Сопилка Броня: другие произведения.

Хранители академии

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
Оценка: 8.02*18  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Группа Крыза в контакте Kryzziky. Присоединяйтесь! )

    Лучи добра - всем, кто нас поддерживает, ставит оценки и заходит в гости))



ВНИМАНИЕ!

История переехала. На СИ остается часть черновика. Полный вариант текст пока только здесь

(тык → на п. м.)

  _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ ↓↓↓ Спасибо, что вы с нами! (с)Крыз↓↓↓ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ Т
   Хранители Академии
  
   ПРОЛОГ
  
   Лина летела вниз и печально вникала в идиотизм ситуации, причем более всего - в свой собственный. Ещё печальней становилось от того, что поумнеть она уже не успеет...
   Паники не было. Вероятно, в попытке защититься от безумия, сработал некий рефлекс, притупив осознание того, что жизнь сейчас оборвется.
   Где-то вверху остался взбешенный маньяк, снизу навстречу несся пустынный тротуар - ни шанса смягчить падение, ни балкончика, ни пандуса, а всё снаряжение трудяги-экстремала без страховочной веревки не имело смысла. Мерзкий холодок скользнул от солнечного сплетения к затылку, но страх так и не пробился. Только жалость к себе и недоумение. А ещё было неприятно смотреть на землю, и девушка шевельнула рукой, чего хватило для оборота тела. Чуть задержала взгляд на зеркальной стене небоскреба: серый костер волос, впивающиеся в воздух пальцы рук, шальной блеск глаз - и мгновенное видение красно-серого пятна на мостовой...
   "Гадость! Лучше уж небо..."
   Синее, спокойное, оно словно шептало: не бойся, пятна ты уже не увидишь...
   "Мда..."
   Небо не удалялось и не приближалось, вокруг всё словно застыло в невесомости - вершины небоскребов были уже слишком далеко, чтобы по ним угадывалось движение. Лина расслабилась, прекратила бессмысленно цепляться за воздух, лишь следила взглядом за птицей, парящей в вышине. Птица подозрительно напоминала человека. Смешно.
   И всё-таки, как же глупо всё. Ей ли не знать, какие проблемы приносит излишне острый язык? А уж злить невменяемого типа на крыше ста-тридцати этажного здания - не верх ли безумия? Впрочем, кто же знал, что безобидное "жертва опытов над хомячками", обычно вызывавшее только смех у адресата и разряжавшее любую нервную обстановку, может так взбесить человека, ничуть не похожего на грызуна. Как там говорили - ошеломить маньяка? Кажется, Лине это удалось вполне. И без того подозрительно тянущий к ней лапы и что-то невнятно бормочущий незнакомец совсем взбеленился и бросился на девушку, та шарахнулась, упираясь в бортик, ну а бортик... бортик был сломан. И вот...
   Вот оно - синее небо и странная птица вдали.
   Она как будто увеличивалась в размере, словно падала ещё быстрей - но разве может птица падать быстрей человека? Да и птица ли это?
   Недоверчивый смешок оказался больше похож на всхлип. Сверху, настигая девушку, несся маньяк. Принятый за крылья плащ трепетал на ветру, ног же видно не было - максимальное ускорение обеспечивалось вертикальным положением. Безумный взгляд, вытянутые рыбкой руки. Этак он раньше Лины вонзится столбиком в мостовую. Что ж, хоть какая-то компания.
   "Хм, а не слишком ли долго я падаю?"
  
   Бум!..
  
   ***
  
   Бо-ольно! Как же больно.
   Впрочем, как-то недостаточно больно, пожалуй. Или все-таки чересчур? Разве мокрому месту может быть больно? Хоть сколько-нибудь...
   Ощущения, конечно, не из приятных: болел затылок, поясница и чуть пониже её, а поверхность под спиной была твердой и довольно холодной - все-таки мостовая? Тихо постанывая, горе-птичка перевернулась на живот, с удивлением осознавая, что чувствует и руки, и ноги. Зрение только отнялось - не видно ни зги. Но через мгновение глаз резанул слишком яркий, ядовито-зеленый свет, а ухо - визг, противный до тошноты. Как-то так мог бы орать падающий в пропасть человек.
   Девушка дернулась, двинувшись многострадальным затылком о глухо звякнувшую железку, ссутулилась, потирая набухающую шишку, затем чуть отползла от коварной железки, огляделась - света было вовсе не так много, как показалось с непривычки, - но его хватило, чтобы понять, наконец, что находится в своей комнате и всего лишь упала с кровати.
   Волна облегчения прокатилась по телу, расслабляя, оставляя по себе липкий холодок испарины. Вдох-выдох был судорожным, словно до сих пор и не дышалось, руки мелко подрагивали, а подняться на ноги так и не вышло. Казалось, остаток сил вбирал в себя мерзкий вой, периодически меняющий тональность, в одном ритме с ним затухал и вспыхивал свет в щели между шторкой и рамой окна. Кое-как подтянувшись, девушка сдвинула плотную ткань в сторону, и выглянула наружу - картинка действительности сложилась окончательно.
   Во дворе, озаряя потусторонней зеленью безлунную ночь, рвал связки ревун-страж. Кажется, случилась какая-то гадость. Например, какой-нибудь ретивый и не особо умный, студент что-то взорвал (разбил, призвал, сломал, нашёл). Так что, раз сигнала к эвакуации нет, стоит задернуть шторку поплотнее и, зарывшись поглубже в подушку и зажимая ладонями уши, попытаться уснуть.
   И выбросить из головы навязчивое воспоминание о полете-падении.
   Ещё год назад бедняга падала во сне почти каждую ночь, боялась спать - чтобы не видеть приближения мостовой или отчаянного отражения в зеркальной стене. В полете она дико боялась умереть, переживая падение как реальное, и лишь открыв глаза, с облегчением понимала, что это сон. Давно он ей не снился. Даже родилась надежда, что больше ей не увидеть этого кошмара.
   Но он вернулся, - и впервые девушка так прониклась ощущениями, что, уже проснувшись, ещё долго не понимала, кто она и где она, и почему жива. Зато в этот раз летелось... веселей что ли? Даже ерунда всякая в голову лезла, например, о птице-человеке, или о хомячках, - нервный смешок пробился сквозь подушку - додуматься же "жертва опытов над хомячками". Девушка пробубнила выраженьице вслух и, не выдержав, засмеялась по-настоящему, окончательно приходя в себя.
   Ревун внезапно стих на надрывной ноте, повесив в воздухе звенящую тишину. На удар сердца показалось, что она оглохла, а ещё через пару ударов её накрыл сон. Обычный, спокойный, без лишних видений.
  
  
   Часть первая. СТОРОЖ ПРИ МУЗЕЕ МАГИИ
  
   Глава 1. Этот длинный, длинный день
   Шуршал камыш, деревья гнулись...
   Впереди, как стадо лосей, ломились воры, а я широкими прыжками нёсся следом. Не подумайте, что я планировал их догнать и навалять, или, тем паче, отобрать добычу. Эту добычу мне не унести, даже с места не сдвинуть, да и побить мужиков у меня не получится, даже если очень захотеть. Так, могу отвести душу - попинать гадов, если они упьются и завалятся спать. Или там - за нос укусить, хотя это вряд ли, ибо брезгую. А вообще, просто любопытно посмотреть на их морды, когда они поймут, что украли.
   Муахаха! При-идурки!
   Позади взревел Дайр, отсвечивая в небо болотной гнилушкой, я ухмыльнулся - нам дали фору. Воры-неудачники притопили ещё быстрее (где только силы взялись?) и вскоре преодолели болотистую речку-вонючку, выбравшись на дорогу, где поджидал их подельник на разболтанной таратайке, запряжённой парой пегих кляч. Он так явно нервничал, что, если бы не выронил кнут, когда мои будущие трофеи выскочили из придорожных кустов, подстегнул бы залетных, и так бы мы его и видели. Пока возница ползал под копытами, нащупывая кнут, а потом и подбирая вожжи, злодеи взвалили на повозку два массивных сейфа на когтистых лапах и с окованными замками без ключа, уселись сами. Верней, улеглись, даже развалились, я бы сказал. Похоже, как раз закончилось действие увеличивающих силу амулетов, а может, её вытянул ревун. Мужики, так и не поняли, как им повезло. В частности, со мной, подговорившим стража их отпустить. А что, скучно же.
   Я незаметно запрыгнул в коляску, и зарылся в вонючую трухлявую солому. Фу, чего только не вынесешь любопытства ради.
   Но оно того стоило.
  
   А всё дело в том, что в последнее время в Академии жизнь сильно поскучнела. Второй год - колоссальный недобор, преподы ищут работу получше, а проходной балл перестал существовать, как явление. Студенты старших курсов, глядя на обалдуистый молодняк, только за голову берутся. Кто побогаче - переводится от греха подальше, а кто уходит в академку пережидать тёмные времена. А ведь так было не всегда. Говорят, три года назад сюда по полсотни человек на место рвались. Док... О, если быть точным, то Заслуженный доктор магических наук, Почетный академик Академии Стихий и Эфира и просто талантливый ученый и преподаватель, барон Леон ри-Кройзис - возглавил наше заведение, на то время обычную Школу магии, что-то около полувека тому. За первый десяток лет Школа побила всех конкурентов по качеству образования и популярности, приобрела статус Академии и уверенно держала лидирующие позиции на ниве магического образования. Впрочем, я тех времен не помню, так - наслышан. Но, с тех пор как Док свихнулся, всё пошло наперекосяк. Сместить его не получается - пока что он помешан тихо, но когда попытались прислать ему замену - ри-Кройзис начал буянить. Этакий буян немереной силы, гшивриков[1] ему за шиворот. Говорят, "замена" на своих двоих не ушёл - хорошо хоть выжил. Док затих и замкнулся, дела в Академии текут себе сами проторенным руслом, но, как бы это сказать... Поток иссякает, вот.
   Хорошо, хоть Дайру, Стражу Академии, тюльпаново, он выполняет договор и стережёт покой студентов, чаще всего от самих студентов. Дайр - ревун, очень редкий монстр, питается чужой энергией, в первую очередь магической. Ну и ревёт, знатно ревёт, сигнализация - просто закачаешься. В природе ревуны обитают на реликтовых болотах, благодаря необычайной чуткости и способу питания - приблизиться к ним на расстояние версты удается лишь сильнейшим магам, и то не всегда. А привлечь такого на службу - задачка из невыполнимых. Еще один страж-ревун есть только в АСЭф, но АСЭф - структура столичная, за ней мощь всех магов Сейнаританна[2], да и появился он у них, насколько мне известно, позже, чем у нас... Док, додумавшийся и сумевший договориться с Дайром в одиночку, вызывает уважение. Жаль, не видел я его вменяемым. Да и вообще не видел, но не суть.
   Что-то я отвлекся...
   А, ну да! Воры.
   Когда в музей приперлись не студенты-маги, а простые воры, я заинтересовался и даже слегка им посочувствовал: как Стражу пить дать, скопытятся. А уж когда они у сейфов виться стали, я понял - это судьба.
   Дайр в некотором роде тоже юморист - как правило, он практически позволяет завершить пакостнику задуманное, после чего оглушает его ревом и выпивает силы, в большинстве случаев только магические, высвобожденные под заклинание. Хотя простым людям я бы крайне не советовал дразнить ревуна - три процента смертности среди пострадавших, конечно, вполне щадящая статистика, и все студенты при поступлении оговаривают "вероятность летального исхода при нарушении правил", - но чем слабей маг, тем больше шансов в эти три процента попасть. Эта привычка Стража - выжидать до последнего - не убивает азарта у юного дурачья: "я таки сделаю это в следующий раз! Совсем же лишка не хватило!", что обеспечивает монстру следующий поздний ужин, или ранний завтрак. А ещё мне кажется, ревуну нравится тонкий вкус эмоции разочарования от "почти-почти! ну вот ещё бы три секунды, и все выгорело бы!". Гурман.
   Подозреваю, именно его "гурманизм" и повлиял на согласие выпустить воров с сейфами по моей просьбе - я пообещал рассказать ему, чем закончится эта история, и рванул за бесплатным цирком.
   В общем, Дайр - милейшее создание, он один меня понимает.
  
