Ink Visitor: другие произведения.

Дыши глубже

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    8-10е место.


   Дыши глубже
  

Воздух выдержит только тех,

Только тех, кто верит в себя...

Илья Кормильцев

  
   Марина в нерешительности остановилась перед дверью общажной кухни. Еще раз посмотрела на экран мобильника: электронный циферблат безразлично и бесшумно отсчитывал время - минута, другая...
   Гудел за спиной "общественный" допотопный "ЗиЛ", и было что-то неправильное, тревожное в этом звуке, но холодильник сейчас интересовал Марину меньше всего.
   "Вадим сегодня уже не позвонит". - Она знала это наверняка.
   Знала, что пора ложиться спать: пройти по ярко освещенному коридору до темной комнаты под номером пятьсот четыре, погрузиться в привычный беспорядок разбросанных вещей и недописанных конспектов... Знала, но продолжала ждать неизвестно чего, и ожидание стекало по лицу прохладными каплями.
   Тихий голос донесся из-за спины:
   - Эй, ты же не собираешься оттуда шагнуть? - На запястье сомкнулось кольцо чужих пальцев.
   Марина обернулась.
   Девушка с параллельного потока - Лена из пятьсот девятой - близоруко щурясь, смотрела на нее снизу вверх.
   - Почему ты спраши... - Марина запнулась. Что-то было не так.
   Они с Леной всегда были одного роста, а холодильник всегда стоял справа, а...
   - Господи боже! - Марина почувствовала, как сердце проваливается в пятки.
   Она стояла не перед дверью в коридор: на подоконнике, перед открытым окном.
   - Спускайся, - нарочито-спокойно сказала Лена. - А то простудишься.
   Марина кое-как слезла вниз, вцепившись в Ленино плечо. Ее трясло: от ноябрьского холода, от сырости, от страха.
   - Поссорилась с Вадом? - спросила Лена
   - Нет... То есть да, но... - растеряно пробормотала Марина. - Я не собиралась... Я думала, это дверь!
   Лена захлопнула окно; от рассохшейся деревянной рамы оторвался кусок краски и, ударившись о подоконник, разлетелся на части. Самая большая поплыла в лужице занесенной ветром воды, остальные затерялись, исчезли среди пыли и грязи...
   Марина осела на табурет, не чувствуя под собой ног:
   - Лен, я... Я, правда, не знала. Честное слово. Честное слово, там была дверь.
   - Верю. - Лена щелкнула зажигалкой, включая плиту. - Что ты ее там видела.
  
   ***
   Бурчал чайник, барабанил в стекло дождь.
   - Ну я же не полная дура! - В глубине души Марина сейчас в этом очень сомневалась. - С пятого этажа люди в здравом уме не прыгают: насмерть не убьешься, но поломаешься на всю жизнь. Да что за чушь, вообще ниоткуда не прыгают!
   - Поломаться можно и с большей высоты. - Лена поставила на стол чашки, насыпала из банки заварки, налила кипятка. Марина обхватила чашку обеими руками, и синий цветок на фарфоре - нереально теплый в этой угрюмой, выстуженной кухне - показался ей живым. Жмущимся к ладони, как котенок. Подумать только, она могла больше никогда...
   - Лен, спасибо за чай... и за...за... - прошептала она.
   - Пожалуйста и не за что, - сказала Лена. - Он часто опаздывает; да просто невозможно успеть всюду.
   - Он? - недоуменно переспросила Марина.
   - Он. - Лена чуть слышно вздохнула. - Раз уж я сегодня за него - хочешь, расскажу тебе одну историю?
   - Хочу!
   - Тогда слушай.
   Лена забыла очки в комнате, и в желтоватом свете кухонной лампочки были видны темные круги под глазами - отпечатки бессонных ночей и утренних пар; ярко-алые, резко выделяющаяся на белой коже маленькие ранки на руке: в пятьсот девятой, вопреки всем запретам, жила троица бывших лабораторных крыс.
   Сейчас Лена выглядела намного старше своих двадцати двух, голос ее звучал тихо, по-старчески размерено. Марина слушала; иногда ей казалось, будто она спит. Спит и видит сон....
  
