Бондаренко Олег Ярославович: другие произведения.

Эволюция в свете уровневого подхода

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    В статье исследуются механизмы видообразования и эволюционного продвижения живых систем “по горизонтали” – в пределах одного уровня, от ароморфоза к ароморфозу, и “по вертикали” – с уровня на уровень, с усложнением структурной организации. Рассматривается алгоритм: сначала идёт выработка внутренних признаков в популяции - изменение структуры, формирование новых типов связей, управления и обмена информацией, и только потом эти достижения закрепляются в процессе смены фенотипа, т.е. выработки измененных внешних признаков. Также дается обоснование положения: новые (внешние) признаки приобретаются индивидуально, а устаревшие утрачиваются коллективно; в этом истоки параллелизма в развитии видов

В статье "Жизнь в свете уровневого подхода" мы рассмотрели причины продвижения систем по уровням снизу вверх в ходе глобальной эволюции с постепенным "вычленением" живого из неживого, а также движущие силы и условия эволюции. Т.е. совершили путешествие по уровневой шкале в вертикальном разрезе. В данной статье мы рассмотрим изменение систем в пределах одного уровня, т.е. своего рода горизонтальный аспект:

 []

Подуровни

Уровневый подход исходит из того, что подуровни качественно воспроизводят уровни, во всяком случае, качественно подобны им. И для подуровней, и для уровней действуют, в конечном счёте, одни и те же законы:

 []

Можно сказать и иначе: подуровни являются уровнями в миниатюре.

Существующая наука, как ни странно, не проявляет особого интереса к подуровням и зачастую рассматривает их упрощённо, с количественных позиций; иными словами, она не делает качественных различий между тем и иным подуровнем, они для неё не более чем набор чисел - отметок, по типу километровых, на линейном пути. Ярким примером служит квантовая физика. В ней, например, электрон может занимать тот или иной подуровень внутри системы атом (s, p, d, f), и это само по себе приведёт лишь к изменению математических характеристик; изменившиеся свойства атома довольно мало принимаются во внимание.

Между тем, уровневый подход ставит во главу угла именно качества, свойства. Первое, на что будет обращено внимание, это - изменение соотношения между энергиями, например, между кинетической и потенциальной (подуровень есть показатель такого соотношения). Разные подуровни приводят к разному поведению систем.

Как мы помним, нижние подуровни будут соответствовать энергетически менее выгодному состоянию. В данном случае система неустойчива, ближе к распаду и, что характерно, большими усилиями она достигает меньшего результата. В целом такая система менее жизнеспособна. Соответственно срок её существования невелик, системы, подобные ей, быстро появляются (поскольку относительно просты по "устройству") и так же быстро исчезают, как правило, не оставляя следов. Применимо к живому можно говорить, что живая система, занимающая низкие подуровни по шкале качественных состояний, ведёт себя не всегда рационально, - скажем, использует только очень простые, незамысловатые, а порой и неадекватные, механизмы для выживания и в силу этого биологически [и социально] пассивна. Средняя продолжительность жизни, как и качество жизни, такой системы невелики. В принципе она "запрограммирована" на неудачу, несчастные случаи, болезни, потому что с трудом регулирует себя и координирует свои действия. Наконец, эта живая система почти полностью зависит от внешних факторов, окружающей среды, сторонних сил, её удел - слепой случай.

Важно отметить, что указанная система, пока подуровень её невысок, чаще всего не понимает, что происходит вокруг неё, и жертвой каких обстоятельств она по сути является. Уход со сцены обычно сопровождается озадаченностью, потерянностью, ужасом, чувством обречённости. Вряд ли это сопутствует счастью.

Низкие подуровни затрудняют коммуникации. "Расстояние" между составными частями системы растёт (из-за внутренних барьеров), всякое подобие взаимопомощи становится призрачным, относительным. Когда говорят, что в единстве сила, то под этим подразумевают высшие состояния, - система забирается "вверх" по шкале, её подуровни высоки. Соответственно коммуникации между составляющими в этом случае усиливаются, упрочняются, можно вести речь о нарождающейся целостности:

 []

"Прочитаем" эту схему. На самом низком подуровне составные части системы действуют вразнобой, несогласованно, между ними преобладают силы отталкивания. Так сказать, потенциальная энергия (если о ней допустимо вести речь применительно к живому) велика. В результате система (1) находится на грани распада: прерываются коммуникации, затруднён обмен информацией в системе, действия её хаотичны (в целом, если рассматривать систему как таковую, а не её отдельные составляющие), непоследовательны.

Если бы мы вели речь только о неживых (неодушевлённых) системах, то можно сказать, что частицы, из которых они сложены, находятся в состоянии неустойчивости, переполняющая их энергия заставляет их "дрожать". Мы видим это на примере молекул воды при нагревании последней до точки кипения; зашкаливание системы ниже нуля по шкале качественных состояний в данном случае будет подразумевать переход воды в совершенно иное качество - пар, газообразное состояние, т.е. жидкость как система перестаёт существовать.

Перейдём теперь к средним, промежуточным подуровням. Мы видим здесь больше согласованности, упорядоченности, составляющие системы, в целях рационального расходования энергии, проявляют готовность к укрупнению, объединению в некоторые группы (субсистемы), - число этих групп, тем не менее, будет превышать одну. Наиболее наглядный случай, можно сказать, самый характерный для середины шкалы, представляет разделение на две равных половины, которые одновременно противоположны друг другу, взаимно исключают друг друга и, вместе с тем, дополняют одна другую, внося в общий расклад сил динамичность (в диалектике - единство и борьба противоположностей). Статичное здесь сосуществует с динамичным, потенциальная энергия - с кинетической. Ситуация выглядит, на первый взгляд, противоречивой, но именно это "оживляет" систему, делает её качественно различимой, по сравнению с пассивностью и безликостью низших состояний.

Притяжение и отталкивание здесь уравновешиваются в правах. Говоря о неодушевлённых системах - той же воде, мы можем представить конвекционные потоки, возникающие между нагретой и не нагретой её частями.

Наконец, когда мы "заглянем" на самые верхние подуровни, то обнаружим удивительную согласованность, слаженность всех составных частей системы, превращающие последнюю в единое целое. Упорядоченность компонентов (в идеальном случае - когерентность) по сути сглаживает все противоречия и позволяет добиться большего меньшими средствами, т.е. распорядиться отпущенной энергией предельно рационально. Живые системы образуют команды, если же речь идёт об организме, то он - обновлён, эффективен и действует "на пять".

Потенциальная энергия здесь уступает место кинетической, т.е. энергии внешнего движения; в разных видах систем мы видим соответственно замещение тепловой энергии механической, электрической энергии - магнитной и т.п.

Верхний предел уровня (высший из подуровней) отвечает за возникновение резонанса. В результате система может перейти скачком в качественно иное состояние - выйти на уровень следующего порядка. Применительно к неживым, неодушевлённым системам мы можем говорить об образовании принципиально иных структур. Так, вода - если мы опять вернёмся к ней - образует кристаллическую решётку, т.е. энергосберегающую структуру, иными словами лёд. Преобладающее отталкивание между частицами здесь уже сменяется преобладающим притяжением (наличием поля, стягивающего частицы и удерживающего их в некоем объёме).

Мы можем ввести понятие напряжение в системе Usist. Оно определяется по формуле Usist = ES, где Е - относительный показатель, характеризующий энергетический подуровень (степень рациональности, или оптимальности, расходования энергетического запаса, "отведенного" системе в пределах уровня), и S - показатель, который даёт представление о влиянии сапрессивных, или противодействующих, факторов, мешающих системе достичь оптимального режима функционирования; также - в переносном значении - энтропия. Значения Usist видны из таблички [1, с.47]:

 []

Примечание. Средняя область (50:50) иначе является областью равновесия, в данном случае - вынужденного равновесия, поскольку система балансирует между энергетически выгодным и энергетически невыгодным состояниями. Это особенно характерно для открытых систем. Постоянное стремление к энергетически выгодному состоянию уравновешивается действием сторонних факторов, затрудняющих достижение этого состояния и побуждающих вновь и вновь подстраивать свои возможности под требования среды (в процессе самоорганизации). Именно поэтому напряжение в системе Usist достигает максимальных значений именно в средних областях уровневой шкалы - оно эквивалентно четверти энергетического запаса системы. В случае если действие сторонних факторов резко уменьшается (вследствие внешних причин или раскрытия внутреннего потенциала системы, что равнозначно), система выходит из состояния вынужденного равновесия и достигает верхних областей на уровневом графике, иными словами, переходит из равновесного состояния в неравновесное.

В исследовании природы подуровней, во всяком случае, в живом мире, заслуживает внимания опыт Р.Л.Хаббарда, создателя дианетики и сайентологии (2). Хаббард также исходит из идеи общности законов для живого всех уровней - от клетки до клеточных колоний, от отдельных систем организма до организма в целом, от особи до популяции (от индивидуума до общества). В соответствии с видением этого автора, любая система отталкивается от нижней границы своего уровня, т.е. от разрушения (энергетически невыгодное состояние), и стремится кверху, т.е. к оптимальному режиму функционирования (энергетически выгодное состояние); эта направленность соответствует выживанию, потребности выжить - сохранить себя в качестве системы. Соответственно чем выше уровень живого, тем более глубоким содержанием наполняется понятие "выживание": простое физическое выживание - с точки зрения формы, далее усложнённое выживание - с учётом его количества и качества, т.е. в материальном и нематериальном "разрезе", наконец, выживание с точки зрения сущности, духа и т.п. На каждой ступеньке мы будем сталкиваться со всё более сложной организацией системы и, следовательно, с лучшей её приспособленностью к управлению временем и пространством (точнее, по Хаббарду, МЭПВ - материей, энергией, пространством, временем).

Обобщённо говоря, живое уходит от невыживания - боли, болезненных эмоций, расстройств, стрессовых состояний психики к [лучшему] выживанию - удовольствиям в самом широком смысле слова, положительным эмоциям, удовлетворённости, ощущению радости от решённых задач, чувству победы [2].

Соответственно выделяются т.н. зоны состояний существования, которых Хаббард, с его английской (не метрической) системой исчисления, насчитывает четыре:

- зона от 0 до 1 - зона умирания, безнадежности, апатии;

- зона от 1 до 2 - зона яростных усилий в борьбе за выживание, или зона гнева, злости;

- зона от 2 до 3 - зона равновесия, среднего успеха, или зона сносного существования;

- зона от 3 до 4 - зона счастья или общего счастья и благоденствия, зона больших надежд.

