# Усилитель желаний. Глава 4. Чёрный колдун

Александр Анатольевич Борисов

Добавлено в общий файл.

## Глава 4. Чёрный колдун


Один дома это не кино. Скучно солдату в четырёх стенах. Если б не оджахури, даже не знаю, что бы я целый час делал. Мамкин мобильник пришлось разобрать - достали! На мой телефон никто не звонил, не слал сообщений. Наверное, в коллекторской конторе разобрались, что бесполезно. В колодце двора тоже ничего нового: расчищенный тротуар, неопрятные бордюры из снега, да старая сгорбленная верба, которая без листвы кажется высохшей. А я ещё помню светлые времена, когда над её корнями заливался каток, на ветки вешались фонари, и до самой программы "Время" во дворе не стихали детские голоса.

Жизнь при совке я застал. Даже успел побыть пионером. Мы ходили по домам и квартирам, чтобы рисовать на дверях не "здесь живёт тра-та-та, тра-та-та", а красные звёздочки и называли себя не коллекторами, а тимуровцами. А ещё мы умели краснеть, когда взрослые делали нам замечание.

Этим всё пофигу. Под окном полицейская машина стоит. Сосед гаишник приехал домой на ужин. Так они, не стесняясь, приткнули свою "Тойоту" фарами к заднему бамперу, вышли вдвоём и сопят на моём крыльце. Один трафарет держит, другой буковки набивает и матерится беззлобно, что "пальчикам холодно". Работа у них такая - поднимать ВВП государства. Не лучше и не хуже других. Востребованный сегмент экономики.

Хотел я от душевных щедрот сделать этим мужикам подлость. Проникнуться благодарностью и попросить, чтобы мой наивный девайс раскрасил их иномарку в цвета полицейской машины. Ну, как положено: с государственным флагом, надписью "ДПС" на капоте и цифрами 02 под синею полосой. А потом подумал, зачем? У них ведь ко мне ничего личного. Просто работа. Это ж не какие-нибудь бандиты. Накладно, наверное, рабочему человеку за свой счёт перекрашивать автомобиль, купленный за последние деньги.

Когда машина ушла, я выглянул на крыльцо. Хотел посмотреть на процесс исчезновения надписей. Но всё уже было чисто. Только кусок мятого поролона отсвечивал из большой алюминиевой урны, прикованной цепью к стене, чтоб не украли.

Хамкадзе пришли вдвоём. Анна Петровна, как автор шедевра, тащила кастрюлю, укутанную в старое махровое полотенце, Никита держал под мышкой ноутбук.

Только проводил их на кухню, началась свистопляска. Первым отзвонился Момоновец. Обрадовал. Сообщил, что мамке намного легче, что больше она никуда из палаты не убегает, ждёт выписку, что врачи уже сомневаются, был ли у неё этот синдром Дресслера.

- Поражаюсь, - сказал, - той медицине. Вчера "караул!", сегодня уже "ура!" Так что жди, дня через два-три будет дома. Ты уж, Серёга, постарайся её не волновать. Что там, кстати, у тебя за история с адвокатом?

Этот вопрос я ждал часа, наверное, два. Не в такой постановке, но ждал. Поэтому загодя просчитал все варианты ответов и выбрал самый приемлемый: меня там не было.

- Как это не было? - возмутился Момоновец, - Как не было, если Андрей проезжал мимо и видел, как ты в гостиницу заходил?!

- Ну да, - говорю, - заходил. Выпил в тошниловке чашку горячего чая, съел бутерброд. Два раза звонил Игорю Петровичу с мамкиной трубки. По первому номеру вообще никто не ответил, а по второму сказали, что он опять занят. Необязательный человек! Нет адвоката и это не адвокат!

- А как ты хотел?! - голос крёстного подобрел. - Крутится человек. Капитализьм это тебе не при немцах колбасой завязывать дверь. Психуй, не психуй, а другого юриспрудэнта у меня для тебя нет. Ладно, бывай здоров! Сам сейчас с ним свяжусь. Скажу, чтобы выделил час. Смотри, Швандя, без опозданий!

