Брукман Александр Семенович: другие произведения.

Сибирский триллер (том 4)

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Новинки на КНИГОМАН!


Peклaмa:


 Ваша оценка:


Александр Брукман

Сибирский триллер

роман

Том IV.

Горячая осень

   Глава 1. Бегство из рабства
  
   Лариса и Лена не могли и не хотели верить, что попали в рабство. Вся их сущность восставала против этого - в конце двадцатого века рабство попросту немыслимо! Да и где - в России! В стране, в которой народу прожужжали уши о свободе, демократии и правах человека! Но окружающая их реальность неумолимо доказывала обратное.
   - Я убью всю эту семью, а их гаденыша первым, - мрачно повторила Лена, когда малыш, бегавший по двору, в очередной раз тихо подкрался к сараю и длинной хворостиной едва не выколол Лене глаз.
   Стоя около стены, она что-то говорила Ларисе и, повернув голову к щели, едва успела отклонить голову - малыш ждал этого момента и только инстинкт самосохранения спас её. Лариса ничего не ответила, да и в этом не было необходимости. Только бы приоткрыть дверь, а там уж они разберутся с хозяевами по полной программе! Они несколько раз просили хозяйку приоткрыть дверь, чтобы переговорить, но та их игнорировала.
   - Приедет Рахим, мой муж, его просите, - один раз процедила она и больше не обращала на них внимания.
   Время от времени по двору ковылял старик в папахе и старуха в платке с крыльца что-то кричала ему по-чеченски. Уже несколько суток девушки сидели в сарае и дважды в день, утром и вечером, под дверь им просовывали алюминиевую миску с какой-то похлебкой в виде жидкой каши. Грязные миски и сама похлебка вызывали у них брезгливость и тошноту. Нужду справляли тоже в сарае - в одном из углов в противоположной сеновалу стороне было небольшое углубление в земле. Отчаяние охватывало их и больше всего угнетало унизительность и безвыходность положения.
   Они вспоминали рассказы вернувшихся летом из Чечни офицеров о том, как чеченские боевики зверски убивали пленных и раненых, насиловали, пытали, глумились над мертвыми телами. Пленных солдат обливали бензином и сжигали заживо, распинали в проемах окон, отрезали им уши и половые органы, не давали местным жителям хоронить растерзанные тела. Рассказывали, что к издевательствам над русскими пленными привлекались и подростки, в которых таким страшным образом воспитывали боевой дух.
   Но тогда в эти ужасы, леденившие кровь, не хотелось верить. Да и российские СМИ постоянно твердили о страданиях мирных чеченцев, виновных только в том, что хотят свободы и независимости. Талдычили о вине русского народа перед чеченцами за их депортацию в 1944 году, твердили про "общечеловеческие ценности", настаивали на необходимости соблюдать гражданские права захваченных боевиков, требовали прекратить войну и вывести войска из Чечни.
   Свирепствовали правозащитники, обвиняя Россию в геноциде чеченского народа. Известные либералы и журналисты с экранов телевизоров раскрывали народу глаза на правду о зверствах разнузданной российской солдатни, рассказывали страшные истории о трагедии чеченских стариков, женщин и детей. И на фоне этой истерической обработки населения повествования офицеров спецназа выглядели слишком предвзятыми, если вообще не выдумками.
   И только сейчас девушки начали осознавать ужасную правду, которая намного страшнее слышанных ими историй. И только сейчас, будучи запертыми в сарае и находясь на положении рабынь, поняли, что зомбировавшие народ либералы, правозащитники и журналисты трудились не бескорыстно, потому что родину и свой народ никто бесплатно не продает. Родина дорогого стоит, поэтому и продается недешево и не за рубли, а за доллары. Но чтобы продать её в красивой обертке и непростым врагам, нужна специальная технология, особая бизнес-стратегия с минимальными рисками. Такая бизнес-стратегия разработана и называется "защита общечеловеческих ценностей и борьбы за соблюдение гражданских прав захваченных боевиков". Именно в рамках такой стратегии вывели из Чечни, российской территории, войска, оставив армейские склады дудаевским бандитам. Дальновидные либералы-реформаторы четко понимали: бандиты без оружия воевать не будут - ни один джигит с кинжалом на танк не полезет. А ведь ничего так не отвлекает людей от нищеты и безысходности, как война на националистической почве. Небольшая победная войнушка - это именно то, что нужно, чтобы отвлечь население от нужды и тягот повседневной жизни в период "шоковой терапии". А если не отвлечь, то может случиться восстание - в истории России такое нередко происходило.
   И вспомнились девушкам рассказы офицеров внешней разведки, готовивших вместе с ними операцию, что российские банки, контролируемые чеченскими криминальными группировками, переводят в Чечню крупные суммы денег, а наличные средства перевозятся курьерами. Причем одним из крупнейших перевалочных пунктов, где идет сбор и концентрация средств перед их отправкой в Чечню, является Москва - там чеченские криминальные группировки чувствуют себя уверенно и вольготно, потому что многие известные политики и высокопоставленные чиновники у них на балансе.
   Офицеры приводили многочисленные факты о том, что в качестве курьеров для перевозки чемоданов с наличностью используются корреспонденты иностранных газет, сотрудники международных организаций и торговых фирм, имеющих свои представительства на Северном Кавказе. Так может быть и раскрывший их журналист Черницкий перевозил деньги? Поэтому и выпустили его из Москвы те, кто должен был держать его в поле зрения и блокировать попытки проникновения в Чечню? Выпустили из Москвы, несмотря на то, что наверняка было известно о его связях с Фатхи и знакомстве с Керби! Выпустили за взятку или по приказу сверху? Неужели деньги, которые он вез, важнее, чем их жизни? Значит ими просто пожертвовали?
   - Нас никто не ищет, Ларик! Нас предали! - трагическим шепотом произнесла Лена и у Ларисы сжалось сердце.
   Подружка всегда была оптимисткой и вдруг такая безнадежность в голосе! Но и ей, Ларисе, тоже понятно, что надеется не на что и не на кого, только на себя. Всё равно когда-то должны открыть дверь и выпустить их из сарая, а там всё будет зависеть от них самих и складывающихся обстоятельств. Хоть Вася Буланов и учил их, что обстоятельства надо создавать самим, но практика не всегда соответствует теории. Как получится, так и получится! Но сознание того, что их бросили на произвол судьбы, что их не ищут, отзывалось болью в сердце и хотелось плакать. Как могли с ними так поступить?! Как могли их так бессовестно предать?!
  
   Между тем, девушки ошибались, полагая, что их не ищут, - беглянок напряженно искали не одна, а даже три группы: группа спецназа ГРУ под командой майора Федора Кривомазова, отряд боевиков, снаряженный Ахмедом Закаевым, командующим "Урус-Мартановским фронтом", и группа оперативных сотрудников ГУБОП из Москвы.
   Захваченные девушками документы содержали секретную информацию о тайных выплатах российским политикам и правительственным чиновникам, причем отражалась вся цепочка проплат. О похищении финансовой отчетности Фатхи стало известно после звонка Черницкого из Урус-Мартана Владимиру Петровичу Соловцеву, высокопоставленному чиновнику администрации Президента России. Для него лично эта история могла закончиться весьма плачевно: несмотря на то, что КГБ-ФСК-ФСБ постоянно реформировали и переименовывали, там ещё заседали некоторые люди, которым плохо, когда другим хорошо. Не было в конторе настоящих либералов и от тех, кто там засел, ничего хорошего ждать не приходится, если эти документы попадут к ним в руки. Поэтому для спасения положения Владимир Петрович дал поручение своему человеку из ГУБОП срочно сформировать и направить в Чечню специальную группу для захвата похитительниц и уничтожения документов.
   Он не знал, на кого работали девицы, проникшие в офис Фатхи под видом иностранных журналисток, но полагал, что речь идет именно о той операции, которую совместно с ГРУ планировала служба внешней разведки. Тогда так и не удалось выяснить подробности операции и вот как аукнулось это самым неожиданным образом!
   Оперативникам ГУБОП, привлеченным к спецоперации, разъяснили, что целью является задержание опытных литовских снайперш или "белых коготок", на счету которых многие жертвы из офицерского состава российских войск в Чечне. И только руководитель группы знал истинную задачу: документы уничтожить, а девушек ликвидировать при задержании, как оказавших сопротивление.
   В качестве проводников чеченские коллеги московских чиновников выделили этой группе трех бородатых боевиков из Урус-Мартана и руководитель группы представил их оперативникам, как чеченцев, находящихся в оппозиции к Дудаеву. Наличие бородатых боевиков сыграло с группой злую шутку: Федор Кривомазов, рыскавший со своей группой по Чечне в поисках девушек, наткнулся на убоповцев и не стал интересоваться их документами, не стал расспрашивать кто они, откуда и куда держат путь. Также не интересовал его вопрос, кому в оппозиции они находятся. И не смутило даже наличие среди них лиц явно славянской внешности - в отрядах дудаевцев часто встречались добровольцы из Прибалтики и Украины.
   Автоматный огонь и гранаты стали полной неожиданностью для опергруппы и только двоим удалось живыми вырваться из окружения и уйти. Они дали дёру сразу же, как только услышали выстрелы, потому что их посылали охотиться на девушек-снайперш, а не вступать в боеконтакт с неизвестными. Впрочем, сбежавшие москвичи ушли недалеко - они были пойманы мирными свободолюбивые жителями горного аула и обращены в рабство.
   Майор Кривомазов полагал, что Лариса и Лена будут прорываться в сторону Моздока и, узнав про бой недалеко от Катыр-Юрта, оседлал дорогу на Ачхой-Мартан, не подозревая о том, что девушки, заблудившись в темноте и не имея возможности из-за облачности сориентироваться по звездам, направились по ошибки на юг в горную часть Чечни. Не дождавшись их под Ачхой-Мартаном со стороны Катыр-Юрта и уничтожив подвернувшиеся под руку три машины с боевиками, следовавших в Катыр-Юрт, группа Кривомазова оседлала другую дорогу Ачхой-Мартан - Самашки. Он полагал, что девушки не рискнут прорываться по трассе Грозный-Моздок и будут пытаться проникнуть в Моздок по внутрирайонным дорогам. Там группа прождала девушек почти сутки, хотя по всем расчетам те должны были уже добраться до этого места. Не дождавшись их, Кривомазов связался с Управлением и доложил о безрезультатности поисков. В Чечню срочно вылетели дополнительно ещё две группы: под командованием майора Буланова и подполковника Евсеева из 16-й бригады.
   - Найдите девчонок и я гарантирую вам ещё по одной звездочке, - просительно напутствовал их на аэродроме генерал Овсянников, не находивший себе места из-за переживаний. Не хотелось верить, что девушки погибли, но плохие предчувствия поневоле закрадывались в сознание, несмотря на то, что гнал от себя дурные мысли.
  
   Однако Лариса и Лена, сидевшие в сарае в неизвестном им ауле, не догадывались об интенсивности их поиска. Безвыходность положения и возникающие в связи с этим мысли и разговоры ещё больше усугубляли начинающуюся у них депрессию. Между свободой и рабством была дверь сарая, которую надо только открыть и за нею свобода. Дальше всё будет зависить только от них самих и хотя они без оружия, но постараются что-нибудь сделать. Изнутри дверь не открыть и то, что они наблюдали в щели сарая, сколоченного из необтесанных кривых досок, увеличивало их отчаяние.
   Рабов было трое и с ними обращались хуже, чем со скотом. Те молча терпели и чувство безвыходности нарастало у девушек вместе с голодом. В памяти всплывали фильмы о фашистских концлагерях с совершенно бесправными узниками. Раньше арийцами-рабовладельцами были немецкие белокурые бестии, а сейчас арийцами-рабовладельцами стали чеченцы - хоть и не белокурые, но тоже бестии и тоже свехчеловеки. И эта, какая-то нереальная, перевернутая действительность, шокировала и подавляла волю.
  
   Хозяин Рахим с двумя братьями приехал только на четвертый день утром. Он был крайне зол и раздосадован - его родственник, Саид Алиханов, перехватил у него раба, представлявшего особый интерес тем, что закончил Ставропольский строительный техникум и был профессиональным строителем. Рахиму надо было пристроить к дому пару комнат и строительные работы следовало начинать безотлагательно, так как скоро начнется зима, а зимняя кладка в период оттаивания имеет наименьшую прочность. Один родственник уже пострадал из-за этого - стена дома, выложенная зимой, разрушилась ранней весною после оттаивания. Потеряв устойчивость, стена упала, задавив двух рабов, купленных за пару дней до этого. Но самое печальное, что погибла и любимая собака. Конечно, он казнил рабов-строителей за такую кладку, но собаку не воскресишь и денег за рабов никто не вернет.
   Из-за того, что Саид не выполнил им же данного обещания, достройку комнат придется перенести на весну, хотя мебель для них уже находится в доме и всё заставлено так, что и пройти негде. Прекрасную чешскую мебель он забрал из одной квартиры в центре Грозного на улице Партизанской, напротив художественного фонда республики. Там жил какой-то русский, то ли врач, то ли преподаватель медицинского факультета университета. В хозяйстве раб-медик тоже мог бы пригодиться, но тот так цеплялся за свою мебель, что пришлось застрелить его вместе с женой и малолетним сыном.
   Хрусталь и посуду тоже забрал - стенка с хрусталем смотрится солидно. Но ещё нужен хороший спальный гарнитур и надо спешить, пока не все русские сбежали из Грозного. Затягивать с этим делом нельзя, потому что русские бегут и грабит их кто попало, а хороший спальный гарнитур нигде не достанешь. Придется покупать, а барыги ломят такие цены, что диву даешься. Но куда поставить гарнитур, если раздобыть его прямо сейчас, пока есть где? Не в сарае же хранить!
   Раб-строитель необходим позарез и срочно, пока осень ещё только начинается. Но Саид, использовав раба на постройке своего дома, продал его соседу. И теперь придется ждать, пока тот построит соседский дом, чтобы перекупить его. А ведь захватывали раба все вместе и ещё договаривались, что сразу же после достройки своего дома Саид передаст его Рахиму!
   Семь рабов, из них две женщины, захватили в июле на железнодорожном вокзале в Минводах в пельменной. Им предложили выпить за здоровье будто бы родившегося у Саида сына, а какие русские откажутся от бесплатной выпивки? Вино с наркотиком, под действием которого человек сразу же отключается, приготовили заранее, и погрузив спящих рабов в КАМАЗ, привезли в свой аул. Одна из женщин скончалась от передозировки, а вторую и двух мужчин хорошо продали на невольничьем рынке. Остальных мужчин разделили между собой, и только впоследствии выяснилось, что Саиду достался раб со специальным строительным образованием!
   Раб же, доставшийся Рахиму, был простым военным, да и тот сбежал. И только вчера был пойман в Грозном. Он сам вышел на американскую правозащитницу и подробно рассказал где и кем был захвачен и кто его хозяин. Глупая американская баба вместе с двумя добровольными помощниками из числа окалачивающихся в Грозном московских придурков-правозащитников начали проверять полученную информацию в службе безопасности Дудаева, откуда ему, Рахиму, сообщили, что его бежавший раб нашелся.
   Рабов надо карать так, чтобы другим было неповадно убегать и Рахим приказал своим братьям, Мовсару и Астемиру, вытащить из багажника машины связанного беглеца. Вытащив его из машины, братья начали избивать пойманного раба, а малыш Ахмед, возбужденно бегавший вокруг, куда-то исчез и вернулся с топором. Топор был большим и тяжелым и он малыш волок его топорищем по земле.
   - Молодец, сообразительный, - похвалил сына Рахим, занятый подготовкой к казне.
   Братья палками пригнали троих рабов, которые с ужасом смотрели на связанного человека. Женщина уже сообщила мужу о приблудившихся двух молоденьких девицах, которых можно хорошо продать и эта новость подняла Рахиму настроение. Арабы хорошо платят за наложниц, поэтому взамен казненного раба можно будет прикупить пару новых. Но, с другой стороны, может выгоднее сдавать их в аренду? Ведь в итоге сумма выйти больше. Есть, конечно, риск, что рабыни сбегут или подохнут досрочно, а при продаже деньги получаешь сразу. Надо тщательно взвесить оба варианта, тем не менее появление девиц - действительно неожиданный сюрприз! Ведь обычно рабынь захватывают, а что бы они сами приблудились ко двору, о таком слышать ещё не приходилось!
   Жена Рахима сбегала за ключом и открыла амбарный замок, которым был закрыт сарай.
   - Выходите и становитесь там, - показала она рукой место, где девушки должны стать. - И без разрешения ни одного слова. Той из вас, кто хоть звук издаст, отрежут язык.
   Конечно, язык им никто не отрежет, потому что это сразу же снизит их стоимость, но припугнуть следует. Рахим внимательно посмотрел на выходящих из сарая девушек и ему пришла в голову мысль, что стоит потребовать за них выкуп, если, конечно, родители богатые. А пока выкуп не придет, можно сдавать в аренду, потому что очень нужны деньги на стройматериалы и это неплохой способ заработать. Да, на этих девчонках можно построить неплохой бизнес!
   Девушки вышли из сарая и щурясь от солнца, пытались разобраться в обстановке. На поясе Рахима висела кобура с пистолетом, а у его братьев на животах красовались кинжалы. Следовательно, первым надо валить Рахима, но ситуация не позволяет сделать это прямо сейчас.
   - А девчонки красивые! - засмеялся Астемир и показал на Лену. - Я беру себе вот эту, блондинку.
   - Поделимся, брат, - похлопал его по плечу Мовсар, плотоядно рассматривавший Ларису, но Рахим властным движением руки прервал их. С девицами можно будет разобраться позже, а сейчас важно устроить показательную казнь.
   - Вы помните, этого скота, который сбежал месяца два назад? Не забыли ещё вашего приятеля Сашу? - издевательски обратился он к рабам, показывая на связанного человека. - Позавчера в Грозном задержали. Сами федералы и передали. Не пытайтесь даже и думать о побеге. Всё равно будете пойманы! Этому Саше мы сейчас отрубим голову и так будет с каждым, кто попытается бежать!
   Мовсар и Астемир с трудом приволокли огромный чурбак и попытались положить на него голову связанной жертвы, но Саша дико орал и вырывался. Тогда его привязали веревками к чурбаку и Рахим замахнулся топором. Девушки зажмурились и отвернулись. Сейчас этому человеку отрубят голову, а они ничем ему помочь не смогут! Не может быть, чтобы федералы вернули его рабовладельцу, врет Рахим!
   - Сюда смотреть! - угрожающе крикнул Рахим, опустив топор, а малыш подбежал к Ларисе и изо всех силенок ударил её палкой по спине.
   Астемир, криво улыбаясь, неторопливо шёл к девушкам, держа в руках плётку. Подойдя к Лене, он замахнулся и этот момент она выбросила ногу в его промежность. Нанеся удар подъемом, натянула ступню пальцами к себе и резко забрала ногу назад. В своё время, инструктируя девушек по рукопашному бою, Иван Петрович Дробычев, прапорщик из Спутника, матерщинник и грубиян, краснея, пыхтя и запинаясь, пытался объяснить им в чем состоит эффективность такого выполнения удара.
   - Натягивая ступню и мгновенно забирая ногу на себя, вы создаёте тем самым эффект крючка и серьезно повреждаете регенеративные органы мужчины, - сформулировал он, наконец, свою мысль.
   Морпехам объяснять этот момент легко, потому что русский язык, такой могучий и красочный, позволял сочно и просто, на доступном парням языке, объяснить, что случается с теми, у кого таким способом отрывают яйца. А этим девушкам, по генеральской причуде проходившим подготовку в бригаде морской пехоты Северного Флота, так не объяснишь и надо как-то по-научному донести до них такие простые и понятные вещи.
   - В результате этого удара противник на несколько минут выводится из строя и лишается возможности сопротивляться, - продолжал Петрович, найдя, наконец, наукообразное объяснение вещам, которые должны быть интуитивно понятны и так. - Только следует помнить, что в реальных стычках удар ногой в промежность парируется минимальным поворотом корпуса и проходит по скользящей. Поэтому необходима неожиданность и высокая скорость. Если прием выполнен правильно, у противника развивается отек яичек, а также происходят разрывы сосудов и семенных трубочек.
   - Разрывы каких, говорите, трубочек? - невинным голосом спросила тогда Лена, сделав недоумевающий вид, и Петрович, снова краснея и запинаясь, начал втолковывать простые истины, мучаясь, что вместо привычной ненормативной лексики приходится изыскивать какие-то околонаучные слова.
   Но сейчас эта его наука очень пригодилась и Астемир, совершенно не ожидая нападения, согнулся и взвыл от жуткой боли. Между тем, нога Лены, продолжая двигаться по восьмерке в обратном направлении, должна была, как хлыстом, нанести смертельный удар Астемиру в висок. Но тот слишком низко нагнулся и Лена не успела скорректировать траекторию, поэтому удар пришелся выше виска и получился скользящим. Астемира отбросило к Ларисе и та увидела, словно в замедленном кино, как он в полной тишине заваливается в её сторону. Задержав одной рукой его падение, она выхватила у него из-за пояса кинжал и черкнула острым, как бритва, клинком по сонной артерии. Алая кровь Астемира показась из раны и капли её медленно двинулись по воздуху в сторону Ларисы. Увернувшись от них, она бросилась на землю и перекатами устремилась к Рахиму. Тот выпучив глаза смотрел в сторону Астемира и, разжав пальцы, выпустил из рук топор, который медленно падал на землю топорищем вниз.
   Рука Рахима начала тянуться к поясной кобуре с пистолетом, но Лариса, приподнявшись на одно колено, вонзила кинжал по самую рукоятку ему в печень. Вскочив на ноги, она отбросила в сторону его руку, тянущуюся к кобуре, растегнула её и, выхватив пистолет, выстрелила ему в голову.
   Покончив с ним, она повернулась и увидела, как плавными замедленными прыжками Лена неторопливо пересекала двор и, будучи уже в метрах трех от Мовсара, взмыла в воздух. Поджав левую ногу под себя и вытянув вперед правую, она медленно плыла по воздуху и Лариса, завороженно наблюдая за нею, отметила, как чисто выполняет Лена свой коронный удар ногой в прыжке, который она начала тренировать примерно в классе пятом. Тогда на них сильное впечатление произвел старый японский черно-белый фильм "Гений дзюдо". Они посмотрели его в в летнем кинотеатре городского парка. Денег на билет не было и они перелезли через двухметровый забор, воспользовавшись тем, что билетерша гоняла каких-то пацанов, которые целой толпой перелазили через забор с другой стороны кинотеатра. Билетерша грозила им тем, что надерет уши, но пацаны были не из пугливых и тогда она начала грозить, что надерет им задницы.
   - Не понял, что в итоге вы хотите нам надрать? - спросил один особо наглый пацан, усевшись на заборе и Лена прошептала:
   - Сейчас самое время. Поехали!
   Они сидели на дереве и, как мартышки, перескочив с веток на забор, спрыгнули вниз и с независимым видом уселись на третьем ряду. Пацаны, прыгавшие с забора, мостились на задних рядах, поэтому внимание большинства зрителей было приковано туда, где билетерша воевала с хулиганами, а две скромные девочки, искавшие и нашедшие свои места, никого не интересовали.
   Внезапно на Ларису обрушился поток звуков и первым, что она услышала, был чей-то истошный женский крик. Все задвигалось с обычной скоростью и она вспомнила, что с нею такое уже было, когда они с Ленкой и Кривомазовым ликвидировали некоего Дёмина, опаснейшего врага отечества, как утверждал Федя. Но тогда они с подружкой искусственно вызывали это состояние с помощью медитации и психотехники бессознательного. А сейчас это произошло спонтанно, без какой-либо подготовки. Как же это у неё получилось? Некоторые офицеры рассказывали им с Леной, что видели летящие на них пули и снаряды как в замедленном бесшумном кино и остались живы только потому, что смогли уклониться от них. Они тогда с трудов в это верили, но вот такое только что случилось и с нею /1/, причем уже во второй раз. Может из-за психического перенапряжения?
   Задумалась она лишь на мгновение и, спохватившись, быстро осмотрелась вокруг. Что-то кричала Ахмеду мать малыша, а Мовсар, опомнившись, схватился за кинжал, висевший у него на поясе. Лариса подняла пистолет, чтобы выстрелить в него, но вовремя увидела, как его закрыла от неё Лена, которая, выполнив неимоверный кульбит, приземлилась рядом с Владимиром. Метнувшись за малышом Ахмедом, тот оказался у неё на пути и Лена едва не столкнулась с ним.
   Перепуганный малыш бежал под защиту больших лохматых псов, который истекая ненавистью и слюной, бесновались в углу двора возле большой конуры. Владимир, даже не заметив, какой опасности только что избежал, оказавшись на пути Лены, перехватив малыша, зажал его между коленями, одним быстрым движением свернул ему шею и швырнул трупик на землю. Мать ребенка страшно закричала и, подхватив с земли и прижимая к себе мертвое тельце сына, зарыдала, дико завывая.
   Тем временем Мовсар выхватил кинжал и, размахивая им, помчался к дому, где, очевидно, хранилось оружие. Лариса направила пистолет в сторону Мовсара, но Лена снова помешала ей выстрелить, погнавшись за ним. Она перехватила его уже около крыльца дома и, подбив его ногу и свалив на крыльцо, захватила его руку с кинжалом. Согнув его кисть против лучезапястного и пястно-запястного сустава, она удерживала Мовсара в лежачем положении в ожидании рабов. Однако тем было не до Лены: не обращая на неё внимание, они оторвали от матери труп сына, швырнули его собакам и поволокли упирающуюся и дико визжащую женщину к чурбаку.
   Владимир схватил топор и сорвав с женщины платок, заталкивал его ей в рот. Дико вращая глазами, она прилагала неимоверные усилия, чтобы вырваться из цепких рук бывших рабов, но не так то просто вырваться из рук озверелых людей - в этом и состоит плачевная участь рабовладельцев, оказавшихся в руках взбунтовавшихся рабов.
   Мовсар выл от боли и пытался вырваться, поэтому Лена нанесла ему удар коленом в лицо и тот потерял на какое-то время сознание. Она взяла его кинжал, раздумывая, надо ли его убивать, но в этот момент Лариса вскрикнула и Лена оглянулась. Ларису, разрезавшую веревки, которыми был связан беглец Саша, стошнило от жуткого зрелища - с чурбака скатилась на землю отрубленная голова женщины. На пустой желудок рвать было нечем и Лариса едва не задохнулась горячей горькой желчью.
   Два раба, казнившие женщину, подбежали к Лене и, подхватив под руки слабо сопротивляющегося Мовсара, потащили его к чурбаку.
   - Меня сейчас снова стошнит, - сказала Лариса подошедшей Лене.
   С мертвенно белым лицом, закрывая руками рот, она едва сдерживалась, чтобы снова не вырвать. Лена и сама с трудом подавляла рвотные позывы и, избегая смотреть на отрубленную женскую голову, прошептала Ларисе, обняв и прижав её к себе:
   - Не смотри туда, Лёка. Закрой глаза и дыши глубже.
   Безумный вид радостно возбужденных рабов, обуянных жаждой мести; Владимир, размахивающий окровавленным топором; голова, скатившаяся на землю и чурбак, забрызганный кровью, наводили ужас и вызывали отвращение. Рабы уже укладывали Мовсара на чурбак, но тот, собрав все силы, рванулся и, чудом выскользнув из рук удерживавших его людей, помчался, что было духу, к дому. Рабы бросились за ним и оттуда послышались душераздирающие крики.
   - Очевидно, нашли стариков, - догадалась Лена и Ларису снова стошнило.
   Лена поспешно отвернулась, но не выдержала и её тоже стошнило. Прополоскав рот водой из стоявшего у входа в дом ведра, бледные как мел, они поднялись на крыльцо на ослабевших ногах. Из дома волокли Мовсара с раной на голове.
   - За автоматом бежал, паскуда, - злорадно смеясь, возбужденно шамкал беззубым ртом Владимир.
   На плече у него висел автомат, левой рукой он вместе с Сашей волок чеченца, а в правой руке держал окровавленный топор с прилипшими к нему волосами. Лариса отвернулась, чтобы её снова не стошнило, и быстро прошла в дом.
   - Девчата, там, в кладовке, оружия навалом, - радостно показал рукой один из рабов в сторону кухни.
   У него на плечах висели два автомата АК-74, а правой рукой он прижимал к себе гранатомет РПГ-7. Вид привычного оружия немного взбодрил девушек, но, проходя через большую комнату, служившую гостиной, они увидели за комодом четыре ноги лежащих в луже крови людей. Две из них явно принадлежали старику, а две - старухе. Девушки поспешно отвернулись к окну. Они не один раз видели смерть людей и сами убивали в бою. Двоих бандитов только что Лариса убила лично, но с такой радостью рубить головы и убивать безоружных людям - это не укладывалось в сознании.
   В окно виднелась валяющаяся рядом с чурбаком отрубленная голова жены Рахима. Голова мешала рабам тащить Мовсара и Владимир ногой отфутболил её в сторону конуры. Притихшие собаки тихо повизгивали и когда голова хозяйки подкатилась к ним, испуганно попятились к забору.
   Потерявшего сознание Мовсара положили на чурбак и Владимир, высоко взмахнув топором, с криком опустил его на шею жертвы. Ещё одна голова скатилась на землю. Девушек снова едва не стошнило. С двумя автоматами, четырьмя рожками к ним и двумя пистолетами ТТ, они выбежали во двор. Восставшие рабы взломали ворота гаража, в котором стояли "Лада" 99-й модели и мотоцикл "Иж-Юпитер".
   - Девчата, двое наших поедут на мотоцикле, а вы с нами в машине, - крикнул им Владимир. Но девушки не захотели садиться с рабами в машину - те вызывали у них отвращение своей жестокостью.
   - Мы поедем на мотоцикле, - сказала Лена и Владимир удивился.
   - А вы умеете? Это же не велосипед, педалей здесь нет, - рассмеялся он.
   Совсем недавно Владимир был запуганным рабом, а сейчас, в своих забрызганных кровью лохмотьях, наводил ужас своей беззубой улыбкой и кровожадной радостью.
   - Умеем, - коротко ответила Лена.
   Ей, как и Ларисе хотелось поскорее исчезнуть из этого кошмара и девушки первыми вылетели на мотоцикле из ворот дома, а вслед за ними машина с бывшими рабами. Дом стоял на окраине аула и это избавило их от необходимости мчаться на мотоцикле через аул, что привлекло бы внимание здешних жителей. Проехав метров двести, девушки вспомнили, что оставили в сарае папку с захваченными у Фатхи документами и вернулись за нею.
   Двор, залитый кровью, валяющиеся отрубленные головы и жалобно скулящие около трупа ребенка и головы хозяйки псы снова вызвали у девушек рвотные позывы. Сдерживаясь изо всех сил, Лариса заскочила в сарай. Из угла, в котором они с Леной устроили туалет, пахло мочой и экскрементами и она с ненавистью подумала о том, что их здесь продержали столько суток! Их с Леной хотели сделать рабынями! Как может быть такое, что в конце двадцатого века существует народ, национальная культура которого признает возможность рабства?! Считает доблестью грабёж и захват людей?! Кровь ударила в голову и перестали мучить рвотные позывы. Рубить головы, конечно, это зверство, но такова уж благодарность рабов своим хозяевам и не на что другое не стоит рассчитывать.
   Схватив спрятанные под сеном папки, она выскочила во двор. Лены около мотоцикла не было и Лариса, отскочив к воротам, сорвала с плеча автомат и передернула затвор.
   - Я здесь, - крикнула Лена. Она бежала с небольшой спортивной сумкой от дома.
   - Папки ведь надо куда-то спрятать, вот я и отыскала в доме, - подбежав, пояснила она. - Повесишь через плечо и руки не заняты.
   Как только они сели на мотоцикл, Лена крутанула ручку газа до упора. Но, вместо ожидаемого бешеного рывка, двигатель просто начал быстро и ровно набирать обороты и они вынеслись из ворот, спасаясь от кошмара залитого кровью двора.
  
   Глава 2. Дорога на Ассиновскую
  
   Машина с рабами уехала далеко вперед и Лена, пытаясь их догнать, выжимала из мотоцикла все, что могла, не забывая объезжать воронки на дороге. Внезапно послышались короткие автоматные очереди и Лариса, сидевшая сзади, сдёрнула с плеча автомат. Было ясно, что впереди идёт бой, но неизвестно кто с кем воюет. Может это какое-то армейское подразделение ведет бой с боевиками? Лена выключила двигатель, чтобы их не засекли по его шуму, и прижимала неслышно катившийся под гору мотоцикл к отвесной скале справа, чтобы совершенно неожиданно выскочить из-за поворота.
   Лариса, крепко зажав ногами мотоцикл, обеими руками держала автомат в полной готовности первой открыть огонь. Однако стрелять не потребовалось. Выскочив из-за поворота, они увидели "Ладу" с распахнутыми настежь дверьми, стоявшую напротив машины марки БМВ, около которой валялись два трупа бородатых мужчин в пятнистой форме. Рабы крутили руки какой-то женщине, явно европейского типа. Во рту у неё торчал кляп из какого-то грязного платка и ужас был буквально написан на её лице.
   Лена, резко затормозила.
   - Отпустите женщину, - сказала она, сдергивая с плеча автомат. - Хватит крови!
   Лариса, соскочив с мотоцикла, быстро переместилась влево к краю дороги и оказалась сбоку бывших рабов, сосредоточивших всё внимание на Лене. В случае осложнений, она сможет контролировать ситуацию с фланга. Как любит повторять Петрович: "Наши сбоку - ваших нет!".
   - Отпустить эту суку? - пораженно воскликнул бывший раб Саша. - Да эта блядь сдала меня чеченцам!
   - Я приказала: отпустите женщину, - раздельно повторила Лена, направляя на них автомат.
   Рабы тоже схватились за автоматы и Лариса тотчас же дала очередь поверх их голов.
   - Кто шевельнется, получит пулю, - жестко сказала она. - По моей команде медленно опускаете автоматы на землю. Попробуете дёрнуться, стреляю без предупреждения. Повторяю: медленно и плавно. Начали...
   Испытывать её терпение никто не решился - уже имели возможность убедиться в её способности действовать быстро и решительно. Разоружаться не хотелось, но эта девушка на их глазах зарезала двоих таких страшных людей, от одного взгляда которых становилось жутко. Поэтому можно не сомневаться - она колебаться не станет.
   Тем временем женщина, воспользовавшись ситуацией, вырвалась из рук рабов и вытащила изо рта кляп.
   - Я из американской правозащитной организации "Human Rights Watch", - плача, быстро заговорила женщина по-английски. - Они хотят меня убить!
   - Этот человек, - показала она на Сашу, - мне мстит, за то, что я в Грозном...
   Владимир, швырнув на землю автомат, рванул на себе рубаху:
   - Стреляй, подлюга, в русского Ивана, - заорал он и, рухнув на колени, заплакал. - Ведь это я был в рабстве столько лет, это мне спилили зубы напильником, это надо мною измывались, как не измываются даже над скотом... И вы, русские, тоже хотите стрелять в меня... Стреляй!
   Он кричал, плакал, бился в истерике и Лена бессильно опустила автомат. Мужские истерики страшны и трудно переносимы. И всё усугублялось ещё и тем, что девушки знали, что пришлось пережить этим людям. У них не хватило духу настоять на своём требовании и они молча сели в БМВ, не обращая внимания на крики обезумевшей от ужаса женщины-правозащитницы. Она умоляла их взять её с собою, но у беглого раба Саши имелись к ней серьёзные претензии и девушкам не хотелось в этом разбираться.
   Тему преступлений федеральных войск в Чечне жевали все правозащитные организации, но ни одна из них с таким же пафосом не обрушилась на процветающее в этой республике рабство, на геноцид нечеченского населения, на дикие зверства, творимые "борцами за независимость".
   - Они её убьют, - мрачно сказала Лариса после долгого молчания, когда машина тряслась по скверной, неизвестно куда ведущей, дороге. - И в этом будет наша вина тоже.
   - Ты её сюда звала? - зло спросила Лена, не отрывая взгляд от дорожного полотна, которое изобиловало воронками от фугасов.
   Бандиты не ремонтируют дороги после того, как взрывают фугасы. Они вообще ничего не ремонтируют и не строят. У них другая специализация. А те, кто способен производительно работать и остались в живых, уже сбежали из республики.
   - Она сюда приехала не затем, чтобы озаботиться судьбой этого Владимира или Саши, которого сдала бандитам. Эти, так называемые правозащитники, присвоили себе право быть совестью человечества и пытаются указывать, как нам жить. А эта сучка, любительница острых ощущений, примчалась сюда, чтобы защищать чеченских бандитов от "произвола российской армии". Она здесь для того, чтобы писать о наших с тобою зверствах и о том, какие чудовища служат в российской армии.
   Лена говорила это с ненавистью и Лариса разделяла её чувства. Она подумала о том, что человеческая подлость не знает границ, но имеет множество нюансов и вариантов. И защита правозащитниками террористов и преступников - одно из её проявлений.
   - Кстати, а где Буланов со своей группой? Почему нас никто не ищет? Не могли же нас бросить? - перебила она Лену, чтобы уйти от этой темы, которая вызывает бешеную, но совершенно бесполезную злость.
   - Не знаю. Здесь в Чечне, логика теряет свой смысл. Помнишь, как в Грозном разгромили управление КГБ? Какого-то майора забили до смерти, а потом демонстрировали труп по телевидению /2/.
   - Как же не помнить? Конечно, помню. Что стоило тогда арестовать всю малочисленная банда Дудаева? И не было бы войны, и не лилась бы потоками кровь. Но в Москве шли свои междусобойчики и не было дела до территорий за Садовым кольцом. Вот тогда-то и поняли дудаевцы, что им всё позволено.
   - Думаю, что поняли ещё при Горбачёве, когда он простил андижанских бандитов. Живьем сожгли безоружных русских солдат /3/, ехавших в городском автобусе! Будто так и надо! Какими высшими морально-политическими соображениями можно объяснить такую снисходительность?
   - Для Горбатого они были простая быдломасса, пушечное мясо. И мы с тобою, Ёлик, тоже для новых князей не более, чем такая же быдломасса. Так что не исключено, что нас бросили на произвол судьбы по каким-то высшим морально-политическим соображениям. Придется выкручиваться самим, как сможем.
   - Ни за что не поверю, что дядя Петя может нас бросить на произвол судьбы!
   - Он-то не бросит, но дядя Петя не самый главный.
   Подозрение в том, что ими могли пожертвовать и бросить на произвол судьбы, отравляло душу. Предательство - это самое страшное для человека, попавшего в беду и надеющегося на помощь. Но нет подлее предательства, основанного на трезвых политических расчетах и оправдываемое моральными соображениями. Политика и мораль - вещи сугубо прикладные и легко приспосабливаются к ежеминутным интересам, поэтому действия политиков непрогнозируемые и непредсказуемые. Это потом уже историки, копаясь в этом дерьме, пытаются найти смысл в их действиях и обосновать принимаесые ими решения какими-то высокими соображениями. И здесь многое зависит от фантазии исследователя.
   Девушки замолчали, чтобы ещё больше не мучить себя подозрениями. Километров через десять вдруг увидели на дороге чудом сохранившуюся стрелку-указатель и неожиданно выяснилось, что они едут по направлению Бамут - Ассиновская.
   - Так мы были в каком-то ауле под Бамутом? - удивлённо воскликнула Лариса.
   - Теперь хоть понятно, почему нас не могут найти, если ищут, - с явным облегчением радостно подхватила Лена.
   Значит, они заблудились после того, как отбились от погони и вполне вероятно, что именно это и является причиной, по которой их до сих пор не нашли. Осознание этого сняло тяжелый груз с души. Ну, конечно же, их ищут! Не могут не искать и обязательно найдут!
   - Безусловно ищут! - с облегчением рассмеялась Лариса. - Просто никто не мог предположить, что мы оказались такими дурами, что рванули на юг в горы. Нам бы добраться до станицы Ассиновской, а от неё до Знаменского километров тридцать, насколько помню карту. И потом до Моздока ещё километров сорок. Надо держать курс на северо-северо-запад в сторону Моздока и двигаться только по проселочным дорогам.
   - Конечно желательно двигаться по проселочным дорогам, ведь чеченцы нас будут искать на автодорогах! Но так мы можем не попасть на блок-посты. Почему нигде не видно наших войск? Хотя бы один блок-пост встретился!
   - Боюсь, что армия победила всех дудаевцев и победно удалилась. Так что чувствую, придется нам самим выкарабкиваться из ситуации. Но, дай Бог, ещё встретим наших!
   - Армия с такими генералами, которые загоняют танки в город без поддержки пехоты, способна победить кого угодно, утопив врагов в крови наших войск /4/, - съязвила Лена. - Возможно войска действительно снова вывели, но все-таки непонятно, почему чеченцы оставили нас в покое? А мы боялись, что они за нами пошлют отряд и прочешут близлежащие аулы! Тогда спастись было бы невозможно - взяли бы в сарае тепленькими. Может в Урус-Мартане до сих пор не знают про уничтоженную погоню под Катыр-Юртом?
   - Похоже эти сволочи решили, что мы двинулись на северо-запад к Моздоку. Тоже, видимо, не догадались, что мы заблудились, как последние дуры.
   - Тогда они могут поджидать где-то нас в засаде. Надо просечь их первыми!
   Между тем, отсутствие погони объяснялось довольно просто. Информация о бое под Катыр-Юртом, в котором была уничтожена высланная за девушками погоня, поступила в штаб "Урус-Мартановского фронта" на следующий день. Стало известно и то, что также сожжена машина, в которой они удирали из Урус-Мартан. В штабе предположили, что диверсантки, работавшие под видом журналисток, могли уйти пешком и направили двенадцать боевиков на трех машинах в Катыр-Юрт. Оперативный отряд должен был проверить ближайшие аулы и разыскать "журналисток". Но отряду не повезло: группа майора Кривомазова, оседлавшая дорогу Ачхой-Мартан - Катыр-Юрт в надежде дождаться девушек, не могла удержаться от искушения и уничтожила из засады боевиков, ехавших в полной уверенности, что федеральных войск в этом районе нет.
   О бое на дороге местные жители сообщили в Главный штаб обороны в Грозном, те информировали Урус-Мартан о судьбе посланного ими отряда и оттуда в этот район срочно направили крупный отряд боевиков, усиленный арабскими наемниками. Отряд взял в кольцо место боестолкновения, но там уже никого не было - группа Кривомазова перешла на дорогу Ачхой-Мартан-Самашки. Не найдя федеральных войск, в штабе решили, что работал спецназ, который встретил и забрал диверсанток. Следовательно, предположили там, теперь они должны быть уже в Моздоке и недоступны для захвата, поэтому срочно предупредили партнёров в Москве о взрывоопасном характере похищенных бумаг.
   А девушки, совершенно не подозревая о том, какие усилия предпринимаются для их перехвата, ехали в это время в направлении станицы Ассиновская, надеясь встретить российский блокпост на перекрестке дорог Ассиновская-Серноводск. Лена сидела за рулем и сосредоточенно следила за дорогой, объезжая многочисленные выбоины. Состояние дороги, а также качество бензина не позволяли развить нормальную скорость, но она старалась держать хотя бы сорок километров в час. Сидевшая рядом с нею Лариса знакомилась с добытыми документами. Очень хотелось кушать - девушки уже давно ничего не ели, но кушать было нечего, а бумаги отвлекали от мыслей о пище.
   Информация в документах из сейфа Фатхи и из папки Черницкого была настолько неожиданна и взрывоопасна, что у Ларисы внезапно возникли опасения: если эта информация станет известна в Москве, то у правительственных чиновников обязательно возникнет желание ликвидировать вместе с этими папками и их с Леной. Документы свидетельствовали о контактах известных либералов с чеченскими, а нелибералов - с арабскими, террористами. Слишком высокие посты занимали эти люди, слишком высоко стояли над законом, чем и были чрезвычайно опасны. Поэтому у Ларисы возникла мысль, что избежать неприятностей можно будет только в случае передачи бумаг в ФСБ через ГРУ и внешнюю разведку, чтобы в курсе дел были все три спецслужбы. Как это сделать, пусть разбирается дядя Петя, а им главное доставить ему бумаги.
   Документы были на арабском, английском и русском языках. Лариса арабским не владела, но список зарубежных неправительственных организаций, перечислявших огромные суммы за террористические операции, направленных на блокировку нефтяной трубы /5/, был на английском языке. Фатхи, занимаясь финансовым мониторингом и разведкой, а также отвечая за финансирование террористической деятельности и распределение средств, поступающих от исламских экстремистских центров, содержал финансовые документы в образцовом порядке и готовил, очевидно, информацию для своих шефов о том, какие транснациональные и российские компании поддерживают партнерские отношения с чеченским режимом.
   - Ёлик, мы кажется с тобою здорово влипли, - сообщила Лариса. - Здесь есть такая информация, за которую нас могут шлёпнуть втихую.
   - А что за информация?
   - Перечисляются банки, через которые проходят транзакции на миллионы долларов, российские компании и должностные лица из ельцинской администрации, сотрудничающие с дудаевцами в теневом бизнесе. А вот интересно: согласно этим бумагам Чечня является главным перевалочным пунктом для контрабанды алмазов и золота, похищенных на наших приисках. И ещё здесь имеется длинный список банков, находящихся под полным контролем чеченских криминальных группировок. И не менее длинный список контролируемых чеченцами московских коммерческих структур. А также материалы по участию в торговле нефтью, газом и лесом. Да, с размахом работают, черти!
   - Так нас наградить надо за такие ценные сведения!
   - Вот и наградят посмертно. Здесь такие фамилии, что сомневаться в последствиях не приходится.
   Лена встревоженно посмотрела на Ларису и тотчас же машина угодила колесом в воронку от фугаса и заскрежетала днищем по грунту дороги.
   - Ёлик, смотри за дорогой, а то придется нам топать пешком.
   - У нас бензина мало, так что всё равно придется топать пешком. Может поедем не в Моздок, а в Ингушетию? Она ведь рядом.
   - В Ингушетию опасно, это почти та же Чечня. На перекрестке Ассиновская-Серноводск обязательно должен быть блокпост. Только бы добраться туда! Хотя, если правда то, что нам рассказывали побывавшие в Чечне офицеры, стоит подумать, имеет ли смыл ехать через блокпост. Документов у нас нет, будут обыскивать, выяснять. На блокпостах не армия, а продажные менты. Это может быть опасным.
   - Документов нет, а автоматы есть. Даже самые доверчивые лохи отнесутся к нам подозрительно. Даже если выбросим автоматы, что мы скажем? Мы офицеры ГРУ и выполняли секретную миссию? Причем бумаги при нас такие, что у проверяющих может появиться соблазн загнать их чеченцам за большие деньги.
   - Да, блокпост опасен. Могут застрелить и никто про нас не узнает. Что же делать?
   Солнце светило девушкам в спину и в ветровые стекла редких встречных машин, поэтому ослепленные водители не могли разглядеть, что за рулем машины сидит блондинка. Но на всякий случай Лариса держала наготове автомат, с тем, чтобы сразу же удовлетворить любопытство излишне глазастого водителя.
   На подъезде к Ассиновской они едва не попали в засаду. На дороге лежала женщина вся в черном и Лена хотела уже затормозить, но Лариса интуитивно почувствовала опасность и оказалась права - в Чечне женщины на дорогах просто так не валяются. Не успела Лена осторожно объехать женщину, как из-за кустов выскочили трое чеченцев с автоматами и открыли по машине огонь.
   - Хорошую машину повредят, черти бородатые! - воскликнула Лена и утопила ногою педаль газа. Машина рванула вперед, а Лариса, быстро открыв окно, для острастки дала из автомата очередь по боевикам, чтобы особенно не горячились, чувствуя себя в безопасности. Одного из них она зацепила и тот рухнул на пыльную дорогу.
   - У нас бензина осталось километров на двадцать в лучшем случае, - озабоченно сообщила Лена.
   Проблема с бензином беспокоила - денег, чтобы покупать его, не было, да и никто не продал бы им, так как внешность их явно не чеченская. Когда борются за независимость и свободу, внешность и национальность играют решающую роль.
   Неизвестно, как бы девушки решали проблему с бензином, но вскоре их обстреляли подростки на мотоциклах. Подростки гоняли по шоссе на четырех мотоциклах и обогнав их, увидели за рулем БМВ блондинку. Они начали преследовать машину, стреляя на ходу из пистолетов. Вскоре к ним присоединилась белая "Волга", за рулем которой находился молодой чеченец, а его приятель, сидевший рядом с ним, высунувшись из окна, строчил по БМВ из автомата.
   - Они могут нам шины пробить, - забеспокоилась Лариса. - Сверни на обочину и прижмись к деревьям, чтобы я могла выскочить.
   Но вдоль дороги тянулась канава и Лена смогла выехать на обочину только через несколько километров. Заднее стекло было пробито пулями, и осколки осыпались на заднее сидение. Одна из пуль, влетев в салон машины, пробила ветровое стекло и по нему пошли трещины.
   Резко свернув на обочину, Лена прижала машину как можно ближе к деревьям, но с тем расчетом, чтобы могла открыться дверь. Лариса буквально выпала из машины, перекатилась за дерево и первой же очередью скосила двух мотоциклистов. Вслед за нею Лена выползла из машины и они начали бить из двух стволов. Двое оставшихся мотоциклистов пытались повернуть обратно, но было уже поздно - пули пресекли их попытки. "Волга" наехала на упавшего мотоциклиста и резко затормозила. Водитель, вероятно, хотел дать задний ход, чтобы выскочить из-под обстрела, но не успел. Автоматная очередь прошила ветровое стекло, и оба чеченца головами клюнули приборную доску.
   Девушки осторожно приближались к "Волге", держа автоматы наготове. Двое в машине не подавали признаков жизни, а на заднем сидении лежала женщина с прострелянным виском. Очевидно, она повернулась назад, когда водитель хотел дать задний ход, и в этот момент её настигла пуля. Пока Лариса рассматривала салон "Волги", Лена открыла багажник. В нём лежали два автомата АК-74, два рожка к ним и несколько пакетов со взрывчаткой.
   - Лёка, у нас есть ещё четыре рожка, так что повоюем! - обрадовано крикнула Лена.
   - А я нашла литровую бутылку пепси-колы и блины с творогом и яйцом!
   Лариса достала из салона сумку с продуктами и перенесла в БМВ. Девушки с жадностью набросились на чеченские блины с начинкой, называемые чепалгаш. Лена вела машину, а Лариса скармливала ей чепалгаш кусочками. Запивать приходилось из горлышка пластиковой бутылки с сильно газированным напитком, которым трудно напиться, из-за того, что он очень сладкий.
   Через несколько километров Лариса, посмотрев в боковое зеркало, увидела, что их догоняет джип.
   - Лен, обрати внимание на джип сзади. У меня такое чувство, что он нас преследует, - сказала она и Лена скосила глаза на боковое зеркало.
   - Не факт, хотя проверить не мешает. Правда, у нас бензина маловато, но личное здоровье дороже.
   - Давай проверим на ловушке, так что при первой же возможности сверни в лес.
   Лена утопила педаль газа и джип тоже прибавил скорость. Через пару километров сразу за поворотом дороги Лена резко свернула в лес и затормозила. Девушки выскочили с автоматами из машины и спрятались за деревьями. Буквально через полминуты появился джип, из которого выскочили трое бородачей в пятнистой форме с автоматами наперевес. Они подбежали к БМВ и здесь их скосили автоматные очереди. Добив их для верности одиночными выстрелами из укрытия, девушки подождали ещё пару минут, но больше никто не появлялся. Темные стекла джипа таили в себе угрозу - там мог находиться ещё кто-то, поэтому Лариса короткими перебежками начала обходить джип сзади, в то время, как Лена, лежа за деревом, контролировала его двери.
   Открыв багажник, Лариса перекатилась к заднему колесу, ожидая автоматную очередь из машины. Но никакой реакции не последовало и она осторожно заглянула в салон - он был пуст.
   - Ёлик, карета подана, - крикнула Лариса и Лена, выйдя из засады, подошла к черному блестящему джипу.
   - Хорошая машина, покататься бы, но опасно, - огорченно сказала она, похлопав по радиатору и Лариса с нею согласилась:
   - Ехать дальше действительно опасно. Мы можем взять провизию, оружие и пойти через лес. Там проще устроить засаду на охотников и есть где спрятаться. Только машину надо основательно взорвать, чтобы не определили, это наша ли нет. Думаю, баба, которая лежала на дороге, описала нашу машину кому следует.
   - Инструкции по работе разведывательно-диверсионных групп надо изучать не на практике, а в учебных классах, - назидательным тоном сказала Лена. - И совершенно правильно нам твердил Буланов: свидетелей нельзя оставлять в живых. Надо было остановиться и ликвидировать и бабу, и тех троих. А теперь из-за своей глупости и неграмотности приходится удирать от погони!
   Девушки затащили один из трупов в БМВ, а два других - в джип. Из БМВ вытащили пакеты со взрывчаткой и Лена села на водительское место в джипе. Отъехав назад, она врезалась в БМВ и затем, заложив взрывпакеты в обе машины, девушки взорвали их. Взрыв разнес машины и они запылали одним большим костром, а девушки, взяв два автомата, провизию и папки с документами, устремились в лес.
  
   Глава 3. Зубков получает задание
  
   Северо-западный циклон достиг московской области и свинцовые тучи низко повисли над городом. Теплые дни московской золотой осени сменила типично осенняя погода - слякоть и моросящий время от времени холодный дождь. От такой погоды у Валентина Петровича Спиридонова, генерального директора ЗАО "Алмарос", разламывалась голова. Её разные части болели по разному, но особенно доставали виски и затылок - в них будто работал отбойный молоток. Таблетки от давления на некоторое время помогали, но потом всё восстанавливалось вновь.
   Массируя затылок, он вспоминал выступление по телевизору известного кардиолога, рекомендовавшего людям, страдающим от повышенного давления, принимать 30 грамм коньяка, смешаннного с сахаром. Кардиолог утверждал, что это снизит давление, только коньяк обязательно должен быть светлым и высшего качества. Тогда в нём, мол, наименьшее количество дубильных веществ, таких как танины и различные кислоты. Валентин Петрович принимал коньяк и без рекомендаций известного кардиолога, причем в точности такой, как надо: дорогой французский, пятизвездночный. И хотя лечение доставляло удовольствие, но гипертония всё равно не проходила. То ли виною было доза, несколько превышающая рекомендованную, то ли французский коньяк делали в Одессе на Малой Арнаутской, но уровень холестерина в крови никак не снижался, а давление скакало, как необъезженный мустанг.
   - Вот и верь после этого врачам, - недовольно пробормотал Валентин Петрович, доставая рюмку и бутылку коньяка.
   Хотелось поехать домой и залечь с интересной книжкой у телевизора с новостями и латиноамериканскими мыльными операми. Хотелось, чтобы никто не лез с делами, но именно дела и не отпускали. Прежде всего надо было встретиться со своим заместителем Бибиковым, отвечающем за логистику. Этой ночью Бибиков вернулся из Екатеринбурга, где выяснял детали истории с Тереховым.
   Направленный в Екатеринбург с заданием забрать из тайника и доставить в Москву 24 необработанных алмаза, Терехов неожиданно был задержан милицией. Последствия этого могли быть катастрофическими, так как его задержание свидетельствовало о том, что в руководстве компании появился крот - ведь про операцию и маршрут Терехова знал лишь ограниченный круг людей, входящих в руководство компании. А кроты - это предвестники посадки и при таких масштабах алмазного бизнеса длительный срок гарантирован даже при карманных судьях и энергичных адвокатах, потому что злобные и завистливые конкуренты не сидят сложа руки и тоже платят судьям.
   - Судейский бизнес с экономической точки зрения может и менее эффективный, но безопасный на сто процентов, - подумал Спиридонов и, понемногу потягивая коньяк, погрузился в размышления над создавшимся положением.
   Бизнес спланирован действительно гениально: вместо официально закупленных крупных партий российских алмазов в оборот запускались камни более низкого качества, нелегально доставленные из Анголы и Мадагаскара. Риск разоблачения был мизерным, так как проверяющие, за скромную мзду, обращали внимание не на качество камней, а на их количество. А купленные крупные российские алмазы вместе с похищенными на якутских приисках передавались представителю Хож-Ахмеда Нухаева /6/ для нелегальной переправки на европейский алмазный рынок в Антверпене.
   Для него, Спиридонова, не было тайной то, что в Антверпене создана отлаженная система превращения сырых алмазов в наличные доллары с целью финансирования поставок оружия для перспективных региональных конфликтов. Банковская система для этих целей ущербна хотя бы тем, что информация о сделках, пусть даже хорошо защищенная, располагается на материальных носителях и это допускает возможность её утечки. В отличии от банковской системы, алмазный рынок позволяет проводить крупные финансовые операции быстро и без всяких документов, что обеспечивает мощный, совершенно невидимый финансовый поток. В отличии от наркотиков, доставка и распостранение которых связана с большими сложностями и рисками, алмаз - это концентрация предельной стоимости в минимально возможном количестве вещества.
   При этом алмазы не имеют запаха, совершенно невидимы в простых бутылках с минеральной водой и не обнаруживаются ни собаками, ни детекторами. Поэтому задержание Терехова совершенно необъяснимо - ведь взять курьера можно только по агентурной наводке. Значит в их фирме появилась крыса? Конечно, курьера могли взять случайно, но это маловероятно.
   Однако, какова бы не была причина задержания, чеченские партнеры потребует объяснений, как только узнают об этом. И учитывая особую значимость для дудаевцев кавказского алмазного трафика, как важного источника финансирования, нетрудно догадаться о последствиях лично для него, Спиридонова.
   Размышления Валентина Петровича прервал звонок секретарши.
   - Валентин Петрович, к вам Бибиков, - сообщила она.
   - Пусть заходит, - сказал Спиридонов, доставая вторую рюмку.
   Головная боль немного прошла, но в затылке ещё чувствовалась тяжесть и Спиридонов, разливая коньяк по рюмкам, подумал, что кардиолог всё же не совсем прав, потому что тридцать грамм лекарства мало и следует добавить ещё, чтобы убрать остаточные явления. А вместо сахара можно использовать шоколад - с ним лекарственный коньяк усваивается гораздо лучше.
   Андрей Борисович Бибиков вошел в кабинет стремительной походкой и неразборчиво буркнув приветствие, достал из портфеля какой-то документ. С мрачным видом положил его на стол и выразительно хлопнул по нему ладонью. Мимоходом взглянув на документ, Валентин Петрович достал из тумбочки плитку шоколада.
   - Давай выпьем за твоё благополучное прибытие. За то, что тебя не арестовали, как беднягу Терехова, - произнес он, протягивая Бибикову рюмку.
   - А за что меня арестовывать? - с мрачным видом пожал плечами Бибиков, принимая рюмку. - Я таскаю не алмазы, а бумаги.
   - И это правильно! За бумаги арестовывать нельзя. У тебя как с давлением? Не мучает?
   - Бог миловал. Ты документ почитай. Интересная информация к размышлению.
   Они выпили и Спиридонов, быстро пробежав документ глазами, озадаченно поднял глаза на Бибикова:
   - Где достал копию телеграммы в екатеринбургское УВД?
   - Купил у ментов. Сейчас ведь всё продается и покупается.
   - Ничего не понимаю! Из глубины сибирских руд некий Савельев, следак тамошней прокуратуры, сообщает, что по агентурным данным какой-то уголовник по кличке Груздь, он же Груздев, находящийся во всеросийском розыске, выдает себя за Терехова Михаила Петровича. Бред какой-то! Миша всегда был Тереховым и никогда не был Груздевым!
   Спиридонов ещё раз перечитал текст телеграммы. Отложив документ, поднял глаза на Бибикова и недоуменно спросил:
   - Слушай, а может этот уголовник Груздев выкрал у Терехова паспорт, переклеел фотографию и выдает себя за него? А кто же тогда сидит в тюряге? Груздев или наш Терехов?
   - К сожалению наш Терехов. И при аресте паспорт был при нём.
   - Тогда вообще ничего не понимаю! Может Терехов что-то разъяснит? Реально достать его из лап ментов?
   - Нет, нереально. Поэтому мне пришлось срочно принять меры, чтобы он не успел заговорить. Стоило это недорого. Так что извини, но я решил, что безопасность фирмы дороже.
   - Всё верно, хотя Мишу жаль. И очень грустно то, что жизнь в нашей стране стоит недорого.
   - Конечно, жаль, но иначе поступить было нельзя - ведь угрожал: если мы его оттуда не вытащим, расскажет ментам всё, что знает. А знал очень много и начни он болтать, мало бы нам не показалось!
   - Что да, то да! Безусловно Мишу жаль, но что тут поделаешь? Профессия у него была такая. А за риск мы ему хорошо платили.
   Спиридонов разлил коньяк по рюмкам и помолчав немного, добавил:
   у, давай не чокаясь выпьем за упокой раба божьего Терехова. Знал он действительно слишком много и это его сгубило.
   Они выпили, закусили шоколадом и Бибиков, взяв документ и задумчиво крутя в руках документ, произнес:
   - Знаешь, Валентин, никак не могу понять этот бред: жена какого-то уголовника Груздева высылает в Екатеринбург на Главпочтамт до востребования деньги Терехову Михаилу Петровичу, полагая, что её муж живет по этим документам. Может на самом деле задержание инициировала ФСБ, а не прокуратура далекого сибирского региона?
   - Знаешь, у меня тоже складывается мнение, что нас считают идиотами, - кивнул головой Спиридонов. - Как это занюханная прокуратура, затерянная где-то в далекой сибирской тайге, могла пронюхать о столь сложной и тщательно продуманной операции?
   - Действительно трудно представить. Но если это и в самом деле ФСБ, то ситуация крайне скверная, - с тревогой сказал Бибиков. - От ментов и прокуратуры откупиться можно, а от волков из ФСБ не удастся. После того, как Горбачев и Ельцин привели гэбню в совершенно разобранное состояние, казалось бы там должны остаться только хромые, слепые и глухие клячи. Так нет же, сволочи, пытаются ещё дергаться!
   - Да уж, руководящие гераклы вычищали чекисткие авгиевы конюшни со всем усердием. Только, как всегда, бестолково. Хотя, конечно, бестолковость - это у них фирменный знак, поэтому и притаились среди кляч невыявленные волки, способные растерзать в момент. И боюсь, что в случае чего даже Соловцев нам не поможет.
   - Но ведь Соловцев в администрации Ельцина занимает немалый пост! Неужели не поможет? Даже несмотря на то, что мы ему ежемесячно выплачиваем полсотни тысяч баксов? Неужели отступит и бросит нас на растерзание гэбистам? Или всё же можно надеяться, что вытащит?
   - Надеяться можно, но скорее всего эта сука бросит нас на растерзание гэбни.
   - А не побоится, что мы заговорим и сдадим его?
   - Не думаю, что побоится. Скорее всего он делится с вышестоящими, а любые разоблачения сейчас модно объявлять провокациями политических противников. Вот и наши свидетельства объявят попыткой бросить тень на ельцинскую администрацию. Но до того, как гэбисты примут нас, наши чеченские партнеры станут рубить концы, как только узнают, что курьер арестован. А рубить концы, сам понимаешь, начнут с того, что отружут нам с тобою бошки.
   - Что же нам теперь делать?
   - Думать и срочно искать крысу, пока не поздно. Ликвидируем крысу и не станет свидетеля. Одного свидетеля ты уже убрал и теперь осталось срочно найти источник. Надо перекрыть кран, из которого течет.
   - А если это всё же случайность? Допустим у этого Груздева есть липовая ксива на фамилию Терехов. Впрочем, странно, что совпадают не только фамилия, но и имя, и отчество. Пожалуй слишком много совпадений.
   - Действительно странно. У нас тоже есть, например, два Зубкова и оба Владимира. Но чтобы совпали фамилия, имя и отчество - это уже слишком. Надо срочно выяснить, кто такая Груздева и существует ли она вообще.
   - То есть хочешь сказать, что это может оказаться фуфлятиной? Считаешь, что Груздеву выдумали в целях конспирации, а в действительности сдал кто-то из наших?
   - Именно так. Посуди сам: если бы прямо сообщили про алмазы, то стало бы ясно, что среди нас крыса. А так ищут, дескать, какого-то Груздева, а находят, мол совершенно случайно, алмазы. Чтобы в это поверить, надо быть идиотом! У гэбистов вообще мозгов не осталось, если пытаются развести нас такими детскими придумками!
   - Да, уж как-то слишком по-идиотски.
   - Хотя следует признать, что хоть и по-идиотски, но результативно. Попробуй теперь вычислить крысу! Я больше, чем уверен, никакой Груздевой не существует, а информацию о задании Терехова слил кто-то из нашего окружения. Только как искать крысу? - озабоченно произнес Спиридонов и снова наполнил рюмки коньяком.
   Они выпили и закусили шоколадом. В кабинете установилось молчание. Спиридонов и Бибиков напряженно обдумывали, что можно предпринять в сложившейся ситуации.
   - Проверить существует ли Груздева можно поручить Шахнину - он ведь там живет, - прервал молчание Бибиков. - Между прочим, хочу тебе напомнить, что Смолин тоже каким-то образом пронюхал о наших операциях с левыми алмазами. Жаль, мы так и не смогли тогда выяснить, где протекло. А не мог ли Смолин передать свой источник информации Груздевой до того, как его ликвидировал Грачев? Если она, конечно, реальная личность.
   - Очень может быть! Если Груздева реальная личность, то эту личность надо выпотрошить и узнать, что ей известно. Кстати, а где Грачев? Он может пригодиться, когда мы найдем крысу.
   - Исчез Грачев, его нигде не могут найти.
   - Даже Зубков второй не знает? Ведь Грачев, кажется, его приятель?
   - Зубков, Грачев и Шахнин вместе заканчивали военное училище. Кстати, Зубков написал заявление на увольнение? Ты в курсе?
   - Нет, не в курсе. Это почему-то прошло мимо меня. А почему увольняется? Может он и есть крыса? - тревожно посмотрел Спиридонов на Бибикова. - Мог же Зубков каким-то образом пронюхать о задании Терехова и продать информацию нашим конкурентам? Тогда понятно, почему он увольняется
   - Маловероятно! О Терехове он мог узнать только от своего шефа. А Зубков, тот который шеф службы безопасности, вряд ли станет трепаться о тайных операциях.
   - Почему же тогда увольняется?
   - Утверждает, что ему звонил Грачев и сообщил, что за работу недополучил десять тысяч баксов. Договаривались на двадцать, а заплатили десять. Да ещё, мол, хотели его убить - послали за ним чистильщика. За это он намерен взыскать с нас долг десять тысяч и штраф в размере двадцати тысяч.
   - Постой, это говорит Зубков второй. А где сам Грачев?.
   - Если верить Зубкову номер два, Грачев жив. Но первый Зубков это не подтверждает. Говорит, что поиски Грачева ничего не дали, значит его, мол, нет.
   - Или хорошо спрятался. Давай, Андрей, внесем ясность. За устранение Смолина Грачев запросил двадцать тысяч и мы их выделили. Чистильщика за ним не посылали. В чем проблема? Какие претензии? Если у него есть к нам претензии, пусть явится сюда и предъявит их лично, а не через своего приятеля
   - Проблема в том, что ему заплатили аванс десять тысяч, а остальные должны были выплатить после работы. Но этот придурок, Зубков первый, послал за Грачевым чистильщика, чтобы отрубить концы.
   - И что чистильщик?
   - Чистильщик исчез и Грачев тоже.
   - Так может они друг друга того?
   - Если Зубков второй не врет, то Грачев с ним недавно встречался и угрожал, что займется нами, если ему не будет выплачено тридцать тысяч.
   - А ты уверен, что Зубков не блефует?
   - Не уверен. Но не хотелось бы проверять, потому что человек, заваливший Смолина, очень опасен. И наш чистильщик исчез, а ведь был опытным специалистом.
   - Зачем только этот дурень послал за Грачевым чистильщика! А если Грачев действительно жив?
   - Если он действительно жив, то место начальника службы безопасности скоро у нас станет вакантным. Так что давай заранее сбрасываться на похоронные венки для Зубкова первого.
   - Думаешь Грачев ограничится только этим дурнем? А если он потом займется нами? Или нашими семьями? Хорошенькие у нас перспективы!
   - Знаешь, Валентин, дураки в нашем бизнесе слишком дорого обходятся. Предлагаю выдать молодому Зубкову тридцать тысяч для Грачева и извиниться за нашего чудика. Пусть сообщит своему приятелю Грачеву, что мы тут не причем. И что начальник службы безопасности лично ответит за свою самодеятельность. Но только в служебном порядке. Нам лишние проблемы не нужны!
   - А если Зубков второй всё же блефует?
   - Если мы уладим этот инцидент, то Грачеву не будет нужды прятаться. А если и тогда он не покажет своё личико, возьмемся за второго Зубкова.
   - Да, пожалуй ты прав, - подумав, согласился Спиридонов, массируя свой затылок. - Если не можем найти Грачева, то имеет смысл от него откупиться. От такого врага никакая охрана не спасет. Впрочем, ведь второй Зубков должен как-то передать деньги Грачеву? А если за ним проследить? Это может привести нас к Грачеву.
   - Не думаю. Он может положить деньги Грачеву на счет. Да и не стоит рисковать из-за тридцати тысяч. А компенсирует нам эти тридцать тысяч пусть шеф нашей службы безопасности, коль допустил такой косяк.
   - Да, что-то Зубков первый слишком туповат и медлителен, а наши операции приобретают нынче такой размах, что на этой должности нужен динамичный и ловкий человек. Так что с ним пора расстаться.
   - Так может первого Зубкова заменим вторым Зубковым?
   - А что с первым будем делать? Отпускать его нельзя - может сдать.
   - Безусловно. В этом даже не приходиться сомневаться. Кстати, я летел из Екатеринбурга и всё время размышлял над тем, кто может быть крысой. Не знаю, где и как протекло, но о задании Терехову знали только четыре человека: я, ты, первый Зубков и сам Терехов.
   - Секретарша могла что-то подслушать. Или жучки где-то.
   - На предмет жучков твой кабинет проверяли дней десять назад. А секретаршу примем, как запасной вариант. Пока давай поговорим о нас четверых. Ни тебе, ни мне информировать ментов о наших схемах бессмысленно. Легче сразу повеситься. Остается первый Зубков и Терехов. Первый Зубков бывший чекист, и, как ты помнишь, работал в Пятом Главном Управлении КГБ. Боролся с антисоветчиной, прессовал интеллигентов и евреев. Так что никаких сомнений насчет его совести нет - вполне может перекинуться к нашим конкурентам или капнуть напрямую в органы.
   - Напрямую капать в органы ему смысла нет - органы нищие, они не платят. А вот наши конкуренты могут ему много отстегнуть. А потом полученную от него информацию слить ментам. Между прочим, наш друг Смолин тоже работал по линии Пятого Управления. Кстати, могли ли они знать друг друга? Не отсюда ли у Смолина информация?
   - Зубков работал в центральном аппарате КГБ, а Смолин в провинции. Мы же тогда выясняли эту тему.
   - Выясняли, но так и не выяснили. Всё равно я считаю, что у них могли быть контакты. Всякие совещания, курсы повышения квалификации, семинары, наконец!
   - Семинары на тему как лучше прессовать интеллектуалов? - криво усмехнулся Бибиков. - У меня возникла ещё одна версия: Терехов мог случайно проболтаться молодой жене о цели своей командировки. А та могла кому-то сообщить. Допустим она задумала избавиться от мужа, чтобы самой стать единоличной владелицей его имущества. А имущества большое: дом в близком Подмосковье, дача, две квартиры, мерседес и БМВ, неплохой особняк в Испании, счет в австрийском банке. Это только то, о чем нам известно.
   - И к тому же у неё может быть шустрый молодой любовник, с который она поделилась информацией, - подхватил версию Спиридонов. - Вот как опасно жениться на девке, которая моложе тебя лет на двадцать! Тем более, что бабенка она бойкая, приехала в Москву покорять столицу и прорываться в люди. А в Москве без блядства в люди не прорвёшься.
   - Но если действительно так обстоят дела, то эта бабенка опасна - может стать свидетелем обвинения. Может её на всякий случай... - сказал Бибиков и сделал характерный жест рукой.
   - С мочиловкой спешить не стоит. Сейчас главное разобраться с каналом поступления информации. Это позволит нам выявить крысу. Причем зацепка есть - это Груздева. Пошлём к Шахнину его приятеля Зубкова и пусть они вдвоем разберутся с этим делом. Если Груздева вообще существует...
   - Но следак Савельев уж точно существует, так что пусть и его прижмут, если потребуется.
   - А как быть с увольнением этого Зубкова?
   - Если предложить ему должность шефа службы безопасности, то резона увольняться у него не будет. Но это, конечно, после выполнения задания, если проявит свои оперативные способности. Пусть прямо завтра с утра и летит к Шахнину. А сегодня выплатим ему тридцать тысяч для Грачева.
   - Хорошо, возьмёшь в бухгалтерии тридцать тысяч для Грачева, - немного подумав, согласился Спиридонов. - Сейчас позвоню главбуху.
   После ухода Бибикова, он отдал распоряжение главному бухгалтеру и некоторое время сидел в глубокой задумчивости, потягивая потихоньку коньяк и размышляя над создавшимся положением. И чем дольше он размышлял, тем больше приходил к выводу, что кроме начальника службы безопасности никто не знал деталей маршрута Терехова, поэтому решил поставить задачу второму Зубкову лично, в тайне от его шефа.
  