   Но, возвращаясь к нашим баранам...
   Ехали долго. По дороге мужики успели поспать (я, кстати, тоже), немного вяло поскандалить насчет доли каждого в прибыли, а главное, обсудить её саму, прекрасную и необъятную. Я аккуратно обустроил себе в уголке бункер с башней наблюдения, и мог в своё удовольствие любоваться на маститых злодеев. В общем, удовольствие от поездки получали все.
   - Слыш, Лих, там жеж, небося, золота доверху... - мечтательно прикидывал возница, при свете утра оказавшийся худым, как жердь, конопатым пацаном. Закинув руки за голову и грызя соломину, он таращился в небо, не спеша засыпать. Под утро место на козлах занял упомянутый Лих, матерый седой мужик. Такой, пожалуй, и без амулета с сейфом бы управился, видно, оттого не перенапрягся - сидит бодряком, насвистывает "шумел камыш". Второму пришлось хуже, вроде и проснулся, и даже радость на роже светится, а шевелиться нормально не может. Хиловат, парниша, хиловат.
   И на что, спрашивается, они рассчитывали?
   Что их Страж не заметит? Что побрезгует жизненной силой за неимением магии? Где только такой лес дремучий выращивают?
   - Та да, золотишко там точно есть, тяжёлая байда, аки кодах залесский[3], - за Лиха ответил хиляк, словно пытаясь оправдать свое состояние, - амулет сдох на час раньше обещанного.
   - Ну-ну, каши надо было больше потреблять по детству, - не удержался я от уточнения, но никто не услышал.
   - А може, там эти, ахтивахты? Они ж сильно дорогие...
   - Этого только не хватало, - перебил пацана Лих. - Берем только золото. Даже если там будут камни, даже если что-то страшно красивое - и пальцем не тронь. Маговские штучки не про нас. И вообще, советую поразмыслить, как будем открывать, - веско отрубил мужик, и снова отрешился от спутников.
   А здраво рассуждает. И вообще по говору ясно - не местный, может даже столичный. Ловец удачи, ишь ты. Впрочем, тут он промахнулся. Подельники, будучи пооптимистичней и поглупее, продолжили строить радужные планы и, пожалуй, успели бы скупить весь Сайнаританн, а то и Сэку, но, свернув с наезженной дороги в глухую просеку, таратайка подкатила к старому домику-сторожке. Похоже, прибыли.
   Солнце взошло не так давно и через кроны почти не пробивалось, домик приткнулся в глубокой тени. С просеки, не зная, что искать, - и не заметишь. Над головой на все голоса разорялся птичий базар, обеспечивая мне дополнительное шумовое прикрытие. С заносом сейфов внутрь домика и спуском их в подпол товарищам пришлось помучиться. Что с пацана, что с хиляка, толку было чуть, но с горем пополам (ну да, с Лихом же) они справились, всего лишь пять раз грохнув сейфом об пол и едва его не провалив. Ног, к моему разочарованию, никому не отдавили. Саркастически посмеиваясь, я подыскал себе удобное место под полом (или под потолком, смотря, откуда смотреть) и продолжил наблюдение.
   Один из сейфов оказался значительно тяжелей второго. Хиляк тут же заявил, что он его и нёс, оттого так и вымотался, попытался потребовать себе большую часть его содержимого, огреб звонкого леща и затих. Хотя золотые слитки продолжали сиять в его глазах. И не только в его, естественно. В любом случае, легкий сейф был на время забыт, воры лисами увивались вокруг такого радужного тяжеловеса, то тыкая в замочную скважину всякие прутики, крючки и спиральки, то прикладываясь к двери ухом и постукивая по обшивке. При этом они благостно улыбались, буквально млели (мечты-мечты). Я мог бы им показать кнопку в основании правой передней ножки, ибо замок был фальшив, но зачем же портить себе удовольствие?
   Впрочем, эйфория охватила не всех - матерый горожанин к сейфу не льнул и эмоции сдерживал. Похоже, ждал, не шарахнет ли чем доверчивых подельников, а может и действия отсроченных заклинаний. Я успел отлежать все бока, пару раз выбирался из логова и устраивал пробежку для разминки, и уже всерьез подумывал ткнуть незаметно злосчастную кнопку, когда Лих раздал пару профилактических затрещин так и не утратившим придурковатого энтузиазма товарищам и взялся за отмычки сам. Очень быстро он понял, что замок фальшивый, и принялся тщательно осматривать сейф со всех сторон. Кнопка нашлась через полчаса, причем, следуя закону подлости, на последнем исследуемом пятачке.
   Горожанин хмыкнул и почесал репу.
   - Эй, Босяра, - окликнул он, - говоришь, ты его нес? - Хиляк дробно закивал из угла, в который забились обиженные компаньоны. - Тогда тебе и честь первооткрывателя.
   - Чего? - тот явно решил, что его замысловато послали.
   - Сюда, говорю, зад тащи, добывать сокровище будем.
   Вот он! Момент истины...
   Ворюга оживился и подбежал к сейфу.
   - Тыкай сюда, - скомандовал Лих, указывая прутиком в ничем непримечательное место.
   Босяра дернул было рукой, но замер - какое-то сомнение закралось в его мозг. Ну да, совсем уж тупые так долго не живут, отсеиваются в возрасте ясноглазого юнца, просительно занывшего:
   - А мо-ожно тыкну... я?
   Тощий споро подвинулся, уступая сомнительную "честь", а Лих криво ухмыльнулся:
   - Давай, Тихон! Измени нашу жизнь! Куда пальцем?! Прут возьми... во-от... сюда... сильнее, не укусит!.. - в туше металлического зверя глухо щелкнуло. - Ну вот, молодца!
   Дверца со зловещим скрипом распахнула недра сейфа перед затаившими дыхание ворами.
   И явила девственную пустоту.
   Основной вес сейфа составляли мощные стенки, пятью слоями оборачивающие внутреннюю камеру, и маго-механическое устройство, поддерживающее пространственный карман. Да, раньше тут хранилась казна Академии. А сейчас...
   Как я там говорил? Всё наперекосяк? Вот-вот.
   Стоял бы этот сейф в музее, если бы в нем что-то было?
   Три ха-ха.
   Наш главный экспонат. Зато никаких охранных заклинаний.
   И вот теперь мои драгоценные неудачники, мои незабываемые трофеи, созерцали глубокую черную дыру, пытаясь сопоставить видение со слитками, до сих пор мерцавшими в их глазах.
   Босяра, как завороженный, полез внутрь, покричал, кажется даже поматерился, послушал эхо и, похоже, принялся ощупывать все руками. Это надолго.
   Лих с Тихоном вели себя о-очень тихо - как прибитые веником мыши. Выражение лица только было разное: мужик, словно что-то яростно прикидывал в уме, попеременно двигая бровями и носом, и поскрипывая зубами, а мальчишка... Мальчишка выглядел обиженным и... совсем мелким. Лет двенадцать не больше. Рановато молодняк начинает движение по наклонной, о-хо-хо.
   Я прислушался к сейфу, оттуда доносились какие-то нервные звуки: шорохи, стук, междометия и тихий шепот на грани восприятия. Говорят, так некроманты начитывают свои заклинания - так же тихо и такая же абракадабра. Эхо разносило, множило и перекручивало весь этот компот. Мне кажется, если Босяра оттуда сейчас же не выйдет - он просто сойдет с ума.
   Хм, а может и Док, когда казна опустела, полез в сейф, просидел там слишком долго - и тронулся? А то я что-то не слыхал приличной версии на сей счет.
   Когда из таинственной темноты донесся крик, переваренный эхом, подпрыгнули все. И все ударились головой - Лих о доску пола-потолка, Тихон о балку, под которой имел неосторожность предаваться обидам, а я о дно сейфа - как раз решил заглянуть внутрь и занял стратегически удобную позицию. Наружу выскочил Босяра, попутно впилившись в косяк, но даже не почесался.
   - Нашёл! - возопил он, являя пред очи подельников серебряную монету, и тут же расплакался.
   - Отставить панику! - вызверился Лих. Он явно был духовным лидером банды, ибо у Босяры резко высохли слёзы, а морда мелкого озарилась новой надеждой.
   Ну, конечно, второй сейф! Даже я о нём забыл, хотя мне-то не мудрено, я и так знаю, что там есть. Вернее, чего там только нет. И золота нет, и камней, и даже ахтифахтов - нет. Прелесть.
   Три рожи разом повернулись к позабытому ящику с гипотетическими ценностями, и он прям как-то съёжился под недобрыми взглядами. И не мне одному так показалось, однозначно.
   - Не бойся, малыш, мы тебя не обидим, - вкрадчиво "подбодрил" его Лих, подступая ближе.
   Механизм открытия был аналогичным - незаметная кнопка. Правда, под другой лапой, и естественно её ощупывали последней. В этот раз Духовный лидер Братства Неудачников не стал вызывать подкрепления в лице Тихона, а сам чуть подрагивающим перстом пощупал сейф "под коленкой". И совершенно напрасно.
   Громыхнуло, дверца распахнулась резко, сметя на пути своем Тихона (повезло), из недр вырвался столб сажи, живописно (и надолго) подкрасив лица Босяры и Лиха.
   Боюсь, его прозвище вскоре видоизменится. Зато будет в рифму: Босяра и Лосяра. А что? Да о них будут петь менестрели!
   Я юркнул в сейф. Здесь не было пространственных карманов, чем и объяснялась его сравнительная легкость, зато тут хранили бумаги - архивные документы, фикс[4] его знает, какой давности. Мне так и не удалось выяснить, когда его списали вместе со всем содержимым, и передали в музей. Заклинание саженицы, срабатывающее от тепла руки, было привинчено к кнопке кем-то из бывших студентов. Имя его утрачено для истории, но заклинание старательно передается по наследству старшими курсами. Исключительно для проведения обряда посвящения для только поступивших ребятишек. После череды испытаний малышня должна пробраться в музей и открыть старинный сейф. Без шума и пыли, ибо одно из первых правил при работе с магическими вещами - не тыкать пальцами, куда попало, и вообще, лучше запастись перчатками. Мешком перчаток - очень быстро портятся.
   Похоже, у моих былинных героев наличие хоть какой-то защиты на сейфе породило иллюзию насчет ценности содержимого. Когда сажа улеглась, я, пристроившись в темном углу верхней полки, смог лицезреть... впрочем, нет, лиц как раз видно не было... видимо я "очезрел" - две пары пламенеющих глаз. Зрачки метались вверх, вниз, в стороны, пламень покрывался инеем, постепенно сковывая их движения. В конце концов, они совсем остановились, зафиксировавшись на трофее. Чуть пониже между ними воткнулась белая рожица Тихона, он повторил зарядку для глаз и тоже уставился на бутыль с медовухой. Явно зачарованная - она стояла на полочке, вопреки всем потрясениям, выпавшим сегодня на долю сейфа, - а рядом такое же незыблемое блюдце с прошлогодним хлебом.
   Сухарики "Три Ворочки" - новое имя на рынке!
   - Друзья мои! К сожалению, я не могу вас поздравить, ибо испытание вы провалили. Однако возьмите этот утешительный приз и приходите в следующем году! - увы, моей вдохновенной речи никто не оценил. Ну, как обычно. Пришлось выскочить вперед натюрморта и скорчить страшную рожу: - Бу!
   Все трое сели на пол, синхронно и по-прежнему беззвучно.
   Потом легли.
   А вот легли не все.
   Вот какого фикса Лих на меня так уставился?
   Гадство, он оказался крепче, чем я ожидал, впрочем - духовный же лидер!
   Злодей ринулся к дверце сейфа - я едва успел выскочить наружу, лишившись пучка шерсти из хвоста. На диво проворный для такой махины, Лих чуть не ухватил меня за хвост у порога, пока я пытался протиснуться в щель под дверью. Мне банально повезло: под ним провалилась доска, подбитая сейфом, он запнулся и упал, открывая мне дверь собственной башкой. Я бросился прочь из домика и шмыгнул в лес.
   Солнце близилось к закату.
   Не углубляясь в дебри, я забрался на дерево и, устроившись поудобнее, продолжил слежку. Гулять пешком по лесу - нет уж! Увольте! Проще дождаться "сейфоспасателей", и вернуться с комфортом. Ну, да - со сработавшим заклинанием в Академию ушел сигнал с координатами пропажи. С нормальными лошадьми сюда доберутся самое большее за пару часов.
   Воры, похоже, это поняли, или просто решили не задерживаться в месте своего позора, но собирались достаточно быстро. И при этом весьма заковыристо матерились - лично я узнал много нового, причем половину о себе. Как я понял, меня костерили за медовуху - захлопнувшаяся дверца больше не открылась, замуровав единственный трофей. Можно подумать! Между прочим, если бы не я - они, скорей всего, подохли бы ещё ночью, а так у них есть возможность убраться подобру-поздорову. Правда, на людях им показываться нельзя будет с неделю, саженицу так просто не отмыть. Но надеюсь, везучий Тихон их прикроет. И кстати, не единственный это был трофей, у них ещё монета есть. Одна на троих. Подерутся, к гадалке не ходи.
   Сейфы остались в подполе. Лих, мрачно хромающий к повозке, процедил сквозь зубы что-то злорадное насчет тех, кто будет их доставать, видимо, желал провалиться.
   Они ушли навстречу солнцу, ну, или вслед ему. Мои герои!
   Жаль, нет у меня способа увековечить их подвиг в легендах. Опять все надежды на Тихона.
  
   ***
  
   Добрался до Академии я ближе к утру. Дайр ухохатывался так, что не смог сдержать способностей и выпил пару студентов, оказавшихся поблизости (кажется, добил кого-то из "моих" спасателей). Причем смеялся он больше с меня. Не прощу!
   Затем страж в красках поведал мне (в красках, потому что иначе не может, он не говорит, а передает видения, зато объёмные и со звуком), как пинали моё сообщение с координатами из кабинета в кабинет. Оказалось, что до его - сообщения - прихода, завхоз так и не понял, что пропало. Даже не так, никто не понял, что кража вообще удалась - ценные экспонаты на месте, а о пустых сейфах даже не вспомнили.
   Так что пришедшее сообщение вызвало переполох, куда сильней ночного - к завыванию стража у нас все привычны. Завхоз громко ругался, привратник чесал репу, все дружно косились на Стража (мол, не мы виноватые), Дайр поплевывал светящейся слюной в небо, а в бухгалтерии высказали резонное мнение, что сейфы эти никому сто лет не нужны, и вряд ли когда-нибудь пригодятся, - списать под шумок и вся недолга. Но ответственность брать на себя никто не хотел, идти с "этим делом" к Доку боялись (и совершенно правильно делали, кстати), а Леди Ша (графиня Жюли ри-Шайнталь, секретарь ректора, и по совместительству Серый ректор академии) ещё вчера днем уехала в столицу и решать по телепатическим каналам "фиксовы проблемы" отказалась наотрез. Когда она вернулась, солнце спряталось за горизонтом, а вопрос оставался открытым, о чем сигнализировал ревун - на малой мощности, но головная боль и упадок сил был обеспечен всем. Единственными, кто искренне сожалел об утрате, были студенты последних курсов, из них-то и набрали "добровольцев" для возвращения злосчастной покражи.
   Похоже, проклятье Лиха возымело действие - ребята провалились в подпол, но это уже мелочи. Вытащить сейфы оказалось тоже не так-то просто, и они провозились ещё час, поминая злым и недостаточно тихим словом нерадивых воров, захлопнувших сейф с медовухой (мне почему-то икнулось).
   И вот, горизонт на востоке начал сереть, я вернулся домой - усталый, голодный и злой.
   - Все Дайр, хватит глумиться. Я спать.
   Страж снова мелко задрожал, из глаз его покатились сияющие нежно-зеленые слезы, - но передавать ничего не стал. Я окончательно обиделся и подался в музей.
  
   ***
  
   Выходка со стражем аукнулась мне ещё одной напастью. Кажется, Леди Ша решила, что ревун отбивается от рук.
   Лишний запах я почуял сразу, но не стал паниковать - не чужаки и ладно, мало ли кто заходил в музей, когда привезли сейфы. Но тут в подсобке раздался шорох и стук, а потом из-за двери высунулась всклокоченная заспанная девица, поглядела в окно, молча погрозила стражу кулаком - тот продолжал смеяться, ведь знал же, гад, что меня здесь ждет, - побилась головой о раму и уползла обратно. В подсобку! В МОЮ подсобку!
   Какой кошмар, мир катится в тартарары! Этот замечательный день закончился ужаснейшей ночью и кошмарнейшим утром!
   - Гшивриков за шиворот вам, Леди Ша! И тебе, мерзкая захватчица! Полную пазуху!
   Я принюхался внимательней, чтобы понять, с кем мне придется воевать за место под солнцем, в подсобке, то есть. Того чучела, которое я имел неудовольствие наблюдать, я идентифицировать не смог, а вот запах был знаком. О нет! Нет-нет-нет-нет! Это же местная дурочка! Даже не студентка, её же могут подселить сюда не на время! С них же станется прописать её тут навсегда!..
   Нет, с этим решительно нужно что-то делать!
   Но не сейча-ас...
   Как же хочется спать...
   Я свалился на верхней полке стеллажа, отвернувшись от окна, в которое заглядывал первый луч солнца.
  