Процессу выживания мешает сапрессия. Сапрессором называется совокупность всех факторов, препятствующих выживанию; их много: от прочих видов жизни, от времени, от других энергий. Скажем, если бы мы нарисовали динамику выживания дикой утки, то человек (охотник и т.п.) стал бы составной частью её сапрессора. К сапрессору человека можно отнести природные катаклизмы и изменение климата, озоновые дыры и изобретение пороха, эпидемии и экономические неурядицы.

Каждый биологический вид вырабатывает свою технологию для решения основных проблем выживания. Чем успешней технология, тем меньше давление сапрессора.

Степень давления сапрессора постоянно меняется. От неё-то и зависит динамика выживания. Всего существует четыре основных степени, соответствующих главным зонам состояний существования. Вот они [2]:

- в зоне от 0 до 1 сапрессор подавляет, победа над смертью кажется невозможной;

- в зоне от 1 до 2 сапрессор в целом одерживает верх, организм отчаянно сопротивляется, выживает;

- в зоне от 2 до 3 устанавливается равновесие сапрессора и динамики выживания;

- в зоне от 3 до 4 сапрессор наконец отступает, и динамика победила.

Подуровень 2 является как раз промежуточным, срединным (0, 1, 2, 3, 4). Т.е. он по существу соответствует срединной области на уровневой шкале - см. приведенную выше табличку; в целом позиция Хаббарда и позиция автора данной статьи по вопросу о подуровнях (их наполнении, качественных особенностях) совпадает. Мы можем наложить указанную схему выживания на рисунок, изображающий взаимоотношения в системе в зависимости от подуровня, - приведен в начале статьи.

В результате мы имеем достаточно удобный аппарат для описания поведения живых систем. Мы можем понять характер поведения и прочувствовать внутреннее состояние; мы также можем примерно знать, что ожидать от системы в тех или иных условиях, и прогнозировать динамику изменения качественных состояний.

Естественный отбор

Одной из особенностей уровневого подхода является многоплановость понятий, умение увидеть вещи, так сказать, в этажно-пирамидальном аспекте. Примером служит трактовка понятия "выживать", приведенная в предыдущем разделе (характер выживания зависит от уровня). В отличие от уровневого, линейный подход предпочитает придерживаться однозначности, ввиду чего часто возникает недопонимание между субъектами того или иного мировоззрения.

Так, автор данной статьи был свидетелем негодования некоего академика по поводу хаббардовской трактовки выживания - мол, что значит целью человека является выжить? что за приземлённость? почему надо всё время выживать, а не просто жить? Между тем, академик не разобрался в глубине термина, сведя его к самому элементарному прочтению и не посчитав возможным заглянуть в перспективу:

 []

Для нас этот нюанс чрезвычайно важен в свете иного осмысления понятия естественный отбор.

Вообще данное понятие традиционно воспринимается в линейном свете, т.е. достаточно однозначно, можно сказать, однопланово, без учёта возможности "продвижения" в глубь по некоторым внутренним уровням. Существует целый ряд определений, но все они, в той или иной мере, сводятся к следующему: естественный отбор есть процесс выживания и воспроизведения организмов, наиболее приспособленных к условиям среды, и гибели в ходе эволюции неприспособленных; следствие борьбы за существование. Естественному отбору отводится творческая роль в процессе видообразования (с этим согласно большинство эволюционистов, за исключением сторонников мутационной теории, нейтрализма). Естественный отбор является основной движущей силой эволюции. Согласно первоначальным воззрениям - в дарвиновскую и постдарвиновскую эпохи, изменения живых форм под действием естественного отбора должны происходить очень плавно, микроскопическими шажками. Сегодня, однако, механизмы естественного отбора объясняются при помощи генетики, которая вносит некоторое своеобразие в эту картину: мутации в генах являются существенно дискретными, что приводит в известной степени к скачкообразности образования новых свойств (т.н. синтетическая теория эволюции, или СТЭ). При этом основная суть идеи Дарвина о естественном отборе осталась без изменений [3].

На наш взгляд, чтобы глубже вникнуть в нарисованный процесс, нужно "превратиться" в живое существо, в отношении которого действует отбор, "стать" рассматриваемой системой. Итак, мы - некое живое (не человек). Если у нас здоровый организм со стандартным набором признаков вида и выработанных приспособлений для выживания (внутренний фактор), тесные "рабочие", даже "конструктивные" взаимоотношения с другими особями (фактор коммуникаций, связей между внутренним и внешним), и мы обитаем в достаточно благоприятной среде (внешний фактор), то вероятность стать жертвой отбора мала, - во всяком случае, до тех пор, пока мы не вышли из биологически активного возраста. Можно соотнести эту вероятность с той, что создаёт угрозу для выживания людей в крупном современном городе. Обозначим указанную модель цифрой 1.

Теперь представим, что указанные факторы претерпевают качественные изменения. Это значит, что либо расстроился организм, либо ухудшились отношения между членами стаи, стада, косяка и т.п., либо среда стала менее благоприятной - чаще всего на практике живое существо сталкивается с совокупностью всего перечисленного. Почему? Допустим, пришло некое заболевание, в результате ослаблен организм и расшатана нервная система, даёт сбой психика, - т.е. животное становится раздражительным, мнительным, агрессия в нём может сменяться отрешённостью, в жизнь входит утомление, нестабильность. Как следствие в отношения с другими особями вносится элемент напряжённости. Участие в коллективных действиях становится менее эффективным, появляется известная несогласованность, возрастает частота попадания в несчастные случаи (включая придирки со стороны вожака), чувство единой команды ослаблено. Соответственно выживать становится субъективно труднее: достаются менее вкусные куски и вообще появляется нерегулярность в удовлетворении чувства голода, подспудно зреет недовольство, предрасположенность к "интригам", стремление к образованию группировок внутри сообщества со всеми вытекающими последствиями, понижается, так сказать, социальный статус, ухудшается "общественное мнение" стаи, стада, косяка и т.д. в отношении вас. Это, в свою очередь, ослабляет организм и генерирует заболевания, которые в человеческом случае принято называть психосоматическими (у низших животных с неразвитой нервной системой можно говорить не столько о заболеваниях, сколько о разладе в системе организм, сбоях в его работе, постоянном ощущении дискомфорта).

В данных условиях вероятность стать жертвой естественного отбора, в первую очередь отсекающего отбора, возрастает. Через него усиливается также половой (сексуальный) отбор, - ибо потомство от рассматриваемой особи воспринимается как менее желательное (да и появляется оно статистически реже, с учётом всех ударов судьбы), и - самое главное! - начинает сказываться отбор по признакам приспособленности к выживанию. Имеется в виду, что если носитель этих признаков ухудшает свои свойства, качества, то природа это воспринимает как неоптимальность имеющихся характеристик, поскольку их наличие всё равно не приводит к лучшему результату. Мало иметь набор характеристик для выживания, нужно ещё уметь пользоваться ими "на полную катушку". Рыба, у которой проблемы с дыханием, делает шаг к утрате жабр, трусливый олень, не прибегающий к рогам, уже потенциально лишился их, человек, не использующий свой разум, становится на путь безумия.

Указанную модель обозначим как 0,5 (условное число, показывающее состояние меньше 1).

Наконец вообразим себе худшую из ситуаций, когда все факторы - внутренний, внешний и связующий - делают успешное выживание просто невозможным. Это значит, что физическое состояние и состояние духа рассматриваемого существа откровенно плохое, как следствие между ним и прочими представителями популяции возникают невидимые барьеры, условия обитания кажутся ужасными - даже если они прекрасны для кого-то другого. Эту модель мы можем обозначить как 0 (или любым другим числом, близким к нулю). Естественный отбор в данном случае проявит себя в полную силу. Живая система, опустившаяся до 0, может заведомо рассматриваться как сошедшая с дистанции.

Сказанное выглядит правдоподобным. Из своего опыта мы знаем, что такое в жизни случается. Но теперь нужно решить для себя принципиальный вопрос: какова на деле структура любой популяции, в какой пропорции по отношению друг к другу будут встречаться в стаде, стае, косяке и т.д. индивидуальные модели, обозначенные нами как 1, 0,5 и 0? Будут ли они занимать в каждом живом сообществе примерно равные доли (с поправкой на флуктуации - колебания вокруг устойчивого значения) или же какая-то модель будет однозначно преобладать: в одной системе одна модель, в другой другая, в третьей третья?..

Чтобы было понятней, приведём такое сравнение. В человеческом обществе А в равных пропорциях встречаются модели 1, 0,5 и 0 - верно ли данное утверждение? Хотя, безусловно, на практике встречаются все типы, в реальной действительности их соотношение не будет и не должно быть равным; следовательно, приведенное выше утверждение неверно или в целом неверно. В годы войн и кризисов преобладают индивидуальные модели 0,5 и 0 (или, может быть, среднее между ними), в годы экономического и политического подъёма - 1 и 0,5 (или также нечто среднее). Мы можем допустить, что на каком-то этапе жизни общества А станет определяющей одна модель, на каком-то другая и т.д. Говоря об определяющей модели, мы имеем в виду модель, наиболее характерную для представителей социально-этнического ядра и, через них, для самого социально-этнического ядра - последнее уподобляется группе держателей контрольного пакета акций, которых может быть и меньшинство, с количественной точки зрения, но влияние которых в конечном счёте окажется очень сильным ввиду раздробленности всех прочих акционеров (3).

В каждом обществе есть ядро, и оно обусловлено преобладанием тех или иных моделей. Мало того, в разных обществах модели могут быть разные, и соответственно ядра тяготеют к разным подуровням по уровневой шкале (ближе к 0, от 0 до 0,5, от 0,5 к 1 и ближе к 1); не замечать это могут лишь те, кто не замечает разницы, например, между отсталыми, вечно воюющими странами Африки и качественно отличными от них странами Западной Европы, либо между современным миром и повальным варварством "тёмных веков".

В каждой популяции - вернёмся к биологии! - также имеется ядро. И оно также обусловлено наличием той или иной модели: 0, ..., 1 (учитываем здесь и все промежуточные значения). Иными словами, в каждой популяции будут преобладать носители только определённой модели, которые, таким образом, должны задавать тон.

