Бондарь Дмитрий Владимирович: другие произведения.

Деньги: Тайная, но правдивая история цивилизации, восстановленная дедуктивным способом из обрывков доступного знания.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
Уровень Шума. Интервью
Peклaмa
Оценка: 6.70*16  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Мне очень жалко, что не нашел я нигде ничего подобного. Во многом этот текст - просто досужие выдумки, но в еще большей степени чистая правда. Дополнение: к моему большому сожалению господин Катасонов написал нечто очень похожее. Подал это через задницу, но общая мысль та же - нет никаких общественных формаций м никогда нигде не было. А есть рабы и хозяева. Я бы сделал (надеюсь) подобное веселее, но коль уже есть, то незачем.


"Деньги: краткая и правдивая история мира, восстановленная дедуктивным методом из обрывков доступного обывателю знания".

   Вступление.
   С самого начала должен предупредить читателя, что этот текст далек от толерантности, дипломатии и мягких формулировок. Зато он полон цинизма, вранья и гадостных поклепов на многие "честные" имена, оставившие в истории "светлый" след. Здесь вор назовется вором, обманщик - обманщиком, негр - негром вне зависимости от места прописки, а педераст никогда не станет гомосексуалистом. Если для вас это неприемлемо - лучше убрать это мерзкое сочинение в сторону и забыть о том, что оно есть.
   Ни для кого не является особым секретом, что последние две тысячи лет мировой истории прошли в основном под знаком европейской цивилизации. Можно долго рассуждать о том, что на самом деле Китай - первый источник культуры и науки, что именно он дал миру бумагу, печать, порох и ракеты, но правда состоит в том, что мало что-то изобрести, нужно еще придумать для этой новинки утилитарное применение. То же самое касается Индии, Берега Слоновой кости, Зимбабве или еще каких-нибудь ебеней, где с давних пор расцветала какая-нибудь насквозь "бумажная" цивилизация, имеющая право на жизнь только в научных (правильнее - сказочных) трудах нынешнего поколения историков, склонных объяснять очевидное чудесами, а неочевидное - вообще никак не объяснять, относя подобное в область вселенских загадок. Никаких загадок нет, стоит посмотреть на действительность сквозь призму финансовых отношений.
   Как пример современной научной деятельности приведу образчик рассуждений одного известного археолога (на полном серьезе опубликованных в солидной книжке), убежденного в том, что в Африке в районе нынешнего Зимбабве когда-то давно процветала цивилизация белых людей. "Мы нашли в каменных развалинах обломки деревянных брусьев. Когда я сравнил их со своим простым карандашом, я вдруг понял, что это дерево - кедр! Самый ближайший кедр растет в Ливане, где в X веке до нашей эры проживали белые люди! Значит, они и привезли сюда этот кедр и построили здесь дворцы. Но мы знаем, что Библия относит к тому времени существование в Африке царства царицы Савской, и значит, обнаруженный нами дворец - столица этого государства белых людей, стоящих дворцы из ливанского кедра!" Я не знаю, каким идиотом и шизофреником нужно быть, чтобы такое измыслить. Еще больше мне непонятно, почему эту дурь помещают в "умные" книги. Мы так рассуждать не станем и постараемся не пугать читателя подобной дешевой эквилибристикой.
   Наша основная цель - показать и доказать, что за последние 3000 лет письменной истории в человеческих отношениях ничего не изменилось, не было никаких "исторических формаций", а все, что мы видим перед глазами сейчас - было и прежде, равно, как и наоборот: рабы и хозяева, власть имущества над людьми и прочая, прочая, прочая.
   В каком-то смысле мы станем исследовать исключительную роль денег, отношения к собственности, стоимость золота, серебра и иных "вечных ценностей" в человеческой истории и постараемся показать, что развитие исторических процессов - это развитие денежных систем: когда развиваются системы - мы увидим существенный прогресс во всем: культуре, законодательстве, усложнении социальных структур; когда они хиреют по разным причинам - мы увидим катастрофы, падения империй, Темные Века и вымирание популяций.
   Кто-то скажет: нельзя во главу угла ставить деньги! Ведь кроме них, человечество развивает культуру, науку, законодательство! А военные? Разве не оружием Чингисхан захватил полмира, навсегда задав определенный вектор развития? Разве не доказывает само его существование, что помимо денег есть и другие факторы, определяющие развитие цивилизаций?
   Что ж... захватил, это действительно так. Но его существование никак не опровергает наш тезис об определяющей цивилизационной роли денежных систем. Это как в высшей математике - в доказательстве теоремы часто используют понятия "необходимости" и "достаточности". И формулируют примерно так: "Для выполнения того-то необходимо и достаточно...". Так вот, для объяснения всего исторического пути человечества "достаточно" понимать, что происходило с денежными системами на том или ином отрезке времени. А все остальное - шелуха, частности и девиации вроде стремления гавайцев жениться на самой толстой тетке в племени или желания чингизидов "выйти к последнему морю". Эти частности ничего в исторической перспективе не решают.
   Поэтому наше околоисторическое исследование ограничится рамками географии Средиземноморья, которое почти всегда шагало во главе развития денежных систем, за редкими и недолгими исключениями. Но о Китае и Индии в аспекте денег мы еще непременно поговорим. Об их достижениях и о заблуждениях, бытующих в умах запутанных историками граждан. И так уж получается, что большая часть имеющихся в нашем распоряжении "знаний" - просто заблуждения, мешающие осознать плавность хода истории и развития человечества. В том числе и в области тех или иных "достижений" на окраинах мира.
   Говорят, что индейцы майя не знали колеса? Наглое вранье! - у многих детских игрушек майя есть колеса. Их нет только на индейских волокушах. Некоторые умники объясняют этот феномен гористой местностью, не очень приспособленной для передвижения на колесах. Это еще более наглое враньё! Строить дороги и возить по ним груз на волокушах - нужно быть либо безумным, либо....Так же и китайцы использовали свой порох для шутих и для запуска на луну первого китайского космонавта где-то в позднем средневековье. Впрочем, я вообще не верю в историчность китайской цивилизации, которая вряд ли древнее первых царств вьетов, ацтеков или кхмеров.
   Так что дело не всегда в самом изобретении, а скорее, в способности сделать его нужным. Китайцы этого часто не умели (даже если и в самом деле придумали все приписываемые им изобретения). Как не смогли и египтяне, сделавшие земную жизнь лишь прелюдией к смерти. Зато европейцы (сюда следует включить и Ближний Восток, потому что постоянное взаимопроникновение этих локальных цивилизаций с библейских времен способствовало их солидарности во многих отраслях жизни) - от дорийцев и финикийцев до шведов и люксембуржцев, узнав что-то новое, в силу своего насквозь примитивного и варварского характера сразу спешили задействовать изобретение в быту, что и вывело эту расу (некоторые говорят - белую, но это не совсем верно) на первые позиции в мировой табели о рангах. По крайней мере, в историческое время. Поэтому область исследования нашей "реальной истории" ограничится теми пределами, которые установила для цивилизации "белая раса" - в пространстве и времени.
   Поясню иллюстрацией, почему это так, а не иначе. Рассуждая в механическом, энергетическом ключе о движении железнодорожного состава, наверное, будет справедливым разделить его на две части: локомотив и вагоны. Вагоны все одинаковы, хоть и могут иногда располагаться перед локомотивом, быть пассажирскими, почтовыми, цистернами или еще какой-нибудь специфичностью. Но во всем составе существует только одно звено, которое тянет его вперед - локомотив. Вот о его истории мы и поговорим.
   Второй аспект данного исследования, который непременно нужно иметь в виду, знакомясь с каждой строчкой - это то, что только лишь половина информации, содержащейся здесь, имеет какие-то исторические корни в реальных летописях, памятниках архитектуры и литературы, на надгробиях и картинах. И я намеренно не буду ставить сноски и указывать источники, чтобы пробудить в читателе интерес и желание оспорить мои утверждения самостоятельным поиском истины. Вторая половина текста состоит полностью из домыслов автора, который попытался объяснить некоторые события, имеющие основополагающее влияние на развитие цивилизации, не с точки зрения, обычной в хрониках: "и повелел царь построить самый большой в мире флот" и по щучьему велению все исполнилось, но с точки зрения здравого смысла, исторических реалий и небольших допущений. В общем смысле перед вами авторская былина, основанная на отраженных в летописях и хрониках событиях. Не стоит об этом забывать.
   Третьим положением последующего рассмотрения будет отказ от откровенных сказок, известных с древнейших времен и до новейших веков. За рамками останутся Атлантида, Лемурия, Эльдорадо, Аркаим, Мохенджо-Даро и тот, несомненно, сумасшедший богатей, что разбросал по Уралу закамское серебро. Об этом серебре, всплывшем в позднейшем средневековье, мы поговорим только в контексте его применения новгородцами для оплаты торговых операций. К этим же сказочным историям мы отнесем и творения современных апологетов всевозможных "коротких" и "длинных" хронологий - от Ньютона и Блаватской до Калюжного и Носовского с Фоменко - пусть их измышлизмы останутся на их совести. Мы будем отталкиваться от устоявшейся хронологии. Но не всегда (а вернее - редко) согласимся с устоявшейся трактовкой того или иного события.
