчка. От ночного видения щемило сердце. Приснились давний отлет на Ани.
  Майскими жуками несутся по трехуровневой аэростраде машины. Среди них крутиться и белый аэромобиль отца. Внизу мелькают умытые дождем городские кварталы. Вся семья провожает девушку в космопорт. В ушах звучат голоса родных. Бурчит мама на супруга за скорость: то "не успеем", то "осторожней".
   - Конечно, в Новомосковске врачом не устроиться, только в Тмутаракани, - фырчит сестра - двойняшка Маринка, звезда - топ- модель.
  - Не всем же перед камерами кривляться, - вступается отец.
  - Может Маша там судьбу свою найдет, - примиряет мама.
  - Ага. Пещерного человека выловит, - подкалывает Маринка и тут же наседает, - Чем тебе предложение этого Ривса не угодило? Конфедерация, перспективы, связи.
   - Хочешь? Себе забирай, - парирует Мария и передразнивает, - Конфедерация, перспективы, связи.
  - Пфы,  вот ещё, - фыркает сестра, поводит плечом, откидывая назад золотистый локон, - симпозиумы, доклады, препараты. Маша, мне тебя хватает.
  На подлете к космопорту Маринка спешит достать солнцезащитные очки.
  Отец ехидно замечает, что и на Марию надо было прихватить. А то завтра все модницы под туристов заделаются - рюкзака не купишь.
  Объявляют посадку. Прощальные слова, объятия, поцелуи заполняют минуты перед разлукой.
   Маринка - вредная. Но кто лучше её может чувствовать двойняшку? Она лезет в сумочку и впихивает в ладонь сестры духи - спрей:
  - Держи. Пещерного человека отпугнешь.
  У духова чудесного аромата - Маша его обожает. Он наполнен свежестью и запахами майского сада на рассвете, напоминает о живой воде из бабушкиных сказок. Увы, бабушка не дождалась, когда на далеких планетах найдется эликсир вечной молодости. Но внучка дала себе слово и обязательно до него доберется.
  Ступив уже на трап корабля, Мария нащупывает в кармане заветный баллончик. Начальник экспедиции, кажется, против женщин в отряде? Ничего, потерпит полгода. Девушка храбро нажимает на пульверизатор и прыскает за ухом для удачи.
  Пещерного человека пришлось не отпугивать, а приручать. Он просто заморозил её при встрече. Но девушка дала себе слово выдержать и не сдаться. Она выстояла и влюбилась, первый раз в жизни, в несговорчивого, упрямого начальника экспедиции. Темноволосый, подтянутый и холодный, как глыба льда, Владимир Вересов, казалось жил только работой и горами. Улетая с Ани, Мария мысленно простилась с ним навсегда. Но через пару месяцев упертый геолог объявился сам, чтобы, с видом провинившегося мальчишки, просить стать его женой. И она повела себя не лучше. Маринка, на её месте, по полной бы отыграла сцену "оскорбленного женского достоинства". Вместо этого, Мария, как обиженная школьница, выдвинула самое страшное условие "брать собой в экспедиции".
  
  Картинка была такой реальной, что сознание не сразу смогло выпутываться из тенет сна. Несколько мгновений Мари вникала, куда перенеслась: бокс, тишина и никого рядом. Камнем придавила тоска.
  Маринка ещё до галантов улетела по контракту в Конфедерацию, и внутренне чувство подсказывало - с сестрой все в порядке. А вот о неизвестной судьбе родителей за годы изболелась душа.
  Но раскисать нельзя. От её работы зависит здоровье людей двух общин.
  И все же к чему опять привиделся сон об отлете? Каждый раз он предвещал изменения в судьбе. Странно, пальцы продолжали хранить ощущение сжимаемого в руке баллончика. Чего ждать на этот раз? Только бы с Володей и Славкой ничего не случилось. Как же она соскучилась по близким и родному гроту, устала на глубине без солнца в небесной вышине, без порывов вольного ветра, без сладких запаховы джунглей. Ничего, выберется.
  Заточение тянулось уже неделю: Марию не отпустили на берег и заперли в одиночестве. Коллеги - ученые исчезли. Их руководство так и не удосужилось объяснить причину.  Благо для проведения круглосуточных наблюдений лаборатория имела бокс для отдыха с санузлом и синтезатором пищи.
  Женщина боролась с тревогой, занимаясь собственными исследованиями, пока никто не мешал. Не просто так она появлялась в МОНИК с охапками трав якобы для изучения питательных веществ и микроэлементов, влияющих на гормональную и иммунную систему подопытных животных. Целебные свойства местных трав были изумительными, и могли помочь продержаться при разрыве отношений с МОНИК. Увы, на берегу для их изучения не было оборудования.
   В этот раз, из-за перерыва в основных наблюдениях, удалось сделать много. Но вот беда: на инфо - кристалле Матвеича кончалась память. И мучил вопрос: как и когда, удастся передать наработки домой? Слух уловил звук отъезжающей двери. Мария быстро свернула программу, встала, закрывая спиной комп. Порог переступил Ривс.
  
  Сейчас же комок дурных предчувствий подкатил к горлу. Но внешне женщина себя не выдала и встретила гостя спокойно.
     - Чем могу быть полезна? - обратилась она к Мэтью, выпрямляя спину.
      Ривс стушевался под пристальным взглядом глубоких глаз, но быстро пришел в себя. Он откашлялся и торжественно начал:
     - Я здесь, чтоб поговорить о Вашем будущем, Мария.
   Мэтью чуть не добавил и "нашим ", но вовремя осекся.
   
   - С ним что- то не так? - брови русской удивленно изогнулись.
   
     - Э,- запнулся  воздыхатель, соображая, как повернуть разговор в  нужное  русло и избежать упреков и обвинений. - Вас, наверно, заботит вопрос внезапной изоляции?
   
     - Да, хотелось бы пояснений, - краем глаза женщина посматривала на огонек индикатора скачивания данных - во избежание сбоя необходимо было тянуть время.
     - Не более чем вынужденная мера в целях соблюдения режима
   секретности и безопасности, - напустил тумана Мэтью.
   
     - От кого? От галантов?
   
     От Ривса не скрылась ирония в голосе собеседницы.
   
     - Нет, хотя к галантам, имеет отношение. В прочем, Ваши соплеменники, навряд ли обрадуются, - заинтриговал он.
   
   - Не понимаю, о чем Вы, - обдала холодом конфедерата Мария.
   
  - Вам должно быть известно, - с  пафосом заговорил Мэтью, - что Конфедерация всегда беспокоилась о судьбе сограждан и была готова по первому зову прийти на помощь. Мы воспользовались затишьем в налетах галантов и  послали почтовую капсулу. Нас не бросили в беде! И мы сегодня принимаем у себя разведывательную миссию Конфедерации.
     Ривс приостановился взглянуть на эффект. Но лицо русской оставалось непроницаемым. Мария не доверяла конфедерату. Он мог блефовать, только не понятно за чем.
     - Скоро здесь все перемениться,- продолжил наступление Ривс.- Нами в Конфедерацию через военных будет отправлен важный артефакт, который позволит разгадать секрет оружия галантов. После чего переход планеты под протекторат Конфедерации будет делом решенным.  Российская империя не пережила нашествия пришельцев, её больше нет, вы последние русские во  Вселенной. Понимаете, что это значит?
   
     - Не совсем,- копирование затягивалось, и это вынуждало Марию слушать самозванца дальше.
   
  - На переходный период на планете все неграждане Конфедерации, в смысле, бывшие подданные  Российской империи, будут ограничены в правах, в свободе передвижения и  выборе места проживания.
   
     - Помещены в резервацию, - понимающе кивнула Мария.
   
     - Именно, - воодушевился Ривс. - И наилучшие возможности стать членом цивилизованного общества появятся у тех, кто сможет доказать свою лояльность и полезность новым властям.
  
   
     - Вы предлагаете мне сотрудничество с будущей колониальной
   администрацией? - Догадалась Вересова, исподволь продолжая контролировать индикатор на компьютере.
   
     - Не только, - Мэтью настойчиво подводил разговор к нужной ему теме. - Статус гражданина Конфедерации дает много преимуществ и льгот его обладателю, но  получить его негражданину, особенно женщине, весьма не просто. Но есть способ значительно  упростить и ускорить процедуру.
   
     - И какой же? - Подыграла Мария. Она уже догадывалась, куда
  клонит Ривз, но перекачка файлов должна была вот - вот закончиться, оставалось набраться терпения и продержаться еще чуть- чуть.
   
   Конфедерат неправильно истолковал её интерес.
   
     - Брак.
   
     - Брак? - Изумилась женщина.
   
     - Брак с гражданином Конфедерации.
   
     - Но я замужем, - напомнила Мария.
  Настырного воздыхателя это не смутило, он  все продумал:
     - Между Конфедерацией и Российской Империей подписано соглашение  о взаимном признании актов гражданского состояния, поэтому не  составит труда расторгнуть брак между бывшими гражданами Российской Империи.
   
     - Мария! - шагнул Мэтью к предмету вожделения.
     - Вы знаете, как я всегда искренне восхищался Вами. С Вашей красотой, умом и талантом Вы достойны лучшей участи, чем прозябание среди варваров, - пылко произнес он. - Станьте моей женой и перед Вами откроются двери лучших университетов мира, вдвоем мы добьемся самого завидного положения в обществе.
     - А, если я не соглашусь? - Две зеленые льдинки приморозили
   конфедерата на месте.
    Однажды ей уже сделали предложение, от которого она не смогла
  отказаться, и других не требовалось. Только, пожалуй, сейчас Мария поняла, какое раздражение вызывает у неё этот самодовольный и напыщенный хлыщ, в подметки не годящейся Владимиру.
    - Будьте разумны. В этом случае Вы лишаетесь, возможности облегчить участь Вашим близким, - жестко наставил Ривс.
   
     - Что Вы имеете в виду? - Гнев медленно, но верно закипал внутри Марии.
   
     - Первыми на такие планеты прибывают спецподразделения, - с угрозой в голосе начал пояснять конфедерат. - Публика крайне, прямо скажем, часто весьма беспардонная и не склонная к долгим уговорам нелояльных лиц. Зная Вашего мужа, статус жены человека вне закона Вам обеспечен. Что будет в этом случае с Вашей малышкой, думаю объяснять не надо.
   
     - И что же? - Напряглась исследовательница. Опускаясь до угроз дочери, этот подонок переходил все границы.
   
     - На дикой планете, где мало женщин и развлечений, её участь решится быстро в борделе для солдатни, - Мэтью намеренно сгущал краски, давя на материнские чувства. - Я даю Вам реальный шанс спасти дочь от такого будущего.
     У Марии сжались кулаки, и ногти впились в ладонь. Индикатор скачивания наконец, погас.
   
    - Вы мерзавец, Ривс! - Окатила презрением конфедерата Мария.
   
   - Я предлагаю Вам защиту и заботу! - Взвился на оплеуху отвергнутый ухажер. - Думаете, просто так Вас никто до сих пор не побеспокоил? У Вас, замечу, в отличие от гражданок Конфедерации и Британского союза иммунитета неприкосновенности  нет. А парни прибыли весьма и весьма горячие, смею уверить!
    Здесь Ривс не кривил душой. Он сквозь пальцы наблюдал за развлечениями военных и дам МОНИК. Вересову же чувство собственности заставило держать подальше от глаз десантников.
   
     - Вы шантажируете меня? - Вскипела Мария, пальцами отыскивая сзади в гнезде кристалл.
   
    - Хорошо. Вы мне не верите, - неожиданно успокоился  Ривс, - я докажу Вам. Дайте комп.
   
  Мария быстро выдернула кристалл и отошла в сторону.
   
   Мэтью решительно шагнул к системному блоку и достал из кармана свой  инфо - кристалл.
   
     - Прошу, - пригласил он Вересову к монитору, уступая
  место у компа.
   
     Пришлось подчиниться. Мария глянула на экран: на видео вокруг большого выпуклого диска суетились конфедераты - ученые. Её спасла настороженность. Уловив уголком глаза движение за спиной, Мария резко развернулась и перехватила руку конфедерата с  автоматическим шприцом. Завязалась борьба.
   Ривс подсечкой сбил женщину с ног. Он повалил её на стол и придавил собой сверху. После стольких  лет Вересова ,наконец-то, была в его руках. Сильное упругое тело под ним сопротивлялось. Женские кулаки колотили по спине. Мария крутила головой, отворачиваясь от жадных губ Мэтью, чей пыл сопротивление только разжигала. Что может быть слаще для маньяка добраться до избранной жертвы? Наслаждаясь своей властью, насильник медленно провел инъектором по женской шее. Выбор состоялся, что ж у наложниц свои плюсы, и Ривс нажал на кнопку шприца.
  Раздался треск. Решетка вентиляции разлетелась на куски. Из дыры с визгом на спину конфедерата прыгнул серо - бурый крысак. Мэтью дернулся, капсула с ампулой прошла мимо и воткнулась в стол.
   Грызун  соскочил на пол и забился между  стеллажами.
  Следом  из воздуховода с  боевым кличем "Р-мяу" черной молнией вырвался преследователь. Этот зверь спрыгивать с Ривса не стал и глубоко запустил когти в его тело. Мраморных котов с детства отличали хорошая память и острое чутье. С некоторых пор люди с резкими чужими запахами страшно раздражили котенка. А тут вражеский запах угрожал  родному, теплому и молочному. И малыш от души  вцепился зубами в шею обидчика. Конфедерата спасло  малолетство нападавшего, плотная ткань  и жесткий воротник комбинезона. Но, тем не менее,  Мэтью взвыл от боли:
   
   -А-а! - отшатнулся он от Вересовой и попытался стащить злобную тварь, облапившую его.
   
  Мария  никогда не дралась. Но сейчас испуг и отчаяние придали сил, и она с размаху заехала коленом в мужской пах.
     - Оус! - застонал конфедерат и согнулся пополам.
   Для верности Мария схватила Ривса за волосы и  от души приложила носом о столешницу. Тяжесть кота на плечах довершила нокаут. Горе-жених не устоял на ногах и рухнул на пол. Мария машинально дернула вверх молнию комбинезона на груди. Она ещё не успела перевести дух и удивиться появлению бравого защитника, когда дверь поехала в сторону.
  Шустрый крысак тут же сиганул в образовавшуюся щель. Мраморный малыш счел миссию выполненной и рванул следом за ускользающей добычей.
   
    - Где-то я эту кошку уже видел, - раздраженно рыкнул майор Линдгрен, которого едва не сбила с ног дикая парочка.
    Пауль вошел в лабораторию и осмотрелся.
  - И что здесь происходит? - Спросил он, хмуро оценив обстановку.
   
  Главы МОНИК валялся на полу,  скрючившись у женских ног в позе, которая красноречиво говорила сама за себя.
   
  - Обсуждение моего сотрудничества с будущей колониальной
    администрацией, - произнесла дама с осанкой королевы и поправила русую прядь. Она была бледна, но держалась прямо и с достоинством.
   Командир спецназовцев хмыкнул, он и не предполагал наличие на  МОНИК подобных особ. Таким чистейшем произношением на интерлинге у него на Родине могли  похвастаться только настоящие леди.  Женщина уступала в моложавости красоткам комплекса, но в её присутствии командир десантников почувствовал себя слегка не в своей тарелке. Он машинально расправил форму и провел рукой по лицу, проверяя щетину.
       - Майор спец подразделения "ИГЛА "вооруженных сил Конфедерации Линдгрен, - отдал честь военный, - позвольте, узнать с кем имею честь  разговаривать?
   
     - Мария Вересова - глава отдела фармакологических исследований международного океанологического научного исследовательского комплекса.
   
     - Вересова? Ваш муж - вождь русских туземцев? - Насторожился майор.
   
     - Мой муж - глава российской местной администрации муниципального округа Океанограда, - отчеканила дама.
   
   Мария смело посмотрела  офицеру в лицо. За спиной военного маячило ещё несколько десантников с затертой между ними  наштукатуренной Маргарет Коул. Что ж, хотя бы в этом Ривс не обманул. По сердцу ножом  полоснула боль. Все эти годы, в душе теплилась надежда на возвращение и встречу с родными.
  С другой стороны, терять было нечего. Лучшая защита - это нападение. Припомнились слова Кирилыча, поучавшего мальчишек: "Один русский  - партизан, два - армия, три - держава!"
   
     - Мне доложили, что Океаноград полностью уничтожен галантами
  вместе с жителями, - заметил Линдгрен, сбитый с толку поведением женщины.
   
  - Я жива и не одна.
   
  -  Благодаря нашей гуманности, нашим лекарствам, - гнусаво раздалось из- под стола. Ривс пришел в себя и, кривясь от боли, встал на четвереньки.
   
    Мария брезгливо отодвинулась подальше и жестко уточнила:
   
     - С российского комплекса, подло захваченного вами во время спасательных работ на берегу? Из - за  чего  погиб почти весь русский персонал вместе с  добровольными помощниками из числа граждан Конфедерации.
   
     - Что же касается медикаментов: это  вынужденная плата, чтобы не захлебнуться в собственных нечистотах. Инициатива  исходила от Вас, Ривс. Это лучше всего говорит, кто здесь без кого не смог выжить, - с презрением добавила она.
   
   Мария горячилась. Но в пещере их было даже не трое, а двести, и они были у себя дома, и пока что на российской планете.  Кроме того от женской наблюдательности не скрылся  факт, что майор не спешил бросаться  на помощью самозваному главе МОНИК. По- видимому, хозяева чем-то успели уже не угодить гостям.
   
     - Вы - врач? - Перевел офицер разговор на другую тему. Местные разборки его не касались, но лишняя информация не мешала.
   
   - Да, - взяла себя в руки Мария, переводя дыхание после вспышки гнева.
   
   - Хорошо. Как Вы можете это объяснить? Новиков, - по приказу майора  вперед вышел небритый солдат, с выстриженными клоками волос на голове.
   
    - У молодого человека травма головного мозга? Его готовили к
  трепанации черепа? - Предположила русская.
   
    - Только ящерица поцарапала, - сообщил паренек.
   
   -  Голову?
   
     - Нет, живот.
   
  - Я все объясню, - спешно влез в разговор Мэтью, кое - как поднимаясь на ноги,- Вашего подчиненного...
   
  - Заткнитесь, - не слишком вежливо оборвал его Линдгрен, - мы ещё с Вами побеседуем, почему о его прибытии мне никто не доложил, и почему ваши люди мешали ему добраться до меня.
  - Здесь ещё должны быть наши техники, - встряла Мария.
  - Что? Ещё посторонние в МОНИК? - Сощурился Линдгрен и процедил сквозь зубы,- Ривс, как это понимать? Прикажите, комплекс обшарить?
  - Вы прибыли так неожиданно, офицер, - поспешила на помощь Мэтью Коул. - Мы совершенно забыли о небольшой аварии в одном из секторов, из - за чего отплытие техников было отложено. Сейчас они полностью изолированы, можете не волноваться.
  - Я давно уже не волнуюсь, леди, - огрызнулся Пауль.
  - Изолированы или живы? - вскинулась Вересова.
  - Что Вы себе позволяете?! Что за намеки? - Возмутилась британка. - Конечно, живы. Им ничего не угрожает.
  - Имеем опыт вашей гуманности, - не сдержалась Мария.
  Враждебные взгляды русской и британки скрестились, как клинки.
    - Хватит, - прекратил майор перепалку.
   - Можно быстро получить заключение о состоянии здоровья? - вновь  обратился офицер к Вересовой.
   
     - Прошу, - указала русская на аппарат экстренной диагностики.
   
  Мария закрепила на голове пациента шлемовидный прибор и сосредоточилась на данных, которые стали высвечиваться на дисплее. Солдат изредка  посматривал на неё и покусывал губу.
   
     - С головой все нормально, других повреждений в организме тоже нет. У Вас отличное здоровье, молодой человек, - похвалила врач.
   
     - Спасибо, - поблагодарил солдат по-русски.
   
   - Вы - русский? - полюбопытствовала Мария.
   
    - Да. Конфедерация многих спасла, таких сиротам, как я,- перешел снова паренек на интерлинг.
     Вересова по - матерински тепло и грустно посмотрела на солдата, невольно заставив  того смутиться.
     - Врачи из Конфедерации честно трудились с нами на завалах  Океанограда, - одновременно примирительно и горько вздохнула она, - только они отказались  поверить в предательство коллег и оставались до последнего на берегу.
   
   - Вы все лжете! - Вскричал Мэтью.
   
    - Неужели? - Пригвоздила его ледяным взглядом Мария.- Вы, наверно, не в  курсе, Ривс, что Милош Новак - ведущий врач - диетолог комплекса, жив и у него много  есть, что Вам сказать.
   
   Самозваный глава МОНИК осекся, Маргарет Коул изменилась в лице. Это, действительно, была новость. Милош не спускался к океану, и о его существовании в комплексе уже давно забыли.
   
   Майор хмуро наблюдал за парочкой - соотечественником и британкой.  Ситуация раздражала двусмысленностью. С одной стороны, он был обязан сотрудничать с нынешним руководством подводного центра. С другой стороны, если русская говорила правду, приходилось иметь дело с откровенными мерзавцами. По роду деятельности Линдгрен политиком себя не считал, а по натуре предателей не выносил.
   
    - Я возьму кровь на анализ, это быстро, - вернулась Мария к
  обследованию.
   
     - Интересно, - произнесла она, получив расшифровку данных о составе крови солдата. - Остатки яда животного происхождения. Напавшая ящерица была с крупными  шипами?
   
   - Да.
   
     - Понятно: эрликанская игуана. Дети называют её "шипучкой" из - за  ядовитых шипов. Вам делали профилактические прививки в армии?
   
    - Как положено, - откликнулся парень.
   
    - Они и нейтрализовали яд. Но в крови есть ещё остатки синтетического снотворного. Не понимаю, зачем потребовалось его вводить, - озадачилась врач.
   
     - И  какие Ваши предположения?- Проявил настойчивость офицер.
   
    - Нынешнее руководство меня в нюансы строительства нового мира не посвящало. Возможно, Ваш десантник потребовался для выведения новой породы цивилизаторов, - саркастично пожала плечами русская.
   
   - Вы не смеете! - Взвился Ривз.
   
     - Один вопрос, Мэтью, - Мария удостоила конфедерата вниманием, - где Вы прячете своих детей?
   
     - У нас нет детей! - Сорвался тот, и прикусил язык под насмешливым взглядом зеленых глаз.
   
  - Я так и думала, - удовлетворённо кивнула Вересова.
  Только сейчас до Ривса дошла простая истина, что муж и жена -  два сапога пара.
  Коул  же трижды обозвала про себя Мэтью идиотом и вынуждено признала, что  умственные способности Вересовой не ограничивались лишь написанием диссертаций по  косметологии. И, скорее всего, они допустили ошибку, когда задержали русских и не выпроводили их домой на время визита десантников.
   Маргарет рассерженный офицер выловил у кабинета главы МОНИК с требованием немедленно помочь в поисках Ривса. Сперва она хотела отпереться, но, увидав небритого солдата, быстро сообразила, в чем дело и просчитала ситуацию. В проделках Толстой Солли Коул замешана не была, зато появлялся шанс руками военных  подвинуть Мэтью. Сигнал "жучка" на гравикаре Ривса уже давно оповестил её, где искать коллегу. И британка любезно проводила десантников до нужной лаборатории.
  
  На пару мгновений в кабинете воцарилась тишина. Поэтому звук вызова коммуникатора майора прозвучал особенно громко.
   
     - Что?! - Сердито переспросил офицер, - опять монстры? Да откуда их столько?!
   
     - Это все из - за русских техников, - с готовностью перевела Коул, стрелки на ремонтников. - Это, скорее всего, они подстроили.
   
     - В самом деле? - Разгневалась Мария, - И каким образом? Или меня одну посадили под замок? Почему то раньше такого не случалось?
   
  -  А, ну тихо, - гаркнул Линдгрен.
   
            - Значит так, парни, действуем по - старому. И пошевеливайтесь. Нам пора отсюда выбираться, - продолжил он отдавать распоряжения по связи.
   
         - Майор, мы под водой! - Встревожилась русская, -  Любое применение оружия чревато затоплением.
   
          - Спасибо, я уже это слышал, леди.
   
          - Вы не посмеете нас бросить! - Испугался Ривс, по - своему расценив ответ главы десантников.
   
         - Можете попросить помощи у русских, - бросил ему спецназовец. - Разберемся.
   
        - Леди, для Вашей безопасности, Вам лучше оставаться здесь, -
    обратился майор снова к Марии.
   
  - Вы двое, - офицер кивнул Мэтью с Коул, - за мной.
   
  Ривс потрогал нос, злобно зыркнув в сторону Марии. Он мысленно прикинул размеры   дыры в вентиляции, и, мстительно выдрав кристалл из гнезда, поковылял на выход.
      Последним покидал лабораторию спецназовец русского происхождения.  Он обернулся на пороге и встретился глазами с Марией. Паренек замешкался. Он быстро вставил в щель электронного замка карту - ключ, и, не оглядываясь, вышел.
  
                  ***
  Линдгрен шагнул к гравикару  и застыл, как человек, поймавший сбежавшую мысль.
   
      Каждый заложник - дополнительный аргумент на переговорах. С одной стороны, майору ничего не мешало с грузом покинуть комплекс, предоставив персоналу выкручиваться самому. Насколько с моральной точки зрения допускалось бросать сограждан в беде? Важность и срочность миссии списали бы многое, но МОНИК не был рядовым объектом. Российской империи больше не существовало, и у высшего руководства могли быть планы на Эрлику и подводный центр. С другой стороны, на местную научную братию особенно рассчитывать не приходилось, оставались русские. Не стоило их лишний раз настраивать против себя.
  Общение с русской ученой усилило смутное ощущение неправильности происходящего вокруг.   Безлюдность громадного комплекса подавляла. Эхо в лабиринте пустых коридоров отзывалось голосами призраков. МОНИК походил на город мертвых, чьи обитатели только изредка вылезали из своих склепов - лабораторий. Что за опыты они на самом деле ставили? 
   В присутствии Пауля вампироподобная дамочка едва не вцепилась в перепуганную девчонку с котом. Девчонка в ужасе распахнула глаза и стала похожа на старшую дочь Стесси, а вихрами из - под кепки напомнила младшую Энни-Лен. И майор поспешил убрать ребенка подальше от маньячки.
    - Новиков, Сигара, Уиллис, проверьте девчонку и доставьте сюда, - приказал  офицер. - Пускай вдвоем сидят. Где заперли, помните?
    - Так точно, сэр. Только у нас нет карты - ключа,- за всех ответил Сол.
   
     Новиков закусил губу.  Но офицеру было уже не до них.
   
     - Дайте им карту, -  бросился он в приказном порядке через плечо
    Маргарет, и той пришлось подчиниться.
   
     Не задерживаясь, троица десантников погрузилась в первый
    попавшийся гравикар и отбыла выполнять поручение.
   
  
   
     
  
                  ***       
  
  Гравикар шустро скользил по тоннелю со следами нашествия животных. Спецназовцы не расслаблялись и держали карабины наготове.
   
     - Выше нос, Олег, - хлопнул Сол товарища по плечу, - заберем сейчас девчонку, перевезем к докторше. Им вдвоем веселей будет.
   
     - А классно русская этому умнику Ривсу нос расквасила, -  рассмеялся Геркулес.
   
     Олег хмуро молчал, не спеша делиться с друзьями опасениями.  Насколько он понял из слов стервозной брюнетки, другого черного котенка в комплексе не водилось, тогда как он оказался в лаборатории Вересовой и без Славки?
   
     Десантники благополучно добравшись до места. Уиллис первый спрыгнул с кара, и провел картой по замку. Но войти ему не дали. Из подсобки на десантников выскочила фурия со вздыбленными черными волосами и болтающимся на ухе респиратором.
   
     - Кажется, мы уже встречались, мэм? - Брякнул от неожиданности Сол и отступил назад.
   
     - Я требую защиты, поймать, наказать, отобрать! - Потрясала кулачками дама и подпрыгивала, как папуас в боевой раскраске.
   - Мне сорвали эксперимент, надо мной изощренно надругались! - истерила она.
   
     На простодушном лице Сегуры отразилось крайнее удивление. Не эта ли особа накануне пыталась соблазнить их с другом? Уиллис закашлялся, пытаясь скрыть рвущийся наружу смех.
   
     - Простите, мэм, а где девочка? - Спросил Новиков, единственный остававшийся серьезным.
   
     - Нахалка! Я доберусь до неё, она ответит за насилие! - Взорвалась  брюнетка. Она растолкала военных и кинулась прочь по коридору, отсвечивая исцарапанными ягодицами сквозь  клочья юбки.
   
     Десантники прыснули. Олег бросился в подсобку. Его встретила  свалка из коробок  и ни одной живой души.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава десятая "Вместе весело сидеть".
   Десантник оставил карту и вышел. Мария проводила солдата взглядом. Совсем мальчик. Сколько ему семнадцать, восемнадцать? Уцелеть младенцем в катастрофе, без родных в чужом мире - большое чудо. Ему повезло очутиться не среди "жаб". Не удивительно, что теперь он служит Конфедерации, но сейчас солдат спасал её и подставлял себя.
  Дверь закрылась. Мария без сил оперлась на стол за спиной и закрыла на миг глаза. Теперь, когда основное прояснилось, нужно было взять себя в руки и действовать. Пока скоропалительные решения военных и паникерство конфедератов не погубили комплекс. И без инженерного образования Мария прекрасно понимала, какая угроза нависла над МОНИК, построенным на дне, под гнетом огромной массы воды. Аварийные, защитные системы подводного центра создавались с огромным запасом прочности, но как говаривал Андрей - техник: " Проводов и кабелей никто не отменял, а возможности дилетантов - не определял ".
  
  И главное, где-то здесь удерживались односельчане.
  Маргарет Коул проговорилась, но место заточения техников не уточнила. Их видно надежно спрятали, чтобы не попались на глаза майору. И при форсе - мажоре, сомнительно, чтобы "земноводные" вспомнили о русских в первую очередь.
  