По логике вещей, так и должно быть. Если ухудшается внешний фактор, т.е. становится неблагоприятной среда обитания или возрастает давление со стороны других форм жизни, то как следствие усиливается внутреннее соперничество в стае, стаде, косяке, во-первых, и начинаются сбои в нормальной работе организма (психики) у большинства особей, во-вторых. Либо по-другому посмотрим на ситуацию: если ухудшается внутренний фактор - например, все животные заболели либо что-то мешает им полноценно питаться, выработанный механизм добычи и переработки пищи даёт сбой, то это приводит к "волнениям" в сообществе, недовольству вожаками либо сложившимися формами управления, а также означает, что во внешнем мире что-то произошло - пожухла трава, изменилась солёность моря, стала "несъедобной" съедобная ещё вчера еда. Наконец, если расстраиваются взаимоотношения между родственными живыми существами, то мы можем предположить, что где-то есть тому причина, и эта причина - во внешних или внутренних проблемах, которые возникли и множатся.

Отсюда делаем вывод:

- система, занимающая более высокие подуровни по шкале (с преобладанием модели 1), в меньшей степени испытывает на себе действие естественного отбора; в этом случае последнему присущ случайный характер, можно говорить об экстенсивности отбора - выбраковке подлежат, как правило, особи, не входящие в состав основного ядра (покинувшие ядро в силу тех или иных причин);

- система, занимающая срединную зону (с преобладанием модели 0,5), уравновешивает действие естественного отбора, с одной стороны, и сопротивление ему, с другой, что выражается в повышенном напряжении в системе; в этом случае можно говорить о смешанном - частично случайном, частично целенаправленном характере отбора либо о паре: экстенсивность отбора (для одних групп) - интенсивность отбора (для других групп) (4);

- система, занимающая низшие подуровни по шкале (с преобладанием модели 0), в наибольшей степени испытывает действие естественного отбора, т.е. она по сути сдалась, с точки зрения выживания; в этом случае отбор носит однозначно целенаправленный, или неслучайный, характер, можно говорить об интенсивности отбора - выбраковке подлежат особи, входящие в состав основного ядра (и примкнувшие к нему в силу тех или иных причин). Таким образом, система, приблизившаяся к нулевому состоянию, планомерно истребляется природой как нежизнеспособная и "лишняя" в существующей расстановке сил.

При таком взгляде на вещи понятие естественный отбор становится многоплановым, в нём уже подразумеваются уровни - этажи, регулирующие динамику живого.

Линейно-симметричный подход (см. первую статью) не позволяет принять данные выкладки - и по причине отсутствия соответствующего уровневого аппарата, и по причине "идеологической". Линейность и симметричность заставят уравнять в правах все модели, о которых идёт речь, ввести их в любое сообщество в равных пропорциях:

 []

Пирамидально-асимметричный подход наделит "большими правами" именно подуровень, близкий к верхней границе, - ему соответствует модель 1 (см. пирамиду из кружков с надписью "выжить" на рисунке в начале текущего раздела). Он же заставит признать постепенное исчезновение, или смягчение, естественного отбора на самых высших уровнях, в ходе глобальной эволюции всего живого [4, стр. о росте эффективности и безотходности биогеохимического круговорота и поэтапном развитии более "гуманных" эволюционных стратегий, основанных на взаимопомощи и симбиозе].

Скачки

Если мы примем идею о степенях интенсивности естественного отбора, то этим самым согласимся и с другой идеей - о ненужности (бессмысленности) выработки живой системой каких-либо новых приспособлений (признаков) для лучшего выживания в случае нахождения в оптимальном состоянии (для данных условий и данной среды). Т.е. в случае достижения высшего из подуровней, по сути совпадающего с верхней границей уровня или близкого к ней.

Модель 1 говорит нам о торжестве вида и создании предпосылок для его господства в своей природной нише.

Опять уточним, что преобладание модели 1 предполагает слаженность действий и особое ощущение единства особей, проявление некоего [командного] духа стаи, стада, косяка и т.п., охотно поддерживаемого каждым участником; организмы при этом в большинстве случаев здоровы, и нет ярко выраженных проблем с питанием, безопасностью, воспроизведением и выращиванием потомства. Жизнь в таких условиях воспринимается как игра. Также напомним, что подобное состояние живой системы по сути является неравновесным состоянием.

Поскольку всё течёт, всё изменяется, оптимальный режим функционирования системы не может длиться вечно. Система вынужденно переходит из неравновесного состояния в равновесное (1 => 0,5). Почему? Потому что становится другой среда, в то время как новые приспособления (признаки) для лучшего выживания особями не вырабатываются по причине инерционности - имеющийся набор свойств пока ещё удовлетворителен, и природа открыто не показывает на стрелках приборов, что напряжение очень постепенно, но возрастает. Собственно говоря, с точки зрения самих особей ничего особенного не происходит, во всяком случае, с ними самими, просто иногда приходится решать некоторые дополнительные проблемы, с которыми не приходилось сталкиваться дедам и прадедам:

 []

На нижнем рисунке: в системе ощущается некоторый разлад, который, впрочем, первоначально может восприниматься как нечто само собой разумеющееся. Однако сторонний наблюдатель сделал бы вывод о возрастании сапрессии. Как следствие для каждого члена сообщества увеличивается вероятность попадания в "мельничные жернова" естественного отбора - в той же степени, в какой увеличивается угроза для выживания всего сообщества в целом.

Ответом системы является рост напряженности (известной злости, нервного возбуждения). Возрастает стремление проконтролировать всё и вся, - например, действия прямых врагов, которые рассчитывают живую систему "сожрать". Часть энергии отвлекается именно на поддержание системы в возбуждённом (постоянно взведенном, в конечном счёте изматывающем) состоянии. По сути таким образом реализуется сопротивление увеличению сапрессии.

Данное состояние располагает к некоторым сбоям в нормальной работе организмов, во всяком случае, к ограничению или недостаточно рациональному использованию внутренних ресурсов. Неоптимальная схема функционирования организма может порой приводить и к генетическим нарушениям; мы допускаем, что их частота варьирует, и вариации в конечном счёте зависят от подуровня, который занимает система на шкале качественных состояний.

Единичные мутации всегда свойственны живому. Однако опыт подсказывает, что стрессовые ситуации определённым образом влияют на отклонение от нормы (5). Вместе с тем, с точки зрения развития вида это не так важно, особь с врождёнными дефектами или нестандартным набором характеристик просто растворяется в общей массе, и свойства её в дальнейшем не закрепляются, случайно приобретённые признаки по мере смены поколений нивелируются; ведь, как известно, мутантные гены рецессивны [5]. До тех пор, пока система пребывает в равновесии (в области 0,5 - чуть выше/чуть ниже 0,5, с учётом флуктуаций), мутации не будут делать погоды. Мы можем просто механически отметить их наличие, условно постоянную - достаточно низкую - частоту появления в популяции и фактическое бессилие что-либо изменить в генетической цепи.

На практике равновесное состояние может продолжаться относительно долго. Оно выражается, например, в стандартном противостоянии: зайцы - волки. Растёт популяция зайцев (отклонение вверх от 0,5) и соответственно растёт популяция волков (также отклонение вверх от 0,5), затем следует уменьшение популяции зайцев (отклонение вниз от 0,5) и связанное с ним уменьшение популяции волков (также отклонение вниз от 0,5), потом цикл повторяется, динамика будет "танцевать" вокруг отметки 0,5.

Естественный отбор в данном случае будет стабилизирующим, действие его достаточно постоянно, единичные мутации не закрепляются, и говорить о процессе видообразования нет нужды.

Между тем, по Дарвину, именно в результате этого "противоборства" (зайцев - волков) вырабатываются новые признаки, повышающие выживаемость вида и, в конечном счёте, ведущие к изменению биологических форм.

Имеет смысл проанализировать состояние равновесия. Классическое представление о равновесии как о сбалансированных чашах весов с уровневой точки зрения воспринимается как поверхностное. Почему? Часто за видимым колебанием формально уравновешивающих друг друга сторон не просматривается характер энергии и выбранный энергетический режим, - а это-то как раз и несёт в себе главную информацию. Поясним на примере. Вот есть бухгалтерский баланс, количественно описывающий финансовое состояние компании за период. В балансе указана прибыль. Но мы не видим из него, что компания испытала огромное напряжение с получением доходов, в то время как вложение средств она осуществила без труда. А вот обратный случай: внешне тот же баланс и с той же прибылью. Но наибольшее напряжение приходится на вложение капиталов и соответственно расширение и поиск новых рынков, в то время как получение доходов не представляет для компании особой проблемы.

В обоих случаях мы имеем сходный в общих чертах баланс при разном положении дел в экономике - если принять указанную компанию за некий образец, типичный для всего бизнеса. Баланс объясняет многое, но не позволяет заглянуть вглубь.

В теории эволюции имеем ту же картину. Равновесие, например, волков и зайцев до некоторой степени видимое, и в нём есть скрытые элементы, проявляющиеся только при анализе разных фаз равновесного состояния: в начале истории, середине и конце.

Под историей [равновесия] здесь понимается не отдельный колебательный цикл, а весь период с момента вхождения системы в зону равновесного состояния до момента выхода из неё:

 []

В свете уровневого подхода равновесие есть балансирование между энергетически выгодным и энергетически невыгодным состояниями, точнее, нахождение в середине: между областью, близкой к 1, и областью, близкой к 0, с учётом всех флуктуаций - оперативных отклонений от среднего. По нашему мнению, алгоритм следующий:

1) в начале истории система с лёгкостью отклоняется в сторону 1 (и даже может, при выполнении ряда условий, достичь 1) (6), а к подуровню 0,5 она возвращается с некоторым трудом из-за активного сопротивления воздействию внешних сил;

2) далее система с лёгкостью отклоняется в сторону 1 (но не выходит за пределы зоны равновесия) и с трудом опускается в сторону 0 (в пределах зоны равновесия);

3) потом система начинает с некоторым трудом отклоняться в сторону 1 (в пределах зоны равновесия) и сравнительно легче устремляется в сторону 0 (опять-таки не покидая зоны равновесия);

4) наконец, в конце истории система достаточно легко отклоняется в сторону 0 (и может, при некоторых условиях, достичь 0), а к подуровню 0,5 она возвращается с трудом из-за слабой сопротивляемости внешним силам.

