Бойков Алексей Владимирович: другие произведения.

Искусство как способ легкого поведения

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Истории минувших дней из жизни молодого автора, который едва ли надеется стать популярным, но пишет лишь потому, что порой ему это нравится. Никакой рекламы и пиара, просто слова сложенные в предложения для незаурядного повествования о волнующих днях. Содержит нецензурную брань.

Возрастные ограничения 18+
  Часть первая
  Фрагмент первый
  У нас в России все решается ударом. Ударом по телевизору, телефону, принтеру, ни к месту поставленному шкафу или стулу, тормозящему компьютеру, нахально смотрящему ебальнику.
  Я бы хотел погибнуть, читая стихи в перестрелке на групповой светской оргии, но валяюсь под столом в местной пивнушке, после крепкого удара правой рукой сварщика с кораблестроительного завода.
  Нет более лицемерных, чем те, кто с тобой всегда соглашается. Сварщик со мной не соглашался, а я не соглашался со сварщиком. Что не говори, но правда есть правда, его несогласие выдавало в нем красноречивого, честного человека! Но также правда, что в каждом есть что-то плохое. Я был чертовски хорош, когда сказал ему, что его грязный рот слишком громко кряхтит о своей дрянной жизни, мешая мне тем самым смотреть второй раунд известного всему миру поединка. Я был хорош, как маленький, но красивый кораблик, на котором разыгралась жаркая оргия с ожесточенной перестрелкой, но сварщик был хорош, как шторм, который одним взмахом гребня поглотил корабль! Обходя этот пассаж про корабль вернемся к фактам! Удар в челюсть - это плохо, некультурно, но справедливо.
  Когда я говорю даме, что я хороший отделочник, многие понимают это не совсем правильно. Я не о настенной плите или штукатурке, понимаете? Я про то, что хорошо тебя отделаю, детка! Но эта дама поняла это именно так как надо.
  Когда я лежал на полу и на моё лицо со стола большими каплями стекало пролитое пиво, она первая бросилась меня поднимать.
  До этого мы почти не разговаривали, но подсела она сама. Она спросила про ставку на поединок, я сказал, что не делал. Она положила на стол чек местной букмекерской конторы и сказала, что, если этот пафосный ирландец сегодня проиграет, она больше никогда не будет ставить, черт его дери. Я заказал ей пиво, она сказала, что будет вермут. Я поддержал и заказал вермут. Ее звали Вика.
  Сварщик со своим собеседником быстро сорвались с места и скрылись, все остальные, кто был вокруг, не спешили помогать. Манеры аристократов не часто обитают в дешевых пивнушках.
  Первую я увидел ее, она оттащила меня от струи пива которая лилась на моё лицо, заливая мои зенки. Хорошо, что линзы не отчалили на этих бурных потоках хмеля. Со зрением в минус пять до дома рискуешь вообще не дойти!
  Второй был бармен, вдвоем они подхватили меня за руки и оттащили к барной стойке. Через несколько мгновений я уже чуял своей жопой обивку стула. Или табурета. Не знаю.
  Я пришел в себя спустя минуту, голова перестала кружиться, я отпил пива. Бармен подал салфетку, я вытер пиво с лица и шеи, ощупал щеку и глаз.
  - Сейчас дам льда! - сказал бармен.
  - Спасибо! - ответил я.
  - За это ты заплатишь отдельно, - добавил он.
  Что я чувствовал после нокдауна? Такие моменты отрезвляют. Мне захотелось вкусить закат на берегу черного моря. Сразу тянешься к живому, понимая, как легко разбить свою голову о чей-нибудь кулак.
  - Ты смелый! - сказала Вика.
  Я посмотрел в ее голубые глаза, - я дурак, - смело заверил я.
  Она рассмеялась и протянула стакан с вермутом, - тем не менее, эти уроды скрылись, здесь стало куда тише, выпьем за тебя!
  А эта баба хороша! - подумал я, - выпьем! - я чокнулся с ней пивом, отпил, затем посмотрел на телевизор.
  - Ирландец его сейчас поимеет - сказала она.
  - Да, похоже на то!
  И ирландец его поимел.
  Потом встал вопрос куда более приближенный, когда я поимею ее?
  На улицу мы вышли вместе. Она оживлено рассказывала о своей картине, которую, по ее словам, пишет уже второй месяц. Я обнимал ее талию и наслаждался тем, как чертовски вкусно пахло шоколадом.
  - Значит, граненый стакан, пролитая вода, и старый кассетный телефон?
  - Да! Согласись, в этом что-то есть?
  Я посмотрел на небо, было лето, пол второго ночи, на улице приятная прохлада, на небе тысячи звезд.
  - Во всем что-то есть! Смотря под каким углом смотреть. Покажешь, под каким углом рисуешь ты?
  Она на секунду задумалась.
  - Да, даа! Конечно, пошли покажу!
  Я не навязывался, вообще, всегда стараюсь соблюсти приличия! Во всяком случае, мне так кажется.
  - Назначь время и место, я надену смокинг, возможно, белый в черную клетку, как носят многие творческие личности, и с радостью приду чтобы оценить твою работу!
  - Белый в черную клетку? Это кто, например, такое носит? - она усомнилась.
  Я. Такое ношу только я. Не знаю людей, который носят более сомнительные наряды.
  - Ооо, всех не перечислишь! В первую очередь я!
  - Ты!? Ты творческая личность?
  - Несомненно! Просто мало кто об этом знает.
  Она рассмеялась.
  - Нет, давай без смокинга, твои шорты и майка меня устроят! Пойдем сейчас?
  - Сейчас?
  - Да, или ты не хочешь сейчас?
  - Отнюдь, если ты настаиваешь, оценим прямо сейчас! - моя рука с талии опустилась чуть ниже, как бы случайно, но там и осталась. Никто не был против. Разговор перешел на уровень делегирования полномочий - я нес ахинею, она смеялась. Мы шли к ней домой.
  Однокомнатная квартира в старом панельном доме была мне по духу. Пожелтевшие обои, пожилая мебель, большое пыльное кресло с деревянными ручками, короче говоря, все то, что так или иначе ассоциируется с нищетой и разрухой. Не то что бы я это все любил, просто это был мой уровень. Скромно, дешево, зато уютно.
