Эркюль и Маргарита: другие произведения.

"Зверское" убийство

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Peклaмa:


 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Персонажи рассказа и маскарад придуманы К.Марсо.

  Мосье Лагранж повесил на ёлочку оранжевый шарик, отступил и оглядел композицию. Решил, что получается великолепно: немного вычурно, но только чуть-чуть, как он любил.
  В коробке с украшениями оставались ещё два шарика - красного и зелёного цветов. Заглавный - глянцевый коричневый с молочными разводами - шар лежал отдельно, на блюдце. Действие происходило в меленькой шоколадной мастерской на окраине N-ска. До Нового года оставалось всего несколько дней и мосье Лагранж (урождённый француз) решил устроить небольшой... декорасьон.
  Прозвенел дверной колокольчик, и в мастерской появился мужчина в клетчатом пальто, английской кепке и высоких ботинках из валяной овечьей шерсти.
  - Синьор Ватсон! - обрадовался Лагранж.
  - Мистер Ватсон! - со значением поправил вошедший и поднял вверх указательный палец. - С вашего позволения.
  Оба мужчины добродушно рассмеялись, и по всему было видно, что это старые знакомцы и шутка не раз произносилась между ними.
  Мистер Ватсон (в быту Вацин Марк Давыдович) появлялся время от времени в "Шоколадной мастерской Лагранжа" ибо питал слабость к сладкому, но не ко всякому, а высококачественному и щедро сдобренному какао бобами. Вот и сегодня он зашел, чтобы купить полфунта "Оригинального" и столько же "Марсельского" шоколаду.
  - Как собираетесь праздновать, мистер Ватсон? - спросил Лагранж, имея в виду новогоднюю ночь, а также намекая на свою волшебную ель. Шоколадный шар смотрелся чертовски привлекательно.
  - Заварю чаю... - Марк Давыдович задумался.
  - Английского, полагаю?
  - Само собой, - кивнул Вацин. - Послушаю речь президента, а потом... потом... - Это может показаться странным и даже удивительным, но именно в этот момент (впервые за шестьдесят с лишним лет), Вацин задумался, как скучно он отмечает Новый год. Скучно и... бездарно! От этой мысли немедленно разлилась желчь, и старик зло подумал: "Чего он, морда, лезет не в свои дела? Ему надо?" - Потом отведаю вашего шоколаду... - захотелось кольнуть французика: - Если он окажется достойного качества.
  Уши Лагранжа расцвели алым цветом:
  - Я бы попросить... - он волнения он начал коверкать слова. - Моя качество есть моя лицо! Честь! И я не позволять!..
  Маленький, тщедушный и надувшийся, как индюк, француз выглядел комично. Вацин ткнул ему пальцем в рёбра (примирительно) и пробурчав: "Ну, ты того! Фигура!", вышел из мастерской.
  Уже около дома (когда печень успокоилась) Вацин решил, что напрасно обидел Лагранжа ("Чего доброго цену поднимет, басурман!"); и это оказалась не последняя на сегодняшний день неприятность. Переодевшись и вымыв руки, он обнаружил (это случилось на 238 странице), что Эркюль Пуаро не справляется с порученным расследованием, и "оранжевый" убийца, скорее всего, останется безнаказанным. Что очень неприятно, и даже более - этого нельзя допустить! И чтобы помочь великому сыщику, Вацин вынул из стола лист бумаги и взялся классифицировать улики. В левый столбик он записывал именно что улики, в правый - их возможную интерпретацию и причастность к убийству.
  Нож зазубренный испанский, осколок чашки, тюбик технической смазки - всё это Вацин записал по порядку обнаружения, последней строкой внёс "пальто коверкотовое с пятнами оранжевого цвета" - главную улику в этом расследовании. После этого Вацин надолго задумался: "Ничего в этой жизни не случается просто так... само по себе. Всему есть причина. И дело не в оранжевых пятнах... - Вацин отломил дольку шоколада. - Пятна это чепуха, пыль. Важнее, почему пальто именно коверкотовое, а не допустим... драповое. В чём здесь подвох? - Долька упорхнула в желудок, лишь ненадолго задержавшись в ротовой полости. - С этим предстоит разобраться".
  Марк Давыдович включил компьютер (поскольку сам он не очень разбирался в тканях) и решил обратиться к Википедии.
  Как уже можно было догадаться, Марк Давыдович Вацин был одинок. Супруга давно почила, сын - владелец сети цветочных павильонов - наведывался редко, большей частью, чтобы подкинуть старику денег и убедиться, что тот жив (они не понимали друг друга и почти не разговаривали). Марк Давыдович принимал мзду молча, и складывал купюры в шкафчик - ровной стопочкой. Тратил он мало - почти ничего, - ибо жизнь вёл тишайшую: шоколад и детективы - вот до чего сузился круг его интересов.
  "А когда-то я был... ого-го!" - с грустью подумал Вацин и заметил пульсирующую жилку в углу экрана - по электронной почте пришло письмо. Старик повесил на нос очки и кликнул "открыть".
  Письмо было написано в развязной манере, и казалось, что написал его кабатчик, находясь значительно "под шофэ":
  "Главная ночь уже близко, - утверждало письмо и тут же спрашивало: - а вы до сих пор не знаете, с кем провести этот волшебный момент? Сидите с кислой миной в ожидании звонка друзей или близких? Давно признались себе, что никому не нужны и беседуете с телевизором? Тогда наше предложение - для вас!"
  Марк Давыдович выругался (перечислив известных ему военачальников и их взаимоотношения), и потянулся удалить письмо, однако задержался - сработала многолетняя привычка дочитывать информацию до конца.
  Если говорить в общих чертах, в письме предлагали напялить на себя костюм какого-нибудь животного и явиться на костюмированный бал. Где будет много-много вкусностей, и ещё больше-больше интересностей.
  "Что за чушь?" Вацин закрыл письмо, и отправил его незамедлительно в корзину.