Изобразим это на рисунке (в сопоставлении с линейным взглядом на описанный равновесный процесс):

 []

Примечание. На левом рисунке время по сути обратимо и в силу этого является несущественным фактором (в изображении временной шкалы нет особой нужды). На правом рисунке время необратимо.

Т.о., если мы абстрагируемся от наличия уровней (подуровней), то получим на графике некую изломанную кривую, изображающую отклонения от точки равновесия; такая динамика является видимой, а не действительной, и скажет нам о сути процесса не больше, чем бухгалтерский баланс о тенденциях в экономике страны.

Почему равновесное состояние может качественно меняться с течением времени? Потому что постоянно обновляется сама среда, о чём мы говорили, и выработанный однажды видом набор характеристик для выживания рано или поздно становится всё менее и менее пригодным - в нестандартных условиях. Популяция зайцев может играючи справляться с разнообразными природными препятствиями тридцать тысяч лет назад, но это не значит, что подобная игра сохранится в наше время (пример, конечно, условный). Наоборот, в новой эпохе любое, пусть и пустяковое, обстоятельство способно вывести систему из кажущегося устойчивым равновесия, и для возвращения к стабильности теперь требуется приложить гораздо больше усилий.

Это значит, что неустойчивость будет постепенно возрастать, и всё чаще равновесное состояние будет сменяться неравновесным - в данном случае неравновесным низшим, ему соответствуют подуровни, расположенные вблизи 0. Рано или поздно количество, при достижении пороговой величины, скачкообразно перейдёт в качество, и система относительно внезапно окажется в условиях, откровенно препятствующих её дальнейшему существованию. Следовательно, зона равновесия покинута - навсегда.

Теперь система начинает относительно быстро распадаться. Например, популяция дробится на группки по территориальному признаку и, возможно, на отдельные группировки внутри остающихся частей. Разъединение популяции может происходить по многим причинам: утрачена способность к активному передвижению по местности (т.к. ослаблена система защиты или приспособлений для выживания, в этих условиях страх парализует живое), возникли препятствия, кажущиеся в новых условиях непреодолимыми, у части стаи, стада, косяка и т.п. возникает непреодолимое желание оторваться от ядра, чтобы таким образом спастись и др. Психическое или адекватное ему состояние у живых существ на этом этапе можно охарактеризовать как растянутую во времени панику, чувство постоянной тревожности, отчаяния, где-то даже обречённости, бессмысленности сопротивления обстоятельствам, каждая особь готова в любой момент стать жертвой; можно сказать, что повседневная жизнь превращается в страдание. Поведение большинства становится нелогичным, непредсказуемым, оно будет исходить не из потребностей коллективного выживания, а из желания любой ценой выжить самому (либо обратная сторона медали: полный отказ от борьбы за индивидуальное выживание, - но не ради других, а потому что сдался; в обоих случаях в конечном счёте страдает сообщество в целом).

Психологи знают, что человек в таких условиях становится особенно уязвимым. Например, тот, кто зацикливается на мысли о возможности ограбления, вносит в ситуацию элементы напряжённости и в конце концов неосознанно притягивает к себе грабителей (манерой держаться и говорить, постоянно чего-то бояться, от кого-то прятаться, отгораживаться от мира бронированными дверями и т.п.). Новичок, которому инструктор по вождению говорит: "Не врежься вон в тот столб", скорее всего в этот столб врежется, во всяком случае, вероятность данного события велика.

У нас нет оснований считать, что животные в этом смысле отличаются от людей. Отсюда вывод: естественный отбор для биологического вида возрастает именно потому, что вид исчерпывает свой внутренний и внешний потенциал и неосознанно делает шаги к собственному убийству. Как правило, следствием является: совершенно неудовлетворительные отношения между членами популяции (в основе чего бессилие, отчаяние, страх), во-первых, и физическое расстройство организмов, во-вторых.

Внешнее и внутреннее взаимосвязаны. И если снаружи на живое сообщество чудовищно давит сапрессор, то в самом сообществе как ответ резко возрастает нетерпимость по отношению друг к другу (и наоборот). Не будучи в силах справиться с реальным врагом, живое сублимирует свою энергию в борьбу с врагом воображаемым, специально созданным - и потому не способным на адекватный ответ. Начинается травля неугодных в стае, стаде, косяке и т.д.; затравить могут любого.

Психическое и физическое состояния взаимосвязаны. Плохая обстановка, в свою очередь, влечёт за собой сбои в нормальной работе организмов, расстройство защитной, например иммунной, системы, подверженность заболеваниям, особую зависимость от паразитов. Что, в свою очередь, ещё больше ухудшает отношения из-за повышенной раздражительности, нервозности.

Именно в такой период жизни популяции исследователи могут отметить [относительный] рост частоты встречаемости разных сочетаний изменённых генов. Изменённые гены появляются в ходе отдельных, точечных мутаций и, несомненно, связаны со сбоями в нормальном функционировании организмов, приносящих потомство. Но не только. Если популяция дробится, распадается, то в остающихся группках (группировках) в конечном счёте все особи оказываются связанными друг с другом кровным родством, что также приводит к генетическим нарушениям.

Что происходит дальше? Процитируем работу А.Барбараша "Природа дискретности биологической эволюции":

"Появление ароморфозов (7), возникновение новых видов и более крупных таксонов (8), как правило, связано с изменением условий внешней среды. Формирование ароморфоза содержит две принципиально отличающиеся фазы или стадии, в которых действие естественного отбора проявляется по-разному, причём для нас заметна только одна из этих фаз.

Первая - это невидимая и очень длительная фаза количественных изменений, фаза выделения естественным отбором мутаций, не ведущих к гибели организмов в начальный период развития (когда достоинства потенциальных ароморфозов ещё нельзя оценить) и роста в популяции частот встречаемости разных сочетаний изменённых генов, среди которых и комплекс изменённых генов, определяющих рассматриваемый ароморфоз.

Каждая из сохранённых мутаций в отдельности не даёт организмам ощутимых преимуществ (и может даже ухудшать их свойства). Но в совокупности они создают разнообразие генов, формирующее многие варианты потенциальных ароморфозов, один из которых может случайно оказаться очень полезным в новых условиях экологической ниши. Поскольку мутантные гены, как правило, рецессивны (9), они очень редко проявляются в популяции, почему эта фаза незаметна для палеонтологов.

Эффективность первой фазы отбора (и механизма ароморфозов в целом) зависит от численности популяции. Чем крупнее популяция - тем больше вариантов ароморфозов может быть предъявлено естественному отбору, и тем сложнее может быть каждый ароморфозный комплекс мутаций (10). При этом естественный отбор никогда не перечёркивает сформировавшейся целостности организма.

Поскольку при одновременном присутствии в организме доминантного и рецессивного генов одного аллеля (11) проявляется только доминантный ген, а мутантные гены ароморфозного комплекса, как правило, рецессивны, они могут проявиться в потомстве только если получены от обоих родителей (т.е. если организм гомозиготен по рецессивному мутантному гену). Гены ароморфозного комплекса, в общем случае, не сцеплены между собой, отчего их рецессивные пары редко сочетаются у потомков в одном организме. Чем больше изменённых генов входит в ароморфозный комплекс, тем реже встречается у потомков их полный (гомозиготный) набор. Но именно он выделяется естественным отбором, и нужен для победы нового фенотипа (12). Поэтому формирование ароморфоза может перейти в следующую фазу только после достижения в популяции некоторой пороговой концентрации рассматриваемого ароморфозного генома.

Только особи, случайно получившие от обоих родителей полные (гомозиготные) наборы рецессивных ароморфозных генов, вполне проявляют эти гены в свойствах организма, и впервые реализуют преимущества ароморфоза. Но и их появления недостаточно для закрепления нового генома. Наступление второй фазы - расширяющегося перехода ароморфоза в фенотип - зависит от возникновения из таких особей хотя бы одной успешной родительской пары. Только она способна тиражировать полный (гомозиготный) комплекс ароморфозных генов и создать основу нового биологического вида, обладающего новым качеством. Только отсюда начинается ускоряющееся победное шествие ароморфоза. В этот период играет положительную роль даже скрещивание между близкими родственниками - братьями и сёстрами, детьми и родителями. Именно этот период регистрируется палеонтологами как возникновение ароморфоза, появления нового биологического вида.

Однако на этой стадии новый биологический вид существует только с палеонтологической точки зрения. Чтобы он стал самостоятельным видом в современном понимании, должно пройти ещё какое-то время, пока сформируются биологические механизмы, препятствующие скрещиванию со старым, родительским видом" [5].

В приведенном отрывке уже по сути сказываются общие черты уровневого подхода (хотя автор ещё не выделяет его в нечто методологически самостоятельное (13)). Тем не менее, в некоторых моментах уровневый подход ещё недостаточно прояснён.

Во-первых, предполагается, что вероятность спаривания двух особей, получивших от родителей полные наборы рецессивных ароморфозных генов - назовём данных особей мутантами (14), - в принципе невелика и зависит от случая. Т.е. передача по наследству (с последующим закреплением) изменённых генов воспринимается как достаточно редкое явление. Однако в реальной жизни это явление может встречаться чаще, если относиться к живым существам как к индивидуальным мирам, а не статистическим объектам. Так, сожитие мутантов происходит не потому, что оно случайно, а потому, что им просто не остаётся другого выхода - стая, будучи взвинченной и нетерпимой, плохо относится даже к "нормальным" особям, не говоря уже о мутантах. Внешний вид в животном мире, как правило, не играет важной роли в отношениях особей; но мутант может несколько иначе себя вести, у него могут сказываться отличия в запахе, включая запах выделений, голосе и звуке, моторике и т.д. и т.п., что в комплексе не остаётся незамеченным. Следует социальное отторжение - назовём его "синдромом гадкого утёнка"; это отторжение сказывается, не в последнюю очередь, по линии полового отбора (пониженный интерес представителей противоположного пола к "гадким утятам"), и как результат мутантам остаётся скрещиваться только между собой.

