Валентинова Наталия: другие произведения.

Американский детектив

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Okey, ребятки, это непростая история о пропавших душах, сногсшибательных красотках и стакане джина.


Американский детектив

  
  
   Я дремал за старым полированным столом, положив на него ноги и надвинув шляпу на глаза. Я бы мог дремать так тысячу лет или две тысячи. И стакан джина с тоником, шипя пузырьками, стоял бы на столе. И неугасимый свет ломился бы в окно моего офиса. Такие дела.
   Он появился, как всегда, внезапно. Таково уж свойство всякого ангела - возникать из ниоткуда и растворяться в нигде. Автандиил был вечно бледен и печален, хотя некоторые утверждают: светел и задумчив. Он сложил за спиной белоснежные крылья, засунул руку в карман просторных незапятнанных одежд, ровными складками спадающих до пола. Сразу бумага не нашлась. Он нахмурился и нетерпеливо пошевелил пальцами правой ноги в золотистой сандалии. Наконец нашарил ее, вытянул двумя пальцами и бросил на стол.
   - Есть новое дело, - сообщил он.
   - Я только что старое закончил!
   Я говорил ему это каждый раз - хотелось знать, где заканчивается ангельское терпение.
   - У нас отсутствует понятие "только что", "позже" или "раньше", - повторил он, тоже в который раз, голосом, каким объясняют хорошие родители математическую задачку непонятливому первоклашке. - В мои полномочия входит передать тебе вводные данные, а в дальнейшем это дело будет курировать Бахорез. К нему и обращайся в случае необходимости.
   Автандиил спихивал меня к чертям. Бахорез, конечно, ничего парень - веселый, но иметь дело с чертями... Иногда ловишь такие взгляды, будто он примеряет на тебя котел с кипящей смолой. А ведь неизвестно, где я могу очутиться в конце концов. Может, я попал в хвост длинной очереди. Кто его знает, этот Промысел Господен!
   Я опять хотел возмутиться, но Автандиил уже исчез. Побежал, наверное, являться какой-нибудь девственнице. Занятой парень!
   Я взял со стола листок бумаги и развернул. Имя и адрес.
  
   Надо сказать, малому в черепушке проделали приличную дырку.
   Навскидку убитый выглядел как продавец из магазина мужской одежды. Обидчивый клиент, которому не понравился цвет галстука? Но что такой парень делал в пустующем складе? Тайная жизнь?
   Над телом уже собрались полицейские. Они фотографировали, обшаривали карманы, обставляли номерками следы ботинок на пыльном полу - обычная рутина. Лейтенант Хедли, не выпуская изо рта зубочистку, копался в бумажнике убитого.
   Знаком мне этот коп! Он не способен найти зонтик своей мамаши в прихожей. А у нашего парня-то неудачный денек. Прихлопнули, да еще и дело поручили Хедли.
   Я отошел от тела и осмотрелся. Чаще всего они прячутся в темных углах, если конечно не любуются на собственный труп. Над телом его не было и в углах тоже. Нет правил, по которым привидение обязано оставаться на месте убийства, но часто душа испытывает шок и держиться возле тела. Может, его шлепнули не здесь? Но перевести тело едва ли успели бы. Парень достался копам с дымящейся дыркой от пули. Похоже, кто-то позвонил в полицию, когда парень был еще жив. Патрульные сказали, что их вызывала женщина.
   - Билл Смит, - прочитал лейтенант Хедли в водительских правах. - Сорок два года. Женат. В бумажнике фото семьи. Есть и домашний адрес.
   Отлично, пойду взгляну на вдовушку. Надеюсь, она милашка.
  
   Дом Била Смита стоял в ряду таких же домов, двухэтажных, выкрашенных белой краской, со стеклянной верандой, пристроенной с одной стороны, и гаражом, к которому вела асфальтированная дорожка - с другой. Небольшую зеленую лужайку обильно смачивали фонтанчики. Мечта обывателя!
   Изнутри доносились голоса и топот детских ног. Дом для меня закрыт до тех пор, пока кто-нибудь не впустит меня однажды. И я постучался. Подбежала белобрысая девчонка, распахнула двери. Никого не увидев, удивилась, оглядела крыльцо.
   - Сара, зачем ты открыла двери?! Закрой немедленно! - нервно проговорила женщина.
   - Стучали, мамочка, - откликнулась девчонка, захлопывая дверь.
   Впрочем, я уже вошел.
   - Никто не стучал, милая - тебе показалось! Иди, помоги мне собрать вещи.
   - Но я слышала!
   Мать только пожала плечами.
   Они паковали чемоданы. Весь их милый домик был перевернут вверх дном, как бывает при поспешных сборах. Бегут куда-то? От кого?
   Я сел в кресло. Вдовушка, точно, оказалась миловидной. На низком журнальном столике стоял раскрытый чемодан, и миссис Смит, повернувшись ко мне спиной, рылась в нем, проверяя, все ли собрано. А передо мной оказалась ее.... Симпатично! Ничего себе дамочку оттяпал Билл Смит. Эх, сейчас бы джина с тоником! Прямо чувствую, как он вырывается в глотку бурлящим Ниагарским водопадом. Дался он мне!
   Я поднялся и обошел весь дом. Здесь тоже нет того, кто раньше звался Билом Смитом. Потерялась душа! Подкинул ты мне работенку, ангел Автандиил. Покатываешься, наверное, сейчас со смеху, сидя на облачке и покачивая сандалией! Но чего так обеспокоилась Небесная канцелярия? Чего засуетилась? Черти-то надо мной тоже шефствуют, да ангелы не любят, когда черти правят бал - не доверяют. Оно и правильно.
   И я позвал:
   - Бахорез!
   И тут же очутился в своем кабинете, за столом, с закинутыми на него ногами и скрещенными руками на груди - то есть в той позе, в которой собирался вздремнуть до появления Автандиила. "Что за черт?!" - закричал бы я раньше. А сейчас и так ясно - не существует времени, а только "удобный момент". Это для людей проще знать, что жизнь катится по прямой, будто поезд по рельсам.
   Бахорез обладал интересной, дьявольской внешностью. Все было при нем: длинный облезлый хвост и рога, и свинячьи уши, и копыта, если он не форсил в лаковых туфлях. В петлице фрачной пары он носил красную гвоздику, брови подрисовывал домиком, удивленные, чтобы придать лицу несколько выражений одновременно. Сейчас он расположился на стареньком стулике с другой стороны стола, посасывая металлический набалдашник своей трости, зажатой между толстых ляжек.
   - Видел уже клиента? - спросил он, выпуская набалдашник изо рта.
   И я заметил, что он не только посасывал набалдашник, но и грыз - на металле остались борозды от острых зубов. Это выдавало, насколько обеспокоен черт. Его лицу нельзя доверять. Брови удивленно приподнимались, будто он только что услышал, что его жена проиграла кучу денег в Вегасе в компании известного миллионера. Разноцветные глаза жутко косили, бывало, и вовсе удалялись пошептаться с ушными раковинами, оставляя слепые бельма; а иногда они оказывались одного льдисто-голубого цвета. Неровные зубы плотоядно лезли изо рта, перекошенного, будто сведенного судорогой. Поэтому набалдашник трости служил верным флюгером его настроений. Борозды на металле вопили о том, что дело серьезное.
   - Видел его бывшее тело, а с ним самим встретиться не довелось, - ответил я, снимая ноги со стола.
   Бахорез издал утробный звук и проскреб зубом по набалдашнику.
   - Дома тоже пусто. Может, души-то у него не было? Слышал, живут на земле такие болванчики.
   - Была! - с зубовным скрежетом прохрипел Бахорез, и глаза разбежались к ушам. - Когда он заключал с нами сделку, мы проверяли - имелась у него душа.
   Вот это номер! Теперь ясно, чего ты грызешь набалдашник - да это малый обдурил всю вашу контору! Ясно, почему ангелы спихнули это дело к чертям. Сами заварили - сами и расхлебывайте! Вот только выходит, что расхлебывать придется мне.
   - А парень - хват! - осторожно проговорил я. Бахорез придушенно взвыл. Можно представить, что делалось у них на этаже, когда черти услыхали новость. - Сложное дельце. Без основательной подготовки такое не провернешь. Может, ему и помогал кто из ваших, или из тех, - я ткнул указательным пальцем в потолок.
   Глаза Бахореза выкатились на места, став одинаковыми, бледно-голубыми.
   - Ты говори, да не заговаривайся, - холодно посоветовал он. - Никто у нас не стал бы ему помогать. А они, - он приподнял подбородок, указывая вверх, - тем более. Это подрывает Божественный порядок.
   - Да, я все больше понимаю, какое серьезное преступление совершил Бил Смит.
   Глаза Бахореза снова разъехались. Один уставился на меня, второй - отбыл к уху посовещаться, но быстро вернулся оттуда, уже карим, и сместился под углом вверх и к носу. Проницательный дьявол услышал мой многозначительный тон. Я становился на тонкий лед, но игра стоила свеч.
   - И что ты хочешь? - осторожно спросил черт и обнажил выступающий клык.
   Это он нарочно, чтобы я не наглел.
   - Стакан холодного джин-тоника, - сорвалось у меня с языка.
   - Что?! - изумился черт и второй его глаз, нырнув под верхнее веко, выплыл красным.
   - Это так, к слову, - быстро поправился я. - Желание у меня всегда одно и то же: хочу знать: сколько еще торчать здесь?!
   - Тьфу ты! Как вы мне все надоели! Все-то знать хотите! Попросил бы стакан джин-тоника - я бы сделал уступку. Дело-то все же серьезное. Так нет же! Знания ему подавай! - и резко закончил:
   - Ничего тебе не будет сверх положенного!
   Мне оставалось только принять поражение. Я пожал плечами.
   - Вот тебе вся его подноготная, - сказал Бахорез выкладывая, на стол смятые листы, исписанные красными чернилами. - Быстро ознакомься и действуй.
   - Жене его что-то известно - она пакует чемоданы, - бросил я.
   Бахорез рыкнул и исчез.
   Я пролистал историю жизни мистера Смита. Все, как обычно: родился, учился, женился, купил, продал и снова купил. Жена, двое детей. Друзей особенно близких нет. Работал в офисе крупной строительной компании. А потом вдруг взял и заключил сделку с дьяволом. Попросил, как обычно, денег. Имелась у него страстишка - он был игрок. Раз в месяц-два летал в Вегас на весь уикенд и там спускал монеты. Летал всегда один. Знала ли жена, что он гулял на доходы со стороны?
  