  Вспомнив, что проблема коверкотового пальто ещё не решена, и мосье Пуаро пребывает в затруднении, Вацин открыл Википедию, которая заверила, что коверкот - плотная и дорогая шерстяная ткань. "Костюм из такой не сошьёшь, - подумал Марк Давыдович. - А пальтишко - самое то".
  В эту секунду пришло ещё одно письмо. Эта весточка была продолжением первой, удалённой, однако теперь её стиль значительно изменился, вплотную приблизившись к литературному: "Если вам одиноко, это не повод грустить! Приходите на костюмированный бал! Вы сможете сыграть любую роль, подвластную вашей фантазии! А если у вас финансовые трудности - воспользуйтесь нашей костюмерной - в ней тысячи платьев! Выбирайте! Мечтайте! Творите!"
  "Ах, мерзавцы! - подумал Вацин, - под дых бьют".
  Дело в том, что в пору своей юности Марк Давыдович мечтал стать актером. В Москве, в "Большом" играть трагические роли, и даже (чем черт не шутит?) сорвать аплодисмент в Пале-Рояль. Однако мечте сей не суждено было сбыться.
  Задумавшись о маскараде, Вацин прошаркал во вторую маленькую комнату, где достал из шкафа костюм ежа - его шили сыну в девятом (кажется) классе, для школьного представления. Мы все невольники фантазий, и проецируем на детей несбывшиеся мечты.
  Костюм оказался мал, однако понравился Марку Давыдовичу. Не столько даже костюм понравился, сколько он, Марк Давыдович, в костюме. Появилась возможность безнаказанно дурачиться и безобразничать.
  - А слониха, чуть дыша, - продекламировал. - Так и села на ежа! - и гомерически расхохотался: - Мха-кха-ха-ха! И поделом: негоже сидеть на ежах!
  В итоге было решено отпраздновать Новый год "как человек" и для этого: а) костюм перешить, б) выяснить, как добраться до места назначения. Перфоманс должен был проходить в загадочном замке "Кровавый алмаз". А это что-то знакомое, подумал, из Шерлока Холмса, кажется.
  
  Носатая старуха с седыми от мороза усами боднула локтем в бок и тявкнула: "Куда прёшь, окаянный!" Дело происходило в электричке. В ответ Вацин послал носатую бестию в сторону Нового года, отвернулся к окну и, надышав себе маленькую проталинку, стал разглядывать пейзаж. Он ещё никогда не бывал так далеко от N-ска. "Хорошо бы этой старухе, - злопамятно подумал, - Бабу Ягу играть. Даже грима не надо".
  Вацин искоса посмотрел на соседку и принялся размышлять о предстоящем маскараде. Будет ли весело? Сколько будет персонажей? Кто они? Культурные ли люди, волновался Ёж? И какое место он займёт среди них? Электронное письмо весьма скупо описывало подробности, обещав только "незабываемое приключение и живость ощущений".
  "Костюм ежа хорош для подобных представлений, - думал Вацин. - Ёж - это тебе не финтифлюшка. Он мудр, пронырлив и колюч. Такому палец в рот не клади, прямо, как мне".
  Всю свою жизнь Марк Давыдович Вацин боролся с преступностью. Да-да, истинно так! Вот только происходило это весьма специфическим образом. Грабежи и кражи (со взломом) обходили сыщика стороной. Убийства и изнасилования бежали от него прочь. Мошенничества (в особо крупных размерах) также избегали. До самой пенсии Марк Давыдович работал охранником в магазине. Профессия выработала в Вацине особые качества, он стал: знатоком человеческих душ и сумок - раз. Имел тонкий нюх на колбасы (и вообще мясную продукцию) - два. Умел читать по лицам - три. Впрочем, последнее свойство носило скорее риторический, неподтверждённый практикой характер.
  От станции два километра Ёж-Вацин протопал пешком, ориентируясь на чутьё и распечатанную карту, потом, увидел маленький указатель "Кровавый алмаз" и красненькую стрелку, указывающую на тропу, свернул. "Ну это вовсе не годится! - возмутился. - Хорошо, что я Ёж. Мне лесная тропа - мать родная. А если на маскарад пригласят, - задумался, - допустим Антилопу? Дня неё зимняя дорога - смерть".
  Лес оборвался неожиданно и резко. Безо всякого подлеска или кустарника началось снежное поле - ровное и геометрически ровное, будто кто-то нарочно выровнял лесные границы - побрил их гигантским лезвием. Впрочем, не о брадобрее-колоссе думал сейчас Вацин. Он разглядывал замок - хмурый, сложенный из серого известняка готический чертог. Узкие окна-бойницы тянулись вверх, кроваво-красные флаги на гранях-углах трепетали. "Алмаз!" - восхитился Вацин и покатил по тропе быстрее.
  Памятуя о требованиях письма явиться облачённым, Вацин натянул на голову гуттаперчевую ежиную башку и постучал бронзовым молоточком в двери. На стук ответили немедленно: дверь распахнулась во всю ширину (едва не прибив), и на крыльце показался Медведь. Он мельком взглянул Ежа и сказал (будто не происходило ничего не обычного, и сосед зашел к нему за солью):
  - А-а, это ты. Заходи. Все уже собрались. - Мишка резво бежал вглубь помещения, размахивая лапами и комментируя: - Уборная там, на втором этаже. Это Белка, познакомься. Белка, это Ёж. А это... забыл. Кто-то из гостей. Ты кто, конопатый? - Медведь остановился так резко, что Еж врезался ему в спину. - Имей в виду, у нас с этим строго. Пользоваться аккуратно. Ты не в лесу.
  - Кем? - опешил Ёж, - пользоваться? Белкой?
  Мишка добродушно постучал Ежа по лбу: - При чём здесь Белка, дубина? Туалетом. Там сбоку у писсуара пипочка, её дави в случае чего.
  - Понял! - ответил Ёж и осмотрелся.
