Богатикова Ольга Юрьевна: другие произведения.

В темном-темном лесу...

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
Оценка: 8.00*4  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    ...стоит маленькая деревянная избушка. В этой избушке живет миловидная добродушная женщина, которая и путнику дорогу укажет, и мимоезжему витязю полезный совет даст, и расстроенную девушку успокоит. А уж если с подругами объединится, то выручит местного князя, призовет к порядку Лешего, а Кощею Бессмертному ей вообще лучше не перечить. Чревато это - спорить с лесной волшебницей. Даже если она - его собственная жена.

  ГЛАВА 1
  
  - С вас восемьсот сорок девять рублей шестьдесят копеек. Платить будете картой или наличными?
  - Наличными.
  Я отсчитала положенную сумму и протянула ее кассиру.
  - Вот ваш чек. Спасибо за покупку.
  - Спасибо и вам.
  Я подхватила корзину с продуктами и перенесла ее на упаковочный столик.
  Так. Четыре плитки шоколада, два пакетика маршмеллоу, мешочек кофейных зерен, коробка засахаренного мармелада и две бутылки сладкой газировки.
  Вроде бы ничего не забыла.
  Бросила взгляд на наручные часы - 19.56. Пора домой, Пафнутий, наверное, меня заждался.
  Я переложила покупки в пакет-майку и не спеша вышла из магазина на улицу.
  На город спускались сумерки. Небо потемнело, облака приобрели багровый оттенок. Еще было светло, однако кое-где уже зажглись уличные фонари.
  - Позвольте вам помочь.
  Я обернулась и встретилась взглядом с высоким незнакомым мужчиной. Он стоял возле магазинного крыльца и, судя по всему, нарочно меня поджидал. Кажется, я даже видела его среди полок в торговом зале.
  - Спасибо, - вежливо улыбнулась ему. - Мой пакет совсем не тяжелый, и я легко донесу его до дома сама.
  Конечно, мои покупки были не настолько ценными, чтобы бояться за их сохранность, однако доверять сумку незнакомому человеку не хотелось. К тому же, все находящиеся в ней сладости предназначались не мне. Поэтому я отвернулась и пошла вперед по тротуару.
  - Извините мою настойчивость, - мужчина быстро меня нагнал и зашагал рядом. - Я просто хочу с вами познакомиться.
  - Зачем? - спросила, с интересом его рассматривая.
  Этот человек выглядел моим ровесником - на вид я дала бы ему не больше сорока пяти лет. У него были добрые карие глаза, волевой подбородок и мягкая линия губ.
  - Я часто вижу вас в городе - на улицах, в парках, в магазинах, в выставочном зале. Вы всегда гуляете одна. Я тоже один. Вот мне и подумалось: быть может, нам стоит прогуляться вместе?
  Как это мило и непосредственно.
  Я снова улыбнулась и протянула ему свой пакет. Он принял его из моих рук, улыбнулся в ответ.
  - Меня зовут Дмитрий.
  - Гликерия. Можно просто Лика.
  Он удивленно приподнял бровь.
  - Очень приятно, Лика.
  - Взаимно.
  - Вы сейчас направляетесь домой?
  - Да.
  - Могу я вас проводить?
  - Разве что до автобусной остановки, - усмехнулась я. - Я живу на самой окраине, идти туда пешком далековато.
  - Хорошо, - покладисто кивнул Дмитрий. - Ваш муж не будет против того, что вы находитесь в моей компании?
  - Не будет. Мы давно живем раздельно.
  На губах моего спутника мелькнула быстрая улыбка.
  - А дети у вас есть?
  - Есть. Но мой ребенок уже взрослый и тоже живет отдельно. А у вас есть наследники?
  Дмитрий покачал головой.
  - К сожалению, нет. Жены, к слову, тоже нет.
  - Вы в разводе?
  - Я вдовец.
  О!..
  - Моя супруга умерла давно, - продолжил он. - Больше восьми лет назад.
  - Почему же вы не женились вновь?
  - Так получилось. Я с головой погрузился в свою работу, а потом никак не мог вынырнуть обратно.
  - Кем же вы работаете?
  - Я..., - Дмитрий почему-то замялся. - Я нахожусь на государственной службе.
  - Наверное, это очень увлекательно.
  - Весьма, - коротко усмехнулся новый знакомый. - А чем занимаетесь вы, Лика?
  Вопрос, конечно, интересный.
  - Моя работа связана с пограничной службой, - тщательно подбирая слова, ответила ему. - И немного с лесным хозяйством.
  - Ого, - снова удивился Дмитрий. - Это как?
  - А вот так. Если вы не против, вдаваться в подробности я не буду. Это очень долго и нудно.
  - Как скажете. Так значит, вы живете одна?
  - Ну почему же. У меня есть Пафнутий, мой кот.
  - Вряд ли домашний зверь может стать хорошей компанией для красивой интересной женщины.
  - Ошибаетесь, - улыбнулась я. - Он у меня мужчина характерный и волевой. Даром что мохнатый.
  Дмитрий пожал плечами.
  Мы свернули влево и уже через пару минут подошли к автобусной остановке.
  - Давайте встретимся еще, - предложил мне мой спутник.
  - А стоит? - серьезно поинтересовалась я.
  - Стоит, - уверенно ответил он. - Впрочем, если я вам неприятен...
  - Вы мне приятны. Но я понятия не имею, когда мы сможем увидеться снова. Сегодня ночью я уезжаю из города и вернусь только через несколько недель.
  - Ничего страшного, я вас подожду.
  - Зачем вам это надо, Дмитрий?
  - Затем, что вы мне нравитесь, - он придвинулся ко мне почти вплотную. - Я долго наблюдал за вами на улицах. Вы такая... необыкновенная. Воздушная. Сказочная.
  Хм. И что мне на это ответить?
  Отвечать, впрочем, не пришлось - к остановке подъехал автобус.
  - Спасибо за помощь, - я забрала у Дмитрия свой пакет. - Всего доброго.
  - Я буду вас ждать, - серьезно сказал мужчина. А потом вдруг наклонился и поцеловал мою руку. - Столько, сколько нужно.
  Я поднялась в автобусный салон, заняла место у окна. Дмитрий увидел меня через стекло и помахал рукой. Я помахала в ответ.
  Автобус мягко тронулся с места и неторопливо поехал вперед.
  Сказочная значит. Воздушная. Ну-ну.
  Комплименты отвесил, а ни номера телефона, ни адреса не спросил. Как, интересно, он собирается встретиться, если не знает, где меня можно найти?
  Впрочем, это даже к лучшему. Пообщаться с Дмитрием было приятно, однако, ухажеры мне ни к чему.
  
  Я вышла на нужной остановке, когда на улице почти совсем стемнело. Фонари светили через один, поэтому пришлось прибавить шаг - бродить в потемках совершенно не хотелось.
  Я быстро миновала ряд старых трехэтажных домов, пару закрытых продуктовых магазинов, потом прошла мимо трансформаторной будки и вступила на широкую утоптанную тропинку, ведущую в лес.
  Что ж, до дома теперь рукой подать.
  Решительно углубилась в чащу, и спустя десять минут остановилась у двух старых осин, стоявших так близко друг к другу, что их кроны соприкасались, образуя ровную природную арку.
  Быстро огляделась по сторонам. Убедившись, что поблизости никого нет, звонко щелкнула пальцами. Пространство между осинами тут же подернулось рябью и заискрилось мягким голубоватым светом.
  Пара шагов, и светящаяся арка осталась позади, а прямо передо мной встали вековые дубы совсем другого, дремучего леса. Дождавшись, когда последние искры портала растворятся в воздухе, уверенно и неторопливо направилась по тропинке дальше.
  В какой-то момент деревья расступились в стороны, и я вышла на широкую поляну, посреди которой обнаружился небольшой деревянный домик, стоявший на двух широких столбах. Из его окон лился уютный желтоватый свет.
  Я трижды хлопнула в ладоши. Столбы, как по команде ушли в землю, и дом мягко опустился вниз. Сразу после этого открылась дверь, и на крыльцо вышел большой черный кот.
  - Нагулялась, Афанасьевна? - добродушно поинтересовался он. - Заходи. Я уж и самовар поставил.
  
  ***
  Пока Пафнутий суетился возле печи, разогревая мне на ужин гречневую кашу, я отправилась в свою комнатку, чтобы переодеться. Иномирное васильковое платье и белые босоножки на тонком каблучке отправились в сундук, а вместо них я неторопливо облачилась в другую, более привычную здесь одежду - длинную рубашку с тонкой красной вышивкой по рукавам и плотную однотонную паневу с витым гашником.
  - Пафнуша, кто-нибудь приходил, пока меня не было?
  - Устинья забегала, - откликнулся мохнатый помощник. - А больше никто.
  Я расчесала волосы и по привычке быстро заплела их в две толстые косы, которые затем уложила вокруг головы. Вроде все. Если на порог явятся поздние гости, шокировать их своим внешним видом я уже не должна.
  - Ну где ты там? - недовольно крикнул Пафнутий. - Каша опять остынет.
  Сунула ноги в домашние войлочные тапки и поспешила за стол.
  - Что Устя хотела? - спросила у кота, накладывая себе в тарелку из большого чугунного горшка ароматной гречки. - Сказала?
  - Нет, - качнул тот большой усатой мордой. - Но догадаться немудрено - поболтать, небось, да посплетничать. Эта лесавка к тебе за другим не ходит.
  Я пожала плечами.
  - Еще павлиниха прилетала, - продолжил Пафнутий
  - Жар-птица что ли?
  - Она, проклятая. Опять от Берендея утекла. Так я ее поймал и лешему передал, чтоб, значит, владельцу вернуть.
  - Много перьев из ее хвоста выдернул? - хитро поинтересовалась я.
  - Три, - довольно ответил кот. - А что, Афанасьевна? С нее не убудет, она себе новые отрастит. А мы свечи да масло сэкономим.
  Запасливый мой. Наверняка нарочно пшеницу на поляне рассыпал - поджидал, когда жар-птица снова на волю вырвется и в лес прилетит.
  - Ты-то как погуляла? Без происшествий?
  - Почти, - улыбнулась я. - Сходила в кино, погуляла в парке. Девочкам сладости купила...
  - Кофе тоже девочкам?
  - Нет, кофе для меня. И не надо делать такую зверскую морду. Да, я его люблю, поэтому покупаю и пью. Некоторые, между прочим, у забора валериану выращивают, а я, заметь, делаю вид, что этого не вижу.
  - Валериана комаров отпугивает, - насупился Пафнутий.
  Комаров, ага. В лесу-то.
  - А когда я собралась идти домой, ко мне подошел знакомиться один интересный мужчина, - продолжила я.
  - Что за мужчина?
  - Местный, Дмитрием зовут. Проводил до автобусной остановки, предложил встретиться еще.
  - Надеюсь, ты послала его куда подальше?
  - Зачем? Он приятный, вежливый, очень симпатичный. К тому же, не факт, что мы с ним в принципе увидимся снова. Когда-то я опять на Землю отправлюсь?
  - Лика, ты замужем.
  - Фактически это не так.
  - И что? По закону ты принадлежишь своему мужу.
  - Не надо про мужа, - поморщилась я. - Думаешь, он без меня монашескую жизнь ведет? На девок не смотрит и спит в холодной постели? Это я в лесу живу да комаров кормлю, а у него все удовольствия под боком. Мне, может, тоже иногда хочется себя красивой и желанной чувствовать.
  - То, что ты красивая, и в зеркале прекрасно видно. Вон волосы какие густые и блестящие, ресницы пушистые и фигурка точеная. Это в твоем-то возрасте!
  - Ну спасибо. Откомплементил так откомплементил.
  - А желанной ты себя каждый день чувствуешь. Тебя тут все желают - и лесавки, и водяницы, и оборотни, и туристы и путники. Не дом, а проходной двор. Вон, смотри, еще один такой желающий топает.
  Я повернулась к окну и увидела в темноте человеческий силуэт, который уверенно шел на свет от окон моей избушки.
  - Ходят и ходят, - проворчал Пафнутий. - Поужинать спокойно не дадут. Может мимо пройдет?..
  Но гость мимо не прошел. Наоборот, приблизился к дому и нерешительно остановился у крыльца. При ближайшем рассмотрении он оказался молодым рыжеволосым парнем. Судя по босым ногам и простой одежде, родом парень был из деревни, а судя по слою пыли на штанах и несвежему виду рубахи, проделал долгий путь.
  Постояв пару мгновений у крыльца, визитер поднялся по его ступенькам и осторожно постучал в дверь.
  - Пойду баню, что ли, истоплю, - со вздохом сказал Пафнутий.
  - Зачем?
  - Ты его видела? Он же грязный, как соседская кикимора. А ты ведь его, небось, за стол пригласишь и ночевать оставишь.
  - Оставлю, конечно.
  - Вот! Не хватало еще чтобы он мебель запачкал и на полу наследил.
  С этими словами кот юркнул в окно, а я пошла открывать дверь.
  При виде меня, в глазах парня мелькнуло облегчение, а на губах появилась улыбка.
  - Здорова будь, хозяюшка, - приветливо сказал гость. - Пусти странника отдохнуть.
  - А ты кто таков будешь, добрый молодец? - спросила я, одновременно рассматривая его магическим зрением.
  Собственно, можно было и не спрашивать. Обычный юноша, на магию нет и намека, на злые помыслы - тоже.
  - Никитка я, - ответил парень. - Плотников сын. Из Речевки.
  - Ну проходи Никитка из Речевки.
  Я посторонилась, пропуская его в дом.
  - Как вас величать, хозяюшка?
  - Гликерией Афанасьевной.
  Мы прошли через сени и вместе вошли в горницу. При виде стоявшего на столе чугунка с кашей глаза гостя заблестели, как звезды.
  - Голоден ты, Никитка?
  - Голоден, Гликерия Афанасьевна. С утра маковой росинки во рту не было, весь день по лесу плутал.
  - Тогда садись за стол и угощайся.
  Парень тут же уселся на табурет и принялся орудовать ложкой. Он ел так, будто его молодой организм голодал не день, а целую неделю. Поэтому совсем скоро в горшке стало пусто и чисто.
  - Как же ты оказался в этом лесу? - спросила я, наливая гостю кружку с горячим травяным чаем. - Люди сюда просто так не ходят.
  - Так и я не ради забавы пришел, - вздохнул парень. - Мне, хозяюшка, волшебное зеркальце нужно.
  - Волшебное? - удивилась я. - А зачем?
  - Марфуше подарить, дочке старосты нашего.
  - А ей оно для чего?
  Парень вздохнул снова.
  - Чтоб на красу свою вечно любоваться. Я, Гликерия Афанасьевна, дюже крепко Марфушу люблю. Хороша она, как цветочек весенний. Ухажеров вокруг нее полчища, сваты каждый месяц приезжают. А Марфуша фыркает и всем дает от ворот поворот. Говорит, замуж только за того пойдет, кто ей особенный подарок преподнесёт - зеркальце чудесное, в котором бы она всегда была такой, какая есть - молодой и прекрасной.
  - Никита, - мягко сказала я. - А как Марфа относится конкретно к тебе? Люб ли ты ей?
  - Куда там! - махнул рукой парень. - Я ж плотник, плотников сын. Да и рожей не шибко уродился. Марфуша меня в упор не замечает. Я потому и подумал: достану зеркальце, тогда-то она меня и заметит, и полюбит.
  Да... Давно у меня не было таких безмозглых гостей. Вот что делает с людьми отсутствие образования!
  - Знаешь, Никита, думается мне, зря ты в такой дальний путь отправился.
  - Почему? Неужто этого зеркала на свете нету?
  - Ну отчего же. На свете существует много всяких артефактов, в том числе волшебных стекол, линз и зеркал. Только есть ли смысл ноги из-за них бить? Судя по твоему рассказу, старостина дочка к тебе абсолютно равнодушна. Поверь, ни одна магическая вещь не способна превратить безразличие в любовь. Для того, чтобы любовь возникла, вещи вовсе не нужны - ни волшебные, ни простые. Допустим, найдешь ты это чудесное зеркало, подаришь его Марфе. Допустим даже, женишься на ней. И что дальше? Хорошо ли будет жить с женщиной, которой ты постыл, и которая при других обстоятельствах никогда бы замуж за тебя не вышла? Жениться, Никита, нужно по любви. Причем, любить, в идеале, должны оба. Ну или хотя бы друг друга уважать. Сомневаюсь, что Марфа из-за подарка, даже такого дорого, сразу поменяет к тебе свое отношение.
  Парень смотрел на меня глазами побитой собаки и при этом казался еще моложе, чем был на самом деле.
  - Вот и маменька так же говорит, - пробормотал он. - Что же мне теперь делать? Я так ее люблю...
  - Возвращайся домой, - сказала я, - и попробуй заслужить Марфушино расположение как-нибудь иначе. Чтобы она за тебя без всяких зеркал пошла. А если не сумеешь, оглянись вокруг - на свете много других девушек, не хуже дочери вашего старосты.
  - Нет, - покачал головой Никита. - Я до этого леса неделю пешком добирался. Трем деревенским колдунам дрова колол и воду носил, чтобы они мне дорогу к волшебному зеркалу указали. И что же, просто так все бросить и вернуться домой? Меня там на смех поднимут и прозвище какое-нибудь обидное придумают. Да и самому мне противно дело на полдороги бросать. Лучше уж я зеркало достану, а там пусть Марфуша сама решает, нужен я ей или нет.
  Вот они - первая любовь и юношеский максимализм.
  - Ладно, - я встала из-за стола. - Что спорить на ночь глядя. Там у меня банька истоплена, иди-ка ты попарься, да оставайся ночевать. А я подумаю, как твоему делу помочь. Утро вечера мудренее.
  Едва обрадованный Никита отправился приводить себя в порядок, в открытое окно прыгнул Пофнутий.
  - Ну и зачем ты ему помощь пообещала? - поинтересовался он. - Других дел, что ли, нету?
  - Ты его видел? - покачала я головой. - Ему ж лет семнадцать-восемнадцать. Я перед этим героем и личину надевать не стала. А помощь предложила, потому что жалко ребенка-то.
  - С чего это вдруг у тебя жалостливость проснулась?
  - Детей люблю.
  - Ну-ну, - фыркнул Пафнутий.
  - Ты сам знаешь - постороннему человеку в нашем лесу без помощи нельзя. Или навки съедят, или русалки защекочут. А если вдруг костерок вздумает разжечь, леший голову оторвет.
  - Хорошо. И что же ты собираешься делать?
  - Зеркало для него зачарую. Возлюбленная Никиты хочет видеть себя в нем такой, какая она есть? Я ей это организую. Пусть посмотрит на свое настоящее, внутреннее лицо.
  - Оно может ей не понравиться, - заметил Пафнутий.
  - На это и расчет, - улыбнулась я. - Если девица душой хороша так же, как и телом, пусть любуется на здоровье. А если спесивая гордячка, будет ей наука.
  - Она тогда на Никитку обозлится. Решит, что он захотел над нею посмеяться.
  - Никита ее истинный лик в зеркале тоже увидит. И пусть думает - надо ему такое счастье или нет.
  Пафнутий покачал головой.
  - Ночью колдовать будешь?
  - Как только парень заснет, так чары и наложу. Зеркал-то у нас в доме хватает.
  - Ну и работай. А я спать пойду.
  - Погоди, - улыбнулась я. - А кто зеркало в чащу отнесет?
  - В какую еще чащу? - вытаращил глаза мой помощник. - Зачем?
  - Что значит - зачем? Никита же герой, а просто получить волшебный артефакт из рук лесной отшельницы будет совсем не героично. Он сюда неделю шел, так пусть еще немного по лесу побегает - днем, когда птицы поют, а нежить спит. Поэтому ты, Пафнуша, отнесешь зеркало в лес, положишь в дупло или на какой-нибудь пень, а завтра мы нашему гостю направление укажем. Главное, не забудь куда его спрятал.
  - Да что ж я, совсем дурной что ли? - проворчал Пафнутий. - Эх, эксплуатируешь ты меня, как хочешь. В такую темень хороший хозяин собаку из дома не выгонит!..
  - Ты не собака.
  - То-то и оно...
  
  ГЛАВА 2
  
  В чащу за волшебным зеркалом Никита отправился с первыми лучами солнца. Провожала я его одна - Пафнутий, вернувшийся вчера из своего секретного похода, объявил, что прогулка по ночному лесу его здорово утомила, а потому спать он намеревается до полудня.
  Выпив на завтрак большую кружку молока, гость откланялся, а я приступила к домашним делам.
  Прежде всего, отправилась в птичник и выпустила на волю своих гусей. Их вожак - самый крупный и длинноносый тут же притопал ко мне и доверчиво заглянул в глаза.
  - Сегодня можете порезвиться, - сказала, ласково почесав его серую голову. - Срочных дел пока нет, так что можете быть свободны. Но к закату возвращайтесь домой.
  Гусь важно гакнул. После этого вся стая встала на крыло и мгновенно скрылась из вида.
  Я же пошла в огород и полтора часа кряду полола сорняки. Те, что выросли возле моркови и петрушки, убирала магическими пассами, а те, которые поселились на грядках с волшебными травами, пришлось вырывать вручную.
  Затем проверила чары, наложенные на избу и внешние отражатели (ни к чему пришлым туристам видеть мое скромное подсобное хозяйство), просмотрела записи в магических зеркалах (они хоть ни о каких ЧП не сигнализировали, но мало ли...), а потом направилась в кухню - кашеварить.
  По пути внимательно осмотрела на предмет пыли полки и углы - надо бы еще уборку сделать. Но этим пусть Пафнуша занимается, у него заклинание чистоты выходит гораздо лучше и изящнее, чем у меня.
  Когда мой помощник соизволил-таки спрыгнуть с печки на пол, в доме уже во всю пахло выпечкой и свежими щами.
  - Остаешься за старшего, - сказала я ему, когда он, потирая лапы, уселся за обеденный стол. - Я ухожу, у нас с девочками будет итоговое совещание.
  - Шабаш что ли? - усмехнулся Пафнутий.
  - Итоговое совещание, - повторила я. - Шабаш, если ты забыл, проходит по ночам и в строго регламентированные дни.
  - Формулировки, - отмахнулся кот. - То-то ты на ваши сходы не свитки, а сладости иномирные таскаешь.
  - Ты завтракать пришел? - спросила я. - Вот и завтракай. Молча. А я ушла.
  Взяла с полки пакет с покупками из земного супермаркета и вышла на улицу. Там двумя пассами открыла магический портал, и уже через пару секунд ступила на небольшую круглую поляну.
  Стоило сделать шаг по ее мягкой травке, как со всех сторон засверкали искры телепортов, и рядом со мной очутились еще шесть женщин. Некоторые из них, как и я, явились в паневах и сороках, другие - в девичьих запонах. Действительно, зачем наряжаться? Все равно на сходе будут только свои.
  Висевшая над поляной тишина тут же сменилась гулом голосов, смехом и громкими возгласами.
  Когда все друг друга поприветствовали, наша гудящая толпа переместилась в самый центр поляны. Вместе хлопнули в ладоши, и на земле мгновенно появились семь широких пней, выстроившихся по кругу.
  - Присаживайтесь, девочки, - громко предложила я, занимая самый большой пень. - Будем разговоры разговаривать.
  - Гликерия Афанасьевна, - тут же выскочила вперед Улита, одна из наших незамужних дев, - а вы, совершенно случайно, вкусненького не принесли?
  - Совершенно случайно принесла, - улыбнулась я. - Но лакомиться предлагаю после схода.
  Общественность тут же недовольно зашумела.
  - Лучше во время, - заметила Настасья, вторая после меня по старшенству. - Тогда беседа пойдет веселее.
  Остальные согласно закивали. Я пожала плечами и снова хлопнула в ладоши. В центре круга тут же встал широкий стол, на который я неторопливо выложила принесенные вкусности.
  Девочки моментально разделили их между собой.
  - Ну, уважаемые хранительницы, как прошли у вас последние четыре недели? - поинтересовалась я, с удивлением глядя, как они разливают газировку по не пойми откуда взявшимся стаканам. - Как дела на приграничных заставах?
  - У меня спокойно, - тут же отозвалась Улита. - Только пару раз местные оборотни пытались через портал контрабанду провести. Но это ерунда, я их давно знаю и на этом периодически ловлю - из неблагонадежных они, неделю спокойно прожить не могут.
  - Вожака в известность поставила? - уточнила я.
  - Конечно, - кивнула девушка.
  - У меня тоже все как обычно, - вставила сидевшая рядом с ней Аграфена, еще одна незамужняя яга. - Правда, неделю назад стихии разбушевались - огненная и воздушная, пришлось вмешаться, а то бы половину леса сожгли.
  - Почему же ты не сообщила об этом раньше? - чуть нахмурилась я.
  - Так своими силами справились. Я теперь магический фон на особом контроле держу, каждый день сводки просматриваю. Возмущений нет.
  Хм. Ну ладно.
  - Настасья?
  - А у меня месяц прошел напряженно, - ответила она. - Были четыре попытки незаконного проникновения извне, причем, одна из них настолько мощная, что я была вынуждена отбивать ее лично. Впрочем, ничего странного во всем этом нет - в реальности, от которой нас отделяет мой переход, сейчас идет война, поэтому с ее стороны возможно все, что угодно. Однако общий магический фон все равно пошатнулся и из окрестных водоемов полезли болотники. Три дня этих окаянных зачищали.
  - Всех зачистили?
  - Да, теперь у нас спокойно.
  - Превосходно. Марьюшка, что у тебя?
  Марьюшка, невысокая кругленькая колдунья в богато украшенном сороке, залпом допила из своего стакана газировку и посмотрела на меня грустными уставшими глазами.
  - Покой нам только снится, - с усмешкой сказала она. - У меня, Лика, каждый день теперь начинается с того, что я хожу по лесу и лешего ищу.
  - Почему?
  - Пьет, скотина, как... скотина. Брагой в чаще несет так, что комары дохнут прямо на подлете. Деревья без пригляда, соответственно, сохнут, мелкое зверье болеет, лесавки ревут. Личности, опять же, сомнительные по тропинкам гуляют. А я, Лика, не разорвусь - и за порталом следить, и магический фон контролировать, и лес в приемлемом состоянии поддерживать. Знаешь, что самое противное? Никак не могу найти гада, который лешего брагой снабжает! А тот, зараза, поставщика своего не сдает. Да еще прячется от меня в дуплах и под корягами. Забьется, как мышь, налакается и спит. А я, значит, ищу его по всей округе.
  Нда. Без такого серьезного помощника яге-хранительнице, конечно, тяжело. Обязанности у каждой из нас энергозатратные, на посторонние вещи тратить магию чревато. Это у меня резерв почти бесконечный - от особого источника питается, а вот остальным в таких ситуациях приходится туго.
  - После собрания пойдем на твою территорию вдвоем, - сказала я Марье. - Нужно с лешим серьезно поговорить.
  - Пойдем, - радостно кивнула яга. - Но только завтра. Сегодня уж он в нормальном виде: я его и подняла, и протрезвила, и отчитала, и трудиться отправила. Ты, Лика, следующим утром приходи, посмотришь на него во всей красе. Может, хоть тебя послушает...
  Должен послушать. Чревато это, верховную ягу игнорировать. А проигнорирует, так я на него быстро управу найду. Хотя, конечно, не хотелось бы эту управу лишний раз своими просьбами беспокоить...
  - Марья, а что за брагу пьет твой лесной хранитель?
  - Не знаю, - пожала она плечами, отламывая себе кусочек шоколада. - Он к моему приходу все до капельки вытягивает. Но воняет она странно.
  - Ладно, будем разбираться - кивнула я. - Глафира, а как себя чувствует твой леший?
  - К счастью, нормально, - откликнулась Марьина соседка. - Он у меня мужчина строгих правил, лишнего ни себе, ни другим не позволяет.
  - Повезло, - вздохнула Марья.
  - У меня другая забота, - продолжила Глафира. - Уж больно много за этот месяц вылезло нежити. Гораздо больше, чем обычно. Не то чтобы это оказалось такой уж проблемой - всех мертвушек мы упокоили. Но все ж таки подозрительно. С чего бы им просыпаться в таком количестве?
  - Может, появился новый черный источник?
  - Я тоже об этом подумала, - кивнула Глаша. - Поэтому сейчас мы осматриваем территорию и следим за малейшими колебаниями магического фона. Вот, собственно, и все. В остальном дела идут отлично.
  Понятно.
  - Даша?
  - У меня в целом все нормально, - ответила наша третья девица. - На границе с соседней реальностью порядок, колебания фона в рамках нормы. Пару раз были всплески активности, но они гасли сами по себе - у меня на территории озеро с живой водой, а в нем постоянно какие-то процессы происходят.
  - Но что-то все-таки не так? - уточнила я.
  Дарья вздохнула.
  - Не знаю даже, как и рассказать.
  Девочки перестали жевать и с любопытством на нее уставились.
  - Тоже леший шалит? - спросила Марья.
  - Лучше б шалил леший, - снова вздохнула Даша. - Повадился в соседние с моим лесом села Змей Горыныч летать. И ладно бы по делу - оброк какой-нибудь собирал или золота требовал, а он - просто так, силу молодецкую проверить, да голову дурную проветрить.
  - Голову? - переспросила Настасья. - Он одноголовый что ли?
  - Да, - кивнула молодая яга.
  - Значит, это не Змей, а один из его сыновей, - вставила Улита.
  - Пусть так, это не главное. Важно то, что он селянам два поля пшеницы сжег и одно ногами вытоптал. Люди пытались его прогнать, да куда им с вилами и топорами против огнедышащего дракона! Пришли они ко мне, слезно просили помочь. Я, конечно, согласилась и отправилась в поля - со Змеем договариваться.
  Даша взяла кусочек мармелада и принялась жевать. Пару секунд висела тишина.
  - Ну? - поторопила Аграфена. - Договорилась?
  - Договорилась, - печально усмехнулась Дарья. - Теперь он над моим лесом летает и фейерверки по вечерам устраивает. Замуж зовет.
  Улита с Аграфеной вытаращили глаза. Все остальные коротко хихикнули.
  - Не смешно, - насупилась яга. - Девочки, как мне от него избавиться?! Я уж думала отворотное зелье в воздухе распылить, да боюсь, что белок отравлю - для такой-то туши его столько надо, что половина леса погибнуть может.
  - А еще раз поговорить вы не пробовали? - улыбнулась я.
  - Да сто раз уже разговаривали! - воскликнула Даша. - Только он дурак упертый! Я ему: не люб ты мне, улетай по добру по здорову. Он же в ответ рычит какую-то ерунду, мол, буду я принадлежать ему и дело это совершенно решенное. А ведь я даже не знаю, как его зовут!
  - Он что, ни разу из змея в человека не перекидывался?! - удивилась Глафира.
  - Ни разу, - подтвердила Даша. - Хорош женишок, правда, девоньки?
  - Хорош, - согласилась я. - Ты, Дарьюшка, горячку не пори, и с отворотом не торопись. Поговорю я сегодня с отцом твоего дракона. Глядишь, как-нибудь уладим дело полюбовно.
  - Уж как бы мне этого хотелось, Гликерия Афанасьевна! Сил не осталось терпеть ухажера этого крылатого. Как представлю, что вернусь домой, а он над лесом снова виражи выписывает... Тьфу!
  ...После того, как были доедены последние сладости, мы обсудили еще пару организационных вопросов, и начали собираться восвояси.
  - Девочки, все помнят, какой сегодня день? - уточнила я, перед тем, как открыть портал к своей избе.
  - Середина лета, - ответила за всех Настасья. - Время пополнения магического резерва.
  - Верно, - кивнула я. - Кому требуется дополнительная магия, приходите сегодня ночью на Русалочье озеро. Будем купаться и набираться сил.
  