   И я вернулся в дом Смитов - если мне однажды открыли дверь....
   Милого задика миссис Смит перед глазами не оказалось, вместо этого крик и шум стояли в доме. Мальчишка, сын, кубарем скатился с лестницы, и теперь лежал внизу, держась за ногу и крича от боли. Мать причитала над сыном. Младшая девчонка плакала в голос со страху.
   Тут не обошлось без черта. Я поглядел на лестницу. На ступеньках стоял Бахорез и невозмутимо поигрывал тростью.
   - Делов-то - сломанная нога, - пожал плечами он. - У них же есть страховка.
  
  
   Теперь, когда его вдовушка не сбежит, настало время познакомиться с окружением Билла Смита. В истории жизни мистера Смита упоминались двое его друзей. Правда, на точность этой информации надежды мало. Это только говорят, что от Божественного правосудия ничто не укроется, чтобы народ в страхе держать. Сами подумайте, шесть миллиардов и у каждого каждый день что-нибудь происходит. Как тут уследить?
   Первым я навестил мистера Сэма Спенсера. Этот парень жил в доме-близнеце Смитов, и тоже имел жену, двоих детишек и носил хорошие, но недорогие костюмы. Он был сослуживцем Смита, и они дважды в неделю заходили в бар пропустить по стаканчику и за виски сплетничали о коллегах. Таким не доверяют секреты. Наверняка, он даже не знает, куда ездил Смит каждый месяц.
  
   И я отправился ко второму приятелю Смита, Гарри Медисону. Этот тип торговал подержанными машинами, носил голубой пиджак и золотую печатку на мизинце.
   Гарри Медисон торчал у зеркала, застегивая рубашку из блестящего шелка, и насвистывал какую-то модную песенку. Темные, коротко стриженые волосы зализаны гелем. Бьюсь об заклад, он поливает себя одеколоном, как старая миссис Трем рождественскую индейку жиром.
   Гарри Медисон настолько не подходил к респектабельному миру Смита, что становилось ясно - у них имелись общие интересы. А какие интересы могут у парня, убийственно пахнущего одеколоном и с гелем на волосах? Женщины и наркотики.
   К нему стоило приглядеться внимательнее. Наверняка, у них с Биллом Смитом есть общие приятели и приятельницы. Но этот парень не нервничает, а если куда и собирается, то на любовное свидание. И я склонился к мысли, что след ведет в никуда. В конце концов, я еще успею навестить Гарри Медисона.
  
   Некоторые дела откладывать на потом не стоило. Оставался крохотный шанс, что Билли Смит - привидение-потеряшка. Такое иногда случалось. И я начал обход злачных мест.
   Сначала я заглянул в многоквартирный жилой дом. Точнее, в его подвал. Жильцы разделили его, и хранили здесь старые велосипеды, детские коляски, сломанные кофемолки, которые почему-то не поднялась рука выбросить. Привидения облюбовали трубы отопления. Лежали на них, вытянувшись, изредка вздыхая и постанывая. По какой-то причине эти бедняги не пригодились ни Раю, ни Аду.
   Когда-то давно, одержимый любопытством, я разговаривал с ними, выяснял, как они очутились в таком положении. Все твердили одну и ту же историю, словно выучили ее с одной страницы. А стоило начать расспрашивать о земной жизни, сердились или жаловались на память. Они постоянно обитали в подвале, никуда не отлучались, и насколько я помню, ни разу на площадку первого этажа не выходили. Со временем я стал замечать, что их оболочки становятся все прозрачнее и тоньше. Видимо им суждено испариться без следа. И плюнул: что толку выяснять, если ничего не выяснить. Теперь я здесь появлялся, только в крайнем случае и не разводил с ними огороды.
   - Есть новенькие?
   - Нееет, - долгим стоном повис ответ.
  
   Другое место, где мог объявиться потеряшка, - большой магазин. Иногда растерянное привидение бежало к людям, пытаясь доказать самому себе, что это какая-то чудовищная ошибка, а вовсе не самая обыкновенная смерть. И вот оно лезет ко встречным, хочет с ними поговорить, привлечь их внимание. Что из этого получается - всем известно - злобный полтергейст. В торговом центре было не многолюдно - дело близилось к закрытию. Я обошел отдел за отделом, но нигде не заметил привидения.
  
   Оставалось заглянуть в последнее убежище. На окраине города, в полуразвалившемся доме жила слепая старуха. Соседи, такие же развалины, как она, звали ее сумасшедшей - она разговаривала с приблудными приведениями. Предлагала им чаю. Чай у нее был ненастоящий, а сушеные листья, нарванные в одичавшем садике возле дома. Но привидениям это было безразлично - чай они все равно не пьют. Им важнее участие старухи, ее успокаивающее бормотанье. Может, старуха об этом знала?
   Здесь я был частым гостем и свободно вошел в дом. Внизу, в комнате, увешанной выцветшими фотографиями, в кресле-качалке дремала под телевизор старуха. Я не стал тревожить каргу и поднялся на второй этаж. Деревянные полы скрипели под моими ногами, надсадно выли дверные петли, когда я заглядывал в пыльные комнаты.
   - Опять ты! - недовольно проговорила старуха, появляясь у меня за спиной. Я бы вздрогнул от неожиданности, не будь я привидением.
   Жизнь ее не пощадила. Тело скрючилось, руки стали непомерно длинны. Ноги плохо слушались, и она держала за косяк двери. Казалось, она висит на нем, как уродливый, огромный паук.
   - Опять я, - согласился я покладисто. - Никто не заходил сегодня на чаек?
   - Видишь же, - проворчала она, - весь дом обшарил!
   - Работа такая.
   Я был с ней терпелив. Не так много найдется людей, которые могут с тобой побеседовать.
   - Слышала я уже эту пластинку! - визгливо крикнула старуха. - Уходи!
   - Уже.
   Похоже, что душа не потерялась, а все же сбежала. У Бахореза есть все основания грызть свой набалдашник.
  
  
   Наступил вечер - самое время проведать лейтенанта Хедли. Вдруг ему повезло, и он выяснил нечто новое. В участке я не застал его, но сомнений, где искать лейтенанта, не было: он каждый вечер просиживал в баре возле своего дома.
   Я сделал вид, что иду выпить джина с тоником после работы, и спустился по лестнице, как обычный человек. Правда, открывать дверь не стал - бармен всегда нервно реагировал, когда видел, что двери открываются, а за ними никого нет. Однажды он даже повесил на двери ветки омелы. И, надо же! я не смог войти в бар. Такие дела. Месяца два вход мне был заказан. Потом-то ветки отвалились, но с тех пор я стал осторожнее - не трогаю без нужды предметы.
   В зале, как всегда, было полутемно, и большинство столиков оставались незанятыми. Лейтенант сидел у ярко освещенного бара, таращился в телевизор, отхлебывая пиво из бутылки. Бутылка была только что начата - недавно пришел.
   Я встал у него за плечом. Он оглянулся. Да брось, Хэдли! Из тебя такой же медиум, как из осла победитель бегов. Никого не увидев, он все же поменял место и присел так, чтобы за спиной у него оказалась стена.
   В этот самый миг в бар вошла брюнетка в красном платье. Она остановилась, оглядывая зал. Судя по всему, тут назначил ей встречу незнакомец. Пока она стояла в нерешительности, все в баре примолкли, даже флегматичный старый бармен, отставил в сторону полируемый стакан. На нее стоило посмотреть. Ее выпуклости и впадины захватывали дух так же, как панорама Большого Каньона. И вдруг недотепа Хэдли приглашающее кивнул ей, и она направилась к нему. Ее каблучки застучали по полу, и миг томительной тишины миновал - все вернулись к своим делам и разговорам.
   - Карлин Уильмс?
   - Лейтенант Хэдли?
   Она протянула ему руку для пожатия.
   - Джин с тоником, - бросила она бармену, усаживаясь на стул и вынимая сигареты из сумочки.
   Джин с тоником! Это знак свыше!
   Я обошел ее вокруг, рассматривая внимательно со всех сторон. Один из плюсов моего положения: разглядывай дамочек сколько влезет, и никогда не услышишь: "чего пялишься, ублюдок!" Вот только продолжения не следует. Секс с привидением! До этого даже все эти истеричные дамочки из бла-бла шоу не додумались. Вот с инопланетянами у них было, мужья-покойники навещали, черти через камины влетали, а о привидениях - молчок. Видно, даже они находят в этой идее нечто противоестественное....
   Она помахала сигаретой перед носом у этого неотесанного болвана Хэдли, прежде чем тот додумался дать ей огонька. Бармен поставил перед ней стакан с ледяным джином. Карлин отпила глоток. Я заметил, как она короткими взглядами рассматривала Хэдли, точно прицениваясь к нему.
   - Признаться, меня удивил ваш звонок, - начала она волнующим низким голосом.
   - Ваш телефон оказался в записанной книжке Билла Смита. Он записан красными чернилами и обведен в рамочку. Я подумал, что это может что-нибудь означать.
   Карлин рассмеялась, сверкая прекрасными зубами.
   - Мы познакомились несколько дней назад. Он спросил, не хочу ли пойти поужинать с ним как-нибудь. Я согласилась - не так давно рассталась с мужем, хочется забыться за новыми знакомствами... - и она задержала на лейтенанте томный взгляд, выдержала паузу и закончила:
   - Но он так и не перезвонил.
   У дамочки нелады с чердаком, раз она западает на такого типа как Хэдли. За кем она была замужем, за хроническим алкоголиком-неудачником?
   Хэдли молча переварил информацию и снова спросил прежним официальным тоном:
   - Но вы бы узнали его снова?
   Карлин повела плечом.
   - Вероятно, да.
   Хэдли только кивнул, допил свое пиво из бутылки, многозначительно поставил ее на барную стойку.
   - Это все? - несколько разочарованным тоном спросила она.
   - Мы свяжемся с вами, если понадобиться ваша помощь, - ответил Хэдли.
   - Позвоните мне в любом случае, лейтенант.
   Карлин соскочила со стула, каблучки ее застучали к выходу. Немногие посетители опять бросили свои дела, чтобы поглядеть ей вслед. У-уф, такие малышки прилагаются ко всяческим неприятностям: бандитам, наркотикам и бешеным деньгам.
  