  Он стоял посреди огромного мрачно-роскошного холла. Наверх двумя раскосыми дугами бежали лестницы, пылал камин, более похожий огромными своими размерами на дикарское кострище. Здесь же на вертеле жарился поросёнок с яблоком во рту. Этот поросёнок просто ошеломил Ежа. Из книжек он знал, что существует подобный способ готовить пищу: "Но чтобы так... запросто?" Медведь, оставил Ежа одного; тот подошел к камину и тронул поросёнка пальцем: "Настоящий!"
  - Ты чего в пищу пальцем тычешь? - рядом оказался персонаж странной наружности: его костюм не позволял определить род и семейство. - Индус, что ли?
  Сделав замечание, неизвестный стал ловко отрезать мясные ломтики. Для этого у него был кухонный нож и двузубая вилка. "Подсоби!" - он сунул Ежу блюдо и приказал держать рядом. Тонкие ломтики сыпались на блюдо, как игральные карты.
  Покончив с заготовкой закуски, неизвестный подал бокал и потребовал пить на брудершафт. Ёж смутился, однако подумав, что, быть может, так принято, согласился. Когда они обнялись, ежиное дыхание перехватило - он попал в облако всевозможных запахов: трёхдневный запой смешивался с запахом свежего вина, водки, костра, палёной шерсти, немытого тела, женских духов - всё это смешивалось и переплеталось в особую, специфическую вонь, и это смрадное облако окутало Ежа, словно плотный осенний туман. "Скунс?" - мелькнула мысль.
  - Сам ты скунс, - обиделся незнакомец. - Енот я. Вишь шапка енотовая? Или ослеп?
  Обиженный Енот исчез вместе с мясом и вином, а Ёж вдруг сообразил, что он только что челмокался со скунсообразным существом! Немедленно захотелось вымыть рот с мылом, на худой конец, прополоскать язык в вине.
  К счастью, по залу фланировали официанты; с подноса Ёж перехватил бокал шампанского (по фильмам он знал, что это позволительно) и, после огромного глотка, переместился на "светлую сторону" - к музыкантам. Дирижер только что дал вальс.
  Играли музыканты замечательно, и только одна деталь смущала Ежа - сквозь них - музыкантов - можно было рассмотреть стену, окна, портьеры - словом, всё то, что находилось позади оркестра. Поразмыслить над этой оптической особенностью не удалось, к Ежу подошла высокая, стройная женщина в костюме Лисы. Она попросила прикурить - в тонких благородных пальцах дрожал перламутровый мундштук.
  Вацин никогда не считал себя ценителем (или знатоком) женской красоты, но теперь, с первого же взгляда он понял, что перед ним истинная леди. И если бы его спросили, какова она? Он мог бы только вскинуть руки, копируя Семёна Семёновича, и выдохнуть: "О-о!"
  Ёж бросился к камину, стал выдёргивать из огня головешки, суетился, внутренне проклиная неуклюжий плюшевый костюм. Наконец ему удалось добыть подходящую щепку, он протянул её Лисе, та - прикурила.
  - Вы удивительно галантны, мсье! - Из сумочки она вынула платок, подала его, сказав вытереть руки. - В наше время это редкое качество. - И далее, мягко, но без возможности отказаться, попросила: - Пригласите меня на вальс!
  ...От неё пахло благородным хищником. Ёж незаметно втягивал ноздрями запах и ощущал, как внутри него заводится пружина, которая уже много лет бездействовала.
  Они сделали круг, другой. Лиса извинилась и, оставив Ежа, поднялась наверх. "На третьем этаже комнаты для гостей", - понял Ёж. Он так и продолжал стоять перед оркестром. Стоял, как истукан. И вероятно поэтому, всё последующее действо ясно и чётко отразилось в памяти: раздался треск закрываемой двери, и к перилам второго этажа вышел Медведь. Если, конечно, это появление можно назвать выходом.
  Медведь навалился на ограждение: одной рукой он хватал себя за грудь (будто ему только что прикололи орден, и он не верил своему счастью), другой тянул за собой алую портьеру - она напряглась и свилась, как стяг на порывистом ветру. Пасть медвежья раскрывалась и беззвучно закрывалась, и именно это движение - афоническое, страшное - подсказало Ежу, что происходит что-то неправильное, не принадлежащее новогоднему маскараду.
  С треском оборвалась портьера, Медведь дёрнулся, и из его груди немедленно брызнул маленький красивый фонтанчик. Затем, ломая перила и рыча, лесной гигант рухнул вниз, на мраморную плиту перед камином.
  Ёж на мгновение зажмурился, а когда распахнул глаза, увидел, что Медведь тянет к нему руку.
  - Я люблю её! - шептал он. - Люблю!
  Голова медведя опустилась на пол и бессильно откинулась в посмертном движении.
  - Дух вон! - произнёс голос за плечом. Это шептал Енот. - Мать честная! Доигрались!
  Ёж бросился к телу - инстинкт требовал действовать... пытаться спасти, помочь... облегчить страдания! Гости бросились следом. В этот самый миг откуда-то сверху опустился глас:
  - Всем оставаться на местах! - властный голос, более похожий на рык.
  Ёж заледенел, почувствовал, как тело его безотчётно выпрямляется, руки вытягиваются по швам, а по загривку бегут ледяные мурашки.
  Лев (огромная грива, лощёная шерсть, перстень на пальце и бриллиантовая заколка) стоял на ступенях. Оглядывал холл, как полководец оглядывает поле брани.
  - Меня зовут Лев! - произнёс он, будто это не было очевидно. - Я владелец этого замка, и это от меня вы получили приглашения.
  Краем глаза Ёж видел, как расползается кровавое пятно. Багряная жижа... ещё тёплая на холодном мёртвом мраморе... Тошнота подкатила к горлу. "Обещали приключение, - подумал, - и не обманули. Такое вовек не забудешь".
  Лев продолжал: - Ни при каких обстоятельствах не снимайте масок. Это обязательное условие, господа. - Он сошел по лестнице. - Я разберусь с этой... неприятностью.
  - А что тут разбираться? - выскочил Енот. Усы его вращались, как мётлы, и эти усы - заметил Ёж - были самые настоящие, человечьи, хотя и напоминали щётку или щетину. - Ты видал, как он шмякнулся? Будто блин на сковородку! Готов Мишка, я вам говорю!