  Пахло в квартире чертовски вкусно, запах был похожа на тот, что исходил от Вики, но менее концентрировано. Когда мы вошли, она включила свет в прихожей и комнате. Я разулся и прошел в комнату. Я был в сланцах, а значит без носок. Ступнями я сразу ощутил приятный ковер, затем увидел большую кровать. Я сразу понял, что скрипеть она будет на все десять из десяти.
  В дальнем углу стояла картина. На скромном мольберте небольшая картина. Действительно, граненый стакан и старый телефон, очертания пролитой воды она едва начала наносить.
  - Присаживайся, - сказала она, - что будешь пить?
  - Пиво.
  Сходив на кухню, она вынесла банку пива. Я открыл, попробовал, чистая ссанина, но мне понравилось. Она пододвинула второе кресло, которое я не сразу заметил. Мы сели напротив картины, она на одном кресле, я на другом. Я отпил пива.
  - Нравится? - спросила Вика.
  - Да, она в духе минимализма. Чем меньше деталей, тем лучше! - заключил я.
  - Может побольше красок?
  Я повернул голову и посмотрел ей в глаза. Голубые глаза.
  - Нет, меньше красок. Не нагромождай лишнего, сохрани баланс.
  Она рассмеялась, - почему ты так смотришь на меня!?
  Я еще раз оглядел ее. Она хороша. На вид все шестнадцать лет, оказалось, двадцать три. Стройная, среднего роста, блондинка, прическа каре, острые черты лица, маленькие ровные зубы.
  - Чувствую себя неловко, - следующие слова дались мне тяжело, так как они отдавали экспрессивностью и наглостью, но имели место быть, - как будто вижу что-то очень красивое, прекрасное, но не могу дотронуться! - Я перенес вое туловище через ручку кресла и впился в ее губы. Она этого ожидала. У нее во вру было вкусно, она, черт подери, была как будто вся из шоколада! Я поднялся с кресла, взял ее за шею, поднял и обхватил как надо. Прям, мать ее, как надо!
  Кровать скрипела на пятнадцать из десяти! Я выбил из нее все, что только можно, и сейчас я не о кровати!
  Фрагмент второй
  Меня разбудил будильник в телефоне. Без пятнадцати семь утра, я спал не более двух часов, через час пятнадцать надо быть на работе. Я сел и свесил ноги с кровати, проснулась Вика. Я взглянул на нее, она была очень растрепанной, сонные глаза, замедленная речь.
  - Тебе кто-то звонил?
  - Это начала очередного круга ада. Проклятие! - тяжело выдыхая, ответила я.
  Она не поняла, - что? Что за бред? Какой круг?
  - Понедельник, детка. Открой окошко и услышь стон города, скрипучие механизмы приходят в действие!
  - Тебе на работу?
  - Да.
  - Ты работаешь? Где ты работаешь? - она закрыла глаза.
  Я задумался.
  - О своей работе я тебе попозже расскажу, ты еще не готова к этому.
  Я оделся.
  - Когда мы еще увидимся?
  Я ждал этот вопрос. Взяв со стола ручку, я записал номер своего телефона в тетрадку, которая была на столе.
  - Я написал мой номер, позвони вечером.
  - Вечером? Во сколько? - у нее был очень сонный голос.
  - Забудь. Позвони, как проснешься.
  - Хорошо.
  Я прошел в прихожую, влез в сланцы, увидел в зеркале свое угрюмое лицо. Вика появилась в дверном проеме.
  - Леш?
  - Да?
  - Хорошего тебе дня!
  Я сделал два шага и впился в ее губы. Ладонь окутала ее задницу. Закипело.
  Следующие пятнадцать минут я насыщался ей энергичнее любого завтрака!
  Сделав утро этой женщины счастливой, я почувствовал себя лучше. Люблю я радовать других!
  - И тебе хорошего дня! - сказал я, когда покинул эту прекрасную хату.
  Фрагмент третий
  Мне было двадцать лет и чувствовал я себя хорошо. Хорошо до тех пор, пока не попадал на работу.
  А работал я на заводе. Уже страшно?
  Старый завод. Штатные токарные и фрезеровочные станки видали руки ни одной сотни мастеров. А сколько пальцев зажевали!? И того больше.
  Когда входишь на территорию завода в производственный корпус, в нос бросается запах сырой ржавчины. В раздевалке всегда воняет носками и потом. На стенах сало, окна не мыли сотню лет. Из этого завода выжимают все, что могут, пока не развалится!
  Я был стажером третий месяц, учился на станке, который обрабатывал метал с помощью электричества и химии. Не самый плохой станок, я скажу! Куда приятнее любого токарного или фрезеровочного. Но сейчас не об этом.
  Начало дня, девять утра, мастер в запое уже неделю. Он пришел вместе с другом по бутылке, они отметились, мастер попросил начинать, сам удалился.
  Мастеру было за шестьдесят, обычного телосложения, светлые волосы, опухшие губы и глаза. Когда трезвый - порядочный человек, если пьяный - разговаривать невозможно. Впрочем, ничего необычного, такое всегда бывает с людьми такого типажа. Бутылка их способ выпустить пар, и выпрыгнуть из чертового колеса повседневной суеты.
  Последнее время работал всегда один, мастер приходил лишь изредка, весь красный, как помидор, и передвигаясь зигзагом приземлялся за рабочий стол. Я открыто посылал его на хуй, когда он начинал оспаривать мою позицию по тому или иному рабочему вопросу.
  Я считаю, что, если делаешь дело, делай до конца. Я ненавидел работу, я не имел никакого отношения к отрасли в которой работал, ни образования, ни призвания! Но коли работаешь, то закатай рукава и рой эту траншею до конца! Я считаю, что так должен себя вести любой мужик с членом по колено! Пришел работать - работай! Титьки мять и от работы отлынивать будут бабы, а на мужиках держится земля.
  К чему я это? Не смотря на свой крупный рабочий стаж за этим чертовым станком, этот алкаш ни хрена не мыслил в нужном направлении! Он и его коллеги могли собрать целую свору инженеров для решения той или иной задачи, и долбанный час сверлить своими пропитыми глазами схемы и чертежи в поисках нужных ответов! В то время как я мог без расчетов на глаз выставить нужные цифры и достичь поставленной задачи. Им не хватало творческого абстрактного взгляда, и возможно, немного авантюризма!