  

2

   На похоронах Била Смита толпы не было. Возле гроба стояла жена в трауре и испуганная малышка, не отпускающая руку матери. На шаг позади нее отирался лейтенант Хэдли. С другой стороны от гроба - Карлин в черном, сумасшедшем узком платье. Да, все-таки достоинства женщин нужно сравнивать не по отдельности, а в букете. Симпатичная миссис Смит поблекла перед роскошью форм Карлин. Поблекла и бросала на нее вопрошающие взгляды, соображая: кто она такая? Несколько знакомых, какие-то престарелые женщины в шляпках с черными вуалями и беленькими платочках в руках. Между прочими печальный Сем Спенсер с сухими глазами. В общем, за исключением Карлин, все те, кто знал его, Била Смита, отличного соседа, родственника, честного гражданина и семьянина. Я нисколько не сомневался, что Карлин из второй, тайной, жизни мистера Смита. Подозреваю, что с этой милашкой он спускал в притонах деньги.
   Оторвавшись от созерцания шикарной Карлин, миссис Смит неожиданно спросила:
   - А почему гроб закрыт? Я хочу попрощаться с мужем.
   Своим вопросом она оборвала гладко катящуюся речь священника. Все обернулись к ней. А вопросик-то ничего себе, своевременный.
   Хэдли выдвинулся из-за ее плеча и тихо пояснил:
   - В похоронном бюро что-то там напутали, и ваш покойный муж выглядит не совсем.... - он сделал рукой жест, завершающий фразу.
   Миссис Смит снова сказала:
   - Мне все равно, как он выглядит - я его всякого видела. Я хочу, чтобы моя дочь попрощалась с отцом. Откройте гроб!
   Ее упорство можно объяснить лишь одним - она была не в себе. Дочка ее точно не хотела смотреть на мертвого отца, и на ее личике отразился испуг. Но миссис Смит ничего не желала знать.
   Хэдли пожал плечами и отошел. Вышла заминка, пока договаривались с кладбищенскими рабочими. Публика оживилась - они-то пришли на обычные скучные похороны, а тут целое представление. Все сгрудились по другую сторону от безутешной вдовы, как будто ожидали новых выходок с ее стороны. Наконец крышку подняли. Миссис Смит заглянула в гроб.
   А покойничек-то, Билл Смит, был ничего, только синий. Черт его знает, что они в этой похоронной конторе перепутали, и какой дрянью вместо другой дряни его накачали. Но, в общем-то, какая разница?
   Публика потянулась вслед за вдовой заглядывать в гроб, и первые несколько человек отступили назад в необъяснимом смятении. Миссис Смит тоже отступила, огляделась, нашла лейтенанта Хэдли и твердо заявила:
   - Это не мой муж! Почему вы подсовываете мне другого покойника?
   Обвиняющие взоры полудюжины человек обратились к нему. Лейтенант Хэдли подступил поближе, заглянул в гроб.
   - Это ваш муж, миссис Смит.
   - Вы издеваетесь надо мной? - звенящим голосом спросила она. - Я не знаю этого человека, я никогда его видела! Это не мой муж!
   Хэдли оглянулся за поддержкой на зрителей, но не встретил сочувствия. Вместо этого одна старушенция в черной шляпке проговорила:
   - Безобразие! Чем занимается полиция в наше время - подменивает покойников! При Рейгане такого бы не случилось! Мы будем жаловаться вашему начальству!
   Бедный Хэдли потянул ворот рубашки, душивший его, еще раз склонился над гробом и изучил лицо покойного.
   - Это мистер Смит, - проблеял он.
   - Может и Смит, но не мой муж, не отец моих детей! - отрезала миссис Смит.
   Хэдли выглядел жалким, покойник - синим, провожающие - негодующими. Честно слово, не припомню похорон занятнее!
  
   Через час его шеф, капитан Джонсон, орал на Хэдли в своем кабинете. Брюхо капитана лежало на столе - он был необыкновенно маленького роста и такой же необыкновенной толщины, но капитаном его сделали, не за это, а за то, что глотка у него издавала оглушительный рев, слышимый в любом закутке участка. Вспотевший Хэдли высился напротив капитана, вид у него до сих пор ошарашенный. Я пристроился возле дверей, рядом нервно курила миссис Смит. Через большое окно было видно Карлин - ее тоже приволокли в участок. Она не сопротивлялась, выразив готовность следовать за лейтенантом Хэдли куда угодно. Остальных, посчитав бесполезными, распустили по домам. Карлин сидела, заложив ногу на ногу, и ее круглые, белые коленки светились, как маяки в ночи, отвлекая весь участок от работы: мужчины любовались и искали случая рассмотреть ее вблизи, женщины злобно выискивали недостатки.
   - Как, черт побери, это получилось?! - орал капитан. - Тело опознавали до похорон?!
   Хэдли кивнул, но не произнес ни слова. Его оправдания потонули бы в ревущем, как цунами, голосе капитана, от которого вибрировал костный мозг. Спустя пять минут запал иссяк, толстяк обессилено рухнул в кресло и стал казаться почти нормального роста.
   - Чего ты молчишь и рожи корчишь, как макака? - спросил он устало. - Тебе есть что сказать?
   - Да.
   - Тогда иди пиши объяснительную в трех экземплярах!
   Хэдли повернулся. Миссис Смит подалась вперед, открыла рот, чтобы возмутиться, но капитан ее опередил.
   - Стоять! Объяснись!
   Оказалось, что тело миссис Смит не опознавала. В тот день у нее прихватило сердце, и она смогла поехать в морг. И для опознания Хэдли, решив соединить приятное с полезным, пригласил Карлин. Она, поглядев секунд пять на усопшего, сказала: "да, это он". И факт посчитали установленным.
   - Кто такая эта Карлин? Я ее не знаю, - вмешалась миссис Смит.
   Хэдли удовлетворил ее любопытство, сообщив, что Карлин Уилсон поет в клубе "Маргаритка" и, что она там познакомилась с Билом Смитом.
   - Мы никогда не ходили в этот ресторан, - покачала головой та.
   - Но это не значит, что ваш муж не ходил туда, - заметил Хэдли.
   Я ожидал, что она сейчас будет отрицать и доказывать, что такого быть не могло - ведь только что выперла наружу двойная жизнь ее благоверного, но дамочка промолчала. Выходит, она знает больше, чем говорит.
   - Вы ничего не хотите нам рассказать? - спросил капитан.
   Она отрицательно покачала головой.
   - Тогда можете идти, но пока мы разбираемся в этой истории, не покидайте города.
   - У меня сын привязан к больничной койке самое малое на два месяца - время у вас есть, - откликнулась она от дверей.
   После ее ухода пригласили Карлин Уилсон. На вопрос капитана о Билле Смите она ответила так:
   - Откуда я могла знать, что не он? Он так представился. Он выронил права, я их подняла и в них стояла эта фамилия. Вы хотите, чтобы я не верила документам?
   Аргумент она привела сильный, нет слов. Полицейские переглянусь и отпустили ее восвояси, предупредив, чтобы не уезжала из города.
   Капитан долго молчал, вращал большими пальцами, сцепленных рук, потом сказал:
   - Кажется, мы в тупике. Обычное дело, что кто-то живет по чужим документам, но вот, чтобы кто-то умер по чужим документам - впервые слышу. Что думаешь делать?
   - Жена что-то знает, но почему-то молчит.
   Детка, да ты гений! Какая остроумная фраза! "Что-то", "почему-то", еще бы добавил "кто-то" и прослыл бы философом!
   Капитан пожевал нижнюю губу.
   - Обыщите их дом. Должны же где-то храниться концы от этого дела, почему бы не у них в подвале?
  