   Этим утром Зубков поехал на работу на машине, чтобы забрать свои вещи, так как оставалась уже всего одна неделя до окончания срока отработки, после чего он будет свободен, как птица. Садясь в Москве в машину, надо понимать, что пробки уже ждут тебя, поэтому он выехал на два часа раньше, чтобы и в пробке постоять, и на работу успеть во время. Но его хитрость не удалась - кто-то из больших людей куда-то ехал и милиция перекрыла движение на Ленинском проспекте, спровоцировав этим огромную пробку в утренний час пик.
   В советское время слуги народа ездили в "Чайках" в сопровождении милицейского конвоя, но после демократической революции "Чайки" заменили бронированными мерседесами, а слуги народа стали называться столпами демократии. Всё остальное осталось прежним, за исключением, пожалуй, того, что в салонах персональных мерседесов зачастую перевозили членов семей и любовниц указанных столпов
   Пробка, в которую попал Зубков, несмотря на ранний выезд, привела его в ярость от осознания своего бессилия. Его внимание привлек пассажир стоящего слева от него такси, который опустил стекло и что-то говорил ему. Зубков опустил свое стекло.
   - Везут, суки, какую-то вошь к блядям, а я в аэропорт опаздываю! - пожаловался пассажир в бешенстве.
   - Не обязательно. Может быть как раз наоборот, блядей везут к воши, - спокойно заметил Зубков.
   Ему не надо было спешить в аэропорт, он опаздывал не на самолет, а лишь на работу и от осознания этого он ощутил спокойствие на фоне психующего пассажира такси, который в это время грязно материл чеченских боевиков..
   - Захватывают и взрывают простых непричастных людей, вместо того, чтобы хотя бы раз стрельнуть из гранатомета по какому-нибудь мерседесу с мигалкой. И журналистам будет о чем писать, и комментаторам будет что комментировать, и люди не будут застревать в искусственно созданных пробках, потому что собственная задница этим сукам дороже форса, - говорил пассажир и Зубков вдруг вспомнил, как прошлогодним летом пронырливые журналисты выяснили, что некоторые из столпов демократии в персональных мерседесах возят валютных проституток.
   Видимо после качественного секса с профессионалкой возникает потребность поговорить с нею о государственных проблемах. И понять столпов можно: их жены и любовницы, как правило, глупы и слабообразованы, а валютная проститутка потому и работает за валюту, что в постели может поддержать светскую беседу на любую тему.
   Из-за результатов журналисткого расследования о связях столпов с валютными проститутками ожидался громкий скандал, но главные редакторы СМИ вовремя вспомнили, что в условиях отсутствия официальной цензуры должна существовать самоцензура. Разумеется только для тех, кто хочет не только работать, но и кушать, Из-за этого многие из редакторов оказались перед гамлетовским вопросом: печатать или не печатать? С одной стороны нужны тиражи, но с другой стороны хочется сытой и спокойной жизни. Проблему снял теракт, случившийся в Ставропольском крае /7/ и всем стало не до тайной жизни и нравов демократической элиты государства.
   - Понимаю ваше желание, но эти мерседесы бронированные, - философски произнес Зубков в ответ на злобную тираду пассажира.
   - Эту проблему легко снимает гранатомет "Вампир". Иключительно хорошее средство! Гарантированно войдет в любой бронированный мерседес, как иголка в масло.
   - Думаете не пожалеют истратить боезаряд?
   - Уверен в боезарядах у них недостатка нет. Прапорщики с воинских складов с энтузиазмом восприняли девиз: "Обогащайтесь!". Гайдары, гайдаренки и гайдарята разворовывают промышленность, а прапорам остаются только воинские склады.
   Зубков откинулся на сидение и с сочувствием слушал рассказ мужика о том, что у него в Симферополе лежит в больнице мать и срочно нужны лекарства, которых там нет. Он с трудом розыскал в Москве через нужных людей за большие деньги требуемые лекарства и купил билет на самолет, чтобы срочно отвезти их матери. Если мать не успеет получить лекарства, врачи не гарантируют, что она выживет. И эта пробка может стоить матери жизни
   Слушая взволнованную речь пассажира такси, Зубков пытался вспомнить автора изречения: "Революцию подготавливают гении, осуществляют фанатики, а плодами ее пользуются проходимцы". Но память тормозила и всё время услужливо подсказывала фамилии филисофов, которые не могли сказать ничего подобного. И только когда стоявшие впереди машины потихоньку тронулись, Зубков, включив зажигание, неожиданно вспомнил автора изречения - Отто фон Шенхаузен Бисмарк. Пожелав мужику из такси удачи, Зубков тронул машину с места и подумал, что Бисмарк был не совсем прав: гении подготавливают научные и технологические революции, а социальные революции готовят болтуны, трепачи и словоблуды из числа тех, кого Ленин называл говном нации.
   Во времена горбачевской перестройки он тоже, как и все вокруг, повелся на лукавые речи всякого рода популистов, разводивших народ газетными статьями и телевыступлениями. Словесных наперсточников сменили практичные ельцинята и гайдарята, если пользоваться сленгом мужика из такси. Они быстро распилили страну, прикарманили промышленность и теперь бывшая комсомольская шпана, промышлявшая раньше фарцовкой, а также бывшие вокзальные наперсточники и рыночные кидалы оказались элитой общества. А он, кадровый офицер, мечтавший посвятить жизнь родине, оказался на обочине жизни, вынужденный исполнять рапоряжения людей, которых глубоко презирает. Злость нарастала в нём снежным комом и он тихо матерился сквозь стиснутые зубы.
  
   На работу Зубков опоздал на один час сорок пять минут и начальника службы безопасности компании, встретивший его в вестибюле, с гаденькой ухмылкой сообщил, что это опоздание и будет законным основанием для его немедленного увольнения по статье. Однако взглянув на злое перекосившееся лицо подчиненного, понял, что перегибать палку не стоит.
   - Ладно, я пошутил, - миролюбиво произнес начальник-однофамилец, с притворным дружелюбием похлопов Зубкова по плечу. - Пойдем ко мне в кабинет, обсудим кое-что.
   Но до кабинета они не добрались - на полпути их перехватила секретарь генерального директора.
   - Вас хочет срочно видеть Валентин Петрович, - строго сообщила она Зубкову и тот, даже не взглянув на озадаченное лицо своего начальника, угрюмо пошел за секретаршей.
  
   Спиридонов молча указал Зубкову на стул. Внимательно посмотрев на него, произнес:
   - Рассказывай...
   - Про погоду? - с тем же хмурым выражением лица спросил Зубков.
   - А разве кроме погоды нам и поговорить не о чем?
   - Можно ещё и о женщинах.
   - Тема, конечно, интересная, но хотелось бы о насущном. Только что узнал, что ты увольняешься. Я, как ты знаешь, только вернулся из отпуска и был не в курсе. Не устраивает зарплата или какие-то другие причины?
   - Зарплата устраивает, но есть кое что важнее зарплаты.
   - Я слышал, что с твоим приятелем Грачевым наш начальник службы безопасности поступил не очень честно. Так ты из-за этого?
   - Формулировка "не очень честно" к данному случаю не подходит. Тому, что произошло лучше отвечает определение "подло". Надеюсь вы понимаете, что те, кто пренебрегает принятыми среди людей нормами ведения дел, не может рассчитывать на то, что в отношении их эти нормы будут сохранены.
   Услышав завуалированную угрозу, Спиридонов почувствовал легкую дрожь в руках и, чтобы скрыть своё волнение, открыл ящик стола и сделал вид, что ищет там какую-то бумагу. Когда имеешь дело с такими головорезами, как этот Зубков и его приятель, к столь прозрачному намеку стоит отнестись очень серьезно. Они не те ребята, которые бросаются пустыми угрозами.
   - Насчет подлости я с тобою согласен. Решение принимал твой однофамильц самостоятельно, а я в то время был в отпуске, - сказал Спиридонов, справившись, наконец, с волнением. - Не знаю, зачем ему это надо было, но тем самым он подставил фирму, нанес ей серьезный ущерб...
   - Нанес ущерб и подставил - это не более, чем слова. Ничего не стоящие слова, произнесенные после того, как не удался план ликвидации Грачева, - бесцеремонно прервал Зубков Спиридонова.
   - Кроме слов, я дал распоряжение выдать тебе тридцать тысяч для Грачева. Ведь он, как мне сказали, требует именно столько?
   - Боюсь не смогу передать эти деньги ему лично. Не знаю где он и откуда мне звонит. Так что могу лишь положить ему на счет. Я вас немного разочаровал? - усмехнулся Зубков.
   - Нет, это вполне разумно. Но мы и не думаем за ним охотиться. Тем более, что мы нуждаемся в тебе и я думаю, что ты мог бы возглавить нашу службу безопасности.
- Думаете скоро Грачев сделает это место вакантным?
   - У нас серьезная проблема - на фирме завелась крыса. Сам понимаешь, чем это грозит!
   - Не совсем. Я не крысолов и выявлять их не умею. Не знаю, чем могу быть полезным. Да и планы у меня другие: собираюсь через неделю на море с любимой девушкой.
   - Хорошие планы. А за эту неделю ты мог бы слетать к Шахнину и выяснить с ним у одной дамы, кто из сотрудников нашей фирмы делится с нею информацией.
   Зубков колебался с ответом и Спиридонов, увидев это, добавил:
   - Вы с Шахниным получите по пятнадцать тысяч зеленью. Дело очень срочное и важное, поэтому скупиться не буду. Потом можешь идти в отпуск и ехать с девушкой куда хочешь. А когда вернешься, примешь дела у своего однофамильца. Сам понимаешь, дурачки полезны только в правительстве, а в бизнесе они опасны.
   Зубков задумался. Подвоха, вроде бы, от этих шустриков-мямликов сейчас не должно, потому что история с Мишкой Грачевым для них серьезный урок. К тому же он здесь рядом и в любой момент может быстро наставить их на путь истины. А пятнадцать тысяч на улице не валяются.
   - Так как, согласен? - спросил Спиридонов, видя колебания Зубкова.
   Тот кивнул и Спиридонов, протянув ему вырванный из блокнота листик, сказал:
   - Здесь данные этой дамы. О нашем разговоре никому не сообщай. Тем более своему шефу. Инструкции вы с Шахниным будете получать по телефону, так как нам самим пока ещё не всё ясно, но за это время постараемся получить более подробную информацию. А сейчас давай подробно разберем, что нам известно и наметим план расследования.
  
   Составление и обсуждение плана расследования заняло часа полтора, после чего Зубков ушел с работы и поехал к Круглову, сообщить о своей срочной командировке в Сибирь на неделю.
   - Какая нахрен командировка! - возмутился Круглов. - Забыл, что нам лететь в Египет? Думаешь пирамиды будут ждать, пока ты будешь чухаться? У нас билеты на руках! Мишка уже чемоданы упоковал, а ты в командировку прешься.
   - Ну, всё равно же мне ещё неделю отрабатывать. Некуда было деться, - отбивался Зубков.
   Ему не хотелось признаваться насчет пятнадцати тысяч долларов, обещанных ему за командировку. А в то, что его попытаются кинуть, как Грачева, ему не верилось - у начальников и так очко заиграло, когда он передал Мишкин ультиматум, так что им сейчас не до зловещих планов в отношении него.
  
  
   Глава 4. Встреча старых друзей
  
   Александр Шахнин ехал на новенькой БМВ в аэропорт встречать Володю Зубкова, своего старого приятеля, прилетающего из Москвы по какому-то срочному делу. С ним он когда-то оканчивал высшее военное командное училище внутренних войск МВД СССР и был глубоко признателен своему другу, за то, что тот буквально вернул его к жизни, вытащив из небытия.
   Бывший офицер внутренних войск, капитан в отставке, Шахнин, как было написано в справке военкамата, "с 27 апреля 1991 года по 19 мая 1993 года привлекался для выполнения задач по защите конституционных прав граждан в условиях чрезвычайного положения". Иначе говоря, прошёл несколько горячих точек, был ранен, контужен, два месяца провалялся в госпитале, вернулся в часть и спустя полгода был демобилизован. Уехал в свой родной город, где его ждали жена и двое детей, и там вскоре узнал, что болен сифилисом.
   Реакция жены была вполне предсказуема и он, после лечения в кожно-венерическом диспансере, снял маленькую комнатушку в семейном общежитии и начал размышлять, что делать дальше. Приличной работы не было, денег на жизнь не хватало, а жить на что-то надо было. Делать ничего не умел и на первое время нашел временную работу - уборщиком на железнодорожном вокзале. В тот памятный день он опорожнял мусорные корзины в зале ожидания, как вдруг его кто-то окликнул:
   - Саня, это ты?
   Подняв глаза, Шахнин с трудом узнал в прилично одетом мужчине с аккуратно подстриженными усиками Володю Зубкова. После окончания училища их пути разошлись - москвичи всегда имеют возможность хорошо устроиться, в отличие от их провинциальных коллег, не обладающих необходимыми связями. А сейчас, когда все деньги страны крутятся в двух городах: Москве и Питере, вообще у них с работой нет проблем. Поэтому Шахнин не очень удивился, увидев лощенного господина, известного ему когда-то в училище под кличкой Вован Московский. И стало очень стыдно за свой вид, за свою спецовку уборщика и рабочий фартук. Между тем, Зубков, ни минуты не колеблясь, заключил старого приятеля в объятья и потащил в ресторан для VIP-гостей. Охранник на дверях ресторана удивлённо посмотрел на наряд Шахнина и хотел что-то сказать, но Зубков, по-хозяйски всунул ему в верхний карман пиджака десятидолларовую бумажку и сказал:
   - Мой приятель большой шутник и оригинал. Видишь, пытается изображать из себя народ.
   Они сидели за столом, уставленным закусками, о существовании которых Шахнин уже успел подзабыть и Зубков начал его убеждать заняться серьёзным делом.
   - Сань, брось заниматься этой хернёй, - говорил ему Зубков, когда они уже прилично выпили и Шахнин почувствовал, как приятное тепло разливается по телу и возвращается уверенность в себе.
   - Неужели кроме тебя некому заниматься уборкой вокзала? Хочешь иметь много баксов и прилично жить?
   Зубков, разливая в рюмки настоящий французский коньяк, подмигнул ему:
   - Могу тебя устроить. И работа не пыльная, только немного опасная. Но, как говорится, кто не рискует, тот не пьёт шампанского.
   Работа, которую предлагал Зубков, заключалась в перевозке необработанных алмазов, которые нужно было извлекать из тайников в одном городе, перевозить в другой и оставлять в условленном месте. Суммы, которые обещали платить за эту работу, казались ему астрономическими и он согласился без колебания. С этого дня его жизнь резко изменилась и даже стала интересной.
   О своих маршрутах он узнавал из телефонных звонков, при этом города постоянно менялись. Как он понял, доставку осуществляли разные люди, передавая партию алмазов друг другу, как эстафету. При этом они передавали не из рук в руки, а через тайники. И каждому последующему курьеру сообщали о месте нахождения тайника лишь после того, как там уже находилась партия алмазов.
   Курьер, доставивший её, обязан был в тот же день покинуть город. Шахнин подозревал, что курьеры находятся под наблюдением специальных агентов, чтобы исключить их связь друг с другом и удивлялся продуманности в организации доставки. Понимал, что имеет дело с очень профессиональными людьми. Возможно, организацией занимались бывшие сотрудники КГБ, привлекавшиеся в свое время к перевозке денег для зарубежных компартий и "друзей Советского Союза". Мало кто верил в коммунизм бесплатно, да и дружить с Советским Союзом соглашались только за большие деньги. И вот теперь пригодилось умение, приобретенное в процессе "дружбы народов"!
   Первый его маршрут был из Казани в Москву и, получив деньги за выполненное задание, он поехал на Курский вокзал и взял билет в Крым, намереваясь провести там десять дней, в течение которых мог быть свободным до следующей командировки.
   Шахнин потом часто вспоминал тот первый свой "отпуск" и курьёз, который с ним произошёл. До Симферополя в кассе были билеты только в мягкий вагон и, войдя в пустое купе, он с наслаждением опустился на диван. Впереди было Чёрное море, женщины, рестораны, одним словом шикарная жизнь, которую может себе позволить человек с деньгами. Внезапно дверь купе открылась, и на пороге появился молодой человек лет до тридцати, который очень громко вопросительно прокричал:
   - Вы один в купе?
   Шахнин поморщился, так как громкий голос в тесном купе неприятно давил на перепонки, но, тем не менее, вежливо ответил:
   - Пока один. Заходите, и нас будет двое.
   Но молодой человек не зашёл, а, стоя на пороге, начал что-то громко кричать, причем Шахнин различал только отдельные слова: московская прописка, студент, МВД, военнослужащий, сто долларов. Как это всё увязывалось, он не понимал и, поморщившись, попросил:
   - Пожалуйста, потише. Скажите разборчиво, что вы хотите.
   Молодой человек посмотрел на него удивлённо:
   - Вы что, не поняли, что я вам говорю?
   - Не понял. А что вы говорите?
   - С вами говорит ... курского вокзала, - опять закричал молодой человек и Шахнин не смог разобрать какое-то слово. - Если вы не имеете московскую прописку, и вы не студент, не сотрудник МВД и не военнослужащий, вы обязаны заплатить сто долларов.
   Шахнин слышал, что московские власти хотят ввести или даже уже ввели регистрацию всех прибывших в Москву. Но он в Москве проездом и приехал только сегодня утром, о чём свидетельствует билет Казань-Москва, который он предусмотрительно сохранил.
   - Ничего платить не буду, - категорично заявил Шахнин. - Вызывайте милицию, будем разбираться.
   У молодого человека слегка отвисла челюсть, как будто Шахнин сказал невероятную глупость, и он растеряно произнёс:
   - Вы что, не поняли кто с вами говорит?
   - А кто со мною говорит? Вы же не представляетесь, как положено, не показываете удостоверение, а что-то кричите неразборчивое.
   В коридоре слева от молодого человека, по-видимому, кто-то стоял, потому что он растеряно посмотрел туда. Затем снова повернувшись и шумно вздохнув, прокричал:
   - С вами говорит рэкет курского вокзала! Если вы не имеете московскую прописку, и вы не студент, не сотрудник МВД и не военнослужащий, вы обязаны заплатить сто долларов.
   Только сейчас Шахнин явственно услышал слово "рэкет" и изумился тому, как нагло действуют московские рэкетиры.
   - А если вы отказываетесь платить, то ночью вам по голове так настучат, что мало не покажется!
   В коридоре кто-то подошёл к их купе, и голос пожилого мужчины сказал кому-то:
   - Вот моё купе.
   - Не будем им мешать. Пусть разберутся между собой.
   Шахнин вышел в коридор. Кроме рэкетира и его приятеля, около купе стояли двое пожилых мужчины.
   - Заходите, - пригласи их Шахнин. - Мы уже всё выяснили.
   - Нет, мы подождём, - сказал один из мужчин. - Мы не хотим вмешиваться в ваши дела.
   - У меня с ними никаких дел нет, - ответил Шахнин и, повернувшись, обнаружил, что оба рэкетира куда-то исчезли. - Заходите, располагайтесь.
   Мужчины зашли и, поставив небольшой чемодан под нижнюю полку и сев напротив Шахнина, настороженно смотрели на него.
   - Я, вообще-то, провожающий, - сказал один из них. - Едет мой приятель, а я остаюсь в Москве. Но ваши разборки нам не нужны, поэтому прошу моего приятеля не трогать.
   - Да какие разборки? - возмутился Шахнин. - Я же вам объясняю, что этих бандитов не знаю. Они требовали с меня 100 долларов. Надо милицию вызвать, пусть разберется с ними.
   - Я сам работник милиции, - показал своё удостоверение провожающий. - И давай договоримся: вы не трогаете моего приятеля, а я по линии передам в Белгороде, чтобы там проследили.
   - Сколько можно говорить, что я не имею никакого к ним отношения, - начал уже раздражаться Шахнин.
   Провожающий вынул наполовину полную бутылку коньяка.
   - Ладно, давайте выпьем на посошок и я пойду. Скоро уже поезд тронется, - примирительно сказал он и разлил коньяк по стаканам, стоящим на столике.
  
   Рэкетиров Шахнин увидел случайно, когда после Тулы начал готовиться ко сну и пошёл в туалет умываться. Они направлялись в тамбур, очевидно, покурить и он устремился за ними. Стоя в тамбуре, один из них закуривал у другого, когда, резко распахнув дверь, появился Шахнин и, молча, с оттяжкой, врезал кулаком по почке прикуривавшего рэкетира. Тот поперхнулся дымом и согнулся - Шахнин умел бить. Второй, испуганно глядя на Шахнина, выронил от неожиданности сигарету и в этот момент прямой удар кулака в лицо отбросил его к стенке, о которую тот глухо стукнулся затылком.
   - Так что, сейчас вам заплатить сто баксов или можно потом? - с издевкой спросил Шахнин. - А может дешевле просто выбросить вас из поезда, господа?
   Как выяснилось, молодые люди в этом же вагоне ехали в Запорожье и попутно хотели немного заработать, приняв Шахнина за богатенького лоха. Он не стал сводить с ними счёты, не желая портить себе настроение и зашёл в туалет, который только что освободился.
   В Белгороде в вагон зашли двое пограничников и долго вертели его документы. Шахнин глазами показал им на коридор и они втроем вышли.
   - Насколько я понимаю, вам звонили из Москвы? - тихо спросил он у пограничников.
   - А что такое?
   - Произошла путаница. Просили проверить моего соседа. Мутный он какой-то. Чего-то он боится, а чего, непонятно. Вам это не бросилось в глаза?
   Пограничники задумались и один из них пошел за таможенниками. У соседа Шахнина в подкладке надетого на нём спортивного костюма обнаружилось двадцать пять тысяч долларов.
   - Большое спасибо за бдительность! - с чувством пожав Шахнину руку, сказал один из пограничников, когда таможенники забрали соседа с собою. - Разворовывают страну, сволочи!
   - Уверен, вы не позволите им это сделать! - внушительно произнес Шахнин, понимая, что эти доллары исчезнут в карманах таможенников и пограничников.
  
   Десятидневного отпуска, как он планировал, не получилось. Он должен был постоянно сообщать, где находится и через шесть дней его отозвали: на следующий день ему надо было вылететь из Симферополя в Новосибирск за очередной партией алмазов.
   Зачем в этот раз прилетел его друг, Шахнин не знал, но встретил его с распростертыми объятиями. Между тем, Зубков выглядел чем-то очень озабоченным и молчал всю дорогу, пока Шахнин вёз его к себе на новую квартиру, которую снял в хорошем районе города. В квартире он успел уже сделать дорогой евроремонт, обставил её итальянской мебелью и ожидал от Зубкова похвал в свой адрес, но тот был хмур и не разговорчив.
   - Ты последний раз доставлял товар в Екатеринбург? - спросил Зубков, когда они выпили по рюмке за приезд гостя. - Через день после твоего отъезда в город приехал курьер, который забрал товар и должен был на следующий день выезжать в Москву. Но его арестовали.
   Шахнин тревожно посмотрел на него.
   - Но я не видел курьера и не знаю, кто должен был забрать товар.
   - Ты мог указать органам место, куда положил товар.
   - Так что, считают, что я сдал курьера и фирму? - упавшим голосом спросил Шахнин.
Он отчётливо представлял себе, что может за этим последовать, так как его предупреждали, что за провал он отвечает собственной головой. Но Зубков его успокоил.
   - Тебя никто не обвиняет. Сейчас уже не обвиняет. А вначале было подозрение, что ты навёл органы. Однако выяснилась странная вещь: наводка поступила отсюда, из прокуратуры вашего города. На имя курьера на центральный телеграф поступили деньги до востребования от жены одного здешнего уголовника, который исчез. Вроде бы тот позвонил жене и потребовал, чтобы она выслала деньги для приобретения новых документов на имя нашего курьера. Каким образом этот Терехов причастен к изготовлению фальшивых документов неясно, но именно на этом он и погорел.
   - Терехов это кто? Курьер?
   - Да. Нам с тобою поручено разобраться в этом деле и выяснить, с кем ещё в этом городе Терехов имел дело и кто может что-то знать об основной его деятельности. Имеется подозрение, что Терехов занимался ещё и снабжением уголовников липовыми документами. Денег ему было мало, козёл вонючий!
   Зубков заскрежетал зубами.
   - Короче, доставка товара сейчас заморожена до выяснения обстоятельств дела. Кстати, этот Терехов передал на волю записку, что если его не вытащат из Матросской Тишины, он сдаст фирму.
   - Ни фига себе! - присвистнул Шахнин. - Ультиматум поставил?
   - Не волнуйся, его уже вынули оттуда и отвезли на кладбище. Повесился, бедолага, в камере. Как говорится, свет не без добрых людей. Но наша задача, найти тех, кто мог быть связанным с ним какими-то делами. Поручение очень ответственное и выполнять придётся его быстро.
   - Каким образом мы сможем это выяснить?
   - Надо навестить бабу, которая перевела деньги Терехову, и выяснить, где её муж. Фамилия мужа Груздев и он, как вчера стало известно, считался правой рукой вашего местного авторитета по кличке Сапог.
   - Про Сапога я слышал. Но его уже нет. Его дачу взорвали вместе с ним и его приближенными.
   - Это нам тоже известно. Надо подумать над легендой, под которой ты явишься к этой Груздевой. Необходимо, чтобы она тебя вывела на людей, которые занимаются фабрикацией липовых документов. Конечно, было бы идеально, чтобы она тебя вывела на своего мужа, но это не получилось даже у местных ментов. Возможно, она сама не знает, где он скрывается.
   - А может под пытками нам скажет?
   - Да нет, так не надо. Когда я летел сюда, раздумывал над этой проблемой и у меня появилась мысль: почему бы не явиться к ней с понтом, мол, бежал из казённого дома, нужны документы. Сам, дескать, я козырный фрайер /8/, раньше сидел с Груздем, вот и пришёл к нему первому.
   - Не думаю, что она сразу же поверит.
   - Правильно, сразу не поверит, но на связь с мужем попробует выйти. По телефону она вряд ли рискнёт, а вот записочку куда-то передать может. Поэтому будем за ней следить, авось на Груздя и выйдем. Если он, конечно, ещё не в Екатеринбурге. А тогда его возьмём в оборот и уверен, расколим, как пить дать.
   Весь следующий день Шахнин не брился и под вечер, заросший щетиной, наклеив усы и надев рыжеватый парик, отправился к Груздевой. Та долго его рассматривала в глазок, прежде чем открыть дверь, но в конце концов открыла и пропустив в комнату - его вид внушил ей доверие.
   - Так говоришь, с кичмана сбежал? Там нынче что - проходной двор? Кто хочет, тот сбегает, а кто не хочет, тот сидит? - недоверчиво спросила она.
   - Да нет, просто так оттуда не сбежишь, - усмехнулся Шахнин. - Ввиду хорошего поведения мне оказали доверие и повезли в колхоз картошку копать вместе с другими зеками. Колхоз договорился с нашим начальством, что поменяет картошку за солярку. Ну, вот я и изловчился, потому что думаю, следующего удобного случая можно долго ждать. Так что не оправдал доверия, можно сказать.
   - Говоришь, с Бобой сидел? Он мне когда-то рассказывал о рыжем, которому в карты проиграл крупную сумму. Так это был ты?
   - С тех пор инфляция весь выигрыш съела. Короче, мне нужна надёжная ксива. С мужем твоим как я могу свидеться?
   - Я его сама давно не видела. Охотятся на него, как на дикого зверя, вот и прячется. А если тебе ксива нужна, я помогу, сведу с человеком, который может помочь. Только он бесплатно пальцем не шевельнёт. Деньги есть?
   - Будут, это не проблема. Проблема в связях, пока сидел, все растерял.
   - А жена что же? Не принимает?
   - Да нет жены. Была одна маруха /9/, но сейчас мурловкой /10/ стала. Мне такие без надобности.
   - Так может мурловкой стала, потому что жрать не на что было? Ты же сидел, а башли из общака, очевидно, не выделяли, потому как не жена она тебе. Ты, милый, бабами просто так не бросайся, сначала выясни всё, а потом уже решай. А насчет ксивы сделаем так: я дам сейчас тебе адрес и номер телефона мужика, который может помочь её достать. Я сама ему позвоню и скажу про тебя. Его сосед начальник Октябрьского РОВД и, видимо, они как-то связаны по таким делам.
   - Звонить не надо. Если на Груздя охоту ведут, то твой телефон, скорее всего, на прослушке. Запиши мне данные этого мужика, я сам с ним переговорю.
   Пока Шахнин находился в квартире у Груздевой, Зубков под видом монтёра, попросил в соседней квартире стул и, открыв распределительную коробку телефонного стояка, отыскал провода, идущие в квартиру Груздевых. Подтянув их, перерезал как можно дальше в эбонитовой трубке, чтобы сразу не было видна причина отключения телефона. Теперь есть уверенность в том, что Груздева ничего мужу сообщить по телефону не сможет и ей придётся к нему идти лично. Оставалось только проследить за домом, поэтому всю ночь оба приятеля не сомкнули глаз, наблюдая за подъездом.
  
   Зубков крутил в руках бумажку, на которой Груздева коряво нацарапала фамилию человека, к которому следует обратиться за новыми документами, и пытался что-то вспомнить.
   - Гм, Дерягин Олег Владимирович. Мне кажется, что я уже где-то слышал эту фамилию, причем совсем недавно и, кажется, даже в связи с делом Терехова.
   - Володя, у нас в городе недавно случился скандал с депутатом городской или областной думы с такой же фамилией. На него кто-то покушался, но подробности не знаю, так как особо не вникал. Помнится только, на него покушалась какая-то цыганка. Не думаю, что это тот же мужик, но вдруг...
   - Завтра утром, Саня, я запрошу фирму насчёт этого Дерягина. Возможно, мы напали на след. Это было бы большой удачей!
   Ночь наблюдения ничего не дала: Груздева никуда не выходила. Утром Зубков продолжил наблюдение за домом, в то время как Шахнин помчался по своим друзьям и знакомым, выяснять, что известно о недавнем скандале с депутатом. Он пожалел, что раньше не интересовался городскими новостями, хотя сейчас это очень бы пригодилось.
   К обеду он уже смог систематизировать слухи и сплетни и выстроить их в осмысленную версию.
   - Значит так, Володя, ситуация следующая, - сообщил он Зубкову. - Какая-то женщина напала на нашего депутата и гирькой на цепочке попыталась лишить его мужского достоинства. Вероятно, это была брошенная им любовница. Но наш ловелас-неудачник не просто депутат областной думы. Он ещё и доверенное лицо некоего Бочарова и возглавляет его избирательную компанию на губернаторских выборах. Поэтому это происшествие попытались использовать в пиаровских целях. Поймали в соседнем дворе какую-то девчонку и обвинили её в покушении на политическое убийство. Хотя вполне возможно, никто и не покушался, а просто придумали сенсацию, как пиаровский ход.
   - Но почему же тогда гирькой не по голове, - удивился Зубков. - Какой смысл в том, чтобы бить его по яйцам? Что же это за пиаровский ход такой? Скорее всего, это, всё-таки, брошенная любовница.
   - Кстати, такая деталь: покушавшаяся оделась цыганкой, вероятно затем, чтобы Дерягин не узнал её.
   - Цыганкой? Интересный ход! Тогда сто пудов, что это была не женщина, а мужик. Скорее всего, это муж любовницы, даю башку на отсечения! И становится понятным, почему он гирькой ударил Дерягина в промежность. Кстати, только сейчас вспомнил, где слышал эту фамилию: в деле Терехова фигурирует его двоюродный брат по фамилии Дерягин. Я уже запросил нашу фирму по этому поводу. Но тот ли это Дерягин, сказать не могу.
   До позднего вечера они просидели в машине, наблюдая за домом, но Груздева выходила только один раз и то в магазин, поэтому приятели решили прекратить слежку, так как она ничего не даёт, и вернулись домой. Покушав, они легли, усталые, спать, но зазвонил телефон и приятный женский голос попросил к телефону Зубкова. Тот слушал молча, время от времени кому-то поддакивая и, положив трубку, недовольно скривился.
   - Шеф звонил, - сказал он Шахнину.
   - Насколько я успел заметить не шеф, а шефиня, - рассмеялся Шахнин. - Шефине с таким голосом приятно подчиняться.
   - Дозвонилась его секретарша.
   - Они так поздно вместе работают? Я, пожалуй, с нею тоже не отказался бы поработать всю ночь!
   - Саня, ты забыл о разнице во времени. В Москве только заканчивается рабочий день. Нам поручено неприятное задание, причем выполнить его требуют самым срочным образом.
   - Какое задание?
   - Дерягин Олег Владимирович приходится Терехову двоюродным братом. Наши головастики считают, что Дерягин через него снабжал криминальные структуры липовыми документами. Весьма вероятно, что Терехов мог поделиться с Дерягиным информацией о своей работе и о нашей фирме. Поэтому он должен быть ликвидирован и как можно быстрее.
   - Но мы ведь не киллеры, - попытался возразить Шахнин, однако Зубков прервал его:
   - Киллеры, не киллеры... Вопрос стоит слишком серьёзно: фирма любой ценой должна остаться вне поля зрения органов. Иначе наш бизнес перехватят те, кто стоит ближе к этим органам.
   - Не хотелось бы, конечно, - после некоторого молчания согласился Шахнин. - Может действительно бизнеса без киллерства не бывает.
  
   Глава 5. Митя в больнице у Марины
  
   Митя твёрдо решил в понедельник поговорить с Мариной и расставить все точки в вопросе об их отношениях. Не хочет встречаться, ну что же, насильно, как говорится, мил не будешь! Но необходимо устранить все неясности. Почему она в телефоном разговоре намекала на какую-то "милашку", у которой он будет спать? И что означают эти её намёки на СПИД? Что могла наговорить Алёна, что вызвало такую дикую реакцию? Алёна ни в чём не признаётся и это вызывает сомнение в её искренности. О какой "милашке" она могла сказать Марине? Может быть, она наврала, что, дескать, он встречается с Настей и между ними даже интимные отношения?
   В понедельник он пришёл в университет в скверном настроении. Всю ночь ему снились какие-то кошмары с участием Марины. То она куда-то падает и он не может её поймать. То она тонет и он не может её спасти. То она умирает и он не может ей ничем помочь. Снам он никогда не верил и сонников никогда не читал, но о том, что Менделеев во сне увидел свою таблицу, слышал. Слышал также и то, что Зигмунд Фрейд, болгарская прорицательница Ванга и многие другие утверждали, что сны и сновидения это источник связи с тонким, нематериальным миром, где хранится информация о прошлом, настоящем и будущем человечества в целом и каждого человека в отдельности. И именно отсюда черпают сведения ясновидящие и предсказатели.
   Но, несмотря на это, сны он никогда не анализировал и всерьёз их не принимал. Хотя помнил, что накануне гибели Серёги Епихина ему снилась какая-то чертовщина. Сон был яркий и врезался в память: чёрный бушлат Мити зацепился за колючую проволоку и он никак не может отцепиться, чтобы помочь Серёге, которого в это время в упор расстреливают из автомата. Сережка погиб, а теперь дурацкий сон про Марину. Когда-то кто-то ему говорил, что если увидел во сне умирающего человека, то это предупреждение о возможном зле, которое затаилось там, где раньше ты находил отраду. И вообще, увидеть во сне умирающего человека - это предвестье несчастья, надвигающегося с той стороны, откуда меньше всего его ожидали.
   В это можно не верить, но то, что он видел во сне умирающую Марину, больно сжимало его сердце. Рассуждая об этом по дороге в университет, Митя решил, что этот сон объясняется, видимо, тем, что он постоянно думает о ней и неурегулированная проблема создаёт некий негативный осадок в душе, предстающий во сне в искажённом виде. Вчера с Алёной у него состоялся неприятный разговор по поводу её встречи с Мариной и она снова врала, что ни о чём таком не говорила. Если она Марине ничего не говорила, то почему та столь резко изменила к нему своё отношение? Просто так ничего не бывает. Но зачем Алёна так беспомощно врёт, когда всё ясно и без её признания?
   Кто-то дёрнул его за рукав и он резко повернулся, сжав зубы. Оксана, весело догнав его, хотела что-то ему сказать, и, не ожидая, что он так резко повернётся, вздрогнула.
   - Ой, ты меня напугал, - сказала она. - Так можно инфаркт получить.
   - Прости, я задумался.
   - Ах, вот как! Понимаю, задумался, да ещё и не выспался.
   Болтая ни о чём, они дошли до своей аудитории. Пустая болтовня Оксаны его раздражала, не давала сосредоточиться на мыслях о том, что он скажет Марине. Но послать Оксану к чёрту не мог из-за деликатности и из тех соображений, что надо как-то приспосабливаться к новому коллективу. Перед дверью, Оксана демонстративно взяла Митю под руку, и, войдя в аудиторию, победно посмотрела на Карину. Они ещё в субботу поспорили на крупную сумму денег, которую выиграет та, которая первой переспит с Митей. Оксана с удовольствием констатировала, что Карине сегодня не повезло: прискакала в аудиторию пораньше, чтобы перехватить Митю, а он пришёл за пару минут до начала занятий. Она рассмеялась, увидев, как вытянулось лицо у Карины, когда та увидела, как они с Митей под руку зашли в аудиторию.
   Митя взглядом искал Марину и не находил. Началась лекция, а Марина не появлялась и тревожное чувство сжимало его сердце. Он надеялся, что она немного опоздала и побоялась после звонка зайти в аудиторию, поэтому всю первую перемену просидел в аудитории, ожидая её прихода. На перемене после первой пары он вышел в коридор и неторопливо прогуливался, размышляя над тем, что могло случиться с Мариной. Из-за сна, приснившегося этой ночью, его всё больше и больше охватывало беспокойство. Около курилки стояли несколько его одногруппников и что-то обсуждали.
   - Митя, куда ты пропал, - окликнула его Карина, стоявшая с ними. - Подходи, не сторонись нас.
   Митя подошёл, чтобы послушать, что рассказывает Роман Дерягин.
   - Честно тебе говорю: плясала на столе, в чём мать родила, - убеждал тот другого студента из их группы, по имени Владимир. - А потом, так нажралась, что полезла на подоконник плясать и не удержалась, выпала из окна.
   Митю эта болтовня не интересовала, поэтому он немного отошёл от них, но вдруг его внимание привлекла фраза Владимира:
   - Я, конечно, знаю Марину только пару дней, но, извини, сомневаюсь в твоей правдивости. Будь она действительно такой распутной, ей не доверили бы поздравлять губернатора.
   Митю резко повернулся к компании и в бешенстве посмотрел на Романа, который, не заметив его реакции, продолжал гнуть своё:
   - А я тебе говорю, что она из-за этого даже из окна выпала и теперь лежит в больнице. Можешь сам проверить. Я и раньше слышал, что только ленивый её не трахал, да и ты, потому что не знал её раньше.
   Роман засмеялся и Митя, отбросив Владимира в сторону, хуком справо послал Романа на пол. Схватив его за штанину и воротник, не помня себя от ярости, он поднял упавшего и швырнул на противоположную стенку коридора. Ударившись спиной, Роман рухнул на пол.
   - Швыряют нашего Ромку, как мешок с дерьмом, - философски произнесла Карина, и направилась в аудиторию
   Быть свидетелем драки ей ни к чему - затаскают по разным комиссиям, будут выпытывать кто, что и зачем. Скажешь лишнее - испортишь отношения с Митей. Она бы никогда не подумала, что Ромку можно так швырнуть. Только немного неприятно, что он так отделал этого придурка из-за Марины, из-за этого синего чулка. Интересно, он избил Ромку как джентльмен, защищая честь девушки, или она ему нравится? Как этот синий чулок вообще может нравиться такому парню? Впрочем, это ерунда - видимо, ему не попадались такие девчонки, как они с Оксанкой!
   Карина увидела Оксану, когда та стояла около дверей аудитории, высматривая Митю. Проходя мимо, потянула её за рукав.
   - Оксанка, пойдём, расскажу кое-что, - сказала она и подруги зашли в аудиторию.
   - Только что Никонов избил Дерягина так, что на нём живого места, кажется, не осталось. Вот здоровый мужик! Схватил Ромку и кинул его на стенку! Представляю, какой он будет в постели! И всё это, представь себе, из-за Солдатенковой. Ромка, мудак, в коридоре начал рассказывать басни, что она, мол, у него дома танцевала на столе в чём мать родила. А потом нажралась так, что выпала из окна.
   - Действительно мудак! Зачем это ему понадобилось?
   - Хвастался, что поимел представительницу прогрессивного студенчества.
   Мимо них промчался Митя и, схватив свои вещи, выскочил из аудитории.
   - Куда это он? - удивилась Оксана.
   - Скрывается от правосудия. Осознал, бедолага, последствия своего благородного поступка. Разве можно в наше время проявлять благородство?
   - А вот я готова проявить благородство и согласна таскать ему еду в шалаш, в котором он будет прятаться от правосудия.
   - Таская ему еду, не забывай брать с собою презервативы.
   - Нет, нет, даже не настаивай. Буду давать без презервативов. Не хочу портить себе наслаждение неискренностью отношений.
   - Ну, а я не составлю вам компанию. Я эстетка по натуре и могу совокупляться только после душа. А какой душ в шалаше?
   - Смотря какой шалаш! Есть шалаши не только с душем, но и с бассейном.
   Прозвенел звонок и студенты начали заходить в аудиторию. Многие в группе уже знали о драке и шептались, обсуждая последствия поступка Никонова. А Митя в это время ехал на троллейбусе в больницу. Троллейбус полз очень медленно, подолгу останавливаясь на каждой остановке, и в салон набивалось всё больше и больше пассажиров. Для Мити это была пытка временем и сердце тревожно билось в предчувствии непоправимой беды. Так вот к кому вчера повезли Таню, вот почему вчера собрался консилиум! Консилиумы просто так не собираются, они собираются только в экстренных случаях! Как же он не догадался спросить у Тани, кто эта девочка, что лежит в палате и каковы результаты консилиума!
   Троллейбус, наконец, дополз до остановки "Областная больница" и Митя, с трудом протолкавшись к выходу, помчался к центральному входу. Он знал, в какой палате лежит Марина: вчера водитель так и сказал: в палате 411 собрался консилиум врачей. И вчера он мог зайти не к Славке, а к Марине, но не зашёл!
   Около лифта скопилась большая очередь, поэтому ждать он не стал, а взлетел по лестнице на четвёртый этаж. Молоденькая медсестра Света, увидев его, удивилась:
   - А почему без халата? Идёмте со мной, я вам что-нибудь подберу. А то увидит наша новая врач и выгонит вас из отделения. Она очень строгая и требует, чтобы всё выполнялось согласно инструкциям. А разве возможна жизнь по инструкциям?
   Света проявляла интерес к Славе Ковалеву и пыталась завязать с ним дружеские отношения, что не укрылось от Мити и он подыгрывал ей, надеясь, что его приятель отстанет от Алёны. За это Света закрывала глаза на то, что Митя иногда приходил в то время, когда посторонним запрещалось посещать больных. Сейчас время, разрешенное для посещений, закончилось, тем не менее Света попыталась подобрать Мите халат. Халатов больших размеров не было и он накинул на плечи самый большой из тех, что висели в подсобке.
   Палату номер 411 он разыскал с трудом: она находилась в закоулке в глубине коридора. У Славы в палате, кроме него, лежали ещё трое больных, поэтому Митя предполагал, что и в палате у Марины больных будет не меньше. Он тихо постучал, но никто не ответил и, слегка приоткрыв дверь, Митя заглянул в палату. Посередине небольшой комнаты стояла всего одна кровать, отчего сердце у Мити упало: видно поместили Марину сюда, чтобы другие больные не видели, как она умирает. Тяжёлое это зрелище - видеть, как умирают люди, поэтому и не хотят травмировать больных!
   Его охватило отчаяние и он рывком распахнул дверь. В палате негромко работал телевизор, слышались знакомые диалоги из фильма "Кавказская пленница", а в кровати лежала, устремив на него изумлённый взгляд, Марина. Она молча смотрела на него, не понимая, как он её разыскал. А Митя, зайдя в палату, молча пододвинул стул поближе к изголовью и сел. Они не говорили друг другу ни единого слова, потому что ни о чём говорить не хотелось. Он, взяв её руку, перебирал длинные нежные пальчики и ласкал шелковистую кожу тыльной стороны ладони. Она смотрела на него, расширив глаза, и чувствовала, как они становятся у неё влажными.
   В открытую дверь заглянула Таня.
   - Так вот ты где? А я тебя обыскалась. Увидела издали, как ты выходишь из подсобки, а ближе подошла, тебя уже нет. У Славы в палате тебя нет, в ординаторской говорят, что не заходил. Не могла понять, куда ты исчез, - оживлённо заговорила Таня. - Вы что, знакомы?
   Ответа она не дождалась.
   - Будешь уходить, зайди ко мне в ординаторскую, - сказала она, поняв, что ребятам не до неё и вышла, плотно прикрыв дверь.
   - Ты знаком с Татьяной Петровной? - удивилась Марина.
   - Угу.
   - Ты тоже здесь лежал?
   - Почему ты так решила?
   - Откуда же ты её знаешь? И она тебя, чувствуется, хорошо знает.
   - Почему бы ей меня не знать? Это моя...
   Митя хотел сказать "мачеха", но это слово ненавидел с детства - в сказках хороших мачех не бывает. Может жена отца? Тогда надо пояснять. Он запнулся и, раздумывая над тем, как назвать Таню, целовал пальчики Марины.
   - Так кто она тебе? - нетерпеливо спросила Марина.
   - Вроде как мать.
   - Мать? - изумилась Марина. - Татьяна Петровна твоя мать? Такая молодая? Она же говорила, что у неё дочь.
   - Нет, я не дочь. Хуже того, я сын. А дочь тоже есть и ты её знаешь.
   - Я знаю дочь Татьяны Петровны? Откуда?
   - Вы с нею уже встречались. Она приходила вместо меня на свидание. Это Алёна.
   - Алёна твоя сестра?
   - Ну да, ну, как бы.
   - Что значит как бы? Ох, какая же я идиотка! Какая ревнивая дура! - застонала Марина и на глазах у неё показались слёзы.
   - Что такое? Мариночка, что с тобой?
   Марина, не стесняясь, рыдала, а Митя, не понимая, что с ней происходит, достал носовой платок и вытирал ей слёзы.
   - Успокойся, Мариночка, из-за чего ты плачешь?
   - Я тебя ревновала к Алёне, из-за этого всё так получилось. Какая дура! За это меня, видно, Бог и наказал!
   - Я не пойму, о чём ты говоришь. Успокойся и скажи членораздельно, в чём дело? Чем тебя Алёна обидела?
   - Я думала, что Алёна твоя девушка и ревновала тебя к ней, - всхлипывая, начала объяснять Марина.
   - Не понимаю, как ты могла подумать, что Алёна моя девушка. Разве я мог бы послать свою девушку на свидание к другой девушке, чтобы она сообщила той, что я не смогу придти на свидание. Это же сплошной абсурд!
   - Абсурд, но я такая дура! Я думала, что она с мстительной радостью сообщает мне о том, что ты не сможешь придти. Я ведь считала её твоей девушкой.
   - Ты разве её до этого знала?
   - Я её до этого не знала, но видела с тобой, как ты её на руках через лужу переносил. И потом ещё несколько раз.
   Митя целовал её заплаканные глаза и она понемногу начала успокаиваться.
   - Алёна, наверное, меня ненавидит? Я ей так нахамила, что самой сейчас противно вспоминать! - жалобно спросила Марина.
   - Ничего, вы помиритесь. Ты расскажи лучше, как так случилось, что ты выпала из окна?
   Этот вопрос был для неё самым болезненным. Как ему объяснить, почему она пошла к Роману домой, совершенно не зная ни его, ни публику, которая там собралась? Поверит ли Митя, что она пошла туда только для того, чтобы встретиться с ним? Поверит ли он, что её обманули? И как рассказать, что Роман пытался её изнасиловать? И поверит ли Митя, что Роману это не удалось? И всё это произошло исключительно из-за её ревности и глупости - ведь ничего не стоило спросить у Мити, что это за девушка и ничего бы не было! Возможно, они бы даже подружились с Алёной, а она сама всё испортила!
   Начав было успокаиваться, она вновь разрыдалась и снова Митя пытался её успокоить. С трудом подбирая слова, Марина рассказала ему о том, что произошло, опасаясь, что он встанет и уйдёт. Это было бы полной трагедией! Но он не встал и не ушёл, а, стиснув зубы и сдерживая клокотавшую в нём ярость, думал о том, как рассчитается с подонком, покусившимся на самое дорогое ему существо.
   Незаметно для себя он сжал её руку так, что она вскрикнула. Он сразу же выпустив её руку и, наклонившись к ней, целовал её глаза, полные слёз, а она, обхватив его за шею здоровой рукой, прильнула к его губам. Её наполняла благодарность к нему за то, что понял и не осудил, за то, что поверил и не усомнился в её честности, за то, что любит такой, какая она есть. В таком положении и застала их Надежда Ивановна, которая принесла дочери еду, любовно приготовленную сегодня рано утром до работы.
   - Что здесь за поцелуятерапия такая! - делано грозно произнесла она, поставив тяжёлую сумку на пол.
   Она была рада тому, что, несмотря на ссору, Митя пришёл проведать Марину - ведь ей сейчас очень необходима поддержка.
   - Вы что, уже помирились?
   Митя вскочил со стула, уступая Надежде Ивановне место.
   - Митя, ты бы не мог Мариночке приносить конспекты лекций, чтобы она их переписывала? А то она может отстать и потом будет трудно догнать. Хотя, как она их будет переписывать? Но ничего, я буду переписывать сама.
   - Вы не волнуйтесь, я буду писать свои конспекты, а потом для Марины переписывать. Она не отстанет.
   - Мамочка, а ты знаешь, кто Митина мама? - загадочно спросила Марина, посмотрев на Митю.
   - Кто? - поинтересовалась Надежда Ивановна, выкладывая на тумбочку продукты из сумки.
   - Татьяна Петровна, - победно произнесла Марина, но Надежда Ивановна, продолжая рыться в сумке и слушала её невнимательно.
   - Что Татьяна Петровна? - переспросила она и вдруг с ужасом взглянула на дочь. - Маришка, я забыла дома витамины! А ведь специально положила на видном месте и забыла!
   - Мама, ты меня совершенно не слушаешь!
   - Слушаю. Ты хотела мне что-то рассказать о Митиной маме, а потом вдруг перескочила на Татьяну Петровну. Маришка, я ближе к вечеру постараюсь привезти витамины, они тебе сейчас очень необходимы.
   - Мама, так ты хочешь узнать, кто Митина мама или это тебе безразлично?
   - Конечно, хочу, - посмотрела на Митю Надежда Ивановна. - А кто твоя мама?
   - Я же тебе уже сказала, а ты не слушаешь. Его мама Татьяна Петровна!
   - Какая Татьяна Петровна? Наша врач?
   - Ну, конечно! А какая ещё Татьяна Петровна у нас есть?
   Надежда Ивановна долгим взглядом окинула Митю, который смущённо переминался с ноги на ногу. Ему стало неудобно за то, что он не уточнил, что Таня ему не мать, а только мачеха, но уточнение сейчас выглядело бы слишком нелепо.
   - А знаешь, Митя, ты очень похож на свою маму, - сказала Надежда Ивановна, и Митя понял, что поставит её в дурацкое положение, если сейчас уточнит, что Таня его мачеха.
   Надежда Ивановна ещё немного посидела, дала Марине несколько ценных указаний, которые та приняла, как обычно, в штыки, и встала.
   - На меня сейчас навалилась столько работы, что дыхнуть некогда, - пожаловалась она. - Готовлю для Семена Викторовича важные материалы. Завтра надо закончить подготовку, а дел ещё невпроворот.
   Ни Марина, ни Митя не возражали против её ухода - им хотелось остаться наедине. Таню Надежда Ивановна встретила по дороге к лифту.
   - Татьяна Петровна, я только что узнала, что вы Митина мама! Кто бы мог подумать! - радостно сказала она.
   - А вы знаете Митю?
   - Ну, почему бы мне ни знать кавалера моей дочери?
   - Митя встречается с Мариной? - изумилась Таня.
   - Ну, да. А вы не знали? Сейчас молодёжь такая скрытная! Татьяна Петровна, я должна бежать, много дел на работе, мы с вами встретимся и обстоятельно поговорим.
   Она умчалась, а Таня смотрела ей вслед, обдумывая новость. Алёна утверждала, что Митя встречается с какой-то стервой, но Мариночка на стерву не похожа. Или, возможно, он бросил ту стерву и начал встречаться с Мариной? Но когда успел? Возможно, он знает Марину по университету и, познакомившись с нею, понял, что встречается не с той, с кем надо? Конечно, Мариночка миленькая, умненькая и хорошо воспитанная девочка, но мать у неё с замашками фельдфебеля. Впрочем, Митя встречается ведь не с матерью, а с дочкой! Интересно, всё-таки, как звали ту стерву, с которой он встречался раньше?
   Такой задумчивой, стоящей посередине коридора, её увидела Алёна, пришедшая сразу же после занятий в школе навестить Славу Ковалёва. Алёна хотела проскользнуть к нему незамеченной, чтобы мама её не увидела и не рассказала Мите, что она бегает к Славе в больницу. То, что Митя покушается на её личную свободу, не может не раздражать - ведь он не имеет на это никаких прав! Она ему не запрещает встречаться, с кем он хочет, почему же он пытается её контролировать?
   Выйдя из лифта, она увидела в коридоре маму и пожалела, что поехала на лифте, а не пошла пешком. Заходя в коридор с лестницы, можно сначала осторожно выглянуть из двери, есть ли кто в коридоре, а потом уже заходить. А когда выходишь из лифта, ничего сделать уже невозможно - ты вся на виду. Однако мама её не видела, потому что стояла в задумчивости и это заинтересовала Алёну.
   - Мам, о чём задумалась? - спросила Алёна, целуя её.
   - Есть о чём. Я же тебе рассказывала о девочке, которая упала с третьего этажа?
   - Да. Но ты говорила, что особых переломов нет и что она более ни менее в порядке. Ошиблись в диагнозе?
   - Нет, всё в порядке. У неё сейчас наш Митя.
   - Он разве с нею знаком?
   - Она, оказывается, его девушка.
   - Его девушка?! Не может быть! А как же та стерва? Я хочу посмотреть, что это за девушка.
   - Не надо, - удерживала Таня дочь. - Только что у Марины была мама, а теперь ты туда же пойдёшь! Не мешай им, пусть они побудут вдвоём.
   - Так её зовут Марина? Ту стерву тоже так зовут. Видимо, это она и есть, а ты говорила миленькая девочка! Это ещё та девочка! Пойду, посмотрю.
   - Алёна, Митя будет недоволен, - попыталась её остановить Таня, но Алёна её уже не слушала, она спешила в палату 411.
   Неслышно приоткрыв дверь, заглянула в палату, пытаясь увидеть лицо девушки, но из-за широкой спины Мити его не было видно. Почувствовав, что дверь приоткрылась, Митя обернулся и увидел Алёну.
   - Заходи! Как здорово, что ты появилась - обрадовался Митя. - А мы только что о тебе говорили.
   Он встал, направляясь к двери, и Алёна увидела, что на кровати лежит та самая Марина, которая нагрубила ей в ту памятную встречу. Она повернулась, чтобы уйти, но Митя уже схватил её за руку.
   - Отпусти сейчас же, - попыталась вырваться Алёна, но Митя крепко её держал.
   - Алёна, заходи, я хочу, чтобы вы помирились.
   - Отпусти сейчас же, а то у меня будет синяк!
   - Алёна, я хочу попросить у тебя прощения, - сказала Марина, пытаясь привстать на кровати, но Алёна была неумолима.
   - Митька, сейчас же отпусти меня! Мне не нужны её просьбы, не хочу её видеть!
   Подхватив Алёну на руки, Митя занёс её в палату и, сев на стул, насильно посадил к себе на колени, обхватив руками.
   - Митька, я сейчас закричу, если ты меня немедленно не отпустишь.
   - Немедленно не отпущу и ни медленно тоже не отпущу. До тех пор, пока вы не помиритесь, будешь сидеть здесь.
   - Алёна, пожалуйста, прости меня, я не знала, что ты Митина сестра, я думала, что ты его девушка и очень ревновала, - просительно произнесла Марина.
   - Ты думала, что я его девушка? Что за абсурд! Как же я, в таком случае, могла придти к тебе на встречу и сообщить, что мой парень не придёт к тебе на свидание?
   - Я думала, что это ты из-за злорадства! Ну, такой дурой была! А перед встречей я услышала, как ты в магазине говорила о том, что Митя остаётся у тебя ночевать, и у меня крыша поехала! Мне даже вспоминать сейчас противно эту глупость.
   Алёна перестала вырываться и пересела на кончик кровати.
   - Разве можно так ревновать? Ты же могла спокойно поговорить с Митей или со мною, выяснить всё, а уже потом буянить.
   Митя рассмеялся.
   - Алёнка, а ты никогда не буянишь? Ты всё выясняешь, а потому уже в слёзы, да?
   В палату заглянула Таня. Её тоже интересовало, та ли это девочка или нет, и, кроме того, беспокоило, что Алёна могла устроить скандал, если выяснится, что Марина - именно та стерва, которую она ненавидит. Однако Алёна спокойно сидела на кровати Марины и все втроём мирно беседовали. Это успокоило Таню и она тихонько закрыла за собой дверь, чтобы им не мешать. Конечно, Марина совершенно не похожа на ту стерву, которую Алёна описывала. И это хорошо, что Митя начал встречаться с приличной девушкой!
  