Во-вторых, предполагается, что для закрепления ароморфозных генов необходимо скрещивание между собой на первом этапе образования вида близких родственников, что возможно лишь при условии формирования биологических механизмов, препятствующих всяким иным связям. Но и такая постановка вопроса не в полной мере учитывает реальную обстановку. Семьи мутантов оказываются в относительной изоляции внутри популяции, т.е. являются отверженными; кроме того, возможно явление остракизма - изгнания, которое в животном мире может приобретать совершенно разные формы: от попытки убийства с последующим бегством до вынужденного отшельничества мутировавшей семьи на "своей", малой территории с целью самосохранения при резко негативном отношении остальных или же при массовой, систематической гибели ядра, оказавшегося неприспособленным к жизни в изменившихся условиях (семья мутантов при этом удивительным образом остаётся целой и невредимой, что считается нехорошо). Также допустим вариант, когда интенсивный естественный отбор выкосит подавляющее большинство особей, за исключением мутировавших; т.е. популяция количественно уменьшится и сузится до размеров рассматриваемой семьи. Но в каждом из перечисленных случаев скрещивание между собой братьев и сестёр, детей и родителей внутри новой, оформившейся ветви окажется просто неизбежным и вынужденным актом, не зависящим от воли случая. Особые биологические механизмы здесь не нужны (15).

Именно стремление учитывать характер отношений между рассматриваемыми объектами, в т.ч. уровни отношений (уровни взаимодействия), и отличает уровневый подход от линейного. Отсюда - определение линейного подхода как принимающего отношения составных частей системы за условно постоянную величину, мало подверженную изменениям во времени и [психологическом, духовном, внутрисистемном] пространстве:

 []

Итак, в итоге у нас остаётся разобщённый, вымирающий вид - назовём его А, и отдельные семьи мутантов - часть их выродится, являясь ещё менее жизнеспособными. Но другая часть останется. Назовём их: протовиды Б1, Б2, Б3 и т.д. Каждый протовид несёт в себе изменённые гены, хотя и в разном сочетании. Поэтому степень выживаемости протовидов разнится.

У какого-то протовида - пусть это будет Б1 - приобретённый набор генов окажется наиболее удачным, или оптимальным для данных условий и данной среды. В результате новые признаки резко усиливают жизнестойкость; далее они закрепляются в потомках. По мере размножения и заполнения природной ниши протовид Б1 будет восприниматься уже как вид Б.

Нельзя исключать вероятность выживания сразу нескольких протовидов, например Б1 и Б3. В этом случае на основе материнского вида А образуется ещё один дочерний вид, помимо Б. Оба дочерних вида будут соперничать между собой. И вместе они будут "добивать" вид А, вытесняя его остатки с исторической сцены.

По современным представлениям, появление признаков, характерных для вида homo sapiens, вполне могло произойти в одной-единственной женской особи, жившей 100-200 тыс. лет назад в Восточной Африке (т.н. гипотеза "генетической Евы"). Т.о., всё человечество является её потомками [6].

Новый биологический вид осваивается очень быстро. Ему не приходится решать проблемы, которые поставили на грань выживания материнский вид, и жизнь кажется несравнимо спокойнее. Соответственно в растущей популяции складываются отношения, качественно отличные от отношений в материнском виде. Прежде всего, уходит чувство страха, постоянной напряжённости, нервозность исчезает. Особи проще воспринимают перемены и в большей степени готовы к сотрудничеству между собой, поскольку сообща легче выжить, и существенных поводов для распада пока нет.

Чем больше на свет появляется "усовершенствованных" особей, тем увереннее вид чувствует себя в своей нише и тем активнее он отвоёвывает для себя "место под солнцем". Естественный отбор при этом переходит из интенсивного в экстенсивный.

На уровневом графике данный процесс можно изобразить как подъём динамики от подуровня, близкого к 0, вверх - к подуровню 0,5 и, возможно, выше. Подъём достаточно крут, он будет однозначно отличаться от пологого (инерционного) спуска сверху вниз динамики выживания материнского вида, рассмотренного в начале раздела.

Почему происходит подъём? Вид стремится к энергетически выгодному состоянию, и выработанная им технология выживания позволяет его достичь. С новым набором характеристик вид справляется с сапрессором без труда.

Чем обусловлена высота подъёма по уровневой шкале? Удачностью генетических изменений. В общем, изменение ген происходит определённым образом случайно, новые свойства могут умеренно удовлетворять потребностям вида - и тогда вид поднимется на несколько пунктов, а могут удовлетворять потребностям идеально - в этом случае вид совершит прыжок "под самый потолок". Видимо, последнее происходит реже, но именно так создаются предпосылки для господства вида.

Умеренные изменения влекут за собой возвращение в зону равновесия, но уже в новом качестве. Идеальные изменения превращают неравновесное низшее состояние в неравновесное высшее - с возможностью перехода на следующий уровень (об этом в следующем разделе).

 []

Снизу на рисунке - у нулевой отметки - кружком обозначена бифуркационная точка, т.е. точка развилки. Достигнув её, система (предыдущая, материнская) либо качественно изменится, например, трансформируется из А в Б с последующим выходом из низшего неравновесного состояния (вверх), либо пересечёт границу нуля. Выход за пределы нуля обозначает полный, окончательный и необратимый распад системы; сами отдельные особи, представлявшие исчезнувшую систему, ещё могут какое-то время физически существовать - до своей смерти, но восстановить историю им не удастся.

Выработав в себе новые характеристики, вид по существу не нуждается в их дальнейшем совершенствовании - в условиях, когда интенсивность естественного отбора заметно уменьшается. Самое главное для вида - выйти из низшей зоны (низшего неравновесного состояния) и, если такое случится, предпосылки для последующих изменений с закреплением очередных признаков больше не складываются. Тем не менее, может произойти подстройка организма. Так, по мнению американских учёных, большинство из 700 генов человека прошли процесс естественного отбора миллионы лет назад. Однако некоторые гены, отвечающие за процессы метаболизма, пигментации кожи, деятельность мозга и репродуктивную функцию, возникли в ответ на изменения окружающей среды относительно недавно - за последние 15 тысяч лет, начиная с конца ледникового периода, когда зародилось сельское хозяйство и возросла плотность населения Земли. К примеру, у человека появилось больше генов, способствующих перевариванию лактозы; возможно, это произошло потому, что в рационе людей появилось больше молока в результате одомашнивания скота (реакция организма на новый рацион питания). А у некоторых европейцев стало больше генов, которые обеспечивают светлую пигментацию кожи; возможно, это произошло вследствие того, что люди стали заселять северные регионы Европы, где меньше солнечного света [7].

При этом однажды выработанный фенотип (человек кроманьонского типа) за последние десятки тысяч лет не претерпел каких-либо существенных изменений. Т.е. естественный отбор в данном случае играл корректирующую роль.

Очевидно, аналогичную картину мы увидим для любой живой формы, не только для людей. С той разницей, что соотношение между "старыми" и "новыми" генами может меняться в пользу последних у низкоорганизованных систем - вирусов, например, что говорит о более коротком жизненном цикле вида.

Что будет при достижении высшего из подуровней или, иначе, верхней границы уровня (ему соответствует модель 1)? Система по сути вновь подойдёт к бифуркационной точке, и ей предоставляется возможность выхода в надсистему (перехода на другой качественный уровень) либо постепенного отката в зону равновесия: 1 => 0,5.

 []

Т.о., ситуация, описанная в начале данного раздела, может повториться, но уже - с дочерним биологическим видом. В результате мы имеем волнообразный цикл (см. рисунок ниже). Волну в данном случае образует динамика изменения качественных состояний:

 []

Как и в любой волне, следует различать амплитуду и длину волны. Амплитуда зависит от удачности генетических изменений, преобразовавших вид А в вид Б, и того, насколько они удовлетворяют потребностям вида в новых условиях. У низкоорганизованных систем, в отличие от высокоорганизованных (человека), это определяет случай.

Последнее утверждение следует из статьи "Жизнь в свете уровневого подхода", в которой даны условия эволюции. Чем ниже уровень, тем более стихийно происходит эволюция, по мере повышения по уровням проявляются элементы координации и контроля и, наконец, на самых продвинутых уровнях эволюция фактически становится управляемой и направляемой (в частности применимо к человеку). Это значит, что трансформация вида А в вид Б может, с известной точки зрения, быть регулируемой.

Т.е. на уровневой шкале, вверху, рано или поздно встретятся области, в которых величина амплитуды будет обусловлена [человеческой, разумной] деятельностью.

Что касается длины волны, то она определяется "расстоянием" между двумя последовательными ароморфозами. Следует подчеркнуть, что предпосылки для появления ароморфоза складываются только в конце цикла, по мере спуска живой системы по подуровням, как по ступенькам. Относительное постоянство фенотипа в промежутке между одним и другим ароморфозом вытекает из невозможности и нецелесообразности природе делать масштабные (для вида) генетические изменения "просто так", про запас - до тех пор, пока полностью не исчерпан потенциал предыдущей формы.

Конечно, длина волны не является фиксированной, и во многом её определяет случай. Но опять-таки, в первую очередь - для низкоорганизованных форм. Чем сложнее уровень организации системы, тем энергетически выгоднее режим её функционирования и тем, в конечном счёте, устойчивее система. Господствующий вид (он всегда стоит выше на шкале) фактически подстраивает под себя среду, т.е. вызывает комплекс встречных - симбиотичных, даже "соглашательских" - изменений других видов и других систем, от животных и растений (например, появление "требуемой" кормовой базы) до насекомых и микроорганизмов (новый, "удобный" микроклимат, "нужные" биогеохимические процессы). Следовательно, длина волны у такого вида оказывается большей, и в этом проявляется определённая закономерность.

Совершенные или близкие к совершенным живые системы существуют дольше; нужны особые обстоятельства, чтобы разрушить созданные ими самими условия - для самих же себя. Поэтому чем выше уровень, тем в целом длиннее окажется "расстояние" между двумя последовательными ароморфозами. Вид homo sapiens, например, присутствует на Земле неизмеримо дольше, чем многие другие, менее организованные виды, давно сошедшие со сцены под действием [относительно] естественных причин.

Но и это не всё. Помимо эволюции тех или иных частных форм, существует эволюция как таковая, эволюция жизни на планете вообще - макроэволюция. Она складывается из множества мезо- и микроэволюций, с учётом достигнутых ими уровней по шкале. Т.е. сама по себе макроэволюция тоже может "добраться" до некоего уровня; скажем, полмиллиарда лет назад эволюционные процессы были в целом менее организованы, глобальный энергетический "круговорот" и интенсивность обмена веществ были поскромнее и, следовательно, уровень макроэволюции оставлял желать лучшего. Однако сегодня мы имеем более совершенную картину. Уровень макроэволюции выше:

 []

В результате средняя продолжительность существования видов и родов на Земле неуклонно растёт. В наши дни биосферу населяют самые устойчивые и пластичные формы жизни из всех, когда-либо существовавших. Отсюда: усреднённая длина волны в прежние времена отличалась от нынешней, она была сравнительно короче [4].