   И четвертое - я не претендую на всезнание. Если какие-то куски головоломки под названием "история" выпали из моего повествования, то это только лишь потому, что на них не достало времени. Но я уверен, что если вы, знающий читатель, посмотрите на известные вам факты с точки зрения, представленной в этом тексте, вы легко сможете объяснить себе все, что прежде казалось вам странным. Будем надеяться, что постепенно мы вместе закрасим все белые пятна.
   И вот еще что: основной вопрос, на который мы будем пытаться найти ответ - не "где", не "когда", не "кто" - это просто набор фактов, которые ничего не объясняют. Основной вопрос, терзающий нас и не дающий успокоения - "почему"? И в этом нам поможет старинный прием, известный как "бритва Оккама": не стоит множить сущности без необходимости. Или, другими словами: отбрось все фантастическое, сказочное и неправдоподобное - и увидишь истину.
   Итак - к делу!
   А, нет, поспешил!
   Специальная вставка для тех, кто в танке.
   Наверное, многим может показаться, что предмет нашего расследования слишком незначителен перед лицом катастроф планетарного масштаба вроде извержения Санторина, перед климатическими изменениями, подобные малым ледниковым периодам и оттепелям, перед масштабными эпидемиями типа средневековой "черной смерти" - чумы и прочими объективными факторами, не раз грозившими вообще прекратить историю человечества. Не согласиться здесь трудно. Точно так же трудно не согласиться с тем, что среди наделенных властью царей, королей, Президентов, Императоров и прочих атаманов достаточное число вырожденцев, психопатов и идиотов, которые в силу ограниченного понимания своей роли в развитии доставшейся им страны своим тупоумным самодурством, упрямством и убежденностью в непогрешимости могут способствовать низвержению государства с политических высей в самую глубокую бездну забвения. Пирр Эпирский, в погоне за славой растративший лучшую на то время армию в мире, Педро Жестокий, усадивший на королевский трон труп своей давно умершей любовницы, нарядивший ее в королевские одежды и заставивший своих непослушных дворян целовать этой разложившейся мумии руку, испанские Габсбурги, всерьез полагавшие, что можно решать судьбы мира не выходя из своего кабинета и потому профукавшие величайшую империю, романтичный баварец Леопольд, оставивший памятью по себе не благодарность народа, а волшебной красоты замки, на которые потратил все, что имел. Несть им числа, людям, севшим играть в шахматы и неудосужившимся поучить правила, потерявшим все, потому что не хотели знать ничего, кроме своих желаний.
   Все это так и все это имеет место быть. И от этого никуда не деться.
   Но, как говорится - собака лает, караван идет.
   Если вы заметили, то почти все перечисленные факторы МЕШАЮТ развитию. Сбрасывать со счетов их, конечно, не стоит, но и рассчитывать на слабопрогнозируемые события незачем. Они не дадут никакого понимания направления реального вектора развития цивилизации, только запутав нас и заставив измышлять глупости, похожие на "Теорию пассионарности" сами знаете кого или же разводить руками, объясняя те или иные события: "царь повелел". Такие теории - непроверяемые, недоказуемые, но все объясняющие очередной нелепицей - вне поля наших интересов. Нас интересуют не разовые реакции на случайные события, а закономерности движения человеческой истории. И главный предмет нашего исследования - деньги и финансы в мировой истории как двигатель прогресса. Их настоящее место, зачастую (да почти всегда) принижаемое перед культурой, обычаями, завоеваниями. А ведь между тем деньги - единственная реальная объективность, созданная человечеством. Войну можно выиграть или проиграть - это во многом дело слепого случая, но если с финансами все в порядке, то этот порядок даст отправную точку для всего остального: развития культуры и науки, улучшения законодательства, свершения завоеваний и, несомненно, большой политический вес. Как говорил военный деятель позднего Средневековья Д.Д. Тревульцио: "Для войны нужны всего лишь три вещи: деньги, деньги и еще раз деньги".
   В человеческой летописной истории присутствуют целые царства, поставившие во главу угла не золото, а железо или бронзу. Что ж, имели право. Однако, служила сталь исключительно для добычи золота (в смысле отбора чужих материальных ценностей) - просто такой способ ведения хозяйства: кто-то торговал, кто-то пас овец и выращивал оливки, а кто-то их грабил, чтобы присвоить себе плоды их труда. Само по себе железо не способно дать никаких существенных преимуществ, кроме разового успеха и долго это продолжаться не могло. Гегемония Спарты, основанная на военной силе, длилась очень недолго, успех Александра Македонского оказался непродолжительным и единственным царством, прожившим больше сотни лет изо всей его империи, стал египетский обломок Птолемея, где мудрым основателем изначально старательно насаждалась греческая банковская система, Аттила не оставил после себя ничего, кроме легенд, а викинги, отплывая от фьордов Норвегии, отправлялись не за железом, а все-таки за золотом и серебром.
   Разумеется, сами по себе деньги - металл, нашлепанный в забавные кружочки, или того хуже - резаная бумага, имеют очень небольшую ценность. Важно то, какое место они занимают в человеческом сознании и то, какой мощный синергетический эффект дают в сочетании с любым из достаточно хорошо исследованных аспектов человеческой жизнедеятельности: законотворчеством, культурой, страстью к открытиям или стремлением к славе. Ни один из них сам по себе не может гарантировать успеха никому, но в соединении с деньгами каждый из них дает необыкновенный результат! Только удобренные деньгами способны они достичь небывалых высот.
   И вот только теперь - к делу!
  
   Глава 1. От создания мира до первой глобальной Империи. О первых деньгах и первых банках.

 При этом сказал им: смотрите, берегитесь любостяжания, ибо жизнь человека не зависит от изобилия его имения. И сказал им притчу: у одного богатого человека был хороший урожай в поле; и он рассуждал сам с собою: что мне делать? некуда мне собрать плодов моих? И сказал: вот что сделаю: сломаю житницы мои и построю большие, и соберу туда весь хлеб мой и всё добро мое, и скажу душе моей: душа! много добра лежит у тебя на многие годы: покойся, ешь, пей, веселись. Но Бог сказал ему: безумный! в сию ночь душу твою возьмут у тебя; кому же достанется то, что ты заготовил? Так бывает с тем, кто собирает сокровища для себя, а не в Бога богатеет. 

Лука 12:15-21

   Для затравки, чтобы разбудить разум читателя, возмутить его и заставить работать, я вынесу на вид общественности спорный тезис о древнейшей профессии.
   Человеческая документированная история началась в тот день, когда древний шумер или финикиец осознал вдруг, что собственность не обязательно должна иметь материальную форму в виде полей, арыков, буйволов и пшеницы. Достаточно символа. И с появлением этого символа появилась необходимость вести точный учет, а значит, появились первые алфавиты, всякая клинопись и прочие премудрости, породившие первую унифицированную профессию. Ведь, допустим, ремесло плотника в Скандинавии и в Леванте - это две большие разницы. Не пригодятся умения охотника на страусов тому, кто оказался в Альпах, равно как и не поможет талант управителя тому, кто не знает обычаев, традиций и неписаных правил подотчетной земли - история не единожды возносила таких на троны и не единожды тотчас свергала в могилы. Даже такое, казалось бы, всем понятное занятие как живопись - сильно подвержено локальным устоям и художник из Египта будет осмеян примитивными кельтами. Профессия должна обладать какой-то универсальностью. Наверняка, многим сразу придет в голову очень универсальное занятие, имеющее спрос всегда и везде, но мне придется разочаровать догад.
   Первой в мире профессией была не проституция - ведь проституция без денег, без материальной меры греха - это просто хобби, страсть, или принуждение и насилие. Равно как и другие первобытные "профессии": управленца, телохранителя, строителя, воина или охотника нельзя назвать "профессионалами", потому что занимались своей деятельностью люди в ту давнюю пору без оплаты, только лишь в надежде на удачу, урожай, милость богов или господина. Это не профессия, гарантирующая некоторый уровень жизни, это ремесло, в котором может повезти, а может не повезти в зависимости от мастерства исполнителя.
   Первой в мире настоящей профессией стала профессия бухгалтера - учетчика денег, материальных средств, ресурсов. Человека, специально обученного вести счет, запись; человека, получающего за этот труд заранее оговоренную плату. Человека, которому нет необходимости заниматься время от времени иным ремеслом - ибо первая в мире профессия вполне его кормила. Человека, знания которого нужны всем - от бухты еще несуществующего Кадиса до мостовых уже древнего Вавилона.