  Я всегда знал, что делаю, и никогда не сомневался. Такой я пиздатый! Но сейчас не об этом.
  В этот день мастер напился как следует, понедельник день тяжелый, это он и отмечал. Он пришел после обеда и начал бузить, что готовая деталь не соответствует чертежу. Я ему объяснил, что еще на той неделе было определено, что выжечь деталь точнее этот двадцатилетний станок не сможет, не нужно пытаться на кукурузнике в космос улететь, разобьешься к ебеням! Примерно так я ему и объяснял. Он не хотел меня слушать, орал, заставил оконные стекла запотеть от перегара. Я развел руками и послал его на хуй. Главного мастера не было, а значит остановить его никто не мог. Пьяный капитан решил возглавить корабль лично!
  Этот мудила выставил максимальные показатели электрического тока. Я сразу понял, что сейчас пизданет! Я подошел к нему и отдернув за рукав показал в техническую инструкцию.
  - Какой ток ты выставляешь!? Сейчас трансформатор спалит все предохранители вместе с твоей жопой! Он не даст более чистой детали только из-за повышения тока, здесь слишком маленькая деталь и слишком большой трафарет!
  Он махнул рукой и отвернулся от меня. Я посмотрел на трансформатор и понял, что нужно покинуть помещение. Но делать этого я не стал.
  Я вышел и попытался найти главного мастера, но его не было. Я вернулся. Он уже установил заготовку и начал подготавливать запуск станка. Я развернулся и добрался до противоположной стены к пожарному крану, там же был рубильник электричества. Тогда я подумал, что останавливать я его не буду, но дабы не спалить весь завод, отрублю электричество, как только пизданут предохранители. Огнетушитель был свежий, так что я был готов выхватить его и с молниеносной скоростью начать тушить задницу мастера.
  Через минуту мое противоаварийное настроение изменилось, и я уже как можно скорее хотел на это посмотреть! Это был отличный способ хорошенько проучить этого зазнавшегося алкоголика.
  Он выставил размеры, еще раз проверил показатели электричества, закрыл секцию с деталью и запустил станок. Дерьмо закипело, но по началу не так подозрительно. Этот алкаш посмотрел на меня ехидным взглядом человека, который прав, я же ему ответил.
  - Надень очки! Техника безопасности в первую очередь.
  Он отвернулся, но очки натянул. Облокотившись на станок, он смотрел на то, как обрабатывалась деталь. Он думал, что все хорошо. Но я то понимал, что максимальная волна электричества накатит чуть попозже, и предохранители хлопнут! От огнетушителя я не отходил.
  Зашел его коллега по бутылке, она начали что-то обсуждать, мастер совсем перестал обращать внимание на показания приборов. Издалека я видел, как начала подниматься стрелка амперметра, я заткнул уши и спрятался за стеллаж.
  БАХ! БАХ! БАХ! Со стеклянным звуком посыпались предохранители с задней панели станка. Тут же поднялся дым. Мастер и его собутыльник присели на корточки и схватились за уши, звуковая волна заставила из протрезветь. Заверещала пожарная сирена, как ни странно, сигнализация на этом гниющем заводе была в рабочем состоянии, наверно это случайность! Я дернул рубильники и вырубил электричество в помещении, схватившись за огнетушитель, я побежал поливать станок.
  Спустя минуту нашелся и главный мастер и начальник цеха. Вместе с ними прибежало еще человек двадцать, все из соседних отделов. Мастер весь дрожал, я закончил поливание станка, все приготовились получать пиздюлей от начальства.
  - Я предупреждал мастера, что предохранители не выдержат, - объяснял я начальнику цеха, - но он меня не послушал!
  Мастер сидел с противоположной частью стола и молчал. Окна вспотели от перегара, рот он открывать даже не рисковал.
  - Я отключил электричество, взял огнетушитель и начал обрабатывать пеной дымившиеся участки станка. А в целом, виновным себя не чувствую, свои действия считаю оправданными!
  Начальник кивнул головой. Потом он долго негодовал, пытался что-то выдавить из мастера, но тот молчал, строя из себя контуженого. Но вытаскивать тут было нечего, он алкоголик на затрёпанном заводе, я высокомерный эгоист, которому нет дела до этой чертовой работы. В конце концов он нас отпустил, ненавистно провожая взглядом.
  Потом мы три часа убирали последствия пожара. В конце дня пришло озарение, и я понял, что на этом заводе мне делать больше нечего! Написав заявление, я передал его начальнику. Тот ничего не сказал, наверно он его ждал.
  Было шесть часов вечера, я счастливый покинул стены завода и вырвался на свободу.
  Фрагмент четвертый
  Вика не позвонила, я не знал почему и выяснять не хотел.
  Я приехал домой, принял душ, разогрел суп, сладко поел и лег спать.
  Так прошли следующие три дня. Я ел, спал, немного гулял со своими корешами, и снова растворялся в уединении и спокойствии. Обожаю спать, могу проспать шестнадцать часов в сутки, делая перерывы на еду и короткие прогулки. Это сладкое чувство, когда у тебя полусонное состояние, ты вроде спишь, а вроде нет. Я могу находится в таком состоянии часами, прибывая словно в гипнотическом сне. Так я получаю удовольствие, когда в моей жизни ничего не происходит. Кто-то может это осуждать, порицать, присваивать этому поведению диагнозы и прочие плоды умственного труда, но какое тебе до всего этого дело, если тебе хорошо!?
  Я учился заочно, менеджмент, не в самом плохом ВУЗе Нижнего Новгорода. К тому моменту наступила сессия, нужно было тянуть лямку экзаменов и зачетов. Я перешел на второй курс на заочное отделение, первый курс я отучился на очном.
  Учеба в институте это не мое - я понял это на первой неделе обучения первого курса. Поэтому количество моих прогулов шло экспоненциально вверх! Но учиться мне удавалось не совсем плохо, таланты артиста и аура везунчика в этом направлении меня не покидали. Но сейчас не об этом.
  Накануне вечером позвонил один талантливый человек из института и предложил работу. Близились выборы в депутаты, предвыборная компания шла полным ходом, а значит хитрые воришки в галстуках наточили свой нос и раскрыли свои бездонные карманы, дабы прикормить голодную аудиторию. Этот талантливый человек, которого я не совсем хорошо знал, предложил работу. Всего на неделю, небольшая зарплата, но это была работа без всяких обязательств и договоров, так что предъявлять высокие требования к условиям труда не предоставлялось возможным. Я согласился.
