# Тралик под огнем

Дмитрий Богуцкий

Всем предъявить проездные документы. Иначе...

Саня чувствовал себя отвратительно. Мерзко.- В подплывшую голубую витрину троллейбуса он влез сугубо по привычке, хотя и толкаемый жестокой жизненной необходимостью. - На работу надо было. Внутри было тесно, а в нутре тошно. Во рту ворочалась липкая сушь.

Тяжело в России по утрам...

Лицо за ночь, несмотря на примочки бодяги, распухло и мешало смотреть. Вчера день окончился таки убойно: зарплата была потеряна, морда набита - ладно хоть самолюбие уцелело. Оно имело обыкновение страдать по утрам, постепенно истаивая на нет, по мере приближения к работе.

Блин, дермово, думал Саня. Денег нет. Найти то найду, а вот не замучают так затрахают, это да - и на работе и дома. Халяву хорошо бы Семеныч подкинул, да вот хер его знает, подкинет ли? То же забухал. Но Саня внутренне позавидовал сдержанному Семенычу, который, конечно не терял зарплаты в день ее получки, а делал это в здравом уме и трезвой памяти на протяжении недели. Хотя и ему денег хватало только на водку...

Тралик переползал от остановки к остановке сквозь хмурое утро вторника.

Вторник...Вторник...Фторник.

Из массива усредненных знаний на Саню выпало вспоминание о безумной ядовитости фтора, потому используемого в борьбе за зубы населения.

Потому в голове у Сани, сомнамбулично наблюдавшего за отражениями в стекле, некий логик совсем отдельный от владельца черепа, рассуждал о том, что день и верно ядовит, полностью отвечая своему названию...

Черный фторник, в общем.

На очередной остановке, всего второй из шести необходимых для проезда до работы, резвые бабки, все в среднетяжелом весе, с грацией и проворством борцов сумо взяли троллейбус штурмом. Охая и стеная, они согнали с сидений всякую шушеру, проституток, алкашей, наркоманов и насильников, деливших с ними общественный транспорт, а на следующей остановке проворно выбросились вон.

Стало просторней.

Саня поворочавшись, высвободил ногу зажатую в хаотичном движении напиравших тел, и упершись локтями в стекло, блокировал давление выдавливавшее его за окно.

Грохнув полетевшими на бок рогами, тралик встал на повороте в месиве дорожной пробки. Безмолвный, но физически ощутимый надрывный стон, пролетел по салону. Не спеша с полуодетым на одно плечо оранжевым жилетом, прошла мимо окна тетка в подпалинах обесцветки на серых космах. Троллейбус, страдая слушал как обстоятельно грохоча, она вправляет рога на место. Желанная остановка стояла за мутными плексигласом окон - близкая, но недоступная, как обетованная земля...

Наконец общественный транспорт изволил причалить, - двери тяжело отворились, подминая подвернувшуюся плоть. Серый люд вывалил на асфальт. Далее троллейбус шел относительно свободным - и от этого Саня внутренне подобрался. Контролеры, недолюбливая переполненный престарелыми льготниками час-пик, логично избирали полупустые троллейбусы с опаздывающими работягами и студентами на борту. Саня не имея даже пробитого талона, с тоской загоняемого зверя предчувствовал тяжкий разговор и общественное попрание, совершенно отчетливо понимая, что эта тоска и выдаст его...

Предчувствие отрезвляло и понемногу вводило в обычную колею.

Студент в бейсболке, в наушниках под бейсболкой и с ушами под наушниками, созерцал внутренние поверхности своих очков. Штаны у него были цвета давешней утренней блевотины - это и есть хаки, наверное. Бабка, скорчившись на сидении рядом со студентом, благодаря ему приобщалась к самому распоследенему звуковому прогрессиву. Бабка не ценила соседства и судорожно морщила лицо - либо страдала нервным тиком.

А студент в бейсболке видимо страдал от серных пробок.

- Не покупайте мороженое "Труфальдино", - неожиданно произнесла бабка сиплым, возможно пропитым голосом. - Купила вчера, теперь глотаю с трудом. Только шесть рубликов зазря затратила. На лекарства, денег больше уйдет.... Думаете, они туда орехи ложат? Себе оставляют.... Положат как же...

Саня отстранено воспринимавший занудные звуковые колебания, постепенно впадал в транс.

- Но, но...- Девица в блестящем как фольга куртофане отшатнулась от впадавшего в ее объятия Санька. Ее дальнейшие сентенции потонули в склочной лайке вспухшей на передней площадке.

- Ты мене побазарь, молодой! Шавка, ты еще базарить!

- Да чё она...

- Замолкни, постоишь, ишь выискался, - Вот по таким и судят о современной молодежи!

Эталон современной молодежи видимо не нашелся чего на это сказать, - А двери на приблизившуюся стоянку уже открылись. Но - в сонном Сани кровотоке произошел всплеск адреналина, -только первые и последние, в режиме загонной охоты..