Не успел я продублировать хорошую новость, а соседка меня похвалить: "чистенько у тебя, хорошо", позвонил Игорь Петрович. Перемежая слова долгими "э-э-э", в нудной, витиеватой форме он принёс свои извинения. Слушая этот вальяжный, бархатный голос, мне представлялось, что адвокат пересчитывает пачку наличных, а в трубку говорит для того, чтобы клиент не сорвался с крючка, пока он не закончит. Нет бы, сказать, "Извините, не смог. Вас устроит завтра в одиннадцать?" И всё, считай себе дальше. Так он растянул эту тягомотину на две с половиной минуты. Видно, что в армии не служил.

Хотел я ему тоже испортить кровь, мол, в одиннадцать буду занят, да люди за столом, неудобно:

- Добро, - сказал, - буду! - и вырубил телефон.

Посидели, попили чайку. В этот раз я поставил на стол коробку шоколадных конфет, с давних времён лежавшую в нашем серванте. Ничё так, если стереть пальцами белый налёт. Но гости её будто не замечали: то ли брезговали, то ли стеснялись есть у людей, которые всем должны. А вот за мамку они порадовались искренне. Это я по глазам видел. Короче, не получилось сердечности, чёрт бы побрал этого крёстного со своим адвокатом! Попозже не могли позвонить!

Начал смотреть "Властелина колец", а все мысли о завтрашней встрече. Ничего в голове не откладывается. Ну, его, думаю, в баню! Я что ль планету строю? Кому оно надо, тот пусть и вникает. Сунул

под мышку ноутбук, накинул на плечи куртку - и туда.


***


- Ты делаешь успехи!

Мастер сидел на своём невидимом топчане в том месте, где я его оставил в последний раз и со скепсисом в облике наблюдал, как два приземистых гнома охаживают дубинками дикого кабана. Тот пробовал издавать боевой клич, но простенькая ловушка, в которую он угодил по своей дурости, мешала зверушке даже дышать.

Охотники тоже работали ни шатко, ни валко. Оба они были при полной боевой выкладке и несли на своих плечах столько железа, что сами передвигались с трудом.

- Кто это из них придумал пень расщепить? - из вежливости поинтересовался я.

- Да кто ж? - поморщился Он. - А кто-то говорил, гномы, кузнецы, рудознатцы! Нет, это народ, а какие-то иждивенцы. Всё-то им дай! Нет, с рыбами было бы проще, наметал икры и забыл. Сам оцени, - неуловимым "мыком", он смахнул живой уголок фэнтэзийного мира и вернул меня к берегу моря, предварительно погасив лишнее из светил.

Привычный уже к его закидонам, я всё равно тихо охреневал.

- Сам оцени, - Мастер выбросил руку в сторону горизонта и сделал широкий, всеобъемлющий жест, - то, что ты здесь видишь, сделано с душой и любовью. Каждый камушек на берегу побывал в этих ладонях, прежде чем лечь на своё место. А там?!

Зверушка "а там" уже не дышал. Пока мой наставник уходил с головой в сравнительный анализ созданных им планет, иждивенцы успели сделать кабанчику харакири и начали свежевать тушу.

- А там! - произнёс Он и подавился словом. - Нет, Ан, ты только посмотри, как это чудо держит в руке нож! Я разве так учил?!

Огненно-рыжий гном шевельнул крючковатым носом и что-то недовольно шепнул своему более молодому напарнику. Тот дёрнул щекой, свёл воедино клочья кустистых бровей и перехватил кинжал лезвием от себя. По смоляной бороде, широкой и ровной, как новая сапожная щётка, растёкся плевок.

Как же, наверное, Он их достал!

- О чём это охотники шепчутся? - стараясь не ухмыльнуться, самым нейтральным тоном спросил я.

- Ругают, - мрачно ответил Мастер и после паузы пояснил, - Создателя.

- Тебя, что ль?

- Скажешь тоже! Меня-то за что?! Кто этот народ придумал, по чьей милости я его здесь поселил, те и Создатели. Один другого не лучше! - Он перевёл стрелки с больной головы на здоровую и тут же сменил тему. - Слушай, Ан, может это не гномы, а какой-то другой народ? Они почему-то называют себя нибелунгами, или тангарами.