  Спасение утопающих дело рук самих утопающих. Но и бездумно
  подставлять паренька не хотелось. Предстояло быстро решить, где искать общинников, и как обезопасить себя от нападения вырвавшихся животных.
  
  В лабораторном холодильнике хранились препараты из яда и
  мускуса эрликанской игуаны, прихваченные из дома для изучения.
  Запаха хищной ящерицы боялась вся живность джунглей, кроме мраморных котов. Не чувствительные к яду Васька с родней легко переваривали ароматных конкурентов вместе с их запасами.
  
  Для хладнокровных мог подойти ультразвуковой пистолет,
  испускающий волны мнимой опасности : шторма ,цунами , землетрясения.
  
  Мысль о буйстве стихии вызвала из небытия картину другой
  катастрофы, увы, неприродного происхождения. По спине и ногам пробежал озноб, и сердце замерло в груди.
  Воспоминания о первом налете галантов, по истечению времени, слились для неё в один бесконечный день, полный дикого напряжения, боли и отчаяния от бессилия исправить, помочь, спасти. В память, как вспышки, врезались только отдельные моменты. Раздумывать было некогда. Мария не успевала отдавать самой себе отчет в своих действиях. Сердце превратилось в работающий на бешеных оборотах мотор, и не позволяло мозгу ни минуты усомниться в принимаемых решениях.
  Мария первая потребовала немедленно возвращаться в город, но только без женщин и детей. Возможно, её одержимость и напугала, но главное - послушали. Мамы с ребятами остались в гроте, с мужчинами с горы спустилась только она. Потом ей казалось, что отряд ползет преступно медленно, хотя они почти бежали. На шоссе приходилось то и дело огибать черные ямы с оплавленным по краям асфальтом: ни одного аэромобиля на трассе - только ямы, ямы. Дальше новый удар и препятствие - сожжённый и раскуроченный мост через Агидель. Пришлось продираться через кусты вверх по течению - искать место по уже и с деревьями. Геологи, как могли, быстро наладили веревочную переправу. И все равно драгоценное время утекало, как вода, сквозь пальцы - к Океанограду подошли уже в сумерках.
  Впрочем, города уже как такого не было. На его месте догорал огромный костер, ещё кидающий в темноту время от времени кровавые языки -всполохи. Черный дым, смешанный с запахом горелого человеческого мяса зловонным смрадом, забивал легкие. Двоих или троих мужчин стошнило, и остальные были готовы в любую минуту последовать их примеру.
  Задыхаясь и откашливаясь, геологи обошли раскаленную братскую могилу по краю и спустился к океану. На узкой полоске набережной и пляже уже работал полевой госпиталь. Врачи с МОНИК успели первыми. Однако в свете фонарей, закрепленных на треногах, было заметно, что носилок, для всех пострадавших не хватает. Изувеченные, покрытые темными кровавыми корками люди сидели и лежали прямо на песке. Некоторые баюкали покалеченные руки, а у других хватало сил только стонать. Между ними сновали спасатели в медицинских комбинезонах.
  Один из врачей, встав на колени, делал инъекцию женщине с израненными плечами, с губ которой срывались сдавленные всхлипывания. Медик поднял голову, встретился глазами с Марией и быстро поднялся. Снимая на ходу маску, он поспешил к отряду.
  Мария с удивлением узнала чистюлю -педанта - конфедерата Милоша Новака. Он занимал пост "ведущего диетолога" в МОНИК и считался одним из лучших специалистов Конфедерации. Шутили, что ему под силу озадачить правильной диетой хоть модель на подиуме, хоть домашнего хомячка. Милош был образцом кабинетного ученого, казалось его мир состоял только из микроэлементов, жиров, углеводов, витаминов, миллиграмм и унций.
  Обычно спокойный, уравновешенный диетолог схватил Марию за руку и принялся трясти:
  - Мария! Какое счастье! С Вами все порядке! Здесь полный кошмар!
  Другие спасатели заметили их и вскоре окружили геологов. Русские, конфедераты, британцы с искренней радостью и облегчением приветствовали Марию и Владимира с товарищами.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Мария резко подняла голову и смахнула со лба прядь. Демарш, скорее всего, в операторской заметят, но нужна всего пара минут без чужих глаз.
  
  Взяв медицинские салфетки, Вересова встала на стул и
  набросила ткань на видеокамеры. Достав карту - ключ из замка, женщина вернулась к комму и положила универсалку на электронный считыватель.
  
  Монитор стал голубым, и на нем высветилось поле с запросом
  логина и пароля - обычное дело для перепрограммирования электронных замков. Уняв дрожь в пальцах, Мария с волнением выстучала на клавиатуре ответ.
  - Представьтесь, - затребовал механический голос.
  - Вересова Мария Сергеевна, - стараясь говорить спокойно, назвала имя биолог.
  - Визуальный и аудио контроль пройдены. Доступ получен. -отрапортовал ИскИн, - Вы вошли в Центральную систему управления и координации Международного Океанологического Комплекса. Введите или озвучьте свой запрос.
  - Заблокировать дверь и отключить системы внешнего контроля в данном помещении, - набрала команду Мария.
  - Все системы внешнего наблюдения отключаются автоматически при входе в Центральную систему управления. Допуск в помещение заблокирован. Задание выполнено, - отчитались перед ней.
  - Возможность отмены команд с пульта диспетчера? - уточнила биолог.
  - Подконтрольная структура оперативного управления таких полномочий не имеет.
  - Кто может отменить мои распоряжения? - продолжила выяснять женщина.
  - Лица с высшим приоритетом.
  - Кто это?
  - У кого есть первоочередное право на предоставление допуска в систему .
  - Я могу предоставлять допуск?
  - Да. Но приоритет за решением вышестоящего.
  - Кто кроме меня допущен в систему? - заинтересовалась Мария.
  - Недостаток полномочий. Информация закрыта. - беспристрастно отказал ИскИна.
  Ну, и на том спасибо. Оставалось надеется, что среди конфедератов и британцев посвященные отсутствовали. Вересова откинулась на спинку стула.
  Почти два десятка лет назад на краю дымящихся развалин
  Океанограда после галантов у неё на руках умирал до неузнаваемости обожжённый мужчина - глава проекта, первый человек на МОНИК, академик Столяров. Её глаза застилала пелена слез. Душу раздирала боль и отчаяние от своей беспомощности, и бессильная ненависть к тем, по чьей вине сейчас погибали люди на берегу. Катера доставили добровольных спасателей с МОНИК и уплыли обратно за помощью, но больше не вернулись. Регенерирующее оборудование подводного центра могло помочь и спасти, но тех, кто отгородился от чужого горя на глубине, чужие страдания не трогали.
  Из последних сил академик пытался донести обожжёнными губами до её сознания информацию - набор слов:
  - Универсалка. . Ключ. . Комм...Маша, запомни "Айсберг ","Памир"..., извини. . не сохранил...
  
  "Эх, мальчик, знал бы ты, что натворил", - пронеслось в голове.
  Или, наоборот, все правильно? Если, есть на этом свете Высшая справедливость, так и должно было произойти? Хотя бы ради таких людей, как Милош Новак и тех его коллег, кто не побоялся отправиться на помощь русским?
  "Природа не терпит дисбаланса и всегда стремиться к равновесию", - утверждал Столяров. Поэтому зло не может все время побеждать добро. Но для философствования время не подходило.
  
  Вересова расстегнула воротник и вернулась к комму.
  - Где находиться технический персонал в комплексе?
  - Введите имя, - запросила уточнения система.
  
  Для идентификации ИскИном требовался кто-то из прежних
  работников. Мария задумалась, стараясь сообразить чья сейчас смена.
  - Красноселов Андрей, - назвала она главного среди техников.
  - Запрос принят. Местоположение объекта определено: Экспериментальный автономный гостевой модуль.
  Вересова с удивлением услышала о таком впервые и запросила дополнительные сведения. На экране появилась трехмерная модель с краткими характеристиками. Неуверенная, что все поняла правильно, биолог потребовала разъяснений.
  - Центральная система может управлять модулем?
  - Да. В стационарном режиме, при блокировании режима автономного управления и полном подключении к основным системам жизнеобеспечения океанологического комплекса, - отчеканил механический голос.
  - Сейчас такое подключение есть?
  - Да.
  Женщина по привычке ещё раз поправила волосы.
  - Мне нужна связь с гостевым модулем.
  - Задание принято. Перевести экран в режим видео мониторинга? - подсказал ИскИн.
  - Да.
  - Связь установлена.
  
  
   Даже, если тебя разместили со всеми удобствами, и
  ты заперт в четырех стенах не один, а с дружной компанией, - тюрьма остается тюрьмой. Недельное сидение взаперти, без связи с внешним миром способны вымотать нервы даже самим стойким.
  
  Гостевой отсек, куда заманили русских техников, лепестком отрастал от ствола основной галереи. По овальному холлу - гостиной через вогнутые иллюминаторы, опоясывающих сводчатый, потолок, гуляли блики морской воды. Из - за чего светлая обшивка стен и мебели казалась бирюзовой. В поисках аварии техники начали открывать двери кают, окружавших зал, как по связи объявили о недельном карантине. Из- за неудачный эксперимент малоизученный вирус мог попасть в вентиляцию, и требовалась неделя полностью обеззаразить комплекс. Общинники кинулись в переходной тамбур и наткнулись на заблокированный выход. Щелкнули запоры, отрезая модуль от МОНИК.
  - Какой ещё карантин? А ну, открывай! - Дернул с силой ручку сутулый Прохор Иванцов - бывший работник агросектора. - Опять воду мутят жабы!
  - Инструмент при нас, сейчас вскроем, - поддержал его приземистый Василь Лавник.
  - Инструмент побереги, ещё пригодится, - остудил его пыл Андрей Красноселов, глава техников. - Думаете, от большой заботы нас сюда земноводные засунули? Чтоб заблокировать с гарантией на случай чего. Двери прикиньте: какие? Не хуже, чем на шлюзах. Плюс - аварийные переборки в главном коридоре. Перекрыть - проще простого, а вот вскрыть -большой вопрос. Камеры видео наблюдения, опять же везде. Даже, если вырвемся. Что дальше? В коммуникациях век не просидишь.
  - А мальчишки как же наши? - сдвинул к переносице рыжие брови Василь. - Даже слова не дали сказать, связь сразу отрубили земноводные.
  - В комплексе они, как на ладони, - смахнул со лба русый чуб Андрей, - либо к нам доставят либо в другом боксе запрут. Сказали же: "Карантин на дни семь".
  - Да брешут они все, как чубатые попугаи, - раздул ноздри мясистого носа Прохор Иванцов, - Нечисто здесь.
  - Э, чисто, нечисто, - вмешался седой оператор Ишханов. - А фильтры с картриджами жабы сами менять себе будут?
  - Твоя правда, Тариэл, - поддержал его Красноселов. - Припрет - выпустят, никуда не денутся. Подождем.
  Он вернулся в холл и плюхнулся на диванчик.
  - Чай, не в карцер засунули, а вон какие хоромы выделили. - Андрей стащил с головы форменную кепку и бросил рядом с собой. Под руку попался пульт. Техник взял и направил его на видео панель, занимавшую всю сторону противоположную входу. - Поживем - увидим.
  На том вынуждено и порешили.
  
  Шестой день заключения прошёл в ставшем обычным состоянии
  раздражающе подавляющей скуки. Измотанные бездельем арестанты разбрелись на ночь. А утром их сорвал с кроватей вой аварийной сирены, и механический голос потребовал немедленно начать эвакуацию из -за угрозы затопления данного крыла комплекса.
  
  Натягивая на ходу одежду, техники с оператором повыскакивали из кают и бросились к выходу, но двери оставались заблокированными.
  Вспоминать о них никто не собирался.
  - Эх, твари земноводные, утопить нас решили, - треснул в сердцах веснушчатым кулаком по металлической обшивке Василий Лавник. - Говорил же, раньше надо было когти рвать.
  - Если коридор перекроют , сидеть нам мальками в банке до скончания века, - процедил Иванцов.
  Андрей хмуро промолчал, чувствуя вину перед товарищами.
  - Ребята! - раздался знакомый голос за спинами техников.
  
  
  
  Все обернулись. С экрана в другом конце холла на них смотрела знакомое лицо взволнованной женщины.
  - Мария! Ты где?! - обрадовались общинники и кинувшись в зал. - Как ты?
  - Нормально. В лаборатории. Я вошла в центральную систему управления.
  - И тебя пустили? - восхитился Лавник.
  - Я не спрашивала, - улыбнулась Вересова, - долго рассказывать. Вам надо выбираться.
  - Можешь нас вытащить, пока не затопило? - выдохнул Андрей.
  - Уже затопило, - обрадовали его с экрана.
  - Сами спасётесь . У вас не простой жилой модуль. Сейчас переведу его в автономный режим и скину информацию. Поймете, - заинтриговала женщина.
  
  Снаружи послышался приглушенный шорох, пол под ногами общинников вздрогнул. Под экраном в обшивке появилась щель, стены поехали в стороны, открывая доступ в отсек с пультом управлением. Кронштейн потянул монитор назад и вниз, определив ему место над панелью с датчиками между сходившихся под углом овальных иллюминаторов.
  - Давай, Тариэл, - хлопнул Красноселов пожилого оператора, - твоё хозяйство.
  
  Тот занял рабочее кресло, защелкал тумблерами, активизируя
  систему. Изображение Марии уменьшилось до квадрата в углу, а все поле панели заняла объемная картинка с техническими данными модуля.
  - Ничего себе, - присвистнул Василь после первого поверхностного просмотра, - мы, что все это время на подлодке жили?
  - Вернее на гостевом, туристическом пароме, - поправила Вересова. - Опытный образец, к его тестированию только приступили. Планировалось на его основе создать модификации для временных сборных баз на морском дне. Как только я отключу модуль от центральных систем жизнеобеспечения, сможете
  сняться с базы и отплыть домой. Сейчас всем не до Вас, никто не заметит. На всякий случай, временно заблокирую камеры внешнего обзора, пускай списывают на технические неполадки.
  - Э, что говоришь, женщина? - встрял оператор, - Бежать? Тебя одну оставить? Владимиру, как в глаза смотреть будем?
  - Тариэл Сафарович, я теперь здесь Бог и Царь, - улыбнулась Мария с экрана, - пока не поймут в чем дело, мне ничего не угрожает. А вот комплексу очень даже. Из Конфедерации десантники прорвались.
  - Какие ещё десантники?! - остолбенел Андрей.
  Остальные возбужденно загомонили.
  - Говорил же, что нечисто, - зыркнул на Красноселова Прохор, - А то карантин, карантин. Дождались. Откуда их леший принес?
  - Они за артефактом - аппаратом инопланетян пожаловали.
  - За артефактом? - удивился Соколов. - Уж не за тем ли, который трос порвал, зонд сжег, а сам в море рухнул? Конфедераты пели, что поднимать его и не думают.
  - Возможно, - кивнула Мария и продолжила. - Ривс с компанией почтовую капсулу к своим послали, похоже она добралась. Военные задерживаться вроде не собираются. Но кто-то зверинец распустил, и теперь их начальство, кажется, хочет использовать боевых роботов для наведения порядка.
  - МОНьКУ они разнесут, а не порядок наведут, - возмутился Лавник.
  - Майор не хочет рисковать своими людьми, - пояснила Мария.
  - Спасатели, мать их за ногу, - не выдержал Андрей.
  - Поэтому Вам надо, как можно скорее на берег, предупредить наших пока не поздно. Вместе, что-нибудь придумаете, - продолжила настаивать Вересова. - Не дай бог, на сушу двинут и под налет галантов попадут.
  - И останется наш Васька без джунглей, - подытожил мрачно Прохор.
  - Кстати, Васькин котенок то же здесь, - поделилась ещё одной новостью Вересова.
  - И тут отметились земноводные, - сплюнул в сердцах тезка- Василь .- Он - то им, зачем сдался?
  - Ищут альтернативные пути деторождения. С демографией у них плохо, - пошутила мать Славки.
  - Настолько плохо? - оживился Иванцов.
  - А ты много детей на МОНьКЕ видал, уважаемый? - спросил у Тариел.
  - Ни одного, - задумавшись, почесал голову бывший работник агросектора, - Дела... А молоко как же?
  Народ прыснул.
  - Не правильно все равно, - вернул развеселившихся общинников к действительности серьезный Ишханов.
  - Не сердись, почтеннейший, - облокотился глава техников на спинку кресла оператора, - дай ка ещё раз размеры субмарины прикинуть.
  - Понятно, - выпрямился Андрей, - по габаритам в грот не пройдем, застрянем ,как пробка в бутылке. И сплывать рискованно. Челноки нужны - катера или скутеры.
  - Позаимствуем? - охотно предложил Прохор .
  - Позаимствуем..., - передразнил товарища Лавник, - угонщик нашелся. Где заимствовать? В доке у спецназовцев из - под носом?
  - А может резерв, где припрятан? - отпарировал Прохор.
  - Ага, запас на зиму.
  - Хорош трепаться, - прервал спорщиков Андрей, - Маша, можешь проверить?
  - Есть, - ответила она, обработав запрос. - На консервации, в ангаре для аппаратов малого водоизмещения.
  - Попасть снаружи сможем?
  - Нет, не пройдете. Всплыть модуль может только в главном доке, или пришвартоваться, как сейчас, на спец. причале, - пояснила женщина.
  - Кроме нашего, ещё есть?
  - Да.
  - План скинешь ?
  - Ловите.
  На мониторе появилась схема МОНИК.
  - Порядок, - определился Красноселов.
  - Переправишь, Тариэл, нас сюда, - показал он место на схеме . Потом отчалишь и подождешь по близости, пока мы с ребятами по этой галереи до ангара доберемся. Мари, подстрахуешь нас?
  - Подстрахую, - подала голос биолог с экрана. - Если надо проход перекрою.
  - Э, старым считаешь? С собой на дело не берешь, - обиделся Ишханов.
  - Сафарыч, родной, - приобнял уважаемого оператора за плечи Соколов, - сам подумай: кто, кроме тебя, с этой посудиной справится? Ты - наша последняя надежда.
  
  Мужчина насупился, но подчинился.
  - Теперь на счет связи, - озаботился по новой Андрей. - Наши коммуникаторы отключены.
  - В пределах МОНИК они будут работать, - пообещала Вересова, - и связи центра с модулем вроде ничего не угрожает.
  - Кстати, если у кого есть собой антидот от яда игуаны, - продолжила биолог, заметив на техниках, кроме Андрея, обычную неформенную одежду. - Разведите его и обрызгайте себя от зверей.
  - Пороемся, - отреагировал Иванцов, - вечно мне Зинка всякую гадость в карманы пихает.
  - Не ценишь ты жену, Прохор. Она же о тебе заботиться, - усовестили его с экрана.
  - Ничего, на берег сойдет, сразу оценит, - пошутил Василь .
  - Маша, а пацанов наших Генку с Мишкой на мониторах не видно? - уточнил он о мальчишках.
  - Что?! - встревожилась Мария, - разве они не с вами?
  - Они на складе остались, когда нас срочно сюда вызвали, - объяснил Андрей.
  - Что же Вы сразу не сказали? ! - рассердилась Вересова. - Ваши коммуникаторы я разблокировала. Попробуйте связаться с ребятами.
  - Молчат, - проверил отец Генки - Прохор.
  - Может конфедератов бояться? - неуверенно предположил родитель Мишки - Василь.
  - Ну, вот что. Я комплекс по видеокамерам проверю, а вы уже давайте снимайтесь с якоря, - приказала Мария, едва не срываясь на горе - родителей.
  - Маша, ты только не волнуйся, - постарался успокоить её Прохор, - хлопцы у нас боевые, прорвутся.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава Одиннадцатая.
  'Где наша не пролетала"
   Славка выпустила котенка с рук и со злостью ударила по двери ногой. Надо же было так опростоволоситься.
  Как же она сглупила! Кириллыч предупреждал же, что на вражеской территории нельзя терять бдительности, а она заболталась и не успела сбежать.
   Чувствовало же её сердце, что от всех конфедератов надо держаться подальше, и от военных тоже. Никому из них доверять нельзя. И Олег тоже из них - сразу "взял под козырек", не защитил, не заступился. Сама виновата - навоображала неизвестно что, а ему главное - выслужиться, чтоб за своего считали. Славка все больше накручивала себя, разжигая обиду.
  Ещё бутылку - единственное, верное оружие отобрали. Вот папа.... За это место Славка запнулась и вынужденно признала: хм, папа тоже отобрал бы.
  Малыш заглянул в глаза и надрывно мяукнул. Славка погладила его по голове. По словам тёти Зины, мраморным котятам нужно молоко хотя бы раз в день, без него долго они не протянут. Интересно, патлатая мымра догадалась покормить малыша или только проводами его утыкала? Говорят, "Из любой пещеры есть выход". Только, где его найти? Где найти молоко? Славка почесала носик.
  Перед арестантами тремя рядами высились стеллажи с коробками и контейнерами - навряд ли здесь хранили молоко.
  Грустный котенок свернулся клубком у Славкиных ног, уткнул нос в лапы и обреченно опустил бархатные веки.
  Славка беспомощно обернулась к входной панели. Ничего нового она не увидела: та же коробочка с прорезью. Карта - ключ, от которой, увы, осталась у Олега.
  Славка тяжело вздохнула и наклонилась приласкать малыша, но проныры уже и след простыл. Поправив бейсболку, Славка пошла его ловить. Она двигалась между стеллажами, прислушиваясь к малейшему шороху. Но котенок мастерски играл в прятки и ничем себя не выдавал. Тогда Славка сменила тактику и принялась двигать ящики, надеясь так спугнуть мраморного пролазу. Из любопытства она заглянула в пару коробок, но ничего интересного не нашла: салфетки в рулонах, перчатки в упаковках, флаконы с жидким мылом.
  Под стеллажом послышался шорох. Славка забыла о контейнерах и полезла под нижнюю полку, тут её и застало вторжение в кладовку новой персоны. С гулким эхом мимо Славкиного носа процокали высокие женские каблуки.
  Стараясь не шуметь, Славка попятилась. Она осторожно выбралась и встала на ноги за спиной дамы. По черным космам, топику и мини- юбке Славка признала в особе мучительницу котят.
  Иоланда Леруа отличалась упрямством и настойчивостью, другим в большой науке делать нечего. Как и многие коллеги, она билась над разгадкой тайны: почему дети у сотрудников рождались, но не выживали. Только в отличие от остальных, Леруа считала политику руководства узколобой, а ожидания от сотрудничества с Вересовой завышенными.
  Раскрыть секрет детской смертности, конечно, было нужно, но зачем   ограничиваться только им? Почему бы не поискать другие способы продолжения рода, чтобы не зависеть от возраста женщин и пола родителей? Можно же собрать банк биоматериала от всех сотрудников комплекса, научится самим выращивать зародыши с нужным набором хромосом, и таким образом, воспроизводить население в необходимом количестве и составе.
  Жизнь Океана на Эрлике давала много примеров партеногенеза и перекрестного скрещивания. По - видимому, в далекие времена из - за природный катаклизм оторванные друг от друга небольшие колонии организмов так и сохранились.   Опыты на моллюсках, морских червях, медузах, рыбах прошли успешно. Надо было идти дальше и переключаться на животных суши, и в первую очередь изучить мраморных котов. Но проклятые русские упорно отказывались поставлять образцы для опытов. Они варварски тормозили научный прогресс и срывали Иоланде план работ.
  Наконец, вчера ей улыбнулась удача, Сезаро с Брюно доставили с берега накаченного снотворным котенка. Не откладывая дело в долгий ящик, Леруа взяла зверя в оборот. Она поместила животное в специализированную клетку и обвешала датчиками. Поручив автоматике наблюдать за подопытным, воодушевленная ученая выпорхнула в коридор с желанием хорошо отметить сбывшуюся мечту. Любезный, но очень занятой капрал, дал наводку на двоих симпатичных скучавших десантников. Мальчики умело изображали из себя недотрог. И брюнетка уже предвкушала удовольствие от игры в строгую учительницу и учеников, когда на ручные комы солдат пришел сигнал - приказ. Военные срочно рванули прочь, а брюнетка от досады отправилась в спа-салон.
  Активировав в капсуле релакса полный набор процедур, Иоланда расслабилась в ней до утра. Выбравшись поутру из салона, Леруа остолбенела и захлопала ресницами от вида ободранных стен коридора. Майор с карабином едва не сбил её с ног.
  В двух словах он сообщил о монстрах и дал совет быстрее укрыться в безопасном месте. Леруа сообразила, что нуждается в надежном сопровождении, и побежала догонять военного. Вместе они наткнулись на компанию у кистеперого сома.
  От возмущения Иоланда потеряла дар речи, когда увидела с трудом добытый экземпляр на поводке у русской дикарки!  Но ещё возмутительней повел себя солдафон. Он отказался слушать её и приказал просто запереть девчонку с котом в подсобке. 
  Спорить было бесполезно, но никто не мешал поступить по- своему. Девчонка Иоланду не интересовала, но вернуть ценный образец Леруа решила твердо. Встал вопрос: как? Шрамы может, и украшают мужчину, но не ссадины и царапины - женщину. Брюно с Сезаро куда-то подевались, сама же она боялась промахнуться инъектором. Голову дамы посетила мысль использовать распылитель снотворного. Баллончик с газом вместе с маской нашелся у коллег в лаборатории, куда ученую проводили спецназовцы. После сообщения, что угроза миновала, Леруа отправилась в кладовку совершать подвиг ради науки.
  
  Под стук каблуков   Славка кралась за особой.  Дамочка не ведала простейших правил охоты, первое из которых - "Не шуметь".  Цоканье по плитам не только выдавало брюнетку с головой, но и полностью заглушало по мягкую поступь Славки, обутой в сапожки из крысиных шкур.
  Больше всего Славку   настораживал синий баллончик, которым дама воинственно водила из стороны в сторону. Какой гадостью брюнетка собиралась травить котенка, если напялила на себя маску? Неожиданно перед носом дамочки бухнулась коробка. Мымра остолбенела и задрала голову.  На самой верхней полке притаился Котя и уже занес лапу для нового удара. Брюнетка подняла руку с баллончиком, но нажать не успела. Славка метнулась к её ногам, схватила за лодыжки, рванула вверх и поддала головой в объемные ягодицы. Дамочка не устояла. Взмахнув руками, она нырнула носом в развалившийся контейнер с салфетками. Баллончик выпал из пальцев мымры и откатился к ногам Славки.
  Сверху на дамочку спикировала ещё парочка коробок. - Р - мяу! - разнесся воинственный клич. И на филейную часть мученицы от науки, выпустив когти, приземлился котенок.
  Гордый, он растопырил усы и задрал короткий хвост. Он все сделал, как учил родитель на охоте вдвоем: устроил обвал, помог напарнику загнать добычу в ловушку и добил жертву сверху.
  