  ***
  - Чем это воняет-то? Опять, небось, кофе твой?
  - Он самый, - я удобно откинулась на спинку кресла и сделала маленький глоток терпкого горячего напитка.
  Когда вернулась домой, Пафнутий возился в огороде. Я тут же воспользовалась отсутствием мохнатого ворчуна, чтобы смолоть купленные в земном магазине зерна и сварить себе чашку кофе. Я сегодня ударно потрудилась, а значит имею полное право на короткий приятный отдых.
  Кот фыркнул и недовольно стукнул пушистым хвостом по подоконнику.
  - У тебя от него опять тахикардия начнется. Не девочка, чай, хлестать эту гадость литрами. Да и вечереет уже. Опять полночи спать не будешь?
  - Одна-две чашки в день - это не литры, - лениво возразила я. - А на ночь у меня есть планы, спать некогда.
  - Ну да, ну да, - скептически покивал головой Пафнутий. - К русалкам пойдешь?
  - Все пойдут.
  - А может, и не все, - он ткнул лапой в сторону оконного стекла. - Бросай свою жижу, к тебе опять гость скачет.
  Словно в подтверждение его слов, раздался стук копыт, лошадиное ржание, а затем громкий бархатный голос:
  - Эй, есть кто дома?
  Я поставила чашку на стол, неторопливо поднялась на ноги, вышла на крыльцо.
  Ну да, гость. Да какой! Высокий, статный, каштановые кудри ложатся на лоб тугими локонами, карие глаза как звезды сверкают... Хорош, ох хорош!..
  - Здравствуй, хозяюшка, - улыбнулся красавец, спрыгивая на землю со своего скакуна. - Пустишь странника отдохнуть?
  - А ты, добрый молодец, что в нашем лесу позабыл? - поинтересовалась я. - Дело пытаешь, аль от дела лытаешь?
  Мужчина закатил глаза.
  - Очень смешно, мам.
  - Ты, Слава, первый с политесов начал, - заметила я. - Что стоишь, как не родной? Бурушку своего отпусти, пусть на воле отдохнет. Леший его накормит и напоет. А сам в дом заходи. У меня и щи наварены, и пирожков целое блюдо. Кофе, кстати, будешь?
  - А есть? - оживился сын.
  - Есть. Если Пафнутий опять банку не спрятал. Эй, избушенька, присядь маленько, дай Мечеславу на крыльцо зайти по-человечески!
  - Не нужно, мам, - улыбнулся Слава. - Я и так справлюсь.
  Он снял с коня узду, ласково хлопнул его по крупу, а потом одним прыжком взлетел на крыльцо - прямиком в мои объятия.
  Я ласково прижала его к себе, с усмешкой замечая, что обнимая сына, чувствую себя маленькой и хрупкой. А ведь когда-то этот сильный мощный мужчина засыпал исключительно на моих руках. Сколько с тех пор прошло времени? Тридцать лет? Кто бы мог подумать...
  Пафнутий приезду дорогого гостя, конечно, обрадовался.
  - О! - протянул он, когда мы с Мечеславом вошли в горницу. - Ты, Славка, таки вспомнил, что у тебя есть мать?
  - Привет и тебе, старый ворчун, - улыбнулся сын, вынимая из висевшего на поясе мешка сверток, от которого в избе сразу же запахло копченой рыбой. - А я тебе кое-что привез.
  Глаза моего мохнатого помощника сверкнули, как звезды.
  - Хороший, говорю, у тебя сын, Афанасьевна, - тут же заявил кот, ловко цапая из рук Мечеслава вкусный подарок. - Всегда с гостинцами приходит. Появляется, конечно, редко, ну так что ж? Жизнь княжеского воеводы активна и полна событий. Когда уж тут по родственникам скакать!
  - Точно, - с усмешкой кивнул Слава.
  - Что ж, не буду вам мешать. Общайтесь на здоровье. Кофе, если что, на окошке. За горшком с алоэ. Накрытый серой тряпкой.
  За сим, любовно прижимая к себе лапой сверток с рыбой, Пафнутий удалился.
  - Ужинать будешь? - спросила я у Мечеслава.
  Он кивнул.
  Быстро накрыла на стол, а пока сын ел, отошла к печи, чтобы сварить ему кофе.
  - Ну рассказывай, что у тебя нового, - сказала, усаживаясь рядом с ним за стол. - Как идет служба?
  - Служба идет по-разному, - ответил сын, отпивая глоток иномирного напитка. - И интересного в ней сейчас мало, только строевая, тренировки, обучение новобранцев и прочая повседневная ерунда.
  - Но ведь это хорошо, - заметила я. - Если у тебя нет особенных забот, значит, в государстве мирно и стабильно.
  - А еще серо и скучно, - кивнул сын. - Меня, знаешь ли, теперь иногда посещают мысли бросить службу и вернуться к отцу.
  - Ну так возвращайся, - пожала я плечами. - Отец будет только рад. Если помнишь, ему твои людские подвиги никогда не нравились. К тому же, рано или поздно тебе все равно придется вернуться домой.
  - Так-то это так, - неохотно согласился Мечеслав. - Только пусть это произойдет позже. Кстати, мама, ты сама-то когда отправишься домой?
  - Я и так дома.
  - Я имею в виду - когда вернешься к папе?
  Ох...
  - Не знаю, - ровно ответила сыну, разглядывая стену за его спиной. - Наверное, никогда.
  - Почему?
  - По кочану, Слава. Мы с папой в своих отношениях как-нибудь разберемся сами. Не забивай себе голову, ладно? Лучше расскажи, что у тебя стряслось, раз ты прискакал ко мне в гости.
  - А разве я не могу навестить свою мать просто так?
  - Нет, не можешь. Вы, взрослые дети, живете своей жизнью, а о родителях вспоминаете только тогда, когда что-то случится. Я ведь права?
  Мечеслав коротко усмехнулся.
  - Права. Видишь ли, мама, я решил жениться.
  Мои глаза удивленно расширились.
  Вот это новость!
  - Так ты приехал за моим родительским благословением?
  - Не совсем, - замялся сын. - Тут такое дело... Девушка, которую я хочу взять в жены, категорически мне в этом отказывает.
  - То есть как?! - изумилась я. - Слава, за тобой же всегда бегали толпы девиц! Взгляды твои ловили, под окнами прогуливались. А стоило только головой кивнуть, как любая была готова кинуться тебе на шею!
  - Эта - не любая, - грустно улыбнулся сын. - Эта - особенная. И меня она в упор не замечает. Причем, не жеманничает и не играет. Я просто ей не интересен.
  - Она слепая?..
  - Нет, со зрением у нее все отлично. Но она прихрамывает и немного горбится.
  На мгновение я опешила.
  - Твоя избранница - хромая горбунья?!
  - Мама, я повторю: она немного прихрамывает и чуть-чуть горбится. У нее от природы одно плечо выше другого. Но это совершенно не мешает ей быть самым чудесным и восхитительным созданием на свете.
  Несколько секунд мы с сыном молча смотрели друг на друга. Потом Мечеслав вздохнул и продолжил:
  - Ее зовут Катерина. Катенька, дочь нашего сокольничего. Из-за своих физических особенностей, она стесняется посещать княжеские гуляния - девицам там положено танцевать, а ей это сделать очень непросто. К тому же, Катя наверняка себя неловко чувствует среди прочих расфуфыренных красавиц, хотя ни одна из них и мизинчика ее не стоит. Однако год назад в княжеском тереме был большой пир - праздновали рождение младшего княжича, а потому все чины должны были явиться туда со своими семьями. Вот Никифор Катеньку с собой и взял - деваться-то было некуда, - на губах сына появилась нежная улыбка. - Она за столом сидела тихонько. Вся такая хрупкая, белая, как Снегурочка. Я бы, может, ее и не заметил, но пошел с другими гостями плясать, да случайно голову в сторону повернул, и глазами с ее взглядом встретился. Знаешь, мама, меня в тот момент, будто в озеро окунули. Забыл, как дышать и как разговаривать, истуканом посреди горницы встал и пошевелиться не мог. Потом, конечно, подошел к ней, представился, завел разговор. Мама, какой же она оказалась умницей! Много книг умных прочла, а как здорово поддерживала беседу! На другой день я к ним в гости напросился, а меня там таким холодом окатили, что я потом вне себя был от злости. С тех пор целый год Никифоровы пороги обиваю и как тать за кустами его повозку караулю, чтоб на Снегурочку свою полюбоваться, если вдруг она в город по делам каким поедет. Я уж и сватался к ней, и в любви клялся, и подарками дорогими задаривал, а она холодна как лед. Говорит, в чувства мои не верит и смеяться над собой не позволит. Я, конечно, этому удивился, навел справки. Оказалось, приятельницы ее, курицы длиннокосые, напели ей, что, дескать, княжий воевода задумал шутку плохую пошутить - ее, калеку, охмурить да кинуть. И так она крепко в это поверила, что я никак обратное доказать не могу.
  Что ж, у бедной девушки наверняка имеются серьезные комплексы по поводу своей внешности. В нашей реальности, к сожалению, на недостатки тела обращают гораздо больше внимания, чем на достоинства души.
  - Хорошо, - кивнула я. - С тобой и предметом твоей страсти все понятно. А что требуется от меня?
  Во взгляде Мечеслава появилась бешеная щемящая надежда.
  - Мама, дай мне приворотного зелья.
  В первую секунду мне показалось, что я ослышалась.
  - Слава, - серьезно глядя сыну в глаза, сказала я, - ты дурак?
  - Мама, я не шучу! Зелья нужно совсем немного, чтобы Катя просто могла мне довериться. А дальше уж все сделаю сам.
  Что-то я не поняла. У нас в государстве появилась новая болезнь? Отчего это вдруг молодежь стала такая безмозглая? Сначала Никита, потом дракон, теперь Мечеслав...
  - Никакого зелья я тебе не дам.
  - Мама!
  - Ты меня слышал? Нет. Категорически.
  - Но почему?!
  - Слава, ты сам колдун, а значит, должен понимать, что такое приворот, и чем он чреват.
  - Мама, я дышать без нее не могу! Я ее из дома украду и силой заставлю брачную клятву принести!
  - Точно, дурак.
  - Как же ты не понимаешь!..
  - Я все понимаю, - сказала, чуть повысив голос. - Пойми же и ты, бестолочь великовозрастная, - твоя несчастная Катерина наверняка всю жизнь себя уродом считала! И тут появляешься ты, весь такой прекрасный-распрекрасный. О любви поешь, да сватов засылаешь. Спрашивается: с чего бы, если другие мужчины от нее столько лет нос воротили? Девушка она умная, начитанная, мыслит, скорее всего, трезво и адекватно, а значит причину твоих приставаний не в чувствах будет искать, а в чем-нибудь другом. Конечно, ей легче поверить в то, что ты - подлец и просто хочешь за ее счет самоутвердиться.
  - Мои намерения чисты. Я просто ее люблю. Эх... разбирался б я в травах, давно бы сам зелье сварил!
  - А потом бы всю жизнь об этом жалел, - покачала я головой. - Мне ли тебе говорить, что девушек нужно другими способами добиваться?
  - Не работают эти другие способы.
  - Тогда, быть может, и не стоит искушать судьбу?
  В глазах Мечеслава появилось недоумение.
  - Что ты имеешь в виду?
  - А ты не думал, сынок, что будет, если Катенька согласится стать твоей женой?
  - Будет свадьба.
  - А потом? Не забывай, мой хороший, что она - человек, а ты - нет. Что через несколько десятилетий жена твоя состарится и умрет, а ты еще как минимум лет триста будешь таким, как сейчас. А если во время вашего супружества тебя вдруг призовет отец? Жену-то придется оставить здесь, ей, человеческой женщине, в Навь путь будет закрыт. Да и вообще, согласится ли она выйти замуж, когда узнает, что ты маг? Или ты планировал всю жизнь от нее это скрывать?
  - Мы бы с ней обязательно во всем разобрались, - тихо сказал Мечеслав. - И от хромоты я б легко ее вылечил. Но для этого нужно, чтобы она просто меня выслушала, не воспринимая в штыки то, что я ей буду говорить.
  - Зелья я тебе не дам.
  - Тогда хотя бы дай какой-нибудь совет.
  - С удовольствием. Отправляйся спать, сынок. Утро вечера мудренее.
  
  ***
  Кровать сыну я сегодня стелила сама, совсем как много лет назад. Отправив Мечеслава в баньку (Пафнутий таки согласился оторваться от вкусного гостинца и подготовить для него купальницу), вынула из сундука подушку и одеяло и пошла обустраивать еще одно спальное место.
  Мой мохнатый помощник прав: иногда наша изба действительно напоминает постоялый двор - если путник нуждается в ужине и ночлеге, здесь он их обязательно получит.
  С виду мой домик кажется маленьким и скромным. Однако на самом деле его внутреннее пространство организовано так, что места хватает всем. В широких просторных сенях находятся шесть дверей. Одна ведет в горницу, где мы с Пафнутием принимаем визитеров, вторая - в мою личную спальню, третья - в комнату для гостей. Четвертая выполняет роль рабочего кабинета - в ней я варю зелья, наблюдаю через магические зеркала за подведомственной мне территорией и выхожу на связь с нужными людьми. Пятая, зачарованная, открывает проход в чудесную хижину на морском побережье, куда я периодически сбегаю, чтобы побыть в одиночестве и отдохнуть от забот и хлопот. Шестая же дверь, тяжелая, обитая мифрилом, закрыта на мощный магический замок, отпереть который могу только я. К слову сказать, в последний раз эта дверь открывалась почти полтора года.
  Признаться, в свое время я с некоторой надеждой прислушивалась к доносящимся из-за нее звукам, ждала, когда с другой стороны кто-нибудь постучит. Но время шло, звуки становились все тише, а потом исчезли совсем. Заветного стука я также не дождалась, а вскоре и вовсе перестала надеяться на то, что он в принципе когда-нибудь раздастся.
  ...Когда Слава улегся в постель, я осторожно заглянула к нему в комнату, чтобы пожелать спокойной ночи. В итоге мы с сыном проболтали еще целых полчаса. Он рассказал мне о своей службе, о причудах княжеских любимцев и внезапно взлетевших ценах на овес. О возлюбленной Катерине больше не упоминал.
  - Я не смогу надолго у тебя задержаться, мама, - сказал сын, когда я, в очередной раз пожелав ему приятных снов, собралась покинуть спальню. - Завтра в полдень уеду обратно.
  - Главное, не делай того, о чем будешь потом жалеть, - тихо ответила ему. - И отдыхай. А я подумаю, как тебе помочь без приворотных зелий, похищений и прочей ерунды.
  Мечеслав грустно улыбнулся и кивнул. Я же вышла из комнаты и направилась в свой кабинет.
  Задал ты мне задачку, дорогой ребенок! Однако над ней я поразмыслю чуть позже - через пару часов, во время купания в Русалочьем озере. Тамошняя магия здорово питает не только волшебный резерв, но и мозг, а потому в голову зачастую приходят очень интересные идеи. Сейчас же у меня есть еще одно важное дело.
  В кабинете я уселась за стол и придвинула к себе самое большое переговорное зеркало. Сколько там на часах? 23.17. Что ж, надеюсь, он уже дома.
  Толкнула прикрепленный к узкой овальной раме золоченый шарик, прошептала короткое заклинание. Стекло тут же подернулась голубоватой пеленой, и через пару мгновений в зеркальной глубине появилось лицо красивого рыжеволосого мужчины с янтарными змеиными глазами.
  - Гликерия? - радостно удивился мужчина. - Здравствуй, дорогая! Сто лет тебя не видел!
  - Привет, Захар, - с улыбкой кивнула я. - Так уж и сто? Года два, не больше.
  - Правда? Надо же!
  - Я тоже очень рада тебя видеть.
  - Это хорошо. Мне, конечно, хотелось бы думать, что ты вышла на связь потому как соскучилась по моей чудесной роже, однако я слишком давно и хорошо тебя знаю. Что случилось, Лика?
  Как же приятно с ним общаться! Поздоровался - и сразу к делу, без лишних слов и этикетных расшаркиваний. Впрочем, у них, драконов, это в крови - и ум, и сообразительность, и простота в общении.
  - У меня к тебе личное дело, Захар. Хочу пожаловаться на твоего сына.
  Лицо моего собеседника тут же поскучнело.
  - На какого именно? - как-то устало поинтересовался он.
  - А это ты определишь сам. Он никому не представлялся и человеческого обличия не принимал. Мне известно только то, что у него одна голова, буйный нрав и на удивление плохо со смекалкой.
  - Это Гордей, мой младший, - тут же определил Захар. - Редкостный балбес. Что он опять натворил?
  - Три поля пшеницы уничтожил. На Еремеевых землях.
  Взгляд главного Змея стал жестким. Собственно, это не удивительно. Если не ошибаюсь, у Захара с местным князем имеется договор о сотрудничестве.
  - Возместит, - сквозь зубы процедил старший дракон. - До последнего колоска.
  - Хорошо, - кивнула я. - Но это не все. Твой сын серьезно докучает одной из моих хранительниц. Тоже, кстати, младшей - Дарьюшке. Она мне сегодня сказала, что он летает над лесом и очень настойчиво зовет ее замуж.
  Змей улыбнулся и облегченно выдохнул.
  - Умеешь ты, Лика, напугать. Я уж было подумал, что на потом самое страшное приберегла.
  - То есть ты эту ситуацию стоящей внимания не считаешь?
  - Конечно, не считаю. Полетает, да перестанет. Дело-то молодое.
  - Так-то оно так, - усмехнулась я. - А только и тебе, и Гордею не стоит забывать, что Даша - не деревенская девка и не томная купчиха, чтобы охать и падать в обморок при виде огнедышащего дракона. Она - чародейка, причем, далеко не слабая. Надоест ей на Гордеевы виражи любоваться, засветит ему молнией промеж глаз, и станет на этом свете одним Змеем меньше, и на одного калеку больше. А Дарья уже на грани, Захар. Поговори с сыном, не доводи до греха.
  - И что мне ему сказать? Чтобы от яги отстал и дорогу к ее лесу забыл?
  - Зачем же так строго? - улыбнулась я. - Пусть спрячет крылья, примет человеческий облик, а уж потом замуж зовет. За ящера-то ни одна нормальная девушка выйти не согласится, а за добра молодца - еще подумает. Тем более сыновья твои, как на подбор, красавцы и богатыри.
  - Погоди, - в янтарных глазах Захара мелькнуло недоумение. - Гордей делал девушке предложение в змеином обличии?
  - Я тебе об этом уже десять минут талдычу.
  - Вот дурак! - покачал головой Горыныч. - Видать, правда зацепила его твоя Дарья. Да так зацепила, что он последний ум потерял.
  - Знаешь, у них, у молодых, это сейчас модно - строить отношения без мозгов, - усмехнулась я.
  - С сыном я поговорю, - серьезно сказал Захар. - И по поводу полей, и по поводу яги.
  - Поговори, - кивнула я. - Не забудь напомнить, чтобы деликатнее был, когда заново знакомиться пойдет. И чтоб не вздумал ее похищать. А то знаю я вас - сонное зелье под нос, мешок на голову - и ищи потом девку свищи в ваших горных хоромах.
  Щеки Змея тронул румянец.
  - Мы - драконы, - невинно развел он руками. - У нас так принято. Я, между прочим, сам по этому принципу женился. И ничего, с супругой уже много лет живем душа в душу.
  - Боюсь, Даше такой способ сватовства не понравится. Разнесет она ваши палаты до камешка, а мы с девочками еще добавим. Заметь, на вполне законных основаниях.
  - Да ладно тебе, - усмехнулся Захар. - Все будет, как надо. Ты же знаешь, семья у нас в целом приличная, дружная, обеспеченная, опять же. Да, некоторые наши обычаи непосвященных людей могут шокировать, но ничего дурного они в себе не несут.
  - Мне это известно.
  - И Дарье своей расскажи. На всякий случай. Я сына к ней через пару дней в нормальном виде отправлю, пусть сватается, как положено. Вдруг у них с Гордеем все сладится? Уж больно хочется этого дуралея в надежные руки сбыть!
  Ну да, у каждого свои интересы.
  - Кстати, Лика, - вдруг осторожно сказал Горыныч. - Я завтра вечером в Навь пойду. Касьяну от тебя привет передать?
  Я про себя фыркнула. Можно подумать, мои приветы ему нужны!
  - Не надо, Захар.
  - Как скажешь.
  - Спасибо, что ты меня услышал.
  Он улыбнулся и понятливо кинул.
  Я улыбнулась в ответ и быстрым пассом отключила магический переговорник.
  Что ж, это дело сделано. Завтра с утра надо будет пообщаться с Лешим-алкоголиком. А сейчас пора на озеро - набираться сил и свежих мыслей.
  
  ГЛАВА 3
  
  - Вот, Гликерия Афанасьевна, полюбуйся. Время - восемь часов утра, а он уже и выпил, и закусил, и спать улегся. Пьяница!.. И так две недели подряд!
  Судя по Марьиному боевому настрою, разобраться с запившим лесным хранителем она планировала окончательно и прямо сейчас. Купание в волшебном водоеме этой ночью затянулось, причем так, что ложиться спать уже не было смысла, а потому, переодевшись и высушив волосы, мы с ней сразу же отправились беседовать с лешим. Благо сил теперь, и волшебных, и физических, было много.
  Нарушителя Марьиного спокойствия нашли очень быстро. Забиваться под пни и коряги лесной хозяин в этот раз не стал, а устроился прямо на земле под большой раскидистой елкой.
  Спал он крепко, источая при этом такой аромат, что комаров действительно можно было не бояться.
  - Лика, ты это видишь?! - продолжила возмущаться яга. - Совсем стыд потерял! Где упал, там и отключился! А дальше что будет?
  А дальше все будет печально. Потому как резкий запах браги, которую употребил леший, был мне очень даже знаком.
  - Тебе не кажется странным, что хранитель спился так быстро? - задумчиво спросила я у Марьи. - Лешие, конечно, спиртное уважают, однако почти не хмелеют и норму свою помнят.
  - В семье не без урода, - мрачно ответила она. - Мой всегда был натурой увлекающейся. Будить-то его будем?
  Я кивнула. Марья подошла к спящему лешему и с раздражением потрясла его за плечо. Тот ожидаемо не отреагировал. Яга хмыкнула и быстро прочитала над ним коротенькое заклинание. Леший сладко захрапел.
  Хранительница хмыкнула снова, теперь уже недоуменно. Сделала пасс рукой и отправила прямо в голову спящего тонкую полупрозрачную стрелу. Магическое орудие долетело до его спутанных волос и растаяло в воздухе.
  - Лика, - испуганно пробормотала Марья, - такого раньше не было! Что это с ним? Заколдован, что ли?
  - Похоже на то, - мрачно ответила я. - Давай-ка теперь я попробую.
  Вдвоем мы перевернули лешего на спину. Я осторожно приподняла его голову и подула ему в лицо. Глаза хранителя медленно открылись. Вот только были они не болотно-зеленого цвета, характерного для любой лесной сущности, а небесно-голубыми, яркими и очень знакомыми.
  Стоило нашим взглядам встретиться, как в голове раздался голос, насмешливый и родной: "Когда же ты нагуляешься, сладкая?"
  От неожиданности я разжала руки, и леший, потеряв опору, бухнулся на землю. Радужка его глаз тут же вернула себе естественный цвет, а сам он растерянно захлопал редкими веточками-ресницами.
  - Ну здравствуй, Архип Григорьевич, - насмешливо сказала я. - Хулиганить изволишь?
  - Матушка, - растеряно пробормотал хранитель, - Гликерия Афанасьевна... А что же ты... А я тут... Ох...
  - Очнулся-таки соколик, - насмешливо провозгласила Марья, склоняясь над лешим с другой стороны. - Думал, я на тебя управу не найду?
  - Погоди, не бранись, - остановила я ее. - Его вины тут только половина, и за нее он еще ответит.
  Леший вздохнул и медленно перетек из лежачего положения в сидячее.
  - Ты, дядька Архип, хоть знаешь, что за дрянь в себя вливал? - поинтересовалась я.
  Хранитель грустно кивнул.
  - И зачем ты это делал?
  - Дык вкусная брага была, - виновато сказал он. - И сны от нее яркие, светлые...
  - А в жизни тебе яркого и светлого не хватает? - возмущенно воскликнула Марья.
  Леший вздохнул.
  - В напиток было зелье подмешано, - сказала я. - Особенное, сильное, с подчиняющим эффектом. И готовил его не простой зельевар, а тоже - особенный. Верно, дядька Архип?
  Хранитель опустил голову и снова кивнул.
  - Кто приносил тебе брагу? Вран или Серый? Впрочем... можешь не отвечать, это теперь не имеет никакого значения.
  - Лика, я ничего не поняла, - осторожно вмешалась Марья. - Что за зелье? Кому понадобилось опаивать моего лешего?
  Я глубоко вздохнула.
  - Есть, Марья, в подземном Навьем царстве один колдун, который любит шутки, интриги и сложные игры. Все у него с подвывертом да со скрытым смыслом. Иначе жить ему не интересно, понимаешь? А спаивать твоего Архипа Григорьевича никто не собирался. Больно он кому нужен, этот Архип Григорьевич! Его просто попросили послание передать. Настойчиво и своеобразным способом - так, чтобы он не знал ни кому это послание адресовано, ни то, о чем в нем говорится.
  - Какие сложности, - удивилась яга. - Послание, я так понимаю, предназначалось для тебя?
  - Правильно понимаешь. Считай, что от алкоголизма твой леший теперь излечился. Кстати, дядька Архип, - я сделала пасс рукой и метко набросила на хранителя тонкую серебряную сеть, которая тут же впиталась в его кожу. - Накладываю на тебя хмельной запрет. Ни капли спиртного в течение семи лет. У тебя была прекрасная возможность после первой же порции зелья все рассказать Марье. Думаю, она быстро бы догадалась обратиться ко мне, и не было бы ни запоя, ни других проблем.
  Архип Григорьевич послушно кивнул головой.
  - Это что же получается, - медленно сказала Марья, - мне тут лес едва не уморили только для того, чтобы тебе пару слов шепнуть?
  - Вроде того.
  Касьяна такие мелочи, как деревья, белки и лисицы никогда не волновали.
  Внутри у меня начал медленно раскручиваться клубок негодования.
  Отыскался, значит, дорогой супруг. Обратил внимание на то, что жена второй год дома не появляется. "Письмо", умничка, отправил. Правильно, самому же не по чину ноги бить, да к супруге пред ясны очи являться. А ну как загордится жена, да решит будто она для него что-то значит? Будто не букашка она ползучая, а нужная интересная личность.
  А уж формулировку-то какую чудесную подобрал! "Когда же ты нагуляешься". Это я, значит, погулять ушла. Ну-ну.
  - Матушка, - прервал мои размышления тихий голос лешего. - Гликерия Афанасьевна, господину-то передать что-нибудь?
  - Передай, - кивнула я. - Скажи ему, что он идиот. И шутки у него идиотские.
  
  ***
  Домой я вернулась как раз в тот момент, когда Мечеслав и Пафнутий заканчивали завтракать.
  - Что-то ты не в духе, Афанасьевна, - заметил кот, когда я влетела в избу, громко хлопнув дверью.
  - Слава, ты давно общался с отцом? - спросила у сына, усаживаясь за стол.
  - Давно, - ответил он. - А что?
  - Ничего, - фыркнула я. - Между нами сейчас сотни верст и переходов, а он все равно умудряется меня бесить.
  Слава с Пафнутием переглянулись, но благоразумно ни о чем спрашивать не стали.
  - Как прошло ежегодное пополнение резерва? - поинтересовался мой мохнатый помощник.
  - Нормально, - ответила, накладывая себе в тарелку овсяной каши. - Искупались, песни под луной спели, с русалками посплетничали. Все как обычно.
  - А по поводу моего дела ты что-нибудь придумала? - осторожно спросил сын.
  - Придумала, - кивнула я. - Но мне нужно сначала увидеть твою Катерину вживую. А еще лучше с нею познакомиться и побеседовать.
  - Думаю, я легко смогу это устроить.
  - Не нужно. Я сделаю это сама.
  - Как это? - удивился Мечеслав.
  - Пока не знаю, - пожала плечами. - Способов много, больше, чем ты можешь себе представить. К тому же, есть четкое предчувствие, что в ближайшие дни мне предстоит путешествие в стольный город.
  - И чего тебе дома не сидится? - недовольно пробормотал Пафнутий.
  Я мягко дотронулась до ладони Мечеслава.
  - Не грусти, мой хороший. Дай немного времени, и я тебе помогу.
  ...Сын, как и планировал, уехал сразу после обеда. Перед этим мы с ним еще пару часов побеседовали, прогулялись вместе к лесному озеру, наведались в гости к нашему лешему.
  Вскочив на коня, Слава, как обычно, пообещал приезжать в гости чаще, я, как обычно этому не поверила, однако благодушно улыбнулась и кивнула головой.
  Проводив сына, до пяти часов вечера занималась делами, а потом решительно пошла в спальню и вынула из сундука любимые белые босоножки и одно из своих "земных" платьев.
  - Куда это ты собралась? - Пафнутий мягко протиснулся в комнату через приоткрытую дверь.
  - Хочу пройтись.
  - Пройдись по лесу.
  - Мне нужно немного побыть одной, а в нашем лесу это нереально.
  - Ты была на Земле два дня назад.
  - И что? Если ты беспокоишься о границе, то это напрасно. Я еще раз проверила и укрепила все контуры. К тому же, если что-то вдруг случится, я сразу же об этом узнаю и прибуду обратно.
  - Лика, - взгляд Пафнутия стал серьезным. - Ты получила весточку от Касьяна?
  - Да, получила, - ответила, прячась за плотной ширмой, чтобы переодеться.
  - И что он от тебя хочет?
  - По всей видимости, желает, чтобы я вернулась домой.
  - И ты вернешься?..
  - Нет.
  Я подошла к зеркалу, распустила косы и быстро уложила волосы в простую аккуратную прическу.
  - Это послание тебя разозлило?
  Повернулась к коту лицом, глубоко вздохнула.
  - Представь себе. Муж по-прежнему остается единственным существом, способным вывести меня из себя. Знаешь, Пафнуша, я ужасно устала от его спектаклей. От сетей, которыми он, как паутиной, оплетает всех, кто находится в пределах его досягаемости. От постоянной демонстрации его силы и ума. Если Касьян хочет поговорить, пусть хотя бы раз за сорок лет нашего брака сам сделает мне навстречу шаг. А я за ним бегать больше не собираюсь, - вынула из сундука симпатичную красную сумочку и решительно направилась к двери. - Не скучай. К сумеркам вернусь обратно.
  
  ***
  До портала я добралась за десять минут. А миновав его, еще минут через пятнадцать, села в такси и поехала в центр города.
  Некоторым людям для восстановления душевного равновесия нужны тишина и одиночество, мне же, наоборот, требуется шум, музыка и городская суета. Вот и сейчас у меня появилось огромное желание пройтись по людным улицам, побродить по магазинам, может быть, сходить в кино или театр.
  Такси высадило меня у одного из городских парков, который находился через дорогу от одного из местных торгово-развлекательных центров.
  Вот и чудно.
  Я расплатилась с водителем, и уже собиралась направиться к пешеходному переходу, как вдруг меня окликнули:
  - Лика!
  Я обернулась на голос и невольно улыбнулась. У ограды парка стоял Дмитрий.
  Похоже, мои планы прогуляться по городу в одиночестве накрылись емкостью для стирки белья. И послать-то его неудобно - уж очень радостно улыбается.
  - Здравствуйте, Дима, - улыбнулась я в ответ. - Рада вас видеть.
  Он в два шага преодолел разделяющее нас расстояние, подошел ко мне вплотную.
  - Знаете, я ведь сегодня вечером вовсе не собирался гулять. А потом просто встал и отправился в парк. Мне почему-то подумалось: там я увижу вас. Хотя вы говорили, что надолго уедете из города.
  - Мне пришлось перенести поездку, - невозмутимо ответила я. - Сегодня я еще здесь, но завтра утром все-таки уеду.
  - До завтра еще есть немного времени, - заметил Дмитрий. - Если вы не против, я мог бы составить вам сегодня компанию.
  - Составьте, - согласилась я.
  В самом деле, почему бы и нет?
  Мой спутник сделал приглашающий жест рукой, и мы неторопливо пошли вперед по тротуару.
  - Куда бы вам хотелось пойти, Лика?
  - Все равно, - пожала плечами. - Я никуда не спешу.
  - Тогда предлагаю сначала поужинать. На этой улице есть очень уютное кафе с хорошей кухней, к тому же, там варят отличный кофе.
  - Замечательно.
  - А потом можно пройтись по парку - через пару часов начнется ежегодный фестиваль воздушных и водных фонариков. Думаю, это будет очень красиво.
  - Наверняка, - кивнула я.
  Идея провести вечер в компании этого мужчины с каждой минутой казалась все удачнее и удачнее.
  Спустя десять минут мы уже сидели за столиком пресловутого кафе - милого и действительно уютного. Там играла тихая приятная музыка, а по стенам были развешаны гирлянды с разноцветными огоньками.
  - Вы давно живете в этом городе? - поинтересовалась я у Дмитрия, когда официант принес нам тарелки с едой.
  - Вы можете называть на ты, Лика, - улыбнулся он.
  - Хорошо. Тогда от тебя я буду ждать того же.
  - Согласен. А по поводу твоего вопроса - я в этом городе не живу вовсе. Но он очень мне нравится, поэтому я часто приезжаю сюда на несколько дней.
  О, да ты путешественник, как и я.
  - А где же находится твой... мм... основной дом?
  - Далеко, - Дима сделал маленький глоток кофе. - Очень далеко. Там тоже здорово, но все совсем не так, как здесь. Иногда я думаю о том, что однажды перееду сюда насовсем.
  - Отчего же ты не сделаешь это прямо сейчас?
  - Там у меня есть еще много дел - весьма серьезных, которые я не могу перепоручить никому другому. Нужно сначала найти преемника, а уже потом кардинально менять образ жизни, - он вдруг поднял глаза и посмотрел на меня долгим серьезным взглядом. - Возможно, теперь я займусь его поисками по-настоящему.
  Этот взгляд почему-то меня смутил.
  Я кивнула и с повышенным интересом уставилась в свою тарелку.
  - Сейчас я гощу у двоюродного брата, - продолжил Дмитрий. - Однако через неделю-две мне придется вернуться домой. Лика, как долго будет длиться твоя поездка? Быть может, мы успеем встретиться еще хотя бы раз?
  - Не знаю, Дима, - честно сказала я. - Не хочу тебя обманывать. По правде сказать, я понятия не имею, какие дела у меня могут появиться завтра. Так что "командировка" может затянуться.
  - Понятно, - кивнул он. - Значит, будем наслаждаться нынешним моментом.
  
  После ужина мы отправились смотреть фонарики. К тому времени, как вошли в ворота парка, небо уже потемнело, и в аллеях собралась большая толпа любителей ночных зрелищ.
  Чтобы не потеряться среди гуляющих горожан, нам пришлось взяться за руки - Дима просто сжал мою ладонь и не отпускал ее до самого конца прогулки. Это прикосновение вызвало у меня прилив нежной благодарности.
  Как же давно никто не держал меня за руку! Я и забыла насколько это здорово - просто гулять по улице с красивым приятным мужчиной.
  Вместе с остальными участниками фестиваля мы посмотрели выступление уличных танцоров и музыкантов, а когда пришло время запускать в небо фонари, громко аплодировали поднявшейся в воздух яркой флотилии. Затем, влекомые шумной веселой толпой, спустились к озеру. Там какой-то смешной взъерошенный парень протянул нам маленькую лилию из пенопласта и гофрированной бумаги, в центре которой находилась крошечная свечка в жестяном кругляше. У стоявших неподалеку мужчин мы раздобыли коробку спичек, и через мгновение в нашем распоряжении оказался симпатичный водный фонарик.
  - Говорят, если, отправляя такой фонарь в плавание, загадать желание, оно непременно сбудется, - сказал мне Дима. - Попробуем?
  И мы попробовали. Вместе опустили его на воду, легко подтолкнули вперед. Выпуская этот импровизированный кораблик из рук, я загадала то, что было единственным моим желанием на протяжении многих лет: пусть всё у всех будет хорошо.
  Дмитрий тоже что-то пожелал, однако, судя по его задумчивому лицу, это было нечто личное и гораздо менее абстрактное.
  Потом снова были музыка и танцы, вино в соседнем ресторанчике, шутки и разговоры о забавной ерунде.
  Когда стрелки на моих наручных часах показали первый час ночи, я засобиралась домой. От предложения Димы проводить меня до дома категорически отказалась. В самом деле, куда бы он меня проводил? К лесу? Боюсь, это серьезно изменило бы его ко мне отношение.
  - Спасибо за чудесный вечер, - сказала своему спутнику, когда за мной приехало такси. - Мне давно не было так легко и весело.
  - Мне тоже, - улыбнулся Дмитрий. - Знаешь, я очень хочу увидеть тебя еще раз. Ты такая...
  - Волшебная?
  - Не смейся, я говорю серьезно. Да, волшебная. Быть может, ты дашь мне свой номер телефона? Я бы с удовольствием тебе позвонил.
  - Я могу дать тебе номер, но звонить на него смысла нет. Он все время будет или выключен или вне зоны действия сети.
  - Почему?
  - Там, куда я завтра уеду, проблемы с мобильной связью.
  - То есть связаться с тобой невозможно?
  - Вроде того. Не обижайся, но встретиться в следующий раз мы можем только случайно. Как сегодня.
  - Случайности никогда не бывают случайными, - серьезно сказал Дима. - Если кто-то всезнающий снова сведет нас вместе, значит, в этом есть глубокий важный смысл.
  ...Домой я вернулась довольная и очень уставшая. Бессонная ночь на Русалочьем озере, активный трудовой день и не менее активная прогулка все-таки дали о себе знать. Поэтому, переходя из одной реальности в другую, думала только о том, как быстрее забраться под одеяло.
  Однако, войдя в избу и увидев встревоженные глаза Пафнутия, поняла, что свидание с кроватью откладывается.
  - Вовремя ты пришла, - нервно заметил мой помощник. - Я уж было хотел гонца за тобой посылать.
  - Что-то случилось?
  - От Глафиры поступил сигнал о помощи. На северо-восточной границе прорыв.
  Твою ж мать.
  - Кто?
  - Нежить, - кот вздрогнул. - Полчища.
  