- Гномы, - успокоил его я, - кто же ещё? Другим племенам обычно начхать, как себя величают те или другие соседи. Они им дают обидные меткие прозвища, чтобы на фоне чужих недостатков

подчёркивать свои преимущества. Для высокорослых рас никакие они не тангары, а карлики, "метр с кепкой", хоть каждый из них в подземной пещере был бы смешнее и жальче самого неуклюжего гнома. Те тоже остры на язык. Не удивлюсь, если у вас, мастеров содружества тоже имеются в обиходе обидные клички, которыми вы награждаете...

- А вдруг ты что-нибудь перепутал? - перебил меня Он, не позволив закончить фразу и произнести вслух слово "Богов".

- Не веришь, сам убедись...

Включая ноутбук я, честно сказать, побаивался, что на другой планете он не будет работать и очень образовался, когда загрузка пошла. Аккумулятор показывал заряд девяносто процентов, флэш карта моргнула светодиодом. Как это ни странно, сотовый телефон тоже вёл себя так, будто бы он дома. Сеть не нашёл, но разродился ранее принятым сообщением, что МЧС типа предупреждает.

Пока мой наставник исследовал надписи на экране, любовался играющим светом внутри логотипа "Виндоус", я подумал, что все странности объяснимы. Если мне этим воздухом дышится, почему электронные гаджеты должны воротить нос? Ведь Земля матушка была изначально создана как филиал преисподней для носителей разума из этого сектора открытого космоса.

- Забавная штука, - сказал, наконец, Он. - А теперь скажи, что я должен в ней посмотреть, чтобы, как ты сказал, убедиться...

Пока я ему объяснял назначение кнопок видеоплеера, гномы активизировались. Без хозяйского глаза дело у них пошло веселей. Обвальщик уже рассортировывал внутренности, а рыжий собрат, по виду воинское начальство, успел вырубить жердь и сплести пару верёвок из молодых побегов лиан.

Вот ещё что интересно: мы говорили достаточно громко, а у них ноль эмоций. Глянут случайно, и то мельком, будто сквозь нас. А если не слышат, не замечают, то как догадались, что Создателю не до них?

Мастеру кино не понравилось. По времени слишком долго.

- Нельзя ли, - спросил, - сделать так, чтобы быстрее узнать, чем оно закончится?

Вот так у него во всём. Как говорит мамка, когда я слишком уж тороплюсь, "Дыр! Пыр! Сдыр!"

Включил я на виртуальном проигрывателе "перемотку вперёд". Ну, думаю, сейчас заругается, а оно ему наоборот, в кайф: уткнулся в экран и, судя по эмоциям на лице, что-то там ещё понимает.

А мне, бляха, скучно! Гномы пропали, не видел когда, червячок проснулся и гложет: жрать ему продавай! Еле дождался окончания первого фильма. Ставлю второй и, пользуясь случаем, спрашиваю, как, мол, в Содружестве насчёт восстановления сил? Что, в смысле, подают в столовой для мастеров?

Хмыкнул Он, достал из складок одежды малюсенькую таблетку - и снова мордой в экран. Глянул я. Разумом понимаю, что в ней сконцентрированы самые полезные вещества, а проглотить не могу. Запах отсутствует вообще, но цвет... как у лягушачьей тины. Оно и у нас в преисподней так: полезное есть невозможно, а на вредности цены такие, что если и купишь, то к празднику. Заначил до худших времён. Жизнь штука такая, что всякое в ней бывает.

Смотрю, мухи какие-то зашевелились, стайка ворон прилетела на свежанину. Э-э, думаю, Мастер зря времени не терял. Глядишь, и построит из этой планеты что-нибудь путное. Я со своей стороны что-нибудь подскажу, пока без работы. Хотя бы насчёт гномов. Где это видано, чтобы охотник ходил на промысел с такой тяжестью на плечах? Его ноги должны кормить, не доспехи. А дозоры, заставы, разведка и прочие мероприятия по обеспечению безопасности на случай потенциальной угрозы со стороны враждебных племён, это уже прероготива непосредственного начальства. Голова большая - пусть думают. Вдвоём всё равно много не навоюешь. Надо будет дать им Устав внутренней службы. А чтоб изучали, сказать, что это молитвенник...

