# Война на Севере (Главы 8-10 черновик)

Александр Иванович Бондарев

Бондарев Александр Иванович


Война на Севере


## Глава 8


После выхода из кабинета Командующего, Колчин дал указание, что через час на "Двине" проведёт совещание, на котором помимо Гурина и Симонова, Богданова прибыли и командиры других кораблей эскадры, которые будут выходить на сопровождение.

Через час в кают-компании крейсера собрались Гурин, Симонов, Богданов, Пастухов, Рудаков, Кручинин, Андреев.

До всех собравшихся командиров, Колчин довёл в первую очередь, что 11 декабря из Полярного выходит отряд кораблей, а точнее эскадра в составе лёгкого крейсера "Двина", эсминцев "Урицкий", "Валериан Куйбышев", "Печора", "Томь", боевая задача эскадры, у острова Медвежий встретить арктический конвой PQ-6 привести его в Архангельск. После этого эскадра уходит в Полярный. Обратно арктический конвой в конце месяца будет сопровождать вновь сформированная эскадра Беломорской флотилии.

На что, все сидящие понимающе закивали головой, уже все знали, что для Беломорской флотилии сформирована и укомплектовывается отдельная эскадра из шести вымпелов.

По конвою PQ-6, - продолжил Колчин, - арктический конвой PQ-6 состоит из 8 грузовых судов, до острова Медвежий его будут сопровождать военные корабли союзников. По самому сопровождению конвоя, как вы понимаете, уже идёт полярная ночь, условия сопровождения будут не очень хорошие, в первую очередь погодные условия. Но что имеем, то имеем.

- На судах конвоя так нужная советскому союзу военная техника и другие стратегические грузы из Канады, США и Великобритании, поэтому качественная без происшествий проводка судов - приоритет. Особое внимание уделить сигнальщикам, и чаще проверять ну и лелеять их, это боцманам, пусть возьмут на особый контроль.

- Командирам дивизионов и эсминцев на особый контроль комплектация кораблей медиками и всем необходимым по медицинской части, лично проверить, чтобы были средства от отморожения.

- До выхода всего неделя, поэтому тренировки экипажей не прекращать, это касается в первую очередь вновь зачисленных кораблей, особенно зенитные подразделения. Провести все плановые технические обслуживания техники, вооружения, механизмов кораблей. Для этого в полной мере привлекать не только командирский состав, а и политработников всех уровней.

- Какие будут вопросы? - Колчин посмотрел на сидящих за столом.

- Стрельбы бы устроить из главного калибра, - тут же попросил Богданов, командир лёгкого крейсера "Двина".

- Пока нет, думаю, за зиму стрелять будем мало, - ещё раз обведя взглядом сидящих, Колчин продолжил, - вы же понимаете, что боеприпасы у нас на кораблях не бесконечны, один-три хороших морских боя, они закончатся, а где брать их? Сейчас и так интенданты с ног сбились, пытаются найти на все вступившие в строй корабли боеприпасы, а на два десятка кораблей такого класса их нужно не много, а очень, очень много.

На этом совещание у Командующего лёгкими силами флота закончилось.

А с утра весь командный состав и экипажи "Лёгких сил флота", особенно 2-го дивизиона и лёгкого крейсера "Двина", впрягся в обучение по своим специальностям, понимая, что они могут принять участие в боевых действиях, в любой момент. Эти слова были подтверждены через несколько дней, а точнее 8 декабря в 13.00, как раз во время обеда. Авиация немцев сделала налёт на базу флота в Полярном. Атакам подверглись военные корабли стоящие там у пирсов. На этот раз хоть и с небольшим опозданием их встретило только зенитных автоматов (малокалиберных зенитных спаренных орудий 25-мм оснащённых пламегасителем) 230 штук, кроме того сюда же подключились и зенитные орудия установленные на линкорах и тяжёлых крейсерах, а тех было более 30. Помимо этого стреляли и другие зенитные средства, установленные на кораблях охраны водного района главной базы. 58 отдельный зенитный артиллерийский дивизион ПВО который, прикрывал базу флота, среагировал на налёт один из первых.

Немцы после налёта недосчитались шести самолётов бомбардировочной авиации, кроме того нормально уйти за линию фронта им не дали и подоспевшие самолёты 72-го смешанного авиационного полка, которые прикрывали главную базу флота.

Но вот, наконец и наступило утро 11 декабря, эскортная эскадра покинула не только главную базу флота но пройдя в сопровождении тральщика вышла из Кольского залива и на скорости 25 узлов, пошла в сторону острова Медвежий. На борту лидера эскадры, лёгкого крейсера "Двина" находился контр-адмирал Колчин, там же находился и представитель НКВД капитан Уськов.

Вообще, этот выход, не принёс ни каких неожиданностей, неподалёку от острова Медвежий, как и ожидалось 13 декабря, состоялась встреча арктического конвоя PQ-6 и эскадры сопровождения из Полярного.

Все 8 транспортов были переданы под охрану советской стороне старшим конвоя командиром крейсера "Эдинбург". Помимо крейсера "Эдинбург" арктический конвой сопровождали два эсминца, два тральщика и два вооружённых траулера. Все 8 транспортов и прибыли в Архангельск под охраной эскортной эскадры 20 декабря. За время следования никаких нападений на арктический конвой не было.

Тут можно добавить что сложившаяся в 1941 году на внешних коммуникациях обстановка не вызывала беспокойства за судьбу конвоев. Германский план "Барбаросса" планировал разгром Советского Союза в скоротечной компании и в основном силами сухопутных войск и авиации. Именно поэтому германское командование ВМФ не рассматривало Заполярье, как район возможного приложения своих усилий. Немцы не предпринимали никаких мер по нарушению внешних коммуникаций и потерь в арктических конвоях, периода 1941 года не было.

Тем не менее, информация о появлении на Северном театре военных действий, большого количества боевых кораблей вошедших в состав Северного флота Советского Союза, германскому командованию ВМФ на Севере стала поступать уже в конце декабря 1941 года.