   Глава 2. Боевые действия.
  
   Проснулся я в сумерках - от рычания собственного желудка. Ну да, ночью же усталость голод усыпила, зато теперь он пробуждал во мне зверя. Впрочем, затмить главную неприятность, которая всё ещё находилась в моей подсобке, он все же не смог. Пока я пробирался на кухню, а потом и насыщался, никак не мог отрешиться от ощущения несправедливости бытия. Ведь совсем невинная шалость - и такая засада в ответку. И даже благородным: "Хорошо хоть Дайру не досталось", - себя не утешишь. Исключительно потому, что Дайру никто, кроме Дока ничего сделать не может. Нет, ревун, конечно, выполняет договор и даже подчинятся Леди Ша. Условно. Если она его просит. А за требования может и выпить. Наказать его пока никто не решался. Просто потому, что никто не знает, чем это будет чревато. Кстати, наш знаменитый страж является второй причиной тихого бегства слабонервных преподавателей и студентов из Академии.
   К Дайру я и направился, отужинав. Я хотел выяснить побольше об одной зловредной мурхе[5], позарившейся на мою территорию. Лично я слышал о ней не так уж много, пик её славы прошёл до моего появления тут, и знал я лишь, что это тихая дурочка, от которой все предпочитают держаться подальше. Видел я её редко, а обратил внимание лишь однажды, в библиотеке, где она читала, от усердия высунув язык. Читала Книгу с Картинками, водила по ним пальцем и что-то мычала, а вокруг неё пустовало по два стола во все стороны. Смотрелось как-то... тревожно.
   Воспоминания Стража, правда, тоже слегка поблекли. Но я проявил чудеса дедукции! Выкладывая, как мозаику, обрывки его видений, собственные наблюдения и известные мне слухи на клейстер логики, кое-какую картинку я всё же нарисовал.
   Итак, около трех лет назад студентка-первогодка свалилась с крыши общаги - считай с шестнадцатого уровня. При этом у неё открылся источник внутренней стихии, видимо от страха. Открылся на полную мощность. Будь стихия воздушной - глядишь, полетела бы, но это был огонь, как результат, в месте падения - воронка метров пять в поперечнике. И это, невзирая на защитные чары! Хорошо хоть фундамент не раскурочило. Своя стихия тело защитила, девица выжила, но открылся канал слишком внезапно - обычно такого уровня силы маг достигает на третий-четвертый год обучения, до этого усердно тренируя контроль, штудируя методы управления силой и постепенно её развивая. В общем, что говорить, девчонка оказалась не готова и по-простому тронулась умом. Обычно таких вывозят на дальний Полигон и аккуратно аннигилируют - безумный маг слишком опасный и непредсказуемый фактор. Но эта девица после лечебницы вернулась в общагу Академии.
   Общество волновалось, шуршало и шепталось, строило догадки о древних пророчествах, легендарных способностях, заветах мудрецов, или передавало сплетни, например о том, что девицу совратил сам ректор и оставил жить из чувства вины - бредовейший бред, кстати, он бы её первый прикопал, прямо в ямке под общагой. Впрочем, не так уж много времени спустя, тронулся и сам ректор. Слухи стали ещё более шуршащими и замысловатыми. Все исправно обходили дурочку стороной. Прям как Стража и Дока. Но шли недели, месяцы... год, второй - а срывов не случалось. Как и улучшений, впрочем. В итоге общество сошлось в том, что во время выброса силы она свой источник исчерпала. Пустышка. Ни мозгов, ни магии.
   Насчет ректора, правда, толковой версии не сложилось, и тайна, покрытая мраком, все ещё бередит юно-магические умы. А после знакомства с сейфом из-под казны она и меня волнует. Слегка. Потому что сильно - меня волнует другое: сумасшедшая девчонка у меня дома!
   Естественно, она не училась. Просто жила на первом этаже общаги, лишь изредка показываясь за пределами комнаты, никого не трогала, не говорила никогда и ни с кем.
   Тень. Серая тень - даже волосы, и те серые. Незаметная, немая и бесполезная.
   Может даже, она мне и не помешает ничем...
   Но девица - терпеть не могу девиц!
   Противные, визгливые и безмозглые по жизни существа. Зацикленные на парнях, любви и милых розовых пушы-ыстиках. Ве-е.
   Я представил себе жизнь в музее при наличии постоянно шуршащей мурхе, и меня передернуло. А уж если она меня увидит... В библиотеке звуки она издавала, значит и завизжать сможет, а это лишнее. Повторюсь, ненавижу визгливых девиц, а кроме того, феноменом редкой активности голосовых связок "тихой дурочки" может заинтересоваться Леди Ша. А её внимания, особенно, на фоне случая со стражем, мне хочется меньше всего. Даже с учетом того, что она очень даже хороша. А ножки, мм, прелесть...
   Тьфу! Прочь непристойные мыслишки!
   Попрощавшись с Дайром (подозрительно подрагивавшим, уж не ржет ли он надо мною снова? Не нравится мне эта тенденция), я направился домой, изгонять подселенцев.
  
   ***
  
   Лина летела вниз и печально осознавала весь идиотизм ситуации, а в особенности - свой собственный. Ещё печальней становилось от того, что падает она... не в первый раз...
   Удивленно вскинув бровь, она посмотрела вниз, скривилась и, шевельнув кистью руки, развернулась в воздухе. Задержала взгляд на зеркальной стене небоскреба - эта картинка тоже была знакомой. Серый костер волос, впивающиеся в воздух пальцы рук (Расслабить! - приказала себе девушка.), шальной блеск глаз, бесполезно "торчащие" вверх веревки альпинистского снаряжения (отцепилась от страховки буквально за мгновение до встречи с маньяком, вот же непруха!)... Отмахнувшись от красно-серого видения, обернулась к небу...
   Птица, похожая на человека. Смешно.
   Дурацкие хомячки... взбешённый маньяк...
   Снова небо и птица...
   Хах, ну да... Человек. Тот самый маньяк, решивший составить ей компанию на мостовой...
   "Хм, а не слишком ли долго я падаю?"
   Темнота...
   Бум!..
  
   Девушка резко села в постели. Что-то было не так. Что-то непоправимо изменилось, но понять, что и в какую сторону, не получалось. За дверью что-то шуршало и очень тихо - но как-то странно, словно прямо в ухе, - слышался недобрый шепот: кто-то на кого-то ругался, причем тайком.
   Это была четвертая ночь в Музее магии, куда её решила поселить секретарь ректора, как дополнительного к ревуну сторожа. Во-первых, зная, кто здесь ночует, в музей не сунутся студенты-сорвиголовы, ибо её, Глинн, до сих пор боятся. Во-вторых, если опять придут чужаки, а страж их проспит, возможно - их услышит она. Даже тревожную кнопку вручили, старательно разжевав, в каких случаях на неё нужно нажимать. Но три ночи подряд, по три раза за ночь, она срабатывала сама по себе, тревожа стража. А уж страж тревожил всю округу так, что мало никому не казалось.
   Глинн хотелось просто под землю провалиться под укоризненным взглядом госпожи ри-Шайнталь, снова втолковывающей ей смысл и правила пользования сторожевым амулетом, но ни объяснить, ни тем более доказать, что она не виновата, возможности не было. После третьей ночи нервы секретаря не выдержали, и она отняла гадкую хреновину, приказав, в случае чего, идти будить ревуна ножками. Кажется, госпожа секретарь уже успела разочароваться в своей идее, и не выгнала Глинн в общагу из чистой вредности.
   И вот - в музее кто-то есть, а чтобы добраться до стража, нужно пройти через сам музей. Очень сильно захотелось плакать от страха и обиды.
   - Не пойду! - решила девушка, поборов постыдный порыв и сморгнув пару слезинок, зло сощурилась. Не убьют же её, в конце концов, пусть возвращают обратно в общагу. Кто-кто, а Глинн сюда не просилась, ей и в комнате общежития было вполне комфортно - привыкла, обжилась, имела свои заначки.
   И вообще, музей оказался маленьким адом, словно духи этого места ополчились на вторженку, методично выживая её прочь, сопровождая козни недобрыми потусторонними шепотками. Днем на голову безо всякого участия со стороны девушки сыпались экспонаты, пару раз сыпались - очень больно, оставив на память две шишки и ссадину на плече, ещё несколько - громко, но мимо, что ничуть не изменило общего впечатления. Сегодня, например, разбилась ваза с неувядающими цветами. Ощущение было такое, что в вазе существовал пространственный карман - потому что залило весь пол, и Глинн полдня лазила на карачках меж стеллажами, вымакивая явно протухшую жидкость. Даже любопытно стало, сколько же лет этот веник вёл свою псевдо жизнь? Или счет уже на века? С цветами, кстати, отдельная история, не такая глобальная, но не менее пахучая - они сгнили в мгновение ока, превратившись в мерзкие склизкие ошметки. Нет бы - рассыпаться в труху...
   Впрочем, во всем и всегда имеется свой позитив. Например, госпожа секретарь не стала задерживаться в музее ради разноса за порчу экспоната, лишь прогнусавила: "Аккуратней нужно быть, милочка!" - и ретировалась, бодро цокая каблучками по мощеной дорожке. Правда, через минуту вернулась, и шальная надежда мелькнула у Глинн: может, выгонят обратно, в общагу? Но нет, пряча нос за платочком, дама прошлепала по цветочной луже в подсобку, забрала амулет сигнализации (видимо, считала, что Глинн включит её, как только коснется), выразила то самое пожелание, насчет "к стражу ножками", на пороге элегантно отряхнула свои - обутые в стильные черные туфли на шпильке. Одна туфля при этом слетела, и женщина поскакала за ней далеко не так элегантно, шипя как разъярённая кошка.
   Избавлению от сигналки Глинн порадовалась. Правда, ровно до того, как проснулась от странного шума в зале.
   Лесом всё!
   Ни за что не высунет она носа из этой дурацкой каморки! Путь хоть весь музей вынесут, с полочками и половой тряпкой, которую девушка забыла убрать из зала, так и оставив сохнуть у выхода. Стыдиться, что проспала кражу, ей точно поздно. В глазах людей падать ниже, по сути, некуда, а для себя - сохранность собственной шкуры уже давно превыше имиджа. Как там в анекдоте? Имидж ничто? Именно так!
   Глинн выбралась из-под одеяла, взяла швабру, и, стараясь не шуметь, заклинила дверь.
   - И пусть весь мир подождет, - мурлыкнула она себе под нос, укладываясь обратно, но - расслабиться не успела.
   Ругань становилась громче, словно приближаясь к каморке.
   Этого ещё не хватало!
  
   ***
  
   Я был зол!
   Нет, не так.
   Во мне клокотала ярость!
   Плескалась через уши, искрами сыпалась из глаз - я уверен в этом.
   Мало того, что мне приснился кошмар, так я ещё и упал! Я свалился с этого треклятого стеллажа!
   А в это время в моей уютной подсобке спит и в ус не дует мерзкая мелкая пигалица!
   Я с удовольствием припомнил всё, что высказывал Лих сотоварищи насчет меня, сейфов и ситуации в целом, с не меньшим удовольствием повторил, чувствуя, как возрастает моё с ним согласие. Нарезал пару кругов по музею, забрался на ненавистную верхнюю полку и понял, что дальше так продолжаться не может!
   Она сама будет умолять, чтобы её отсюда выпустили!
   Кого любят мерзкие пигалицы? Правильно, милых розовых пушистиков! А кого они терпеть не могут - до дрожи в коленках? Правильно - злобных монстров!
   И злобный монстр решительным шагом направился к двери в подсобку, верней, к очень удобной щели под ней.
   О том, что на место этой пигалицы могут прислать кого-то другого, я старался не думать. Решаем проблемы по мере их поступления. У нас тут очень туго с кадрами в последнее время, я не говорил?
  
   Я ошибся, мурхэ не спала - сидела на постели и испуганно таращилась на дверь. Что ж, так даже лучше. А то ещё не разобрала бы спросонья, что к чему. Собраться в комок - замечательным прыжком с места и прямо на колени, бесстыдно оголенные - как удачно!
   А в следующий миг я оказался на полу, в противоположном от кровати углу. Она сбросила меня ладонью, даже не завизжав, лишь приглушенно пискнув. Впрочем, рука, потянувшаяся за плошкой со светлячком, заметно подрагивала. Ага, ещё не все потерянно. Я скорчил зверскую рожу, припоминая, как дружно обалдели от неё разбойнички.
   - Т-твою налево! - проклацала зубами девица, облегченно вздыхая.
   Что? Облегченно? Какого фикса?!! Где паника и крики? Где сверкающие прочь пятки, в конце концов?!!
   Тем временем эта... эта... му-ур-рхе-э присмотрелась(!) ко мне повнимательней, и задумчиво, и очень тихо, произнесла:
   - Вот уж кто, действительно, жертва опытов над хомячками... И откуда оно тут взялось?
   Оно?! Жертва опытов?!
   Ну, всё! Этого я стерпеть не мог! Я высказал всё наболевшее, пользуясь наработками Лиха и добавив от души своего! Как жаль, что меня не поймут...
   И, чтобы донести свою мысль, я шипел, рычал, скалил зубы и недвусмысленно ими клацал, подразумевая, что засыпать в музее будет крайне неразумным, наскакивал к постели и отпрыгивал, требуя убраться подобру-поздорову.
   Девица смотрела...
   Хотел бы я себе польстить, что с возрастающим испугом, но я честный. Хуже того, даже те крохи страха, которые светились в её глазах при взгляде на дверь, постепенно таяли. И какой фикс объяснит мне, что там - в этих глазах - забыло любопытство?! Она точно девушка?
   - Хм, - это существо неясного пола уперлось локтем в колено, уложив подбородок на ладонь. - То есть там, - она кивнула на дверь, - в музее - ругался тоже ты?
   И тут я сел на пол (осталось только лечь).
   - Ты меня слышишь? - пробормотал я. За все время моего пребывания тут, до кого я только не пытался докричаться. Впрочем, привираю, специально я обращался только к Доку, Леди Ша, и зав. факультета генной магии - профессору Тройлю. К последнему - потому, что девчонка не особо ошиблась, называя меня "жертвой опытов", ибо в том, что меня не родило ни одно из известных животных, я и сам не сомневался - видел себя в зеркале. Меня не услышали, ни специально, ни случайно, чему я позже очень порадовался, глядя как Тройль препарирует один "чудный плод действия мутагенного заклятия" - розовую и пушистую крыску с мелкими лысыми крылышками. Живую. Бр-р! Ненавижу генных магов. Вырасту - препарирую нафикс!
   - Как бы да, - невнятно ответила "условно-девушка", - причём, кажется даже больше, чем ты хочешь сказать...
   "Видимо-девушка" встала, подошла к двери, убрала в сторону какую-то палку (ха! да она от меня баррикадировалась), открыла дверь, и выглянула наружу. Постояла, прислушалась, потом обошла зал, заглядывая в те места, где мог бы спрятаться человек (я заметил, что её серьезно заносит), затем вернулась в подсобку и снова приняла исходную позицию: уселась на краю постели, подперев подбородок ладонью.
   - Значит так, - произнесло чудо-юдо, - первое - я действительно девушка, хотя ты прав, несколько ненормальная... нестандарт, так сказать. Хотя чудо-юдо - слишком эксп... р-р-р... перебор, в общем. Можешь звать меня... Глинн. - Говорила она глухо, прерываясь, словно глотая слова, или наоборот, еле отрывая их от языка. - Второе - если ещё раз... мне на голову упадет какая-нибудь хрень - поймаю и сдам Тройлю, мне даже говорить ничего не придется, с руками оторвёт... угу, главное чтоб не буквально. И третье, - последнее условие ознаменовал то ли тяжкий вздох, то ли зевок, - раз уж... так тебе хочется спать тут... Твоя Подсобка и всё такое, - девица неопределенно шевельнула кистью свободной руки, - спи. Только тихо.
   И она как-то неожиданно быстро улеглась под одеяло, отвернувшись к стенке.
   Но тут меня осенило:
   - Ты говоришь!!!
   - Ты тоже, - вяло зевнули в ответ. - Причем очень громко... и непрерывно. А я так хочу спать... благодаря тебе, кстати. Заткнись, а? И не думай... Или думай колыбельную...
  