Вернёмся опять от многоуровневой (на рис. выше) шкалы к отдельно взятому уровню, в пределах которого, по горизонтали, происходит изменение биологических видов: вид А => вид Б => вид В и т.д. Скачкообразный переход от одной волны к другой на схеме выглядит так:

 []

В результате мы получаем дискретность биологической эволюции. Каждая новая (дочерняя) волна будет отличаться от предыдущей (материнской), причём по мере отдаления от базовой волны, - принятой за точку отсчёта, расхождения в фенотипе будут возрастать. В конце концов вид изменится до неузнаваемости.

При этом предполагается примерно одинаковый (близкий) уровень организации "исходного" и "конечного" видов.

Моменты ароморфозов на указанном графике вовсе не отделены друг от друга фиксированным промежутком времени. Поскольку длина волны может меняться, то и "расстояние" между точками ароморфозов периодически сокращается или удлиняется. В случае если вид испытывает настоятельную потребность в трансформации (в результате резкого и быстрого возрастания сапрессии) точки ароморфозов "услужливо" сдвигаются, обеспечивая, таким образом, возможность перемен.

Вывод. Для всяких видов существуют три варианта развития событий: нейтральный (с бесконечным продвижением по горизонтали, от волны к волне), отрицательный (с переходом на субуровень и - исчезновением) и положительный (с переходом на уровень следующего порядка с кардинальным изменением качественных характеристик):

 []

Нейтральный в данном случае можно рассматривать как постоянное пребывание в зоне равновесия. Однако выше было показано, что равновесное состояние не бывает вечным. Отсюда следует, что нейтрального варианта на самом деле не существует, есть лишь его видимость, растянутая во времени. Рано или поздно условия настолько изменятся для балансирующей системы, что она вынуждена будет сделать свой выбор: качественно усовершенствоваться (с соответствующим усложнением организации) или умереть.

Именно поэтому эволюция никогда не идёт вспять. Это запрещено законами природы.

Переходы

Одним из главных вопросов теории эволюции, по идее, должен быть вопрос о соотношении живого и среды. Между тем, сегодня он не считается главным. Среда по умолчанию рассматривается как некий фон - подложка под биологические события, однозначно важная, но при этом не играющая самостоятельной роли. Конечно, фон может быть разным: чёрным, с кровавым оттенком (если среда негостеприимна), либо нежно-розовым, приятно-голубым (при благоприятной среде), но суть от этого не меняется - основное внимание уделяется самой живой системе, а не её отношениям с неким обезличенным окружением, как одушевлённым, так и неодушевлённым.

Что имеется в виду? Приведём схему, обычно не замечаемую линейной наукой:

 []

Для нас представляют интерес нижний и верхний подуровни как наиболее показательные. Если живое пассивно, а среда проявляет повышенную активность по отношению к живому, то из этого следует, что среда изменяет живое по своему усмотрению, лепит его, как из пластилина. Так ли это? В предыдущем разделе мы убедились, что так, - именно среда толкает биологический вид к необходимости генетических изменений. Что же происходит в обратном случае - когда живое выступает в активной роли, и среда при этом молчаливо сдаёт свои позиции? Отметим: живое изменяет среду по своему усмотрению, лепит её, как из пластилина.

Мало кто может отрицать это, когда речь заходит о человеке. И, однако, на самом деле система человеческое общество не является единственной. Просто изменения среды, творимые человеком, наиболее наглядны ввиду того, что человек достиг самого высокого уровня на планете Земля; они масштабны. Ведь чем выше уровень, тем глобальнее активность, вмешательство в окружающее кажется просто грандиозным. На более низких уровнях эти процессы могут не впечатлять, поскольку последствия их некорректно сравнивать с последствиями человеческой деятельности. Но было бы неосмотрительным на этом основании не замечать активность сравнительно менее организованных систем:

 []

Любая живая система, вышедшая из состояния равновесия (0,5) и перешедшая в высшее неравновесное состояние (1), получает возможность закрепиться в новом качестве и уже... никогда не вернуться обратно вниз. Как ясно, такой вариант развития событий случаен для систем, расположенных низко по всеобщей уровневой шкале, и относительно закономерен для систем, "забравшихся" в ходе эволюции повыше.

Что значит закрепиться на подуровне 1? Это значит, что модель 1, обрисованная ранее, становится, с определённой точки зрения, необратимой. Напомним, модель 1 говорит о торжестве вида и создании предпосылок для его господства в своей природной нише. Рассмотрим пример. На некий цветущий остров попало некоторое количество кроликов, причём условия для кроликов оказались идеальными: отличная кормовая база, удобный климат, полное отсутствие врагов, в т.ч. болезнетворных микроорганизмов, и т.п. Популяция пребывает в состоянии 1. Но вот съедена вся трава, меняется климат, приходят голод, болезни... В этом случае популяция "скользит" по подуровням вниз, как по ступенькам (1 => 0,5 и ниже), т.е. данная ситуация не удовлетворяет условиям, оговоренным в начале абзаца.

Допустим другой вариант. Кролики предпочитают лишь определённый вид растений, неинтересный остальным животным, и кроличий помёт способствует усиленному прорастанию именно этого вида. Вскоре на территории начинаются структурные изменения экологического соотношения. Создаётся готовая, постоянно обновляющаяся и расширяющаяся кормовая база для кроликов, соответственно вытесняются прочие виды растений и животных, насекомые и микроорганизмы подстраиваются под новые обстоятельства, по сути "обслуживая" кроликов, меняются свойства почвы, иным становится рельеф, микроклимат, реки текут вспять, появляются пришлые виды рыб, птиц и т.д. Причём всё это так или иначе завязано на господствующий вид - кроликов. Всё в итоге работает на него. Напомним, что речь идёт о неравновесном состоянии (16).

В природе это бывает не часто, особенно в нынешние времена господства совершенно другого вида - человека. Однако человек существовал не всегда. Как мы помним, в прежние эпохи средняя продолжительность жизни биологических видов была ниже, чем сейчас, энергетический "круговорот" и интенсивность обмена веществ были не столь совершенны, и, следовательно, описываемая выше ситуация встречалась чаще.

Итак, кролики (объект, конечно, условный (17)) превратили среду в служанку, вылепили нечто нужное им, как из пластилина. Важно отметить, что популяция при этом становится многочисленной, и в ней преобладают отношения, характерные для модели 1: известная лёгкость, доброжелательность, всякое отсутствие агрессивности и удивительная слаженность членов сообщества, организация действий, восприятие жизни как игры. Вся система напоминает большой живой кристалл, отличающийся упорядоченностью ячеек и чёткостью связей, в ней царит некий общий дух. Возрастает средняя продолжительность жизни каждой отдельной особи. Может быть, на известном этапе снизится приплод; половой отбор окажется достаточно слабым (к нему не будет повода), как, впрочем, и всякий другой отбор.

По существу в популяции меняется структура, в частности, сложившиеся ранее формы взаимодействий, реорганизуется иерархия - с ослабленной зависимостью от лидеров, переиначивается система управления и обмена информацией, формируется иной тип связей. Страна кроликов становится гораздо более сложным образованием, по сравнению с первоначальной стайкой запуганных и глупых животных.

Именно внутренняя реорганизация и позволяет системе малыми усилиями нейтрализовать любое внешнее воздействие в случае, если оно не направлено на пользу системе. Более совершенная структурная организация усиливает энергетический "круговорот". Данное качественное состояние является намного более выгодным, чем то, что осталось в прошлом.

Так вид по существу (пока ещё не по форме) оказывается на следующей, более высокой ступени эволюции, хотя, конечно, нужны некоторые дополнительные условия, чтобы это достижение закрепить. В частности, требуется импульс, который пустит систему в иное русло развития.

Важно подчеркнуть, что всё сказанное произошло исключительно из-за "приручения" видом обстоятельств и овладения средой. Именно потому, что вид "сделал" среду, он смог перейти на иной уровень организации. Без учёта данного факта причины перехода с уровня на уровень останутся навсегда неизвестными.

Не внешнее воздействие заставляет живые системы совершать качественные прыжки вверх, а мобилизация внутренних ресурсов, толчок которой, безусловно, даёт внешнее воздействие, - но в разной степени. Для низкоорганизованных систем толчок должен быть очень сильным (следствие случая), для высокоорганизованных - достаточно относительно слабого. Низкоорганизованные системы реагируют по принципу: раздражитель - ответ, у высокоорганизованных же реакция более сложная, малые события здесь могут вызвать к жизни огромные скрытые силы, позволяющие решить проблему неординарно.

Биология обычно изучает внешние признаки. Но в том-то и дело, что система в данном случае приобрела внутренние признаки. Они, как правило, остаются незаметными для наблюдателя. И поэтому ускользают от изучения, хотя именно благодаря им - только благодаря им! - происходят качественные скачки по уровневой шкале:

 []

Что происходит дальше? В принципе повторяется цикл, рассмотренный в предыдущем разделе, - с той разницей, что события теперь будут развиваться на уровне более высокого порядка. Среда с течением времени вновь станет неблагоприятной для обновлённой популяции, но само по себе это не приведёт к утрате выработанных типов связей и передачи информации в системе, т.е. принципы усложнённой структурной организации останутся неизменными, поскольку благодаря им вид занял более выгодную, с энергетической точки зрения, уровневую нишу. Теперь меняется даже само понятие неблагоприятной среды. То, что считалось неблагоприятным когда-то, ныне не может рассматриваться в этом качестве - вид научился справляться с проблемами более низкого порядка. В новых условиях вид со временем может столкнуться с качественно иными препятствиями и качественно иными врагами - уже одного с собой уровня, т.е. теми, кто ранее был настолько велик и мощен, что не представлял угрозы для "козявок".

Вид может терять позиции (находясь уже на очередной эволюционной ступеньке), т.е. постепенно переходить с высших подуровней на низшие: 1 => 0,5 => 0. При этом он подчиняется обычным закономерностям - чем ниже подуровень, тем больше разлад между составными частями системы, и прежнее единство начинает исчезать. Соответственно увеличивается интенсивность естественного отбора - в новых условиях! - и вид приходит к необходимости изменения своего физического облика, фенотипа.