В конце 1941 - начале 1942 года ситуация на Севере начала меняться. Гитлер не верил в то, что немецкий флот может достичь решающих целей войны на Западе против Великобритании, именно поэтому, он решил в начале 1942 года использовать ядро крупных надводных кораблей, а так же значительные силы подводного флота и авиации для достижения победы на Востоке. Чтобы прервать морские сообщения между Советским Союзом и Великобританией, а также, предотвращения возможной высадки десанта в Северную Норвегию, в январе-феврале 1942 г. в район Тронхейма были перебазированы линейный корабль "Тирпиц", тяжелые крейсеры "Адмирал Шеер", "Лютцов", "Хиппер", легкий крейсер "Кельн", 5 эсминцев и 14 подводных лодок. Для обеспечения этих кораблей, а также для защиты своих коммуникаций немцы сосредоточили здесь значительное число тральщиков, сторожевых кораблей, катеров и различных вспомогательных судов. Численность 5-го воздушного флота Германии, базировавшегося в Норвегии и Финляндии, к весне 1942 г. увеличилась до 500 самолетов.

Эскадра под управлением контр-адмирала Колчина 21 декабря вышла из Архангельска в главную базу флота Полярный.

Немного остановлюсь поподробнее на том, что за это время случилось в самом Полярном. 17 декабря в штаб флота поступила информация, о том, что на тральщики, производившие траление Беломорского фарватера, было совершено нападение отряда кораблей противника.

Сделать это могли, только корабли 8 флотилии эсминцев кригсмарине, место базирования которых был порт Киркенеса. Об этом на совещании Командующего флота сообщил начальник разведотдела штаба СФ Визгин. Там же 17 числа было принято решение, что на перехват немецких эсминцев выйдут из базы две группы кораблей СФ.

Первую группу кораблей возглавит Командующий эскадрой СФ контр-адмирал Зозуля, в неё войдут тяжёлый крейсер "Кама", эсминцы "Сокрушительный" и "Грозный".

Вторую группу кораблей возглавит командир 2-й дивизии СФ капитан 1-го ранга Платонов, в неё войдут тяжёлый крейсер "Обь", эсминцы "Гремящий" и "Громкий".

Командование флота посчитало, что эсминцы 2-го дивизиона ещё не готовы к выходу.

Для перехвата кораблей противника было принято решение, что обе группы действуют автономно друг от друга, для большей вероятности, что немцы будут перехвачены. Для первой группы место перехвата было определено Баренцево море в 50 милях от мыса Кекурский полуострова Рыбачий, второй группе местом перехвата немецких эсминцев определили Баренцево море 50 миль от мыса Калуш, так же полуострова Рыбачий.

Выход кораблей групп состоялся в тот же день, при этом основной упор делался на разведывательные самолёты, которые входили в состав авиагрупп тяжёлых крейсеров.

Как это ни странно, но отряд немецких эсминцев, был обнаружен 18 декабря утром двух местным самолётом разведчиком, запушенный катапультой с тяжёлого крейсера 'Кама'. Об обнаружении группы кораблей в составе трёх эсминцев всего в 30 милях, севернее группы перехвата. Немецкие эсминцы шли экономичным 19 узловым ходом в сторону своей базы, в порт Киркенес (уже после боя было выяснено, что это были эсминцы Z-20 'Карл Гальстер', Z-23, Z-25). Небольшая ремарка. Я как автор прекрасно знаю, что в тот момент от 8-ой флотилии эскадренных миноносцев там должны быть эсминцы Z-24, Z-25, Z-26. Но по сюжету книги, я внёс небольшие поправки поменяв два эсминца, для более динамичного развития в книге. Эти два эсминца так же состояли в составе 8-ой флотилии эскадренных миноносцев Кригсмарине и на тот момент так же находились на севере Норвегии. Для корректировки огня, был поднят в воздух трёх местный самолёт разведчик, по возможности он же должен был отслеживать передвижение немецких кораблей, а контр-адмирал Зозуля объявив боевую тревогу по кораблям группы, пошёл на перехват немецкого отряда. Для немцев было полной неожиданностью встретить в этих водах тяжёлый крейсер противника, в сопровождении эсминцев. Первым начал стрелять тяжёлый крейсер 'Кама', чуть довернув вправо, перекрывая курс немцев и в полной мере используя свой основной козырь - свои пять артиллерийских башен, к стрельбе так же подключились и два спаренных 127-мм зенитных орудия борта. Немцы же понимая, что основной противник на настоящий момент, есть тяжёлый крейсер, сосредоточили огонь всей корабельной артиллерии на нём. Всё же скорострельность у их орудий была вдвое выше, чем у 'Камы', на что последняя компенсировала в два раза большим количеством стволов своих башен. Со стороны немцев стреляло 12 орудий 150-мм (а если точнее, то реальный калибр равнялся 149,1-мм с длинной ствола 48 калибров). Со стороны группы контр-адмирала Зозули стреляло 10 орудий калибром 203-мм, 2 спаренных орудия калибром 127-мм, к этому свой голос добавили и 130-мм орудия двух эсминцев, стрелявших в полигонных условиях, т.е. необстреливаемые, и имеющие такую же скорострельность что и у немцев. Попадания шли с обеих сторон, но если тяжёлый крейсер 'Кама', держал удар, в него попало в общей сложности двенадцать снарядов, немцам же в ответ досталось одиннадцать. Но в этот раз большую роль сыграло не количество, а качество. Ещё ранее Зозуля приказал обстреливать всех противников, поэтому эсминцы 'Сокрушительный' и 'Грозный', не встречая сопротивления, обстреливали немецкие эсминцы Z-25 и Z-23 соответственно, а сам 'Кама' стрелял в Z-20 'Карл Гальстер'. Если в Z-25 попало всего лишь три снаряда 130-мм, а в Z-23 всего шесть, при этом они сохранили свои мореходные качества, то в Z-20 'Карл Гальстер' было всего лишь два попадания, но каких - калибр 203-мм. Эти снаряды имели массу 125,8 килограмм и начальную скорость 840 м/с. Первый снаряд попал точно боевую рубку корабля, уничтожив её полностью, со всеми кто там находился, а вот второй снаряд попал в левый борт в районе мачты и первой дымовой трубы, разрыв снаряда произошёл внутри эсминца разворотив борт, в том числе и ниже ватерлинии, вызвав помимо всего взрыв двух котлов находящихся в одном из трёх котельных отделений, после чего эсминец начал заваливаться на левый борт, теряя свой ход. - Неон Васильевич, - не опуская бинокля от глаз, произнёс Зозуля, - перенесите огонь на следующий эсминец, этому уже достаточно, он ни куда не уйдёт. - Согласен, - опустив бинокль, сказал командир 'Камы', снял трубку телефона, приказал, - перенести огонь артиллерии на следующий эсминец, этому хватит, добиваем остальных. Вторым по счёту оказался Z-23, который хоть и держался, всё ещё имея полный ход, но уже не мог стрелять из носовой башни, в которую было попадание. В это время немецкие эсминцы уже набрали полный ход, забирая правее стараясь оторваться от столь мощного корабля как 'Кама'. Но и 'Кама' давно шла полным ходом, хоть и разница между ними была всего лишь в один узел в пользу немецких эсминцев, но и немецкие корабли оставались всё ещё достаточное количество времени под обстрелом тяжёлого крейсера. Как итог в эсминец Z-23, на котором был сосредоточен огонь 'Камы', прямо в корму попал-таки тяжёлый снаряд, сбавив его ход, до несерьёзных 20 узлов. На нём же сосредоточили огонь и эсминцы 'Сокрушительный' и 'Грозный'. Командир же Z-25 корветтен-капитан Гейнц Петерс, понимал, что если в него попадёт хоть один снаряд с тяжёлого крейсера, то ему может и хватить, поэтому маневрируя кораблём, он приказал в машинное отделение, чтобы они выдали весь ход, на который был способен их корабль. Z-25, удалось улизнуть от двух русских эсминцев, здесь скорее всего было везение и большой опыт их командира корветтен-капитана Гейнца Петерса, хотя эсминцы русских и имели чуть больший ход, да и полярная ночь не располагала к хорошей видимости даже днём. Потеря времени дала фору Z-25, пока русские эсминцы не пошли за ним в догон. 'Кама' несколькими залпами своих башен справилась с потоплением эсминца Z-23, поднаторевшие артиллеристы попали в него четырьмя снарядами, что вполне хватило тому быстро затонуть.