  
  
  Славка оценила пирамиду коробок, из- под которой с торчали дамские ножки и сглотнула: за такое точно голову оторвут, если застукают, утилизируют вместе с котом.
  Груда зашевелилась. Надо было срочно сматываться.
  Славка быстро подобрала аэрозоль и потянула Котю за ремень. Малыш уперся - он заслужил свой трофей, и по глубже запустил когти в пышный зад ученой мымры. Пришлось его отдирать вместе клочьями юбки. - Рур - мяааау!   - возмущенно орал Котя, оставляя когтями алые борозды на ягодицах брюнетки.
  С трудом Славка дотащила разгневанного кота до выхода. Слава богу, карта ключ торчала в замке. Прихватив её, Славка выскочила в коридор и когда панель закрылась, перевела дух.
   Пригодилась наука Виталия Кудрявцева, как убрать часового в тихую, на играх - учениях с мальчишками. Кириллыч тогда ещё вдогонку посоветовал "бодаться по сильней" и помнить, что для партизан все средства хороши.
  Рассерженный малыш цапнул девчонку за штанину, и схлопотал пинок в бок, чтоб не мешал решать, как найти маму с техниками и не нарваться на конфедератов. В затруднении Славка почесала нос и посмотрела по сторонам: надо было ещё где-то раздобыть молоко для Коти. Мальчишки болтали о чудо - синтезаторах вкусностей на каждом углу, а мама рассказывала о цехах, где делали не только лекарства, но и еду из даров моря.
  Котенок тоже покрутил головой, принюхался и потянул влево. Славка не сопротивлялась - в конце концов, кого из них лучше учили искать корм? Малыш протащил её шагов двадцать влево - до небольшого фойе с диванчиком и перевернутым столиком, на перекрестке трех тоннелей, и набросился на валяющиеся вокруг прозрачные стаканчики. Рядом в стене светился маленькими "глазками - окошечками" непонятный зеленый шкаф с помятым корпусом, с большим отверстием по середине, напоминавшим открытый в крике рот.
  Пока Котя обнюхивал мусор, Славка присмотрелась к аппарату. На каждом из "окошечек" светились надписи на интерлинге и русском: "чай", "кофе", "шоколад". Славка быстро пробежала глазами по всем и с радостью нашла "молоко". Неужели, им повезло наткнуться на чудо - синтезатор?
  Славка ткнула пальцем в нужный "глазок", тот мигнул, и в "шкафу" зажужжало и смолкло. Славка подождала и нажала ещё раз. В углубление - "рот" из чрева аппарата вывалился стакан, и в него упало несколько белых капель. Славка засопела и стукнула посильней, требуя добавки. В "шкафу" булькнуло, крякнуло, и в стакан потоком хлынуло молоко. Сильная струя опрокинула стакан, и молоко потекло по корпусу аппарата на пол.
  Забыв о мусоре, Котя кинулся к "живительной влаге" и принялся жадно лакать. Но как бы он не старался, белая лужа у автомата росла быстрее.
   Малыш отфыркивался и медленно отступал, таща за собой Славку.
   Молочное море грозило затопить коридор, оно уже подобралось к девичьим сапожкам. Чтобы прекратить безобразие, Славка саданула кулаком по "шкафу". В "рот" автомата вывалился стаканчик, наполнился молоком, и струя иссякла.
  Славка пожала плечами, взяла стаканчик и осторожно отхлебнула. Сразу дал напомнил о себе голод. Хотя молоко и показалось малость разбавленным и с другим вкусом, Славка залпом выпила остатки и потянулась вытереть губ, как в фойе выскочил ополоумевший крысак. Он почти врезался пяточком в зад кота. Мгновение котенок и грызун смотрели друг на друга. Мраморный малыш облизнул усы. Крысак хрюкнул и опрометью бросился прочь. Котя стрелой метнулся за ним.  Славка едва не свалилась в лужу, когда котенок с силой выдернул поводок из её ладони. Она выкинула стакан и бросилась ловить ремень, но куда там! Грызун с визгом улепетывал от кота. Подстегиваемый азартом, котенок мчался за ним. Древняя сила инстинкта гнала его вперед: раз от тебя убегают - надо ловить. Малыш наелся, набрался сил и был не против развлечься.
  Славке же было не до игр: её заносило на поворотах, подошвы, намокшие в молоке, скользили. Она потеряла всякое представление, где находиться, и думала только о том, чтобы не упустить из вида бешеную парочку.
  Славка уже порядком выдохлась и еле двигала ногами, когда грызун вдали бросился к стене и пропал, а ним исчез и Котя.
  Запыхавшаяся и злая Славка из последних сил добралась до места, где они "провалились, сквозь землю" и увидела проломленную решетку воздуховода. Стало понятно: крысак бросился спасаться в "нору", а черный малыш нырнул следом.
  Славка почесала носик и принялась доламывать решетку. Расширив отверстие под себя, она повернула кепку козырьком назад и вползла в вентиляционный канал. Гуляющее в трубе донесло до неё звуки далекой погони. Через зарешеченные отдушины с коридора проникал свет. Главное было никуда не сворачивать. Увы, поиски мамы снова откладывались.
  Марш - бросок на четвереньках по вентиляционному тоннелю оказался делом нелегким. У Славки болели колени, и ныла спина, а котенок и не думал отыскиваться. Напрягая слух, Славка заглядывала в боковые каналы и с надеждой звала малыша. Ну, надо же: вместо того, чтобы спасать маму, она протирала коленки, разыскивая сумасшедшего кота. Желание "махнуть рукой" и бросить эту затею становилось все сильнее.
  Постепенно вместе с нарастающим монотонным гулом в тоннеле   увеличилась сила встречного воздушного потока, пока лопасти работающей турбины не перегородили воздуховод. Пришлось поворачивать обратно. Пятиться на коленках оказалось ещё неудобней, но развернуться не получалось.
  Сквозь шум турбины Славку привлек дробный тук сзади. Она, как смогла, вывернула шею и скосила глаза. Дрожь током пробежала от макушки до копчика. По трубе топали паукообразные клещи - обитатели экваториальных островов Эрлики. Они походили на огромные сковороды с восемью ногами. До клещей оставалось три секции. "Ручки" - жала хищно тянулись в сторону Славки и уже размыкались. Между боковыми пластинами - стилетами выдвинулись зубчатые присоски. Выдрать такие из раны можно только с мясом. Тетя Зина говорила: если клещи накинутся втроем - четвером, то кровь высосут за четверть часа, а потом в жертву отложат яйца.
  Проверять Славке не хотелось, но впереди резала воздух турбина, а к ногам подбирались кровососы. Её тело сжалось в пружину. Славка приготовилась пинаться и случайно попала ногой в узкий боковой канал. От сумасшедшей надежды бешено заколотилось сердце. Клещи - ночные охотники, у них нет глаз и слуха, добычу находят по запаху и теплу. А если уйти с дороги и подставить кровососов под лопасти вентилятора? Славка просунула и вторую ногу в трубу и, отталкиваясь локтями, быстро вползла на животе в новый тоннель. Неожиданно сильный порыв сквозняка едва не сдул с кудрей бейсболку. Славке чудом поймала драгоценную кепку. Удерживая бейсболку одной рукой, она вжала голову в плечи и попятилась назад. Вдруг труба под ней резко пошла под уклон. Опора под коленями исчезла. Славка поехала вниз, скользя вспотевшими ладонями по гладкой поверхности. Она судорожно попыталась остановиться, но сорвалась и с криком понеслась неизвестно куда. Спуск по трубе оказался стремительным, но коротким. Славка с разгона ногами пробила неведомую преграду и повисла над пустотой. В груди мячиком прыгало сердце, но прийти в себя Славке не дали. Чьи - то руки обхватили её за талию и потянули. Славка закричала с перепугу. И под вопль дикого ужаса её выдернули из воздуховода, как затычку из бочки.
   - Да не ори, ты! - раздалось по-русски над ухо Славки.
  Славка захлопнула рот и осторожно открыла глаза. Она сидела на полу большого кабинета, а над ней склонились родные лица закадычных врагов - мальчишек из грота
  - Привет, - поздоровался долговязый Генка Иванцов, прочищая ухо мизинцем, - ты откуда?
   - Меня на опыты взяли, - всхлипнула от счастья Славка, -   а вас?
   - А нас забыли, - шмыгнул конопатым носом Мишка Лавник.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава двенадцатая.
  "Где только наша не пролезала"
  Гравикары большими жуками неторопливо кружились над полом. Раз, и одна машинка едва не чиркнула о борт другой. Первый пилот успел повернуть влево, преследователь ушел вправо. Лихачи разлетелись, развернулись и довольные собой показали друг другу поднятые большие пальцы. Много ли надо, чтобы почувствовать себя великими гонщиками, когда на берегу единственный вид транспорта - неторопливый палийский мустанг?
   И в ожидании старших Мишка Лавник и Генка Иванцов, переодетые для дома, нарезали круги в большом ангаре, примыкавшем к складу готовой продукции. В былое время здесь хранились контейнера с оборудованием, а сейчас парковалось лишь с десяток каров и погрузчиков.
  По совести, говоря, трюкачить на виражах парням никто не разрешал. Им только, только доверили водить, не отрываясь от пола. Но риск - дело благородное. Особенно, когда ты уже в курсе о мертвой зоне видеокамер, и гулкое эхо далеко разносит чужие шаги и голоса. Генка выдал идею. Мишка прикинул и согласился: какие же они охотники, если дадут себя поймать? Подвернулся же такой случай - самим полетать! Всего то требовалось, чтобы гравикар оторвался от пола - на панели управления выбрать нужный режим. И приятели не устояли. Зря что ли, они уже второй месяц, облачившись в тёмно - синюю форму с белыми люминесцентными нашивками, несли вахты в МОНИК?
  Больших трудовых мозолей они, правда, не заработали. Это тебе не дрова и сено в грот таскать, огонь под кострами поддерживать и загоны для коз чистить. В комплексе еду на любой вкус выдавали синтезаторы, а роботы мыли даже полы. И, чтобы все эти чудеса МОНИК не давали сбой, техникам приходилось работать больше головой, чем рукам. Как тут не погордиться собой. Недаром, что по совету Матвеича, в комплекс на стажировку отправляли самых сообразительных парней общины. Конечно, "жабы" могли бы заметить текучку среди подручных техников и заподозрить неладное. Но "земноводным" и в голову не приходило интересоваться личностями малолетних туземцев. Они лишь отслеживали сколько общинников, приплыло на смену, раздавали указания и проверяли работу.
  Так получилось и в этот раз. Общинники после смены ждали Марию в доке, чтобы отплыть домой. Внезапно из операторской сообщили, что в дальнем крыле комплекса сработала аварийная сигнализация и велели техникам срочно ехать туда. Взрослые оставили Мишку с Генкой проследить за дроидами и перепроверить по списку груз на берег, а сами отправились на вызов. На волнах праздничной эйфории никто русских не пересчитал, и о мальчишках - подручных не вспомнил.
   Ожидание затягивалось. Роботы - грузчики уже сложили все коробки с лекарствами в штабеля на пирсе и укатили на базы подзаряжаться, старшие все не возвращались. Тогда Генку и осенило потренироваться летать. Тянуть приятели не стали. Они прошли через склад в ангар и уселись на гравикары. Ребята повторили все, как делали отцы, и осторожно пролетели пару раз вдоль стен на самой низкой высоте. Первый успех окрылил. Осмелев, друзья принялись рулить право, влево, облетая невидимые препятствия. Но летать от стенки к стенке парням быстро наскучило. Сначала они устроили соревнования "кто быстрее", а затеи принялись гоняться друг за другом.
  Отвлек их металлический шорох - двери на склад начали съезжаться, а ворота на пирс поползли в стороны. Струхнув, что засекли, друзья спешно приземлились рядом с погрузчиками и затаились за ними.
  В ангар вбежало трое конфедератов в бежевых комбинезонах, указывая кому - то дорогу. Они огляделись и быстренько отошли ближе к стоящей на приколе технике.
  Снова послышался металлический скрежет. Мальчишки вытянули шеи и открыли рты. Сотрясая плиты пола тяжелыми шагами, в ангар не спеша друг за другом заходили громадные бронированные великаны.
  - Ничего себе - роботы, - прошептал Мишка, толкнув друга в бок.
  Генка показал ему кулак и приложил палец к губам. Словно во сне ребята наблюдали, как мощные гиганты застывали вдоль стены. Зрелище внушало уважение и трепет слаженностью отработанных действий. Из машин, как чертики из табакерки, выпрыгивали бойцы и выстраивались в ровную шеренгу перед роботами.
  Администрация комплекса не заставила себя долго ждать. Уже очень скоро Ривс во главе делегации пожимал руку старшему офицеру. Прозвучали взаимные приветствия, раздалась команда "вольно", и гости с хозяевами покинули ангар. Двери съехались вновь, и наступила гробовая тишина.
  Генке с Мишкой повезло. На экранах тепловизоров их поля слились с полями конфедератов. А заниматься более тщательным сканированием пустующего склада командир спецназовцев не стал.
  Приятели дружно выдохнули, и Генка бросился связываться с отцом по коммуникатору. Но старший Иванцов не отозвался. Мишку тоже постигла неудача.
  - Отрубили, - мрачно изрек он.
  - Откуда их принесло? - сплюнул в сердцах долговязый Генка, распрямляя затекшую спину.
  - Прилетели своих проведать, - предположил Мишка, сморщив конопатый нос. - Помнишь, Кириллыч о таких боевых махинах рассказывал?
  - А галанты? Эти же истуканы, - кивнул Генка на роботов, - все из железа.
  - Проскочили, - пожал плечами Мишка, - повезло - галантов же давно не было.
  - Наши знают? Как думаешь?
  - Наших под замок посадили, - буркнул Мишка. - Не просто так их вызвали.
  - Как пить дать, - протянул Генка. - А Матвеич с правлением интересно знает?
  - Если эти под водой притопали, кто ж их увидит? - Помрачнел Мишка.
  - Надо выбираться и наших найти, - нахмурился Генка. - К дверям соваться нельзя - по камерам засекут.
  - Замуровали демоны, - процедил Мишка, вспомнив древнюю поговорку.
  Генка задумчиво изучил стену за погрузчиками. На глаза в углу в метре от пола попалась большая решетка воздуховода.
  - Вентиляция! - озарило его.
  - Чем скручивать будем? - перешел сразу к делу напарник.
  - Надо в карах порыться, может что-нибудь найдем, - предложил Генка.
  Догадка подтвердилась. В багажниках машинок нашлись рюкзаки с инструментами, налобные фонарики и даже мини робот с панелью и пультом управления. Решетку приятели сняли за пару минут и запустили в тоннель малютку робота. При его активизации в трубе, на планшете высветилась схема вентиляционных путей. Воздуховод огибал склад и другим концом упирался в цех по синтезированию продуктов питания.
  - С голоду не помрем, - заметил Мишка.
  - Тебе бы только пожрать, - подколол Генка.
  - А тебе не надо? Кирилыч говорил, что на войне главное снабжение и коммуникации, - парировал Мишка, наблюдая за картинкой на экране.
  - Давай уже лезь в коммуникации, - хлопнул его по плечу Генка.
  Рука Мишка дернулась, и пальцы мазанули по панели. Точка робота послушно переместилась влево за пределы линии воздуховода, переместилась и пропала.
  - Ты куда дроида дел? - набросился Генка на приятеля.
  - Никуда я его не девал, - огрызнулся товарищ, - сам пропал, нечего было под руку лезть.
  - Кто лез? Ищи давай. Куда он мог провалиться?
  - В коммуникацию.
  - В канализацию, - передразнил Генка, - в этом же месте на схеме ничего нет.
  Шмыгнув конопатым носом, Лавник усилено завозил пальцем по экрану.
  - Нет его. Не знаю. Может сломалось чего, сигнал не доходит.
  - Понятно, - вздохнул Генка, - поползли.
  - Инструмент сначала надо взять, - уперся Мишка, - чтоб не возвращаться, мало ли что, и фонарики.
  - Это правильно, - кивнул Генка. - Берем и сматываемся.
  Прихватив рюкзаки и фонари, друзья закрепили решетку потуже на одном болте, так чтобы её можно было поставить изнутри на место, и полезли в воздуховод. К удивлению ребят, труба через несколько метров расширилась, позволив выпрямиться и идти в полный рост. Как и показывала схема на экране, с правой стороны через большие решетки угадывалось помещение склада, влево уходили каналы вентиляции.
  - Ну, и где дроид? Чтоб его, - фырчал Генка, водя фонариком по стенам и полу тоннеля. - Крысы что ли утащили?
  - Крысы в МОНИК только в зоопарке и в лабораториях водятся, - глубокомысленно заметил Мишка, поглядывающий то на планшет, то на дорогу.
  - А может кто и сбежал от "жаб"? Откуда знаешь? И теперь здесь пасется, - заспорил Генка.
  - И зачем им робот, - не уступил Мишка, - если рядом на складе и в цеху жратвы полно?
  - Тогда где он? Испарился? - Заартачился Генка.
  - Да здесь он пропал, смотри лучше, - огрызнулся Мишка.
  - Сюда что ли провалился? - Рассердился Генка, указывая лучом фонарика на круглую, черную дыру в стене коридора.
  - На схеме ничего нет, - оторопел Мишка.
  
  Приятели дружно сунули головы во мрак и различили уходящую под уклоном вниз трубу с узкими скобами - ступеньками.
  
  - Смотри, - ткнул он пальцем в экран. - Появился.
   На планшете зажглась точка потерянного малютки дроида. Мальчишки озадаченно переглянулись.
  - Ничего себе, - присвистнул Генка. - Дела...Вот он куда делся.
  - Надо робота достать, - рассудил Мишка. - Пригодиться.
  - Надо, - согласился напарник. - Полезли.
   Цепляясь за скобы - ступени в стене, диггеры осторожно спустились и оказались на небольшой площадке. Малютка - робот лежал на боку перед очередной решеткой.
  - Интересно, что там? - зажегся в Генке разведывательный азарт. Он опустился на колени перед преградой и посветил в сквозь неё. - Странно. Мы уже ниже дна. Почему на схеме ничего нет?
  - Не знаю, - ответил Мишка, пристроившись рядом с другом. - Скрутим?
  - Давай.
  Достав инструменты из рюкзачков, мальчишки быстро расправились с решеткой. Но много увидеть в кромешной тьме не удалось.
  - Полезем? - Спросил Иванцов.
  - А, если там океан или пропасть? Страховка нужна, - засомневался Мишка. - Можно на складе поискать.
  - Не, пахнет по-другому, - опять заспорил Генка. - Не морем и не сыростью. А трос у меня в рюкзаке есть.
   Он достал веревку, и Мишка привязал её конец к нижней скобе лестницы. Генка плюнул на ладони, взялся за трос и полез в черную дыру. Он только один раз перебрал руками, и вспыхнул свет. Генка зажмурился, соскользнул вниз и коснулся ногами пола.
  - Мишка, давай сюда. Здесь такое! - Закричал он, разлепив глаза.
  - Ух, ты! - присвистнул Мишка, вставая рядом с товарищем.
  - Вот это пещерка! - оценил он солидных размеров бункер с высоким потолком, голубыми хрустальными панелями и пультом во всю стену. - Слушай, а конфедераты сюда не заявятся?
   Генка пожал плечами. Он подошёл к пульту управления и смахнул пыль с клавиатуры. Словно, многоглазое чудовище разомкнуло очи - над местом оператора зажглось сразу несколько десятков мониторов с видеоизображениями по всему комплексу.
   - Никто сюда не придет, - посмотрел Генка на испачканный палец, - конфедераты ничего не знают.
   - И не должны знать, - добавил он задумчиво.
   - А те, кто должен? - спросил Мишка.
   - Не придут. - помрачнел Генка. - Погибли.
  Мальчишки с внутренним трепетом осмотрелись по сторонам. Не каждый день тебе выпадает прикоснуться к тайне. Если догадка была верна, они оказались первыми за целую вечность в двадцать лет, кто очутился здесь. Мороз пробежал по их спинам. Кто же в общине не знал печальной истории Океанограда и роковой судьбе тех, кто приплыл на помощь с МОНИК. До сих пор строжайше запрещалось подходить к развалинам города. А дядя Милош уже многие годы не спускался с горы на морской берег.
  
  - Да, вот это штаб, - очнулся Мишка.
  - Почему штаб? - не понял Генка.
  - Потому что конфедераты не знают, - нашелся Мишка.
  Иванцов хмыкнул и отправился к лестнице в правом противоположном углу, упиравшейся в потолок. Стоило ему поставить ногу на первую ступеньку, как под ним ожил эскалатор.
  - Осторожно! - окрикнул его товарищ, указывая на люк в потолке, - вдруг откроется, а там конфедераты. Сам говорил:" Не должны знать".
  Генка отдернул ногу, лестница остановилась. Увы, от желания прокатиться пока пришлось отказаться. Но и без этого нашлось, чем заняться.
  Всю середину комнаты занимал длинный стол, в окружении массивных кресел. На нем крепилось несколько планшетных экранов. Панели работали, только для доступа под первым пользователем потребовался пароль, зато второму вход дали легко, высветив сразу строку поиска. Недолго думая, Генка набрал" боевой робот". На экране появились картинки и данные с техническими характеристиками.
  - Здорово! - оценил паренек. -Наверно, оно все знает.
  Мальчишки радостно потерли руки - такое чудо попало в единоличное безраздельное пользование.
  Все последующие дни юные подпольщики коротали время между поисками путей в дальний, жилой отсек и изучением Боевых Роботов. Днем они отсиживались и отсыпались в бункере, а ночью совершали вылазки. Устроились парни с комфортом. При секретной комнате имелись все удобства, и свой синтезатор питания, а для сна подошли сдвинутые вместе кресла и стулья. Под лестницей на зарядной платформе обнаружился дроид - уборщик с перегоревшими предохранителями. Вставив в него блок из робота - ремонтника, ученики техников отправили его наводить чистоту.
  К сожалению, сеть воздуховодов больше никаких сюрпризов не преподнесла, и найти старших и не удалось - никто из них на мониторах ни разу и не проскользнул. О побеге на берег нечего было, и думать: переходной шлюз открывался только из операторской наверху.
  Боевые роботы манили к себе. Риск и опасность разжигали любопытство. Охрана диверсантов не смущала - она отсутствовала, как в самом ангаре, так и снаружи в доке. Подводном центре десантники, похоже, чувствовали себя в полной безопасности и спокойно полагались на закрытые двери и видеонаблюдение. По мониторам Мишка с Генкой наблюдали за конфедератами и спецназовцами, выяснили их режим и распорядок дня. Большую часть времени десантники шатались по комплексу, осматривали достопримечательности, занимались в тренажерном зале; пару раз, от нечего делать, даже устроили гонки на гравикарах. Соревнование развлекло ребят, и они не много поболели за гонщиков. К вечеру и гости и хозяева, парами и без, разбредались по своим и чужим апартаментам, и коридоры МОНИК пустели. Наступало лучшее время для разведки.
  Из инструкции по эксплуатации партизаны вынесли главное: чтоб не застукали - компьютерное управление машин лучше не трогать. Настораживала простота проникновения в робота.
  Хорошенько все взвесив, мальчишки разработали план операции. Недаром же сам Кириллыч проводил учения в пещере и рассказывал о великих диверсиях древности. Сидеть сложа руки во время вражеского нашествия никто не собирался. Для начала надо было выяснить об охранной сигнализации.
  В третью ночь Генка полез в ангар. Выбравшись из трубы, он прислушался и осторожно выглянул из - за гравикаров. Видеокамеры охватывали лишь пространство у дверей и по центру залы, поэтому угрозы вроде не представляли, но случиться могло всякое.
  В нескольких шагах безмолвными истуканами застыли роботы. Генка зло сузил глаза и скрипнул зубами на грозных великанов в бронированных панцирях, с вросшими в плечи головами - кабинами в шлемах со стеклянным забралом и мощными руками - манипуляторами. Кто звал их притаскиваться сюда?
   Окажись вся эта груда железа на берегу во время налета галантов, и джунгли полыхнут от края до края. Люди в гроте задохнутся от дыма, а кто уцелеет - останется без урожая и дичи. Земля, начиненная металлом, будет гореть под ногами. Чтобы выжить придется кинуть родной грот и отправиться скитаться неизвестно куда. Разыгравшееся воображение придала парню решимости. Он пробрался вдоль стены к машинам и повернул ручку люкообразной двери ближайшего робота. Дверь поддалась. Генка открыл, закрыл её и перебежал к следующему гиганту.
   Выполнив боевую задачу, Генка в мыле влетел обратно в бункер.
  - Спят, - только и пожал плечами Мишка, с долей легкого разочарования рассматривая мониторы.
  Всю ночь, сменяя друг друга, заговорщики шныряли между машинами. Результат оставался прежний. Никто из военных не дернулся и в ангар к боевой технике не примчался. Это придало диверсантам смелости приступить к более тщательному изучению кабин. Здесь все было в новинку и ужасно заманчиво: кнопочки, рычажки, джойстики. "Бойцам невидимого фронта" потребовалась вся сила воли ничего не запускать, не включать и не взламывать кодовые замки на шкафчиках с личным оружием ради полной секретности.
  Утро седьмого дня встретило ребят оживлением на мониторах. В комплексе явно, что - то происходило.
  Пережевывая синтезированный паек, Мишка с Генкой уставились на экраны. Сначала какой - то военный, в знаках различий спецназовцев мальчишки не разбирались, засветился у входа в зверинец. Оттуда в скором времени, ошалев от свободы, на просторы МОНИК вырвался весь коллекционный зоосад. От картинок беснующихся монстров, мальчишки поежились.
  - Слушай, а сюда они не доберутся? - заерзал Мишка.
  - Не должны, - сглотнул Иванцов, - разве, что мелочь какая ни будь. Надо бы решетку закрепить получше.
  Друзья шустро перекрыли лаз наружу и вернулись к мониторам. Дальше события развивались по нарастающей. В док медленно вползла платформа с квадратным коробом под брезентом. Сопровождал её десантник, замеченный у зверинца. В ангар влетели солдаты. Они полезли в машины и вскоре повыпрыгивали из роботов с карабинами. Десантники умчались. Первый военный проследил, как дроиды перегрузили короб с платформы на подводный кар, а потом прошел в ангар и провел инспекцию каждого железного исполина. Он исчезал в чреве каждого истукана на пару минут и шел к следующему.
  - Чего он шныряет? - Насторожился Мишка. - К отплытию готовятся?
  - Что - то важное прихватили. Похоже, за ним и приплывали, - предположил Генка, не спуская глаз с экрана. - Может пронюхал что? Как бы тревогу не поднял. Кажись, мы поспешили. Им же теперь просто так не убраться.
  - Откуда, куда? - Пробурчал Мишка и принялся перечислять. - С Эрлики или с МОНИК к себе на базу? Может у них лагерь на берегу, и "жабы" им лекарства и еды подкинули.
  - Дурак ты, Мишка. Только о жратве и думаешь, - поддел его Генка. - Еду и лекарства со склада бы взяли, а это под брезентом отдельно привезли под охраной.
  - Сам дурак, - обиделся Мишка. - Если специально прилетели, то как узнали - "жабы" через космос проквакали?
  - Как, как, квак, - рассердился Генка и передразнил, - почем мне знать. У Марии или у Матвеича надо спросить. Но, что "проквакали" - факт. Не просто эти вояки приперлись, когда галантов не стало.
  - Может просто повезло - проскочили, - уперся Мишка. - А "жабы" поделились с тем, что они тут у себя в лабораториях наизобретали, чтоб этим на берегу легче было обживаться.
  - Зачем им на берегу обживаться, если МОНИК есть? - Вспылил Генка.
  - На МОНИК наши работают, - разозлился Мишка. - Забыл?
  Генка ответить не успел. Глухой удар позади заставил спорщиков вскочить на ноги.
  - Генка! - Заорал Мишка. - Там шахта!
  И парни кинулись в дальний угол бункера, где на полу лежало опрокинутое кресло с высокой спинкой и валялась сорванная решетка.
  - Штаны и сапоги, вроде, наши, - задумчиво почесал Мишка затылок, рассматривая нижнюю часть человеческого тела, торчащую из дыры в стене. - Но не наш - мелкий какой-то.
  - Чего стоишь? Помогай, - прикрикнул на него Генка, - счас увидим.
  Приятели дружно ухватили пришельца за талию и под дикий визг выдернули из шахты перепуганную дочь грозного главы общины.
  
  - Красиво, - восхитилась Славка, залюбовавшись хрустальными панелями. Она поудобнее устроилась в глубоком кресле и, поймав свое отражение, поправила выбившуюся из - под кепки завитушку.
  - Да. Ничего себе, - согласился Мишка, развалившись в соседнем кресле. - Есть хочешь?
  - А у вас есть? - обрадовалась гостя.
  - Завались. Сейчас насинтезируем, - фыркнул Генка и направился к автомату, встроенному в стену около лестницы.
  Слава с опаской проследила за ним и маленько напряглась, когда Генка начал тыкать пальцем в меню. Поэтому не заметила, когда к её сапожкам подкатил робот - чистильщик.
   - Ой! - испугалась Славка и с ногами забралась в кресло.
  - Не боись! Дроида не видела? - Хохотнул Мишка, махнув рукой, - У него уборка по плану.
  Славка поджала губы. Подумаешь: она за день и не такого насмотрелась, даже молоко для Коти все-таки из синтезатора выколотила. Хотя у верзилы Генки договариваться с автоматом получалось лучше - без фонтанов и наводнений. Он быстро вернулся к столу, поставил перед Славкой стаканчик с горячим шоколадом и рожок с мороженым, а сам присел на подлокотник Мишкиного кресла.
  