  На следующий день рано утром я причалил к одному из складов торгового центра. Там меня встречали такие же обездоленные, как я. Всего человек двадцать, студенты, возможно даже школьники, и прочая босая молодежь. Чуть поодаль стояли ГАЗели доверху забитые сахаром. Тоже около двадцати штук.
  Появились люди в галстуках с громким высокомерным голосом. Я смотрел на них исподлобья на максимально удаленном расстоянии, словно стараясь не забрызгаться вылетающей из их рта мочой. Они распределили нас по газелям и дали установку - продавать сахар по два килограмма в руки по цене в три раза ниже рыночной. Лицемерные мрази. Два килограмма сахара со скидкой в долбаные сорок рублей за один гребаный голос, чтобы вонючий зад их начальника воцарился над депутатским креслом! Я сразу понял, что играть по их правилам не буду!
  В грузовике было два человека, я и водитель. Водитель отвечал за доставку до места, я за продажу и агитацию. Помимо сахара в кузове лежала стопка календарей с огромной мордой депутата, который мило улыбался своим вставленным фарфоровым унитазом. Раздавать я их и не думал. Положу на землю, кому надо зад подтереть, возьмут!
  Хочу уточнить, не все депутаты и политики под одной гребенкой, есть и те, кто занимается делом, настоящие профессионалы. Но они такими методами не действуют! Подачки дают воры, по-настоящему помогают профессионалы.
  Наша точка агитации была в области, за сотню километров. Водитель был молодой, выглядел на двадцать семь, мы сразу нашли общий язык. Мы выехали за город, за окном замелькали поля, я свернулся калачиком и уснул.
  Первой точкой было небольшое село. Несмотря на то, что на дворе лето, на улицах было пустынно. Мы встали у местного магазина и открыли кузов. Внутри пачки с сахаром дозированных в пакете по одному килограмму, в сумме две тонны. Я выдохнул и обернулся по сторонам, на улице никого.
  - Кому продавать будем? - с ноткой язвительности спросил водитель.
  Я обратил внимание на жилые дома.
  - Нам нужны армяне или азербайджанцы! - заключил я
  На пятом по очереди доме от магазина развивался армянский влаг. Это было весьма кстати, словно мои слова мгновенно материализовались.
  - Почему именно армяне или азербайджанцы? - удивился водитель.
  - Сейчас узнаешь! - я направился к дому.
  Во дворе было ухожено, у дома стояла машина, подойдя к двери я услышал, как играет характерная музыка. Я позвонил в звонок. Через несколько секунд дверь отворилась.
  - Добрый день - добродушно сказала женщина лет пятидесяти.
  - Добрый день. Простите за беспокойство! Я продаю сахар, цена в три раза дешевле чем в магазине! Вам не нужно?
  За ее спиной показались дети и мужчина. Они добродушно улыбались. Тут же началось обсуждение на армянском языке. Я ничего не понимал и улыбался.
  - Где вы стоите? - с акцентом спросил мужчина.
  - Я указал рукой в сторону грузовика - недалеко, совсем рядом!
  - Спасибо, сейчас подойдем!
  Я развернулся и покинул двор дома. Вернувшись к сахарному песку, водитель вопросительно взгляну на меня.
  - Сейчас с руками оторвут. Дай пять мину! - ответил я.
  Словно взмахом волшебной палочки со всех концов деревни посыпались люди. Наш грузовик окружили машины, повозки, люди.
  - Господа, в очередь! - старался я всех перекричать.
  Килограмм сто взяли добродушные армяне из дома, который я посетил, остальным продавал кто сколько просил. Некоторым по десять кило, кто-то купил триста. Водитель не успевал подавать сахар, я не успевал считать деньги. Через полчаса все было кончено, две тонны разошлись на ура!
  Добродушные армяне угостили нас пирогами, дали немного домашнего сыра и литр молока. Мы отобедали и сели в кузов. Я пересчитал деньги, все сошлось.
  - Вроде велели по два килограмма в руки раздавать? - улыбаясь сказал водитель.
  - Заметил, что из тысячи календарей с рожей депутата взяли около пяти? Никому к черту эта агитация не нужна, как и не нужно два килограмма сахара. Надо уважать людей, а не подачки давать. Кто сколько хотел, столько и купил. Календари лежали на земле, все знали, что это за акция, но всем плевать. Мне тоже!
  Водитель кивнул головой - возможно ты прав.
  - К тому же у нас в плане семь деревень, ты хочешь возить этот песок до самой ночи? Две тонны, это тысяча человек за один день? Вертел я все это сам знаешь где! Мы поступили верно и справедливо, поехали домой!
  - Поехали.
  - Вообще не надо было ехать так далеко, надо было выехать за город и в ближайшей деревеньке все распродать. Тащиться за тридевять земель, чтобы продать песок по дешёвке не обязательно!
  Мы приехали в город к четырем, я попрощался с водителем, передал выручку, получил зарплату, поехал домой.
  Вика не звонила, никакая другая баба тоже не беспокоила, это огорчало! В социальных сетях кто-то писал, но настроения не было.
  Ужин, кровать, сон. Ничего не скажешь, жизнь как по маслу!
  Фрагмент пятый
  На следующий день сценарий планировал повториться. Утром я приехал в то же место в то же время, собрались те же люди, и те же машины. Пришли люди в галстуках, вид у них был тучный. Они встали в центре, все собрались вокруг них полумесяцем.
  - До нас дошла информация, что определенные промоутеры продавали сахар по завышенной цене! - заявил один в галстуке.
  Я подумал, что это неплохая идея, которая также приходил вчера мне в голову. Но добавлять свой процент при продаже незнакомым людям было как-то слишком, тем более в первый раз этого делать было нельзя, так как схема проверки моей работы не была известна, а значит, не хрена и пальцы совать!
  Следующе пять минут они утверждали, что в каждом населенном пункте у них есть свои люди и они все контролируют. Я понял, что это блеф! Эти галстуки свой вес не могут контролировать, куда им до продажи сахара в каких-то захудалых деревушках! Я догадался, что у некоторых промоутеров были точки в мелких городах, где информация разносится очень быстро! Не подумав головой, они завысили цену на сахар, а разницу оставили себе. Грубая работа, неаккуратная.