Застопорив ход, на борт крейсера был поднят самолёт разведчик, и через двадцать минут дождавшись два эсминца, группа кораблей СФ, экономичным ходом взяла направление на базу флота.

Для "Камы" бой не прошёл лёгко, крейсер потерял два спаренный 25-мм зенитных автомата у задней дымовой трубы, саму трубу сбило почти на половину, заклинило вторую носовую башню, от близкого разрыва, один из снарядов вывел из строя катапульту левого борта, уничтожен один из трёх моторных катеров прямым попаданием, а последний снаряд, напрочь вынес одно из 120-мм орудий левого борта, вместе с орудием погиб и весь расчёт орудия. Кроме того ещё несколько попаданий, броня крейсера выдержала. За бой на тяжёлом крейсере погибло 27 человек и ещё около 20 человек имели ранения средней и тяжёлой степени.

Зозуля видел, что докладывающий ему командир крейсера Антонов, очень переживает по поводу таких больших потерь личного состава экипажа и нанесённых повреждениях крейсеру.

- Это война Неон Васильевич, - смотря командиру крейсера в глаза, произнёс Зозуля, - и победа такой ценой для нас оправдана. Крейсер приведём в порядок, раненые вылечатся и снова будут в строю, а убитым пусть земля будет пухом.

- Кстати уточните повреждения и потери на эсминцах, - добавил он, - а так же о расходе боеприпасов. Нужно будет отправить шифровку в штаб флота о бое с немцами.

23 декабря эскадра возглавляемая контр-адмиралом Колчиным находилась на подходе к острову Кильдин.

- Николай Иванович, - обратился Колчин к командиру "Двины", - передайте на "Урицкий", Виктору Васильевичу, впереди Губа Медвежья, пусть он её проверит.

Пока командир "Двины" ставил задачу радистам по внутреннему телефону, находившийся тут же Уськов, встрепенувшись, переспросил, - вас что-то беспокоит Павел Иванович?

Пожав плечами Колчин ответил, - да, в общем-то, нет это просто так на всякий случай.

Набравший ход до 32 узлов эсминец "Урицкий" пошёл вперёд забирая вправо, через десять минут по телефону поступил доклад от радистов крейсера, - Губа Медвежья проверена сигнальщики с эсминца никого визуально не наблюдают.

- Пусть пройдут вперёд за мыс Чеврай и посмотрят, что там, в проливе твориться, - задумчиво смотря на карту штурмана, отдал указание для эсминца "Урицкий" Колчин. Кивнув головой, что понял Богданов, вновь отдал указание радистам, находившимся на линии связи для передачи на эсминец.

Поступивший доклад с "Урицкого", за мысом Чеврай чисто, никого нет. На что Колчин отдал указание для "Урицкого", чтобы тот занимал своё место в колонне эсминцев, следующих за лидером.

По истечении 7 часов, на горизонте появился мыс Быка, оконечность острова Кильдин, после которого начиналась акватория Кильдинского плеса.

- Николай Иванович, - отдал очередное распоряжение командиру "Двины" - пусть сигнальщики будут повнимательнее, не очень хорошее место, да и увеличьте ход до 30 узлов, постараемся быстрее проскочить пролив Кильдинской сальмы.

На удивление и пролив эскадра, проскочила, ничего не заметив.

- Может опять что-то будет за мысом Чёрный, - подумал Колчин, поглядывая на всё более возбуждающегося капитана Уськова. У того по мере приближения к главной базе всё больше и больше, начинали светится блеском какого-то азарта глаза.