   Глава 6. Юлю принимают на постоянную работу
  
   Зоя оторвала уставшие глаза от многочисленных колонок цифр сводного отчёта предприятий компании и посмотрела на часы. Было половина одиннадцатого. В последнее время она привыкла к тому, что ровно в десять часов Юля приносит ей чай с любимым вишнёвым вареньем. Может заболела? Она потянулась, встала и прошлась по кабинету, разминая затёкшие ноги. Подошла к окну и с любопытством посмотрела на снующих внизу на улице прохожих.
   Неожиданно вспомнилась воскресная вылазка на дачу с шашлыками и то, как Виктор целовался с Таней. Что за глупая идея пришла Лере в голову - пить на брудершафт и целоваться взасос. Достаточно было поцелуя в щёчку. Она не могла забыть, как Виктор, целуясь с Таней, тесно прижимал её к себе, при этом было заметно, что и Таня была не против. Интересно, Андрей ревнует её или ему безразлично? Хотя, возможно, он не обратил внимания на их поцелуй, так как в обнимку с Лерой распевал в это время песни. Частые посещения Виктором семьи Никоновых, когда она до позднего вечера просиживала на работе, раньше не вызывали у неё подозрений. Что ему одному дома делать? А не зачастил ли он к Никоновым именно из-за Тани? Хотя, с другой стороны, а где же в это время бывал Андрей?
   Виктор каждый раз рассказывал ей о темах их дискуссий с Андреем, о том, что он говорил и что Андрей утверждал, поэтому вряд ли он оставался с Таней наедине. Да и как может Таня, после того, что она, Зоя, для неё сделала и делает, ухлёстывать за её мужем? Этого не может быть! Так почему вдруг лезут в голову ревнивые мысли? Наверно ревность - это естественный катализатор любви. Ревность и любовь - это две стороны медали и, очевидно, должно быть плохо от ревности, что бы потом стало безумно хорошо от любви? И вообще если мужчина засматривается на хорошеньких женщин, то это означает, что с ним все нормально. Таня лет на десять старше её, так почему же она ревнует к ней Виктора? Сама себе портит жизнь этими глупыми мыслями!
   Зоя вышла в приёмную и увидела, что Юлин стол чист и на нём нет ни единой бумажки. Только компьютер на столе, сканер и принтер на тумбочке, а больше ничего. Валя с кем-то разговаривала по телефону и одновременно красила губы помадой. Увидев Зою, она быстро свернула разговор и вопросительно посмотрела на Зою.
   - А где Юля? Заболела? - спросила Зоя, рассматривая Валину помаду.
   Качество и цвет помады ей понравились и в голову пришла мысль покрасить этой помадой губы и пойти к Виктору.
   - Понравилась помада? Мне кажется она тебе подойдет, - сказала Валя, протягивая ей тюбик. Зоя накрасила губы, взглянула в большое зеркало, висевшее в приёмной и нашла, что выглядит неплохо.
   - Зойка, с этой помадой тебе очень хорошо, - подтвердила Валя. - Этот цвет хорошо подчёркивает линию губ и очень подходит к твоему лицу.
   - Думаешь Виктору понравится?
   - Ты ему нравишься и с помадой, и без помады, - засмеялась Валя.
   - Мужчины такие непредсказуемые существа! Сегодня нравлюсь, а завтра начнёт волочиться за какой-нибудь юбкой.
   - Чаще меняй причёску, стиль одежды и помаду. Будешь всегда выглядеть по-новому. Мужика прельщает новизна, вот и выдай ему новизну! Только твой мужик ещё долго налево смотреть не будет - ведь совсем недавно приобрёл такую игрушку. Он ещё долго не наиграется тобой!
   - Валюшка, ты как скажешь! Считаешь, что я игрушка?
   Зои было смешно сравнение её с игрушкой для Виктора, но убеждённость Вали в том, что он будет долго ей верен, придавало уверенности. Действительно, чего это она вдруг начала его ревновать к Тане? Столько лет знает её как исключительно порядочную женщину и вдруг начала ревновать к ней своего мужа! Она попыталась вспомнить, прижимал ли Андрей её к себе, когда целовал, но не смогла - видимо, просто не обратила внимание. А что, если Андрей действительно к ней прижимался, а Виктор в отместку прижался к Тане? Возможно это его такая месть? Надо сейчас пойти к нему с новой помадой и посмотреть на его реакцию.
   - Так куда подевалась Юля? Я жду чай, а она не несёт и не несёт.
   - Юля? Ты забыла разве, что она у нас работала до 31 августа. Она ведь пошла в педагогический техникум на учёбу. Я могу сделать тебе чай.
   - Ах, да, я забыла, что мы её сами и устраивали в техникум. А как же теперь мы будем без неё?
   Юля занималась тем, что сканировала документы и сохраняла их в компьютере. Эту работу придумала Валя для того, чтобы хоть чем-то её занять, но неожиданно это оказалось очень полезным. Во-первых, теперь всегда можно быстро найти и распечатать нужный документ или выдержку из него, и, во-вторых, можно быстро скомпоновать новый документ, содержащий выдержки из других документов, в том числе таблицы и графики. Юля сама освоила загадочную программу Excel и любую таблицу моментально представляла в виде графиков различного типа. Её работа стала необходимой и вдруг всё повисло в воздухе.
   - А кто же теперь будет выполнять её работу?
   - Найдём кого-нибудь, - беззаботно сказал Валя. - Здесь один паренёк к ней ходил, учил её работать на компьютере. Можно его пригласить на работу. Хотя вряд ли, он тоже учится в каком-то техникуме.
   - Слушай, Валюша, мне Юля рассказывала, что документы можно хранить не только в файлах, но и в какой-то базе данных, если правильно называю эту штуку. Может быть, кто-то из наших ребят, из тех, кто носится с компьютерами по коридорам, знает, что это такое?
   - Нет, как сказал этот паренёк, они жестянщики и этим не владеют.
   - Не поняла, что значит жестянщики?
   - Ну, как он говорит, они имеют дело с железяками. Копаются в компьютерах отвёртками, одним словом. А программами занимаются программеры. Так они себя называют. Одним словом, у этой электронной мафии своя феня, на которой тоже надо уметь ботать.
   - Ну и что, наша Юля уже сносно ботает на электронной фене? - захохотала Зоя.
   - Так у неё этот паренёк в учителях ходит, почему бы ей не ботать? - тоже засмеялась Валя. - Паренёк серьёзный, в очках, сразу видно, интеллектуал.
   - А почему бы Юле ни перейти на вечернее обучение? Ты ведь, вроде бы, говорила, что она живёт одна? Разве на свою стипендию она сможет прожить?
   - Уверена, с дневного отделения перейти на вечернее легче, чем с вечернего на дневное. Могу сегодня вечером у неё узнать, захочет ли она пойти к нам на постоянку. А ты точно её примешь на работу? Чтобы я не оказалась болтуньей.
   - Валя, по-твоему, я безответственная болтунья?
   - Да нет, я этого не говорила. Она очень не хотела от нас уходить, ей здесь понравилось. Если я ей скажу, что мы примем её обратно на работу, Юлька будет прыгать от радости до потолка. Главное, потом не передумать, иначе для девчонки это станет трагедией.
   - Вечером переговори с нею и если она согласна, завтра с утра готовь приказ о её приёме на постоянную работу. Я сейчас к Виктору. Кто будет звонить, скажешь, что на совещании.
   Зои вошла в кабинет мужа, когда у него сидела какая-то девушка. При виде её девушка замолчала и Зоя вопросительно посмотрела на мужа.
   - Знакомьтесь Зоя Матвеевна, - вдруг официально обратился к ней Мельников. - Это Екатерина Панченко, которую вы летом устраивали на работу.
   - А, так это вы в нерабочее время, наряжаясь по вечерам цыганкой, избиваете народных избранников? - усмехнулась Зоя.
   - Нет, я верный ленинец и иду другим путём.
   - Вот Катя подала заявление об уходе, - сообщил Мельников.
   Зою совершенно не интересовало, уволится эта девушка или нет, желающих попасть на работу в компанию множество. Зарплату выплачивали регулярно, без задержек, и Зоя даже слышала, что в местных газетах некоторые люди помещали объявления о готовности выплатить премию тому, кто устроит их на работу в компанию "Сибкомпроминвест". Эти объявления фактически содержали себе предложение взятки в завуалированной форме и она дала указание службе безопасности проверять устраивающихся к ним на работу, чтобы избежать коррупции в отделах кадров подразделений. Так что на место этой девушки сразу же найдётся десяток желающих. Если, конечно, это место вообще нужно. Она и раньше не понимала, что делала эта девушка в службе безопасности, не понимает это и сейчас. Но вмешиваться в дела мужа не считала возможным - ему виднее.
   - Видимо, Екатерина себе нашла лучшее место, - пожала плечами Зоя. - Виктор Михайлович, у меня в кабинете уже все собрались, вас только ждём.
   - Я сейчас иду, - понял её Мельников. - Так вот Катя, я пока твоё заявление не визирую, ты подумай, не спеши, уволиться всегда успеешь.
   Втроём они вышли из кабинета и Зоя с мужем направилась к себе в кабинет.
   - Меня не для кого нет. Совещание, - бросила она на ходу Вале и та понятливо улыбнулась.
   - Виктор Михайлович, как я смотрюсь с новой помадой? - спросила Зоя, заходя в кабинет и закрывая дверь на ключ.
   - Без помады ты страшненькая, а вот с помадой ничего, - обнимая её, ответил он.
   - Какой ты бессовестный, - возмутилась она, но он закрыл ей рот поцелуем. Подхватив её на руки, он понёс её на диван, но она воспротивилась.
   - Только не здесь и не сейчас! Я просто хотела тебе показать помаду!
   Зоя чувствовала, как муж возбуждается, но было много работы. Да и не стоит заниматься любовью в кабинете!
   - Витя, мне работать надо, - умоляюще шептала она, чувствуя, как его возбуждение передаётся ей и она таит под его ласками. - Витя, что Валя подумает!
   Но он не слышал её уговоры и она сдалась.
   - Как мы низко пали, - сказала она, когда они, обессиленные после бурной любви, лежали рядом. - Дошли уже до того, что средь бела дня прямо на работе занимаемся любовью! И что Валя о нас подумает!
   - Мы совещались, - говорил ей Мельников между поцелуями. - Конечно, если твоя подруга зациклена на сексе, то она может подумать, что мы занимались любовью. Но это сугубо её личное дело.
   - Она зациклена на сексе? И это ты говоришь такое? - захохотала Зоя. - Сам только что заставил меня заниматься сексом в рабочее время, а она, по-твоему, зациклена?
   Ей не хотелось вставать, но надо работать и она начала собирать свои вещи, которые разбросал по комнате Мельников: платье, рубашку, лифчик, трусики.
   - Витя, почему ты так относишься к моим вещам? Швыряешь их куда попало?
   - Главное, что не в окно.
   Зоя снова захохотала, представив себе, как на голову прохожих сыпется её нижнее бельё. Она одевалась, время от времени целуя мужа и жалела, что они не дома.
   - Вить, так как тебе моя помада? Ты мне так ничего мне о ней не сказал.
   - Ах, помада? Ну, вкусная помада. Но ты же не из-за неё меня позвала.
   - Конечно, же, из-за неё. А из-за чего по-твоему?
   - Так, значит, я неправильно тебя понял? - воскликнул Мельников, расстегивая только что застёгнутый лифчик.
   - Всё, всё, больше не надо! Одевайся и уходи. Да, и не забудь послать за Яночкой машину, чтобы забрать её со школы.
   - Около школы Петро дежурит, он её и заберёт.
   После ухода Мельникова, Зоя тщательно привела себя в порядок и пожалела, что в кабинете нет зеркала. Из-за этого надо снова выходить в приёмную, а щеки пылают и сразу выдадут её. Но Валя, наверняка, и так догадалась, что происходило в кабинете. Было очень неудобно, но следовало привести себя в порядок и Зоя вышла в приёмную. Там расстроенная Юля о чём-то беседовала с Валей.
   - Что такое? Юля, почему ты не в техникуме? - удивилась Зоя.
   - Представляешь, её не допустили к занятиям под предлогом, что она недосдала какой-то раздел математики, - возмущённо начала объяснять Валя. - Оконные стеклопакеты взяли, а Юльку отказываются допускать к занятиям! Я переговорю с директором. Я ведь с ним лично договаривалась обо всём и он мне обещал. А теперь вот как получается!
   - Не ходи, не надо. Пошлём им счёт на оплату поставленных стеклопакетов, сам прибежит, - сказала Зоя, поправляя перед зеркалом причёску. - Валюша, дай, пожалуйста, ещё разик помаду, а то она у меня почему-то слезла.
   - Не слезла, а выветрилась, - лукаво улыбнулась Валя, протягивая ей помаду. - Такое бывает с французской косметикой.
   Зоя ничего ей не ответила и повернулась к Юле.
   - Юля, а зачем тебе этот техникум? Раз у тебя хорошо идут дела с компьютером, так может быть имеет смысл закончить вечернюю школу, а потом поступать в вечерний институт? А работать будешь у нас, ведь деньги тебе на жизнь нужны...
   - Ой, Зоя Матвеевна, а можно? - обрадовалась Юля. - Мне так здесь нравится! Очень не хочется уходить отсюда!
   - Давай, работай, - сказала Зоя и повернулась к Вале. - А ты займись устройством в школу и не забудь оформить приказ о зачислении Юли на постоянную работу. Оклад потом прикинем, узнай, сколько Юля в среднем платит квартплату, за телефон и вообще, разберись с этим.
   - Зоя Матвеевна, я буду стараться, вы не пожалеете, - дрогнувшим голосом произнесла Юля. - Я всё буду делать...
   Она не смогла справиться с волнением и отвернулась, чтобы смахнуть предательски выступившие слёзы. Такого участия от всегда строгой начальницы нельзя было ожидать, тем более после того, как её, Юлю, буквально отшили из техникума. Строгая ведьма в очках из учебной части смотрела на неё пронзительными глазами и говорила не столько высокомерно, сколько, как ей показалось, с каким-то презрением. Неужели в техникуме стало каким-то образом известно о её прошлой распутной жизни? От кого они могли узнать? Или ей просто показалось?
   Она понимала, что, вряд ли, когда-нибудь досдаст математику - если не захотят, то никогда не примут. Всегда найдут вопрос, на который не получат удовлетворяющий их ответ. А сейчас ей дают путёвку в жизнь! Будет продолжать выполнять понравившуюся работу, станет независимым человеком, живущим на честно заработанную зарплату! Слёзы текли помимо её воли и она, не сдержавшись, громко всхлипнула.
   - Всё, Юленька, успокойся, - обняла её Валя. - Плакать надо, когда плохо, а у тебя всё хорошо!
   Зоя не стала дожидаться, когда Юля успокоится, и направилась к себе в кабинет.
   - Вместо того, чтобы плакать, приготовила бы мне чай с вареньем, - строго сказала она на пороге кабинета и Юля моментально схватила чайник и побежала наполнять его водой.
   - Ну, ты педагог! - рассмеялась Валя.
   - Будешь сюсюкать, она ещё больше расплачется.
   - Так что с техникумом? Завязываем?
   - Завтра пошлём счёт. Прибежит директор - гнать его в шею, раз нас не уважает. Видимо, хочет показать нам свою принципиальность: мол, стеклопакеты беру, но знания требую. Только непонятливые мы!
   Она зашла в кабинет и плотно закрыла дверь. Ей стало жалко Юлю - девочка всего года на три старше Яночки, а сколько ей пришлось хлебнуть горя! И живёт одна, без матери, квартиру чуть не отобрали. Кто ей кушать готовит? Неужели она сама готовит себе обеды?
   В дверь постучали и на пороге появилась Юля с подносом. Она смотрела на Зою с такой преданностью в глазах, что той стало не по себе.
   - Поставь, пожалуйста, на стол и займись делами, если ты никуда не спешишь, - как можно мягче сказала Зоя.
   - Я никуда не спешу. Зоя Матвеевна, помните, я говорила вам о базе данных, в которой можно хранить документы.
   - Да. Я как раз сегодня об этом вспоминала. Давай занимайся, может что-то получится.
   - Конечно, получится. У меня есть хороший консультант, он всё знает и всё умеет.
   - Это хорошо, если у тебя такой консультант, - улыбнулась Зоя. - Значит, вместе вы справитесь.
  
   Как несовершеннолетняя, Юля рано закончила работу и шла по улице, широко улыбаясь встречным прохожим и мурлыкая про себя какую-то песню. Неожиданно, кто-то схватил её за рукав и, повернувшись, она увидела Алёну Коростылёву.
   - Юля, привет! Несколько раз тебя окликала, а ты идёшь, никого не замечая, - сказала Алёна. - У тебя, я вижу, радостное настроение. Как первый день в техникуме?
   - А я решила пойти в вечернюю школу. Меня сегодня перевели на постоянную работу, поэтому не имеет смысла бросать её и пытаться прожить на стипендию.
   - Юлька, так ты на постоянную работу устроилась? - изумилась Алёна. - И там же, где до этого на компьютере работала?
   - Конечно! Они решили, что я хороший работник и не захотели меня терять.
   - Знаешь, а я в школе рассказала, что ты на компьютере в какой-то крупной компании работаешь, так мне не поверили. Ты покажешь нам с Настей, как работаешь на компьютере? А то некоторые считают, что ты выдумываешь.
   - Так вы с Настей будете вроде комиссии? - засмеялась Юля. - Давай на следующей недели, я вас проведу к себе. У нас очень строгая охрана, поэтому надо заранее взять разрешение. Придете ближе к вечеру, возможно даже разрешу немного поиграть в компьютерные игры.
   - Идёт! Я передам Насте.
   - Алёна, а как у тебя дела? Ты же, кажется, занимаешься художественной гимнастикой? Мастером ещё не стала?
   - Мастером! Ты как скажешь! Мне скоро должны присвоить только кандидата в мастера, Но зато включили в юношескую сборную города и в декабре еду в Москву на соревнования! Юля, извини, я побежала. Мне надо успеть в больницу до трёх часов, а то потом не пустят.
   - А кто у тебя в больнице?
   - Приятель брата. Представляешь, приехал к нам в гости из Москвы, а его на днях прямо днём на улице ножом пырнули.
   - Город у нас стал каким-то бандитским! А у тебя разве брат есть? Я, почему-то, думала, что у тебя никого нет, никогда тебя с ним не видела.
   - Да он недавно вернулся из армии.
   Немного поколебавшись, Алёна не смогла отказать себе в удовольствии и добавила с гордостью:
   - Они с приятелем в морской пехоте служили.
   - А что и такая есть? - без особого интереса, а скорее из вежливости, спросила Юля и Алёна поняла, что та не имеет никакого понятия о морпехах.
   - Да, есть такая. Она по морю бродит. Юля, запиши мне свой номер телефона, мы с Настей созвонимся с тобой и обязательно придём посмотреть, как работают на компьютерах. А то, представляешь, ни я, ни Настя до сих пор не прикасались к компьютеру. Видеть видели, но только издали. Мы с нею совсем как дикие люди!
   Юля записала номер телефона и они расстались довольные друг другом. Алёна предвкушала, как будет радоваться Настя, когда узнает, что на следующей недели они смогут поиграть на настоящем компьютере. Она давно хотела попросить у Зои разрешения придти на фирму поиграть немного на компьютерах, но та однажды сказала, что категорически запретила сотрудникам играть в компьютерные игры и Алёна не рискнула обратиться с такой просьбой. Но на той фирме, где работает Юля, очевидно, не такие строгие правила и Алёна радовалась, что встретила её. Удивительно, как Юля могла так быстро освоить компьютер и стать незаменимым работником! Возможно, это нетрудно и они с Настей тоже смогли бы так?
  
   После этой встречи у Юли сменилось настроение - к радости немного примешалось грусть. Она видела, как Алёна искренне восхищалась её успехами и пожалела, что раньше в школе не очень дружила с нею и Настей. Неплохо бы сейчас иметь таких подружек, с которыми можно поделиться своими радостями и горестями. У неё нет таких подруг, но в последнее время появился друг. Игорь, студент последнего курса радиотехнического техникума, как-то забрёл на фирму в поисках места для практики. Он пришёл в приёмную, когда Валя куда-то выскочила по делам, и, ожидая её, почти час показывал Юле, как правильно работать на компьютере. В месте ему отказали, но Валя разрешила приходить и консультировать Юлю, что он регулярно и делал.
   Игорь, очень серьёзный молодой человек в очках, стал главным Юлиным консультантом и Валя смотрела на его посещения сквозь пальцы. И даже однажды отстояла его перед службой безопасности, которая заинтересовалась им на том основании, что Игорь имеет возможность просматривать на компьютере деловую переписку компании.
   - Его интересует не переписка, а Юлька, - вдалбливала она Стасу Кондратюку, отвечающего за безопасность главного офиса.
   Услышав это, Юля густо покраснела - как бы Валя, зная её постыдное прошлое, не подумала, что она расплачивается с Игорем за его консультации сексом.
   - Ты вогнала девушку в краску, - сказал Кондратюк, взглянув на Юлю, но Валя пожала плечами и заметила:
   - Нечего, Юлька, краснеть, это всё естественно. Ты просто понравилась этому пареньку, поэтому надо радоваться, а не краснеть.
   У Юли отлегло от сердца. И чего она вдруг решила, что Валя может плохо о ней подумать? Она и сама чувствовала, что нравится Игорю, но не решалась себе в этом признаться. Может быть, он приходит только для того, чтобы иметь возможность работать на хорошем компьютере? Он инсталлировал какие-то программы и потом с ними экспериментировал. Проверял какие-то утилиты, пробовал отлаживать свои программы и, вполне вероятно, рассматривает её учёбу как плату за доступ к компьютеру. Но вскоре он начал приходить не только к ней на работу, но и встречать после работы и провожать домой. Он ничего себе не позволял и она была ему за это благодарна. Очень правильно говорит Валя, что надо забыть всё, что с нею было и жить новой жизнью.
  
   Однажды Юля, переходя улицу, увидела на противоположной стороне Веронику Васильевну и резко повернула назад. Воспоминания нахлынули на неё и она побежала домой, зарылась в подушку и долго рыдала. Как она ненавидела потных, вонючих, похотливых мужиков и блудливых баб, в кругу которых провела почти два месяца! Она решила, что грязные деньги, заработанные тогда, почти две тысячи долларов, передаст на благотворительные цели. Но куда? Детскому дому? Директор положит их себе в карман. Накупить игрушек, одежды и передать в детский дом - директор реализует всё это через магазин или рынок и тоже положит деньги себе в карман. Передать в Красный Крест? Но там такой же директор положит их себе в карман. Осознание полной безвыходности и окружающая грязь довели её до истерики и что-то колом встало в груди, мешая ей дышать.
   В тот вечер позвонил Игорь и пригласил её погулять, но она отказалась и резко бросила трубку. Она ненавидела и себя, и его, и весь мир. Утром Юля проснулась с опустошённой душой, жалея, что вчера обидела Игоря. Он так хорошо к ней относится, а теперь никогда не придет и не позвонит. Однако после обеда он снова пришёл к ней на работу и, как ни в чём не бывало, рассказывал о базе данных, в которой можно хранить информацию, в том числе различные документы и ни единым намёком не выразив своё отношение к её вчерашнему срыву. В благодарность за это Юля поцеловала его, когда вечером они прощались. С тех пор расставаясь, они целовались, но она разрешала целовать себя только в щёчку и была ему благодарна за то, что он не претендовал на что-то большее.
  
   Глава 7. Роман Дерягин в Октябрьском РОВД
  
   Сообщение о том, что два первокурсника на перемене подрались в коридоре университета, возмутило Элеонору.
   - Выясните, кто конкретно устроил драку и немедленно их ко мне, - дала она указание секретарю учебной части.
   - Да, кстати, и пригласите ко мне Солдатенкову Марину из этой группы, - вспомнила Элеонора.
   Марина должна знать, кто и почему устроил драку и, безусловно, расскажет ей. Драка в стенах университета - это из ряда вон выходящее событие и Элеонора не помнила другого такого случая. Секретарь недолго отсутствовала и, вернувшись, сообщила, что студент Никонов Дмитрий избил студента Дерягина Романа, а за что и почему, никто не знает. Солдатенкова сегодня не явилась на занятия и причина неявки неизвестна. Драчуны тоже куда-то скрылись.
   - Вот это новость! - ахнула Элеонора.
   За драку необходимо немедленно отчислить обоих из университета, здесь даже вопросов нет. Но какой же это будет удар для Андрюши Никонова! И, главное, ничего сделать невозможно, так как ректор такого не спустит. Впрочем, Дерягина-младшего он вряд ли исключит, всё-таки отец депутат областной думы. Но если Никонов-младший действительно избил Дерягина-младшего, то Диму точно исключат и её заступничество здесь не поможет.
   - Так что, никто не знает, куда делись драчуны? Может быть, они где-то на улице продолжают выяснять отношения? - озадаченно спросила Элеонора.
   - Возможно. В группе никто не знает или не хотят говорить.
   - Скорее всего, не хотят говорить. Они ещё дикие. Всё-таки первый курс и считают, что если скажут, то выдадут своего. Психология подпольщиков.
   Элеонора разыскала Никонова-старшего и сообщила ему неприятную новость.
   - Не может быть, чтобы Дмитрий не с того, ни с сего избил человека. Не сомневаюсь, что для этого были основательные причины, - упавшим голосом произнёс Андрей Дмитриевич, понимавший, что никакие "веские" причины не помогут избежать отчисления из университета.
   - Ты же знаешь, Андрюша, нашего ректора, - тихо сказала Элеонора. - Когда этот говнюк узнает, что избит сын депутата, будет от страха под себя ходить.
   Она люто ненавидела ректора, который не упускал случая пощупать её, когда они оставались наедине у него в кабинете. А недавно он вообще предложил ей переспать с ним прямо в кабинете на большом кожаном диване, но она с трудом отговорилась тем, что у неё, мол, критические дни. Она ненавидела вчерашних коммунистов, ставших в одночасье демократами и "сторонниками" рыночных реформ. Вчерашние безбожники, они, как по мановению волшебной палочки, превратились в истинно верующих и выстаивают в церквах, неумело держа в руке свечку и стыдливо крестясь. Она и сама недавно была активным членом КПСС, иначе не могла бы преподавать философию. Но никогда не громила своих оппонентов, упрекая их в диссидентстве и антисоветской деятельности. А ректор шёл к цели буквально по трупам, отстаивая, как он утверждал, коммунистические идеалы.
   При Горбачёве драл глотку за "перестройку и гласность", требовал идти "курсом демократических реформ", а сейчас стал таким либералом, каких трудно найти. Она тоже играла в эти игры и тоже разыгрывала из себя "пламенного борца" за либеральные рыночные реформы, хотя отчётливо понимала, как философ, что нынешний режим ничем не отличается от прежнего - коммунистического. Так же, как и бывшие коммунисты, нынешние либералы старательно отделяют людей от ресурсов страны с тем, чтобы бесконтрольно владеть этими ресурсами и распоряжаться ими по своему усмотрению. Всё та же система льгот, всё та же система номенклатуры. Только вхождение в эту номенклатуру нынче регулирует не преданность коммунистическим идеалам, а личные связи. Хотя и раньше личные связи преобладали над коммунистическим идеалам. Впрочем, что это за штука - коммунистические идеалы, никто никогда толком объяснить не мог. Об этой абстракции все толковали, но никто не принимал всерьёз.
   Сейчас её близкий приятель попал в неприятную ситуацию - его сын избил не просто человека, а сына депутата областного собрания и реакция ректора вполне прогнозируема.
   - Андрюша, я ничего не смогу сделать при всём своём желании, - помолчав, добавила Элеонора. - Избит ведь не простой парень, а элитный выблядок и дело просто так не замнешь! Неизвестно, где твой Дима разгуливает. Хотя бы объяснил, что произошло! А то исчез, как будто так и надо!
   - Эллочка, может мне самому стоит сходить к ректору, поговорить с ним?
   - Не имеет смысла. Думаю Дерягин завтра устроит здесь такой скандал, что мало не покажется!
   - Что же делать? Неужели все труды напрасны? Сдавал экзамены, с такими трудностями поступил и теперь его исключат?
   - Андрюша, что ты хочешь, чтобы я тебе ответила?
   Ей было жалко и Андрея, и его сына, но её возможности ограничены. Она хотела его обнять, чтобы немного успокоить, но он не заметил её порыва и, не прощаясь, пошёл к двери. Элеонора опять послала секретаря учебной части в группу, чтобы выяснить, пришёл ли кто-нибудь из буянов, но они так и не появились и никто в группе не знал, куда делись Никонов и Дерягин.
   Между тем, Роман в это время сидел в медпункте университета, где врач смазывала ему синяки. На левой щеке расползался большой синяк, левая челюсть с трудом ворочалась, а на теле были ушибы и кровоподтеки от падения на пол и от удара о стену.
   - Вам, молодой человек, необходимо подойти в травмопункт. Там проверят, не повреждены ли внутренние органы, нет ли сотрясения мозга, и составят протокол обследования. С протоколом следует подойти в милицию и потребовать, чтобы возбудили уголовное дело.
   Однако Роман не нуждался в советах, он и сам знал, что делать. Жажда мести бушевала в нём и сразу же из травмопункта с описанием повреждений он пошёл в Октябрьское РОВД, на территории которого находился университет.
   В этот день снова дежурил старший лейтенант Хворостин, счастливо избежавший наказание за свою недавнюю промашку, когда он, по указке капитана Шевелева, обвинил какую-то невинную девушку в проституции. За это его чуть не выгнали из милиции и едва не лишили служебной квартиры, если бы капитан Грузнов из уголовного розыска гормилиции каким-то образом не спас положение.
   Теперь Хворостин старался в точности выполнять распоряжение майора Нечепуренко, заместителя начальника РОВД и послал патруль за неким студентом Романом Дерягиным. Приказ получен совершенно чёткий: разыскать, задержать, доставить в отделение, обыскать, при свидетелях найти пакетик наркоты, посадить в обезьянник и там он должен устроить драку с хулиганами. Драчунов необходимо разнять, Дерягина, как зачинщика драки, обработать дубинками, составить протокол, засунуть обратно в обезъянник и там его должны опустить по полной программе.
   - Ваня, ты всё понял? - спросил Нечепуренко, пристально глядя на Хворостина. - Учти, это поручение оттуда!
   Он поднял палец и глазами показал вверх, подчеркивая значимость поручения, хотя сам не понимал, зачем это понадобилось начальнику гормилиции.
   - Есть указание закопать этого пацана так, чтобы и откопать не смогли. За тем пидером послал?
   - Так точно. Масюта уже в обезъяннике. Ждёт.
   Уголовник Масюта, отсидевший восемь лет за изнасилование с отягчающими обстоятельствами, недавно был досрочно выпущен за хорошее поведение и вернулся с зоны под надзор милиции. Огромный и гориллообразный, с длинными руками и узкой полосочкой покатого лба, он плохо соображал и жил, в основном, инстинктами. У него имелась какая-то особая патология мозга, однако упрятать в психиатрический диспансер не представлялось возможным - с точки зрения психиатров, он не представлял опасности для общества. И сейчас он понадобился для выполнения ответственного задания.
   - Ты объяснил, что от него требуется?
   - Так точно. Масюта вначале отказывался, говорил, что мы специально подсовываем ему пацана. А когда он его изнасилует, то мы, мол, ему снова срок впаяем. Но я этой горилле объяснил, что если мы захотим впаять ему срок, то повесим на него какое-нибудь убийство и никуда он от нас не денется.
   - Правильно объяснил. Этот придурок понял?
   - Ну!
   - Про наркоту не забыл? Учти, найти её надо при свидетелях.
   - Я помню. Свидетелей пригласим с улицы.
   - И чтобы были солидные люди. Хулиганы на месте?
   - Двоих поймали за драку в билетной кассе кинотеатра. Обещал, что отпустим, если хорошо выполнят поручение.
   - Правильно, Ваня. Задачу, вижу, понял. Обо всё, что делается, докладывай мне сразу, а я доложу наверх по инстанции. Давай, действуй.
   - Ах, да, - спохватился Нечепуренко, когда Хворостин был уже в дверях. - Чуть не забыл. Закончив дело, влейте ему в глотку водяры и отвезите в медвытрезвитель. Вот тебе бутылка водки, свою личную жертвую. Чего только для дела не пожалеешь!
   Хворостин ушёл на свой пост, радуясь оказанному доверию, но неожиданно возникла проблема: старший патруля, отправленного на задержание, доложил, что ни в университете, ни дома Романа Дерягина не оказалось.
   - Вот мать твою... - выругался Хворостин. - Куда же пацан мог деться? Скрывается, что ли?
   - А хрен его знает... - пожал плечами сержант, старший патруля. - Может у тёлки какой-нибудь зависает.
   В дежурку протиснулся длинноволосый молодой человек.
   - Меня избили и я хотел бы подать заявление, - сказал он и Хворостин поморщился - не до него сейчас.
   - Кто избил и где? - недовольно спросил он молодого человека. - Свидетели есть?
   - Свидетелей хоть отбавляй. Избит был всенародно.
   - Так уж и всенародно?
   - Ну, да. Вот моё заявление с описанием того, что произошло и акт обследования из травмопункта.
   Хворостин неохотно взял заявление, мельком взглянул на него и не поверил своим глазам - жалобщиком был Роман Дерягин личной персоной.
   - Так ты Дерягин? Роман? Студент университета?
   - Да, это я, - произнёс польщенный такой реакцией Роман.
   Наблюдая, как расплывается в улыбке лицо дежурного, он с гордостью подумал, что благодаря отцу фамилия Дерягин вызывает в городе уважение.
   Хворостин снова заглянул в заявление - указанный в нем адрес соответствовал тому, по которому искали студента. Значит это не однофамилец, а тот самый хлопец!
   - А мы вас, молодой человек, обыскались, - радостно воскликнул Хворостин и сделал знак сержанту из патруля.
   Тот незаметно положил Роману в карман маленький белый пакетик и, выскочив из комнаты, вернулся через несколько минут с двумя пожилыми мужчинами солидного вида.
   - Попрошу вас, молодой человек, выложить всё из карманов на тот стол, - показал Хворостин на стоящий в углу небольшой столик. - А вас, уважаемые свидетели, внимательно смотреть за тем, что он будет выкладывать.
   - Это ещё зачем? - насторожился Роман.
   - Таковы новые правила. А то потом некоторые утверждают, что в милиции у них пропадают золотые часы, портсигары, украшенные бриллиантами, валюта и т.д. Сейчас составим опись предметов, чтобы к нам потом не было никаких претензий.
   Роман нехотя начал выкладывать из карманов разную мелочь и, когда доставал носовой платок, на пол выпал маленький белый пакетик.
   - У вас что-то упало на пол, - заметил один из свидетелей и сержант подобрал пакетик.
   - А что это вы хотели выбросить? Уж не наркоту ли случайно? - спросил сержант и передал пакетик Хворостину.
   - Да это не моё, мне это подбросили, - закричал Роман.
   - Подбросили, говоришь? - сузив глаза, жестко произнёс Хворостин. - Считаешь мы здесь для того и сидим, чтобы наркоту таким как ты подбрасывать? Где взял и кому нёс? Колись лучше сразу, а то ведь всё равно расколем!
   - Да это провокация! Отец с вами разбёрется! Вы его ещё не знаете, он вам покажет, как устраивать провокации! - бушевал Роман и Хворостин бросил сержанту:
   - В камеру его! Пусть посидит, подумает, успокоится, тогда и поговорим.
   Двое свидетеля подписали протокол личного обыска Романа Дерягина и осуждающе покачали головой.
   - Молодёжь сейчас вообще беспутная пошла. Водка, наркотики, беспорядочный секс! Раньше хоть комсомол воспитывал, а сейчас никакой идеологии нет, вот и творится такое! - сказал один из них и другой с этим полностью был согласен.
   В камере Дерягина-младшего избили два хулигана. Били от души, выполняя уговор, а затем подписали протокол о том, что пьяный Роман на них напал с кулаками и покинули отделение милиции, пообещав никогда больше не драться в кинотеатрах. По дороге они разрабатывали план мести кассирше кинотеатра, вызвавшей милицию.
   Романа перевели в другую камеру и там его изнасиловал Масюта, после чего ему насильно влили в рот бутылку водки и отвезли в медвытрезвитель, сдав там по акту. В медвытрезвителе взяли у Романа кровь для анализа и, определив процентное содержание алкоголя в крови, составили протокол. Выполнив всё, как и было приказано, Хворостин доложил майору Нечепуренко об обстоятельствах дела.
   - А что это за акт обследования из травмопункта? - поинтересовался Нечепуренко и внимательно ознакомился с документом, переданным ему Хворостинным.
   - Ваня, ты что, не читал эту бумагу? - спросил он, подняв удивленные глаза. - Он же был избит, а мы, получается, ещё добавили? Не мог он в таком состоянии затевать ещё с кем-то драку. Это у нас промашка вышла. А случится с ним что, на нас повесят. Надо было ко мне сразу же зайти с этим актом, обмозговали бы что делать.
   - А его никто не бил и драки никакой не было. Он пришёл уже избитый и пьяный. Мы только обыскали его и отправили в медвытрезвитель.
   - А как дополнительные ссадины объяснишь?
   - А как я не могу различить, где основные, а где дополнительные ссадины? Я ведь не врач. И, кроме того, я не знаю, где он шатался, выйдя из травмопункта. Думаю, где-то выпил, опять в какую-то драку встрял, а потом к нам пришёл.
   Нечепуренко рассмеялся.
   - Ты, Вань, на выдумки мастак! А если спросят, откуда у него сперма в жопе?
   - Так разве мы ему туда её засунули? А где обычно у голубых сперма бывает, как не в жопе? Голубой он, и, кроме того, алкаш и наркоман. Нажрался где-то, как свинья, и подрался. Там его и трахнули, а потом он к нам пришёл.
   - Ладно, насмешил ты меня. Молодец! Иди, работай!
   Сразу же после того, как Хворостин вышел из кабинета, Нечепуренко позвонил полковнику Мелентьеву и обстоятельно доложил о выполнении задания.
   - Молодец, - похвалил полковник. - Дело о наркоте сразу же передавай в прокуратуру, там уже ждут. А завтра с утра письмо в университет по поводу задержания в нетрезвом виде их студента.
   - Слушаюсь, Михаил Викторович, - весело ответил Нечепуренко.
   Такие тонкие дела не каждому поручат. Следовательно, доверяют и считают своим. Главное в том, что поручили ни кому-нибудь, а именно ему! Может быть, скоро уберут этого козла Осипова и тогда перед ним открыт путь к креслу начальника РОВД. Как говорится: курочка по зернышку клюёт!
   Получив информацию о выполнении задания, полковник Мелентьев тотчас же перезвонил начальнику областной милиции генерал-майору милиции Прохорову и тот доложил губернатору о выполнении его задания.
   - Пусть этого алкаша и наркошу поставят на учет и постоянно контролируют. А также надо предоставить прессе информацию о произошедшем. Народ должен знать своих героев, - жестко произнес Климов, выслушав отчет Прохорова и, положив трубку, задумался о том, каким образом наказать Дерягина-старшего так, чтобы и Бочарова достать рекошетом.
  
   Дома Романа ждала мать - они должны были вместе идти на примерку в дорогущее ателье "Элегант", в котором она заказала себе выходное вечернее платье, а сыну - выходной костюм. Мальчик должен хорошо выглядеть на приемах, которые устраивает движение "Наш дом - Россия". Там на приемах бывает золотая молодёжь: девушки и молодые люди из богатых семей, составляющих ныне городскую элиту. Положение мужа обязывает быть на высоте, поэтому сыну необходима нормальная компания, а не та, с которой он якшается.
   Не далее, как вчера, разгорелся скандал: в субботу сын устроил дома вечеринку и какая-то пьяная девка вывалилась из окна. До какой же степени нужно упиться, чтобы вывалиться из окна! Хорошо, что хотя бы жива осталась, а то потом пришлось бы много платить, чтобы прокуратура замяла это дело! Жёлтая пресса и так досаждает мужу своими бесконечными придирками, а если бы девка разбилась - вообще бы загрызла его! Она думала о несправедливом отношении прессы к её мужу, который вкалывает так, что не видит выходных, не говоря уже о буднях, в которые он уезжает рано и приезжает поздно. Но, несмотря на козни врагов, его ценят и он пользуется в обществе авторитетом!
   Не дождавшись сына, Дерягина сама поехала в ателье, но, вернувшись, увидела, что сына всё ещё нет дома. С трудом дозвонилась мужу, который вечно сидел на заседаниях всевозможных комиссий, но тот тоже ничего не мог сказать.
   - Ромка, идиота кусок, видно просаживает деньги в казино. Только вчера выклянчил у меня тысячу баксов, мол, на карманные расходы и, видимо, где-то их спускает! - рассердился Дерягин-старший.
   - Какое казино в понедельник! Кто туда ходит по понедельникам? - возразила мать. - Рома давно уже должен был вернуться из университета, но до сих пор его нет. Даже на обед не пришёл. Я очень волнуюсь, у меня какое-то нехорошее предчувствие!
   - Ты своим предчувствием накаркаешь какую-нибудь неприятность, вот увидишь! Трётся, небось, где-то в ресторане с однокурсницами. Я ему сегодня вечером устрою баню! Мог же позвонить матери, чтобы тебя не волновать!
  
   Однако Роман не пришёл домой и вечером. В половине девятого мать начала обзванивать больницы и отделения милиции. Через полтора часа телефонных розысков она нашла сына в одном из вытрезвителей и сразу же позвонила мужу.
   - Наш Ромочка попал в вытрезвитель, - взволновано сказала она. - Лежит там с какой-то пьянью! Ведь этим негодяем известно, чей он сын и всё-таки посмели запереть ребёнка со всяким сбродом!
   - В каком он вытрезвителе?
   - Номер два, это где-то на улице Островского. Ты поедешь за ним?
   - Зря я ему вчера деньги дал! Но, думаю, что без происков моих "доброжелателей" здесь не обошлось. Это политическая провокация и я выясню, кто этим занимается!
   - Ты сначала освободи его оттуда, а потом уже занимайся своими разборками.
   - Я освобожусь примерно через полчаса и подъеду на Островского, разберусь там с этими дуроломами!
   Освободился он минут через двадцать и поехал за сыном в вытрезвитель номер два, но дежурный офицер отпускать Романа не захотел.
   - Как это ты не отпустишь его? - закричал Дерягин. - Я же тебе показал своё депутатское удостоверение! Отказываешься власть признавать? Да тебя завтра утром вышвырнут из милиции в два счёта!
   - Я тебя с дерьмом смешаю! - бушевал Дерягин, но офицер был непоколебим.
   - Не положено, - упрямо твердил он, и Дерягин вдруг понял, что дело не в упрямстве офицера.
   Это кто-то из его политических противников устроил гнусную провокацию и он сейчас ничего не добьется. Надо будет сразу же с утра подъехать к полковнику Мелентьеву и попросить разобраться, кто дал указание задержать его сына. Всё это не случайно и провокация направлена даже не против него, Дерягина, а против Бочарова, ставленника движения "Наш дом - Россия" на губернаторских выборах. А может хотят скомпроментировать даже не только Бочарова, но вообще движение "Наш дом - Россия", возглавляемое лично премьер-министром Виктором Степановичем Черномырдиным?
   - Так вот откуда ноги растут! - ахнул Дерягин, осознав всю глубину заговора, и решил завтра с утра, бросив все дела, заняться только этим.
   Мобилизует печать, радио, телевидение - там ещё остались порядочные люди. Он обратится в избирательный штаб, в президиум областного законодательного собрания, членом которого является, к губернатору, наконец! Завтра он поднимет и поставит всех на ноги! Такие провокации даром не пройдут, не на того напали!
   В бешенстве, он повернулся и вышел на улицу, где около машины ждал его охранник Лобов.
   - Едем домой, - хмуро бросил он Лобову и тот, догадавшись, что шеф не в настроении, молча повёз его к дому, около которого их с нетерпением ждали Шахнин и Зубков.
  
   Глава 8. Ликвидация депутата Дерягина
  
   Шахнин и Зубков несколько дней следили за Дерягиным, выявляя его контакты, но депутат контактировал с очень многими людьми. Кроме того, они не могли знать, с кем он контактировал в помещениях, куда они не могли проникнуть. Но особо их заинтересовала его поездка к криминальному авторитету Мартыну, причем крепкие ребята, стоявшие около ворот большого трёхэтажного особняка, пропустили его машину без вопросов - видимо хорошо знали Дерягина и его водителя в лицо.
   - Серьёзный человек этот депутат, - сказал Зубков, увидев, как автоматические ворота закрываются за машиной Дерягина.
   - Да уж, у нас случайные люди в депутатах не ходят, - ответил, зевая, Шахнин.
   Ему этот беспокойный депутат порядком надоел - из-за него уже несколько дней не может нормально выспаться и не может встретиться с женщиной, с которой наметился роман.
   - Скорей бы пристрелить козла, чтобы отдохнуть по-человечески, - посмотрел он на Зубкова.
   - Пристрелить действительно надо поскорее, но так, чтобы комар носа не подточил. С этим говнюк всё время охранник. Не хотелось бы охранника заваливать, человек-то не причём. Хотя он тоже может быть в курсе дел Дерягина с его двоюродным братцем.
   - Вряд ли. Я бы, например, с охранником откровенничать не стал. Да и смысл-то какой? Только лишние улики против себя тиражировать.
   - Я тоже так думаю, Саня, поэтому ликвидировать охранника не стоит. Однако в таком случае он серьёзная помеха. Надо подумать, как убрать господина депутата, не причиняя вреда охраннику.
   - Мне кажется, Володя, что мы сами себе усложняем жизнь. С одной стороны не хочется брать лишний грех на душу и кончать охранника, а с другой стороны что делать? Лезть под его пули?
   - А знаешь, лишним грех никогда не бывает. Не согрешишь - не покаешься. А не покаешься, как в рай попадёшь? Диалектика, Сань!
   Они сидели в машине, вяло переговариваясь, более двух часов, пока автомашина Дерягина не выехала из ворот особняка Мартына. Было уже около десяти часов вечера и Дерягин поехал домой. Караулить всю ночь не имело смысла, плэтому приятели поехали тоже отдыхать.
   - У меня родилась идея, - сказал Зубков после того, как они поужинали на скорую руку и готовились ко сну. - Сань, напомни мне, пожалуйста, ещё раз историю с цыганкой.
   - Да на кой чёрт она нужна, эта цыганка? Идея-то в чём?
   Но Зубков был неумолим и Шахнин повторил то, что знал об этом случае. Зубков, внимательно слушая, расспрашивал о деталях.
   - Говорю же тебе: не был при этом, ничего не знаю. Всё что знал, рассказал, - взмолился Шахнин. - Не понимаю, зачем тебе эти подробности?
   - Вот ты говоришь, что этот Лобов, охранник Дерягина, схватил не цыганку, а девушку, которая шла по двору другого дома, и обвинил её в том, что именно она была в костюме цыганки. Так?
   - Так.
   - Мол, это она напала на Дерягина. Так?
   - Ну, так, так. Ну, и о чём это говорит?
   - А наряд цыганки он нашёл в подъезде другого дома. Так?
   - Вован, ты меня уже заколебал. Что ты хочешь этим сказать?
   - А вот что. Этот охранник Лобов знал девушку в лицо. Именно поэтому он схватил её, а не другую какую-нибудь женщину. Она, вероятно, брошенная любовница Дерягина. Именно поэтому она и ударила его кистенём по матне, чтобы ему отомстить.
   Шахнин кисло посмотрел на Зубкова:
   - В этом и состоит вся твоя идея? В таком случае я пошёл спать.
   - Идея базируется на этой выкладке, но состоит в другом. Как ты думаешь, какова будет реакция этого охранника Лобова, если вечером, когда он будет провожать шефа к подъезду, на освещенном месте появится цыганка?
   - Цыганка? А почему она должна появиться?
   - Не суть важно почему. Что, по-твоему, Лобов сделает, если цыганка будет стоять на освещенном месте и крутить в руках что-то вроде кистеня?
   - Ну, наверное, попытается её прогнать.
   - Прогнать издали?
   - Не знаю, скорее всего, двинется к ней.
   - Я тоже так думаю. Он на какое-то короткое время отвлечётся от Дерягина и в это время пуля-дура должна сделать в депутатской башке дырку. Как в песне поётся: "И пуля дура прошла меж глаз ему на закате дня...".
   - А Лобов достаёт свою ствол и шмаляет в стрелка? Так, может быть, сначала положить Лобова, а потом Дерягина?
   - Нет, мы ведь гуманисты! Так сказать, человеколюбцы. Нам нужен только Дерягин, а Лобов пусть живёт. У него возможно семья есть, дети маленькие.
   - Вован, я тебя всегда знал как женолюбца, а когда же ты стал человеколюбцем?
   - Знаешь Сань, я считаю, что любая операция должна быть изящной, утончённой и обязательно с выдумкой.
   - Ни фига себе изящная, утончённая! Этот Лобов выхватывает ствол и кладёт сначала стрелка, а потом и цыганку.
   - Во-первых, цыганка сразу же после начала действа исчезает, а, во-вторых, стрелка ещё найти надо.
   - А где будет стрелок? Возле дома Дерягина особо прятаться некуда.
   - Вот в этом всё и штука. Как говорится, всё своё возим с собою. Стрелок будет лежать под машиной, а машина будет припаркована на обочине напротив подъезда Дерягина, причём оба правых боковых колеса будут на бордюре, чтобы тебе было удобно прятаться под машиной за бордюром.
   - Так стрелять должен я?
   - Ты со своими усами не сможешь сойти за цыганку. А я вылитая цыганка, особенно, если половину лица кокетливо закрою платком.
   Шахнин захохотал, представив себе Зубкова в костюме цыганки.
   - Так вот, после твоего выстрела, Лобов должен, по идее, выхватить ствол и посмотреть, откуда стреляли. Он крутится вокруг, но никого не видит. Тогда он подбегает к Дерягину, чтобы помочь, наклоняется, а в это время я, отбежав в темноту, бросаю в него камни. Он звереет, стреляет в мою сторону, вероятнее всего, бежит ко мне, а ты в это время осторожно перелазишь в машину и по газам. Я перебегаю вдоль соседнего дома на параллельную улицу, где ты меня подбираешь и мы скрываемся на машине в каком-нибудь микрорайоне поблизости. Пережидаем там некоторое время, пока промчатся милицейские машины, и спокойно возвращаемся домой пешком.
   - А машина?
   - А зачем тебе чужая машина? Пусть её ищет хозяин.
   - Так что, машина краденная?
   - Краденная - это когда взяли и не отдали. А мы позаимствуем на время. Чувствуешь разницу. Машина не краденная, а угнанная.
   Шахнин задумался.
   - План, конечно, очень хитрый. Но на бумаге всегда гладко, а как оно в действительности пойдёт, вот в чем проблема.
   - Конечно, Саня, что-то может пойти не по плану, тогда Лобова придётся устранить. Поэтому в его жизненных, можно сказать, интересах, чтобы всё получилось по плану.
  
   На следующий день они купили на вещевом рынке длинную юбку, длинный жакет, большой цветастый платок и Зубков в этом наряде красовался дома перед зеркалом, примеряя на себя роль цыганки. Днем они внимательно обследовали окрестности дома Дерягина, а вечером снова следили за процедурой его приезда домой. Внесли некоторые поправки в план и на окраине города вскрыли белые "Жигули" второй модели. К дому Дерягина подъехали около девяти часов вечера и поставили машину, как и задумывали, двумя колёсами на бордюр. Горевшую лампочку на столбе, стоящем недалеко от машины, Зубков разбил камнем и место, где стояла машина, тускло освещалось лампой на столбе, стоявшем метров в пятнадцати от него.
   Шахнину было не очень уютно лежать на сыроватом асфальте, хотя он и надел брезентовую куртку. Лежать пришлось долго, пока не подъехала машина Дерягина. Стоящие "Жигули" вызвали подозрение у Лобова и он, остановив машину, вышел и, заглянул в салон. Никого в нём не увидев, вернулся на водительское место и подъехал к подъеду ближе. Затем вышел из машины, посмотрел вокруг и открыл дверцу Дерягину. Они уже поднимались по лестнице к двери подъезда, как послышался негромкий свист. Лобов посмотрел налево и увидел цыганку, стоящую под ярким фонарём метров в двадцати от него. Цыганка стояла, подбоченившись одной рукой, а второй крутила что-то похожее на кистень.
   - Ты посмотри, какая сука! Опять появилась! - возмутился Дерягин. - Да она издевается над нами!
   - Я ей, паскуде, сейчас бубну выбью, - зло сказал Лобов. - Вы, Олег Владимирович, заходите в подъезд, а я с нею разберусь. Хотя нет, без меня заходить в подъезд не надо.
   Он внимательно ещё раз осмотрелся и, никого не заметив, пошёл по направлению к цыганке.
   - Исчезни падло, иначе плохо будет, - крикнул ей Лобов и в это момент грохнул выстрел, эхом отозвавшись между домами небольшой улочки. Пуля вошла прямо в левое ухо Дерягина и он рухнул с крыльца на землю, перевалившись через металлическое ограждение. Лобов, обернувшись к нему, выхватил пистолет. Упав на землю и перекатившись через плечо, встал на колено и тревожно озирался вокруг, не видя, откуда стреляли. Он понимал, что следующий выстрел может быть по нему и нервно водил дулом, но цели не видел. Он посмотрел туда, где до этого стояла цыганка, но и та исчезла.
   Выстрелов больше не было и он, рискнув, подбежал, пригибаясь, к распростёртому на земле телу Дерягина. Вдруг около него упал камень и он, приняв его за гранату, отпрянул, снова перекатился через плечо и прижался к земле, накрыв голову руками. Взрыва не последовало, а из темноты послышался издевательский смех и снова в него полетел камень. В это время Шахнин незаметно перебрался в машину и, не закрывая двери, рванул с места.
   Встретились приятели в условленном месте, оставили в бардачке двести долларов хозяину машины за беспокойство и пошли окольными путями домой. В нескольких кварталах от дома Шахнина располагался клуб скинхедов, который Зубков присмотрел, когда знакомился с местностью. Около дверей клубы под скамейкой он оставил наряд цыганки и пистолет. Ребята скинхеды найдут пистолет и зря его не выбросят, будут им пользоваться. А там, глядишь, их поймают на чём-то и тогда искать убийц Дерягина не потребуется - экспертиза сразу установит, что завалили его именно из этого пистолета.
  
   На следующий день в местных новостях передавали подробности происшествия, выступали известные в городе люди, хорошо знавшие Олега Владимировича Дерягина и делились своими воспоминаниями о чудесном человеке, прилагавшим титанические усилия к тому, чтобы облегчить жизнь своим избирателям.
   - И не стыдно такую херню с экрана нести? - возмутился Шахнин, закусывая соленым белым грибочком очередную стопку водки.
   Они с Зубковым обмывали хорошо выполненную работу, о которой уже доложили руководству фирмы и выслушали благодарность за успешно проведенную операцию.
   - Не бери себе в голову. У них работа такая: врать. Вот у нас одна работа, а у них другая. Если народ эту херню выслушивает, значит, она ему нужна, - пьяным голосом сказал Зубков.
   Его уже порядком развезло, так как выпили они немало. Он встал и, качаясь, с трудом добрался до дивана, рухнул на него и мгновенно уснул.
   - Слабаки они, московские пацаны, - пробормотал Шахнин, наливая себе ещё одну стопку. - Не умеют пить!
   Копченая курица которую он доедал, казалась невероятно вкусная и под соленые грибочки с водкой хорошо шла.
  
   В этот вечер Антон провожал Катю домой. Они допоздна задержались у его приятеля на дне рождения, и Катя переживала за то, что мама будет беспокоиться.
   - Она у меня большая паникёрша, - объясняла она Антону, но ему не хотелось с нею расставаться.
   - Ещё детский час, только половина двенадцатого, - уговаривал он Катю.
   Они сидели на лавочке около Катиного дома, и она всё время порывалась уйти домой, но Антон удерживал её за руку. Откровенно говоря, ей и самой не очень хотелось расставаться с ним в этот теплый осенний вечер. Скоро начнутся дожди, холода, пойдет снег и снова наступит затяжная сибирская зима. Осталось не так уж много дней, когда можно вот так посидеть на лавочке. Но она знала, что мама нервничает, когда дочь поздно задерживается. Вечер у приятеля Антона был чудесным, компания ей очень понравилась и Катя давно уже так хорошо себя не чувствовала. Она с удовольствием вспоминала эпизоды этого вечера, а особенно двух его приятелей, которые пришли без девушек.
   - У них любовная трагедия, столь редкая в наше время, - тихо смеясь, шептал Антон Кате на ухо. - Влюбились в двух певиц из московского ансамбля народной песни или что-то близкое к этому. А те с ними поигрались и, как говорят на Украине: раптом хутко зныклы у нэвидомому напрямку.
   - Это как перевести, господин полиглот?
   - Иначе говоря: неожиданно исчезли в неизвестном направлении.
   Катя сочувственно посмотрела на парней.
   - И что, девушки ничего не пишут, не звонят?
   - Как будто их и не было. Причём как исчезли! В среду Вадим со своей избранницей должен был идти подавать документы в ЗАГС, а утром в понедельник она исчезла. Исчезла бесследно вместе с подругой! Короче, латиноамериканские сериалы отдыхают!
   - А ансамбль тоже исчез? Они пробовали искать их?
   - Пробовали. Даже в милицию ходили, но там с ними даже разговаривать не стали. Однако в нашем сериале не всё безнадёжно: недавно из Москвы прилетала пожилая дама, которое имеет какое-то отношение к этим девушкам, и устроила смотр Вадику и Денису. Она будет определять, отдавать девчат замуж или нет.
   Антон, не выдержав, расхохотался и все посмотрели на него.
   - И мы хотим смеяться, расскажи и нам, что ты рассказывал Кате, - обратилась к ним одна девушка по имени Нина, но Антон смутился.
   - Да мы тут о своём, о главном...
   - О сексе, что ли? - спросил кавалер Нины. - Секс дело серьёзное, не смеяться надо, а делом заниматься!
   Нина дала ему подзатыльник:
   - Этому больше не наливать! Он как выпьет, сразу же становится циничным, как одесские биндюжники.
   Катя слегка покраснела и хотела сделать выговор Антону за его бестактность и глупый смех, но он, чмокнув в щеку, подхватил её и повел в танце. Она забыла, когда танцевала и была благодарна Антону за этот вечер и за чувства, которые он к ней испытывал.
  
   Они сидели на скамейке, тесно прижавшись друг к другу и Катя положила голову ему на плечо. Ей не хотелось расставаться, но было уже очень позднее время и надо идти домой.
   - Антошик, я уже должна идти, а то мама волнуется, - попыталась она снова начать, но Антон закрыл ей рот поцелуем.
   Она чувствовала, как бьется его сердце, как его рука подбирается к её груди и кровь запульсировала у неё в висках. Но внезапно из-за соседнего переулка выскочила милицейская машина и резко затормозила около её подъезда.
   - Ой, в нашем подъезде что-то случилось, - отпрянула Катя от Антона и посмотрела на свои окна. Одно из окон тускло освещалось и мерцающим синеватым светом - это мама смотрела телевизор.
   - Антошик, я уже пойду. Завтра встретимся, а сейчас уже очень поздно, - сказала она и, поцеловав Антона, встала.
   Она посмотрела на свои окна дурные предчувствия охватили Катю - во всех окнах её квартиры загорелся свет.
   -А не за мною ли приехала милиция? - беспокойно посмотрела она на Антона. - Я ведь под подпиской о невыезде. Возможно, они приехали проверить дома ли я?
   - Не спеши, - задержал её Антон. - Они могли бы вызвать тебя повесткой или приехать днём. Здесь что-то другое.
   Она вспомнила дни, проведенные в СИЗО и инстинктивно прижалась к Антону.
   - Неужели опять приехали за мною, - дрогнувшим голосом сказала она, жалобно глядя на Антона. - Я не хочу туда больше.
   Она была готова заплакать, но Антон, поцеловав её, попытался успокоить.
   - Не волнуйся, мы подключим Бориса Аркадьевича и всё будет в порядке. А пока тебе не следует сейчас идти домой.
   - А как же мама? И куда я пойду? Может к Эльвире, но уже поздно, они спят и у них ребёнок маленький.
   - Пойдём ко мне, а утром всё выясним.
   - Нет, - покачала головой Катя. - Что подумают твои родители?
   - Они три дня назад уехали в Кисловодск в санаторий. Я один дома.
   - Тем более, я не пойду к тебе.
   - Я обещаю тебе полную неприкосновенность. Тебе сейчас нельзя домой.
   Катя колебалась.
   - А как же мама? Она с ума сойдёт, если я не приду домой.
   - Позвонишь ей и скажешь, что осталась на ночь у подруги.
   Они подождали ещё с полчаса, но милиция не уезжала и они пошли искать исправный телефон-автомат. Только третий телефон-автомат находился в рабочем состоянии и Катя позвонила домой. Трубку подняла мама. Катя услышала её встревоженный голос.
   - Мамочка, я останусь на ночь у подруги, потому что ночью одна боюсь идти домой, - сказала Катя, напряженно вслушиваясь в треск и шорохи, раздающиеся в трубке.
   Ей были важны интонации в голосе матери и та вдруг быстро заговорила:
   - Да, да, доченька. Так поздно не ходи одна, лучше оставайся у подруги.
   Мама так быстро повесила трубку, что Катя, по несвойственному маме поведению, поняла, что её там ждут, что приехали именно за ней. Она разрыдалась и Антон, прижав её к себе и гладя по голове, пытался её успокоить.
  