  Потягивая через трубочку напиток, Славка переводила взгляд с долговязой Генки на рыжего крепыша Мишку. Парни угощали односельчанку и на перебой расписывали свои похождения. К их досаде, услышав о полетах, слушательница только загадочно то ли улыбнулась, то ли усмехнулась - короче, из вредности не поверила. Славка же ломала голову: стоит ли мальчишкам рассказывать об Олеге или нет? Поэтому выслушав ребят, она только передала подслушанные слова о погрузке.
  - Значит, будут отплывать, - нахмурился Иванцов. - Как бы вояки наших врасплох не застали. Славка, отец с охотниками вернулись?
  - Нет, - покрутила головой Славка.
  - Плохо. Хотя, чего я спрашиваю? - Махнул рукой Генка. - Понятно, что ты бы тогда носа из грота не высунула и не шлялась, где не попадя.
  Славка от возмущения подавилась и закашлялась. И эти туда же - воспитывают. Мишка привстал и заботливо хлопнул её между лопаток, а Генка продолжил рассуждать:
  - Если экспедиция не вернулась, то на горе сейчас с женщинами только Матвеич и Скоров с охотниками. Если не предупредить - вояки всех запросто повяжут и в заложники возьмут, чтобы техники за просто так на МОНИК батрачили. "Жабы" только об этом и мечтают. Короче, надо прорываться.
  - Как? - посерьезнел Мишка.
  - А как она сюда попала? - Кивнул Генка на Славку. - Через склад уже не выйдет, засекут, если дыру в двери вырезать.
  - А там или поймают, или съедят, - показал на мониторы с резвящимся зоопарком Мишка.
  Он поднялся и, подойдя к стене, заглянул в канал воздуховода.
  - Труба больно скользкая и крутая, - оценил Мишка спуск и вернулся назад, - быстро не выкарабкаться.
  - Эх, универсалку бы достать, - вздохнул Генка, признавая правоту друга.
  - Что достать? - Переспросила Славка, с трудом отдышавшись.
  - Пластинка такая белая, карта-ключ, называется, все двери открывает, - постарался доступно объяснить Мишка "неграмотным".
  - Эта что ли? - Славка поставила на стол стакан с кофе и жестом фокусника выхватила из сумки вожделенный кусок пластика.
  - Ух, ты! Где взяла! - Подскочил на месте Генка и чуть не вырвал у Славки карту- ключ.
  Славка отдёрнула руку и мстительно фыркнула:
  - Надо знать, где шляться. Некоторые получше вас летают.
   И тут же "прикусила язык" - она все-таки проболталась об Олеге.
  - Ладно давай колись. Времени мало, - пригрозил Генка.
  Отступать было поздно, и выдержав паузу, Славка принялась излагать малость исправленную версию событий. Если кто забыл: она - травница. Поэтому не "шлялась", а искала очень редкую ценную траву, которая растет только в одном месте на скалах. Потом заметила тень и проследила, потом очень громко и жалобно закричал Котя. Славка не простила Олегу, что он сдал её майору с Котей, но чернить его зря не стала. Она, как сумела, растолковала парням, что Олег - сирота, которого приютила Конфедерация. Он думает, что России больше нет, и вся надежда теперь только на армию Конфедерации, поэтому и подался в военные. Вопреки Славкиным опасениям дружки - приятели ничего обидного не сказали, но и не похвалили. Они не перебивали, но и не верили. Пришлось достать и показать ещё и трофейные баллончики.
  - Ну, ты даешь, - наконец то с одобрением выдохнул Мишка. Он взял синий баллончик и повертел в руках. - Молодец. Так мымре и надо. Нечего наших котят воровать.
  - Главное, универсалку увела. Теперь они у нас попляшут, - потер руки довольный Генка.
  - Только Котя все равно потерялся, - взгрустнула Славка, польщенная в душе словами друзей.
  - В джунглях дураков не держат, - со знанием дела успокоил Генка. - Думаешь, просто так мраморных котов все боятся? Мама говорит, что у них не только память и чутье самые лучшие, но и ещё интуиция. Увидишь, не пропадет, найдется!
  - Ему молоко надо, - жалобно напомнила Славка.
  - Сутки продержится. А там видно будет. Наших бы с берега сюда привести, пока эти здесь все не разворотили.
  - Животные? - не поняла Славка
  - И эти то же, - хмыкнул Мишка.
  - Я и маму не нашла, - вздохнула девочка.
  Где - то в комплексе затерялся ещё и Олег. Хоть он и служил у конфедератов, все равно, было за него тревожно.
  - Думаешь нам за наших не страшно? - Напомнил хмуро Генка,
  - Много мы им можем помочь, пока операторская у конфедератов? Если эти железяки, - кивнул он на экран с картинкой в ангаре, - к нам в горы рванут мало не покажется.
  - А если галанты?! - воскликнула Вячеслава.
  - Тогда ещё и джунгли спалят. Мы, конечно, кое-что придумали, но если это только разведка, и они пополнения ждут?
  - Можешь оставаться, - предложил Мишка, - здесь безопасно.
  Славка глянула на мониторы. Марии Сергеевны нигде не было, зато на одном из экранов двое милый шипастых, клыкастых зверюшек дрались за право съесть на обед третьего.
  - Не дрейфь, - подмигнул Генка, - прорвемся. Плохо, что этот твой Олег конфедератам служит, но сразу видно, что русский. Классно он "жаб" погонял. Если майору обо всем доложит, то Ривсу может ещё влетит. А пока вояки с "земноводными" грызутся, нам надо сматываться.
  Славка почесала носик и поправила кепку. После всего пережитого за день она то не дрейфила? Да она за несколько часов повидала больше, чем некоторые за неделю. И вообще, сколько можно ей командовать?
  - Я вас выпущу, а сама останусь.
  - Что?! - уставились на Славку парни, - тебя съедят или поймают!
  - Котя никому не дастся, только мне, - уперлась Славка и привела убойный аргумент. - Васька всем за него такое устроит...
  - И от меня ещё шипучкой пахнет, - принюхалась она к рукаву, - может и не тронут.
  Приятели озадачено переглянулись. Мишка наморщил конопатый нос. Генка почесал затылок.
  - Тогда я тоже останусь, - хлопнул он себя по коленке, - нельзя тебя одну отпускать.
  Спасительница котят надулась и обиженно сложила руки на груди - опять маленькая и девчонка?
  - Мишка, один поплывешь, - проигноровал её возмущение Генка.
  - Почему я? - Вскинулся товарищ.
  - Кто с отцом проводку на катерах чинил и трепался, что сможет управлять? - Припомнил ему дружок.
  - Я не трепался, - насупился Мишка.
   - Значит так, - продолжил распоряжаться Генка, - проникаем по трубе на склад, держимся около стен, чтоб не попасть под камеры, пробираемся в дежурку у ворот, через нее выпускаем тебя в док.
  - Видишь, - ткнул он на экран, - погрузчики на причале, как поставлены. Если пригнуться, можно за ними добежать до скутеров. Они маленькие, их за подводным каром не видно. Залезаешь, опускаешься на дно, и ждешь, когда шлюз откроется, ныряешь следом за грузовым каром и уходишь к нашим. Ну, как, слабо?
  - Не слабо, - набычился товарищ, - сделаем.
  - Я и одна могу, - наконец, вставила слово Славка.
  - Ты плана комплекса не знаешь, - оборвал её Генка, - в два счета сцапают. Вдвоем быстрее наших найдем.
  Лазутчица сникла, признав правоту парня.
  - А ты, правда, управлять катером можешь? - полюбопытствовала она у Мишки, наклонив на бок голову.
  - Там автопилот, - отмахнулись от неё парень. - Первым проскочу или под каром пройду.
  Славка скорчила гримаску - затея попахивала авантюрой.
  - Всем все понятно? - Ещё раз переспросил у команды Генка, поднимаясь с кресла.
  - Все, - кивнули диверсанты.
  - Готовы? Пошли.
  
  
  
  
   
  
  
   
   
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава тринадцатая.
   "Боишься, значит уважаешь".
   Мраморный малыш развлекался. Сытый, бодрый и довольный жизнью он обнаглел от безнаказанности и вседозволенности. Игра в догонялки горячила кровь и поднимала самооценку. Котёнок уже освоился в чужих гладкостенных джунглях. Здесь не пахло сырой землей и цветами, не дул ветерок с моря, не струились ручьи, не пекло солнце, но бегало много дичи. Крысак оказался бесценным товарищем - шустрым, неутомимым, запросто подключивший к веселью лесных жителей. Вентиляция исправно разнесла по комплексу кошачьи феромоны. А эхо десятикратно усилило боевое " Р-мяу! ", добавив паники среди теплокровных животных, уже уставших метаться в замкнутом пространстве между кровожадными ящерами и гигантскими членистоногими. На стороне котенка выступал опыт, впитанный с молоком родителя, грозно объявлявший обитателям джунглей о начале большой охоты мраморных котов. Возраст и размер распоясывавшегося загонщика роли не играли, свирепый родитель обязан был находиться неподалёку, и горе тому, кто вздумал бы помешать резвиться его ребенку.
   А тот, войдя по вкус царственного статуса, лихо записал все галереи в свои личные владения и теперь наводил в них порядок. С гулом и топотом, катящийся перед котенком звериный вал стремительно рос, вбирая новых бегунов. Свиноподобные грызуны визжали и возмущенно попискивали, натыкаюсь в толпе на иглы дискообразных барсуков, которые с хрюканьем топали рядом. Носорогие гиены истерично скулили о смертельной опасности, висящей у всех на хвосте. Медлительные на земле силайские лемуры показывали чудеса акробатики, сворачивая на бок видеокамеры, и выдирая из стен декоративные бра. Они раскачивались на длинных сильных руках и хвостах, ловко перенося белокожие тела над толпой. Иногда кто-нибудь из акробатов срывался и падал на головы и иглы марафонцев, увеличивая общую сумятицу и какофонию.
  Малолетний загонщик уже запыхался и устал, но упорно перебирал мягкими лапами, свесив на бок розовый язык. Время от времени котенок, порыкивая на отстающих.  Хотя, честно говоря, он и сам не знал для чего собрал всю эту дикую братию. Его учили охотиться, а думать за него пока больше приходилось старшему коту. Добыча боялась и удирала. Значит, все он все делал правильно. А о последствиях оборзевший хулиган не утруждал себя заморачиваться. Если бы среди животных нашелся вожак, который повернул несущееся стадо, котенка бы смяли и затоптали. Но нахалу везло, и он беспредельничал дальше.
  Вырвавшись из галереи, животные выскочили в вестибюль на пересечении нескольких коридоров, где десять винторогих павианов устроили засаду десантниками. Необиженные силушкой злобные обезьяны сволокли в кучу из уголков релакса гидропонные контейнеры с пальмами и столики с банкетками. Павианы не имели шеи. Их круглая голова вырастала прямо из грудной клетки и срасталась затылочной костью с хребтом, чей последний позвонок штопором высовывался из - за черепа обезьяны. И когда гравикар с военными въехал в зал, винтороги, спружинив на мощных полусогнутых ногах, в мощном прыжке перенеслись через баррикаду и выросли шерстистыми рукастыми комодами перед десантниками. У спецназовцев то ли кончился боекомплект в карабинах, и они не успевали перезарядить их, то ли солдаты боялись в сутолоке поранить друг друга, но схватка уже переросла в рукопашную. У военных в ход активно шли приклады карабинов. Павианы уступали солдатам в росте, но превосходили размахом плеч и весом. Обезьяньи полутораметровые руки наносили и отражали удары, словно приделанные на шарнирах.  Покатые лбы винторогов трещали, но удары выдерживали. Только наливались кровью павианьи глаза под надбровными дугами, и раздувались ноздри приплюснутых носов. Свирепея от зуботычин и ран, четверо самцов упорно атаковали, устрашая врага оскалом желтых клыков, с которых на буро - рыжую шерсть капали тягучие слюни. Сзади мужских особей скакала косматая самка, оглашая помещение гортанными криками. Пятеро детенышей - волосатых "тумбочек" карабкались по спинам старших и дубасили десантников обломками мебели. Сбитые с отцовских плеч, они с воплями скатывались кеглями под ноги мамаши, но лезли обратно. Защитные комбинезоны спасали солдат от увечий, но у Новикова без шлема уже была разрублена бровь, и алая струйка стекала по виску на щеку. Запах свежей крови, смешанный с запахом Олега, добрался до ноздрей малыша. Рыкнув подопечным, чтоб не разбегались, сам Котя отвлекся на драку. Собственно, к военным, кроме Олега, у малыша особого интереса не было, и обид он на них не держал. В своих не непроницаемых оболочках десантники, вообще мало, чем отличаясь от камней у дороги. Другое дело, буро - косматые выходцы из джунглей, которые нагло игнорировали его высочество. Это был уже вызов, подрыв авторитета и престижа монаршей кошачьей власти. Такое вольнодумство следовало пресекать на корню. Васька ещё не успел вдолбить отпрыску, что с воинственными обезьянами мраморные коты без нужды не связываются: только при жесткой бескормице зимой и только на пару с товарищем. Мясо с взрослых павианов жесткое, а колотые раны от пик - штопоров зализывать долго, и заживают они плохо. Но котенок этого не ведал, поэтому с боевым 'Р-Мяу' он запрыгнул на спину ближайшему винторогу, перескочил на плечи следующему, прошелся по головам ещё двум, трем, не забывая каждого цапнуть за шею или укусить за ухо. Но в пылу битвы на него внимания не обращали. Пока в молниеносном броске царственное дитя не оказалось на сбитом с ног десантнике, над которым навис волосатый монстр. Зажав в мускулистой лапе металлическую табуретку, павиан уже замахнулся раскрошить ею голову военному. Глаза малыша округлились, заняв блюдцами пол морды, зрачки вытянулись и превратились в узкие щелки. Воздух в холле загустел от кошачьей метки. Записав смертельный удар на свой счет, Котя выгнул спину, вздыбил шерсть, увеличившись в два раза. Из его глотки вырвался даже не рык, а глухое утробное шипение. Столкнувшись неожиданно нос к носу с оскаленной кошачьей мордой, винторог впал в ступор и машинально наклонил вперед массивную голову с рогом. Это выходило уже за всякие рамки. Истошно возопив о помощи к далекому родителю, котенок выбросил вперед лапу и наотмашь несколько раз полоснул когтями по щекам монстра. Маленькие обезьяньи глазки под массивными надбровными дугами сошлись к переносице, отражая тяжкий мыслительный процесс рыжего гиганта. До него ещё не дошло, на чьей охотничьей тропе оказался, на чью добычу и ребенка покусился, когда сзади от аромата малыша дико заголосила самка. Материнское сердце не подсказало, а проорало ей, на сколько ошмётков порвет мраморный ужас джунглей винторогое потомство за своё дитя. Перепуганные истерикой самки, завизжали младшие павианчики, словно их уже рвала на куски стая бешеных котов. Оглушенный дикими криками Котя прижал уши и съежился, как будто приготовился в прыжке вцепиться в морду врагу. Нервы вожака обезьян сдали. Бросив боевую мебель, главарь отскочил назад, ударил себя в грудь и заорал, призывая соплеменников спасаться. Стадо не заставило себя упрашивать. Забыв о десантниках, павианы, все как один, бухнулись на костяшки пальцев длинных рук и поскакали за вожаком догонять марафонцев. Голос вернулся к малолетнему нахалу. С победным кличем он спрыгнул с военного и погнался за удиравшими.
   - Опять твоя кошка, Новиков, - прокряхтел Сол, пытаясь подняться с капота гравикара. 
  - У мраморных котов кошек нет, у них перекрестное скрещивание, - перевел дух, Олег и подал руку другу.
    - Это, как? - заинтересовался Геркулес, перезаряжая карабин.
    - Не знаю, не присутствовал, - пожал плечами Новиков и тронул разрубленную бровь, - но по факту он уже второй раз вас спасает.
    - При случае поблагодарю, - пообещал Уиллис и протянул товарищу регенерирующей пластырь из аптечки. - На, залепи.
    - Ну, и аромат, - принюхивался он к форме и наморщил нос.
    - Мраморные коты так территорию метят. Местные пользуются этим запахом, чтоб других хищников отпугивать, - пояснил Олег, озабоченно посматривая в сторону галереи, откуда выбежали звери.
    - Химзащита? - хохотнул гигант с Афры.
    - Ребята, может, осмотрим коридор, откуда зверей принесло? - спросил друзей Новиков, заклеивая рану.
    - Хочешь девчонку найти? - догадался Уиллис, - поехали. Приказ доставить никто не отменял.
    Любой ребенок, даже с когтями и хвостом, может увлечься и забыться. Охотничий азарт мраморного забияки постепенно сменялся тревогой. А куда, собственно, все бегут? Может, знают, что?
  В колоне животных к этому времени наметился строгий порядок. Впереди, по - прежнему, бежали целеустремленные крысаки, за ними топали упорные дискообразные барсуки. Поскольку желающих приземляться пятками на иглы среди винторогов не находилось, они вынуждено тяжело бухали в третьей линии. Не отрывая носа от пола, в арьергарде рыскали гиены. На хвосте у них и висел котенок, стараясь не отставать от своих. Потому как, ты можешь сколько угодно воображать себя крутым парнем, но внутри остаешься маленьким потеряшкой. Грозный родитель так и не откликнулся, двуногие сородичи с молочным запахом где - то затерялись. Лабиринт чужих джунглей не заканчивался. Страх холодным ручейком просачивался сквозь черную шкурку и леденил сердечко крохи. Только близость знакомой лесной братвы помогала не пасть совсем духом и не отчаиваться.
  Если бы кто ни будь, следил за животными, заметил бы как, те, вырвавшись на финишную прямую, неуклонно неслись к входу в док. Неизвестно какой бы затор ждал в тупике зверей, но высокие двери разъехались, и в проеме вырос Малый Боевой Робот.
   
  Не останавливаясь, гигантские крысы галопом пронеслись у него между ног и ворвались на пирс. Следом флегматично обогнули чудное препятствие барсуки. Машина привела в готовность боевые манипуляторы, но на взведенных стволах орудий тут - же повисли лемуры. Один незадачливый акробат с налета печатался в рубку оператора, и, не желая сползать на пол, страстно обнял остов робота. Лысым брюхом он полностью закрыл камеры внешнего обзора. Металлический монстр попытался стряхнуть силайских гимнастов, но те, следуя примеру собрата, только усилили хватку, подключив к лапам длинные хвосты. Возможно, оператору МБР и удалось бы избавиться от болтающейся обузы, хорошенько приложив лемуров об стены, но к ним на помощь подоспела третья линия наступающих.
   
  Главарь винторогов отступать не собирался. На пятки семьи покушалась свора обозленных мраморных котов с потомством. Поэтому при виде самодвижущейся скалы вожак пошёл на таран, расчищая дорогу. Выдохнув грозно "Хуг", он в мощном прыжке всей тушей обрушился на машину. Ослепленный приставалой и лишенный ориентации, робот попятился. Продолжая размахивать конечностями с висящими лемурами, МБР снес видеокамеры у дверей. Оператор второго робота сдал назад, но что - то заклинило. И машина затормозила на подъеме пандуса перед выходом. Боковой сильный удар от собрата пошатнул её и заставил взмахнуть манипуляторами, один из которых зацепился за подмышку первого. Первый робот отклонился назад и открылся для новой атаки павианов. Следуя примеру вождя, все племя горохом отметилось на бронированном корпусе чужака. От толчков опасный крен машины увеличился. Оператор первого МБР попытался выпрямить стальной корпус, но механизм и ему вдруг отказался подчиняться. Робот начал валиться на товарища, скользящего к краю пирса. Толчок от прыжка павианихи решил дело. С громким плеском машины рухнули с причала. Фонтаны брызг взметнулись к своду, и высокая волна окатила пирс, едва не смыв лемуров, которые успели отцепиться и плюхнуться на берег.
   В свободный проход рванули гиены, наполняя гавкающим эхом док. Последней из - за дверной косяк высунулась усатая мраморная морда. Принюхавшись и поводя ушами, котенок осторожно обозрел окрестности.
  Чувствуя себя неуютно на земле, лемуры забирались на остатки креплений видеокамер. Обезьяны разбрелись по пирсу. Гиены стаей втягивались в раскрытый зев ангара, где уже исчезли грызуны с барсуками.
     Огромная нора заинтересовала и насторожила малыша. Аккуратно обойдя лужи, звереныш подкрался к таинственной пещере. А вдруг здесь скрывался проход домой? И тут из ангара под ноги выкатился старый знакомый. Котенок и крысак уставились друг на друга. Кошачьи глаза сверкнули. Грызун истерично пискнул и кинулся обратно. Забыв об опасности, малолетний охотник рванул за добычей. Вместе с ходу они врезались в стаю носорогих падальщиков, сбившихся в кучу около закрытых складских ворот. Гиены бросились в рассыпную и налетели на колючих барсуков, окопавшихся около гравикаров. К визгу гигантского "мыша" прибавился обиженный лай и скулеж. Схлопотав от дикобразов, падальщики метнулись к МБР и столкнулись с крысаками.  Грызуны заносились между машинами и попытались забраться наверх. В ответ парочка операторов двинули машины вперед. Между ног роботов тут же закружилась карусель из хрюкающей, вопящей, тявкающей лесной толпы, возглавляемой перепуганным крысаком. Никто ничего не понимал, но каждый верил, что большая охота объявлена именно на него.
     Под лапами у всех увлеченно мешался мраморный хулиган. Он для куража направо и налево цапал то одного то другого, пока на очередном круге догонялок не заметил, как двери начали закрываться. Бросив охоту, котенок кинулся к выходу и ткнулся лбом в металл. Из глаз посыпались искры. Последний просвет исчез прямо перед носом малыша. Мявкнув от боли, Котя плюхнулся на короткий хвост и поскреб лапой панель. Так играть он не договаривался.
     Зато начал открываться проход на склад. Первым в проем, конечно, проскочил беспокойный дружок котенка. Запах съестного магнитом потянул к себе голодных марафонцев, включая флегматиков - барсуков, но не подействовал на мраморный отпрыск, уже достаточно напуганного, чтобы лезть в новую западню.
  Затаившись, котенок прижал уши и забился в угол. Чутье на этот раз не подвело. Как только последний зверь исчез на складе, ворота туда
   захлопнулись, а машины в ангаре зашевелились. Бронированный великан, сотрясая пол, затопал прямо на малыша. Котенок от ужаса забыл, как мяукать. Он только беззвучно открыл и закрыл рот. Кошачьи янтарные глаза выкатились из орбит, уставившись на ступни - прессы. По полу из - под хвостиком растеклась лужица. Робот занес ногу, готовый расплющить кроху, и замер. Одновременно в дверях появилась и стала расширяться щель наружу. Мраморный узник, ободрав бока, опрометью рванул на свободу - подальше из страшной норы.
    Позади заскрежетало и загремело. Металл ударился о металл. Бронированный исполин покачнулся на полусогнутых ногах и грохнулся на бок, забаррикадировав выход. Но котенок даже не оглянулся. Он спешно карабкался на поддоны с коробками навстречу родному, теплому и молочному.
   
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава четырнадцатая
   "Но крикнул капитан: "Ещё не вечер!"
   
    Сначала все шло по плану. Через дыру в вентиляционной решетке подпольщики спокойно пролезли на склад.
  - Ой, а чем здесь так пахнет? - втянула в себя Славка смесь ароматов от рыбных до сладких - цветочных.
  - Не здесь, - просветил Мишка, - это из цехов тянет.
  Толком Славе ничего разглядеть не удалось. Мальчишки протащили её за стеллажами, подальше от видеокамер, к дежурке - помещению с компом кладовщика, и местом отдыха рабочих. Когда до подсобки оставалось совсем чуть - чуть, пришли в движение двери в ангар, и на склад хлынули крысы.  От неожиданности Славка вскрикнула, и, встав на цыпочки, впечаталась спиной в стену.
    - Скорее! - закричал Генка. Он схватил девчонку за руку, и, забыв о камерах, увлек ребят к дверям дежурки.
  Удирающих со всех ног беглецов заметила гиена, затесавшаяся между грызунами. В несколько прыжков падальщица догнала и в прыжке вцепилась в жертву. Слава богу, это оказалась всего лишь торба на плече Вячеславы. Не желая расставаться с ценными трофеями, девочка потянула сумку на себя. Лямка затрещала. Мишка цапнул с ближайшего стеллажа первый подвернувшийся пакет и запустил им в зубастую хищницу.  Следом полетел "снаряд" от Генки. Обе упаковки треснули, вспоротые рогом гиены. Из первой всю морду падальщицы запорошил густой слой белого порошка. Из второй во все стороны брызнули ароматно пахнувшие брикеты. Ослепленная тварь разжала пасть и замотала головой из стороны в сторону. Это дало время ребятам заскочить в подсобку и захлопнуть стеклянную дверь перед носом двух товарок потерпевшей. По стеклу тут же пошли лучи от ударов крепкими носовыми отростками. Остальные гиены в это время жадно поглощали разбросанное по полу угощение, слизывая вместе с ним остатки порошка.
  
  Ослепленная падальшица бестолково металась по помещению, то и дело, натыкаясь на других обитателей джунглей. Спасаясь от бешеной, рассудительные барсуки полезли прятаться на нижние ярусы стеллажей. Они носами и лапами выталкивали в проходы мешающиеся коробки, которые тут же острыми когтями и зубами раздирали жадные крысаки.
  
  Но этого всего юные диверсанты уже не видели. Из - за дрожи в руках Славке не сразу удалось попасть универсалкой в щель электронного устройства. Но вот замок поддался, и ребята вывалились в объятия винторогов, гуляющих по пирсу.
   Вторжение чужаков не понравилось вожаку обезьян. Дикий вой самца раскатился под сводами дока. Винторог оскалил желтые клыки и, опираясь на мощные кулаки передних лап, отправился на разборку.
  
  Отступать было некуда. Сзади звенело стекло: падальщицы крушили дверь дежурки.
    И тут со стороны контейнеров с медикаментами, и так остававшимися лежать на причале, раздалось громко радостное: "Р-мяу! "На коробках довольный собой восседал мраморный малыш.  Наученный горьким опытом вожак павианов шарахнулся назад.
    - Котя! - воскликнула девчонка и рванула к детенышу, первым делом поймав конец болтающегося ремня.
  Розовый, шершавый язык кота дружелюбно прошелся по её щекам и носу.
    - Говорил же, что найдется, - пробормотал сын Зинки.
    - Смотри, - одернул его Мишка, указывая за коробки с лекарствами.
    В дверях ангара застрял боевой робот. А на пирс, подтягиваясь на руках, выбирались из воды два спецназовца.
    Начать продираться через строй винторогов к подводным катерам означило выдать себя.
    - Туда! - быстро указал Иванцов на открытый люк подводного грузового кара, пришвартованного рядом.
    Славка сдернула с паллетов малыша. Котенок не возражал продолжить игру в компании своих, поэтому с готовностью полез в круглую дыру на спине железной рыбы.  Команда скатилась по трапу, надеясь на чудо, что никто не заметил. Внизу, у ступенек, встал вопрос, что делать дальше. Контроль над рубкой ничего не давал. Шлюз открывался только по команде снаружи.
   - Пошли в грузовое отделение. Там может, спрячемся, - предложил Мишка.
  
  
   В отсеке, кроме пустых клеток, у дальней стены под куском брезента скрывался крупный покатый предмет. Со стороны траппа послышались голоса, и гулко забухали тяжелые шаги по металлическим перекладинам.
   Не сговариваясь, ребята вместе с котенком нырнули под техническую ткань, покрывающую таинственный контейнер.
    Экспедиторы не заставили себя долго ждать и вскоре заявились с инспекцией секретного багажа, но, слава богу, близко подходить не стали.
  
   Пока Славка прижимала к себе малыша, чтоб не размяукался, парни разглядывали вошедших через щель в стыках брезента.
    На пороге стояло трое: Вадим Маракевич в сопровождении двух военных.  Убедившись в сохранности груза, дайвер с охраной удалились. Диверсанты перевели дух.
    - Что будем делать? - тихо спросил младший Лавник у друга.
    - Пусть отплывут. Там посмотрим, - ответил приятель.
  
    Время тянулось, как резиновое, превращая минуты в часы.
    Полулежать или сидеть, пригнувшись в укрытии, было неудобно. Затекали спина и ноги. Ребята все измучились в нервном ожидании. Лучше всех устроился котенок. Набегавшись за утро, малыш воспользовался передышкой. Он блаженно развалился под боком подружки и задремал.
    - Так сидеть и будем? - не выдержала девчонка, поглаживая Котю за ухом.
    Сейчас мраморный детеныш пока вел себя прилично. Но что будет, когда отдохнет и потребует есть?
   - Э, ну, - протянул Мишка, - их всего, вроде, трое. Узнать бы куда направляются.
   - Неважно. Все равно не к нам, - буркнул, что- то прикидывая про себя, Генка.
   - Славка, баллончики при тебе? - встрепенулся он.
    Вячеслава полезла в торбу и утвердительно кивнула.
    - Давай сюда.
    Девчонка приготовилась возмутиться, но не успела.
    - На тебе кот, - оборвал её Иванцов, проверяя на месте ли технический ножа в сапоге.
    Вздохнув, Славка рассталась с трофеями.
    - Респираторы надо из аптечки взять, чтоб самим не задохнуться, - сообразил вовремя младший Лавник.
   - Пошли, - одобрил товарищ.
   - Мы быстро, - бросил по ходу паренек девчонке.
   
  Мальчишки осторожно выскользнули из - под навеса.  Держась подальше от хорошо просматриваемого с коридора прохода, но и так, чтоб не налететь на клетки при качке, они пересекли отсек. Достигнув противопожарного стенда около выхода, парнишки стали спешно запасаться средствами защиты. Вдруг из коридора раздался гулкий звук шагов по металлическим плитам пола.
  Прятаться за пустыми клетками было бессмысленно.  Ребятам оставалось только сжаться в углу.  У девчонки под брезентом сердце провалилось в пятки, а пальцы мертвой хваткой вцепились в ошейник малыша.
    С негромким шорохом отъехала и заехала невидимая дверь.
   - В туалет пошел, - зашептал Мишка, - мы там с отцом проводку ремонтировали, электронный замок заклинило.
   - Щиток, вон там, - заговорщически указал младший Лавник через проход.
    Переглянувшись, пацаны метнулись к заветной прямоугольной заглушке на стене смежной с уборной. Вскрыть щиток и срезать провода у клемм много времени не заняло.
    Дверь туалета дернули, ещё раз и ещё, потом заколотили.
   - Выломает, - выдохнул Мишка.
    Озадаченный Генка поднял глаза к потолку.
  - Вентиляция! -радостно озарило его.
   По коридору загромыхали новые шаги. Парнишки затаились.
   - Хорош стучать. Ты чего дверь ломаешь? Бумага кончилась? - поинтересовался громко мужской голос на интерлинге.
    Получив ответ от застрявшего, вопрошающий хохотнул. - Ладно, сиди тихо. Сейчас разберемся. Пойду спрошу, что можно сделать.
    Собеседник удалился.
   - Подсади, - скомандовал Иванцов.
   При помощи друга он дотянулся до вентиляционного отверстия и отправил мощную струю усыпляющего газа через решетку в уборную, после чего злоумышленники опрометью бросились под спасительный тент.
   - На, держи, - всунул в руки девчонки Мишка респираторы, - одень на всякий случай, и на кота тоже.
   Все спешно стали натягивать на себя защитные маски.
   - Котя! - вскрикнула Славка.
   Мраморный малыш проснулся. Улучив момент, он выскочил из - под брезентом и потрусил к выходу из грузового помещения.
   Иванцов сквозь зубы выругался, но удержал на месте рванувшую было за котенком подружку. - Куда?! Тихо.
   Ушедший десантник вернулся и застучал кулаком по дверной панели.
   - Ну, ты как там? Заснул что ли? Слышишь, оператор говорит, что у замка - это хроническое, группу технической поддержки ждать надо. Так, что придется тебе пока отдохнуть, посмеиваясь, спецназовец сообщил молчаливому товарищу.
   - А это, что? - дернулся военный на движение сбоку.
   В паре шагов от него застыл мраморный детеныш с болтающимся ремнем на шее. Десантника вскинул карабин. Дуло автомата не понравилось малышу, и он сиганул обратно под навес.
  
   Держа оружие наготове, спецназовец медленно приблизился к накрытому грузу. Он наклонился и осторожно поднял край брезента. Тут же ему в глаза и нос одновременно ударили две аэрозольных струи. Военный отшатнулся, заслоняя ладонью глаза. Перед его затуманенным взором мелькнуло два расплывчатых белых пятна. Десантник пошатнулся и рухнул на пол.
   Среагировав на газ, в отсеке усиленно заработала вентиляция.
   - И этот готов, - оценил Мишка, немного приподнимая респиратор над губами, - куда его?
   - В клетку. Славка, быстро вон, - коротко распорядился Генка, так же слегка освобождая на секунду рот.
  Ребята выбрались из-под тента. Следом, пыхтя, выползла девочка. Она тащила за собой котенка, одновременно не давая ему стянуть с морды маску, от которой он пытался избавиться всеми четырьмя лапами.
   Вячеслава, наконец, выпрямилась, с трудом разгибая затекшую спину и выдохнула: - Ух! Зря она расслабилась. Котя вывернулся и, задрав хвост, бросился вон из отсека. Чертыхаясь, Славка в очередной раз бросилась за ним.
  