- Николай Иванович, - смотря на капитана НКВД и сам, начиная нервничать, проговорил Колчин, - отправьте ка вперёд опять "Урицкий", пусть проверит что там за мысом Чёрный.

- Есть, - ответил Богданов и снял трубку телефона.

Через несколько минут эсминец "Урицкий" увеличив ход до тех же 32 узлов, пошёл опят в отрыв, обгоняя лидера эскадры, пройдя вперёд, на пять кабельтов, резко сделал поворот вправо.

- Что это с ним? - подумал Колчин, подымая бинокль, эсминец же увеличил ход до полного, понёсся в сторону небольшого безымянного залива находящегося впереди.

Сняв трубку зазвонившего телефона, выслушав сообщение командир "Двины" доложил, глядя на Колчина, - у берега на якорях стоит группа боевых кораблей, как минимум два тяжёлых крейсера.

Колчин тут же выскочил на мостик крейсера, чтобы самому увидеть, что там твориться в безымянном заливе, уже открывая дверь на мостик, услышал радостное восклицание со стороны Уськова, - есть, наконец-то.

По мере хода крейсера контр-адмиралу открывался небольшой залив, где на якорях стояла группа кораблей.

- Группа кораблей около берега, на якорях, - тут же ударил голос сигнальщика, - два корабля тяжёлые крейсера тип наша "Обь", один лёгкий крейсер похож на нас, но с тремя дымовыми трубами, три эсминца тип "Печора", три транспорта, один из них гидротранспорт на его борту стоят самолёты.

Сзади выскочивший капитан Уськов не срывал радости, - есть последняя партия, и гидроавианосец есть.

Колчин, косо посмотрел на возбуждённого Уськова, не скажет ли чего ещё, потом перевёл взгляд на командира "Двины", приказал ему, - Николай Иванович, отправьте от моего имени шифровку в штаб флота, что обнаружена группа кораблей под флагами японского военно-морского флота девять вымпелов. Два тяжёлых крейсера типа "Обь", один лёгкий крейсер тип "Двина", три эсминца тип "Печора", один гидроавианосец, два транспорта. Место обнаружения между мысом Чёрный и проливом Кильдинская сальма.

- Есть, - коротко ответил Богданов, отправляясь в рубку крейсера, чтобы дать указание для радистов на передачу шифровки.

Подумав немного, Колчин сам зашёл в рубку и отдал дополнительное указание для командиров эсминцев, - эсминцы "Печора" и "Томь" подходят к одному из эсминцев и высаживают по полсотни экипажа для запуска эсминцев и зенитного прикрытия. С эсминцев "Урицкий", "Валериан Куйбышев" высаживают партии тоже по полсотни человек экипажа временно на тяжёлые крейсера, а вы Николай Иванович, подходите к лёгкому крейсеру, по крайней мере, ваши там быстрее всего разберутся. На всех кораблях сразу же менять флаги на наши военно-морские, пусть берут резервные. После высадки десанта из экипажа, все эсминцы эскадры встают на охрану стоящих кораблей.

Как раз к моменту отхода от лёгкого крейсера, из базы флота пришла шифровка, что в нашу сторону через полчаса, с базы флота будут выходить эсминцы 1-го дивизиона: "Грозный", "Гремящий", "Громкий", под общим руководством начальника штаба флота контр-адмирала Кучерова. На борту эсминцев будут находится, частично экипажи с тяжёлых крейсеров "Обь", "Енисей", эсминцев 2-го дивизиона "Анадырь", "Иртыш", "Висла", а так же 150 человек из резервных экипажей флота.

- Ну что ж, пока прибудут эсминцы 1-го дивизиона, посмотрим, что это за гидроавианосец, и с чем его едят, а так же на эти странные транспорты, - Колчин задумчиво посмотрел в сторону Уськова и Богданова. На что Уськов безразлично пожал плечами, а Богданов, кивнув головой, сказал, - сделаем.

Тут же отдав указание вахтенному на подход к гидроавианосцу.

То, что Уськов назвал гидроавианосец, представляло собой классический сухогруз того времени, со средним расположением надстройки и машинного отделения, в нос и в корму от которого располагались грузовые помещения (так называемые твиндеки и трюмы). Корпус судна имел заметную седловатость, небольшой полубак, изящно выгнутый форштевень и крейсерскую корму.

Длинна корабля была около 150 метров, ширина около двадцати, судно было в полной загрузке, и навскидку составляло более 15 000 тонн.

На судно уже было нанесено один из видов "северного" камуфляжа, заключавшегося в нанесении на борта, носовые грузовые колонны, раструбы вентиляторов, платформу носового орудия, дымовую трубу, среднюю надстройку и даже на шлюпку широких белых полос с неровными краями, призванными искажать силуэт корабля.

В центральной части судна располагалась средняя надстройка, состоявшая из пяти уровней.

Вооружение судна состояло из шести 75-мм зенитных орудий и десяти 20-мм зенитных автоматов. 75-мм зенитки размещались на платформах, установленных в носовой (2 орудия) и кормовой (4 орудия) частях корабля. 20-мм автоматы размещались как на тех же платформах, так и на небольших платформах-балконах, установленных по бокам средней надстройки корабля.

Кроме того на полубаке и на кормовой надстройке судна на возвышенных платформах были установлены два 12-см зенитных орудия в одноорудийных открытых палубных установках, а на крыльях мостика - по одному были установлены пулемёты.

Гидроавианосец имел катапульту, на деревянных платформах были проложены рельсовые дорожки для передвижения тележек с самолётами. Нёс на своём борту 4 гидросамолёта-разведчика и 14 гидросамолётов-корректировщиков. Из них 4 размещалось на носовой палубе и 14 на кормовой палубе.

- Это что, получается, - сказал стоявший рядом с Колчиным капитан "Двины", когда лёгкий крейсер уже находился недалеко от гидроавианосца, - тут на этом транспорте больше половины авиационного полка базируется, что ли?