  ***
  В северо-восточном лесу я была уже через несколько секунд. Прямо в горнице открыла портал и, не тратя время на переодевание, шагнула в его сверкающий омут.
  На Глашиной территории действительно творился ад. На мгновение меня оглушил трубный рев и топот тысяч ног. Еще секунда понадобилась для того, чтобы оценить обстановку и сообразить, что нежить так орать и шлепать пятками не может.
  Пафнутий снова все перепутал - на эту сторону границы напали вовсе не ожившие мертвецы, а чудовища, причем, судя по их зеленой коже и шипастым головам - иномирные. А это гораздо хуже простого нашествия зомби.
  Темное ночное небо ежесекундно прорезали вспышки заклинаний, ими шумную воинственно настроенную толпу щедро забрасывали целых три чародейки - Глафира, Настасья и Аграфена. Видать, дела у девчонок были совсем плохи, раз они вызвали на помощь еще и меня.
  Быстрый пасс рукой, и я оказалась рядом с ними, одновременно выстраивая защитный купол, чтобы дать волшебницам минуту передышки.
  - Лика! - воскликнула Глаша. - Слава небесам!
  - Что произошло? - быстро спросила я.
  - Черные источники, целых две штуки! Один я ликвидировала, второй не успела. Пока возилась с первым, в нем открылся портал, и из него полезла эта погань. Она голодная и жутко злая. Я накрыла лес защитной сферой, дабы эти красавцы не смогли подобраться к окрестным деревням, но они так сильны и настойчивы, что я одна против них долго бы не выстояла.
  - Мы никак не можем пробиться сквозь эту толпу, чтобы проникнуть к источнику и закрыть портал, - добавила Настасья. - Три часа уже бьемся, кучу чудовищ развеяли, а они все лезут и лезут. Помогай, Афанасьевна, свежие силы позарез нужны.
  Пока они говорили, я внимательно рассматривала тварей - теперь они облепили наш купол и методично пытались его разрушить.
  - Что у этих ребят есть кроме когтей и шипов? - спросила я у девочек.
  - Неуемный аппетит, - усмехнулась Аграфена. - И желание крушить все, что попадается на пути. Если же тебя интересует есть ли у них магия, то - нет, они ее не имеют. Берут только крепкой шкурой и количеством.
  Хм...
  Сделала пасс и швырнула в сторону двоих ближайших пришельцев боевое заклинание. Чудовища вспыхнули и растворились в воздухе. А через пару секунд появились где-то в последних рядах - я совершенно ясно увидела, как в воздухе мелькнула зеленая искра, и на место погибших монстров встали другие.
  Бросила взгляд на хранительниц. Они стояли с те ми же усталыми лицами и, похоже, ничего странного не замечали.
  Или не могли заметить.
  Внутри неприятно зашевелилось нехорошее предчувствие, а в памяти всплыла картина из относительно недавнего прошлого.
  ...Девятнадцатилетний Мечеслав, злой и мокрый от пота, сражается с толпой темнокожих рогатых существ. В ход идет и магия, и меч, и кулаки, однако противников меньше не становится - на смену убитым тут же приходят другие.
  Мы с Касьяном стоим на балконе и наблюдаем за боем - я с тревогой, муж - с удовлетворением.
  - Они его не поранят?
  - Нет, сладкая. Это всего лишь тренировочная материальная иллюзия.
  - Этих тварей бесконечное число! Как же Слава сможет их победить?
  - Ему не нужно их побеждать. Цель такого боя - выяснить, сколько времени Мечеслав способен продержаться в битве. И знаешь, его успехи меня очень радуют...
  Иллюзия. Ну конечно.
  Очередной привет от дорогого супруга? Наверняка. У черного источника, скорее всего, никакого портала нет, зато там лежит артефакт, который и создает этих зеленых шипастиков. А еще сидит тот, кто принес этот самый артефакт в лес.
  - Девочки, стойте здесь, - сказала хранительницам. - А я попробую добраться до источника.
  - Лика, не надо, - Глафира испуганно схватила меня за локоть. - Нужно придумать что-нибудь еще. Эти чудища очень опасны! А ну как они тебя разорвут?
  - Не разорвут, - криво усмехнулась я, осторожно освобождаясь из ее захвата. - У меня перед ними есть некоторое преимущество.
  Щелкнула пальцами, и орущую толпу прорезал длинный светящийся коридор. Монстры тут же принялись скрести когтями его серебристые стены, однако толку от их потуг не было ни на грош.
  - Я быстро, девочки. Шипастиков больше не бейте, лучше поддерживайте защитный купол.
  Коридор миновала быстрым шагом буквально за десять минут. Потом еще столько же потратила на ликвидацию черного источника (был он, к слову, так себе, не очень-то и мощный. Если б не неведомый доброхот, особых проблем этот мини-гейзер Глаше бы не доставил) и поиски артефакта иллюзии. Искомый камень, гладкий и неожиданно светящийся бирюзой, обнаружился в прямо в траве. Стоило взять его в руки, как он слабо мигнул и погас, превратившись в обычный кусок породы.
  Теперь осталось найти посла доброй воли.
  - Ну и где ты прячешься? - устало спросила я, обернувшись к виднеющимся в темноте елкам. - Выходи по-хорошему.
  - Вот он я, матушка.
  С ветки одного из деревьев неслышно слетела большая птица. В полете она ловко перекинулась через голову, и на землю вместо нее мягко опустилась человеческая фигура.
  - Вран, ты что ли?
  - Я, Гликерия Афанасьевна.
  Фигура вышла на свет моего магического коридора и оказалась невысоким худощавым мужчиной с бронзовой кожей и черными, как смоль, волосами.
  - И как все это понимать? - беззлобно поинтересовалась я, кивнув сначала на деактивированный артефакт, а потом на то место, где минуту назад стояли полчища монстров.
  - Касьян Трипетович кланяться велел, - почтительно склонил голову давний слуга нашего семейства. - А еще спросить, когда ты, матушка, обратно домой воротишься? Хозяину с тобой потолковать нужно.
  О! Знать Марьюшкин леший передал-таки супружнику мой ответ на его послание.
  - А отчего же вы с Касьяном Трипетовичем вместо того, чтобы задать свои вопросы мне напрямую, устроили такой балаган? Слабых женщин побеспокоили, среди ночи разбудили, волноваться, опять же, заставили.
  - Это они-то слабые? - вытаращил глаза Вран. - Твои хранительницы, матушка, так иллюзии магией поливали, что, я уж думал, и мне самому достанется.
  Достанется, не сомневайся. Узнает Глафира на кого она с подругами столько сил потратила, жаркое из тебя приготовит.
  - А обратиться лично к тебе, Гликерия Афанасьевна, у меня не было никакой возможности. Я ж вроде как нечисть, а на твои границы от нечисти чары наложены.
  - На этом лесу висят точно такие же чары, - заметила ему.
  - Такие да не такие, - возразил Вран. - Эти в разы слабее будут. Простых анчуток они действительно на расстоянии держат, а мне их взломать - раз плюнуть. У тебя же защита, что стена каменная, не взять ее никак. Пришлось в обход идти. А к яге твоей я за помощью обращаться побоялся.
  Стукнуть его, что ли? Побоялся он, врун крылатый. Впрочем, по собственному почину Вран Воронович такую свистопляску бы не устроил, оборотень он хитрый, но тихий. Тут затейник другой.
  - Хорошо, - кивнула я. - Залететь на территорию моего леса ты не смог. Однако это, по сути, вовсе не обязательно. У твоего господина в мою избу есть прямой доступ. Отчего же он им не воспользовался?
  В глазах мужчины мелькнул испуг.
  - Что ты, матушка! Как можно? По чину ли это Касьяну Трипетовичу?
  - А почему бы и нет? - начала заводиться я. - Он хочет поговорить? Я не против. Пусть сам ко мне придет и выскажет все, что желает. Для родной жены можно разок задницу от кресла оторвать. Так ему и передай.
  - Передам, - со вздохом кивнул Вран. - Ох и рассердится же господин...
  - Это его дело.
  - ...даже больше, чем сегодня, когда он узнал, матушка, что ты, мужняя жена, с чужим мужчиной вино пила и за руку держалась.
  Нарастающее раздражение превратилось в откровенную злость.
  - Вот значит как, - нарочито спокойно сказала я. - Давно ли, Вран, у твоего господина память отшибло? Забыл, как сам в отсутствие жены куролесить изволил? Только я в лес переехала, как он весь дворец девками забил! Что ты на меня таращишься, Воронович? Мне о всех его похождениях в подробностях докладывали. И о княжне краденой, и о ведьмах заморских, и о многом другом. Знаешь, Вран, что-то мне подсказывает - со всеми этими женщинами Касьян, женатый мужчина, вел себя гораздо свободнее, нежели я с Дмитрием.
  Теперь собеседник смотрел на меня едва ли не с ужасом.
  - Что ты матушка, что ты! - воскликнул он. - Неправда все это. Не изменял тебе господин, даже не думал!
  - Было бы странно, если б ты сказал мне что-нибудь другое, - хмыкнула я. - Ладно, хватит лясы точить. Касьяну передай, что в Навь я не вернусь. Если он хочет поговорить, опять же, пусть приходит ко мне сам. Заодно и развод наш обсудим. Кстати. Коль еще раз вы с Трипетовичем на подведомственных мне землях свистопляску устроите, общаться будем по-другому. Ты меня услышал?
  - Услышал, матушка.
  - Вот и хорошо. Бывай, Вран.
  
  ГЛАВА 4
  
  - Помнишь, Афанасьевна, было у тебя на днях предчувствие, будто ты в скором времени в стольный город соберешься?
  - Ну?
  - Так вот, время это, кажись, пришло.
  Вздохнула и сделала глоток кофе.
  После беседы с Вороновичем домой я вернулась настолько уставшая, что, сбросив на пол платье и туфли, рухнула на кровать и мгновенно заснула. В себя пришла ближе к десяти часам утра, а потом до вечера почти с наслаждением занималась обычными делами.
  Поэтому сегодня, на следующий день, чувствовала себя легко и хорошо.
  - Что опять случилось?
  - Ничего страшного, - поспешил ответить Пафнутий. - Иван Никифорович, княжеский колдун, письмецо через нашего гуся передал. Пишет, что на одного из молодых барчуков хворь напала. Вроде как проклял кто-то парня, да так сильно, что он облик человечий почти потерял.
  - Шерстью оброс да рога отрастил?
  - Нет, внешность у него, вроде, не изменилась. Он только воет по-звериному, бегает на четвереньках и ходит под себя.
  Ого! Видать, сильно юноша кому-то насолил.
  - А что, Никифорович сам справиться не способен?
  - Кто его знает, может, и способен. Пишет: посоветоваться надо. Он хотел было его к тебе в лес привезти, да родные не позволили. Стыдно им и страшно - вдруг кто знакомый парня в таком непотребном состоянии заприметит? Обещали щедро заплатить, если целительница сама к ним в палаты придет.
  - Можно подумать, мне нужны их деньги.
  - Копейка лишней никогда не будет, - наставительно сказал Пафнутий. - Заодно к аптекарю зайдешь, травок кое-каких купишь.
  - Ты опять в моем огороде гориславку с заморским сорняком перепутал?
  - Да ладно тебе, Афанасьевна, - смутился кот. - Я ж не нарочно. Правда. Уж больно они похожи и пахнут почти одинаково.
  - И что же, ты ее всю изничтожил?
  - Ну... почти.
  Ясно.
  - Вот и шел бы к аптекарю сам. Человеческим обликом я тебя обеспечу.
  - Ну Лика! Сходи, будь ласка. А я за зеркалами твоими присмотрю. Лесавок, опять же, развлеку, путников, если вдруг явятся, встречу.
  - Черт с тобой, - махнула я рукой. - Корзинку мне собери. Пойду с Иваном Никифоровичем общаться.
  На самом деле, перспектива прогуляться по стольному граду была не так уж и плоха. С земным мегаполисом данный населенный пункт, конечно, не сравнится, однако есть в нем своя необъяснимая прелесть, а также чудесная атмосфера, которая лично мне очень по душе.
  Так уж вышло, что наше Великое княжество имеет очень интересное географическое расположение. Находится оно в крайней западной точке континента и от остальных царств-государств отделяет его узкий горный перешеек. На карте княжество смотрится очень забавно - словно сжатый кулак, соединенный с остальным сообществом отставленным большим пальцем.
  К слову сказать, политическое устройство нашей страны тоже напоминает кулак - в южной части находится Центральный удел со стольным градом Одрином и резиденцией правителя - великого князя, а от него, словно персты одной ладони, отходят малые уделы, которыми управляют князья-наместники.
  Между тем, самое интересное в нашем государстве в том, что граничит оно как минимум с семью параллельными реальностями. С древности повелось, что охраняют эти границы магически одаренные женщины, а помогают им в этом все живущие окрест духи и сущности.
  Впрочем, с течением времени обязанности хранительниц претерпели массу изменений - перечень их стал больше, а степень ответственности выше. Кроме соблюдения спокойствия на границе, каждая привратница-яга должна живо откликаться на просьбы местного магического сообщества, которое, к слову, развито в нашем Великом княжестве очень неплохо. Собственно, во многом благодаря помощи чародеев в городах и селах относительно чисто и спокойно.
  Сфера моего влияния - южное княжество и южная же магическая граница, потому в "приятелях" у меня имеются не только сельские колдуны, но и столичные. Дружим мы крепко, а друзьям, как известно, нужно помогать.
  ...Топать до Одрина пешком не хотелось, поэтому я перенеслась к его крепостным стенам порталом. Дабы не привлекать к себе лишнего внимания, накинула перед отправкой личину, а потому городские ворота перешагнула в образе кругленькой благообразной старушки в стареньком опрятном сороке.
  До дома княжеского колдуна шла неторопливо, наслаждаясь погодой и столичной суетой. Я хоть и живу относительно уединенно, а городской шум очень и очень люблю. Крики уличных торговцев, скрип повозок, топот лошадиных копыт и возгласы местных сплетников сливаются для меня в одну веселую многоголосую песню, слушать которую - одно удовольствие. По улицам княжеской столицы бродить тоже весьма приятно - дороги ее аккуратно вымощены ровными камнями, дома чисты и нарядны (по крайней мере, на центральных улицах точно. На окраинах, конечно, все выглядит совсем иначе), палисадники душисты и ухожены.
  Когда до высокого каменного забора, скрывавшего нужное мне жилище, оставалось несколько минут ходьбы, я отправила Ивану Никифоровичу ментальный сигнал - чтоб потайную калитку открыть приказал, а еще лучше, оставил на время свои важные дела и вышел мне навстречу сам.
  Последнее предложение чародею явно понравилось больше - стоило мне приблизиться к его дому, как оказалось, что вдоль ограды уже маячит знакомая долговязая фигура, укрытая пологом невидимости.
  Это и понятно - дело-то у нас деликатное, а княжеский маг - фигура очень заметная. Одна его внешность чего стоит: высокий, жилистый, с длинной седой бородой, крупным носом и цепкими серыми глазами. Как нарядится в свою форменную мантию - вылитый звездочет из древних легенд.
  Я с невозмутимым лицом прошла вдоль забора, а потом ловко скользнула под магический полог.
  - Здоров будь, Иван Никифорович.
  - И тебе здравствовать, Гликерия Афанасьевна, - улыбнулся старик. - Спасибо, что откликнулась на мой зов.
  - Было б за что. Рассказывай, что стряслось-то?
  - Может, прежде в гости зайдешь? Чайку выпьем, варенья свежего попробуем? Негоже на пороге дела обсуждать.
  - Не серчай, Иван Никифорович, а только рассиживаться мне у тебя некогда, - покачала я головой. - Сам понимаешь, забот и хлопот мало никогда не бывает.
  - Понимаю, - кивнул головой волшебник. - Тогда пошли потихоньку к дому нашего пациента, а я тебе по дороге все и расскажу.
  - Так будет лучше всего.
  Не снимая полога мы неспеша пошли вперед вдоль городских построек. Сразу же стало понятно - Никифорович ведет меня в самый богатый район Одрина, туда, где располагались столичные дома знатных вельмож.
  - А случилось у нас вот что, - начал рассказывать старый чародей. - Проклятый наш - сынок второго княжьего советника. Парень он, в целом, неплохой, умом тоже, вроде бы, не обделен, однако избалован до нельзя, сызмальства привык, что все его капризы тот час же исполняются. Один он у отца с матерью, залюбили они его - страсть. Детина он теперь взрослый, а своевольный и озорной. То в карты в пух и прах проиграется, то забавы ради в окно к какой-нибудь девице средь бела дня влезет, то дебош в трактире устроит. А тут на днях перебрал с дружками хмельного вина, да и пошел приключения на свою голову искать.
  - Я так понимаю, приключение он себе нашел.
  - Нашел, - фыркнул Иван Никифорович. - Тут неподалеку, на углу у рыночной площади, есть кондитерская лавка. Хорошая такая лавка, пирожные там бесподобные, а пироги с капустой и вовсе объедение. Прислуживает в этой лавке девица одна, круглая сиротка. Полы моет, товар по полкам раскладывает, заказы по адресам разносит. Никого у нее нет, только бабка престарелая.
  - Я угадаю, - со вздохом сказала чародею. - Эта девушка попалась нашему золотому мальчику на пути, и он над нею надругался. Верно?
  - Верно, - грустно кивнул маг.
  - Один или с приятелями?
  - Один. Бабка бедняжки этой пришла было к его отцу жаловаться, а тот ее со двора прогнал. А на следующий день сын его на четвереньки встал и волком завыл.
  Что ж, по делу и награда.
  - Со старухой вельможа еще раз разговаривал?
  - Нет, - качал головой Иван Никифорович. - Он, Гликерия Афанасьевна, про нее и не вспомнил. Были у его сына другие недоброжелатели, которые тоже могли проклятие наслать - проказы барчука многим поперек горла стояли. Это только я знаю, что заклятие бабка изнасилованной служанки наложила. Разум у парня прежний остался, воспоминания, опять же, очень яркими оказались. Так что сложить один и один было совсем не сложно. Вот только кроме тебя, матушка, я об этом никому не сказал. И говорить не буду.
  Правильно, иначе этот второй советник и старуху, и внучку ее со свету сживет, а ведь они в данном деле - сторона как раз пострадавшая. К тому же, сама ведьма вряд ли сможет снять свое же проклятие. Наверняка она накладывала его в сердцах, а значит действовала в полную силу.
  - И что, проклятие такое сильное, что ты сам снять его не можешь?
  - В принципе, могу, - ответил колдун. - Но, во-первых, не вижу необходимости делать это так скоро. Пусть великовозрастный оболтус осознает, что за свои поступки нужно платить. Во-вторых, не знаю, как обстряпать дело так, чтобы и овцы были целы, и волки сыты. Сиротку поруганную очень жаль, хочется, чтобы эта грязная история закончилась справедливо. И барчука в таком состоянии оставлять нельзя, чай, не дурачок он деревенский, а наследник влиятельного рода, который, не последнюю роль при княжеском дворе играет. Так что парня нужно не только в человеческий облик привести, но и с сознанием поиграть, чтобы жертве его худо не стало, когда к нему способность говорить вернется. А я, Гликерия Афанасьевна, в тонкие материи вторгаться боюсь, чтоб ненароком не навредить. Да и с родителями воспитательную работу требуется провести. Им, конечно, неоднократно говорили, что сыну их требуется мозги хорошенько вправить, да толку от этого не было никакого.
  Что ж, мне все понятно.
  - Не переживай, Иван Никифорович, - улыбнулась я. - Что-нибудь придумаем. Главное - покажи мне проклятого парня.
  - За этим дело не станет, - в ответ улыбнулся старик. - Мы уж к нему пришли.
  Дом, в котором обитала семья второго княжеского советника, оказался одним из самых больших и роскошных особняков города. Мы обошли его кругом, и возле задних ворот Никифорович снял-таки с нас свой магический полог. Сразу после этого в воротах отворилась небольшая калитка, и через нее мы попали на задний двор. Там уже стоял невысокий серьезный мужчина, который почтительно поклонился и проводил нас в сам дом.
  Стоило переступить порог, как навстречу поспешили хозяева - вельможа и его жена. Знакома с ними я не была, хотя в городе видела неоднократно - во время праздничных народных гуляний они всегда находились по левую руку от великого князя. Сейчас супруги выглядели куда как печальнее, чем в те веселые дни - у каждого из них явно прибавилось морщин и седых волос.
  - Прошу любить и жаловать - Гликерия Афанасьевна, - представил меня княжеский маг.
  В затравленных взглядах измученных родителей появилась надежда.
  - Золотом вас с ног до головы осыплем, - тихо сказала мать непутевого барчука. - Звезду с неба достанем, любое желание выполним. Только помогите. Ради всего святого, помогите.
  В ее голосе и во всем уставшем облике просматривалась такая боль, что мне стало очень жаль эту женщину.
  - Отведите меня к вашему сыну, - попросила я.
  Советник кивнул давешнему слуге, и нас повели через многочисленные комнаты и переходы куда-то в глубину дома. Спустя несколько минут мы все вместе вошли в большую богато обставленную комнату, посреди которой находилось странное сооружение из перин, подушек и одеял, очень напоминающее гнездо.
  - Данилушка, сынок, выгляни на минутку, - негромко позвал отец. - К тебе пришли гости.
  Гнездо зашевелилось, и из него показалась лохматая рыжеволосая голова с веснушчатым лицом и большими карими глазами, в которых плескалась та же боль и усталость, что и у советниковой супруги. Пару секунд парень внимательно нас рассматривал, а потом вдруг поднял нос к потолку и громко протяжно завыл. Его мать коротко всхлипнула.
  Что ж, Иван Никифорович был прав. Данилушка действительно "отбывает наказание" за свой мерзкий отвратительный поступок. Заклятие на него наложили с душой, однако, снять его не так уж сложно. Впрочем, тут ведь главным является воспитательный момент.
  Я подошла к парню ближе, присела перед на корточки. Он тут же выбрался из своего логова, по-собачьи улегся у моих ног.
  - Ты ведь понимаешь, что натворил, верно? - тихо спросила я у него.
  Проклятый горестно вздохнул.
  - Хочешь снова стать нормальным человеком?
  Его ресницы захлопали, как крылья маленькой птахи.
  - Тем, кем был прежде, ты уже не будешь, - строго сказала я. - Да и вину свою придется искупить. Понял?
  Парень кивнул головой и потерся щекой о мое колено. Я тихо прочла заклинание, осторожно дунула на копну его спутанных кудрей, а потом встала во весь рост повернулась к затаившим дыхание родителям.
  - Сын ваш совершил ужасный поступок, - серьезно сказала им. - Он силой обесчестил беззащитную девушку. Та девушка была не простой - на ней стояла родовая охранная метка, которая накладывает сильнейшее проклятие на того, кто осмелится нарушить ее чистоту, не вступив при этом с нею в брак.
  Советник с женой побледнели.
  - К нам недавно приходила пожилая женщина, - пробормотал вельможа. - Она говорила, что Данила обидел ее внучку.
  - Видимо, старушка хотела вас предупредить, - с грустным видом подыграл мне княжеский маг. - Надеюсь, вы внимательно ее выслушали?
  Цвет лица хозяина дома начал отливать синевой.
  - Я прогнал ее вон, - глухо произнес он.
  - Вам необходимо отыскать несчастную девушку, - строго сказала я. - И уговорить ее выйти за вашего сына замуж. Как только совершится брачный ритуал, проклятие падет, и Данила снова станет прежним.
  И даже немного лучше. По крайней мере, спиртное он пить больше не будет никогда, да и к девушкам станет относиться гораздо уважительнее.
  - Мы ее найдем, - решительно кивнула советникова жена. - Этим же вечером сватов зашлем.
  - Хорошо, - кивнула я. - Но помните об одном - в вашем доме молодая невестка не должна чувствовать никакого стеснения. Если она вдруг ощутит себя чем-то обиженной, ваш сын снова встанет на четвереньки и завоет, как лесной зверь.
  - Когда все закончится, я бы посоветовал вам определить Данилу в княжескую дружину, - вставил Иван Никифорович. - С воеводой я поговорю. Думаю, он не откажет.
  ...Из дома второго советника мы вышли в приподнятом настроении и с тяжелыми кошелями, под завязку набитыми золотыми монетами. Плату за "лечение" я взяла сравнительно небольшую, и то лишь для того, чтобы не вызывать лишних подозрений. Пафнутий наверняка начнет ворчать, что я свой труд ценю очень дешево.
  - Устроит тебя такое положение дел, Иван Никифорович? - поинтересовалась у мага, когда мы удалились от особняка на более-менее приличное расстояние.
  - Вполне, - кивнул он. - Обесчестил девицу - изволь жениться. Спасибо, Гликерия.
  - Пожалуйста. Обращайся, если что.
  На ближайшем повороте мы расстались. Чародей пошел к себе, а я отправилась в поход по аптекам. Перед тем, как идти в город, я благополучно забыла проверить, что еще кроме злосчастной гориславки выполол в огороде мой кот, и теперь меня терзали серьезные подозрения, что одной травкой потери не обошлись. Дабы не бегать в Одрин дважды, я обошла почти десяток лекарственных лавок и накупила целую корзинку трав и порошков, которые в перспективе можно использовать при изготовлении волшебных зелий.
  Затем (раз уж я все равно в городе) зашла еще в несколько лавок и приобрела для себя любимой пару ниток симпатичных ожерелий и очаровательную белоснежную сорочку. Хотела заглянуть в гости к сыну, но в последний момент передумала - наверняка у него много своих собственных дел, так зачем же я буду его отвлекать?
  Когда все запланированные дела были сделаны, я отправилась домой. Сгорбившись под тяжестью корзины с покупками, вышла из городских ворот и медленно побрела по проселочной дороге к ближайшему перелеску. Там можно будет снять личину, открыть портал и перенестись прямо к избе.
  Что ж, сегодняшний день определенно прошел не зря. Надеюсь шебутной Данилка сделает выводы из случившейся с ним истории. А по поводу дружины Никифорович здорово придумал. Слава "золотых" мальчиков страсть как не любит, поэтому дурь из него выбьет быстро и с удовольствием.
  Хм, а небо-то уже вот-вот заалеет. Долго же я в городе пробыла! Надо бы прибавить шаг.
  Только подумала, как моя нога попала в невидимую глазу выбоину, а сама я едва не грохнулась на дорогу. Но от падения и возможной травмы коленной чашечки меня спасли чьи-то сильные руки - вовремя подхватили под локоть и помогли удержаться на месте. Слева тут же раздался нежный девичий голосок:
  - Ты не ушиблась, бабушка?
  Повернула голову и невольно улыбнулась - надо мной склонилась тоненькая, очень миловидная девушка.
  - Спасибо, милая, - ответила ей, - твоими стараниями ушибиться я не успела.
  - Корзинка твоя, наверное, очень тяжела, - заметила девушка. - Позволь, бабушка, помочь тебе ее донести.
  - А сдюжишь, красавица? - усмехнулась я. - Ты ж худенькая, как воробышек.
  - Сдюжу, - засмеялась незнакомка, забирая мою ношу. - Это только кажется, что меня ветром может унести. На самом деле я и не такую тяжесть перенесу.
  Она легко перекинула мои покупки из руки на руку и наравне со мной зашагала вперед по дороге.
  А девка-то хороша! Кожа нежная, как яблочко, губки алые, волосы светлые, в толстую косу заплетены, а уж глазищи-то, будто озера северные. И, судя по всему, не от простых людей этот воробышек народился. Одежда на ней вроде обычная, без особых прикрас, а вот узор на рукавах явно дорогим шелком вышит, да и серьги в ушах совсем не грошик ломаный стоят.
  - А что же ты, милая, за городом-то одна гуляешь? - поинтересовалась я. - Вечер уж на дворе. А ну как дома тебя хватятся? Или лихие люди на дороге повстречают?
  - Дома меня не хватятся, - ответила девушка. - Некому хвататься. Отец на службе занят, а слуги, если что, знают, где меня искать. Разбойников я не боюсь, их тут, слава небесам, лет двадцать уж нет.
  - А куда ж ты путь свой держишь?
  - В приграничный лес. К бабе яге.
  Ого! Это ко мне, значит?
  - Что же тебе от этой ведьмы понадобилось?
  Девушка вздохнула.
  - Дело у меня серьезное. Очень ее совет нужен.
  - Именно ее? Больше никто тебе помочь не может?
  - Видимо, больше никто.
  Теперь я смотрела на нее с удвоенным интересом.
  - Чтобы попасть в ее избу, нужно глухими тропами пройти, болота миновать, от Лешего да оборотней убежать. Подумай хорошенько, так ли нужна тебе яга, чтобы через все эти ужасы пройти?
  - Не отговаривай меня, бабушка. Я долго думала, прежде чем в этот путь отправиться. Но сил моих больше нет, моченьки никакой не осталось. Очень нужно колдуньей побеседовать.
  Вот тебе и воробей! Тонка, как тростинка, а силы и решимости, будто у бывалого витязя. И корзину мою безропотно тащит. Аж ногу чуть приволакивает, да горбится маленько...
  - А как, милая, тебя звать-величать? - спросила я, осененная внезапной догадкой. - И какого ты роду-племени?
  - Катериной меня зовут, - ответила помощница. - А батюшка мой - княжий сокольничий.
  Вот это да! Уж не Славушкина ли это зазноба?
  Что ж, вот мы и познакомились.
  Катя права - поговорить нам определенно стоит. Но тут ей нужно помочь, сама она в нашем лесу быстро собьется с пути и до избушки моей три года будет добираться.
  - Хорошая ты девушка, - сказала я. - За твою доброту и я добро тебе сделаю. А ну-ко дай мне мою корзину.
  Пару секунд покопалась среди склянок и свертков и извлекла на свет большой клубок толстой красной пряжи. Вообще я думала связать из этих ниток себе на зиму теплые носки, ну да ладно. Ей они нужнее. Поднесла клубок к губам, осторожно на него подула.
  - Как дойдешь до первой же развилки, брось его на дорогу, - сказала я, протянув пряжу Катерине. - Он тебе короткий путь укажет. Да смотри, прямо по нитке иди, никуда не сворачивай и по сторонам не смотри. А то заблудишься и сгинешь!
  Девушка осторожно взяла подарок в руки, внимательно оглядела со всех сторон.
  - Спасибо, бабушка.
  - Бывай, красавица, - улыбнулась я, поудобнее перехватывая свои покупки. - Пусть все у тебя получится.
  Пока потенциальная невестка разглядывала одноразовый путеводный артефакт, я быстро нырнула в кусты, открыла портал и, одновременно скидывая личину, шагнула на поляну возле своего дома.
  