Какие же изменения последуют первыми? Их нетрудно предсказать. Первым делом исчезнут некоторые внешние признаки, оставшиеся в наследство от тех лет, когда вид ещё не был господствующим, и которые когда-то были нужны для решения комплекса проблем более низкого порядка.

Допустим, ещё находясь на предыдущей ступени развития, вид в ходе естественного отбора выработал некий защитный механизм - достаточно частный и отвечающий тогдашним потребностям. Это позволило виду не только выжить, но и сделать скачок к подуровню 1 с последующим закреплением модели 1 и выходом в надсистему. В результате вид начал менять среду, подстраивая её под себя. Покорились вчерашние враги, изменились обстоятельства - и в этих условиях бывший когда-то защитным механизм утратил свои функции, более того, стал обузой. Возврата к прошлому отныне нет - ибо среда, благодаря виду, стала иной, возвращаться некуда. Т.е. имеющийся аппарат (свойство, орган) никогда более не будет затребован. Пока вид занимает устойчивые позиции в новой уровневой нише, этот, лишний теперь, аппарат играет нейтральную роль - он ещё не начал по-настоящему мешать. Но вот вид сдаёт позиции, - и теперь от всяких прежних механизмов нужно избавляться.

При первых же ароморфозах произойдёт утрата пережитка (в случае, если он действительно мешает). И вот что характерно - он будет утрачен параллельно всеми локальными, региональными ветвями данной живой системы, потому что он почти в одинаковой степени не нужен никому.

Напомним, перед ароморфозом популяция постепенно дробится, распадается. Это значит, что от вида остаются только отдельные группки, мало связанные между собой. Они могут находиться на значительных расстояниях друг от друга. Единственное, что их объединяет, - мешающий биологический механизм, оставшийся от прошлой волны и делающий данную живую систему уязвимой. Следовательно, даже идя в дальнейшем своими самостоятельными [генетическими] путями, каждая группка найдёт одинаковое [генетическое] решение в отношении своего самого слабого места.

Так в эволюции возникает параллелизм.

Заметим, что изменённые внешние признаки обычно приобретаются особями индивидуально, и именно от пары мутантов может произойти впоследствии новый биологический вид. Но утрачиваются ставшие ненужными признаки сразу у всех ответвлений вида (возможных будущих протовидов). Отсюда выводим закон ротации признаков: новые признаки приобретаются индивидуально, устаревшие признаки утрачиваются коллективно.

Такое происходит лишь при переходе живого с одного уровня на другой, более высокий. При продвижении по горизонтали - в пределах одного уровня - утрата, по логике, не является обязательной, напротив, имеющиеся признаки становятся ещё более функциональными, развитыми, "навороченными", поскольку изощряется и окружающая среда (она покуда является непокорённой).

В законе ротации признаков мы видим соотношение случайного и закономерного. Поясним на примере: если вы что-либо нашли на дороге (в разовом порядке), то можно говорить о случайности. Но если вы выбросили ставшую ненужной вещь, то это - закономерность. Утрата изжитого всегда закономерна. Биологические виды сначала избавляются от обузы, и лишь потом, исчерпав все прочие возможности, начинают экспериментировать с новыми приспособлениями, которые позволят лучше приспосабливаться к среде.

Между тем, традиционный взгляд на вещи не делает разграничений между утратой и приобретением - и то, и другое, в общем, рассматриваются в куче, линейно:

 []

Предполагается, что в ходе ароморфозов что-то убудет, что-то прибудет и - вот уже появляется новый, изменённый генетический тип. Когда что-то начнёт мешать, оно будет убрано природой, когда что-то понадобится - оно будет добавлено и т.д. Т.е. составные части организма как бы замещаются по мере надобности. Но природа вовсе не говорит на языке замещения. Она говорит на языке уровней.

Смешивание в одно утраты (закономерного) и приобретения (случайного) по сути приводит к смешению закономерного и случайного вообще и в итоге дезориентирует исследователей, затрудняет упорядочение наших знаний о мире. Вместо упорядоченности, системности мы имеем "кашу", хаос:

 []

В этом, по-видимому, слабость линейного подхода.

Общая картина

Теперь, когда в принципе понятны механизмы продвижения живых систем по горизонтали и по вертикали, попробуем объединить их в целое:

 []

На нижнем этаже происходят постоянные эволюционные скачки; длина волн невелика, процессы протекают достаточно стихийно, спонтанно, направление эволюции случайно. В основе всего, что происходит, - самоорганизация.

Некоторым системам удаётся перейти на уровни более высокого порядка. Точнее, все системы стремятся перейти в более выгодный энергетический режим и соответственно в более выгодные энергетические условия, с усложнением организации, повышением интенсивности обмена веществ, ускорением энергетического "круговорота"; но не всем это удаётся. Самоорганизация у "счастливчиков" поставлена лучше, потому что она менее стихийна, и в ней прослеживаются элементы управления и контроля [см. первую статью "Жизнь в свете уровневого подхода"].

Наконец, системы, выработавшие в себе свойство однозначно управлять процессом самоорганизации, целенаправленно регулировать собственную систему, упорядочивают эволюцию и отчасти направляют её в нужное им русло. Длина волны у них достаточно велика. Являясь иерархически господствующими, данные системы фактически ставят в зависимость от себя практически все живые системы, расположенные на нижних уровнях. Однако верно и то, что сказанное не означает "устранение" нижних систем, их ликвидацию в ходе соперничества; фактически речь идёт о симбиозе, руководстве всеми системами для их объединения в нечто единое и взаимосвязанное.

Общая закономерность здесь проглядывается достаточно ясно: на самых нижних уровнях системы существуют, как правило, сами по себе, часто они не связаны друг с другом и практически не зависят друг от друга (но все зависят от внешних обстоятельств). На средних уровнях (50:50) системы, расширяясь, начинают борьбу за сферы влияния и жизненное пространство, вступают в противоборство друг с другом, стремятся одна другую подчинить или вытеснить; в этих условиях зависимость от внешних обстоятельств несколько ослабляется, поскольку системы частично учатся регулировать самих себя. На высших уровнях системы, фактически овладевая миром, предпочитают не делить имеемое, а разумно организовать "круговорот" снизу доверху, органично вовлечь в него все заинтересованные стороны - от малых до больших. Именно это позволяет наиболее рационально распорядиться энергией и удовлетворяет условиям оптимального энергетического режима (т.е. соответствует наиболее высоким уровням).

Возвращаясь к анализу указанного графика, нужно иметь в виду разрыв его во времени. Так, на начальном этапе существования жизни на Земле для живого были характерны только нижние этажи, т.е. средние и верхние пока не появились. На следующих этапах к нижним добавилась надстройка, которую на графике мы (с более поздних позиций) воспринимаем как промежуточный этаж. И уже в сравнительно недавнее время вся "постройка" увенчалась верхним этажом. В результате общий уровень системы как таковой, или макросистемы, - определим её как среднее значение от числа и "массы" всех компонентов, включая микро- и мезосистемы нижних и верхних этажей, - постепенно вырос. Живые системы планеты Земля миллиард лет назад, сто миллионов лет назад и сегодня - это системы разных уровней:

 []

С другой точки зрения, мы можем воспринимать промежуточный этаж (уровень 50:50) как зону равновесия, продолжавшуюся достаточно долгое время. Если так, то отклонения в сторону 0 и в сторону 1 нужно признать неравновесными состояниями. Отсюда: в настоящее время живое Земли пребывает в неравновесном состоянии.

Проиллюстрируем сказанное выдержкой из очень показательной, обобщающей статьи А.Маркова "Направленность эволюции":

"К числу важнейших закономерностей эволюции, наверное, следует отнести следующие три "правила":

1) Общая направленность от простого к сложному. Хотя до сих пор сохранились и процветают такие примитивные формы жизни, как бактерии, тем не менее нельзя отрицать, что в биосфере идет постепенное появление и накопление все более сложных организмов. Часто усложнение организации оказывается очень выгодным, потому что ведет к повышению энергетики и интенсивности обмена веществ, а ведь в биологической эволюции, как и в химической, побеждает тот "круговорот", который крутится быстрее. Это позволяет более сложным организмам занимать господствующее положение в сообществах, оттесняя примитивных предков в менее привлекательные ниши. Именно поэтому облик биосферы определяется в основном высокоорганизованными животными и растениями (и это несмотря на то, что и по численности, и по массе, бактерии их явно превосходят).

2) Рост устойчивости и приспособляемости живых систем. Все эволюционные линии, дожившие до наших дней, в ходе своего развития прошли через горнило множества экологических кризисов, катастроф и массовых вымираний. Те группы, которые не могли быстро приспосабливаться к меняющимся условиям, в большинстве своем давно уже повымирали. Устойчивые, пластичные линии постепенно накапливались в биосфере. Это видно, например, из того факта, что с течением времени средняя продолжительность существования видов и родов неуклонно росла. Поэтому в наши дни биосферу населяют самые устойчивые и пластичные формы жизни из всех, когда-либо существовавших.

3) Рост эффективности и безотходности биогеохимического круговорота. С ростом сложности и совершенства организмов и их сообществ неизбежно растет и эффективность глобального круговорота веществ, в котором биосфера играет важнейшую роль, и который определяет "лицо" нашей планеты. Например, самое сложное и совершенное из современных сообществ - тропический дождевой лес - не только чрезвычайно быстро "прокручивает" через себя огромные количества вещества и энергии, но и практически не производит никаких отходов. Там не образуется даже "подстилка" из листьев и других отмерших частей растений - все это мгновенно перерабатывается и возвращается в круговорот. Совсем по-другому обстояло дело, например, в древних лесах каменноугольного периода, в которых из-за несовершенства структуры сообщества огромные массы отмершей древесины накапливались, образуя месторождения каменного угля - в результате столь необходимый для жизни углерод навсегда выводился из глобального круговорота. Рост "безотходности" заметен и в популяциях отдельных организмов. У высших растений и животных постепенно растет продолжительность жизни, снижается "детская смертность", развивается забота о потомстве, что позволяет, в свою очередь, снизить уровень рождаемости - то есть, фактически, производить меньше заведомо обреченных на гибель потомков. Это напоминает христианские идеи о грядущей "победе жизни над смертью" и наводит на мысли о том, что некоторые религиозные системы, по сути дела, выражают не что иное, как продолжение определенных тенденций биологической эволюции.