- На то, он и называется гидроавианосец, а не гидроавиатранспорт, - ответил Уськов, - там всего меньше десятка самолётов, а тут почти в два раза больше.

После внимательного осмотра гидроавианосца, "Двина" подошла к транспортам стоящим рядом.

Первый из них (это был "Хококу Мару") явно вооружённый вспомогательный крейсер, его окраска представляла собой двухцветный камуфляж, он был оснащён четырьмя 15-см/50 орудиями, двумя малокалиберными морскими орудиями, с каждого борта по всей видимости находилось по одному крупнокалиберному пулемёту ещё одной двухствольной пушке, так же были видны торпедные аппараты. Кроме того он был оснащён мощными прожекторами, есть стрела для спуска и поднятия гидросамолёта, всего тех было две штуки. Корабль имел длину более 160 метров.

Второй корабль (это был "Айкоку Мару"), тоже представлял собой вооружённый вспомогательный крейсер и представлял собой копию первого по вооружению, оснастке и наличию гидросамолётов. Окраска была та же самая.

Колчин, и остальные командиры, стоящие на мостике, просто смотрели на это чудо военной мысли.

- Это что, у япошек все транспорты такие что ли? - вслух высказал мысль, которая витала на мостике "Двины" её командир, - даже гидросамолёты?

Чего, чего а от японцев такого не ожидал, - негромко произнёс стоящий рядом Уськов.

Наконец прибыли эсминцы 1-го дивизиона: "Грозный", "Гремящий", "Громкий". Начальник штаба Северного флота контр-адмирал Кучеров прибыл на "Грозном", который в первую очередь высадил частичные экипажи с тяжёлых крейсеров "Обь", "Енисей" (с частью своих экипажей прибыли и их командиры Трайнин и Ладинский). "Гремящий" высаживал прибывших на три эсминца часть экипажей с "Анадыря", "Иртыша", "Вислы" (с ними тоже прибыли их командиры, чтобы уже сейчас получить практические навыки в управлении эсминцами). А с "Громкого" высаживались командиры и краснофлотцы резервных экипажей на транспорты и лёгкий крейсер.

Сам Кучеров перешёл на один из тяжёлых крейсеров, который встал во главе пополнившейся эскадры.

Забрав своих членов экипажа, эсминцы как 1-го, так и 2-го дивизиона встали в охранение боевых кораблей бывшего японского флота. На подходе к Кольскому заливу их уже ждали сторожевые корабли охраны водного района главной базы, совместно с тральщиками, которые и провели весь корабельный состав в Екатерининскую гавань порта Полярный.


## Глава 9


Как только "Двина" встала на своё место у причала, прибежавший посыльный вызвал его на совещание, через два часа.

Выйдя заранее на совещание в штаб флота, в сопровождении двух своих неизменных охранников в форме НКВД, Колчин, проходя мимо стоящих тяжёлых крейсеров, увидел, что тяжёлый крейсер "Кама" поучаствовал в хорошем бою, особенно когда ему открылся для обзора левый борт. По всему крейсеру продолжали работать члены экипажа, одни осуществляли монтаж нового 76-мм орудия вместо разбитого 120-мм, другие, работая вместе с рабочими плавучей судоремонтной мастерской "Красный Горн" вырезали покорёженные листы корабля, чтобы заменить их на целые. Уже заменённые листы, подвергались антикоррозийной обработке краснофлотцами экипажа. Отдельная группа рабочих совместно с техниками авиагруппы крейсера, восстанавливала повреждённую катапульту левого борта.

- Это что же случилось без меня, - подумал Колчин, проходя мимо покалеченного крейсера, - и главное когда успели?

В приёмной Командующего флотам, уже собрались Платонов, Уськов, незнакомый капитан 2-го ранга, который впрочем, тут же подошёл к нему и представился. Оказалось, это прибыл его новый начальник штаба лёгких сил флота, капитан 2-го ранга Обухов Виктор Николаевич. Здесь же находился и капитан 1-го ранга Дианов Александр Иванович командир Йоканьгской ВМБ, которого Колчин знал лично. Поздоровался со всеми в приёмной, Платонов рассказал ему о выходе двух групп, для перехвата немецких эсминцев. Перехватить немцев удалось Зозули, в итоге боя немцы потеряли два эсминца, один ушёл, тяжёлому крейсеру "Кама", на котором находился Зозуля, от немцев досталось, сильно они его потрепали.

- Видел, - коротко ответил Колчин, больше поговорить не удалось, их всех пригласили в кабинет Командующего.

Там как всегда присутствовали кроме Командующего, оба члена Военного совета, начальник штаба СФ, кроме них находились: Командующий эскадрой СФ Зозуля, командующий ВВС СФ Кузнецов, начальник ПВО СФ Пименов.

В первую очередь Колчин отметил довольные лица Головко, Николаева, Старостина, Кучерова, а так же Кузнецова.

Головко проинформировал всех про то, что во время выхода двух соединений флота на поиск отряда немецких эсминцев, тех удалось всё-таки перехватить, благодаря самолётам-разведчикам, итог боя уничтожено два немецких эсминца, одному удалось уйти. Значительные повреждения получил тяжёлый крейсер "Кама" 1-я дивизия, сейчас на нём идут ремонтные роботы.

Первое слово Головко предоставил Колчину, который доложил об успешной проводке арктического конвоя PQ-6 в Архангельск, а так же более подробно о найденных кораблях японского военно-морского флота, при этом Колчин мимоходом отметил, что эта новость была ожидаема и для Командующего и членов Военного совета, знал о ней и НШ СФ.

После доклада Колчина попросили присесть, слово было предоставлено капитану НКВД Уськову, который взяв листок бумаги у себя из папки, зачитал.

- Как мы и предполагали в составе кораблей находились: тяжёлый крейсер "Кумано", тяжёлый крейсер "Судзуя" оба тип нашей "Оби", лёгкий крейсер "Сендай" тип "Двина", три эсминца "Уранами", "Сининами", "Фубуки" все тип "Печора", гидроавианосец "Камикава Мару" с 18-ю гидросамолётами на борту тип неизвестен, а так же неожиданно два военных транспорта названия уточняется, но это скорее всего вспомогательные крейсера т.к. имеют на бортах артиллерийское и торпедное вооружение, а так же авиагруппы.