  Потом галстуки огласили имена тех самых промоутеров-предпринимателей, коими являлись какие-то хипстеры моего возраста, но однозначно недалекого ума. Уверен, они талантливые люди, но в продажи им лезть не стоит! Хипстеров уволили, то, что они заработали, изъяли. Их заменили другими промоутерами, до которых мне не было дела.
  Дальше галстуки сказали, что есть промоутеры, которые продают больше, чем по два пакета в руки. На этом моменте я хотел обоссать им лицо, но мама меня учила так не поступать! Я этого не сделал. Я знал, что эти их слова - это камень в мой огород, но также знал, что я работал с армянами, а значит, дело верное и никто посторонний ни о чем не знает!
  Как выяснилось, этим грешил не только я, а почти каждый из промоутеров, так как ситуация порой вынуждала продать больше, чем два пакета, например пожилым пенсионеркам или многодетным семьям. За эту погрешность галстуки сильно предъявлять не стали, но попросили избегать таких ситуаций. В этот момент я хотел попросить своего водителя обоссать им лицо, в надежде что его мама не учила его этого не делать, но тоже удержался от этого, дабы не провоцировать человека на грех!
  Они поменяли промоутеров и водителей дабы избежать торгового сговора. Это была их ключевая ошибка в этот день!
  Меня назначили к водителю по имени Наргиз. Исходя из имени я понял, что торговое предложение будет сделано незамедлительно. Не успел мы отъехать от базы, как Наргиз остановил у обочины и начал разговор.
  - Как работать будем, Алексей?
  - Ехать далеко! - сказал я.
  - Да, далеко. Как вы вчера работали?
  - Доехали в деревню, продали груз в одной деревни, потом домой.
  Наргиз неодобренно мотал головой - неправильно вы сделали.
  Я улыбнулся - как правильно?
  Он говорил с характерным акцентом азербайджанца - тонну тебе, тонну мне! За свою тонну деньги тебе прямо сейчас отдам! Твою долю завезу куда скажешь! А так, никуда не поедем, вечером доедешь до них, отчитаешься, отдашь выручку.
  Я рассмеялся, хотел аплодировать! По началу я немножко удивился, но сразу сообразил, что это отличный план. Все по уму!
  - Отлично, по рукам!
  Наргиз был умный человек! По пути до моего гаража мы оживлено разговаривали, много смеялись, короче, нашли общий язык.
  Мы втроем, Наргиз, мой отец и я, разгрузили тонну песка в гараж. Я взял у Наргиза деньги за вторую тонну песка, мы пожали руки, и он уехал. Работа промоутера была окончена!
  - Кому ты продашь тонну сахарного песка? - спросил мой горячо любимый папа.
  - На низкую цену люди всегда найдутся! - ответил я.
  Я набрал номер моего уважаемого друга, он армянин, назову я его Андрей. Это его псевдоним, который он часто использует. Я огласил ему товар и цену, он сказал - нет проблем. В течение дня почти весь сахарный песок был продан по цене чуть выше, чем была выставлена изначально. Я получил дополнительную прибыль, нужные люди получили дешевый сахар, все в шоколаде!
  Вечером я отвез прибыль, получил деньги за работу, и был таков. Люблю умных людей, люблю друзей, люблю армян, всем мир!
  Это была суббота, в воскресение выходной, а значит вечер я должен был провести на позитиве! Хотелось отдохнуть. К тому же, я не праздновал свое увольнение, а это отличный повод!
  Вечер я решил провести в обществе неизвестной до сели мадам, с которой познакомился намедни в одном из приложений для интернет знакомств. На фото она была милая, на вид лет восемнадцать, среднего роста, волосы так себе, короткие не очень густые, блондинка. Одевалась просто, без лишнего шика и блеска. Что касается общения, то по переписке я сразу понял, что это мой человек! Есть люди, которые тебе сразу нравятся, они разговаривают на твоей волне, понимают твои шутки, мгновенно подхватывают твои крылатые словечки и главное, с ними всегда комфортно, даже в первые минуты знакомства. Короче, я клюнул, она клюнула, встреча была назначена на поздний вечер.
  Обратившись к горячо любимому папе, я одолжил у него автомобиль. Это было около десяти вечера, ближе к закрытию алкогольных отделов. Я купил бутылку красного полусладкого вина и плитку шоколада. Хотел купить цветы, но потом передумал. Всегда чувствую себя неловко, когда дарю их!
  Жила она в верхней части города в общаге. То была маленькая комнатушка, в которой она жила с двумя студентами, одной девчонкой и ПАЦАНОМ! Что это был за пацан и как его можно охарактеризовать, я повествую чуть позже.
  Я подъехал к общаге, позвонил ей на телефон, она сказала, что сейчас спустится. Разумеется, ждать пришлось долго! От этого никуда не деться, если речь идет о женщине!
  Спустя двадцать минут она отворила дверь и села в машину. Повеял запах табака.
  После забавных приветствий я сразу наехал.
  - Фу-фу, ты что, куришь?
  - Иногда, совсем немного! - улыбаясь ответила она.
  - Ну не жениться же мне на ней! - подумал я, - это не страшно, иногда так иногда... - прокомментировал я.
  Мы прокатились по городу, разговорились, я вернулся к ее общаге, рядом большой парк с Видом на Волгу. Я припарковал машину, взял вино, и мы направились в темный ночной парк. Я точно осознал, что хочу ей засадить. Она это тоже осознала, я это чувствовал!
  Было не холодно, тёплая летняя ночь, однако небо заволокло тучами. Темно, луны нет, в парке тихо. Она звонко смеялась. Потом я пластмассовым штопором открывал вино, дико неудобно, пластмассовая резьба едва прорезала деревянную пробку. Я взбесился и продавил ее пальцем внутрь! Она снова смеялась, мы смеялись.
  Она подалась на меня, я ее обнял за талию, почувствовал, как ее грудь коснулась моих ребер, у меня начало дымить! Вино пили из горлышка, оно быстро дало о себе знать. Не прошло и десяти минут с момента открытия бутылки, как мы встретились языками. Мои руки завладели ситуацией, она почти не сопротивлялась.