  Лев подошел к выскочке вплотную. Царь зверей был выше тщедушного Енота на целую голову и шире в плечах. "Не советую мешать!" - произнёс тихо и отчётливо.
  - Кто мне поможет, господа? - он обвёл присутствующих взглядом.
  Все гости - Ёж в том числе - прятали глаза, и только Волк вскинул руку: "Я!"
  Вдвоём они подняли тело наверх, в комнату, которая, очевидно, предназначалась Медведю.
  Примерно через четверть часа Лев собрал зверей в холле. Слуги придвинули к камину большой круглый стол, застелили его свежей скатертью. Несколько бутылок вина, водка, джин, фрукты, закуска - весь стол был заставлен, будто намечалась обильная дружеская пирушка.
  - Господа! - произнёс Лев. - Обстоятельства нашего знакомства изменились.
  - Ничосе изменились! - влез Енот. - Было во здравие, а стало за упокой!
  Лев кольнул его недобрым взглядом, но не ответил.
  - Я приказал накрыть этот стол... нам потребуются силы, господа. И значит, мы должны их поддерживать.
  - Неужели? - подала голос Белка. - Вы хотите сказать, что мы останемся здесь? В замке? С покойником? Это невозможно! Это просто неслыханно, друзья мои! Возмутительно! Нет, я немедленно звоню мужу, и он заберёт...
  Продолжая тарахтеть, Белка вынула из сумочки мобильный телефон. Лев подошел ближе, взял её за плечи. Белка моментально уменьшилась в размерах и побледнела.
  - Боюсь, это невозможно, господа. - Он подал знак, и официанты подали гостям шампанского. - На улице метель и едва ли она утихнет до завтрашнего вечера. А телефон... - Лев взял трубку и показал дисплей остальным. - Он бесполезен. Здесь нет связи. - Помолчав, добавил: - Примите мои извинения.
  Гости ошарашенно переглядывались, доставали телефоны. О тарелку звякнула вилка - день клонился к вечеру и есть уже изрядно хотелось. Истина медленно пробиралась в сознание: только что произошло убийство, и последующие два дня они проведут в замке, в непосредственной близости от трупа. Недаром замок называется "Кровавый алмаз".
  - Или самоубийство, - пронырливо добавил Енот. - Зачем сразу усугублять? Мож он сам того... сиганул?
  Енот долил в шампанское водки, сказав, что это коктейль "Б-52" и на нём можно летать: "В Мурманске со мной был подобный случай".
  Гости разбрелись по залу. Оркестр тихонько тянул сонату Бетховена. "Надо что-то делать! - трепетала мысль. - Нельзя сидеть, сложа руки! Первые часы после убийства - самые информативные! - думал Ёж. - Как бы поступил на моём месте Эркюль?"
  Ёж осторожно подошел к Волку: - А почему вы вызвались помочь? - спросил вполголоса.
  - Потому что я врач, - холодно ответил Волк.
  - Как он погиб?
  - Разве вы не видели? - высокомерно спросил хищник.
  - Я бы хотел узнать причину смерти. Если можно.
  - Полагаю, - Волк цедил сквозь трубочку коктейль, - это должен решать хозяин замка.
  Лев с готовность поддержал инициативу расследовать преступление. Ему не хотелось вмешивать полицию. Он попросил Волка показать тело и вообще: "Всячески содействовать... помогите мне, господа!" Царь зверей выглядел подавленным. Кончик его хвоста нервно подрагивал, будто боялся чего-то. Этот кончик - кисточка - казался знакомым: "Где-то я его видел, - думал Ёж. - Вот только где?"
  В комнату Медведя подали свечей. "Замок устроен на старинный лад, - объяснил Волк. - Почти без электричества". Он взялся светить, пока Ёж осматривал тело.
  - У него в груди... дыра! - сыщик ошарашено смотрел на кровавое пятно.
  - Это называется рана, - усмехнулся Волк. - Проникающее ранение в сердце.
  - Нож? - Ёж взял себя в руки, авторучкой отодвинул край рубашки.
  - Нет, что-то иное... странное. Края раны неровные, но округлые.
  - Заколот? - предположил Ёж. - Штык?
  - Скорее, осиновый кол или нечто подобное. - Волк поднёс монокуляр к ране, посветил свечой. - Однако никаких следов... дерево оставило бы микроскопические щепки.
  - Что, если сосулька? - предположил Ёж.
  - Хм... - Волк задумался. - Это подходит. Во всяком случае, это объясняет, почему его костюм мокр.
  Оба пощупали пятно, Еж поднёс пальцы к носу - вода. Ни цвета, ни запаха.
  - Странное убийство.
  - Напротив, - Волк сложил на груди руки. - Весьма изощрённо. Оружие растаяло. Нет отпечатков, невозможно установить принадлежность.
  - Да-да, - согласился Ёж. - А это что?
  На правой руке убитого, между пальцев, застряла ниточка. Ёж осторожно снял её и обнаружил, что это волос примерно двадцати сантиметров длиною.
  - Вы позволите? - Волк осмотрел находку сквозь монокль. - Искусственный. Цвет меняется от начала к концу. Песочный переходит в кирпично-бордовый, коричневый.
  "Э-ге!" - подумал Ёж. Мысли отразились на его лице и Волк спросил: - Вы подумали о том же?
  - Я вспомнил, где я видел кисточку хвоста. Когда хлопнула дверь, она мелькнула в коридоре.
  Некоторое время Волк молча прохаживался по комнате. Бесшумный и мягкий, он походил на тень или крадущегося охотника.
  - Вне сомнений, Лев силён. Из всех гостей, пожалуй, только он в состоянии справиться с Медведем. Пробить сосулькой грудину - это требует недюжинной силы.
  - Но зачем? - Ёж хлопнул себя по колену. - Каков мотив? Пригласить гостей в свой замок, чтобы убить?