  ***
  В горницу залетела вихрем, на ходу сунула в лапы вышедшему меня встречать Пафнутию корзину с травами.
  - Гориславку, надо полагать, ты все-таки купила, - сказал кот, с трудом волоча свою внезапную ношу к столу.
  - Купила, - кивнула я. - Есть у нас что-нибудь на ужин?
  - Есть. Ты проголодалась?
  - Да, немного. Но дело не в этом. К нам в течение этого часа придет гость.
  - Опять?!
  - Опять.
  Пафнутий дернул хвостом.
  - С ночевкой? - недовольно уточнил он.
  - С ней.
  - Слушай, Лика, - на его морде появилось выражение глубокой задумчивости. - Может нам на избу табличку приладить, а? "Постоялый двор "У бабы яги". А что? Составим прейскурант, назначим цены - на баньку, на харчи, на ночлег. Дорого брать не будем, не звери чай. В крайнем случае, систему скидок организовать можно. Для постоянных клиентов.
  - Ха-ха, - скептически ответила я. - Ха-ха-ха. Очень смешно.
  - Смешно ей. Одни расходы от твоих гостей. Едят они, как кони, пьют, как верблюды. А потом храпят так, что изба трясется.
  - Эта гостья храпеть не будет, - улыбнулась я. - Если судить по ее телосложению, ест она тоже не очень много.
  - Гостья? - удивился Пафнутий. - Женщина?
  - Девушка, молодая и красивая.
  - Ого! Это что-то новенькое. На ужин у нас, кстати, суп куриный и ягодный пирог. Пусть приходит и угощается.
  ...Катерина появилась возле моей избы спустя ровно час - видимо, строго следовала инструкции и действительно шла за клубком, не оглядываясь по сторонам.
  Она немного потопталась у крыльца, а потом поднялась по ступенькам и решительно постучала в дверь.
  - Здравствуй, хозяюшка, - вежливо сказала мне, когда я появилась перед ней на пороге.
  Облик свой я менять не стала, поэтому Катя меня, конечно, не узнала. Что ж, значит, будем знакомиться заново.
  - Здравствуй, девица, - кивнула ей. - Кто ты такая и зачем пожаловала?
  - Зовут меня Катериной. Я ищу избушку бабы яги, да видно сбилась с дороги. Не подскажешь ли, хозяюшка, как найти эту почтенную волшебницу?
  - Подскажу, - усмехнулась я, - отчего ж не подсказать? Только искать ее, Катенька, не нужно. Ты пришла точнехонько по адресу.
  Девушка растерянно хлопнула ресницами. Видимо, ожидала, что "почтенная волшебница" окажется старой каргой с бородавками и крючковатым носом.
  - Не так ты меня представляла, верно? - улыбнулась, пропуская ее в сени.
  - Не так, - удивленно ответила сокольничева дочка. - Простите великодушно. Я думала, что вы немного... старше.
  - Многие так думают, - кивнула я. - Яга, к слову, - это моя должность. А зовут меня Гликерией Афанасьевной.
  - Приятно познакомиться.
  - Взаимно.
  В горнице нас встретил Пафнутий.
  - Этаких гостей у нас давно не было, - протянул он, увидев Славушкину безответную любовь.
  Любовь резко остановилась в дверях.
  - Котик, - прошептала Катерина, восхищенно глядя на моего помощника. - Говорящий!
  - Болтливый, - с усмешкой поправила я. - Проходи, милая, не стой на пороге. Отужинай с нами и расскажи, что за дело тебя ко мне привело.
  Она кивнула и села за стол.
  - Дело у меня, Гликерия Афанасьевна, серьезное. Иначе я бы вас побеспокоить не решилась. Один очень хороший человек попал в беду, а я не знаю, как его выручить.
  - И что же это за человек? - поинтересовался Пафнутий, ставя перед ней тарелку с супом. - Уж не ты ли сама?
  - Нет. Это Мечеслав Касьянович - воевода нашего князя.
  Мы с Пафнушей переглянулись.
  Слава? В беду? Как интересно...
  - И что же случилось с вашим воеводой? - спросила я.
  - Я считаю, что кто-то наложил на него злые чары. И такие эти чары сильные, что даже княжеский чародей их снять не может.
  Вот выдумщица! Моего сына заколдовать очень трудно, если не сказать, невозможно. Уровень его магической силы высок, да еще и растет день ото дня. Он любое заклятье на лету поймает и обратно запустит.
  - Мечеслав Касьянович - очень хороший, добрый человек, - продолжила Катерина. - Бросать его в таком состоянии нельзя. Вот я и подумала: раз Иван Никифорович помочь не может, надо просить помощи у более сильного волшебника. А кто в нашем княжестве сильнее хранительницы-яги?
  - Справедливо, - заметил Пафнутий. - А отчего же ты, красавица, решила, будто воевода княжеский заколдован?
  - Это невооруженным глазом видно, - грустно улыбнулась гостья. - Год назад познакомились мы с ним на праздничном пиру, и с тех пор он пороги нашего дома обивает - в любви мне клянется и замуж зовет. Я сначала думала, что он шутку злую решил со мной сыграть. Был у меня, Гликерия Афанасьевна, неприятный опыт, когда один боярский сынок проиграл своим друзьям в карты и в качестве платы вздумал потеху устроить. Точно так же под моими окнами прогуливался, подарки присылал, да о любви говорил.
  Взгляд Катерины опустился на деревянные доски моего пола.
  - Я-то, дуреха, шутнику этому поверила. Небеса благодарила, что послали они мне мужчину, который не испугался ни моей хромоты, ни кривой осанки, ни скромного приданого. На венчание согласилась. А он вдруг пропал, а три недели спустя на боярской дочке женился, красавице и богачке. Надо мной тогда в княжеских палатах много народу смеялось - так, мол, ей, хромоножке, и надо, чтоб место свое знала, да на чужих женихов не заглядывалась. Батюшка мой тогда шибко разозлился, едва большой скандал не учинил. С тех пор я к подобным ухажерам отношусь с опаской и недоверием. И вдруг - снова кавалер, да какой! Вся столица по нему сохнет, а сватов он почему-то засылает ко мне. Да еще подруженьки мои все, как одна, напевать начали: мол, остерегись, Катерина, не довел бы тебя Мечеслав до беды.
  - И ты дала ему от ворот поворот.
  - Конечно. И не один раз. А он все ходит и ходит, у дома подстерегает, письма красивые шлет. И вот что мне странным показалось: время идет, толку ухаживания не приносят, а воевода все остыть не может. Другой бы уже рассердился, послал меня куда подальше, а то и гадость какую-нибудь сотворил. Решила я за Мечеславом Касьяновичем понаблюдать, получше узнать, что он за человек, и чего от него еще можно ожидать. И оказалось, что плохо я о нем думала напрасно. Воевода не только красив, но и добр, отзывчив, справедлив. Не подлец он и не насмешник. Вот тогда-то я и заподозрила неладное. Недоброжелателей да завистников у Мечеслава много, а ну как кто-то из них опоил его колдовским зельем? Чтоб воспылал он страстью к хромой горбатой девице и стал посмешищем для всего города? Чтоб связал себя с нею брачной клятвой, а потом выбору своему ужаснулся?
  - А ты не думала, что воевода мог просто тебя полюбить? - мягко спросила я. - Сам, без посторонней помощи?
  Катя подняла глаза, и меня буквально прострелило от бешеной смеси эмоций, появившейся в ее взгляде. Нежность, боль, безысходность, сострадание...
  - Я, Гликерия Афанасьевна, сказки очень люблю, но давно в них не верю, - тихо сказала она. - Не может мужчина серьезно заинтересоваться девушкой, которая никогда не станет ему ровней. Глупо на что-то надеяться и обманывать саму себя. А вот помочь Мечеславу сбросить колдовские чары - надо. Очень он мучается, бедный. Иван Никифорович говорит, что никаких чар на нем нет, но я в это не верю. Помогите, Гликерия Афанасьевна! Посоветуйте, что мне нужно сделать?
  Я слушала ее и изо всех сил старалась выровнять свое сбившееся дыхание.
  Святые небеса! Это как сильно нужно любить мужчину, чтобы ради его гипотетического спасения отправится в страшный приграничный лес к жуткой бабе яге! Зная при этом, что действуешь в ущерб собственным чувствам, а мучения его пытаешься прекратить в ущерб собственному счастью.
  - Послушай, красавица, - задумчиво сказал Пафнутий. - Получается, хромота твоя - единственная преграда к нормальным человеческим отношениям? Не было б ее, согласилась бы ты стать воеводиной женой?
  - Не знаю, - растерялась девушка. - Женитьба - это ведь навсегда. В книгах пишут, что у счастливого брака составляющих много, и внешность далеко не на первом месте стоит.
  - Верно, - кивнула я. - Порой у царевича с лягушкой в семье взаимопонимания больше, чем у князя с прекрасной королевной. А все потому, что в своей лягушке царевич Василису Распрекрасную видит, а князь в королевне - лягушку.
  - Ты подумай, красавица, может облегчить Мечеславовы муки, ты можешь и без магии? - осторожно произнес мой помощник. - Может, стоит поговорить с ним пару раз по душам? Или по саду какому-нибудь прогуляться. Или на обед пригласить. Словом, сделать что-нибудь, чтобы вы с ним друг друга получше узнали. Вдруг окажется, что Иван Никифорович прав, и нет на твоем ухажере никаких черных заклинаний? А если и есть, так они сами собой рассыпаться могут, если он тебя действительно полюбит - сам, без колдовства.
  - Ровней, Катенька, человеку можно разными способами стать, - сказала я. - А внешность и приданое зачастую роли тут вообще не имеют. И что-то мне подсказывает, что это не ты будешь за Мечеславом тянуться, а ему нужно подняться до тебя. Действительно, попробуй излечить воеводу без классической магии. Магия всегда на организм непредсказуемо действует, поэтому если есть возможность без нее обойтись, лучше обойтись. А чтобы дело у тебя спорилось быстрее, дам я тебе силу волшебную. Совсем немного, дабы эффект от твоей работы быстрее проявился. Есть у нас тут неподалеку озеро с магической водой. Сейчас ты пирог доешь, и пойдем мы с тобой в этом озере искупаемся.
  В самом деле, не напрасно же она сюда шла-добиралась? Вон как обрадовалась, повеселела.
  - Это какую ж силу ты решила ей дать? - поинтересовался кот, когда Катя, закончив ужин, побежала примерять сорочку, которую я ей выделила для купания.
  - Уверенность в себе, Пафнуша, - улыбнулась я. - С этакой магией любое дело будет по плечу.
  
  К озеру мы с Катериной пришли аккурат на закате. У меня, конечно, была мысль сводить ее к русалкам, там вода сама по себе волшебная - магам резерв наполняет, а простым людям может помочь исполнить самое заветное желание. Но озеро это находится далеко, да и обитательницы его особы весьма специфические. Их внешность здорово отличается от той, что описана в сказках и легендах, а потому неподготовленного гостя может испугать до нервного заикания. Так что пошли мы с потенциальной снохой хоть и к очень живописному, но самому обычном, водоему, благо располагался он совсем недалеко от моего домика.
  Впрочем, внешне озеро выглядело очень даже волшебно - лучи заходящего солнца окрасили его воду в алый цвет, ночные цветы раскрыли свои бутоны и теперь от них исходил тонкий нежный аромат, а расположившиеся вокруг деревья смотрелись чудесными исполинами.
  Несколько минут мы стояли на берегу и молча любовались этой красотой.
  - Что мне нужно делать? - наконец тихо спросила Катя.
  - Просто окунуться в воду.
  - И все?
  - При желании можно немного поплавать. Ни о чем не беспокойся, озеро само определит, что тебе на самом деле нужно.
  А я ему в этом немного помогу.
  Катя сняла верхнее платье, аккуратно положила его на траву. Потом осторожно потрогала ножкой воду и неторопливо вошла в ее струи.
  - Гликерия Афанасьевна, а вы будете купаться?
  - Буду, - ответила я, снимая паневу и рубашку.
  Через пару секунд мы уже нежились в теплой, как парное молоко, водице.
  - Я лет семь в открытом водоеме не купалась, - улыбнулась Катерина. - Совсем уж забыла, как это хорошо.
  - Значит, ты от своего купания получишь не только пользу, но и удовольствие, - улыбнулась ей.
  - А как мне потом с этой пользой обращаться? - спросила девушка. - И что за способности у меня появятся?
  - Не знаю, - невозмутимо пожала плечами я. - Такие вещи сугубо индивидуальны. Возможно, сначала ты даже ничего не почувствуешь, и осознание нового придет к тебе позже, со временем.
  Она понятливо кивнула.
  - Скажи, Катя, как ты поступишь, когда, хм, чары с воеводы спадут? Я так понимаю, замуж ты за него пойти не против, если будешь уверена, что помыслы его чисты и черных приворотов на Мечеславе нет?
  - Не против, - скромно улыбнулась Катя. - Однако сразу под венец я, Гликерия Афанасьевна, идти не хочу. Будущего мужа нужно сначала получше узнать, а уж потом свою судьбу с ним связывать. Быть может, обжегшись на молоке, я теперь дую на снег, однако на скорую свадьбу все равно не согласна.
  - Правильно, - кивнула я. - Рассуждаешь ты верно. А что будет, Катенька, если вдруг выяснится, что у суженого твоего имеется какой-нибудь секрет?
  - Какой секрет? - удивилась Катерина.
  - Какой-нибудь, - уклончиво повторила я. - У каждого человека имеются свои тайны. Кто-то под одеялом пряниками объедается, кто-то ножи под одеждой носит, а кто-то наедине с собой заклинания творит. Что если окажется, что при всех своих отличных качествах характера, Мечеслав является... ммм... необычным человеком?
  - И пусть, - пожала плечами Катя. - Меня это не пугает. Даже если он по ночам шерстью обрастает и по крышам прыгает. В дурных делах наш воевода не замечен, а для меня это самое главное. Меня даже кривотолки людские не трогают. Я их за этот год столько наслушалась!.. А почему, кстати, вы об этом спрашиваете? Вам о Мечеславе Касьяновиче известно что-то такое, чего никто не знает?
  Еще как известно. Только я никому об этом не расскажу.
  - Ваша с воеводой история напоминает мне мое собственное замужество, - ответила я. - Мой избранник тоже был мужчиной видным и необычным. Собственно, он и сейчас такой. Тогда же мы с ним были настолько разными, что никто не верил, что из наших отношений может что-нибудь получиться. И не мудрено: я - хранительница одного из межпространственных переходов, он... скажем так - не последний колдун Навьего царства...
  - Навьего царства?! Это та самая подземная страна, населенная страшными чудовищами, злобными духами и ходячими покойниками?
  
  - Не совсем, - улыбнулась я. - Нечисти в Нави, конечно, хватает, однако там вовсе не так страшно, как может показаться на первый взгляд. Между тем, я - существо больше земное, тянусь к свету и теплу, его же сила подчиняет себе тьму и таящихся в ней сущностей. Впрочем, в процессе общения у нас, конечно, нашлись точки соприкосновения: общие взгляды, общие интересы, общие убеждения. Но по сути своей мы различались, как огонь и вода.
  - И все-таки поженились.
  - Да.
  - И вы обнаружили у мужа страшные тайны?
  - Не то чтобы тайны и не то чтобы обнаружила, - усмехнулась я. - Я с самого начала знала, что он собой представляет. Жесткий, властный, хитрый, даже коварный. Умелый интриган, опять же.
  - Как же вы согласились стать его женой?!
  - Я его любила, - просто ответила ей. - Всем сердцем, всей своей душой. А после свадьбы оказалось, что любить такого супруга очень не просто. Одно дело бегать на свидания и держаться за руки при свете луны, и совсем другое - ежедневно наблюдать перемены в его настроении, сталкиваться с привычками, которые разительно отличаются от твоих собственных, осознавать, что нежным и ласковым он бывает не всегда и не со всеми.
  - А с вами? С вами он был нежен?
  - Был, - снова усмехнулась я. - Не думай, муж, при всей жесткости и даже некоторой стервозности своего характера, никогда меня не обижал. В общепринятом смысле. Руку не поднимал, матерными словами не посылал, при посторонних не унижал. Но... Влюбленность и страсть, Катенька, со временем проходят. И на своего избранника ты начинаешь смотреть трезво, а оценивать - объективно, со всеми достоинствами и недостатками. А дальше встает вопрос: согласишься ты смириться со всей многогранностью его личности и впустить в свое сердце другое чувство, более глубокое, но выражающееся в менее ярких эмоциях, или не согласишься. Люди, моя дорогая, не меняются. Тем более после принесения брачных клятв. Супруг может немного скорректировать свое поведение, перестать употреблять некоторые слова и выражения, которые по каким-то причинам тебя обижают, но в целом он не изменится никогда. Глупо надеяться, что пьяница после свадьбы разлюбит брагу, а развратник станет добродетельным. Конечно, бывали случаи, когда одному супругу удавалось-таки переломить другого, только на это всегда требовалось много лет и далеко не каждый раз заканчивалось так, что оба оставались довольны.
  - А вы согласились мириться с привычками своего мужа?
  Я коротко вздохнула.
  Согласилась. Потому что для меня он был самым лучшим, не смотря ни на что.
  Я никогда не любила конфликты, поэтому и в супружеской жизни старалась их избегать. Признаюсь честно, это не всегда было легко. Характер у супруга оказался не сахар и не мед, и хоть я понимала, что положение обязывает его вести себя по-особенному, иногда становилось так обидно, что хотелось или плакать, или кричать.
  Со временем, конечно, я научилась понимать, когда нужно промолчать, а когда - высказать то, что скопилось в душе, когда подойти к Касьяну с лаской, а когда сообщить, что он не прав.
  Катю я не обманула, ко мне муж всегда относился хорошо. Вернее, сносно. Скандалы у нас случались редко, а родившийся спустя несколько лет после свадьбы сын и вовсе свел их на нет - ни одному из нас не хотелось ругаться при ребенке.
  Другое дело, что пресловутые ласка и нежность в наших отношениях тоже очень быстро испарились. Нет, в интимной жизни их было хоть отбавляй, но и только.
  На первом месте у Касьяна всегда стояли он сам и его дела. Не спорю, дела, которыми изволил заниматься дражайший супруг, действительно были важными. А вот семья всегда оказывалась вторичной.
  Я периодически задавалась вопросом: зачем этот чародей вообще женился, если ему глубоко плевать на свою избранницу? Мои увлечения, заботы и хлопоты очень быстро перестали его интересовать. Если мне приходило на ум поделиться с ним чем-то, не касающимся его самого, Касьян неизменно слушал меня с отсутствующим выражением лица, а потом ронял какую-нибудь фразу, после которой пропадало всякое желание что-либо с ним обсуждать.
  При этом внимать мыслям и идеям мужа было моей наисвятейшей обязанностью. С кем уважаемый чародей может обсудить свой неизменно тяжелый трудовой день, как ни с собственной супругой?
  Нет, наедине с проблемами Касьян меня не оставлял. Если случалась какая-нибудь неприятность, он без всяких разговоров приходил на помощь. В браке с ним я чувствовала себя, как за крепостной стеной. Однако в какой-то момент стало казаться, что эта стена на самом деле - каменный мешок.
  Я никогда не была затворницей, ведь обязанности хранительницы-яги скучать не дают, а потому жизнь всегда полна событий и впечатлений. И порой было очень жаль, что мужу эти мои впечатления до лампочки.
  Что я только не делала, чтобы вернуть его с каждым годом остывающее внимание! Внешность, наряды, умение себя преподнести у меня всегда были на высоте. Касьян же воспринимал это как должное, а потому удивить его никак не удавалось.
  Я было решила, что муж завел себе отношения на стороне, однако быстро выяснила, что это не так. Единственной его любовницей была служба, а я с ней соперничать категорически не могла.
  Время, между тем, шло, сын рос, моих собственных дел и обязанностей с каждым годом становилось больше, а потому в какой-то момент я махнула рукой на сложившееся положение вещей, успокоилась и продолжила жить так, как живется. Меня даже почти не волновало то, что с Касьяном мы хоть и спим в одной постели, а больше напоминаем соседей, нежели супругов. Еще по-доброму завидовала Марье и Настасье - их мужья были куда приветливее моего.
  А потом мне вдруг все надоело.
  Как это всегда и бывает, поводом для "взрыва" послужил пустяк - Касьян забыл о годовщине нашей свадьбы.
  Так уж повелось, что, несмотря на дела и заботы, несколько раз в год - в день рождения сына, день зимнего равноденствия и день нашей свадьбы мы непременно собирались за одним столом, пили вино, ели что-нибудь вкусное и общались, тепло и весело, как много лет назад.
  А тут муж просто не пришел.
  Собственно, я знала, почему Касьян не явился. Потому что я ему об этом не напомнила.
  Стол, вино и свечи организовала, а про праздник впервые за тридцать восемь лет совместной жизни не сказала.
  Вот и сидела одна, как дура, в красивом платье и с новой прической за столом и думала: неужели за столько времени нельзя было запомнить дату своего венчания?
  Очевидно, нельзя. Ибо - зачем? Ведь есть жена, которая обязательно о ней напомнит. А если не напомнит, не велика беда, так как ему самому на все эти глупости давно плевать.
  Я тогда выпила в тишине бокал вина, съела кусочек какого-то иноземного фрукта, а потом собрала вещи и ушла в свою приграничную избу.
  Просто поняла, что там, в огромном роскошном дворце мне делать нечего. Сын вырос и живет отдельно, а больше меня там никто не ждет.
  Честно говоря, поначалу я надеялась, что через пару-тройку дней Касьян постучит в мою обитую мифрилом дверь, отделяющую верхний мир от Нави, и как минимум поинтересуется, почему я не ночую дома. Но он не постучал.
  Не удивлюсь, если Трипетович все это время в принципе не знал, что жена теперь живет сама по себе. И заметил это только сейчас.
  - Я ни в коем случае не отговариваю тебя от возможного брака, - сказала я Катерине. - Наоборот, упускать свое счастье - величайшая глупость на свете. Но ты права - к будущему мужу все-таки нужно присмотреться внимательнее.
  Она кивнула. Я же встала во весь рост и направилась к берегу.
  - Ладно, давай вылезать из воды. Уже стемнело, пора спать. Сегодня у меня переночуешь, а завтра утром я открою тебе портал в Одрин.
  - Спасибо!
  - Пожалуйста. А Мечеслава с порога больше не гони. Вдруг у вас и правд все сладится?..
  
  ГЛАВА 5
  
  Я проводила Катерину домой сразу после завтрака.
  Не смотря на то, что спать мы легли поздно, новый день у нас начался одинаково - почти сразу после рассвета. Видимо, Славушкина избранница, как и я, к ранним подъемам была привычной.
  За столом Катерина осторожно поинтересовалась, чем может отблагодарить меня за гостеприимство. Я в ответ на ее вопрос улыбнулась, Пафнутий насмешливо фыркнул.
  - Хорошим людям я помогаю даром, - сказала ей. - Так что "спасибо" будет вполне достаточно.
  - Тогда - большое вам спасибо, - улыбнулась в ответ девушка. - Только не мало ли этого?
  - А что с тебя еще взять-то? - вставил Пафнутий. - У нас, знаешь, как заведено? Дурных гостей мы в печь сажаем и с гречкой зажариваем. Навару от них бывает - страсть! А ты, мало того, что добрая да ласковая, так еще и худая, как птичка. Есть будет нечего.
  Катя хихикнула и нежно почесала кота за ухом.
  Что ж, с чувством юмора у нее тоже все в порядке - шутки ценит, даже такие дурацкие, как у моего помощника.
  Когда со стола была убрана последняя тарелка, я вывела гостью на улицу, и, как обещала, открыла ей портал до стольного города.
  - Лика, мне кажется или Катя больше не хромает? - поинтересовался Пафнутий, когда девушка вошла в сверкающую воронку.
  - Нет, не кажется. А если бы ты присмотрелся к ней внимательнее, заметил бы, что и спину она тоже держит прямо.
  - Значит, ты вчера ее исцелила?
  - Да. Это было не сложно.
  Пафнутий потянулся и сел на траву.
  - Славная она девушка. Правда, Лика?
  - Правда. Добрая, отзывчивая, веселая.
  - Славе с ней будет хорошо.
  - Наверное.
  - Жаль, не долго.
  - Тут уж ничего не поделать, - развела я руками. - Человеческий век короток. Если у них с Мечеславом дойдет дело до свадьбы, я лично позабочусь, чтобы Катерина оставалась молодой и здоровой лет на тридцать-сорок больше положенного срока. Дольше, сам понимаешь, никак нельзя. Ее организм такого количества магии просто не выдержит.
  - Я знаю, - кивнул кот. - Другое дело, если бы Катя сама стала волшебницей.
  - Это существенно продлило бы ей жизнь, - согласилась я. - Однако здесь я бессильна. Могу, конечно, заворожить ее биополе и развить тем самым какую-нибудь мелкую магическую способность, но это все равно будет не то.
  - А я знаю одного колдуна, который способен превратить человека в полноценного чародея, - осторожно сказал Пафнутий. - И ты его знаешь.
  - Он не колдун, - хмыкнула я. - Он - сволочь.
  - Не без того, - согласился помощник. - Но по силе и способностям ему пока равных нет.
  - Касьян не согласится. Слишком данное действие будет для него энергозатратно.
  - Смотря кто попросит, - подмигнул Пафнутий. - Помнится, тебе Касьян Трипетович никогда ни в чем не отказывал. Славку с его просьбами посылал неоднократно, а тебя - нет.
  Я вздохнула. Как же ты, милый друг, ошибаешься!
  - Знаешь, Пафнуша, пусть Слава с Катей сначала в своих отношениях разберутся. А уж потом будем думать, как быть и к кому с какими просьбами обращаться.
  
  Следующие десять дней прошли в привычных трудах и заботах. Пару раз ко мне за советом обращались Улита и Настасья, однако их вопросы ничего особенного в себе не несли.
  Дела на моем пограничном пункте шли своим чередом - в зеркальных переговорах, составлении сопроводительных грамот, поддержании общего магического баланса и прочей рутиной работе.
  Это неожиданное затишье казалось мне временным и в чем-то даже подозрительным. Это подтверждал и тот факт, что из-за обитой мифрилом двери, расположенной в сенях моей избушки, впервые за много месяцев стали слышаться звуки. Что именно там происходило, я понять не могла, однако предчувствие скорой подлянки с каждым днем становилось все отчетливее и отчетливее.
  Поэтому, когда гром все-таки грянул, морально я была к нему готова.
  На третьи сутки после появления пресловутых шорохов внезапно зазвенело одно из моих переговорных зеркал - то, которое использовалось для внутренней связи с остальными хранительницами. Мы с Пафнутием в этот момент как раз занимались приготовлением обеда. Я быстро передала поварешку коту и побежала в кабинет, дабы выяснить что, наконец-то, случилось.
  Нажала на золотое яблоко, и увидела взволнованное лицо Аграфены.
  - Гликерия Афанасьевна, ЧП! - тут же воскликнула она. - На моей территории снова возник очаг природно-магической активности! Помните, я рассказывала про разбушевавшиеся стихии? Огненная и воздушная снова вырвались на свободу. Это столб живого движущегося пламени, который уничтожает все на своем пути!
  - Не справляешься? - быстро уточнила я. - Нужна помощь?
  - Нужна, но не мне! Он только что покинул мой лес и движется в сторону вашего!
  Чудно. Давно мы пожаров не тушили.
  Стоило подумать, как тут же громко завыла серена.
  - Похоже, огонь уже прибыл, - кивнула я. - Спасибо за предупреждение, Агаша.
  Отключила переговорник и кинулась к панели магических датчиков. Судя по мигающему на ней огоньку, огненный столб безобразничал у деревень, располагавшихся на границе с моим лесом. Преодолеть защиту, наложенную на его периметр он явно не мог.
  Твою мать! Там ведь живет несколько сотен людей!
  - Пафнутий, остаешься за старшего, - крикнула я.
  Прямо в кабинете открыла портал и шагнула навстречу ревущему пламени.
  
  ***
  Выходя из воронки телепорта, я накинула на себя защитные чары, однако меня все равно с головы до ног обдало жаром. В деревне, вставшей на пути у взбесившихся стихий (кажется, это была Ястребевка), творился настоящий ад.
  Сначала показалось, что огнем объято и небо, и земля, и сам раскаленный воющий воздух. Поселок превратился в огромный жуткий костер, в котором полыхало все - дома, амбары, заборы, деревья. Со всех сторон раздавались громкие душераздирающие крики - наверняка атака стихий была внезапной и многие крестьяне попросту не успели покинуть свои дворы, а потому оказались заперты в огненной ловушке и сейчас буквально сгорали заживо.
  От нахлынувших ужаса и негодования у меня затряслись руки, а потому, призывая способную поспорить с огнем стихию, я выбросила из себя больше магии, чем планировала.
  Небо мгновенно потемнело, и все окрестные тучи, прилетевшие на мой зов, обрушили на Ястребевку тугой водопад дождевой воды.
  Огонь резко опал, крики стали тише. Это дало мне мгновение, чтобы рассмотреть своего "противника" и окончательно сориентироваться в возникшей ситуации.
  От увиденного брови изумленно взлетели вверх.
  Как и говорила Аграфена, по деревне действительно гулял столб движущегося пламени - сейчас он стал сравнительно невелик и как-то растерянно кружился на месте. Однако составляли его вовсе не две природные стихии, обретшие свободу силой волшебства.
  Этот огонь был единым и совершенно определенно РАЗУМНЫМ.
  Я отчетливо ощутила целую гамму исходящих от него эмоций: испуг, удивление, недовольство и полное непонимание того, что сейчас происходит.
  Похоже, в Агашином лесу открылся вовсе не природно-магический очаг, а еще один портал в новый мир, потому как подобных существ в нашей реальности никогда не было.
  Хм. А я уж грешным делом решила, будто пожар - это очередная причуда моего мужа.
  Хотя... Лучше б здесь действительно куролесил Касьян. Его игрушки хоть и страшные, но в целом безобидные, этот же пришелец едва не погубил сотни людей.
  Впрочем, если он разумный, значит, с ним можно поговорить.
  Дождь между тем продолжал поливать несчастную Ястребевку, как из большой садовой лейки. Исходивший от живого огня испуг с каждой минутой становился все сильнее и грозил перерасти в панику. Пылающий столб вдруг принялся метаться по деревне, явно желая укрыться от льющейся с неба воды, однако найти подходящее для этого место не мог - горящие постройки стремительно остывали и ставились мокрыми.
  Я осторожно приблизилась к огненному созданию на несколько шагов и ловко накрыла его непроницаемым магическим куполом. Пришелец тут же забился об его стенки, как большая встревоженная саламандра, однако выбраться на волю ему точно было не по силам.
  Вот и посиди здесь немного, отдохни.
  Не теряя времени, послала ментальный сигнал Ивану Никифоровичу, чтобы как можно скорее прислал в Ястребевку спасательный отряд - помощь здесь наверняка понадобится многим. Княжеский чародей данный способ связи, конечно, не любит - ментальная магия никогда не была его сильной стороной, однако времени на зеркала и прочие переговорники сейчас нет.
  Потом разогнала тучи и бегом бросилась в первые попавшиеся на пути ворота. Пересекла двор, заглянула на задний двор, затем в одно из обуглившихся окон крестьянского дома.
  - Эй! Есть кто живой?
  В ответ - тишина. Кинулась к крыльцу, распахнула черную от копоти дверь и сразу же наткнулась на два маленьких тела, лежавших прямо у порога, - девочку лет восьми и совсем крохотного мальчонку.
  У меня в груди что-то оборвалось.
  Они наверняка пытались выбраться из горящего дома, но не успели.
  Беглого осмотра хватило, чтобы понять - мальчик мертв, а девочка, хоть и без сознания, но пока еще жива. Накрыла ее целебной сферой, чтобы освободить организм от угарного газа, и побежала в горницу. Больше людей я в этом доме не обнаружила, а потому со всей поспешностью выскочила на улицу и бросилась к следующей обгоревшей избе.
  В Ястребевке между тем один за другим открывались порталы, из которых резво выбегали целители и хмурые плечистые мужчины из княжеской дружины. На то, чтобы оценить ситуацию, каждой группе требовалось несколько секунд, после чего ее члены организованно распределили между собой фронт работ и тут же приступили к их выполнению.
  Они разбирали рухнувшие во время пожара постройки, выносили пострадавших. Я же перебегала от одного отряда к другому, обеспечивая целителям дополнительную магическую поддержку.
  Когда стало ясно, что в моей помощи надобности больше нет, вернулась к инициатору всей этой заварухи.
  Огненный гость по-прежнему сидел под магическим куполом и будто бы с интересом наблюдал за тем, что теперь творилось вокруг.
  - Ну как, нравится ощущать себя в ловушке? - спросила я, подойдя к куполу вплотную.
  Огонь тут же сгруппировался в маленький костерок, и я отчетливо ощутила на себе нечто похожее на пристальный взгляд.
  - Кто ты такой?
  Интересно, он меня вообще понимает?
  Огонь подполз ко мне ближе и выдохнул очередную гамму эмоций - этакий букет из удивления, тревоги, интереса и чего-то отдаленно напоминающего стыд. У меня создалось четкое ощущение, что иномирный гость уже совсем не рад устроенной тут забаве. А еще голоден и очень хочет к маме.
  К маме?!..
  Хм...
  Помнится, когда Мечеславу было девять лет, он как-то раз тайком покинул отцовский дворец, пробрался в мою избу, а затем, поплутав по лесу, отыскал межпространственный переход. Легко преодолел все щиты (они приняли мою кровиночку за меня саму и совершенно свободно пропустили) и отправился на прогулку в другую реальность.
  Мы с Касьяном чуть с ума не сошли, когда, разыскивая сына, выяснили, что он находится в совершенно другом мире. Отыскали, к слову, в одном из земных отделений полиции.
  Что интересно, мой ребенок, который едва ли не с пеленок позиционировал себя, как взрослого самостоятельного мужчину, увидев нас, кинулся мне на шею и висел на ней почти десять минут, пока один из местных стражей правопорядка рассказывал о его "подвигах". Оказалось, что за три часа, проведенные в другой реальности, Мечеслав умудрился подраться с какими-то мальчишками, разбить витрину магазина (спрашивается - как?!) и искупаться в озере, откуда его, собственно, и выудили проходившие мимо полицейские.
  Выходит, этот огневик - тоже ребенок? Который тоже отправился на "экскурсию", не зная, как себя вести в незнакомом месте?
  - И что мне с тобой теперь делать? - строго спросила я у "мальчишки". - По твоей милости едва не сгорел целый поселок! Пострадали и погибли люди! У нас за такие деяния строго наказывают. Хочешь всю жизнь просидеть запертым в магической банке?
  Огневик этого явно не хотел. Костерок сжался, став еще тоньше и меньше.
  Да... Спросу с этого оболтуса будет не много. Самый лучший вариант - попросту депортировать его на родину. А еще поставить защиту вокруг нового межпространственного портала, чтобы вовремя пресекать проникновения в нашу страну этаких горе-туристов.
  Откладывать депортацию смысла не было (вдруг за этим "мальчиком" в скором времени явятся родственники?), я попросила у одного из целителей переговорное зеркальце и вызвала в Ястребевку Аграфену. Вместе мы переместили купол с огневиком в ее лес, а потом, отыскав среди деревьев телепорт, отправили поджигателя в обратный путь.
  После этого до самой темноты устанавливали вокруг портала рамку и накладывали на нее необходимые чары.
  - Не кажется ли тебе, - сказала я Агаше, когда все необходимые магические работы были выполнены, - что этот переход отличается от других?
  - Кажется, - кивнула она. - Странный он. Будто и не переход вовсе, а прореха в межпространственном полотне.
  - Вот и я так думаю, - вздохнула я.
  - Тогда у нас проблемы, - медленно произнесла молодая яга. - Если появилась одна дыра, значит, появится и другая.
  - Причем, не обязательно на твоей территории, - подхватила я. - Нужно попросить остальных хранительниц проверить свои уделы. Есть у меня великое подозрение, что подобное ЧП может в скором времени повториться. А значит, нужно как можно скорее выявить, где еще истончилось межпространственное полотно и срочно заняться его укреплением. Стихийные порталы нам не нужны.
  ...Зеркальное совещание я провела сразу по возвращении домой. Девочки выслушали меня очень внимательно и пообещали к завтрашнему вечеру отчитаться о положении дел на своих территориях.
  Когда их встревоженные серьезные лица пропали с экранов переговорников, вызвала на разговор княжеского колдуна.
  Иван Никифорович ответил не сразу - прежде чем в зеркале появились его усталые глаза, прошло не меньше пяти минут.
  - Как дела? - сразу же спросила я.
  - В целом неплохо, - ответил маг. - Из трехсот жителей Ястребевки погибли трое, еще двадцать шесть сейчас находятся под наблюдением целителей. Крестьянам повезло, что ты, матушка, появилась в деревне так быстро, иначе жертв было бы в разы больше.
  Я кивнула и сглотнула образовавшийся в горле ком - перед глазами на мгновение встало лицо задохнувшегося от угарного газа малыша.
  - Что же там случилось, матушка?
  - Открылся стихийный портал из другого мира, - коротко объяснила я. - Теперь, Иван Никифорович, нам всем нужно смотреть в оба. Подобные порталы наверняка откроются снова. Поэтому убедительно тебя прошу: о любом серьезном ЧП незамедлительно сообщай мне. Особенно если это будет пожар или потоп. Я ведь не сижу на одном месте, могу не сразу сообразить, где конкретно случилась беда.
  - Не беспокойся, Гликерия Афанасьевна, - кивнул чародей. - Обо всех наших происшествиях будешь узнавать одной из первых. И еще, матушка, - он вдруг замялся. - Извини, что так резко меняю тему, но раз уж мы с тобой сейчас разговариваем, позволь попросить твоего мудрого совета
  - Что-то случилось? - напряглась я.
  - Не то чтобы случилось, - смущенно улыбнулся Иван Никифорович.- К пожарам и потопам это в общем-то деликатное дело отношения не имеет. Есть у нашего правителя родич - хороший достойный человек, который вот уж более двадцати лет управляет одним из малых уделов нашего княжества. Храбрый воин, умный политик, славный хозяйственник. И вдруг - влюбился. Вроде и не мальчик уже, а тоскует по предмету своей страсти так, что ни о чем другом думать не может. Князь наш батюшка было решил, что кто-то приворожить его родича вздумал, ибо тот всегда славился своей холодной головой, да трезвым разумом. Какая может быть любовь, когда дел государственных невпроворот? Я же на днях посмотрел на наместника украдкой и увидел, что нет на нем никаких чар, сам он от страсти голову потерял.
  - А женить родственника на предмете его воздыханий князь не пробовал? - усмехнулась я. - Или тому есть какое-нибудь препятствие?
  - Если б препятствия не было, я бы тебя, матушка, не побеспокоил. Жениться на этой женщине наместник не может. Точной причины не знаю - она то ли замужем, то ли обет безбрачия дала, то ли наш удельный князь ей просто не мил. Ясно только одно, тоскует он по ней, словно мальчишка шестнадцатилетний. Похудел, побледнел, стал рассеян, ходит мрачнее тучи. Может, отворотного зелья ему сварить, матушка?
  - Дались вам эти отворотные зелья! - вздохнула я. - Неужели все действительно так плохо?
  - Именно так. На носу переговоры с королем соседней страны, он в наше княжество со дня на день с дипломатическим визитом приедет, а один из наместников, мягко говоря, не в форме.
  - Свари, - махнула я рукой. - Только не отворотное, а седативное. Пусть успокоится маленько, а после того, как гости уедут, можно княжеского родича о возлюбленной расспросить, а еще лучше, самим на нее посмотреть - что это за дама такая, которая кусок страны без правителя едва не оставила. А там уж можно будет думать - стоит вмешиваться в их сердечные дела или нет. Я, к слову, уже сейчас склоняюсь к последнему. Не дети, чай. Сами в своих чувствах разберутся.
  