   Мы оставим в стороне доденежный период экономических отношений, пропустим египетские утены и дебены, якобы имевшие место в египетской жизни как расчетные единицы стоимости - пусть этот бред останется на совести выдумщиков-египтологов. Позабудем так же бред ассирологов, утверждающих, что свирепые воины древности повсюду грабили золото и строили крепости для его хранения - это либо не очень умные выдумки (где же набирали они столько золота, если за всю историю его собрано 100 тысяч тонн, причем 80 тысяч - в последние 100 лет), либо кривые отголоски тех событий, которые остались в памяти человечества в виде Великого потопа или знаменитой Атлантиды. Но про Атлантиду, как мы договорились - ни слова!
   Оставим так же в стороне бартер (о котором так много разговоров, но широкое распространение которого в древности - явная выдумка людей, никогда с ним не сталкивавшихся). Натуральное хозяйство древнего Вавилона или Египта не нуждалось ни в каком бартере, потому что обеспечивало себя само полностью - от зерна и гороха до бронзовых топоров и кривобоких колесниц. Масштабная торговля в те седые времена вообще не более чем измышление наших современников, плохо представляющих себе трудности подобных мероприятий в мире без соответствующей инфраструктуры. Гораздо проще, чем заниматься глупостями и перевозить горшки из Тира в Сиракузы в надежде выручить за них немного рабов, посадить в лодку полсотни отчаянных головорезов, которые без риска быть ограбленными привезут из Сиракуз и пленниц и оливки просто по праву силы. К тому же бартер, по моему мнению, технически невозможен продолжительное время, но об этом тоже позже.
   Тем более не обратим мы внимания на оксюморон в виде бартерных банков, которые некоторые досужие археологи обнаружили в Древнем Египте или у шумеров и датировали временем за полторы-две тысячи лет до явления Христа. Якобы при дворцах правителей имелись специальные помещения, где могли храниться ценности посторонних людей. Это такой великолепный образчик бреда египтологов, что даже обсуждать его не хочется и единым предложением. Банк, выполняющий исключительно функцию камеры хранения - не банк, а камера хранения. И на этом основании он выпадает из русла нашего исследования просто потому, что никакого развития у камеры хранения быть не может.
   Иному читателю может показаться странным, что большинство мировых религий, основанных на иудаизме - христианство, магометанство, бесчисленные секты и ответвления, в своих изначальных положениях едва ли не прямо запрещали богатство и ссудный процент. Кто-то только для единоверцев, кто-то - распространяя эти нормы и на язычников. И на этом основании легковерному человеку очень просто сделать вывод, что когда-то давно, в дописьменные времена, человечество сталкивалось с подобными вещами, обожглось на них и с тех пор постаралось их жестко табуировать. Мы же, однако, оставим эти догадки в стороне, потому что так договориться можно и до инопланетного вторжения. Если кому-то интересно такое - то лучше почитать труды рептолоидоненавистника Д. Айка или же насладиться хитроумными догадками герра фон Дейникена.
   Нам ничего не известно о денежных системах Микен, гомеровской Трои, Крита и многих других очагов первобытной культуры, оставивших после себя много слухов и мало точных данных. Говорят, есть свидетельства о проведении платежей слитками серебра на территории Месопотамии. Очень может быть. Но это еще не деньги и такие сделки выходят за рамки расследования.
   Мы начнем исследовать труд представителей первой в мире полноценной профессии с того момента, как появились настоящие деньги - первые металлические монеты. Не ракушки, не стада овец, не камушки и не перья, а именно монеты - как унифицированная форма денег, обладающая свойством контроля эмиссии (надеюсь, никому не нужно объяснять, что я имею в виду). Как обычно, любая книга по истории экономики на первой же странице сообщит вам, что, как и все под этой Луной, деньги в виде монет изобрели... конечно китайцы аж четыре тысячи лет назад! Креатив китайцев вообще зашкаливает - нет такой отрасли человеческой деятельности, куда бы их древние предки не сунули свои плоские носы. Точно так же потрясает их - китайцев - необыкновенная память! Вернее, отсутствие оной. Понятно, что у несчастных китайцев была очень насыщенная история - здесь тебе и целые века междоусобных войн и героические битвы со всякими чжурчженями и хунну, противостояние монголам и еще бог знает кому, но ведь другим это не мешало помнить, чем они пахали вчера и как печатать книги? И только китайцы уникальны. Ведь они умудрились забывать периодически все, до чего с таким трудом додумывались! Конфуций им судья, а мы обращать внимания на эту пропаганду китайской исключительности не станем. К тому же следом сразу появятся турки, размахивающие руками как ветряные мельницы и с пеной у рта доказывающие, что это их далекие пращуры в Каппадокии впервые стали изготавливать серебряные слитки постоянного веса и качества, которые могли служить деньгами. Возможно, так все и было, но нам на это наплевать. У нас есть документированные сведения, что первые монеты появились на территории современного Ливана в VII веке до н.э. Или в Лидии, что еще более вероятно, примерно в то же время. Они находятся неподалеку друг от друга и вполне могло так оказаться, что идея, уже витавшая в воздухе, пришла в чьи-то неглупые головы одновременно. Вот с этого эпизода мы и начнем.
   Почему же деньги появились именно там? Можно предположить, что именно среди этих парней родился первый в мире дипломированный финансист, однажды воскликнувший: "Вашу мать! Нам срочно нужны металлические деньги!" Может быть, так и было. Но мне все же видится неизбежность появления первых монет в этом регионе из-за его чрезвычайно удобного географического положения между несколькими цивилизациями, обладавшими источниками поступления золота, каждая из которых постепенно пришла к осознанию необходимости ввести некую единую меру ценности и богатства. И все они выбрали такой мерой золото - нержавеющее, не валяющееся под ногами, достаточно прочное, чтобы не сломаться, увесистое (берешь в руки и чувствуешь тяжесть богатства), да и вообще - отличный поделочный материал. Добровольным был этот выбор или навязанным - сейчас уже не важно. Важно, что он состоялся.
   Египтяне добывали свое золотишко в походах в Нубию, хетты - в тех кавказских реках, куда в те же годы поплыли греки во главе с Язоном за золотым руном, лидийцы намывали золотой песок и слитки в Пактоле, названном "золотоносным", ассирийцы просто грабили всех подряд. Важно, что за крупицу золота каждый представитель этих народов был готов удавиться сам и удавить окружающих. У несчастных левантийцев, с зари веков привыкших выживать в условиях отнюдь не тепличных, не было золота... черт! Да у них вообще ничего не было, кроме желания быть богатыми и сильными. И они сделали свой шаг, создав первую глобальную торговую империю - государство посредников, разменивающих ливанский кедр и египетский горох на золото хеттов, а золото хеттов - на греческие амфоры и италийское вино. Страна-базар.
   Кто-то скажет: вот ерунду-то придумал! Где Хетты, где Ашшурбанипал, а где доблестный Агамемнон со своей маской! Между ними полтысячи лет! Что ж, это - сущая правда, микенское золото будет постарше ассирийских головорезов - того их поколения, что известно своей воинственностью и мощью. Наверное. Может быть. Вероятно.
   Здесь я с прискорбием вынужден констатировать, что датировка событий у историков очень сильно плавает и единого мнения о времени того или иного события часто нет. Если уж никто из исторических корифеев не может сказать точно о том, когда произошла Троянская война (и была ли она вообще), то как можно от них ждать достоверных рассказов о несчастных бухгалтерах первых торговых империй? К большому моему сожалению, здесь мы вынуждены двигаться по зыбкой почве догадок, прыгая от факта к факту как на болоте по кочкам.
   Стоит заметить один важный момент: поскольку датировки плавают, то на разницу в сто-двести-триста лет для тех времен можно вообще не обращать внимания - ведь все эти народы для нас не более чем абстракция. Ушли финикийцы из Тира и Сидона в 500 году до н.э. или в 700 - большой разницы нет, эти годы - не более, чем чьи-то фантазии, принятые большинством коллег. Все это - наукообразные сказки о Конане-варваре, обросшие именами, датами, подробностями, буквально высосанными маститыми профессорами из мозолистых пальцев.
   Для нас важно другое: где-то лет эдак за шестьсот-семьсот до Рождества Христова некоторые предприимчивые люди то ли в Леванте, а то ли (что видится мне более вероятным) в Лидии (где в это время как раз царствовал знаменитый царь Мидас, превращавший в золото все, к чему прикасался - не это ли прообраз первого финансиста?) начали выпускать первые металлические деньги. Правда, некоторые считают, что проживал этот полумифический царь в соседней Фригии, но в те времена к государственным границам относились не очень почтительно, а степень зависимости одного царства от другого установить просто невозможно. Фригия или Лидия - это соседние регионы и нам неважна детальная конкретика в этом случае, потому что деньги начали выпускать где-то там. Из электрона - сплава серебра и золота, что в изобилии порождала река Пактол, протекающая по обоим царствам - и Фригии и Лидии. Есть легенда, что только омовение в Пактоле спасло Мидаса от того, чтобы превратить в золото вообще все, что его окружало. Но если отбросить явный миф, до давняя история с омовением прямо укажет нам на взаимосвязь "Мидас-купание в реке-богатство", то есть легенда вывернула события на изнанку - как в том анекдоте о выигранной в лотерею Исааком Израилевичем машине "Волге", что на самом деле совсем не редкость. Так часто случается, что причина начинает в записи или устной передаче от человека к человеку выглядеть следствием. Легенды же приписывают идею чеканки монет жене Мидаса - Демодике. И это тоже понятно - кто еще мог породить столь греховный промысел, как не женщина? Но вернемся от легенд к деньгам.