  Волк остановился и надменно промолвил: - Такие случаи известны. Полагаю, вы слышали о десяти негритятах?
  Ёж не ответил, он завернул волос в платок и спрятал в карман. Попросил Волка не распространяться о результатах экспертизы и о догадках, сказав, что это может вызвать панику. "Хозяин-убийца?" - спросил Волк и хищно осклабился.
  "Не нравится мне этот... доктор, - думал Ёж, отыскивая мужскую комнату. - И вообще, что за извращённая фантазия наряжать врача волком?"
  Туалетная комната удивила Ежа своей чистотой. Абсолютной, маниакальной чистотой. Ёж заглянул в кладовку уборщиц - здесь хранились швабры и моющие средства. То же самое: безукоризненный порядок.
  "Здорово он вышколил прислугу, - подумал о Льве. - Однако..." Все бутыли были полны. Ни одного начатого или наполовину пустого флакона. "Что странно".
  Ёж вернулся в холл (здесь присутствовали все, за исключением Льва). Во всеуслышание объявил, что уполномочен вести расследование и посему хотел бы знать, кто где находился в момент... гибели Медведя. Слов "допрос" и "убийство" он избегал.
  Он подошел к Волку и поднял руку, приглашая.
  - Хотите начать с меня? Пожалуйста, - согласился Волк. - Я был на втором этаже, рассматривал коллекцию картин. В замке весьма недурные репродукции... есть несколько подлинников.
  Услышав про второй этаж, Енот со значением присвистнул и обвёл присутствующих взглядом. Волк гордо вскинул голову: - Или вы полагаете, что ветеринар не может разбираться в живописи?
  - А вы ветеринар? - удивилась Лиса.
  - Ветеринар, - скрывая злость, ответил волк. - Вы что-то имеете против ветеринаров?
  - Напротив, - Лиса подняла плечи и от этого голова её погрузилась в пушистую чернобурку. - В каком-то смысле, это делает вас ближе. Во всяком случае, пока мы не сняли костюмы.
  Ёж позвенел колокольчиком, попросил гостей быть сдержаннее: "Держите себя в руках, товарищи! Особенно хищники!"
  - А где были вы? - он обратился к Лисице.
  - Вы же знаете, мосье сыщик. - У неё были ясные, тёмные до черноты глаза-озёра. - Я была с вами, мы танцевали. Потом я поднялась в свою комнату, на третий этаж.
  - А потом?
  - Мне стало скучно, - Лиса обошла вокруг стола, выбирая себе лакомство: "Ужасно хочется есть... и ничего не могу с собой поделать. В конце концов, смерть Медведя не повод голодать!" Она положила на свою тарелочку куриную грудку и четвертинку помидора. - А когда мне делается скучно, я грущу. Знаете, в моей комнате высокое окно, до самого потолка и всё оно белое. Настолько белое, что свет едва проникает сквозь изморозь. Я распахнула форточку - а там сосульки. Это так глупо - сосульки с крыши... кажется, весь Мир посажен за решетку.
  "Как я сразу не догадался! Сосульку отломили через окно! - размышлял Ёж. - Нужно найти это место... вернее эту комнату и убийца..." Хотелось закончить фразу: "будет у меня в руках", но Ёж решил не торопиться.
  Белка и Зайчиха держались вместе. Переглядывались, о чём-то говорили.
  - Где были вы? - Ёж обратился к Зайчихе, вместо неё ответила Белка:
  - Мы пили коктейли, затем разыграли партию в бридж, в первый раз выиграла Зайчиха, потом я, потом снова она, выпили кофе... - Белка тарахтела быстро и малоразборчиво. И дело было не в дикции - перечисляемые события были мелки и малозначительны: - В кофе я добавила два кусочка сахара, я не люблю сильно сладкий. Зайчиха пила мартини. Потом я предложила покурить, и мы вышли на крыльцо, поскольку там послышался какой-то шум. Да-да, нам показалось, что кто-то упал или прыгнул. Мы вышли, но не обнаружили ничего интересного и задержались немного поболтать на свежем воздухе. Потом подсели к камину, чтобы погреться. Вы, как раз стояли неподалёку, остолбеневший, после того, как Лисица вас покинула. Я ещё сказала Зайчихе: "Видишь, милочка, что эта... роскошная женщина может творить с мужчинами?" Затем подошел Енот и предложил брудершафт. Мы отказались, но он настаивал, утверждая, что это традиция. Он был очень настойчив и чтобы отделаться от него, мы вернулись к ломберному столу. Я разложила пасьянс...
  - Сколько дел вы успели переделать, - проворчал Ёж. - А когда...
  - Я и говорю, пасьянс у меня должен был вот-вот сложиться, и тут Зайчиха говорит: "Смотри, Медведь напился. Чего доброго, свалится с лестницы".
  - Это правда? - Ёж опять обратился к Зайчихе.
  - Истинная правда, - ответила Белка. - Всё так и было. Я спросила, почему она так думает, а Зайчиха ответила, что он шатается из стороны в сторону, и улыбку несёт на лице глумливую. А потом она полетела вниз.
  - Кто? - опешил Ёж.
  - Ну в смысле, он. Медведь. Вместе с улыбкой.
  - Потом? - по инерции спросил Ёж.
  - Вы с Енотом бросились к телу, я упала в обморок, а Зайчиха принесла воды и начала приводить меня в чувства.
  - Понятно.
  Оставалось допросить Енота - тот тихонько дремал, прислонившись к барной стойке. Во сне он причмокивал и складывал губы дудочкой, как маленький ребёнок. Ёж даже рукой махнул от досады: любой сыщик знает, что если подозреваемый задремал в камере перед допросом - он невиновен.
  "Да и какой из него убийца? Ему бы стаканчик опрокинуть и к девчонкам поприставать. Брудершафчик... брудершарфер, чёртов!"
  Впрочем, досада Ежа была деланой, он понимал, что минус один подозреваемый - это хорошо. Шансы найти убийцу повышаются.
  Енот, меж тем, проснулся и подал голос:
  - Колючий! Чего хотел спросить?