    Парни же, схватив бесчувственного десантника за руки и за ноги, отволокли его в клетку для хищников, и вернулись за карабином.
  - У того, что в туалете тоже надо забрать, пока не очухался, - напомнил Мишка.
    Подельщик кивнул.
   - Соединяй провода, я покараулю.
    И Генка взял в руки автомат. Но сместить в сторону дверную панель оказалось не просто из -за армейский башмак, упершегося в створку, с другой стороны. В конце концов, с предосторожностями Мишке удалось протянуть через отвоеванную щель руку и стащить у, скрючившегося в три погибели, спящего солдата оружие.
  
   Не осмеливаясь покинуть пост, Вадим Маракевич то и дело поглядывал на приоткрытую дверь за спиной в ожидании пропавших конвоиров.
    Вдруг что-то мягко и почти бесшумно приземлилось рядом. Дайвер повернул голову, и его глаза полезли на лоб, а зад прирос к сиденью.
   - Р-Мяу, - поприветствовал его с соседнего кресла черный зверь с болтающейся повязкой на шее, и дружелюбным оскалом белоснежных клыков.
    Вадим сглотнул.
   - Уф, - выдыхая на ходу, кто- то вбежал в рубку.
   - Здрасти, - отметилась Славка, освобождаясь от респиратора.
   - У Вас молока нет? - с ходу задала она сакраментальный вопрос ошарашенному Маракевичу, добираясь до кресла с котом.
   - Нет, - выпучил глаза Вадим на девчонку.
   - А жаль. Он голодный, - сообщила младшая Вячеслава, вновь завладевая концом ремня.
   - И что? - не дошло до Маракевича.
   - Съесть может.
   - Кого?
   - Глупых вопросов не задаем, - сурово прозвучало с порога. В помещение с карабином вошел деловой Генка.
   - Значит так, - продолжил он командовать, - или мы через полчаса у нас в гроте, или мы за него не ручаемся. Понятно?!
    Мраморный прохвост положил голову на лапы и с умилением посмотрел на Вадима.
   - Р-Мяу, - зевнул он.
   - Понятно, - обречено вздохнул дайвер.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава пятнадцатая. Ну что? Не ждали?
  Черный зверь метался по берегу, он то кидался к воде, то отскакивал назад. Посреди темной морской глади высветился сине - зеленый омут с белыми пятнами прожекторов.
     - Аквакар
  ! Наши?! - раздались взволнованные возгласы охотников.
  Вода забурлила, и китообразная туша стала медленно всплывать в паре метров от причала. Рубка плавником разрубила толщину воды, следом нарисовалась верхняя палуба. Яркие, направленные потоки света озарили грот. Откинулась крышка люка и высунулась бледная растерянная физиономия Вадима - дайвера. Васька угрожающе зарычал, оскалив пасть. Маракевича побледнел.
  - Уберите эту тварюгу отсюда! - заорал он.
   - Сам ты, тварь, - процедил сквозь зубы Кудрявцев. - Ребенка верни!
  - Да здесь ваш ребенок! - завопил дайвер, на  чьих глазах кот
  театрально готовился к прыжку. Но, похоже, внизу кому - то надоело ждать, и Вадима поторопили. Дайвер дернулся. Он с испугом посмотрел вниз, и закарабкался наружу. На палубе, Маракевич сразу рванул на корму.
   - Не боись, Васька падалью не питается, - заулюлюкали ему с берега.
  Цепляясь лапами за край, на свет выбрался черный малыш, следом показалась вихрастая голова в кепке.
  - Слава! - вырвалось у Вересова, узнавшего дочь.
  - "Р-мяу!" - радостно поприветствовал всех котенок.
  Старший зверь метнулся к воде, но на краю скалы призывно глянул на людей.
  - Давай, помоги, - обратился Владимир к стоящему рядом верзиле - Павлу Скорову.
   Вместе они спихнули дощатый трап на нос аквакара.
  Пыхтя от натуги, Славка ступила на палубу. Она перевела дыхание и отпустила на свободу удерживаемого под мышкой малыша. Поправив бейсболку, девчонка улыбнулась и помахала рукой. Котя же, поскальзываясь на мокрой палубе, зашлепал к переправе. Там его уже встречали. Заботливый родитель, придирчиво обнюхав найденыша, пару раз лизнул и попытался взять за шкирку. Но вдруг получил в нос негодующий вопль. От неожиданности Васька присел на хвост. А отпрыск увернулся от родительской морды и со всех ног бросился обратно к подружке, уже успевшей повиснуть на шее отца.
  Напрыгавшись вокруг Славки, и освобожденный от ремня, малыш, наконец, соизволил взглянуть на родителя. Призывно мяукнув Ваське через плечо, малыш гордо задрал вверх короткий хвост и посеменил к выходу.
   Старший кот в ступоре, ища поддержки, перевел обиженный взор янтарных глаз на Владимира: "Не, ну, ты, видал - какая молодежь пошла?"
  - Извини, - только развел руками глава общины, - у самого такая.
   Дочь скромно опустила "очи долу" и поспешила изобразить саму
   невинность. Послышались смешки, пантомима не прошла мимо зрителей. Кот вздохнул и поплелся следом за дитем мимо расступившихся людей.
   - Хитрюга, - высказался, находящийся среди охотников, Кирилыч, - весь в Ваську пошел. К Славке кинулся, значит, чтоб к выходу поближе и от родительской трепки подальше.
   - Точно, - поддержали его, - растет смена.
   За встречей котов никто и не заметил, как на палубе очутились ещё двое.
   - Мишка! Генка! - обомлели общинники, - и эти здесь!
   Ученики техников, в отличие от девчонки, покидать аквакар не спешили. Они по - взрослому занялись отконвоированием на берег Маракевича, все ещё жавшегося на корме. Без котов дайвер осмелел.
   - Рано радуетесь, придурки! - напустился он на ребят, едва сойдя на скалистый причал.
  - Да к вам сейчас сюда боевые роботы заявятся!
   Вадима не шуточно трясло. - Вы знаете, что натворили?!
  - И что же они натворили? - холодно поинтересовался Вересов. - Дисколет галантов угнали!
   - Ой! - только и смогла сказать Славка, прикрывая ладонью рот.
   Мальчишки растеряно переглянулись.
   - Спросите, куда десантников дели? - продолжил бушевать Маракевич.
   - Вон их автоматы, - затыкал пальцами дайвер за спины мальчишек.
   Кудрявцев заглянул за плечи пареньков и присвистнул:
   - Карабины спецназа! А ну, давайте сюда!
    Под взглядом главы общины ребята совсем стушевались.
   - И никуда мы их не девали, - бурчал Генка, расставаясь с трофеем, - спят: один в туалете, другой в клетке.
    В гроте повисла тишина. Это была последняя капля для взвинченных нервов Владимира. Глава общины опустился без сил на ближайший валун, и, закрыв лицо руками, расхохотался. Его поддержал взрыв смеха, рванувший под своды. Успокоившись, Вересов вновь посмотрел на горе - героев:
   - Рассказывайте.
   
  
  По завершении рассказа равнодушных в гроте не осталось. Оживленное эхо мячиком ударялось о стены пещеры. Утренние тревога и уныние, поджав хвосты, уползли в сырой полумрак.
    Владимир сидел на валуне. Блики от факелов играли на заинтригованных лицах охотников и следопытов, полукругом обступивших ребят.
   Начало положила фраза младшего Иванцова:
   - Вы, не волнуйтесь, роботы не придут. Мы цепи разъединили.
    Последовала немая пауза.
   - То есть? - уточнил глава общины очень спокойно.
   Мальчишки переглянулись:
   - Как Кириллыч учил, - осторожно сдали они наставника.
   Виталий Кудрявцев деликатно хмыкнул. Пристроившийся на соседнем камне Кириллыч неуверенно пожал широкими плечами.
   - И как же он учил? - полюбопытствовал Владимир.
   - Ну, как давным-давно уроки срывали, - робея перед отцом Славки, пояснил младший Лавник, - мокрую бумажку между цоколем лампы и патроном положат и ждут. Она сначала загорается, потом тухнет. Её меняют, смотрят - хорошая, обратно, а она...
   - Понятно, - прервал Вересов под сдавленные смешки охотников, - применили на практике?
   - Только сухие бумажки, - уточнил Генка, - чтоб не потонули, вдруг не спасут?
   - Зато в места разные напихали, замучаются, пока найдут, с гордостью, - добавил Мишка. - Нечего этим железякам на берегу делать.
    Вересов в упор посмотрел на парней.
   - Теперь сначала, самое важное, но подробно.
     Общинники притихли. Посерьезнев, юные техники начали рассказывать. К обиде ребят глава общины оказался единственным, кто до конца слушал внимательно. Только он заметил, как Генка на одном месте запнулся и переглянулся с товарищами. По ходу повествования веселье в гроте нарастало. Недисциплинированная публика не смогла долго сдерживаться и не лезть с комментариями.
   Настала очередь Славки. С одной стороны, она меньше пробыла на МОНИК, но стоило ей приступить к рассказу о побеге из подсобки, и от смеха зарыдали уже камни.
   Сияющий Кириллыч довольно поправлял пшеничные усы и поглаживал лысый затылок. Владимир, держась, рассматривал трещины на своде. Учебный план юных общинников срочно требовал пересмотра.
   - Молодцы, - озвучил мысли руководства Пашка, - Матвеич случаем Вам о порохе не рассказывал?
   - Это где уголь, селитра и сера? - блеснула знаниями Славка, и стушевалась под задумчивым взглядом отца и новым взрывом хохота.
   - Я в книге по истории прочитала на планшете, - оправдалась она, смутившись.
   - Правильно, куда без фейерверков, - раздалось из прохода.
   - Мама?! - встрепенулся Генка.
   В платке, повязанном по-цыгански, руки в боки, в свободном балахоне проем заполняла собой вездесущая Иванцова
   - Зина?! Ты откуда? - встревожился Владимир.
   - Ну, как вам сказать? - вплыла ветеринар в грот. - Парочка тут одна бесхвостых пушистых за молоком привалила. Чего - то нынче мы негордые, из моих рук не побрезговали. Я и подумала, может новости какие.
   - Я просил никому из пещеры не отлучаться, - нахмурился глава общины.
   - А никто и не отлучается. Матвеич на посту, бдит. Меня одну откомандировали.
   Вересов вздохнул. Зная зоолога, не трудно было догадаться, как она этого добилась.
   - Ой, смотрите! - воскликнула Славка и тыкнула пальцем в темноту волн.
   Рядом с аквакаром в толще воды высветилось несколько мутных желтых пятен. Общинники столпились на причале.
   - Катера! - признал Кириллыч.
   - Быстро пронюхали, - сплюнул Виталий и затянул покрепче концы бандану на голове.
   - Я говорил, достанут! - заверещал из угла Маракевич, куда его запихнули и благополучно забыли. - Теперь держитесь,
   - Быстро всем из грота, - жестко приказал Владимир, - я встречу.
   - Не годиться, - подал голос Кудрявцев, передавая Скорову второй карабин, - мы за валуны, прикроем.
   - Хорошо, только без глупостей.
  Первой сообразила Зинка, взашей погнав впереди себя хлопцев с девчонкой наружу.
   - Пошли, - лапища Кириллыча легла на плечи съежившегося Вадима, - без тебя разберутся.
   Вересов остался на берегу один. Внешне: само спокойствие и выдержка, но молоточки тревожных мыслей упорно отстукивали дробь в висках: "А бы кого за инопланетными артефактами не отправляют. Выполнение приказа любой ценой, не считаясь с жертвами ни чужими, ни своими. Только одно дело боевые потери спецподразделения, другое, каждая жизнь для маленькой общины. Вещественное доказательство на плаву, отпереться не получиться. Чтобы не представлял собой дисколет в трюме, он сейчас для людей на горе не меньшая угроза, чем собратья в небе. С другой стороны, дети о грузе ничего не знали, просто сбежали домой. Есть надежда договориться, только если у людей в катерах нет приказа убрать свидетелей. А ещё Мария и техники на МОНИК".
   Три серебристых корпуса медленно поднялись из глубины, потоки вода сбежали с железных боков. Люки открылись.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава шестнадцатая.
   Ловись рыбка, большая и маленькая.
  
    Белый рой пузырьков устремился в густо-синюю толщу воды.  Метнулась прочь стайка малиновых рыбешек.  Стыковочная платформа выпустила из объятий металлический корпус, и гостевой модуль грузно покинул место стоянки.
   Пока седой капитан чародействовал над пультом, пассажиры поверх его головы молча считали медуз бордовый, голубых, изумрудных. А те лениво парили прямо по курсу и не обращали внимания на аквакар. Плавная дуга над оранжевыми плантациями колышущихся водорослей, осторожный разворот кормой к МОНИК, и аппарат медленно осел в новом гнезде. По команде Марии сработал шлюзовой механизм, система доложила об успешной стыковке.
    - Приехали. - Брови на челе Сафарыча разошлись, и он облегченно откинулся назад.
    - Уф, - выдохнул следом Андрей, расправляя плечи.
    Прохор с Василием, ожив, зашевелились позади операторского кресла.
     - Дальше по плану. Тариэл, плаваешь рядом. Мы в запасной док за скутерами.  Маша, что в коридорах? - уточнил Красноселов.
    - Пусто. Уголок дальний. По идеи никого встретить не должны.
    - Ладно. Поехали.
    Лавник с Иванцовым дважды просить себя не заставили. Как и обещалось, крыло выглядело необитаемым. Ни души, ни звука, ни следа на коричневых плитах пола после роботов- уборщиков. Только бежевые панелях стен отражали матовый свет бра. Подгоняемые предательским эхом собственных шагов, угонщики без приключений проскочили до входа в заветный док. По воли Вересовой за пропуском дело не стало.
    Серебристые скутера моржами возлежали на платформах. В принципе, каждый из них могла взять на борт четверых, но прикинув, техники решили не мелочиться и брать каждому по машине.
     Андрюха поколдовал над спусковым механизмом, и три аппарата съехали в воду.
    Как не спешили, но пришлось задержаться на тестирование ходовой части и систем управления. Заключительная дозаправка, и погружение. Шлюзовая мембрана освободила дорогу. И вот она - воля! Катера стремительными торпедами рванули в разные стороны, но после первого восторга разумно слетелись вместе. Туши автономного модуля по курсу не наблюдалось.
    - Сафарыч, прием. Куда смылся? - попытался связаться Красноселов.
    - Держитесь правее, ближе к прежнему причалу, - подсказала Вересова.
    - Какого лешего он там забыл? - удивился Андрей.
    - Причал, - пошутил по громкой связи Иванцов. - Хорошая вещь. Чего бросать.
    - Из личного опыта, Прохор? - подколол Лавник.
    - Не, тебе одному скутер подарили, - не остался в долгу Иванцов, - Чего от персонального транспорта не отказался?
     - Дистанцию держим и мой хвост не теряем, - прервал болтовню Красноселов.
     Скутера дружной стайкой дельфинов понеслись к прежней стоянке. Лучи прожекторов белыми лазерами резали изумруд морской воды.
    - Не понял, - раздался в эфире возглас Иванцова, - что за рыбалка на живца?
     В потоках неонового света около гостевого парома вальсировала парочка здоровых панцирных акул, раза в три превосходивших по длине катерки.
    - Какая рыбалка, дорогой, - отозвался Ишханов, - людей спасаю.
    Модуль на буксире тащил клетку для подводных съемок с четырьмя водолазами - предметом вожделения хищниц.
    - А эти откуда?! - поразился Андрей. - Как ты их туда засунул?
    - Зачем засунул. Сами засунулись, - обиделся Сафарыч. - Я только тару дал. Не хотят обедом быть.
     - Мать их за ногу. Кому ещё жить надоело - в океан без защитных экранов соваться? Поднимай груз, только пока не выпускай. Берем рыб на себя. Уходи к берегу. Догоним, - распорядился глава техников.
    - Такая хвостиком махнет, мало не покажется, - оценил Лавник, водя прожектором по костяному наросту на хребте чудовища.
    - Продержимся, пока Тариэл не уйдет, - отозвался Андрюха.
    Боковое зрение просигналило акулам о нападении. Хищницы отвлеклись от контейнера и развернулись тупыми носами к наглым атакующим. Скутера кинулись в рассыпную в попытке отрезать зубастых монстров от " лепестка ". Завязалась карусель. Смертельный водоворот вспенил воду. Стремительность огромных рыбин не позволяла расслабиться. Жесткие плавники грозили вспороть обшивку. Только чудо спасало от бронированного тарана акульих морд.
  Ловись рыбка, большая и маленькая.
    Белый рой пузырьков устремился в густо-синюю толщу воды.  Метнулась прочь стайка малиновых рыбешек.  Стыковочная платформа выпустила из объятий металлический корпус, и гостевой модуль грузно покинул место стоянки.
   Пока седой капитан чародействовал над пультом, пассажиры поверх его головы молча считали медуз бордовый, голубых, изумрудных. А те лениво парили прямо по курсу и не обращали внимания на аквакар. Плавная дуга над оранжевыми плантациями колышущихся водорослей, осторожный разворот кормой к МОНИК, и аппарат медленно осел в новом гнезде. По команде Марии сработал шлюзовой механизм, система доложила об успешной стыковке.
    - Приехали. - Брови на челе Сафарыча разошлись, и он облегченно откинулся назад.
    - Уф, - выдохнул следом Андрей, расправляя плечи.
    Прохор с Василием, ожив, зашевелились позади операторского кресла.
     - Дальше по плану. Тариэл, плаваешь рядом. Мы в запасной док за скутерами.  Маша, что в коридорах? - уточнил Красноселов.
    - Пусто. Уголок дальний. По идеи никого встретить не должны.
    - Ладно. Поехали.
    Лавник с Иванцовым дважды просить себя не заставили. Как и обещалось, крыло выглядело необитаемым. Ни души, ни звука, ни следа на коричневых плитах пола после роботов- уборщиков. Только бежевые панелях стен отражали матовый свет бра. Подгоняемые предательским эхом собственных шагов, угонщики без приключений проскочили до входа в заветный док. По воли Вересовой за пропуском дело не стало.
    Серебристые скутера моржами возлежали на платформах. В принципе, каждый из них могла взять на борт четверых, но прикинув, техники решили не мелочиться и брать каждому по машине.
     Андрюха поколдовал над спусковым механизмом, и три аппарата съехали в воду.
    Как не спешили, но пришлось задержаться на тестирование ходовой части и систем управления. Заключительная дозаправка, и погружение. Шлюзовая мембрана освободила дорогу. И вот она - воля! Катера стремительными торпедами рванули в разные стороны, но после первого восторга разумно слетелись вместе. Туши автономного модуля по курсу не наблюдалось.
    - Сафарыч, прием. Куда смылся? - попытался связаться Красноселов.
    - Держитесь правее, ближе к прежнему причалу, - подсказала Вересова.
    - Какого лешего он там забыл? - удивился Андрей.
    - Причал, - пошутил по громкой связи Иванцов. - Хорошая вещь. Чего бросать.
    - Из личного опыта, Прохор? - подколол Лавник.
    - Не, тебе одному скутер подарили, - не остался в долгу Иванцов, - Чего от персонального транспорта не отказался?
     - Дистанцию держим и мой хвост не теряем, - прервал болтовню Красноселов.
     Скутера дружной стайкой дельфинов понеслись к прежней стоянке. Лучи прожекторов белыми лазерами резали изумруд морской воды.
    - Не понял, - раздался в эфире возглас Иванцова, - что за рыбалка на живца?
     В потоках неонового света около гостевого парома вальсировала парочка здоровых панцирных акул, раза в три превосходивших по длине катерки.
    - Какая рыбалка, дорогой, - отозвался Ишханов, - людей спасаю.
    Модуль на буксире тащил клетку для подводных съемок с четырьмя водолазами - предметом вожделения хищниц.
    - А эти откуда?! - поразился Андрей. - Как ты их туда засунул?
    - Зачем засунул. Сами засунулись, - обиделся Сафарыч. - Я только тару дал. Не хотят обедом быть.
     - Мать их за ногу. Кому ещё жить надоело - в океан без защитных экранов соваться? Поднимай груз, только пока не выпускай. Берем рыб на себя. Уходи к берегу. Догоним, - распорядился глава техников.
    - Такая хвостиком махнет, мало не покажется, - оценил Лавник, водя прожектором по костяному наросту на хребте чудовища.
    - Продержимся, пока Тариэл не уйдет, - отозвался Андрюха.
    Боковое зрение просигналило акулам о нападении. Хищницы отвлеклись от контейнера и развернулись тупыми носами к наглым атакующим. Скутера кинулись в рассыпную в попытке отрезать зубастых монстров от " лепестка ". Завязалась карусель. Смертельный водоворот вспенил воду. Стремительность огромных рыбин не позволяла расслабиться. Жесткие плавники грозили вспороть обшивку. Только чудо спасало от бронированного тарана акульих морд.
    - Снизу надо брать, с брюха! - выпалил Иванцов и попытался поднырнуть.
    - Не увлекайся! Здесь плантация жемчужниц, - крикнул Красноселов, и пропустил мощный удар хвостом. Серебряная машинка вспорола дном песок, задела пару раковинок, в последний момент успев выйти из пике.
    - Андрей, ты как?!
    - Нормально.
    - Василь, ты что наделал?! - завопил Прохор.
    Над мордой одной из акул поднималась тонкая красная струйка. Зажатый между двумя хищницами, Лавник на удачу выстрелил из подводного ружья и попал в единственное уязвимое место - под костяной валик, прямо в глаз монстру. Раненная хищница в ярости заметалась. Кровь алым серпантином вилась за ней.
    - Сматываемся! Скорее! Осьминоги шевелятся, - заорал Андрей.
    Нос второй рыбины уже уловил запах. Акула плотоядно распахнула пасть с двумя рядами зубов - крючьев и понеслась ракетой к подруге. Но тут снизу к ним рвануло пять тел -торпед с длинной бахромой щупалец. Акулы попали носами прямо в осьминожьи сети.
   Василь едва успел кинуть катер в сторону, уступая дорогу.
    Не горя желанием быть раздавленными и раздробленными хвостами, плавниками, панцирями сцепившихся монстров, скутера рванули вон из расплывающегося чернильно-багрового облака.
    Паром уже скрылся. Только лиловые актинии прощально качали щупальцами с глубины. Катерки вновь слетелись вместе. Вдалеке, пригретый солнцем, ждал родной берег.
  
    Выражение на лице единственного встречающего в пустой молчаливой пещере озадачило техников - странное колебание между желанием обнять или придушить.
    Встревоженная троица, ничего не понимая, вступила на землю.
    Ухмылка проскользнула по губам начальства. Взгляд оттаял. Крепкое рукопожатие, дружеский хлопок каждого по плечу. Призывной взмах вглубь грота, мгновение, и тишину разорвал топот десяток ног.
    - Папка! - первым прорвался к отцу конопатый младший Лавник.
    - Мишка!
    - Генка! - Прохор прижал к себе сына.
    - Ну, привет героям - ныряльщикам, - прорубилась ледоколом к мужу Зина.
    - Не понял, - озадачено отстранил Иванцов отпрыска, - как это вы раньше нас?
    - А транспорт не видите? - указал протиснувшийся Скоров.
    - Ничего себе! - присвистнул Андрей, - А Мария волновалась.
    - Вы маму видели? - подлезла под руку Славка.
    - Видели и слышали по видеосвязи. С ней все порядке, держится - обратился Красноселов к Владимиру.
  Вересов кивнул и спросил: - Где Ишханов?
    - Тут такое дело, - начал Андрей, - он на модуле гостевом. Нас туда земноводные ещё неделю назад засунули. А тут Маша к Центральному кому подключилась и на связь вышла.
    - Оказалось мы на туристском пароме прохлаждаемся, - вставил Прохор.
    - Мария нас от шлюзовала, - продолжил старший техник.
    - Только мы за скутерами заскочили, - добавил Василь.
    - Ну да, а когда вернулись...
    - Тариэл акул ловил, - не сдержался Иванцов.
    - Или они его, - поправил Лавник. - Вернее клетку с аквалангистами на буксире.
     Публика слушала, открыв рты. В голове Вересова упорно крутилась строчка из забытой песни: "Ещё не вечер. Ещё не вечер..."
    - Короче, - подытожил Андрей, - клетку Сафарыч поднял, но пловцов не выпускает. Ждет подмоги. Модулю в грот не пролезть, болтается рядом. Мы за вами.
    - Ясно, Виталий, собери команду, по плывем, - получил распоряжение от Владимира глава охотников.
    - Па - а - п, - оттянула в сторону к мальчишкам отца Вячеслава.
    - Слава, не сейчас.
    - Ну, на минуточку.
    - Что там у вас? Все остаются на берегу, - пресек сразу Владимир возможную просьбу взять с собой.
    - Не мы не об этом, - успокоили его ребята.
    - Дядя Володя, - понижая голос, заговорил Мишка, - мы не все сказали. Мы со Славкой не в трубе встретились.
    - А где? - насторожился глава общины. Не зря ему показалось, что мальчишки темнят.
    - В бункере, она по трубе к нам съехала, а мы по лесенке в воздуховоде спустились, - пояснил Генка.
    - Какой бункер? - ещё больше напрягся глава общины.
    - Большой, стены стеклянные, - принялся объяснять Иванцов - младший, - мониторы во всю стену, коммы на столе. Земноводные о нем не знают, целую неделю никто не появлялся.
    - А ещё, - торопливо зашептал Мишка в ухо Вересову, - мы все шахты вентиляций проверили, только Славкину не досмотрели. В одной труба не вверх, а вниз идет, оттуда ветер и гул слышен.
     На виске забилась жилка, и в груди дрогнуло сердце. Владимир выпрямился и посмотрел на ожидавших в нетерпении общинников.
    - Поговорим, когда вернусь, - нарочито громко произнес он.
    - Никому, - тихо добавил Вересов одними губами, потом снова звучно. - Все остаются на берегу. - Понятно? - последовал от него многозначительный взгляд ребятам.
    - Понятно, - кивнули заговорщически мальчишки.
    - Просились с собой взять, - пояснил глава общины, вместе со всеми перебираясь на катера.
    - Сейчас им! - не прошло мимо ушей провожающей Зины. - А, ну быстро на выход, партизаны - подводники!
  