  ***
  Отчет каждой яги о состоянии межпространственного полотна я выслушала лично. На следующий вечер после пожара в Ястребевке мы собрались на своей совещательной поляне, чтобы подробно обсудить возникшую ситуацию.
  Настроение у каждой из нас было не очень, если не сказать, совсем на нуле, ибо последние сутки показали, что спокойная жизнь подошла к концу, и начинаются приключения.
  Во-первых, проблемы с мировой тканью обнаружились у ВСЕХ. Соответственно, единственной, кому за прошедшие 24 часа удалось немного отдохнуть, была Аграфена. Остальные занимались тем, что укрепляли на своих территориях внезапно обозначившиеся "проплешины" и зачаровывали образовавшиеся дыры-порталы. У меня самой сигнализация срабатывала дважды, и оба раза ночью. Приходилось вскакивать с кровати и со всей возможной скоростью лететь на магический зов - босиком и в тонкой ночной сорочке. И если в моих владениях ничего особенного больше не произошло, то девочкам пришлось познакомиться с целым рядом невиданных существ, причем, ни одну из них подобное знакомство не обрадовало.
  Во-вторых, во время срочного магического "ремонта" стало понятно, что с мировой тканью что-то происходит. Ее энергетические нити почему-то оказались тонкими и рыхлыми, как на старых вязаных носках - сколько не чини, в скором времени рядом появится новая дыра.
  Лично меня больше всего напрягла внезапность обозначившейся проблемы. Ну не может такая масштабная субстанция, как межпространственное полотно просто взять и прийти в негодность! Этому должны предшествовать множество самых разнообразных факторов и событий, на которые нельзя не обратить внимание. Тем более колдунам, тем более тем, которые постоянно ведут мониторинг магического равновесия.
  Между тем, волшебный баланс ни с того, ни с сего оказался нарушен, да еще так глобально. Что вообще происходит?!
  - На моей территории появился новый полноценный портал, - мрачно между тем сказала Улита.
  - А у меня два, - в тон ей ответила Марья. - Один из них, правда, ведет в ту же, реальность, что и старый, зато другой едва не пропустил в лес компанию здоровенных скарабеев.
  - У нас тоже открылись два новых портала, - вздохнула Глафира. - И еще два в перспективе.
  - А у меня порталов нет, - вставила Даша. - Зато обмелело озеро с живой водой.
  Мы, как по команде, повернули к ней изумленные лица.
  - Как это - обмелело? - удивилась Настасья. - Оно же питается от двух мощных ключей! Или уже нет?
  - Питаться-то питается, - кивнула Дарья. - Да только вода испаряется быстрее, чем озеро успевает наполняться. Собственно, поэтому с общим магическим фоном у меня относительный порядок - волшебная жидкость искусственно поддерживает баланс. Однако есть подозрение, что водоем долго не протянет, пересохнет вместе с ключами.
  Мы переглянулись.
  - Сдается мне, девочки, что всемером нам возникшую проблему не разрешить, - сказала я. - Нужно звать на помощь других чародеев. Сообща выяснять причину, сообща ее устранять.
  - Навь тоже будет участвовать? - уточнила Глафира.
  - Разумеется, - ответила я. - На подземное царство приходится половина общей магической силы. Без их поддержки - никак.
  - А кто же подземных будет звать? - осторожно спросила Улита. - Вы, Гликерия Афанасьевна?
  - Князь позовет, - усмехнулась я. - Ему по статусу положено общие сходы организовывать, даже магические. Вряд ли нашему правителю понравится, если страну наводнят огненные столбы и гигантские скарабеи. Поэтому пусть шлет гонцов во все концы государства и кличет колдунов на княжеский совет. Сегодня же поговорю об этом с Иваном Никифоровичем. Думаю, он сумеет доказать, что действовать нужно быстро, а промедление очень и очень чревато.
  Хранительницы согласно закивали головами.
  Выслушав последние замечания, и пожелав друг другу сил и терпения, мы отправились по домам. Открывая портал в свой лес, я бросила взгляд в сторону и вдруг увидела высокого рыжеволосого парня, стоявшего на самом краю поляны в тени большой раскидистой ели. Он с явным беспокойством рассматривал нашу толпу, а когда от нее отделилась Дарья, встрепенулся и поспешил ей навстречу.
  О! Уж не Гордей ли это? Младший непутевый сын Захара Горыныча?
  На всякий случай я прервала ворожбу и с настороженным любопытством продолжила свое наблюдение.
  Похоже, внушение отца не прошло даром, и молодой Змей сообразил-таки, что общаться с избранницей следует в человеческом обличии. Вот только как на это отреагирует Даша?
  Даша отреагировала нормально. Приблизившись к своему настойчивому поклоннику, она ласково улыбнулась, позволила приобнять себя за талию, и в открывшуюся воронку телепорта они шагнули вместе.
  Я проводила их взглядом и улыбнулась.
  Хоть у кого-то в личной жизни все хорошо.
  
  ГЛАВА 6
  
  Я всегда считала, что с правителем нашему государству очень повезло. Действительно, и умен князь Авдей Борисович, и справедлив, а уж как зубы иностранным послам заговаривать умеет - закачаешься! Но самое главное - научен слушать, слышать и делать правильные выводы. Теперь же я зауважала его еще больше - к предостережениям своего придворного колдуна князь прислушался сразу, а потому уже следующим вечером волшебники страны получили грамоты с уведомлением о том, что через два дня состоится Великий магический совет.
  Принять в нем участие предлагалось всем природным колдунам, способным хоть как-то повлиять на магическое равновесие нашей реальности. Местом сбора Авдей Борисович определил свой летний дворец - большие каменные палаты, расположенные в нескольких верстах от столицы.
  Решение это было правильным хотя бы потому, что туда имелась возможность явиться порталом. В Одрине, к слову, это сделать невозможно - слишком много на него наложено охранных чар. К тому же, такое большое количество волшебников, собравшихся в одном доме, всегда чревато неожиданными проблемами. Особенно если учесть, что некоторые из нас буквально излучают магическую силу.
  Конечно, провести совет следовало раньше - хотя бы на следующие сутки после возникновения опасности. Но так как не все наши чародеи владеют способностью к телепортации, князю пришлось дать им немного времени на дорогу.
  В связи с этим, у меня и остальных хранительниц появились еще два беспокойных дня, которые мы провели на ногах и почти без сна. Конкретно на моей территории пространство истончилось в трех местах. И если два из них укрепить я успела, то в третьем (ровно в пяти саженях от прежнего портала) появился-таки новый переход. Особых проблем он мне, правда, не доставил - дыру удалось зачаровать до того, как из нее полезли иномирные туристы.
  В день княжеского совета мы с девочками собрались на нашей совещательной поляне, чтобы вместе перенестись в правительственную резиденцию.
  Дабы не ударить на серьезном мероприятии лицом в грязь, каждая яга старательно принарядилась: незамужние хранительницы надели янтари и шелковые сарафаны, а семейные - расшитые жемчугом сороки и белоснежные сорочки.
  Я было достала из сундука один из своих парадных нарядов, который надевала на торжественные приемы во дворце мужа, но потом решила, что отличаться от остальных хранительниц будет неправильно, а потому также облачилась в традиционный сорок, расшитый самоцветными камнями, нежную рубашку и глухой сарафан с замысловатым орнаментом по подолу, лифу и боковинам.
  ...Портал перенес нас прямо в княжеские хоромы. Задавая координаты перехода, я хотела максимально сократить путь, а потому из магической воронки наш пограничный отряд вышел аккурат возле высоких дверей, ведущих в приемную залу. Оттуда уже доносился гул голосов.
  Два плечистых румяных парня, склонив головы в вежливом поклоне, распахнули перед нами резные створки, а затем кто-то громким зычным голосом возвестил:
  - Хранительницы магических рубежей!
  Гул сразу стал тише.
  Как главная яга, порог княжеской залы я переступила первой. Девочки последовали за мной.
  По всей видимости, на совет мы явились последними, так как помещение уже было полно народу.
  У противоположной от входа стены на возвышении стояло высокое деревянное кресло, в котором восседал Авдей Борисович - крепкий мужчина с густыми седоватыми волосами и аккуратной бородкой. По правую руку от него находились Иван Никифорович и шестеро удельных князей, а по левую - воевода Мечеслав Касьянович (при виде меня на губах Славушки мелькнула быстрая улыбка) и еще пара неизвестных мне военачальников. Чародеи же сидели полукруглыми рядами у боковых стен.
  Похоже, великий князь в последний момент решил превратить магический совет во всеобщий. Что ж, эта идея вполне обоснована - во время ЧП действовать нужно сообща.
  Наши места располагались с левой стороны, аккурат возле именитых княжеских дружинников.
  Мы с девочками вышли на середину залы, низко поклонились правителю. Тот вежливо склонил голову в ответ. В тот же миг откуда-то справа меня буквально обожгло горячим пристальным взглядом. Повернула голову и - сердце мое невольно екнуло.
  На особом почетном месте сидел высокий мужчина с льдисто-голубыми глазами и резкими чертами лица. Его длинные светлые волосы аккуратно лежали на плечах, а на голове сверкал тонкий платиновый обруч с прозрачным, как слеза, камнем.
  Кощей Навьего царства. Повелитель темных магических созданий. Один из самых сильных и хитрых колдунов нашей реальности.
  Касьян Трипетович. Мой муж.
  Надо же, явился на совет лично. Я-то думала, он останется в своих чертогах, а к людям отправит одного из приближенных соратников.
  Я повернулась к супругу спиной и неторопливо повела хранительниц к приготовленным для нас креслам. Усевшись, подняла глаза и снова встретилась с Касьяном взглядом. Он и не думал отводить глаз, все смотрел, будто надеялся прожечь во мне дыру.
  Я приподняла бровь.
  Что уставился-то? На мне появились узоры? Или выросли цветы? Или за полтора года я так изменилась, что он сомневается его ли это жена?
  Губы Касьяна тронула легкая улыбка.
  Я мысленно хмыкнула.
  Я-то, быть может, осталась прежней, а вот муж немного поменялся. В смысле внешности, конечно. Кощей, он кощей и есть, в этом его лишь могила исправит, да и то не факт. А вот морщин в уголках губ у моего Трипетовича раньше не было. Как и на лбу, и у переносицы. Не выглядел он таким измученным и уставшим. Стороннему наблюдателю навий царь, конечно, покажется сильным и величественным, но я-то вижу - что-то с ним не так.
  На самом деле, это очень хорошо, что Касьян решил сам принять участие в Великом совете. После официальной части у нас будет возможность обсудить личные дела.
  Я коротко вздохнула и отвела глаза в сторону. Чтобы внезапно встретиться с другим взглядом - не менее горячим и пронзительным.
  Сердце снова замерло, а ладони на мгновение похолодели - справа от княжеского трона, среди князей-наместников сидел Дмитрий. И неотрывно смотрел на меня.
  Мои брови снова взлетели вверх. Вот это встреча!
  И что же мой земной приятель делает на княжеском совете, да еще в окружении самых влиятельных людей государства?!
  Ответ, собственно говоря, очевиден: принимает в нем участие. Потому как, если судить по хоть и богатой, но все ж таки обычной для этой реальности одежде и особым нашивкам на рукавах, является одним из шести удельных князей.
  У меня вырвался тихий вздох. А ведь Дима весьма прозрачно намекал на свое... мм... непростое социальное положение.
  И живет он далеко от города, в котором мы познакомились, и трудится на государственной службе, и место свое абы кому оставить не может, и дел у него по самое горло.
  Тут, кстати, возникает вопрос: как Дима перемещается между мирами, минуя мой портал? Если бы он пользовался официальным переходом, я бы об этом знала. Надо при личной встрече обязательно поинтересоваться.
  То, что приватная беседа у нас состоится, также было понятно без слов - новоявленный князь буквально пожирал меня глазами. Причем, эмоции в них сменяли друг друга, как картинки в калейдоскопе: изумление, радость, восхищение, беспокойство...
  Да... Какой, однако, насыщенный впечатлениями день!
  Если явление мужа меня не слишком удивило, то уж встретить тут Дмитрия я не ожидала никак.
  Невольно посмотрела на супруга и внутренне вздрогнула. Касьян, по всей видимости, проследил за моим взглядом и определил человека, вызвавшего у его жены внезапный интерес. Судя по злобному прищуру и сжатым губам, наши переглядывания ему совсем не понравились.
  Дима, между тем, продолжал смотреть так жарко, что мои щеки невольно тронул румянец.
  Погодите-ка.
  Что там Иван Никифорович говорил про княжеского родича, влюбившегося в недоступную ему женщину?
  "Сейчас я гощу у двоюродного брата, однако через неделю-две мне придется вернуться домой..."
  Нда. Женить удельного владыку на предмете его воздыханий действительно не удастся.
  Мои размышления прервал великий князь. Убедившись, что последние приглашенные чародеи заняли свои места, Авдей Борисович встал на ноги и поднял вверх правую руку, призывая участников совета к тишине.
  - Достопочтимые маги, - произнес он, когда стихли последние шепотки, - серьезное дело заставило меня сегодня собрать вас вместе. Все вы сведущи в искусстве волшебства и знаете, как важно блюсти магическое равновесие нашей реальности. Однако несколько дней назад хранительницы межмирных рубежей прислали известие о том, что баланс пошатнулся, и грани, разделяющие миры, опасно истончились.
  Среди колдунов вновь побежали шепотки.
  - Хранительницы сейчас здесь, - продолжал князь. - Прошу вас, Гликерия Афанасьевна, расскажите совету, что конкретно произошло.
  Я встала со своего места и максимально четко и коротко обрисовала сложившуюся ситуацию, более подробно остановившись на пожаре в Ястребевке и возникающих тут и там стихийных порталах.
  Все, даже Касьян, слушали меня очень внимательно.
  - А в чем причина появления межмирных дыр? - спросил после окончания моего рассказа один из сидевших неподалеку волшебников - маленький тощий старик с жидкой бородой и мудрыми карими глазами.
  - Не знаю, - честно ответила я. - Мы физически не успели выяснить, что стряслось. Все наши силы и время уходят на оформление возникающих порталов и блокировку проплешин. Однако истончение граней идет так быстро, что скоро мы не сможем удерживать на своих территориях порядок. Нам требуется помощь, и как можно скорее.
  - Чем конкретно вам надо помочь? - спросил Авдей Борисович.
  - Нужны добровольцы, которые согласятся поддерживать магический фон вместе с нами. Чем больше, тем лучше. Мы распределим их по проблемным зонам каждого княжества, и тем самым выручим немного времени на поиски явления, нарушившего баланс.
  - Явления? - переспросила сидевшая рядом с Настасьей пухленькая колдунья. - Вы не думали о том, что нарушить баланс мог кто-то живой? Скажем, какой-нибудь отдельный негодяй или даже несколько?
  - Это невозможно, - покачала я головой. - Если бы порталы появлялись, повинуясь чей-то воле, мы бы узнали об этом сразу, как только этот человек начал колдовать. К тому же, грани защищают очень сильные чары, чтобы их сломать требуются нереально высокие магические способности. При этом, опять же, совершить взлом незаметно для хранительниц нельзя - мы контролируем малейшие изменения общего фона. Однако сейчас происходит что-то, из-за чего волшебная защита буквально растворяется в пространстве. Или утекает в другие реальности. Мы постараемся своими силами отыскать и ликвидировать причину этой проблемы, однако потом нам потребуется очень много магии, чтобы залечить оставшиеся дыры и восстановить пошатнувшееся равновесие.
  Снова бросила взгляд на Касьяна. Муж сидел с задумчивым выражением лица и смотрел куда-то в сторону.
  - А что будет, если вы не найдете причину утечки? - спросил Авдей Борисович. - Или если господа чародеи откажутся вам помогать?
  - Причину мы найдем однозначно, - усмехнулась я. - Если пустить дело на самотек, возникающие порталы окажутся еще не самым большим злом. Я не могу точно сказать, что именно произойдет, но могу предположить, что в случае бездействия, межмирное пространство окончательно истончится и пропадет. Не буду говорить за все государства нашей реальности, но конкретно это княжество попросту перестанет существовать. В лучшем случае оно окажется разорванным на отдельные клочки, которые станут частью других миров. В худшем - в этом месте произойдет серьезное искажение пространства, и наша страна превратится в так называемое гиблое место, уничтожающее всех, кто к нему приблизится. Как бы то ни было, пригодной для жизни эта территория уже не будет.
  В зале поднялся шум. Со всех сторон понеслись встревоженные восклицания и охи.
  Авдей Борисович попытался что-то сказать, однако его слова утонули в общем гуле людских голосов. На помощь правителю тут же пришел придворный колдун - Иван Никифорович щелкнул пальцами и под сводами приемной залы раздался громкий звук трубящего рога.
  Разговоры тут же смолкли.
  - Что скажете, господа чародеи? - спросил великий князь. - Согласны ли вы помочь хранительницам в их нелегкой работе?
  - Согласны, - ответил давешний тощий волшебник, остальные закивали головами. - Мы сделаем все, что сможем. Однако магия межмирной ткани - это не шутка. Не болото предстоит осушить и не саранчу в полях уничтожить. Хватит ли нам, колдунам верхнего мира, силенок, чтобы выполнить такую задачу?
  Все, как по команде, перевели взгляды на моего мужа.
  - А что скажешь ты, Касьян Трипетович? - вежливо обратился к нему великий князь. - Поддержит твой народ великое дело?
  - Поддержит, - невозмутимо ответил кощей. - Навь - такая же часть этой реальности, как и верхний мир. Пусть уважаемая яга скажет, есть ли у нее какой-нибудь план, по которому всем нам необходимо работать? Ведь действовать надо незамедлительно.
  План у меня был, но сырой и очень условный. Я набросала его прямо перед советом, ибо времени на более тщательное и подробное планирование не было.
  К счастью, к данному обстоятельству и колдуны, и князья отнеслись с пониманием. Направление мысли они уяснили очень быстро, а потому их собственные предложения посыпались, как из рога изобилия. В итоге следующие три часа были потрачены на то, чтобы выработать окончательную стратегию и перераспределить обязанности.
  Из числа явившихся на совет волшебников выбрали сорок двух добровольцев, которых мы с девочками тут же поделили на группы и "разобрали" по своим территориям. В каждой группе определили две подгруппы по три человека, чтобы пока одна из них латает магическую ткань, вторая могла отдохнуть и набраться новых сил.
  Удельные князья торжественно пообещали предоставить чародеям на своих землях полную свободу действий, а также откликаться на любую поступившую от них просьбу.
  Пока шло обсуждение организационных вопросов, Касьян о чем-то тихо переговаривался сначала с Авдеем Борисовичем, потом со своими помощниками, стоявшими все это время за его спиной. В общей беседе он участие не принимал, завив, что Навь в самое ближайшее время выработает свой собственный план действий и сообщит его подробности всем организаторам спасательной операции.
  Когда совет подошел к концу, лично я чувствовала себя очень уставшей и всей душой мечтала вернуться в приграничный лес. Впрочем, это было обосновано еще и тем, что чары, наложенные на проблемные участки наших территорий, вот-вот могли рассеяться, и, как следствие, поступить сигналы о новых порывах. Кроме того, споры и обсуждения потребовали стольких сил, что у меня пропало всякое желание решать сегодня свои личные проблемы.
  Сами проблемы, между тем, думали по-другому.
  После того, как в грамоте протокола совета была поставлена последняя точка, великий князь пригласил участников подкрепиться перед обратной дорогой. Так как голодными после шумных дебатов были все, чародеи торопливо поспешили на выход.
  Я же терять время на трапезу не собиралась, а потому отделилась от общей толпы и направилась в сад, чтобы открыть портал и вернуться домой.
  Не тут-то было.
  - Лика!
  Коротко вздохнула и улыбнулась.
  - Здравствуй, Дима.
  Он вынырнул откуда-то слева - из-за большого куста боярышника. Выглядел при этом очень взволнованным.
  - Выходит, чудеса все-таки случаются и с простыми людьми, - улыбнулся в ответ князь.
  - Да, я тоже очень удивилась, когда увидела тебя здесь.
  Дмитрий подошел ближе.
  - Видишь, я оказался прав - ты действительно волшебная.
  Тихо хмыкнула. И ведь не поспоришь.
  - Так значит, ты - яга.
  - Верховная, - кивнула я. - А ты, выходит, князь? Нам с тобой определенно стоит познакомиться заново.
  - Изволь, - в почтительном поклоне склонил голову мой приятель. - Дмитрий Евсеевич, удельный правитель западных земель нашего княжества.
  Западные земли - это территория влияния моей Настасьи, а значит, в его владениях я бывала не раз. Что ж, места там действительно чудесные.
  - Гликерия Афанасьевна, - склонила голову в ответ. - Верховная хранительница-яга магических рубежей.
  - А также одна из сильнейших волшебниц этой реальности и законная царица Навьего царства.
  Касьян вырос перед нами, как из-под земли. Дмитрий вздрогнул, я мысленно закатила глаза.
  - Лика, - обратился ко мне кощей, - твой кавалер знает, что ты - замужняя женщина?
  - Знает, - спокойно ответила я.
  - А ты говорила ему, что замужем - за мной?
  Взгляд Дмитрия на мгновение стал растерянным.
  - Нет, - вздохнула я. - Эту печальную часть своей биографии я стараюсь не афишировать.
  - Напрасно, - сказал Касьян. - Удалось бы избежать многих проблем.
  Супруг говорил нарочито спокойно и доброжелательно, в то время, как мне отлично было видно - Трипетович едва ли не в бешенстве.
  - И не совестно вам, уважаемый, с чужой женой приватные беседы вести? - сказал он Дмитрию. - Я ведь, как порядочный муж, теперь имею полное право обидеться и отомстить.
  - Касьян, перестань, - также нарочито спокойно произнесла я. - Пожалуйста.
  - Прошу меня простить, - откликнулся Дима. - Я ни в коем случае не желал вам обиды. В беседе же нашей ничего предосудительно нет - мы с Гликерией Афанасьевной знакомы, и я подошел к ней для того, чтобы выразить свое почтение.
  - Свое почтение вы выражали ей на протяжении последних трех часов. Ваши откровенные взгляды не заметили разве что княжеские стражники, да и то потому, что стояли все это время за дверью. Постыдились бы компрометировать замужнюю колдунью!
  - Касьян, прекрати! - начала заводиться я.
  - Замужнюю ли? - приподнял бровь Дмитрий. - Разве порядочный муж отпустил бы свою жену в одиночестве бродить по чужим мирам? Позволил жить в глухом лесу? Явился бы на княжеский совет отдельно от нее? Ваши претензии, Касьян Трипетович, мне не понятны.
  - Не забывайся, князь - широко улыбнулся кощей. - Не по чину тебе вздыхать по этой женщине. Оставь глупые мечтания и отправляйся в свой удел крутить коровам хвосты. Если же тебе мои слова не ясны, могу сказать их по-другому - доступно для твоего восприятия.
  - Уважаемые, - вклинилась я между ними. - Быть может, вам стоит прекратить этот бессмысленный спор? У каждого из нас полон рот забот, а вы тратите время на ерунду. Давайте поговорим о том, что действительно важно?
  - Давайте, - живо откликнулся Касьян. - Лично я хочу сейчас пообщаться со своей супругой. Прощай, Дмитрий Евсеевич. Надеюсь, что больше никогда тебя не увижу.
  И, прежде чем я успела среагировать, схватил меня за руку и решительно повел куда-то вглубь сада. Сопротивляться не стала. Махнула Диме рукой и пошла вслед за мужем.
  Едва за нашими спинами сомкнулись кусты, земля под ногами Трипетовича вздрогнула и отбросила его от меня в сторону. В полете Касьян мгновенно сгруппировался, а потому легко приземлился на ноги, нисколько при этом не поранившись.
  - Какая-то ты нервная, - заметил он, делая ко мне один осторожный шаг.
  - Я тебя сейчас молнией промеж глаз ударю, - пообещала я.
  - Рога не снеси, - хохотнул Касьян. - Уж больно они у меня хороши - крепкие да ветвистые. Всем на зависть.
  - У меня они лучше, - хмуро заметила я.
  Взгляд кощея стал серьезным.
  - Не говори чепухи, сладкая.
  - Ты тоже, - сказала ему. - И за руки меня не хватай. Ты знаешь, я этого не люблю.
  - Знаю, - кивнул Трипетович. - Но по-другому увести тебя от воздыхателя было бы непросто. Поговорить мне с тобой надо, жена.
  - Говори.
  - Ты когда домой думаешь возвращаться? Домовые без тебя ревом ревут, горгульи грустят, а духи и вовсе по углам прячутся. Пожалей горемычных, совсем они без глаз твоих ясных захиреют и пропадут.
  Правда, что ли, молнию в него пустить? Так ведь поймает он ее на лету, зря только силы потрачу.
  - А ты их приголубь, - посоветовала мужу. - Глядишь, протянут еще столетие-другое.
  - Я с черными сущностями ласкаться не приучен. А если серьезно, Лика, то ты, душа моя, серьезно загулялась. Ладно бы просто в лесу своем комаров кормила, так уже откровенно налево поглядываешь. Возвращайся-ка ты домой.
  - У меня есть другое предложение, - сказала я. - Давай, Трипетович, мы с тобой продолжим жить так, как жили последние месяцы - ты у себя, а я - у себя. А чтобы тебя мои взгляды больше не волновали и чистота репутации не беспокоила, просто вернем назад наши брачные клятвы.
  Пару секунд Касьян с удивлением рассматривал мое лицо.
  - Ты хочешь развестись? - с искренним удивлением спросил он.
  - Да.
  - Шутишь?!
  - Нет, я говорю серьезно.
  - Ты что, действительно влюбилась в этого князька?! Я же уморю его, Лика!
  - Не говори ерунды, Касьян. Дмитрий тут не при чем.
  - Тогда я ничего не понимаю. Мы женаты почти сорок лет! Какая вожжа тебе попала под хвост?
  - То есть, развода ты мне не дашь?
  - Нет. Не вижу этому ни единого основания.
  Чудесно. Я одна расторгнуть брак тоже не смогу.
  - В таком случае пусть все остается так, как есть.
  - Домой ты не вернешься?
  - Нет. Не вижу этому ни единого основания.
  Касьян вздохнул.
  - Давай уйдем отсюда и поговорим в другом месте? Спокойно и обстоятельно.
  - Давай, - согласилась я, бросая взгляд на свой перстень, который вдруг загорелся красным цветом. - Но в другой раз, когда решим проблему, которая сейчас гораздо важнее наших споров. Ты, кстати, с магической помощью не тяни, а то разговаривать будет не о чем.
  Не дожидаясь его ответа, открыла портал и отправилась устранять новый межмирный порыв.
  ***
  Солнце медленно поднималось из-за горизонта, и в его рассветных лучах темные воды Русалочьего озера казались багровыми.
  Я сидела на большом камне в самой середине этого широкого круглого зеркала, глубоко вдыхала свежий утренний воздух и изо всех сил пыталась сосредоточиться. Получалось плохо - мысли роились в моей голове, подобно беспокойным пчелам.
  Собственно, подумать мне действительно было о чем - начиная от разговора с мужем и заканчивая последней пространственной прорехой, благодаря которой в окрестностях многострадальной Ястребевки возник очередной межмирный портал - уже третий на подконтрольных мне землях.
  На самом деле, очень хорошо, что после совета я практически сразу отправилась в "поля" - Касьян все равно не был настроен на конструктивный диалог, а потому вести с ним долгий спор не имело никакого смысла.
  Что мне всегда "нравилось" в характере мужа, так это потрясающее умение в любой ситуации вести себя, как ни в чем не бывало. Честное слово, поговорила с Трипетовичем пару минут и осталась с ощущением, будто в последний раз мы виделись не в позапрошлом году, а два или три дня назад. Будто я не из дома ушла, а уехала на выходные к маме (мир праху ее) или загостилась у подруги.
  Интересно, это Вран не пересказал кощею мое намерение развестись, или Касьян просто решил, что я пошутила?..
  С другой стороны, из-за внезапного прорыва я не успела поговорить с сыном, и это меня расстраивало. Впрочем, беглого взгляда было достаточно, чтобы понять - дела у него явно наладились, ибо выглядел Мечеслав гораздо веселее, нежели во время нашей последней встречи. Видимо, в сердечных делах у него наступил относительный порядок.
  Как только удастся выкроить немного времени для отдыха, непременно с ним поговорю.
  Отдохнуть, кстати, было бы очень неплохо, потому как есть подозрение, что, если я в ближайшие сутки не посплю хотя бы два-три часа, то попросту свалюсь на том самом месте, где меня настигнет усталость.
  Когда покинула летнюю княжескую резиденцию, оказалось, что прорыв грозил случиться не в одном, а сразу в двух местах. В тот момент я поняла, что идея позвать на помощь прочих колдунов была очень удачной - стоило подать сигнал о помощи, как ко мне мгновенно телепортировалась вся шестерка магов, закрепленная за моей территорией. Благодаря их поддержке времени и сил на ликвидацию проплешин потребовалось в разы меньше, чем обычно, а сами чародеи воочию увидели, с чем им теперь предстоит бороться.
  Между тем, пока "зашивались" две потенциальные дыры, совершенно неожиданно появилась третья. Мы же, занятые другим делом, благополучно прозевали ее возникновение, а потому почти всю ночь занимались тем, что ликвидировали последствия своей невнимательности: из открывшегося портала вылетела целая туча иномирной мошкары, которая разделилась на два роя и в мгновение ока сгрызла три дерева, попавшихся ей на пути.
  Словом, весело было настолько, что ближе к рассвету я в срочном порядке вызвала на совещательную поляну всех своих хранительниц и предложила сию же секунду заняться поиском пошатнувшегося магического баланса. Девочки согласись сразу - судя по их усталым лицам и испачканным праздничным нарядам, скучать этой ночью им тоже не пришлось.
  План наших действий был прост: каждой яге надлежало отправиться к узлу сосредоточения волшебной силы своего удела и, объединив усилия всех семерых хранительниц, "посмотреть" на что будет жаловаться наша реальность.
  У меня таким узлом был омут, расположенный посреди Русалочьего озера, поэтому спустя несколько минут после разговора с девочками, я уже сидела в самом центре своего главного магического источника и тщетно пыталась войти в общий волшебный круг.
  "Лика, где ты там? - раздался в моей голове "голос" Марьи. - Мы все готовы, ждем только тебя!".
  Глубоко вздохнула, закрыла глаза и усилием воли вытолкнула из своей головы лишние мысли.
  Воздух тут же наполнился потрясающей смесью звуков и ароматов: переливчатыми трелями соловья и иволги, нежным запахом лилий и пряным духом каких-то цветов, раскрывшихся недалеко от берега.
  "Я готова. Начинаем".
  Вздохнула еще раз и открыла глаза. Пространство тут же засияло всеми цветами радуги.
  Спустя пару секунд глаза привыкли к ярким вспышкам магических линий, которыми теперь переливалось все вокруг, и у меня появилась возможность внимательно и подробно, как на большом экране, рассмотреть составляющие элементы энергетического поля княжества.
  То, что я увидела, мне совсем не понравилось.
  Ослепившие в первый момент магические линии оказались гораздо тусклее и тоньше, чем должны быть при нормальном положении вещей, а между ними совершенно четко и ясно проступали короткие отрывистые полосы черного цвета - проплешины, грозившие с течением времени, превратиться в новые межмирные дыры. Что ж, теперь буду знать, на какие проблемные участки нужно обратить внимание в первую очередь.
  Однако, самое интересное было не в этом, а в том, что истончившиеся колдовские линии не находились на одном месте, как это было раньше, а двигались в разные стороны, буквально на глазах становясь тонкими и рыхлыми.
  Впервые в жизни я воочию наблюдала за тем, как из нашего мира утекает магия. Магические нити совершенно определенно уходили в другие реальности, причем так прямо и уверенно, будто где-то с другой стороны сидели рукодельницы, которые медленно и настойчиво тянули в разные стороны пряжу плотного вязаного пледа.
  Выглядело это по-настоящему страшно.
  Магический баланс был не просто нарушен - его темная и светлая составляющая, ранее смешанные в единую серебряную массу, почему-то распались на отдельные части и теперь покрывали пространство рваными лоскутами, соединяясь лишь в нескольких местах.
  Надеюсь, Касьяну не понадобится много времени на обдумывание плана собственных действий - судя по всему, помощь Нави нам потребуется не только для борьбы со стихийными порталами. Появилось серьезное подозрение, что помимо внешней опасности будет грозить внутренняя. Нарушение баланса острее всего ощущает мелкая нечисть - она буквально сходит с ума и начинает вести себя очень агрессивно: насылает физические и психические болезни, портит дома, делает места своего пребывания опасными для жизни человека. Анчуток теперь нужно держать в узде, однако пусть этим занимается их повелитель.
  Я снова закрыла и открыла глаза, возвращаясь к обычному видению реальности. Устало потерла виски.
  Итак, что мы имеем?
  Первое: магия утекает "за рубеж" из-за катастрофического нарушения баланса. Соответственно, остановить утечку можно восстановлением магического равновесия.
  Второе: обрушившийся баланс принесет много дополнительных забот. Думаю, кроме взбесившихся духов и сущностей, которые скоро полезут из болот, пещер и кладбищ, нас ждет оскудение природных магических источников (озеро с живой водой уже начало мелеть) и еще куча каких-нибудь других неприятностей.
  Третье: все перечисленные процессы движутся достаточно быстро, а значит, устранить их нужно в самое ближайшее время.
  Сразу же возникает закономерный вопрос: как это сделать?!
  Лично я не знаю. Все мы привыкли к тому, что равновесие нужно просто поддерживать, но уж никак не собирать его составляющие в кучу.
  С одной стороны, наша задача проста и понятна: зовем сильных чародеев и сообща "притягиваем" лоскуты магической силы друг к другу, дабы они снова смешались в единую субстанцию. С другой стороны, такая задача практически не выполнима: реальность наверняка будет всеми силами сопротивляться нашим действиям, а потому возникшую проблему это не решит.
  Отсюда вывод: необходимо найти и устранить причину, разрушающую магическое равновесие. Но для начала понять за счет чего в принципе разные стороны силы притягивались друг к другу. Это потребует времени, и, возможно, немалого.
  Я погладила шероховатую поверхность камня, на котором сидела, и он, оторвавшись от своего основания, как кувшинка от стебля, поплыл к берегу.
  Надо собрать еще один магический совет, но не такой большой, как вчера - только самых могущественных чародеев. Вдруг кому-то из них известны основы нашего мироустройства?
  Камень мягко ударился о берег. Осторожно спрыгнула с него на траву, однако стоило сделать несколько шагов, как ноги мои подкосились, и я мешком повалилась на землю.
  Очевидно круг стоил мне больших сил, нежели я рассчитывала.
  Веки налились свинцом, а сама я мгновенно провалилась в глубокий сон...
  