   Думать колыбельными я не умел, да и не желал - ситуация не располагала, и после третьего злобного зевка мурхе, чем-то похожего на рычание, я подался к Дайру - жаловаться на судьбу. Эта скотина смеялась до тех пор, пока в окно музея не затарабанила моя приживалка, подозреваю что головой, как в прошлый раз. В итоге, я устроился под боком у стража и заснул. С надеждой... верней нет - это скорей была розовая мечта (тьфу, словосочетание-то какое пакостное!), что завтрашнее утро принесёт наконец-то порядок и покой в мою жизнь.
   Наивный.
  
   ***
  
   Утро началось поздно. Похоже, моя гостья (я решил называть её так - и культурно, и с намеком на "пора бы домой") расслабилась и решила отоспаться за все тревожные ночи в музее. Она, и правда, вымоталась, под конец смотрелась как зомби - мне Дайр показал её лицо, когда она провожала взглядом Леди Ша вчера днем: темные круги под глазами и така-ая мольба в них. А ведь пигалица была готова петлять из музея уже тогда. А, глянув на выражение лица Серой ректорши, я понял, что мольбы эти были заочно услышаны. Озвереть, если бы я не раскрылся, максимум завтра я с ней расстался бы. Я заметался между лапами Дайра: во дура-ак!.. Потом остановился, наскочив на заднюю левую, задумался и присел на коготь стража, как на стул. Дайр не двигался, лишь мелко вибрировал.
   А думал я о том, что меня Услышали. Я так давно перестал верить, что это когда-то случится, что теперь приходилось всё переосмысливать заново. Итак, сбылась мечта идиота - и какие мне с этого бонусы?
   Я смогу увековечить в легендах подвиг моих воров.
   Я смогу связаться с ректором, или Леди Ша. К Тройлю не пойду, даже если это будет последний человек на (Земле.)
   Мм, да-а... как-то скудненько. И все это при условии, что дурочку кто-то станет слушать.
   "Ой, вы знаете, у меня в голове голос. Он мне тако-ое рассказывает, вы не поверите!".
   И ведь не поверят же. И вообще, захочет ли она говорить, до сих пор-то - как-то не особо. Похоже, она и сама раскрылась... хотя может Леди Ша в курсе, это упростило бы дело, но... Я вспомнил, как секретарь с мученическим видом вдалбливала девице, куда жать, или нажимать... или тыкать... Нет, кто-кто, а Леди Ша не уверена даже, что мурхе хоть что-то понимает.
   И, спрашивается в задаче, мне оно надо? Тет-а-тет я могу и с Дайром побеседовать. А если вспомнить, как именно она меня слышит...
   Нет-нет! Нет-нет-нет! Заберите её от меня, пожалуйста!
   Днем за ней приходил посыльный, помялся в дверях, покричал (шёпотом, придурок), да так и ушел. Мы с Дайром проследили - вернулся к Леди Ша, та дернула носом, но сама будить свою протеже не помчалась. Мне кажется, решила придерживаться принципа: не буди лихо пока оно тихо. Хотя я могу авторитетно заявить: когда лихо не дремлет ночью - оно как-то совсем погано получается. Попросил стража поорать просто так (хуже мне всё-равно уже не будет, а ему как обычно тюльпаново) - не проснулась. Р-р.
   - Дайр, - вкрадчиво начал я, - а давай ты её выпьешь? - зелёные глаза приблизились ко мне, но я не смутился. - Она слишком много знает. И о тебе, кстати, тоже. Ну что тебе стоит? Три процента, помнишь? - и все вздохнут с облегчением. Там же пустышка - ам и нету.
   Страж поперхнулся и закашлялся, картинок показывать не стал, но как-то укоризненно на меня посмотрел, так, что я почувствовал себя истинным монстром.
  
   ***
  
   - Доброе утро, - я сидел на тумбочке, старательно ни о чём не думая, и наблюдал, как просыпается и потягивается "гостья". На меня она не среагировала, и я повторил приветствие - девица дернулась и заозиралась, прочистила пальцем ухо. - Я тут, - добавил я, привставая.
   Мутный спросонья взгляд сфокусировался на мне и засиял так, что я отшатнулся. И вовремя - меня попытались схватить.
   - Фишка-а! - заорала мурхе самым противным голосом, - я знала, что ты вернешься!
   О, тучный гшивр, за что мне это...
   - Прекрати бредить! И сбавь громкость, всю Академию перебудишь.
   - О, да, конечно. Просто я так обрадовалась, когда увидела тебя, - её глаза сияли не хуже Дайровых. - Иди ко мне на ручки, Фишулечка.
   Меня передернуло, и от словечка, и от уровня сахара в голосе.
   - Что ещё за фишка? - (на "фишулечку" у меня мысль не поднималась). Они - мысли - вообще стали расползаться во все стороны, и вычленить и облечь в слова эту оказалось весьма непросто.
   - На древнем языке, - с очень умным видом начала девица, - Фишка значит ры-ыбка! - и расплываясь в улыбке, добавила: - О мур-мур-мур, это так мило!
   Ужас, какой розовый плюш! Особенно на фоне "мур-мур" страшно - она же так ещё и сожрет меня, коты рыбку любят весьма специфически, как и хомячков, впрочем.
   - Эй, деточка, ты здесь? - хотелось постучать её по лбу, желательно больно.
   - А? Что? - совсем иным тоном, словно очнувшись, отозвалась мурхе, и я понял, что где-то я очень, очень прав...
   - Что это только что было? - мурхе, как есть мурхе.
   - А?.. - задумалась девица, - А-а, не обращай внимания, это моё ванильное альтер эго... угу, да, пожалуй что так... - девица замолчала, оставив меня ломать голову, причём тут "ванильное", в памяти назойливо всплывало одноименное печенье. Хмыкнув, уточнила: - Никаких печенек. Ты это назвал бы розовым плюшем. Это, вроде как, моя вторая половинка, её иногда заносит, - и снова ушла в себя. А "вынырнув" через минуту, продолжила: - Говорит, ты её домашний любимец, и тебя ей подарил её любимец недомашний. В смысле парень какой-то... или даже целый мужик, судя по описанию. - Здесь она премерзко ухмыльнулась: - Так что теперь я знаю, как тебя звать. Ну, здравствуй, Фишка! Ты ли это?..
   - Нет!!! - в окнах зазвенели стекла - мой мысленный крик разбудил Дайра. - Не надо Называть Меня Фишкой!
   - Но ты же зовешь меня Мурхе, - мурхе прищурилась.
   - Но... я же не лезу к тебе в голову! - моему возмущению не было предела.
   - А тут ты не прав, ибо именно в голову ты и лезешь. Знаешь, если бы я не насмотрелась за три года на кучу чудес и не общалась всё это время с блондинкой в моей голове, я бы сказала, что сошла с ума... да-да, я знаю, что ты думаешь на сей счет, зачем столько экспрессии? Я не сумасшедшая, и тем более не мурхе в классическом смысле этого слова, программированию не поддаюсь.
   Да-да, именно так и утверждают все сумасшедшие.
   - Понимаю твой скепсис, но я же тебя слышу.
   Да-да, сумасшедшие тоже много чего слышат... Гм... вот фикс! Не следует ли из этого, что сошел с ума я?
   - Вряд ли. - Мурхе... ох, простите, Глинн, задумалась, а потом спросила: - Так всё-таки, ты кто?
   Это был очень подлый удар...
  
   Глава 3. Очень неприятно познакомиться.
  
   Я ушел от ответа. В прямом смысле слова ушел.
   К Дайру. Он не задавал дурацких вопросов. Просто не мог - для этого не существовало подходящей картинки, которую он мог бы мне транслировать.
   Потянулись будни холодного перемирия. Я являлся в музей, только когда девчонка засыпала, и уходил - до её пробуждения. И полностью игнорировал её, если пересекался, что случалось редко. Она тоже не заговаривала и не подавала виду, что "слышит" меня. Совсем бросить музей - было бы равнозначно проигрышу. Обойдется! Утром, прежде чем уйти, я что-нибудь двигал, ронял, или прятал. Пусть знает, это мой дом. И ухожу я только потому, что на территории Академии - у меня куча дел! О которых я призабыл, кстати, ведя войну против захватчика - пора наверстывать упущенное.
   Любимым моим развлечением было наблюдение за людишками. Не в том смысле, чтоб подглядывать за студентками, хотя порой, конечно, приходилось. Но целью было выявление интересов и слабостей, а не банальный вуайеризм. Дальше я подбрасывал юным магам разные идеи о том, как понадежнее попасть на ужин к Дайру, причём отнюдь не в гости. Оставить клочок бумаги со старым заклинанием на столе, или даже под столом, у студента, увлекающегося древностями. Сбросить с полки книжку с запретными любовными зельями рядом с девицей, сохнущей по кому-то недосягаемому. Или кому-то не особо прилежному подправить учебное заклинание, чтоб оно сработало совсем иначе - порой для этого нужно всего пару штрихов. Управлять людьми так легко!
   Ничего страшного и непоправимого я не устраивал, всё щадяще, без членовредительства. Тем более Страж чует волшбу лучше, чем слышит говорящего рядом человека, и быстро нейтрализует нарушителя.
   Впрочем, Дайр вообще всё чует. Он как-то показал мне, как видит своё "болото" - этакий круг радиусом с две версты, который он полностью контролирует. Верней, полусфера, или даже сфера - под землей просто никто не пробовал к нему подкрадываться. Территорию Академии в своё время подогнали под зону "покрытия" Стража, и она теперь круглая, а здания повышаются к центру. В его голове (впрочем, в голове ли?) сидит трехмерная схема, внутри которой снуют проекции людей в виде цветных шариков. Обычные люди - серые и тусклые, маги светятся цветом своей стихии. А когда они начинают колдовать, шарик вспыхивает, словно приглашая: заходите к нам на огонек. И ревун тянется туда невидимым щупальцем, полностью заменяющим присутствие на месте. Через эти щупальца Дайр видит, слышит, обоняет, и собственно питается, но это только, когда воет. Вой ломает естественную защиту человека, находящегося рядом со щупальцем, и энергия устремляется к монстру по каналу щупальца. А ещё он может, "подглядеть" за любой, заинтересовавшей его точкой на "болоте". Кстати, если я правильно понял абстракции Дайра, щупальца не что иное, как продолжение хвоста. Хвостов, вернее, - их у Дайра девять.
   Впрочем, об этих особенностях восприятия ревунов знают немногие. А скорей всего, я один. У Дайра, до встречи со мной, тоже были проблемы с общением. Зато теперь у нас множество общих увлечений. Без него я бесконечно скучал бы, ну а он бы очень часто голодал.
   Отвлекшись на воспоминания, я чуть не попался на глаза объекту слежки, девчонке-третьекурснице, измышляющей пакость сопернице. Здесь мы поможем, не вопрос. Разве сможет она отказаться от средства по дистанционному устранению волос у заклинаемого. Да ни в жизнь! Я вообще почти никогда не ошибался с идеями. На моей памяти, не использовал свой "шанс" только один мальчишка, где-то в прошлом году, и с тех пор Дайр всякий раз спорит, попадётся очередной лопух, или нет. Боюсь, если такое повторится, он на радостях выпьет всё "своё болото".
   В общем, развлекаемся, как можем.
   Мысль, что это подмена настоящей жизни, что мне нужно что-то большее, я гнал как чумную. С тех самых пор, как понял, что я - неведома зверушка, фиксов хомяк-мутант, а понять меня, или даже заинтересоваться феноменом моей разумности - некому (хотя может, это и к лучшему). А ведь я не просто мыслил, анализировал, учился, принимал решения и действовал самостоятельно. Я был не по-хомячьи знающ, впрочем, и силен я был не по-хомячьи, вот только сила для искусственно созданных существ - не редкость. Взять ту же мурхе, всего в два раза крупнее меня, она может поднять коня и прыгать как блоха - то есть метра на три-четыре. Правда, это при условии внесения в программу жизнедеятельности - пункта тренировок. Я был не настолько хорош, но на слабость точно не жаловался. Это не хвастовство, самокритичность также входит в набор моих "невероятных достоинств".
   Но главное, в моей шерстистой башке помещалась маленькая энциклопедия - это было настолько удивительно, что я уверен, попадись я Тройлю, и пойми он, чем я необычен, мой мозг изрезали бы на моноклеточные ленточки и изучали бы, изучали бы, изучали...
   Порой я задумываюсь, сколько ещё таких вот разумных, но молчаливых мутантов вышло из лабораторий генных магов... или не вышло...
   Гадство! Это всё гшиврова мурхе. Она разбередила поджившую было рану, и теперь я не мог полностью отрешиться от вопроса, мучившего меня первые полгода осознанной жизни. Потрясающего своей риторичностью, дурацкого, гшиврова вопроса: кто же я?
   Но и этого не достаточно. Самым ужасным было то, что меня тянуло к ней - с собой-то можно быть честным? Я хотел говорить, хотел слышать ответы, не смотреть картинки - а слышать. Нет, с Дайром мне очень повезло, если бы не он, я бы, наверно, свихнулся, или пошел бы к Тройлю доказывать, что я классный хомяк. Что, в принципе, одно и то же. Но сейчас, наблюдая за бессмысленной болтовней мелких магусов, я остро ощущал эту утрату. Судьба подарила мне собеседника - да, не обычного, да, считай сумасшедшего, со своими тараканами в голове, но кто идеален? Дайр вон - вообще людей пьёт. Правда, в отличие от Глинн слышит только те мои мысли, что я облекаю в слова. Но...
   Всё чаще я ловил себя на мысли, что стоит прекращать этот бойкот, и чтобы не быть пойманным на этом слабоволии девчонкой, я вообще прекратил появляться в музее днем, обходил стороной библиотеку, и даже ночевал у Стража, если задерживался так, что мог проспать наутро.
   И кто знает, как долго бы всё это продолжалось, если бы не стечение обстоятельств. То ли роковое, толи фатальное.
  