- Авиагруппы на транспортах? - Головко даже наклонился вперёд.

- Да, - подтвердил Уськов, - на каждом по два гидросамолёта, есть стрела для спуска и подъёма. Я успел побывать на каждом, их вместимость наши специалисты определили как 10 000 тонн, оба забиты боеприпасами для корабельной и зенитной артиллерии, их надо срочно убирать из акватории гавани, и разгрузить.

- Степан Григорьевич, - обратился Головко, к Кучерову, - уже дайте соответствующее распоряжение, пусть их переведут в Ваенгу и там разгрузят. Выгрузят гидросамолёты, демонтируют стрелы для их спуска, всё, что касается имущества авиагрупп, а так же часть вооружения, в разумных пределах.

- Есть, сейчас распоряжусь, - ответил Кучеров и ненадолго вышел из кабинета.

Головко встал из за стола, прошёлся по кабинету потирая руки, проговорил, - значит, вопрос с боеприпасами для корабельной и зенитной артиллерии решили, так и доложим наверх. Подойдя к столу взял в руки листок бумаги и зачитал.

- Приказом начальника Главного морского штаба, адмирала Исакова Ивана Степановича, вновь прибывшие корабли получили наименования: тяжёлый крейсер "Кумано" переименован в "Дунай", тяжёлый крейсер "Судзуя" переименован в "Дон", лёгкий крейсер "Сендай" в "Днестр", эсминцы: "Уранами" в "Мая"; "Сининами" в "Кура"; "Фубуки" в "Десна", гидроавианосец "Камикава Мару" переименован в "Амга". Все переименованные корабли вошли в состав ВМФ СССР, а именно в состав Северного флота. Приказом по Северному флоту выделена отдельная эскадра в состав Йоканьгской ВМБ, в составе: тяжёлый крейсер "Дунай", эсминцы "Мая" и "Кура". Приказом по Северному флоту тяжёлый крейсер "Дон", вошёл в состав 2-й дивизии. Приказом по Северному флоту образована 3-я дивизия в составе: лёгкие крейсера "Двина", "Днестр", гидроавианосец "Амга", эсминец "Десна".

- Теперь по назначениям, пока остановимся на вас Александр Иванович, - обратился Головко к Дианову, - принимайте все три корабля не спеша, комплектуйте экипажем, продумайте кого поставите на должности командиров и документы мне на рассмотрение. Уже можете идти.

- Есть, принимать эскадру, - Дианов выглядел совсем ошалелым, то почти ничего не иметь, а тут сразу в подчинение эскадру из трёх кораблей, в том числе и тяжёлого крейсера.

- По вам Павел Иванович, - Головко посмотрел на Колчина, 3-ю дивизию принимает капитан 1-го ранга Кудрявцев Сергей Валентинович. У вас "Двина" укомплектована, на "Днестр" уже есть утверждённый командир капитан 3-го ранга Соколов Сергей Константинович, командиром "Амги" назначен старший лейтенант Михайлин Владимир Васильевич, вы его знаете. Колчин кивнул головой, что знает. На эсминец "Десна" командиром идёт назначенный старший лейтенант Николаев Борис Дмитриевич. Пока будете работать без начальника штаба. А вас товарищ Обухов мы назначаем на должность командира тяжёлого крейсера "Дон" 2-я дивизия.

Головко посмотрел на Платова, тот понятливо кивнул головой, довольный тем, что помимо тяжёлого крейсера имеет сразу же и толкового командира.

- Александр Алексеевич, - просмотрев свои записи Головко, обратился к Командующему ВВС СФ Кузнецову, - что будем делать с вами дальше по авиации на кораблях, у нас на трёх базах образовалось девять авиагрупп и один гидроавиаполк на "Амге". Кстати, наверное, первый во всём Советском Союзе.

- Вводим зама по гидроавиации, авиагруппы и полк комплектуем, - тут же выдал Кузнецов, - частично почти все авиагруппы уже укомплектованы, зам займётся формированием полка, дадим ему пару месяцев.

- Кого видите замом по гидроавиации? - уточнил Старостин.

- Только командир 72-го смешанного авиационного полка подполковник Сафонов Борис Феоктистович, - тут же выдал Кузнецов, - этот потянет и организует ещё один полк

- Принимается, - проговорил Старостин, - подавайте как можно скорее, у нас нет времени, а формирование ещё одного полка сейчас приоритет. Не забудьте про те четыре гидросамолёта с транспортов и всё им сопутствующее забрать, хоть какой-то резерв гидросамолётов будет.

Последним на кого насел командующий и члены Военного совета был начальник ПВО СФ Пименов, на все корабли требовались зенитчики в больших количествах, особенно на тяжёлые крейсера, приняли решение всё-таки просить у Москвы дополнительно кадровый состав на зенитные батареи вновь прибывших кораблей.

На этом совещание у Командующего СФ закончилось.

25-го декабря Колчин был вызван к Начальнику штаба Кучерову, была поставлена задача на выход в Мотовский залив для обстрела противника. Это как раз подходило для обкатки 2-го дивизиона эсминцев. Поэтому было принято решение о выходе отряда во главе с лидером лёгким крейсером "Двина" и эсминцев Васюган" и "Висла". "Двину" брали только из-за авиагруппы, пора было попрактиковаться в артиллерийской стрельбе с помощью разведывательного самолёта.

26-го декабря отряд кораблей уже был в Мотовском заливе в районе Губы большая Западная Лица и с помощью разведывательного самолёта производил артиллерийский обстрел сосредоточения войск. В стрельбе участвовали как крейсер, так и оба эсминца (в нашей истории такая задача была поставлена эсминцам "Грозный" и "Громкий"). Особенно высокую оценку получили артиллеристы крейсера "Двина".