   ***
   - "Эй, ты же не собираешься оттуда шагнуть?" - так сказал мне он. - Лена едва заметно улыбнулась. - Последнее, что помню до этих слов: как вышла из квартиры в подъезд, поднялась до площадки, выкурила сигарету, глядя на город... Очнулась я, как и ты, на подоконнике. Только этаж был пятнадцатый, и я сообразила сначала слезть, а потом уже глазеть по сторонам.
   Она слабо усмехнулась, отхлебнула чаю.
   - Меня окликнул мужчина в инвалидной коляске, - продолжила она. - Совершенно седой. Он стоял, вернее, сидел совсем рядом и смотрел на меня так, что мне стало не просто страшно: стыдно. "Нет, конечно же, нет", - стала оправдываться я. "А что ты тогда там делала?" - он заметно шепелявил, но в голосе слышались интонации моего научного руководителя, когда тот спрашивал, чем я занималась на лекциях по биохимии... "Не знаю" - честно сказала я ему. - "Докурила, собиралась вернуться в квартиру, и тут... ты и все вот это". Было слышно, как на трассе завывает скорая, и оставалось только радоваться, что она едет не ко мне. "Такое в последнее время случается все чаще", - сказал он. -" Поверю тебе на слово". Он вздохнул, а затем скривился в странной гримасе, в которой едва угадывалась улыбка; я поняла, что половина его лица парализована. "Ты сам когда-то... шагнул?" - спросила я. Это было, конечно, неуместно и глупо, но я чувствовала - с ним можно говорить, о чем угодно... И мне хотелось говорить. Слушать, дышать. Думаю, ты сейчас хорошо понимаешь мое тогдашнее состояние.
   Марина смущенно кивнула:
   - Наверное...
   - Он не обиделся, - продолжила Лена. - Снова улыбнулся: "Я знал тогда, что делаю и зачем. Так что не шагнул: спрыгнул". "А теперь, значит, от случая к случаю подрабатываешь ангелом-хранителем для других летунов?" - Я, разумеется, сказала это в шутку и удивилась его ответу. "Верно: от случая к случаю", - сказал он. - "А во всех остальных случаях - стервятником при похоронном бюро. Хотя, какой из меня стервятник?"
   Лена пригубила чай.
   - Я помню, как он тогда опустил взгляд на подрагивающие от спастических судорог руки: "Все бы ничего, если б из-за этой чудо-повозки я постоянно не опаздывал. Так что, не советую, задумавшись, стоять у окон... А если стоишь - держись за что-нибудь. За дорогих людей, за любимое дело. Или хотя бы за подоконник". "Постараюсь", - обещала я ему. Бросила последний взгляд за окно: черный прямоугольник лесопарка, коробки зданий с перфорацией редких освещенных квартир, неспящая артерия трассы - все это выглядело нереально объёмным и ярким. И, казалось, что-то призрачное, невесомое поднималось от верхушек деревьев туда, где ядовитое дыхание промзоны сливалось с облаками...
   Лена на миг прикрыла глаза.
   - Только в этот момент я сообразила, что так и не поблагодарила своего спасителя; и что никогда не видела его раньше. Я спросила: "Из какой ты квартиры?" "Разве это важно? Будь осторожна...". Что-то в его голосе показалось мне странным. Я обернулась к нему - но на площадке уже никого не было.
   - Как так - не было?! - опешила Марина.
   - Вот так. - Лена развела руками. - А еще через минуту до меня дошло, что там нет и никогда не было пандуса. Инвалид-колясочник без посторонней помощи просто не смог бы попасть на площадку.
  
   ***
   Лена встала, чтобы подлить кипятка. Марина согрелась и почти успокоилась.
   - Может, это был призрак раскаявшегося самоубийцы? - предположила она. - Я как-то читала в сети про такой случай...
   - Нет. Не призрак, - Лена вернулась за стол. - Тогда я убедила себя: мне всё померещилось. И он, и моя дурацкая "вахта" на подоконнике. Но через год, когда я уже училась на первом курсе, мы встретились еще раз. Знаешь высотку на углу у парка?
   - Конечно.
   - Неподалеку живут мои друзья, - сказала Лена. - Однажды, возвращаясь от них, я услышала крики - звали врача или хоть кого-нибудь на помощь. Но помочь там можно было только покрывалом: парнишка, как сказали потом в новостях, вышел с последнего этажа... Рядом уже собирались зеваки. Я почти прошла мимо - и тут с другой стороны улицы заметила человека в коляске. Не узнать его было невозможно. Я едва ли не бегом бросилась к нему, но он и не пытался исчезнуть - только смотрел остановившимися глазами на тело... И от этого взгляда сердце словно пропускало удары. Я разом забыла, что хотела сказать, о чем спросить; все вылетело из головы. Он заговорил первым: "Пойдем. Нам тут нечего больше делать".
   Лена помолчала немного.
   - Мы с ним "дошли" до самого проспекта, - наконец, продолжила она. - Коляска на ощупь была совершенно материальной: с шершавыми ручками, катилась тяжело, поскрипывая. Однако прохожие нас как будто не замечали: никто не оборачивался поглазеть, не начинал перешептываться, лишь только стоило нам отойти подальше. Даже дети, и те не замечали. Но он существовал, он жил, дышал, он не был моей галлюцинацией! Прежде, чем я пришла в себя и успела что-то спросить, он нагнулся - и я увидела, что его куртка распорота на спине. В разрезах виднелась дрожащая пушистая масса. Перья! Поломанные и свалявшиеся белые перья.
   - Перья, - эхом, будто зачарованная, повторила Марина.
   - Я растерялась, выпустила ручки коляскт, и он, прокатившись чуть вперед, развернулся ко мне, - сказала Лена. - "Как?.. Почему?.." - посыпались из меня слова. Он ответил вопросом на вопрос: "Думаешь, в этом воздухе можно летать?" "Но птицы же летают " - попыталась возразить я. "Разве что, птицы, но не мы и не вы... " - Голос его был полон пронзительной грусти. - "Вы не верите ни в нас, ни в себя, даже в изобретенные вами же аппараты по-настоящему не верите... Воздух здесь не держит даже моего пера, не то, что тела. Между нами легла пропасть, которую не перейти по мосту". "Но как тогда ты здесь оказался?" - спросила я. Он молчал. Его гримаса-улыбка не была ни веселой, ни грустной. Она просто была. И я вспомнила наш прошлый разговор... и поняла все. "Я знал", - скрипели несмазанные тяжёлые колеса. "Я знал, что делаю и зачем", - шуршали бесполезные, изувеченные, вдавленные в кресло крылья. "Воздух не выбирают", - сказал он мне, едва шевеля непослушными губами. - "Но мы можем выбирать, за что держаться. На чем стоять и ради чего прыгать. Дыши глубже!"
   - Такое... - Марина стиснула чашку, не замечая, что костяшки пальцев стали бледнее фарфора. - Разве это справедливо?!
   - Я спросила его примерно о том же. - Лена запрокинула голову к потолку. - Угадаешь, что он ответил перед тем, как исчезнуть?
   - Нет.
   - "В мире нет справедливости. Только закономерности. Одна из которых - "е" равняется "эм-вэ-квадрат пополам".
  