   Я укладывался спать, когда раздался условный сигнал от Стража. Похоже, сработала очередная "ловушка на лопуха". Обычно мы вместе следили за происками "лопушат", но сегодня я так замотался, что решил не идти, Дайр и без меня отлично поужинает. И вообще, всё наскучило...
   Но вызов повторился. Значит там что-то особенное. Хм.
   Любопытство проснулось раньше ног, я споткнулся и свалился со стола, на котором располагалась моя постель. От шума подскочила девчонка.
   - Ты чего? - нервно спросила она.
   И что именно я мог не сказать?
   - Я с тобой! - она мгновенно все поняла, и загорелась даже больше моего.
   Гшивр, она даже поняла, как мне понравилась эта идея. И моё по этому поводу отчаяние.
   - Можно? - зачем-то уточнила Глинн, обуваясь и натягивая серую мантию поверх ночной рубашки. - Я так давно хотела, чтобы ты познакомил меня с Дайром...
  
   ***
  
   Необычное желание для девчонки. Мир точно сходит с ума. Интересно, а если показать ей одного из домашних любимцев нормальных девиц - она закатит истерику? Ну, как обычно поступали те самые, нормальные, - при виде недостаточно милого меня.
   Дайр тянул на милоту ещё меньше моего: зеленовато-серый, болотного оттенка, лысый, тощий - кожа да кости, выпирающие на манер шипов в самых неожиданных местах, втягивающиеся когти бритвенной остроты.
   И главная прелесть - хвосты. Девять подвижных, словно трепещущих на ветру, на вид пушистых, но на деле тонкоигольчатых, хвостов. Которые к тому же - и руки, и глаза, и уши. И даже пасть, по сути. Когтистый, зубастый и шипастый, неимоверно резвый и подвижный, фантомом являющийся из тумана и тут же скрывающийся в нем - ревун - очень опасный противник. Даже без оглядки на полезные в защите особенности питания... Призрачный злыдень - так его называют в приболотных селеньях, где с детства знают: "К злыдню на болота ходить засть".
   Туман - второй защитный контур ревуна, первым является непроходимая топь. Интересно, что ревун, считающийся монстром болотным, в вонючую жижу не лезет, и уж тем более не живет в ней, просто использует болото, как стратегически удобное место - дольше добираются нападающие и дольше убегает еда. Облюбовав удобный островок и укутавшись непроглядным туманом, он следит за своей территорией, слегка потягивая силы из обитателей, в том числе и животных. Но главное лакомство - магическую энергию - "приносят" охочие до подвигов маги или воины, обвешанные амулетами-накопителями, силой из которых ревуны тоже не брезгуют.
   Зато они не потребляют мяса, и вообще ничего, кроме энергии.
   Так что в Академии Дайр, связа-ный договором с ректором, обитал в прочной клетке, которая.. не закрывалась. Хотя по началу, когда только разум Дока дал трещину, была попытка Стража запереть, на что тот жутко обиделся. Больше эксперимент не повторяли.
   Природным привычкам Дайр не изменял и клетку свою укутывал туманом, сияющим зеленью во время воя. Из-за этого тумана большинство студентов считали стража "субмагической субстанцией аэрозольного типа" - в разных вариациях звучания. Кто полюбознательней, и заглядывал в справочные материалы, - имеет ещё более феерическое представление. Материалы-то эти составлялись выжившими охотниками, видевшими лишь отдельные части монстра сквозь туман, мельком и через призму ужаса, да ещё останки своих неудачливых компаньонов. А обладатели более точных сведений, такие, как хозяева ревунов, например, распространяться не спешили - для них, чем страшней его малюют - тем надежнее.
   По дороге к Стражу я постарался припомнить все ужасы, приводившиеся по теме "Ревун Болотный" в БЭАСЭф, чтоб девица впечатлилась до нужной кондиции.
   И вот...
  
   Вряд ли я ошибусь, утверждая, что мурхе (прости, болезная, но на здравый смысл твои действия не тянут) - первый человек после Дока, зашедший к Дайру в зону тумана. Притом без малейшего проблеска страха.
   - Ты красивый... ну-у, конечно, немного психоделический и кислотный, но - красивый...- девчонка обходила Стража на расстоянии вытянутой руки и таращилась на него как на... да как на розового пушистика!
   Страж выгнул спину и распушил хвосты, заурчал, подсвечиваясь изнутри. Он, похоже, вообще забыл, зачем меня вызывал, и я молча наблюдал за этим, старательно замораживая мимику. Видимо, получалось фиксово. Сначала на меня посмотрел Дайр, с секунду он завораживал меня своими зелеными зенками, затем обернулась девчонка, и они оба затряслись в приступе неудержимого смеха.
   О, тучный гшивр и призрачные глецики [6], кулдафула[7] на вас нет...
   Как же бесит меня эта тенденция!
   А давайте, мне это снится?
   Нет, правда, я сейчас психану и уйду. Ладно ещё Дайр, друг какой-никакой. Но какая-то девица, мурхе недобитая - и та туда же.
   - Ну, прости-прости! - со слезами, надеюсь, раскаяния, на глазах воскликнула девчонка. - Ты просто так забавно выглядел, - продолжила она.
   Я посмотрел на небо - закатил глаза, проще говоря, - но Дайр ткнул меня лапой (я пошатнулся, но устоял) и передал картинку.
   Гшивр... надо бы запомнить, чтоб ни в коем случае не повторить. На диво придурковатая мина получилась.
   - Ладно, прощаю, - с отвращением "высловил" я. И, переводя тему и отвлекая все ещё подрагивающих "смехунов", поинтересовался: - А причем тут кислотный-то?
   Дайр, конечно, та ещё убойная сила, но с кислотой вроде не связан: не плюется, не выдыхает. Даже туман и тот - безобидная вода.
   - А-а, это... - Глинн потерла подбородок, - ну как сказать?.. Это цвет такой, зеленый... яркий такой, аж глаза выедает... - и, неопределенно покрутив кистью, заключила: - Кислотный, в общем.
   Хм, что-то в этом есть. Смотреть на Дайра, когда тот "поёт" в полный голос - точно больно.
   - Ладно, проехали. Зачем вызывал-то? - прикасаясь к Стражу, поинтересовался я.
   - Погоди, - влезла Глинн, - можно попробовать?
   Совсем страх атрофирован. Мурхе, одним словом.
   Девчонка скорчила рожицу, но спорить не стала.
   - Как вы это делаете? Нужно прикоснуться, да? - и она протянула руку к шее Стража. - Нужно как-то настроиться?
   Я честно припомнил свои ощущения при "общении". Этого девице хватило, чтобы понять, что ничего конкретного я не посоветую.
   С минуту она молча напрягалась, потом спросила:
   - Дайр, а ты что-то показываешь?
   Страж кивнул, девица скуксилась, а я подошёл ближе и прикоснулся к лапе.
   Дайр действительно транслировал. Знакомая конопатая физиономия - та самая "лопушка", которой я вчера подкинул клочок бумаги с заклинанием для порчи волос сопернице. Только занималась она чем-то неправильным: рассматривала мою бумажку в компании с подозрительным белобрысым пацаном.
   Стоп-стоп. Это не то заклинание, даже бумажка не та! Гшивр...
   "Ту" - вертел в руках пацан, а рядом, на постели, валялась стопочка таких же желтоватых бумажек.
   Какой же я все-таки дура-ак...
   - Что-то не так? - всполошилась мурхе, почувствовав мое смятение.
   - Да. Они не такие "лопухи", как мне хотелось бы думать. Они собрали улики...
   Но тут пацан заговорил, и я обратился в "слух":
   - Заметила, когда ты вышла из комнаты, ревун взрыкнул? Он всегда так взрыкивает незадолго до того как, "ловит" очередного нарушителя. Уверен, о вероятном нарушении - его предупреждают. - Конопушка недоверчиво хмыкнула, но белобрысый не смутился, продолжая: - На эту теорию, кстати, играет и то, что он упустил воров. Ну, помнишь? Где-то месяц тому, нам с ребятами ещё за сейфами крадеными пришлось ездить. Я давно пытаюсь выяснить, как реагирует и следит ревун. К сожалению, по "домашним" - информации нет, есть только наблюдения за дикими. От тех, кто сумел унести ноги... Он свою территорию отслеживает, магов чует за пару верст, а если кто колдует - значительно больше...
   - Может быть, но и что это значит? - пространная лекция по теме ревунов девчонку не вдохновляла: - Зачем эти бумажки? Не страж же их подкидывает...
   - Нет, не он, но кто-то явно работает на него.
   - Великий заговор с целью кормления стража? - девица хихикнула.
   - Что-то вроде того, - юный детектив шутить был не склонен. - И я должен вывести их на чистую воду.
   - Зачем тебе это? Даже если это так, если кто-то так хитро кормит стража. Ему же нужно питаться, - в этом месте Дайр одобрительно закивал башкой.- Вдруг на голодном пайке он, например, может свихнуться и сожрать всех? Он же никого не калечит...
   Но собеседник нахмурился и недовольно возразил:
   - Как же, как же, никого не калечит. Просто слабые маги могут умереть, а сильные свихнуться. А так - мелочи.
   - Ты думаешь, ректор...
   - Ничего я не думаю, но разобраться нужно. И вообще - разве тебя устраивает нынешняя ситуация? Наша академия сдает позиции. Я поступал в лучшую школу магии, а сейчас даже нет уверенности, что смогу закончить хоть какую-то! В моей группе осталась едва треть студентов...
   - Думаешь, их страж съел? - потрясенно ахнула "лопушка".
   - Ерунду мелешь... все куда хуже - они бегут. Неопределенность пугает больше понятной опасности. Ректор ведет жизнь затворника, ходят слухи, что он сошел с ума...
   - Думаешь это страж его так?..
   ...В общем, всё в таком духе.
   Сошлись они на том, что должны "спасти Академию от неведомого зла", к коему на всякий случай приписали Стража, Дока и Зав кафедрой анимагии. А на первых порах решили продолжать наблюдение, расспрашивать "пострадавших" и искать виноватых. Кстати, на Леди Ша они даже не подумали, железный авторитет у дамочки.
   В своем фанатичном служении Цели мальчишка даже додумался, что несработавшая приманка может навести на них подозрения, и решил прочесть заклинание, проявив при этом чудеса благородства и дурости. Благородства, потому что читал сам, чтоб не подставлять под удар Стража девчонку, дурости - ибо пятикурснику надо бы уже и понимать: если не определить цель заблаговременно, эффект падет на ближайшего человека. Меня так и подмывало попросить Дайра не перебивать заклинание, и от сияющей лысины девчонку спасла исключительно Глинн. То ли из девичьей солидарности, то ли в самом деле беспокоилась, что Стража такой промах окончательно дискредитирует.
   Впрочем, за свою доброту мурхе поплатилась сполна. Она оказалось слишком хилой, чтобы вынести вой Стража непосредственно рядом с ним. Глинн свалилась на двадцатой секунде. Повезло ещё, что Дайру для обнуления силы, призванной заклинанием "лопушат", хватило двадцати пяти.
   Через полчаса - когда я считал уже, что мурхе приснился карачун[8], и не знал радоваться по этому поводу, или плакать, - нам удалось привести её в относительный порядок. По дороге в музей она пошатывалась и что-то невнятно напевала. Я попросил Дайра присматривать за проблемной парочкой и поплелся следом, периодически напоминая Глинн, куда сворачивать, и прикидывал, чем для меня может аукнуться "Великий Лопушиный Заговор".
  