   Чем же деньги - монеты - отличаются от привычных в то время слитков, брусков, ракушек и прочего метало-керамического хлама? Отличий несколько. Во-первых, гарантия повсеместной ценности монеты. Во-вторых - унифицированность и счетность: ее не нужно каждый раз перевешивать как слитки, не нужно согласовывать стоимость при всякой сделке. В-третьих - средство накопления богатства, ведь ни стада верблюдов или батальоны рабов, подверженных болезням и смерти, ни полные амбары зерна, уничтожаемые пожарами и гниением, ни здания, которые невозможно перенести с собой - ничто из перечисленного не может гарантировать передачу состояния от поколения к поколению. А золото, монеты - могут. Есть и еще и в-четвертых, и в-пятых, но это пока не важно, ведь мы и без того увидели четкую разницу.
   В Сардах, столице лидийского царства, лежащей на берегу того же самого Пактола, и примерно в то же время царя Мидаса (если и есть разница, то всего-то лет в пятьдесят, что очень немного) правил и второй человек, ставший на веки вечные олицетворением несметного богатства - Крез. И в его царствование монеты лидийцев разошлись по всему известному миру, создав первый документированный пример возникновения "резервной валюты".
   Когда золотые деньги современные исследователи называют товарными, то есть имеющими собственную ценность, нужно понимать, что ценность золотой монеты и золота, в ней содержащегося - все-таки вещи разные. И никакой идиот (кроме одного римского императора, но об этом позже) не станет присваивать деньгам ровно ту стоимость, которая имеется у пошедшего на них золота, меди или серебра. В конце концов, в их изготовление вложен труд, в работу денежной системы вложены определенные усилия и не получить доход от выпуска денег - нужно быть абсолютно безголовым. Эту фишку даже древние бухгалтеры просекли сразу. Товарные деньги, безусловно, имели ценность, но они всегда обходились эмитенту дешевле их нарицательной стоимости - это "железное" или, если хотите, "золотое" правило эмиссии, которая лишается всякого смысла в случае паритета стоимости золота и монеты из него изготовленной.
   Этот момент отлично прослеживается в истории всех металлических денег: драхм, солидов, статеров, денариев, сестерциев - золотое или серебряное содержание в которых все время падало, а порой и вовсе исчезало. И вызвано это было желанием получить дополнительный доход от сеньоража - права выпускать деньги. Были и другие причины постоянного снижения реальной ценности денег: рост экономики и требующееся увеличение денег в обращении для ее обслуживания и постоянное вымывание драгоценных металлов из оборота для пополнения домашних сокровищниц всяких Мидасов, Лукуллов и Крассов.
   Так и силилась мощь первой международной корпорации-государства Лидии, разросшейся на половину Малой Азии, пока не обнаружилась неприятная вещь. Выпуская деньги из металлов, будь готов к тому, что кто-то другой, занявшийся разработкой рудников или намыванием песка в овечьи шкуры, однажды выбросит на рынок свои деньги.
   Любой правитель, осознавший истоки богатства Лидийских и Левантийских царей, решал немедленно стать на проверенный путь процветания и наладить выпуск собственных денег. Доходило до абсурда - каждая деревня в Древней Греции выпускала свои деньги. Больше тысячи денежных систем на одном маленьком полуострове! Но даже такие крайности никого не могли остановить в погоне за легким обогащением.
   Кому-то это было нетрудно. К примеру, все, что требовалось совершить египетским фараонам - сгонять с войском в Нубию, напинать неграм по седалищам, отобрать намытое золотишко, да с триумфом вернуться. Но если негры воинственны и золото отдавать не желают, то можно покопаться в рудно-россыпных районах Коптос, Акита, Вади-Аббас, Вади-Аллаки - там тоже кое-что есть. Другим было не в пример сложнее - ведь золото обретается не всюду, а Нубия - далеко и сначала придется напинать египтянам. И нужно искать месторождения, жилы, золотоносные реки. Гиксосы, впрочем, однажды так и сделали - пришли и напинали египтянам, но случилось это во времена столь далекие, что прямой выгоды от своего подвига, кроме кратковременной - на сотню лет - радости они не получили. Их вскоре изгнали и единственное, чем они запомнились - короткой XV-й династией в списке египетских фараонов.
   Карфагеняне, освоившие к тому времени южный, африканский берег Средиземного моря, нашли каких-то терпил из Сахары, которым продавали соль в обмен на золото по собственному обменному курсу. Потом, после схода с исторической сцены Карфагена, бизнес перешел к арабам. А потом и сами "терпилы" набрались наглости и посетили целой делегацией Египет, вызвав кратковременную панику на базарах - золота они привезли с собой больше, чем было во всем халифате. Возглавлял делегацию негритосов Муса I, которого многие называют самым богатым человеком всех времен и народов. Но было это гораздо позже описываемых времен. И мы пока позабудем о Мусе.
   Что же изменило золото, ставшее не просто увесистыми слитками желтого металла и чашами, тарелками, украшениями, в человеческой психологии? Ответ очевиден. Стала понятна простая вещь: богатым можно стать без обладания полями, рабами и скотом - это все можно купить, если имеешь деньги из золота, фондоемкость которого чрезвычайна - одна единственная чешуйка может стоить очень дорого. А можно и не покупать, чтобы не взваливать себе на шею ответственность за всех этих ослов, коров, рабов и ремесленников. Плати им и будешь иметь все самое лучшее - главное, чтобы твое золото-деньги не кончалось! И даже самый опустившийся пария стал способен обрести все богатства мира, если б нашел способ скопить деньги. Это выглядело проще, чем женитьба на дочери главы могущественного рода, у которой от женихов и без нищебродов отбою не было. Или захват укрепленного города, чтобы после победы занять место его заправил.
   И вот здесь-то и началась первая золотая лихорадка, когда те народы, на чьих землях не оказалось золота, бросились его искать по всей Ойкумене.
   Таких народов (из тех, кто имел достаточные ресурсы в виде населения, агрессивности, умений и необходимость для поиска драгоценных жил) оказалось, по большому счету, два - древние греки и финикийцы (они же пуны или позже - карфагеняне). Плавали и другие, но не столь активно и ни к чему значительному их плаванья не привели.
   С карфагенянами все было просто - как я уже говорил, они нашли терпил в Сахаре и глупых диких иберов в будущей Испании. И те и другие с радостью меняли золото на бусы, тряпки и вино. А когда все дается легко - то пути для развития нет. Ведь проще поддерживать текущее состояние, чем изобретать что-то новое. Поэтому оставим в покое пунийцев и посмотрим на их прямых конкурентов в погоне за драгоценным металлом.
   Древние эллины, еще не ставшие законодателями в науке и искусстве, были в те годы совсем не тем народом, который нам известен по школьным учебникам. Кто они такие в VII веке до н.э.? Дикие, кровожадные, вонючие, многочисленные варвары - дорийцы, ахейцы, данайцы, еще толком не ставшие спартанцами, микенцами и коринфянами, бесившие своими зверскими привычками всех соседей. Египтяне называли эту архаичную братву, прообраз будущих викингов, "народами моря", которые приходили, грабили все более-менее ценное и пропадали за линией горизонта - точно как двумя тысячами лет позже бородатые викинги.
   Удивительным образом расселение этого народа - греков-варваров - по Средиземноморью относится как раз к периоду появления первых денег и введения древнейшего "металлического стандарта": Сиракузы, Неаполь-Партенопея, Кирена, Синоп, Фазис-Поти, Херсонес - от Перенейского полуострова, через Сицилию, Африку до самого Крыма! Греки за какие-то 100 лет (VII - VI вв. до н.э.) колонизировали все Средиземноморье! Какой-то демографический взрыв невиданной силы или они что-то искали? Если взрыв - то с чего бы? Закончились презервативы? Изобрели комбайн для сбора оливок и еды стало - завались?? Со времен Трои все было спокойно и вдруг - нате, получите греческую экспансию?! Мутное какое-то дело. Так какая сила толкала несчастных греков все дальше и дальше? Поиски циклопов? Желание спуститься в царство Аида? Этого еще можно было бы ждать от свихнувшихся на теме загробного мира египтян, но от жизнелюбивых греков... Что-то не верится. Может быть, они искали Олимп? Тоже сомнительно - он прекрасно был известен всем эллинам - от Менелая и Агамемнона до Сократа и Платона. Или же им было нужно нечто более практичное и приближенное к жизни? Используем бритву Оккама и - вуаля! Золото! Богатство, нажива, прибыль и чем проще она достигается - тем лучше! Потому что подверженные засухам земли благословенной Беотии, Фессалии или Аркадии не могут прокормить всех желающих вкусно кушать. И выбор невелик - либо торговать кровью в набегах на защищенные города, либо торговать чем-то другим, обходясь разбоем только в случае видимой слабины "партнера".