По всей видимости, армейскому командованию понравилась такая поддержка и на 29 декабря - 2 января поступили точно такие же заявки (в нашей истории такая задача была поставлена эсминцам "Грозный", "Громкий", "Сокрушительный").

Колчин в этот раз вывел на позиции эсминцы "Анадырь" и "Иртыш", на лёгком крейсере "Двина" в качестве тренировок были два экипажа авиагруппы тяжёлого крейсера "Обь", по согласованию с командиром дивизии Платовым. Работать пришлось опять в районе Губы большая Западная Лица. Были произведены артиллерийские обстрелы сосредоточения войск противника. Армейское командование высоко оценило результат артиллерийских обстрелов противника. Отмечено разрушения ряда огневых точек противника и попадание снарядов в места скопления живой силы противника. Атаки противника захлебнулись. (Чтобы читатели больше понимали, о скупых вышеперечисленных строках, немцы точно так же использовали на фронтах войны "Фокке-Вульф" Fw-189 - "Рама" на русском военном жаргоне, "Flugauge" - нем. "Летающий глаз" или "Uhu" - нем. "филин" - двухмоторный двухбалочный трёхместный тактический разведывательный самолёт).

Эсминцы "Анадырь" и "Иртыш" сменили эсминцы "Томь", "Хопёр", за ними "Печора", "Десна". Также пока была возможность тренировались и экипажи авиагрупп с тяжёлых крейсеров "Енисей", "Кама", линкора "Амур".

В январе эсминцы "Валериан Куйбышев" и "Урицкий" убыли в Архангельск. Где до 6 февраля проходил ремонт на СРЗ "Красная Кузнеца" эсминец "Валериан Куйбышев". "Урицкий" 12 февраля закончил работы на СРЗ "Красная Кузнеца" по устройству на эсминце ледовой защиты (шубы), позволявшей плавать кораблю в ледовых условиях Карского моря.

В основном, весь январь корабли, находящиеся на главной базе флота в Полярном, никуда не выходили, экипажи осваивали эти самые корабли и пополнялись до полных штатов.

5 февраля на текущий ремонт встал эсминец "Гремящий", на ремонт его определили в Мурманск.

Казалось бы, что всё идёт своим чередом, но, тем не менее, именно за январь и февраль 1942 года маховик войны на Севере быстро провернулся. Как это стало, 12 января 1942 года в ставке фюрера было принято решение о передислокации кораблей "брестской группы" в порты Германии, а точнее в Вильгельмсхафен. Передислокации подлежали два линкора "Шарнхорст" и "Гнейзенау", а так же тяжёлый крейсер "Принц Ойген". Что и было сделано 11-13 февраля 1942 года. Данные корабли прибыли на Северный театр боевых действий. Вдобавок ко всему с ними прибыли 6 эсминцев, а именно: "Z-4" - "Richard Beitzen", "Z-5" - "Paul Jacobi", "Z-7" - "Hermann Schoemann", "Z-14" - "Friedrich Inn", "Z-25", "Z-29". Миноносцы: "Jaguar", "Falke", "Iltis", "Kondor", "Seeadler". 2-я флотилия: "T-11", "T-2", "T-4", "T-5", "T-12"; 3-я флотилия "T-13", "T-15", "T-16", "T-17". 28 торпедных катеров.

Результаты действий надводных кораблей Германии, по сравнению с подводными лодками, были незначительны, если брать в абсолютных цифрах. Крупные корабли не оправдали возлагавшихся на них надежд, а их потери в военных условиях для Германии были невосполнимы.

Именно поэтому они были отведены с атлантических коммуникаций и были предназначены для действий только в Арктике.


## Глава 10


Корабли Северного флота, а именно корабельный состав 1-й, 2-й и 3-й дивизий за период пока шла полярная ночь, пополнил свои экипажи до полного штата. В связи с большим количеством тяжёлых кораблей, Военным советом флота было принято решение о передислокации 2-й дивизии в порт Ваенга. С арктическими конвоями начали прибывать и поступать на вооружение СФ британские гидроакустические станции "Асдик" ("128-С" "Дракон"), которые на то время довольно успешно помогали обнаруживать подводные лодки. Именно четыре таких станций получили корабли 1-го и 2-го дивизиона, а именно "Гремящий" пока стоит на ремонте, а так же "Сокрушительный" и "Печора", "Иртыш".

28 января Колчин был вызван в штаб флота, там уже находились Зозуля и командиры 2-й и 3-й дивизии Платонов и Кудрявцев. Командующим флота была поставлена задача выйти на поиск судов противника в районе порта Вардё на м. Нордкин. Для этого была сформирована эскадра в составе: двух тяжёлых крейсеров "Обь" и "Дон", лёгкого крейсера "Двина", трёх эсминцев - "Томь", "Анадырь", "Висла". В этот выход вышли практически все кто мог, Зозуля выбрал флагманом "Обь", на "Дону" выходил командир 2-й дивизии Платонов, Колчин как всегда выбрал свой лидер "Двину", а на "Анадыре" выходил Симонов. Эскадре необходимо выйти 1 февраля из порта Ваенги. В нашей действительности 01-02 февраля в этот выход вышли эсминцы "Сокрушительный" и "Грозный" из порта Ваенги. Во время поиска противник не обнаружен.

В этот раз события развивались несколько по-другому. Да и быть по-другому не могло. В составе трёх авиагрупп было семь разведывательных самолётов, на тяжёлых крейсерах была возможность запускать гидросамолёты с двух катапульт на каждом.

В этот раз Зозуля действовал осмотрительно, в небо запускали одновременно по два разведывательных самолёта, которые издалека вели наблюдение за приморскими зонами по обе стороны от мыса Нордкин или как говорили норвежцы Киннародден, являющийся самой северной точкой Европы. Такая тактика была успешной. При обнаружении судна, об этом сообщалось на эсминцы "Анадырь " или "Висла" в зависимости от того с какой стороны от мыса было обнаружено судно. После чего на его перехват выходил по наводке с воздуха один из эсминцев. В прикрытии роботы эсминцев, мористее в 15 милях находились корабли эскадры.