Все три названных закономерности отчетливо прослеживаются и в развитии человека и человеческого общества. Это позволяет говорить о преемственности и придает особый смысл и практическое значение эволюционным исследованиям.

Важно подчеркнуть, что из этой преемственности вовсе не следует никакого "социал-дарвинизма", и она вовсе не свидетельствует об "усилении борьбы за существование" и "естественного отбора" в обществе, как пытались доказать некоторые политические силы в первой половине 20-го века. Напротив, в трудах лучших современных эволюционистов подчеркивается неуклонное ослабление роли борьбы за существование и отбора в ходе эволюции, развитие более "гуманных" эволюционных стратегий, основанных на взаимопомощи и симбиозе и ведущих к росту пластичности и снижению всевозможных "потерь" и "отходов".

Наверное, самый главный из всех эволюционных законов - это постепенное отступление Смерти и Хаоса перед лицом развивающейся Жизни..." [4].

Итак, длина волны эволюции в настоящее время длиннее, чем раньше. Причём, говоря об изменении длины волны, мы обуславливаем это, в первую очередь, внутренними причинами, хотя в реальной действительности внешние причины тоже нельзя сбрасывать со счетов.

(О внешних причинах: в докладе "Уровневый подход к движению небесных тел" автор рассматривает механизм периодической смены геологических эпох с перестройкой климата, состава атмосферы, биологических условий и т.д., в увязке с геометрическими характеристиками планет. Так, при постепенном удалении от Солнца Земля приобретает большой спин, её радиус сокращается, а масса возрастет, и эволюция идёт в сторону уменьшения размеров живых существ; возможно потепление климата; как результат биомасса живого увеличивается, в атмосфере возрастает удельный вес СО2, что влияет на возникновение парникового эффекта. Скорость эволюции возрастает, живые формы быстро сменяют друг друга, продолжительность жизни в среднем невелика, и новые виды стремительно приходят на смену старым. При постепенном приближении Земли к Солнцу, наоборот, на планете возникает нечто вроде "ядерной зимы" - с сильным похолоданием, высоким уровнем радиоактивности, уменьшением защитного магнитного поля. Радиус Земли возрастает, а масса уменьшается, эволюция замедляется и идёт в сторону увеличения размеров живых существ, с большей продолжительностью их жизни, низкой сменяемостью живых форм. Число особей в целом меньше, биомасса невелика, и уровень СО2 в атмосфере понижается, что также способствует общему похолоданию; возможно, меньше становится насекомых и микроорганизмов. В свою очередь, приближение Земли к Солнцу или удаление от него зависит от массы, размеров и других характеристик самого Солнца, что обусловлено положением этой звезды на галактической орбите, - соответственно в апогалактии или перигалактии (18), и т.д. [1]).

Как ясно, чем выше уровень эволюционных процессов, тем меньше проявляется зависимость живого в целом от внешних причин и тем в большей степени направление и скорость эволюции зависят от внутреннего потенциала живых систем. Так, на сегодняшний день эволюция в целом достигла кажущегося совершенства, или она, по крайней мере, близка к нему. Это следует из относительного замедления скорости эволюции, не связанного непосредственно с астрономическими циклами (как хочется надеяться). Длина волны человеческого вида растягивается на достаточно длительный период, поскольку человек активно подстраивает под себя среду, и видимых причин для появления ароморфоза нет. Данный процесс, в свою очередь, до некоторой степени тормозит видообразование на всех прочих, нижних уровнях, по крайней мере, ставит его в зависимость не от естественных, природных причин. Нужно ли на этом основании сделать вывод о "конце эволюции"? Разумеется, нет, если мы будем исходить из возможности полного качественного преобразования всей живой системы планеты Земля с выходом её на принципиально иной уровень.

Если естественные ресурсы эволюции в основном исчерпаны, то им на смену закономерно приходит искусственное воздействие на природные процессы. Т.е. направление эволюции станет со временем всё более и более планомерным, взвешенным. По-видимому, человеческий вид сам по себе, естественным биологическим путём больше не изменится (если не брать во внимание нивелирование расовых различий, т.е. подстройку организмов). Но это не мешает ему создать качественно иной тип разумного и действующего существа с помощью тех биотехнологий, которые сегодня делают первые шаги и в силу этого пока не получили "официального одобрения" большинства человечества, - имеются в виду генная инженерия, клонирование и т.п. Наивно полагать, что сложившийся фенотип человека навечно останется застывшим.

Соответственно придёт время и более активного вмешательства в "дела" низкоорганизованных живых форм с целью их "подтягивания" и включения в живое новообразование планеты. Что выйдет в результате, - узнаем не мы, а потомки. Но это будет что-то интересное.

Литература:

1. О.Я.Бондаренко. Уровневая физика. Что это? Бишкек: Салам, 2005. Также: Мембрана (он-лайновый журнал): http://www.membrana.ru/articles/readers/2002/11/12/203400.html.

2. Р.Л.Хаббард. Дианетика: современная наука душевного здоровья. М.: Нью-Эра.

3. Википедия (он-лайновая энциклопедия). Статья о естественном отборе: http://ru.wikipedia.org/wiki/Естественный_отбор.

4. Марков А. Направленность эволюции. На сайте "Проблемы эволюции": http://macroevolution.narod.ru/determinizm.htm.

5. Барбараш А.Н. Природа дискретности биологической эволюции. На сайте Научно-технической библиотеки России: http://www.sciteclibrary.ru/rus/catalog/pages/7380.html.

6. Альберто Флорес ДґАрке. В каждом из нас есть капля "черной" крови. На сайте "Инопресса": http://www.inopressa.ru/repubblica/2006/02/27/12:39:56/genom.

7. Мелисса Ли Филипс. За последние 15 тысяч лет у человека появились новые гены. На сайте "Инопресса": http://www.inopressa.ru/newscientist/2006/03/07/16:50:10/evolution.

Примечания:

(1) Здесь автор исходит из классического определения системы, данного П.К.Анохиным, - это есть комплекс избирательно вовлеченных компонентов, у которых взаимодействие и взаимоотношения принимают характер взаимосодействия на получение полезного результата.

(2) Здесь мы не будем затрагивать религиозный аспект его работ.

(3) Уровневая прогностика допускает ситуацию дробления ядер, когда в системе (человеческом обществе, например) может быть не одно, а сразу два ядра - в срединных областях уровневой шкалы (50:50). Но для упрощения примера эта ситуация специально не рассматривается.

(4) Либо: экстенсивность отбора для одного ядра - интенсивность отбора для другого ядра (см. в увязке с предыдущей сноской).

(5) Норма в данном случае определяется по большинству (количественный аспект), поэтому, наверное, правильнее говорить: "отклонение от стандарта". Уровневый подход, в отличие от линейного, может рассматривать норму с качественных позиций (т.е. норма есть не большее, а лучшее, оптимальное; на уровнем графике норма обозначается пометкой opt - см.).

(6) Достижение 1 означает, что система перешла из равновесного состояния в неравновесное (высшее), и у неё появляется возможность выхода на следующий качественный уровень. Подобнее в след. разделе.

(7) Ароморфоз - процесс появления новых качеств организмов, как правило, скачкообразный.

(8) Таксон, таксономическая единица - в биологии - группа организмов, связанных той или иной степенью общности.

(9) Рецессивный признак - тот из родительских признаков, который не развивается у потомства первого поколения, является подавленным, в противоположность развитому, преобладающему признаку - доминантному. То же для рецессивного и доминантного генов.

(10) Сказанное здесь в какой-то степени противоречит абзацу, предшествующему началу цитаты (о распаде популяций и кровном родстве всех оставшихся ее членов). Но противоречие устраняется при одном допущении: чем меньше численность популяции, тем сильнее генетические изменения - при малом наборе разных сочетаний изменённых генов, и, наоборот, при относительно большой численности популяции генетические изменения в целом менее сильны, хотя набор разных сочетаний изменённых генов больше. Это допущение здесь не может быть доказано и выведено автором интуитивно. Оно не обязательно.

(11) Аллели - различные формы одного и того же гена, расположенные в одинаковых участках парных хромосом; определяют варианты развития одного и того же признака. Если два аллеля одинаковые, то индивидуум является гомозиготным для такого гена; если различные - то гетерозиготным.

(12) Фенотип - совокупность всех внутренних и внешних признаков и свойств особи, ее "лицо".

(13) А.Барбараш, автор приведенного отрывка, писал мне, автору данной статьи, об особой волне критики в отношении его работ (в частности о нескольких критических замечаниях, опубликованных в сборнике докладов на Любищевских чтениях 2004 года). Статью о дискретности эволюции критиковали не за какие-то неправильности предложенной модели процесса, а якобы за отход от дарвинизма; в действительности же представители академических кругов таким образом выражали неприятие нестандартного подхода к моделированию.

(14) Следует разделять естественную (природную) и искусственную (спровоцированную) мутации, и уровневый подход делает между ними различие. Польза от естественной мутации ощущается при анализе большого числа случаев, а не каждого единичного; о пользе от большого числа искусственных мутаций говорить преждевременно без комплексного изучения обстановки.

(15) Традиционный линейный взгляд на вещи исходит из того, что любое кровосмешение всегда вредно. При этом не учитывается волнообразность процессов, например жизненный цикл биологического вида, который, с уровневой точки зрения, образует волну (это допущение принимается также волновой генетикой и уровневой теорией работы хромосом). С данной позиции, кровосмешение вредно в середине и конце цикла, но в начальной фазе польза превышает вред.

(16) Неравновесное значит асимметричное, с нарушением симметрии (равновесия), когда преобладающим становится один компонент системы, а остальные компоненты, чтобы выжить, подстраиваются под обстоятельства. В итоге получаем систему нового образца, с изменённым структурным соотношением. Дальнейший энергетический импульс пускает систему в иное русло развития.

(17) На самом деле кролики являются продуктом селективной деятельности человека, и в этом смысле они - негодный генетический материал, с точки зрения естественной природной эволюции.

(18) Для Луны по отношению к Земле - апогей и перигей, для Земли по отношению к Солнцу - афелий и перигелий, для Солнца по отношению к центру масс Галактики - апогалактия и перигалактия.


 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"