   Мне видится, что они все же что-то искали и искали именно золото - "золотое руно" древнегреческих мифов, которого так мало в Европе. Плодородные земли, рабы, олово - это все было обнаружено попутно, но в дорогу их гнала именно жажда скорейшей наживы, даруемая только чистым золотом! И подобное мы увидим еще не один раз в человеческой истории: кровавые вики суровых норвежцев, искавших богатства от Ньюфаундленда до Рима и Туниса (к их сожалению, он и немного опоздали с выходом на историческую сцену и все теплые места оказались заняты), грабивших города и страны не ради красивых девок или ученых мудростей, а ради презренного злата и серебра ; мы увидим подобное когда испанцы и португальцы за какую-то сотню лет подомнут под себя земной шар. И причиной тому будет всегда золото!
   Значительные месторождения драгоценных металлов в то время были только в нынешней Испании - тогдашней Иберии, которую к тому времени уже начали колонизировать пуны. Греки потыкались тут и там, основывая десятки, сотни поселений в надежде найти хоть крупицу, но все было тщетно, а там, где золотишко все же водилось, уже бойко распоряжались другие претенденты, одолеть которых не было никаких шансов. Нам известны, по меньшей мере, сотня греческих поселений той поры за пределами самой Греции - они умудрились влезть даже на территорию Египта! - а сколько их было на самом деле? Сколько трирем утонуло, сколько греков было вырезано туземцами в первый же год существования колонии?
   Эллинам в смысле золота не очень повезло - и никогда их города не были так же богаты, как финикийские или лидийские. Вернее, им не удалось стать обладателями и разработчиками сколько-нибудь значительных запасов золота или серебра. И не зря в их мифах героический Язон плывет со товарищи за золотым руном, преодолевая трудности и не снившиеся прежним поколениям мореходов!
   Но худа без добра не бывает и тотальное исследование побережья моря от Геракловых столбов до устья Нила и гор Крыма и Кавказа принесло свои плоды: греческие города-государства не получили источников природного золота, но получили рынки, стали полноценными участниками глобальной торговли, разнеся повсюду свой язык, быстро ставший международным. Вернее будет сказать - они и придумали международную торговлю в новых, глобальных масштабах. Полисы стали теми посредниками, которые знали все, что творится в Южной Европе, Африке и Азии. И торговали этим знанием, заняв свою нишу. И все же золото для своих драхм им приходилось покупать. Поэтому драхмы в то время еще не стали мировой валютой - их просто было мало. На арене международной коммерции безраздельно царствовал лидийский статер и все были согласны с таким положением вещей.
   Параллельно с греками эту же часть обитаемого мира осваивали и финикийцы. Эти отважные рыбаки и мореходы изначально жили аккурат возле левантийцев, выпустивших первые деньги. Только чуть ближе к Египту, на землях, ныне занимаемых Израилем. Насмотревшись на соседей, они, как и греки, пустились в путь - за пиастрами! Говорят, что история их плаваний к тому времени уже насчитывала тысячу лет и якобы еще во времена фараона Рамзеса I они плавали в Британию за оловом. Возможно, именно этот опыт сразу задал вектор их экспансии - в Африку и Иберию, где золотишко водилось в приличных количествах. Но как бы там ни было, им действительно повезло - они сели в буквальном смысле на "золотую" жилу. И организовали первую глобальную морскую империю, основанную на торговле. Условно говоря, Карфаген - это прообраз Британской империи, использовавший те же методы и средства в достижении своих задач: огромный флот, торговля и неразборчивость в средствах.
   И вот только теперь, когда взаимосвязи между регионами стали обширными и устойчивыми, появилась реальная возможность создать нормальные банки. К большому удивлению многих читателей, этим занялись отнюдь не соплеменники Моисея и Соломона.
   Рядом с тем регионом, где мы увидели первые деньги, рядом с Лидией, был другой, оставивший в истории знаменитое имя - Иония, богатая медью, оловом, портами и работящим населением. Здесь-то впервые и возник феномен, который сейчас мы назвали бы промышленным центром, где население в основном составляют не крестьяне, а ремесленники. Любому человеку понятно, что для существования такого центра нужно соответствующее финансирование и никакой бартер не способен долгое время поддерживать его жизнь. И решение нашлось!
   История сохранила для нас имя первого ловкача, научившегося делать деньги из воздуха, занимавшегося переводом денег из наличной в безналичную форму и имевшего к 600 г. до н.э. уже целую сеть специализированных на валютных операциях контор в Греции и Ионии. В эти годы еще даже знаменитый Крез не утвердился на своем престоле в Сардах, а первый банкир уже почвился. Звали этого прадедушку всех финансистов то ли Тефием, то ли Тифием. Чистокровный малоазиатский древний грек в сандалиях и хитоне, житель эпохи, которую принято называть "ранней архаикой", современник поэта Гомера и геометра Фалеса! Это он (или его безымянный предшественник), а не тамплиеры, додумался снабжать путешественников своими долговыми расписками. Подумать только - за 600! лет до Рождества Христова!
   Кстати, несколько слов о Фалесе Милетском. Этот философ, помимо своих геометрических изысканий известен человечеству и как первый документально упомянутый создатель форвардных контрактов. По свидетельству Аристотеля, этот геометр долгое время был очень беден, за что его не шпыняли только ленивые. Однажды ему это надоело, и на основании астрологических данных (???) он вычислил, что урожай оливок в будущем сезоне будет огромным. На все имевшиеся и занятые деньги наш Фалес законтрактовал расположенные в округе маслобойни - на один сезон. И когда они всем понадобились, оказалось, что платить нужно Фалесу. Так философ стал богатым и утер нос своим насмешникам.
   Рассказывает Аристотель так же и о некоем сицилийце, организовавшем первую искусственную монополию в Сиракузах. Этот достойный человек, чьего имени не помнил даже просвещенный грек, в межсезонье, когда торговли нет, скупил все железо, имевшееся на острове. Что характерно - делал он это на полученные в рост деньги. А когда наступил сезон и прибыли торговцы из других городов - перед ними был всего лишь один продавец. Его поступок настолько разозлил тамошнего тирана Дионисия, что находчивый жулик был выслан из города вместе с заработанными деньгами. Аристотель свидетельствует, что хитрец сумел удвоить состояние, сделав за короткий срок из пятидесяти талантов сто.
   Еще два слова о Тифии. Уверен, что между этими двумя людьми нет ничего общего, но кормчего аргонавтов, отправившихся за золотым руном, тоже звали Тифием. Правда, он умер в путешествии. Может быть, память народная так отблагодарила первого финансиста? Мы еще встретим десятки подобных параллелей, когда у реальных людей и легендарных совпадают имена. Да тот же исторический Мидас, правивший незадолго до Креза, тоже имеет своего двойника - современника Агамемнона и Аякса, свидетеля Троянской войны. И точно так же знаменитого своим богатством. Разница между человеком и его тенью около шестисот лет, причем тень его вроде как родилась раньше.
   Но мы исследуем по большей части не легенды, а финансы, и подобрались уже к созданию первых банков.
   Здесь, безусловно, стоит вспомнить и о ссудном проценте. Известен он был задолго до бородатых греков. И столь же издавна запрещался. Уже в таблицах Хаммурапи содержался прямой запрет на ростовщичество. Это за тысячу лет до забытого всеми Тифия и оставшегося в памяти поколений поэта Гесиода, осудившего беднягу-банкира, за полтысячи лет до Троянской войны! Хетты, ассирийцы, египтяне и даже - о, ужас! - евреи, были в этом единодушны, накладывая на ростовщичество всевозможные ограничения. Первый еврейский сталкер Моисей, бывший на "ты" с самим Господом Богом, когда узнал, что соплеменники поклоняются "золотому тельцу", в отчаянии разбил те священные глиняные таблички, на которых были записаны Десять Заповедей. Странный поступок. Насквозь нелогичный. Это как если бы судья в арбитражном суде, насмотревшись, что вытворяют прокуроры и адвокаты, вдруг запретил Гражданский кодекс. А с ним до кучи - Уголовный и Таможенный. И остальные тоже. Но оставим этот странный поступок патриарха на совести составителя Ветхого Завета, а сами вернемся к жажде легкой наживы, которая никогда никуда не пропадала и периодически на всяких глиняных табличках, стелах и папирусах мы находим упоминания о том, как некто дал другому некту немного зерна с обязательством вернуть чуть-чуть больше. Или коров, баранов, рабов...