  - Это допрос, - строго сказал Ёж, - и я прошу относиться к нему серьёзно.
  - Ага.
  - Вы что-нибудь заметили? Необычное? Странное?
  - Конечно, заметил.
  - Что?
  - С бара бутылку вискаря спи... стырили. Ты думаешь, чего я здесь сижу? Охраняю! - он вздохнул. - Неизвестно, как у тебя розыск пойдёт, мож нам тут неделю куковать... на сухую.
  В сердцах Ёж сплюнул, и собирался уйти, когда Енот ухватил его за руку, притянул к себе и сказал в самое ухо: "Присмотрись к гостям. Здесь что-то нечисто. Говорят, что незнакомы, а сами..." Далее Енот понёс такую чушь, которую можно оправдать только паталогическим опьянением.
  "Я и сам собирался", - подумал сыщик и громко сказал:
  - Господа! - он старался имитировать интонацию Льва. - Мы с вами не заинтересованы раскрывать своё инкогнито... по крайней мере, до приезда полиции, однако мне необходимо знать, как вы здесь оказались? В этом замке.
  Ответ оказался до банального прост: каждый гость получил электронное письмо, обещающее приключение. Никто друг друга не знает и не подозревает, что скрывается под маской. "Это ж маскарад! - добавил Енот. - Приключение!"
  "Сволочь! - подумал Ёж. - Сам подсказал, и сам..."
  - Ах, боже мой! - нетерпеливо застрекотала Белка. - Обещали развлечение, яркое новогоднее шоу, разве вам не приходили письма?
  - Я! - негромко сказал Волк и поднял руку. - Я здесь не случайно и кое-что знаю.
  Повисла гробовая тишина. Пять пар глаз вперились в хищника.
  - Каждый год меценат, который нам известен, как Лев, собирает семь случайных людей и устраивает для них (и для себя, естественно) костюмированное представление. Каждый раз представление меняется.
  - Откуда знаешь? - спросил Енот.
  - Оттуда! - рыкнул Волк. - Одному моему знакомому посчастливилось бывать здесь в прошлом году. Он рассказывал о своих впечатлениях взахлёб, и я...
  "А ведь Волк запросто мог убить. Алиби у него нет, - думал Ёж. - Но зачем ему убивать незнакомого человека? И уж, тем более, глупо рассказывать об орудии убийства... ведь это он предположил сосульку. Разве только он... обманул меня?"
  - ...Я приложил все усилия, чтобы достать приглашение, - Волк рубанул рукою ладонь. - Но я не ожидал, что Лев допустит такое... А, кстати, где он теперь? Ёж, вы не знаете, где наш главный подозреваемый? Думаю, нам следует держаться вместе. На всякий случай.
  - Так это он? - глаза Белки (и без того круглые) округлились. - Я его подозревала, но я не думала... Он недобро поглядывал на Медведя, правда, Зайчиха?
  Зайчиха кивнула, и сказала, что здесь непременно замешана дама.
  - Точно! - усмехнулся Волк. - Даже три!
  - На что вы намекаете? - возмутилась Белка.
  - На то, что вы и ваша подруга создали друг другу алиби. Если вы в сговоре, то запросто могли зарезать Медведя. - Белка задохнулась от гнева, а Волк махнул рукою, мол, подозрение обоснованное, нечего и пыжиться. - Лису в момент убийства вообще никто не видел.
  - Полагаете, это сделала я? - откликнулась Лиса. - Вы ошибаетесь. Это пошло - убивать Медведя сосулькой. На них принято охотиться с рогатиной.
  Дамы загалдели, к ним присоединились мужчины. Посыпались взаимные обвинения. "Ба-ла-ган!" - подумал Ёж и поднялся в свою комнату. Часы пробили полночь.
  "Рассуждая строго, - думал по дороге, - не преступление, а бардак. Улики и обстоятельства указывают на Льва, но... это слишком очевидно, чтобы быть правдой. Катаясь на льду, говорят, не забывай о дне реки".
  Из-за угла вынырнул Енот, поманил пальцем. Привлёк сыщика к себе и быстро заговорил: "Это гениально, понимаешь? Маскарад - это гениально! Никто никого не узнаёт! Если тебе нужно кого-то шлёпнуть, ты приглашаешь его и режешь соперника!"
  Ёж вырвался из енотовых лап, и, не желая тому спокойной ночи, скрылся в своей комнате. "Енот не так глуп, как старается показаться, - подумал. - Он что-то пытается сказать. Намекает... Что если дело, действительно, в женщине?"
  Вспомнил про волосок в платке, вытащил его и ещё раз осмотрел. Волосок подозрительно блестел. Ёж поднёс его кончик к свече - тот затрещал, скрутился, но не вспыхнул. "Натуральный!" - изумился сыщик и тут же подумал, что Волк его обманул: "Не мог ветеринар спутать искусственный волос натуральным, а значит он... убийца? Или сообщник? Или просто лгун?"
  Под подушкой лежала записка, написанная левой рукой (Эркюль встречался с подобными штуками): "Жена Льва путалась с Медведем". Всего пять слов.
  "Вот вам и мотив! - печально усмехнулся Ёж. - Кто-то назойливо пытается доказать, что убийца Лев".
  В голове заклубился туман, Ёж прилёг, полагая, что сон облегчит его мучения и поможет "серым клеточкам". Через минуту он забылся - глубоко и нервно. Снились окровавленные сосульки, алмаз, составленный из граней-людей в смирительных рубашках, Эркюль с глазами-блюдцами возник из воздуха, потрепал по плечу и сказал, что улик предостаточно, нужно только сложить картину. Кончился сон и вовсе странно, покойный Медведь постучал Ежа по лбу и потребовал: "Проснись, дубина! Проснись, тебе говорю!" При этом он смрадно дышал, совсем, как...
  - Очнись! - над сыщиком нависал Енот. - Ты помнишь, что Лиса говорила про сосульки?
  - Что они, - сон слетел мгновенно, - есть!