   Эти события настолько закружили мне голову, что я вышел из полицейского участка, открыв двери. Опомнился только пройдя два квартала - пешком до моей конторы не добраться, и в этом городе нет такой улицы, которая к ней ведет.
   Очутившись в своем маленьком кабинете с мутными окнами и вечным светом за ними, я сел за стол и задумался. Сначала о пыли на окнах. Я часто думал о ней. В других местах: на столе, на подоконнике, на сейфе - пыль не копилась. Ее не убирали - ее не существовало здесь. Такое место. Вот только почему-то она прилипла к окнам, и вместо солнца я видел расплывчатое пятно. Эту пыль нельзя стереть, как нельзя убрать и даже немного сдвинуть вечно полный стакан джина с тоником. Какой в них был смысл, или смысла не было вовсе, и это обыкновенная небрежность уставшего к концу дня работника? Кто знает.... Но я думаю обо все этом.
   Подумав о пыли, я вернулся к нынешнему делу. Миссис Смит, разумеется, что-то скрывала, но не правду о смерти мужа. Нет, ключи нужно искать не подвале Смитов, а в сумочке Карлин. Такие цыпочки не проходят мимо неприятностей. Надо приглядеть за ней.
   Но сначала самое увлекательное - загадка мироздания.
   - Бахорез! - позвал я.
   Черт тут же явился и занят свое обычное место на стуле напротив меня, постукивая тростью об пол.
   - Ну?! - спросил он.
   - Мне очень хочется посмотреть на договор с дьяволом.
   - Для сделки поздновато, дело, значит, в другом?
   - Без этого договора я не смогу понять, что произошло, и найти потерянную душу.
   - Ты до сих пор не нашел его, - проговорил черт, посасывая набалдашник трости, и глаза его съехались на совещание к переносице.
   - Похоже, умер не Бил Смит, - сказал я. - Он или не умер, или умер где-то в другом месте. Мне нужно выяснить, какими правами обладает проданная душа.
   - Да какими правами может обладать душа? - беззлобно и устало проговорил черт, напомнив мне капитана Джонсона. - У нее одно право: выбрать, с кем она хочет заключить договор. С нами - и пожить в свое удовольствие, или с ними, - он ткнул большим пальцем левой руки вверх, - и влачить жалкое земное существование.
   - Но расплата - ад!
   Черт дернул плечом, криво усмехнувшись.
   - А ты никогда не задумывался, почему люди заключают сделки с нами так часто?
   Я изобразил на лице изумление и внимание.
   - Потому что надеются, что рано или поздно и адовым мукам придет конец, как приходит всему.
   - А он придет? - поинтересовался я с равнодушным видом.
   Черт сидел ко мне в профиль, и его глаз отъехал к виску, видимо, чтобы удобнее было наблюдать за мной.
   - Апокалипсис - это конец всему.
   Мы помолчали.
   - Договор, - напомнил я.
   - Нет, - решительно отказал Бахорез. - Обойдешься! На словах расскажу: договор типовой, наша контора таких не один миллион заключила. Система у нас отлажена, как часы - двести тысяч лет полевых испытаний.
   - Что, ни разу не было проколов?
   Черный глаз его закатился под верхнее веко. Бахорез пососал набалдашник трости, прежде чем ответить.
   - На моем счету - этот первый, - дипломатично вывернулся он.
   - Значит, были, - я не собирался щадить его чувства.
   Бахорез саданул тростью о пол, и холодно посмотрел на меня голубыми глазами.
   - Как я могу отыскать пропавшую душу, если не владею информацией? - пожал плечами я.
   - Ты знаешь, - сказал он, - даже больше, чем тебе нужно: ты знаешь ровно столько, сколько сам Сатана.
   - Погоди, ты хочешь сказать, что у вас нет никаких сведений о том, как душа может не выполнить договор с дьяволом?
   Его глаза опять разбежались в противоположные стороны. Мои вопросы явно сердили его - у него даже кончики рогов побагровели.
   - Нет, мы не знаем.
   Черти и те не любят неприятных разговоров: сказав это, он исчез.
  
   Я был недоволен. Бахорез не приблизил меня к разгадке. Однако кое-какие зацепки у меня имеются. Для начала я собирался проверить, чем занимается Хэдли. Помнится, капитан отправил его с обыском к Смитам.
   И я очутился в том же кресле в гостиной Смитов.
   Миссис Смит сидела напротив и курила. В доме было много людей. Отовсюду сразу доносилось шум выдвигаемых ящиков, скрежет тяжелой мебели по паркету, выкрики, переговоры вполголоса. Хэдли стоял, опершись на спинку дивана кулаками.
   - Не понимаю, что вы ищете! - нервно проговорила миссис Смит. - В нашем доме не может быть ничего такого!
   - Не сомневаюсь, но все же мы должны осмотреть дом. Возможно, это поможет найти вашего мужа. А вы не хотите ничего рассказать?
   Она дернулась.
   - Вы уже не в первый раз меня спрашиваете!
   - Я жду, что вы передумаете и облегчите нам работу.
   - Повторяю, и повторю еще двадцать раз: я ничего не знаю!
   Хэдли хмыкнул. Он ей не верил, также как и я.
   Я поднялся, прогулялся по комнате. На глаза мне попалась сумочка миссис Смит. Сумочка для женщины, когда она собирается уезжать, становится плотно утрамбованным кусочком дома. Я порылся внутри нее. Между косметичкой и упаковкой бумажных платков нашлось кое-что интересное. Теперь осталось подсунуть находку Хэдли. Пусть он задаст ей нужные вопросы.
   И я опрокинул сумочку. Миссис Смит вздрогнула и торопливо кинулась подбирать вещи. Но Хэдли оказался быстрее. Он подхватил с пола запакованные пачки денег.
   - Так-так, крупными купюрами, в банковских упаковках, двести тысяч долларов. Многовато на карманные расходы.
   Миссис Смит сдалась, оставив разбросанные вещи и сумку на полу, и устало, как проигравший, опустилась на диван.
   - Хорошо. Я расскажу. Я не убивала своего мужа, и не понимаю, что происходит. Мы, действительно, собирались ехать к моей матери погостить недели на две, а может, мы бы и совсем не вернулись. Я хотела подумать. - Она вытащила новую сигарету из пачки, постучала фильтром об стол. - В последний год Билл очень изменился, и наша семейная жизнь не ладилась. Он часто не ночевал дома и даже не извинялся....
   К делу, дамочка! У нас тут не сеанс семейного психоанализа.
   А Хэдли слушает ее внимательно. Знакомая ситуация, да, офицер?
   - Утром мне позвонил Билл и сказал, чтобы я забирала детей и срочно уезжала. Только не к матери, а куда угодно. Сказал, где спрятаны деньги. Сказал, чтобы я взяла их себе. Сказал, что его ищут какие-то люди, бандиты, и чтобы я ни за что не приезжала, даже если мне сообщат о его смерти....
   Она всхлипнула, но от слез удержалась.
   Надо же! В ее исполнении звучит даже благородно. Какое самопожертвование отца семейства. Да вот только твой муженек не от заботы о семье все это провернул, а чтобы не расплачиваться по кредиту! Но лейтенант ей поверил. Теперь Хэдли кинется брать след вымышленной банды, и толку от него больше не будет.
   - И где ваш муж прятал деньги?
   - В вентиляционной трубе, в подвале. Я покажу! - она проворно поднялась. Потом остановилась, обернулась к лейтенанту, заглядывая ему в глаза:
   - А деньги? Деньги я могу оставить себе?
   Вот он - сакраментальный вопрос! Конечно, крошка! Возьми на тумбочке, только верни бумажник.
  
   Итак, миссис Смит пролила свет на эту историю. Билл Смит тщательно подготовил аферу, надеясь улизнуть от возмездия. Предположим, его план сработал, гроб не открыли, и все дружно оплакивают его кончину. И тогда? На что он рассчитывал? Допустим, он даже еще не умер. Вместо себя убил другого человека, у которого оказались поддельные документы на имя Билла Смита. Жена уехала в неизвестном направлении. Тело опознала Карлин Уилсон, которая, без сомнения, в сговоре с ним. Подставного Билла Смита закопали. Для вымышленных бандитов, от которых он, якобы, скрывается, подходящая история. Для черта Бахореза, нетерпеливого кредитора, - фуфло!
   И тогда я понял, что у этой пьесы имеется второй акт, где на сцене блистает обворожительная Карлин.
   Пора навестить красотку.
  

3

  
   Карлин пела в клубе "Маргаритки" и, надо сказать, пела неплохо. Но вечер нельзя было считать полностью удачным - не хватало джина с тоником и лимоном.
   Карлин спустилась со сцены, и я проводил ее в гримерную. За то время, что я провел в полутемном зале ночного клуба, не заметил к ней особенного интереса. То есть интерес никуда не девался. Мужчины, которых было немало за столиками, не сводили с нее глаз. К ней несколько раз подходили в перерыве, когда она пила в баре холодный чай, иногда просто, чтобы сделать комплимент, а чаще желая склеить. Но вокруг не ошивались ни парни с золотыми цепями на бычьих шеях, ни престарелый мафиозный босс в костюме от кутюр. Хотя, может, позже - для этой золушки полночь еще не пробила.
   Самый интересный разговор случился у нее с администратором клуба. Он спрашивал: не передумала ли она насчет следующей недели. Карлин ответила отрицательно, а администратор выразил свое искреннее сожаление и заверил, что она сможет вернуться сюда в любой момент, когда пожелает.
  
   Карлин за ширмой стянула блестящее платье. Оттуда она вышла уже в другом, темном и скромном, хотя любое платье на ней было нескромным. Посмотрелась в зеркало. Задержалась. Салфеткой стерла помаду, взяла другую. И в то же время украдкой поглядывала себе за плечо. Медиум?
   Она подошла к двери, медленно открыла ее, но вдруг обернулась и сказала, шаря глазами по комнате:
   - Я чувствую, что ты здесь.
   Я молчал. Бесполезно отвечать человеку, который не слышит тебя.
   - Я знаю, что ты существуешь, призрак-ищейка! - продолжила она, останавливаясь глазами по середине комнаты, решив, что нужно же куда-то смотреть, а это место ничуть не хуже любого другого. - Я не верила, но чувствую, как ты ходишь за мной.
   На такой подарок я и рассчитывать не мог! Выдать свою осведомленность - то же самое, что признаться в преступлении. Я не коп, и не суд присяжных - мне доказательства ни к чему, но теперь я уверен, что иду по правильному следу.
   Она вернулась к туалетному столику, резким движением выдвинула верхний ящик, вынула оттуда коротенькие веточки и показала их.
   - Видишь - омела. Ты не сможешь приблизиться ко мне, не сможешь войти в мой дом!
   И приколола веточку к жакету.
  