  - Сейчас будет хорошо! - подумал я.
  Я становился, мы поднялись на ноги, я осмотрелся.
  - Что ты задумал? ?- спросила она.
  Я улыбнулся - сейчас узнаешь.
  Мои глаза блестели, пульс ускорился. Рядом никого не было. Мы отошли от склона, прошли вдоль тротуара, и я потянул ее в заросли парка.
  - Куда!? Куда ты!? - посмеивалась спрашивала она.
  - Тихо, тихо!
  Я остановился у дерева, достаточно большое, вроде это была ель. Схватив ее за талию, я прижал ее к стволу. Ну, к стволу дерева. Я почувствовал, как она слегка дрожит. Стало очевидно, она согласна на все!
  Рука проникла под лифчик, на ней была легкая одежда, вроде блузки и летнего лифчика. Внизу джинсы. После груди я проник в сразу в трусы. Она слегка пискнула, будто хотела помешать, но это было наигранно. А она вся мокрая!
  Тут я почувствовал, как она схватила меня за известное место. Такой инициативности от нее я не ожидал! Через несколько секунд она уже стояла на коленях, а я держал ее за волосы. Ритмично помогая ей рукой, я устремил свой взгляд в небо. Было хорошо! Свежий воздух, тишина, хлюпанья, прямо истинный процесс погружения в нирвану! Протянулось это около трех минут, я понял, что пора воздать ей по заслугам.
  Я поднял ее, повернул лицом к дереву, грубо спустил джинсы и нижнее белье, пару раз хорошенько шлепнул по заду и вошел! Она вскрикнула, я почувствовал, как в ней тепло. Я начал быстро двигаться, она начала громко стонать. Она кричала так громко, что я начал озираться по сторонам, как бы какой-нибудь случайный полицейский патруль не прибежал на потенциальное изнасилование. Но в этот момент я чувствовал себя особенно хорошо, и моя партнерша, без сомнения, тоже! Истинная романтика и полное взаимопонимание!
  Заканчивать я не планировал, на счет нее я не знал, но ее точно все устраивало. Вдруг внезапно в моих джинсах в голос заорал телефон, кто-то звонил! Это началось спустя три минуты после начала. Первый звонок я проигнорировал, но телефон зазвонил во второй раз. Мне пришлось прекратить лупить ее задницу, остановиться, и обратиться к карману своих джинс. Звонил неизвестный номер.
  - Время полночь, кто это звонит, черт подери!? - возмутился я.
  Моя дама ни на секунду не растерялась, она снова опустилась на колени и захватила инициативу. Я поднял трубку.
  - Алло?
  - Леша, привет, это Вика!
  - Вика?
  - Да, не узнал?
  - Узнал, конечно, узнал! - я почувствовал себя неловко.
  - Ты спишь? Я тебя разбудила?
  Я посмотрел вниз на свою прекрасную мадам. В этот момент она подняла на меня свой взгляд. Это меня дико возбудило! Я схватил ее за волосы и придал энергичный ритм.
  - Эээ, что ты, нет! Я занят! Я с другом, тут у нас небольшие дела!
  - Перезвонишь?
  - Конечно, перезвоню.
  - Буду ждать.
  - Хорошо!
  Я сбросил звонок.
  - Кто там? - освободив рот, спросила моя партнера.
  - Сестра с нового номера звонила.
  На левой алее объявилась большая шумная компания. Я решил закончить и переместиться куда-нибудь в более укромное место.
  Мы еще немного погуляли, допили вино, и она предложила зайти к ней.
  - В общагу? - спросил я.
  - Да, а что?
  - С кем ты там живешь?
  - Вообще с подругой и другом, но их сейчас нет.
  - В одной комнате?
  - Да.
  Я был пьян и мне было плевать с кем она там и чего. На улице усилился ветер и стало холодать. Между холодной, тесной машиной и теплой комнатой, я выбрал комнату.
  - Ну пошли к тебе!
  Собственно, что сказать? Общага место известное. У нее была комната, комнатушка. Диван в конце комнаты, на входе кухня, слева шкаф, на этом все. На этом этаже в ряд расположилось с пятидесяти таких комнат, это значит, что через каждые два квадратных метра жили другие люди. Жуткая атмосфера! Хочешь приземлиться подальше от роскоши? Селись в общагу, общая кухня с тараканами размером с твою ногу и одна ванна на весь этаж, славно тебя приземлят!
  Мне стало не по себе с вина, стало подташнивать, в желудке что-то засверлило. Я приземлился на кровь и закрыл глаза. Она что-то говорила, я почти не слушал. Через минуту она легла рядом. В нижнем белье. Я нащупал ее зад, посмотрел на него, все закипело с новой силой.
  Минут через двадцать мне стало совсем тошно от вина, и я остановился. Я просто лег, она залезла сверху. Она получала удовольствие, а я старался, чтобы меня не стошнило! Затем она закончила, плюхнулась рядом, я попросил принести воды. Попив, я отрубился.
  Она разбудила меня в районе шести часов оживленным голосом.
  - Леша, вставай, сейчас Андрей придет.
  - Какой Андрей? - удивился я.
  - Он тоже здесь живет.
  - Твой парень?
  - Нет, просто друг, я же сказала, он просто здесь живет!
  - И подруга еще?
  - И она тоже!
  - В живете здесь втроем?
  - Да!
  - На одной кровати?
  - Да, что такого?
  У меня в голове что-то заскрипело. Я понял, что попал в мир, который был мне ранее неизвестен. Я оделся, причесался. Чувствовал я себя заметно лучше!
  - Через сколько он придет?
  - Он только что звонил, минут через двадцать.
  Я не стал терять время и воспользовался тем, что она была раздета.
  Пришел Андрей быстрее, чем ожидалось, поэтому одеваться пришлось пока он стоял за дверью.
  Он был низкого роста, худой, имел тонкий голос менеджера по продажам, все время сутулился. Мы обвинялись общими приветствиями. По правде сказать, примерно такой психотип человека, который живет в комнатушке с двумя женщинами, я и ожидал!
  Моя дама вышла, я остался с ним наедине.
  - Откуда ты пришел под самое утро? - спросил я, пытаясь разбавить тишину.
  - С работы, я проводник в поезде.
  - Проводник в поезде... - статично произнес я про себя.