  Спала я, по всей видимости, несколько часов. К реальности возвращалась неохотно - усталость, скопившаяся за эти беспокойные дни, взяла свое, да и тело недвусмысленно напомнило, что я давно уже не молоденькая девушка, а потому работа на износ может быть для меня чревата.
  Однако стоило проморгаться, как сон улетучился в мгновение ока - оказалось, что я хоть и по-прежнему лежу на берегу русалочьего озера, однако под спиной у меня мягкое шерстяное покрывало, а сама я укрыта тонким плащом - знакомым буквально до зубовного скрежета.
  Владелец этого плаща сидел совсем рядом - его светлые волосы, заплетённые в замысловатую мужскую косу, находились буквально в нескольких сантиметрах от моего лица. А сам он с аппетитом хрустел каким-то овощем. Кажется, это была морковка.
  - Проснулась, сладкая? - спросил Касьян, повернувшись ко мне.
  Я еще раз моргнула. Трипетович тут?
  - Давно сидишь? - поинтересовалась я, осторожно потягиваясь (не схватила бы судорога!).
  - Не очень, - ответил муж, откусывая очередной кусочек моркови. - Почти два часа.
  - Ого, - откинула плащ и перетекла в сидячее положение. - Сам навий царь сторожил мой сон. Да еще так долго! Чем я обязана такой невиданной чести?
  - Да какая там честь, - отмахнулся Касьян. - Я, знаешь ли, мимо проходил. Смотрю: ты лежишь, прямо на голой земле. Вот, - он кивнул на плащ, - решил укрыть чем-нибудь. А то простудишься, не дай бог. Кто тогда княжество наше от глобальной катастрофы спасет? Можно было, конечно, отнести тебя в твою разлюбезную избу, но тогда бы пришлось ломать защиту, что стоит по периметру пограничного леса. Подозреваю, что спасибо мне за это никто бы не сказал. Морковку, будешь?
  Я закатила глаза. Действительно, с кем я тут пытаюсь разговаривать?..
  А поесть, кстати, было бы неплохо.
  Молча взяла протянутый корнеплод - судя по всему, кроме него у Касьяна ничего съедобного не было.
  - Я так понимаю, ваш пограничный отряд собирался в круг? - уже серьезнее поинтересовался муж.
  - Да.
  - И что он показал?
  - Что все плохо. И что вместо того, чтобы лопать овощи, нужно без промедления созывать магов на очередной совет.
  - Все настолько ужасно?
  - Хуже, чем мы предполагали. Магический баланс не просто нарушен, его практически нет. Магия утекает в другие миры буквально на глазах. Можно сколько угодно латать межпространственные дыры, однако их будет становиться все больше. Грани расползаются на нити, как старый вязаный носок. Чтобы привести волшебную составляющую в порядок, нужно знать, на чем этот порядок основан. Вот ты знаешь на чем?
  Касьян пожал плечами.
  - Могу предположить, что на равновесии магических сторон, - сказал он.
  - Само собой, - кивнула я. - А на чем основывается это равновесие? Что держит светлую и темную сторону вместе? Отчего они в принципе всегда были едины?
  - Не знаю.
  - Вот и я не знаю. Нужно спросить у других чародеев княжества.
  - Мне кажется, никто из них этого не знает.
  - Вот и проверим. Причем, как можно скорее.
  Я встала на ноги.
  - Вот так всегда, - вздохнул Касьян, поднимаясь следом. - Только присядешь отдохнуть, птичек послушать, как надо куда-то бежать, кого-то звать, что-то решать...
  Я удивленно на него посмотрела.
  - Бежать, звать и решать, вообще-то, собираюсь я. А птичек ты слушал почти два часа, пора и делом заняться. Я, кстати, так и не поняла, зачем ты сюда пришел. Есть какие-то новости? Или уже готов план твоих действий?
  - Я просто хотел провести немного времени с женой. Что поделать, если это удается сделать, только когда она изволит спать?
  Я глубоко вздохнула.
  - Звучит, как издевательство, не находишь, Касьян? Мы с тобой так давно стали друг другу чужими людьми, что я даже не могу вспомнить, когда именно это произошло. Ты, милый муж, не мог найти минутку даже для того, чтобы лично высказать свои претензии, всё "письма" передавал, да гонцов посылал. Время, между тем, не терпит, поэтому заканчивай балагурить и просто скажи, зачем пожаловал.
  - Сварила бы ты себе успокоительного отвара, Гликерия, - хмыкнул Трипетович. - Говоришь спокойно, а в глазах молнии сверкают. По поводу времени не беспокойся, оно у тебя есть. Я по удельным княжествам своих колдунов расставил, они твоим чародеям помогут дыры латать и общий фон поддерживать. Силушка у них имеется, а потому пару недель до того, как процесс разрыва граней станет необратим, мы выиграем наверняка. Что же касается моих "писем", то тебе, любезная супруга, стоит вспомнить, что я не деревенский кузнец и не удельный князек, а царь. За бабой бегать мне не по чину, даже если эта баба - моя собственная жена. Иначе меня последняя навка уважать перестанет.
  Да-да. И так всю жизнь - с оглядкой, с тщательно подбираемыми словами, с заботой о собственном статусе. Все это, конечно, обосновано, но так надоело!..
  - С очередным сборищем магов я бы тебе торопиться не советовал, - продолжил Касьян. - Можно, конечно, порыться в старинных хрониках - основы основ наверняка в них записаны. Только их поиск потребует много времени, да и перевод с древнего наречия за одну минуту не делается. Поэтому лично я сначала поговорил бы с магом, который помнит эти самые основы основ наизусть.
  - Ты знаешь такого мага?
  - Я скажу больше: тебе он тоже прекрасно известен. Во время редких встреч ты зовешь этого старого хрыча "батюшкой".
  Я хлопнула себя по лбу. Ну конечно, батюшка! Незабвенный свекор Трипетий Ермолаевич, старый кощей, уступивший сыну трон еще задолго до моего с Касьяном знакомства. И единственный человек, с одобрением воспринявший наше желание пожениться.
  Он действительно может знать больше, чем другие чародеи - хотя бы потому, что является одним из самых старых колдунов нашей реальности.
  - А он еще жив? - поинтересовалась у мужа.
  - Вроде, да, - пожал плечами Касьян. - Если бы умер, я бы об этом знал.
  - Общаться с отцом тебе тоже не по чину?
  - Общаться с ним у меня нет никакого желания. Ты знаешь, у нас сложные отношения. Я к нему на поклон не пойду, ибо рискую быть посланным куда подальше, и то в лучшем случае. А тебя отец любит, глядишь, согласится рассказать что-нибудь интересное.
  О, интересного он знает много. Главное, чтобы старик пожелал этим поделиться, потому как уверенность Касьяна в том, что старый кощей относится ко мне благосклонно, сильно преувеличена. Ни к кому он благосклонно не относится, особенно сейчас, когда живет уединенно и ни с кем отношений не поддерживает. Впрочем, Трипетий Ермолаевич - чародей очень умный, а потому должен осознать, что мое появление в его жилище весьма и весьма обосновано.
  - Спасибо за идею, Касьян.
  - Всегда пожалуйста, - улыбнулся муж. - Кстати, раз уж небо не свалится нам на головы прямо сейчас, а ты сама выспалась и даже в некотором роде подобрела, может, объяснишь мне, с чего это ты вдруг решила развестись?
  Хм. Я-то надеялась, что сегодня он эту тему поднимать не будет.
  - Давай поговорим об этом потом.
  - Потом? Я же умру от любопытства, Лика.
  Шут. Гороховый.
  - Хорошо, - кивнула я. - Наш брак себя исчерпал, Касьян, и ты это знаешь не хуже меня. Мы, опять же, давно стали чужими людьми, и нам прекрасно живется порознь. Скажи честно, есть у тебя потребность видеть каждый день мое лицо?
  - Да, - спокойно ответил Трипетович. - Есть.
  - Ты опять издеваешься?!
  - Я серьезен.
  - Тогда почему ты за все это время ни разу не поинтересовался, как живет твоя жена?
  - А зачем интересоваться? Мне это было известно и так. Я знал, что ты живешь в своем лесу, занимаешься обычными делами, нормально питаешься и ни в чем не испытываешь нужды.
  - И у тебя ни разу не возникала потребность просто со мной повидаться?
  - Возникала. Но ведь из дома ты ушла сама, а значит, общаться со мной была не настроена. Я, знаешь ли, считаю, что каждый человек должен иметь свободу выбора. Не хочет жена меня сейчас видеть - не надо, пусть отдохнет, развлечется. А поговорить можно и опосля. Если помнишь, ты уходила в свою избу и раньше. И всегда возвращалась обратно.
  Ну да. Только раньше я уходила на пару-тройку дней, и то потому, что моего постоянного присутствия требовали дела. В этот же раз меня не было несколько месяцев, и это не вызвало у мужа никаких эмоций, даже недовольства. Ушла? Пусть проваливает. Отдохнет. Развлечется. Надо будет - вернется обратно.
  Вот только возвращаться я больше не хочу. Грустно, что супруг вспомнил обо мне лишь тогда, когда на горизонте появился Дима, и его царская репутация оказалась под угрозой - не дело навьему правителю рога поверх короны носить.
  И что мне ему сказать? Что я - тоже женщина и хочу, чтобы меня любили и интересовались моими делами? Чтобы о моем существовании вспоминали чаще одного раза в два года? Что мне хочется чувствовать себя нужной и полезной не только лесавкам и случайным путникам?
  Так ведь он только посмеется. Как и всегда. Скажет, что я старею. Что букетно-конфетный период у нас прошел давно и что говорить о любви - смешно. Какая, в самом деле, может быть любовь - в нашем возрасте и после стольких лет супружества?..
  - Ты всегда ждал от меня инициативы, Касьян, - тихо сказала ему. - Мириться после ссор первой должна была я, начинать серьезные разговоры - тоже я. Сейчас я просто беру на себя очередную инициативу. Давай разведемся. Пожалуйста. Если хочешь, обществу можем сказать, что это ты от меня ушел.
  Взгляд Касьяна стал жестким.
  - Нет, Гликерия, так не пойдет - он покачал головой. - Развода я тебе не дам и никому врать не стану. Согласен, время нашей разлуки несколько затянулось. Но что, по-твоему, мне следовало сделать? Явиться в приграничный лес и за косы отволочь тебя во дворец? Или упасть на колени и слезно умолять тебя объяснить причину своего недовольства? Разве мы дети, чтобы играть в эти дурацкие игры?
  Вот. Что и требовалось доказать.
  - Знаешь, пойду-ка я проведаю твоего отца, - сказала я. - У меня нет ни малейшего желания с тобой ругаться.
  - У меня, представь себе, его тоже нет. Про развод забудь, его не будет. Когда закончится вся эта катавасия с магическим равновесием, я найду способ вернуть тебя домой.
  - Ты мне угрожаешь?
  - Что ты, сладкая. Я тебе это обещаю.
  
  ГЛАВА 7
  
  После разговора с мужем я сразу же перенеслась в свою избу - встречу со свекром решила не откладывать, а для нее требовалось переодеться.
  - Свяжись с остальными хранительницами, - сказала я Пафнутию. - Передай, что сегодня вечером я буду ждать их на совещательной поляне. Пусть пока отдыхают и набираются сил.
  - Хорошо, - кивнул кот. - А ты сама-то отдыхать собираешься?
  - Некогда. Отдохну, когда все закончится.
  - Даже завтракать не будешь?
  - Я уже ела. Морковку. Она перебила мне аппетит.
  Быстро умылась, сменила испачканный наряд на длинное белое платье - там куда я собиралась отправиться, в плотной паневе было бы некомфортно.
  - Ты никак к морю собралась? - с удивлением поинтересовался Пафнутий.
  - Да. Хочу навестить батюшку.
  - С ума сошла? - вытаращил глаза мой помощник.
  - А почему бы и нет? Мы с ним лет десять уж не виделись.
  - И ты за это время по нему соскучилась, да?
  - Если честно, нет, - призналась я, расчесывая волосы. - Родня у Касьяна та еще. Без особой надобности встречаться с ней не стоит.
  - А у тебя, стало быть, такая необходимость есть.
  - Именно так. В подробности вдаваться не буду, ладно? Потом расскажу.
  - Понял, - кивнул Пафнутий. - Погоди маленько, я пирожков соберу. Когда гость приходит не с пустыми руками, он автоматически становится дорогим.
  Корзинку с выпечкой мой помощник вынес в сени к одной из чудесных дверей - той, что вела в дом на морском побережье. Географически эта славная каменная хибарка располагалась в нескольких тысячах верст от моего волшебного леса - на одном из маленьких островов южного моря.
  Таких островов в радиусе пятидесяти-шестидесяти верст было много - штук пятнадцать, и на одном из них обитал бывший правитель Навьего царства.
  Когда Трипетий Ермолаевич сообщил нам с Касьяном о своем намерении переехать на зарубежный архипелаг, лично я была очень удивлена. Мне почему-то казалось, что колдун, столетиями правивший нечистью и черными магами, выберет для себя менее жаркое и солнечное место.
  Свекор же, судя по всему, новым домом был вполне доволен, ибо сидел на своем острове безвылазно и гостей не очень-то жаловал. Когда мы со Славой попытались его навестить, старик терпел наше присутствие не более тридцати минут, после чего прямо попросил оставить его в одиночестве.
  Я же за время этого краткого визита успела по достоинству оценить красоты морского побережья, а потому через некоторое время сама возвела на одном из пустынных островов маленький домик, чтобы периодически отдыхать здесь от забот и хлопот.
  ...Если над Русалочьим озером и моим зачарованным лесом еще разгоралось утро, то на островах солнце начинало клониться к линии горизонта. Жара была терпимой, а солнце - ласковым.
  Являться в гости к старому кощею без предупреждения я не рискнула, а потому, подойдя к кромке воды, послала ему ментальный сигнал с просьбой об аудиенции.
  Трипетий же будто меня уже ждал - через пару секунд прямо перед моими ногами появился узкий бревенчатый мостик, встав на который, я легко и беспрепятственно перенеслась на один из соседних островов.
  Свекра обнаружила сразу, как только ступила на белый песок побережья - он сидел на высоком деревянном помосте и ловил рыбу.
  - Здравым будьте, Трипетий Ермолаевич!
  Он поднял на меня глаза, кивнул головой.
  - И тебе не хворать, сношенька.
  За последнее десятилетие старый кощей совсем не изменился, разве что, сильно загорел. Впрочем, он все сорок лет нашего с Касьяном супружества находился в одной поре: худой, как щепка, лысый, с острыми скулами, крючковатым носом и впалыми голубыми глазами - по-юношески яркими и пронзительными.
  - Решила-таки навестить старика, Гликерия? - криво улыбнулся свекор, поднимаясь на ноги.
  - И гостинцев вам принесла, - кивнула я, протягивая корзинку с пирожками.
  Что ж, настроение у него, вроде бы, нормальное. Возможно, от моего визита будет толк.
  - Гостинцы - это хорошо, - Трипетий сложил удочку и принял из моих рук пирожки. - Однако я думал, что ты прибудешь раньше.
  - Некогда было, батюшка. Беда на наше княжество свалилась. Очень ваш совет нужен.
  - Про беду я знаю, - сказал кощей. - Хоть живу теперь далеко, а колебания магического фона все равно ощутил. Идем, Гликерия, в дом. Угощу тебя чем-нибудь съедобным, а ты мне о заботах ваших расскажешь.
  Он помог мне забраться на помост, и мы прошли по нему к самому дому. Миновали крошечные сени и ступили в большую просторную горницу, служившую Трипетию Ермолаевичу и спальней, и кухней, и кабинетом.
  Несмотря на то, что большую часть своей жизни свекор провел в богатстве и роскоши, обстановка его островного жилища впечатляла своей скудостью и простотой: крошечная печушка, три полки с какими-то банками и флаконами, узкая кровать, сундук и крепкий стол с двумя стульями - вот и весь нехитрый интерьер.
  - Ну рассказывай, сношенька, с чем конкретно ты ко мне пожаловала, - сказал старый кощей, когда я уселась на один из стульев.
  - Сдается мне, батюшка, вы и сами это знаете, - усмехнулась я. - Хочу посоветоваться по поводу магического баланса нашей реальности.
  - Он обрушился? - спокойно поинтересовался он, доставая из невидимого моему глазу хранилища чашки, горшочек с сахаром и блюдо с баранками.
  - Еще не до конца. Но дело идет именно к этому.
  - Понятно, - кивнул он, устанавливая на печушку большой пузатый самовар.
  Интересно, где Трипетий все это прячет? Наверное, организовал себе небольшой пространственный карман и держит в нем разную утварь, чтобы горницу не захламлять.
  - Видать, дела действительно серьезные, если отголосок ваших потрясений до моего острова докатился, - продолжил старик. - Пока самовар греется, растолкуй-ка мне все по порядку.
  О! Стало быть, отец меня действительно ждал - вон каким любопытством светятся его глаза. Любопытство это я удовлетворила сполна - подробно рассказал и о возникающих порталах, и об утекающей магии.
  - За счет личного резерва и природных источников какое-то время мы сможем поддерживать волшебный фон в приемлемом состоянии. Но недолго, - вздохнула я. - Мы не знаем на чем зиждется равновесие, а потому не способны его восстановить. Помогите нам, батюшка, подскажите, что нужно делать, чтобы не допустить беды. Если магия пропадет, пострадает вся наша реальность.
  - Если магия пропадет, пострадает только ваше княжество, - усмехнулся Трипетий, ставя передо мной чашку с ароматным чаем. - Не преувеличивай масштаб трагедии, Гликерия. Не все так страшно, как кажется.
  - Не так страшно?! Но ведь целая страна окажется уничтожена! Погибнут люди!
  - Страна - да, ее не станет, - кивнул старик. - Людям же гибнуть вовсе не обязательно. Ничто не мешает им перейти горный хребет и переселиться в другие государства. Если помнишь, княжество расположено обособлено от прочих земель, и магия в большей мере находится именно на его территории.
  Помню, конечно. В остальных странах колдунов мало, да и те - выходцы из Авдеевых владений.
  - Единственными, кто действительно пострадает, будут чародеи, - продолжил старик. - Да и то не смертельно. Магии они, разумеется, лишатся, но в живых-то останутся наверняка. Конечно, дальнейшая ваша жизнь будет сопряжена с трудностями: переселение, адаптация к новой жизни... Да и реальность наша станет компактнее - там, где сейчас находится горный перешеек, скорее всего, появятся новые грани - когда магия уйдет без остатка, мир исцелит себя сам.
  - Но мы не хотим, чтобы магия исчезала! - воскликнула я. - Неужели этот процесс нельзя повернуть вспять?
  - Почему же нельзя? - старый кощей откусил кусочек пирожка и начал с наслаждением его жевать. - Мм... вкусно. Пафнутий, что ли, пек?
  - Да.
  - Помощник у тебя - золото. А по поводу волшебной силы - удержать ее в нашем мире можно. Но это не просто.
  На самом деле, обойтись малой кровью никто и не надеялся.
  - Магию в мире держит тот же самый закон, который распространяется на все остальные явления во вселенной. Закон противоположностей.
  Я приподняла бровь.
  - Этот тот, согласно которому отрицательно заряженные частицы притягиваются к положительно заряженным?
  - Именно. Конечно, магия - не физика, однако в ее основе также заложен своеобразный магнит, который держит две стороны силы во взаимодействии друг с другом. Люди называют его любовью.
  Что?..
  - Вы хотите сказать, что противоположные стороны магии были едины потому, что любили друг друга? - изумилась я.
  - Если объяснять примитивно, то да, - кивнул старый кощей. - Любовь - сильнейшая сила притяжения в мире, и проявляется она по-разному: у людей так, у предметов этак, у природных явлений и вовсе по-третьему.
  - То есть, магия утекает в другие миры потому, что ее составляющие друг друга разлюбили?..
  - Не совсем. Из-за того, что магнит больше не действует, началось обрушение равновесия. Природа же совершенно не терпит дисгармонии. Как только случился волшебный дисбаланс, она сразу же начала выталкивать магию из себя, как чужеродное тело. Знаешь, как организм беременной женщины реагирует на плод, если у него с матерью случился резус-конфликт?
  - Знаю, - вздохнула я. - Иммунная система считает его опасным объектом и старается уничтожить.
  - Вот-вот, - кивнул свекор. - То же самое происходит сейчас с нашей реальностью. Она больше не воспринимает магию, как одну из своих составляющих.
  - То есть, - медленно произнесла я, - нужно вернуть сторонам силы их "магнит", и мир, как вы недавно изволили выразиться, вылечит сам себя?
  - Да, - кивнул Трипетий Ермолаевич.
  - Но отчего же этот магнит пропал? И как нам его вернуть?
  Свекор вздохнул, сделал глоток чая.
  - Вопросы, конечно, интересные. Однако ответы могут тебе не понравиться.
  Кто бы сомневался.
  - Говорите, папа, не томите.
  Он сделал еще один глоток.
  - Скажу, не сомневайся. Но прежде ты скажи мне, сношенька, как у тебя дела с твоим супругом?
  - А при чем тут это? - удивилась я. - Вы, батюшка, от ответа не уходите. Сначала давайте дело обсудим, а про нас с Касьяном поговорим позже.
  - А вот и нет, - как-то грустно улыбнулся старик. - Признайся, Гликерия, вы с мужем больше не вместе?
  Теперь вздохнула я.
  - Не вместе, - ответила ему. - Второй год порознь живем. Думаем развестись.
  Свекор поставил чашку на стол и посмотрел на меня внимательным взглядом.
  - Вот, значит, как. А развода вы оба желаете?
  Зачем он об этом спрашивает?! Больше обсудить нечего?!
  - Нет, разойтись хочу только я. Касьян на это пока не согласен.
  Трипетий облегченно выдохнул и залпом допил остатки своего чая.
  - Погодите-ка, - где-то в районе сердца у меня шевельнулось нехорошее предчувствие. - Наши отношения с Касьяном как-то связаны с магическим равновесием?..
  - Ну, - кощей сделал неопределенный жест рукой, - в некотором роде, да.
  После его слов на моем лице отразилась такая гамма эмоций, что Трипетий Ермолаевич сразу же принялся объяснять:
  - Видишь ли, сношенька, между Навью и Явью - верхним и нижним магическими мирами издавна существовала договоренность о нейтралитете. Каждый жил у себя, в дела другого не вмешивался, а во время редких встреч вежливо раскланивался, а если в спину и плевал, то легонько и без особой неприязни. В древних хрониках говорится, что волшебства в нашем мире тогда было немного - на уровне современных знахарей да гадателей. Однако со временем отношения темной и светлой сторон окрепли, а нейтралитет перерос в сотрудничество в отдельных важных делах. Одновременно с этим колдуны заметили, что их магическая сила вдруг начала расти. Проследить закономерность оказалось несложно: чем теплее становились отношения у земных и навьих чародеев, тем быстрее и шире развивались их магические способности. В какой-то момент маги обоих миров начали вступать друг с другом в браки и с удивлением обнаружили, что дети, рожденные от таких союзов, обладают большей силой, нежели их родители.
  Причем, сила эта была больше в разы. Слышала я эту историю, мне ее еще бабка моя рассказывала.
  - Если я правильно поняла, таким образом, в течение столетий и формировалось магическое равновесие? - уточнила я.
  - Да, - кивнул свекор. - Процесс этот был долгим, но верным. Более того, достаточно быстро чародеи разобрались в том, что магнитом, удерживающим темную и светлую магии вместе, являются положительные эмоции, которые испытывают друг по отношению к другу темные и светлые колдуны. Чем эти эмоции сильнее, тем крепче магический фон и больше личная сила чародеев. Заметь, вместе с развитием магии изменилось и общее полотно нашей реальности - мир приспособился к новому порядку.
  - Погодите, батюшка, - осторожно прервала его я. - Если магическое равновесие зависит от взаимоотношений колдунов, то почему оно сейчас пошатнулось? Смешанные браки продолжают заключаться, войны между Навью и Явью не предвидится. В чем же дело?
  - А вот теперь, сношенька, я подхожу к самому интересному. Ты колдунья толковая, а значит, должна знать, что у магии, как и любого другого явления, есть свой центр - сосредоточение главных энергетических элементов.
  - Я это знаю, - кивнула ему. - Более того, у нас этих центров два - один в Нави, другой - в Яви.
  - А кто является сосредоточением этих сил? Это тебе известно?
  Я пожала плечами. Сосредоточение волшебных сил - понятие условное, если не сказать, сказочное. В нашем мире (и особенно в княжестве) живет много волшебников, и уровень силы и знаний у каждого свой - кто-то сильнее, кто-то слабее. Выискивать среди них самого могущественного - глупо, особенно если учесть, что ни один, даже самый сильный колдун, не выстоит перед группой объединившихся чародеев.
  Старый же кощей, между тем, продолжал:
  - Издавна повелось, что центром темных сил считается навий повелитель. Его волшебные способности так высоки, что позволяют не только держать в своем подчинении сущности нижнего мира, но и влиять на мощь и "настроение" черной составляющей магического баланса. Светлый центр силы, как ты уже могла догадаться, находится у верховной яги.
  - Но, батюшка, - снова перебила его, - этого не может быть! Лично я далеко не всегда была такой сильной магичкой, как сейчас. Мне пришлось долго учиться и долго развивать свои чары. Причем, главная часть силы пришла ко мне только после того, как я приняла у прежней хранительницы жезл главного хранителя волшебных рубежей.
  - Поверь, с Касьяном была та же история, - усмехнулся Трипетий Ермолаевич. - Он всегда был способным колдуном, однако настоящее могущество обрел после того, как я передал ему корону. Отсюда вывод, Гликерия: центром магической составляющей является вовсе не человек, а сила, которую он обретает благодаря своей должности. Современная молодежь благополучно забыла, что она серьезно влияет на магический баланс, а старики вроде меня пока еще нет. Помнишь, сношенька, сколько разговоров и пересуд вызвала новость, что навий царь женится на верховной хранительнице? Смешанные браки в вашем княжестве давно в порядке вещей, однако, на таком высоком уровне их еще не бывало ни разу. Кощей всегда брал в жены черную ведьму, а яга выбирала себе в мужья светлого мага. А тут, смотри-ка, не успели познакомиться, как уж свадьбу играют. Меня же выбор сына и удивил, и порадовал. Ваш союз в то время не только укрепил магическое равновесие до состояния гранита, но и увеличил личный резерв каждого колдуна как минимум на треть. Знаешь, я уж грешным делом надеялся, что вы с Касьяном после Мечеслава родите еще одного ребенка, желательно, девочку. Чтобы, когда придет время, сын заменил отца на навьем троне, а дочь перешла в волшебный лес матери. Кровные узы, которыми были бы связаны два магических центра, сделали б волшебный фон нашей реальности вечным и незыблемым.
  Вот это да!
  - Получается, что обрушение равновесия - это моя вина? - медленно спросила я. - Если бы я не ушла от Касьяна, ничего бы не случилось?
  Трипетий закатил глаза.
  - Ты чем меня слушала, Гликерия? Вы с Касьяном - центры магической энергии. И равновесие серьезно пошатнули вместе - как раз в тот момент, когда перестали относиться друг к другу, как близким и дорогим людям. А твое желание развестись, сношенька, только добавило масла в огонь.
  - И что же мне теперь делать? - устало вздохнула я. - Вернуться во дворец к мужу?
  - Сомневаюсь, что это поможет, - грустно улыбнулся свекор. - Если вы друг друга не любите, злите и не уважаете, съезжаться под одну крышу нет никакого смысла. Магнит магического равновесия - любовь. Коль у вас ее нет, не нужно мучить ни себя, ни нашу несчастную реальность.
  - Но ведь что-то мы можем сделать, чтобы остановить утечку магии?
  - Конечно, - кивнул старый кощей. - Откажитесь от своих сил и передайте их другим чародеям. Тем, которые будут относиться друг к другу более нежно и трепетно. Или попробуйте построить с Касьяном свои отношения заново. Судя по тому, что магия просто утекает из мира, а магическое равновесие, пусть худо-бедно, но держится, с вашей семьей еще не все потеряно. Не прогоняй мужа, Гликерия. Попробуй с ним поговорить, может, что-нибудь дельное и получится. Но преемницу себе подыскивать уже начинай. На всякий случай.
  
  ***
  - ...словом, задачку он мне задал ту еще. Где я за такое короткое время новую ягу найду?!
  - А помириться с Касьяном - это все-таки не вариант?
  - Пафнуша, мы с ним не ссорились.
  - Ваш худой мир будет похлеще доброй войны. Ермолаевич, между прочим, по поводу своего сына хорошую идею высказал. Помнишь, ты сама давеча Катерине советовала Славку с порога не гнать, а поговорить с ним по душам? Может, стоит последовать своему же совету?
  Я доплела косы, уложила их вокруг головы, скрепила заколкой.
  С побережья я вернулась полчаса назад. Солнце над моим волшебным лесом едва перевалило за полдень, и до схода на совещательной поляне еще оставалось немного времени. Потратить его я в кои-то веки намеривалась на себя - чтобы отдохнуть и хорошенько обдумать возникшие перспективы.
  Переодеваясь, в двух словах пересказала Пафнутию разговор со свекром, и теперь внимала тому, что он обо всем этом думает.
  - Пафнуша, мы с Касьяном женаты очень давно. Неужели ты считаешь, что за это время мы ни разу не говорили по душам? Поверь, мой хороший, все мои претензии муж знает наизусть. Они всегда были одними и теми же. Просто дело в том, что Трипетовичу на них плевать. Собственно, мне теперь - тоже. Мы друг другу больше не нужны, понимаешь? А если так, есть ли смысл снова заводить старую шарманку?
  Помощник покачал головой.
  - Ты ведь так его любила, Лика...
  - Да, - пожала плечами. - Между тем, много лет мы жили рядом просто по привычке. Знаешь, раньше мне нравилось думать, что наши отношения перешли на новый уровень. Страсть ушла, а ей на смену явилось другое, более глубокое чувство.
  - Разве это было не так?
  - Так. Но в нашем случае это чувство оказалось равнодушием.
  - Лика, ты утрируешь. Честное слово, можно подумать, что Касьян относился к тебе, как к табурету.
  - Он относился ко мне так же, как и ко всем окружающим его существам. Касьян - царь, в его жизни главное место занимает Навь, все остальное вторично. Мне это растолковывали в течение нескольких десятилетий. Я все прекрасно усвоила и вопросов больше не имею. Очень надеюсь, что у тебя их тоже не будет, ибо мне жутко надоело перемешивать сопли с сахаром. Да, мы с Трипетовичем относимся друг к другу терпимо, в драку не кидаемся, оскорблениями друг друга не поливаем, однако мы уже - не семья и вряд ли снова когда-нибудь ею станем. Между тем, если наш разлад действительно так серьезно влияет на магический фон, нужно сделать все возможное, чтобы это влияние прекратилось.
  Пафнутий скептически покачал головой.
  - Вряд ли Касьян Трипетович будет рад передать кому-то свою корону.
  - А зачем ему ее передавать? - удивилась я. - От него это вовсе не требуется. К тому же, единственный, кто способен удержать на своей голове навий венец, - это наш сын, а ему принимать под опеку подземное царство пока рано. Не нагулялся еще. У Славы, может, только-только личная жизнь налаживаться начала, и что же, - нужно все бросить и отправиться к горгульям из-за того, что его родители не смогли между собой договориться? Нет, Пафнуша, пусть Касьян царствует столько, сколько захочет. А вот мне от жезла верховной яги придется отказаться - это чревато гораздо меньшими потерями и неприятностями. Уверена, с новой хранительницей Касьян легко найдет общий язык. Им ведь вовсе не обязательно друг друга любить. Чтобы остановить отток магии, будет достаточно элементарного уважения.
  Я встала со стула и пошла в горницу. Помнится, в печке оставался котелок со щами. Надо бы поесть, а то одной морковкой да чаем с баранкой надолго сыт не будешь.
  Пафнутий потопал следом за мной.
  - И не жалко тебе жезл в чужие руки передавать? Ты ведь ягами меньше полувека верховодишь.
  - Жалко, - вздохнула я, отрезая себе кусок хлеба. - Еще как! Дело я свое люблю, да и сила моя после передачи полномочий серьезно убавится. Ну так что ж?.. Найду себе другое занятие. Может, вовсе на Землю жить перееду. А сюда буду по праздникам являться. К сыну в гости.
  - Лучше б ты с Касьяном заново сошлась, - снова покачал головой мой помощник.
  - Да ладно тебе, - улыбнулась я. - Я пограничную службу брошу не сразу. Новую ягу надо будет в курс дела ввести, премудростям некоторым обучить. Собственно, тут мы возвращаемся к тому, с чего начали. Где мне преемницу-то найти?..
  - Зачем ее вообще искать? У тебя есть шесть готовых хранительниц - выбирай любую. А как выберешь, поменяйся с ней местами. Будем жить, как жили, разве что забот станет меньше.
  - Все не так просто, как кажется, Пафнуша, - возразила я, отправляя в рот ложку щей. - Жезл верховной яги, как корона навьего царя, - его в руках удержать нужно. Тут требуются не только хорошие магические способности, но и сила воли и куча других моральных качеств. Девочки мои, конечно, умницы, красавицы, да и чародейки отменные, однако, есть серьезное опасение, что ни одной из них жезл не дастся. Новую ягу нужно искать на стороне.
  Несколько минут мы молчали. Я ела суп, кот о чем-то размышлял.
  - Касьяну о своем решении расскажешь? - спросил, наконец, мой помощник. - О том, что собираешься отказаться от силы?
  - Конечно, - ответила я. - Пусть морально готовится заводить новые дипломатические отношения. К тому же, это станет еще одним аргументом в пользу нашего развода. Не по чину ему в женах слабую магичку держать.
  - Вообще-то ты и сейчас значительно слабее, чем он.
  - Это потому, что темных магов в нашей реальности численно больше, чем светлых. Из-за этого их источники получают дополнительную подпитку и оказываются мощнее. Вот и получается расхождение. По факту же наши с Касьяном силы равны. Если в ближайшее время в стране произойдет всплеск рождаемости светлых колдунов, я стану гораздо могущественнее, чем мой муж.
  - Понятно, - кивнул Пафнутий. - Девочкам о грядущих должностных перестановках тоже сообщишь?
  - Разумеется, - фыркнула я. - Это не та информация, которую нужно скрывать. К тому же, всегда есть вероятность, что я ошиблась, и среди хранительниц есть такая яга, которая сможет заменить меня на моем посту. Или хотя бы попытается это сделать. Согласись, Пафнуша, нельзя лишать людей надежды на карьерный рост.
  