  - Есть-есть... на жаворонке шерсть. А достать ты их пробовал?
  Переговорив с Ежом, Енот отправился в комнату, где его ждала бутылочка (та самая, похищенная из бара). Оставалось только добыть льда, для чего Енот распахнул окно и попытался сорвать сосульку. "Я уж и так и эдак - далеко! Сечёшь? Не достать! Даже Лёв не дотянется!"
  - А Волк? - спросил Ёж.
  - Тем более.
  - А где? В какой комнате её отломили? - глупо спросил Ёж.
  - Почём я знаю? - опешил Енот. - Ты сыщик, ты и ищи.
  - Если бы это было так просто! Кто же признается в убийстве? Прихожу я, допустим, в комнату Лисы, вижу сломанную сосульку. А она заявляет: "Знать не знаю, и ведать не ведаю! Сие случилось до меня!"
  - А ты её на цугундер! - предложил Енот. - Суток на пятнадцать! Со мной, помню, был случай...
  Покуда Енот рассказывал байку, Ёж размышлял. Всё в этом деле казалось ему странным, нелогичным: "Медведя убили сосулькой. Но ведь сосулька была стылая! Как получилось, что она намочила костюм? Как Медведь с пробитым сердцем умудрился выйти из комнаты и сломать перила? Зачем врёт Волк? У Льва есть мотив, но мотив этот мне сообщает "доброжелатель"? И замок какой-то странный, необжитой. Кто, наконец, умудрился достать эту чертову сосульку? - Голова опять пошла кругом.
  - ...Я ему и говорю: брюки шил не я, а портной. Это ты ему предъявляй претензии за мою голую ж... жимолость.
  - Послушай, Енот, а кто, по-твоему, мог достать сосульку?
  Енот призадумался. Спросил, нет ли у Ежа выпить, сглотнул и предположил:
  - В таком деле не сила важна и не рост. Тут ловкость иметь нужно. Я так разумею.
  - А кто из наших имеет такую ловкость?
  - Кто-кто... лебёдушка в пальто. Выясни! Выведи всех на физзарядку.
  Енот ушел. Ёж проветрил комнату и подумал, что роль сыщика (взаправдашняя) совсем его не радует. "Какого чёрта я втянулся? Рванул бы сейчас через лес - только меня и видели!"
  
  В небе сияла оглашенная луна. Ветер гнал по ломкому насту снежинки, безумствовал, как вырвавшийся на волю демон. Ёж поднял воротник и хрумко зашагал по тропе - решил бежать. Он вышел на опушку леса, когда его осенило: "Пускай всё нелогично и свидетели врут! Но орудие убийства остаётся! Зачем я буду ходить по комнатам? Я осмотрю замок снаружи! Сам всё увижу!" От ловкой догадки стало теплее, Ёж вернулся и побрёл вдоль периметра, поглядывая на крышу, и стараясь не выходить из тени.
  Над угловым окном (чуть ниже уреза черепицы) крепилась металлическая штанга. Осталась ли она от строителей, или была прикреплена позднее - догадаться невозможно. Вместо этого Ёж сообразил другое: "Белка!"
  "Гостей собирали неслучайно, - неслись мысли. - Их выбирали. Я похож на ежа. Енот пронырливый забулдыга. Волк - злой ветеринар. А Белка - гимнастка! Она могла дотянуться до штанги, сорвать сосульку и вернуться в комнату".
  В комнате загорелась свеча, неясная фигура подошла к окну, раздвинула портьеры. "Она!" - Ёж узнал контур. Она подставила Льва! Невинная болтушка-хохотушка! От такой пигалицы не ждёшь ничего дурного..." Картина убийства получалась стройная: Белка достаёт сосульку, убивает Медведя и спихивает преступление на Льва. Для этого пишет записку с придуманным мотивом. И всё шито-крыто - спрятано за масками.
  - Так-так-так! - За размышлениями Ёж не заметил, как кто-то подкрался к нему со спины. - Ты оказался слишком умным!
  Сыщик хотел повернуться, но не успел - в челюсть ему врезался кулак, Ёж прокрутился на месте, как тряпичная кукла и рухнул. "Волк?" - блеснула догадка. Потом - пелена.
  
  Свечи горели скупо и смрадно. Под низким потолком подземелья висел чад. Ёж приоткрыл глаза и попытался пошевелиться - закован. Руки и ноги привязаны к колоде, впереди - бадья с водой. "Неужели будут пытать?" - под ложечкой засосало. Рядом ухмылялся Волк.
  - Очухался?
  Выглядел он страшно: весь перепачкан в крови, локоть разорван - Волк походил на палача. Крупные капли забрызгали морду, и оттого казалось, что он только что вынул зубы из жертвы.
  Рядом кто-то стонал. Ёж повернулся. На второй колоде висел распятый мужчина. По крупной комплекции и перстню на пальце, Ёж сообразил, что это Лев. Костюма на нём уже не было. Рядом стояла Белка, держала факел.
  - Кончай его! - тихо распорядился Волк. Белка подняла пистолет и выстрелила Льву в затылок. Тот дёрнулся и обмяк. Только кровь застучала в каменный пол.
  По телу Ежа - от пяток до макушки пробежали ледяные мурашки: он тоже без костюма, и значит, будет следующим. "Убирают свидетелей!"
  - П-постойте! - голос дрожал и срывался. - Я не видел ваших лиц и не смогу...
  - Сможешь-сможешь! - из темноты вынырнул Енот. - Ты слишком много знаешь!
  - Я ничего...
  - А ведь так всё хорошо начиналось, - перебила Зайчиха, и Ёж подумал, что впервые слышит её голос. - Тебе выложили на блюдечко все элементы: орудие, мотив, подозреваемого. От тебя требовалось только одно - выстроить гипотезу, арестовать Льва и передать его полиции. Но ты...
  - Слишком пронырливый! - влез Енот.
  Зайчиха продолжала: - В этом ваша вина, Волк. Вы не просчитали варианты, и теперь нам придётся избавляться от двух тел. Справедливо будет урезать вашу долю вполовину.