На этой моей мысли Мастер оторвался от зрелища, хмыкнул в пространство и отмотал видеоплеер назад. Сам отмотал. По-моему, он эту премудрость уже освоил. Ладно, не буду мешать. В конце концов, ничего страшного не случится, если я на несколько минут отлучусь. Как мне показалось, наставник не возражал. Он смотрел "Властелина колец" с таким выражением на лице, будто бы это не шедевр оскароносного режиссёра, а его объяснительная записка...


***


Судя по времени на часах, я отлучился всего на пару минут. А мог бы вернуться секунда в секунду и даже раньше, если бы угадал время. Суп на столе был горячим, а вот за хлебом пришлось идти, не рассчитал.

Снегопад прекратился. Подбоченившиеся сугробы искрились в суматошных всплесках рекламы. Хлеб, сахар и соль купят и так. А вот чтобы продать то, что никому нафик не тарахтело, обязательно надо зажечь. Почему так устроены люди, знают одни маркетологи. Для меня это столь же сложно, как глагол "сникерснуть".

По дороге в "Магнит", два раза звонил в Питер. Помкомвзвода не отвечал. Наверно, опять курит на лестнице. Дочь у него должна родиться. Примета такая есть, отец ещё говорил: если в семье две девки - жена да тёща - обязательно быть третьей.

Дома я вытряхнул из походной сумки грязные носки и рубашки (постирать-то забыл!), поставил туда кастрюлю, ложки с тарелками, нарезанный хлеб - и назад. Так торопился, что куртку не снял.

Наставник уже досмотрел "Возвращение короля" - последний из фильмов трилогии, и пребывал в глубоком раздумье. Трижды его просил сделать что-нибудь типа стола, но такого, чтоб я видел, куда ставить тарелки, прежде чем он понял.

- Ну, - сказал, - Ан, ты меня удивляешь. Ведь это гораздо проще, чем проходить через время. Если, к примеру, понадобилась какая-нибудь вещь, нужно представить в деталях либо её, либо своё дальнейшее действие: "нужен стул", или "хочу сесть". Что это там у тебя?

От угощения Мастер не отказался. Умел держать в руках ложку и хлеб. Даже бороду не испачкал. Только ел без аппетита, как будто и не харчо. Подстричь ему бороду до нормальных размеров, одеть в строгий костюм и посадить у себя на кухне, любой бы подумал, что это учитель, врач или священник. Глаза добрые. А ведь ему решать, жить племени гномов, или он их сейчас сотрёт, как черновик.

- Спасибо тебе, Ан, - сказал, наконец, наставник, - и за еду, и за помощь! То, что я видел, нам с тобой когда-нибудь пригодится, но сейчас я хочу вернуться к старому варианту. Мне тоже искренне жаль этих наивных гномов. Только ничего не выходит. Даже когда я с ними, в мыслях всегда там. Пусть ждут. Будет когда-нибудь и у них своя собственная планета.

Вот тебе и весь гуманизм представителя высокого разума! Ради какого-то сраного камня, который когда-то Мастер держал в руках, прежде чем определить на постоянное место, он готов уничтожить даже рыжего гнома, которого, судя по внешнему сходству, лепил с самого себя! Это ж такие как Он заседают в Бюро Объединённых Галактик и на полном серьёзе решают: в полной ли мере очищена карма отверженного? Не присудить ли ему ещё один круг ада? Вот и помогай таким мастерам. Зря только время убил.

- Слушай, дядька, - сухо спросил я, пряча в сумку ноутбук, - кто тебе говорил, что гномам нужна какая-то особенная планета, а не та, что уже у тебя есть?

- Куда? - всполошился Он. - Куда я их всех размещу, если даже не знаю, есть ли в горах хоть одна большая пещера?

- Найдут. А не найдут, пусть берут лопату, кайло и копают. С каких это пор проблемы индейцев должны волновать шерифа? Твоё дело предоставить им жизненное пространство с охотничьими угодьями, а дальше пусть сами.

Изречение про шерифа Мастеру настолько понравилось, что он даже спросил, кто это такой. А когда я ещё сказал, что есть вариант заселить океан разумными существами, он вообще выпал в осадок. Заегозил на седушке как первоклассник, выучивший урок. Только что руку кверху не тянет:

- Ну?! Что ж ты о главном молчишь?!