   Я порылся в ящиках ее туалетного столика, но не нашел ничего, кроме косметики. Примерно так и ожидал. Больше тут делать нечего, и я шагнул через порог в свой кабинет. Мне хотелось подумать. Я сел, положив ноги на стол.
   Итак, Карлин Уилсон и Билл Смит придумали некий хитрый план, как избежать расплаты за договор с дьяволом. Или это придумал один из них - не важно! Важно, что их план начал срабатывать, а я до сих пор не понимаю, в чем он заключается, и что самое главное - у меня нет никаких соображений по этому поводу. И еще вопрос: откуда им известно о том, как все на Том Свете устроено? Таинственность - главный козырь всей этой ангельской и сатанинской братии.
   Но, сестричка, неужели ты решила, что сможешь обуть призрака? Положим, я не могу приблизиться ни к тебе, ни к твоему дому, который бы не помешало обыскать. Но мне и не нужно. Пусть тебе портят кровь живые.
  
   Ночь стояла на дворе, и в участке было немноголюдно. Уставшие дежурные казались бледно-синими под казенным светом ламп. Печатная машинка отыскалась в комнате, где хранился архив. Тут для меня не было запретов, и я ходил везде свободно. В комнате, заставленной стеллажами с пронумерованными папками, слабо горела лампа над выходом. Я в свете не нуждался. Расчехлил машинку, вставил чистый лист.
   Самое неудобное в моем деле - работать приходится с живыми людьми, и искать реальные доказательства и следы. Запрещено вынимать душу из спящего, скажем, человека и допрашивать ее. Поэтому я и шагу не могу ступить без полиции.
   Трижды мою работу прерывали - в комнату, услышав стрекот механической машинки, заглядывали встревоженные дежурные. Сначала - один, затем - двое, а под конец заявились вчетвером. Приходилось выдергивать листок вон, а потом переписывать заново. В третий раз я здорово разозлился и с грохотом хлопнул дверями перед носом у любопытных. Я решил перевернуть весь участок вверх дном, если они не оставят меня в покое, но в коридоре раздался убегающий топот, и больше меня не тревожили.
   Конверта под руками не оказалось, я свернул лист в несколько раз. Подписал сверху.

АНОНИМКА.

ДЛЯ ЛЕЙТЕНАНТА ХЭДЛИ!!!

   И оставил письмо на его столе, прислонив к подставке для ручек.
  
   Копам явно не работалось. Всей сменой они сгрудились возле стойки дежурного и глазели в полумрак над столами детективов. Патрульные, вернувшиеся в участок, присоединились к коллегам и тоже заинтересованно таращились в темноту. Я слышал, как без двух месяцев пенсионер, Нил Финниган, пересказывал новичку историю о детективе-привидении. Врал безбожно.
   До утра делать мне было ровным счетом нечего, и я расположился за столом Хэдли, заодно и обыскал его. В столе лейтенанта обнаружилось кое-что интересное: экспертное заключение по трупу и данные на него.
   Убитый в складе парень всплыл в картотеке по отпечаткам пальцев. Он провел в тюрьме штата двенадцать месяцев за мелкие кражи лет пять назад, но с тех пор больше не попадался. Звали его Сем Милдфорд, по роду занятий он был бездомный. Но не в последнее время. Билл Смит оплачивал его счета и удовольствия в течение двух месяцев. Сем Милфорд поселился в хорошей гостинице, ходил в дорогие рестораны, гулял с красивыми девочками, сидел ночами в игорных заведениях, ездил на новой машине - одним словом, внезапное счастье рухнуло на парня. И это косвенно подтверждало мои догадки.
  
  
  
   Лейтенант явился на работу, опоздав на пять минут и помятым. В одной руке он держал коробку с пончиками, в другой - бумажный стакан кофе. Хэдли хлопнул на стол коробку, и кофе от резкого движения выплеснулся на рукав. Лейтенант выругался сквозь зубы, схватил салфетку, промакнул пятно, но тут заметил письмо.
   - Что, черт побери, это такое?! - буркнул он, кидая салфетку в корзину. - Анонимка, - прочел вслух. Хмыкнул и развернул листок. Прочитал и заорал на весь участок:
   - Эй! Финниган, кто принес это?
   Усатый полицейский обернулся от дверей, поправил ремень на форменных брюках и неторопливой развалочкой подошел к нему.
   - Понятия не имею, - пожал он плечами. - К твоему столу никто не приближался. Но...
   Сделал страшные глаза.
   - Ночью мы с ребятами слышали стук пишущей машинки из архива. Трижды ходили посмотреть, но каждый раз комната была пуста.
   Хэдли пожевал зубочистку, не спуская с него испытующего взгляда, будто ожидал, что Финниган вот-вот рассмеется, хлопнет его по плечу и объявит, что это шутка. Но дежурный не улыбался. Он смущенно оглянулся, точно опасаясь, что их разговор подслушают.
   - Хм, - сказал тогда Хэдли, - опять призрак. Мне даже интересно: это привидение бывшего копа или бандита? И чего он взялся нам помогать?
   Я поучаствовал в беседе доступным способом - столкнул коробку пончиков со стола. Она шлепнулась на пол, и один пончик выскочил из нее.
   Хэдли переглянулся с Финниганом.
   - Только капитану не говори, - попросил тот. - Капитан впадает в ярость, едва слышит об этом сверхъестественном детективе.
   Лейтенант поклялся молчать. Дежурный с легким сердцем двинулся к дверям. Хэдли поднял коробку, а вылетевший пончик бросил в мусорную корзину. Сел в кресло, выплюнул зубочистку и снова развернул листок.
   - Черт знает, что такое! - пробормотал лейтенант. - Капитану скажу - неизвестный оставил на стойке у дежурного. И никакой чертовщины!
   Вот теперь я мог чувствовать себя спокойно. Хэдли соображает туго, но если уж он вцепится во что-то - не оторвешь, как бульдога от половой тряпки.
   К обеду выяснилось, что Карлин Уилсон звонила за последнюю неделю всего несколько раз. Один звонок был междугородний, и я его скинул со счетов, рассчитывая, что Билл Смит где-то поблизости. Дважды она звонила в химчистку, один раз - парикмахеру, еще один - в больницу святого Патрика, пять раз - некой мисс Питт, и дважды - мистеру Поллеру. Пока Хэдли глубокомысленно хмурился над этим листком, мое внимание привлек звонок в больницу. И с чего бы такой крошке, как Карлин Уилсон, обращаться в бесплатную клинику? Из-за плеча хмурого Хэдли я проверил по распечатке. Так и есть! Ей перезванивали оттуда на следующий день.
   И я оставил Хэдли и дальше ломать голову.
  
   Я огляделся, прикидывая с чего начать.
   Привидений в больнице полно, даже больше, чем я мог себе представить. Потерянно слонялись призраки свежих покойников, коматозники шныряли прямо сквозь перекрытия этажей, и старые, застрявшие тут, никому не нужные души, печально разгуливали в полосатых больничных халатах, держась за стойки капельниц. Расспрашивать их не имеет смысла - привидения не обзаводятся знакомыми.
   Я выбрал момент и поискал в журнале пациента Билла Смита. Как и ожидалось, такого не было. Ситуация не подкидывала мне простого ответа. Оставалось положиться на удачу. Сдвинув шляпу, я поскреб в затылке. Придется обходить все восемь этажей, палату за палатой в надежде отыскать потеряшку..
   Терапевтическое отделение и отделение гастроэнтерологии занимали два нижних этажа. Они были ничуть не хуже любых других, и я начал оттуда. Заглянул в каждую палату и вскоре убедился, что ищу иголку в стоге сена. Не обойтись мне без помощи тупоголового лейтенанта. Его значок открывает двери не хуже миллиона долларов.
   Пришлось вернуться в участок, но лейтенант уже отбыл обедать, так ничего и не придумав. Что делать, придется подсунуть ему идею. И я огрызком синего карандаша обвел номера телефонов больницы, поставив рядом три жирных восклицательных знака.
   Копы снова торчали возле стойки дежурного, наблюдая, как сами собой выдвигаются ящики стола.
  
   Пообедав, Хэдли возвратился.
   - Какого черта?! - возмутился он, вынув из стола распечатки и увидев синие пометки. Он обвел подозрительным взглядом участок. Глаза коллег виновато ускользали.
   - Хэдли, опять у тебя призрак в напарниках? - рявкнул капитан Джонсон, появляясь у него за спиной. Хэдли, проявив недюжинное мужество, не вздрогнул от голодного рыка начальника.
   - Откуда вы взяли?
   - От верблюда! - передразнил его капитан. - Дежурные доложили, да и вид у тебя идиотский.
   - Я в призраков не верю, - твердо заявил Хэдли.
   - Не смеши меня! - язвительно откликнулся капитан. - У тебя же ирландские корни!
   Хэдли собирался возразить, но капитан не дал ему и рта открыть:
   - Дай сюда! - он выхватил у него из рук распечатки. - Какие это телефоны обведены?
   - Больницы святого Патрика.
   - И чего ты тогда стоишь?! - завопил капитан, кидая бумаги на стол.
   Хэдли опять собирался что-то сказать начальнику, поглядел на коротышку сверху вниз, но передумал, сунул зубочистку в рот и вышел из участка.
  
  
  

4

  
   Для начала Хэдли пошел торным путем и проверил журнал поступлений в больницу. Я терпеливо ждал у него за плечом, пока лейтенант перелистывал страницы. Естественно, он ничего не откопал. Нахмурившись, потер рукой шею, явно не зная, куда двигаться дальше.
  