   ***
  
   На следующую ночь Глинн явилась к нам сама.
   Мы как раз спорили... ну как, спорили? Дайр усиленно транслировал мне всё, что ассоциировалось у него с понятием провала, а я не менее усердно делал вид, что не понимаю намеков. Впрочем, первые полчаса, действительно не понимал, а потом решил, что радовать Стража признанием его выигрыша опасно. Ну, помните, я говорил, что он от счастья может выпить всё свое болото.
   Мурхе, конечно же, всё испортила. Просто взяла и озвучила мои мысли, Дайр обрадовался и запрыгал на задних лапах. Зайчик, чтоб ему, кошмарненький.
   - Психоделический, - уточнила девчонка. Она просто невыносима. И нервы у меня ни к гшивру.
   - Ну и чего тебя сюда принесло? - я облек в слова наболевшее. Не для Глинн - та и так понимала, что я о ней думаю. Но хотелось какой-то поддержки от друга.
   - Скучно, - коротко пояснила она и почесала Стража за ухом, тот заурчал и засиял, разрушая последнюю надежду на дружескую солидарность. - Как ты тут? Тоже киснешь со скуки?
   Странным образом скука стала моим проклятием... от неё все беды. Если бы не идеи, лезущие от тоски зеленой ко мне в голову, я бы так и не знал этой зловредной, везде сующей нос девчонки, жил бы спокойно...
   - ... и скучно, - продолжила бессовестная воровка мыслей, вгоняя меня в ещё большее уныние. - Да ладно тебе, не п... - она запнулась, и вовремя. Честное слово, если бы она произнесла: "не плачь", - я бы её укусил. Куда бы допрыгнул, туда бы и укусил, а прыгаю я неплохо и метил бы в нос. Мурхе прикрыла "мишень" рукой, ухмыльнулась и добавила: - Во всём нужно искать позитив. Меньше скепсиса, Фиш... ка, - на сей раз остановиться не вышло.
   И ведь предупреждал же...
   Крышу сорвало яростно и беспощадно.
   Закипело, взбурлило, швырнуло в лицо всё напряжение последних дней, зашумело в ушах потоками крови, словами испепеляющего заклятья. Красная пелена взметнулась пред глазами...
   ...мгновенно сменившись темнотой, такой неуместной и нежданной, что душа моя взвыла от обиды, силясь вырваться, вынырнуть из этой черной дыры. Но гравитация тьмы безжалостно сминала сознание... А может, это было милосердно?
   Вряд ли. Возврат к реальности был таким гадостным, что стало ясно: милосердием тут не пахло. Но самочувствие - последнее, что меня волновало в данный момент. Мысли разбегались, прикидываясь вакуумом, нытье Глинн на периферии червяком ввинчивалось в больную голову, не давая ни понять, что тревожит меня, ни даже просто услышать саму мурхе.
   Не представляю, как долго меня болтало на волнах бессознательного. Закрепиться в этом мире удалось, только когда девчонка заткнулась. И лишь тогда я смог слепить в кучку тревожившую мысль: меня выпил Дайр.
  
   Мурхе всхлипнула и заныла снова:
   - Прости, это я виновата... он не хотел. Рефлекс. Прости... не меня. Только не ссорьтесь... я уйду. Из музея. Из Академии. Как страшный сон... завтра... утром... ночью страшно... - бормотание становилось всё бессвязнее и тише, но вдруг она встрепенулась, сказала неожиданно твердо: - Я пойду.
   Мир зашатался снова.
   Оказалось, она держала меня в ладонях, и теперь, встав, сгрузила под бок к Дайру, лежавшему тут же рядом. Стало холодно и как-то пусто.
   Не оборачиваясь и то и дело оступаясь, Глинн побрела сквозь туман в сторону музея.
  
   Это хорошо, что она ушла. Мне нужно поговорить с Дайром без всяких... сирых...
   Я прикасался к Стражу всем телом, но он "молчал". Тогда я поднялся, и, шатаясь от слабости, пошел вперед. Мне нужно было заглянуть в его глаза. Дайр вытянулся во всю длину, уложив башку на пол клетки и зажмурившись, хвосты облезлым лапником раскинулись позади.
   - Дайр, - позвал я, стоя перед лицом Призрачного Злыдня. - Дайр, я совершенно не обижен. Ты правильно поступил, - сияющая зелень на миг ослепила меня после тьмы, царившей вокруг. Я встретил взгляд древнего существа, по какой-то космической ошибке ставшего мне другом. Я не отвел глаз, подтверждая этот факт: - Это неизменно, что бы не случилось. Даже если тебе придется убить меня, ты мой друг. Благодарю, что остановил.
   Страж отмер и потянул в себя воздух, словно до сих пор он был придавлен прессом. Или просто запрещал себе дышать. Никто не знает, как долго может протянуть ревун без кислорода, но, похоже, если бы я умудрился не простить его, я бы имел довольно точное представление об этом. То, что он собрался умереть, я увидел в первое мгновение в его глазах...
   - А теперь покажи мне, что именно произошло, - спросил я с самым деловым видом.
   Дайр шумно выдохнул. Но не учел меня перед своим носом.
   Полудохлого хомяка-мутанта вынесло за переделы тумана как пушинку, но об брусчатку приложило куда как весомее.
   Виноватая морда высунулась из белёсого облака, и опустилась рядом со мной. Я, припоминая Лиха и его словарный запас, забрался на переносицу к Стражу и приготовился внимать.
   Смотреть на себя со стороны было непривычно, словно душу вышибло из тела, и теперь она витает над бессознательной тушкой, удивляясь абсурдности её действий. А если учесть, что углов зрения около девяти и они постоянно смещаются - голова пошла кругом мгновенно. И ведь ни глаз закрыть, ни отодвинуться.
   - А-аа, Дайр, давай с одного хвоста-а, а то меня мути-ит...
   Картинка стабилизировалась и обрела четкость.
   ...Фиш...ка...
   Хомяк-мутант ринулся к девчонке, выдыхая перед собой волну пламени, но наперерез ему взметнулся колючий хвост, сбил на подлете, вбирая в себя бушующую стихию. Мурхе, кажется, даже не поняла, что ей грозило.
   А я не ошибся в толковании того, что запомнил сам. Красная пелена перед глазами была огнем. А слова, звучавшие в ушах с потоком крови - были словами заклинания. Коих, кстати говоря, я знал уйму. Как я там выразился? Не по-хомячьи знающ? Это как раз из той оперы. Вот только раньше мне не удавалось применить ни одно заклинание, как бы я ни старался. А старался я очень - это был бы способ доказать людям... впрочем бред, не стоит им ничего обо мне знать, и доказывать тут нечего... Вон и с мурхе одни проблемы...
   Тем временем Дайр продолжал "показ", и я отвлекся на слова девчонки, которых не мог услышать из пустоты.
   - ...зачем? Зачем? - раздражающе напоминая о червяке в голове, ныла она, баюкая в ладонях мою тушку. - Пусть бы укусил, заслужила же... Я понимаю, как ему тяжело, когда врываются в душу... пыталась... в шутку... мурхе я бестолковая. Эти три года немоты, притворства. Не знаю, сколько бы ещё продержалась... но сейчас. Как же так... как я могла... Прости его, я сама виновата... Хоть бы он простил... Зачем?.. пусть бы кусал... Ради общения с вами ... кровопускание такая мелочь...
   Вот же... мурхе...
  
   Глава 4. Никто не обещал, что будет легко
  
   Лина летела вниз, ощущая весь ужас ситуации. В особенности, даже больше чем осознание того, что спасения нет, её пугало воспоминание о глазах маньяка с крыши. Темные глаза в обрамлении чёрных ресниц, в которых в какой-то момент полыхнул огонь.
   Навязчивое видение не оставляло, и казалось, что она сейчас сгорит в этих глазах, расплавится, с шипением испарится, рассыпаясь серым пеплом.
   Обернувшись к небу, девушка видела, как настигает её человек-птица. Чтобы сжечь. И это было по истине страшно.
   Вдруг сильная боль пронзила её руку, выдергивая из кошмара в душный полумрак каморки.
  
   ***
  
   Я её укусил.
   Не за нос, правда, - за палец руки, свесившейся с кровати, зато до крови.
   А что, сама же хотела.
   Она села в постели. Даже не пискнула, лишь невидяще зашарила взглядом по комнатке, потом посмотрела на окровавленный палец, задумчиво слизнула кровь. Я дернулся, словно от разряда молнии, и она меня "услышала".
   Припоминая калейдоскоп, показанный мне Дайром, я намеренно поднял в галоп все мысли, на которые был способен, в том числе и видение капельки крови на её губах. Пробуем тактику "ошеломить и оглушить".
   На лице Мурхе отразилась растерянность. Но через пару минут она неожиданно спросила:
   - Думаешь, мне можно остаться? - и, улыбнувшись, пояснила: - Эта мысль сквозит лейтмотивом по всей какофонии, которую ты на меня сгрузил. У самого-то шарики за ролики не заходят?
   Я вздохнул и расслабился. Она права, эта головокружительная тактика никуда не годилась. По крайней мере, в долгосрочной перспективе, - она скорей сведет с ума меня, чем принесёт желанную защиту от воровки.
   - Как с Дайром? - спросила Глинн, свешивая ноги с кровати и беря со стола кружку с водой. Ответные мысли не заставили себя ждать, отразив в общих чертах наш ночной разговор со Стражем. Девчонка жадно пила воду, отстранившись лишь, когда кружка опустела, и зачем-то заметила: - Жажда зверская, во сне чуть не сгорела.
   Сразу вспомнилось, что она чуть не сгорела и на самом деле, что не ускользнуло от внимания Мурхе.
   - Так вот оно что, - скользнув рукой по виску и зарывшись пальцами в серые густые волосы, она убрала чёлку, вечно закрывавшую пол-лица, и рассеянно шарила взглядом по полу. - Теперь понятно, что нашло на Стража, и... понятно, что сломало мой сон. Крепко тебя проняло, что ни говори... Что делать будем? - она неожиданно подняла голову и посмотрела прямо на меня. Светло-карие глаза волшебно мерцали золотистыми искрами в неверном свете ночника.
   - Не знаю... - оформленный в слова ответ подтверждался сонмом противоречивых мыслей на тему моего будущего и места в нем девчонки. Проблему составляла лишь одна мыслишка: о красоте этих необычных глаз. Я пинал её, топил, давил другими, но она упорно лезла наружу. В итоге я сдался и решил, что это нормально, - просто у девчонки красивые глаза, несмотря на остальную вредоносность натуры, и приготовился ждать стандартной девичьей реакции, вроде манерных вздохов, трепания ресницами и прочее-прочее в том же духе.
   - Если честно, уходить я не хочу, и ваша компания мне очень нравится, - без тени жеманности, прямо сказала девушка. Я даже ощутил некоторое разочарование, видимо от того, что ошибся в ней, и тут Мурхе рассмеялась в голос. - Ну хочешь, выпущу свою блондинку, она комплимент точно оценит, - утирая слезы, выдавила девчонка сквозь смех.
   В этот момент я её яростно ненавидел.
   - Прячь лучи ненависти, испепелишь. Дайр далеко.
   Как будто ему это может помешать...
   - Я всё понимаю, даже лучше, чем думается тебе. Просто я успела привыкнуть. Да и моих мыслей вор - одного со мной пола, но это не значит, что мне никогда не хотелось биться головой об стены, как и Ей, наверное. Ей даже хуже. Везде я - подлая вторженка, - со вздохом закончила Мурхе свой монолог и замолчала, как будто теперь-то уж всё стало ясным и понятным. Просто кристальным, кулдафулом бы ей по темечку.
   Нельзя сказать, что я совсем не представлял, о чём она шепчет. Похоже на случай двоедушия, когда душа умершего подселяется в тело живого человека - штука редкая, и редкостная гадость. Во всех случаях, известных мне, а их что-то около пяти, человек (или вернее говорить: человеки?) сходил с ума. Вечный бой внутри одного тела, непримиримые соседи, без права на тайну, и всё такое. Впрочем, шизофрения проявляется похожим образом. И заканчивается там же: в специализированном заведении для душевно нестабильных людей. Простых людей. Магов там не держали, решая их проблему более радикально. Мурхе, правда, всё ещё жива, и относительно свободна. Непонятно, но здорово.
   Мы сидели друг напротив друга: я на столе, она на кровати, - в одинаковых позах: колено-локоть, ладонь-подбородок, - уставившись глаза в глаза. Только её - светились радостным энтузиазмом, я же всем видом демонстрировал глубокий скепсис.
   - Давай дружить, - совершенно алогично предложила она, наплевав на доводы разума. Даже если у самой с этим беда, пусть бы моим воспользовалась.
   - Как? - я развел руками, напоминая, что это ненормальная дружба, когда один может скрыть что угодно, а другой как на ладони, со всеми эмоциями, крамолами и междометиями.
   - Ты привыкнешь. Я же привыкла, - задвинула Мурхе убойный аргумент.
   - То-то я твоё... как ты там сказала? плюшевое альтер эго? То-то я его лишь однажды наблюдал, а это оказывается у тебя с ним - дружба. Мне предлагается тоже помалкивать? Если что - ты сама всё скажешь?
   Энтузиазм поугас, затуманенный справедливостью упрека, глаза снова уставились в пол. И вид стал весь такой жалкий-жалкий, ещё чуть и личико на землю упадет...
   А если будет плакать?..
   Ужас!
   - И что мне с тобой делать? - недовольно поинтересовался я. Мурхе благоразумно не подавала виду, что слышала мои внутренние метания, вот только в обратившемся на миг ко мне взгляде я заметил столько лукавства, что ей пришлось тут же снова потупиться. Еще и волосами зашторилась, когда я скептически хмыкнул.
   Но скучно не будет, это точно.
   - Да-да, - муркнула серая копна, - гарантирую. - И не давая мне выразить сомнения в том, что мне это нужно, резко сменила тему: - Как там наши "заговорщики" поживают?
   Хороший вопрос. Фикс их знает...
   Вернее Дайр. Но я так и не успел с ним пообщаться.
   Остаток той ночи я был занят сопровождением девчонки в музей, а то сей экспонат старательно сбивался с дороги, в основном в сторону общаги. И такое у меня впечатление сложилось, что она намерилась попасть туда исключительно по прямой. Упираясь в стену - Мурхе заправским пауком начинала на неё карабкаться, я горло сорвал, сгоняя это существо на сыру землю. В прямом смысле, сорвал - на мысли, даже затейливо выстроенные с учетом наработок Лиха и братвы, она никак не реагировала. Приходилось верещать хомяком (позор на мои седины). Добрались до музея часа через два, когда девчонка немного оклемалась и начала соображать. Я к тому времени так выдохся, что уснул, раньше чем дополз до постели. По крайней мере не помню, как залезал на стол и ложился.
   Вчера же новостей о "лопушатах" Дайр мне не сообщил, предпочитая выяснять, считается ли этот случай моей осечкой. А потом явилась Мурхе и вообще перевернула всё с ног на голову. И как-то даже вспоминать неохота...
   В общем, нет, ничего нового я о них не знаю.
   - А Глинн знает, - так и не показывая глаз, отозвалась девчонка. - Правда, ничего нового, но кое-что. Она знает парня. Он в неё влюблён, как она утверждает. Был, по крайней мере.
   Даже и не скажу сразу, что меня больше выбило из колеи: заявление от третьего лица, неожиданная связь девчонки с "заговорщиком", или то, как она могла его узнать, если Дайр картинок ей не транслировал. Только не говорите...
   - А-аха, - хрипло вякнула Мурхе, - если закрою глаза, а ты совсем близко, я почти вижу твоими глазами... - и заныла на выдохе: - Сорри, не виноватая я, оно само лезет...
   Чего? Куда сорить?
   - Прости. "Сорри" с древнего языка, значит "прости", - поспешила уточнить "мыслеворка".
   Я взялся за голову: час от часу не легче...
   - Это только, когда рядом и закрыты гл...
   - Не смей закрывать глаза! И держись от меня подальше! - я отпрыгнул к противоположной стене.
   - Ладненько, как скажешь, - мгновенно перестроилась на деловой тон Мурхе. - Так что? Когда идем к Дайру?
   - А что там с пацаненком? - решил все-таки уточнить я.
   - А, ну это. Он увивался за Глинн, когда та на первом курсе училась. До того, как всё это, - девушка неопределенно покачала головой, подбирая слово, - ...завертелось. Потом, тоже некоторое время бегал, поговорить хотел, обещал наказать того, кто с ней "это сделал". Я морозилась.
   - Мерзла?..
   - Неа, шлангом прикидывалась.
   - А, так бы и говорила...
   - Да, я иногда поражаюсь, с того что у вас порой нет аналогов на простейшие выражения, когда некоторые, более сложные, сходятся один в один.
   Лично я нификса не понял.
   - Мда, - после некоторой паузы выдала девица, - жаль, что ты меня не слышишь, как я тебя. Иногда так долго объяснять... - Потом шмыгнула носом и добавила тише: - А может и хорошо...
   - Не трави душу, ладно? А ты сама - кто такая?
   Мурхе встрепенулась, словно не ожидала вопроса, села ровно, прижавшись к стене, посмотрела на меня, как будто взвешивая что-то, затем вздохнула и заговорила:
   - Я Лина. Ты прав, я - вторая душа. И тело не моё. Говорю же, вторженка. Только Глин - мелкая очень, импульсивная, не сумела бы она молча играть дурочку. Мне повезло быстро вкурить, что нас с ней ждет, если выяснится, что это "случай двоедушия". У Тролля просто слюнки текли при виде меня... нас. "Ах какой интересный случай, дайте её мне!" - я отчетливо услышал знакомые фанатичные интонации ЗавГенМагФака. - Сначала приходилось воевать с ней, сейчас более менее наладили отношения. - Рассказ плыл по руслу, проторенному моими немыми вопросами. - Хочешь поговорить с ней? Нет? Хах, ну и ладно. Кстати... - она запнулась и поморщилась, но всё же спросила: - почему ты так остро не принимаешь Фишку?
   Меня передернуло.
   А ведь в самом деле, почему? Ну, да, розовый плюш... Ну и что. Меня даже Плюшкой звала одна такая... недолго правда. Мысли вернули меня в начало моей сознательной жизни. Катрин я понравился, она меня поселила у себя, называла дурацким имечком. Объяснить ей, что мне не нравится, возможности не было, так что приходилось терпеть. Зато кормила от пуза и чесала... его же. А потом завела "пе-ерсиковую Няшу" (такую же крыску, как я видел у Тройля, только без крылышек) и после десятка замечаний от подружек, что я "не милый", выставила меня на улицу.
   - Похоже на психологическую травму родом из детства, - беспардонно ворвалась Мурхе в мои воспоминания. - Да-да, ты значения не придаешь, вроде как... Но осадочек-то остался.
   Она теперь ещё и диагнозы мне ставить будет. Дайте верёвку, а? И мыло...
   - Мыло есть, не проблема, - цинично влезла... ужас, у меня даже слов нет, чтоб её охарактеризовать, понятие "мурхе" - явно тесновато. Пока я бился над определением, она, как ни в чем не бывало, продолжила и даже умудрилась привлечь мое внимание: - И верёвка тоже найдется. Только нужно ко мне в комнату сходить, в общаге. Надеюсь, её не заселили ещё - середина года, да и нет дефицита мест сейчас. Но лучше поторопиться, если кто-то найдет мой тайник - у нас будут определённые проблемы. Впрочем, чувствую - просто попой чую, - проблемы у нас будут в любом случае.
   Любопытно... любопытненько, даже.
   - Что?..
   Мне действительно ещё долго не придется скучать...
   - А, это да. Считай, ты попал. Если хочешь сойти с поезда, прыгай сейчас, пока скорость не набрал.
   Я проигнорировал "поезд". Мне вообще хотелось перерыва и тишины.
   Не тот случай.
   - Так всё-таки. Как мне тебя называть? Ты как-то умудряешься обходить себя в определениях. Разве что хомяк-мутант, но если честно, мне не нравится.
   Ничего путного в голову, как назло, не шло... Вот не задумывался я раньше -представлять себя никому не приходилось. А сейчас - по мозгу, будто тайфун пронёсся.
   - Может, Фиш, - я попробовал имя на вкус, - вроде терпимо.
   - Лады, пусть будет Фиш. И я совершено ничего не хочу сказать. Молчу, как ... рыба, - тут голос Мурхе дрогнул, но не успел я уловить подвох, как меня прижали, образно говоря, к стенке, и потребовали называть исключительно Глинн.
   - Ха, - заявил я, - мыслям не прикажешь!
   - Ха, - ответила... Глинн, - у меня с языком та же проблема. С некоторых пор.
   На том и разошлись, чтобы отдохнуть от мозговых атак и встретиться ночью у Дайра.
   Гуляя по кухонным закоулкам и наслаждаясь запахами рыбного дня, я вспомнил, что, если Фишка - рыбка, то Фиш - рыба. У-у, мурхе!
   Ладно. Будем считать, что Рыба - это... солидно.
   Гшшыывр...
   Эта девица порождает во мне желание убивать.
  