   На кухне у Антона они пили чай и долго обсуждали ситуацию, после чего Антон постелил ей у себя в комнате, а себе в гостиной. Но долго заснуть не мог и, наконец, решившись, немного приоткрыл дверь и заглянул в комнату.
   - Я не сплю, - волнуясь, прошептала Катя.
   Она понимала, что хотелось Антону, но мысль о физической близости вызывала у неё отвращение - ещё свежо в памяти то, что произошло с нею на даче Сапога. Вместе с тем, она понимала, что если не преодолеет развивающийся у неё комплекс неполноценности и негативное отношение к половой близости, то могут развиться депрессия и половая дисфункция. Для неё станет недоступным чувство любви и это закроет ей дорогу к семейному счастью. Всё это она прочитала в статьях о психологии изнасилованных женщин и как им следует восстанавливать психическое здоровье. Но теории психологов и реальная жизнь - это совершенно разные вещи.
   Между тем, Антон тихо подошёл к ней, присел на краюшек постели и у Кати гулко забилось сердце. Она очень хотела сказать, чтобы он ушёл и была уверена в том, что он не посмел бы к ней прикоснуться. Но удерживала себя от этого. Он ей нравился, хотя любовью это нельзя назвать. Только сможет ли она вообще полюбить кого-нибудь после того, что с нею произошло? Сможет ли она стать нормальной женщиной? Если она не сможет любить, если она не сможет создать семью - её ожидает тоскливое одиночество, приступы депрессии, беспросветное существование вне нормальной общности людей. Кому интересно будет с нею общаться?
   Страх оказаться в таком положении боролся с отвращением к физической близости и она замерла, когда Антон наклонился, чтобы поцеловать её.
   - А кто-то мне обещал безопасность, - тихо произнесла Катя, усилием воли сдерживая себя, чтобы не оттолкнуть его.
   Антон ей ничего не ответил. Он прикоснулся своими пересохшими от волнения горячими губами к её губам, а потом стал покрывать поцелуями её лицо. Она закрыла глаза и почувствовала его губы на своей шее, где билась жилка. Он нежно гладил рукой её плечо и целовал впадинку на шее между ключицами, а она лежала, вся напряженная, закрыв глаза, и пыталась расслабиться. Катя уговаривала себя, что в происходящем нет ничего противоестественного, все нормальные люди занимаются сексом - такова природа. Но самоуговоры не помогали расслабиться. Дыхание Антона стало учащённым и прерывистым, его рука скользнула под одеяло и она почувствовала его ладонь на своей груди, из-за чего непроизвольно ещё больше напряглась. Она понимала, что если не расслабится, он не сможет её взять и, возможно, после этого их отношениям придёт конец. Зачем она будет ему нужна?
   Но, с другой стороны, если он её любит, то всё равно не сможет бросить. Но любит ли он её в действительности или просто добьётся своего и бросит? Может быть, он знает о том, что она была изнасилована и считает, что она легкодоступна? Она открыла глаза в тот момент, когда он впился губами в её губы и встретилась с ним взглядом. В его глазах было столько нежности и страсти, что она все сомнения в искренности его чувств у неё улетучились. Неужели она действительно любима и сможет стать нормальной женщиной, познать семейное счастье, иметь детей?
   Теплые чувства к Антону вдруг нахлынули на неё и она почувствовала, как начала расслабляться. Обвив руками его шею, она ответила на его поцелуй и приоткрыла рот, когда почувствовала его язык на своих губах. Её подружка Эльвира рассказывала ей о технике поцелуя взасос, но только сейчас она познавала его на практике, причем теория у неё вылетела из головы.
   - Теория без практики мертва, как говорил Ленин, - пронеслось у неё в голове. - А практика без теории?
   Между тем, Антон, почувствовав, что Катя ему ответила, осмелел и его рука скользнула вниз по её телу. Ощутив его ладонь на своём бедре, она вздрогнула и замерла, а Антон, почувствовав её реакцию, тоже замер. Он не убирал руку и она пыталась расслабиться. Катя боролась со своим страхом, пока он целовал её глаза, нос и щёки, и его нежность и поцелуи делали своё дело. Катя почувствовала, что расслабляется и еле слышно вздохнув, сама поцеловала Антона. Сразу же его ладонь накрыла её лобок и Катя почувствовала, как горячая волна прошла по телу и сердце как-то по-особенному забилась. Его пальцы гладили волосики на лобке и её ноги сами начали раздвигаться. Катя больше не руководила телом - им руководил инстинкт и когда Антон вошел в неё, она поддалась ему навстречу, испытывая необыкновенное чувство, о котором рассказывала Эльвира, но которое она не могла себе даже отдалённо представить во всей его полноте.
  
   Утром Катя проснулась первой. Подперев рукой голову, она рассматривала лицо спящего Антона и понимала, что их отношения приобрели новое качество. Мысленно она вновь и вновь переживала то, что произошло с ними этой ночью и не жалела. Антон стал ей ближе и роднее. Она исследовала каждую черточку на его лице и каждую морщинку. Её тянуло прикоснуться к нему, целовать родное лицо, однако останавливала боязнь разбудить его. Вероятно почувствовав устремлённый на него взгляд, Антон проснулся.
   - Ты уже не спишь? - прошептал он, притягивая её к себе и целуя в шею.
   - Сплю и не хочу просыпаться, - ответила, тихо рассмеявшись, Катя. - Я не пойму: это происходит со мною во сне или наяву?
   - Конечно же, во сне, - покрывая её поцелуями, сказал, Антон. Он прижал её к себе и она, чувствуя, как её снова охватывает страсть, отдалась ему.
   Радость от сознания того, что она преодолела свои комплексы и стала нормальной женщиной, усиливали её чувства к Антону, которого уже считала своим мужчиной, своим возлюбленным. Его страсть передавалась ей, подстёгивала её чувства и она буквально плавилась в его объятьях. Потом они долго лежали рядом, обняв друг друга и обсуждали свои чувства и переживания. И только в начале двенадцатого вспомнили о вчерашней неприятности. Стремглав выскочив из постели, Антон позвонил Борису Аркадьевичу Мирскому, переживая за то, что его любимую могут снова посадить в СИЗО.
  
   Глава 9. Крутиков начинает расследование
  
   После звонка из Урус-Мартана в Москву о трагической гибели группы УБОБ, посланной для захвата двух литовских снайперш, в Моздок срочно вылетел самолет со старшим следователем Генпрокуратуры по особо важным делам Иваном Ильичем Крутиковым и тремя известными правозащитниками. Похищенные бумаги финансовой отчетности, в которых проставлены суммы выплат московским политикам и чиновникам, могли иметь непредсказуемые последствия для всей кремлевской администрации , поэтому перед Крутиковым была поставлена задача разыскать в Моздоке и арестовать двух преступниц, замешанных в убийстве Мадлен Форрестер, наблюдательницы американской правозащитной организации "Human Rights Watch" в республике Ичкерия.
   - Эта история чревата серьёзные осложнениями с американскими и европейскими политическими кругами, - объяснил Крутикову Валентин Петрович Соловцев, высокопоставленный чиновник администрации президента. - Сейчас, когда Международный Валютный Фонд согласился на предоставление России резервного кредита в размере 6,5 млрд. долларов, нам не нужны никакие осложнения на международной арене.
   Незадолго до этого разговора Соловцев вскользь обмолвился, что подозревает в этом преступлении армию и у Крутикова не было ни малейшего желания участвовать в этих странных разборках. Тем более, что история, произошедшая год назад с корреспондентом газеты "Московский комсомолец" /11/, не способствовала проявлению энтузиазма в деле разоблачения армейских генералов. Крутиков подумал, что лучше пусть военные прокуроры СКВО /12/ занимаются этим делом, чем он. Тем более, что ему было известно, что московские "бизнесмены", военные и гражданские, моют деньги совместно с чеченскими басмачами и совершенно бесперспективно пытаться что-то расследовать. Не только бесперспективно, но и смертельно опасно для жизни. Кроме того, он понимал, что насчет займа МВФ Соловцев просто пытается взять его на понт: валютному Фонду нет дела до какой-то американской бабы-правозащитницы. Любому нормальному человеку известно, что основная задача фонда состоит в подстаивании российской экономики под модель фонда. И конечно же, фонд рассчитывает на получение колоссальных процентов, поэтому будет делать себе деньги, даже если в Чечне замочат десяток правозащитниц.
   - Но уголовные дела по фактам преступлений, совершенных военнослужащими, расследуются военными прокуратурами, - попытался возразить Крутиков, но Соловцев резко прервал его:
   - Разве вам известно, что эти уголовницы являются военнослужащими? Мы не знаем ни их имена, ни кто они и откуда. Известны только их словесные портреты, поэтому, прежде чем решать кто этим будет заниматься, их надо задержать. Есть версия, что кое кто из ФСБ использует уголовников для своих грязных делишек. Вот с этим и надо разобраться!
   - Кагэбэшня остается кагэбэшней, как эту контору не переименовывай, - перебил Соловцева один из правозащитников. - Ни в коем случае нельзя позволить, чтобы дело об убийстве сотрудницы правозащитной организации расследовала военная прокуратура. Она слишком тесно сотрудничает с армией и готова покрывать любые преступления распоясавшейся военщины!
   Соловцев подозрительно посмотрел на правозащитника. Говорит-то он правильно, только эти фразы о "распоясовшейся военщине" и "кагэбешне" так измочалены прессой и депутатами, что его высказывание смахивает на скрытую иронию. Однако на лице правозащитника не было ни тени улыбки.
   - Скорее всего просто идиот, нежели провокатор, - решил Соловцев.
   К правозащитникам у него было сложное отношение. Его дед, активный участник революции, в 20-е годы работал в центральном аппарате ГПУ в четвертом отделении секретного отдела /13/, а потом был переведен на ответственную партийную работу. В 1937 году он был расстрелян по ложному обвинению, но в конце 50-х годов деда, которого Хрущев некогда знал лично, реабилитировали. Это способствовало успешному продвижению внука в партийном аппарате и в двадцать пять лет Валентин Соловцев стал вторым секретарем райкома ВЛКСМ, а вскоре был взят в аппарат Московского городского комитета КПСС. Тогда у многих деятелей ЦК КПСС были в роду "враги народа": у Горбачева, Шеварднадзе, Бакатина и многих других. Да и как не быть, если одна половина народа числилась врагом другой половины? А в какую половину тебя запишут, определял следователь НКВД.
   Соловцев был на хорошем счету у руководства МГК КПСС и в тридцать два года попал в список резерва на замещение должности заведующего отделом. Но правозащитники сломали ему так блестяще начавшуюся карьеру. Однажды проверяя кадровую работу в одном номерном научно-исследовательском институте, он обратил внимание, что среди начальников отделов есть евреи, а некоторые ведущие сотрудники, числящиеся русскими, на самом деле наполовину евреи. О грубых упущениях в подборе и расстановке кадров он напрямую высказал Полякову, заместителю директора института по науке и члену-корреспонденту Академии Наук. Недосмотрев отчества Полякова, он обратился к нему, как к Борису Николаевичу, но тот резко осадил его:
   - Я не Николаевич, а Наумович и тоже еврей.
   О засилье сионистов в секретном институте, участвующем в разработке ракетно-ядерного щита страны, Соловцев доложил своему начальнику и получил нагоняй:
   - Это правильно, что ты не любишь жидов, их никто не любит. Но если ты визуально не можешь отличить Наумовича от Николаевича, то как тебя рекомендовать на должность заведующего отделом?
   Правозащитники раздули этот эпизод до небес, обвиняя власти в государственном антисемитизме. Соловцева вычеркнули из списка резерва на замещение должности заведующего отделом за то, что, мол, подставил горком.
   - Считай ещё легко отделался, - сказал ему завотделом. - В стране торжествует ленинская национальная политика и обеспечено дальнейшее развитие ленинских принципов взаимоотношений между социалистическими нациями. Но силы, враждебные советскому обществу, используют малейшие зацепки для клеветы на наш строй. Поэтому надо постоянно проявлять бдительность, а ты её утратил! Это же надо - Наумовича спутал с Николаевичем!
   То, что правильное и привычное словоблудие использовали в его конкретном случае, вызывало у Соловцева тошноту. Во-первых, это ещё вопрос - относятся ли жиды к социалистическим нациям. А во-вторых, какое, на хрен, торжество ленинской национальной политики, когда в национальных республиках бурлят страсти и быстрыми темпами набирает силу национализм? Когда черножопые из южных республиках ведут себя в Москве, как завоеватели? Зачем ему впаривают эту фигню, будто он простой лох с улицы, а не работник партаппарата!
   Но за окном был декабрь 1985 года и случилось то, что раньше казалось невероятным: сняли первого секретаря МГК КПСС Гришина, восемнадцать лет хозяйничавшего в Москве. В марте 70-летний Гришин подсуетился, пытаясь стать приемником Черненко на посту Генсека, но Политбюро единогласно избрало Горбачева, который постарался спровадить на пенсию несгибаемого деятеля сталинского типа. Новым первым секретарем МГК КПСС стал никому неизвестный партийный функционер Ельцин и началась чистка аппарата. Увольнение многих руководящих работников открывало перед Соловцевым большие перспективы роста и он сделал всё, чтобы Ельцин его заметил. Но тот, не успев заметить молодого и перспективного партийного работника, на октябрьском пленуме ЦК в 1987 году внезапно обрушился на перестройку и её главного прораба - Горбачева. Однако строительства социализма с человеческим лицом и правдоискательство несовместимы в принципе, поэтому Ельцина отстранили от должности, а вскоре вообще вывели из состава Политбюро, что создало ему ореол мученика.
   Прошли те времена, когда людей с подобным ореолом на долгие годы увозили в охраняемых вагонах в Сибирь на казенные харчи без права переписки. Ельцина разжаловали частично, оставив его в рядах номенклатуры, и даже назначили первым заместителем председателя Госстроя СССР. Именно тогда Соловцев сделал для себя правильный вывод: если партия отказывается от ленинских норм жизни и не расстреливает оппозиционеров, то она агонизирует и, следовательно, доживает последние дни. И когда в мае 1990 года Ельцин был избран Председателем Верховного Совета РСФСР, Соловцев сумел ему о себе напомнить.
   Это был точный и сильный ход. Незадолго до этого он пил водку на вечеринке у своей приятельницы Риммы Кузьминой. Дочь хорошо обеспеченных родителей из аппарата МИД'а любила устраивать тусовки, на которые приглашала самую различную публику из московского бомонда и, после накачки гостей спиртным, заводила беседы на скользские темы. В тот вечер спорили об одном известном деятеле искусства, который всегда считался настоящим коммунистом и вдруг перелицевался в заядлые демократы.
   - Бывших настоящих коммунистов, как и бывших проституток, не бывает, - настаивал сравнительно молодой, но уже известный, московский поэт. - Настоящий коммунист, также, как и проститутка - это не профессия, это состояние души.
   При этом он выразительно посмотрел на Римму, танцевавшую в это время с каким-то неизвестным мужиком. Соловцев резко оборвал поэта и громко, чтобы слышала Римма, привел в пример Ельцина, который всей душой принял демократические ценности и только он и достоен возглавить страну. Соловцев знал наверняка, что Римма давно и плодотворно сотрудничает с Пятым управлением КГБ /14/ и ложится с клиентом не просто так и не за деньги, а повинуясь патриотическому долгу с целью получения необходимых разведданных. Мужчины в постели становятся более разговорчивы, чем на светских тусовках и, зная это, Соловцев никогда не поддерживал разговор по душам на злободневные темы в постели с активистками московского горкома комсомола.
   В основе марксистко-ленинского принципа демократического централизма, закрепляющего положение полной зависимости нижестоящих инстанций от вышестоящих, лежит личная преданность руководителю. У марксистов это заложено буквально на генетическом уровне и Соловцев, как опытный аппаратчик, понимал, что бывший первый секретарь обкома не может отказаться от этого принципа так же, как английский лорд от фуражки. Это только в классово-антагонистическом обществе демократия и централизм противоположны и находятся в постоянном конфликте. А пока в стране такое общество только строится, принцип личной преданности сохраняется.
   Вокруг Ельцина крутится какая-то публика, выдающая себя за демократов, но они интеллигенты и этим всё сказано. На них нельзя положиться, они непредсказуемы, а на него и таких как он положиться можно. И Ельцин сам в прошлом такой же, не может не понимать, что это самые преданные люди, если развязать им руки и дать свободу действия. Даже никаких подачек не надо, как новоиспеченным демократам, они сами прокормятся, только дай им такую возможность.
   Борис Николаевич оценил бесстрашный поступок партийного функционера, который, рискуя карьерой, готов ради него на всё, и предложил примкнуть к своей команде. Работая в команде Ельцина, Соловцев ближе познакомился с новой генерацией правозащитников. Правозащитное движение возникло в Советском Союзе в 1976 году вскоре после подписания Советским Союзом, странами Европы, США и Канадой Хельсинкских Соглашений. В Москве, Киеве, Тбилиси, Вильнюсе и Ереване были созданы Группы по наблюдению за выполнением СССР Хельсинкских соглашений по правам человека. По мнению Соловцева, в эти группы вошли настоящие отморозки, готовые ради идеи жертвовать своим благополучием и даже семьями. Среди них было много евреев-отказников, которые, главным образом, и мутили воду. Не то, чтобы КГБ бездействовал, просто правозащитники плодились быстрее, чем их сажали. В своё время НКВД работал намного оперативнее и результативнее, но когда измельчали люди в Кремле, то измельчали и органы.
   Вскоре наступили другие времена и Горбачев устранил контроль партии над средствами массовой информации. Он объявил гласность, свободу слова, собраний, ассоциаций, эмиграции, и правозащитная деятельность стала легальной, что лишило её всякого политического смысла. Так она могла и заглохнуть, если бы с конца 80-х годов деньги Сороса и гранты благотворительных фондов не вдохнули новую жизнь в независимую от государства инфраструктуру, состоящую из "ячеек открытого общества". По всей России начали создаваться правозащитные группы, проводящие "правозащитный мониторинг", потому что за эту деятельность перестали сажать и начали неплохо платить. Платили, правда, не всем, а только "правильным правозащитникам", так как деньги американских налогоплательщиков нельзя расходовать, как попало.
   В "правильные правозащитники" стали записываться многие из тех, кто раньше не имел никакого отношения к движению диссидентов. Но, как говорил герой популярного фильма: "завидев деньги, не теряй времени". При этом совершенно безразлично, под каким соусом их брать. Соловцев и сам подумывал над тем, чтобы создать какую-нибудь "правильную" правозащитную группу европейской направленности, потому что групп, ориентированных на американскую поддержку, было и без него много. Но демократия в стране наступала так стремительно, что стало некогда заниматься такой мелочью - открывались принципиально другие источники безбедного существования. Кроме того, несмотря на понимание того, что нынешние правозащитники уже не те, что раньше и среди них немало бывших "стукачей", старая обида сидела в подсознании Соловцева, из-за чего он относился к ним настороженно. Вполне возможно, что беспардонно прервавший его правозащитник не такой уж идиот, а работает на ФСБ и провоцирует его в целях проверки. Не то, чтобы "контора" имела прежний вес, но подстроить какую-нибудь подлость может запросто. Сейчас, когда идет война, надо быть вдвое, втрое осторожнее при работе с чеченскими бизнес-партнерами, иначе злопыхатели из ФСБ могут слить информацию в прессу и тогда выпрут из системы в два счета, не взирая на то, что он честно платит долю наверх. Но в том то и проблема, что сейчас честность не имеет значения!
   Соловцев не стал спорить с прервавшим его правозащитником, а продолжил развивать свою мысль:
   - В вашу задачу, Иван Ильич, входит розыск этих волчиц и их задержание. Комендатурам уже дано указание обеспечить вам необходимую помощь. Пока готовятся фотороботы преступниц, следует пользоваться словесными портретами.
   Сразу же по прилету в Моздок, Крутиков направился в штаб внутренних войск и там подтвердили, что указание насчет двух прибалтийских девушек-снайперов поступило.
   - Не беспокойтесь, у нас с такими тварями свои счеты, - обнадёжил его дежурный офицер. - На всех блокпостах уже есть описания этих паскудниц и будьте уверены, у нас они не проскочат. Говорят, у Басаева в отряде есть прибалтийские спортсменки-биатлонистки, приехавшие на войну зарабатывать деньги в качестве снайперов. У нас их называют "белые колготки". Много наших солдат и офицеров положили. Причем метят, подлюги, непременно в сокровенное место ниже пояса. Есть данные, что Басаев выплачивает снайперам тысячу долларов за каждого убитого ими российского офицера.
   - А почему такое странное название: "белые колготки"?
   - Говорят, во время соревнований по биатлону женщины носят своеобразную форму с белым обтягивающим бедра трико. Вот кто-то и назвал их так.
   - Как только их задержат, сразу же дайте мне знать, - попросил Крутиков, но дежурный офицер ухмыльнулся:
   - Вот этого как раз я и не могу гарантировать. Солдаты их настолько ненавидят, что до правоохранительных органов просто не доводят, расправляются на месте. Вот и попробуй докажи, отчего погибла та или иная снайперша. Идут боевые действия, пули летают повсюду, а нам здесь не до экспертиз.
   Крутиков понял, что вряд ли когда-либо узнает, задержаны снайперши или нет, поэтому позвонил в Москву Соловцеву и сообщил о разговоре в комендатуре.
   - Мне наплевать на этих баб. Бумаги их нужны! Бу-ма-ги! Понял? - заорал в трубку Соловцев. - А насчет задержания этих девок сегодня же в Моздок в штаб Объединенной группировки войск будет отправлена директива о неукоснительном препровождении их вместе с бумагами в комендатуру. А ты оставайся там, пока их не поймают. Как только поймают, немедленно звони мне и забери у них бумаги. Ни в коем случае не копируй их. Спрячь и жди меня!
   У Соловцева были причины нервничать: когда из Урус-Мартана сообщили, какая информация содержится в украденных бумагах, у него едва не случился инфаркт. Конечно, с его стороны имела место недоработка: не удосужился поточнее выяснить, что затеяли спецслужбы. Но кто мог предположить, что к Фатхи направят не опытных оперативников, а каких-то двух сопливых сучек! Теперь черножопые предъявляют к нему претензии, будто он нанялся к ним в шпионы! Вот так сделаешь одолжение бизнес-партнерам, а они сразу на голову садятся! А где же была охрана Фатхи? Сами просрали нападение, потом не смогли задержать, а от него требуют поймать этих сучек и передать живыми для расправы!
   Сама мысль, что эти документы уже кто-то изучает, повышала у него давление, начинало шуметь в голове и дергаться глаз. Одна надежда, что Крутиков сумеет их разыскать и успеет возбудить уголовное дело по обвинению в убийстве американки. Тогда все бумаги, изъятые у них при обыске, будут приобщены к доказательствам, а там нетрудно будет их подменить. Главное, чтобы никто не успел сделать копии. Хотя копии не доказательства и в случае чего их можно объявить просто фальшивкой.
   Между тем, долго задерживаться в Моздоке было не в интересах Крутикова. Вот-вот должны назначить нового Генерального прокурора взамен временно исполнявшего эти обязанности Гайданова /15/. Чехарда с назначениями началась после того, как Казанник, будучи Генеральным прокурором, отказался выполнять указания Ельцина и препятствовать выполнению постановления Госдумы об амнистии членов ГКЧП и защитников Верховного Совета в октябре 1993 году /16/.
   Казанник казался непотопляемым, учитывая то, что на I Съезде народных депутатов СССР, после избрания в Верховный Совет, выступил с заявлением об отказе от этого места в пользу Ельцина, не набравшего нужного количества голосов. Крутикова, как юриста, изумило такое свободное распоряжение голосами своих избирателей, но юная российская демократия выкидывала и не такие фортели.
   Барский жест Казанника, увидевшего в Ельцине светоча демократии, обеспечил тому продвижение к вершинам власти. По мнению Крутикова, считавшего себя реалистом, этот поступок потрясал своей наивностью: ведь легче лягушке превратиться в принцессу, чем профессиональному партаппаратчику в демократа.
   Между тем, Ельцин, помня об оказанной Казанником услуге, назначил его генеральным прокурором и тот за короткий срок заменил всё руководство ведомства. Крутиков ожидал, что в этих передрягах и перестановках сможет выдвинуться, но так и остался старшим следователем по особо важным делам. Мотивы продвижения сослуживцев по служебной лестнице оставались для него, как впрочем, и для многих, загадочными и он с мстительным чувством ждал падения Казанника, конфликтовавшего буквально со всеми. И дождался: во время суда над ГКЧП тот выступил с заявлением, в котором назвал процесс фарсом. Дальше больше, и когда Казанник отверг требование Ельцина не выполнять постановление Госдумы, стало ясно, что его песенка спета.
   Ходили упорные слухи, что Генеральным прокурором должны назначить Скуратова /17/, человека приятного во всех отношениях. Его, мол, продвигает Коржаков, самый влиятельный человек в кремлевской команде и можно не сомневаться - продвинет. Крутиков надеялся, что его непосредственный шеф Мясников, заместитель начальника Управления по расследованию особо важных дел, непременно вылетит на пенсию. Ведь Скуратов, которому всего 43 года, не может не понимать, что старые пердуны типа Мясникова мешают работать молодым и энергичным кадрам. И тогда появится возможность занять его место, что открывало большие перспективы.
   И дело даже не в разнице окладов - она слишком мизерная. Да и сами оклады мизерные. Кто-то из бухгалтерии проговорился, что месячная зарплата у Генерального около 700 долларов. Следовательно, у Мясникова где-то около трехсот, поэтому разница в пятьдесят, или даже меньше, долларов - это не та цель, за которую следует бороться, в то время, как вокруг расхищают миллиарды люди, близкие к Кремлю! В системе правосудия есть только одна статья, которая помогает выживать - взятки. Их можно брать за закрытие уголовных дел, но прежде чем закрывать, дела надо возбудить. А Мясников трусоват и мешает зарабатывать - то страхуется и не хочет возбуждать дело, то становится в принципиальную позу и не хочет закрывать. А просто так, ни за что, взятки не дают - их надо заработать, приложив определенные усилия.
   Конечно, надо иметь нюх, кого можно трогать, а кого нельзя, потому что легко нарваться на серьезные неприятности. Но у Крутикова был безошибочный алгоритм: тот, кто имеет крышу в правительстве или в Кремле, ворует миллиардами и железнодорожными составами, а взятки берет недвижимостью. Поэтому техника безопасности достаточно проста: прежде чем возбуждать дело, следует определить о каких суммах идет речь. Однако Мясников, пристроивший обоих своих сыновей юрист-консультантами в крупные банки, хочет сидеть спокойно, чтобы иметь возможность обеспечивать своим отпрыскам надежную крышу. А как ему, Крутикову, кормить свою семью на такую убогую зарплату?
   Но неожиданно повезло - крупный чиновник из администрации Президента обратился с просьбой расследовать дело об убийстве в Чечне американской правозащитницы. Лезть в Чечню с расследованием - это самое последнее, что бы хотелось. Но, оказывается, Соловцеву порекомендовал его, Крутикова, один московский чеченец, уголовное дело которого удалось спустить на тормозах за хорошие отступные, на которые он приобрел квартиру для дочери.
   - Мне вас рекомендовал Доку Вахидов, - представившись, вкрадчиво сказал по телефону Соловцев. - Требуется очень оперативно, не поднимая излишнего шума, расследовать одно деликатное дело.
   Если рекомендовал Вахид, один из руководителей чеченской криминальной группировки, то понятно, что дело касается больших денег и отказываться не имело смысла. Но всё оказалось непросто. Девиц, против которых следовало возбудить дело, не было и их необходимо ещё найти. А как можно найти людей в Чечне, в которой идёт гражданская война? Да и кто их будет искать? Следователь - не оперативник, он не ищет, а ведет следствие. А как без оперативников вести следствие? Остается ждать, когда эти девицы появятся на каком-нибудь блокпосте федеральных войск? А если не появятся? Да и зачем им появляться на блокпосте, если они работают на Басаева? А если работают на Басаева, то почему убили американку, если та приехала в Чечню специально для того, чтобы привлечь внимание мировой общественности к геноциду чеченского народа?
   Вопросов возникло много и Крутиков почувствовал, что в этой истории не всё чисто. Его хотят использовать втёмную в какой-то игре, что ему совершенно не нужно. Тем более, в такое время, когда вот-вот назначат нового Генерального. Да и хамский тон Соловцева, потребовавшего сидеть в Моздоке, пока не поймают девиц, задели самолюбие Крутикова.
   - Я здесь не могу находится долго. У меня послезавтра заканчивается командировка и я вылетаю обратно в Москву, - сердито ответил он Соловцеву и тот понял, что несколько перегнул палку.
   - Иван Ильич, прошу меня извинить, это нервы. Настоятельно прошу задержаться и довести дело до конца. От этого очень многое зависит. А насчет командировки не волнуйтесь, вам её продлят.
   - Поймите, Валентин Петрович, сейчас в Генпрокуратуре такое горячее время, мы ждём нового Генерального прокурора...
   - Иван Ильич, можете на меня положиться. Кто у вас начальник? Мясников?
   - Он самый. И он очень не любит...
   - Пусть вас не волнует, что он любит, а что нет. Уверен, ему уже давно пора на пенсию. Так что, мы с вами в одной лодке?
   - Да, Валентин Петрович! - с благодарностью произнес Крутиков.
   Как всё-таки хорошо, когда тебя понимают! Надо только разобраться со снайпершами и дело в шляпе. Соловцев поможет ему сесть в кресло Мясникова! А став своим человеком в администрации Президента, можно замахнуться и на большее!
   Вместе тем, необходимость подключаться к загадочным чеченским делам не слишком вдохновляла. Из следственных материалов закрытых или спущенных на тормозах дел, ему известно, что чеченские и российские политики, несмотря на брань через СМИ, тесно сотрудничают в теневом бизнесе. Чеченцы имеет своих людей практически во всех властных структурах, что и понятно: невозможно проводить крупные финансовые аферы без содействия высокопоставленных чиновников. А содействовать есть чему: через чеченские мафиозные структуры, полностью контролирующие двенадцать московских банков, проходят мощные финансовые потоки в оффшоры. Деньги потом распределяются по отдельным счетам российских чиновников и бизнесменов, но чеченцы тоже не в накладе - им хоть и достаются 8-10% комиссионных, но при таких суммах это весьма солидный бизнес.
   Именно поэтому в Чечню до самого момента ввода войск перечисляли немалые деньги и совершенно безвозмездном туда качали российская нефть, которую Дудаев тут же перепродавал за рубеж. Куда оседали деньги неизвестно, а расследовать это дело Генпрокуратуре не разрешили - ведь государство потому и правовое, что все права у него. А государство - это Президент и его команда.
   Несмотря на огромное желание припасть к роднику, из которого фонтанировали немалые средства, Крутиков понимал опасность этого: в таких делах шаг в сторону и стреляют без предупреждения. Но как узнать, куда ходить можно, а куда нельзя?
   С нелегким сердцем он приступил к расследованию и начал с того, что посетил военную прокуратуру в надежде узнать какие-нибудь подробности убийства Мадлен Форрестер. Кто обнаружил тело, проводилась ли патологоанатомическая экспертиза и опрашивались ли свидетели.
   - Мы не занимались этим делом. Не наша епархия, - огорчил его заместитель начальника следственного отдела Декоев. - Нет данных, что американку убили военнослужащие. У нас и так дел невпроворот, вкалываем, не поднимая головы! Приходится расследовать неправомерные действия военнослужащих. Что здесь скрывать - люди ожесточились и есть отчего. Нет четкой линии фронта и хотя активные боевые действия не ведутся, но ежедневно от огня снайперов, "блуждающих" орудий и танков противника наши войска несут ощутимые потери. Днем боевики выдают себя за мирных граждан, а с наступлением вечерних сумерек и до самого рассвета эти "мирные жители" с автоматами Калашникова и гранатами выходят на тропу войны. Террор оплачивается по официально объявленному прейскуранту. Вот можете ознакомиться: за мину платят 50 долларов, за фугас от 300 до 500 долларов. За убийство генерала 15 тысяч долларов или три коровы, или двадцать баранов. За убийство офицера от майора до полковника 7 тысяч долларов или одна корова и пять баранов. За убийство офицера от лейтенанта до капитана 3 тысячи долларов и три барана. Ну, а за убийство прапорщика или солдата-контрактника 1,5 тысячи долларов и два барана.
   - Даже не агитируйте. Мне бараны не нужны, поэтому не хочу зарабатывать террором, - усмехнулся Крутиков.
   Его интересовал не прейскурант на убийства, а информация по делу Форрестер, однако собеседник был рад пообщаться со свежим человеком на больную для него тему.
   - После теракта, боевики скрываются под видом мирных жителей, избегая тем самым возмездия. Не удивительно, что в такой обстановке, когда от бесконечных провокаций боевиков гибнут их боевые товарищи, когда постоянно на них нападают средства массовой информации, озлобленные люди порой допускают неправомерные действия.
   Декоев замолчал и после некоторого молчания посоветовал:
   - Вам лучше выяснить в контрразведке. Возможно у них вы сможете получить подробную информацию об этой американке. Я слышал, что у них есть какие-то материалы по этому делу, хотя это дело тоже не по их части. Но они просеивают потоки беженцев и, обязательно, кто-то из беженцев что-то видел, кто-то что-то знает.
   Он объяснил, где находится контрразведка и Крутиков, созвонившись, договорился встретиться на следующий день после обеда.
   - Раньше не получится, завтра у нас горячий день, - сказал объяснили ему, но его это тоже устраивало.
   До этой встрече, он планировал заглянуть в местную прокуратуру и попробовать прояснить для себя обстановку не с точки зрения армии, а с точки зрения гражданских лиц.
  
   Глава 10. Встреча с беженцами
  
   Лариса и Лена шли несколько часов по лесу на север, ориентируясь по деревьям и муравьиным кучам: с южной стороны на деревьях растет больше веток и муравьиные кучи более пологие, длинные. В ручье, попавшимся по дороге, они набрали воды в пластиковую бутылку, вылив из нее остатки пепси-колы, и сделали небольшой привал на полчаса, после чего пошли дальше.
   Смеркалось, когда они издали услышали звуки, похожие на человеческую речь. Спрятавшись за деревьями, начали осторожно приближаться к их источнику. Звуки становились всё более четкими и вскоре они увидели на небольшой лесной поляне скопление людей с колясками, узлами, баулами и чемоданами. Это напоминало цыганский табор. "Беженцы", - догадались девушки.
   - Обрати внимание, среди них много чеченцев, - прошептала Лена. - Выходить опасно, а то снова попадем в рабство. Правда, там много и русских.
   Раньше они слышали, что русскоязычному населению приходилось бежать из бывших республиках СССР, где к власти приходили титульные нации. Но в Чечне, как рассказывали очевидцы, было хуже, чем где либо - там происходили этнические чистки. Если раньше для девушек это было на уровне слухов, то сейчас пришлось вплотную столкнуться со страшной действительностью. А вот чтобы чеченцы бежали из своей же республики, они про такое не слышали. Правда, ходили слухи о том, что под видом беженцев в Россию пытаются проникнуть чеченские боевики. Но не в таком же количестве!
   С другой стороны можно попробовать затеряться в толпе беженцев и тогда будет легче пробраться в Моздок. Только надо быть предельно осторожными и всё время начеку, потому что свобода для чеченцев подразумевает рабство для других.
   - С ними нам будет легче пройти. Я выйду к ним, прощупаю обстановку, а ты прикрой меня, - тихо сказала Лариса.
   - Хорошо, только выходи не здесь, а там, дальше, - Лена показала рукой на высокие кусты метров в двадцати от них. - Чуть что, поднимай руки вверх и это будет для меня сигналом. Я им устрою прополку фланговым огнем, а ты сразу же беги за кусты. Запросто успеешь скрыться, потому что им будет не до тебя.
   Лариса согласно кивнула. В предложении Лены был резон: если выйти к беженцам со стороны кустов, то все сразу обратят внимание на неё, а подружка окажется у них с правого фланга и возьмет ситуацию под контроль. А контролировать ситуацию Ёлик умеет так, что никому мало не покажется!
   - Мы кто? Может из медучилища? Направлены в какой-то госпиталь, а по дороге попали под обстрел? - шепотом спросила Лариса.
   - Боюсь, что нас замордуют просьбами о перевязках и вопросами о лекарствах. Давай лучше будем из кулинарного техникума.
   - Нет, пожалуй, лучше будем из ансамбля народной песни и пляски. Послали, мол, веселить воинские части, ехали в автобусе, а здесь боевики. Начали стрелять, мы перепугались, сбежали и заблудились. Нормальная легенда?
   - Нормальная! Давай так и скажем. Я буду Света Ларионова. А ты Оля Авдеева. Идёт?
   - Идёт. Итак, ты Света, я Оля. Если позову тебя, значит всё в порядке. Оставляй автоматы здесь в кустах и выходи там, где я вышла.
   - А если автоматы понадобятся?
   - Ты же не выйдешь к ним увешанная автоматами, как елочными игрушками. Позже мы пойдем в кустики, как бы по нужде, и наткнёмся на оружие. Мужики сразу же заберут автоматы, они любят эти игрушки. И пусть таскают, а когда нам понадобятся, заберем у них. Не забудь захватить с собою сумку с бумагами.
   Согласовав свои дальнейшие действия и оставив Лене свой автомат и сумку с добытыми у Фатхи документами, Лариса, прячась за деревьями, короткими перебежками устремилась к кустам. Присев за ними, она рассматривала людей на лужайке, пытаясь определить, насколько те могут быть опасны. Ближайшие к ней две полные пожилые женщины, явно русские, ругались между собой по какому-то поводу, а сидящие рядом на подстилках мужчины пытались их успокоить.
   Трое мужчин тоже были славянского типа, но двое остальных очень походили на чеченцев и Лариса застыла в нерешительности. Встречаться с чеченцами никак не хотелось - уже побывала у них в рабстве, хватит. Правда, в газетах внушается мысль, что и среди чеченцев есть люди, которым не нравится война и которые хотят жить мирно и спокойно. Но это теория, а на практике всё иначе и эти чеченцы могут оказаться переодетыми боевиками.
   На всякий случай у неё под курточкой спрятан пистолет, но им можно только немного сбить эмоциональный накал толпы, потому что людей слишком много. Хотя, конечно, в случае чего Ёлик прорежет стройные ряды нападающих фланговым огнем так тщательно, как когда-то бурьян во время прополки на картофельном поле.
   Ларисе вдруг вспомнились дни детства, когда детский дом оказывал шефскую помощь соседнему колхозу. Или наоборот. Им с Леной было лет по девять, когда в составе группы воспитанников их привезли в поле и дали в руки тяпки. Ларисе попалась тяпка с плохо обработанной новой ручкой. Ручка была длинная, тяпка тяжелая и очень скоро у нее на ладошках вскочили мозоли. Было очень больно и она часто останавливалась. Вместе с нею останавливалась и Лена, у которой тоже появились мозоли. Дул холодный ветер и они замерзали, но бригадирша, здоровая деревенская баба в стеганной телогрейке, орала на них и, слюнявя огрызок чернильного карандаша, что-то отмечала у себя на листике. Норму они тогда не выполнили и старшая воспитатель лишила их на две недели права свидания с родными.
   Родных у них и так не было, поэтому они не очень расстроились. Но на следующий день, в пятницу вечером, за ними приехала тетя Лида. Она хотела забрать их на выходные и услышав, что девочки лишены права свидания, возмутилась. Она, жена старшего офицера, на штабной машине приехала за девочками за столько километров, а здесь из детского дома устраивают тюрьму?! Да она сейчас поедет в горком партии и потребует, чтобы немедленно создали комиссию по проверке этой детской тюрьмы! Она добьется, чтобы директора детдома не только выгнали с работы, но и из партии!
   Своим буйством тетя Лида перепугала и директора, и старшую воспитатель, и те моментально отпустили с нею Ларису и Лену. Но неприязнь к девочкам затаили и пытались всячески досадить, исподтишка натравливая на них остальных воспитанников. А когда они закончили школу и их выпускали "во взрослую жизнь", директор дала им такие характеристики, с которыми не то что в военный институт, а даже в приличную тюрьму не примут. Даже в колонии строгого режима администрация двадцать раз подумает, прежде чем принимать таких зэков к себе на постой.
   И тогда дядя Петя приехал в детдом в генеральской форме в сопровождении двух амбалов из разведроты морской пехоты. Они замерли с автоматами около входа в кабинет директора, в котором та испуганно переписывала характеристики под диктовку дяди Пети.
   - Девчонки, а где же ваши крылышки? - спросила их строгая тетка из приемной комиссии Военной академии экономики, финансов и права, куда они пришли сдавать документы, как того хотел дядя Петя. Тетка ещё раз внимательно перечитала их характеристики и выжидающе смотрела на них поверх очков.
   - Крылышки немного обломились, поэтому временно летаем на метлах, - нашлась Ленка.
   Подружка никогда за словом в карман не лезет, она находчивая. И сейчас лежит за кустиками, слившись с автоматом, положив палец на спусковой кручок и волнуется за неё. Не стоит её держать в напряжении. Надо выходить и будь, что будет! И ежели что, так Ленка скажет своё веское слово. И как однажды пошутил Вася Буланов: когда Виноградова берет в руки автомат, черти в аду прячутся по щелям от ужаса. Конечно это шутка, но в каждой шутке есть доля правды.
   Как трудно сделать первый шаг, когда слабость в коленках и в животе холод! Но идти надо и будь, что будет. Положет сколько сможет, а там уж пусть Ленка работает!
   Лариса локтем нащупала пистолет под курточкой и это придало ей уверенности. Глубоко вздохнула воздух, заперла дыхание и напряглась. И когда в ней забушевала энергия, встала во весь рост и шагнула вперед, выходя из-за кустов. Переругивающиеся женщины от неожиданности осеклись, а сидевшие и тихо о чем-то беседующие мужчины вскочили на ноги.
   - Ты откуда, дочка? - удивленно спросила одна из женщин.
   Из глубины лагеря подходили другие беженцы, увидевшие нового человека, так неожиданно появившегося из-за кустов.
   - Да что ты её допрашиваешь? Откуда! С неба! - возмутилась другая женщина и, встав, обратилась к Ларисе:
   - Иди сюда деточка, не бойся. Голодная небось?
   Сочувствующие взгляды смотревших на неё людей внушали доверие и Лариса немного успокоилась.
   - Я не одна, - сказала она. - Мы вместе с подружкой.
   - А где же твоя подружка? Она что, боится нас? Зови её, пусть идёт сюда. И где твои вещи? Или подружка караулит их?
   - Да нет. Мы без вещей. Только спортивная сумка.
   - Вообще без вещей? Откуда же вы? Да иди к нам, не бойся.
   Лариса подошла ближе и беженцы обступили её. Это нехорошо, потому что ставит Лену в сложное положение. Отсечь нападающих огнем она не сможет, потому что будет бояться попасть в неё, в Ларису. Но ударить по середине лагеря сможет без проблем, чем отвлечет внимание. А уж разобраться с окружившими её людьми она сумеет и без подружки - в ближнем бою пистолетом тоже можно наворотить много дел. Только вот обойма всего одна и это плохо.
   - Девушка в летнем костюмчике, продрогла небось вся, - сказал пожилой мужчина и какая-то женщина уже шла к ней с теплой курткой. - Клич свою подружку. Тебя как зовут?
   - Оля.
   - А подружку?
   - Света.
   - Вот и зови Свету. У нас здесь осталось немного печенной картошки, перекусите. Небось проголодались?
   Лариса утвердительно кивнула. Она даже и не предполагала, что к ней отнесутся с таким сочувствием. Ей стало неудобно: ведь они только что с Ленкой строили дикие планы против этих добрых людей! Почему они так уверены, что все люди злые и только они с Ленкой добрые? Наполненная благодарностью к этим людям за их внимание и доброту, она повернулась к лесу и позвала Лену.
  
   Им принесли четыре картофелины, пожилая чеченка отдала им варенное яйцо, а какой-то дед с казацкими усами угостил их несколькими кусочками сала. Они кушали и в них росло раскаяние за нехорошие мысли и свирепые намерения. Как бы отнеслись к ним эти люди, если бы узнали, что они только что замышляли против них?
   Лена рассказала сочиненную историю о том, как их московский ансамбль народной песни и пляски пригласили дать несколько концертов в воинских частях, находящихся в Чечне. Они прилетели в Моздок и прямо в аэропорту их посадили в автобус и куда-то повезли. И вдруг автобус остановили вооруженные люди, заставили всех выйти, построиться и сдать имеющиеся ценности. Началась паника, суета, боевики открыли стрельбу и в этой суматохе они со Олей удрали в лес. Шли куда глаза глядят, только бы подальше от этого кошмара.
   - Да уж, то что происходит, иначе как кошмар назвать нельзя, - сочувственно кивнул один из мужчин. - Наша жизнь здесь, как в аду, среди наглого зла и полного беззакония. Русское население, чьим трудом и талантом были построены здесь города и поселки, созданы нефтяная, химическая, машиностроительная промышленность, транспорт и связь, образование, наука и культура, превращено сегодня в беженцев в собственной стране. Нынешняя российская демократия продолжает претворять в жизнь негласное правило советской национальной политики - жертвовать интересами русского населения во имя интересов "угнетенных при царизме" наций и народов.
   - Нынешние российские демократы - это бандиты и перекрасившиеся большевики, - вмешался в разговор подошедший мужчина интеллигентного вида, похожий на преподавателя института. - Именно благодаря им чеченские бандиты заняли ключевые позиции в тейповых структурах и навязывает всему чеченскому народу совершенно кошмарные архаичные формы жизни. Никаких законов нет, бесчинствуют вооруженные отряды. Грабежи, убийства, похищение в рабство и работорговля прямо на улицах Грозного. Отрезание голов, питье стаканами крови, публичные казни...
   - Дело доходит до того, что полевые командиры дарят друг другу рабов, как баранов, - с сильным акцентом, запинаясь, заговорила чеченка средних лет, угостившая девушек яйцом. - Но русских рабов на всех не хватает, поэтому начали воровать и чеченцев. Вон моего мужа украли, пришлось продать квартиру и всю мебель, чтобы выкупить его. Жить теперь вообще негде и не на что. Вот и приходится бежать в Россию, может там где-нибудь пристроимся. Арби избивали так, что до сих пор у него печень и почки болят. А ведь он на нефтеперегонном заводе двадцать лет мастером проработал!
   Она погладила по спине мужчину, сидевшего спиной к девушкам. Тот оперся лбом на руки, лежащие на коленях и, сгорбившись, сидел, никак не реагируя на слова жены. Побывавшие в рабстве, девушки понимали его психологический надлом и им стало его жалко. Следовательно, не все чеченцы звери, есть среди них и жертвы жуткого дудаевского режима? Или это просто прикид? Может боевик хочет проникнуть в Россию в качестве беженца?
   Лариса внимательно посмотрела на чеченца. Где гарантия, что среди беженцев-чеченцев нет боевиков, нет террористов? Им с Ленкой надо быть очень осторожными и начеку. Обожглись уже, хватит! Она искоса взглянула на подругу и увидела, что та дремлет, укрытая чьим-то черным демисезонным пальто. У Ларисы тоже слипались глаза и страшно хотелось спать. Угревшись в накинутой на неё большой мужской курке, она сидела прислонившись спиной к пожилой женщине, назвавшейся Надеждой Дмитриевной и клевала носом, борясь со сном. Женщину, с которой Надежда Дмитриевна до этого ругалась, звали Вера Алексеевна и они оказались бывшими соседями по лестничной клетке, прожившими рядом почти пятнадцать лет. Их дети несколько лет назад уехали учиться и работать в Краснодар и теперь матери, потерявшие при бомбежке своих мужей, ехали к детям, бросив всё, что нажили за долгие годы.
   - Мой муж погиб еще 22 декабря. Днем российские самолеты начали бомбить город и сбросили бомбы на перекрестке проспекта Кирова и улиц Гурина и Садовой. И надо было, чтобы именно в этот момент муж оказался там, - горестно рассказывала о своих бедах Надежда Дмитриевна. - Что они там бомбили? Совершенно непонятно. Погибло много случайных прохожих. Сгорело большое количество стоящих там легковых машин. Они принадлежали не боевикам, а простым людям. Геннадия, мужа Веры, убили прямо на улице. Он проходил около десятой школы, где работал когда-то учителем, и рядом остановилась "Волга". Из нее выскочили несколько вооруженных чеченов и буквально в упор изрешетили его из автоматов. Потом они неспешно сели в машину и так же неспешно уехали. Убили просто потому, что узнали в нём русского. А недавно ко мне в квартиру вломился сосед Джамболат с автоматом. Прошелся бесцеремонно по комнатам и говорит: "Это оставляйте, это оставляйте и вот это оставляйте. Остальное забирайте. Даю вам трое суток на сборы". Спорить с ним было абсолютно бессмысленно - мог запросто убить.
   - Видишь, как он по-доброму, так сказать, по-соседски, - зло сказала Вера Алексевна. - А к моей знакомой ночью чеченцы вломились в квартиру, ее загнали в угол, ребенку кляп в рот засунули и стали все из дома выносить. У нее сдали нервы, она стала на них кидаться, так они ей все руки искромсали. А другую на глазах ее мужа насиловали по очереди трое боевиков. А потом у неё же на глазах забили до смерти мужа, а ребенку открутили голову. Она сошла с ума. Что с нею стало потом, не знаю. Вся наша трагедия - это история предательства. Сначала нас предали русские политики, которые привели к власти Дудаева. Потом нас предали русские правозащитники и журналисты, которые не замечали, что нас убивают. Потом нас предали русские военные, которые бомбили жилые кварталы, где жили русские. Это миф, что если русского довести до крайности, то он покажет всем кузькину мать. Я поняла, что терпение русских безгранично и никакой кузькиной матери не будет. Всюду предательство и ложь!
   - Я вам вот что расскажу, - заметно волнуясь, начала чеченка, поправив на голове платок. - Саид, родственник нашего бывшего соседа, записался в свое время в Вайнахскую Демократическую партию. И летом девяносто первого года ему, как активисту, дали приглашение на встречу с Галиной Старовойтовой /18/. Она приезжала в Грозный и выступала в актовом зале в здании первого корпуса госуниверситета. Там были только чеченцы, других в зал не пускали. И её спросили, что нужно делать, чтобы добиться свободы и завоевать, наконец, независимость, о которой горцы мечтали ещё со времён имама Шамиля. И вы знаете, что она ответила? "Убивайте русских! - говорит. - Пусть земля горит под ногами оккупантов. Чем больше русских будут убивать на улицах Грозного, тем быстрее станет свободной священная земля чеченцев и ингушей".
   - Это ложь, - воскликнула какая-то женшина. - Наглый поклеп! Галина Васильевна русская, она не могла такое говорить!
   - Детьми своими клянусь, Саид так рассказывал! - повернулась к нему чеченка. - Мой муж подтвердит. Он тоже слышал рассказ Саида. Саид говорит, встал один чеченец, видимо из образованных, и спрашивает: "Как же можно убивать, за это срок ведь получишь лет пятнадцать?" А она ему отвечает: "Когда СССР уйдёт в историю, вряд ли кто будет разбираться, кто там кого убил. А если кого и осудят до того, как Союза не станет, так потом всё равно отпустят - на то это и революция". И вот как всё вышло. Вскоре Союз действительно распался, но Чечня свободнее от этого не стала и нам с мужем, чеченцам, приходится бежать в Россию. Надеемся, хоть там нас приютят. А здесь правят бал бандиты и пришлые арабы.
   - Насчет Старовойтовой я охотно верю, - горячо заговорил мужчина интеллигентного вида. - В перестройку она одной из первых заговорила о праве народов СССР на самоопределение. А что значит самоопределение для государства, в котором не одна нация? Только одно: развал страны! Как можно отличить борьбу за осуществление "права на самоопределение нации" от сепаратизма? В любой нации всегда найдутся люди, возомнившие себя её вождями и говорящими от её имени. Поэтому с помощью этого лозунга можно разорвать любую страну, как, например, это произошло с Югославией.
   - А ведь так оно и есть, - тяжко вздохнув, произнесла Надежда Дмитриевна. - Я работала на грозненском телецентре и, бывало, как получишь новости и клипы, сердце кровью обливается. Смотрите сколько пролилось крови при Горбачеве: армянские погромы в Сумгаите и в Баку, война в Нагорном Карабахе, кровавые события в Тбилиси, вооруженные столкновения между грузинами и абхазами, "кровавое воскресение" в Тбилиси, ввод войск в Баку, погромы русского населения в Душанбе, резня турок-месхетинцев в Ферганской долине, резня в киргизском городе Ош. Стихийно и бесцельно возникают только пьяные драки. А организация погромов - дело хлопотливое, требует продуманности, организованности, денег и гарантий безопасности для погромщиков. И как бы Горбатый не клялся, что он здесь ни при чем, мол, ничего не ведал, ничего не знал, прощения ему нет. И у Ельцина тоже руки по локоть в крови, он достойный продолжатель дела Горбатого.
   - А по поводу организации погромов, я могу рассказать, как это было в станице Ассиновская, - заговорила Вера Алексеевна. - Там проживало исключительно русское население, в том числе и пятеро моих родственников. И в девяносто втором году станица подверглась нападению вооруженных чеченцев. Они убивали и насиловали жителей. В детском доме были изнасилованы все девочки и воспитательницы. В станице творился ад. Четверых моих родственников убили.
   Вера Алексеевна не выдержала и заплакала. Все замолчали и чеченка, участвовавшая в разговоре, как-то сгорбилась и отвернулась. Чувствовалось, что от этих разговоров ей стало не по себе. И другие чеченцы тоже почувствовали себя явно не в своей тарелке, потому что их было меньшинство, а окружающие их люди были настроены резко против их народа.
   - Не все чеченцы бандиты, - сказал один пожилой чеченец. - Я, например, живу в Когалыме. Это город в Тюменской области. А сюда приехал забрать родственниц, чтобы не умерли с голода.
   Он кивнул на двух чеченок, сидевших рядом.
   - Мужей их убили за то, что были русскими. Но кто убил? Из трех бандитов один был украинцем. Республика стала бандитским Интернационалом. А кто поставил Дудаева? Кто раскрутил маховик? Разве не Москва? Вот правильно женщина говорит, что ваша Старовойтова призывала убивать русских ради свободы Чечни. Вот вы её и спросите, зачем это ей нужно. У Ельцина спросите, почему бомбят жилые кварталы, а нефтеперегонные заводы работают и ни одна бомба на них не падает. А нефть зачем сюда гонят из Сибири?
   - Правильно мужчина говорит, - вмешалась в разговор молчавшая до сих пор женщина. - Вот тут рассказывали о станице Ассиновская. А у меня родственники жили в казачьей станице Троицкая. И в апреле девяносто первого года в станицу приехала объединенная группа МВД и КГБ Чечни и у казаков изъяли, неизвестно с какой целью, все охотничьи ружья. Все недоумевали, зачем это делали. Но через три дня после этого в станицу начался погром. Я как раз там у брата была, отмечали его пятидесятилетие. Слышу: на улице какие-то жуткие крики. Подбежала к окну и вижу, вся улица заполнена машинами. Множество чеченцев, в руках у них ружья, пистолеты, ножи. Они стреляют, кричат, свистят, как дикая орда. Мимо проезжал русский мужик на "Жигулях". Так его остановили, вытащили, стали бить, автомобиль перевернули. Весь этот кошмар длился минут десять, затем все сели в машины и уехали. Только они уехали, подъехала милиция, все люди повыходили, стали кричать, женщины плакать. А эта толпа уже виднелась возле центральной остановки. Затем вся эта колонна автомашин стала возвращаться и, не доезжая до нас, свернула на улицу Широкую, ведущую в станицу. Я говорю милиционеру: "Смотрите, вон они поехали в станицу, это они!" А милиция как будто не слышит: ходят, рассматривают перевернутый автомобиль, слушают истерики перепуганных женщин. И тут я поняла, что мы бессильны, что нас раздавят, перестреляют, перережут всех и никто нас не защитит. Минут через десять милиция уехала, все люди стали расходиться, а еще минут через десять произошел второй налет. А ведь тогда ещё существовал Союз, еще существовала Чечено-Ингушская АССР во главе с первым секретарем комитета партии Доку Завгаевым. Следовательно он организовал погром и создал для него все условия? Следовательно с ведома Горбатого? Иначе бы его сразу же исключили бы из партии и сняли с должности.
   - Беда вся в том, что политиков не судят, они ни за что не отвечают, поэтому и творят, что хотят, - произнес мужчина, похожий на преподавателя института. - Они много говорят о своей ответственности, но разве Горбачева и Ельцина привлекли к ответственности за развал страны? Да и кто их привлечет? Страна, создававшаяся великими усилиями многих поколений россиян, расчленяется на удельные княжества безответственными политиками, разворовывается легализованной мафией, разрушается экономически и духовно. За словесной мишурой парламентариев, болтающих о правовом государстве, повсюду расцветает махровое беззаконие, произвол местных теневых лидеров, оголтелая русофобия. Горбачев с Ельциным развалили Союз, а сейчас Ельцин со своей камарильей разваливает Россию. И твердо знает: он не подсуден. Его не расстреляют и семью не сошлют на Соловки, потому что политики неподсудны. В крайнем случае, он сбежит в Штаты и будет бухать там на банкетах в свою честь, потому что заслужил благодарность америкосов.
   Это было произнесено так громко и с таким надрывом, что Лена, проснувшись, испуганно подняла голову, пытаясь открыть глаза.
   - Говорите тише! - зашипела на него Надежда Дмитриевна. - Девчонки набегались, намаялись, им бы поспать, а вы их пугаете!
   - Спи деточка, - поправила она сумку, служившую Лене подушкой и заставила её положить на неё голову.
   - И ты спи, - погладила она по плечу Ларису. - Спите, вам надо хорошо выспаться, набраться сил. Завтра рано утром в путь, а вы будете как варенные.
   Лариса героически пыталась не заснуть, но глаза закрывались сами и она погрузилась в глубокий тяжелый сон.
  
   Утром девушек разбудила суета и громкие разговоры. Было около семи утра, в лесу громко чирикали птицы и солнце, висевшее на краю неба, озаряло розовым светом легкие облачка на голубом небе.
   - Вставайте девчонки, скоро в путь пора, - улыбаясь, сказала им одна из женщин. - Спите без задних ног! Вот что значит молодость! Сегодня нам предстоит пройти сорок километров, поэтому времени на раскачку нет, иначе до темноты не успеем.
   - Мы сейчас, мы быстро. Только сбегаем за кустики и будем готовы, - вспомнила Лена про автоматы и позвала Ларису с собою, но та замерла, увидев недалеко от них двоих мужчин с автоматами.
   - Да ты не пугайся, это наши, - успокоила её Надежда Дмитриевна. - Вчера поздно вечером они наткнулись в кустах на оружие. Сколько я им не говорила, чтобы выбросили, они ни в какую. Наскочат чечены, увидят их с автоматами и всем будет плохо.
   - Когда наскочат, тогда и выбросят, - философски заметила Лена. - Пусть таскают, если нравится. Сами знаете: мужики они как дети, без цацак не могут.
   Примерно через полчаса колонна тронулась в путь, растянувшись на несколько километров. Девушки помогали тащить баулы и узлы Надежде Дмитриевне и Вере Алексеевне. Двигались медленно, потому что было много пожилых людей. Часа через два сделали привал минут на двадцать и потом снова двинулись в путь.
   - Такими темпами мы будем добираться неделю, - тихо сказала Ларисе Лена. - Может под каким-нибудь предлогом исчезнем и сами будем добираться7
   - Среди беженцев безопаснее. Не так заметно, - не согласилась Лариса. - Может и медленнее, но зато надежнее.
   Часа через полтора колонна вдруг остановилась. Где-то впереди послышался женский вой, не похожий на плач. Люди передавали друг другу страшную новость: впереди чеченский блок-пост. Забирают деньги, драгоценности и девушек. У женщины, на которую наткнулась колонна, забрали пятнадцатилетнюю дочь - сказали будет подарком для их арабского друга. Кроме неё, еще забрали несколько молоденьких девушек.
   - Вам, девочки, надо добираться самим, - с тревогой произнесла Надежда Дмитриевна, забирая свои вещи у Ларисы. - Попытайтесь обойти блок-пост лесом, а то и вас, не приведи Господь, заберут.
   - Скажите тем мужикам, чтобы передали нам автоматы, - тихо попросила Лена. - Страшно за вас, накличут беду своими игрушками. Ведь боевики не пощадят. Пусть нам отдадут автоматы, а мы их выбросим в лесополосе, а то, неровен час, боевики наскочат, мало не покажется.
   Мужчины, нашедшие автоматы, особо не сопротивлялись. Услышав, что впереди чеченские боевики, они и сами были рады избавиться от оружие, которое могло стать смертельным приговором не только им, но и им женам и детям.
   - Только выбросьте подальше эти штуки, чтобы их не нашли, - инструктировала девушек Надежда Дмитриевна.
   - А ружья сами не выстрелят? Я слышала, что такое случается, - боязливо спросила Лена и Лариса метнула на неё зверский взгляд. Не хотелось насмехаться над объятыми страхом людьми.
   - Да нет, я просто спрашиваю. Так, на всякий случай, - как бы оправдываясь перед Ларисой, произнесла Лена.
   - Это автоматы, а не ружья, - назидательно сказал мужчина, передавая им оружие. - Но вы не бойтесь, сами они строчить не будут. Вы аккуратно положите их подальше отсюда под каким-нибудь кустом.
   Он с тревогой посмотрел вперед на голову колонны, думая, вероятно, о том, чем может закончиться встреча с чеченскими боевиками. Девушки взяли автоматы и молча направились к широкой лесополосе, тянувшейся вдоль дороги.
  