   В греческой традиции запрет на ростовщичество был столь же суров, как и у всех других народов Средиземноморья. Говорят, что в самых первых римских законах это неблагородное занятие ставилось ниже воровства и если пойманный вор должен был компенсировать ущерб в двойном размере, то ростовщик - в четверном. Не сильно отличались от римских законоположения их соседей. Вот тоже еще одна загадка, на которую нет ответа - почему? История молчит - просто было табу и было. Наследие атлантов или просто перепутались времена и этнографы с историками поставили лошадей позади телеги, объявив, что сначала был запрет, а потом появилось явление? Странно, не находите?
   Но, как бы там ни было, у нас есть голый факт - запрет на ссудный процент присутствовал и у греков. И, разумеется, постоянно нарушался. Однажды знаменитый философ Солон, учитель Платона, избранный на должность афинского архонта для усмирения разоренной кабальными ссудами бедноты, придумал списать все долги, вызванные ростовщичеством и запретить его впредь. О своих планах он проболтался друзьям. Но в друзьях у Солона ходили вовсе не дураки. И друзья подсуетились - они назанимали у ростовщиков-банкиров деньги под сумасшедшие проценты, скупили на них землю, а после запрета ростовщичества и списания долгов, проведенное Солоном, в одночасье заделались очень обеспеченными людьми! Вот она, великая сила инсайда, известная за полтысячи лет до Р.Х.! Но Солон, даже будучи так гнусно обманутым ближайшими людьми, остался непреклонен: ни один гражданин греческого полиса не должен был заниматься этим презренным ремеслом! Кто бы другой, наверное, и смутился бы, но не прагматичные разбойники и мореходы. Выход нашелся простой - ростовщичеством занялись рабы!
   Но что нужно банкиру, чтобы спокойно работать? Гарантии государства на сохранение его собственности - прежде всего. Преемственность. А как ее гарантировать, если формально все принадлежит освободившемуся, выкупившемуся из рабства человеку? Ведь по древнегреческим законам после смерти человека все его имущество отходило его роду. То есть распоряжаться накопленным мог кто угодно! И в это время принимается первый закон о завещаниях - проталкивает его мудрец Солон. Теперь бездетный умирающий может завещать свое богатство кому угодно - по своему выбору! И это хорошая подпорка для формирования по истине колоссальных состояний в частной собственности для не очень благородных людей! И у теневых банкиров, стоявших за спиной выкупающихся из рабства рабов-ростовщиков, оказались развязаны руки. Нужно всего лишь кастрировать раба и заставить его передать дело следующему кастрату - вот и преемственность. А постепенно и в этих хитростях надобность отпала: уже во времена царя Филиппа II Македонского кое-где банкинг стал очень респектабельным бизнесом, которым открыто занимались уважаемые граждане со славными родословными. Ведь в то время еще не было религий, прямо запрещающих ростовщичество.
   Банкир Тифий, кстати, орудовавший ровно в то же время и в тех же местах, где Солон прославил свое имя навеки разборками с ростовщиками, разумеется, был не одинок. Специалисты помнят имена первых банкиров, называемых "трапезитами". Если кто-то решил, что это от слова "трапеза", то он почти не ошибся. "Застольщики" - так их называли тогда. Вместе с первым героем вексельных схем Тифием навеки остались выбитыми в камне имена афинянина Пасиона, Гермиоса из Асоса, ученика банкира Эвбула, подмявшего под себя насквозь демократические греческие города в Ионии - тот же Асос и Атарнеус. О Гермиосе мы еще вспомним - это был первый банкир, задумавший увеличить свои доходы военным путем. И все они были рабами на рассвете своей финансовой карьеры.
   Представьте себе древний греческий полис - Афины, Спарту, Фивы - любой, это не важно. Пять, редко десять тысяч человек населения. Все уважаемые люди, у которых водятся деньжата, друг друга знают, вместе ходили по Ионическому морю грабить потомков троянцев, вместе разоряли Крит и гоняли по Иудее хаананеян, и вдруг кто-то из этой среды начнет давать другим взаймы под проценты? Наживаться на поте и крови братьев? Да его никто больше никогда не позовет отведать разбавленного водой вина. Никто и никогда. Кроме всепрощающего Солона. Но соблазн велик! И что же делать?
   И вот на историческую сцену является первое греческое финансовое ноу-хау: ростовщичеством будут заниматься рабы - существа презренные и никчемные и потому к их низменному занятию ни у кого вопросов не возникнет!
   Историки доносят до нас дела некоторых из них с куцыми подробностями. Рассмотрим одно из рядовых сообщений. Афинянин Пасион начал свой путь в мир больших возможностей с арендованного у бывшего хозяина офиса и займа у него же (а откуда еще у раба деньги?) одиннадцати талантов золота. Один талант примерно равен одному пуду - если использовать меру гомеровского маловесного таланта. А если взять другой талант, то дело будет выглядеть еще серьезнее, потому что вес его был чуть больше четверти центнера. У раба - 176 килограммов золота (по нынешнему курсу 7,5 млн. долларов)? Или даже 286 килограммов (12,2 млн. долларов)? А ведь были и еще более тяжелые таланты - финикийский, еврейский, торговый, персидский. Вес некоторых из них оценивается в 67 килограммов! И это уже выходит, что стартовый капитал Пасиона немного не дотягивал до тонны золотишка (и был примерно равен 31,5 млн. долларов). Либо мы вообще неправильно понимаем институт рабства, либо все-таки имеем дело с появившимся институтом подставных лиц, когда раб занимается неблаговидными делишками, а богатеет на этом хозяин - примерно как лет пятьдесят назад на Уолл-Стрит. Я склоняюсь ко второму варианту, хотя и с рабством тоже не все так просто и чуть позже мы к нему вернемся. Закончил свою банковскую карьеру гражданин Пасион обладая тридцатью девятью талантами (и тогда его сокровище должно находиться в пределах между 655 килограммами и 2620 кг - если пересчитать в доллары по текущему курсу, то выйдет двадцать восемь миллионов долларов по минимальной оценке - неплохо для раба?).
   Капитал Пасиона вырос в четыре раза. Это с учетом того, что все эти годы он содержал себя и свою контору. Это с учетом того, что в те годы до страхования морских перевозок еще не додумались и страховали свои риски увеличением процентных ставок для некоторых операций. Ведь купец, ушедший в море, мог навсегда в нем и остаться. Поэтому появился "морской процент", гораздо больший, чем обычный, выдаваемый "сухопутным крысам" для коротких операций на ближайшем базаре. Но если были высокие проценты, значит, были и списания по подобным рисковым займам? И, тем не менее, занятие Пасиона давало ему очень высокую норму прибыли, гораздо большую, чем прежняя, достигаемая разбоем и грабежами. Говорят, на закате дней он даже стал самым богатым человеком Эллады. Вот это карьера! Идея, превратившаяся в чистейшее золото!
   Где-то во времена Пасиона - примерно в V в. до н.э. в чью-то умную голову приходит еще одна удачная мысль - сделать разменную монету из меди! И это было вторым греческим ноу-хау, после использования рабов в качестве директоров банков, позволившее им возвысится над остальными народами.
   Другой раб - Гермиос, бывший личным секретарем Эвбула Асосского (самого когда-то бывшего рабом), известен своим необыкновенным интеллектом. После обучения в лучшей академии того времени - афинской, он унаследовал дело патрона (сейчас бы сказали - стал Председателем Совета Директоров) и стал дружить с Аристотелем и Платоном, знакомым по академии, практически взял шефство над обоими и даже получил в ответ хвалебную поэму от Аристотеля - воспитателя Александра Великого, Божественного, Двухрогого, Македонского! И статую, оплеванную неблагодарными афинянами, не желавшие видеть перед собою каменный образ бывшего раба. Через это замечательное знакомство с наставником македонского принца Гермиос вышел на папашу будущей легенды - легенду тогда еще вполне себе живую - македонского царя Филиппа II.
   Что могут обсуждать банкир и агрессивный царь Древнего Мира, встречаясь на дружеских попойках? Разумеется, войну. Войну - как коммерческое предприятие. Ведь до тех пор все войны велись по старинке - царь финансировал поход и делил прибыль между своими воинами. Но военная фортуна изменчива и, собираясь надрать кому-то задницу, нужно понимать, что этим "кем-то" вполне можешь оказаться и ты сам. И тогда все твои затраты пойдут прахом, ты легко можешь оказаться нищим и тогда... лучше об этом и не думать! И любому царю очень хотелось разделить риски - с бойцами, с приближенными сподвижниками, да с самим Аидом, сатиры его задери! Чтобы иметь возможность отступить, если боги будут немилостивы. И вот приходит человек, согласившийся взять на себя часть этих рисков - ну разве не подарок судьбы для измученного сомнениями Филиппа? И тогда лучшие друзья отныне и навеки - банкир и царь обсуждают войну.