  - И часто ты так ночью катаешься?
  - Почти каждый день, график такой.
  Он ходил по комнате, переодевался.
  - И много платят ночным проводникам?
  - Пятнадцать бывает, иногда побольше.
  Я томно выдохнул, вернулась моя дама, я попрощался проводником, и мы вышли на улицу.
  - Ты сможешь сейчас сесть за руль?
  - Я? Почему нет?
  - Ты пил.
  - То было пять часов назад, конечно, смогу!
  Мы обменялись еще некоторыми вопросами и ответами, я дошел до машины и поехал домой. Дороги были еще пустые, ехать было одно удовольствие!
  Где-то на половине пути я увидел девушку, она стояла на остановке напротив одного из местных топовых клубов. Наверно, она ждала такси, может автобус, черт ее знает! Я в очередной раз задумался. Эта девушка, она выглядела слишком! Слишком много блеска, слишком много лоска, яркие губы, вызывающая одежда, задранный подбородок, и очень томные глаза. Для этой девушки подходит только одно слово - она слишком!
  За свой относительно немалый опыт я убедился в одном - если на женщине слишком много лоска, не подходи к ней, она сам не знает, чего хочет, а если и знает, то сильно ошибается! Стремиться надо к простым, у них нет лишних заморочек в голове, ты всегда найдешь сними общий язык и с ними никогда не скучно, ибо они не боятся намочить волосы, или размазать свой макияж! Такие девушки всегда ухожены, хорошо выглядят, но без лишнего лоска. На вечеринку они оденутся женственно, красиво, но не вызывающе! Но, как бы то ни было, если на женщине слишком много лоска и речи ее сложны и с пафосными нотками, беги от нее как от бубонной чумы!
  Пока я думал обо всем этом, я достиг своего дома. Добравшись до кровати, я отрубился.
  Проснулся я от звонка на телефон. Звонила моя горячо любимая мама. Я ответил, сказал, что все хорошо. Потом я снова отрубился. Глаза я продрал к двум часам дня. Лежа на кроватке, я в очередной раз обратил внимание на висевший на стене листок, как-то давно я приколол его булавкой. На листке было написанное мной четверостишье:
  Вам всем важно, чтобы борода до пизды росла,
  А мне зашкварно уличного пса оставлять голодным,
  И пусть в моем в моем кармане нету ни гроша
  Зато свое тепло отдаю холодным!
  - Поэт я такой себе, но этот стих я когда-нибудь допишу! - подумал я.
  В телефоне я обнаружил пропущенное сообщение, писала Вика. Писать ей я не стал, сразу позвонил.
  - Привет - сказал я.
  - Привет! - ответила она радостным голосом.
  - Как дела твои?
  - У меня все хорошо! Твои как?
  - И мои хорошо!
  - Я тебе звонила вчера... - она замолчала.
  - И?
  - Хотела увидеться, скучно было одной в баре.
  - Давай увидимся, сегодня.
  - Давай, во сколько?
  - Часа через два вполне могу. Как на счет кино?
  - Сотню лет не была в кино, пошли!
  Фрагмент шестой
  Мы сидели в баре рядом с кинотеатром. Она пила пиво и ела пиццу. Я ничего не пил, так как после ночного вина мой желудок едва отошел. Ну а с пиццей я ей помогал.
  - Я всю неделю работала, жутко устала... - рассказывала она. Я слушал.
  - Так ты работаешь в ателье?
  - Да, за швейной машинкой. Могу перекроить все, что угодно! Я в этом деле, как пилот за штурвалом!
  - Творческая работа, тебе подходит?
  - Я бы не сказала, но эта работа мне куда ближе, чем Макдональдс.
  - Я как-то работал поваром в кфс, жуткое дело! - добавил я.
  - Во-во, выворачивает наизнанку. Там работать, это быть как измотанный пятидесятилетий комбайн на неровном поле!
  - На неровном поле на луне - добавил я.
  Пролетела пауза.
  - Ты иногда заикаешься. Почему?
  Я улыбнулся - это мой стиль!
  - Серьезно? Ты делаешь это специально?
  - Конечно нет, я просто заикаюсь.
  - Давно заикаешься?
  - С тех пор как увидел твою красоту!
  - Так сильно испугался?
  - Хах, нет. Если серьезно, то с детства. Так сложилось, что я заикаюсь. На этом все, больше нечего сказать. Тебя это смущает?
  - Нет, что ты! Наоборот, это странным образом как-то харизматично смотрится.
  - Я так не думаю.
  - А я думаю.
  Мы доели пиццу и пошли на сеанс. Это была очередная русская блевотная комедия вроде той, чье название начинается на Г и кончается на О. И я не про говно, хотя очень хочется назвать именно так! Но я был увлечен не фильмом, а Викой. Мне нравилось ее обнимать, чувствовать тепло, и вдыхать прекрасный запах ее тела.
  После фильма мы гуляли по парку и много смеялись. Время подступило к восьми, пошел мелкий дождик. Добравшись до ее дома на такси, она предложила зайти. Я согласился.
  Там был все тот же мягкий ковер, шоколадный запах, и недорисованная картина.
  - Когда ты допишешь картину?
  - Настоящие шедевры пишутся годами! Когда-нибудь обязательно допишу.
  Я лег на кровать, она предложила выпить, я отказался.
  - Ты часто пьешь? - спросил я.
  - Только по выходным.
  - А выходные каждый день?
  - Не смешно.
  Она легла рядом. Я взял ее за зад, понеслось. Часа через три мы уснули и проспали до самого утра.
  Фрагмент седьмой
  Я встал утром вместе со звонком будильника. Вика проснулась вместе со мной. Я чувствовал себя хорошо и свежо. Отчасти я был счастливый.
  Нужно было ехать на работу, без меня сахар не продастся! Я попрощался с Викой и уехал в назначенное место на автобусе. Приехал я минут на тридцать раньше, народ еще только собирался.
  Этот день продаж был самым отвратительным из всех! Водителей снова поменяли. Я не помню имя того олуха, но однозначно скажу, что таких тупорылых сутулых баранов встретить можно не часто. Возможно именно поэтому я забыл его имя, мое подсознание отказывалось его воспринимать, отторгая как протухший бульон.
  Я сел в машину, мы выехали на дорогу и я сразу предложил ему сносный вариант отработанный двумя днями ранее.