   ***
   Дождь снаружи зарядил на полную катушку. Рычал и фыркал вечно голодный холодильник, бесшумно текли минуты на электронных часах.
   - Лен, это совсем неправдоподобная, бредовая история, но... Марина посмотрела на подоконник: лужица воды давно высохла - как будто ничего и не было. - Но мне почему-то хочется в нее верить.
   - Значит, не зря рассказывала. - Лена улыбнулась; выплеснула в раковину остывший чай и, сполоснув кружки, поставила на полку.
   Марина глубоко вздохнула.
   Как думаешь, если Вадик - неумное парнокопытное, но я начала первая и теперь хочу с ним помириться, закономерно будет позвонить ему самой? - смущенно спросила она.
   - Почему бы нет?
   - Он в это время обычно еще не спит... Только у меня на мобиле баланс глубоко в минусе, а с чужих номеров он не берет трубку. Говорю же, парнокопытное, - виновато сказала Марина. - Я бы пополнила в терминале у круглосуточного, но у вахтерши уже на меня зуб за поздние отлучки... А у тебя с ней как?
   - Я знаю путь короче. - Лена усмехнулась. - Идем: спасать - так уж до конца!
  
   ***
   Они все-таки вышли в окно: у Лены нашлась копия ключей от подсобки на втором этаже, оттуда было в буквальном смысле рукой подать до пожарной лестницы.
   - Ну и ну! - Марина, оказавшись на земле, покачала головой. - А я всегда считала, что тебе недостает авантюризма...
   - С кем поведешься, от того и наберешься, - хмыкнула Лена.
   - Ты имеешь в виду?..
   Лена пожала плечами:
   - Ключи, на самом деле, соседские. У нас в пятьсот девятой крысы - и те дисциплиной не отличаются...
  
   Дождь лил за шиворот, ноги в летних кроссовках промокли и замерзли, но Марине было все равно. Она втягивала через ноздри, через пошедшую пупырышками кожу странную, сумасшедшую ноябрьскую ночь и никак не могла надышаться.
   - Я одного не пойму, - сказала она. - Эта дверь вместо окна - что, какой-то злой морок?
   - Не знаю... Но злой морок - вряд ли. - Лена посмотрела на небо, вспоминая призрачную светлую нить, которую видела лишь однажды. - Возможно, всего лишь бездушная и беспристрастная, а потому жестокая для нас закономерность? Что, если это тот самый мост? Мост над пропастью, который пытается возникнуть... Потому что люди, так или иначе, тянутся к облакам. К иному, к новому, друг к другу, к счастью. Пусть им и не хватает веры, но... Тут, если подумать, найдутся не только закономерности, но и много чего еще.
   - О чем ты?
   - Конкретно сейчас - о твоем "парнокопытном". - Лена махнула в сторону дверей супермаркета, у которых они топтались уже пару минут. - Поздно трусить: пополняй свою обанкротившуюся мобилу и звони!
   Марина кивнула и послушно отправилась внутрь; вскоре она вышла, уткнувшись взглядом в телефон.
   - Удачи! - Лена отошла в сторону, чтобы не стоять над душой. Прислонилась спиной к старому дубу, подпиравшему небо короной из узловатых, черных от влаги веток.
   Рядом за железный забор, толкнув калитку, шмыгнула собака, и Лене послышался тягучий скрип несмазанных колес. Почудилась в дрожании кустов крылатая тень, сгорбившаяся в инвалидной коляске...
   - Привет. Не спишь?
  

(с) Екатерина Годвер aka Ink Visitor, ноябрь 2013. Ред. 09.2019


 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Кретов "Легенда"(ЛитРПГ) Н.Екатерина "Амайя"(Любовное фэнтези) Н.Изотова "Последняя попаданка"(Киберпанк) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) М.Зайцева "Трое"(Постапокалипсис) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Верт "Пекло"(Боевая фантастика) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров. Арена"(Уся (Wuxia)) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"