  
  
    Выражение на лице единственного встречающего в пустой молчаливой пещере озадачило техников - странное колебание между желанием обнять или придушить.
    Встревоженная троица, ничего не понимая, вступила на землю.
    Ухмылка проскользнула по губам начальства. Взгляд оттаял. Крепкое рукопожатие, дружеский хлопок каждого по плечу. Призывной взмах вглубь грота, мгновение, и тишину разорвал топот десяток ног.
    - Папка! - первым прорвался к отцу конопатый младший Лавник.
    - Мишка!
    - Генка! - Прохор прижал к себе сына.
    - Ну, привет героям - ныряльщикам, - прорубилась ледоколом к мужу Зина.
    - Не понял, - озадачено отстранил Иванцов отпрыска, - как это вы раньше нас?
    - А транспорт не видите? - указал протиснувшийся Скоров.
    - Ничего себе! - присвистнул Андрей, - А Мария волновалась.
    - Вы маму видели? - подлезла под руку Славка.
    - Видели и слышали по видеосвязи. С ней все порядке, держится - обратился Красноселов к Владимиру.
  Вересов кивнул и спросил: - Где Ишханов?
    - Тут такое дело, - начал Андрей, - он на модуле гостевом. Нас туда земноводные ещё неделю назад засунули. А тут Маша к Центральному кому подключилась и на связь вышла.
    - Оказалось мы на туристском пароме прохлаждаемся, - вставил Прохор.
    - Мария нас от шлюзовала, - продолжил старший техник.
    - Только мы за скутерами заскочили, - добавил Василь.
    - Ну да, а когда вернулись...
    - Тариэл акул ловил, - не сдержался Иванцов.
    - Или они его, - поправил Лавник. - Вернее клетку с аквалангистами на буксире.
     Публика слушала, открыв рты. В голове Вересова упорно крутилась строчка из забытой песни: "Ещё не вечер. Ещё не вечер..."
    - Короче, - подытожил Андрей, - клетку Сафарыч поднял, но пловцов не выпускает. Ждет подмоги. Модулю в грот не пролезть, болтается рядом. Мы за вами.
    - Ясно, Виталий, собери команду, по плывем, - получил распоряжение от Владимира глава охотников.
    - Па - а - п, - оттянула в сторону к мальчишкам отца Вячеслава.
    - Слава, не сейчас.
    - Ну, на минуточку.
    - Что там у вас? Все остаются на берегу, - пресек сразу Владимир возможную просьбу взять с собой.
    - Не мы не об этом, - успокоили его ребята.
    - Дядя Володя, - понижая голос, заговорил Мишка, - мы не все сказали. Мы со Славкой не в трубе встретились.
    - А где? - насторожился глава общины. Не зря ему показалось, что мальчишки темнят.
    - В бункере, она по трубе к нам съехала, а мы по лесенке в воздуховоде спустились, - пояснил Генка.
    - Какой бункер? - ещё больше напрягся глава общины.
    - Большой, стены стеклянные, - принялся объяснять Иванцов - младший, - мониторы во всю стену, коммы на столе. Земноводные о нем не знают, целую неделю никто не появлялся.
    - А ещё, - торопливо зашептал Мишка в ухо Вересову, - мы все шахты вентиляций проверили, только Славкину не досмотрели. В одной труба не вверх, а вниз идет, оттуда ветер и гул слышен.
     На виске забилась жилка, и в груди дрогнуло сердце. Владимир выпрямился и посмотрел на ожидавших в нетерпении общинников.
    - Поговорим, когда вернусь, - нарочито громко произнес он.
    - Никому, - тихо добавил Вересов одними губами, потом снова звучно. - Все остаются на берегу. - Понятно? - последовал от него многозначительный взгляд ребятам.
    - Понятно, - кивнули заговорщически мальчишки.
    - Просились с собой взять, - пояснил глава общины, вместе со всеми перебираясь на катера.
    - Сейчас им! - не прошло мимо ушей провожающей Зины. - А, ну быстро на выход, партизаны - подводники!
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава семнадцать.
  "Не верь глазам своим"
   На борту гостевого модуля Владимир сразу подсел к монитору и вышел на связь с Машей.
  -  Володя, - радостно улыбнулась Мария, и знакомым движением поправила мягкую прядь.
  От родного лица на экране потеплело на сердце. Казалось бы, всего две недели разлуки, а растянулись на целую вечность.
    - Как ты? - тихо спросил Вересов, вглядываясь в дорогие черты.
  Будь воля: жена никогда бы не вернулась к работе при конфедератах.
    С первых дней пребывания на Эрлике душа главы общинников не лежала к МОНИК: то ли из-за конкуренции с геологическим центром, то ли из-за работы Марии на дне. И по иронии судьбы уже двадцать лет жизнь его семьи, друзей и соплеменников вертелась вокруг этого проклятого комплекса. И вот пожалуйста, новый поворот: теперь Владимиру придется торговаться за МОНИК.
    - Все нормально, пока не вычислили, - успокоила Маша.
    - Тебе что-нибудь известно о дисколете? - спросил глава общины.
    - Аппарат пришельцев - неизвестная высокая биотехнология. Конфедераты его в океане выловили и послали своим почтовую капсулу. За артефактом прибыло спецподразделение " ИГЛА ", сейчас на МОНИК хозяйничает. Есть надежда с помощью артефакта узнать секрет оружия пришельцев, - сообщила удивленная женщина. - А в чем дело? Откуда вы узнали?
    - Дисколет у нас, - порадовал Владимир.
    - Как?! - поразилась женщина.
    - Мишка, Генка и Славка угнали.
    - Как угнали?! Слава?! Она, что была на МОНИК? - разволновалась Мария.
    - Отметилась вместе с котенком, - доложил отец о похождениях дочери.
    - Ну, котенка я видела, - растерялась супруга, - и что теперь? Без дисколета десантники не улетят.
    - Как думаешь, договориться с ними можно? - посоветовался Вересов, - Махнуть артефакт на комплекс.
    - Я видела майора "ИГЛЫ". Кажется, он не в восторге от Мэтью.
    - Извините, что вмешиваюсь. Привет, Мария, - влез Кудрявцев, - не получится ли потом, что благодарное человечество заявится по нашу душу с новым достижением?
    - Заявится, - мрачно хмыкнул Вересов. - Как пить дать, заявиться.
    - Это произойдет в любом случае, - высказалась Мария, - и в первую очередь, если Конфедерация не получит дисколет сейчас.
    - Вопрос будем ли МОНИК наш или нет, - задумался Вересов.
    - Предупрежден, значит, вооружен, - напомнил мудрый Ишханов.
    - Значит, будем торговаться? - переспросил Виталий, прищуриваясь.
    - Будем, - решил Владимир, хлопнув ладонью по пульту. - Маша, пока отключись, чтоб не засекли.
    - Хорошо. До связи.
   И монитор потух.
    - Ну, что Тариэл, давай, показывай свой улов, - обратился Вересов к оператору. - Виталий, организуй встречу.
    - Пошли, - кивнул глава охотников Скорову. 
                  * * *
   
    Майор Пауль Линдгрен рывком стянул с головы маску и скинул ремни кислородных баллонов.  Военный с облегчением расправил плечи и выдохнул. Подчиненные Уиллис, Сегура, Новиков последовали примеру командира.
  Клетка для подводных съемок, извлеченная из воды, заполняла собой практически всю переходную камеру. Покинуть спасительный контейнер труда не составило, но дверь наружу оставалась закрытой. Тратить драгоценное время на долгое ожидание офицера не устраивало. И Пауль нетерпеливо приложился кулаком по створке.
    - Ты чего шумишь? Молодой, да? Горячий, - раздался из верхнего левого угла голос с необычным акцентом.
    Майор отыскал глазами видеокамеру с динамиком.
    - Немедленно выпустите нас!
    - Не спеши, дорогой. Без начальства, извини, не могу.
    - Какое ещё начальство? Я майор Линдгрен, передайте Ривсу.
    - Ривс далеко. Скучаешь? Могу рыбок запустить, - предложили беззлобно.
    - Я шеи и тебе и твоему начальству вместе с рыбами намылю, - сорвался Линдгрен.
     Он ни капли не сомневался, чьи это козни. Ривс, надо отдать ему должное, нашел неплохой способ поквитаться за отстранение от власти в МОНИК.
    - Потерпишь, - буркнули и отключились.
    - Сэр, разрешите, выломать дверь, - предложил рядовой Сегура. Огромный рост заставлял его чувствовать себя в клетке особенно не уютно.
    - И провалиться к акулам, - добавил Сол, сползая спиной по прутьям на пол 
  - Ученым одним не справиться. Вас не могут долго задерживать, сэр, - подал голос Новиков, пристраиваясь рядом с другом.
  Офицер разъяренным тигром глянул на подчиненного, но вынуждено согласился. Издевка издевкой, но надолго его изолировать не имело смысла.
    - Связь есть? - обратился командир к солдатам.
    Сол с Геркулесом с сожалением покачали головами: - Нет, сэр.
    Оставалось, как Уиллис присесть и ждать. Майор устало закрыл глаза.  Сказалось напряжение последних часов. К реальности его вернул громкий голос.
    - Выходи строиться, только по одному и без глупостей!
    Десантники поднялись на ноги. Пауль первым ринулся на выход и уперся грудью в ствол карабина.
    - Я же сказал: " без глупостей ". Русского не понимаешь? - осадили его на интерлинге.
    В проеме дверей стоял типичный пират из старинных книг - загорелый коренастый крепыш в цветной бандане, кожаной безрукавке, штанах, завернутых по колено и с автоматом в руках. Древний флибустьер с оружием спецназовца на морском дне? Не готовый к подобному сюрреализму Линдгрен покосился на Олега, тот пожал плечами. Эта русская планета не уставала преподносить сюрпризы.
    Кивком велев солдатам следовать за собой, майор переступил порог.  Далеко идти не пришлось. В ярко освещенном овальном холле с пультом управления в противоположном конце и иллюминаторами на потолке их встречала делегация из человек десяти. По виду охотники или селяне с отсталых планет - загорелые, крепкие, кто - то с усами, кто- то просто небрит. Но, как ни странно, совсем уж на дикарей, как рисовал их Ривз, они не походили. Если мужчины на МОНИК затягивали отросшие волосы сзади в хвост, русские были коротко подстрижены. Свободные штаны и рубахи из домотканого полотна висели не лохмотьями, а выглядели вполне добротно.
    Операторское кресло занимал белый, как лунь, горбоносый усатый старик. Рядом стоял высокий подтянутый мужчина с проседью в темных волосах, на удивление чисто выбритый. Кожаная куртка по-армейски ладно сидела на подтянутой фигуре. Уверенная осанка и пристальный взор карих глаз выдавали главного.
    Майор быстро оценил обстановку: карабины имелись только у двоих конвоиров.
    - Подводный модуль - не лучшее место для стрельбы, не так ли? - прочли его мысли на интерлинге.
    Взгляды военного и предводителя аборигенов скрестились.
    - Что здесь происходит? По какому праву? - пошел в наступление Пауль.
    - Мне тоже лет двадцать уже как, хочется знать: " Что здесь происходит? И по какому праву?' - в тон ответил главарь под смешки, - могу я узнать, с кем имею честь разговаривать?
    - Майор Линдгрен, командир взвода специального назначения "ИГЛА' вооруженных сил Конфедерации.
    - Целый майор! Вот это улов, - оценил по-русски стоящий рядом с Новиковым сутулый худощавый абориген с плутоватым прищуром серых глаз.
    - Хорошо порыбачили, - поддержал его рыжий коренастый сосед с конопатым носом.
    Под строгим начальственным взором оживление стихло.
    - Владимир Вересов - глава местной российской администрации.
    Олег с товарищами с настороженным любопытством осмотрелись по сторонам: они попали к диким неуживчивым Владимировцам.
    - Российской Федерации не существует, - довел до сведения военный.
    - Нет Федерации или связи с ней? - уточнил Вересов, в упор, смотря на военного.
    - Мария Вересова - Ваша жена? - перевел Пауль разговор в другое русло.
    - Да. Надеюсь с ней все в порядке?
    - Когда мне довелось её видеть - вполне.
    Олег заметил, как при упоминании о женщине интерес в глазах общинников уступил место глухой угрозе. Сол и Геркулес напряглись. Смена настроения не укрылась и от майора. Если дошедшие до него сведения верны, то этим парням есть за что недолюбливать конфедератов. И упоминание о Вересовой сейчас звучало очень даже двусмысленно.
    - Что вы делали на дне? - холодно прозвучал следующий вопрос.
    - Пытались спасти русских техников в зоне затопления.
    - Ух, ты, - снова оживился народ.
    - С чего такая забота? - загудели общинники. - Картриджи пришло время менять?
    Вересов удивленно поднял брови.
    - К сожалению, я и мои солдаты сами оказались отрезанными в аварийном отсеке, - продолжил Линдгрен, не обращая внимания на реакцию зала, - и были вынуждены выйти в море через ремонтный шлюз.
    Пауль не лгал. Он находился в Операторской, когда аварийная система обнаружила опасную протечку в одном из рукавов МОНИК и выдала сообщение на пульт. Майор тут же затребовал сведения о людях в опасной зоне: угрозе подвергались русские техники в дальнем гостевом отсеке. Чертыхнувшись, командир спецназовцев схватился за запястье и обнаружил отсутствие коммуникатора, потерянного должно быть в схватке с монстрами. Настроение испортилось в конец. С одной стороны, спасение местного населения не входило в задачи "ИГЛЫ", но бросить людей без помощи майор не мог. Убедив себя в необходимости услуг русских для приведения МОНИК в порядок, военный выскочил в коридор и на первом попавшимся гравикаре ринулся в зону затопления. Удачно миновав часть пути, Пауль столкнулся с препятствием - неподвижная рыбоподобная туша наглухо закупорила проезд. Положение спасло появление троицы - Сегуры, Уиллиса и Новикова на машинке из бокового коридора по другую сторону монстра. Окликнув подчиненных, майор осторожно перебрался через чудовище, и задал новое направление движения.
    Половина дороги уже осталась за плечами, когда под дном гравикара заструилась вода. Возможно, стоило повернуть назад и поискать другой способ спасения людей, но аварийная система сработала более оперативно. Погрузчик только начал торможение и пошел на разворот, когда мощные переборки пришли в движение и беспощадно отрезали десантников от центральной части МОНИК.
    Пауль выругался, мысленно приложив все руководство комплекса, чья недальновидность загнала его в ловушку. Требовалось срочно найти выход. Майор напряг память, вызывая изображение карты МОНИК. Если он не ошибался, прямо по галерее находился ремонтный шлюз. По колено в воде десантники добрели до нужных дверей. На их удачу в ремонтном отделении нашлись комплекты дайверского снаряжения. С карабинами временно пришлось расстаться. Оставалось выйти в море, добраться до главного дока, и на скутерах ещё раз попытаться спасти техников и заодно вернуть оружие.
    - Ваши люди заблокированы, им угрожает затопление или нехватка кислорода, - закончил Линдгрен, не понимая воцарившегося веселья.
    \" - Спасибо за беспокойство, - поблагодарил с улыбкой глава общинников\", - считайте, ваша миссия выполнена, и вы удачно прибыли в пункт назначения.
    По холлу прошел новый смешок. Командир десантников вскинулся.
    - С моими людьми все в порядке, - успокоил его Вересов, - им надоело сидеть взаперти, и они отплыли домой на этом самом модуле.
   Спецназовцы за спиной командира потрясенно переглянулись.
    - Это невозможно, - возмутился Пауль.
    - У Вас есть другое объяснение?
    Военный пристально посмотрел на вождя аборигенов. Недаром Ривса перекашивало от одного упоминания имени наглого русского. Надо отдать должное: глава общинников умел блефовать. И откуда он только брал силы и уверенность так упорно гнуть линию законного представителя несуществующей державы? Это оставалось для майора тайной.
   В глазах Владимировцев он не замечал ни особой кровожадности, ни злости, но и подобострастное восхищение отсутствовало напрочь. Брошенные на произвол судьбы, русские посматривали на десантников с видом хозяев. Они продолжали считать Эрлику своей планетой. Не менее озадаченным на спину командира выглядел и Олег. Он прислушивался к русской речи, и похоже, никак не мог определиться, как держаться с соплеменниками.
    - Что Вы хотите? - вернул к действительности Новикова голос майора.
    - Пригласить Вас в гости на берег, - ответил Владимир, выдержав взгляд спецназовца.
    - А, если я не соглашусь? - оскалился Линдгрен.
    - Вы не хотите узнать, откуда у моих людей ваши карабины?
    Майор вздрогнул, внутрь пробрался холод дурного предчувствия. Положительно этот русский умел настоять на своем.
    - Хорошо.
    - Вот и отлично, - одобрил Владимир, - вас перевезут по одному. Если обещаете без сюрпризов, то обойдемся без веревок. У меня нет ни малейшего желания причинить вред Вам или Вашим людям.
    Линдгрен смерил хмурым взглядом русского.
    - Обещаю.
     * * *
   
    Пещера встретила Линдгрена пришвартованным аквакаром. Из-за неверного пламени факелов майор не сразу поверил глазам. Мозг отказался мириться с очевидным. Глава общины молча наблюдал за произведенным эффектом. Спецназовцы - люди не слабонервные, без жестких аргументов диктовать им условия бесполезно.
    - Где мои солдаты? - сдержанно спросил Линдгрен, цепляясь за последнюю надежду.
    - Наверно, выспались и обедают, - не уступил ему Владимир в невозмутимости.
    - Что значит выспались? - В Пауле медленно начинало закипать раздражение. Этот русский слишком много на себя брал.
    - Думаю Вам лучше всего спросить у них самому. Прошу Вас, - жестом пригласил Владимир гостя на берег.
    У костра ближе к выходу в окружении общинников сидели капрал Боев и рядовой Милс со связанными ногами. Концы веревки, пропущенной через нижние путы надежно крепились на запястьях спецназовцев. Это ограничивало свободу действий, но позволяло спокойно держать в руках лепешки с кусками запеченной дичи.
    Пауль покосился на Владимира.
    - Вынужденная мера безопасности. Если Вы ручаетесь?
    - Ручаюсь.
    Глава общины кивнул. По его знаку веревки исчезли с десантников. И спецназовцы поднялись навстречу начальству. Линдгрену уступили место рядом с подчиненными.
   Возможно, Вересов заблуждался, доверяя майору конфедератов, и зря рисковал. Но хотелось использовать любую возможность договориться мирно.
    Вскоре за первым скутером всплыли ещё два. Соблазнительный аромат жаркого достиг ноздрей Геркулеса и привел смуглокожего гиганта с Афры в благодушное настроение. А вид обедающих сослуживцев окончательно расположил солдата к русским поселенцам. Простодушие не позволяло Сегуре подозревать в коварстве таких гостеприимных хозяев. Со всем другие чувства обуревали поднявшегося на берег Уиллиса. Он, двухметровый верзила, без пяти минут владелец солидной компании на Кинге, никак не мог взять в толк, как русским аборигенам удавалось не позволять смотреть на себя сверху вниз. Даже, этот пират - коротышка в цветастом платке, как обозвал в душе Сол старшего охотника -  коренастого Кудрявцева, умудрялся поглядывать на десантника с видом старослужащего на призывника.
    Пока спецназовцы угощались и беседовали у весело пляшущего пламени под присмотром ребят Виталия, Вересов отошел в сторону к Матвеичу. Пример нарушительницы Зины оказался заразительным, и старый ученый под предлогом "доставить еду" то же спустился к Океану.
    В двух словах Владимир изложил основные сведения о дисколете.
    - Менять будем? - уловил суть вопроса маг - экспериментатор общины.
    - Попробуем. Правда, - кивнул глава общинников на подошедшего Кудрявцева, - есть опасения, что потом из нас же подопытных кроликов и сделают.
    - Конфедератам мы в любом случае не указ. Но и галантов никто не отменял, - заметил Матвеич, хитро щурясь, - новую технологию освоить не пирог испечь. Как там ещё дело повернется? А с МОНИК, глядишь, и подготовимся.
    - Ну, ежели подготовиться, - начал Виталий, но договорить не успел.
    - Олег! - раскатился по гроту звонкий девчоночий возглас.
    Все отвлеклись и разом посмотрели сначала на источник шума - Славку с охапкой ветвей на пороге пещеры, потом на адресата - последнего десантника, присевшего к костру.
   Вячеслава быстро кинула дрова у огня и бросилась к остолбеневшему парню, схватив его за руку, потащила к отцу.
    - Папа, это Олег, - с воодушевлением доложила девочка, - это он меня спас и Котю из клетки вытащил.
    У костра примолкли. Майор Линдгрен поднялся и подошел по ближе.
    - Правда? Не знал, - по-доброму рассмеялся Владимир и крепко пожал Новикову руку, - я теперь перед Вами в долгу.
    Устроившийся у огня Сол усмехнулся: пожалуй, следовало догадаться раньше, что нахальная малолетка не из простых смертных.
  От всеобщего внимания Новиков стушевался, а присутствие рядом командира усилило чувство неловкости.
    - Как, ты, уже здесь? - растеряно поинтересовался Олег у Славки на интерлинге.
    - Коти молоко надо было, - дала девчонка по-женски исчерпывающий ответ с легким акцентом на межгалактическом.
    - А как? - озадачился десантник.
    - На аквакаре, вон плавает, - указала Славка пальцем на грузовой катер.
    - Хочешь сказать, что это ты с кошкой аппарат угнали? - встрял в разговор мрачный Линдгрен.
    - Ой! - Дернулась диверсантка, заметив майора.
    - Почему только она? - обиделись за спиной командира "ИГЛЫ". - Мы вместе.
    Военный повернул голову. Двое мальчишек лет пятнадцати, худощавый и рыжий, сгрузили новые охапки сучьев у очага, и подошли к старшим.
    - Только мы ничего о дисколете не знали, нам потом Вадим рассказал, - затараторила Славка.
    Линдгрен недоверчиво выслушал детскую байку.
    - Мои солдаты утверждают, что против них было применено химическое оружие.
    - Голубой баллончик? - потерла кончик носа достойная дочь Марии. - Его мымра на каблуках в подсобке забыла.
    О зеленом собрате хитрая заноза ради Олега умолчала.
    - Так и забыла? - набычился спецназовец. Он никому не позволял себя дурить.
    Все кругом примолкли.
    - На неё Котя коробку уронил, она и забыла, - не отступила упрямая оторва.
    У костра прыснули. Пауль обернулся.  Рядовой Геркулес вытянулся во фрунт.
    - Разрешите доложить господин майор, девочка говорит правду. По Вашему приказу мы были в той кладовке и видели там ученую без юб.., в юбк..
    Уиллис тихо ржал, опустив по ниже голову.
    - В рваной юбке, - нашелся Сегура.
    Хозяева из вежливости сохраняли серьезность, но веселые огоньки плясали в глазах и у них. Верить в этот бред Линдгрен не собирался, но пока разборки отложил.
    - Что Вы решили? - обратился он к Вересову, возвращаясь к главной проблеме, - какие Ваши условия обмена?
    Глава общинников пожал плечами.
    - Можете забрать дисколет, но комплекс должен вернуться под наш контроль. Ривс должен быть отстранен от руководства МОНИК.
    - Мы заберем с собой Ривса и Коуэл. Полагаю, с оставшимися Вы договоритесь?
    - Договоримся.
    - Надеюсь, - озаботился военный, - Вы не будете воевать с учеными?
    - Научному персоналу с нашей стороны ничего не грозит, - уверил его глава общинников.
    - Каков будет план действий?
    - Ваши люди покидают МОНИК, вместо них в док заходим мы. Вы встречаете роботов на аквакаре в море, - предложил Вересов.
    - Хорошо, - дал добро командир "ИГЛЫ", - мне нужна связь. Ваши люди изъяли у моих десантников коммуникаторы.
    - Вы получите их обратно.
    Пока Линдгрен пытался добиться толка от гаджетов, Виталий шепнул главе общины: - А, если не заведутся?
    - На скутерах вывезем. Не все ж мы угнали, - подсказал Красноселов.
    - Вот, и проверим майора, - подытожил Владимир.
    Но и коммуникаторы, и планшет молчали. Контакт с комплексом отсутствовал.  Встревоженный Вересов тихо дал распоряжение Андрею выйти из грота и связаться с Марией по личному комму.
   Техник справился быстро.
    - Все нормально, - негромко доложила он, - Маша на проводе. Но в комплексе помехи на общем канале, и камеры в доке все вырубились.
    - Ясно, - кивнул глава общины и вернулся к майору.
    - Я останусь в заложниках, а мои солдаты отправятся на скутерах в МОНИК и передадут мой приказ выходить в море, - нашел выход раздосадованный Пауль.
    - Договорились, - согласился Владимир.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава восемнадцатая.
   "Мал да удал."
   Капрал Боев хмуро поглядывал на пляшущие лепестки огня. Через низкий лоб пролегли глубокие морщины. Челюсти механически пережевывали нехитро угощение. Вкуса лепешки с мясом дикой козы мужчина не чувствовал. Он никогда не отличался многословностью и сейчас полностью замкнулся в себе. Солдаты понимали состояние сослуживца, провалившего важное задание, и не лезли с разговорами. Но никто и не подозревал: в чем состоял приказ, и кто его отдал.
   По обвинению в гибели взвода Боев попал под трибунал. Неизвестный покровитель спас капрала от суда, но взамен потребовал убрать трех десантников спецотряда "ИГЛА". В начале наемнику повезло: Новиков сгинул при десантировании на Эрлику. Но с Уиллисом и Сегурой дело застопорилось. Устроить покушение и свалить все на русских не получалось. Кроме старика аборигена на месте высадки, никого из поселенцев взвод ни на берегу, ни в комплексе больше не встретил. Идея инсценировать нападение парочки вырвавшихся монстров возникла на экскурсии по зверинцу МОНИК.  Откладывать замысел в долгий ящик наемник не стал. С утра пораньше, укрывшись в служебном коридоре подальше от видеокамер, он вскрыл стеновую панель и присоединил ручной коммуникатор к проводам охранной системы зоопарка.
  От занятия его и оторвал вызов майора с приказом срочно прибыть в операторскую. Боев чертыхнулся, но вынуждено подчинился. И, похоже, отсоединяюсь, в спешке напутал с контактами. Сигнал тревоги из-за массового побега местных зверюшек застал капрала у начальства. Сначала наемник струхнул. Ситуация выходила из-под контроля. Но его пока ни в чем не подозревали. Он справился с паникой и отправился исполнять приказ. Пока сослуживцы боролись с первой волной чудовищ, Боев сопровождал секретный груз по дороге из лаборатории в док. Таинственный контейнер погрузили на аквакар.  Боев вышел на связь с Линдгреном и получил новое задание: отыскать Вадима - дайвера, знающего здешние воды, и вместе Новиковым отплыть к месту встречи с третьим отделением для погрузки на межпланетный челнок.
    Пробираясь по коридорам с ободранными панелями и кровавыми лужами на полу, Боев в тайне надеялся, что монстры сделали работу за него. Маракевич отыскался у себя в подсобке для хранения снаряжения. Но сразу отправиться обратно в док не дала новая волна зверей. Отсиживаясь в закутке, капрал слышал за дверями рык вперемешку с очередью карабинов и возгласы сослуживцев. Потом все стихло. Вадим с наемником выбрались в разгромленный коридор. Рядом с башмаком военного в луже розовой слизи раздался сигнал комма. Спецназовец наклонился и поднял командирский коммуникатор. Это была удача. Наемник крепко сжал в руке ценный приз. Кладовка Маракевича находилась близко к доку, и капрал быстро погнал попутчика к ангару.
    Приказав дайверу готовиться к отплытию, он успел до прибытия сослуживцев войти в компьютерные системы МБР Уллиса и Сегуры, и с командирского комма ввести код активизации секретной программы на самоуничтожение через час после начала движения. Появление рядового Милса навело Боева на другую мысль. Капрал подождал, пока солдат включит аппаратуру боевого робота, и, запустил и здесь тайно нужную программу. Забирать с собой Новикова в планы Боева не входило, три друга должны были остаться навсегда в МОНИК. Поэтому Олега он самовольно заменил Милсом. Не зная, чей МБР достанется Новикову, наемник для верности включил программу на самоуничтожение и в своем роботе.
    И вот отличный план полетел в буквальном смысле 'коту под хвост'.  Трое смертников сидели, живы и здоровы рядом у пламени. А на МОНИК остались четыре заминированных робота. У капрала похолодело внутри: он вспомнил о падении двух роботов в воду и о застревании одного в дверях. Вместо неисправных могли использовать МБР отсутствующих.
   
  - Капрал Боев, - оторвал наемника от мыслей майор.
    - Слушаю, сэр, - капрал подошел к Линдгрену, стоящему рядом с Вересовым.
    - Связь с МОНИК отсутствует. Вы Милс, Сегура, Новиков и Уиллис вернетесь в комплекс на скутерах и передадите мой приказ покинуть его. Я встречу Вас в море на аквакаре. Задание понятно?
    - Так точно, сэр. Разрешите выполнять?
    - Выполняйте.
    Боев махнул рукой десантникам у костра и двинулся к воде мимо Славки. Девчонка уловила краем уха разговор взрослых, но соваться к огню постеснялась и поджидала Олега около причала.  Славе очень хотелось, чтобы солдат пожал её ладошку ещё раз. Её досада и злость улетучились стоило Славке увидеть Олега рядом, вновь услышать его голос. Померкла и обида, когда из слов военных выяснилось, что Олег с друзьями все- таки наведался в кладовку.
  