Итогом роботы у мыса Нордкин, было потопление пяти судов. Работали эсминцы уверенно, находящиеся в этих районах подводные лодки СФ Щ-421 и С-101 были предупреждены заранее.

В момент ухода на базу флота Колчин предложил переместиться непосредственно к порту Вардё и с помощью разведчиков посмотреть, кто там находится, при этом, близко не подлетая. Если будет что-то стоящее, пройтись там по всему с помощью корабельной артиллерии. Идея Зозули понравилась. В этот раз эскадра действовала совместно. Не доходя до Вардё 20 миль с тяжёлого крейсера, катапультой был запущен самолёт-разведчик. В порт Вардё находилось семь транспортных судов, насколько сторожевых кораблей и две БДБ.

Для справки, кто не понимает о чём идёт речь. Вардё стоит на небольшом продуваемом всеми арктическими ветрами острове, своей формой чем-то напоминающем топор берсерка. Его длина - чуть больше пяти километров. Ширина в самом широком месте - менее полутора. Общая площадь не дотягивает до четырёх квадратных километров. Дальность же стрельбы из артиллерии тяжёлых крейсеров более 29 000 метров.

Зозуля, как только поступило сообщение от наблюдателя с гидросамолёта, принял решение об артиллерийском обстреле порта. Для чего были запущены катапультами крейсеров два самолёта-разведчика, для корректировки стрельбы каждым тяжёлым крейсером, а эскадра подошла к острову на расстояние 10 миль, развернувшись боком для стрельбы одновременно всеми башнями .

Как только с гидросамолётов стала видна панорама порта, последовал один за другим залп, крейсера делали пристрелочные залпы по очереди каждый одной из башен, чтобы корректировщикам был виден результат.

Тут хотелось бы сказать, что крейсера "Обь" ("Могами") и "Енисей" ("Микума") были одного типа, первым и вторым представителям тип "Могами", имели пять башен главного калибра. Оба были вооружены орудиями 203-мм/50 и имели по два орудия на башню, всего десять стволов.

На третьем залпе, снаряды стали рваться в акватории порта, крейсера тут же перешли на стрельбу всеми пятью башнями одновременно. После двух залпов, корректировщики попросили временно прекратить стрельбу, чтобы оценить разрушения в порту и в припортовых хранилищах. После чего поступили небольшие корректировки и были сделаны ещё четыре залпа каждым крейсером, несколько минут перерыва, для уточнения, опять небольшие поправки и снова четыре залпа подряд. Центр порта с радиусом один километр представляли собой практически лунный пейзаж, небольшой городок и сам порт с его инфраструктурой прекратили своё существование. Были уничтожены все транспортные суда, БДБ, от сторожевых кораблей торчали только верхушки мачт из воды. По времени атака на Вардё заняла минут пятнадцать, всего было выпущено по 86 снарядов каждым крейсером. Дождавшись, гидросамолёты и подняв их на борт, эскадра, не задерживаясь на максимальной скорости, двинулась в сторону полуострова Рыбачий. Немцы отходили от такой наглости несколько часов, потом вдогон с аэродрома Рованиеми взлетел высотный самолёт-разведчик двухмоторный "Дорнье Do-17" из состава 124-й разведывательной группы.

По обнаружению эскадры советов, в составе которой было два тяжёлых крейсера и один лёгкий, три эсминца, эта информация была передана командованию люфтваффе. Указание последовало незамедлительно с аэродрома "Киркенес" стартовала группа пикирующих бомбардировщиков Junkers Ju-88, в просторечии Юнкерс-88 (двухмоторный скоростной бомбардировщик).

На подходе к эскадре шедшей 35 узловым ходом группу пикирующих бомбардировщиков встретило всего десять зенитных орудий, на как только они приблизились к эскадре, подключилась все малокалиберные спаренные зенитные автоматы 25-мм, а на каждом корабле эскадры их было ровно десять. Этого оказалось вполне достаточно, чтобы сорвать прицельное бомбометание, при этом было сбито три самолёта, а один уходил на одном моторе, тут же сбросив бомбы для облегчения самолёта.

На входе в Кольский залив эскадру встречали два тральщика из состава дивизиона охраны водного района главной базы флота "896" и "899". Они с закинутыми тралами сопровождали корабли эскадра до главной базы флота, а тяжёлые корабли 2-й дивизии до порта Ваенги.

На проводимом после выхода эскадры совещании командного состава, в штабе флота, командующий флотам посчитал, задачи поставленные пере эскадрой выполненными.

За вторую половину февраля по заявкам армейского командования было четыре выхода в Мотовский залив, в район Губы большая Западная Лица, на этих выходах успели побывать все эсминцы 2-го дивизиона, в двух выходах участвовал и лёгкий крейсер "Днестр". Работать артиллерией с помощью самолёта-разведчика, учились не только эсминцы 2-го дивизиона, но и экипажи авиагрупп тяжёлых крейсеров 1-й и 2-й дивизии. На эти походы выходили так же и связисты, которые тоже учились давать связь корректировщик-артиллерист. При морском бое корректировка артиллерийской стрельбы могла играть решающую роль. За время одного из выходов, немцы сумели повредить самолёт-разведчик, пилот которого сумел спланировать к кораблям, его к крейсеру пришлось буксировать катером. На последнем за февраль выходе, отряд кораблей, состоящий из лидера - лёгкого крейсера "Днестр" и эсминцев "Анадырь", "Васюган" был атакован авиацией немцев, но плотный зенитный огонь не подпустил самолёты для точного сброса бомб, в этот раз отличились зенитчики на лидере и "Васюгане", было сбито два самолёта Ju-88. Всё-таки плотность огня была большая, на двух эсминцах и лёгком крейсеры было только японских малокалиберных спаренных зенитных автоматов 25-мм 30 штук (10+10+10), помимо этого были ещё и 2 76-мм зенитных орудия на крейсере.