   Глава 11. Угроза исключения Мити из университета
  
   После окончания смены Таня ушла из больницы вместе с Алёной, а Митя уходить не захотел и вернулся домой поздно. Сообщение Андрея Дмитриевича о том, что Митя утром избил своего однокурсника и сейчас стоит вопрос об его отчислении из университета, повергло Таню и Алёну буквально в шок.
   - Но за что избил? Не мог же он просто так, от нечего делать? - воскликнула Алёна.
   - Причина не имеет значения. Важно то, что он устроил драку в стенах учебного заведения, и не может быть обстоятельств, которые оправдывали бы этот поступок.
   - Андрюша, но ты же можешь сходить к ректору, переговорить с ним, - умоляюще посмотрела на него Таня. - Ведь ты столько лет преподаешь в университете, пользуешься авторитетом! Может же он сделать для тебя исключение!
   - Ничего нельзя сделать. Я беседовал с проректором по учебной части и она сказала, что сделать ничего нельзя.
   - Но это сказала проректор! А ректор может сказать по-другому. Сходи к нему, пожалуйста! Я тебя очень прошу!
   - Ректор никогда по-другому не скажет! Я-то его знаю, поэтому давай больше не будем об этом. И так тошно!
   Настроение было подавленное и все встретили Митю немым вопросом. Но он ничего обсуждать не захотел. Наскоро покушав, ушёл в свою комнату и завалился спать, отвернувшись к стене. Не выдержав неизвестности, Таня зашла к нему и присела на краюшек постели.
   - Митя, давай поговорим, - тронула она его за плечо. - Ведь мы же не чужие люди, мы одна семья и должны быть вместе.
   Мите не хотелось ничего обсуждать и он начал храпеть, притворяясь спящим.
   - Митя, прекрати, давай поговорим, - теребила его Таня.
   - О чём говорить? - резко повернувшись к ней, спросил он. - Я очень устал и хочу спать.
   - Я хочу знать, что сегодня произошло в институте, почему ты избил человека.
   - У меня вообще нет привычки бить человеков.
   - Но ты же кого-то избил утром в университете. Ты знаешь, что тебя хотят отчислить из университета и отец ничего не может сделать.
   - Ну и что, если даже отчислят?
   - Что же ты будешь тогда делать? Чем ты будешь заниматься?
   - Пойду к Мельникову работать, буду деньги зарабатывать. Это всё же лучше, чем сидеть у вас на шее.
   - Митя, прекрати говорить глупости! Так ты не хочешь говорить, почему ты его избил?
   - Кого я избил?
   - Ты сам знаешь кого. Этого Дерюгина, или Дерябина, или Дерягина, не разобрала, как его фамилия. Почему ты его избил, можешь сказать?
   - Я его не избивал. Просто раз ударил, а потом отбросил в сторону, чтобы на дороге не валялся.
   - За что? За что ты его ударил?
   - Не за что, а куда. По морде врезал, не более.
   Таня вздохнула. Понятно, что говорить с ним не о чем, он всё равно ничего не скажет. Но, может быть, Марина что-то знает? Она-то должна знать, кто такой этот Дерябин или как его там, и что за отношение у Мити с ним.
   Всю ночь она плохо спала, переживая за Митю, а рано утром помчалась на работу и первым же делом зашла в палату к Марине.
   - Марина, тебе известен некто Дерябин? - спросила она, после выяснения её самочувствия.
   - Дерябина не знаю.
   - Ну, как же, это твой сокурсник. Или ты ещё не всех сокурсников знаешь?
   - Есть в группе такой негодяй Дерягин. Может, вы его имеете в виду? - насторожилась Марина.
   Было бы крайне нежелательно, чтобы Митина мать узнала про её субботние похождения и о том, что её там чуть не изнасиловали.
   - Да, скорее всего Дерягин. Так ты его знаешь?
   - А почему это вас интересует?
   Таня заметила, как насторожилась Марина, услышав фамилию Дерягина, и поняла, что её известно об этой драке. Конечно, Митя вчера почти целый день провёл около неё и не мог не рассказать об этой истории.
   - Так, Марина, ты должна мне всё рассказать, - присев рядом на стул, решительно сказала Таня.
   - Что всё?
   У Марины учащённо забилось сердце и застучало в висках. Значит, Татьяне Петровне откуда-то стало известно, что произошло в субботу на квартире Дерягина! Что же теперь будет? Она расскажет Мите и между ними будет всё кончено!
   - Ведь ничего же не было! - в отчаянии воскликнула Марина. - Что же рассказывать?!
   - Как это ничего не было? Митя его избил и ты называешь это - ничего не было? И теперь стоит вопрос об отчислении Мити из университета. Это ты считаешь в норме вещей? Хорошенькое дело - ничего не было!
   - Митя избил Дерягина?
   - Я же об этом и спрашиваю. Тебе известно, за что Митя его вчера избил?
   - Нет, не известно, - радостно сказала Марина. - Я даже не знала, что он его избил.
   Неизвестно откуда Митя узнал о том, что произошло в субботу, но повёл он себя как настоящий мужчина, за спиной которого ничего не страшно! Если избил этого мерзавца, значит, верит, что она честная и это главное!
   Таня удивлённо посмотрела на Марину, не скрывавшую своей радости.
   - Но хотя бы за что он его избил, тебе известно?
   - Избил, значит за дело! Ваш сын просто так драться не будет, он ведь не хулиган.
   Тане была непонятна реакция Марины и её неожиданная весёлость.
   - Митю за это должны отчислить из университета, - строго сказала Таня. - Я не понимаю, чему здесь можно радоваться.
   - Вы не волнуйтесь, Татьяна Петровна. Кто же отчислит Митю, если он побил явного негодяя? Кто же позволит его отчислить?
   Марине было явно весело и Таня поняла, что ничего от Марины не добьётся. Зазвонил телефон и Таня передала трубку Марине. Та несколько минут говорила по телефону с каким-то Семеном Викторовичем и благодарила его за что-то. Таня уже хотела уйти, но услышала, как Марина сказала в трубку:
   - А Татьяна Петровна как раз рядом. Передать ей трубку?
   Таня узнала голос мужчины, звонившего в субботу и представившегося Климовым.
   - Татьяна Петровна, супруга мне сказала, что Марина в надёжных руках и есть надежда, что она быстро поправится. И у Марины очень хорошее настроение, что тоже очень важно. Рад, что вы её лечащий врач. Если у вас будут какие-нибудь проблемы, вы не стесняйтесь, обращайтесь к Надежде Ивановне, как-нибудь мы их решим.
   - Спасибо, но вы явно завышаете мои возможности, как врача. Просто я делаю своё дело, что делал бы каждый врач на моём месте.
   - Вот это правильно! Каждый должен честно работать на своём рабочем месте. Только так мы сможем построить благополучное государство, в котором будет хорошо жить даже малообеспеченным слоям общества.
   Таня почувствовала себя, как на профсоюзном собрании и быстро свернула разговор. Распрощались со своим собеседником, она удивлённо спросила у Марины:
   - Как я поняла, это был профессор Климов? Но почему ты его называешь Семеном Викторовичем? Он же, насколько я помню, Федор Гаврилович?
   - Как профессора дядю Сеню не знаю, но с утра он был ещё Семеном Викторовичем, - рассмеялась Марина.
   - Семен Викторович? Так это не Климов? Не проректор мединститута по научной части?
   - Это Климов, но другой. Он не проректор, а губернатор, - хохотала Марина.
   Изумление Татьяны Петровны было настолько велико, что Марина не могла удержаться от хохота. Между тем, Таня не могла придти в себя. Получается, что она дважды разговаривала с губернатором, не имея об этом представления. А в воскресение её отвозила на дачу к Мельниковым его жена.
   - Так Климов твой родственник?
   - Нет, просто моя мама с ним очень давно работает, и вообще, у наших семей давние связи.
   - Так вот к кому можно обратиться, по поводу Митиной истории, - подумала Таня. - Ведь он сам предложил к нему обращаться, если будут проблемы. И жена его предлагала к ней обращаться к ней, если возникнут проблемы.
   Таня пошла в ординаторскую, чтобы позвонить мужу и сообщить новость, но так и не смогла дозвониться и решила, что он читает лекцию. Однако Андрею Дмитриевичу было сейчас не до лекций - он шёл к Элеоноре, чтобы ещё раз попытаться решить Митину проблему.
   Элеонора тоже занималась этой проблемой - утром, раньше чем обычно, она пришла на работу, имея готовый план действий в защиту Никонова-младшего. Вчера, лично опросив многих сокурсников драчунов, она так и не нашла тех, кто мог бы стать свидетелем драки. Получается, что никто не видел, как Никонов бил Дерягина и лишь некоторые сообщили ходившие слухи о причинах драки.
   - Если, конечно, драка вообще была, - осторожно добавляли наиболее разговорчивые сокурсники.
   Судя "по ходившим слухам" Дерягин говорил похабные вещи о Солдатенковой и Никонов вступился за её честь. Сама же Солдатенкова лежит сейчас в больнице, так как упала и сильно расшиблась.
   Сообщение о том, что Никонов-младший избил сокурсника из-за Марины, удивило Элеонору. Если он действительно так зверски избил Дерягина, как ей сообщили из университетского медпункта, то, следовательно, она ему не безразлична. В его группе есть много симпатичных девочек, а выбрал он именно Солдатенкову! В принципе, девочка неплохая, но очень уж какая-то дикая и стеснительная и не идёт ни в какое сравнение с такими львицами, как его сокурсницы Карина Клепцова и Оксана Фильченко.
   Элеонора их раскусила сразу - она таких узнаёт с первого взгляда, и хотела их расколоть насчёт драки. Но быстро поняла, что они обе на стороне Никонова и не хотят доставить ему неприятности.
   - Ясно, что положили на него глаз. Странно, что Никонов-младший выбрал синий чулок, вместо того, чтобы завести роман с одной из этих девочек. С такими секс-инструкторшами он быстро бы набрался опыта, - удивленно подумала Элеонора.
   Доложить ректору о драке вчера она не успела - пока опрашивала студентов, он куда-то уехал и она решила, что это даже к лучшему. Утром ей пришла в голову отличная версия случившегося: Никонов, услышав гнусности, которые Дерягин говорил о Марине Солдатенковой, неосторожно толкнул его и тот, падая, ушибся. Возможно, они стояли на лестнице и, упав, Дерягин, скатился по ней вниз, чем и объясняются многочисленные ссадины. Если же кто-то вдруг "вспомнит", что видел драку, то его показания нельзя принимать на веру: один раз соврал, что не видел, другой раз соврал, что видел. За то, что один нечаянно толкнул другого, а тот неудачно упал - из университета не исключают. Можно просто ограничиться выговором. В университет приходят не толкаться, а заниматься! С этими первокурсниками, как с первоклашками - приходится учить их вести себя по взрослому.
   Она набрала номер телефона ректора.
   - Сергей Максимович, доброе утро, я бы хотела вас проинформировать о ЧП, которое вчера произошло.
   - Ты о Дерягине? Я уже знаю.
   - Знаете? А кто же вам рассказал? - удивилась Элеонора.
   - Кто рассказал?! Ну, ты меня удивляешь! По телевизору с утра говорят об этом убийстве.
   - Его убили? Насмерть? - похолодела Элеонора. - А кто же его убил?
   - Убивают всегда насмерть. Не насмерть убить невозможно. А вот кто убил, пока неизвестно. Но думаю, что найдут. Это явно заказное политическое убийство! Народного избранника, кристально честного человека, убили на пороге собственного дома!
   У Элеоноры отлегла от сердца. Убили не Романа, а его отца и Никонов здесь не причём. У неё сразу же улучшилось настроение, но с такой же болью в голосе, как и у ректора, произнесла дежурные слова сожаления. Она понимала, что ректору наплевать на убийство Дерягина, так же как и на судьбу остальных депутатов и политиков. Но правила игры требовали пустить слезу и произнести добрые слова, будь даже пострадавший был негодяй из негодяев.
  
   Элеонора положила трубку и подумала, что необходимо обрадовать Андрея Никонова - сейчас, когда произошло такое несчастье с Дерягиным-старшим, не до царапин Дерягина-младшего. Неожиданно дверь открылась и в кабинет зашёл озабоченный Андрей Дмитриевич.
   - Андрюша, а я только что о тебе подумала, - обрадовалась Элеонора. - Ты лёгок на помине!
   - Элла, я решил всё-таки подойти к ректору и поговорить с ним, - начал Никонов, но она его прервала.
   - Ему сейчас не до тебя. Он переживает из-за заказного политического убийства Дерягина-старшего.
   - Дерягина убили? - изумился Никонов. - Кто его убил?
   - Вот так я тебе и признаюсь! - рассмеялась Элеонора. - Убили, ну и ладушки, не в этом дело. Главное то, что сейчас не до драки, когда такое несчастье! Найди сейчас же Дмитрия и пусть срочно идёт ко мне, я его проинструктирую насчёт версии драки.
   - Эллочка, так, значит, отчисление Димки пока повисло в воздухе?
   - Повисло, повисло. Ты, Никонов, хотя когда-нибудь оценишь, что я для тебя делаю?
   - Так это ты его убила?
   - Никонов, какой же ты чурбан! Ни капли благодарности женщине, которая к тебе неровно дышит и готова на всё, лишь бы тебе было хорошо!
   - Эллочка, ты даже не представляешь, как я тебе благодарен!
   - Я действительно этого себе не представляю. С тех пор, как ты познакомился со своей Танечкой, ты вообще обо мне забыл!
   Она встала, подошла к нему и обняла.
   - Андрюша, я так соскучилась по тебе! Я ведь ни на что не претендую, даже на звание любовницы. Так почему бы нам хотя бы изредка не встретиться по-дружески. Мы же всё равно остаёмся друзьями, и я даже и не пытаюсь отбить тебя у твоей Танечки. Я знаю, что это невозможно.
   Никонов понимал Элеонору и сочувствовал ей. Она могла бы без труда выйти замуж, но для неё важна профессиональная карьера, которую она связывала со статусом свободной незамужней женщины. Профессионально ориентированные незамужние женщины, несомненно, успешнее делают карьеру, но за свой профессиональный успех они расплачиваются ощущением постоянного дискомфорта. Она защитила кандидатскую диссертацию и скоро защищает докторскую, достигла должности проректора одного из крупнейших в Сибири государственных университетов, но личной жизни у неё нет. Это называется очутиться около разбитого корыта. Ведь быть счастливым и идти вперед - это разные вещи. Есть люди, которые всю жизнь идут вперед семимильными шагами и при этом совершенно несчастливы, потому что счастье - это не конечная цель, а способ путешествия по жизни. А есть люди, которые вперед не идут, а просто живут себе тихо, мирно, и при этом вполне счастливы и гармоничны сами с собой.
   Её подруга Жанна Панкратова, которая когда-то училась на философском факультете в их университете, стала известной политической деятельницей в Москве и тоже незамужняя. Скоро Жанна должна приехать сюда по каким-то своим делам и он не сомневался, что вместе они выпихнут ректора с насиженного места на пенсию и его кресло займёт Элеонора. Но принесет ли это ей женское счастье?
   Когда-то, более двадцати лет назад, юная студенточка философского факультета влюбилась в него, молодого ассистента с кафедры экономики, но карьера для неё оказалась более привлекательным занятием. Да и он, хоть и тоже тогда увлёкся ею, но не настолько, чтобы предлагать руку и сердце. Подумать только, столько лет прошло с тех пор!
   Под действием нахлынувших на него воспоминаний, он обнял её, поцеловал, и она, подняв на него глаза, тихо спросила с надеждой:
   - Придёшь сегодня?
   Он, немного поколебавшись, покачал головой. С одной стороны это выглядело бы изменой Тане, которую он любил. А с другой стороны, неудобно перед Элеонорой - подумает, что идёт на это вынуждено, ради сына.
   - Ты, наверное, думаешь, что я решу, что ты встретишься со мною только ради сына? - угадала она его мысли. - Ты так думаешь, да? Ты считаешь меня недостаточно умной? Так вот я стараюсь помочь не тебе, а твоему Димке. Ты разве не понял?
   Она отошла от него и хотела сесть за стол, но в дверь постучали. Она подошла к двери и резко её распахнула. Это принесли из учебной части какие-то бумаги и она, взяв их, молча закрыла дверь перед носом секретаря учебной части.
   - Эллочка, ты меня не так поняла, - начал Никонов. - Я тебя за двадцать лет нашей дружбы прекрасно знаю. Меня удерживает то, что это может расцениваться, как измена жене, а я для этого ещё не созрел.
   Он подошел к ней, крепко обнял и, запрокинув ей голову, впился в губы длительным поцелуем.
   - Андрюшечка, какая же это измена, если я нисколечко не претендую на тебя, - сказала Элеонора. - Мне просто хочется немного тепла, мне хочется немного...
   Голос у неё дрогнул и, она, отвернувшись, попыталась вырваться из его объятий, но он удержал её.
   - Я сегодня проведу тебя домой, - сказал он, но Элеонора покачала головой.
   - Нет, я подачек не принимаю, - горестно вздохнула она и снова попыталась вырваться из его объятий, но он не отпускал её.
   - Отпусти! Мне надо работать.
   Он подхватил её на руки и понёс к дивану, стоявшему сбоку у стены.
   - Ты будешь меня насиловать прямо в кабинете?
   - Нет, насиловать не буду ни здесь, ни сегодня вечером у тебя дома. Ты сама под ласками снимешь шёлк фаты, унесу я пьяную до утра в кусты. И пускай со звонами плачут глухари... - тихо на ушко, продекламировал он.
   Элеонора прильнула лицом к его груди. Глаза у неё стали влажными и она прошептала одними губами:
   - Не буди, того, что отмечталось, не волнуй того, чтo не сбылось. Слишком раннюю утрату и усталость испытать мне в жизни привелось.
   Он поцеловал её в висок и тихо продолжил:
   - И молиться не учи, не надо. К прошлому возврата больше нет. Ты одна мне помощь и отрада, ты одна мне несказанный свет. Отговорила роща золотая берёзовым, весёлым языком. И журавли, печально пролетая, уж не жалеют больше ни о ком....
   - Не приходи сегодня, - шепнула Элеонора, целуя его. - А то это выглядит так, как будто я выпросила у тебя любовь. Поставь меня на пол.
   Он отпустил её и она, чтобы как-то сменить тему, подошла к столу и взяла бумаги, которые ей только что принесли. Глаза у неё были мокрыми, но она не хотела при нём их вытирать. Ей было себя по-настоящему жалко - одинокую стареющую женщину. Вокруг столько счастливых самочек, окружённых мужьями и любовниками, а она вынуждена, как одинокая волчица, выпрашивать немного любви.
   Сквозь подернутые влагой глаза Элеонора увидела, что верхняя бумага было письмом из милиции. В нем сообщалось о задержании в пьяном виде студента университета Дерягина Романа Олеговича, который буянил и, по сообщению свидетелей, приставал к таким же пьяным хулиганам, как он сам, а затем устроил с ними драку. При задержании у него был обнаружен пакетик с наркотиком и дело передано в прокуратуру для возбуждения уголовного дела.
   - Андрюша, - воскликнула она. - Ты только посмотри, что нам прислали! Вот решение проблемы, а я всё утро напрягала мозги.
   Никонов схватил письмо и несколько раз его перечитал, не веря своим глазам.
   - А как же наш медпункт? Там же его осматривали, - посмотрел он на Элеонору.
   - Осматривали, но никаких бумаг не писали. А если у них с памятью какие-то отклонения и они помнят то, чего не было, то на их место мы найдём других медработников, - жестко произнесла она. - Всё ясно, нам в университете наркоманы, алкаши и хулиганы не нужны!
   - Эллочка, я беру сегодня бутылку шампанского и идём к тебе, - возбужденно сказал Никонов, потирая руки. - Отметим удачное стечение обстоятельств!
   - А как же твоя Танечка? Разве это не будет выглядеть изменой? - лукаво посмотрела на него Элеонора вдруг высохшими глазами.
   - Ты знаешь, я её действительно очень люблю. Она необыкновенная. Такая наивная, доверчивая и очень открытая. Она мне по-настоящему дорога!
   - Кто бы меня так полюбил! Как быстро пролетело время, когда мужчины интересовались моим духовным миром. А теперь интересуются только тем, какая я в постели!
   Никонов засмеялся и поцеловал её.
   - Я знаю, какая ты в постели и знаю твой духовный мир, но всё равно ты не перестаёшь меня интересовать. Тебе, Эллочка, ещё ничего не стоит женить на себе какого-нибудь мужика и познать семейное счастье. Всё ведь только от тебя зависит.
   - Мне какой-нибудь мужик не нужен. Мне нужен такой, как ты и чтобы меня он любил так же, как ты любишь свою Танечку. Ты обратил внимание, что я называю её Танечка, а не Татьяна?
   - Обратил.
   - Это потому что я тебя не ревную. Она приятная женщина и не виновата в том, что в своё время я не женила тебя на себе. И вообще, можешь сегодня ко мне не приходить, ты для меня всё равно всегда будешь близким другом.
   - Нет, я возьму бутылку шампанского и приду.
   - Как знаешь, - вздохнула она и рассмеялась. - Моя постель, то есть дом, всегда открыт для тебя.
   Никонов уходил от неё с чувством облегчения и сразу же позвонил Тане.
   - Андрюша, ты себе даже не представляешь: у меня появились такие связи, что Митину проблему с университетом я решу мигом, - возбуждённо заговорила Таня, не дав ему сказать даже слово.
   - Танечка, успокойся, у Мити будет всё в порядке, - улыбнулся Тихонов. - Проблема снята. Я сегодня после работы задержусь: возьму бутылочку и подойду к другу, который мне в этом посодействовал.
   Его Танечка неисправимая фантазёрка! Ну, какие связи у неё могли вдруг появиться сегодня утром? Вчера не были, а сегодня появились? Да и вообще, какие связи могут быть у рядового врача?
   - Милый, я так рада, что ты это сделал! Видишь, ведь можешь, когда захочешь! А одной только бутылочки не мало? Давай сделаем так: Алёна придёт после школы и приготовит тесто, а я приду после работы и быстренько спеку пирог. И ты пойдёшь с пирогом и бутылочкой.
   - Танечка, не надо. Обойдусь без пирога. Просто мы посидим, поговорим. Я приду попозже, поэтому не волнуйся.
   Он положил трубку и ему стало неудобно перед доверчивой женой и самим собой. Но всё же очень хотелось провести вечер с Элеонорой. С нею всегда интересно и дело не столько в сексе, сколько в приятном интеллектуальном общении. С ней можно говорить на любые темы, она обладает большим кругозором и нередко удивляет нетривиальной интерпретацией событий. Танечка совершенно другая - пушистый, ласковый, наивный и доверчивый котёнок. И к тому же в сексе стеснительная, несмотря на то, что уже столько лет замужем. Элеонора же своими выдумками заводила его в постели с полуоборота и умела сделать вечер запоминающимся надолго!
  
   Глава 12. Следствие по делу об убийстве Дерягина
  
   Следователь горпрокуратуры Савельев, которому поручили дело об убийстве Дерягина, возмущался дурачьём из Октябрьского РОВД, которое не смогло справиться с элементарным поручением - задержать Екатерину Панченко. В присутствии работников милиции её мать буквально просигналила дочери, чтобы та не появлялась дома и моментально положила трубку, не дав возможности засечь номер телефона, с которого сделан звонок.
   Более того, она не назвала ни одной подруги и не назвала ни одного адреса, где Панченко могла скрываться.
   - Оформляй на мать материалы, - зло сказал заместитель прокурора. - Пойдёт за соучастие!
   Савельев выругался, когда за шефом закрылась дверь, и в сердцах швырнул авторучку на стол.
   - Какой же он всё-таки мудак! - зло подумал он. - Ну, какие материалы можно оформить на мать-пенсионерку, когда она в любой момент принесет справку о склерозе?
   Кроме того, известно, что Панченко защищает Мирский. Оформишь с ним такие материалы на свою же задницу! Не успел он об этом подумать, как дверь кабинета отворилась и на пороге возник адвокат Мирский, заклятый друг правосудия, как его называли в прокуратуре. Оформишь материалы, а потом зампрокурора отскочит в сторону и шкуру будут снимать с него, с Савельева.
   - К моей подзащитной, Екатерине Панченко, вчера вечером вломилась милиция, - начал Мирский, усаживаясь на стул возле стола следователя после кратного приветствия. - А вломилась она потому, что, как мне объяснили, вчера вечером убили депутат Дерягин. Очевидно, в это раз кто-то промахнулся и попал ему не в промежность, а в голову. Но причём здесь моя подзащитная?
   - Умеете вы, Борис Аркадьевич, формулировки формулировать, - озабоченно произнес Савельев, закрывая папку с делом Панченко. - Просто следовало проверить алиби Панченко.
   - И как, проверили?
   - Нет, не проверили. Вы же, наверное, знаете, что в это время она отсутствовала дома.
   - Но какое отношение к этому имеет моя подзащитная? Её уже обвиняли в покушении на Дерягина. Но потом, как вам известно, выяснилось, что её оклеветали и мы подали иск о взыскании с охранника Дерягина крупной суммы в качестве морального ущерба.
   - Убийц было двое. Цыганка отвлекала охранника, а сообщник стрелял.
   - Снова цыганка? Это уже превращается в цирк или цыганофобию. Но я снова повторяю свой вопрос: причём здесь моя подзащитная?
   - Какой, к чёрту, цирк, если человека убили! И не просто человека, а депутата!
   - Полагаете, что депутат и человек это разные ипостаси? Не хочу с вами дисскутировать на этот счет, у меня к вам конкретный вопрос. Но вы упорно избегаете дать на него ответ: какое отношение к этому имеет моя подзащитная?
   - Я же вам говорю, когда мы узнали, что в убийстве участвовала цыганка...
   - Но Панченко не цыганка. Она по национальности...
   - Да причём здесь национальность? - возмутился Савельев. - Вы что, издеваетесь? Вы же прекрасно понимаете, что я имею в виду!
   - Я не издеваюсь, а просто хочу понять, какое отношение моя подзащитная имеет к этому делу. А вы мне всё время пытаетесь рассказать о том, что в убийстве принимала участие какая-то неустановленная цыганка. Я правильно понял, цыганку вы не установили?
   - Нет, не установили.
   - И есть свидетели, которые подтвердят, что цыганка принимала участие в убийстве?
   - Представьте себе, есть.
   - И много их? Они могут её описать?
   - Свидетель один, но его показания дорогого стоят. Он видел её лично.
   - И можно узнать, кто этот свидетель.
   - Можно. Это охранник Дерягина, Лобов.
   Мирский расхохотался.
   - Снова Лобов? Он, случайно, не помешан на цыганках? Может у него какие-то личные счёты с цыганками? А сам-то он где был, когда убивали Дерягина?
   - Присутствовал при этом.
   - Присутствовал при убийстве? - изумился Мирский. - В качестве зрителя? Но он хотя бы всплакнул, когда убивали Дерягина или остался равнодушным?
   Савельев заиграл желваками. Мирский действовал ему на нервы. И без него тошно, ведь Лобов так и не смог объяснить, что предпринял для защиты Дерягина. То, что цыганка бросала в него камни из темноты, выглядело как-то уж очень несерьёзно, даже немного по-детски. С такими фактами иметь дело с Мирским практически невозможно.
   - Необходимо хотя бы для порядка, проверить алиби Панченко. Мы её ни в чём не обвиняем, но она проходила по делу о нападении на Дерягина, поэтому надо проверить, - буркнул Савельев.
   - Не думаю, что порядок - это когда по явному навету хватают людей и сажают в СИЗО. Но так и быть, я передам вам показания некоторых свидетелей, что Екатерина Панченка вчера с 18 часов находилась в гостях. Она была на дне рождения и ушла домой в сопровождении одного из свидетелей около 23-х часов. Насколько мне известно, неустановленная цыганка с подельником совершили преступление между 21-м часом и 22-мя часами.
   Мирский протянул ему несколько листиков бумаги, и Савельев жадно схватил их. Он понимал, что хитрый и опытный Мирский не будет ему подсовывать липовые показания свидетелей, поэтому версию о том, что Панченко участвовала в этом преступлении и даже демонстративно вновь надела цыганский наряд, можно похоронить. Хотя в эту версию он и ранее не особо верил. Следователь райотдела милиции, обвинивший Панченко в первом нападении на Дерягина, явно недалёкий человек и Мирский легко развалит дело, построенное на таком шатком фундаменте. Мирский и не такие дела разваливал, поэтому Савельев не хотел попадать в дурацкое положение и то, что есть явные свидетельства её полного алиби, его даже обрадовало.
   - Ну, вот и хорошо, - примирительно сказал Савельев. - Положим показания в дело и вопросов к Панченко больше нет.
   - Приятно иметь дело с умным человеком, - вставая, произнёс Мирский. - Вынужден распрощаться, так как дел очень много, а время бежит очень быстро.
   - Рад, что у вас много дел, а то бы ещё поговорили, чайком бы угостил, - съехидничал Савельев, но Мирский уже его не слушал и быстро вышел из кабинета.
   Савельев смотрел ему в след и думал о том, что Мирский избавил следствие от части работы тем, что принёс показания свидетелей, подтверждающих алиби Панченко. Поэтому работающий по делу об убийстве Дерягина опер из уголовного розыска Саша Титаренко может сейчас сосредоточиться на выявлении круга бизнес-интересов депутата. Версия убийства по политическим мотивам - это только для особо непонятливых идиотов, так как оплата заказного убийства намного превышает стоимость оплаты депутатских услуг. Убивать из-за политических взглядов нынче может только ненормальный псих, потому что нормальные психи на такие дела деньги не тратят.
   Другое дело, если Дерягин здесь замешаны бизнес-интересы: например, стал кому-то поперёк при заключении какой-нибудь деловой сделки или мешал кому-то что-то приватизировать. Тогда конечно пуль не жалеют, потому что бизнес есть бизнес. Только непонятно, почему Мирский так рьяно защищает интересы Панченко? Семья, вроде бы, живёт очень скромно, больших денег нет и гонорар Мирскому заплатить не смогут. Возможно, она ему приходится какой-то родственницей?
   В кабинет стремительно вошел Титаренко.
   - Есть версия, что депутат проиграл крупную сумму денег в казино и не смог расплатиться, - энергично начал он с порога. - А господа бандиты, как ты знаешь, не любят нечестных и необязательных людей. Слово пацана должно быть как кремень, если на нём нет наручников.
   - Вполне возможно, - немного подумав, произнес Савельев. - Ходили слухи, что Дерягин был раньше близок к Сапогу. А нынче водит дружбу с Мартыном. Может быть, он проиграл Мартыну большую сумму? Если рассматривать первое покушение, когда депутата едва не лишили детородного органа, как предупреждение, то напрашивается мысль о том, что от Дерягина что-то требовали. Не исключено, что ему звонили и угрожали, поэтому следовало бы проверить, кто ему звонил за последний месяц или два.
   - Результаты экспертизы есть?
   - Есть, но как назло, экспертиза не может точно сказать, откуда стреляли.
   - Я так и думал. Дерягин стоял около двери подъезда на крыльце, в котором семь ступенек. Когда в него попала пуля, он повалился на металлическое ограждение крыльца, перевернулся и упал на стоящую внизу мусорную корзину, закреплённую на вращающейся стойке. Свалившись на корзину, тело перевернулось и упало на землю ничком, поэтому охраннику Лобову потребовалось ещё перевернуть тело, чтобы удостовериться, что Дерягин мёртв.
   - Да, я общался с экспертом. Говорит, траектория падения настолько сложная, что точно восстановить её не представлялось возможным. Кроме того, баллистическую экспертизу затрудняет и то, что покойный стоял, видимо, наклонив голову, всматриваясь туда, где стояла "цыганка". Поэтому затруднительно даже определить расстояние, с которого стреляли. Он предполагает, что скорее всего стреляли лёжа на земле. Хотя, конечно, нельзя исключить, что стрелявший мог выйти из соседнего подъезда и выстрелить стоя. Но в показаниях Лобова есть одна зацепка - сразу же после выстрела стоявшая напротив подъезда машина рванула с места и умчалась, хотя, по утверждению Лобова, в машине никого не было, когда он её осматривал.
   - Это уже интересно! Номер машины он запомнил?
   - Запомнил, но этот номер присвоен автокрану одного из ремонтно-строительных управлений. Или Лобов путает, или фальшивый номер получен путём заклеивания некоторых символов другими, нарисованными на бумаге. Поэтому поиски машины дело длительное и не надежное.
   - Вообще-то у меня показания Лобова вызывают подозрение. Была ли вообще цыганка? При первом покушении он ничего не сделал, чтобы помешать ей приблизиться к Дерягину и нанести удар кистенем. Потом он схватил первую попавшуюся девушку и объявил, что это и есть цыганка. Вчера он опять бездействовал и объясняет это тем, что, мол, его отвлекала цыганка, которая потом бросала в него камни. Может стоит отправить его на психиатрическую экспертизу? С этим Лобовым и его цыганками можно чокнуться!
   - Не знаю, как ты, а я уже на грани этого! Номинально у нас вроде бы есть свидетель, но реально это не свидетель, а идиот. А прокурор наседает, хотя и ему тоже не позавидуешь - ряд депутатов областного собрания уже успели объявить о намерение взять ход расследования под свой личный контроль. Болтуны и трепачи, но нервы попортить могут серьёзно!
   - А как там насчет совместной группы областного УВД и ФСБ?
   - Только на уровне разговоров.
   - Жаль! А я надеялся, - сказал Титаренко. - Всё таки совместная группа не только бы уменьшила нагрузку на нас, но и распылила бы ответственность. Когда все хором расследуют дело, то конкретного виновного в неудачи нет. Могу гарантировать, что это дело станет очередным глухарем. Слишком чисто сработано, а это означает, что валили Дерягина профессионалы. Ну, ладно, пошел выяснять, на чем Дерягин делал деньги,
   Титаренко ушел, а Савельев, вздохнув, настал подшивать листки, принесенные Мирским в дело. Оно пухло не по дням, а по часам и надо было его вести аккуратно, потому что прокурор города может в любой момент потребовать дело к себе для проверки, как продвигается расследование.
   Между тем, убийство Дерягина стало головной болью не только для городской прокуратуры, но и гормилиции. И Мелентьев, исчерпав все ругательства, обдумывал, как будет выкручиваться из этого положения. Нет сомнений в том, что это явный глухарь, потому что руку профессионала так же трудно скрыть, как длинные уши депутатов областного собрания. Но депутатская кодла будет на всю страну орать, что их здесь убивают, а правоохранительные органы ничего не делают для их защиты. И слетит он, Мелентьев, со своей должности, как пить дать!
   Только вчера вечером доложил о выполнении поручения Климова разобраться с Дерягиным-младшим, как кто-то завалил Дерягина-старшего. Единственные положительный момент в этом деле тот, что этот гусь с самого утра начал бы устраивать скандалы и громогласно орать, что акция против сына направлена лично против него. И ведь не скажешь же, что сделано это по указке губернатора!
   Пожалуй, к этому расследованию следовало бы подключить Грузнова, как результативного опера, но у Дубинина на него большой зуб и этот идиот будет всячески мешать расследованию. А один Титаренко мало что сможет сделать по делу Дерягина. Другие опытные сотрудники завязли в массе нераскрытых дел и большая вроятность того, что все шишки достанутся ему, Мелентьеву, как руководителю гормилиции.
   Он встал с кресла и прошелся по кабинету, разминая ноги. Положение непростое и непонятно, как выбраться из него без потерь. Неожиданно в голову пришло простое решение - надо назначить Дубинина, как начальника уголовного розыска, персонально ответственным за раскрытие убийства Дерягина. А потом взыскать с него по всей строгости. Ясно, что дело громкое, к тому же очередной глухарь, поэтому лучшего случая подставить выскочку не будет! Надо только убрать из отдела Грузнова, чтобы Дубинин не смог переложить на него ответственность.
   Это решение повысило Мелентьеву настроение и он вспомнил, что вчера начальник областного УВД предложил ему дать кандидатуру офицера для назначения начальником оперативного отдела УБОП, осуществляющего разработку лидеров и авторитетов организованной преступности. По своей хватке и характеру Грузнов, пожалуй, более других подходит на эту должность. К тому же недавно Грузнову добавили ещё одну звездочку и столь стремительное продвижение немного осложнило его отношение с коллегами. Совершенно неясно, почему Климов вдруг начал покровительствовать Грузнову. Может Грузнов выполняет какие-то личные поручения губернатора?
   Мелентьев решительно набрал номер телефона приёмной губернатора и представился. Надежда Ивановна, будучи в курсе тайного поручения Климова жёстко разобраться с Дерягиным-младшем, посмевшим покуситься на её дочь, моментально соединила его с губернатора.
   - Семен Викторович, хотелось бы посоветоваться с вами, - дипломатично начал Мелентьев. - Начальник УВД области предложил мне представить ему кандидатуру офицера для назначения на должность начальника оперативного отдела УБОП. Этот отдел осуществляет разработку лидеров и авторитетов организованной преступности.
   - А что, лидеры и авторитеты это не одно и тоже?
   - Видите ли, раньше преступные группы находились под контролем "воров в законе", но управлялись так называемыми "авторитетами" - некоронованными лидерами преступных группировок. При этом "авторитетами" назывались те воры, которые, по воровской иерархии, шли сразу же за "ворами в законе". Сейчас же "авторитет" просто лидер, сам создающий себе славу и неизбираемый другими ворами. Многие "воры в законе" нынче выполняют в большинстве банд функции советников по "уголовной жизни", но банд развилось столько, что коронованных воров на все просто нехватает.
   - То, что ты рассказал, очень интересно, но трудно запоминаемо. Чувствуется, что это целая наука - классификация структуры преступных группировок. Так, и чем я могу помочь в подборе кандидатуры?
   - Мы на днях с вами говорили о Грузнове, вот я и хотел бы посоветоваться. Как вы относитесь к его переводу в УБОП. Правда, это майорская должность...
   - Ах, вот оно что! Если ты считаешь это целесообразным, не имею возражений. Надо мне позвонить генералу?
   - Нет, нет. Я подам ему свои предложения в установленном порядке.
   - Слушай Михаил Викторович, а как там с убийством этого мудака? То есть я имел в виду депутата Дерябина. Дело с раскрытием варварского преступления продвигается?
   Мелентьеву знал расклад сил на политической арене и то, что Дерягин являлся доверенным лицом Бочарова, соперника Климова в борьбе за губернаторское кресло, поэтому не строил никаких иллюзий насчет истинного отношения Климова к этому убийству.
   - Прилагаем все усилия, Семен Викторович. Поднял всех на ноги, подключил кого только возможно и думаю, что результат не замедлит сказаться. Вот хочу назначить лично ответственным за раскрытие этого дела очень перспективного и толкового начальника уголовного розыска подполковника Дубинина. Уверен, он землю будет рыть, но достанет убийц хоть из-под земли.
   - Будем надеяться, - сухо сказал Климов. - А если не найдет, то спросим. Причем спросим жестко! Безнаказанно убивать народных избранников не позволим!
   - Полностью с вами согласен, Семен Викторович.
   Мелентьев удовлетворенно положил трубку и с тихим злорадством вызвал к себе Дубинина. Поддержка кандидатуры Грузнова получена у самого губернатора, поэтому в ближайшее время тот будет переведен в УБОП и Дубинину не удастся сбросить на него дело Дерягина. Придётся подполковнику самому подставить шею под дамоклов меч. Но был ещё один приятный момент. Мелентьев знал, что в коллегии МВД России разработана "Концепция развития органов внутренних дел и внутренних войск Российской федерации" и одно из ее направлений предполагало подчинить все подразделения по организованной преступности, в том числе и УБОП'ы, по вертикали. Поэтому свой человек в этой системе, которая будет напрямую подчиняться Москве, не помешает. А в том, что Грузнов для него свой, он не сомневался. Грузнов так же, как в своё время и он, окончил Омскую высшую школу милиции - единственную в стране кузницу кадров для уголовного розыска, поэтому их роднили традиции общей альма-матер. Да и в порядочности этого парня Мелентьев не сомневался.
   В кабинет зашёл Дубинин и Мелентьев молча показал ему на стул возле своего стола.
   - Садись, Лев Олегович, - демократично начал он. - Вот только что разговаривал с губернатором. Рвёт и мечет, требует, хоть из-под земли, но достать убийц. И он прав! Нельзя позволить безнаказанно убивать народных избранников! Поэтому возьми на себя, пожалуйста, контроль над расследованием этого дела. Будет нужна помощь, не стесняйся, обращайся ко мне. Чем смогу - помогу.
   - Я, товарищ полковник, уже взял всё под личный контроль. Думаю назначить ответственным Титаренко и дать ему в помощь Грузнова.
   - Нет, это очень серьёзное дело, а Титаренко простой сыщик. Здесь нужен человек, способный широко мыслить и умеющий организовать коллектив на выполнение ответственной задачи. Лучше тебя я никого не вижу. Поэтому сегодня же издам приказ, которым назначу тебя персонально ответственным за раскрытие этого дела с предоставлением широких полномочий для привлечения к работе людей из райотделов. Возглавишь, так сказать штурмовую группу. Найдёшь убийц, обещаю представить тебя к награде!
   - Можете не сомневаться, товарищ полковник, приложу все усилия.
   - Я верю, ты справишься. Да, кстати, ты же вроде бы не очень хочешь видеть у себя в отделе Грузнова? Так вот, он переходит в другую структуру.
   - Но не сейчас же? Пусть сначала поработает по Дерягину, а потом может уходить куда хочет. Он, кстати, куда намылился?
   - В УБОП. Задержать его не смогу, туда срочно требуется человек.
   - Но как же без него мы будем расследовать дело? - растерялся Дубинин.
   - А на хрена он тебе нужен? Только нервы портить? У тебя будет достаточно людей, только надо будет организовать их работу, а это ты умеешь. Так что, давай, Лев Олегович, иди, трудись, я на тебя очень надеюсь.
   Дубинин уходил растерянным и Мелентьев иронически смотрел ему в спину. Если действительно работали профессионалы, как ему рассказали аналитики, то Дубинину он очень скоро вкатает выговор, а потом рассмотрит возможность перевода его в другую службу с понижением.
   После чашечки кофе, которую он с удовольствием выпил, вспоминая разговор с Климовым и Дубининым, вызвал к себе Грузнова.
   - Дмитрий, ты мне объясни, за что тебя любит губернатор? - спросил Меленьев.
   - За форму, - не задумываясь, ответил Грузнов.
   - Не понял, за какую форму?
   - За парадную. Как увидел меня в ней, так и забыть не может.
   - Но парадная форма есть у всех, а любит он только тебя.
   - Значит, остальных ещё не видел.
   - Понятно. Вот расстаёмся мы с тобой.
   - А за что выгоняете?
   - Не выгоняем, а переводим в УБОП, если, конечно, ты не против. Или тебе с Дубининым жалко расставаться. Я ведь не знаю ваших подлинных отношений.
   - А куда в УБОП?
   - Исполняющим обязанности начальника отдела. Должность майорская, ответственная, но уверен, ты себя покажешь хорошо! Будешь вести разработку лидеров и авторитетов организованной преступности. Сразу говорю, неволить не буду, можешь отказаться.
   - Товарищ полковник, Михаил Викторович, а вы не шутите? - растеряно спросил Грузнов.
   - Ты что, меня как шутника знаешь?
   - Михаил Викторович, я понимаю, что это вы поспособствовали. Это как раз работа для меня. Я вам всегда буду за это благодарен.
   - Не сомневаюсь, Дмитрий. Я знаю тебя, как настоящего мента и верю тебе. Кстати, когда дело по ясновидящей Варваре передашь в прокуратуру?
   - На этой недели с Настей-следачкой передаем. Сейчас она дооформляет.
   - Не понимаю почему так долго! Слышал, вы с нею там чего-то накопали? Вроде бы там же всё ясно. Убийца поймана на горячем, чего же так долго тянется? Дубинин рапорт на тебя написал из-за того, что ты тянешь с этим делом?
   - Почему я тяну? Я что, следователь? Просто надо было найти настоящего убийцу, вот и пришлось нам с Настей покрутиться.
   - Настоящего убийцу? А эта женщина, которая поймана на месте преступления с ножом? Она разве не настоящая убийца? Не слишком ли вы с Настей мудрите? Ну, она молодой специалист, ей простительно. А ты ведь у нас бывалый. Уверен, что в суде не будет проколов?
   - Уверен. Родион, сын ясновидящей Варвары, которая на самом деле не Варвара, а Маргарита, купил себе непонятно на какие деньги автомашину и отдал должок в 27 тысяч баксов, которые проиграл в казино. Откуда у него вдруг появились такие деньги, объяснить не смог.
   - И на этом основании ты сделал вывод, что ради денег он убил мать?
   - В том то и дело, что она ему не мать, а мачеха. Она вышла замуж за его отца, когда пацану было уже 14 лет. И все соседи в один голос утверждают, что он с самого начала люто возненавидел мачеху. Они друг друга ненавидели и никогда не могли найти общий язык.
   Грузнов с удовольствием и некоторой гордостью рассказывал о своём самом удачном деле. Много пришлось поработать, чтобы отвести подозрение от тихой, доброй женщины Валентины Алексеевны Кравцовой, совершенно невиновной в инкриминируемом ей убийстве ясновидящей Варвары. И отпечатки пальцев на ноже, и следы крови потерпевшей на её одежде, и задержана на месте преступления - казалось, все факты на лицо, всё было против неё и срок ей грозил до 15 лет. Но психологическая экспертиза четко показала, что она не способна убить. И он сумел разобраться! Спас невинную женщину! Он не ходит в церковь, не ставит свечи, не читает молитвы елейным голосом, но делает дело, устанавливает справедливость. И пусть иногда нарушает законы, но те законы пишутся людьми и часто меняются. А есть другие, законы, записанные в Библии и те он свято чтит. И ему обязательно это зачтется, иначе зачем тогда Библия вообще нужна?
   - А раньше разве не знали что он ей не сын? - удивился Мелентьев.
   - В этом произошла небольшая путаница. Оказывается, его мать тоже звали Маргаритой. Только отчество немного другое - мать была Маргарита Леонтьевна, а мачеха - Маргарита Леонидовна. Я случайно досмотрелся. В одних материалах дела было записано Леонидовна, а в других - Леонтьевна. Показал это Насте-следачке, говорю: прокуратура досмотрится, будет носом нас тыкать в несоответствие. Решили посмотреть свидетельстве о рождении, а там четко записано: Леонтьевна. Начали копать и докапались. Соседи свидетельствуют, что этот Родик частенько поколачиваходила свою мачеху, так что у него были и мотив, и психологическая готовность.
   Мелентьев присвистнул.
   - Лихо! Но это ни о чём не говорит. Его никто не видел на месте преступления, хотя и чёткого алиби у него нет. Так что, в суде будет трудно доказать его вину. Разве что зацепиться за деньги, но это слишком хлипко.
   - Не только деньги. Он левша и мог нанести такой удар. Но и это не всё. Я отыскал свидетельницу, которая видела человека в маске, с которым столкнулась у соседнего дома. Он едва не сбил её с ног, выскочив неожиданно из-за угла дома.
   - Ты хочешь сказать, что этот человек в маске и был пасынок Варвары или как там её, Маргариты? А почему об этом эпизоде ничего не было в деле?
   - Всё дело в том, что убийцу по-настоящему не пытались даже искать. Взяли женщину с ножом возле трупа и больше ничего не надо. А я нашёл его. В маске был действительно пасынок Варвары.
   - Это тебе свидетельница сказала, что в маске был пасынок Варвары? - с иронией в голосе спросил Мелентьев.
  -- - Представьте себе, Михаил Викторович! Оказывается, она врач-иридолог и, увидев его глаза, запомнила их очень хорошо, видимо со страха. Потом она по памяти сделала полную иридодиагностику по радужной оболочке глаза. У человека в маске опущение правой почки, желчнокаменная болезнь, гастрит и проблема с левым легким и суставами. Не зная, о ком идёт речь, она изложила всё это мне в письменном виде. Потом по поручению Насти эксперты проверили по медицинской карточке пасынка в поликлинике. Всё сходится. Так что количество улик было достаточно для того, чтобы колоть его. Вот мы его и раскололи. И уже по его показаниям отыскали свидетелей, которые подтвердили моменты, свидетельствующие о подготовки им преступления.
   - И что, он подписал признание? На суде отказываться не будет?
   - Подписал с условием, что оформляем ему явку с повинной. Ну, и Настя решила оформить. Так что дело, можно сказать, закончено.
   - Иридодиагностика, говоришь?
   - Сам только недавно выяснил, что это за штука. Радужная оболочка является как бы информационным "таблом", отражающим состояние нашего организма. Появление на радужке отложений пигмента в виде пятен, полос, черточек, дуг свидетельствует о локализации нарушений в теле. Кстати, как и отпечатки пальцев, так и рисунок радужной оболочки, оказывается, у каждого человека индивидуален.
   - Так значит ты сработался с Настей-следачкой? Это хорошо. Она девка напористая, по молодости бьет копытом, но это неплохо, - задумчиво произнес Мелентьев и немного помолчав, добавил:
   - Ладно Дмитрий, давай, скорее закругляйся с этим делом, в УБОП срочно нужен человек. И мне нужен там свой человек. Надеюсь на тебя!
  
   Грузнов уходил от Мелентьева, не веря своей удаче. Уйти в УБОП он давно уже хотел, но понимал, что Дубинин будет ему ставить палки в колёса и зарубит эту возможность. И вдруг такое везенье! При этом не просто сотрудником, а начальником отдела, на майорскую должность. Ему хотелось петь, однако он сохранял невозмутимое выражение лица, чтобы раньше времени никто не узнал о его новом назначении. Сегодня вечером он пригласит Валечку в ресторан и они обмоют эту новость!
  
   Глава 13. Грачев летит в Египет
  
   Самолет летел в Шарм-эль-Шейх полупустым и бортпроводница объявила, что можно занимать любые свободные места, кроме первых пяти рядов.
   - Это необходимо для балансировки самолета, - пояснила она.
   Грачев занял место в глубине салона экономического класса, надеясь подремать в одиночестве во время перелета. Чтобы не отличаться от других туристов, по его лицу должна была блуждать бессмысленная улыбка в предвкушении знакомства с древними египетскими пирамидами. Одновременно он должен был орлиным взглядом выискивать женскую особь для бурного туристического романа с целью подтверждения своего статуса отпускника. Но ни пирамиды, ни женские особи его не интересовали и орлиный взгляд тоже отсутствовал. Прикрыв глаза и прислонившись к иллюминатору, он вспоминал дни, проведенные с Наденькой в Ессентуках.
   Однако долго побыть в одиночестве не пришлось: к нему подсела женская особь примерно его возраста. По бесцеремонным манерам, стилю одежды и богатым украшениям он легко опознал в ней современную деловую женщину. Таких дам он выносил с трудом. Раньше шлюхи делились на содержанок и проституток, но с началом макроэкономических реформ появилась их новая разновидность: "бизнес-леди". Если первые две специализации использовались исключительно в целях сексуальной эксплуатации, то новая разновидность использовалась ещё и для отмывания незаконно полученных средств. Или, как любят говорить рекламщики, "три в одном флаконе". Правда, терминология "законно" и "незаконно" в период безудержного экономического реформирования звучит весьма неоднозначно, потому что законы трансформируются проще, легче и оперативнее, чем экономика и менталитет. И всё же при строительстве счастливого капиталистического будущего есть некие критерии законности: "законным" считается то, что делается "по понятиям".
   - Не возражаете, если я присяду рядом? - игриво спросила незнакомка.
   Михаилу пришла мысль о том, что неплохо бы выбросить ее в окно, однако салон самолета - не купе поезда и окна не открываются, поэтому придётся терпеть эту "очаровашку".
   Сделав кислое лицо, он молча пожал плечами и отвернулся к окну. Такое прохладное отношение нисколько не смутило незнакомку. Этого мужчину она заприметила ещё в накопители и решила, что с ним можно очень неплохо провести время на египетском курорте. С таким быком можно и по городу погулять без проблем. Бывалые приятельницы, прошедшие огонь, воду и Шарм-эль-Шейх, просветили её: женщинам не стоит показываться вне отеля без мужчин, так как местные жители слишком приставучи.
   - Причем все какие-то уроды с гнилыми зубами. Виснут гроздьями и волокут в свои магазины. Хотят секса, да ещё пытаются развести на деньги, - уверяла Анжела, близкая подруга.- Вообще имей ввиду: из отеля отлучайся одна только по неотложным делам. Воду пей только из бутылки, арабов с любыми предложениями сразу посылай на три буквы. К твоему сведению, "зубы" - арабское матерное обозначение мужского члена. А "биляди" - это не бляди, а страна по-арабски. Часто они кричат вслед: "шармута". Так на арабском называются проститутки. Надо сразу же повернуться и сказать: "Ана арфа коло хага". Мол, я понимаю, что вы говорите. Они сразу же замолкают и больше на арабском ничего плохого о тебе не говорят. А ещё они прикалываются, спрашивая "как дела?". И потом ржут, когда наши отвечают "хорошо". По-арабски "хара" означает дерьмо.
   Анжела была в курсе дела, потому что во время перестройки тусовалась с арабами из университета Дружбы Народов имени Патриса Лумумбы. Года три назад его переименовали в Российский университет Дружбы Народов, но от этого он не стал более русским и там до сих пор трутся девки, обойдённые вниманием российских граждан мужского пола. Но Анжела тусовалась там не ради секса, потому что была нарасхват и у своих сограждан, и у гостей из южных стран. Она терлась сугубо из деловых соображений и неплохо зарабатывала на фарцовке. А сейчас вообще представляет интересы большого начальника из московской мэрии по части строительного бизнеса и числится владелицей блокирующего пакета акций приватизированного строительного треста. Так что денег на частые путешествия по экзотическим курортам у неё хватает.
   - Меня зовут Виолетта, - представилась незнакомка. - А вас как?
   Особого желания знакомиться у Михаила не было - такие женщины его никогда не воодушевляли. И даже тогда, когда по пьянке попадал с ними в одну постель, в ней тоже не находил общих тем для задушевных бесед. А сейчас, когда у него есть Наденька, на таких баб развилась устойчивая аллергия в острой форме.
   Правда, с другой стороны, путешествующий одинокий мужчина всегда привлекает к себе внимания спецслужб гостеприимной принимающей страны, поэтому стоит воспользоваться этим знакомством и к регистрационной стойке подойти под руку с дамой.
   - Зовите меня просто Васей, - повернулся к ней Михаил. По паспорту он был Михаил Федорович Синицын.
   - Почему Синицын? - недовольно спросил он у Круглова, получая новый загранпаспорт.
   - По аналогии. Ты же Грачев? А теперь будешь Синицыным, - флегматично пояснил тот.
   - А что, Орловым нельзя было сделать? - ворчливо заметил Михаил, хотя в принципе ему было безразлично, какую временную фамилию носить.
  -- - Была мысль сделать тебя Изей Рабиновичем, всё ж таки в Израиль едешь. Но, извини брат, мордой не вышел, - осклабился Круглов и заржал. - А, кроме того, надо исключить опасность твоего невозвращения с новой исторической родины. Знаем мы вас, работающих под евреев. Так и норовите куда-нибудь смыться!
   Михаилу стало смешно и он тоже захохотал. Перед отлетом вспомнил, что в Израиле живет Гоша Бусыгин, друг детства из соседнего двора. Вообще-то, Гошу звали Егором, но ребята со двора выяснили, что Егор - это русская народная форма от имени Георгий, земледелец. А Георгий - это Гоша, Гога. Но против того, чтобы его именовали Гогой, Егор возражал не только кулаками, но и ногами. А так как мало кто любит получать пяткой в ухо, то его все уважительно называли Гошей.
   Гоша женился на юной студентке архитектурного института и когда несколько лет назад вдруг выяснилось, что её бабушка еврейка, молодая чета, попрощавшись с любимой бабушкой, срочно уехала на историческую родину её предков, где и проживает на берегу Средиземного моря в городе Хайфа. Родители Гоши уже несколько раз ездили к нему в гости и взахлеб рассказывали о Мертвом море, об Иерусалиме и святых местах. Мать Гоши, Раиса Васильевна, начала регулярно ходить в церковь после первого посещения Израиля, а отец, Владимир Радионович - после второго. Видимо, святые места так действуют на людей, что хочется им верить в Создателя. Но Грачев был уверен в себе - никакие древние развалины и манускрипты не заставят его доверять священнослужителям: вряд ли Богу нужны посредники для общения со своими творениями.
   На всякий случай Грачев отыскал в своих старых записях Гошин адрес в Хайфе, надеясь заскочить, если представится такая возможность. Только допустимо ли это, если он сейчас по паспорту Синицин? И вообще-то, у него командировка не в Хайфу, а в Тель Авив. Скитаться по Израилю по фальшивому паспорту не так-то и безопасно, если там "на четверть наш народ", как поется в песне у Высоцкого. Обязательно наткнешься на кого-нибудь из старых знакомых.
   Виолетта дернула его за рукав - она рассказывала о своем увлекательном путешествии в Тайланд в прошлом году, а он в это время был мыслями далеко от неё.
   - Василий, вы меня совершенно не слушаете, - капризно произнесла она.
   Впереди было четыре часа лета и Грачев пожалел, что он не гипнотизер. Если нельзя выбросить соседку в окно, то хотя бы усыпить, иначе своими разговорами она его основательно достанет.
   - Василий, вы всегда такой молчаливый? - спросила Виолетта, настойчиво привлекая его внимание. - Расскажите что-нибудь о себе!
   - Да что мне о себе рассказывать? Моя жизнь неотделима от жизни всей страны в целом, от жизни народа во всей её духовности. Поэтому мою историю напишут историки, надо только немного подождать.
   Она расхохоталась. Настроение у неё было чудесное - контакт явно завязывался, несмотря на молчаливость и пассивность кавалера. Поэтому вечером можно ожидать романтический ужин в ресторане, а затем бурную ночь в номере современного пятизвездночного отеля.
   - Василий, вы в каком отеле остановитесь? У меня путевка в отель Конкорде Эль Салам. А у вас?
   Грачеву вдруг пришла в голову мысль, что было бы хорошо подойти к стойке паспортного контроля под руку с этой бабенкой - её наличие подчеркивает, что он не одинокий турист, а вполне нормальный искатель курортных приключений. Хотя в египетской курортной резервации контроль для туристов ослабленный, потому что в настоящий Египет вырваться из неё достаточно сложно, но береженного Бог бережет!
   - Ещё не знаю. Меня должен встречать друг, который здесь отдыхает, - пожал плечами Михаил. - Он, вероятно, уже снял для меня номер в каком-то отели.
   Грачев действительно не имел понятия, что будет делать после того, как выйдет из здания аэропорта. Как сообщили ему перед вылетом, в аэропорту Шарм-эль-Шейха его должен встретить некий товарищ Власов, который скажет, что делать дальше. Несколько удивлял подзабытый термин "товарищ", но таинственный заказчик именно так именовал руководителя операции и это наводило на мысль о том, что товарищ Власов из бывших сотрудников Первого Управления КГБ.
   С Виолеттой придется расстаться и это очень хорошо, потому что такие бабы даются мужикам в рамках подготовки к Страшному Суду в наказание за их тяжкие грехи. А он, Михаил, встал на путь исправления. Вот только немного погоняет тамошних арабов, замочит кого надо, а потом раскается и станет праведником, потому что у него нынче есть Наденька!
  
   Грачев не ошибся насчет того, что египетские спецслужбы должны как-то доказывать свою необходимость: в зале прилета недалеко от стойки паспортного контроля стояли двое мужчин в штатском и внимательноми взглядами просеивали толпу туристов. Они лишь мельком взглянули на Михаила и его спутницу, которую он трогательно держал за талию, показывая всем своим видом, что хотел бы держать её за более интересные места, выпирающие из короткого облегающего платья. Эта пара, явно стремящаяся быстрее добраться не столько до стойки, сколько до койки, не привлекла внимание мужчин в гражданском, их больше заинтересовал молодой человек, стоящий в очереди за Михаилом.
   Грачев заприметил того ещё в Москве в накопители. Таких он знал немало, так как среда, в которой вращались его родители, кишела ими и ему тоже приходилось в ней вращаться. Вид развязного молодого человека, которому было немногим более двадцати лет, наводил на мысль о его порочных наклоностях. Он напоминал типичного банковского клерка новой генерации и, очевидно, был отпрыском благополучной семьи московского высокопоставленного бюрократа. Вероятнее всего кое-как окончил экономический факультет одного из престижных московских вузов, где ему читали какой-то бред светила советской экономической науки, которая имеет такое же отношение к реалиям жизни, как и научный коммунизм. После окончания вуза, благодаря семейным связям, устроился в один из бесчисленных банков, что давало ему право смотреть на окружающих свысока и он этим явно злоупотреблял.
   В радостном ожидании полета, молодой человек посмеивался над близстоящими туристами, негоромко отпуская время от времени какие-то замечания на английском языке, непонятном для простых российских бизнесменов средней руки, счастливых тем, что имеют возможность загорать не на надоевших черноморских пляжах, а на самых что ни есть известных египетских курортах.
   Увидев в зале прилета "клерка", как мысленно Михаил окрестил молодого человека, он постарался опередить его и стать впереди так, чтобы их разделяло несколько человек. Этот расчет себя оправдал и "клерк", привыкший привлекать к себе внимание окружающих, и в этот раз не был им обойден: взгляды мужчин в штатском стали напряженными и буквально впились в веселого балагура. Не то, чтобы тот был похож на шпиона - шпионы стараются вести себя тихо и быть незаметными. Не тянул он и на международного ганстера или наркокурьера - те ведут себя более адекватно. А вот на "голубого" смахивал и это напрягало мужчин в штатском, которые ошибочно принимали за "голубизну" мужскую женственность, свойственную яркому представителю современного либерализма.
   Женская проституция не так опасна для ислама, как гомосексуализм - троянский конь западного либерализма для мусульман. Этот пресловутый конь имеет своей целью разрушить исламские мировоззрение и духовные ценности, подменив их "общечеловеческими ценностями" и под видом свободы посеять среди мусульман моральное и нравственное разложение. Пресечь проникновение чуждых исламу "общечеловеческих ценностей" трудно, так как они лезут во все щели и священная обязанность спецслужб мусульманских стран надежно перекрыть эти лазейки. Грачеву было интересно посмотреть, как будут дальше развиваться события, но попадать в зону пристального внимания сотрудников спецслужб и переключать их внимание на себя не хотелось, поэтому сразу же после прохождения таможенного и паспортного контроля он увлек Виолетту к выходу из здания аэропорта.
   Товарища Власова он заметил сразу же, как только вышел на привокзальную площадь. Тот был похож на свою фотографию, как две капли воды и Грачев трогательно попрощался со своей дамой. Они с Виолеттой договорились, что Михаил, как только устроится, сразу же примчится в отель Конкорде эль Салам и они будут там вместе ворковать, как два голубка. Грачева немного передернуло от такой нежности, но от рвотных позывов его избавил араб с плакатом, стоявший рядом с автобусом отеля, приехавшим за прилетевшей партией туристов. Виолетта и несколько туристов устремились к автобусу, а Михаил, подождав, когда автобус отъедет, подошел к товарищу Власову, который упорно старался его не замечать.
   - Очень правильно, что вы, Михаил, в маскировочных целях использовали такую яркую представительницу нарождающейся российской бизнес-элиты, - деловито произнес товарищ Власов, пожимая Грачеву руку.
   - Стараюсь осваивать разведовательное ремесло!
   - Ну, бляди не самое сильное наше оружие в дезинформации иностранных спецслужб. У нас в запасе имеются гораздо более эффективные средства. Сейчас мы поедем на снятую квартиру, где вас уже ждут два ваших приятеля.
   Товарищ Власов, красивый брюнет лет шестидесяти с седыми висками, был очень похож на Рамиля Толгатовича Галлямова, сотрудника и приятеля отца, и Михаил, направляясь за ним к машине, размышлял, как бы узнать его настоящую фамилию и отчество. Если он тоже Толгатович, тогда это точно брат отцовского приятеля. Но спрашивать не положено, да и не надо, потому что он сам тоже не Синицин. А если Власов все же брат Рамиля Толгатовича, то после этих выяснений кто есть кто, родителям наверняка станет известно, что сын занимается на Ближнем Востоке сомнительными делами вместо того, чтобы напряженно работать в инвестиционной компании.
   Чем заняты российские инвестиционные компании никто толком объяснить не может, но звучит солидно. Сосед, доктор физико-математических наук, считает, что честный бизнес в России, также как и платоническая любовь, дело неестественное и бессмысленное, поэтому предполагает, что инвестиционный бизнес - это один из новых хитрых способов изъятия денег у населения. У соседа скверный характер и причины для этого есть: защитив лет семь назад докторскую диссертацию по теме нечетких множеств, устроился на работу на ВЦ Академии наук СССР, но вскоре остался без средств к существованию и теперь злопыхает на весь мир. Поэтому его злобные пассажи нисколько не смущали Грачева - менеджер инвестиционных проектов звучит весьма солидно и загадочно, а что еще нужно человеку, чтобы его уважали?
   Мама с гордостью рассказывала приятельницам, что сын перестал быть шалопаем и нашел, наконец, себе достойное занятие. Единственный неприятный момент в этом был тот, что мамины приятельницы моментально начинали сватать за него каких-то девиц - то ли своих племянниц, то ли дочерей своих знакомых. Не то, чтобы девицы были перезревшими и бесперспективными, но слишком целеустремленными. Очень уж их прельщала его профессия, подразумевавшая хорошую материальную обеспеченность. А ведь признайся им, что он простой работяга-киллер, сразу же разбегутся, хотя профессия нынче не менее популярная, чем менеджер или стрептизерша. И даже более востребованная, потому что строить капитализм без киллеров всё равно, что строить коммунизм без НКВД или демократию без морской пехоты США.
   - Называйте меня просто: Абу Салем Асим бин Мухаммад бин Халиль аль-Лахам, - прервал Власов размышления Грачева, когда машина, покинув аэропорт, понеслась по шоссе в сторону города.
   Сама мысль о том, чтобы запомнить такое длинное имя показалось Михаилу очень смешным и он расхохотался. Власов, усмехнувшись одними уголками рта, добавил:
   - Но если у вас плохая память на арабские имена, зовите меня коротко: Абу Салем. Я ливанский бизнесмен, занимаюсь поставками оргтехники из Китая. Так вот, вкратце ввожу вас в курс дела. Через несколько дней вам с друзьями предстоит перебраться через египетско-израильскую границу. Граница проходит по пустыне, напоминает решето и охраняется соответственно. Согласно условию мирного соглашения, подписанного в 78 году в Кэмп-Дэвиде между премьер-министром Израиля Менахемом Бегином и президентом Египта Анваром Садатом, центральная часть Синая является демилитаризованной зоной и Египет имеет право дислоцировать на границе протяженностью 266 км лишь небольшое количество пограничников. Из-за этого египтянам трудно обеспечить охрану собственных границ. Мне неоднократно доводилось бывать на египетско-израильской границе в районе Ницаны и Эйлата и я видел, что граница там понятие весьма условное: ржавые металлические столбы с колючей проволокой. Открытая местность и редкие пограничные посты.
   - Понятно. Проблем с переходом границы не должно быть. Я правильно понял?
   - Помогут вам перебраться на ту сторону бедуины. Синайские бедуины промышляют, в основном, контрабандой: переправляют через египетско-израильскую границу наркотики, оружие, "живой товар", нелегальных иммигранов и террористов. За переправку одного человека берут тысячу баксов, но мы заплатили за вас троих десять тысяч с тем, чтобы никого не брали, кроме вас. Не скрою, некоторый риск все же есть, так как между местными многочисленными бедуинскими племенами и египетскими силами безопасности иногда происходят столкновения. Однако бедуины умелые контрабандисты, у них есть хорошо налаженные маршруты и связи со своим соплеменниками по ту сторону границы. Так что готовьтесь, скоро будете на Святой земле.
   - А как же контрагент туроператора, который продал девчонкам путевки? Не помню, как зовут эту сволочь. Как вы правильно заметили, у меня на арабские имена плохая память. И ещё помнится там были два араба, которые передали их бедуинам. Ими будем заниматься?
   - Сволочь звали Дамир Абд аль-Кадир, а тех двух арабов звали Хайрат и Акрам. Но это были их ненастоящие имена.
   - Звали? Были? Следовательно, их больше нет?
   - Три дня назад в доме у аль-Кадира случилась драма: ночью взорвались баллоны с газом. Дом сгорел и никто из семьи так и не смог выскочить из пылающего жилища. Как это не грустно, но так бывает, когда не соблюдают технику безопасности. А те двое, которых звали Хайрат и Акрам, технику безопасности соблюдали, но стали жертвами какой-то банды, специализирующейся на торговле людьми с целью трансплантации органов. Рассказывают, их выкрали прямо на улице и вернули родственникам по частям, но без почек. А зачем родственникам эти части, если почек нет? Вот как здесь бывает! Вокруг такое творится, что жить становится опасным!
  