    - Стойте! - раздался вдруг голос Мишки. - Пусть, сначала расскажет, зачем в проводку вскрыл?
    Взрослые повернулись к мальчишкам. Боев попятился за Славку.
    - Какую проводку? - насторожился Владимир.
    - Зоопарка.
    Взгляды присутствующих сошлись на Боеве. Страх разоблачения сработал быстрее разума. Миг и шея девочки оказались в стальном захвате со спины. Славка затрепыхалась. Она попыталась оторвать руку мерзавца, но пальцы капрала лишь сильнее сжимали горло.
    Владимир бросился к дочери. У огня вскочили на ноги.
    - Не двигаться! - В руке наемника сверкнуло лезвие ножа.
    Кулаки Олега сжались.
    - Откуда нож? - зло процедил сквозь зубы Виталий.
    - Вроде обыскивали, - виновато оправдались позади.
    - А рукава проверяли?
    - Капрал, отпустите девочку! - рявкнул Линдгрен, - под трибунал пойдете!
    - Я там уже был. У каждого своего приказа, майор.
    - Какой ещё приказ? Вы сошли с ума!
    - Спросите у этих троих кому дорогу перешли, - дернул подбородком Боев в сторону Олега, Сола и Геркулеса.
    Прикрываясь пленницей, капрал медленно отступал к скутерам. Девчонка в последний момент должна была полететь в воду.
    Но из-за камня метнулась черная тень и с налета повисла на ягодице капрала.
    - Сука! - зло выплеснул наемник.
    Защитная ткань не поддалась когтям котенка, и малыш съехал по ноге вниз. Тяжесть зверя сковала движения. Зажав нож в зубах, Боев схватил кота за шиворот и рывком отодрал от себя. Котенок отлетел в сторону и ударился о скалу. Тиски вокруг шеи девочки ослабли. Славка съехала в бок и тут же впилась зубами в мужскую кисть. Наемник грязно выругался, и попробовал придушить девчонку, чей локоток с силой ударил ему в живот. Владимир рванул к дочери. Но его опередили. Перед наемником выросла черная глыба взбешенного Васьки. Пещеру огласили свирепый рык зверя и проклятия капрала. Ободрав нос, Славка вывернулась из-под руки наемника и бросилась к отцу. Вересов схватил её в охапку и прижал к себе.
    - Васька! - заорал он
    Люди замерли. Кот продолжил плавно наступать на Боева. Зрачки янтарных глаз гипнотизировали обидчика. Наемник заворожено смотрел в оскаленную алую пасть, и отступал назад - ближе и ближе к краю скалы.
  Мускулы под шкурой мраморного хищника напряглись, тело превратилось в сжатую пружину. В тишине из-под ноги наемника сорвался камень. Капрал оступился и потерял равновесие. Взмах руками, и человеческое тело полетело вниз, но громкого всплеска никто не услышал. У берега в этом месте высовывались из воды осколки гранитных глыб.  Кот свесил морду и оценил работу. Рядом вырос глава общины.
    Оцепенение спало. Охотники вместе с майором кинулись на причал. А Славка метнулась к черному малышу.  Котенок распластался у стены пещеры. Голова безвольно уткнулась носом между лап.
    - Котенька, - позвала срывающимся голосом девочка, бухнувшись на колени перед дружком.
    Пальцы Славы прошлись по мягкой шерстке, почесали за плюшевым ушком, но, увы, бесполезно. Малыш не пошевелился.
    - Как он? - За спиной Славки встал Олег - невольный виновник происшедшего.
    - Не знаю, - всхлипнула Слава.
    - Дайка глянуть, - вмешалась Зина. - Что тут у нас?
    Иванцова опустилась на колени рядом с девочкой. Ветеринар проверила пульс, осмотрела голову котенка и пощупала ему позвоночник.
    - Молоко принесите, - распорядилась зоолог.
    Мишка с Генкой быстро смотались за флягой и плошкой.
    Зина налила молоко в миску и поставила её слегка в отдалении от усатой морды.  Сначала ничего не происходило. Но вот бархатные кошачьи веки дрогнули. Треугольные ноздри шевельнулись. Вперед аккуратно вытянулась лапа и зацепила когтем за край плошки.
    - Жить будет, - вынесла вердикт Иванцова и переставила миску под нос страдальцу.
    Розовый язычок моментально погрузился в " чудо - лекарство".
    - Оглушило малость. Отлежится. - Зоолог, кряхтя, поднялась с колен.
    Владимир вместе с Васькой наблюдали за поднятием тела Боева наверх.
    - Шел бы ты отсюда, Вася. Не до тебя, - попросил глава общины 'члена прайда', положив руку на холку.
    Мраморный помощник шевельнул ухом. Смерив человека взглядом желтых глаз, кот развернулся и прошествовал к ребенку. Лакание из миски ускорилось, в стороны полетели молочные капли. Олег протянул руку Славке, помогая встать. Родитель отодрал неслуха от бадьи, и, зажав зубами за шкирку, в два мощных прыжка оказался на карнизе. Но дальше плоского выступа над залой кот не пошел. Васька зажал притихшего сорванца между лап и принялся усердно вылизывать.
    - Чтоб они такое шоу пропустили, - хмыкнула ветеринар.
    - Зина! - окликнули её с причала.
    Осмотр поднятого тела много времени не занял.
    - Мертв, - вынесла неутешительный приговор Иванцова.
    Скоров быстро обыскал карманы погибшего, нашел коммуникатор и передал Владимиру. От главы общины устройство перекочевало Линдгрену.
    - Мой комм, - с удивлением признал майор собственность и полез проверять настройки.
    - Он копался в спец.командах на самоуничтожение, - сделал он неприятное открытие.
    - Хотелось бы пояснений, - Майор в упор посмотрел на Сегуру с Уиллисом. Солдаты переглянулись. Сол открыл рот.
    - Ладно, потом, - прервал его командир.
    - Мне надо срочно в МОНИК, - обратился Линдгрен к Вересову.
    - Хорошо. Мы доставим Вас. Попробуем с модуля наладить связь и открыть шлюз. Кар с грузом вызовем позже.
    - Добро, - кивнул спецназовец.
    Девичья мягкая ладошка лежала в сильной руке парня. Славке млела. Девчонке нравилось, как её держали за кисть: бережно и заботливо. Она даже осмелела и слегка пожала в ответ.
    - Испугалась? - спросил Олег.
    - Немного, - улыбнулись Славка и одарила теплым светом бирюзовых глаз.
   - А что у тебя с бровью? - заметила она шрам. - С вашими обезьянками поиграли. Хорошо Котя помог разобраться, - пошутил парень.
  Славка рассмеялась.
    - Новиков! - Раздался окрик майора.
    - Извини, мне пора. - Солдат отпустил руку девчонки и поспешил к товарищам на причале.
    За его спиной Слава тихо вздохнула и почесала носик: счастье, увы, оказалось таким коротким.
    Владимир с командиром десантников согласовали детали, и общинники с военными разошлись по скутерам.  Впереди ждал МОНИК. Глава общины решил больше не откладывать личный визит в треклятый комплекс.
  С отплытием решили не тянуть. Не раскрывая подробностей, десантникам дали понять: есть надежда установить связь с МОНИК и проникнуть внутрь с помощью туристического парома. Но из - за ребят вышла небольшая заминка.
     - Дядя Володя, - отозвали Вересова в сторону Мишка с Генкой, - а мы? Мы одни же все знаем.
     Глава общины на секунду задумался.
     - У Вас есть родители.
     - Да пусть на аквакаре посидят, - опередил Прохор жену.
     - Может потребуются, - согласился Лавник Старший.
     Зина было открыла рот, но как ни странно, на этот раз промолчала
     - Хорошо, - согласился глава общины.
     - Па-а -ап, - запросились с другого бока.
     - Слава! - Владимир резко обернулся к дочери.
     Губы Славки обиженно вздрогнули. Патлатая голова в кепке покорно опустилась, пряча моментально покрасневшие глаза: как всегда - девочкам нельзя.
  - Дядя Володя, да разрешите ей. -дернули за рукав Вересова мальчишки. - Мы за ней присмотрим. - вступились они за Славку.
     Стоящий рядом Матвеич не удержался от осуждающего взгляда. Глава общины уловил сигнал. Вспомнились утренние терзания.
     - Ладно и тебе можно, - сдался неохотно отец, и тут же строго добавил. - Но без приключений.
     Славка радостно кивнула и просияла. Рука по - боевому повернула бейсболку козырьком назад: нет, нет девочка ни во что вмешиваться не собиралась.
     - Р-Мяу, - донеслось жалобно и призывно с карниза между родительских лап.
     - Вот только тебя не хватало, - хмыкнул Владимир.
     По гроту прокатился смешок.
     - Андрей, - обратился Вересов к Соколову, - возьми ребят на кары, закинешь потом на модуль.
     - Понял. Пошли, - кивнул техник молодежи.
     Довольные ребята по качающемуся настилу кинулись занимать места. Славка помахала дружку на выступе и бросилась догонять парней.
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава девятнадцатая.
  "Молодо - зелено"
   И снова скутера торпедами рассекали морскую синеву. За штурвалом сидел Андрей. Он прислушивался к беседе позади себя Пашки с Виталием, и поглядывал время от времени на сидящего рядом главу общины: взгляд в одну точку сквозь стекло иллюминатора, губы плотно сжаты, на виске пульсирует жилка.
    Грот остался позади. А в памяти всплывали другие картины, застилала глаза далекая темнота, и напоминал о себе залитый солнцем берег. Все эти годы Вересов жил только настоящим, осторожно приглядываясь к будущему. По сравнению с остальными ему повезло. Отец и мать отошли в мир иной ещё до женитьбы сына. И с далекой Родиной его связывали лишь воспоминания и пустая квартира, в которой он почти не появлялся, находясь в постоянных командировках. Оторванность от благ цивилизации? Разве, это цена? Если самые родные и близкие люди живы и рядом с тобой: Маша, Матвеич, команда изыскателей, составившая ядро общины. Его всегда тянуло в горы, и они стали ему домом. Не пропали даром и навыки геолога. Он лично не много потерял, а с рождением Славки и ещё и приобрел. Но сейчас растревоженная словами ребят, птица - память встрепенулась, подняла голову, сильные крылья расправились, острые коготки вонзились в сознание. Птица рванула на свободу, взламывая клетку забвения.
    Солнечное субботнее утро. С моря дует свежий соленый ветерок.
    Бирюзовые просторы Океана сливаются на горизонте с голубизной неба, покрытого легкими перышками облаков. Над волнами носятся белокрылые чайки, легко задевая крылом слабо плещущие волны. Город лениво просыпается. Зеркальные окна зданий "ловят зайчиков ".
    Владимир с женой в месте сбора около причала ожидают экскурсантов в горы. Золотятся завитки волос на висках супруги. Веселые искорки прыгают в зеленых глазах. Маша довольна - уговорила, настояла на своем. Вересов немного раздражен и нервничает. Надо успеть нырнуть под полог леса до наступления полуденного зноя, но кого из отдыхающих поднимешь на рассвете выходного дня?
    На скамейке в тенечке пальмы пристроился Матвеич с неразлучным планшетом на коленях. Все трое одеты по - походному: защитного цвета бриджи, кепки, клетчатые рубашки, спортивная обувь.
    По набережной в их сторону направляется парочка.
    Представительный грузный мужчина в свободных легких брюках и светлой рубашке - непосредственный начальник Марии, академик Столяров. С ним незнакомец - типичный вальяжный турист. Стучат по плитам задники шлепанцев. Серые шорты и белая футболка не сковывают движений. Спасая от солнца, на лицо падает тень от козырька бейсболки.
    Мужчины подходят, здороваются.
    - Знакомьтесь, - представляет Столяров, - Мария Сергеевна - краса и гордость МОНИК.  Владимир Вячеславович - глава геологического центра. А это, прошу любить и жаловать, Михаил Павлович - лектор из центра, в понедельник будет нам семинар проводить.
    - Очень приятно, - жмет Вересов гостю руку.
    - Не желаете с нами в горы Константин Александрович? - улыбается супруга главе проекта.
    - В другой раз, Машенька, - отнекивается Столяров. - Михаилу Павловичу надо успеть достопримечательности показать.
    - А, Вы, значит, по горам лазаете? - интересуется лектор у Владимира - Лазаем.
    - И не надоело? - тонкие губы гостя трогает легкая улыбка.
    - Не надоело. - Владимир улавливает прищур глаз под тенью козырька. Но толком разглядеть не успевает. Приходит сигнал на ручной коммуникатор Михаила Павловича. Лектор, извинившись, отходит. Марию отвлекают подошедшие женщины.
    - Приглашение на семинар получил? - негромко спрашивает Столяров у главы геологов, рассеянно наблюдая за чайками.
    - Получил. Что изучать будем? - иронизирует Вересов.
    - Ну, как тебе сказать? - усмехается академик, закладывая руки за спину, - думаешь, мои рыбки и твои сосульки, или как там у Вас, сталактиты и сталагмиты, - это просто так, чистый научный интерес? Нет, брат, это важные стратегические ресурсы.
    - Понятно.
    - Что тебе понятно? Новые коды связи получил?
    - Вчера в конце дня.
    - Глянул или не успел?
    - Не успел. Да мы, вроде, и так с вами всегда на связи.
    - А, то мой МОНИК и твой НИИ - единственные на Эрлике, - усмехается Константин Александрович.
    Возвращается Михаил Павлович. И академик с гостем, откланявшись, уходят.
    Потом - подъем в пещеру, налет галантов и умирающий Столяров на руках Маши на краю дымящихся развалин Океанограда.
    Лектора Вересов больше не видел, тот видно затерялся и сгинул среди погибших.  Тогда Владимир ничего не понял, только на краткий миг зацепили ухмылка и взгляд гостя. Память сработала только сейчас, спустя двадцать лет.
    Это случилось после окончания ВУЗа, за лет семь до встречи с Марией и лет десять до переезда на Эрлику. Как выпускник военной кафедры в звании лейтенанта Вересов попал служить по трехгодичному контакту в пограничные войска. Отряд контролировал генератор прокола и боролся с контрабандными разработками редкоземельных металлов в ближайшем поясе астероидов.  Благодаря знаниям Владимира космической геологии и опыту штурмана за его взводом в части надежно закрепилась слава лучших ловцов незадачливых рудокопов.
    До конца службы оставалось два месяца, когда во время очередного рейда команда лейтенанта Вересова засекла на одном из астероидов горнодобывающую платформу с крупным космическим грузовиком. С корабля пограничников незамедлительно последовало требование предоставить лицензию на право изысканий и судно к досмотру. После положительного ответа звездолет пошел на стыковку и нарвался на внезапный огневой удар. Стрелок успел дать мощный ответный залп, а штурман увести звездолет в сторону. Корабль контрабандистов оказался обездвижен, но и пограничный катер вынуждено из - за повреждения лег в дрейф, отправив срочное сообщение своим. Помощь подоспела быстро. Преступники сдались, а звездолет Владимира отбуксировали на базу. Где лейтенанта ждал разнос от начальства.
    - Ну, что Вересов, - отчитывал его командир погранотряда Полковник Черных, измеряя шагами расстояние от иллюминатора до стены, - звездная болезнь одолела? Какого черта под орудия сунулся? Никого с грузовика для страховки к себе не вызвал?  Ты хотя бы понимаешь, что эту ловушку для тебя - дурака специально приготовили? Не знаю, кому ты дорогу перешел, кому бизнес порушил, но перешел капитально, раз так такой чести удостоился.
    Возразить было нечего, оставалось только молча комкать в руках форменную фуражку.  Жгли стыд и уязвленное самолюбие. Нестандартная ситуация, и он уже сплоховал, сблагодушничал. Подвели необычно открытые, уверенные действия нарушителей, спокойная готовность идти на контакт, в отличие от черных рудокопов. Те обычно
  стремительно бросались в бега на вертких суденышках при одном только намеке на пограничный катер.
    - Риск, конечно, дело благородное, - продолжило наставлять начальство, - только одно дело свою голову подставлять, а когда за людей отвечаешь - бездумно не имеешь право. Понятно?!
    - Так точно, товарищ полковник, - вытянулся Вересов.
     - Свободны, товарищ младший лейтенант.
    Злой на весь свет, на астероиды, контрабандистов, а больше всего
             нам себя самого Владимир вывалился из капитанской каюты.
  Но далеко ему уйти не дали. Его остановил худощавый невзрачный капитан, прибывши в составе комиссии сверху разбираться с последним инцидентом.
    - Лейтенант Вересов?
    - Так точно.
    - Капитан Зайцев, особый отдел, - представились в ответ, - видел Ваш рапорт, любопытная методика захвата.
    Прозвучало, как насмешка. Владимир скрипнул зубами, но смолчал - заслужил.
    - Позвольте задать несколько вопросов. - Продолжил невозмутимо особист.
    - Задавайте, - раздражение Вересова усиливалось. Более неподходящего момента для разговоров капитан выбрать не мог.
    - Ваш контакт скоро кончается. Продлевать не думали?
    - Нет.
    - Изучали геологию?
    - Изучал.
    - А чем заниматься собираетесь? По горам лазать?
    - По горам.
    - Других планов нет?
    - Нет.
    - Ясно, - тонкие губы искривились в полуулыбке, а глаза сощурились, как у кота на солнце. - Можете идти, товарищ лейтенант.
    - Слушаюсь, - Вересов отдал честь, отвернулся от старшего по званию и тут же забыл о нем. Забыл на целых тридцать лет.
    И только сейчас напряженно вглядываясь в океанскую бездну, как когда - то с капитанского мостика звездолета в черную глубь Космоса, Владимир понял, почему далеким солнечным утром на причале Океанограда взгляд и улыбка лектора показались неуловимо знакомыми. Сердце на секунду остановилось. С глаз спала пелена. Капитан Зайцев! Или уже майор?  Какую лекцию намеревался читать офицер особого отдела руководителям научных -  исследовательских структур в понедельник, так и не наступивший? Что за намеки Столярова на другие важные объекты? На какой секретный бункер нарвались мальчишки?  К чему подсоединилась Мария? Он никогда не узнает, если не доберется до МОНИК.
    Чутье подсказывало, что разгадка может иметь решающее значение для судеб общины.  Ещё недавно Владимир был готов отдать дисколет за выигрыш времени, если аппетиты Конфедерации распространяться на Эрлику. Но ставки повышались.  Дисколет в обмен на МОНИК с Машей в заложниках. Карты сданы. Оставалось сделать ход.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава двадцать.
  "Не плачь, девчонка..."
    И снова носы скутеров резали изумрудные воды, распугивая стайки вертких рыбешек.
     Благодаря Марии защитное поле от монстров восстановилось, и катера без приключений достигли МОНИК. Шлюзы, сработав как часы, пропустили скутера. В гавани общинников и военных встретило поле битвы дикой природы с техногенной цивилизацией. На консолях видеокамер раскачивались меланхоличные лемуры. По всему пирсу валялись безжизненные тушки рыжих павианов вперемешку с бурыми гиенами и серыми крысаками, правда, без следов крови. В дверях ангара скрючились роботы. А между бездыханной фауной и неподвижной техникой бродили растерянные десантники.
     Внезапное появление неизвестных катеров насторожило спецназовцев и заставило взяться за карабины.
     Первым наружу полез майор Линдгрен.
     - Оставить! - отдал он приказ, выбираясь из люка. - Что за обезьянье лежбище? Доложить обстановку.
     Вид командира в гидрокостюме ошарашил солдат, но задавать вопросы положено было не им.
     Десантники вытянулись перед майором.
     - Разрешите доложить, сэр, - отрапортовал один из них, - прорыв зверей, сэр.
     - Вижу. Всех уложили?
     - Никак нет, сэр. Они сами, сэр.
     К Линдгрену подтянулись Сол, Геркулес, Новиков и Милс. Выкарабкавшиеся на свет белый из скутеров русские с любопытством прислушивались к разговору. Владимир осматривался по сторонам. Наконец-то, и он попал в треклятый комплекс. Просторный док с пирсом и причалом под высоким сводчатым потолком из голубых пластин с рядами ламп дневного света - чем не бухта под звездным небом?
     - Что значит сами? - новая внештатная ситуация добавила раздражения главе десантников.
     - Не санкционированный прорыв в док животных, сэр. Наши с Томсоном МБР попытались задержать их, сэр.
     - И что?
     Десантник замялся.
     - Утонули, сэр.
   Русские не пропускали ни слова.
     - Кто утонул? Вы утонули? - терпение майора заканчивалось.
     - Роботы, сэр. Мы выплыли.
     За спиной послышалось подозрительное хмыканье. Пауль скрипнул зубами. Вересов изогнул бровь, призывая соплеменников к сдержанности. Он сочувствующе глянул на майора и усмехнулся про себя: "Да, приятель, тебе ещё рапорт писать. А мне этот зоопарк в чувство приводить". Сегодня не скучно было всем.
     - Дальше, - потребовал Линдгрен.
     - Животные проникли в ангар.
     - И сломали МБР, - договорил саркастически Пауль.
     - Нет, сэр. Они сами, сэр, потом.
     Глава спецназовцев чертыхнулся про себя. Косноязычный докладчик явно поставил целью выставить "ИГЛУ" посмешищем в глазах русских.
     - А звери?
     - Были изолированы на складе. Но вырвались на пирс. Сначала бегали, а потом стали валиться с ног, то есть с лап, сэр.
     Иванцов подобрал с пола несколько горошин, с видом эксперта осторожно принюхался и лизнул.
     - Снотворного нажрались, - вынес вердикт Прохор, отплевываясь.
     Линдгрен покосился на агротехника.
     - А роботы? Сами в дверях застряли? - зло предположил майор.
     - Отказ систем управления, сэр, - десантник мужественно держался перед разгневанным начальством.
     - У всех?
     - У тех, кто начал движение.
     - А кто не начал?
     - МБР отсутствующих Уиллиса, Сегуры, Милса, Боева, и Ваш, сэр. Их никто не заводил, сэр, -- доложил солдат, вытянувшийся по струнке.
     Линдгрен напрягся.
     - К ним можно пройти?
     - Да, сэр. С трудом, но пролезть можно.
     Взгляд Пауля скользнул по Солу, Геркулесу, Олегу в костюме аквалангистов и остановился на Вересове в окружении общинников.
     - Мне нужно забрать амуницию и оружие в ремонтном шлюзе, - обратился он к Владимиру. - Крыло затоплено. У Вас есть человек знающий расположение комплекса на дне?
     - Хотите попасть снаружи?
     - Да.
     Вересов внимательно посмотрел майора.
     - Сколько человек пошлете?
     - Новиков, - вызвал Олега Линдгрен, понимая настороженность русского.
     - Да, сэр, - с готовностью откликнулся солдат.
     - Я могу провести, - выступил Лавник.
     - Хорошо, только быстро, - согласился глава общинников.
     - Пошли, - окликнул техник паренька.
     - А вы трое за мной, - получили приказ Сол, Геркулес и Милсу.
     Василь с Олегом отплыли на скутере, а майор с десантниками отправился протискиваться в ангар.
     Владимир отошел за штабель с коробками и по коммуникатору Иванцова связался с женой.
     - Маша, мы здесь в доке. - Что в МОНИК?
     - Пока тихо, - ответила жена, - ученые сидят взаперти. Часть животных похоже сгинула в затопленном крыле, остатки я изолировала дальнем секторе. Что в доке? Вас не видно.
     - Камеры лемуры посворачивали. Обезьяны с крысами снотворного на складе перебрали и сейчас в отключке. Надолго им хватит? Как думаешь?
     - Зависит от дозы. Если не потравились, часа на три- четыре должно хватить. Где военные?
     - В ангаре завал из роботов разбирают.
     - Завал? - Поразилась Мария.
     - Операция "Промокашка от Кирилыча", мальчишки постарались, - просветил супруг.
     - Молодцы. И что теперь? - обеспокоиться женщина.
     - Посмотрим. Задерживаться им не с руки.
     - Владимир, - позвал Прохор Вересова.
     - Иду. Маша, будь на связи, - отозвался глава общины.
     - Мы тут, что подумали, - взялся излагать мысли агротехник, - пока звери дрыхнут надо их в клетки и через производственный цех прямиком к зоопарку вывезти. Только погрузчики с платформами нужно из ангара забрать и насчет монстров выяснить.
     - Мария говорит, что в центральной части зверей уже нет, - порадовал Вересов.
     Из ангара появился озабоченный Линдгрен с Уиллисом и Сегурой.
     - Наши роботы были заминированы, - поделился он, бросая хмурые взгляды на Сола с Геркулесом. - Взрыв на тридцатой минут движения. Благо их тоже заклинило. Непонятный вирус или защита от взлома.
     В сторонке у русских тихо кашлянули.
     - Ваши намерения? - поинтересовался Вересов.
     - Не терпится МОНИК к рукам прибрать, - усмехнулся майор.
     - Как и Вам доставить артефакт в Конфедерацию, - отпарировал глава общины, - Галантов никто не отменял.
     Взгляды двух руководителей скрестились.
     - Полагаю, двадцать неисправных МБР не последние у Конференции. Найдется с чем вернуться, - подцепил Вересов.
     - Уверены, обратно заявимся? - среагировал спецназовец на скрытую издевку.
     - Не исключаю, если галанты пропустят, - серьезно ответил Владимир.
     - А пока хотите подготовиться и выиграть время? - спросил прямо командир "ИГЛЫ ".
     - Хотим, - не стал отпираться Вересов.
     Майор задумчиво изучал главу общинников. Он никак не мог понять, откуда русский брал силы упрямо гнуть свою линию и главное зачем?
     - В Конфедерацию входит много планет, - напомнил военный.
     - И колоний с резервациями, - резко оборвал его Владимир.
     Вересов не хуже, майора понимал, что без связи с Большой землей община обречена. Но переломить себя не мог. "Делай, что должен и будь, что будет", - говорили древние. Российская планета не была и не может быть ничьей колонией, и не ему это правило менять.
     Линдгрен понял спорить бесполезно и отвел взор. Но галантов, действительно, никто не отменял. Десантники чудом прорвались на планету, и с возвращением тянуть не стоило. Потеря роботов -- не велика цена за инопланетный дисколет.
     - Нам нужен аквакар добраться до челнока\", - произнес спецназовец.
     - С дисколетом, - добавил он с нажимом, - руководство комплекса заберем с собой, контроль над комплексом возьмете вы.
     - А если руководство не захочет? - прищурился глава общинников.
     - Не захочет? - Осклабился майор.
     - Майор! - раздался возглас за спиной десантника, - Ну, наконец - то! Вы нашлись!
     От входа в док спешил растрепанный Ривз. Пауль с главой общины отвлеклись. Мэтью осекся, заметив рядом с Линдгреном незнакомого высокого мужчину с обветренным лицом. Самозваный глава МОНИК сглотнул от дурного предчувствия.
     - Что здесь происходит? Откуда посторонние? - попытался он возмутиться.
     - Позвольте представить, - хладнокровно взял слово майор, - Владимир Вересов - глава российского администрации, Мэтью Ривс - представитель научного сообщества Конфедерации.
     Владимир резко повернулся к хлыщу с бегающими глазами. Вот они и встретились. Потемневший взгляд общинника ничего хорошего не предвещал. Мэтью поежился и отступил за военного.
     Пауль усмехнулся: подавать руки друг другу никто не собирался.
     - Комплекс передается русскому руководству, - сообщил десантник в Ривсу.
     - Как передается? - Опешил конфедерат, - а международное руководство?
     - А международное руководство летит в Конфедерацию вместе с ценным грузом, - пояснил майор, - или желаете остаться и в одиночку наводить порядок?
     - Я? Моя обязанность сопроводить важный артефакт до места назначения, - вскинул голову Мэтью.
     - Вот и отлично, собирайтесь.
     - Вы готовы вызвать аквакар? - обратился спецназовец к Вересову.
     - Хорошо, но мои люди должны занять операторскую и моя жена доставлена сюда.
     - Разумеется.
     Следующие четыре часа пролетели в спешке сборов и наведения порядка.
     Вернулись Олег с Лавником. Соколов с Кудрявцевым отправились брать под контроль операторскую. После тестирования главного компьютера и перезагрузки сети связь в комплексе чудом полностью восстановилась.
     Махнув рукой на роботов, десантники начали помогать общинникам стаскивать спящих зверей к грузовым платформам. Дикообразных барсуков пришлось выискивать под всеми стеллажами. А здоровых винторогов волочить по полу вчетвером.
     Откомандированные Новиков и Скоров привезли Марию. Утомленная, но радостная женщина уткнулась лицом в плечо мужа.
     В доке всплыл аквакар с дисколетом и ребятами.
     - Мама! - завопила Славка, едва ступив на пирс.
     Стремительная пробежка по серым плитам причала, и девочка повисла на шее Марии. Стоящий рядом Владимир крепко прижал обеих к себе.
  Линдгрен С долей зависти наблюдал за Вересовыми. Он то ещё не скоро увидит родную Альту и обнимет близких. Но раскисать не время. Выбраться с Эрлики - пол дела, ещё надо добраться до прокола за спиной галантов и всучить артефакт ученым. Пусть разбираются, а там уже можно и домой к "тигрятам". И все - таки странный этот русский: с такой женой иметь только одну - дочь. Пауль пожал плечами.
   - А ну, дай сюда, - врезался в тишину голос Зинаиды - на компрессы пойдёт.
  
  Какие ещё компрессы?  - резко откликнулся Красноселов. -  - Продукт портить?
  Все посмотрели в сторону шума.
  Техник с силой тянул на себя фигурную бутыль, в длинное, узкое горлышко которой пухлыми руками вцепилась Иванцова в горлышко фигурной бутыли. Супруг Зинаиды -Прохор уже протянул руки к её широким бокам, когда в потасовку, заикаясь, влез Ривс
   - Это есть, - моя собственность. Она есть похищена из моего кабинета. Прошу вернуть.
  Славка ойкнула: она узнала свою боевую"стеклянную" булаву.
  Она обижено сложила брови домиком: её честно завоенное оружие получит этот противный земноводный?
    -А моему, это чей-то трофей, - не остался в стороне Линдгрен и протянул руку к виски.
  Красноселов уставился на Вересова в ожидании приговора.
  Глава общины кивком головы указал на майора.
  Андрей вздохнул и неохотно подчинился.
   Славка не удержалась и шмыгнула носом. Линдгрен подмигнул ей. Он отошёл к Солу, Сегуре, и всучил бутыль Олегу:
    - Держи Новиков - на свадьбе выпьешь.
  Олег стушевался. Товарищи рассмеялись. Неподалеку, около штабелей, хихикнули Генка и Мишка.
  
  
   В док подтянулись растерянные ученые - конфедераты.
     Ривс демонстративно устранился от руководства. Успокаивать и объясняться с коллегами пришлось Вересовой. Для начала все дружно отправлялись в зоопарк разбираться с храпящей звериной братией. В замешательстве от резкой смены власти никто из научного персонала отказать не посмел.
     Начались погрузка на аквакар.
     С вещами в док прибыла Маргарет Коул. Британка с ходу оценила крепкого статного Вересова, с тайно позавидовав русской. И не удержалась от насмешливого взгляда в сторону Ривса: этот сопляк действительно собирался отбить супругу у такого мужа. Леди чопорно раскланялась с Марией и невозмутимо промаршировала с помощником к аппарату. Но её опередили. Первым в чреве аквакара поспешил исчезнуть Мэтью. Майор Линдгрен с презрением сопроводил спуск конфедерата по траппу: трус бросил людей, которые столько лет ему доверяли, даже не простившись.
     И снова девчонка крутилась у входа на пирс. Подошли родители.
  
   - Тебя ждут, - толкнул в бок Олега Сол.
     Новиков покинул друзей и отправился прощаться.
     - Я слышал, - обратился Вересов к парню, - Вы в Конфедерации воспитывались и жили в резервации для русских?
     - Да, в детском доме для сирот.
     Секунда молчания.
     - Эрика - Российская планета, - продолжил глава общины.
     - Леса у нас, конечно, дикие, но и без резерваций. Эрика - теперь наш дом.
     Послышался едва уловимый вздох Марии.
     - Будет желание, возвращайтесь. Место найдется, - закончил мысль Владимир.
     - Спасибо. Но у меня долг, - благодарил Олег.
     - Понимаю, присяга, - серьезно кивнул Вересов.
     - Не только. У меня долг перед погибшими друзьями. В двух словах не расскажешь. Боев не просто, так хотел нас убрать. Кто-то должен за это ответить.
     Три пары глаз внимательно посмотрели на солдата: с уважением, сочувствием, тревогой.
     - Это не просто. Удачи.
     Владимир крепко пожал руку десантнику. Мария тепло обняла парнишку за шею, мягко заставив наклонить голову, и небритую щеку коснулся материнский поцелуй. Новиков смутился: так его ещё никто не провожал.
     - Берегите себя. Да поможет Вам Бог.
     Старшие деликатно отошли. Девчонка колебалась, покусывая губы и невесело поглядывая на солдата. От обиды уже след простыл,-мама успела рассказать: из чьих рук получила универсалку. Обида сменилась горечью разлуки. Славка старалась запомнить Олега, как можно лучше, до мелочей. На пареньке снова был солдатский комбинезон с кармашками. Шрам на брови почти затянулся. Казалось, пролетела целая вечность с момента их знакомства, а прошло не больше суток.
     - Ну, прощай. Кота береги, - улыбнулся Олег.
     - Ты вернешься? - спросила Вячеслава, с надеждой поднимая бирюзовые глаза.
     - Не знаю. Не хочу ничего обещать, - честно признался Олег.
     - Тебя там в Конфедерации ждут? - полюбопытствовала Славка, откидывая золотистую челку со лба.
     - Я - сирота. Сол и Геркулес - моя единственная семья. - Повторился Новиков.
     - Не, ну в смысле девушка?
     - А вот ты, о чем? - уразумел парень.
     - Нет, времени не было. В армии с ними не густо. Ты - первая, с кем я успел познакомиться, - рассмеялся Олег.
     - Поэтому, меня за мальчишкой считал? - припомнила оторва.
     - Заноза, - вернули ей.
     Славка протянула ладошку. И снова короткое бережное рукопожатие парня согрело и заставило учащенно забиться сердце девчонки.
     От сцены воссоединения дружного семейства Мэтью сморщился, как от лимона. Русская, предмет страстного вожделения, так и осталась недоступной вершиной. И МОНИК - утешительный приз для тщеславного себялюбца, после стольких лет следом уплывал в руки неотесанного мужлана -геолога. Эх,как же он промахнулся - упустил такой шанс прижать к стенке этого дикаря- Вересова да так, чтобы больше не пикнул. Ну, почему никто не доложил кто на самом деле девчонка, которую доставиги с берега Брюно и Сезаро?
  Всё этот десантник-русский. Это он всем виноват. Взялся неизвестно откуда и переломал все великие планы его Ривса! Даже бутылку -виски, которую Мэтью собирался распечатать в Конференции в узком кругу избранных за успех с кораблем галантов, и ту прикарманил.
  Нет, за сорванные планы должен кто-то обязательно ответить. Линдгрен-птица - крупная и грозная, свои с Альты прикроют- его лучше не трогать. Солдатик- дело другое- чужак в Конференции. Решено: он то за всё и заплатит сполна, для начала- за сгинуших Брюно и Сезаро в частности- не отвертится.
  А уж Ривс постарается, чтобы весть об участи десантника, дошла до Эрлики, и Вересовы наконец-то поняли, что значит вставать на пути "великого Мэтью".
  