   И вдруг я очутился в своем офисе перед Бахорезом. Он нервно поигрывал тростью. Автандиил с серьезным ликом стоял у него за спиной.
   - Ну?! - спросил нетерпеливый черт, а к печали ангела примешался вопрос.
   - У меня есть отличная версия, - проникновенно заверил я. К сожалению, ни тот, ни другой не восприняли мое заявление всерьез.
   - Вот что, - скаля острые зубы, проговорил Бахорез, - напрасно ты думаешь, что твоя промашка сойдет тебе с рук. Нам не нужен сыщик, который не выполняет свою работу.
   - Отлично! - обрадовался я. - Готов закончить и проследовать по назначению.
   Лик ангела сделался строгим.
   - Как бы не так! - откликнулся Бахорез, уставившись на меня голубыми глазами. - Надеешься попасть в рай за свои заслуги? А вот и нет! У нас с ними, - он кивнул на ангела, - соглашение. По договору найма, ты, провалив задание, приравниваешься к грешникам и отправляешь в ад! А там, скажу тебе, не океанское побережье - вид не тот!
   Я сник. Оба моих патрона выдержали паузу. Затем Автандиил выступил вперед.
   - Должен проинформировать, что отправление душ и их распределение состоится сегодня в 22-00. И душа Билла Смита должна быть найдена и отправлена по месту пребывания.
   - Что?! Сегодня? Но раньше вы никогда так не поступали! - возмутился я. - За грешником отправляли демонов, а не сортировали их при входе!
   Ангел кивнул печально и строго.
   - Так и было. Сверху, - он возвел прекрасные очи в потолок, - пришел приказ сокращать расходы. Выезд за единственной душой признан неоправданной тратой. С нынешних пор души принимаются списком. Их количество должно быть равно заявленному непреложно. В случае расхождения виновные в этом будут найдены и наказаны по всей строгости. О дисциплинарных мерах смотреть страницу 327 настоящего договора.
   Ангел вынул из своих белоснежных одежд толстую подшивку листов и опустил ее на стол. Договор любезно раскрылся на странице 327. И ангел ткнул пухлым мизинцем в нужную строчку. Взгляда мельком довольно, чтобы понять - мне грозит ад, если я не найду Билла Смита.
   - Вы загоняете меня в угол!
   - У тебя воображения не хватит представить, что с нами сделают, - зло скаля зубы, бросил черт.
   - Над нами тоже есть начальство, - подпел ему ангел. - Итак, сегодня в 22-00 ты передашь демонам душу Билла Смита.
   Он кивнул на прощанье и исчез.
   - Мы с тобой свидимся при любом раскладе! - заверил меня черт и провалился под пол.
   Такие дела!
  
   Времени оставалось всего ничего. Хорошо бы прижать Карлин. Эта крошка все знает, но правду из нее клещами не вырвешь. Она не из тех куколок, которые киснут, очутившись в участке, тем более у полиции против нее ничего нет.
   Готов побиться об заклад - она замешана в убийстве подставного Билла Смита. Даже если Карлин сама не жала на курок, то план был ей известен. Все сходится на том, что это она звонила в полицию. Им было важно, чтобы убитый достался копам еще тепленьким. Подозреваю, они рассчитывали, что демоны, второпях не разобравшись, утащат в ад его душу. Так чуть и не случилось.
   Их план не был плох, его подпортили случайности. Во-первых, Наверху решили экономить, и за душой демонов не прислали. Во-вторых, душа подставного умотала куда-то по давней своей привычке к скитаниям.
   Еще занимало меня: откуда Билл Смит знал, как все происходит? Ведь об этом могут рассказать только те, кто находится Там. Даже я, призрак-детектив, разыскивающий потеряшек, не знаю ровно ничего о Рае и Аде. Как же это открылось Биллу Смиту, за какие заслуги? Вопрос был не из легких, но мне пришло в голову, что ответ на него существует, и только один человек может его дать.
  
   В комнате, как и всегда, было сумрачно из-за опущенных штор. Старуха сидела в кресле-качалке, возле радиоприемника и слушала древние фокстроты. Я повернул ручку, и звуки умолкли.
   - Опять ты! - проворчала она. - Нет у меня никого! Ни одного!
   - А я пришел спросить не о привидениях. Я хочу узнать, когда ты в первый раз увидела призрака. Как это было?
   Она немного покачалась в кресле.
   - Когда? - повторила она. - В тот год, когда умер мой муж. Через несколько месяцев он явился ко мне. Сказал, что нашел "дыру в заборе", прямо так и сказал, да. Хотел, чтобы я к нему поторопилась. Тридцать лет с тех пор... Он все еще меня проведывает.
   Она немного помолчала.
   - Потом стали приходить другие призраки. Но не оттуда. Я им рассказываю, как Там.
   - А люди? Живые расспрашивали тебя о загробной жизни?
   - О, да! - проскрипела старуха и рассмеялась дребезжащим смехом. - Однажды обо мне написали в газете. "Женщина, которая разговаривает с привидениями". Это была сенсация! Одно время частенько наведывались любопытные, расспрашивали. Был один такой настырный, хотел знать подробности. Он ко мне долго ходил, почти год. А время прошло - отстали. Теперь сюда только Молли ходит убираться.
   - Его звали Билл Смит?
   Старуха покачалась в кресле. Руки ее лежали на подлокотниках, и синие вены проступали под кожей, тонкой и темной, как старый пергамент. Она долго молчала, и я подумал, что задремала, но вдруг:
   - Нет. У него было другое имя.
   - Он мог соврать. Когда это было?
   - Давно. Лет двадцать пять назад.
   Билл Смит двадцать лет назад еще в школу ходил.
   - Пастырем он был в церкви, - добавила старуха, покопавшись в залежалых воспоминаниях.
   - Точно?
   - Я еще не спятила, как говорят обо мне соседи!
   Я повернул ручку радиоприемника, и комнату снова наполнили звуки фокстрота.
   Похоже, мне выпала пустая карта. Я развернулся, чтобы уйти, но внезапно новая мысль пришла мне в голову, и я опять убавил звук.
   - А Молли, как ее фамилия?
   - Уилсон, - неохотно откликнулась старуха. Не без основания она считала меня хищником в призрачном мире.
   - Уилсон? Карлин Уилсон...
  
  
  
   - Дайте-ка еще раз глянуть на журнал, - Хэдли развернул его к себе, пролистал несколько страниц назад и торжествующе ткнул пальцем в строчку. - Вот. Уильям Уилсон. Есть номер палаты.
   - Но, лейтенант... - медсестра не окончила фразу и махнула рукой вслед Хэдли, сорвавшемуся к лифту.
   - Эй! Придержите дверь! - крикнул он на ходу.
  
   Хэдли распахнул дверь и ворвался в палату. Я нырнул следом. Мы оба остановились посереди комнаты. Торжествующий вопрос: "ну что, Билл Смит, отбегался?" умер у него на губах. В палате не было никакого намека на постояльца. Кровать была аккуратно заправлена синим одеялом, и на тумбочке не лежали щетки для волос и глянцевые журналы. Лейтенант открыл шкаф, будто надеялся, что Билл Смит прячется там, провел рукой голым плечикам для одежды. Потрогал пустую вазу для цветов на прикроватной тумбочке. Нащупал, не глядя, в кармане зубочистку и сунул ее в рот.
   - Чертово дело! - сквозь зубы процедил Хэдли. - С какого конца не возьмись - все не клеиться!
   Неужели Билл Смит сумел-таки обойти всех и умер? Черт побери, до чего же ловкий парень!
  
  
   - Где Уильям Уилсон?! - потребовал Хэдли ответа, возвратившись к стойке администратора.
   Регистраторша многозначительно переглянулась с другой сестрой, возникшей рядом с ней.
   - Вот старшая сестра, - кивнула она в ее сторону и отошла.
   Старшая сестра неодобрительно посмотрела на Хэдли, поджав тонкие накрашенные губы.
   - Так что? - снова спросил лейтенант, вытаскивая свой значок и показывая его.
   Она пристально рассмотрела значок, словно ожидала подделки, кивнула ему и направилась к оранжевым пластиковым креслам у стены. Села и жестом предложила лейтенанту.
   - Видите ли, мистер Уилсон наш особенный пациент, - осторожно проговорила она. - Он сделал нашей больнице щедрые пожертвования.
   - Это добрый поступок, - кивнул лейтенант. - Вижу, что вы со мной откровенны, и я с вами буду говорить начистоту. Мистер Уилсон, как вы его называете, подозревается в убийстве.
   Женщина возмущенно повела плечами.
   - Я не думаю, что человек в его положении может покушаться на убийство, - заявила она. - В его положении думают о душе! У мистера Уилсона рак легких на последней стадии - он почти что мертв.
   Хэдли изумленно вытаращился на нее. А я не удивился. Я ожидал этого с того самого момента, как увидел распечатку звонков Карлин.
   - Как? Как вы сказали - рак?
   Она кивнула.
   - Он просил о маленьком одолжении: чтобы его перед смертью не тревожили понапрасну. Мы пошли на уступки, согласились не называть номер его палаты, но до сегодняшнего дня им никто не интересовался. Его навещает лишь сестра.
   - Карлин?
   - Кажется, так ее зовут.
   Хэдли задумчиво пожевал зубочистку.
   - Проводите меня к нему.
   - Как хотите! - сестра опять неодобрительно поджала губы и поднялась.
  