   В небольшом особнячке на окраине Шарм-эль-Шейх Грачева ждали Круглов и Зубков. Небритые, они учили немногие арабские слова, которые написал им Абу Салем русскими буквами и от скуки в перерывах между зубрежками играли в преферанс. В комнате пахло крепким мужским потом и стояла духота, несмотря на работавший большой напольный вентилятор.
   - Всегда знал, что в Египте жарко, но не подозревал, что до такой степени, - сказал Грачев, пожимая друзьям руки.
   Из тактичности, он не упрекнул их в том, что в такую жару они не принимают душ и не пользуются дезодорантом, но Абу Салем это понял по брезгливой гримасе, которую Михаил не смог скрыть.
   - Вас, господин Синицын, тоже прошу воздерживаться от водных процедур и не бриться, - сухо произнес Абу Салем. - В связи с тем, что все трое уже здесь, введу вас в курс дела. Будут вопросы, задавайте сразу по ходу инструктажа, чтобы потом не возвращаться к уже сказанному. Пробираться в Израиль будете под видом бедуинов. А значит и выглядеть должны соответствующим образом. Перед отправкой я приведу гримера и он сделает из вас настоящих бедуинов, жителей пустыни. Если наткнетесь на египетских пограничников, они не будут спрашивать документы - многие бедуины до сих пор не имеют паспортов и упорно не поддаются переписи населения. Это нам на руку.
   - Пограничники будут нас нюхать? - недовольно спросил Зубков. - Предупреждаю, я очень стеснительный и мне не нравится, когда меня нюхают.
   Абу Салем повернулся к нему с некоторым раздражением.
   - Специально для стеснительных поясняю: пограничники получат у проводников отступные. Сделают вид, что проверяют груз и отпустят. Они не очень стремятся портить отношения с бедуинскими племенами. А насчет вашего вопроса, поясняю: от бедуинов не воняет, так как они обтираются песком. В пустыне всегда проблема с водою, поэтому бедуины моются примерно раз в месяц. А песок в пустыне чистейший. Увидите сами. В него так и хочется нырнуть с головой. Вообще, бедуины считают, что если часто мыться, то стирается защитный слой, который защищает организм от многих микробов. Так что попробуйте научиться обтираться пляжным песком, море недалеко. Но не купаться! Вы должны выглядеть настоящими бедуинами.
   - И всё таки, пахнут бедуины пСтом или нет? Воняют они или нет?
   - Воняют бомжи, а бедуины не воняют. Запах у них, конечно, есть, но ближе к звериному. Короче, начнете мыться песком, поймете.
   - А не проще ли было прилететь в Израиль по поддельным документам, чем пробираться таким нелегким вонючим способом?
   - Конечно, проще. Но небезопасно. До недавнего времени можно было прилететь в качестве туристов и на месте купить поддельные документы. Криминальные элементы, эмигрировавшие в Израиль из бывших республик СССР, без работы там тоже не сидят. Но этот канал сейчас всё больше начинают перекрывать, поэтому через Египет надежнее. Если у вас всё, тогда я продолжу с вашего позволения.
   - Можете, - без тени смущения кивнул головой Зубков.
   - Итак, вас повезут контрабандисты, с которыми свел меня мой давний приятель из клана аль-Азазма. Этот бедуинский клан живет по обеим сторонам египетско-израильской границы и хозяйничает на этой территории. Бедуины Синая живут, в основном, за счет контрабанды и туризма: организовывают для туристов сафари по пустыне на джипах и верблюдах, торгуют сувенирами и т. д. А контрабанда - это их старое исконнее ремесло. Они очень хорошо ориентируются на местности, используют приборы ночного видения и легкие автомобили, окрашенные в песочный цвет. Но верблюдов тоже не забывают, так что вас ожидает интересное путешествие по пустыне.
   - Сафари по пустыне - это действительно романтично, но мне кажется, что верблюды будут шарахаться от моего запаха, - скривился Круглов.
   - Будете обтираться песком, верблюды, как и полицейские, примут вас за бедуинов, - усмехнулся Абу Салем. - Кстати, верблюды играют важную роль в жизни бедуинских племен. Бедуины пьют верблюжье молоко, из шерсти делают ткань для одежды. Верблюжий навоз совершенно лишён воды, поэтому служит отличным топливом для костра. Даже моча верблюда идёт в дело: если нет воды, бедуинки моют в моче верблюда своих младенцев. Бедуины испокон веков занимаются скотоводством, грабежами и, как я уже сказал, контрабандой. При чем основной доход контрабандистам дает перевозка наркотиков и "живого товара" - прежде всего женщин и нелегальных иммигрантов из стран Африки. Как правило, в пути проводники жестко насилуют переправляемых в Израиль женщин - криминальные структуры поставляют их в тамошние нелегальные бордели. Так что контрабандисты такие же уголовники, как и их контрагенты. Следовательно, с ними можно не стесняться, когда придет время их мочить.
   - А вот у меня сразу же вопрос: все ли контрабандисты нормальной ориентации? Или среди них встречаются голубые? Нас они не изнасилуют? - спросил Зубков и Грачев с Кругловым захохотали.
   Абу Салем никак не отреагировал на шутку Зубкова и продолжил в назидательном тоне.
   - Должен сказать, европейские туристы, как правило, в восторге от милых кочевников и их древней экзотической культуры. Это лишний раз доказывает простую истину: тот кто глазеет, не может думать. Такова уж физиология человека. А причины того, что они зверски насилуют женщин, во многом кроется в традиционном арабском укладе. В исламском мире на сексуальные отношения наложено серьезное табу и бедуины не могут вступить в сексуальный контакт со своими соплеменницами, не женившись на них. А для женитьбы необходимо где-то взять деньги на выкуп невесты. Для простого бедуина очень непросто сколотить необходимую для свадьбы сумму. Хотя, конечно, это не извиняет их брутальность и варварство. Но вернемся к нашим баранам.
   - То есть бедуинам? - уточнил Зубков и Грачев с Кругловым вновь расхохатались.
   - Хуже всего приходится африканцам-мигрантам, которые пробираются в Израиль с помощью контрабандистов, - невозмутимо продолжал Абу Салем. - Перед тем, как переправить беженцев на границу с Израилем, бедуины подвергают африканцев пыткам, вымогая у них и их родственников дополнительные денежные средства. Это несмотря на то, что им уже было заплачено столько, сколько они требовали. Мигрантов запирают в раскаленных на солнце железных контейнерах и оставляют на несколько дней без воды и без еды. Их пытают огнем, клеймят каленым железом и во время пыток звонят родственникам "пленников" за рубеж и требуют немедленного перевода крупных денежных сумм. Такова древняя экзотическая культура милых кочевников.
   - Ни фига себе! Так может и с нами эти сволочи захотят такое провернуть? - воскликнул Зубков, а Грачев с Кругловым встревоженно напряглись.
   - Вполне возможно, - флегматично ответил Абу Салем. - Я этого не исключаю. Поэтому проводников, которых должно быть девять человек, ликвидировать сразу же, как только заподозрите их в такой попытке. Одного или двоих оставьте, вам понадобится проводник, чтобы вывести к израильской границе. Иначе заблудитесь. Их ликвидируете потом, когда приблизитесь к границе. Для сведения, группа контрабандистов, с которыми вы пойдете, именно та самая, которая перебрасывала внучку нашего клиента в Израиль. Они её зверски изнасиловали, поэтому я подгадал так, чтобы вас повела именно эта компашка. Напоминаю: вы не хирурги, поэтому резать так, чтобы кишки на песке и море крови. Это полезно будет и проводникам, которые вас поведут дальше. Эти звери уважают только силу. И чем она более кровавая и беспощадная, тем больше уважения. Так что они поведут вас туда, куда прикажете.
   Зубков, Грачев и Круглов переглянулись.
   - А проводники будут не против, чтобы мы их прикончили? - осторожно спросил Круглов.
   - Думаю будут возражать.
   - Но у них не будет оружия?
   - Автоматы АК-47. Ещё вопросы есть?
   - А что будет у нас?
   - А у вас ножи. Причем желательно, чтобы бедуины их у вас не обнаружили. Прикрепите ножны у щиколоток и там их не будет видно.
   - Интересно получается, - недовольно произнес Зубков. - Их девять, нас трое, они с автоматами, мы с ножами...
   - Но ведь вы в прошлом отличники боевой и политической подготовки! А кто они? Простые бедуины! - осклабился Абу Салем. - Автоматы отнимите, но учтите, харакири входит в обязательное меню. Стрелять стреляйте, но кишки все равно выпустите. Такова воля заказчика. Хорошо бы ещё свинину всунуть им в брюхо, только бедуины не поймут, зачем вы берете её с собой в Израиль. Хотя её можно спрятать в своих вещах.
   - А для чего свинина в брюхо? - удивился Грачев.
   - Их тогда не пустят в рай с девственницами. Там с этим очень строго: свиноедов в рай с девственницами не пускают. Так что всем членам их хамуллы это будет серьезное предупреждение. Они ведь мечтают попасть в рай, где у каждого будет гарем с 72-мя девственницами.
   - Ни фига себе сколько девственниц в раю! - притворно поразился Зубков. - Удивительно ли, что их в нашем мире так мало.
   - Чувствую, придется мне потом идти в монастырь и долго замаливать свои грехи, иначе в рай тоже не попаду, - вздохнул Грачев.
   Абу Салем ободряюще похлопал его по плечу:
   - Насчет этого не беспокойтесь. В Ветхом Завете четко сказано: "око за око, зуб за зуб". Это так называемый принцип талиона или принцип назначения наказания за преступление. Принцип гласит: мера наказания должна воспроизводить вред, причинённый преступлением. И в русском средневековом праве действовал тот же принцип. За телесное повреждение на Руси предписывалось отплачивать преступнику тем же: отсекать руку или ногу, или нос, или ухо, или губы отрезать, или глаз выколоть. Кстати, идеи талиона лежат в основе философских теорий наказания Канта и Гегеля, на которых, собственно, и базируется классическая школа уголовного права. Хотя современные либералы, конечно, извратили всё, что могли. А Кант исходил из положения, что нравственный императив предполагает возмездие преступнику в равном объеме. Например убийство должно караться смертью. При этом он допускал относительное равновесие наказания и преступления, например, назначение кастрации за изнасилование.
   - То есть, согласно Канту мы должны их кастрировать, отвезти в Европу и продать в бордель для голубых, - рассмеялся Круглов.
   - Не забывайте, что в итоге девочку бросили на растерзание собакам. Короче говоря, мудрствовать не будем. Гасите всех контрабандистов, каждому вспариваете брюхо. У вас будет с собой видеокамера. Отснимите ролик с трупами и далее следуйте через границу в Израиль. Там вас встретят.
   - Ещё и ролик мы должны снимать? - возмутился Зубков.
   - Это надо для отчета заказчику. Таково его условие. Далее. С тем, чтобы не сбиться с пути, у вас будет спутниковая карта местности, радиомаяк и радиотелефон дальнего радиуса действия. Конечно, дальность определяется высотой поднятия антены, но километров десять радиотелефон вам обеспечит и без поднятия. А больше и не надо. Главное - выйти в условленное место, где вас будет ждать наш человек с той стороны. А чтобы он ориентировался где встречать, у вас будет радиомаяк с сигнальной лампочкой. Когда он вас засечет, она загорится. Ну и само собой разумеется, вам понадобится компас.
   Абу Салем дал ещё несколько ценных указаний, рассказал о некоторые операциях, в которых непосредственно участвовал, и уехал, пообещав вернуться через пару дней с гримером.
   - В прошлом полковник Первого Главного управления КГБ, - кивнул ему в след Круглов. - На Ближнем Востоке, как у себя дома. Много лет здесь работал, но теперь стал ненужным. Ну, как и мы. Между прочим, он принимает нас за своих. Спутал меня с кем-то из советских инструкторов, работавших в 1991 году в Алжире и думает, что мы бывшие офицеры спецназа КГБ.
   - Какая разница из какого мы спецназа? - пожал плечами Зубков. - Не будем его разочаровывать. Мишка, жаль, что ты не слышал, какие интересные вещи Абу Салем рассказывает о тайных спецоперациях КГБ на Ближнем Востоке. Как послушаешь, что творила здесь наша "империя зла", то становится понятным, какие болты с обратной резьбой вставляли в задницу америкосам наши мужики! Так сказать, хирурги "умелые руки"!
  
   Глава 14. Из Шарм-эль-Шейха в Аль-Ариш
  
   Мощный Mitsubishi Pajero, за рулем которой сидел Абу Салем, поплутав немного по улицам Шарм-эль-Шейха, вырвался из города на автостраду и понесся в сторону Дахаба. Кондиционер создавал в салоне машины приятную прохладу и после вонючей жары в особнячке на окраине Шарм-эль-Шейха Грачеву это казалось благодатью. И только запах пропотевшей одежды и собственного немытого тела создавал дискомфорт и мешал расслабиться. Песок в пустыне действительно был девственно чистый, но обтирание им никак не заменяло привычный душ. Друзья пахли не намного слабее и Михаил не мог преодолеть брезгливость, хотя пытался по-философски подходить к этим неудобствам, понимая, что безвозвратно испорчен западной цивилизацией с её душевыми, бассейнами, саунами и дезодорантами.
   Слушая Абу Салема, который вез его, Зубкова и Круглова через весь полуостров в Эль-Ариш, считающийся столицей Синая, Грачев размышлял над тем, что в силу своей испорченности московским образом жизни, ему никогда не понять нравственно-чистый мир отсталых народов. И неудивительно, что местные интеллигенты из числа аборигенов, получившие образование на Западе, так ненавидят западную культуру - ведь он, Михаил, такая же жертва этой культуры, как и они, и без прищепки в носу с трудом переносит не только друзей, но и себя самого.
   - Здесь проходил старый караванный путь, который когда-то называли "дорогой бога Хоруса", - рассказывал тем временем Абу Салем. - Несколько тысячелетий назад по нему шли на восток египетские армии завоевывать Сирию и Палестину. Позже из Азии в Египет двигались многочисленные завоеватели: персы, греки, арабы. По этому же пути проследовало в Египет и "святое семейство": дева Мария с младенцем Иисусом и мужем Иосифом.
   - Смотрел однажды передачу по телевизору. Какой-то мужик, плохо владеющий русским, читал проповедь насчет Богородицы и её мужа Иосифа-плотника, - бесцеремонно прервал Абу Салема Зубков. - Оказывается в те времена всё происходило не так просто, как бывает у нас между новобрачными. Иосиф был обручен с Марией и заметил, что она беременна. Посчитал время и понял, что невеста забеременела ещё до обручения. Хотел плотник дать ей разводное письмо, но Иосифу во сне явился архангел Гавриил и открыл глаза на то, от кого беременна его невеста. Чувствуете, как культурно у них тогда всё было поставлено? А наши хамы как что, так сразу же в морду норовят дать! Эх, другие времена, другие нравы!
   Круглов громко расхохотался и, спохватившись, повернулся в сидевшему рядом на водительском месте Абу Салему:
   - Ох, простите, этот богохульник случайно не задел ваши религиозные чувства? Вы верующий?
   - Вообще-то я атеист, но по факту рождения мусульманин. А работа у меня такая, что однажды даже пришлось побывать муллою, - невозмутимо ответил Абу Салем. - Ну, конечно, не настоящим, а, как нынче говорят, прикид был такой. Однако прикид прикидом, а знать Коран, Ветхий Завет и Новый Завет следовало. Здесь без них никуда. Кстати, согласно Корану, Иисус или по-арабски Иса, почитается, как один из пророков. Коем он и был до 325 года, пока на первом вселенском соборе его не объявили сыном Бога. И в Коране описывается такой случай. Однажды к пророку Мухаммеду пришла группа христиан. Ну и ребята заявили, что рождение Исы без отца является доказательством его божественности. А для мусульман это утверждение абсолютно неприемлемо, поэтому в Коране приводится ответ, смысл которого в том, что если бы рождение без отца считать доказательством божественности человека, то тогда рождённый не только без отца, но и без матери Адам был бы более достоин называться Богом.
   - В наши дни оплодотворение без участия отца вообще поставлено на поток. И даже созданы спермобанки доноров. Вот и возникает непростой вопрос: следует ли считать детей, зачатых с помощью искусственного оплодотворения, рожденными во грехе? Или все они божественного происхождения? - сказал Зубков и Круглов с Грачевым снова расхохотались.
   - Молодые люди, если вы уже отточили свой сомнительный юмор, то я, с вашего позволения, всё таки продолжу, - недовольно поморщился Абу Салем. - Так вот, согласно Библии, здесь, на горе Синай или Хорив, как её называют бедуины, Моисей получил скрижали веры и десять заповедей. Местоположение этой горы, как Синая, указал Евсевий Кесарийский, живший в Палестине в начале IV века нашей эры. Он был первым историком христианства, но уже в то время непосредственная связь с древней еврейской традицией была утрачена и сегодня исследователи выдвигают не менее двадцати трех "кандидатов" на роль священной библейской горы. Тем не менее, на вершине горы построена часовня, посвящённая Святой Троице, а к северу от неё есть пещера, в которой, по христианским приданиям, Бог общался с Моисеем. Здесь на Синае первые христиане, скрываясь от преследовавших их римских язычников и стремясь быть поближе к Богу, нашли спокойствие, тишину, уединение и святость. А в четвертом веке у подножья горы Синай они основали православный монастырь Святой Екатерины, который действует до сих пор.
   Абу Салем бросил взгляд на зеркало заднего обзора, пытаясь определить, насколько заинтересовал его рассказ вальяжно развалившихся на заднем сидении Зубкова и Грачева. За свою многолетнюю деятельность на Ближнем Востоке отставной полковник Первого Главного Управления КГБ СССР Айдар Толгатович Галлямов хорошо изучил эти края и хотел поделиться накопленной информацией со свежими людьми. Он соскучился по собеседникам из близкого ему круга, потому что для всех здешних знакомых был простым ливанским бизнесменом, интересным только своим золотым унитазом, яшмовым писсуаром и мраморной ванной. Конечно, в обновленной демократической России ценность человека уже тоже определяется материалом принадлежащих ему унитаза и писсуара, но людям старой закалки хочется поговорить о чем-нибудь ещё.
   Последние три года он был в отставке, но так и не решился на переезд на родину, потому что на ту скромную пенсию, которую ему назначили за три десятка лет работы разведчиком-нелегалом на Ближнем Востоке и Африке, не смог бы обеспечить своей семье достойное существование. После девяносто первого года произошли значительные сокращения заграничного аппарата разведки и было закрыто более 30 резидентур, в основном, в Африке, Юго-Восточной Азии и в Латинской Америке. Почему-то сокращение коснулось и Айдара Толгатовича, хотя по Африке он работал эпизодически, а в основном был ориентирован на Ближний Восток.
   - Возраст у вас такой, что пора уже на заслуженный отдых, - терпеливо объяснял присланный из Москвы ему на замену молодой, но очень перспективный резидент. - Коренным образом изменились условия нашей работы. Сейчас перед нами стоят совершенно иные задачи и нужны новые формы работы. Необходимо сближение и налаживание связей с западными разведками для совместной борьбы с международным терроризмом. Мы можем быть полезны друг другу, а значит надо чаще встречаться с американскими и европейскими коллегами, активно участвовать в организуемых ими международных симпозиумах. Следует быть более открытыми и более активно осваивать новые формы работы. Кстати, в связи со сложными экономическими условиями в стране, все резидентуры переводятся на самообеспечение и требуется заняться коммерцией не только в качестве прикрытия, но и для собственного выживания. Ну, и конечно же, будем отстёгивать долю центральному аппарату в Москве "за прикрытие". Одним словом, нужно резко менять условия и формы работы. И времени на раскачку нет.
   Развалясь в кресле, новый резидент ещё долго разъяснял Галлямову, как ему видится деятельность резидентуры по-новому, но тот слушал невнимательно - в его груди бушевала горячая обида. Тянуть с оформлением отставки не стали и, вручая Галлямову приказ, резидент сказал, пожимая ему руку:
   - Завтра я назову того, кому передадите свою фирму. Передачу прикроете договором купли-продажи и можете отбывать на родину.
   Резидент был решительно настроен на успешную работу и буквально излучал оптимизм. Его убили хулиганы на многолюдной улице вечером того же дня. Проезжая мимо автомата с сигаретами, резидент остановил машину, вышел и достал бумажник из заднего кармана. Этот бумажник выхватили у него выскочившие из-за киоска трое хулиганов, тотчас же бросившихся наутек. Резидент погнался за ними и настиг в каком-то переулке, однако вместо того, чтобы мирно отдать бумажник, хулиганы зверски избили его. Не приходя в сознание он скончался в больнице, потому что дежуривший в этот день молодой врач-египтянин не смог или не захотел определить у пострадавшего внутреннее травматическое кровотечение, связанное с повреждением органов грудной и брюшной полости.
   Галлямову было жаль молодого, неопытного, но очень самоуверенного и считавшегося перспективным резидента. Улицы арабских городов отличаются от московских не только своим видом и грязью, но таким мелочам в Москве не учат. Полиция искала хулиганов неохотно или делала вид, что ищет, поэтому Абу Салем связался с местными бандитами и заплатил им за правосудие. Их правосудие стоило не очень дорого и совершилось через два дня: хулиганов отыскали и зарезали прямо на дому, да еще взяли с их семей в свою пользу дият или выкуп за кровь убитого резидента.
   Абу Салем задумчиво смотрел на бежавшую перед ним дорогу и Зубков, воспользовавшись паузой, с некоторой развязностью обратился к Абу Салему:
   - Извините, господин гид, у меня вопрос. Планом нашей экскурсии предусмотрено посещение горы Моисея и монастыря Святой Екатерины? Очень хотелось бы ещё побывать в Цветном каньоне.
   - Вы не на экскурсии, а на работе, - сухо ответил тот, недовольный тем, что его снова бесцеремонно сбили с мысли.
   - Тогда я не совсем понял, почему мы едем так далеко, если Эйлат здесь рядом? Неужели где-нибудь здесь на границе не найдется дыра, через которую можно просочиться в Израиль? - нисколько не смутившись сухостью ответа, спросил Зубков.
   - В Аль-Арише назначена встреча с контрабандистами, которые переправляли девочек в Израиль. Ваша задача не просто попасть в Израиль, а ликвидировать их после того, как они приведут вас к границе. Я уже вам об этом говорил. А о Синае я рассказываю для вашего общего развития, чтобы вы ощутили нахождение здесь, как встречу с вечностью, - назидательным тоном произнес Абу Салем.
   Грачев, сидевший на заднем сидении, со скукой смотрел в окно и с удивлением поймал себя на том, что встреча со здешней вечностью его нисколько не трогает. Он глядел на проплывавший мимо унылый пейзаж - ровная каменистая местность, частично покрытая песчаными дюнами и поросшая в некоторых местах колючими кустарниками, пустынными акациями и лишайниками, а в далеке укутанные дымкой горы, и пытался найти хотя бы какое-то оправдание своему равнодушию. Нормальные туристы, как правило, трепетно относятся к "преданиям старины глубокой" и мечтают попасть сюда, чтобы "прикоснуться к вечности". А у него даже намека нет на нужный трепет, который должен испытывать каждый интеллигентный и образованный человек. И владеет им, таким нелюбознательным и таким пассивным, только сильное желание принять ванну с мыльной пеной, вдохнуть аромат свежескошенных трав и полюбоваться нежным разноцветьем полевых цветов Подмосковья. Там уже в разгаре золотая осень, стоят в багрец и золото одетые леса, а он в диком краю прикасается к вечности, которая ничего, кроме скуки, у него не вызывает!
   При мысли о Подмосковье вспомнились детские годы. Каждое лето родители снимали дачу в деревне и он там отдыхал с дедушкой и бабушкой. В компании с деревенскими ребятами бегал купаться на расположенный недалеко от дома пруд, на берегу которого росла огромная плакучая ива. Под её ветвями, словно под куполом, компания резалась в карты, прячась от солнца и дождя. С ними бегала беспризорная дворняга по имени Жучка, она же Стрелка, она же Белка. Дворняга откликалась на любые клички и поедала всё, что ей бросали. Она была членом их дружной компании, но в карты играть не умела, поэтому её не прогоняли даже тогда, когда свесив набок язык и дыша кому-нибудь прямо в ухо, Жучка заглядывала в карты.
   От нахлынувшей пронзительной грусти и ностальгии по ушедшему в далекое прошлое детству у Михаила защемило сердце. Где теперь мальчишки и девчонки из их дружной компании? Как давно он там не был! Пожалуй стоит поехать в ту деревню и навестить старых друзей. Вместе вспомнить босоногое детство и посидеть под той ивой, если только её ещё не срубили. Но многие ли из старых друзей продолжают жить в этой деревне? Сейчас все уезжают в города, может и они разъехались по городам и весям?
   Михаил решил, что после своего возвращения обязательно повезет Наденьку, Кирюшу и Машеньку в деревню своего счастливого босоногого детства. Впрочем, это будет уже поздняя осень, а поздней осенью делать там нечего. Разве что грязь месить, потому что в деревне лишь возле правления колхоза было немного дырявого асфальта. Но это было раньше, а сейчас, наверное, и того нет. Однако даже тамошняя темно-коричневая глинистая грязь ему дороже здешнего унылого пейзажа пустыни. Видимо нет в нём чего-то такого, что отличает интересных и впечатлительных людей от простых и скучных обывателей. Не зря мама не устает предупреждать, что если он и дальше не женится, то превратится в самодовольного, ленивого, умственно ограниченного, невежественного и нелюбознательного индивида. Вот так оно и случилось! Сбылось мамино пророчество! Страшное будущее стало явью и теперь понятно, почему встреча с вечностью его не впечатляет.
   Между тем, Абу Салем, видя живой интерес проявляемый Кругловым и Зубковым к его повествованию, весьма занимательно рассказывал о жизни и обычаях местных бедуинов. Эти его рассказы навели Грачева на размышления о причинах жизни синайских бедуинов в безжизненной пустыне, когда рядом Нил и воды сколько угодно. Ведь могли бы там заниматься земледелием и не приходилось тогда купать младенцев в верблюжьей моче. Если, конечно, Абу Салем не придумал такие странные подробности бытия синайских бедуинов. Как можно купать младенцев в верблюжьей моче? Может Абу Салем просто врет? Насмехается над ними и про себя удивляется, где его пассажиры прячут свои длинные ослинные уши?
   Впрочем, вполне возможно, что здешние бедуины действительно купают детей в верблюжьей моче, иначе в чем ещё купать, если с водой у них такая жуткая проблема? Когда-то в школе учитель истории Лев Наумович рассказывал о том, что в средневековой Европе люди тоже почти не мылись. Верблюды там не водились, но воды сколько угодно, только любителей мыться было очень немного. А Людовик XIV вообще за всю свою сознательную жизнь умывался всего лишь несколько раз. Почему-то боялся воды и только иногда мыл руки коньяком. Король-Солнце источал жуткий смрад, но и благородные дамы не отставали от своего короля: не только не мылись, но ещё и обесцвечивали волосы собачьей мочой. Так что моча животных играла пусть не определяющую, но определенную роль в средневековой жизни.
   Лев Наумович безуспешно пытался втолковать скучающему классу подробности жизни средневековой Европы: за окном была весна, пели птицы, на деревьях появились первые листочки и ребят интересовали более интересные вещи. Грачев подумал о странных зигзагах памяти: не пропах бы п?том, не вспомнил бы тот давний школьный урок истории. И не вспомнил бы о том, что Лев Наумович лет десять назад уехал в Израиль. Конечно маловероятно встретить его там, но в Израиле живет много бывших школьных друзей, а также знакомых и приятелей родителей. Поэтому есть вероятность, что его визит на Ближний Восток не останется тайной. Впрочем, он ведь работает в инвестиционной компании и в принципе мог быть в командировке по каким-то инвестиционным делам. На всякий случай надо сфотографироваться около какого-нибудь памятника в портфелем в руках, чтобы выглядеть деловым человеком.
   - С портфелем и в куфие для прикола! - мысленно усмехнулся он.
   Перед тем, как сесть в машину Абу Салема, он пытался рассмотреть в боковом зеркале, как выглядит в своем нынешнем наряде, но сам себя не узнал. В белой галабее и куфии с черным обручем на голове /19/, небритый, с наклеенными бородой и усами, с лицом, смазанным крепко сваренным кофе и оттого казавшимся загорелым, он был почти похож на настоящего бедуина. Немного пришлось повозиться, когда прилаживал на голове платок, от которого на затылок спускался странных хвост. Такой же клетчатый платок со странным хвостом носил Ясир Арафат, близкий друг советского народа. Приезжая в Москву, он с нежностью и упоением целовался взасос с генсеком Брежневым и этот братский поцелуй телеоператоры запечатляли крупным планом.
   - Наш дорогой Леонид Ильич и сам отличается любовью к засосам, но целуется, как и положено настоящему коммунисту, с марксистко-ленинской сдержанностью. А ближневосточный брат советского народа Арафат набрасывается на него с такой пылкой страстью, что к нашему генсеку, вероятно, исходят завистью все гомосеки Запада и Ближнего Востока! - ехидно заметил закадычный друг Гошка Бусыгин, когда они во дворе обсуждали увиденное. - И самое странное, что целующихся парочек в парке милиция гоняет, а генсеков нет. Воистину: то, что положено Юпитеру, не положено быкам и бычкам! А нам постоянно тылдычут о равенстве!
   Кто-то донес на Гошу в школьную пионерскую организацию и с него сняли галстук за антисоветские настроения, да ещё и родителей вызвали к директору школы. Однако беседа с директором школы не спасла отца от серьезного разговора в КГБ. Вернувшись оттуда, он провел воспитательную беседу с Гошей, используя в качестве орудия воспитания широкий кожанный ремень. На следующий день Гоша появился во дворе с истерзанной задницей и большой обидой на дворовых друзей.
   - Что же это делается, мужики? - с горечью вопрошал он. - Ведь на примере Павлика Морозова /20/ нас учили доносить на родителей, а не друг на друга!
   В комсомол Гоша вступил только в армии - в школе хорошо помнили о его антисоветских настроениях в пионерскую бытность. Однако он был настолько неисправим, что и комсомол, и армия оказались бессильными в деле его перевоспитания. И на застолье в честь своего возвращения из Афганистана живым и невредимым, в тесной компании близких друзей он рассказал очередной антисоветский анекдот: "Леонид Ильич Брежнев выступает на Пленуме ЦК КПСС: "Мы вчера с бабой...раком... нормально...". Поднимает голову: "Ничего не понял, что здесь написано! А-а-а! Мы вчера с Бабраком Кармалем /21/...". На этот раз Гошу никто не сдал - стукачей в узком кругу не нашлось.
   Грачев рассмеялся, вспомнив незамысловатый анекдот, показавшийся тогда невероятно смешным. Приятели заинтересованно взглянули на него, а удивленный Абу Салем прервал своё утомительное повествование о нравах и традициях синайских бедуинов. Перед этим он рассказывал о том, что бедуины любят слушать сказки, при этом им очень важно, чтобы конец был хорошим, поэтому смех Грачева отнес на свой счет.
   - Вам смешно, что бедуины любят сказки, как дети? - неприязненно спросил Абу Салем.
   - Нисколько! Просто вспомнил старый анекдот, рассказанный мне другом детства. В свое время его исключили из пионеров за критическое отношение к поцелуям Брежнего и Арафата, - пояснил Грачев. - Вот сейчас, я слышал, на Западе началась мода на однополые браки, а у нас, отсталых, даже засосы Брежнева вызывали неприятие. А вы, случайно, не знакомы с Ясиром Арафатом? Ведь вы много лет работали здесь нелегалом и наверняка контактировали не только с контрабандистами, но и с местными террористами и их паханами.
   - Помню, в советские времена, Арафата частенько показывали по телевизору, как мужественного борца за самоопределение палестинского народа, - оживился Зубков. - А нынешнее российское руководство нисколько не возбуждает ближневосточный брат советского народа. И не целуется с ним Ельцин ни в засос, ни в щёчку. Эх, такой яркий мужиченка в шикарной клетчатой куфии пропадает без ласки! Некому нынче приголубить героического пахана палестинского сопротивления!
   - Я бы не называл Арафата паханом. Ему первому удалось превратить террор и насилие в легитимную форму политической борьбы, - назидательно произнес Абу Салем. - Конечно, не без помощи Израиля, чем и заслужил у западных политиков любовь и уважение. Человек стоит почти за всеми палестинскими террористическими группировками и при этом всегда выходит сухим из воды. Террорист террористом, а в прошлом году стал лауреатом Нобелевской премией мира и теперь он респектабельный политик. Разъезжает по всему миру, целуется с президентами, говорит о мире и в это же время отдает приказы на теракты. А при этом ворочает миллиардами. Можно смело утверждать: нахватать столько, сколько сумел Арафат, не в состоянии даже наши доморощенные российские демократизаторы. Так что им ещё учиться и учиться!
   - Не зря великий Ленин прозорливо призывал: учиться, учиться и ещё раз учиться, - съязвил Зубков. - Вот только сейчас, наконец-то, стало ясным чему надо учиться и у кого! Но вы сказали: ему помог Израиль. Не понял! Арафат устраивает в Израиле теракты, а тот помогает ему устраивать теракты?
   - Не только помогает, но и обеспечивает условия для более эффективной деятельности террористов.
   - Интересный пассаж!
   - Уважаемый Абу Салем, вы нас, случайно, не считаете идиотами? - с подозрением спросил Круглов.
   - Понимаете парни, мир - это большой дурдом, а Ближний Восток в нём палата особо буйных. Не зря Юрий Владимирович Андропов говорил, что исламский мир - это готовая "пробирка" и добавив туда бактерию марксизма-ленинизма, мы сможем вырастить мощный штамм антиамериканизма, с помощью которого нетрудно довести до "точки кипения" массы неграмотных угнетенных людей.
   - Простите за то, что перебиваю, но неужели Юрий Владимирович считал марксизм-ленинизм бактерией? - удивился Зубков, однако Абу Салем проигнорировал его вопрос и продолжил:
   - И когда вы хотя бы немного поймете что такое Ближний Восток, то отбросите логику и здравый смысл, как негодный инструмент для анализа происходящих здесь событий. Хотя слово "анализ" не очень совмещается с оценкой поведения пациентов палаты для особо буйных ближневосточного дурдома.
   - С местным дурдомом понятно. У нас самих дурдом хоть и не такой буйный, но мы тоже не лыком шиты. Только неясно, как Израиль помогает террористам, от которых сам же и страдает? Или вы это так странно шутите? - настойчиво повторил вопрос Круглов.
   - Я же вам, ребята, говорю: это Ближний Восток! После того, как Арафата с боевиками вышвырнули из Иордании, он бежал в Ливан. Там его приютили и разрешили действовать против Израиля с территории Ливана. И он так сумел насолить израильтянам, что те раздолбали его отряды и заодно сирийские войска, которые должны были прикрывать Арафата от Израиля. Скажу вам, ребята, по секрету: наша перестройка в значительной мере вызвана разгромом сирийцев в Ливане летом 1982 года /22/
   - Так значит правы те, кто утверждает, что всегда и во всём виноваты евреи? - ехидно заметил Зубков.
   - Подожди, дай послушать. Интересный оборот! - оборвал его заинтригованный неожиданным поворотом Круглов. - Израиль раздолбал Арафата и сирийцев, а Горбачев от огорчения раздолбал Советский Союз? Пожалейте нашу психику и скажите, пожалуйста, какая связь?
   - Действительно, связь как-то не улавливается, - произнес Грачев, подавшись вперед, чтобы не пропустить ни единного слова.
   - Продолжу, парни, позже. Видите, впереди показался полицейский блок-пост. Там поворот на автостраду Табу-Рафах. Проедем блок-пост, обстоятельно расскажу вам про здешний дурдом. Вам надо быть в теме, потому что лезете в Израиль и должны понимать, что там происходит, - сказал Абу Салем и сбавил скорость.
   - Вы нас интригуете, как Шахерезада своего шаха, - недовольно пробурчал Круглов.
   Абу Салем ничего не ответил. Было видно, как впереди около блок-поста два автоматчика перекрывали дорогу заграждениями.
  

Глава 15. Дубинин раскрывает заговор скинхедов

  
   Сергей Кирюхин, по прозвищу Пилюля, был человеком сложной судьбы из неблагополучной семьи и сам такой же неблагополучный. Прозвище Пилюля он получил в шестом классе, когда учительница английского языка, разозлённая его поведением на уроке, воскликнула:
   - Ты, Кирюхин, человек такой же приятный, как горькая пилюля!
   С тех пор эта кличка прилипла к нему и он к ней привык. В классе его недолюбливали: соученицы старались держаться от него подальше, а соученики его часто третировали, а то и поколачивали. После девятого класса он ушёл в техническое училище, и ему повезло - он попал, что называется, в свой коллектив и был принят хорошо. Многие из учащихся состояли в организации скинхедов и он тоже примкнул к ней. Возглавлял скинов двадцатисемилетний Михаил Милорадов. Ребята шептались, что его настоящая фамилия Филькин, но Пилюля не верил: не может такой большой человек носить несерьезную фамилию Филькин. Конечно же, он может быть только Милорадовым!
   Михаил рассказывал, что его род восходит ещё к боярину Милораду, приятелю Михаила Романова, первого русского царя из династии Романовых. Даже если он на самом деле Филькин, думал Пилюля, это тоже понятно - приходилось скрываться при большевиках.
   - Наша группа называется "Патриоты Руси", мы солдаты четвертого рейха, - рассказывал ему Михаил. - Чтобы успешно бороться с хачиками и жидами, оккупировавшими Россию, мы должны обобщить опыт создания группировок коричневорубашечников в Германии и чернорубашечников в Италии 30-х годов. Следует тщательно изучить нужную идеологическую литературу и готовить себя к суровой борьбе. Нужно быть подготовленным к уличным боям, поэтому ты должен основательно проштудировать справочные руководства, как проводить уличные драки, как использовать подручные средства, как нанести максимальные увечья и многое другое.
   Он дал Пилюле два справочника-пособия: "Хулиганский стиль рукопашного боя" и "Используй то, что под рукою", которые он с интересом изучал. "Удар головой в лицо, гораздо опаснее предыдущих ударов - нанесенный быстро и с близкого расстояния, он почти неотразим.
   ...Сделайте бросок с упором ногой в живот...
   ...не подпустить противника на расстояние, удобное для такого нападения...", - читал он и, рассматривая картинки, представлял себя крутым бойцом. Его столько лет унижали и травили, но теперь с этим закончено! Он станет сильным и страшным!
   "Наносимые бритвой удары по своей траектории напоминают скользящие удары кулаком.... ...глаза, кожа лба (сильно кровоточит - ослепляет), шея, крупные артерии рук и ног, живот....
   ...мышцы брюшины, нередко покрытые толстым слоем сала, пробиваются мощным круговым ударом...
   ...для бритвы нет неуязвимых мест...
   ...а заживает медленно, в отличие от ран, нанесенных тупым оружием...", - это звучало как песня и разжигало в нём воинственный дух настоящего солдата четвертого рейха.
   Пилюля не пропускал ни одной тренировки, причем тренировали их два настоящих омоновца, показывая действенные приёмы рукопашного боя. Вскоре он проверил себя в своём первом бою - избил встретившегося ему бывшего одноклассника. Трое соратников Пилили наблюдали за дракой, готовые в любой момент вмешаться, но вмешиваться не потребовалось - он сам справился с противником, который почти не оказывал сопротивления, очевидно опасаясь, что его начнут бить вчетвером. В этой драке Пилюля понял глубину истину, которую ему неоднократно повторял Михаил:
   - Наша сила в сплоченности, вместе мы победим!
   И действительно: недоумки, которые им противостояли, ходили по одному, максимум по двое-трое, потому что каждый из них за себя. А Пилюля с товарищами за идею. Идея об очищении святой Руси от заполонившей её нечисти, борьбы с загрязнением генофонда, с теми, кто занимается торговлей наркотиками и женщинами, сплачивала и придавала ей высокую духовность.
   - Проекция духовности в индивидуальное сознание называется совестью. Укрепление духовности осуществляется в процессе идейно-воспитательной и патриотической работы, потому что духовность ассоциируется с идеологией. В условиях идеологического вакуума всегда наблюдается кризис духовности, как кризис доверия и разобщенность, - просвещал их Михаил. - Мы же сильны тем, что у нас есть общая идея и сплоченность. Скины борются с засильем инородцев, которые присосались, как пиявки и паразитируют на теле нашей многострадальной Родины. Таким образом, можно сказать, что скинхеды появляются там, где общество начинает гнить, разлагаться. Они занимаются очисткой улиц русских городов от подобного мусора. Скинхед - это, в первую очередь, национальная гордость, образ мыслей, способ самовыражения, желание реально помочь своей стране, проявляющееся в борьбе с ублюдками, с отбросами общества. Поэтому нельзя просто так называться "скинхедом", ничего при этом не делая.
   Пилюля жадно впитывал эти речи, пытаясь научиться говорить так же красиво. Когда-нибудь он тоже станет вождём какой-нибудь группировки патриотов. Но для этого надо уметь вести за собой людей, уметь вдохновить их и внушить преданность идеалам. Немногие родились бойцами, основная масса "прячет тело жирное в утёсах", потому что "рождённый ползать летать не может". А он рождён для борьбы, борьбы святой и благородной, потому что нет ничего благороднее борьбы за счастье своего народа.
   Он не пропускал ни одного собрания и однажды, придя в клуб раньше всех с приятелем Женей Мальковым, по кличке Малёк, увидел под скамейкой возле двери какую-то одежду. Малёк первым бросился к скамейке и вытащил из-под неё цветную длинную юбку, длинный клиф, какие носят цыганки и цветастый платок. Но не заметил, что дальше, в глубине, почти около стенки лежит какой-то черный предмет. Это был настоящий пистолет и достался он Пилюле - что называется, повезло! Все в клубе ему завидовали, завидовал и Малёк, который, натянув на себя юбку, клиф и закутавшись в платок, ходил, виляя бёдрами, изображая из себя цыганку, и предлагал всем погадать по руке.
   Пистолет пригодился через несколько дней, когда команда из двадцати скинхедов, выполняя ответственное задание Михаила, напала на вещевой рынок. Они избивали кавказцев, переворачивая столы с товаром прямо в грязь. Кавказцы пытались дать им отпор, однако торговать они умели, а драться - нет и Пилюля лишний раз убедился в том, как необходимо осваивать правила уличного боя. Но один из кавказцев не испугался и ударил его кулаком в лицо, разбив нос. Его нос совсем недавно пострадал в троллейбусе, когда он в тесноте щупал какую-то девчонку. Она заверещала и один мужик, повернувшись к нему, неожиданно ударил его кулаком прямо в лицо, не произнеся ни единого слова. Под рукой у Пилюли не было ни кастета, ни ножа, поэтому и ответить мужику было нечем. Сейчас он, конечно, вооружён до зубов, в том числе и пистолетом, поэтому никого не боится, а тогда мужик разбил ему нос безнаказанно. Пилюле было очень обидно и эти воспоминания бесили его. Несколько дней он ходил с распухшим носом, опухоль сходила очень медленно. И вот сейчас снова получил по носу! Из разбитого носа потекла кровь, было больно до слёз и Пилюля озверел. Он выхватил из-под куртки пистолет, механически снял с предохранителя, навел на кавказца и увидел его испуганные глаза.
   - Ага, засрал, черножопый! - с радостным злорадством воскликнул Пилюля и непроизвольно нажал на курок.
   Пуля попала в грудь кавказца и звук прозвучавшего выстрела остановил общую драку. Истерично завопили женщины, старший группы крикнул: "Сматывемся!" и вся команда дружно убежала с рынка.
   - Это ты зря, - сказал Михаил, узнав о происшествии на рынке. - Мочить черножопых, конечно, нужно, но делать это следует не публично. Наши покровители, безусловно, утрясут проблему, но в следующий раз лучше воздержись от стрельбы.
   Михаил не затягивал с урегулированием проблемы и в тот же вечер позвонил своему куратору, снабжающему его группировку деньгами. Он не сомневался в том, что расследование неприятного инцидента спустят на тормозах, потому что его группировка, в числе многих, выполняет ответственную задачу. Она представляет собой эффективный предохранительный клапан для низших слоев общества, живущим в безвыходной нищете, дабы они не создавали революционную ситуацию в стране. Группируя агрессивную молодежь в организованные управляемые кучки и переводя стрелки на инородцев, умные люди, стоящие у власти, поддерживают тем самым своеобразную стабильность в стране, иначе гражданской войны не миновать. Ведь кто-то должен быть виноватым за нищету и другие беды, и всегда и всюду в качестве надежного громоотвода использовались и используются инородцы.
   Недавно посланники из Чечни тоже предлагали ему большие деньги за усиление давления на кавказцев, чем немало его озадачили. Но потом Филькин понял: чем сильнее здесь будет давление на чеченцев, тем большее количество их поедет воевать в Чечню, горя жаждой мести. Поэтому он не счёл возможным для себя, будучи русским патриотом, брать деньги у кавказцев, хотя впоследствии пожалел об этом. Ведь Ленин, как пишут в газетах, тоже брал деньги у Германии, воевавшей тогда с Россией. Но у Ленина не было кураторов, как у него, Михаила, которые могут узнать о его связях с кавказцами и снять его с этого ответственного поста.
   Впрочем нет уверенности в том, что деньги не идут с Кавказа или из-за границы. Ведь обратная сторона лозунга "Россия - для русских" гласит "Кавказ - для кавказцев" и эта реакция считается на Западе вполне легитимной. В политике простых путей нет и Михаил понимал, что ему придётся учиться мыслить широко и видеть корень проблем, что не дано простым людям.
   Куратор, представляющий больших людей из Москвы, выслушав Михаила, слегка пожурил его за то, что он плохо контролирует своих бойцов и обещал разобраться в ситуации. Особой проблемы в этом происшествии куратор тоже не видел: несколько дней СМИ покричат о погроме на рынке и затихнут. Такое уже бывало не один раз, пора бы им привыкнуть к таким происшествиям. Куратор пообещал на следующее утро переговорить с кем надо из городской прокуратуры, чтобы спустили дело на тормозах - ведь не зря же деньги получают, пусть прикроют.
   Однако произошло непредвиденное: экспертиза установила, что выстрел на рынке произведен из того же пистолета, из которого стреляли в Дерягина.
   - Мудак, ты кого набрал? - кричал куратор в телефонную трубку. - Этот пацан провокатор, как поп Гапон! Он же, сука, подставил нас! Хрен ты у меня теперь получишь бабки, мудакам мы не платим!
   Михаил пытался объясниться, но куратор бросил уже трубку. Недавно Михаил купил квартиру и машину, и был по уши в долгах, поэтому угроза прекращения платежей его испугала. Он раздумывал о том, как исправить положение, однако обида за оскорбительный тон жгла его и он решил больше с куратором дело не иметь.
   - Сам он мудак! - подумал Михаил. - У него есть деньги, а у меня есть люди. Деньги всегда найдутся, а вот найдёт ли он такого вожака, как я, это ещё неизвестно!
   Он вспомнил о деньгах, которые предлагал ему чеченец и решил с ним связаться. Как говорится: борьба борьбой, а кошелёк отдельно!
   Между тем, информация о том, что найден владелец пистолета, из которого убили Дерягина, буквально ошеломила Дубинина. Он не имел понятия с чего начинать следствие и где искать убийцу и вдруг такая удача! И ему не нужны теперь ни Грузнов, ни Титаренко, ни кто другой. Следствие проведет он лично и вся заслуга в раскрытии такого громкого убийства будет принадлежать исключительно ему!
   При налёте на клуб скинхедов взяли не только Пилюлю, у которого за поясом нашли пистолет, но и Малька, который, облачившись цыганкой, веселил народ. Дубинин радостно потирал руку - найдены и цыганка, и стрелок! Арестованные скинхеды после двух дней непрерывных допросов сломались и подписали всё, что им подсунули.
   С протоколами допросов Дубинин явился к Мелентьеву, чем буквально шокировал того. Старый сыщик не мог поверить, что два пацана, одному семнадцать, а другому шестнадцать лет, могли спланировать и так блестяще провести операцию. Стреляли в голову с расстояния не менее пятнадцати метров, при этом сделан только один выстрел. Это говорит о том, что стрелял очень подготовленный человек. Назначенный же "стрелком" пацан не только не умел стрелять, но и толком не знал, как разбирается пистолет. Кроме того, он не мог показать, место, с которого стрелял. Судя по протоколу, он стоял за деревом, но тогда бы его увидел Лобов, так как ствол дерева не настолько широкий, чтобы за ним спрятаться.
   Мелентьев знал, что версии стрельбы из-за дерева придерживался Дубинин, хотя баллистическая экспертиза её однозначно отклонила, так как в этом случае угол наклона выстрела был бы совершенно другой. Тем не менее Дубинин навязал эту версию пацану, не понимая простой вещи: на суде её невозможно будет защитить. Внушал сомнение и другой пацан, игравший, по версии Дубинина, роль цыганки - чтобы полы юбки не волочились по земле, он подтягивал её чуть ли не до подмышек и Лобов сразу бы заметил несуразно длинный клиф.
   Одним словом, эти пацаны не годились на роль киллеров и Мелентьев охотно верил в то, что пистолет и одежду они нашли возле дверей клуба под скамейкой, как те утверждали вначале. Он не сомневался, что настоящие киллеры специально подбросили пистолет и наряд, точно рассчитав, что пистолет подберут скинхеды и где-то им обязательно воспользуются, уводя следствие по ложному следу. Их уловка блестяще удалась - под давлением Дубинина пацаны отказались от своих первоначальных показаний и полностью признались в совершении убийства. Мелентьеву претила явная подтасовка фактов и было жаль пацанов. Но сделать что-либо сейчас весьма проблематично - пресса взахлёб расписывала оперативность милиции, в течение нескольких дней раскрывших громкое политическое убийство.
   Кроме того, начальнику областной милиции генерал-майору Прохорову Николаю Ивановичу уже звонили из Москвы и поздравляли с отличной работой - не так часто раскрываются подобные преступления. Дубинин находился на гребне славы и Мелентьев, скрипя сердцем, вынужден был поздравить его и написать рапорт по поводу представления к награде за столь успешное раскрытие преступления. Правда, оставался неясен мотив преступления, что немаловажно для судебного процесса и Мелентьев вызвал к себе Дубинина.
   - Ты, Лев Олегович, конечно молодец, что так оперативно сработал, это удаётся не каждому, - сказал Мелентьев, скрепя сердцем. - Но в деле нет самого главного - доказательных мотивов преступления. Преступление без мотивов не бывает, поэтому поработай в этом направлении.
   - Но мы ведь розыск, а мотивами и психологией пусть занимается прокуратура, - возразил Дубинин.
   - Они само собой этим займутся, но нам тоже необходимо подсуетиться и выдвинуть свою какую-то версию. Так что давай, поработай ещё, чтобы в деле не было дырок.
   Указание Мелентьева вначале возмутило Дубинина, купавшегося в лучах славы. Но потом пришла в голову мысль о том, что хороший мотив может придать дополнительный блеск его удачному расследованию. Мотив не должен находиться в сфере личных или экономических интересов, он должен быть большого общественного звучания, чтобы придать преступлению максимально скандальный характер. И он его выдумал - под его диктовку пацаны написали признание в том, что группировкой скинхедов "Партиоты Руси" планировалось физическое устранение ряда политических деятелей, в том числе Бочарова и его сподвижников.
   Дубинин сообщил это на пресс-конференции и журналисты сразу же обратили внимание на то, что в списке кандидатов на ликвидацию числились одни лишь противники действующего губернатора. Мелентьев, сидя дома около телевизора и, услышав выступление Дубинина, не мог удержаться, чтобы на радостях не выпить сто грамм. Ещё утром Мелентьев морально готовился к уходу на пенсию, так как молодого и столь успешного подполковника все уже пророчили на его место, и вдруг вот такое удачное выступление! Есть, всё ж таки, Бог на свете! Идиоту надо только дать выступить, чтобы тот сам себя похоронил!
   На следующий день в кабинете у Мелентьева появились двое сотрудников УФСБ. Начальник областного управления генерал-майор Григорьев затребовал материалы для ознакомления - ведь для громогласного обвинения некой организованной группы в политическом терроризме должны быть серьёзные основания. Кроме того, выступление Дубинина бросало тень на саму работу УФСБ - проглядели группу, которая у них под носом готовила громкие убийства политических соперников действующего губернатора. Не просто готовила, а уже начала реализовывать свой зловещий план и одного политика уже убила!
   Перед этим Григорьев вызвал Кудрявцева и имел с ним неприятный разговор.
   - Думаю, с твоей третьей звездочкой поспешили, - угрюмо сказал он Кудрявцеву. - Как мы могли проспать этих скиногвардейцев?! Они чуть всех наших депутатов не перестреляли, а ты спал! Думаешь, если перевелся на экономический блок, так с тебя и взятки гладки? Они ведь не сегодня начали готовить террористические акты. Где ты был раньше? Как мог не заметить у нас под носом террористов?
   - Товарищ генерал, не верю я в эту утку! - попытался оправдаться Кудрявцев. - Это простые шнурки псевдопатриотического толка. На террористов никак не тянут.
   Кудрявцев понимал, что планы ликвидации местных депутатов по политическим мотивам - абсолютно бессмысленная и абсурдная выдумка. Ликвидируешь одних, тут же произрастут другие точно такие же дубы. Да и никаких политических мотивов не может быть: у местных болтунов политика одна - нагреть руки, где только можно. Наступили такие времена, что можно грабить открыто, поэтому политики заняты делом, а болтовня служит простым прикрытием личных интересов. За что же их ликвидировать? Зачем зря тратить боеприпасы?
   - Шнурки, говоришь? А эти шнурки замочили Дерягина и планировали ликвидацию целого списка политических деятелей, - взорвался генерал. - Плохо работаешь, полковник! Ты еще толком не успел передать отдел и пока несешь полную ответственность за это дело! Мне докладывали, что здесь по коридорам Мельников шастает. С "Сибкомом", или как там эту компанию кличут, дружбу водишь, вместо того, чтобы работать? Или ты там какой-то личный коммерческий интерес имеешь?
   Григорьев и раньше терпеть не мог Мельникова и при первой же возможности выпер из Управления из-за его близости к бывшему начальнику управления Ферапонтову. Поэтому для Кудрявцева не было неожиданностью то, что генерал припомнил ему дружбу с Мельниковым.
   - Структуру Мельникова мы используем, как хороший информационный канал, - веско сказал Кудрявцев. - И на группу Камаля вышли через него...
   - Выйти-то вышли, а захватить живьём не смогли! Вот так твои люди работают! - не сдержавшись, громыхнул Григорьев, но вовремя остановился.
   Не зря Кудрявцева так задержали в командировке в Москве да ещё и третью звездочку дали - завелась, видимо, там у него волосатая рука, поэтому пережимать не стоит. Паркетные полы бывают такие скользкие, что ступать по ним следует со всей осторожностью.
   - Ладно, уж, выясни, что там у этого Дубового есть на террористическую группу и доложи мне лично, - немного поостыв, сказал генерал.
   Капитан Дубовой работал комендантом здания и злые языки в Управлении утверждали, что его передали строители по акту сдачи-приемки здания в эксплуатацию. Но здание Управления построили ещё в пятидесятых годах, поэтому слухи о Дубовом не соответствовали действительности. Все это знали, но всё равно ругали строителей - здание-то построили неплохое, но передали коменданта в нагрузку зря! Особенно злопыхали сотрудницы бухгалтерии, после того, как Дубовой переделал женский туалет на третьем этаже под курительную комнату.
   - Дубинин, товарищ генерал, - поправил Григорьева Кудряцев. - Это у нас Дубовой, а у них Дубинин.
   - Хорошо, пусть он будет Дубининым. Но всё равно, разберись, что он там накопал! Можешь быть свободным.
   Кудрявцев сразу же послал людей в городскую милицию, а сам занялся анализом информации о группе Филькина, взявшего себе псевдоним "Милорадов". Однако не успел он засесть за изучение имеющихся материалов, как позвонил заместитель прокурора области. Переполошившаяся прокуратура просила прислать ей имеющиеся материалы на террористическую группу с тем, чтобы возбудить уголовное дело.
   - Рановато возбуждать, идёт пока что предварительное расследование, - ответил Кудрявцев и пообещал, как только оно закончится, сразу же передать материалы в прокуратуру.
   Идиотизм положения ему был совершенно очевиден! Но всё равно необходимо отвлекать людей от работы на бестолковую проверку ложного сообщения: одним словам руководство не поверит, да и общественное мнение необходимо успокоить.
  
   Однако острее всех отреагировал на новость о террористической группе Климов. Пригласив к себе начальника областной милиции Прохорова, он исподлобья рассматривал его тяжелым взглядом и тому стало ясно, что разговор будет тяжелым и пойдёт о выступлении Дубинина. На столе губернатора лежали местные газеты, которые он перед этим он просматривал. В них журналисты строили догадки относительно планов Климова радикально разобраться с демократической оппозицией. В одной газете обращалось внимание на то, что в списках претендентов на ликвидацию отсутствовал кандидат в губернаторы от коммунистов. Бойкий журналист на основании этого делал вывод о его бесперспективности. Коль не включили в список на ликвидацию, следовательно, его всерьёз не воспринимают.
   Для Прохорова ситуация складывалась непростая: в министерстве хотели его отправить на пенсию и прислать сюда какого-то растущего и перспективного кадра. Оставалась надежда только на Климова, но из-за дурацкого выступления Дубинина тот может решить, что это он, Прохоров, строит против него козни.
   - Так что, против меня пошёл? - спросил, наконец, Климов, играя желваками.
   - Я сейчас разбираюсь, какие основания есть у Дубинина для такого утверждения, - кашлянув, ответил Потапов.
   После вчерашнего юбилея приятеля, у него пересохло в горле, а в ожидании предстоящего разговора повысилось давление.
   - Думаю, это просто провокация. Звонил Григорьеву, из ФСБ который. Они там тоже ничего не ведают. У них тоже никаких материалов нет.
   - Так что же, у нас начальник уголовного розыска болтает, что в голову придет? Так получается? А завтра ему придет в голову обвинить меня в прямом финансировании террористов, задумавших ликвидировать всю оппозицию. Как ты считаешь, мне сейчас подать в отставку или подождать его выступления, а потом уже освобождать кресло?
   Назначению Дубинина способствовал Потапов, так как тесть подполковника, будучи заместителем мэра города по строительству, поспособствовал сыну Потапова при выделении хорошего участка под строительство коттеджа на берегу озера в пределах городской черты. Долг, как говорится, платежом красен и Потапов осуществил давнюю мечту Дубинина возглавить уголовный розыск, чтобы украсить свою биографию боевыми наградами. Бандиты не стреляют в начальников уголовного розыска, ограничиваясь только операми, а награды ищут своих героев в тихих кабинетах. Но если Климов узнает о том, что Дубинина посадил в кресло именно Потапов, не миновать ускоренной отправки на пенсию!
   - Семен Викторович, поверь, и я, и Мелентьев возмущены выступлением Дубинина не меньше тебя. И полностью отдаю себе отчет в том, что, если тебе придется уйти, меня выпрут на пенсию в два счета. Поэтому ты даже и мысли не допускай, что я участвую в каких-то кознях против тебя. Дай пару дней, разберусь и этому придурку башку сниму.
   - Башку можешь ему оставить - этот сосуд с дерьмом никому не нужен. А вот задницу его из кресла вынь!
   Потапов уходил от Климова с гудевшей от давления головой, но немного успокоенный. Теперь важно разобраться с Дубининым так, чтобы его тесть не отобрал назад участок или не взвинтил цену. Стоимость, в которую оценили участок под коттедж, была смехотворной, а если сделают переоценку и объявят настоящую цену - придётся отказаться от него, так как таких денег никак не наскрести. Для этого необходимо приватизировать какое-нибудь предприятие, чтобы кто-то на тебя пахал и давал возможность тебе красиво жить. Но какое предприятие он может приватизировать? А на одних взятках такую сумму сразу не набрать.
  