   Войну против богатой Персии, оставшейся к тому времени единственной военной доминантой в известном мире. Им не нужен тогда еще нищий Рим, с трудом отбивающийся от галлов, ни к чему морской колосс Карфаген, воинов которого еще нужно постараться найти в бескрайних просторах моря. Персия - вот самый ближний и самый богатый противник! Неповоротливая, раскинувшаяся от Индии и Аральского моря до Египта и Эфеса, погрязшая в роскоши Персия! О нравах и обычаях которой, о несметных богатствах так хорошо рассказал Ксенофонт в своем "Анабасисе". Филипп должен был воевать, Гермиос - платить, а прибыль они согласились делить в оговоренной пропорции. Как видите, ничего нового под луной нет. Как только появляется тот, у кого много денег - он вскоре непременно придумывает, что самый быстрый и верный способ обогащения - маленькая победоносная война.
   Но, видимо, уже тогда шпионы были повсюду, потому что персидский царь Дарий терпеть выходки македонцев и Гермиоса был не намерен. Узнав о сговоре, он решил действовать. Филипп проживал от Персии далековато и его наказание потребовало бы существенных расходов, а вот финансист агрессивной войны - Гермиос - крутился неподалеку, в Асосе. И Асос был завоеван одним из сатрапов Дария, а потерявший берега банкир убит. Так что Александру Македонскому пришлось договариваться с другими денежными мешками. И, думается, его странное нежелание возвращаться на родину после стольких замечательных побед, когда он однозначно заявил македонцев как претендентов на мировое господство, было вызвано не романтическими бреднями об империи на весь мир, но только лишь алчностью его финансистов, требовавших все больше и больше золота для оплаты обеспечения его армии. И остановился поход только тогда, когда расходы на его продолжение из-за растянутых коммуникаций стали превышать доходы. Но об этом мы поговорим позже и подробнее.
   А сейчас стоит вскользь заметить, что Филипп стал не первым царем, решившим, что огромные деньги дадут ему победу на поле боя. Щедрые жертвы богам и сытые солдаты по всем расчетам должны были даровать успех любому, кто окажется достаточно богат. Некоторые в это искренне верили. Уже многократно упомянутый Крез за двести лет до македонца всерьез собирался пощипать Персию и даже кое в чем преуспел, наведя шорох на границах. Однако у тогда еще свирепых и многочисленных персов был свой взгляд на жизнь, и расправа с лидийским царем вышла короткой - он остался без царства и своих сокровищ. В те дни время денег еще не пришло. Вернее, они еще не давали настолько серьезного преимущества, чтобы маленькая денежная страна могла одолеть большую.
   Нужно сказать, что в те времена у первых банкиров был мощный конкурент - религиозные центры, храмы, посвященные разным богам и ставшие постепенно настолько богатыми от приношений своих приверженцев, что уже сами стали проводить торговые операции - кредитование и сохранение капиталов. Храмы выступали иногда даже как первые Центробанки, как государственные резервные фонды, финансируя поселения, образовавшиеся вокруг святых мест, ссужая деньгами царей и деспотов. Это симбиотическое противостояние религии и денег существует и сейчас - за любой религиозной реформой всегда и всюду стоят деньги. И ничего больше.
   И чтобы избавиться от конкурентов, было придумано третье греческое финансовое изобретение, начавшееся как перекредитовка у коллег для покрытия нерассчитанных рисков.
   Чтобы избавиться от конкурентов, первые банкиры стали принимать вклады. Не для хранения - этим занимались и раньше - они сами и храмовые хозяйства, а для приращения! Они стали обещать доход своим вкладчикам! И это решило вопрос в их пользу. Правда, стоит добавить, что вместе с наращиванием капитала появились новые риски - ведь теперь вкладчик мог забрать у банкира свои деньги, вызвав нехватку ликвидности. Если раньше банкир работал со своими деньгами и этой проблемы не знал, то постепенно она вышла на первый план. И уже тогда - в мире, где царствовал древнегреческий язык, появились срочные вклады, вклады до востребования и тому подобные хитрости, приводящие в равновесие пожелания вкладчика и страх банкира перед рисками.
   Экспансия банков принимала все более угрожающий характер - если величайшие цари были вынуждены считаться со вчерашними рабами, то что оставалось делать мелким князькам? Мелкие князьки решили заняться самоизоляцией, рассчитывая, видимо, вернуть прежние тучные годы и навязать власть окружающим не с помощью презренного золота, но оружия. И первыми в деле самоизоляции были самураи того времени - спартанцы. Так же как японцы и китайцы двумя тысячами лет позже они закрыли свои рынки для иностранной валюты. Реформами Ликурга в V веке было запрещено свободное хождение золота и серебра по подвластной Спарте территории, все ценное у граждан и гостей Спарты было изъято и все расчеты стали производиться в бронзе. Оставим это на совести хронистов, но сообщаются и вовсе необыкновенные вещи: якобы деньги, выпущенные Ликургом, были настолько огромны и тяжелы, что за покупками на рынок приходилось ездить на телеге! Какое-то бессмысленное сообщение. Мне думается, что это все-таки злая шутка недоброжелателей сродни бытовавшим в Германии Веймарской республики или в Зимбабве последних двух десятков лет: для похода на рынок за молоком нужно брать два чемодана денег. Просто констатация того, что бронза не может стоить столько же, сколько стоит серебро. Но нам это неважно, потому что Ликург в итоге проиграл, несмотря на кратковременный выигрыш от конфискации благородных металлов. Найдите-ка идиотов, желающих разменять свои горшки с оливками на бронзовые чушки? Горшки с дарами олив и смоковниц поехали не в Спарту, а в Фивы и прогнозируемо началась война. Вернее, целая серия войн, в ходе которых обнищавшая, но гордая Спарта навсегда утратила свое ведущее положение, уступив эту роль торгово-банковским империям Фив и Афин. Так в будущем всегда будут заканчиваться противостояния оружия и денег - побеждать станут деньги, подкрепленные оружием. "Осел, нагруженный золотом, возьмет любую крепость" - и это изобретение Филиппа II Македонского никогда не давало осечек, служа верно ему самому и его прославленному сыну.
   И вот здесь, коснувшись имевшихся в то время рисков, мы вплотную подошли к банкротствам. Удивлены? Были, оказывается, и такие явления в мире неразвитого (или переразвитого - как посмотреть) рабовладения.
   Первые зафиксированные в исторических анналах банкротства случились в годы противостояния Спарты и Фив - за полвека до подвигов македонского царя. Разорились сразу несколько ведущих греческих банков, и я не удивлюсь, если выяснится, что причиной этому стали нововведения Ликурга. Разорились бывшие рабы, считавшиеся тогдашними нуворишами: Аристолох, раздавший все имущество кредиторам, Гераклид вообще не стал разводить сопли, а собрав остатки своих активов, умотал в далекие дали, оставив вкладчиков с носом. Известны любителям истории и имена неудачников Сазинома и Тимодема, проваливших свои предприятия.
   Тогда же был разработан и первый метод борьбы с недобросовестными банкирами - вкладчики распределяли свои капиталы по нескольким банкам.
   Как видите, ничего нового под этим солнцем в Средние века ломбардцы и венецианцы не изобретали - только лишь повторили рецепт успеха.
   Даже выход банков на коммодитиз-рынки состоялся в глубокой древности. Уже во времена Ликурга банкиры осознали, что помимо чистых финансовых операций они вполне и сами могут заняться продажей зерна, бронзы, мрамора и масла, не ограничивая прибыли навязанным процентом, а собирая с рынка все доступные деньги. И чуть позже - во времена империй некоторые из банков прочно держали за ... горло Рим или Карфаген.
   И, наверное, теперь стоит сделать некоторые выводы. Отчасти экономические, отчасти философические.
   И первый из них такой: задолго до тех людей, которые сидели перед Иерусалимским храмом, разменивая обычные деньги на жертвенные, человечеству уже стали известны основные законы денежного обращения. Освоены практически все знакомые нам по более поздним временам приемы и способы наращивания капитала. Ничего нового венецианцы и генуэзцы в наш мир не принесли и спустя две тысячи лет после Тифия и Фалеса Милетского.
   И сразу напрашивается второй (пока еще спорный) вывод: древние средиземноморские общества ничем не отличались от таковых же, но, допустим, средневековых или позднейших - капиталистических за исключением некоторого усложнения законодательных систем, религиозных основ и прочих "надстроек". Базис с некоторых был один и тот же - главенство капитала над человеком. Здесь вам и избирательное право по имущественному цензу (и мы легко увидим параллели между римским Сенатом и британской Палатой Лордов). Разница только в бирках: на одном временном пласте висит табличка "рабовладельческие общества", на другом "феодализм", на третьем "капитализм". Когда-то давно, в те времена, когда ученым человека делало умение структурировать накопленные знания, развесить ярлыки и поименовать все и вся, создавая иллюзию понятности и кристальной прозрачности, разные времена получили свои названия, чтобы чем-то отличаться друг от друга. И отличались. Чисто косметически. Будучи на самом деле одним и тем же.
   А нам пора перейти к тому, что навесило на Античность ярлык времен простых и недобрых - к рабовладению.
  
   Глава 2. Рабовладение.