  ***
  Весть о грядущем карьерном росте хранительниц не обрадовала. Когда вечером на совещательной поляне я сообщила им, что собираюсь сложить с себя должностные полномочия (рассказав предварительно о том, что именно стало причиной наших неприятностей), поднялся жуткий галдеж. Однако стоило мне заметить, что жезл верховной яги может забрать себе одна из них, повисла звенящая тишина.
  - Да вы что, Гликерия Афанасьевна! - едва ли не с ужасом в голосе пробормотала Аграфена. - Как можно? Разве ж мы сдюжим?!
  - Может, и сдюжите, - пожала я плечами. - Почему нет?
  - Не смешно, - хмуро сказала Настасья. - Знаешь, Лика, лично я к твоему символу верховной власти даже прикасаться не буду. Да и остальные тоже. Верно, девоньки?
  Девоньки согласно закивали головами.
  - Я прошу вас всех отнестись к моим словам серьезно, - сказала им я. - Время идет, все решения нужно принимать быстро. Не хотите идти на повышение сами, предлагайте, кого на него можно отправить со стороны.
  Хранительницы переглянулись, пожали плечами.
  - Сразу-то в голову никто и не приходит, - вздохнула Марья. - Да и можно ль так? Это ж какая ответственность! Верховную с бухты-барахты не выбирают. Помнится, тебя, Лика, предыдущая яга к этому посту несколько месяцев готовила.
  Да. Только у нас такого количества свободного времени в наличии нет.
  - Ладно, вопрос с преемницей решу сама, - кивнула я. - Теперь давайте вернемся к нашим баранам. На моей территории магический фон находится в сравнительном порядке. Как дела у вас?
  - Сносно, - подала голос Улита. - Навьи колдуны здорово нас выручают. Они трудятся даже активнее, чем маги совета - за весь этот день не было ни одного прорыва, все проплешины ликвидировались вовремя.
  - Работают на износ, сердешные, - согласилась Глафира. - Жалко их, выгорят без остатка.
  Это вряд ли. Тех, кто может быстро обессилеть, Касьян на такое ответственное задание бы не отправил.
  - Ладно, - кивнула я. - Радует, что во всей этой ситуации появилась хоть какая-то ясность. Будем работать дальше.
  
  После схода я обошла всю свою территорию. Тревожных сигналов не поступало, однако хотелось лично убедиться, что ничего страшного за время моего отсутствия не произошло.
  Всё действительно было в относительном порядке - светлые и темные маги работали четко и сообща - самостоятельно распределили между собой обязанности, сформировали рабочие группы и аккуратно патрулировали территорию.
  Моему появлению чародеи почему-то обрадовались, причем, больше всех - выходцы из Навьего царства. Отчитываясь о проведенном дежурстве, они то и дело улыбались и бросали на меня восторженные взгляды, будто дети, дождавшиеся приезда любимой тетушки.
  - Когда же ты, матушка, вернешься домой? - спросил у меня один из навьих колдунов - старый крепкий оборотень. - Мы по тебе страсть как соскучились.
  - Прямо-таки соскучились? - удивилась я. - Неужто повелитель вас трудами не загружает? Под его началом скучать обычно некогда.
  - Что есть, то есть, - согласился маг. - Касьян Трипетович всегда правил хоть и справедливо, но жестко, а в последние полтора года совсем очерствел. Страшно пред очи его являться: как взглянет исподлобья, так и кажется - жди беды. Пока ты, матушка, во дворце находилась, господин так не лютовал, и всем нам жилось хорошо да спокойно.
  Я вздохнула, ободряюще улыбнулась.
  - Времена сейчас тяжелые, - ответила ему, - все тревожатся и злятся. Как разберемся с этой напастью, жить станет проще.
  - Хотелось бы верить, - криво усмехнулся оборотень, - но, сдается мне, матушка, пока ты будешь здесь, для Нави тяжелые времена не закончатся.
  От его слов мне почему-то стало стыдно.
  Ох...
  Каждому ведь не объяснишь, что у меня есть свои причины оставаться наверху, и поступаться ими нет уже никакого смысла.
  С Касьяном же действительно нужно побеседовать - рассказать о разговоре с его отцом, обсудить дальнейшие действия - мы эту кашу вместе заварили, вместе будем и расхлебывать.
  Собственно, с такими мыслями я и вернулась в свою избу.
  Время еще было не позднее, однако я намеривалась поужинать и пораньше лечь спать. Завтра моя очередь латать межмирную ткань, а значит, надо как следует набраться сил.
  В сенях меня встретил Пафнутий. Взглянула на его серьезно-задумчивую морду и поняла, что выспаться мне сегодня не удастся.
  - Там к тебе гость пришел, Афанасьевна, - сказал кот. - В горнице сидит. Я ему каши предложил, а он отказался. Сказал, что без тебя трапезничать не станет.
  Я удивленно приподняла бровь и торопливо прошла вглубь дома. Переступила порог и на мгновение застыла - из-за стола мне навстречу поднялся Дмитрий.
  При виде меня на лице князя заиграла улыбка.
  - Здравствуй, - сказал он мне.
  - Здравствуй, - с некоторым удивлением ответила я, подойдя к нему ближе. - Что ты здесь делаешь?
  - Решил тебя навестить, - Дима невозмутимо пожал плечами. - Ты не рада?
  Смотри, какой бесстрашный! Ни Касьяна не испугался, ни угроз, ни моего, хм, социального положения.
  - Конечно, рада, - улыбнулась ему. - Давно ждешь?
  - Часа полтора, не больше.
  В горницу неслышно вошел Пафнутий. Скользнул к печке, загремел посудой.
  - Поужинаешь со мной? - предложила своему нежданному гостю.
  Он кивнул.
  - С большим удовольствием.
  Я снова улыбнулась и поманила его за ширму - мыть руки.
  Честно говоря, после обхода своих "владений" я предпочла бы хорошенько попариться в бане, ибо чувствовала себя грязной и уставшей. Однако, заставлять гостя ждать меня еще полтора часа было бы как минимум невежливо.
  - Быстро же ты до меня добрался, - сказал я Диме, осторожно поливая его ладони водой из небольшого кувшина. - Из Одрина до моей избы не меньше двух дней пути. Никак Иван Никифорович помог?
  - Да, - кивнул Дмитрий. - Он дал мне путеводный артефакт и открыл портал до твоего леса.
  Я быстро обмыла свои руки, жестом пригласила князя обратно к столу.
  - Знаешь, я ведь могла вернуться поздно вечером или даже ночью.
  Мужчина пожал плечами.
  - Я бы все равно тебя дождался. Извини, что вломился без приглашения. Очень было нужно с тобой повидаться.
  - У тебя срочное дело? - немного напряглась я.
  Пафнутий аккуратно поставил на стол котелок с кашей, я же достала ложки и тарелки и принялась накрывать на стол.
  - В некотором роде, - кивнул Дима. - Официально я прибыл по поручению великого князя. Во время совета было решено, что дружины удельных князей будут оказывать магам посильную помощь. Так вот Авдей Борисович поручил мне передать тебе грамотку с перечнем того, чем конкретно люди могут быть вам полезными.
  Мои брови взлетели вверх.
  Ради этого Дмитрий проделал такой путь, да еще ждал меня до самого вечера?
  Вообще-то подобные бумажки всегда посылают магическим вестником - так гораздо быстрее, нежели отправлять живого гонца. Тем более такого родовитого.
  - Я так понимаю, ты сам вызвался доставить мне письмо? - насмешливо произнесла я.
  - Ну да, - согласился Дима. - Я тебе больше скажу: пришлось долго уговаривать Авдея, чтобы он разрешил мне передать эту грамоту лично. Он, знаешь ли, твердил, что магам письма давно посылают волшебным способом.
  Я усмехнулась.
  - Послание, конечно, - лишь повод напроситься в гости, - уже серьезнее сказал Дмитрий, принимая от меня тарелку с кашей. - Мне нужно поговорить с тобой на очень важную личную тему. Понимаю, время сейчас беспокойное, однако потом на разговоры его вовсе может не быть.
  - Согласна, - кивнула я. - Что же ты желаешь обсудить?
  - Я хочу уточнить, планируешь ли ты продолжать со мной знакомство? Кощей прав: навьей царице действительно не пристало якшаться с обычными людьми. Однако мы с тобой так легко общались на Земле, что я подумал: вдруг ты не будешь против, если мы иногда станем видеться и в этой реальности? Не подумай ничего дурного, я ни в коем случае не хочу тебя обидеть или скомпрометировать! Мне будет жаль, если наша дружба закончится, толком даже не начавшись. Я помню, что ты замужем и, поверь, искренне уважаю брачные узы. Поэтому предлагаю дружбу и ничего более.
  Он говорил четко и очень спокойно, будто заранее продумал и отрепетировал свою речь. При этом взгляд его буквально обжигал огнем.
  - Ты напрасно волнуешься, Дима, - улыбнулась ему. - Я не вижу ни одной причины, чтобы обрывать наше знакомство и гнать тебя за порог. Что касается моего статуса, то его опасаться тоже не нужно, он совсем скоро изменится, и у меня не будет ни мужа, ни титула.
  Напряженные плечи князя после моих слов заметно расслабились.
  - А вот приходить сюда тебе все-таки не стоило, - продолжила я, приступая к ужину. - Касьян, конечно, любит пошутить, однако окружающим от его шуток смешно бывает далеко не всегда. Пока я официально являюсь его женой, лишний раз кощея лучше не злить.
  - Я его не боюсь, - невозмутимо ответил Дима. - И понимаю. Я бы тоже рассердился, если б рядом с моей супругой появился посторонний мужчина. Лика, мои намерения действительно чисты. Просто я..., - он запнулся. - Мне хотелось тебя увидеть. Очень. И раз уж наша встреча все-таки состоялась, сразу после ужина я отправлюсь обратно в Одрин.
  - Не говори глупостей. На дворе уже стемнело. Переночуешь здесь, а в столицу поедешь завтра утром. Уж не серчай, на более долгий срок я оставить тебя в гостях не смогу.
  - Понимаю, - кивнул Дмитрий. - У меня и самого есть кое-какие дела.
  Кстати, по поводу дел.
  - Дима, во время нашей прошлой встречи я не успела задать тебе один важный вопрос. Каким образом ты смог попасть в соседнюю реальность, минуя межпространственный переход? Да еще не один раз! Уйти на Землю можно только с моей территории, а я категорически не помню, чтобы ты получал у меня разрешение на это путешествие.
  Мужчина улыбнулся.
  - Уйти на Землю, Лика, я могу из любого уголка нашего княжества. В этом мне помогает эта дивная вещица.
  Он опустил пальцы за ворот своей рубахи и выудил на свет круглый плоский кулон на толстом черном шнурке.
  В комнате тут же запахло магией.
  - Дай взглянуть, - попросила я.
  Дима снял шнурок с шеи и протянул мне. Стоило взять кулон в руки, как пальцы закололо от мощных, подозрительно знакомых чар.
  - Это ключ, - негромко констатировала я. - Артефакт, отпирающий межмирные "двери".
  Судя по внешнему виду, изготовили этот кругляш очень давно, а волшебной силой его наделила яга. Причем, верховная, ибо даровать способность свободного перехода между реальностями может только она.
  Хм. Хранительнице наверняка пришлось потратить много сил. Судя по рисунку магических линий, он действительно может прокладывать межмирный переход откуда угодно. Правда, только в сторону Земли. А еще здорово маскируется в биополе своего владельца - обнаружить его возможно лишь тогда, когда хозяин снимет это полезное украшение с тела.
  - Артефакт действует только на территории княжества, - сказал Дима. - В других государствах он превращается в обычную подвеску.
  - Откуда у тебя этот ключ?
  - Авдей дал. Давно, много лет назад. До этого кулон несколько столетий хранился среди его семейных реликвий.
  Я протянула шнурок с кругляшом обратно, и князь снова надел его себе на шею.
  - Тебе его подарили?
  - Не совсем, - Дмитрий немного замялся. - Скажем так, дали на время, а я забыл вернуть.
  Мой взгляд стал вопросительным.
  Дима вздохнул.
  - Это долгая и грустная история, Лика. Восемь лет назад умерла моя жена. Ее смерть была внезапной, и поэтому стала для меня настоящим потрясением. Я очень ее любил, долго не мог смириться с тем, что Алены больше нет. Ходил хмурый, почти перестал есть, постоянно вспоминал последние недели нашей жизни и все думал: неужели этой трагедии нельзя было избежать? Авдей в какой-то момент решил отвлечь меня от черных дум. Ты ведь знаешь, что он - мой двоюродный брат?
  Я кивнула.
  - Борисович предложил совершить небольшое путешествие, - продолжил гость. - Я, конечно, согласился - понимал, что нужно хотя бы ненадолго сменить обстановку. Мне почему-то казалось, что брат отвезет меня в лес или в горы. Как в детстве. Мы с Авдеем вместе выросли, а потому считаем друг друга не только родичами, но и друзьями.
  - Но князь повел тебя не в лес, а в другую реальность.
  - Именно, - кивнул Дима. - На самом деле, он - не любитель магических побрякушек. Однако ради меня отыскал эту вещицу и провел самую потрясающую экскурсию в моей жизни.
  - Погоди, - перебила я. - Так значит, Авдей Борисович периодически наведывался на Землю?!
  - Нет, что ты, - махнул рукой Дмитрий. - Он был там всего один или два раза, и то в юности, когда отец учил его пользоваться семейными артефактами. Авдею по душе наша реальность, а другие он и всерьез-то не воспринимает.
  Что ж, это радует.
  Интересно, какие еще подвески хранятся в княжеской сокровищнице?..
  - Поход на Землю произвел на меня такое громадное впечатление, что я упросил брата отдать мне межмирный ключ. Подарить насовсем Авдей не согласился, просто дал на время. Собственно, он не уточнил, когда именно я должен вернуть его обратно, поэтому артефакт до сих пор находится у меня. Конечно, я отдам его брату по первому же требованию, но пока Авдею это не нужно.
  - И часто ты гуляешь по соседней реальности? - спросила у него.
  - Да, - кивнул Дмитрий. - Примерно раз в один-два месяца. Если выдается свободное время, то еще чаще. За эти годы я неплохо там освоился. Местные уже не смеются ни над моей речью, ни над одеждой, ни над поведением. Несколько раз я даже ездил в небольшие путешествия - на автобусах и попутках. Знаешь, я всерьез думал купить земное жилье, однако для этого нужно иметь кучу документов, которых у меня нет.
  - Земля так сильно тебе понравилась?
  - Она - другая. Необычная, потрясающе красивая, с кучей тайн и загадок. Как ты.
  В его глазах отразился настоящий восторг. Я улыбнулась, чувствуя, что краснею.
  - Не перехваливай меня, Дима. Ешь лучше кашу. Она, наверное, уже остыла.
  Князь усмехнулся и взял ложку.
  Остаток ужина мы провели молча.
  Когда же со стола была убрана грязная посуда, Дима осторожно спросил:
  - Лика, ты действительно собираешься развестись со своим мужем?
  - Да, - кивнула я. - А что?
  - Ты уже знаешь, когда именно это произойдет?
  - Надо полагать, в самое ближайшее время. Почему ты спрашиваешь?
  - Мне подумалось, что я, хоть и не званый, а в гостях у тебя побывал, поэтому имею право попросить ответного визита. Мои земли хороши, Лика, в них есть множество прекрасных местечек, которые я с удовольствием бы показал. Однако, пока ты замужем, ходить в гости к мужчине тебе прилично только вместе с мужем, а я очень сомневаюсь, что Касьян Трипетович захочет меня навестить.
  Как знать. Если для того, чтобы оторвать тебе голову, может быть, и захочет.
  - Спасибо за приглашение, - кивнула я. - Я обязательно у тебя погощу. Когда-нибудь. Сам понимаешь, у всех чародеев сейчас много забот.
  - Понимаю, - кивнул Дима. - Поэтому ни в коем случае не тороплю. Главное, что ты не против.
  ...Мы беседовали еще два часа. Когда же в глазах гостя появилась сонная поволока, я с безоговорочной настойчивостью отправила его спать. Пафнутий, за весь вечер не проронивший ни слова, постелил князю в комнате для гостей.
  - Ничего не говори, - сказала я своему помощнику, когда Дмитрий, пожелав нам доброй ночи, скрылся за дверью. - Твой осуждающий взгляд красноречивей любых слов.
  - Жалко мужика, - покачал головой кот. - Тебе следовало выгнать его вон, чтобы своим чувством он переболел сразу и пустых надежд не строил.
  - Почему же пустых? Кто знает, как повернется жизнь. Вдруг у нас с ним получится что-то большее, чем дружба?
  - Он наверняка будет этому рад, - хмыкнул кот. - А ты сама-то как это представляешь?
  - С трудом, - призналась я, зевая в ладонь. - Между тем, Дима мне нравится - он приятный, внимательный, честный. А это, согласись, уже немало.
  - А любовь?
  - Какая любовь, Пафнуша? Да еще в моем возрасте? Я ее, милый мой, давно не жду, по крайней мере, от себя точно.
  Пафнутий покачал головой.
  - Иди уже спать, полуночница. Завтра у тебя куча работы.
  - Это точно, - согласилась я. - Но прямо сейчас спать я все-таки не пойду. Нужно кое-что сделать.
  Помощник махнул лапой и прыгнул на печку.
  Я же вышла из горницы, направилась в свой кабинет.
  Беседа с западным князем напомнила о том, что мне как можно скорее нужно поговорить с еще одним мужчиной - время-то идет, а у чародеев силы не безграничные.
  
  ***
  В мастерской я достала одно из своих переговорных зеркал и послала сигнал Касьяну. Он ответил на вызов сразу, будто нарочно его ждал. Собственно, это не удивительно - муж засиживается в рабочем кабинете допоздна, поэтому волшебные зеркала у него всегда находятся под рукой.
  - Это хорошо, что ты не спишь, - сказала я, когда серебристая муть рассеялась, и из стеклянной глубины на меня посмотрели голубые глаза супруга. - Как дела?
  Он скривил губы, махнул рукой.
  - Как обычно. У тебя наверняка интереснее. Ты разговаривала с отцом?
  - Да. Он очень радушно меня принял, угостил чаем с баранками.
  - На вопросы ответил?
  - Ответил. И приятного в его ответах было мало. Если рассказывать коротко, то все очень плохо, Касьян. И виноваты в этом мы с тобой.
  Муж усмехнулся.
  - Кто бы сомневался. Лично я всегда во всем виноват. Мне это все говорят, даже собственная жена. И что же, дорогая супруга, мы с тобой натворили?
  - Знаешь, тут интереснее не что натворили, а как можем это исправить. Не буду долго отнимать твое время, Касьян: для этого мне придется отказаться от жезла верховной яги и передать его кому-нибудь другому.
  - Да ты что? - неожиданно обрадовался муж. - То есть, ты сможешь, наконец, выбраться из своего леса? Оставить треклятый портал и жить нормальной жизнью?
  Я удивленно моргнула.
  - Ну да. А тебе придется налаживать отношения с новой хранительницей.
  - Налажу, не сомневайся, - отмахнулся Трипетович. - Ты уже выбрала себе преемницу?
  - Конечно, нет. Когда бы я успела?
  - Так выбирай скорее. Время-то не ждет.
  Нда. Не такой реакции я ожидала. Чему он радуется?..
  - Думаешь, это так просто?
  - Не знаю. Но тебе определенно стоит поторопиться. У нас, моя дорогая, накопилось много семейных дел, а приходится еще распаляться на латание межмирных дыр.
  О чем это он?
  - Какие еще дела, Касьян? О чем ты говоришь?
  Он усмехнулся.
  - Знаешь ли ты, Гликерия, что наш сын собрался жениться?
  - Знаю, - пожала я плечами. - Уже давно.
  Лицо кощея слегка помрачнело.
  - Вот как... А меня известили только сегодня. Быть может, ты и с его невестой знакома?
  - Представь себе. Правда, на момент нашей встречи, согласия на брак она Мечеславу еще не дала.
  Касьян покачал головой, устало потер виски.
  - Жизнь, похоже, проходит мимо меня. И как тебе Славина избранница?
  - Хорошая девушка, - снова пожала я плечами. - Красивая, очень добрая, отзывчивая.
  - О! Прямо-таки без изъянов?
  - Как сказать. Она - обычный человек. Не магичка.
  Лицо мужа вытянулось.
  - Человек? - медленно произнес он. - Мечеслав выбрал себе в жены простую женщину?!
  - Да, - кивнула я. - И, если ты обратил внимание, наш сын влюблен в нее без памяти.
  Кощей выдохнул.
  - Знаешь, жена, у меня сейчас появилось очень много вопросов. Давай-ка, мы с тобой обсудим их при личной встрече.
  - Давай, - согласилась я. - Я сама хотела тебе это предложить.
  - Сегодня уже поздно. Встретимся завтра?
  - Нет, - покачала головой. - Завтра моя очередь дежурить. Межмирные дыры, как ты изволил выразиться, латать нужно постоянно, на это уходит очень много сил, поэтому на счету каждый чародей. Нужно выбрать другое время.
  - Ладно, - с явным недовольством сказал Касьян. - Как освободишься, зови.
  - Хорошо. Доброй ночи, Касьян.
  - Доброй ночи, женушка.
  