   Мы прошли длинными больничными коридорами в другое крыло больницы, поднялись на пятый этаж. Сухопарая сестра провела нас между одинаково белых дверей, остановилась возле одной, постучала.
   И тут в противоположном конце коридора мелькнула женская фигура. Я мог бы заложить вечность, что это Карлин Уилсон. Это не сулило ничего хорошего.
   Хэдли тоже заметил ее. Он отстранил сестру от палаты и решительно толкнулся внутрь.
   Мистер Билл Смит лежал, открыв рот и вперив в потолок стекленеющие глаза. Он был мертв.
   Хэдли выругался сквозь зубы и бросился догонять шуструю красотку. Я задержался - хотелось знать, как выглядит душа у этого афериста. Обычно, душа некоторое время сохраняла формы физического тела, но тут случай особый: от этого ловкача можно ждать каких угодно махинаций. Но я напрасно волновался: отделившаяся от тела душа сохранила его очертания и растерянно озиралась, покинув смертную оболочку. Обычная картина! Придется оставить ее без присмотра, пока я улаживаю другие дела.
  
  
   Я нагнал лейтенанта в подземном гараже. Здесь рядами стояли машины, и тусклые желтые лампы горели на бетонированных стенах. Где-то впереди дробно прыгал стук каблучков Карлин. Затем стало тихо, и я понял, что змея притаилась. Хэдли тоже сообразил. Он нырнул за ближайшую машину, перекатил во рту зубочистку, которую так и не выплюнул, и вытащил пистолет.
   На этот раз, как бы не аппетитна была малышка, я болел за Хэдли. Нам с лейтенантом пора сдавать дела, а для этого нужно, чтобы Карлин осталась и ответила на парочку вопросов. Один вопрос у Хэдли найдется: отчего скоропостижно скончался Билл Смит? Уж не ввела ли она ему какое-нибудь лекарство в капельницу?
   Это предположение привело меня к мысли, что Карлин просто так не дастся. Я не мог ей позволить улизнуть и огляделся. На щитке висел пожарный инвентарь. То, что нужно.
   Пригибаясь, Хэдли перебегал между рядами машин, подбираясь к тому, за которым спряталась Карлин. Она выглянула из-за капота, в ее руках тускло сверкнул маленький дамский пистолет. Откуда она его вытащила? В ее сумочку не поместится даже обычный кошелек. Не раздумывая, Карлин прицелилась, и грохнул гулкий выстрел. Промазала.
   - Эй, дамочка! - крикнул Хэдли, выплюнув зубочистку. - Не шутите и бросьте оружие на пол!
   Ему ответил второй выстрел. Пуля просвистела совсем рядом, и Хэдли вжал голову в плечи. Карлин стала отступать к запасному выходу. План ее был ясен. Если ей удастся добраться до дверей - ищи ее потом, как ветер в поле. Подозреваю, что у нее вещи уже на вокзале. Хэдли тоже догадался о ее намерениях. Он прикинул что-то.
   - Не дурите! Бросьте пистолет! - крикнул он и высунулся из-за машины.
   Она выстрелила. Лейтенант в ответ всадил пулю куда-то в потолок. Карлин пригнулась, но тут же выскочила из-за машины. Хэдли помедлил секунду прежде, чем спрятаться - дразнил ее, в надежде, что она расстреляет все патроны, и ей ничего другого не останется, как сдаться. И в самом деле, грохнули четвертый и пятый выстрелы, а следом и шестой просвистел высоко над головой Хэдли. Лейтенант опять осторожно высунулся и тут же спрятался за машину, но выстрела не последовло.
   - Все! - крикнул он, поднимаясь на ноги. - Патроны кончились.
   Карлин отшвырнула бесполезный пистолет в сторону.
   - Ты же не выстрелишь в безоружного? - спросила она и кинулась к запасному выходу.
   Карлин была намного ближе к дверям, чем Хэдли, даже учитывая ее неудобные для быстрого бега туфли.
   Вот и мой выход.
  

5

   Возле тела Билла Смита хлопотали люди в белых халатах. Время смерти было официально установлено, и труп собирались везти на каталке в морг.
   Я очень надеялся, что его душа будет ошиваться поблизости. Ее оторопевший вид в первые минуты разъединения подтверждал это. Но в палате души не оказалось. Похоже, он освоил одну из восточный медитационных методик, облегчающих переход из жизни в смерть. Такие дела. Я понял, что в рукаве у Билла Смита есть еще козырь. Придется повозиться с ним, прежде чем отправлю его в ад.
  
   Пока я задумчиво наблюдал на возню живых над мертвым, из стены появилась какая-то душа. Она, явно, имела цель, к которой стремилась. И это было необычно. Душам совершенно нечем заняться в этом резво убегающем мире. Они вроде жителей на крышах во время наводнения.
   - Погоди-ка, куда ты?
   Я встал у нее на пути. Душа смотрела мне за плечо, словно там было нечто, но знал эту их манеру и не обернулся. Им не требовались глаза собеседника, не нужен и сам собеседник. Душа попыталась обогнуть меня, но я ухватил ее за призрачную сущность. Она остановилась.
   - Не знаю, - ответила она потусторонним голосом без интонаций, по-прежнему вперяясь в точку за моим плечом. - Время пришло. Нужно спуститься вниз.
   А, лифт на небеса! Местное время 21:59.
   И я выпустил душу, моментально полетевшую наискосок в пол.
  
   Душ в холле больницу скопилось, как народу на вокзале в час пик. Кажется, они собрались со всего района. Умершие больше недели назад и те, которых ничто не задерживало на земле, быстро теряли сходство со своим физическим телом и болтались кусками смятой полупрозрачной материи. Другие, свежие, стояли босыми ногами в паре сантиметров над полом. Души молчали. Никто не оглядывался по сторонам, не толкался локтями, не перешептывался. Я поднялся под потолок, наблюдая за ними. Ждал, что этот верткий парень, этот Билли Смит, выдаст себя. Готов побиться об заклад, что его притянуло сюда, как и остальных.
   Призраки неравномерно рассыпались по холлу, но смотрели в одну сторону. Возле стен жались неприкаянные. В свой черед они побоялись шагнуть в туннель и застряли среди живых до конца света.
   До сих пор Билл Смит проявлял замечательную осведомленность. Предположим, что он постарается избежать их жалкой участи и у него есть смелый план. Но в чем он состоит?
   За спиной мне почудилось движение. Я обернулся. У правого моего плеча встал печальный и серьезный Автандиил. У левого - Бахорез, поигрывающий тростью. За ним - два черных смерча - демоны, которые доставят Билла Смита прямиком в ад, минуя перевалочные станции. Или меня, если я не найду этого грешника. Бахорез оскалился, когда я взглянул на него и подмигнул черным, без белка, глазом.
   В тишине вымершего холла оглушительно щелкнула минутная стрелка на круглых часах - десять. Раздался торжественный музыкальный звук, подавая сигнал готовности. Вспыхнули световые точки. Не спеша, они развернулись в туннели. Их белый свет притягивал. Души подались вперед, и меня повело за ними. Трость Бахореза легла мне на плечо, пригвоздив к месту.
   - Где он?! - повелительно спросил черт. Глаза его загорелись черным холодным пламенем, голодные клыки полезли изо рта. Меня окатило ледяной волной адского ужаса, но я стряхнул наваждение туннелей.
   Как-то само собой получилось, что они разбились на группы, выстроились в очереди. Первая партия шагнула к туннелям и унеслась вверх, к свету. Вторая - заняла освободившееся место. Туннели поглотили и ее. Третья - сделала шаг вперед....
   И никакой суеты. Никакой беготни от одной очереди к другой. Будто им заранее известно, как нужно себя вести и что делать. Это наблюдение натолкнуло меня на мысль. Я повернулся к серьезному Автандиилу, держащему в руках свиток.
   - Того, кто заключил договор с дьяволом, нет в ваших списках?
   Автандиил печально склонил голову в сияющем нимбе.
   - Выходит, одна душа будет лишней.
   И тут я понял, в чем состоял план Билла Смита.
   Я обернулся как раз во время, чтобы заметить, как одна из неприкаянных душ отделилась от своих товарищей, и тихонечко, стеночкой, крадется к ближайшей очереди. Разбивая податливую толпу, я ринулся к этому волку в овечьей шкуре. Он заметил меня и, отбросив осторожность, оттолкнувшись от стены изо всех призрачных сил, полетел к очереди. Я поднажал. И мы с ним вцепились в невинную душу одновременно. Он пытался оттолкнуть ее прочь, и самому скользнуть в ослепительный свет. Я, наоборот, старался пропихнуть ту душу в коридор, и тогда бы он волей-неволей остался здесь. Свое главное преимущество внезапности он потерял, а перевес в открытой схватке был на моей стороне. Я, призрак, сильнее, да и имею опыта нематериальности побольше. Души похожи на воздушные шарики - толкни их посильнее, и они полетят, не в силах совладать с инерцией. Его тренированная душа оказалась увесистой, но против меня, как соломинка против урагана. Я схватил его за белесость левой рукой, правой - маленькую душу и с силой дернул их в разные стороны. Они расцепились и болтались в моих руках над полом, невесомые, как куски шелка. Невинную душу я кинул в туннель. По спирали ее засосало вверх, к свету. Я обернулся к патронам, не выпуская добычу.
   - Вот он, Билли Смит!
   Бахорез щелкнул пальцами. Черные смерчи за его спиной, вращаясь, подлетели, и мне почудился жар и запах прогорклого масла. Они с двух сторон сжали дрожащую душу Билла Смита и рухнули под землю. На короткий миг под моими ногами разверзлась адская пропасть, и обдало жаром. Меня повело вперед, но пол также внезапно сомкнулся.
   - Работа выполнена, - глубоким голосом с необоримой печалью сказал ангел.
   - Браво! Браво! Браво! - Бахорез, заложив трость под мышку, похлопал в ладоши. - Блестяще!
   Я оглянулся. Ушла последняя душа. Небесные огни погасли. У стены остались неприкаянные. Сегодня их не прибавилось. Просторный холл потускнел, и казенность обстановки особенно бросалась в глаза. Откуда-то появились деловитые больничные сестры. На часах с едва слышимым щелчком сдвинулась стрелка. Исход душ занял минуту.
   Я обернулся к своим патронам. Автандиил начал бледнеть, собираясь покинуть меня.
   - Погоди-ка! - не церемонясь, остановил я его. - Ведь вы знали, что одна душа будет лишней. Почему не сказали?
   - Мы не разглашаем секретов, - ответил ангел.
   - Но я работаю на вас! - я не на шутку разозлился. - А вы не доверяете мне даже в такой малости!
   - Ты все понял и сам, - успокаивающе проговорил Автандиил.
   - А если б не понял - отправили в ад?!
   - Ну-ну, прям-таки и "в ад"! - передразнил довольный черт. Глаза его опять расползлись в разные стороны, как улитки по капустному листу. - У нас имелась запасная душа, та, место которой мистер Смит собирался занять. Но, разумеется, мы пересмотрели бы условия соглашения с тобой.
   - О'кей - душа. А что, вы не могли найти Билла Смита Там, - я ткнул большим пальцем вверх. - В Чистилище рассматривают их дела.
   Автандиил испарился, не удостоив меня ответом.
   - Ну-ну, малыш Гарри! - Бахорез игриво толкнул меня. - Ты хочешь много знать! Но скажу тебе по секрету, - черт подмигнул голубым глазом, - у них тако-о-ой бардак! Ты даже вообразить себе не можешь. В Чистилище ждут решения дел с 1776 года. Но, понятно, куда ангелам спешить? В их распоряжении Вечность!
   Но гнев клокотал во мне. Сколько времени я бродил в потемках, как на Блек-стрит в три часа ночи.
   - Нет, на таких условиях я не нанимался! - глухо от злости проговорил я. Начистить бы черту свинячье рыло, но из этой затеи ничего не выйдет. Он против меня, примерно тоже, что я против душ. Поэтому я решил дать выход своему гневу на словах. - Можете отправлять меня в ад, но больше работать на вас я не буду! Вы дурили мне голову, а теперь хлопаете меня по плечу.
   Бахорез, не собираясь меня слушать, направился к ближайшей стене, помахивая тростью.
   - И вся благодарность?!
   Черт остановился, обернулся, и по губам его скользнула тонкая улыбочка.
   - А вот это уже деловой разговор! - проговорил он, поворачиваясь на носках щегольских лаковых туфель. - Чего ты хочешь?
   - Одно желание?
   - Одна нижайшая просьба! - усмехнулся Бахорез.
   И думать не о чем. Это дело пролило свет на главный рычаг божественного управления - таинственность. И я четко уяснил, что никогда не узнаю, на какой срок приговорен к призрачной жизни до той самой минуты, пока срок этот не выйдет. А новый шанс упускать не хотелось.
   - Хочу выпить джина с тоником.
   Бахорез хохотнул коротким смешком.
   - И всего-то? Я думал, ты спросишь о сроках. Услуга твоя немалая!
   Я промолчал. Черт усмехнулся. Он угадал, что опять обрек меня новые терзания: сколько дней буду упрекать себя за то, что не задал вопрос о сроке!
   - Ладно уж! Будет тебе джин. Сегодня с полуночи до двух. Я знаю, где раздобыть для тебя подходящий сосуд.
   Он расхохотался и, картинно щелкнув пальцами, исчез.
   Я решил не придавать значения его прощальному смеху. Мало ли, у чертей тоже бывает веселое настроение, особенно когда удалось уберечь свой хвостатый зад от крупных неприятностей.
  