   ***
  
   Для начала я решил убить время - до темноты оставалось... да целый день, считай, и я отправился на дальний Полигон. Тот самый, где при нормальном течении дел должна была бы сгинуть Мурхе, глаза б мои на неё не глядели. По дороге позволил себе помечтать, как она ярко вспыхивает, исчезая вместе со всеми проблемами.
   И искушениями...
   Искушениями. Ибо желание находиться рядом с девчонкой не покидало меня даже сейчас. Особенно сейчас.
   Чем дальше я отходил от Академии, тем больше хотелось вернуться. И это было в крайней степени ненормально. Если всё продолжится в том же духе, я вскоре стану служить ей, как собачка, выполнять команды, ловить подачки и радостно подставлять "пузико на почесухи". При этой мысли шерсть дыбилась, а хвост скручивался спиралью, и я не уверен, что это от омерзения.
   Пока радовало лишь то, что вблизи такие порывы сходили на нет. Вблизи - она меня жутко бесила и раздражала. Но если "мыслишки" прорвутся на поверхность при Мурхе... придется её сжечь! Дайр моргнуть не успеет. Знаю я одно такое заклинание. Мгновенное.
   Собственно, потому я и шёл на Полигон. Нужно было проверить, на что я теперь способен. Поначалу великие познания в магии при невозможности их использовать рвали нервы и сводили с ума. Кое-как я справился с собой, запретив себе думать об этом. И вот теперь, когда я смог применить испепеление, руки просто чесались что-нибудь поджечь.
   О, Древние Боги, как же я люблю огонь! Только вам ведомо, сколько усилий стоило мне сдерживать себя сейчас, чтобы не спалить к мурховой бабушке всё Камышово поле.
   Этот камыш был одним из признаков упадка Академии. Раньше её окружала двухметровая стена, монолитная на вид и на ощупь, и ров, наполнявшийся водой из близ протекающей речки. В условиях равнинной местности, речка вечно подтапливала и подмывала берега рва, и его каждый год по весне обновляли, укрепляли, жгли камыш. Сейчас, то ли рук на это действо не хватает, то ли Леди Ша (магу Земли, между прочим) не достает ума, но территория вокруг стен превратились в болото, споро окрещенное Камышовым полем. А сами стены местами приобрели непредусмотренные конструкцией дыры, большая часть из которых была проделана студентами. С непонятной мне целью. Лягушек ловить, разве что. Дорога к ближайшему городку, Кантополю, - с другой стороны, и дыр в заборе там хватало, а на Полигон пройти без пропуска нельзя.
   Где-то через час неспешной прогулки (вопреки нетерпению, я не стал гнать и выбиваться из сил - для них найдется другое применение) над камышами показался купол защитного контура Полигона. Его стен разруха не коснулась. Всё верно. Тут вам не какая-то речка-вонючка. Это сооружение было ещё одной гениальной работой Дока, и, пожалуй, главной после Стража достопримечательностью Академии. А как же, Полигон Кройзиса - единственный в Сейнаританне тренировочный полигон, рассчитанный на мощь сильнейших магов, управляемый искусственным разумом и обладающий впитывающим магию эффектом. В своё время новинка произвела фурор в магическом обществе, было множество попыток её повторить, но Док отказался делиться секретом, даже за большие деньги, за что заработал прозвище "Скряга-Кройзиз", или вообще "Скройзис". Основная задача полигона - обеспечение безопасности при проведении тренировочных боев, отработке сложных и мощных заклинаний. Устранение магически опасных индивидов проводилось негласно и редко. И даже немного легендарно, то есть, об этом говорили на полном серьезе, но при мне никого туда в последний путь не водили.
   Повторить систему никто так и не смог - ни разумной управляющей части, ни впитывающей и накапливающей. Конечно же, вокруг Полигона Кройзиса гуляло множество легенд. Самая мрачная сплеталась со слухами об исчезновении дочери профессора, мол, Док ритуально её убил, а освободившуюся душу поместил в управляющий кристалл. Фикс его знает, как там на самом деле было, но лично я подозревал, что Док и сам не понял, как у него это получилось. С этими опытами вечно так, вроде всё учтено, а стоило отвернуться, и в колбу с экспериментальным образцом упала моль, и хорошо, если её заметили. А если нет - всё. Повторить результат не получится. Это я говорю со знанием дела: не раз промышлял тем, что подкидывал в колбы "лишние детальки". Очень положительно сказывался на моем настроении сочный мат алхимиков, когда у них случалась пенная вечеринка вместо какого-нибудь банального гомункулуса.
   Помимо прямого назначения у Полигона было еще и побочное: впитанную энергию раз в месяц, или чаще - зависимо от интенсивности нагрузок, - сливали в амулеты. Полностью обезличенная сила из них шла на зарядку практических любых целевых амулетов, и вполне возможно, что мои воры обеспечивали себе дополнительную подъемную мощь из такого же накопителя. Их могли использовать маги для поддержки длящихся заклинаний, но для этого уже нужно обладать Даром.
   В общем, забросить Полигон Леди Ша не могла, причем даже не в амулетах соль, а в том, что если не обнулить систему вовремя - шарахнет так, что ударная волна достигнет даже Кантополя. А он в три раза дальше, чем Академия. Впрочем, Академия как раз могла бы и устоять, чай не лыком шита, и защиты на ней наверчено, мама не горюй, да и Дайр вряд ли в стороне останется. А может даже и не шарахнет, но проверять - дурных нет.
   По мере приближения к цели, руки чесались всё больше, а отвлекаться становилось всё сложнее. Желание зажечь, хорошо и ярко зажечь - даже Мурхе вытеснило из головы. Я забрался внутрь - по стене, а затем сквозь прозрачный защитный купол, благо небольшие объекты на Полигон проникали без проблем: здесь вовсю резвились птицы, которым отчего-то нравилось тут гнездиться. На мой взгляд, весьма опрометчиво, но им виднее.
   Ощущение концентрированной Силы - в самой Академии магический фон тоже был повышенным, но здесь, казалось, можно парить на потоках энергии, опьяняло, голова кружилась, хотелось смеяться и петь, я даже пропищал что-то на хомячьем - будем считать, что это был боевой клич. Встав на ноги и опираясь на хвост, я раскинул руки, обратив взгляд к небу, порезанному на восемь равных секторов сводами, и, впитывая всеми фибрами души косые лучи солнца, запустил ввысь сгусток пламени. Ах, блаженство...
   Ослепленный солнцем, я не сразу понял, что не так...
   Пламя должно было, поднявшись метра на три, разлететься на мелкие брызги, на искры, и осыпаться феерическим фонтаном. Заклинание показушное, а не боевое, но оно, как нельзя более, подходило к моему настроению.
   Но искр не было. Не было ничего. Лишь солнце, и создавшее иллюзию огня, било в глаза. Но вот и оно скрылось за мимолетным облачком. Непуганые птицы звенели под сводами...
  
   Я не могу описать своего состояния - для этого нет слов. Ни в новом, ни в древнем языках. Сказать, что я был раздавлен разочарованием и размазан тонким слоем по вечно зеленой травке Полигона - не сказать ничего. Комок, образовавшийся в солнечном сплетении, превращался в дайров хвост, такой же колючий и пронизывающий. Меня выворачивало и разрывало на части. Мне хотелось умереть, я рвал на себе волосы... тьфу, шерсть... я снова хотел убивать!
   Мой нечаянно возродившийся Дар погиб, погас... был выпит Стражем вместе с силой... до дна...
   И всё же, даже сейчас, я не мог винить Дайра. Я рыдал, мне кажется, - впервые в жизни. О, как же я ненавидел Мурхе, здесь, среди Полигона и разрушенных надежд, оглушаемый криками птиц. Это она! Она всё перевернула, она дарила надежду и одним махом её разрушала, она разворошила давно и надёжно забытые чувства и желания! Ну почему? Почему её не выжгли тут, под куполом, не переработали на накопители для гшивровых амулетов?!
   Эти безудержные эмоции опустошили меня, постепенно я остыл, отрешился. Лежа на мертвой травке пушистым полутрупом, я наблюдал, как перед мысленным взором несется, сорвав плотины и заслоны, давным-давно запертая мною река отчаяния... Но боли уже не было. Словно не было души.
   Безучастно созерцал я, как в утлой лодчонке рассекает бурные черные воды девчонка с серыми волосами.
   Девчонка с серыми волосами...
   Глинн!
   Я сел. А может, именно она? Именно то, что она меня злит?
   Что есть огонь?
   Разрушение! И злость - оно же.
   Отчаяние - суть пустота, а вот злость...
   Злость - огонь!
   А значит - есть надежда.
   Уж что-что - а злила меня Мурхе с завидным постоянством.
   И я стал злиться. Для начала я припомнил все проблемы, которые она мне доставила, вспомнил её саму - противную, эгоистичную, наглую, с языком-помелом и ветром в голове. Вспомнил её глаза. Потом понял, что думаю не о том, и разозлился окончательно.
   Произнес простенькое заклинание.
   Ничего.
   Ладно, пробуем медитацию. Это вообще детский лепет, простейшие тренировки контроля. Представить, почувствовать, что по венам течёт огонь, как он собирается к сердцу, закручивается в районе солнечного сплетения в тугой вихрь - и выпустить его с дыханием.
   Ничего. Ни вихря, ни малейшего язычка пламени в подставленных ладонях.
   Впрочем, от медитации я ничего и не ждал. Она со злостью несовместима, да и применяется для обуздания Дара, который есть и рвется из тебя через все поры. Хотя кое-какую пользу она мне принесла: я успокоился и очистил мысли.
   Всё, что мне нужно, - время и здоровая злость, а этого добра у нас вроде хватает.
  