  ГЛАВА 8
  
  В обратную дорогу Диму провожал Пафнутий. Я же утром встала раньше всех и, наскоро позавтракав, отправилась сменять дежуривших колдунов. Перед уходом зачаровала для князя новый путеводный артефакт - пусть перенесется прямо к воротам Одрина, незачем его коню по моим зачарованным тропам копыта бить. Еще растолкала своего помощника и попросила передать Дмитрию искренние извинения - ждать, когда все соберутся за завтраком, действительно не было времени.
  ...Чародеи встретили меня на опушке леса хмурыми усталыми лицами. Коротко отчитались о событиях прошедшей ночи (семнадцать ликвидированных проплешин и две "зашитые" дыры) и ушли отдыхать.
  Как только они скрылись из вида, открылся портал, и из него шагнула очередная партия черных магов. Каждый из этих волшебников был мне знаком - кого-то я знала по имени, кого-то несколько раз видела во дворце мужа.
  Меня чародеи тоже узнали - на их серьезных лицах, как по команде, появились улыбки.
  - Готовы трудиться, ребята? - спросила я у них.
  - С тобой, матушка, мы готовы ко всему, - весело подмигнул один из магов - молодой светловолосый оборотень.
  О, да это же Елисей - сын Серого, одного из приближенных слуг навьего правителя. Помнится, много лет назад этот волчонок стал первым другом Мечеслава. И неизменным помощником во всех его проказах.
  Теперь-то парня не узнать: высокий, широкоплечий, совсем взрослый. А в глазах по-прежнему бесята играют.
  Люблю таких людей - к любому делу они всегда подходят с душой и полной самоотдачей.
  У других колдунов такого энтузиазма на лицах не было. И не напрасно: стоило ввести новичков в курс дела, как сигнальный амулет, покоившийся в моем кармане, оглушительно завыл - на другой стороне леса появилась опасность возникновения новой дыры.
  Предыдущая смена магов, конечно, неплохо потрудилась, - межмирная ткань выглядела сносно, однако судя по тому, как быстро образовался очередной прорыв, прогноз Касьяна по поводу двух-трех безопасных недель все-таки был слишком оптимистичен.
  Уже через два часа Елисеевы бесята погрустнели - после ликвидации дыры мы распределились по обговоренным контрольным точкам и отправились патрулировать территорию. Себе я осознанно выбрала самый проблемный участок, а парень молча потопал за мной.
  Его помощь оказалась кстати - с новыми проплешинами (их образовалось целых четыре штуки) мы справились достаточно быстро, однако магии на сие действо Елисей потратил немало, ибо с непривычки поливал ею энергополе, как из ведра.
  - Давай-ка сделаем перерыв, - предложила я ему, когда четвертая прореха оказалась зашита. - Ты сегодня завтракал?
  - Завтракал, Гликерия Афанасьевна, - кивнул маг. - Хотя сейчас я был бы не против уже и пообедать.
  Только он это сказал, как позади нас блеснула вспышка местного портала, и знакомый насмешливый голос произнес:
  - Ну так обедай. Кто ж тебе не дает?
  Елисей тут же сделал шаг назад, почтительно склонил голову.
  - Приветствую вас, господин.
  Касьян легко ступил из серо-голубого марева на траву, махнул рукой.
  - Отправляйся домой, Елисей. Или туда, куда ты планировал уйти после дежурства. Гликерии Афанасьевне я помогу сам.
  Оборотень снова поклонился и беспрекословно юркнул в исчезающую воронку телепорта.
  Я вопросительно подняла бровь.
  - Я смотрю, в Нави тебе не сидится.
  - Не сидится, - серьезно кивнул муж. - Я, между прочим, полночи сегодня не спал. Все думал о Славиной свадьбе. Решил, что ждать, пока ты наиграешься со своими энергонитями, некогда, поэтому связался с сыном и сказал ему, что сегодня в полдень мы наведаемся к нему в гости, и вместе обсудим его потрясающую идею с женитьбой.
  Мне всегда было интересно: что у Трипетовича находится в голове? Если такой же мозг, как у всех, почему он работает настолько необычно?
  - Касьян, у нас тут магия в соседнюю реальность утекает, - напомнила я. - И мировое полотно на нити расползается. Какая может быть в этих условиях свадьба?!
  - Вот и я думаю: какая? - ответил кощей. - Лично я невесту даже на портрете ни разу не видел. Ты-то ее одобрила, а я, быть может, не одобрю. Или мое мнение для Мечеслава уже гнутой монеты не стоит?
  - Касьян!
  - Да, я помню, что мы сейчас живем в режиме повышенной опасности. Но, согласись, сладкая, то, что наш сын решил ввести в семью нового человека - тоже не ерунда и стоит серьезного внимания. А так как ты сейчас все-таки на службе, я, пожалуй, освобожу тебе немного времени для семейного обеда.
  Он сделал два пасса обеими руками и выплеснул в воздух такой фонтан магии, что у меня на мгновение побелело в глазах.
  Межмирная ткань тут же впитала в себя волшебную силу и стала толще едва ли не на треть.
  Грубая, на самом деле, работа. Но действенная и впечатляющая. Очень впечатляющая.
  - Спасибо, - пробормотала я, разглядывая временно восстановившиеся энергонити. Похоже, на сегодня мое дежурство закончено. - И где же состоится обед?
  - У Мечеслава, - охотно откликнулся муж. - В его загородном доме. Он находится недалеко от твоего леса, и мы замечательно сможем прогуляться до него пешком.
  Я мысленно усмехнулась. После такого магического гейзера кощею наверняка требуется восстановить личный резерв, а потому создание даже простейшего телепорта вызовет у него как минимум тошноту и головокружение. Моими же услугами он не воспользуется никогда. Скорее согласится свалиться с ног от изнеможения, нежели признается, что ему нужно отдохнуть.
  - Хорошо, - кивнула ему. - До обеда еще много времени. Пошли пешком.
  Касьян немного посторонился, и мы неторопливо зашагали вперед.
  - Так значит, Слава сегодня свободен? - уточнила я. - Раз согласился устроить для нас трапезу?
  - Наверное, - пожал плечами муж. - Я не спрашивал.
  - То есть как?
  - То есть просто сообщил ему, что мы планируем его навестить. Знаешь, мы с ним видимся не так уж часто. Пусть выкроит для родителей немного времени. Чай, не простой солдат, а княжеский воевода.
  Я в ответ только покачала головой.
  - Ты мне лучше про невесту расскажи, - продолжил Касьян. - Я нарочно справки о ней не наводил, чтоб сначала сына выслушать. Как хоть зовут-то ее?
  - Катериной.
  - Как же ты с ней познакомилась?
  - Не поверишь, - усмехнулась я. - Она сама ко мне пришла. Чтобы Славу расколдовать.
  Взгляд Трипетовича стал удивленным. Я коротко пересказала ему подробности Катенькиного визита и чудесного исцеления ее недугов.
  - Так значит, ты не против, чтобы Мечеслав женился на обычной женщине? - спросил муж.
  - Нет. А ты? Против?
  - На самом деле, нет. Должны же у этой чудесной девушки быть какие-нибудь недостатки?
  - Ее жизнь придется продлевать искусственно. Вряд ли Катя сможет самостоятельно прожить дольше восьмидесяти-девяноста лет.
  - Это будет заботой ее мужа, - хмыкнул Касьян. - Если Слава выбрал себе в жены столь хрупкое существо, должен быть готов хранить его и оберегать. Как сын вообще внимание-то на нее обратил? Вокруг него столько девок хороводы водило! Где ж он воробья-то этого отыскал?
  - На княжеском пиру, - улыбнулась я. - За столом увидел и влюбился. Так они и познакомились.
  - На пиру? Надо же, прямо как мы с тобой.
  Я на секунду замедлила шаг.
  А ведь верно.
  Мы с Касьяном тоже впервые увидели друг друга на пиру, но не на княжеском, а на своем, чародейском.
  Я тогда верховной ягой еще не была, только готовилась к тому, чтобы принять жезл у прежней хранительницы. Собственно, это она меня на тот пир и привела - чтобы одним махом познакомить со всеми влиятельными колдунами государства.
  Кажется, это был праздник весеннего равноденствия, и я ужасно боялась на него идти. Беспокоилась, что сделаю что-то не так и навеки опозорюсь перед магическим обществом. В свет, конечно, к тому времени я уже выходила, да и не раз, однако никогда еще не общалась на равных с теми, кого следовало почтительно называть на вы.
  При этом, больше всего меня волновала встреча с навьим кощеем. Агафья Матвеевна, прежняя яга, среди темных колдунов пользовалась авторитетом, и меня всерьез заботило, сумею ли я стать в их кругу таким же уважаемым человеком.
  Помню, тот праздник начался очень складно: чародеи вели себя приветливо, торжественная зала была богато украшена, массивные столы ломились от причудливых аппетитных блюд. А потом распахнулись высокие резные двери, и в залу вошел Касьян.
  Собственно, это стало последним, чем запомнился мне этот пир.
  Я взглянула в глаза кощея, и мир просто перестал существовать. Исчезли музыка и голоса, окружающие люди превратились в тени, а всё происходящее вокруг стало незначительным. Всё, кроме этих бездонных голубых озер, в которые я мгновенно провалилась с головой.
  Ранее мне говорили, что с новым кощеем ухо нужно держать востро, что коварен Трипетович и хитер, а уж в умении плести интриги равных ему и вовсе нет. Наслушавшись этих рассказов, я представляла себе навьего владыку холодным насмешливым мужчиной, привыкшим повелевать и смотреть на других чародеев свысока.
  А он вдруг оказался другим. В его осанке, походке, повороте головы была и царственность, и даже некоторая вальяжность. А вот глаза смеялись. Бездонные озера бурлили от внутреннего веселья этого восхитительного человека, и тонуть в них было по-настоящему сладко...
  Помню, Касьян неспешно подошел к нашей компании, что-то сказал. Кто-то из чародеев ему ответил. Потом Касьян обратился ко мне, и я тоже что-то ему сказала, наверное, это было в тему и, возможно, даже остроумно, потому как кощей вдруг улыбнулся.
  Эта улыбка оказалась такой волшебной, что кровь тут же ударила мне в лицо, а сердце забилось так часто, что едва не выпрыгнуло из груди.
  Святые небеса, оно и сейчас заходится от одного только воспоминания об этой встрече и силе чувств, которые захлестнули меня в тот необыкновенный день.
  Я ведь никогда не верила в любовь с первого взгляда. В самом деле, что за глупость? Разве можно полюбить человека, не зная его характера и привычек?
  Можно. Еще как можно. Да так, что перехватывает дыхание и одним махом выметает из головы все возможные мысли.
  После пира я не спала всю ночь. Стоило сомкнуть веки, как перед внутренним взором вставало лицо с волшебной улыбкой и смеющимися очами-озерами...
  - Лика?
  Я вздрогнула, посмотрела на мужа.
  Тихо вздохнула.
  А ведь озера в его глазах никуда не делись. Разве что стали старше и спокойнее.
  - Ты остановилась. Что-то случилось?
  - Нет, - я махнула рукой. - Ничего. Просто немного задумалась. Идем дальше.
  Несколько минут мы шагали молча.
  - Ты вчера так и не рассказала, что сообщил тебе мой отец, - произнес, наконец, Касьян. - То, что все плохо, я вижу и сам. Хотелось бы конкретики.
  Я согласно кивнула и принялась излагать. Излагала долго - минут пятнадцать. С подробностями и максимально точно цитируя Трипетия Ермолаевича.
  Когда мой рассказ подошел к концу, вновь повисла тишина. И снова муж нарушил ее первым.
  - Знаешь, я в очередной раз убеждаюсь: в любой ситуации есть свои плюсы, - задумчиво сказал он. - Мы с тобой, конечно, всему княжеству подложили жирную волосатую свинью, но лично я рад, что все случилось именно так.
  - В каком смысле? - изумилась я.
  - В таком, что только конец света смог заставить тебя задуматься о том, чтобы оставить свою треклятую службу.
  Мои брови взлетели почти до корней волос.
  - Ты в своем уме?!
  - А что? - невозмутимо пожал плечами муж. - Моя жена наконец-то сможет больше времени проводить дома. Это ли не повод для радости?
  Я закатила глаза.
  - Прекрати паясничать.
  - Я не паясничаю.
  - По-твоему, моя служба - краеугольный камень всех наших проблем?
  - Скажем так: одна из главных причин.
  Покачала головой.
  - С тобой невозможно разговаривать.
  - Это потому, что ты все мои слова принимаешь в штыки, - Касьян остановился и посмотрел мне в глаза серьезным взглядом. - Знаешь, это очень удобно - обвинять во всех бедах одного единственного человека - меня. Я, конечно, за давностью лет к такому положению дел привык, но ведь это все равно не справедливо. Да, МОЯ служба действительно отнимает много времени. Между тем, это дело предназначалось мне с самого рождения, я к нему готовился с молодых ногтей. Более того, оно мне очень нравится. Как и ТЕБЕ ТВОЕ дело, Гликерия. Да, я целыми днями или сижу в своем рабочем кабинете, или мотаюсь по Нави. Да, дома я появляюсь поздно, а то и вовсе под утро. А ты, Лика? Разве ты когда-нибудь вела себя по-другому? Разве для тебя самой семья когда-нибудь была на первом месте? Нет! Только твои треклятые порталы, межмирные нити, злостные контрабандисты, опять же. Скажи, позволял ли я себе хоть раз отлучаться из дома на несколько дней? Да так, чтобы никто из домашних не смел даже нас секунду меня потревожить? Нет! Ты же, моя нежность, уходить с ночевками в свой волшебный лес начала уже через две недели после нашей свадьбы!
  Он глубоко вздохнул.
  - Я никогда не высказывал тебе свои претензии, Лика. Потому что понимал: ты делаешь большую серьезную работу, которая для нашей реальности жизненно необходима. Я молча спал в холодной постели, в одиночестве и почти без возражений завтракал и ужинал. Обрати внимание, свое недовольство я всегда выражал в шутках и старался максимально приспособиться к твоим треклятым дежурствам! Что еще?.. Ах да, ты часто жаловалась, что я говорю только о своих делах, а твои заботы пропускаю мимо ушей. Извини, дорогая, мне действительно неинтересно слушать про бивалентные искривления третьего слоя межмирного портала. Я, знаешь ли, понятия не имею, что означает эта абракадабра! И не надо делать из меня бесчувственную могильную плиту. Нам с тобой всегда было что обсудить помимо службы, и мы всегда без проблем находили общие темы для разговоров. Не спорю, я, конечно, тот еще эгоист, но ты, моя хорошая, эгоистка не меньше - в моем глазу соринку разглядела, а свое полено даже на щепки дробить не хочешь. Тебя и рождение Мечеслава дома не удержало, по крайней мере, надолго. Все служба, служба, служба... Говоришь, за годы брака мы стали друг другу чужими людьми? Неужели в этом виноват только я?!..
  - Как много недовольства, - тихо усмехнулась в ответ. - Почему же ты столько лет терпел мое... неподобающее поведение? Почему сам не потребовал развода?
  Касьян подошел вплотную, провел рукой по моим волосам.
  - А как бы я без тебя жил? - все так же серьезно спросил он. - Я и сейчас не в состоянии себе этого представить. Можешь обвинять меня в лукавстве или считать тугодумом, но я действительно верил, что твое многомесячное отсутствие - либо затянувшееся дежурство, либо просто пауза в наших долгих семейных отношениях. И это неправда, что мне не интересна твоя жизнь - мои оборотни каждый день ненавязчиво за тобой наблюдали. Другое дело, что тебе теперь плевать на меня. И это очень грустно.
  Я отступила от него на шаг, снова усмехнулась.
  - Знаешь, Касьян, грустного в нашей с тобой истории гораздо больше, чем кажется. Например, вранье. Бедный ты мой, несчастный. Столько времени супругины отлучки терпел, в холодной кровати ночевал, пирожками в одиночестве давился. А как жена из дома ушла, так закручинился, что через неделю весь дворец девками забил. Сначала среднюю дочку восточного князя к себе приволок, да еще в личном крыле поселил. Небось, для того, чтоб песни тебе пела, да на гуслях бренчала? А спустя еще пару дней по соседству с ней трех заморских чародеек пристроил. Наверняка для того, чтоб ей, горемычной, скучно не было, пока ты делами государственными занят? Я, Трипетович, тоже знаю, как ты эти два неполных года без меня жил-поживал. А потому довольно кривляться. В том, что семья распалась, всегда виноваты двое. Я своей вины не отрицаю. Но лично мне больше всего жаль, что из-за наших разногласий теперь страдает все княжество.
  Прежние обиды в один момент накрыли меня едва ли не с головой. А еще пропало всякое желание целых полчаса топать до Славиного дома рядом с кощеем.
  Быстрым пассом создала воронку телепорта и уже хотела сделать в ее шаг, как муж вдруг схватил меня за локоть и одним движением притянул к себе.
  - Головы бы оторвать твоим информаторам, сладкая, - прошипел Касьян. - Трудятся, дармоеды, спустя рукава. Про девок-то они рассказали, а о том, для чего именно я их во дворец пустил, не сообщили.
  - А тут самой догадаться не мудрено, - фыркнула, пытаясь высвободиться из его объятий. - Ты, кстати, не прав, официальную причину мне передали дословно. Вот только формулировка "по веским политическим причинам" меня совершенно не удовлетворила.
  - И очень зря! - вдруг гаркнул Касьян, выпуская меня из своего захвата. - Вот, смотри!
  Он закатал рукав кафтана и нательной рубахи и продемонстрировал два широких металлических браслета, плотно обхвативших его запястье.
  - Видишь? Ради этих побрякушек я почти три месяца терпел тех истеричных куриц! Знаешь, что это такое? Древние магические артефакты, сильнейшие в своем роде! Ради того, чтобы их заполучить, пришлось пойти на хитрость. Но они того стоят, сладкая. Эти браслеты веками хранились под защитой непробиваемых родовых чар, и да - я достал их при помощи четырех глупых алчных баб. Ну так что ж? Зато теперь они - собственность нашей семьи.
  Он говорил с гордостью, возбужденно сверкая глазами. Неожиданная возможность не только оправдаться, но и похвастать своим достижением кощея явно обрадовала, а потому его речь лилась широкой бурной рекой.
  Вот только я ее не слушала и на древние артефакты не смотрела. Все мое внимание оказалось приковано к совсем другому украшению - скромной узенькой ленте, сплетенной из ниток и тонких кожаных полосок. На широком запястье мужа она была почти не видна, а на фоне могущественных браслетов и вовсе терялась, поэтому сначала я решила, что простенькая самоделка мне просто почудилась. Но нет. Третий браслет действительно был, и это заставило мое сердце екнуть.
  Потому что данное украшение изготовила я. Много-много лет назад.
  Касьян продолжал говорить, а перед моими глазами встало очередное воспоминание.
  ...Белоснежный сверкающий жезл на ощупь теплый, как стеклянный стакан, нагревшийся под лучами жаркого летнего солнца. Я поудобнее перехватываю его руками, и он, мигнув неожиданно зеленоватым цветом, растворяется в моих ладонях.
  - Да здравствует новая верховная хранительница!
  Тишина тут же взрывается от радостных криков десятков голосов.
  - Да здравствует новая яга!
  Я поднимаю глаза на ликующую толпу, и встречаюсь взглядом с волшебными голубыми озерами. В груди тут же перехватывает дыхание.
  Касьян стоит среди других чародеев, но я снова вижу только его. Кощей отделяется от толпы и быстрым шагом идет ко мне. В его руках длинный узкий футляр - традиционный дар новой верховной яге от навьего государя. У меня для Касьяна тоже есть подарок - защитный браслет. Я плела его сама ровно три дня, вплетая в каждую нитку мощнейшие чары - на здоровье, на силу, на спокойствие духа, на защиту от дурных помыслов... Артефакт в итоге получился что надо, ведь работала я не просто с душой, а с сердцем и всеми остальными органами, в которых от одного воспоминания о Трипетовиче начинали порхать бабочки.
  Что греха таить, до Ритуала передачи жезла я считала даже не дни, а часы. Причем, не столько из-за желания стать главной ягой, сколько из-за возможности снова увидеть светловолосого чародея.
  И вот он стоит прямо передо мной, улыбается своей волшебной улыбкой, и мир снова превращается в туман, а люди - в тени.
  - Вы встали на нелегкий путь, Гликерия. Позвольте мне немного его облегчить.
  В футляре лежит очаровательная овальная подвеска на тонкой витой цепочке. Платина?.. Ну да, навьи мастера всегда изготавливают украшения из металлов, а мы, жители верхнего мира предпочитаем шерсть, дерево и кожу...
  Я наклоняю голову, и Касьян легко застегивает на моей шее крошечный замочек ожерелья. Усталость и напряжение этого дня тут же улетучиваются, будто их никогда и не было.
  О, мне подарили самозаполняющийся артефакт магической силы! Очень ценная и полезная вещица.
  - Пусть ваши дни, Касьян Трипетович, всегда проходят в радости, пусть печали обходят вас стороной, а в душе и доме царят тепло и уют.
  На фоне платиновой подвески мой плетеный браслетик выглядит тускло и просто, однако глаза кощея горят таким огнем, что я невольно улыбаюсь - подарок явно пришелся ему по душе.
  Касьян протягивает мне руку, и я ловко затягиваю на его запястье свой волшебный шнурок. Кощей же вдруг перехватывает мою ладонь и, склонившись, нежно касается ее губами.
  - Радости в моей жизни будет много, - тихо говорит он. - Ведь теперь мы с вами будем видеться часто...
  Из моей груди вырвался невольный вздох. Подняла глаза и наткнулась на вопросительный взгляд мужа. Свою пламенную речь он уже закончил, и, по всей видимости, ждал ответной реакции.
  Хм. А ведь этот браслет Касьян перестал носить уже через несколько лет после нашей свадьбы. Говорил: зачем таскать на руке лишнюю цацку, если под боком находится целая яга? А теперь, гляди-ка, надел вновь, и, судя по тому, как плотно переплелись магические нити оберега с его собственными, не менее года назад.
  Интересно, зачем?
  - Лика, ты ничего не хочешь мне сказать?
  Я пожала плечами.
  Муж отдернул рукав и снова подошел ко мне вплотную.
  - Для меня нет тебя прекрасней, - тихо сказал он. - Разве может хоть одна женщина мира сравниться с моей царицей?
  Я вздохнула. Потом взяла его за руку и увлекла за собой в серебристую дымку портала.
  
  ***
  Из магической воронки мы вышли прямо к воротам Славиного дома. Стоило шагнуть на широкую подъездную дорожку, как неслышно отворилась калитка, и склонился в вежливом поклоне обнаружившийся за ней слуга.
  Мечеслав уже ждал нас у ступенек крыльца - наверняка почувствовал магическую активность и понял, что родители явились раньше обещанного срока.
  Увидев сына, мы с Касьяном ускорили шаг. Спустя пару секунд я крепко сжала Славушку в своих объятиях, муж с улыбкой похлопал его по плечу.
  - Мы не рано? - спросила я у сына.
  - Вы всегда приходите вовремя, - улыбнулся он. - Обед, правда, еще не готов.
  - А мы и не торопимся, - заметил Касьян. - Ты, судя по всему, тоже.
  - Да, сегодня я взял себе свободный день. Матушка, отец, прошу вас, проходите в дом.
  Он пропустил нас в широкие сени. Еще один слуга, склонив голову, распахнул высокую дверь, ведущую в горницу. Слава взял меня под руку, и мы вместе вступили в просторную светлую комнату.
  Усаживаясь в удобное деревянное кресло, я с любопытством рассматривала резную мебель и украшенные замысловатым орнаментом стены. Я всегда предпочитала навещать сына в Одрине, а потому в его загородных хоромах была всего один раз.
  - Раз до обеда еще есть немного времени, предлагаю сразу перейти к цели нашего визита, - сказал Касьян, устраиваясь в соседнем кресле. - Давно ли тебе, Мечеслав, пришла в голову гениальная идея с женитьбой?
  - Давно, - ответил он. - Больше года назад. Только невеста о свадьбе тогда и слышать не хотела, а сейчас сменила гнев на милость. И думается мне, благодарить за это надо мою матушку. Это ведь ты Катеньку от хромоты вылечила, мама?
  - Я, - кивнула ему. - Обещала ж тебе, Слава, что сама с ней познакомлюсь, да побеседую, вот - познакомилась и побеседовала.
  - Так она знает, что ты - моя мать?
  - Конечно, нет, - улыбнулась я. - Нам с ней предстоит познакомиться снова.
  В третий раз, ага.
  - Может, ты хотя бы покажешь, как выглядит твоя невеста? - вставил Касьян. - Из всех нас я один ее не видел ни разу.
  Слава взмахнул рукой, и в воздухе возникло большое овальное зеркало. Быстрый пасс, и из его глубины на нас посмотрели нежные глаза сокольничевой дочки.
  Брови кощея удивленно взлетели вверх.
  - Так это и есть твоя невеста?..
  - Да. Хороша, батюшка?
  - Хороша, - кивнул Трипетович. - Только почему она такая тощая? Не кормят ее, что ли?
  - Катя не тощая, а хрупкая, - возразил Слава. - Не придирайся, пожалуйста.
  - Я не придираюсь, - пожал плечами Касьян. - Право, уж очень она худа. У нее со здоровьем-то все хорошо? Может, кроме хромоты еще недуги какие-нибудь есть?
  - Нет у нее никаких недугов, - начал заводиться сын. - А если и были, мамино колдовство все их рассеяло. И вообще, не тебе, отец, девичей стройности удивляться. Чай, ты и сам не на толстушке женился.
  - У твоей матери всегда было за что подержаться, - невозмутимо пожал плечами супруг. - И сейчас есть. А тут...
  Он махнул рукой.
  - Были бы кости, а мясо нарастет, - поспешила вмешаться я. - Ты, Слава, лучше скажи, сообщил ли Катерине о том, что являешься магом?
  Взгляд сына стал растерянным.
  - Еще нет. Я, мама, так обрадовался, что Катенька перестала перед моим носом двери закрывать, что об этой ерунде и думать забыл.
  - Ничего себе ерунда, - возмутился Касьян. - О том, что ты - навий царевич, твоя возлюбленная тоже не знает?
  - Нет, этого я ей тоже не говорил.
  - Но почему?! Боишься, что она испугается и убежит? Или надеешься, что жена умрет раньше, чем тебе придется вернуться в Навь?
  Глаза Мечеслава вспыхнули.
  - Не вздумай сердиться, - серьезно предупредил кощей. - Любовь любовью, однако, сущность свою ты не спрячешь и не изменишь. Твоя жена должна знать, кто ты такой, и быть готова принять все, что с этим связано - и магию, и родственников-колдунов и оборотней с горгульями. Нам с мамой было проще, - главное друг о друге мы знали изначально. Поэтому, если уж решил венчаться, прямо расскажи невесте о своих способностях, чтобы потом они не стали для Катерины неприятным сюрпризом и не испортили вашу дальнейшую жизнь.
  Лицо сына помрачнело.
  Собственно, мне его позиция была понятна: он так долго ждал, когда возлюбленная ответит взаимностью, что готов воспользоваться малейшей возможностью, лишь бы поскорее привязать ее к себе. Касьян, между тем, прав - все страшные тайны суженой нужно рассказать сейчас. Если она их примет - жениться, если не примет, значит, никакая она не суженая.
  - Слава, ты к Катеньке уже сватался? - спросила я. - На сговор нас с отцом еще не звали, стало быть, дата свадьбы не определена.
  - Нет, мама, я не сватался, - ответил сын. - Хочу сначала лично с нею поговорить, заручиться согласием, а уж потом сватов засылать. Моих посланников Катерина дважды со двора прогоняла, не хотелось бы, чтоб это повторилось снова.
  - Правильно рассуждаешь, - кивнул Касьян. - Заодно обсудите твои магические секреты. Мало ли, вдруг я зря твою мать от важной работы отвлек, и никакой свадьбы не будет?
  Слава глубоко вздохнул.
  - Все может быть, я уже ни в чем не уверен. Раньше-то мне девушки виделись открытыми книгами - глянул внимательнее, и чувства, как на ладони. А с Катей все непросто. Никогда не знаешь, что она скажет и как себя поведет.
  - С женщинами такое бывает, - усмехнулся кощей. - А потому вот тебе мое родительское слово: со свадьбой не торопись. Сначала девице про родню свою расскажи, а уж потом замуж зови. Если согласится, на другой же день венчания не устраивай, походи немного в женихах.
  - Почему?
  - Чтобы еще лучше друг к другу присмотреться. Да и времена сейчас, знаешь ли, неспокойные. Не до свадеб.
  - Это я понимаю, - кивнул Мечеслав. - И, кстати, хочу предложить свою помощь. Про то, что я тоже далеко не слабый колдун во всей этой круговерти событий как-то позабыли.
  - Обсудим это после обеда, - кивнула я. - Хранительницам моим помощь очень пригодится. Мне же подмога пока не нужна, отец сегодня всю работу сделал сам.
  Слава вдруг хитро улыбнулся.
  - Папа, а как ты делал предложение маме? Меня дважды посылали пешим маршрутом, а тебе сразу ответили согласием. Может, поделишься опытом?
  Щеки Касьяна неожиданно порозовели.
  Неужели на этом свете еще есть что-то, что может заставить кощея покраснеть?
  Впрочем, если вспомнить, как именно он позвал меня замуж...
  - Я тебе потом расскажу, - быстро ответил муж.
  Слава перевел на меня удивленный взгляд.
  - Да, лучше потом, - кивнула я, - когда меня не будет рядом.
  - Заинтриговали, - снова улыбнулся Мечеслав. - Все было настолько романтично?
  - Более чем, - усмехнулся кощей.
  Да... Мечеслав уже взрослый мужчина, и оригинальность Касьяна им действительно лучше обсудить наедине.
  Сын кивнул и встал со своего места.
  - Ладно. В таком случае, я схожу и узнаю, скоро ли будет готов наш обед. Все-таки уже пора садиться за стол.
  Он вышел за дверь.
  Муж повернул голову, внимательно посмотрел мне в глаза.
  - А ты помнишь, как согласилась стать моей женой, Лика?
  На мгновение мне стало жарко.
  Помню. Я сегодня весь день только и делаю, что вспоминаю - первую встречу, первый подарок, первое прикосновение...
  А предложение руки и сердца он действительно сделал забавно. Я потом все шутила, что Трипетович попросту вынудил меня его принять.
  Это был день середины года. После заката солнца вместе с другими хранительницами мне надлежало отправиться на Русалочье озеро и принять участие в традиционном ритуале пополнения магического резерва - первое в статусе верховной яги. Но что-то произошло, и совершить омовение одновременно с девочками я не успела.
  Сейчас уже и не вспомню, что конкретно случилось, однако к озеру я явилась под утро, когда хранительницы, искупавшись, отправились по домам, а русалки - хозяйки озера, уплыли на глубину отдыхать.
  Надеясь ухватить хотя бы крохи той необыкновенной силы, которой сей чудесный водоем наполняется в середине июля, я быстро разделась и нырнула в теплые ласковые воды.
  Плескалась в них долго - не меньше получаса. А когда довольная и подпитавшаяся приплыла к берегу, вдруг обнаружила, что с его зеленой шелковой травы пропала и простынка, которой планировала обтереться после купания, и вся моя одежда.
  Несколько мгновений я, укутанная до талии в свои длинные волосы, разглядывала пустынный берег. До тех пор, пока не сообразила, что в близлежащих кустах кто-то затаился и совершенно определенно за мной наблюдает.
  На самом деле, мне ничего не стоило обернуться уткой или голубкой и просто улететь с озера в чем мать родила, однако дарить свои вещи неизвестному похитителю не было никакого желания.
  - Эй! Выходи и немедленно верни мою одежду! Почему ты прячешься?!
  - Я не прячусь. Я любуюсь.
  Ветки раздвинулись, и на берег шагнул кощей. От неожиданности я вздрогнула и поспешно отступила на глубину.
  - Касьян?..
  - Рад тебя видеть, Лика. А ты меня?
  О! Для меня встреча с этим светловолосым чародеем всегда была радостной и желанной. К этому моменту к его волшебным глазам я уже относилась гораздо спокойнее - мы с Касьяном не только называли друг друга на ты, но и уже имели сладкий опыт поцелуев при свете луны.
  Однако конкретно сейчас появление Трипетовича меня совсем не обрадовало. Святые небеса, я ведь стою перед ним совершенно голая!
  - Зачем ты взял мои вещи?!
  Он пожал плечами.
  - Они лежали на траве. Я подумал, что они ничьи.
  - Очень смешно, - фыркнула я. - Верни их, пожалуйста.
  - Бросать свое платье без присмотра - не правильно, - назидательно заметил Касьян. - Кто-то может решить, что оно тебе не нужно.
  - Ты вернешь мне его?!
  - Верну. Но не даром.
  - Касьян?..
  - Вот, - в его руках блеснуло что-то маленькое и золотистое. - Если наденешь его, считай, что мы в расчете.
  Он быстро дунул на свою ладонь. Неведомая вещица взлетела в воздух и плавно подлетела ко мне.
  Сердце тут же сделало кульбит.
  Это было помолвочное кольцо.
  Я осторожно взяла его в руки, подняла на Трипетовича ошарашенный взгляд.
  - Наденешь? - тихо спросил Касьян.
  От внезапного волнения перехватило дыхание.
  Я стою перед ним, прикрытая только водой и своими волосами, а он... он делает мне предложение?..
  Касьян коротко улыбнулся и прямо как был, в одежде и в сапогах, спрыгнул с берега в воду и неторопливо пошел ко мне. Когда расстояние между нами осталось меньше локтя, остановился и с плохо скрываемым волнением спросил снова:
  - Наденешь?
  Я глубоко вздохнула и решительно сунула палец в узкий золотой ободок.
  - Надену.
  Плечи кощея тут же расслабились, будто он сбросил с них тяжелый груз. Маг прямо из воздуха достал широкий лоскут белой ткани (моя простынка!), молча укутал меня в него, подхватил на руки и понес к берегу.
  Аккуратно поставил на траву, потом снова притянул к себе, крепко обнял.
  - Не отпущу, - пробормотал мне в макушку. - Никогда. Люблю тебя безумно.
  - Не отпускай, - согласилась я, стискивая его руками и пряча лицо у него на груди.
  - Так ты выйдешь за меня замуж?
  Я хихикнула.
  - А ты отдашь мою одежду?
  Он весело хохотнул, а потом приподнял за подбородок мое лицо и впился в губы горячим поцелуем...
  
  В гостях у сына мы пробыли почти до самого вечера. Пообедали, потом долго говорили о последних магических новостях, княжеских указах и событиях внешней политики. Вернее, все это обсуждали Касьян и Мечеслав, а я просто сидела рядом, слушала, время от времени вставляла собственные суждения и откровенно ими любовалась.
  Мне безумно нравилось, что сын общается с отцом на равных в абсолютно любом вопросе.
  Касьяну разговор со Славой явно доставлял удовольствие, причем, эти двое так здорово понимали друг друга, что мне невольно подумалось: уж не слукавил ли Мечеслав, сказав во время нашей последней встречи, что с отцом он общается не так уж часто?
  Впрочем, какая разница? На то они и родня, чтобы разговаривать и проводить время вместе.
  Подумать только, а ведь мы сейчас снова как семья - настоящая, которой были несколько лет назад...
  Когда день начал клониться к вечеру, я расцеловала сына в обе щеки и отправилась восвояси. Касьян откланялся вместе со мной.
  Едва мы вышли за ворота, кощей взмахом руки открыл сразу два портала - в Навь для себя и для меня - в приграничный лес.
  - Хороший сегодня был день, - заметил муж, когда в воздухе засверкали воронки телепортов. - Нам определенно стоит навещать Мечеслава чаще.
  - Может, и стоит, - ответила я, - да только ни у кого из нас не будет на это времени. Ты же первый так закопаешься в свои заботы, что позабудешь обо всем на свете.
  - Как знать, - пожал плечами Касьян. - Когда долго живешь один, в какой-то момент нет-нет да и возникает желание повидаться с близкой родней. Мне это теперь хорошо знакомо.
  ...Спала я в эту ночь плохо. Сначала долго ворочалась с боку на бок, потом просто лежала на спине, разглядывая темный потолок и обдумывая события сегодняшнего дня.
  Все-таки память - не только благодетель, но и палач - жестокий и беспощадный.
  Святые силы, как же сильно мы с мужем друг друга любили! Сколько нежности и восторга возникало в душе от одного только поцелуя или даже легкого прикосновения руки!
  Оказывается, я до сих пор это помню.
  Как грустно.
  Рутина, недомолвки, молчаливые обиды - все это разрушает любовь и семейные отношения вернее и надежнее любой беды, любого потрясения. Как ржавчина, которая с течением времени способна съесть даже самый крепкий металл, если ее вовремя не заметить и не убрать.
  Касьян, конечно, прав - в том, что мы оказались на грани разрыва, есть значительная доля и моей вины. Служба действительно занимала и занимает большое место в моей жизни, и хотя я всегда изо всех сил старалась найти баланс между работой и семьей, получалось у меня, по-видимому, не очень.
  Что ж, рыдать и заламывать руки конкретно сейчас уже совершенно бессмысленно. Во-первых, дело сделано, а во-вторых, я нисколько не жалею о десятилетиях, проведенных на посту верховной яги и, если бы время вдруг повернулось вспять, распорядилась этими годами точно так же. Разве что, к мужу относилась бы иначе, чтобы он чувствовал - я его люблю гораздо сильнее, чем он думает.
  Вот только был бы в этом хоть какой-то смысл? Поддерживать нормальные отношения (и тут Касьян снова прав) все-таки должны двое...
  
  ГЛАВА 9
  
  Утро встретило меня сюрпризом. Когда, умывшись и приведя себя в порядок, я вошла в горницу, оказалось, что на столе меня дожидается большая алая роза.
  - Откуда цветок? - с удивлением поинтересовалась у Пафнутия.
  - Гусь принес, - невозмутимо ответил кот, накрывая на стол. - Сегодня, еще до восхода солнца. Доставил от Ивана Никифоровича кое-какие бумаги - те, которые нельзя пересылать магическим способом. Ну и розу эту приволок.
  Я осторожно взяла неожиданный подарок в руки.
  Вряд ли мне его прислал именно княжеский чародей. Скорее, это было кто-то другой.
  - Сомневаюсь, что этакая красота выросла в Авдеевых садах, - заметил Пафнутий, устанавливая на столе самовар.
  Я поднесла розу к глазам.
  Да, цветок действительно необычный - вдоль алых лепестков тянутся нежно-розовые прожилки с белыми и голубоватыми крапинками. А уж какой сладкий исходит от него аромат!..
  В нашем княжестве таких чудесных бутонов днем с огнем не сыщешь. То ли дело Западные земли! Помнится, Настасья говорила, что нарочно выращивает подобные розы в своем палисаднике - мол, их стебли и лепестки в разные зелья добавлять можно, а уж омолаживающие крема на их основе получаются самые что ни на есть расчудесные.
  - Записка к подарку прилагалась? - задумчиво спросила я у своего помощника.
  Он покачал головой.
  - Нет. Да и зачем она нужна? И так понятно, кто именно его прислал. Говорил я тебе, Лика, надо было гнать того удельного князя взашей. Сейчас он цветы присылает, затем серьги с колечками дарить начнет, а потом придет Касьян Трипетович, устроит тебе скандал, а ему свернет шею. И будут у нас серьезные проблемы на уровне правящей верхушки.
  Я закатила глаза.
  - По-моему, ты преувеличиваешь.
  Наклонилась и еще раз вдохнула нежный аромат.
  Надо же, мне подарили цветок! Когда, интересно, в последний раз я получала такой милый и нежный подарок? Не к какой-нибудь дате или событию, а просто так, от души?
  Давно. Очень давно.
  Я уже и забыла, как это здорово, когда мужчина вдруг присылает такое маленькое послание - помню о тебе, хочу, чтобы ты улыбалась.
  - А роза-то хороша, - задумчиво сказал между тем Пафнутий. - Ее можно в мыло добавить. Или в масло какое-нибудь. Уж больно запах у нее свеж и приятен.
  - Не будем мы ее никуда добавлять, - отозвалась я - Мне этот цветок доставили из Западных земель, и я хочу, чтобы он меня радовал. В бутылку поставлю. Пусть стоит.
  Пафнутий покачал головой и принялся расставлять на столе чайные чашки.
  
  После завтрака я отправилась в свой кабинет. Окинула быстрым взглядом сигнальные кристаллы (судя по их спокойному безразличному поведению, конкретно сейчас в моем южном княжестве все было спокойно), а потом взяла одно из переговорных зеркал и отправила магический сигнал остальным хранительницам.
  - Как прошли сутки, девочки? - спросила я, когда шесть переговорников заискрились волшебным светом.
  - В целом неплохо, - отозвалась Марья. - Образовались всего три проплешины и ни одного порыва межмирной ткани. Представляешь? Я впервые за все эти дни нормально выспалась.
  - У меня тоже все в относительном порядке, - подала голос Аграфена. - Прорывов не было, зато проплешин за сутки ликвидировали аж восемь штук.
  - Справились?
  - Да, вполне. Сейчас на дежурство заступила следующая группа магов.
  - Везет вам, - вздохнула из зеркальной глубины Глафира. - У меня на территории появились всего две проплешины, зато межмирных дыр - целых семь. Еле-еле успели их убрать. Мне бы сюда еще парочку магов прибавить, Лика. Те, что имеются в наличии, уже не справляются.
  - Возьмешь Мечеслава, - кивнула я. - Сын не против нам помочь, а он один не то что двоих, пятерых стоит. Чуть позже я с ним свяжусь и отправлю на твои земли. Остальные, как дела у вас?
  У остальных дела шли сносно, а потому, выслушав короткий отчет каждой яги, я со спокойным сердцем отпустила их заниматься делами. Всех, кроме одной.
  - Настя, задержись немного, - попросила я свою последнюю собеседницу после того, как она подтвердила, что прямо сейчас никуда бежать не собирается. - Есть у меня к тебе небольшая просьба.
  В глазах западной яги появилась тревога.
  - Задержусь, конечно. Что случилось, Лика?
  - Не пугайся, ничего не случилось. По крайней мере, пока. Мне нужно, чтобы ты немного рассказала о вашем удельном князе Дмитрии Евсеевиче. Что он за человек? Что о нем говорят люди? Как нему относишься конкретно ты?
  - Хорошо я к нему отношусь, - пожала плечами Настасья. - Мужик как мужик. Отличный хозяйственник, рачительный, справедливый. Местные его уважают - и обычные, и колдуны. Некоторые даже побаиваются - законы он чтит строго, если что не по правилам, цацкаться не станет - под стражу да под суд. Собственно, в наших землях нежничать чревато, уж слишком много здесь лихих людей. А почему ты спрашиваешь, Лика?
  - Я слышала, он был женат, - продолжила, пропустив ее вопрос мимо ушей, - а теперь вдовец.
  Лицо Настасьи немного помрачнело.
  - Да, так и есть, - кивнула она. - Лет уж восемь, как овдовел Дмитрий Евсеевич и во второй раз все никак не женится. Хотя это, быть может, и к лучшему.
  - Почему?
  - С первой его женой странная история приключилась. Я ее помню. Красавицей она была, умницей, веселушкой-хохотушкой. Как бабочка по терему княжескому порхала. А потом вдруг взяла и покончила с собой.
  - Покончила с собой?!
  - Ну да, - кивнула Настасья. - Повесилась на потолочной балке прямо в супружеской спальне. Спрашивается: с чего бы? Все у нее было в достатке, и молодость была, и любовь. Она ведь, как голубка возле своего князя ходила, да и он на нее влюбленными глазами смотрел. А тут - гляди-ка, минутку улучила и сама на шее петлю затянула.
  Вот это да!
  - А точно ли сама, Настя? Быть может, ей кто-то в этом помог?
  - Не знаю, Лика, - вздохнула яга. - Дмитрий Евсеевич долго в этом деле разбирался, землю рыл, выяснял, не было ли у его Алены врагов, не сглазил ли ее кто-нибудь.
  - И?
  - И ничего. Все молодую княгиню любили, зла ей никто не желал. Однако после похорон слухи по княжеству поползли, что, мол, сам Евсеевич жену-то и уморил. Мол, не все в их жизни было гладко да сладко, только на людях они в счастливое супружество играли, а на деле груб был с нею наш князюшка, да дерзок. Мол, не получалось у нее наследника родить, и он из-за этого сильно лютовал. Вроде бы таким поедом жену заел, что бедная княгиня сама себя и порешила.
  - Ты в это веришь? - поинтересовалась я.
  - Честно говоря, не очень, - призналась Настасья. - Я своими глазами видела, как Дмитрий Евсеевич по Алене убивался, как долго в себя прийти не мог, как на похоронах его силой от ее гроба отрывали. Не лгал он, Лика, и не претворялся. А что конкретно с княгиней случилось, я не знаю. Моего участия в следствии никто не требовал, а сама я помощи не предлагала - своих забот полон рот.
  Вот это новости! Как, оказывается, непросто складывалась личная жизнь у моего воздыхателя!
  - Спасибо, Настя, - медленно сказала я.
  Что ж, у меня появилась еще одна тема для размышлений.
  - Пожалуйста. Что только ты будешь делать со всей этой информацией, Лика? Зачем она тебе нужна?
  - Пригодится, - уклончиво ответила ей. - Еще раз спасибо, Настя.
  
   Конец ознакомительного фрагмента. Купить полную версию можно на Призрачных мирах и Книгомане.
Оценка: 8.00*4  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"