   Пробило полночь. Я сидел в своем офисе и ждал Бахореза. Но черт не появился, вместо него с потолка соскользнул листок с адресом. Я не заставил себя упрашивать. Вот только беспокоило: что же такое придумал он? Как я попробую джин, если привидения не чувствуют вкуса?
   Я летел над притихшими ночными улицами. Недавно прошел дождь, и асфальт мокро блестел, отражая неровные цепочки фонарей. В домах светились окна полуночников. Я свернул на тихие улочки. Сюда обрывками долетали звуки мчащихся по трассе машин.
   И вдруг увидел ее. Она вышла из подъезда и медлила, как будто не знала, куда пойти. На ней была фланелевая пижама и темный мужской халат в крупную клетку. Волосы до плеч, кажется, рыжеватые, распущены и взлохмачены. Лицо у нее ничем не примечательное, вытянутое и бледное. Светлые глаза смотрели в пространство неподвижно. Сомнамбула!
  
   Видок у меня был еще тот, когда я вломился в бар. Завсегдатаи заступили мне дорогу, но я назвал лейтенанта Хэдли. Его здесь уважали, и меня пропустили внутрь.
   Я не раздумывал, куда пойти. Похоже, выбора у меня не было вообще. Какой дурак поверит в привидение и закажет джин с тоником для растрепанной ненормальной дамочки в купальном халате и тапочках на босу ногу? Оставалось только понадеяться на ирландское простодушие Хэдли. И, кроме того, хотелось узнать окончание этой истории.
   Я взобрался на высокий барный стул рядом с лейтенантом. Он покосился на соседа, и изумление исказило его ирландскую физиономию.
   - Как дела, лейтенант? - развязно осведомился я. - Закажешь мне джин с тоником, а то забыл бумажник в другом костюме.
   - Мы знакомы?
   - Да как сказать. Я не знаю, как зовут эту дамочку, наверное, Мэри-Энн, а может, и Клотильда, но я знаю, как связать между собой Карлин Уилсон и пожарную лопату.
   Он посмотрел на меня долгим взглядом.
   - Джин с тоником! - наконец крикнул он бармену. - И мне еще виски!
   - И что? Ты не закричишь, что это невозможно? - небрежно спросил я.
   Хэдли дернул плечом.
   - Бабушка-ирландка мне и не такое рассказывала.
   Бармен поставил перед нами налитые стаканы, но не отошел, кажется, он думал подслушать беседу. Хэдли, выбросив зубочистку, хлопнул виски одним духом, вынул сигарету и прикурил.
   - Бутылку, Вилли, - велел он бармену.
   Бармен немного обиженно поставил на стойку початую бутылку и отошел.
   Пузырьки шипели в прохладном на ощупь стакане. Я уже и позабыл, как это - холодное на ощупь.
   Хэдли искоса наблюдал за мной.
   - И как там Карлин?
   - Порядок. Приложили к шишке лед. Легкое сотрясение. Давала показания. Говорит, что бродягу в ангаре застрелил Билл Смит, а она ждала на улице в машине, и не знала, чем у них там разговор закончился. Он вернулся и приказал ей опознать тело.
   - Она соучастница.
   - Она его любовницей была. Говорит, что он запутал ее.
   Я подметил нотку сочувствия в голосе Хэдли.
   - Красота врет убедительнее.
   Хэдли не ответил. Похоже, ему не хотелось в это верить.
   - Она выпустила в тебя целую обойму!
   - Карлин утверждает, что не узнала меня. Ей показалось, что ее преследуют бандиты. Говорит, что в последние месяцы они угрожали Смиту. И потом, она в меня не попала.
   Нет, он чокнутый. Оправдывать дамочку, которая не попала в тебя только потому, что плохо стреляет!
   Хэдли плеснул еще в широкий стакан и продолжил:
   - Она сказала, что я ей не назвался в гараже, и она испугалась. И я, в самом деле, не назвался.
   - Капитан будет в бешенстве.
   - Капитан съест мою печень сырой.
   Мы помолчали. Я не собирался оставлять Хэдли в сетях заблуждений и потому спросил:
   - Она объяснила, зачем понадобился весь этот спектакль?
   - Мафиози. Смит хотел убежать от них и забрать ее с собой.
   - Красиво придумано! Влюбленная женщина бежит со своим любовником, смертельно больным, чтобы провести вместе последние дни. Жена расскажет свою трогательную историю о двухстах тысячах. У присяжных это вышибет слезу.
   Хэдли кивнул, а потом покосился на меня.
   - Ты говоришь об этом так, будто это ложь на самом деле.
   - Это большая ложь, - уверил я его.
   Он хмыкнул.
   - И в чем там дело?
   - Скажем так: Билла Смита черти утащили в ад прямо у меня на глазах. Как ты считаешь, с отличным парнем могло такое приключиться?
   Хэдли наклонил голову, подумал, собрав лоб буграми.
   - Выходит и Карлин лжет.
   - До последнего слова!
   Он вздохнул.
   - Как будто ты не обдумывал такую возможность!
   Лейтенант опять вздохнул, как старый пес.
   - Биллу Смиту сделали смертельный укол, - неохотно признал он, - не сомневаюсь, что это Карлин. Шприц я нашел в мусоре. В нем была убийственная доза наркотика, но ее отпечатков нет. На сто процентов ее вину не доказать.
   Помолчал и добавил:
   - Между нами, я не могу ее осуждать. Кто захочет, чтобы его близкий страдал?
   - Присяжные решат так же. Между нами, - повторил я за ним, - и эта история не такая трогательная, какой кажется на первый взгляд. Билл Смит знал, что его ждет ад, и сделал все, чтобы туда не попасть. Ради этого он убил другого человека. И собственную жизнь он оборвал в надежде обмануть судьбу. Карлин Уилсон его сообщница. Присяжные об этом не узнают, и на этот раз она выйдет сухой из воды. Но, держу пари, от нее будут еще крупные неприятности.
   Хэдли выглядел огорченным. Он плеснул себе из бутылки и закурил сигарету.
   - Такие дела! - проговорил я. - Передавай ей привет от детектива-призрака.
   - О'кей.
   И я пригубил горьковатый джин.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   1
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"