То, что рыбы для него это главное, я понял ещё на планете двух солнц. Есть такая порода людей: если что-то втемяшилось в голову, никакими хренами не вышибешь. Особенно часто они встречаются на самом верху номенклатурной лестницы. По этой причине жизнь в преисподней никогда не была мёдом.

Зная что другим способом ни эльфов с гномами, ни кого-то ещё в сознании Мастера не продавить, я исподволь озаботился рыбным вопросом. Вспомнил Нептуна с Водяным, русалок, сирен. Все они были разумными, водоплавающими, но не народом, так как жили в своей стихии, в чужие дела не лезли и либеральными взглядами не отличались. А вот глубинные, те да. Это уже полноценная древняя раса, обитающая в океанах под жёстким контролем Дагона, самого загадочного существа в пантеоне фэнтезийных богов.

Наставник вцепился в мою мысль, как жадина в свой кошелёк. Ещё и наехал: почему, мол, ты раньше этого не прочёл? А как я ему объясню, что в нашей армейской библиотечке самая фэнтезийная книга это "Старый Завет", видика с дивидюком в нашей казарме отродясь не бывало, а "Властелина колец" по телевизору никогда не показывали? Да и не мой это жанр. Мне по нраву что-нибудь приземлённое, близкое к повседневной реальности. И обязательно со счастливым исходом. А тупо переживать за каких-то глубинных, которые существуют только в воображении авторов? Как говорил наш ротный, да хай им всем грэць! О том, что такие перцы вообще существуют, я узнал пару часов назад. Хотел уточнить в интернете, как называется раса тех малюсеньких человечков, к числу которых принадлежит главный герой Фродо. Набрал в поиске "фэнтезийные персонажи" и сразу наткнулся на сайт, где весь этот паноптикум очень толково расписан. Там об этих глубинных всего несколько строк, но я сразу же понял, что для Мастера Она каждое слово будет бесценно. Потому и постарался запомнить.

Подобно Фейри (это самец феи), живут в магии. Но основа её не силы природы, а смерть, боль и страх. В контакт не вступают ни с кем. Сколько и как живут, неизвестно. Обладают ограниченным даром трансформации. Кожа ороговевшая, между пальцами слабо выраженные перепонки. Глаза лягушачьи.

Судя по восторгу в глазах, наставник считывал информацию по мере того, как я освежал её в памяти и уже для себя что-то решил.

- Удивительный мир! - вслух подтвердил он. - Я тоже хочу построить такой. Никогда б не поверил, что на одной планете могут ужиться столько враждующих рас! А этот Дагон каков из себя? Его создавать обязательно надо?

- И так обойдутся! - поразмыслив, сказал я, - Будет вполне достаточно пустить по морям информацию что таковой существует, пакостить иногда от его имени... пусть боятся.

- Вот ты ими и займёшься, - озадачил меня Он.

- Глубинными?

- Нет, пакостями.

- Кто, я?! - сложное чувство, в равных долях состоящее из недоумения и протеста вылилось в этот вопль. Неужели Мастер не понимает, что у меня без его фокусов невпроворот дел? Завтра вон, ровно в одиннадцать у адвоката назначено!

- Не я же, - холодно отпарировал он. - Кто-то должен быть мастером, а кто-то учеником. Или и с этим ты не согласен?

- Согласен, - потерянно буркнул я (а что ещё оставалось?), но ты же меня отпустил?

- Отпустил, - подтвердил Он. - Но это не значит, что я не могу привлечь тебя к делу, когда понадобишься. Исходя из логики фильма, только борьба тёмных и светлых сил создаёт равновесие, не позволяет этой планете ввергнуться в хаос и держит в узде все обитающие на ней племена. Их много, у каждой расы свои... Я тут подумал, зачем создавать Дагона и прочие неподконтрольные силы, если есть ты? Никто тебя рядом с собой постоянно не держит, но в некоторых случаях без присутствия Чёрного Колдуна мне будет не обойтись.

- Что делать-то надо? - конкретно спросил я.

- Неужто забыл? Я же сказал, пакостить. Создавать племенам неудобства и трудности, чтобы решать их по мере возникновения: глубинным цунами, гномам землетрясения, эльфам лесные пожары, оркам...