   "Вы друзья Мои, если исполняете то, что Я заповедую вам. Я уже не называю вас рабами, ибо раб не знает, что делает господин его; но Я назвал вас друзьями... Помните слово, которое Я сказал вам: раб не больше господина своего. Если меня гнали, будут гнать и вас; если мое слово соблюдали, будут соблюдать и ваше"
   Евангелие от Иоанна, глава 15, стихи 14, 15, 20.
   Так и не смог определиться проповедующий Господь - кто такие его последователи: рабы или друзья? Называл и так и так, все время сбивался, но так ничего жестко и не постановил. Видимо, с тех пор в мире путаница и осталась. И правило: стоит назвать раба другом, как он перестает считаться рабом, по сути им оставаясь.
   Сколько в мире народов - столько и разных наборов действующих правил для повседневной жизни. И каждый народ мнит свои законы и порядки устроенными наилучшим образом, умудряясь внести даже в простые вещи столько разнообразия, что под массой отличий порой пропадает первичный смысл явления.
   Рабовладение. Казалось бы - что здесь сложного? Есть раб, есть его владетель, первый подчиняется, второй распоряжается. Чего мудрить, ведь это простые понятия? Но и здесь человечество сумело обставить дело так, что постепенно запутало само себя.
   Во всех уголках света этот древний институт, существующий в различных формах и поныне, носил весьма своеобразные черты, но оставил в памяти нынешних книгочеев устоявшийся образ рабовладельческой античности: вот невольничий рынок, вот забитые, изможденные, несчастные люди - мужчины, женщины, дети. Все с обязательными табличками-ценниками, висящими на отощавших шеях. Непременно пара детишек и младший держится тонкой ручкой за мамкин сарафан, сдернутый наполовину с груди несчастной пленницы твердой и волосатой лапой рабовладельца. Рядом стоит довольный жизнью торговец-надсмотрщик, традиционно толстый, усатый, и размахивает плеткой-семихвосткой - точно такой, как у Карабаса-Барабаса. Или другой образ: каменоломни, в которых как муравьи ползают по набитому щебню тысячи голодных, полумертвых людей. Пирамиды в Гизе, окруженные морем голов в белых платках - рабы возводят усыпальницу. Колизей, сотрясаемый воплем тысяч глоток: только что один раб-гладиатор прикончил другого! Или вот еще: галера с длинными рядами гребцов-рабов, прикованных цепями к отполированным их же задницами скамьям. Вот в одном из этих несчастных бедолаг мы узнаем что-то виденное раньше: бледное лицо, злой рот с выпяченной нижней губой, маленькие хитрые глазки, нос утицей, обширная залысина, выдающего в нем бывшего государственного мужа. Но это не какой-нибудь Солон. Это другой несчастный раб, восьмой год вкалывающий на галере.
   В общем, картина рабства в общественном сознании складывается удручающая: бедные полуголодные и полуголые невольники, вынужденные выполнять чьи-то прихоти и ежедневно ужасно страдать.
   Однако, едва мы обратимся к реальности, едва начнем работать с первоисточниками, как все разом переворачивается! И оказывается, что нарисованные нашим воображением картины относятся не к доХристовым временам, а, скорее, к концу XVIII - началу XIX веков новой эры.
   Итак, что же происходило на самом деле?
   Начнем с расхожего мифа о "рабах на галерах". Разумеется, ничего подобного не было. Конечно, это многим известно и без меня, и ничего нового я здесь не открываю, но если не упомяну об этом, мысль будет постоянно зудеть в голове. Галера - это военный корабль и сажать на весла рабов, которые могут поднять бунт в ответственный момент - нужно быть головотяпом самой высшей степени посвящения. Это было понятно даже в самые древние времена: тот же самый экипаж "Арго", поплывший за золотишком, и воевать по-крупному в общем-то не собиравшийся, рабов в своем составе не имел. Нет упоминаний о рабах на веслах ни у Геродота, ни у Плиния. Это изобретение позднейших времен для придания контрастности положению доисторического раба и нынешнего "свободного человека" и мы еще вернемся к тому, кем и зачем этот миф был введен в общественное сознание.
   Таким образом, получается, что выражение "работать как раб на галерах" - просто устоявшаяся идиома вроде "тридевятого царства", не несущая никакой точной смысловой нагрузки. Можно читать - "вкалывал до полусмерти", а можно - "околачивал срамным органом груши и пинал кизяки по степи". В общем - что-то как-то делал. Был чем-то занят.
   А теперь посмотрим на реальное положение рабов в древнем мире. Да и в новейшие времена, исключая последние двести-триста лет, когда рабство в своих крайних проявлениях действительно приобрело античеловеческие формы, оно оставалось примерно в той же форме, что во времена Париса, Траяна или Юстиниана. Я намеренно смешиваю в кучу личности, отстоящие друг от друга на две тысячи лет, потому что намерен показать, что с тех пор и поныне ничего не изменилось, и четвертым именем в списке мог бы быть, например, Б.Обама.
   Итак, для начала обратимся к общей картине рабовладения в разных регионах Ойкумены, без выяснения статистических показателей, позволяющих сделать окончательные выводы.
   При слове "рабовладельческое общество" на память сразу приходят Египет, Рим. Кое-кто еще вспомнит Грецию, Китай, Вавилон, Иудею, позднейшую Венецию, рынки рабов в Каффе и, как апофеоз - войну между Севером и Югом в короткой истории США. Тот, кто смотрел похождения рабыни Изауры, вспомнит и испанские Южную и Центральную Америку, где рабов было на несколько порядков больше, чем в Северной. Как мы видим, рабство сопутствовало цивилизации всегда и никогда никуда не девалось даже в явной форме вплоть до конца XIX века, только обрастая со временем законами, регламентирующими права владельцев и обязанности рабов.
   Так что же такое "рабство" в понимании изобретателей этого способа хозяйствования?
   Обратимся сначала к самому доступному источнику информации о порядках и нравах той поры - Библии, посвятившей этому вопросу немало строчек. Точнее - к Ветхому Завету, древнейшей части Библии, чьи составители не понаслышке знали о рабстве.
   Внимательно вчитываясь, мы вскоре выясним, что даже среди рабов были люди "первого, второго" и последующих сортов. Рабы-соплеменники - это одно, рабы-иностранцы - это совершенно другое.
   "Если купишь раба еврея; пусть он работает шесть лет. На седьмой пусть выйдет на волю даром" Исх. XXI, 2.
   Дальше в тексте закона о рабовладении идут тонкости о положении семей рабов, о том, кого отпускать, а кого закабалять навечно, но основное сказано: в общем случае раб-соплеменник становится невольником на время. И стать рабом на постоянной основе может только по своей воле. (Это не очень-то касается "дочерей и жен", но мы помним, что до равноправия полов еще почти три тысячи лет, мы помним, что та же католическая церковь "разрешила" женщинам иметь душу немногим больше сотни лет назад.) Будучи же в рабстве, как становится ясно из Исх. XXI, ст. 2,3,4... да до самой последней! - 36-ой! иудей мог жениться, завести детей, совершать службы в храмах, владеть кой-каким имуществом и иметь гарантии сохранения телесной целостности. Этот Моисеев закон даже предусматривал своеобразную страховку за смерть или увечье раба. Правда выплачивалась она хозяину. Тридцать серебряных монет. Ничего не напоминает? И мне тоже кое-что напомнило, но совсем не то, о чем вы подумали.
   Работников нынешних американских компаний в обязательном порядке страхует работодатель. И в случае смерти страховые компании выплачивают солидные премии. Не работнику. Работодателю. Известны случаи, когда человек получает инвалидность, и его увольняют с мизерным выходным пособием, отправляя содержаться несчастного калеку за государственный счет, а сами компании получают 5-10 млн. долларов страхового возмещения. И это частенько оказывается больше, чем мог бы принести прибыли этот работник за двадцать лет безупречной службы. Ныне такое страхование - целый бизнес!
   Но это так, к слову пришлось (хотя таких вставок будет еще много, чтобы показать, что за три тысячи лет письменной истории в человеческих отношениях не изменилось ничего, кроме риторики: были рабы и хозяева, есть они и сейчас и всегда будут - разница только в ярлыках, степени послабления управляющих сигналов и постепенном перекладывании всех возможных рисков с плеч рабовладельца на плечи раба).
   Что же получал человек, продаваясь в рабство?

Оценка: 6.70*16  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Е.Кариди "Сопровождающий"(Антиутопия) А.Субботина "Проклятие для Обреченного"(Любовное фэнтези) Т.Ильясов "Знамение. Час Икс"(Постапокалипсис) Т.Ильясов "Знамение. Начало"(Постапокалипсис) М.Атаманов "Альянс Неудачников-2. На службе Фараона"(ЛитРПГ) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга вторая"(Уся (Wuxia)) В.Кретов "Легенда 4, Вторжение"(ЛитРПГ) Т.Мух "Падальщик 3. Разумный Химерит"(Боевая фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"