  - Ехать никуда не надо! Попилим груз пополам, ты заплатишь за свою половину и мы в расчете.
  Он сразу начал сомневаться и начал чесать репу.
  - Давай доедем до места, там продадим по завышенной цене и все!
  Я сильно удивился.
  - Двести пятьдесят километров, ты серьезно? Ты хочешь прокатать бензин, потратить время, и заодно спалить нас обоих?
  - А как они узнают?
  Мне хотелось ударить его блокнотом.
  - Продавать товар на месте - это риск! Мало ли кто сообщит, что мы продавали по завышенной цене, и вся работа на смарку! Намного проще реализовать песок в миллионном городе, где никто ничего не узнает, а если и узнает, то не докажет. Зачем сейчас переться черт знает куда на этом фургоне, если все можно продать здесь!
  - Ну не знаааю! - критически сомневался он. Баран тупорылый!
  - Зачем тебе катать бензин, гонять машину, тратить время?
  Он пожал плечами.
  - Не знаю, а вдруг узнают, что нас там не было?
  - Если ты никому не скажешь, никто не узнает! И опять же, если узнают - не докажут! Продали и продали, все...
  - Ну не знаю, не знаю.
  К горлу подступила ярость, я не понимал мотивы этого барана! Наверно я покраснел, но в целом старался держать себя в руках. Он взял рацию и связался с другой газелью по ОБЩЕЙ РАДИОВОЛНЕ.
  - Мне предлагают песок в городе продать и никуда не ехать, что скажешь?
  Я закрыл лицо, чтобы скрыть гримасу возмужания и недовольства! Он был критически тупым. Вроде люди славянской внешности не отличаются тупостью, но этот экземпляр был просто редким исключением!
  - Наргиз, Наргиз, как тебя сейчас не хватает! - подумал я про себя.
  - Да ладно, давай доедем, прокатимся, а там просто с наценкой продадим... - ответил по рации его друг по тупости.
  - Вы можете не обсуждать по рации наши махинации? - спросил я барана за рулем.
  - Поехали, поехали - ответил он ему.
  Я снова прикрыл свое красное лицо и аккуратно спросил.
  - Я не понимаю зачем преодолевать в сумме пятьсот километров ради того, что можно сделать в городе?
  - Я же буду фотографии своего одометра высылать, мне платят за пробег!
  - Это ГАЗель! Тут пробег отвёрткой и зубочисткой можно подкрутить, не обязательно куда-то ехать...
  - Я не хочу рисковать, съездим, ничего страшного! - бодро ответил он.
  Стало очевидно, что с тупостью бороться бесполезно! Я попробовал найти компромисс.
  - Давай хотя бы за город километров на пятьдесят отъедем и там продадим в какой-нибудь деревушке, не обязательно ехать в назначенное место!
  - Ничего страшного, я доеду - ответил он.
  Ебальник бы тебе этим песком разбить, тупорылый дебил! - взвывая от злости, воскликнул я про себя.
  Спустя три часа поездки, когда оставался еще один бесконечно долгий час до назначенной деревни, я, сидя с затёкшей спиной и ноющей поясницей в этой траханной телеге, решил - да пошел он на хуй! Не буду я палиться и делать наценку! Продам, как должен продавать! Он пошел на принцип, я тоже пойду на принцип! Раз он показывает себя тупым водилой, я покажу себя тупым продавцом! Какой привет, такой ответ.
  После приезда на место, я открыл двери фургона и огласил.
  - Здесь по завышенной цене продавать не буду, нас заметят! Надо было это делать в городе.
  - Как нас заметят? Мы же... - он начал протестовать, просить, аргументировать. Я пошел на отказ и стоял на своем. Он обиделся, закурил сигарету, и отправился в кабину.
  Деревня была очень большая, скорее даже поселок городского типа. Народ собрался быстро, продавал я в среднем по шесть кило в руки, многодетным семьям отдавал по пятьдесят килограмм. Агитационные календари и плакаты почти никто не брал, на них не обращали внимания. Я закончил продажи часа через три, пересчитал деньги и мы поехали назад.
  Смотреть на его кислое баранье лицо я не хотел, и ввиду накопившейся усталости уснул. Проснулся уже на подъезде к Нижнему Новгороду, где-то в Кстово. Дальше все как обычно. Приехал, отчитался, отдал выручку, получил зарплату за день и поехал домой.
  Позвонил Вике, поужинал, потратил время на социальные сети, и где-то к полуночи уснул.
  Следующий рабочий день был спокойнее и не очень прибыльный. Вместо дух тонн дали одну. Водителей снова поменяли и на этот раз попался адекватный. Официальный маршрут у меня в этот день был короткий, всего двадцать километров от города.
  - Давай килограмм триста продадим в указанном месте, как и положено, остальные семьсот попилим поровну? Ехать все равно не далеко и никакого палева - предложил я.
  - Согласен, только мне нужно килограмм сто. Больше не надо! Если остальное заберешь себе, то по рукам!
  - Идет.
  Так мы и поступили. После разгрузки сахара в моем гараже я связался с уважаемым другом Андреем, в течении дня весь песок был продан. Вечером отчитался, передал выручку, получил зарплату.
  Четыре остановки до своего дома я шел пешком. На улице было пасмурно, моросил отвратительный дождь. Настроение у меня было как нельзя хуже, и мысли мои нещадно оценивали окружающий мир.
  - Города начинают задыхаться. Машины, поезда, самосвалы, пробки, копоть, вонь, и люди. Люди в этом списке на первом месте. Многие воняют, даже не издавая запаха. Их лица серые, движения резкие, много слов, но ничего по делу. Каждый из них крутит колесо этого эшелона, только каждый в свою сторону, именно по этому всё скрипит, расползается и воняет. Люди не общество и не единый механизм, кругом личности, личности с большим ртом и огромной задницей. И все это воняет. Если вы этого не замечаете, значит вы крутите свое колесо. Свое не пахнет - размышлял я под приступом апатии и безысходности.
  Когда я пришел домой, мне позвонили с работы и сказали, что больше в моих услугах не нуждаются. На этом история с сахаром закончилась.
  Ведомый своим тяжелым настроением, я сел за компьютер, и продолжил писать один из своих первых рассказов.
  Конец первой части.
  
  
  
  
  
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"