   ***
  
   Глинн проснулась в каморке, вся в холодном поту.
   Утром, сходив в пустынную после звонка на занятия столовую, позавтракав и прихватив с собой булочек и бутербродов на день и вечер, девушка вернулась в музей. Ночью, кроме встречи у Дайра, она планировала наведаться, наконец-то, в общагу и забрать свои вещи. Прошло больше месяца с момента "назначения" её сторожем при музее, и до сих пор её так и не выгнали, так что непохоже, что она когда-то вернется в свою старую комнатушку. Пора обживать новый "дом".
   Выспаться впрок показалось отличной идеей.
   Для разнообразия снилось ей не падение. Сон был связан с эпизодом из раннего-раннего детства, когда она чуть не умерла в первый раз. Тогда она "поймала" шаровую молнию. Родители рассказывали, что всё произошло в мгновение ока, но трехлетней Линке показалось, что она играла с сияющим и приятно щекочущимся шариком очень долго. Он ластился как котёнок, урчал и покусывал пальцы. Как любой маленький ребенок, девочка в какой-то момент слишком сжала шарик, и тогда он укусил по-настоящему. Такой боли Лина в своей жизни не испытывала, ни до, ни после "укуса" молнии. Почему-то сильней всего запомнилась обида и разочарование от того, что ей сделало больно это милое, доброе и теплое существо, от которого малышка не ожидала зла...
   Девочка впала в кому и пролежала в больнице почти полгода. Как ни странно, ожогов не было, только две пары черных точек между большим и указательным пальцами, которые так и не сошли, оставшись знаком на память. Это ещё больше уверило Линку, что ей не показалось, и что родители то ли ничего не поняли, то ли зачем-то скрывали от неё правду. Они все тогда поседели: у неё волосы из золотистых стали светло-серыми, словно пепел, а у мамы и папы волосы побелели, как снег. После этого случая родители тряслись над дочерью до нервных срывов, и только после рождения близняшек, Сашки и Ташки, немного расслабились, перенеся большую часть заботы на малышей.
   Линка искренне верила в "свою версию" случившегося, всякий раз старалась сбежать в грозу на улицу, чтобы позвать "котомолнию" и снова поиграть с ней, чем порой доводила мать до истерики. И лишь спустя много лет, когда получила паспорт и ощутила себя взрослой, она вдруг поняла, что ласковый котенок ей просто снился, пока она лежала без сознания.
   Потом она поступила в институт, на втором курсе увлеклась скалолазанием, а попутно и другими экстремальными фишками, нашла друзей, и почти забыла своё детское наваждение. А потом она... умерла. А какие могут быть варианты? Как ещё она могла оказаться в незнакомом мире, в одной голове с другой девушкой, без понимания языка и вообще без какого-либо понимания?
   Бедные родители. Бедная мама, она всегда была более впечатлительна. Хоть бы мелкие не дали им сойти с ума... Порой невозможность хоть как-то их навестить сводила с ума.
   Но.
   В сегодняшнем сне она снова звала "котомолнию". Вокруг бушевала гроза. Нет - дождя не было, но черное небо то тут, то там озарялось ветвящимися росчерками, вспышки ослепляли, раскаты грома оглушали так, что девушка не слышала собственного голоса, но она продолжала звать, протягивая руки к небу, просила прощения за то, что сделала больно, обещала никогда больше не обижать...
   Она и раньше видела этот сон, но в той жизни, и просыпалась всегда в слезах. Молния не возвращалась. И сейчас, стоя среди бушующей грозы, Лина понимала, что ей это снится, но всё равно плакала и звала.
   И вдруг, после очередной вспышки, пальцы легонько кольнуло, вокруг них затрепетало теплое невесомое создание. Девушка поднесла руки к лицу и увидела её, свою "Котомолнию". Очень нежно и аккуратно она гладила искрящийся шарик, а он... взял и укусил её...
   Снова.
   Так же больно, как тогда, в детстве...
   И она проснулась. В холодном поту, в каморке другого мира. Знакомая детская обида затопила сознание, а по щекам катились горькие слезы.
   За окном смеркалось. Пора было собираться к Дайру, Фиш наверняка уже явился туда.
   Стало страшно. Страшно, что и они уйдут, как её детская мечта.
   "Не ной, - проворчала Глинн, тоже проснувшись, - это моё любимое занятие. А тебе положено не унывать и вести нас к светлому будущему".
   "Я постараюсь, - ответила Лина. - Да и не ври, твое любимое занятие - подыскивать нам парней".
   "Ага, но ты всегда запрещаешь мне с ними общаться, так что мне остается ныть. Вон, даже хомяка не даешь пожмякать".
   "Хочешь, чтоб он совсем сбежал?"
   "Уверена, ему понравится".
   "Ну-ну..." Конец ознакомительного фрагмента.
   _______________________________________________
   Выдержки из БЭАСЭф (Большой энциклопедии АСЭф) и другие примечания, сделанные рассказчиком для пояснения некоторых не типичных для нашей реальности слов и выражений. Курсивом выделено личное мнение рассказчика.
  
      
  1. 1 Гшывр саженный (гршыврик, пустельник, пыльник, саженик) - вид мелких духов места, заводятся в брошенных жилищах из обрывков человеческих эмоций, зачастую сбиваясь в большие стаи. Размер Г.С. практически не колеблется, может меняться только численность стаи. Могут нагонять тоску на посягнувшего на их обиталище. Известны редкие случаи панических атак на человека. В итоге бедолага яростно пованивает на всю округу и почему-то боится воды. Поэтому пованивает долго..
  2.   
  3. 2 Сейнаританн (священный дол древн.яз.) - государство в центральной части материка Сэка, сильнейшее на всем материке, почти со всех сторон окружено горами, только на юго-западе имеет выход к Фукайскому морю и Вадийскому океану. Форма правления - магократическая монархия. Страной правит один из потомков древних богов. Давно ни для кого не секрет, что древние боли были людьми. Скорей всего первыми магами.
  4.   
  5. 3 Кодаг (кодах, кодх) - крупное млекопитающее, встречающееся в южных водоемах с болотистыми берегами, никогда не выходит из воды. Считается, что самые большие особи водятся в Залесских озерах. По легенде, когда залесский К. выберется на сушу, уровень водоема спадет вдвое что, естественно, полная чушь.
  6.   
  7. 4 Фикс (фигус, фигс, почемучка(нар.) - маленькая птичка, обитающая повсеместно в средней полосе. Народное название Почемучка связано с тем, что, в силу специфики звукового восприятия, на слова, произнесенные с вопросительной интонацией, самка Ф. обязательно "отвечает": фикс! фикс знает, фикс всё знает.
  8.   
  9. 5 Мурхе - 1. сумасшедший человек, дурак. 2. небольшое животное, выведенное в результате маго-генетических опытов. Характерная особенность - полностью подчиняется воле хозяина и начисто лишено инстинкта самосохранения. Хозяин задает для М. программу жизнедеятельности в мельчайших деталях. Сам М. скорей всего не догадается покушать, и вероятней лопнет, чем справит нужду без инструкции, но бесстрашно ринется выполнять указанное, в том числе убивать. В дикой природе не выживает, не обучается. Назван по имени создателя Б.Мурхе. Казненного за свою негуманную деятельность (пометки на полях). В применении к моему другу М. пишется исключительно с большой буквы.
  10.   
  11. 6,7 Глецики и Кулдафул - Я думаю над смыслом. В БЭАСЭф этих словечек нет. Знаю, что глецики - мелочь такая невзрачная, а кулдафул - большая и запоминающаяся байда...
  12.   
  13. См. 6.
  14.   
  15. 8 Карачун (др.яз.) - мифическое божество, повелитель мороза; смерть.
  16.   
  17. 9 Хамсец (хамзец (разг) - выражение, означающее полный провал, ужас. По легенде впервые было применено древним мореплавателем (что в принципе само по себе спорно), который нырнул(!) в морские пучины, и оказался окружен стаей дикой морской рыбы. Как ни странно, он выжил, но повредился рассудком, и только и бормотал до конца своих дней: "Вы бы видели, какая там хамса, просто хамсец, честно слово" и демонстрировал размахом рук размеры своего кошмара.
      
  18. 10 Аламрем (др.яз) - другая реальность (параллельные миры). Переход в бедную Силой А., обеспечивает отток Силы из зачарованного "Вакум арма" помещения, и рассеивание её там.
  19.   
  20. 11 Грохомские муравьи (Грохом - безжизненная пустыня на юговостоке от Сейнаританна) - Г.м. считаются одной из причин запустения Грохома, плодящиеся в неимоверных количествах, они завоевывают всё новые территории, превращая их в пустыню. Есть неподтвержденное мнение, что они разумны. Сейнаританн защищен от нашествия этого бедствия благодаря горной неприступной горной гряде. Основным оружием против Г.м. признан холод. Хотя и огонь тоже работает. Только зачастую его применение играет в образовании пустыни не меньшую роль, чем сами муравьи.
  21.   
  22. 12 Ларма (Аларма (др.яз)) тревожный амулет. При запуске Л. импульс передается адресату, как правило, охране, или лицу, ответственному за безопасность. В случае с лармой, врученной Глинн, сигнал передавался Стражу.
  23.   
  24. 13 В темноте - песня древних. Вероятно, шуточного характера, ибо глубокий смысл не прослеживается. Текст приведен частично, большая часть затерялась или прочтению не поддается: "В темноте очертанья тают, В темноте. Я ласкаю чьи-то губы, Но подозреваю, что не те".
  25.   
  26. 14 Медузы (разг) - Используется для обозначения бесформенного желе-подобного объекта. По непроверенным данным М. являются обитателями морей и океанов, имеют студенистое прозрачное тело. Лина показывала, они и правда такие.
  27.   
  28. 15 Универсуз (разг) - общепринятое обозначение универсальных заклинаний, не зависящих от стихии. Могут применяться со всеми стихиями, с некоторыми из них, или вообще не затрагивая их.
  29.   
  30. 16 Эссет (смотрящий "др.яз)) - человек наделённый даром "видения". Может заглядывать в душу, видеть Дар мага. А также предвидеть события, видеть сокрытое, или прошлое. Однако последнее - возможно, просто выдумки и фантазии. Дар "видения" - редок и ценен. Подавляющее большинство Э. работает на государство. Чаще всего мы сталкиваемся с ними в службе обнаружения предрасположенных к магии детей (СОПРаМаД) - как правило, два раза в жизни: в семь и в тринадцать лет.
  31.   
  32. 17 Сиятельный (этикет) - обращение, положенное исключительно сильным магам аристократического сословия. Док и Леди Ша - сиятельные, Дианир - тоже (не к ночи будь помянут).
  33.   
  34. 18 Дар Молнии - (магия электричества) - редкий Дар. Инициацию электричеством не проводят - выживаемость нулевая. Обнаружение эссетом Дара Молнии - уже приговор. Даже без инициации рано или поздно молния найдет своего носителя. И убьет его, если не сразу, то на стадии подчинения силы.
  35.   
  36. 19 Тэра (храм др.яз) - сооружение служащее для проведения обряда инициации Дара. Ребенок в возрасте 14 лет вводится в стихию, к которой предрасположен. Обряд часто бывает смертельно опасен. Особенно огненный. О молниях БЭАСЭф здесь скромно умалчивает.
  37.   
  38. 20 День Полнолетия - 14й день рождения. Традиционно - день проведения обряда инициации. До этого будущий маг занимается тренировками и медитациями, готовится подчинять Дар, который увидел у него Эссет из СОПРаМаДа. Хотя на самом деле дата проведения обряда не имеет особого значения.
  39.   
  40. 21 Бездарь - (без Дара жарг) - неуважительное определения людей не обладающих Даром. Иногда - тех чей Дар слаб. Тогда это уже оскорбление.
  41.   
  42. 22 Злобосмерч (народн.) - монстр из народных сказок. Смерч, который может подниматься из пыли безо всякого ветра при приближении человека. Ненавидит живых, особенно магов, поглощает души, тела превращая в такой же песок. За счет этого растет - и в итоге может поглотить целый свет. Есть даже вариант сказки, где такой З. стал причиной крушения Древней цивилизации. Официальная наука отрицает существование З.
  43.   
  44. 23 Эфирки - заклинания эфира. Работа с эфиром предполагает управление чистой силой. Способны к этому редкие маги. В большинстве случаев обычными стихиями не владеют. Такой дар называют эфирным. Он совершенно не определён. Никогда не знаешь, на что способен заклинатель эфира. Частенько он и сам не знает, что вытворит.
  45.   
  46. 24 Здесь упомянуто крылатое выражение из поучительной поэмы Мика Винго "Орел, лягушка и песец". По мнению критиков, его поэмы - примитивный плагиат и повторяют шедевры древности.
  47.   
  48. 25 Локата - подслушивающее заклинание или устройство.
  49.   
  
  
  Жесты Дайра
  
  - "придумай что-нибудь другое" - склонить набок голову и прищуриться
  - "я думаю над этим" - Морда вверх и рассеивается туман
  - "вопрос некорректен" - поскрести лапой землю
  - "да" - кивок сверху вниз.
  - "нет" - качнуть мордой из стороны в сторону.
  - "не могу" - частое мотание головой из стороны в сторону
  - "спорим?!" - припасть на передние лапы, хвосты устремить к собеседнику
  - "поговорить о ректоре" - распушить хвосты веером, затем свернуть в спираль
  - "виноват, забылся!" - прикрыть лапой глаза и склонить голову.
  ...
  
  • _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ ↓↓↓ Спасибо!↓↓↓ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _ _
      Продолжение -- Пилигримы иных дорог
    Оценка: 8.02*18  Ваша оценка:

    Популярное на LitNet.com А.Завгородняя "Самая Младшая Из Принцесс"(Любовное фэнтези) И.Иванова "Большие ожидания"(Научная фантастика) Е.Кариди "Сопровождающий"(Антиутопия) А.Вар "Меж миров. Молодой антимаг"(ЛитРПГ) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Дисгардиум 5. Священная война"(Боевое фэнтези) В.Касс "Избранница Архимага"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик)
    Связаться с программистом сайта.

    Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
    Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

    Как попасть в этoт список
    Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"