Вот и началось самое интересное. - То, что придает поездкам в общественном транспорте привкус животной борьбы за существование.

- Предъявили билетики! -Невыразимо самодовольно и самовластно изреченная фраза зависла под низким покатым потолком.

И как водилы узнают, что они ждут на остановках? Никак не успеть отреагировать и стащить с морды гримасу застывшего зайца. Никак...

Плотные парни в черных куртках, с бритыми затылками и подбородками двинули через салон навтречь друг другу. Затаившийся за поручнем на задней площадке, потертый дедок видимо знавший, что второго раза не будет, воспользовался блеснувшим шансом и скатился по ступеням в желанный мир свободы, приоткрывшийся за черно-кожаной спиной развернувшегося к другой очевидной жертве загонщика.

Другой очевидной жертвой был само собой Саня. А кто еще?

Образ, поразивший его, был дик, - чернокожанные выбривающие костяшки крепких кулаков...

- Предъявили билетик... вальяжным голосом пресыщенного охотника, произнес Бритый, профессиональным жестом моргнув невнятным нутром неведомого коричневого удостоверения. Так, наверное, полипы зачитывают "Миранду" тинам, задержанным в дорогих папиных машинах.

- ...А ну стоять! - Зарычали на передней площадке.- Тебе кто сказал выходить? Кто-то тебе говорил выходить?! Стоять!

Пытавшийся покинуть троллейбус через заднюю дверь студент в бейсболке, был, впихнут назад.

- Заплатили штраф...- внес голос рацпредложение. Как раз из тех, от которого, попробуй отказаться...

- Нет билетика. - Констатировал Бритый.

-...А вы вообще то, кто такой!? А маршрутную книжку вы предъявите?!

На передней площадке, как бык на матадора, наседала на кожаного контролера обширная бабища в тканевом плаще, и было ясно - умрет, душу вынет и мозги выполощет, но своего не отдаст.

Но ее противник был звездой на этом подвижном "Plaza del Toro".

- Штраф дамочка, или желаете пройти?

- Я те пройду.

- Придется. И за сумочку вашу то же отдельная беседа будет.

- А чё-те моя сумочка, чё-ты мою сумочку замаешь!? -- Бабища прибрала ближе к телу непомерный тюк оплетенный капроновыми нитяными веревками. - Я стою, она сидит, чё-те моя сумочка!?

- А то, что она одно посадочное место занимает. Административное взыскание за нарушение...

- Какое место?!...

Безутешный индифферентный ко всему, Саня терзаемый, одним из напарников тореро, этаким бандерильяс, беззвучно смотрел за окно на родимую остановку которую не довелось потоптать ногами и еще долго не придется... с пол часа топать от конечной, куда не в первой повезут его, с другими горемыками, немощными внести за себя оброк...

- Так, так. - Пытливо смотрел контролер в уклончивые глаза пойманного студента - И что же это мы беремся ехать, если без денег.

- Нету. - Еле пробурчал студент.

- Десяти рублей на штраф нету? И на талон двух? С прошлого раза не сподобился приобресть? - Благожелательно интересовался крепыш контролер.- Студенческий проездной пятнадцать рублей стоит. И что ж ты в троллейбус лезешь?

- Ехать-то надо...

- Что ж ехать тебе не придется. А пройтись, это да...

Студент сделал облегченное движение к выходу, но был цепко ухвачен за локоть:

- Куда?...Я тебе говорил идти? Стой. Пройдемся в управление, оформим административное взыскание. Ты где учишься? А? Химфак? Угадал.

- Да дай ты им на пиво! -Возмущенно выкрикнула льготная старушка. - Хрен подавятся!

- И на пиво то же, а как же? - Спокойно парировал бандерильяс. - Квитанцию даже дадим...

Облава завершалась.

- Так, там все?! -Крикнул, в перед салона, тореро.- Давай! Выводи!

- Куда это 'выводи'? Щас! - Возмутилась несломленная бабища, прикрывшая телом свою "сумочку".

- Это почему? -Тореро был уже не спокоен. Маэстро просто пребывал в гневе.

- А потому.

Маэстро развернулся к верной жертве, - студенту рецидивисту, подхватывая его под руку, скомандовал- Давай. На выход...

- Я не пойду.- Студент вынул руку из зацепа.

- Да?- Странным голосом поинтересовался тореро?

- Это арест. А у вас нет права проводить задержание. Вы можете применять только административные меры. И все.

- Значит, отказываешься идти?

- Имею право.

- Ни хрена ты не имеешь, - нежданно спокойно ответил народный контроллер. Он сгреб огромной натруженной ладонью ворот студентовой куртки и дернул его на себя. Лицо студента с хрустом ткнулось в перекрестье поручней у выхода. - Ни хрена кроме этого.

- Закрывай двери!- Крикнул один из бандерильяс.

Саню качнуло от рывка, с которым тореро саданул студента о спинку кресла. Двери упали на встречь друг другу, преградив выход.

- Вы что творите, ироды! - Застонала давешняя старушка.