  - За что? Я сделал всё, как требовалось! - Волк повернулся спиной, и Ёж рассмотрел за его ремнём мачете. - Я показал ему рану, натолкнул на мысль о сосульке. Я даже намочил грудь Медведя водой!
  - Не нужно было! - из серого облака в углу подала голос Лиса. - Ты слишком прямолинеен. И глуп.
  - Я глуп? - оскалился Волк, и рука его потянулась к рукояти мачете. - Тогда почему ты отказалась играть роль ветеринара?
  - Я нашла толстосума, - Лиса выпустила колечко дыма. В черноте подвала оно казалось почти белым. - Только я знала, где находится сейф с брильянтами. Я придумала, как избавиться от хозяина. Помогла Белке убить Медведя, я...
  - Много болтаешь! - крикнула Зайчиха. - Кончайте его!
  Белка подняла пистолет. Ёж зажмурился.
  - Постойте! - Волк выхватил мачете. - Пока мы не решим с моей долей, он будет жить.
  - Разве? - Зайчиха медленно вынула револьвер и направила на Волка. - Тогда мы избавимся от тебя.
  - Погодите, - встрял Енот. - Волк сделал большую часть работы. За что его убивать? Каждый может допустить ошибку!
  - Хочешь на его место? - дуло револьвера переместилось.
  - Нет, но...
  Далее всё произошло мгновенно, Вацин даже не понял, что произошло, и кто выстрелил первым. Через всё его лицо хлестанула струя крови - заливая глаза и рот, - он только успел увидеть, как Волк, распрямившись пружиной, метнул мачете в Зайчиху. Та взвизгнула и схватилась за горло. Рука Белки сдавила оружие, и автоматический пистолет разрядился лающей, смертоносной очередью.
  От грохота заложило в ушах, возникло ощущение, что подвал перевернулся и летит в пропасть, в геенну пламенную.
  Когда звон утих, Марк Давыдович - с настороженным сомнением - осмотрелся. В живых не осталось никого. Лиса долго стояла, державшись окровавленными пальцами за стену, но и она, в конце концов, рухнула навзничь. Вацин расслабленно обмяк. Все прежние горести казались ему сейчас такими мелкими и даже мелочными. "Не стоит вспоминать! Жив! Живой! Просто чудо!"
  И в тот же миг где-то далеко-далеко зазвенел колокольчик - серебряный маленький колокольчик: джингл бэлс, джингл бэлс... джингл олл де вэй! Темнота подземелья стала неведомым образом рассеиваться.
  "Неужели я умер? - мелькнула мысль. - Шальная пуля?"
  Звери-покойники стали подниматься и отряхивать с себя пыль.
  "И попал в... рай?"
  Волк расстегнул костюм, вынул из-под плюша толстую стальную пластину, сказал: "На всякий случай подложил".
  Колокольчик звучал всё громче, к нему присоединился голос Френка Синатры.
  Кто-то крикнул, чтобы позвали доктора и осмотрели Вацина. Енот, как фокусник - сдёргивая одной рукой маску и удерживая стаканы другой, - ответил, что никакого доктора не надо, лекарство у него с собой.
  Лиса и Зайчиха развязывали верёвки дыбы.
  - Так это... - промямлил Вацин, - розыгрыш?
  Ему ответил дружный хохот.
  - Тебе же обещали незабываемое представление! - Енот приволок ящик с шампанским, беспардонно заметил, что у Вацина рожа: - Как у покойника! Радуйся! Смотри, как классно разыграли!
  Лиса сняла маску - она оказалась очень милой шатенкой, - сказала, что финал в стиле "Бешеных псов" придумала она.
  - Вам понравилось, мосье Вацин? Я знала, что вы будете в восторге!
  Насчёт восторга Марк Давыдович готов был поспорить и даже сказал, что во второй раз не согласился бы на такое приключение ни за что на свете! "Но для первого раза сойдёт".
  - Как не стыдно! - подошел Лев, пожал руку. - Сойдёт! Я даже согласился быть убитым, ради тебя!
  Из гроба восстал Медведь, тыкнул Вацина пальцем в живот и рассмеялся, сказал, что это была его самая маленькая роль: "Только в ТЮЗе случались короче". "При чём здесь ТЮЗ?" - обиделся Марк Давыдович. Актёры разом загалдели, вспоминая роли, и Вацин, перекрикивая шум, спросил, кто придумал эту затею?
  - Я! - у дверей стоял скромный мужчина.
  - Ты?
  - Я, папа. В последнее время мы мало общались и плохо ладили. Я захотел сделать тебе сюрприз. Яркий подарок. - Мужчина пожал плечами. - Лагранж написал сценарий, я нанял актёров...
  - Шоколадник? Он тоже здесь?
  - Уи! Мосье Вацин. Я играл роль дирижера.
  От изумления у Марка Давыдовича перехватило дыхание, глаза направились ко лбу. В подвал ворвался Енот, сказал, что сейчас начнётся салют:
  - Цигель, цигель! - орал он и размахивал руками. - Семейные сопли потом станете размазывать! А сейчас - Новый год! Ура!
  С Новым годом, господа! С Новым счастьем!
 Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  А.Черчень "Джентльменский клуб "Зло". Безумно влюбленный" (Романтическая проза) | | М.Эльденберт "Девушка в цепях" (Романтическая проза) | | В.Крымова "Возлюбленный на одну ночь " (Любовное фэнтези) | | Э.Тарс "Б.О.Г. 4. Истинный мир" (ЛитРПГ) | | С.Суббота "Белоснежка, 7 рыцарей и хромой дракон" (Юмор) | | Л.Миленина "Не единственная" (Любовные романы) | | Д.Вознесенская "Игры Стихий. Перекресток миров." (Любовное фэнтези) | | Т.Серганова "Хищник цвета ночи" (Городское фэнтези) | | П.Эдуард " Кваzи Эпсил'on Книга 4. Прародитель." (ЛитРПГ) | | А.Россиус "Ковен Секвойи" (Любовное фэнтези) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"