  
     Слава смотрела в спину удаляющегося военного. В первый раз в жизни ей было по- настоящему грустно. До этого ей ещё никогда не приходилось ни терять, ни расставаться. Грустно и досадно от мысли, что там - в далекой Конфедерации, среди чудес цивилизации он быстро забудет об Эрлике, о ней. А в общине долгими зимними вечерами у костра ещё не раз вспомнят и обсудят события этого невероятного дня.
     И сейчас, как ничего никогда, в жизни Славке хотелось только одного, чтоб прежде чем исчезнуть в квакере Олег обернулся, обернулся в последний раз.
     Родная материнская рука мягко легла на плечо дочери. Мария все понимала.
     - Солдаты всегда уходят, Славка.
     - Он хороший, мам, - отозвалась в ответ дочь.
     Девчонка усилено захлопала глазами, прогоняя влажную пелену с глаз. Контуры столпившихся десантников на посадке расплывались, и среди них уже трудно было различить Новикова.
     Но тут один из солдат застыл на миг в люке, оглянулся и взмахнул рукой.
     - Олег! - подскочило сердце в груди.
     Славка ответила, сорвав с головы кепку.
     - Возвращайся, - шепнули губы.
     Последним уходил майор. Линдгрен и провожающий Вересов взаимно стиснули друг другу руки.
     - Мне бы хотелось, чтобы Вы поменяли мнение о Конфедерации, - пожелал командир "ИГЛЫ".
     - Будем рады видеть Вас в гостях на российской земле, майор, - пригласил Владимир.
     Придерживая рукой крышку люка, Пауль окинул прощальным взглядом док.
     Силайские лемуры ещё качались на остатках видеокамер. На причале столпился народ: халаты ученых разбавлялись кожаными безрукавками аборигенов. У самого края застыла стриженная под мальчишку девчонка, заботливо удерживаемая статной русоволосой матерью. Позади всех застыли в скрюченных позах роботы. Немой укор поломанных машин отозвался тоскливой мыслью о будущем рапорте: ребята, зверята, кошка с молоком. Как в здравом уме командование отнесется к его докладу?
     Аквакар медленно уходил под воду. Темно-синие волны с пузырями разбегались в стороны, пока не сомкнулись над крышкой люка. Заключительное бурление и желтый свет прожекторов утонул.
     Вздох и кепка вернулись на взъерошенные золотистые кудри. Славка ощутила посторонний взгляд: около штабелей за ней с прищуром наблюдали Генка с Мишкой.
     Зачесался нос. Козырек бейсболки переехал назад.
     Что там Кирилыч говорил про державу? И папе нужно бункер показать. А ещё в бункере - неизвестная шахта вниз.
     И Славка по-деловому зашагала к пацанам.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Глава двадцать. 
   "Покой нам только сниться".
     
  Мониторы в двадцать глаз отчитывались о новой жизни МОНИК.
     Холодно поблескивал голубой хрусталь стен. Кондиционеры беззвучно гнали прохладный воздух.
     За столом сидело трое. Мария в задумчивости поправляла мягкие пряди. Владимир хмурился, сжав губы.
    - Ну, Вересов, ну оторвались твои, такое шоу устроили, - веселился мужчина напротив, - "сто лет в обед" так не развлекались. Все то оказалось нужно девчонку с котом запустить - и "МОНИК Наш".
     - Да не злись, Вересов, - уловил собеседник настроение в бункере, - думаешь: бросили? Да мы, два года ничего о вас не знали. Думали сгинули. Спутники на орбите испарились, центр замолк, сколько беспилотников угрохали - кругом одна смерть.
     Мужчина осекся. На его лбу проступили глубокие морщины.
     Вересов переключил кондиционер на режим вентиляции, и тишина сменилась монотонным жужжанием. Мария зябко обхватила плечи. Мутное отражение ламп приковало взор мужа к полированной столешнице.
     - А мальчишки - молодцы, - похвалил гость, - ещё недельку и добрались бы.
     Владимир выдохнул: что есть, то есть.
     Искин завис над запросом Вересовой о бункере. Пара секунд раздумий, и ответ получен: входы через туалетные комнаты при кабинетах академика Столярова и начальника безопасности Орлова. Решение оригинальное, но понятное.
     У женщины на пороге защемило сердце, и ком подкатил к горлу от встречи с прошлым: законному главе МОНИК так и не удалось сюда вернуться в тот солнечный роковой день.
  В помещении похоже рылись, но очень давно. Зеркальная панель рядом с раковиной повернулась, пропуская в камеру с напольным люком. Сработала автоматика, створки разошлись, побежали вниз ступени эскалатора.
     Шахта, уходящая на глубину, удостоилась особого внимания геолога. Луч фонарика скользнул по гладким бетонным стенам и утонул по тьме. Владимир поднялся с колен и пристально изучил стену с полками. Словно повинуясь его взгляду, стеллаж поехал вперед и в бок. Но не это приклеило ноги Владимира к полу, а личность, переступившая порог лифта. Как говориться: "Помяни черта, и он появится."
     - Ну, здравствуй Вересов, привет из преисподней. Как горы? Наконец то, пожаловал, -знакомо сощурил глаза лысоватый мужчина в полувоенной форме.
     - А ты меня, тогда в Океанограде не признал, Вересов, - усмехнулся постаревший капитан Зайцев, наблюдая за геологом.
     - Хорошо шифруетесь, - огрызнулся глава общинников. - В звании повысили?
     - Повысили, до полковника. Да не зыркай ты на меня так, - не выдержал гость, - не успели мы тогда, не смогли. Кто же знал?!
     Особист взял себя в руки. Оправдания давались ему с трудом.
     - Мне повезло, выдернули из Океанограда на объект срочно разбираться. Пара межпланетников подало сигналы и пропали, растаяли. Пока добрался - Центр отрубился. По инструкции: тревога, готовность номер один: все по местам, под землю. Это и спасло. А связаться с городом и МОНИК уже не получилось - опоздали.
     Зайцев приостановился, перевел дыхание.
     - Орлов, похоже, сразу на прогулочной платформе погиб, при ударе галантов. А Столяров? - уточнил он.
     - Умер от ожогов на берегу, - выдавила из себя Мария.
     - Почему вы МОНИК не забрали? - не выдержала она.
     - А зачем?
     Ответ произвел эффект разорвавшейся бомбы. Взгляды потрясенных супругов впились иглами в лицо подполковника.
     - МОНИК - это только верхушка айсберга, главное там, - хладнокровно поведал им особист, ткнув пальцем в пол.
     Из сжатых разъяснений открылось, что широко разрекламированное строительство МОНИК на самом деле являлось прикрытием для более грандиозного проекта государственной важности.
     После вхождения Эрлики в состав Российской Федерации историки накопали в скудных архивах ушедшей династии сказания о чудо - камне, дающем свет и тепло. Легенду подтвердили археологи. Они нашли в прибрежных скалах древний заброшенный город с разрушенными святилищами из белого молочного кристалла. Образцы доставили в метрополию. Способность минерала поглощать любые виды излучений и преобразовывать их в свет и тепло при охлаждении заинтересовало ученых военной отрасли. Результатом стало решение Высшего руководства о создании научно - экспериментального производства прямо на месте. В свете будущих перспектив задумались об укреплении обороны планеты и близлежащего сектора галактики. Но строительство такого масштаба не могло оставаться долго незамеченным. Для отвода глаз иностранным разведкам слили информацию о законсервированных военных базах - отголоске бывших звездных разборок. И приступили к реализации планов.
     Возникла идея действовать открыто, пригласив всех желающих потрудиться во славу науки.
     Скалы с древним городом смыкалась с цепью пещер и гротов, которая уходила под океанское дно и заканчивалась в разломе на глубине. Трещину перекрыли платформой, ставшей основанием международного подводного центра с автоматизированными линиями по выпуску медикаментов и продуктов питания из даров моря.
     Секретный объект занял пещерный лабиринт внизу, получая напрямую в скрытом режиме снабжение с МОНИК. А подключение всего лабораторного оборудования к единой сети позволило ученым - оборонщикам через главный искин иметь доступ ко всем научным наработкам коллег наверху.
     - Спасибо Марии с котом, - поблагодарил гость, - вовремя из Ривса показания о дисколете выбили, а то уплыла бы флэшкарта. Мэтью все результаты вне сети держал - лавры для себя готовил.
     Вересов в недоумении покосился на жену. Та смутилась и коротко пояснила. На скулах Владимира заходили желваки.
     - Жаль, не знал, утопил бы, - выдал он зло в адрес конфедерата.
     Рассказ Зайцева продолжился.
     Под видом строительных материалов на планету доставили и новое вооруженные, и системы наблюдения.   Пещерный город объявили достопримечательностью и стали пускать туристов. Нахождение людей здесь объяснялось организацией сервиса и продолжающийся археологическими исследованиями.
     Мария смотрела на Зайцева широко раскрытыми глазами. Информация выходила за рамки воображения. Полуулыбка гуляла по губам супруга: припомнилась древняя шутка " Чтоб в России не делали -- все равно танк получается ".
     - Поэтому, - заключил полковник, - прямой контроль над МОНИК ничего не давал. Ну, рассекретили бы объект. А дальше? К стенке конфедератов и британцев ставить или думать, чем занять и как заткнуть? А так сами неплохо организовались.
     Владимир отыскал на мониторах Красноселова, колдующего в ангаре над роботами. Как там говорил в свое время Андрей:" Чтоб по берегу не расползлись земноводные ". А вот и Кудрявцев рядом. И ты, Виталий, тоже оказался прав: не справились конфедераты одни. Только ждать пришлось не полгода, а полтора десятка лет.
     Сквозь раздумья донесся голос особиста: - У нас внизу были опасения по текущему обслуживанию. Но господа цивилизаторы сами вовремя подсуетились.
     Зайцев приостановился, ожидая реакции молчаливого главы общины.
     - Да поверь ты, не спасли потому, что не знали. А потом вмешиваться уже особого смысла не было. Вы сами неплохо справлялись. У каждого своего долга и приказ, Вересов!
     Мария не вмешивалась, только тревожно переводила взгляд с одного мужчины на другого. Она понимала правоту гостя при исполнении и чувствовала обиду с примесью недоверия мужа. -   Мы, грешным делом, как и с Метью с Коуэлл, думали увидеть бедных, сирых туземцев, готовых за подачки батрачить. А вы ещё порог не переступили - уже права качать начали.
     - Видел ты их позеленевшие рожи, Вересов, когда они твой список зачитывали, - ухмыльнулся особист. - Ох, и попил же ты им крови. И хлопцы твои не очень-то изможденными выглядели.
     Глава общины поднял глаза на Зайцева. Наверно, одна только Маша знала, чего ему стоила та принципиальность и неуступчивость. Сутки колебаний и ожиданий перед лицом угрозы обречь людей на вымирание от недугов. Женщина накрыла ладонью кулак мужа. Она не забыла ту ночь без сна и взведенного стальной пружиной супруга.
     - Молодец, добился своего. Цены таким, как ты нет, - похвалил гость, наблюдая за супругами. - Принимай хозяйство. Отдыхать не придется, Вересов.
     Плечи общинника дрогнули, Владимир закрыл лицо рукой и в приступе смеха откинулся на спинку кресла.
     - Назначение сюда, Ваша работа? - догадался он.
     - Наша, - не стал отпираться полковник, - кадры решают все.
     - Психологи, - протянул Владимир.
     - Не без этого.
     - Все удачно совпало, - продолжил откровенничать Зайцев. - Столяров видел в Марии преемницу. Нам требовался организатор геологоразведки. И контакты удобно поддерживать. Муж навещает жену в комплексе - дело житейское. Только ты ни разу к месту работы супруги интереса не проявил, ни разу не заявился. Утонуть боялся, а Владимир Вячеславович?
     Глава общинников пожал плечами на упрек: ну, не лежало сердце к МОНИК. Только, видно, от судьбы не уйдешь.
     - Собственно, в понедельник и для введения в курс дела и собирались....
     И снова молчание.
     Камера из зоопарка уперлась в спину Зинаиды. Иванцова первый раз за столько лет натянула на себя комбинезон, из - за чего теперь походила на снеговика на марше. Зина инспектировала зверинец. За ней едва поспевала долговязая Леруа. Вот "снеговик"- ветеринар засучил рукава и развернулся всем корпусом к опешившей Линде.
     Ах, Зина, Зина. Ты и тогда, на переговорах, сумела впечатлить конфедератов.
     - Тебе то в горах подобные кристаллы не попадались, - напомнил о себе гость.
     Супруги переглянулись.
     - Попадались, - сообщил Вересов.
     - Почему не доложил? -- напрягся особист.
     - Не успел. А потом поздно было.
     - Ох, и злопамятный, - фыркнул Зайцев. - Где? Далеко?
     - Да, тут рядом, - нарочито небрежно пожал плечами Владимир. - У нас - в пещере.
     Мария прыснула. Супруг мстительно наслаждался эффектом.
     - Так, - Зайцев с усилием вернул лицу невозмутимое выражение, - теперь сначала и по порядку.
     - Ну, даете, - качал он головой по завершении доклада. - А мы то все гадали, как вы уцелели?
     - Партизаны, мать вашу, - ударил особист кулаком по ладони, - хоть кто -  ни будь за все смены словом обмолвился.
     Владимир почувствовал теплоту и гордость за соплеменников. Суеверие - не суеверие, но талисман - хранитель пещеры - не та вещь, о которой будешь поминать всуе на вражеской территории.
     - Ты хотя бы понимаешь? - горячился полковник, - с такими находками можно всю планету зонтиком от излучения накрыть.
     Лампы на потолке ободряюще подмигнули главе общины.
     - Короче, всплываем, - скомандовал Зайцев.
     - Всплываем? Как? - всполошилась Вересова.
     - Не вы, а мы, - успокоил её особист.
    - Пора объединяться. Через несколько дней ждите скутер в гости. Будем считать, что тебе, Владимир, как главе геологического центра, удалось вспомнить старое и выйти на связь с уцелевшей экспедицией в подземный город, - выложил легенду гость.
     На глаза матери попалась дочь. Славка с Генкой и Мишкой расставляли коробки на складе. Вячеслава добилась своего: её зачислили в ученики техников.
    - Остался последний вопрос, - Зайцев побарабанил по столу. -- Аварийный лаз в бункер перекроем. Знать бы, того разгильдяя, кто его не закрыл. Вот, что с информацией делать?
     Внутри Марии похолодело. Женские пальцы сжали руку мужа. Лицо Владимира окаменело.
     - К стенке поставить? - врезались в потолок слова главы общины.
     Особист замер, глаза сузились, он весь подобрался.
     - Ну, ты знаешь, Вересов. Говори, да не заговаривайся! - Настольные планшеты подпрыгнули от удара. - Никто детям не угрожает. Думал, сколько нас вообще осталось?
     Вересов мрачно молчал.
     -То то же. Смысл во всем этом, - Зайцев обвел рукой комнату, - если некому будет не передать, не воспринять. Мы невечные, смену готовить надо.
     - Поэтому может оно и к лучшему, - продолжил он, успокаиваясь. --Да и сболтнул кому ребята: общинники твои не дураки, небось уже догадались, что Мария на секретный портал напала. Ривс с Коуэл свалили, вынюхивать особо некому. Главное, чтоб другие потом углубляться не стали.
  - Маргарет и Ривс - агенты? - уточнила Мария.
  - Агенты, работали на свои спецслужбы. - подтвердил Зайцев и усмехнулся. - Мэтью этот - ушлый тип. Это ж надо уметь заграбастать славу ученого чужими руками. Недаром на Эрлику всех сотрудников своей лаборатории собой взял для соавторства.
  - И бросил, - сухо заметила женщина.
  - И бросил, - кивнул полковник, - Зачем они уже? Бюро ему поможет, новых найдет. Ривс то перед хозяевами ничем не провинился, МОНИК не он вам отдал.
  - Жаль, мерзавец выкрутиться, а майору попадет, - нахмурился Владимир.
  - Ничего. У майора тоже козыри имеются. Смерть граждан Конфедерации - не мелочи.
     Разведчик помассировал лоб.
     - Будем действовать по старой схеме.
     - Какой? - полюбопытствовала осторожно Вересова.
     - Говорить правду.
     - Правду?
    - Правду. И ничего, кроме правды, -заговорщики подмигнули полковник, - ничего лишнего, но с подробностями.
     Зайцев, весело прищурившись, глянул на запутавшихся супругов.
     - С главой десантников дело имели? А теперь представьте, какой рапорт он своему начальству на стол положит.
     Мария рассмеялась. Невольно дрогнули губы и у Владимира.
     - Элитное спецподразделение "ИГЛА" потеряло всех роботов, чуть не посеяло важных артефакт, упустило важный стратегический объект   из-за кошки с молоком? И это, ещё без подробностей, - перечислил особист.
     На "подробностях" Владимир расхохотался.
    - Если начальство майора не дураки, версию хорошо отредактируют. У Ривса с компанией тоже рыльце в пушку. Бюро светиться не любит. Военные с ним может и поцапаются, но сторгуются, выработают версию по приличней, - сузил глаза Зайцев.  - Мы ещё услышим, как супер десантники мир спасли, МОНИК затонуть не дали, зверей по клеткам распихали, восстановили справедливость: вернули комплекс одичавшим русским, чтоб дожили пока цивилизованное человечество не придет и опять их не спасет.
     Глава общины хмыкнул.
     - А мы?
     - А что мы? Будем рассказывать, как есть.
     - Ребятах и котятах? - сыронизировал Владимир.
     - Именно. И о туземцах на катерах и о рыбной ловле на майора. Надо только прямо сейчас по горячим следам хронологию записать, а дальше пусть народ творит, развлекается.
     - Не поверят, - усомнился Вересов.
      - Не поверят, - кивнул особист, потом подался телом вперед. - Не поверят в это - не поверят и в бункер, и в то, что глубже тоже, - заключил он, смотря Владимиру в глаза.
    - Ловко, - оценил общинник. - А просто подыграть?
    - И признать, что не вернули, а получили в доверительное управление? - скривился Зайцев. - Нет, уж. Десантники - молодцы, но прибыли не на пустое место, и улетели не на метле. Сведения о базе с челноком не с потолка к ним свалились. Встретили их, предупредили и проводили. Пусть сами благодарят.
     - Что-то Вы о галантах забываете, - подала голос с грустью Мария.
     - Не забываем, а просчитываем возможные варианты, - наставительно поправил её полковник. - Глядишь, не просто Владимир Вячеславович по горам лазил и доклады в министерство отправлял. Может его трудами не мы одни на Эрлике в подземном царстве уцелели.
     Женщина убрала прядь и посмотрела на мужа. Вересов сидел, прикрыв глаза. К горлу геолога подкатил ком. Если и правда? И плоды длительных экспедиций не пропали даром и кому - то спасли жизнь.
     - Будем работать на перспективу, - не успокаивался настырный гость. - Ты как, Вересов?
     - Будем, - очнулся глава общины. - Куда от вас деться?
     На мониторе Зинаида, Новак, Линда и Кудрявцев дружно отмывали шампунем малыша - павиана от белого порошка.
  Да, видно есть ещё справедливость на свете. Милош единственный из ученых- конфедератов кто выжил, отправившись на берег спасать русских. И теперь в гроте у него подрастало три белобрысых мальчугана. Прознав о проблеме деторождения в МОНИК, языкастая Иванцова тут же предложила Новаку поделиться опытом с коллегами. Но как же был потрясен честный ученый, когда оказалось, что за столько лет никто не поинтересовался его исследованиями. Всегда выдержанный он, когда пришёл в себя, выдал такую тираду на смеси интерлинга с древнерусским, в адрес Ривса с компанией, что открыла рот даже Зинаида. Самозванцы перерыли всё в кабинетах Столярова и Орлова, но даже не включили комп Милоша, на чьем рабочем столе так и осталась висеть докладная записка о вреде новой биологической добавки. Чудо - средство от старения разработали в крупнейшей фармакологической компании Конфедерации - участницы научных проектов МОНИК. Его собирались производить на основе морских водорослей Эрлики. Ждали только заключительной экспертизы и разрешения из Министерства здравоохранения Российской Федерации.
  Но, как настоящий ученый, Новак провел свою экспертизу, и ужаснулся: чудо - средство продлевало молодость, отнимая жизнь у будущего поколения. Грызуны, употреблявшие добавку, выглядели бодрее и здоровее сородичей, но чем дальше, тем чаще потомство у них рождалось мертвым или умирало, не открыв глаза. Милош предположил, что дело в передозировке одного из компонентов - редкого микроэлемента, завезенного с одной из далеких планет Конфедерации. Но, увы, галанты и предательство Ривса помешали диетологу сообщить об угрозе коллегам. Конфедераты перехитрили и наказали себя сами. Не желая стареть, они самовольно запустили производство новой добавки, при этом только её не включили в список БАДов для обмена с русскими, и скрыли от Марии. Производство тут же остановили. Ученым теперь предстояло дружно разобраться и найти способ, как излечиться от вреда чудо- средства. Все снова были при деле.
  
                  * * * Солнце за лесом плавно спускалось в океан. Его прощальные лучи ещё ласкали нагретые за день скалы, окрашивая их в оранжево - розовые тона. А в расщелинах уже сгущались вечерние тени. Из леса тянуло сладковато - терпкими запахами цветов. Щебетание птиц почти смолкло. Из - под густых крон деревьев на горы надвигался сумрак. На встречу к нему, играя хрустальными струями, бежал по камням горный поток. На скальном выступе, день провожали двое. Лучи уставшего солнца путались в золотистой челке девчонки, и отражались в желтых глазах зверя, притулившегося под боком подружки. Две пестрые бабочки - "танцовщицы", дразня, кружились перед носом котенка. Подросший малыш лениво замахивался когтистой лапой в попытке зацепить радужные крылья. А Славка, не отрываясь, смотрела вдаль за край, где небо сливалось с морем. Скоро наступит ночь, на темный небосклон высыпят мириады звезд, между которыми затерялись чужие миры Конфедерации. Часто перед сном, закрыв глаза, Вячеслава представляла, как десантники улетают домой. Челнок ей виделся все тем же грузовым аквакаром, а таинственный прокол темным омутом. Вот корабль всплывает, как кит, и, рассекая волны, под углом взлетает в небо. Проткнув пелену облаков, челнок с Олегом все дальше и дальше ухолит от Эрлики, пока его не всасывает в себя круговорот воронки - прокола.
     - Он вернется? - вздохнула Славка, поглаживая котенка за бархатным ухом.
     - Р-Мяу, - зевнул малыш, утвердительно опустив черные веки.
     - Много ты, знаешь, - усомнилась девчонка и запустила осколком гранита в ручей. Камешек отскочил от валуна и плюхнулся в воду. Холодные брызги долетели до носа малыша.
     - Р-Мяу! - обиженно мотнул Котя головой.
  Ветерок подхватил рассерженное мяуканье, и джунгли откликнулись грозным родительским рыком.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  Эпилог
  
  
  Страсти накалялись. На "плазменных" стенах" - экранах докладчики сменяли друг друга. Межгалактическая Международная Онлайн-Конфедерация в честь юбилея примирения с галантами набирала обороты.
  Ловко обойдя упоминание о британском капитане Верноне - первопричине всех бед, его соотечественники в очередной раз заговорили о статусе Международного Океанологического Научного Исследовательского Комплекса (МОНИК) на российской планете Эрлика.
  Представитель Российской державы только удивленно поднял брови.
   - Мы открыты для международного сотрудничества. Но статус российского объекта на российской территории к теме не относиться, и обсуждению не подлежит.
  - Пресс - служба Вооруженных сил Конфедерации, - перехватила слово энергичная дама в военной форме.
  
  
  В это время на другом краю Вселенной. Российская планета Эрлика.
  
   Изумрудный шатер из листвы и ветвей ещё хранил прохладу между корней лесных исполинов, но с каждым шагом дышать разогретым, насыщенным испарениями, воздухом становилось все тяжелее.
  Роговые наросты панциря выскальзывали из клыков: тянула вниз уродливая голова с гребнем, длинный чешуйчатый хвост норовил зацепиться шипами за каждый корень, каждый куст. Клеились к присоскам листья и стебли.
   Предрассветный сумрак ещё держал в объятиях лес, когда черный зверь вышел на тропу охотника. Бархатные уши ловили малейшие шорохи. Ноздри треугольного носа втягивали ароматы ночи. Шевелился короткий хвост. Хищник бесшумно скользил среди зарослей жимолости и самшита. Тонкий нюх привел к раскидистой акации, опутанной лианами.
  Игуана проворна, укусы болезненны, а глубокие уколы игл заживают долго. Но в темноте она не видит, а ночная прохлада погружает её в спячку.
   Зоркий глаз выделил среди вьюнов нужный отросток. Прыжок. Клацнули зубы повыше шипов. Стащить за хвост и с размаху приложить рептилию о скалу - пара мгновений. Хрустнули шейные позвонки оглушенной ящерицы. Теперь в путь.
  Золотой шар торопился выкатиться на небосклон. Жара заполняла джунгли.
  Журчал горный ручей, пробиваясь к океану. Зверь отложил жертву и алчно припал к студеной воде розовым языком. Раздалось довольное фырканье. Хрустальные капли повисли на усах охотника. Ничего он - добытчик, и его ждут.
  
  Струился поток, по его берегу спускался усталый хищник. Разомкнулась зеленая стена джунглей. Солнце ослепило. Замшевые веки зверя дрогнули, желтые глаза сузились. Волочить добычу по зыбкому, раскаленному песку зверю давалось с трудом. Тушка игуаны путалась под лапами и не давала вздохнуть. Может стоило бросить? Нет. Его ждали. Он почти дошел.
  
  
  В зените застыл слепящий диск светила. Белые перышки облаков приклеились к голубизне небосклона. Бирюзовые волны лениво накатывались на берег, отставляя на камнях клочки белой пены. Ветер уснул, забыв обдувать скалы. Полуденная жара загнала людей в прохладу бунгало по ближе к кондиционеру и барной стойке. Дроиды - официанты бесшумно катались между столиками, развозя напитки. На галомониторе трехмерная леди - военкорр поправляла форменный берет.
  - А ну, сделай по громче, -- потребовали клиенты из плетенных кресел, - сейчас спасать будут.
   Звук усилился, и бармен продолжил невозмутимо расставлять бокалы.
  - Нашествие галантов наглядно продемонстрировало не способность Российской Федерации защитить себя. Отсюда и возникает проблема безопасности научного персонала МОНИК впредь, - доносилось с экрана. - Именно спецподразделение "ИГЛА" спасло уникальный комплекс от затопления и передало временно, на правах доверительного управления брошенным метрополией российским гражданам. Не пора ли русской стороне вспомнить об обязательствах и передать комплекс под международный контроль и, наконец, выплатить компенсации семьям ученым из Конфедерации и Британского Союза?
  - Вынужден напомнить, - отчеканил в ответ российский дипломат, - Российская Федерация прикрыла собой человеческие миры. Она приняла на себя весь удар галантов, спровоцированный британским поданным. Катастрофа коснулась всех российских планет. И это Британский Союз пока ничего не сделал, что возместить ущерб пострадавшим русским мирам. Россия высоко ценит мужество и стойкость военнослужащих Конфедерации, проявленных в ходе спецоперации на российской территории. Но, у нас иная оценка и другие сведения о событиях тех лет. По определенным аспектам мы, так до сих пор и не получили внятных ответов от Конфедерации и Британского Союза.
  Ударяются кубики льда о стенки бокалов, смешиваются коктейли.
  - Сведения, оценка?! Дезинформация, порочащие байки и анекдоты, - негодует фантом в берете между бамбуковых стволов.
  - Дезинформация, анекдоты и байки - это серьезное обвинение, - невозмутимо парирует российская сторона, - Вы готовы представить опровержения нашей информации и доказательства своей версии?
  Потягивание напитков через соломинку приостановилось.
  - Абсурд не нуждается в опровержении. Это и есть - факт! - выпаливает леди-воен.корр, срывая бурные аплодисменты британцев и конфедератов.
  - Р-Мяу! - сдавленно раздается у порога.
  - О, Абсурд! - оживляется народ за столиками, - за молоком!
  В проеме дверей маячит черный котенок величиной с рысь. Тушка молоденькой игуаны кладется на порог.
  - Р-Мяу! - требует награды охотник, нетерпеливо подрагивая кончиком короткого хвоста.
  - Мам, - теребит за руку загорелый малыш, отрываясь от сока, - а почему дядя котика Абсурдом назвал?
  
  
  
  
  
  
   
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"