- Спокойно! - Ответил тореро, вставая над скрюченным, на полу узкого прохода, бесчувственным студентом. - Постановлением городской администрации от сего числа, приказано предоставить службе народного контроля административные права по проведению и применению исключительных мер в борьбе с безбилетными пассажирами.

- Господи...- Не веруя, призвал кто-то.

- ...Право на публичную экзекуцию, предоставлено, общественным контролерам параграфом третьим, дополнительной инструкции ко второму приложению указанного постановления. Вот так! Все!-Тореро торжествующе развернулся к бабище с тюком и рухнул сраженный ударом в челюсть.

- Теперь вот все...- спокойно сказала бабища, баюкая пострадавший в столкновении чудовищный кулак.

И это было действительно совсем всё...

Саню сбили на пол и начали топтать. Ошарашенный таким поворотом судьбы, он валялся на рубчатой резине покрывавшей пол и отмечал рефлекторные движения своего тела подбрасываемого ударами увесистых ботинок. В салоне стоял ультразвуковой гам и вой.

- У меня есть билет, он на пол упал! - Кричал некто, пролетая над полом, видимо в поисках билета.

Ядреная бабища, бешено защищала, родимый тючок. Бандерильяс акулами метавшиеся рядом, отлетали, зацепленные воздушной волной от свистевших рядом огромных кулаков.

- Ладно, - пообещал оклемавшийся от ушиба тореро, оттаскивая не менее пострадавшего соратника. - Вступаем в экстренные полномочия...

В троллейбусе стало тихо, потому что, контролеры быстро очистили салон.

Покидая салон последним, тореро бросил, мрачно и обещающе, - Не будет по-вашему. Будет как всегда...

Дверь троллейбуса за ним закрылась.

Саня, с помятым лицом и гениталиями, пополз вверх по стойке, устанавливая себя на ноги. И тут же рухнул, сбитый рывком сдвинутого с места троллейбуса. Саня как во сне, слышал подбадривающие крики контролеров. Троллейбус куда-то толкали.

Толкали и затолкали в пространство меж двух стоящих рядом грузовиков, как меж двух стен.

По крыше троллейбуса загрохотали тяжелые ботинки. Избитый студент, вздрогнув, подтянул колени, бесполезно пытаясь защитить живот. По стеклам салона, с покатой крыши, вниз заструилась прозрачная жидкость. Саня, всползший на ноги, уткнулся носом, непонимающе уставился на текучую жидкость за прозрачной преградой закаленного стекла. Жидкость текла вниз, мимо придавленного молчания салона, и люди внутри, смотрели на окна с непонимающим и растущим ужасом.

С грохотом с крыши троллейбуса в кузова грузовиков полетели металлические канистры и мелькнули тени сиганувших, туда же людей...

Потом салон ало озарился и взвыл единым воплем вспыхнувшей Хиросимы.

Бензин, подумал Саня глядя на пузырящуюся, кипящую жидкость. Горим.

Жгут...

И заорал вместе со всеми.

Салон, толпа, единым, буйным зверем заворочался в троллейбусе обрамленном пламенем с истошным визгом существа, еще не горящего, но уже постигшего что заживо.

- А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!

- Пустите!!!

Но двери салона не выдавливались, упираясь в высокие борта грузовиков.

- Пустите!!! - Вопил, под ногами у Сани, ползавший по полу человек, слепо щупая рубчатую резину.- У меня есть билет!!! Я его просто урони-и-и-л!!!

И зарыдал малым ребенком.

Воздух, выгорая, уходил из салона...

Сознание Сани, подорванное отсутствием здравого смысла в дальнейшем присутствии, покинуло его восприятие...

...Вода лилась на лицо.

...Холодно.

...Трезвяк, облегченно подумал Саня. Глюки.

И открыв глаза, узрел над собой давешнего бандерильяс с ведром воды.

- Не спи, замерзнешь, - с истерическим смешком, дал бандерильяс ценный совет.

Саня воздвиг себя на мокром асфальте.- Кругом царил визг сирен, стоял чад и пар. Носились люди, все сплошь в зеленом, - цвета памятной утренней блевотины. И невозможно было понять, кого ловили и ловили ли кого, а спасли ли, тем более...

Удар в челюсть вернул Саню в обычную реальность.

- Че? Пересрался, сыкун? -С бешеным весельем поинтересовался бандерильс, подымая

вновь, кулак. - Пиздуй отсюда! Давай, давай, не оборачивайся!

И Саня попиздовал - спотыкаясь о родимые сопли, наматывая оные на кулак. Мир плыл с дымом вверх и Саня не понимал, почему он не плывет туда вместе с ним. В синюю, чистую высь...

Саня, спотыкаясь, брел от остановки, совершенно не понимая, как он объяснит мастеру причину этого своего опоздания...  Ставьте оценки и пишите комментарии - мне интересно ваше мнение!  Мой Яндекс-кошелек: 410011144339987 - обменяемся энергией! :)