Глава 16. Следователь Генпрокуратуры Медведев

  
   Прилетевший из Москвы Вячеслав Григорьевич Медведев, старший следователь по особо важным делам Генпрокуратуры, сидел в отведенном ему кабинете в городской прокуратуре и, чертыхаясь, листал объемистое дело об убийстве Дёмина. Как не сопротивлялся он командировке в сибирскую глушь, но Мясников, заместитель начальника следственного управления, был непоколебим.
   - Ты пойми, Слава, на нас давят из Госдумы, - убеждал его Мясников. - Есть там такая Панкратова Жанна Михайловна. Может видел её по телевизору? Скандальная баба! Требует, чтобы мы забрали это дело себе - местные, мол, ничего не могут.
   - Так если какой-то мочалке что-нибудь стукнет в башку, мы должны на полусогнутых бежать исполнять её прихоти? - возмущался Медведев, женившийся несколько месяцев назад женился вторым браком на модели, моложе его на двадцать один год, и эта командировка ломала все его личные планы.
   - Я прекрасно понимаю твое негодование, вызванное семейными обстоятельствами, но и ты пойми нас. Дело по Дёмину резонансное и кроме тебя послать некого.
   - Лучше бы вы послали меня на три буквы, чем в Сибирь. А Ваня Крутиков чем занят?
   - Твой вопрос естественен: в то время, как ты женился, он разводился. Но сейчас у него срочное дело о военных преступлениях в Чечне двух девиц. Ход следствия по этому делу на контроле Администрации Президента. Сам понимаешь, ему ещё хуже, чем тебе - мотаться по Чечне нынче крайне опасно.
   - Не понял! Военные преступления - это ведь функция военной прокуратуры...
   Мясников ничего не ответил и только беспомощно развел руками. Как не хотелось, но пришлось согласиться. И сейчас, листая объемистую папку с материалами дела, он думал о своей очаровательной молодой жене, которая недовольно надула губки, когда он сообщил ей о неожиданной командировке. Впрочем, в этой командировке есть и приятный момент - компаньоны покойного Дёмина и совладельцы ГОК'а Игорь Николаевич Трофимов и Владимир Андреевич Дронов вдруг связались с ним и пообещали выплатить крупное вознаграждение за успешное расследование.
   Конечно, заказчиков убийства найти всегда не просто - они, как правило, остаются в тени. На за такое вознаграждение потрудиться стоит! На него можно купить новенький джип Toyota Land Cruiser 80-й серии. С дизельным двигателем, пружинной подвеской и полным приводом, пять метров в длину и два метра в ширину! Молодая супруга, большая любительница автомашин, мечтает именно о таком джипе и это будет для неё большим сюрпризом. Хотелось бы машину черного цвета, но супруга предпочитает светлые цвета и яркие тона, поэтому придётся её убеждать. Однако она разумный человек и поймет, что джип черного цвета - это солидно!
   Листая дело и размышляя над мотивом щедрости компаньонов Дёмина, Медведев пришел к выводу, что ими движет страх оказаться на месте погибшего. Вернее даже не на его месте, а рядом с ним на кладбище, поэтому и не скупятся. И действительно, им есть чего опасаться: Дёмину не помогла тщательно продуманная система охраны: трое киллеров перестреляли десять опытных охранников и Дёмина не забыли: вогнали пулю непосредственно в лоб. Это надо суметь в такой суматохе так метко выстрелить! Столь высокая степень подготовки свидетельствует о том, что в деле участвовали "выходцы" из спецслужб, а это резко уменьшает вероятность найти исполнителя.
   И всё же история с этим покушением не до конца ясная. Из десяти охранников успели выстрелить только трое. А один из охранников, выскочив из дежурки с автоматом, не успел сделать ни единого выстрела, хотя автомат был готов к стрельбе. Не успел или не захотел стрелять?
   Старший охранник Илья Волков, остававшийся во время нападения в дежурке и наблюдавший за происходящим по мониторах двух видеокамер, утверждает, что темп стрельбы был совершенно сумасшедший, причем напавшие стреляли практически не целясь. Но эти его показания внушают недоверие. Четверо убито выстрелами в голову! Это как понимать? При стрельбе по неподвижной цели в тире такое возможно, но не в столь быстротечной схватке с опытными бойцами. Тем более не целясь!
   Конечно, сейчас много киллеров из спецслужб, потому что в результате реформ, КГБ и другие спецслужбы расчленены и деморализованы, а российская армия обнищала и пришла в упадок. Масштаб разрушительных процессов огромен и сопровождаются они массовым исходом профессионалов, многие из которых нашли применение своим профессиональным качествам в коммерческих структурах, соперничающих между собой. Поэтому успешных киллеров из этой среды много, но кем надо быть, чтобы стрелять так, как утверждает Волков?
   Медведев достал из дела нарисованную Грузновым схему нападения, согласно показаниям Волкова и записям с видеокамер, и начал её анализировать. Две девицы стояли в окружении четырех охранников, а ещё один охранник блокировал "бомжа", сидевшего на скамейки у соседнего подъезда. Трое охранников закрывали Дёмина со стороны проезжей части дороги и стояли спиной к нему, потому что, согласно показаниям Волков и соседей, послышался рев мотоцикла. По отчету, составленному Грузновым, это подтверждает и реакция охранников, которая была видна на записях видеокамер. Но потом видеокассета оказалась запорченной именно в том месте, на котором должны быть кадры схватки.
   Откинувшись в кресле и закрыв глаза, он продолжил размышлять о событиях той ночи и проколах местного следствия. Почему видеокассету с записью нападения начальник уголовного розыска Дубинин хранил у себя в столе, а не сдал, как положено, как вещественное доказательство? Причем утверждает, что кассета была изначально испорчена - мол изжевана на лентопротяжном механизме. Между тем как Грузнов, осуществлявший оперативное сопровождение этого дела, наставает на том, что при первом просмотре можно было что-то различить, несмотря на то, что уличный фонарь недостаточно освещал место событий.
   Но полежав в столе Дубинина пленка вдруг пришла в негодность. Причем во время расследования дела Дёмина Дубинин оказывал на Грузнова сильнейшее давление в виде служебного расследования по делу о его незаконном ночном вторжении на квартиру Дягилева, где хотели распотрошить бомжа с целью изъятия его органов. Но что должен был делать Грузнов, получивший информацию из своих агентурных источников? Поднимать ночью прокурора для получения санкции? За это время органы бы изъяли и все улики уничтожили. Вроде бы обычное дело, опера сплошь и рядом нарушают инструкции и законы, но проблема ни в них, а в законах и это всем известно. Так из-за чего столько шума и вони! Чего этим добивался Дубинин?
   Встав из-за стола, Медведев прошелся по кабинету, разминая затёкшие ноги и пытаясь выстроить известные ему факты по данному делу в логическую цепочку. Но чем больше он рассуждал, тем больше выявлял странностей и нелогичностей. Согласно показаниям Волкова одна из девиц, находившихся в окружении четырех охранников, неожиданно выхватыватила пистолет и выстрелила в Дёмина, попав ему в лоб. Судя по схеме, от того места, с которого она выстрелила, до Дёмина было примерно четыре с половиной метров. Каким же надо быть хладнокровным и опытным стрелком, чтобы стоя в окружении охранников успеть выхватить пистолет и выстрелить, да при этом не промахнуться, а попасть человеку прямо в лоб?
   Медведев быстро вернулся к столу и сделал в рабочем блокноте пометку насчет необходимости провести подобный эксперимент с участием опытного опера. Немного подумав, зачеркнул слово "опера" и сверху написал "инструктора по стрельбе из пистолета". Снова прошелся по кабинету, размышляя над тем, что в условиях реального боя человеческая психика претерпевает серьезные изменения и подавляется деятельность левого полушария головного мозга, ответственного за абстрактно-логическое мышление. Из-за этого человек не в состоянии логически оценить ситуацию, ее развитие и осознанно применить полученные в результате обучения навыки. Во всяком случае так утверждают психологи. Следовательно эксперимент с инструктором по стрельбе из пистолета не сможет с точностью воспроизвести условия, в которых действовала эта девушка. Но Волков пошел ещё дальше и придумал вообще фантастический сюжет: мол, после убийства Дёмина обе девицы вдруг, непонятно как, оказались на клумбах по разные стороны дорожки и начали стрелять со сверхестественной скоростью. Оказались непонятно как! Он косит под идиота или идиотами считает следователей? Да и вообще, разве могли трое стрелков, из которых двое молодые девушки, расстрелять десять охранников?
   Медведев сделал себе крепкий чай и начал размешивать в чашке кусковой сахар, как вдруг его буквально осенило: именно расстрелять, потому что никакого боя не было! Был элементарный расстрел и это объясняет всё! Дёмин и его охранники хорошо знали киллеров и не ожидали, что те будут в них стрелять! Более того, возможно Дёмин даже вышел из машины им навстречу и получил пулю в лоб. Охранники опешили, а потом выхватили пистолеты, но было уже поздно - киллеры расстреливали их чуть ли не упор. И не было никакой сверхестественной скорости стрельбы - просто охранники попались на хитрую уловку расстрельной команды.
   Версия простая, логичная и естественная, но сразу возникает вопрос: зачем Волков лжет? Зачем уводит следствие в сторону, пытаясь наввязать какой-то бред о совершенно неестественном темпе стрельбы? Какой в этом его интерес?
   В дверь постучали и вошел Титаренко, опер уголовного розыска, выделенный Медведеву для оперативного сопровождения расследования.
   - Александр, скажи мне, ты веришь показаниям Волкова? - спросил Медведев, обрадовавшись его приходу - возникшую только что версию следовало проверить на прочность, а опытный опер сразу увидит её слабые стороны.
   - В части чего?
   - Ну, про сверхестественный темп стрельбы. По причине которой, мол, бомжу и двум девицам удалось перестрелять десять опытных охранников.
   - Меня больше умиляет рассказ о том, две девчонки, стоявшие в окружении четырех охранников, вдруг непонятным образом оказались на клумбах по разные стороны дорожки, - рассмеялся Титаренко. - И неожиданно материлизовавшись на клумбах, они открыли сверхскорострельную стрельбу. Это круто! Голливудским сценаристам недурно платят за их плохонькие боевички, а наш Волков сочиняет такие шедевры и бесплатно! Эх, не ценят на Руси яркие таланты!
   Медведев кисло улыбнулся.
   - Я думаю Волков и сам понимает, что несет бред. Неясно зачем это ему нужно, - задумчиво сказал он. - Хотя, с другой стороны, этот эпизод мог так выглядеть на мониторе из-за дескретности в записи изображения. С камеры на ленту изображение пишется не подряд, а дискретно, через некоторые промежутки времени, поэтому при просмотре отсутствует плавность и непрерывность. Однако Волков утверждает, что наблюдал нападение лично из окна и тогда это непонятно.
   - Монитор стоит под окном, поэтому он мог, в принципе, наблюдать из окна, немного пристав с кресла. Но при первом допросе он показывал, что стоял рядом с монитором и смотрел в окно. И насчет двух девиц не совсем ясно. Трое жильцов свидетельствуют, что слышали очень странный разговор двух девчонок. Судя по тому, как они говорили, девчоки были явно не в себе. Один свидетель предполагает, что они, скорее всего, наркоманки и были обдолбанные. Но это было перед приездом Дёмина. А когда он приехал, сразу началась стрельба, а свидетели закрыли окна и старались к ним не подходить - опасались шальных пуль.
   - Понятно, наученные жизнью, - кивнул головой Медведев.
   - Криминализация общественных отношений в рамках демократизации общества. Так вот, женская туфля сорок третьего размера с поломанным каблуком и женский парик на голову пятьдесят восьмого размера, которые нашли в мусорном ящике соседнего дома, указывают на то, что в женской одежде были ряженные. И бомж тоже ряженный. А если вы читали показания бомжа Власа и бомжихи Мани...
   - Я читал их показания. Но у меня вопрос не об этом. Вот как ты считаешь - возможно ли, чтобы трое стрелков перестреляли десять охранников, выхвативших оружие? Ты, как опытный опер, веришь в то, что темп стрельбы нападавших был такой, что охранники не успевали выстрелить?
   - В это трудно поверить. Мы с Димой Грузновым специально проверяли, где служили погибшие и выяснили, что большинство из них из ВДВ. Конечно, они там имели дело лишь с автоматами, но всё равно реакция и выучка должны были сказаться. Кстати, вам известно, что незадолго до нападения на Дёмина, неизвестные положили восьмерых бойцов Сапога?
   - Да. В деле есть копия акта экспертизы. Я знаю, что два пистолета, найденные в мусорном баке вместе с париками, использовались в разборке на южном шоссе. Но там стреляло шесть пистолетов, а здесь только три. Значит и стрелков было не более трех и сразу же возникает вопрос: насколько высока должна быть скорость стрельбы, чтобы трое нападающих смогли перестрелять десятерых вооруженных и опытных бойцов. Понимаешь Саша, мне пришла в голову простая мысль: нападавшие были хорошо известны охранникам и те не ожидали от них нападения.
   - А почем же тогда охранники держали в руках пистолеты? Или просто так, на всякий случай?
   - Возможно вначала не признали в киллерах знакомых. И понятно почему.
   - Из-за темноты?
   - Нет. Из-за их нарядов. Двое были одеты в женские платья, а третий в наряде бомжа. Плюс плохое освещение.
   - А когда узнали, начали хохотать и в этот момент киллеры открыли огонь? - догадался Титаренко и уважительно посмотрел на Медведева. Такая версия им с Грузновым в голову не приходила. Но она легко объясняла необъяснимые вещи!
   - То есть, по-вашему, Волков знает киллеров и не хочет их выдать? - спросил он.
   - Именно так! Возможно его семье угрожают или он сам как-то связан с нападавшими. Короче, надо собрать по Волкову всю информацию, какую только можно.
   Получив задание, Титаренко поехал в управление, а Медведев вновь погрузился в изучение материалов дела, по ходу набрасывая план расследования. Для начала он решил систематизировать все известные факты, включая и новые, недавно полученные в результате оперативно-розыскных мероприятий местных органов дознания по другим делам.
   Перечитав составленный план, он увидел его слабость и, бросив бумагу на стол, откинулся на спинку кресла и начал обдумывать ситуацию. Безусловно, бывшие сотрудники спецслужб хорошо обучены и умеют заметать следы так, что не оставляют практически никаких улик. Но совсем не оставить улики невозможно, надо просто увидеть их. Совершенно очевидно, что причины преступления в профессиональной деятельности Дёмина и там возможно удастся отыскать какие-то следы. Кому он и, вероятно, его компаньоны, перебежали дорогу? Хотя Трофимов и Дронов предпринимают нынче невероятные меры безопасности и окружили себя профессиональными телохранителями из бывшего Девятого Управления КГБ, но поможет ли им это? Их спасет только одно - если он найдет заказчиков преступления, вот потому они и не скупятся, потому что собственная жизнь им дороже!
   Медведев славился своим неординарным мышлением и редким умением увидеть взаимосвязь между, казалось бы, не связанными между собой событиями. Именно это помогало ему найти единственно правильную версию расследуемого преступления, поэтому все дела, которые он вел, практически всегда заканчивались судебными приговорами. И сейчас, как обычно, взяв остро отточенный мягкий карандаш и чистый лист бумаги, начал записывать известные ему факты, связанные с Дёминым, в порядке очередности их свершения:
   1. Бизнесмен Афонин взорван вместе со своими личными охранниками, когда возвращался после деловой встречи с Дёминым, с которым его связывали деловые интересы.
   2. Смолин, создававший систему охраны Дёмина, убит в подъезде дома, причем предположительно переодетым милиционером.
   3. Зверски убит у себя на даче начальник уголовного розыска полковник Смирягин, неоднократно звонивший Дёмину в Москву и, возможно, о чем-то предупреждавший его. Местные органы дознания подозревают в убийстве Смирягина исчезнувшего уголовника Груздев, одного из приближенных лидера ОПГ Сапожникова по кличке Сапог.
   4. Неудавшееся покушение на вдову Афонина. Два её охранника убиты, она случайно уцелела и это покушение дает основание предположить, что убийство мужа вызвано не мотивами личной мести, а какими-то деловыми интересами.
   5. Убит Дёмин и десять его охранников. Нападавших было трое.
   6. Взорвана дача криминального авторитета Сапожникова вместе с хозяином и со всеми, кто там в этот момент находился. Незадолго до этого дача подверглась нападению тоже троих киллеров, обладавших специальной подготовкой. При первом нападении Сапог уцелел случайно, поэтому логично предположить, что второе нападение потребовалось для того, чтобы добить его уже наверняка.
   7. И на Сапожникова, и на Дёмина покушались трое киллеров, обладавших специальной подготовкой. Необходимо выяснить, что объединяет эти два дела, кроме численности киллеров?
   Медведев отложил карандаш и глубоко задумался. Что же может объединять эти, казалось бы, различные преступления? Тендер по заводу "Импульс"? И Афонин, и Дёмин, и Сапожников претендовали на это завод. И все они убиты, а завод достался вдове Афонина, на которую тоже совершено покушение.
   Но если причина в тендере по заводу "Импульс", то следует вспомнить о явно заказном убийстве Черепанова, чиновника из Госкомимущества, занимавшегося подготовкой тендера. До сих пор в этом деле нет никаких подвижек.
   Медведев почувствовал, что нащупал мотив, объединяющие все эти события, и в нём проснулся азарт охотника. Он встал из-за стола и заходил по кабинету, пытаясь сосредоточиться на деталях событий.
   За Афониным стоял московский криминальный авторитет Григорий Шарыгин, известный под кличкой Гриня Шарый. Недавно его расстреляли вместе с ближайшим окружением в московском ресторане. Но это уже после того, как завод достался компании Афониной. Правда, расстрел Шарыгина может быть связан с его попыткой влезть в нефтяной бизнес и к заводу "Импульс" никакого отношения не имеет.
   Теперь Афонин. Можно ли предположить, что Афонина убрал Сапог? Почему бы и нет, если речь идёт о таком лакомом куске, как завод "Импульс". Причем это вполне в духе Сапога. А Шарыгин, в отместку, взорвал Сапожникова? Вполне возможно всё началось с того, что Шарыгин организовал первое нападение на дачу Сапожникова, причем напасть могли те же киллеры, что ликвидировали Дёмина. Они же и взорвали дачу Сапожникова с его людьми. И получается, что из троих претендентов на завод "Импульс" двое ликвидированы. Такая мочиловка вполне соответствует нравам нарождающейся бизнес-элиты, ибо другими средствами в сжатые сроки состояния не создашь.
   Медведев решил, что все эти факты логично выстраиваются в достаточно правдоподобную версию и ободренный мыслью о том, что находится на правильном пути, снова заварил себе крепкий чай и, прохаживаясь с чашкой по кабинету, продолжил анализировать известные ему факты, делая время от времени заметки в рабочем блокноте и записывая возникающие вопросы, ответы на которые могут помочь воссоздать полную картину произошедшего.
   Размышляя о взаимоотношениях Дёмина и Сапожникова, он вспоминал детали истории о нападении на банк Сапожникова. Через некоторое время после этого изъятые бухгалтерские документы загадочным способом обнаружились в машине, похищенной у московского охранника Дёмина. Или не похищенной, а использованной при налете? Скорее всего действительно использованной для того, чтобы подставить Дёмина и посорить его с Сапожниковым, иначе непонятно, зачем надо было тащить сюда машину из Москвы.
   Но это означает, что люди Шарыгина организовали нападение на банк, а машину притащили на всякий случай. Если бы документы не нашлись, Сапожников не смог бы принять участие в тендере, однако ему повезло - люди местного криминального авторитета Мартына случайно нашли машину с документами. Ничего не подозревавший Мартын передал её Сапожникову, сорвав тем самым замысел Шарыгина, но принадлежность машины всё же сработала и прямо указала на Дёмина.
   Вскоре после этого и произошло его убийство, что наводит на мысль о мести Сапожникова. Однако тот факт, что бригаду Сапожникова на южном шоссе ликвидировали те же стрелки, которые потом ликвидировали Дёмина, указывает не на Сапожникова, а на Шарыгина. И если Дёмина заказал действительно Шарыгин, то Дронову и Трофимову нечего опасаться, так как Грини Шарого больше нет.
   Медведев снова сел за стол и быстро набросал схему механизма взаимодействия субъектов и объектов в процессе совершения преступлений, а также результатов этих преступлений. Вроде бы на схеме не было противоречивых моментов, всё было чётко и логично, поэтому он приступил к составлению нового плана расследования. Систематизируя разрозненные доказательства в единую цельную систему, выявляя противоречия между ними и связи, на модели совершенного преступления он ясно почувствовал тот резкий диссонанс, который вносят показания Волкова в анализ криминальной ситуации. Выходом из тупика могло быть только признание того факта, что Волков знал стрелков, что сразу придавало схеме бРльшую логичность, а также позволяло определить направление первоочередных конкретных действий. Главная задача на данном этапе состояла в получении правдивых показаний Волкова, без которых дальше продвигать расследование было невозможно.
  
   Утром следующего дня Титаренко сообщил Медведеву, что Волков приходится родным братом жены начальника службы безопасности ГОК'а Гончарова, в прошлом капитана внутренних войск.
   - Это очень интересно, - задумчиво потянул Медведев, скрывая внутреннее ликование - интуиция его, как всегда, не подвела!
   - Так что ваша версия, возможно, близка к истине. Странно, что мы с Грузновым не обратили внимание на эту деталь. Если один из стрелков был Гончаров, то охранники действительно могли опешить от неожиданности, когда он и двое с ним пришли к ним в маскарадных одеяниях. Это выглядело розыгрышом, а на самом деле было военной хитростью.
   - И чтобы не выдать своего родственника, Волков выдумал сверхестественный темп стрельбы, - энергично подхватил Медведев.
   - Но это ещё не всё, - с загадочным видом продолжил Титаренко. - Невероятно, но факт: его сосед по лестничной клетке Дубинин Лев Олегович.
   - Ваш начальник? - встрепенулся Медведев.
   - Он самый. Двенадцатиэтажка, эксклюзивный проект, двухэтажные квартиры, на крыше зимний сад, под домом паркинг, в пристройке большой бассейн, сауны и тренажерный зал. Дом сдан немногим более полугода назад.
   Медведев изумленно присвистнул и спросил:
   - Откуда у него столько денег?
   - Деньги не у него, а у тестя. Он зять заместителя мэра города по строительству. Зарплата небольшая, так что приходится жить на чаевые, на которые купил дочери небольшую квартирку в двести квадратов.
   - Теперь понятно, почему видеокассета запорчена, - сказал Медведев и забарабанил пальцами по столу, пытаясь сосредоточиться.
   Дело невероятно усложнялось и необходимо было придумывать какой-то хитрый ход, чтобы обойти возможное сопротивление со стороны начальника городского уголовного розыска. И неясно, насколько можно верить Титаренко. Не будет ли он докладывать кому не надо о ходе следствия и предупреждать о планируемых следственных действиях?
   В такую ситуацию Медведев ещё не попадал и его оптимизм по поводу быстрого раскрытия дела улетучивался. С каждым днем всё крепче становятся тесные связи криминала с властью и как в такой обстановке расследовать преступления? Разве было когда-нибудь в прошлом что-то похожее? И что ждет страну в будущем? Впрочем, в этом театре абсурда только безумный утешается прошедшим, слабоумный - будущим, а умный - настоящим. Только возможно ли утешиться таким настоящим?
   - Надо бы расколоть Волкова, но задержать его не можем. У нас ничего против него нет, кроме догадок, - наконец произнес Медведев после некоторого молчания, проницательно взглядываясь в Титаренко и пытаясь решить для себя можно ли ему верить.
   С точки зрения логики, имей Титаренко намерение стучать своему начальству, он бы не сообщил о соседстве Дубинина и Гончарова. Значит ему можно верить?
   - Следовало бы установить за Волковым наблюдение. Но боюсь это сразу же станет ему известно по цепочке Дубинин-Гончаров-Волков, - сказал Медведев, внимательно наблюдая за реакцией Титаренко.
   - Если пойти официальным путем, то в этом сомневаться не приходится. Думаю, здесь надо действовать через полковника Мелентьева Михаила Викторовича, начальника гормилиции. Мне кажется, он не шибко любит Дубинина.
   - Спасибо, Саша, за дельный совет. Обязательно им воспользуюсь, - облегченно вздохнул.
   После ухода Титаренко, он долго обдумывал, какие действия следует предпринять. Позвонить в Москву и сообщить Дронову или Трофимову о том, что Гончаров причастен к ликвидации Дёмина? А не действовал ли он по заданию одного из них? Или даже оба поручили Трофимову избавить их от партнера по бизнесу, потому что зачем делить на три то, что можно разделить на два? Ведь уменьшая знаменатель, приумножаешь результат и это нормальная практика становления бизнес-элиты.
   Следовательно сообщать о своих догадках ни Дронову, ни Трофимову нельзя - опасно для собственного здоровья. А вот договориться с Мелентьевым насчет слежки за Гончаровым и прослушки его телефонов стоит и можно ожидать интересные новости.
   Медведев был удовлетворен сегодняшним прорывом в таком непростом деле и спрятав дело в сейф, отправился к себе в гостиницу с чувством хорошо выполненного долга.
  
   А в это время в Москве в столь поздний час Трофимов, несколько часов назад вернувшийся из Англии, принимал у себя дома Дронова и вместе с ним обсуждал непростую ситуацию, сложившуюся из-за авантюризма их бывшего компаньона Дёмина. Завязав тесные связи с чеченскими сепаратистами, тот активно участвовал в разработке планов создания транснациональных финансовых структур для контроля над маршрутами каспийской нефти, а также установления контроля над добычей алмазов и золота.
   Помимо этого, через Чечню он вышел на контакт с арабскими бизнесменами, представляющими интересы некоего бен Ладена. С ними он подписал протокол о намерениях, в котором говорилось о будущих поставках через третьи страны продукции военного назначения, производимого заводом "Импульс". Дёмин убеждал Дронова и Трофимова в том, что у него всё схвачено, что всё предусмотрено, и завод уже у них в кармане. Он действительно предусмотрел многое, но только одного не смог предусмотреть - того, что его не станет.
   Трофимов договорился о встрече с арабскими бизнесменами, чтобы обсудить изменившиеся обстоятельства и через Лондон, чтобы не привлекать внимание, вылетел в Катар. Однако договориться с ними не удалось. Они потребовали либо заплатить неустойку 50 миллионов долларов, либо выполнить свои обязательства.
   - Для того, чтобы выполнить обязательства этого мудака, нам нужен контроль над заводом, - угрюмо сказал Дронов, но это было понятно Трофимову и без него.
   - Давайте подумаем, что нам угрожает, если мы пошлём их на хрен, - предложил Дронов после некоторого раздумья. - Я об этом бен Ладене никогда не слышал. То, что он саудовский миллиардер, для меня ничего не значит. И пусть этот протокол, который он подписал с покойным Константином, засунет себе в задницу.
   - А куда мы спрячемся от чеченских боевиков, которым нас закажут наши арабские друзья? Или ты думаешь всю жизнь прятаться от них в подвалах? Так они достанут тебя через банковскую систему. Они уже контролируют почти двадцать процентов банковской системы страны. Или даже больше. Оставят без денег, и будешь прятать свою задницу в подвале на пособие по безработице.
   - Ну, ладно, критиковать все мастера. Что вы предлагаете? Продолжить борьбу за завод. Можно через администрацию области поднять вопрос о незаконности сделки по заводу и расторгнуть её. Афонинская сучка попала в дурдом, но у неё всё решает заместительница. А муж этой заместительницы, кстати, бывший гэбист, возглавляет службу безопасности. Их обоих следовало бы замочить, и тогда все проблемы сняты.
   - Не думаю, что Климов пойдет на сделку. Слишком он ненадежен. Там есть один приличный человек, с которым можно успешно вести дела - это некто Бочаров. Он сейчас претендует на кресло губернатора и усиленно готовится к выборам.
   - В таком случае имеет смысл накачать его деньгами, чтобы выиграл выборы. И подключить к этому и коллектив ГОК'а. Пусть рабочие устраивают демонстрации.
   - Все равно против Климова Бочаров не устоит. Если Климов будет принимать участие в выборах, то у нет нет шансов.
   - А если "Наш дом - Россия" поддержит Бочарова? Это ведь решаемо.
   - Этот "Твой дом" может, конечно, поддерживать Бочарова, но только за яйца, потому что Климов слишком серьезная фигура.
   - Тогда остается одно...
   - Вот и я об этом же...
   - Кому поручим? Гончарову? Думаете справится?
   - Уверен, справится. Но потом и его желательно. Чтобы концы в воду.
   - Оснований сомневаться в нём, вроде бы нет, поэтому, если не возражаете, я вызову его телеграммой в Москву.
   С Гончаровым работал, в основном, только Дёмин, который отзывался о нём положительно и считал его надежным человеком, поэтому Трофимов согласно кивнул.
  
   Неожиданная срочная командировка в Москву несколько озадачила и обеспокоила Гончарова. Неужели с него будут снимать "стружку" за гибель Смолина и Дёмина? Но он-то причем? Для охраны Дёмина он сделал всё в строгом соответствии с инструкциями и предписаниями Смолина. Но если обстоятельство сложились так, как сложились, что он мог предпринять?
   Однако потом, успокоившись, он начал обдумывать ситуацию. Если его хотели бы наказать, то для этого времени было предостаточно. Наказать всегда нетрудно и для этого нужно только иметь желание. Следовательно, его вызывают по другому поводу. Сердце сладостно заныло: неужели переведут в Москву? Возможно, Смолин в свое время составил хороший отчет о его работе и дал лестную характеристику. А почему бы и нет, разве они мало вместе со Смолиным водки выпили?
   Перевестись в Москву из провинциальной глуши - это круто! Но, боясь сглазить, он усилием воли заставил себя не думать об этом и переключился на проблему с Тимофеевым. Интересно, известно ли московским тузам о секретном поручении Дёмина устранить Афонину и Данилину? Он утверждал, что об этом поручении знают только они двое, но неужели Дёмин не рассказал об этом своим компаньонам? А если он им рассказал и они узнали, что на счет Тимофеева переведена круглая сумма из компании "Сибкомпроминвест"? Может быть, из-за этого его и вызывают? Не заподозрят ли они и его в предательстве?
   Лоб покрылся испариной: вот так не из-за чего, без вины виноватым, можно и пропасть зря! Из-за такой мрази, как Тимофеев! Он уже выписался из больницы и лежит нынче дома, так может быть стоит его навестить? Днём его жена на работе, можно будет управиться без свидетелей. Непонятно, кто и за что его так избил.
   Тимофеев утверждает, что его избили по ошибки из-за какой-то бабы по имени Неля, о которой даже и не слышал. И он думает, что Гончарова можно купить на такую наглую и дурную ложь! Не может быть сомнений в том, что его так отделали ребята Мельникова. Видимо, Тимофеев и его пытался в чём-то надуть.
   Пришла решимость закрыть эту проблему до командировки и на следующий день Гончаров пришёл проведать Тимофеева на дому. Пробыл он у него не более десяти минут, и когда убедился, что пациент мертв, отправился в магазин покупать для него фрукты. Вернулся нагруженный бананами и виноградом через полчаса, но на его звонки Тимофеев не реагировал и дверь не открывал.
   - Володя, наверное, пошёл в поликлинику, - сказала поднимающаяся по лестнице соседка, но Гончаров энергично возразил:
   - Я у него был с полчаса назад. К нему пришла медсестра делать укол. У него заболело сердце, и он спросил её, нет ли у неё валидола. А она сказала, что сделает укол и всё будет в порядке. Я пошел в магазин за фруктами, а она осталась с ним. Незачем ему идти в поликлинику.
   Беспокойство нарастало и Гончаров, позвонив от этой же соседки к себе на работу, вызвал нескольких парней и слесаря. Слесарь открыл дверь, повозившись минут десять, и присутствующие увидели Тимофеева. Он лежал навзничь на опрокинутом стуле, с приоткрытым ртом и производил жуткое впечатление.
   - Не помогла, видимо, медсестра, умер Володька от инфаркта, - сказала тоном знатока соседка. - Вот точно так же умер один мой знакомый. Вроде бы здоровый мужик, а на пасху сидел за столом, выпил пару рюмок и вместе со стулом грохнулся на спину. Вызвали скорую, а она приехала только через полчаса, когда ему уже кранты наступили. Вот такая у нас медицина.
   Гончаров горестно вздохнул и попросил ничего не трогать в комнате.
   - Пусть милиция приедет, и сама разберется, - сказал он грустным голосом. - Такой был замечательный человек! На него можно было положиться, как на каменную гору. И вот его нет!
   Он вызвал скорую и милицию, и все присутствующие, сидя на диване, молча ожидали их приезда. В это время Медведев договаривался с Меленьевым об установлении негласного наблюдения за Гончаровым и прослушке его домашнего и служебного телефонов в рамках оперативно-розыскной деятельности по делу об убийстве Дёмина.
  
   Глава 17. Откровения Абу Салема
  
   Абу Салем плавно подкатил к блок-посту и остановил машину метров в десяти от него. Достал из внутреннего кармана пиджака документы и заранее отложенную сумму денег.
   - На Синае усиленная проверка документов и по всему полуострову разбросано множество блок-постов, - сказал он, открывая дверь машины. - Проверяют наличие виз. Я пройду на блок-пост, покажу свой паспорт и заплачу бакшиш за себя и за вас. А вы из машины не выходите. При взгляде через окно вас можно принять за синайских бедуинов. А у бедуинов паспортов нет, так что проверять нечего.
   - Нас можно принять за бедуинов не только визуально, но и по запаху. Пусть нас обнюхают и убедятся, - недовольно сказал Грачев.
   - Очень смешно! - скривился Абу Салем и, захлопнув дверь, направился к полицейским.
   Он коротко переговорил с ними о чём-то и один из полицейских подошел к машине. Заглянул в салон, окинул проницательным взглядом пассажиров. Ничего не сказав, быстро вернулся обратно на блок-пост - чувствовалось, не хочет пропустить дележку денег. На блок-посту полицейские, отчаянно жестикулируя, о чем-то яростно спорили с Абу Салемом, пересчитывая переданные им деньги.
   - Как бы не пришлось нам вступать в дебаты. Это было бы очень скверно! - озабоченно повернулся Круглов к приятелям.
   - Проще увеличить сумму, - заметил Грачев. - Блок-пост должен себя сам окупать, поэтому египетских полицейских, как и наших ментов, обижает, когда пытаются сунуть им меньше, чем они обычно требуют.
   Наконец на блок-посту ударили по рукам и Абу Салем направился к машине.
   - Значит договорились без нашего участия, - облегченно вздохнул Зубков. - Я так не люблю причинять людям боль!
   - В таком случае не быть тебе, Вован, ни стоматологом, ни хирургом, - повернулся к Зубкову Круглов. - Да и невнимательный ты. Вместо того, чтобы удалить зуб, пасть порвешь. А поставь тебя хирургом, так вместо того, чтобы вырезать апендикс, сделаешь пациенту харакири.
   - Зато сделаю это с любовью к людям, потому что я гуманист! - парировал Зубков.
   Вернулся Абу Салем и садясь в машину, со злостью хлопнул дверью.
   - Черножопые обезьяны! - выругался он. - Постоянно завышают бакшиш! Уже даже за вас, бедуинов, дерут, сволочи, как за туристов! Мол, вы, может быть, ряженные туристы!
   - Я и раньше подозревал, что вы расист, Абу Салем. Евреев не любите, арабов, наших младших братьев по разуму, оскорбляете, - с ехидцей заметил Зубков, вальяжно развалившись на заднем сидении.
   - Я Моссад не люблю и это сугубо профессиональное. А то, что евреям предпочитаю евреек, так это вопрос моей ориентации, - возразил Абу Салем. - Касаемо же наших младших братьев по разуму, могу сказать по-совковски: "русский и арабский народ - братья навеки". А в братской семье народов чего только не бывает! Но когда младший брат пытается запустить в твой карман свою мохнатую лапу, становится немножечко обидно.
   - В нашей грёбанной братской семье имеет место небольшая коллизия: в то время, как российский спецназ в Чечне охотится за арабскими наемниками, российский МИД лобызается с их шейхами, этих наемников финансирующих, - зло пробормотал Круглов.
   - А я слышал, что наши младшие братья-арабы сами друг друга терпеть не могут, - произнес Грачев. - Знакомый парень одно время занимался в университете Дружбы Народов. Занимался - это, конечно, сильно сказано, потому что отчислили его со второго курса. Как-то на него наехали бойцы из латиноамериканского землячества и вымогали денег на нужды никарагуанской, сальвадорской и прочих революций. Конечно, наезжали не только на него. Когда им не хватало на водку, они собирали деньги у однокурсников на свои революции.
   - Естественно! Ведь революционная ситуация, о которой говорил великий Ленин, складывается именно тогда, когда на водку не хватает, - заржал Зубков. - Иначе говоря, когда низы не могут пить по-старому, а верхи не могут их обеспечить по-новому.
   - Дай мне дорассказать! - поморщился Грачев. - Так вот, пару раз этот парень давал им мелкие суммы, а потом ему надоели их наезды. Ну и двух латиноамериканских революционеров увезли в больницу с сотрясением мозга и другими последствиями побоев. Разумеется его отчислили из университета и хорошо ещё, что родители смогли отмазать сына от суда. Пришлось им сильно потратиться, потому что наши судьи не продаются за мелкие суммы.
   - Так может платить латиноамериканским революционерам выгоднее, чем нашим судьям? - снова заржал Зубков.
   - Этот парень мне рассказывал, что ливанцы, например, ненавидят сирийцев, а все вместе братья-арабы недолюбливают египтян, - продолжил Грачев, не обращая внимания на остроты Зубкова. - Саудовцев и других жителей стран Персидского залива прочие арабы считают тупыми и наглыми, а иорданцев и жителей Аравийского полуострова, чтобы подчеркнуть их примитивизм, пренебрежительно называют "бедуинами". Ливийцев считают хитрыми и злобными, утверждают, что йеменцы всегда обкурены, а иракцы, мол, ничего не понимают, кроме языка силы. Палестинцев считают корыстными и относятся к ним, как к отщепенцам.
   - Могу дополнить, - осклабился Абу Салем. - Палестинцев зачастую вместо "фаластини" называют "фаластизи". По-арабски слово "тиз" переводится как, пардон, жопа. К довершению ко всему, одни арабы христиане, другие мусульмане. При этом арабы-мусульмане делятся на сунитов и шиитов. Так что причин резать друг друга у них достаточно. Вот такая межарабская любовь друг к другу! И только наш МИД лижет их всех подряд, как друг и старший брат, а в результате всегда в заднице.
   - Не любите МИД? - спросил Зубков.
   - Почему такой вывод?
   - Ну, вы как-то недоброжелательно...
   - Наоборот, очень доброжелательно и с болью в сердце за мидовские неудачи. А проблема их неудач на Ближнем Востоке в том, что наши дипломаты-арабисты не имеют понятие об арабском менталитете и не понимают, как вести с ними дела. Столько десятилетий работают с Ближним Востоком, а менталитет арабов не понимали и не понимают. СССР загнал сюда более ста шестидесяти миллиардов долларов кредитов и миллиардов сто в недвижимость. И заметьте, долги никто отдавать не думает. Должен признаться, получив сюда назначение и проработав здесь несколько лет, думал, что проблема в подборе кадров наших арабистов и глупости их наставников. А потом понял, что причина в другом. Наши дипломаты-арабисты общаются не с арабами из народа, а с их дипломатами или людьми из элиты. А те, как правило, окончили европейские или американские вузы и знают, что надо говорить и как притворяться. Знают, что от них хотят услышать слабоумные иностранцы. Поэтому наши арабисты вечно в проигрыше, вечно, мягко говоря, в заднице. Кстати, западные мудрецы тоже, как правило, в заднице, потому что и они не понимают арабов. Арабы уважают силу, поэтому боятся американцев - те легко применяют силу. А наши постоянно набиваются в друзья, постоянно братаются, поэтому нас не боятся, а значит не уважают. У арабов менталитет такой: кто набивается им в друзья, те слабаки. И если арабу в чем-то уступишь, его требование будут постоянно расти, потому что уступку он считает доказательством твоей слабости и его силы. А раз так, то ему положено ещё и ещё. Арабам свойственны высокомерие и грубость по отношению к нижестоящим, и показное подобострастие в речах и манерах по отношению к вышестоящим. Правда у них стоит немного и никто из них не испытывает угрызений совести, если достигает своей цели благодаря лжи. И странно, что наши арабисты не могут понять простой вещи: искусство дипломатии и технология лизания - это совершенно разные области отношений. Мв в ПГУ отлично понимали арабский менталитет и строили свою работу в соответствии с этим пониманием. Иначе мы, те кто работает в поле, не выжили бы здесь. А мидовцы и товарищи из ЦК с головами из бетоны и стали, двести шестьдесят миллиардов загнали в песок и сейчас Россия побирается с протянутой рукой.
   - Ну, давно известно, что Восток - дело тонкое. И про МИД отечественного дурдома мы если не знали, то догадывались. Но вы, уважаемый Абу Салем, обещали нам рассказать про здешний дурдом и заинтриговали нас, как Шахерезада своего шаха, - напомнил Круглов. - Вот блок-пост уже далеко позади и время пришло.
   - Да, да, вы обещали нам рассказать, как связана наша перестройка со здешним Арафатом и разгромом сирийцев, - поддержал приятеля Зубков. - Проницательные умы из числа наших особо бестолковых политкомментаторов, знающих абсолютно всё о всемирном еврейском заговоре, рассказывают нам такие вещи о зловещих планах сионистов, что волосы дыбом становятся. Но неужели сионисты в своем зверстве дошли даже до того, что спланировали и осуществили горбачевскую перестойку?
   - Ладно, парни, раз обещал, значит выполню свое обещание.
   Абу Салем произнес это, как бы уступая просьбам, но на самом деле испытывал тайное удовлетворение. Одно дело набившие оскомину рассказы о красотах и истории Синая и совсем другое поговорить о том, что близко, что важно и что интересно. И поговорить откровенно, нисколько привычно не таясь, поговорить о том, чему посвятил три десятка лет. Парни, сидящие в его машине, люди свои, бывалые и опытные. Кадровые офицеры, прошедшие горячие точки! И в Израиль едут не глазеть по сторонам, как туристы, а с боевым заданием. Поэтому можно с ними поделиться опытом, рассказать истории из собственной жизни, настроить на понимание тамошней ситуации. Это им не только не помешает, но даже поможет выполнить задание, потому что в любую заваруху надо лезть с открытыми глазами. А здесь это особенно важно!
   - Расскажу я вам, ребята, всё про здешний наш расклад, и про то, как местный Перес заявил: я - шоколад, - неожиданно весело продекламировал Абу Салем, чем вызвал смех у своих спутников. - Так вот, насчет перестройки и комбайнера-перестройщика. Тринадцать лет назад, летом восемьдесят второго года израильтяне в пыль раздолбали сирийские войска в ливанской долине Бекаа. И это при том, что сирийцы были вооружены до зубов нашим самым современным оружием /23/. Кроме сирийцев, в приграничных районах с Израилем располагались десятки тысяч боевиков Арафата, которых наши инструкторы готовили для заброски в Израиль с целью проведения спецопераций /24/. Мы в ПГУ рассчитывали с помощью Арафата расширить наше влияние в арабском мире, поэтому не скупились и к палестинцам шел поток вооружений: танки, артиллерия, переносные ракеты, стрелковое оружие. Арсеналов оружия, переданных Арафату, хватило бы на вооружение 500-тысячной армии. Одним словом, сила была сосредоточена немалая...
   - И это все бесплатно? - бестактно перебил Абу Салема своим вопросом Круглов.
   - Разумеется, - подтвердил тот. - В соответствии с договором между СССР и Сирией о дружбе и сотрудничестве мы бесплатно передали сирийцам тысячи танков и самолетов. Всего мы им подарили вооружений на двадцать восемь миллиардов долларов!
   - Ни фига себе! - ахнул пораженный Круглов. - Двадцать восемь миллиардов долларов?! А в нашу деревню десять лет тянули линию элетропередачи чуть ли не из колючей проволоки. Из-за этого у нас все электроприборы горели, потому что напряжение не поднималось выше 180 вольт. Детский садик закрыли, совхозу нечем было платить воспитателям. Школу закрыли, потому что здание стало аварийным, а на ремонт денег не давали - говорили, денег, мол, в государстве нет. Так нам приходилось в соседнюю деревню в школу топать. Для нас денег не было, а для арабов были?!
   - Понимаю возмущение, но что поделаешь, идеология была такая, - посочувствовал Абу Салем. - Вот на такой братской помощи сломали экономику страны! Горы боевой техники на миллиарды долларов бесплатно поставляли арабам для их победы над Израилем. Вот этих миллиардов и не хватало для школ и больниц в самом Союзе. А сколько наших военных погибло, тренируя арабские армии и арабских террористов! И сколько их погибло, тайно участвуя в боевых действиях против Израиля! А результат? Ни миллиарды, ни бесплатное оружие так и не превратило арабов в друзей России. А вот Штаты действуют по-умному. Никаких поцелуев, никакого братаний. Нужно оружие? Бери займ и покупай на него оружие у американских же производителей. Итак, возвращаясь к нашим баранам...
   - К тем, которые скопились на ливано-израильской границе? - съязвил Зубков.
   - С конца семидесятых годов арафатовские боевики донимали израильтян террористическими атаками. Совершили ряд крупномасштабных террактов и вели непрерывный обстрел северных районов Израиля из советских реактивных установок. Это была наша ошибка: поверили спецам из Генштаба, что израильтяне не рискнут схлестнуться с такой силой. Но израильтяне не знали о выводах наших спецов и озверели до такой степени, что даже собственные левые не смогли остановить волну возмущения. А левых там больше, чем блох на стаде бездомных кошек! Созданная нами в Израиле "пятая" колонна до сих пор сильна и постоянно набирает силу. Не зря ПГУ её интенсивно выращивало и незадолго до этого мы передали израильским коммунистам четыресто тысяч долларов. Но Арафат перегнул палку, надеясь на защиту сирийских войск, да и мы, признаться, переоценили силу израильских левых.
   - Лучше бы КГБ занималось не израильской "пятой колонной", а нашей собственной. Смотрите, что стало со страной! - зло произнес Круглов.
   - Мы в ПГУ занимались внешней разведкой, - как бы оправдываясь, сказал Абу Салем. - И вообще, у нас нет и не было "пятой колонны". Мудаки есть, а "колонны" нет. Что же касается множественности наших мудаков, то это следствие естественного отбора во времена сталинских чисток. Ведь умные люди для социализма так же опасны, как сальмонеллез для младенцев.
   - Так что же, всё-таки, произошло тогда в Ливане? - нетерпеливо спросил Зубков.
   - А то произошло, что израильтяне впервые в мире широко использовали беспилотные самолеты-разведчики. Летая над позициями противника, они вели прямую телевизионную трансляцию изображения на командные пункты. А получая такую информацию, израильтяне безошибочно наносили ракетных ударов. При этом некоторые из беспилотников были оборудованы лазерными целеуказателями для подсветки целей, которые атаковали ракетами с лазерным наведением. Другие беспилотники были оборудованы отражателями радиочастотных излучений и отражали излучение радиолокационных станций такой интенсивности, как будто это были ударные самолеты. И началось тотальное уничтожение сирийских средств ПВО. Причем шариковые и кассетные боеприпасы, которые использовали израильтяне, наводились на цель с помощью инфракрасного и лазерного луча. Короче, израильтяне раздолбали сирийскую систему ПВО в пыль. Одновременно с этим в небе Ливана развернулось крупнейшее воздушное сражение, в котором с обеих сторон участвовало около 350 самолетов. Как только израильский летчик обнаруживал сирийский МиГ на своем дисплее, все, что он должен был сделать, так это наложить символ целеуказания на самолет противника и нажать кнопку. А компьютер уже сам выбирал систему, которая наиболее эффективно могла поразить цель. В том воздушном сражении израильские ВВС не потеряли ни одного своего самолета, а оглушенные и ослепленные сирийские летчики попадали под внезапные удары израильских ракет класса "воздух-воздух", которые поражали цели с больших расстояний и под различными ракурсами. Ну а, захватив абсолютное господство в воздухе, израильтянам уже было нетрудно разобраться и с сирийскими танками нашего производства. То была настоящая катастрофа! Понятно, что израильская победа означала техническую отсталось наших вооружений и боевых технологий, а также показала всю порочность сложившейся у нас тактики воздушной войны и построения систем ПВО.
   - Да, неожиданно! Даже не подозревал, что у нас всё так плохо, - задумчиво произнес Грачев.
   - А что другое можно было ожидать? Все открытия и разработки наших учёных из научных институтов никуда дальше не шли, ничего не внедрялось. На базе их открытий никто не разрабатывал современные технологии и никто ничего не внедрял. В стране строились заведомо отсталые производства, в то время, как на Западе каждые 3-5 лет оборудование модернизируют и заменяют. Должен сказать вам, парни, что катастрофа в долине Бекаа на тогдашнее руководство СССР произвела шоковое впечатление. Сразу же за этим, в сентябре восемьдесят второго года в ЦК КПСС собрали совещание, на котором состоялся разбор боев в Ливане и было принято специальное постановление. Однако серьезных выводов, как и всегда, сделано не было. Да и что можно было сделать, если система такая? Вот Горбачев и задумал немного подновить систему. Но система оказалась нерефомируемая. Засрали весь аппарат управления меркантильными говнюками, вот и вышло то, что вышло.
   В салоне машины установилось тягостное молчание. Каждый думал о своём.
   - А я слышал такую фишку, что палестинский народ изобрёл КГБ, - нарушил молчание Круглов. - Это правда или американская пропаганда?
   - Палестинцы не знали, что они отдельный народ, пока мы их не выдумали, - усмехнувшись, подтвердил Абу Салем. - Между прочим, создание палестинской проблемы очень удачное решение. Эта проблема стала глобальным фактором в международной политике и здорово подвесило Израиль. Так вот, насчет Арафата. Когда израильтяне долбали сирийские войска и арафатовских боевиков, самого Арафата почти неделю израильский снайпер держал на мушке. Но Шарон, тогдашний министр обороны, не отдал приказ нажать на курок. Почему так, неизвестно. А потом и вовсе под нажимом США и европейских государств Израиль был вынужден позволить насмерть перепуганному Арафату сбежать в Тунис с остатками своего воинства.
   - А зачем это надо было Штатам и Европе? Почему спасали террористов? Ну, почему мы их лелеяли - понятно, иделогия требовала. А вот зачем им это нужно было? - поинтересовался Грачев.
   - Никому не понятно. Даже американцам и европейцам, - пожал плечами Абу Салем. - Это только кажется, что действия лидеров государств осмысленны и имеют дальний прицел. Если бы это было именно так, можно было бы избежать многих несчастий в мире. А ещё более непонятно, зачем два израильских голубя мира: министр иностранных дел Шимон Перес и его заместитель Йоси Бейлин притащили Арафата в Израиль. Вели с Арафатом переговоры в тайне от премьер-министра. Когда министр ведет тайные переговоры с врагом за спиной правительства, в любом нормальном государстве это считается изменой. Но только не в Израиле, где каждый министр сам себе голова. Должен признать: этот Йося весьма головастый малый по части впендюривания евреям проарабских идей! Не зря числится доктором философии. Навязал израильтянам мысль: мол, террор нельзя победить военными средствами. Отсюда вывод: победить врагов невозможно. Вот кого нам надо было вербовать! Вместо того, чтобы дарить сирийцам танки, надо было Йосе платить за его идеи! Было бы дешево и эффективно! В итоге Перес, Бейлин и Рабин притащили Арафата с его воинством из Туниса в Израиль, чтобы мочить евреев было ближе, удобнее и проще. Что Арафат сейчас с успехом и делает.
   - Да, сложная страна Израиль, - задумчиво произнес Круглов. - Хотя у нас наверху тоже мудаков хватает, иначе не заигрались бы с Чечней и не лилось бы столько крови.
   - Сейчас в Израиле у власти левоцентристская социал-демократическая партия труда или "Авода", - немного помолчав, продолжил Абу Салем. - Так что во время своего пребывания в Израиле о сионистах говорите только гадости, а об арабах ничего плохого.
   - Для ясности хотелось бы знать, что такое сионизм, - спросил Круглов и, перехватив недоуменный взгляд Абу Салема, пояснил:
   - Ну, чтобы ругать его осмысленно.
   - В училище мы ругали Каутского, не читая его трудов, и получали за это зачеты. Так почему мы не сможем ругать сионистов, ничего не зная о них? - осклабился Зубков. - Надо только выучить антисионисткие ругательные термины.
   - А ты их по-русски, матом. Как терминалогия, наш мат подходит к любым случаям и легко встраивается в любую идеологию, - расхохотался Грачев.
   - Название сионизм происходит от названия горы Сион в Иерусалиме, - назидательным тоном произнес Абу Салем. - Целью этого политического движения является объединение и возрождение еврейского народа на его исторической родине в Израиле. Но левые против сионизма.
   - Не понял. Чем им, евреям, мешает сионизм, который хочет собрать евреев в Израиле? - удивился Круглов. - Лично я не вижу ничего плохого в том, что русские люди съедутся со всего мира в Россию, на свою историческую родину. Или левые евреи считают, что в Израиле всем евреям земли не хватит?
   - Попав в Израиль, прекратите мыслить логически, иначе вы там ничего не поймете, - терпеливо объяснял Абу Салем. - Например, левые в своём классическом значении - это те, кто стремится к установлению социального равноправия. А в Израиле левыми считаются те, кто готов на серьёзные территориальные уступки арабам. Если при общении с леваками будете плохо отзываться об арабах, они объявят вас еврейскими террористами или пособниками таковых. Устроят вам какое-нибудь западло и по их наколке заметут вас израильские спецслужбы. И ещё о гомосексуалах нужно говорить с левыми очень толерантно, да и то только лишь в контексте каких-нибудь информационных поводов. Например, о гей-парадах в Тель-Авиве. А будете говорить с правыми, нельзя хорошо отзываться об арабах, а то могут и в морду дать. Правые - это те, кто не согласен с левыми и кто склонен к чуть более жёсткой позиции. То есть, готовы все отдать арабам, но не сразу, а постепенно. Так что будьте там очень осторожны в разговорах. Иначе либо в кутузку заметут, либо в морду получите.
   - Уж лучше в морду. Так как же нам быть? Как ориентироваться кто где? Или вообще молчать? Может изображать из себя немых? - недоуменно спросил Круглов.
   - Братцы, а вам это ничего не напоминает? Помните у Высоцкого "Инструкция перед поездкой за рубеж"? - захохотал Зубков и продекламировал: - Там у них уклад особый, нам так сразу не понять, ты уж их, браток, попробуй хоть немного уважать.
   - Зачем же изображать из себя немых, не надо! - недовольно поморщился Абу Салем. - Просто старайтесь не участвовать в разговорах об арабах. Но если невозможно избежать этого, общаясь с людьми, различайте, с кем имеете дело. Если вы с ним говорите на русском языке, это наш человек, он вполне нормален и вменяем. Но если вы с кем-то говорите на английском языке и он хорошо одет, значит обеспечен, значит левый. Вы должны усвоить простую истину: хорошо обеспеченные люди из числа интеллектуалов, как правило, левые. Вспомните царскую Россию перед революцией. Почти вся интеллигенция была левых убеждений. Спохватились только тогда, когда большевики пришли к власти и начали эту интеллегенцию резать и топить в море баржами. А еврейская интеллигенция даст фору любой интеллигенции. Вот, кстати, хотя бы такой пример: в своё время некая Гертруда Стайн, одержимая бумагомарательница и американо-парижская еврейка-лезбиянка, дружила с деятелями прогитлеровского правительства Петэна. Она искренне симпатизировала Гитлеру и сразу же после Мюнхенской конференции обратилась ко множеству европейских интеллектуалов с просьбой подписать обращение к Нобелевскому комитету с предложением присудить Гитлеру Нобелевскую премию Мира. И все эти интеллектуалы подписали обращение. Так что поймите, парни, простую вещь: левый интеллектуал - это особый случай в психиатрии, связанный, очевидно, с малоизученной патологией головного мозга. Мы в ПГУ это прекрасно понимали, поэтому делали основной упор в вербовочной работе на западных интеллектуалов. Не зря Ленин называл их "полезными идиотами". Эти придурки считают, что с террористами можно договориться, если подставить вторую щеку. Как в новозаветном христианстве: "если кто ударил тебя в одну щеку, обрати к нему и другую". Они уверены, что арабы не трогают тех, кто вылизывает их волосатый зад. А ещё есть в Израиле ультраправые, которые придерживаются точки зрения Ветхого Завета: "око за око - зуб за зуб". Их уравновешивают правые, которые немного правее левых, но левые, по сравнению с ультрправыми. В общем в Израиле все по-еврейски, так что, ребята, там вам будет с непривычки трудновато.
   - А по-вашему как надо? В соответствии с каким Заветом? Новым или Ветхим? - поинтересовался Круглов.
   - По-нашему, по-советскому, следует придерживаться теории естественного отбора Дарвина: выживает сильнейший. И ничего иного в реальном мире быть не может, - неожиданно жестко и с немотивированной злостью произнес Абу Салем, отвечая, очевидно, на какие-то свои мысли.
   В салоне вновь установилось молчание, а через некоторое время показались окраины Эль-Ариша.
  
   Пожилой бедуин жестом пригласил Грачева, Зубкова и Круглова в старый покосившийся глинобитный домик на окраине Эль-Ариша. В небольшой квадратной комнате пол был застелен толстыми выцвевшими шерстяными коврами с расбросанными на них небольшими подушками.
   - Подушки подкладывают под спину и локоть, чтобы было удобнее сидеть, - пояснил Абу Салем, перехватив взгляд Круглова, недоуменно смотревшего на многочисленные подушки. - Вам, парни, придется здесь переночевать всего одну ночь. Караван тронется в путь только завтра. Что-то ещё не поступило. Может оружие, а может наркотики. Собирать караван не так уж просто, если поставщики разные.
   - А может ждут русских девушек для переправки в нелегальные бордели? - спросил Зубков.
   - Нет. Мы четко договорились, что кроме вас никого не должно быть. Вас никто не должен видеть и они приняли условия. За это им уплачено десять тысяч долларов.
   - Сомневаюсь в умении бедуинов держать слово, - недоверчиво сказал Круглов.
   Ни ему, ни другим не хотелось снова торчать в закрытом помещении и радовало только то, что недалеко был берег моря.
   - Учтите, купаться вам ни в коем случае нельзя, - предупредил Абу Салем, как будто бы подслушав их мысли. - Иначе все усилия гримера пойдут насмарку и перестанете вообще напоминать бедуинов. Можете просто прогуляться вдоль берега. Там дольше зоопарк, а за ним самый популярный пляж в здешних местах. Но туда ходить не советую. Желательно гулять только здесь. Место довольно пустынное, вдоль моря стоят, в основном, лишь домики рыбаков. А те вечно заняты и вас некому будет донимать вопросами. Кстати, обратите внимание: здешнее побережье напоминает Прибалтику. Так же вдоль песчаного пляжа тянутся дюны, только растут на них не сосны, а пальмы.
   - Это радует, - угрюмо произнес Зубков. - А кроме пальм больше нечего посмотреть?
   - Почему нечего? Есть музей бедуинов, но экспонатов в нём немного: ослы, верблюд, ну и посетители, - усмехнулся Абу Салем.
   - А что, все бедуины живут в таких хибарах?
   - Бедуины, которые осели в городе, весьма богатые люди. Практически у всех куча денег и достаточно большие виллы с высокими заборами. А на территории виллы за забором обычно плетёная лачуга, вокруг которой бродит стадо коз или овец, гуси, куры и прочая живность. Многие из бедуинов предпочитают жить так же, как и их предки. А эта лачуга, в которой мы находимся, принадлежит контрабандистам. Как я понимаю, используется ими для сбора каравана. Не удивлюсь, если в подвале хранятся наркотики, либо что-нибудь ещё из того, чем торгуют эти ребята...
   - А может там подземная тюрьма для невольников?
   - Вполне возможно. Но вам волноваться нечего. Наши партнеры понимают, что вы не африканские нелегалы. И если что, то ответят не только они, но и их семьи.
   - Жестко вы!
   - Это Ближний Восток. Здесь иначе нельзя. Тот, кто здесь ведет себя иначе, оказывается заложником, невольником или трупом.
   Абу Салем прошелся по дому, внимательно осмотрел помещения, заглянул в подвал и, пожелав счастливого пути и удачи, уехал. Вскоре бедуин принес еду: вяленые сардины, немного риса, лепешки и сладкий чай. Он что-то пытался рассказать на арабском языке, но убедившись в том, что слушатели его не понимают, махнул рукой и ушел. Плотно перекусив, Грачев, Зубков и Круглов лениво разлеглись на коврах, не зная чем заняться.
   - Хотя бы телевизор поставили, - недовольным тоном произнес Зубков.
   - И что бы ты там смотрел? Новости или фильмы на арабском языке? - усмехнулся Круглов.
   - Да, забросила нас нелегкая в эти дикие края! - вздохнул Зубков. - Но какая-то польза всё равно есть. Будущего противника надо знать. Читал недавно интересную статью одного американского политолога. Он книгу написал "Столкновение цивилизаций".
   - Самюэль Хантингтон его фамилия. Ну, этого политолога, - подсказал Грачев.
   - Возможно. Так этот Самуэль утверждает, что некоторые цивилизации имеют свои "стержневые" или главные страны, за счет чего они более стабильны, - продолжил Зубков. - А другие цивилизации не имеют стержневых стран и нестабильны.
   - А Россия к какой цивилизации относится? - спросил Круглов.
   - Россия? К православной. Он пишет, что западная, индуистская, православная, японская и буддистская имею стержневые страны, а исламская, латиноамериканская и африканская цивилизации не имеют стержня. И предсказывает обострение конфликта цивилизаций.
   - И где же, по его мнению, будет Россия в этом конфликте?
   - Уверен, в жопе. Как всегда. Половина населения ориентирована на Запад, половина на Восток. Если нас не тронут, то так в раскорячку и будем стоять.
   - А если тронут?
   - Ну, если тронут, тогда снова придется ездить по заграницам на танках. А ведь так хочется ездить как простой турист!
   Разговор постепенно затих. Солнце неторопливо скатывалось с высокого небосвода в море. Дул легкий ветерок, но свежести всё равно не чувствовалось и комнату наполняла влажная жара. Пот струился между лопатками и Грачев с тоской смотрел в окно на белоснежный песок и синеву вод Средиземного моря. Хотелось сбросить с себя этот нелепый маскарадный наряд и окунуться в море. Но Абу-Салем категорически запретил купаться и в этом был свой резон. Смоешь с себя пот и грязь, станешь чистым и цивилизованным, и заметут тебя по дороге в Израиль на первом же блок-посту, потому что нельзя выглядеть нормальным в ненормальном регионе. Вернее можно, но смертельно опасно. Даже опаснее, чем таджику гулять по Москве или Питеру.
   Храп Круглова отвлек Грачева от размышлений. Он тоже прилег на ковер, закрыл глаза и вскоре погрузился в беспокойный сон, в котором куда-то ехал в поезде и никак не мог найти свой чемодан. Они проснулись часа через полтора и снова встала проблема: что делать. Зубков предложил прогулять по городу и через небольшую пальмовую рощицу они вышли на променад, отделяющий пляж от выстроившихся вдоль моря коттеджей и каких-то строений, напоминающих пагоды. И даже беседки на волнорезах были выполнены в стиле пагод.
   - Интересно, откуда здесь азиатский стиль? Как в Китае или Японии, - удивился Круглов. - Наверное, кто-то был в тех краях и подсмотрел. Я слышал, у бедуинов денег куча. У каждого джип и калаш. Видимо контрабанда очень прибыльное дело.
   - Недавно по телевизору некий священик проповедовал, что праздный человек - это вредный член общества, потому что праздные люди не способны работать. Из-за этого, мол, впадают в бедность, в нищету. Работать, мол, не хотят, а богатство само по себе не приходит. Видимо, тяжелая это работа - контрабанда, - иронически заметил Зубков.
   - Если верить попу, то Россия - страна праздных людей. А "новые русские" здорово вкалывали, чтобы распилить между собой народную собственность. Вот такие дебилизаторы пытаются внушить народу чувство вины за собственную нищету, - зло сказал Круглов.
   - Знаешь, Вася, в этом ничего нового нет. Испокон веков народу давали установку на бедность и эта установка передается от поколения к поколению, как вирус в ДНК. В России юродивые всегда были в почете, а для бедуина бедность - это позор. Может они в космос и не летают, но им это и не надо. Занимаются себе контрабандой, тащат через границы наркоту, оружие, живой товар и в ус не дуют. Космос им понадобится только тогда, когда туда можно будет гнать контрабанду.
   - Ну, да. А пока в качестве живого товара переправляют женщин немусульманского вероисповедания, - играя желваками, произнес Круглов. - Например, русских девушек, захваченных в Чечне. Американок красть боятся, потому что знают, что за этим последует. Американцам насрать на арабский менталитет и дружбу с ними, поэтому и не церемонятся. Авианосцы всегда рядом, всегда наготове. А у арабов, насколько мне известно, менталитет простой: они уважают только силу. У американцев сила есть и применять её они не стесняются.
   - Что да, то да! - сказал Грачев с явным одобрением. - Всё как в "Евгении Онегине": "Мой дядя самых честных правил, когда не в шутку занемог, он уважать себя заставил, и лучше выдумать не мог". К американским дядям арабы воевать не полезут. Те неправильно понимают братскую дружбу и чуть что, так и начинают мочить всех плохих парней подряд. Я, например, не чужд либерализму и толерантности, и вовсе не против того, чтобы наши бляди выходили замуж за арабов. Это как бы самоотчистка нации. Но когда воруют нормальных девчонок и продают в рабство, я ненавижу страну, которая позволяет такое творить со своими гражданами!
   - Ты, мужик, главное не волнуйся, - похлопал его по плечу Зубков. - Не принимай всё так близко к сердцу. Нужен конструктивный взгляд, поэтому я предлагаю в ответ красть их баб и продавать в Китай. Там, говорят, женщины в страшном дефиците.
   - В Китае их никто не купит, - возразил Грачев. - Мне рассказывал один знаюший мужик: из-за того, что здешние бабы даже в жару постоянно закутаны в свои черные одеяния, они потеют и очень воняют. Говорит, некая смесь аромата лошадиного пота с запахом старого бараньего жира.
   - Думаю, врал твой мужик. Наверное какая-нибудь здешняя Гульчатай ему не дала, вот он и гонит напраслину на дам в черном. А я хороший бизнес предлагаю: крадем местных арабских красавиц, отмываем шампунью и разными стиральными средствами, брызгаем духами и сбываем в Китай. А там все сношаются строго по Камасутре. Так что проданные дамы будут нам ещё и благодарны, - рассмеялся Зубков.
   - Камасутра - это индийское учебное пособие. А в Китае сношаются по китайской философии Дао-любви, - с видом знатока разъяснил Круглов. - Тем не менее, твой бизнес-план принимаем. Решение такое: крадем здешних баб, отмываем их стиральными средствами, брызгаем духами, учим технике любви по учебнику китайской философии Дао и только потом уже продаем в Китай.
   - Мужики, с детства хочу в Китай, - мечтательно произнес Зубков. - Хочу побывать в Тибете, посмотреть на панд и гигантскую статую Будды...
   - Рады были бы и тебя, Вован, туда продать, но в Китае все традиционной ориентации и нуждаются только в бабах, - с самым серьезным видом сказал Грачев и, не выдержав, расхохотался.
   Развлекая самих себя, они больше часа прогуливались по променаду, но заметив, что на них обращают внимание, вскоре вернулись в глинобитный домик.
  