- А можно либерализм?

- Нет! - отрезал наставник. - Это слишком жестоко. Мы же с тобой не преисподнюю строим? - И продолжил, - оркам чуму, или моровую язву. В общем, ты понял.

- Понять то я понял, а карма?

- Что карма?

- Как что? Усилитель наказывает даже за бранное слово. Это же страшно представить, как он отреагирует на вспышку бубонной чумы! Рано мне в чёрные колдуны. Я ведь практически ничего ещё не умею. Может, как-нибудь по-другому?

- Кто тебе мешает? Учись! Ты же сам захотел... без отрыва от преисподней. У тебя постоянный доступ к порталу. Что непонятно, приходи, спрашивай. А по-другому никак. Добро постоянно, а зло преходяще. Отсюда и такой выбор. А сейчас не мешай. Наведайся дня через два, если будут вопросы. О деле не забывай. В свободное время учись пакостить.


***


О том, что я уже дома, оповестил телефон серией сообщений и, после паузы, и долгим звонком от крёстного.

- Куда ты запропастился?

- За хлебом ходил, - отозвался я, высвобождая из рукава правую руку.

- Сорок минут?

- А что, это долго? - переспросил я. Столь плотный контроль начал уже доставать.

- Нет, не долго, - холодно отпарировал он, - просто Верка в больнице. Я б на твоём месте оставался на связи. С юриспрудэнтом договорился?

- Да, завтра в одиннадцать.

- Уже лучше. Я тебе что звоню? На их этаже дела нехорошие происходят: золото пропадает, надписи нецензурные появляются...

Момоновец в своём амплуа. С упорством, достойным лучшего применения, молотит в одну точку: "Был? Ну, скажи, что был!" А вот ни фига!

- Я-то причём?

- Просто чтоб знал, - не сразу нашёлся он, - завтра с утра там будет дежурить наряд полиции.

Пауза затянулась до неприличия. Только тогда крёстный снова подал голос:

- Хлеба купил? А то приходи, накормим. Тут Райка пельменей нагандыбачила, в холодильник не лезут. Если что, Андрей за тобой заедет и назад после ужина отвезёт.

Вот сволочь! Знает, что не откажусь...

Тут в окно за моей спиной что-то как саданёт! Я туда, а со света хрен чего различишь. Выскочил на крыльцо - того и услышал как дверца хлопнула на ходу. Пошёл, посмотрел: на пластике вмятина и стёкла в осколках льда. Сосульку, наверно, кто-то метнул, да в раму попал вскользь. Какие тут нафиг пельмени!

Когда крёстный перезвонил, я так ему и сказал. А он:

- Смотри сам. Только снаряд в одну и ту же воронку два раза не попадает. Если лихой человек поставил себе за цель выбить твоё окно, он это сделает так, что не уследишь. В общем, как хочешь, но Андрюха уже выехал.

Хрен, думаю, с ним. Всё равно ведь не успокоится, пока в глаза не посмотрит.

- Ладно, - сказал, - жду.

- Что ждать? Одевайся да выходи потихоньку. Машина под аркой стоит.

Выскочил на крыльцо - точно: красный жигуль "копейка" с трещиной через всё лобовое стекло. Один такой на весь город. Как он возле гостиницы на глаза не попался? Наехал я на Андрюху:

- Ты чё, - говорю, - не фафакнул, в двери не постучал?

А он на смартфон показывает: звонил, мол, да занято у тебя.

Странно всё. Будто приклеилась ко мне эта семья. Если дело в больной мамке, тогда ладно. А вдруг нет?

Едем, короче, болтаем о том, о сём. Сынок без зазрения совести сдаёт секреты семьи. Объявился, мол, покупатель на их копеечный раритет. Обещает хорошие деньги если двигатель и все прибамбасы будут родными, без новодела. Поэтому с завтрашнего утра машина становится на предпродажную подготовку. Ну, и помочь попросил. Я ведь до армии работал на СТО, ходовую шаманил.

Про оплату, естественно, ничего не сказал. Не его это тема. Что он там, в фирме охранником зарабатывает?

Пообещал я, если в свободное время и без фанатизма. Дел-то у самого выше крыши. Как говорил Мастер Он, "Учись пакостить!"