   Глава 18. Путь в Израиль
  
   Остался позади небольшой городок Эль-Ариш с его просторными и светлыми пляжами, песчаными дюнами и пальмами вдоль берега. Эль-Ариш не произвел на Грачева особого впечатления. Ему пришла в голову мысль, что будь он простым туристом, потратившимся на путевку, сейчас рассматривал бы c восторгом и преклонением перед чужой самобытной культурой какие-то нехитрые здешние достопримечательности, хижины рыбаков, коттеджи бедуинов-контрабандистов и горы мусора на окраине. Такова особенность туристов, уставших от обыденности цивилизованного мира и ищущих острых ощущений в диких краях. А он, Грачев, истинное дитя асфальта и в этом его проблема: не может восхищаться дикостью и отсталостью, которую выдают за экзотику.
   Караван из шести верблюдов и двух джипов длинной лентой продвигался по синайской пустыне, оставляя за собой облако пыли и песка. Песок, почти серый на окраине, светлел по мере удаления от Эль-Ариша. Ещё палило послеобеденное солнце, но уже не так интенсивно, как в полдень. Неторопливо шагали надменные верблюды, тяжело груженные тюками. На четырех из них, мерно покачиваясь в такт равномерных шагов, восседали бедуины, а за верблюдами медленно ехали два джипа, которых трясло и колбасило на кочках и неровностях.
   В первом джипе ехали Круглов и три контрабандиста: водитель и два угрюмых типа, вооруженных автоматами с подствольными гранатометами. Грачев и Зубков ехали во втором. Рядом с водителем, прислонившим автомат к двери, восседал хмурый контрабандист средних лет с темным лицом и наполовину седой бородой. С воинственным видом, многозначительно придерживая лежавший на коленях автомат, он время от времени бросал в зеркало заднего обзора подозрительные взгляды на Грачева и Зубкова, вальяжно развалившихся сзади на сидении. Но эти его взгляды не производили на них должного впечатления. Они были уверены: когда возникнет необходимость, то без особых проблем свернут смуглые шеи сидящих впереди грозных воинов синайской пустыни. А возникнет такая необходимость в час икс, когда с той стороны границы придет сигнал на Васин маячок.
   Немного беспокоила мысль о том, что Круглову управиться с тремя контрабандистами, сидевших с ним в машине, будет намного сложнее, хотя в тесном салоне атомашины гранатометы и автоматы не более, чем театральный реквизит. А у Васи припрятан нож и в своё время всему училищу было хорошо известно: когда прижмет, он умеет орудовать ножом со скоростью швейной машинки. Но все равно в таких ситуациях почему-то всегда за себя не так опасаешься, как за друга. Может сказывается переоценка себя и недооценка друга?
   - Миха, как ты думаешь, эти орлы понимают русский? - шепотом спросил Зубков.
   - Может и понимают. Не удивлюсь, если они были в своё время ленинскими стипендиатами университета Дружбы Народов.
   - Это вряд ли. Иначе хотя бы какой-нибудь маломальский интеллект светился бы на их мордах. А у них даже этого нет. Одним словом зверье.
   - Они просто нас дурачат. А у самих красные дипломы университета Дружбы Народов. В том мусоросборнике и не такое возможно. И не исключено, что на Синае в контрабандисты с другими дипломами не принимают. А почему ты спрашиваешь?
   - Да вот я знаю, что от Эль-Ариша до границы с Израилем всего навсего полсотни километров, а мы едем почему-то каким-то зигзагообразным маршрутом обратно на юг, откуда и приехали. А помнишь, Абу Салем утверждал, что израильская граница, как решето. Так почему бы не проникнуть в любую дырку в том решете?
   - Наверное обходят известные им блок-посты египетских пограничников, - пожал плечами Грачев. - Думаю движутся туда, где легче будет перейти границу, где их ждут сородичи с другой стороны.
   Зевая, он со скукой глядел в окно, но ничего не было видно, кроме неровной серовато-желтой земли - в сухом жарком воздухе висела пыль, поднимаемая передним джипом. Тряска уже порядком ему надоела, но делать было нечего и приходилось с этим мириться. Откинувшись на спинку сиденья и закрыв глаза, Грачев вспоминал откровения Абу Салема на пути в Эль-Ариш и размышлял о том, что развалила страну по названию СССР не экономика, как утверждают с экранов телевизоров политики, "эксперты" и самозванные "политтехнологи", а идеология. Идеология первична, а экономика следствие её, но никакая экономика не способна выдержать, когда страна практически полностью работает на бесплатный вывоз оружия и вывод денег за рубеж.
   В капиталистическом мире работа "на вывоз" называется экспортом и приносит деньги, а в СССР это называлось братской помощью борющимся народам мира, поэтому была бесплатной. За эту братскую помощь и поплатились. От врагов страна отбиться могла, а от "братьев" не удалось - "братская любовь" высосала из страны все соки.
   Как говорил сосед дядя Лёня: трудно быть сытым, когда в семье братских народов полмира голодных. Их требовалось не только вооружить, но и оплачивать их борьбу, чтобы они могли добывать себе пропитание у вечно что-то жующих империалистов. Да и чего бы тем не жевать, если в их магазинах всё есть и всё доступно. А голодным легче бороться, чем работать, тем более когда эта борьба неплохо оплачивается. Вот только для СССР финансовая поддержка их борьбы оказалась катастрофичной.
   - Возможно ли в принципе содержать все "национально-освободительные" и "социально-освободительные" движения, иностранные компартии и терористические организации, которые завелись на планете и начали размножаться, как бледная спирохета? Да плюс ещё война в Афганистане! - возмущался папа, споря с дядей Лёней на кухне, где они любили уединяться за бутылкой "Столичной".
   - А что, можно как-то иначе загнать дикие афганские племена в светлое и прекрасное социалистическое будущее /25/? - усмехался дядя Лёня, полковник 3-го Главного Управления КГБ СССР /26/.
   В стране вовсю шла перестройка и вскоре начался вывод войск из Афганистана, темный народ которого так и не удалось загнать в светлое социалистическое будущее - то ли бомбили не так, то ли стреляли не в тех. Но разбираться было некогда, так как перестройка вдруг вообще пошла вразнос и под мощными ударами демократии, вооруженной дубиной плюрализма, страна развалилась. Контора оказалась в опале, начались гонения и надо же было, чтобы в такой неподходящий момент отдел дяди Лёни получил доказательства того, что ЦРУ вышло на контакт с Ельциным и передало ему данные перехвата переговоров ГКЧП с командующими округов и дивизий. Да ещё направило в Белый дом связиста из посольства США со спецоборудованием для обеспечения возможности команде Бориса Николаевича напрямую переговариваться с военачальниками, а также с командованием "Альфы". Этого оказалось достаточным для срочной отправки дяди Лёни в отставку накануне получения им звания генерал-майора. Дядя Лёня и раньше плохо отзывался о демократах, а после этого вообще ополчился на демократов ельцинского призыва.
   - Наша многослойная демократия опасная вещь. В её запевалах ходят глупые, ни на что неспособные болтуны-интеллектуалы. За спинами этих болтунов прячутся многоопытные циничные партократы, а в тени партократов скрывается расправивший крылья криминал, - обобщил однажды свои аналитические выводы дядя Лёня. - Вот так и стали реальностью слова "независимость и суверенитет", которые бездумно бросали с высоких трибун всевозможных съездов недоумки, мнящие себя интеллектуалами. Из-за своей дурацкой болтовни они стали бесплатными добровольными помощниками "пятой колонны" и агентов влияния иностранных разведок. И как учит нас история, очень скоро люди, которых они привели к власти, выбросят этих придурков на помойку. В этом есть некая закономерность.
   - Леонид, вы рассуждаете, как чекист, - резко возразила мама, подавая к столу только что поджаренные свиные отбивные. - Разве демократия не лучше тоталитарного государства?
   Раньше мама дружила с женой дяди Лёни и часто приглашала их на званные обеды. Но около года назад его жена, милая доброжелательная женщина, внезапно заболела и умерла. Она работала микробиологом в одном из секретных институтов и сгорела от неизвестной болезни за каких-то пару месяцев. После этого мама стала чаще приглашать дядю Лёню на обеды, потому что он ничего не умел готовить, кроме яичницы. Да и та у него, как правило, подгорала. Как свидетельствует печальный опыт дяди Лёни: или аналитика, или яичница. Такова объективная реальность и совместить эти вещи практически невозможно.
   За рюмкой водки отец и дядя Лёня часто спорили о происходящих событиях. А в тот день тема была особенно животрепещущая - за несколько дней перед этим Ельцин, Кравчук и Шушкевич за праздничным столом в Беловежской пуще, выпивая в обстановке полной секретности, подписали соглашение о роспуске СССР /27/.
   - Во-первых, чекисты есть разные, - назидательным тоном произнес дядя Лёня. - Лично я никогда не боролся с антисоветскими настроениями, не выявлял диссидентов, не разоблачал евреев. Более тридцати лет проработал в военной контразведке и занимался пресечением разведывательной деятельности спецслужб иностранных государств против нашей страны и вооруженных сил. А насчет демократии скажу так: она серьезно облегчает этнополитическим элитам республик вполне конституционный развал государства на самостоятельные княжества. Что собственно и происходит.
   - Не думаю, что в Беловежской пуще произошел конституционный, как ты выражаешься, развал страны, - сердито сказал отец. - Это не конституционный развал страны, а банальная измена! Уверен, соберись три американских губернатора и подмахни спьяну соглашение о ликвидации США, над ними никто бы даже смеяться не стал. Попросту определили бы ребят в психбольницу и лечили бы там от алкогольной зависимости. А почему у нас три алкаша смогли разрушить супердержаву? В голове такое не укладывается!
   - Думаю над этим долго будут ломать головы историки и выдумывать всякие версии, одна глупее другой. Но причина достаточно простая и ноги ростут из брежневских застойных времен. Слишком долго в ЦК сидели малообразованные престарелые недоумки. Окружили себя безликими личностями из боязни, чтобы их не выжили оттуда. И вообще, недоумки не терпят умных людей. Вот благодаря этому в тяжелое для страны время во власти и оказались люди с примитивным уровнем мышления. Плюс измена армейского генералитета своей присяге. Только лишь пассивные авантюристы могли не воспользоваться предоставленным им возможностям! А в новых княжествах, как мы можем убедиться, власть попала в руки самозванцев. Их некомпетентность и откровенная глупость не мешает им занимать высшие должности. И всё потому, что дурная болтовня о национальной гордости и независимости действует на толпу разношерстного быдла, как наркотик. Можно было удержать страну от распада? Безусловно! Горлопанов следует отстреливать сразу же, как только они начинают вливать яд в мозги толпы. Это азбучная истина управления государством. А пропустишь время и льется кровь одураченных людей. Так что в этом деле самое главное - это вовремя заметить и успеть замочить.
   - Леонид, вы сами хоть понимаете, что говорите? - ужаснулась мама. - Разве мало было крови во время горбачевского правления? Так надо было ещё и гражданскую войну, по-вашему, затеять?
   - В горбачевское время не та кровь текла. Кровь пускали простым людям, а горлопаны оставались неприкасаемыми. А вот знай каждый из них, что на его призывы к национальной вражде и погромам ему возразит снайпер, трижды бы подумал, прежде чем бросаться словами. Погромы, мятежи и войны начинаются с призывов тех, кто потом прячется за спины идущих убивать. И главное, что особо противно: поддерживает крикунов вечно ворчащая и не на что не способная интеллектуальная элита, которая потом же сама и страдает от враждебности жаждующего крови быдла.
   Михаил удивился тому, что вдруг вспомнил этот разговор, который сейчас ни к месту и ни ко времени. Хоть и состоялся он всего четыре года назад, но кажется, что было это совершенно в другой жизни. Мог ли он, Михаил, перспективный офицер внутренних войск, краповый берет, предположить тогда, что пройдет всего лишь несколько лет и ему придется ехать на заработки на Ближний Восток мочить каких-то уродов? Тогда он считал, что дядя Лёня неправ - ведь все хотели перемен и верили в демократические идеалы. Особенно мать и отец. Только демократия оказалась слишком неразумной, кровавой и криминальной. И вновь удел большинства - нищета, а для избранных - власть и колоссальное богатство, свалившееся на них неведомо откуда. Как могло такое произойти? И что это за скорое светлое будущее, о котором вещает Ельцин и всё время трещат политики?
   - Вован, признайся, хотел бы сейчас жить в нашем светлом будущем? - повернулся Грачев к Зубкову.
   - В капиталистическом или коммунистическом? Знаешь, друг мой, я бы сейчас не прочь пожить при коммунизме, но в таком, каким его видели классики марксизма.
   - То есть?
   Зубков с явным удовольствием повернулся к Грачеву, предвкушая длинную интересную дисскуссию, которая скрасит путешествие. Скучное это занятие - рассматривать пейзаж пустыни, а разговоры о политике, как правило, бесконечны, как сама Вселенная и бессмысленны, как российские выборы.
   - Если ты помнишь, в училище я три раза сдавал зачет по работе Энгельса "Происхождение семьи, частной собственности и государства". Если бы Энгельс предвидел, какие мудаки нам будут читать научный коммунизм, он самолично сжег бы свои книги и застрелился. На тот зачет я потратил уйму сил и времени. Наверное даже больше, чем Энгельс на все свои произведения. Должен отметить, что кое в чем я с ним вполне согласен. Во всяком случае его взгляд через ширинку на социальные проблемы мира мне близок и понятен.
   - Не спорю, - согласно кивнул головой Грачев. - Насколько мне помнится, именно тогда ты выяснил, что Камасутра относится к технологии половых отношений, а работа Энгельса к их идеологии.
   - Понимаешь, Миха, Маркс полагал, и в этом я с ним полностью согласен, что вступление в коммунизм станет завершением цикла цивилизации и возвратом к коммуне. То есть к такой жизни в общине, где преодолено отчуждение, порожденное грехом частной собственности. Ведь в основе моногамии, как учат марксисты, лежат не естественные, а экономические условия.
   - Пока что мне интересно. Валяй дальше, - рассмеялся Грачев.
   - Валяю. Как утверждал Маркс, с приходом коммунизма средства производства перейдут в общественную собственность и индивидуальная семья перестанет быть хозяйственной единицей общества.
   - А сейчас она хозяйственная единица общества?
   - Конечно! Миха, ты плохо учил научный коммунизм, если задаешь такие вопосы. Так вот, когда семья перестанет быть хозяйственной единицей общества, частное домашнее хозяйство превратится в общественную отрасль труда. Уход за детьми и их воспитание станут общественным делом; общество будет одинаково заботиться обо всех детях, будут ли они брачными или внебрачными. Благодаря этому отпадет беспокойство о "последствиях", которое в настоящее время мешает девушке, не задумываясь, отдаваться любимому мужчине. И это будет основой для более свободных половых отношений, что я могу только приветствовать. Не случайно подлинные марксисты сразу же после революции отменили браки. Но пришел Сталин и всё испортил: возродил браки и этим отнял у народа стимул, ради которого стоило бы строить коммунизм. А представляешь, какая красивая жизнь могла быть у нас!
   Грачев расхохотался. В училище Зубков был известным юмористом и активным членом команды КВН. Видимо из-за этого преподаватели с кафедры научного коммунизма меньше, чем с третьего раза зачеты и экзамены у него никогда не принимали - юмор вообще ни с какой идеологией не сочетается, тем более с марксизмом.
   - Знаешь, Вован, я тоже не против такого коммунизма, как его видели классики. Только без его переходной стадии - социализма. Хотелось бы отсидеться где-нибудь в демократическом обществе на все время строительства, а потом нагрянуть прямо в построенный коммунизм. Дескать, здрасти, вот и я.
   - Должен тебя, Миха, несколько огорчить: нынешнее поколение людей вряд ли будет жить при коммунизме. Ведь нынче страна исповедует другую идеологию. И знаешь что непонятно? Раньше кремлевские паханы воровали у народа для арафатов всевозможной направленности, а сейчас паханы-демократы воруют только для себя. Казалось бы, должно стать легче, но этого не происходит. Вот загадка!
   - Нет здесь никакой загадки. Тоталитаризм - это когда нижние уровни чиновников делегируют право на воровство на верхние уровни. А демократия - это когда такое право есть у всех слоев чиновничества. Чиновничества много и численность его постоянно растет. Очевидно наше светлое будущее - это когда весь народ станет чиновничеством и у всех появится равная возможность воровать.
   - Равной возможности воровать никогда не будет. Верхним чиновникам всегда воровать сподручнее, чем на местах. И тот, кто сидит выше, берет больше. Равенства даже на кладбище нет. Одних хоронят в кремлевской стене, других на элитных кладбищах, а остальных на кладбищах для простого народа. И ещё надо учитывать фактор коррупции. Представить себе российскую власть без коррупции так же сложно, как действующий бордель без проституток.
   Караван внезапно остановился. Контрабандист, сидевший рядом с водителем и переговаривавшийся по рации, повернулся к Грачеву и Зубкову и что-то возбужденно произнес, тыча пальцем в ветровое стекло. Через несколько минут караван снова двинулся в путь, немного изменив направление.
   - Мне кажется, наш Пятница пытался нам что-то растолковать на английском языке, как он себе этот язык представляет. Очевидно, передали по рации, что где-то рядом обнаружен новый египетский блок-пост, - высказал предположение Зубков. - А в коврах, что навъючены на верблюдах, скорее всего автоматы или РПГ для палестинских террористов и наркотики для наркоторговцев. Такой товар египетские пограничники бесплатно не пропустят и нашим бедуинам придется отстегивать им кругленькую сумму. Вот и приходится корректировать маршрут, потому что лучше свернуть, чем платить.
   Грачев вспомнил, как Абу Салем рассказывал, что контрабандисты обычно заворачивают в ковры переправляемых в Израиль девушек и связывают так, чтобы те не шевелились при прохождении блок-постов. Их перебрасывают по несколько раз из машины в машину, как тюки, и в таком состоянии девушки находятся почти сутки.
   - Возможно ты прав, - согласился он с Зубковым. - В нашем караване девушек явно нет и вероятнее всего везем оружие и наркотики. Вот бедуины и оптимизируют маршрут с целью минимизации производственных затрат, как сказал бы приятель отца, доктор физико-математических наук.
   - Вот я думаю, Миха, почему никто из приятелей твоего отца, таких умных и таких ученых, не выбился в миллионеры? Может мозги мешают?
   - Может и мешают, но, думаю, всё дело не в мозгах, а в связях.
   Грачев подумал, что приятель прав. Если они вернутся живыми из этой авантюры, тоже миллионерами не станут. Ему хватит только на небольшую квартиру и то хорошо, потому что Наденьку с детьми в квартиру родителей не приведешь, вот и приходится зарабатывать мочиловкой, чтобы устроить небольшое семейное гнездышко.
   Эти мысли не поднимали настроение. К тому же, Грачев не был уверен, что правильно поступил, согласившись влезть в эту авантюру. Вот, например, завалил Смолина, но богаче от этого не стал. Да к тому же заплатили не всю сумму, о которой договаривались. Конечно, если вернется живым, безусловно выбьет долг, только не дело это - работать киллером. Надо заняться чем-то приличным и легальным. Конечно, придется платить за крышу, потому что российский вариант капитализма базируется на понятиях "гоп-стопа", но дядя Лёня поможет найти приличную и не очень дорогую крышу. Только чем заняться и как?
   Грачев начал перебирать профессии, которые знал и понял, что его познания в этом весьма и весьма ограничены. В училище их учили тому, что в гражданской жизни не нужно. И в результате у него есть только два варианта: он, здоровенный балбес, в свои тридцать два года должен сидеть на шее у родителей или кого-то мочить по заказу денежных мешков!
   В нем поднималась злость, но для неё не было выхода. Вроде бы нехорошо подавлять негатив - вредно для своего же здоровья, а выплеснуть его на сидящих впереди уродов ещё рано. Говорят, что в подобных случаях надо расслабиться, помедитировать или послушать тяжёлый рок. Но в походных условиях такое не возможно, вот так и разрушается нервная система!
  
   Когда стемнело, караван остановился на ночь и все устроились спать под открытым небом. Ночью было очень холодно и Грачев замерз, даже будучи укрытым одеялом из верблюжьего меха. Спать на ковре было твердо и непривычно. Мысли о себе, как неудачнике, лезли в голову и долго не давали уснуть.
   Утром бедуины кормили лепешками с кофе, сваренным на костре, после чего караван снова тронулся в утомительный путь. Грачева сегодня почему-то особенно раздражали затылки и запах двух впереди сидящих контрабандистов. Он думал о том, что как только будет сигнал, сразу же надо гасить эту вонючую сволоту! Сигнал должен подать Круглов, когда у него на маячке загорится лампочка. Она просигнализирует о том, что с другой стороны границы их засекли и отслеживают движение по радиомаяку. После получения сигнала, Вася должен открыть окно машины и высунуть руку с большим пальцем, отопыренным вниз. Тогда и наступит час икс и придет время сворачивать шеи сидящим впереди уродам. А тех джигитов, которые, покачиваясь, дремлют на верблюдах, придется гасить из автоматов - ножами их не достанешь. Хотя из автоматов нельзя, в пустыне звук разносится очень далеко, а автоматные очереди могут быть слышны на десятки километров. Так что надо ножами. Однако бедуины люди несознательные и могут начать палить из автоматов. И никак им, гадам, не объяснишь, что нельзя шуметь в пустыне!
  
   Час икс наступил на следующий день около четырех часов утра. Загоревшаяся лампочка на маячке говорила о том, что до границы осталось не более десяти километров и всё уже готово для приема гостей. Круглов догадался, что засекли их по маячку ещё вечером, когда караван располагался на ночь. Однако ночью в пустыне сплошная темень, поэтому ждали, когда начнет светать.
   Он растолкал Грачева и Зубкова, а сам, не скрываясь встав во весь рост, бесшумно направился к сидевшему невдалеке часовому. Закутанный в теплое верблюжье одеяло, тот дремал, облокотившись на автомат. На случай, если часовой проснется, Круглов приготовил объяснение на английском языке, что ему надо отойти по надобности. Но часовой никак не отреагировал - предрассветный сон был очень крепок. Он так и не проснулся, когда Круглов резким движением свернул ему голову. Зубков и Грачев напряженно следили за Кругловым и как только часовой мешком свалился на землю, сразу же подключились к делу. Проснувшиеся верблюды, почувствовавшие запах крови, вскочили на ноги и беспокойно сгрудились в стороне, испуганно наблюдая за тем, что происходит. Всё закончилось очень быстро и обошлось без единого выстрела, почти в полной тишине, если не принимать во внимание предсмертного хрипения зарезанных контрабандистов.
   Сидя за рулем джипа, Грачев думал о происшедшем и о том, нормальный ли он человек. Никогда ещё не убивал спящих, беспомощных или безоружных людей, и вот только что собственноручно убил троих! Не просто убил, а перерезал глотки, как свиньям на сельской мясобойне. И сейчас в забрызганном кровью бедуинском одеянии спокойно рулит липкими от крови руками, нисколько не испытывая угрызений совести. Может это признак прирожденного убийцы или психопата? Разве может нормальный человек такое сотворить и не мучаться раскаянием?
   - Проклятый языковый барьер! - нарушил вдруг установившееся в машине молчание Зубков. - Вот я, например, чувствую в себе большой талант проповедника и мог бы словом обратить наших клиентов в свою веру, объяснить им, что нельзя запирать людей в раскаленных железных контейнерах, нельзя насиловать и пытать каленым железом. Уверен, они бы осознали всю пагубность своего бытия и стали бы, как и я, гуманистами. Но проклятый языковый барьер! Вот и приходится резать им глотки. Согласен со мною, Миха?
   - Я не такой гуманист, как ты, Вован, и не проповедник. И размышляю над тем, не выродки ли мы? Вернее, не психопаты ли? Приятель отца, известный в Москве военный психолог, доктор наук, однажды высказал мысль, что нормальный человек, даже призванный в армию и воюющий за свою Родину, не желает и не может убивать. Это, мол, объясняется биологическими причинами: вступает в силу механизм самосохранения вида.
   - Наверное мы из другого биологического вида, - криво усмехнулся Круглов. Развалившись на заднем сидении, слипающимися глазами он следил за горящей лампочкой радиомаячка, ожидая, когда оживет радиотелефон. Ночью он спал урывками, боясь пропустить сигнал с той стороны. К тому же сказывалось чудовищное нервное напряжение боя, поэтому его клонило ко сну со страшной силой.
   - Американцы провели исследования и выяснили: там, где противник воспринимается как личность, например пехотные бои, армия неэффективна, - продолжал Грачев. - Наибольший урон наносят противнику только два процента личного состава, а остальные проценты не способны убивать. Так вот эти два процента - психопаты.
   - И на основании его рассуждений ты считаешь себя психопатом?
   - Я уже начинаю бояться находиться в одной машине с Мишкой. А вдруг он действительно психопат из тех двух процентов? - дурашливым тоном спросил Зубков.
   Не обращая внимание на выпад Зубкова, Грачев с трудом пытался удержать машину, которую на песке начало мотать из стороны в сторону.
   - Нам, кажется, придется топать дальше пешком, - заявил он, наконец, устав бороться с машиной. - Объезжать встречающиеся на пути дюны и так непросто, а дальше их становится всё больше и больше.
   Неожиданно ожила трубка радиотелефона.
   - Господа туристы, примите градусов на пять левее, - послышался мужской голос. - Вам осталось километра три, не больше.
   - Нет, левее мы не сможем. Увязнем в песке моментально, - покачал головой Грачев.
   - У нас проблема. Придется идти пешком, иначе не проедем. Часа за два доберемся по песку? - сказал Круглов в трубку.
   - Вы на верблюдах?
   - Нет, мы на машине.
   - Машину бросьте и топайте пешком. Только разверните ее в ту сторону, откуда приехали. Чтобы хоть немного сбить с толка египетских погранцов. Думаю пешком налегке дойдете часа за три. Буду отслеживать ваше движение и корректировать по мере надобности.
   - Лады! - согласился Круглов и щелкнул тумблером.
   - Мужчины, вопрос о том, психопат ли Мишка, безусловно представляет определенный философский интерес, но я предлагаю обсудить это в свободное время, - сказал он. - А сейчас берем ноги в руки и дуем в сторону границы. Но перед этим надо слить бензин и ветошью тщательно промыть в салоне всё, до чего мы дотрагивались. Не оставим врагу наших отпечатков!
   - Спалить бы машину, так черный дым будет виден издали, - вздохнул Зубков и пошел к багажнику доставать шланг, в то время как Грачев и Круглов руками закапывали автоматы в песок.
  
   Уже виднелись на горизонте очертания проволочных заграждений, когда в трубке радиотелефона раздался негромкий голос:
   - Мужики, остановитесь и залягте. К забору приближается группа египетских погранцов. Будут либо засаду устраивать, либо просто делают обход участка. Если засада на вас, то я сориентирую где они залягут и постарайтесь убрать их без лишнего шума. Шуметь на границе дурной тон.
   Лежать в песке пришлось почти полчаса, пока снова не раздался голос в трубке:
   - Можно продолжать движение. Возьмите правее градуса два. На колючей проволоке увидите голубенькую ленточку. Там под ограждением сделан небольшой подкоп. Его закрывает фанерка, а на ней песок для маскировки. Надо аккуратно снять фанерку и через подкоп переберетесь на нашу сторону. Только имейте ввиду: будете переходить контрольно-следовую полосу, шагайте след в след, чтобы не слишком наследить, а то потом придется долго маскировать.
   На израильской стороне их встречал мужчина среднего роста и плотного телосложения лет сорока пяти.
   - Господа российские бедуины, прошу занять места в машине, - сказал он, широким жестом пригласив в свой джип песочного цвета. - А я немного наведу порядок, чтобы не нагружать магавников /28/ нашими поисками.
   С этими словами он вынул из багажника саперную лопатку и метелку и достаточно быстро ликвидировал следы пересечения границы.
   - Теперь побыстрее двигаем отсюда, как будто нас здесь и не было, - произнес он, закончив работу.
   Бросив лопатку в багажник и усаживаясь за руль, представился:
   - Меня зовут Петр. Как вас нынче зовут узнаете из своих новых паспортов с израильскими визами. Они ждут вас в Беэр-Шеве, куда мы сейчас направляемся.
  
   Глава 19. Покушение на губернатора Климова
  
   Гончаров возвращался из Москвы окрыленный - ответственнейшее задание он получил лично от Дронова. Прощаясь, Дронов, как бы мимоходом спросил у него, в каком районе Москвы он хотел бы жить и Гончаров понял: в случае успешного выполнения задания переезд в столицу ему обеспечен. Ответить на этот вопрос он не смог, так как Москву практически не знал - бывал там несколько раз и то проездом. Но Дронов похлопал его по плечу и, усмехнувшись, сказал:
   - Ладно, это мы с тобой успеем обсудить позднее.
   Понятно, что ему купят в Москве квартиру, ведь завалить такого зубра, как Климов, которого знают в Кремле, дорогого стоит. И выбрали для такого наисекретнейшего поручения его, Гончарова! Значит, полностью доверяют, считают своим человеком!
   Он с трудом отвлёкся от радостных мыслей и переключился на обдумывание задание. Дронов распорядился, чтобы всё выглядело, как несчастный случай. Чету Мельниковых может валить, как хочет, а с Климовым надо сделать так, чтобы комар носа не подточил. Но подстроить несчастный случай непросто, когда вокруг него такая охрана. Разве что дорожно-транспортное происшествие? Но и это затруднительно.
   Климов сейчас разъезжает по области, ведет избирательную компанию, но впереди едет милицейская машина, за ней его "Мерседес", А за ним ещё и джип с личной охраной. Так что создать аварийную ситуацию трудновато. Да и "Мерседес" совсем непросто разбить так, чтобы в нём никто не выжил - для этого необходим хороший грузовик. И план-график его выступлений выяснить не просто - его держат в секрете и часто меняют.
   Дронов, правда, обещал достать график выступлений Климова, утверждал, что у него в областной администрации есть надежный человек, но удастся ли? Могут подсунуть туфту, поэтому следует надеяться только на себя. Отсюда вытекает, что надежнее завалить его тогда, когда он поедет в поселок Горное выступать на ГОК. Руководство ГОК'а должны поставить в известность о дате и времени заранее, поэтому сюрприз нужно готовить здесь, решил Гончаров и начал детально изучать трассу, обдумывая план дорожного происшествия. Сбоя быть не должно, иначе квартиры в Москве ему не видать, как своих ушей.
  
   Степан Колюжный, механизатор из деревни Нижние Садки, распахивал поле, принадлежавшее бывшему председателю колхоза Гречанному. Трактор и все навесные агрегаты Степан арендовал тоже у него. За обработку поля Гречанный платил ему по ведомости, а Степан за аренду техники отдавал наличными из рук в руки. Хотя и работал он с раннего утра до позднего вечера, но зарабатывал копейки, потому что трактор часто ломался.
   - Ты, Степан, имея в своем полном распоряжении технику, можешь подрабатывать где угодно, - говорил ему Гречанный. - Ты ведь теперь самостоятельный хозяин и только от тебя зависит, сколько будешь зарабатывать. Раньше ты пахал на колхоз, а сейчас на себя.
   Сам Гречанный жил нынче в городе и наведывался в деревню раз в неделю, чтобы проверить, как идет работа на его полях, на принадлежащих ему молочной ферме и агрегате витаминной муки. Агрегат, купленный колхозом в конце 80-х годов, был почти новенький и производил в час 1,5 тонны травяной муки в гранулах. Да вот часов работал мало - то оператор пьяный, то скосить траву не успевали. Вроде бы есть все условия для работы: и демократия, и свободное предпринимательство, а народ остался тот же! Поэтому каждая такая поездка серьезно портила Гречанному нервы. В этот день он приехал с проверкой на поле, где работал Степан, а у того, как на грех, сломался трактор.
   - За эту неделю хрен ты что у меня получишь, - вызверился Гречанный и, отматерив Степана, уехал, расстроенный, в город.
   Степан впервые оказался в задолженности из-за серьёзной поломки трактора. Трактор был настолько изношен, что его, по-хорошему, перебрать бы, но запчасти денег стоят. И так вдруг случилось, что Степану неожиданно повезло. Он копошился возле трактора, когда подошёл незнакомый человек городского вида и спросил о здешних рыбных местах.
   Незнакомец сообщил, что ловил рыбу на расположенном невдалеке озере, только клёв шел неважно. А у него нынче отпуск и хотелось бы нормально посидеть с удочкой в хорошем месте. Они познакомились. Незнакомца звали Василий и жил он, по его словам, в соседней деревне у бабы Насти, сняв у неё комнату на месяц.
   Степан обстоятельно рассказал Василию о здешних рыбных местах и они долго обсуждали способы рыбной ловли. Василий оказался механиком большого строительного треста и достать запчасти для трактора ему не представляло особого труда.
   - Запчасти не новые, но рабочие, в хорошем состоянии. Я их спишу и привезу тебе, - пообещал Василий и действительно, на следующий день привез их на стареньких жигулях второй модели.
   Вместе они отремонтировали трактор и работа у Степана пошла веселее. В перерыв они часто обедали вместе, причем Василий успевал сварить уху из выловленной рыбы, пока Степан работал. Уха под водочку, купленную Василием, хорошо шла и Степан удивлялся, что в такие скверные времена в России ещё остались добрые и отзывчивые люди.
   В этот день с утра небо затянуло тучами, стало прохладно, но дождя не было. Василий пришел позднее, чем обычно, и попал прямо к обеду.
   - Холодать начало, - пояснил он. - Надо было съездить в город и привезти одежду потеплее.
   В этот раз он привез хлеб, колбасу, консервы и, как обычно, бутылку водки. Степану стало неудобно от того, что Василий здорово потратился, а он не мог внести свою лепту. Степан попробовал отказаться, но Василий настаивал:
   - Обижаешь, Стёпа, я ведь в отпуске! Мне приятно с тобой общаться, а с кем ещё я могу посидеть, поговорить по душам? Кто ещё поймет меня так как ты?
   Они выпили, закусили, и завязался интересный разговор на тему рыбной ловли, о которой можно говорить бесконечно. Степана начало неудержимо клонить ко сну, глаза закрывались сами.
   - Ты, Стёпа, поспи, а я пока за тебя поработаю. Давно не садился на трактор, - сказал Василий.
   Степан хотел возразить - неудобно ведь: человек и поит, и кормит, да ещё и работу за него делать будет! Но сил не было и он словно куда-то провалился с мыслью о том, с каким замечательным человеком свела его судьба. Василий заботливо укрыл его телогрейкой, сел на трактор и поехал к лесополосе, за которой проходила трасса. Времени оставалось уже в обрез, так как по расчету минут через пятнадцать он должен был ехать по трассе в сторону посёлка Горный.
  
   Климов тщательно готовился к выступлению на ГОК'е - одном из ведущих предприятий области. Вместе с работниками социальной инфраструктуры и предприятиями, обслуживающими производственный цикл, это более десяти тысяч избирателей, поэтому в своём выступлении он решил сосредоточить основное внимание на социальной составляющей в период реформирования экономики.
   "Необходимо разработать соответствующие механизмы, обеспечивающие поддержку наиболее незащищенных слоев общества", написал он свой программный тезис и задумался. Не хотелось вводить слушателей в заблуждение, уподобляясь жуликоватым популяризаторам реформ. Заклинали друг друга "разработать механизмы" все, кто не попадя, как говорил Горби: депутаты и кандидаты в депутаты различных уровней, экс-министры и министры от областных и республиканских до московских всероссийских. Требование "разработать механизмы" звучало из уст выступающих на всевозможных собраниях и митингах. Только вот совершенно неясно кто должен эти "механизмы" разработать. И какие "механизмы" должны быть, чтобы все стали вдруг счастливыми и богатыми?
   Такой "механизм" имели старик Хоттабыч в виде бороды, Аладдин в виде медной лампы, и Фея из сказки "Золушка" в виде волшебной палочки. По-видимому нечто аналогичное было у Гайдара и его команды, но свой "механизм" они задействовали только лишь для себя и узкой группки своих людей.
   Климов решительно перечеркнул тезис о разработке соответствующих механизмов. - Скоро психиатры будут проверять по этому выражению адекватность пациентов, - подумал он и решил поговорить с рабочими не на реформаторском, а на человеческом языке.
   Проблем у рабочих ГОК'а много, но наиболее остро стояла, как всегда, проблема жилья и здравоохранения. Однако решить их без поддержки центральной власти губернатор не в силах. Москва, как пылесос, высасывала всё, что удавалось заработать, оставляя области весьма ограниченные средства. И даже компания, управляющая ГОК'ом, зарегистрирована в Москве и все налоги платит там. Практически все предприятия, которыми раньше кормилась область, зарегистрировали свои компании в Москве и перевели туда свои центральные аппараты. Поэтому область попросту бедствует и стоит с протянутой рукой, выпрашивая у Москвы подачки. Обещать что-то улучшить можно, а вот выполнить свои обещания - нет. Пожалуй, следует прямо и честно об этом сказать, хотя так не принято, потому что демократия - это когда выбирают популистов, которые обещают как можно больше. В результате выбирают далеко не лучших граждан, зато будущее рисуется в розовых тонах. Только потом приходит это будущее не в розовых, а в черных тонах, так что не стоит врать, а следует прямо и честно об этом сказать.
   "Раньше, при социализме, предприятие имело возможность помогать и помогало рабочим - предоставляло жилье, направляло на учебу, отдых и лечение. Это способствовало стабильным трудовым отношениям и воспроизводству кадрового потенциала, - быстро писал Климов, боясь сбиться с мысли. - Внутри же предприятия социальные блага были важным рычагом управления и составной частью системы трудовых отношений. Однако развал социальной сферы предприятий и передача объектов соцкультбыта предприятий муниципальным властям ослабило систему социального обеспечения, как на предприятии, так и в регионе в целом. Муниципализация социальных объектов не привела к существенному улучшению качества их содержания, так как у муниципалитетов попросту нет на это средств. Проводя реформы, правительство максимально урезает социальные расходы, из-за чего страдают системы пенсионного обеспечения, образования и здравоохранения".
   Однако это опять не то, что нужно, с досадой подумал Климов. Звучит слишком по-коммунистически и если он противопоставит себя правительству и реформаторам, то его сожрут в два счета. Да и пустым фрондерством области не поможешь. Московские пацаны ещё больше закрутят гайки, хотя дальше крутить вроде бы уже и некуда. С одной стороны врать не хочется, а не врать опасно. Конечно, выступление на митинге само по себе подразумевает ложь, но лучше найти золотую середину, чтобы врать про успехи и светлое будущее, но не завираться так, чтобы ловили на слове. Времени остается совсем немного - послезавтра митинг. Речь, которую подготовили ему дубы из Управления связей с общественностью, произносить не хочется, потому эти придурки натаскали цитаты из центральных газет. Но им свои мозги не вставишь, поэтому и приходится корпеть над своей речью!
   В который раз Климов вспомнил о покойном Костине, своём заместителе, погибшем на даче Сапожникова. Вот кто сейчас бы здорово помог! У него всегда возникали оригинальные идеи, и он бы нашел слова, доходящие до сердца людей.
   Его раздумья прервал звонок Жанны Михайловны Панкратовой, депутата Государственной Думы, прилетевшей пару дней назад. При вчерашней встрече она говорила ему о необходимости заменить Соловьёва, ректора университета, на человека, более лояльно настроенного к проводимым реформам и обладающего широким видением чего-то. Климов знал Соловьёва много лет и понимал, что тому абсолютно всё равно какую политику проводить. Были у власти коммунисты - он был активным членом партии. Придут фашисты, он будет не менее активным членом их партии. Сейчас у власти либералы и он либерал, каких редко встретишь. За что его менять?
   Другое дело, что Панкратова хочет сделать ректором свою подругу Бодрову, которая недавно стала проректором по учебной части. С Бодровой Климов познакомился во время своего выступления в университете, и у него сложилось о ней хорошее мнение. Возможно, это и неплохая замена, но идти на поводу у московской бабы ему не хотелось. От него требовалось согласование новой кандидатуры, когда министерство пришлет ему запрос. Без его согласия Соловьева не заменят, поэтому она и пыталась уговорить его на это дело. Но что он будет с этого иметь?
   Встречаться снова с Панкратовой не хотелось, да и времени на это сейчас нет. Однако и отказать нельзя - она занимает серьёзные позиции в движении "Наш дом - Россия". Россия действительно стала нынче домом этой публики, поэтому с ними надо дружить. Вот только незадача: если это их дом, то где остальным жить?
   - Я вас приму часика через два, - неохотно проговорил Климов. - Только предупреждаю, много времени уделить вам не смогу, так как готовлюсь в митингу.
  
   Встреча с Панкратовой проходила вначале натянуто, но потом депутатка, после льстивых фраз, как-то сразу перешла к делу.
   - Семен Викторович, перед парламентскими выборами, которые должны состояться в декабре, складывается весьма непростая ситуация, - начала она. - В стране сейчас свыше восьми десятков политических партий, а общественных объединений вообще насчитывается более двух сотен. Но многие из них, безусловно, не смогут собрать необходимого количества подписей избирателей, поэтому всерьёз этот разнобой принимать нельзя. А вот коммунистов всерьёз воспринимать надо. Существует большая опасность, что они получат в парламенте большинство мест. Объединившись с аграриями, они могут составить грозную силу /29/. Задумайтесь, что будет, если кандидат левых сил, а им будет, безусловно, Зюганов, одержит вверх? Можно ли будет избежать "социального реванша"? Да ещё при таких необъятных полномочиях Президента страны, которые у него по Конституции 93 года? У всех, кто сделал себе состояния за эти годы, а также у всех тех, кто боролся за демократические перемены, одна перспектива - оказаться на скамьях подсудимых. И сидеть мы будем с вами вместе.
   - Я готов сидеть с вами в одной камере. Если, конечно жена не будет возражать.
   Панкратова улыбнулась одними уголками губ и продолжила взволновано:
   - Вы напрасно шутите, Семен Викторович. Ельцин действительно серьезно и тяжело болен, но другого кандидата на пост Президента нет. Черномырдин снискал себе славу косноязычного и туповатого чиновника. Одни его перлы чего стоят: "Здесь вам не тут" или "Хотели как лучше, а вышло, как всегда". Александр Иванович Лебедь, хоть и популярен в народе, но неизвестно, как себя поведет. У нас в России выборы выигрывает тот, кто считает голоса. Председателю Центральной избирательной комиссии Рябову можно доверить считать голоса. А вот как будут действовать избирательные комиссии на местах, которые формируются местной властью? Наблюдается усиление позиций КПРФ в ряде промышленных регионов. И это беспокоит не меньше, чем усиление сепаратистских настроений, которые переплетаются с национально-патриотической идеологией.
   - Согласитесь, Жанна Михайловна, что у нынешнего правительства России отношение к Сибири, как к колонии. Идет односторонняя перекачка средств из регионов в Москву. Кроме того, высокие тарифы на пассажирский транспорт усиливает изоляция населения и приводит к регионализации сознания.
   - Не могу не согласиться с этим. Но центру приходится решать множество сложнейших проблем. В том числе необходим пересмотр традиционных принципов государственного строительства "сверху". Надо дополнить их принципами "самоорганизации" населения, найти новые духовные ориентиры. России необходимо, наконец, вернуть утраченное представление о себе самой. Надо восстановить единую общенациональную перспективу и согласие по поводу основополагающих ценностей и принципов жизнеустройства. Все эти вещи настолько сложны, что их в один момент решить невозможно. Поэтому сейчас остро стоит вопрос о лояльности местной власти центру и я делаю всё для того, чтобы ваша кандидатура была поддержана штабом движения "Наш дом - Россия".
   - Но ваш дом, который вы называете Россией, решил поддержать Бочарова.
   - Я понимаю вашу иронию и чем она вызвана. Я встречалась с Бочаровым и не хочу скрывать от вас: считаю его полным ничтожеством. И, более того, просто обормотом.
   - Что, по вашему, хуже: быть ничтожеством или быть обормотом?
   - Семен Викторович, я не знаю, кто проталкивает Бочарова, но я приложу все усилия, чтобы его в наших списках не было. Это совершенно проигрышный вариант, если он пойдет на губернаторские выборы от нашего движения. Будьте уверены, я ваша сторонница.
   - И за это вы хотите, чтобы я поддержал Бодрову?
   - Элеонора Степановна очень ответственный человек. Вы же хотите, чтобы университет был полностью за вас? Вряд ли вы можете считать пенсионеров своим надежным электоратом. Они вам не простят пенсии, хоть вы и пытались их подкупить региональными надбавками. А молодежь не активна и не ходит на выборы. Поэтому в ваших прямых интересах привлечь молодежь на свою сторону. А Элеонора Степановна может это сделать, но для этого она должна стать ректором, чтобы иметь широкие полномочия.
   - Хорошо, договорились, Жанна Михайловна. Я согласен на Бодрову.
  
   Климов остался доволен разговором: чувствовалось, что Панкратова человек деловой и слов на ветер не бросает. Если она нажмёт, где надо, то "Наш дом - Россия" откажется от поддержки Бочарова. Он понимал, почему Москва проталкивает Бочарова: уголовное дело против него за развращение малолетних хоть и заморозили, но разморозить могут в любое время и посадить без всяких проблем. Поэтому Бочаров будет землю рыть, чтобы угодить вышестоящим. А прикажут, то и полы у них будет мыть.
   Он думал о том, что не стоит бояться конкуренции со стороны выдвиженцев движения "Наш дом - Россия", в котором состояли, в основном, одни лишь чиновники и отсутствовали лидеры, способные повести народ за собой. Впрочем, в партии власти и не должно быть лидеров, так как они опасны для той же власти. Тем не менее, даже такая несерьезная конкуренция создавала неприятные моменты и могла доставить много беспокойства, коль Москва поддерживает Бочарова, поэтому договоренность с Панкратовой вполне его устраивала. Настроение значительно улучшилось и Климов с ещё большей энергией налёг на подготовку своей речи на завтрашнем митинге.
  
   Выступление Климова во Дворце культуры "Горняк" вышло удачным. Вопросы, задаваемые рабочими, были в тему и он к ним хорошо подготовился. Поэтому возвращался в город в хорошем настроении. Милицейская "Волга" мчалась впереди кортежа губернатора и через громкоговоритель офицер милиции приказывал встречным и попутным машинам прижаться к обочине. Неожиданно впереди показался медленно едущий гусеничный трактор и из репродуктора донеслось:
   - Водитель трактора прижмитесь к обочине и остановитесь.
   Милицейская "Волга" пронеслась мимо трактора и, подвернув на повороте вправо, исчезла из виду. За нею, соблюдая расстояние в 500 - 600 метров, следовали друг за другом: машина губернатора, джип с охраной, а также автобус, с находившимися в нём журналистами и телеоператорами.
   Трактор не остановился, как ему было приказано, а даже увеличил скорость и когда до "Мерседеса" губернатора оставалось совсем небольшое расстояние, вдруг резко повернул налево в сторону съезда в деревню Нижние Садки. "Мерседес" врезался в трактор на скорости более 100 км/час и превратился в гармошку.
   Завизжали тормоза подлетевшего к месту аварии джипа и из него выскочили охранники. Двое из них начали преследовать убегавшего водителя трактора, стреляя в него на бегу. Но очень трудно на бегу попасть в цель, тем более, если она бежит зигзагом. Водитель исчез в небольшом лесочке и вскоре его нашли лежащим на поле мертвецки пьяным. Вроде бежал вполне трезвый, а сейчас делает вид, что лыка не вяжет!
   - Алиби пытается себе сделать, сволочь, - сказал один из охранников, тяжело дыша. - Хватанул из бутылки водки и строит из себя пьяного вдрызг.
   - А ведь это точно он! - согласился другой. - Такая же замасленная спецовка, кепка вон валяется. Берем его!
   Надавав тумаков и приведя Степана немного в чувство, они потащили его под руки к трассе. Степан пытался сопротивляться, но, получив по печени и почкам, затих. Охранники доставили его на место происшествия, где милиционеры из машины сопровождения, надели на него наручники.
   Пока двое охранников преследовали водителя трактора, остальные, с трудом вытащив из искореженной машины ещё живого, но находящегося без сознания, Климова, перенесли его в джип и на полной скорости помчались в город. Навстречу джипу выехала машина скорой реанимационной помощи со специализированной бригадой, вызванная по мобильной связи, и обе машины встретились километрах в десяти от города. Губернатора переложили в скорую помощь и, включив сирену, она помчалась в город.
   Климов умер на носилках, когда его заносили в институт неотложной хирургии.
  
   Глава 20. Похороны Климова
  
   Слава Ковалев быстро поправлялся. Ходить было ещё больно, но он старался двигаться и встречал гостей, как правило, в широком больничном коридоре. Гостей обычно приходило немного: прилетевший из Москвы отец, Алексей Вадимович, Алёна и Митя. Ковалев-старший хотел сразу же забрать сына в Москву, но Слава воспротивился. Аргументировал он своё нежелание тем, что очень мало пообщался с другом, хотя было понятно, что подлинной причиной его нежелания уезжать является Алёна. Митя больше не донимал её беседами о том, что ей следует уделять внимание не Славке, а учебе и она каждый день после школы, уже не прячась, прибегала в больницу.
   Недельный отпуск, взятый Алексеем Вадимовичем в Юридической Академии, профессором которой он был, истекал и он купил авиабилет на утренний рейс в Москву. Последний вечер он провел у Никоновых. Сидели, по российскому обычаю, на кухне и беседовали на злободневные темы. Разговор быстро переключился на положение в здравоохранении - наиболее актуальную тему для собравшихся, так как все переживали за его сына. Состояние больницы, в которой лежал сын, и отсутствие необходимых лекарств, неприятно поразило Ковалева-старшего.
   - Наша больница уже лет десять находится в аварийном состоянии: прогнили деревянные перекрытия, протекает кровля, рушатся потолки, - объясняла Таня. - Из-за постоянных проблем с шовным материалом часто приходится откладывать срочные операции. На три отделения из пяти туалетов для больных работает только два: мужской и женский.
   - Ты уточни, мощностью по два очка каждый, - добавил Андрей Дмитриевич, и Таня бросила на него свирепый взгляд.
   - Это не повод для шуточек! Один студент переохладился и у него отказали почки. Уже несколько лет он живет на аппарате "искусственная почка". Ходит на процедуры через день и по пять часов лежит, пока ему откачивают жидкость из организма. Ему жизненно необходим препарат, месячный курс которого стоит не менее ста долларов, но у родителей нет таких денег.
   Таня говорила это взволнованно, чувствовалось, что она очень переживает и это для неё больной вопрос.
   - Ситуация типичная и для Москвы , - кивнул Ковалёв-старший. - Поверка, проведенная Генпрокуратурой, выявила многочисленные нарушения законодательства в этой сфере. Практически повсеместно имеются факты недопоставки уполномоченными фармацевтическими организациями наиболее необходимых лекарственных средств. Выявлены и всё. Никто никаких мер не принимает. Но, если говорить откровенно, государство загнало в угол не только здравоохранение. Впрочем, это и понятно: тем, которые скопились у кормушки, нужно ускоренно наращивать свои капиталы. Вот и гребут под себя, да так, что остальным ничего не достается.
   - Вот это правильно! В этом и есть истинная причина, - оживился Андрей Дмитриевич. - Раньше весь совковый народ, включая совков из "свободных" ныне государств СНГ, работал на бандитов всех континентов из национально-освободительных движений и на подонков из мирового коммунистического движения. А сейчас работают на своих бандитов. В этом и заключается национальная "свобода" рабов: право работать на своих национальных хозяев.
   - К сожалению, нищета и бесправие всегда были уделом русского народа на протяжении всей его истории от Рюриковичей! Просто обидно: почему талантливый русский народ всё время ведёт борьбу за простые блага - жилье, еду, работу, спокойствие? - грустно сказала Таня, ставя на стол салат из помидор и огурцов, купленных сегодня на рынке.
   Цены на них, конечно, запредельные, но хотелось хорошо угостить московского гостя. Мало ли как сложатся обстоятельства - в декабре составе юношеской сборной области Алёнка должна ехать на соревнование в Москву и будет к кому обратиться там в случае чего. А обсуждать положение в стране бессмысленно. Точно также обсуждали в советское время, обсуждают и сейчас, во время псевдодемократии, и будут обсуждать в дальнейшем, потому что так и не нашлось ответа на два простых, но вечных вопроса: "что делать" и "кто виноват".
   - Если сравнить положение России и Германии через полсотни лет после окончания войны, то факт налицо, - продолжил Андрей Дмитриевич, разливая по рюмкам водку. - В России подавляющее большинство народа лишено простых благ, в то время как Германия живёт в завидном достатке. Располагает высоким уровнем техники, конкурентоспособной продукцией и являет собой образец истинной демократии. И это притом, что Германия не располагает такими важными природными ресурсами, как нефть, газ, железная руда, лес, алмазами, золотом и так далее по таблице Менделеева.
   - Вот так всегда: все возмущаются, но никто не выйдет на улицу, никто не потребует отчёта у правительства так называемых демократов, - усмехнулся Ковалёв. - Из-за этого и свобода у нас реализуется только на уровне кухонных разговоров. Не научились уважать себя, видеть в себе хозяев страны. В новой Москве нынче основной контингент, не по численности, конечно, а по значимости, это новые русские. С уголовной преступностью успешно покончено, её переименовали в криминальное сообщество. По оценкам политологов, криминальное сообщество, после первичного накопления капитала, плавно перетечет в бизнес-сообщество. Да и наш бомонд не отстаёт от моды. После того, как с социализмом завязали, он полностью развязался. Теперь принадлежность к бомонду характеризует мат и сексуальные скандалы. Это условие необходимое, но недостаточное. А достаточное условие - это наличие шикарных дорогих автомобилей и возможность просаживать большие суммы денег в казино. Как сказал русский философ Чаадаев: "Мы - народ исключительный, мы принадлежим к числу тех наций, которые как бы не входят в состав человечества, а существуют лишь для того, чтобы дать миру какой-нибудь страшный урок. Мы растем, но не созреваем, движемся вперед, но по кривой линии, т.е. по такой, которая не ведет к цели".
   Зазвонил телефон и Митя неохотно пошел в гостиную брать трубку. Тема обсуждалась острая и злободневная, и не хотелось отвлекаться. Но самым младшим был он, так как Алёна в этот вечер пошла к Насте и дежурным по телефону пришлось быть ему.
   - Дмитрий, завтра к часу дня обязательно будь на фирме, - услышал он знакомый голос Стаса Кондратюка. - В три часа похороны Климова и ты назначен в охрану Ферапонтова.
   Занятия в университете заканчивались около трех часов, но придётся пропустить последнюю пару, потому что за охрану хорошо платят.
   - Кто звонил? - спросила Таня.
   - Да, сокурсник. Книгу одну спрашивал, но у меня её нет.
   Митя не хотел говорить о том, что пропустит занятия, потому что его снова привлекают к охране Ферапонтова. Таня очень переживала, когда Митю задействовали в охране Ферапонтова - она считала, что генерала обязательно должны добить, раз уже на него покушались, утверждая, что люди, промышляющие убийствами, непременно доведут до конца свою работу, чтобы получить за его убийство обещанные им деньги.
   На следующий день ровно в час дня Митя был в кабинете Самохина, где Мельников инструктировал собравшихся.
   - Геннадий Андреевич хочет присутствовать, во что бы то ни стало, на похоронах Климова. Поэтому мы должны проявить особое внимание, так как не исключено, что снова попробуют совершить на него покушение. Его присутствие там легко прогнозируемо и у его врагов было время и возможность подготовиться. Поэтому необходима бдительность и ещё раз бдительность, - говорил Мельников, разложив на столе нарисованный план места намечаемого захоронения.
   Он водил по плану остро отточенным карандашом и отмечал места, где будет находиться каждый из присутствующих.
   - Трое будут прикрывать генерала, находясь рядом с ним, двое сбоку в стороне будут контролировать ситуацию. Всем всё ясно?
   Вопросов не было, всем были ясны их задачи. Но Митю никуда не назначили и он недоумевал, почему его пригласили.
   - А тебе, Дмитрий, поручается очень ответственное и секретное дело, - сказал Мельников, когда все охранники вышли. - Конкретную задачу тебе поставит Стас.
   Стас Кондратюк был на месте и когда Митя заглянул в комнату, тот сразу же позвал его.
   - Заходи, Студент! Ты как стреляешь?
   - Лежа, сидя, стоя, - буркнул Митя, не любивший, когда его называли "Студент".
   Он уже говорил об этом Стасу, но тому хоть кол на голове чеши.
   - Круто! Так значит ты профессионал? А из чего стрелял?
   - Из рогатки, из воздушки. А в школе на военке из мелкашки.
   - Тогда ты тот, кто нам нужен. Будешь обеспечивать контроль территории, прилегающей к захоронению позади генерала. Вот здесь есть нечто, стилизованное под склеп и это место наиболее удобная позиция для снайпера.
   Стас разложил на столе фотографии склепа и местности вокруг него.
   - И что же я должен делать, если замечу снайпера? - недоуменно спросил Митя и поразился, услышав жесткий ответ:
   - Со снайперами в переговоры не вступают, их уничтожают. Пистолет с глушителем лежит в этом месте в ямке, накрытой дерном. Рядом устроишь засаду на снайпера.
   Стас ткнул пальцем в фотографию, показывая место, где следует устроить засаду и карандашом отметил тайник с пистолетом.
   - Но как же...?
   - Никак. Застрелил, произвел контрольный выстрел в голову, тихо исчез оттуда и доложил. Учти, контрольный выстрел обязательно! И чтобы никаких неожиданностей! Понятно?
   - Но ведь это же убийство! - воскликнул в сильном волнении Митя.
   Если бы дело происходило в армии, он знал что делать, не зря его натаскивали отцы-командиры. У него с зачетами всегда было всё в полном порядке, когда следовало убрать часового или засечь снайпера. Но то была учёба, реально ему ни разу не пришлось кого-нибудь убить. А здесь на гражданке...
   - Это предотвращение заказного убийства политического деятеля. Если при охранных мероприятиях взять киллера невозможно, его ликвидируют. Учти, никто не должен знать о засаде. Свой костюм снимай. Я выдам тебе комбинезон и кепку, будешь походить на кладбищенского работягу-пропойцу.
   - И, пожалуйста, сбрось с лица свой интеллект. Не превращай лицо в рекламный щит. Будь попроще, Студент, - рассмеялся Стас, увидев Митину растерянность.
  
   Народу на кладбище собралось много. Чиновники из Москвы и представители областной общественности произносили прочувственные речи. Некоторые дамы театрально всхлипывали, прикладывая платочки к сухим глазам, так как даже трогательные слова прощания не помогали выдавить слезу.
   Проститься с губернатором прилетели из Москвы крупные предприниматели, чьи предприятия располагались на территории области, в том числе и Дронов с Трофимовым. Они стояли со скорбными лицами, печально склонив головы и было видно, что горе их безмерно. В центре стоял священник с помощниками - в их задачи входило освятить могилу и прочесть молитву.
   У вдовы Климова, Веры Павловны, на лице застыла маска - она ещё не могла в полной мере осмыслить потерю и осознать масштабы катастрофы. Вдруг не стало человека, который был для неё опорой в жизни и единственной любовью. Надежда Ивановна не могла сдержать слёз и они катились у неё по щекам, несмотря на плотно сжатые губы, чтобы не разрыдаться вслух. Рядом стояли сыновья Климова, а позади группы родственников, не сдерживаясь, рыдала Марина. Она вспоминала, сколько раз грубила любящему её Климову и не могла остановить слёзы. Нога ещё побаливала и она прислонилась к отцу, который стоял рядом с мрачным видом, играя желваками.
   Рядом с могилой выстроился взвод почетного караула с автоматами, из которых они должны будут дать прощальный салют. Генерал Ферапонтов стоял немного в стороне в окружении трёх охранников, опираясь на палочку. Охранники в темных очках зорко наблюдали за присутствующими, а сбоку толпы ещё двое охранников контролировали подходы к месту прощания с усопшим.
   Стоящий в стороне следователь по особо важным делам Генпрокуратуры Медведев незаметно наблюдал за собравшимися. Он собирался улететь в Москву, обосновав это необходимостью снять показания с компаньонов Дёмина, но вчера вечером позвонил Мясников и сообщил, что принято решение передать ему дело об убийстве Климова.
   - Я понимаю, почему ты рвешься в Москву, но учти, это дело на контроле у Генерального, поэтому срочно нужны подвижки в расследовании. Так что делай выводы и не затягивай с расследованием, - отмел Мясников все возражения Медведева.
   И сейчас, когда Дронов и Трофимов сами прилетели сюда, не осталось ни одного аргумента для поездки в Москву. А жена уже звонила несколько раз, говорила, что скучает и спрашивала, когда его ждать. Но что он может ей ответить, если на него повесили здесь ещё одно дело о заказном убийстве?
   Медведев бросил на Дронова и Трофимова неприязненный взгляд и подумал, что если законодательно разрешили красть государственные предприятия, то логично так же законодательно узаконить и заказные убийства, как типовый бизнес-процесс при распределении собственности. Это, во-первых, резко сократило бы сроки внедрения в стране капиталистического строя и становления либеральной демократии, а, во-вторых, ему не надо будет искать ни исполнителей, ни заказчиков - ведь то, что не запрещено, то разрешено, как любил говорить Миша-перестройщик.
   Увидев скорбные выражения лиц Дронова и Трофимова, Медведев неожиданно вспомнил, что кто-то из них внезапно вызвал в Москву Гончарова. Причем в тот момент, когда он распорядился установить за ним наблюдение и поставить на прослушку его телефоны.
   - Может где-то протекло? - мелькнула мысль у Медведева и он решил, что допросит по отдельности Дронова и Трофимова и выяснит, зачем Гончаров понадобился им в Москве.
   Ведь Гончаров простой начальник охраны ГОК и не решает ни производственные, ни экономические, ни финансовые. Этот вопрос для них должен быть полной неожиданностью, поэтому их ответы не будут согласованными. А коль так, то господ предпринимателей можно будет прижать и вытрясти из них увеличение его гонорара раза в полтора за его здешние страдания!
  
   В то время, как около могилы кипели молчаливые страсти, Митя сидел в засаде, расположившись за рядами памятников среди высокого бурьяна и наблюдал за порученным участком. Прятаться в небольшом склепе он не захотел, потому что в случае огневого контакта лишался возможности маневра. Пистолет без труда нашёл в указанном месте, но не верил, что кто-то попытается снова совершить покушение на Ферапонтова. Тем более, что генерал выбыл из губернаторской гонки. Просто Мельников перестраховывается, считал он, но спорить не имело смысла. То, что он не торчал непосредственно на импровизированном митинге и не слышал лживые речи прощающихся, его вполне устраивало. Неплохо отсидеться здесь, да ещё и получить за это деньги. И тогда в ближайшие выходные можно будет пригласить Маринку в кафе. Она хотела, чтобы он тоже пришел на похороны, однако ему удалось отбиться под тем предлогом, что с детства боится покойников и похорон. Напридумывал такие страшные истории, что самому стало смешно. Но Маринка в таком состоянии, что не могла критически оценивать галиматью, которую он нес.
   Мысли о ней наполнили Митю теплыми чувствами и ему захотелось быть рядом с нею.
   - Стоит там и наверняка плачет, - с жалостью к ней подумал он.
   Кто мог подумать, что Марина настолько болезненно воспримет гибель Климова в автокатастрофе? Правда, автокатастрофа выглядит очень странной и вызывает ряд вопросов даже у него. Как же следствие не видит нестыковки в озвученной журналистами версии? Мельников тоже, почему-то, уверен, что это заказное убийство, а он ведь спец! Почему же все врут про случайное дорожное происшествие?
   Внезапно невдалеке хрустнула ветка, и он привычно напрягся, как в армии, когда ходил в разведку. Человек с футляром для скрипки, шел по аллеи в направлении прощального митинга. Митя, усмехнувшись, подумал, что в таких футлярах, согласно традициям телевизионных сериалов, обычно таскают автоматы или разборные снайперские винтовки. Но скорее всего это запоздавший скрипач из похоронного оркестра. Студенты опаздывают на занятия, музыканты запаздывают на похороны и только преподаватели задерживаются. Митю такая словесная эквилибристика развеселила. Если, сидя в засаде, сам себя не развеселишь - никто тебя веселить не будет. Это так и называется: самообслуживание.
   Вдруг человек с футляром воровато оглянулся, внимательно посмотрел по сторонам и, резко свернув с аллеи к тропинкам, виляющим между могилами, крадучись, направился в Митину сторону к месту, отмеченному Стасом на схеме.
   - В этой ситуации преследование киллера затрудненно, так как мешают ограды могил. Они представляют собой естественные препятствия, которые придётся преодолевать охранникам. Это даст киллеру возможность выиграть время, поэтому здесь отличное место для снайпера, - пояснил ему Стас причину, по которой решил устроить засаду именно в этом месте. - А ты, засев здесь и оставаясь невидимым для снайпера, будешь иметь угол обзора почти в 120 градусов.
   Митя вспомнил о том, что Стас Кондратюк служил в подводном спецназе, участвовал в дальних походах и в каких-то сверхсекретных операциях. Даже награжден медалью "За отвагу", а в мирное время такие медали просто так не раздают. Значит на собственном опыте знает толк в засадах и неизвестный, как бы подтверждая это, приближался именно к тому месту, на которое указывал Стас.
   Митя заволновался: неужели это действительно снайпер и придется стрелять в него, живого человека? Неужели придётся его убить? Убийство человека - это всегда противоестественно! Прапорщик Дробычев на одном из занятий рассказывал, как во время войны с немцами, американцы вдруг обнаружили, что большинство их солдат неспособно убивать противника. Исследования генерала Маршалла показали, что действительно стреляют по врагу не более двух процентов солдат. Очень часто солдаты под влиянием страха, стресса и прочих обстоятельств просто не могли применить оружие. А сможет ли он это сделать? Дробычев втолковывал им, что они не простые солдаты, они - спецназ морской пехоты, элита, поэтому и ответственность у них велика. Если они не смогут стрелять в противника, то кто тогда сможет? Кто тогда будет щитом Родины? Конечно, это была серьёзная мотивация в специальной психологической подготовке и на войне он бы ни секунды не задумывался. И это естественно: на войне сталкиваешься с неизбежностью убивать врага, причем убить его необходимо прежде, чем он убьет тебя. Но одно дело убить врага в бою, когда шансы примерно равны, а другое дело в мирной жизни убить человека!
   - Солдат-пацифист, отказывающийся стрелять на войне, это человек, предающий свою мать, свою родину, свой народ, - утверждал прапорщик и Митя был тогда с ним полностью согласен.
   Он не сомневался, что у него не дрогнет рука, если придется убить врага. Но сейчас он не в армии, не на войне. Имеет ли он моральное право застрелить человека? Митя мысленно метался в поисках выхода из ситуации, а снайпер в это время деловито раскрыл футляр для скрипки и вытащил из него части винтовки.
   - Совсем как в телесериалах, - мелькнула мысль у Мити.
   Только одно дело смотреть фильм и совсем другое когда сейчас придётся стрелять в живого человека. А может стоит взять его живым, как языка? И тогда не придётся стрелять. Митя подумал, что смог бы захватить снайпера - ведь насчет "взять языка" у него в армии всегда был порядок и его неоднократно ставили в пример. Но Стас сформулировал четко - уничтожить. Зачем уничтожать, если можно взять живым? Расколоть и выяснить, кто его послал.
   Митя растерялся, не зная, на что решиться. Он не сообразил спросить у Стаса, можно ли взять снайпера живым и сейчас очень жалел об этом, не зная, на что решиться. Но и время упустить нельзя и Митя потихоньку поднял пистолет с глушителем и раздвинул высокие стебли бурьяна.
   - Пистолет засвечен в Москве. Использовался одной из банд, этим и ценен, - сказал Стас во время инструктажа. - Оставишь его в тайнике, с собой ни в коем случае не забирай. В случае огневого контакта, все стрелянные гильзы собери в целлофановый пакетик, туда же пистолет и пакетик оставишь в тайнике, где лежал пистолет. Перчатки не снимай, чтобы не оставлять следов. И помни, Студент, мы на тебя надеемся. И от тебя зависит жизнь хорошего человека!
   Снайпер деловито собрал винтовку, приладил прицел и аккуратно протер платком стекло прицела. Митя, покрывшись потом, зажал пистолет двумя руками, выдвинув их немного вперед и уперев локти в камень. Вроде бы стрелять из пистолета просто - нажал курок и пуля вылетела. Но это кажущаяся простота, так как результатом стрельбы должно стать гарантированное поражение цели, а не случайное попадание. А навыки меткой стрельбы вырабатываются в результате обучения, тренировок и постоянной практики. Но практики у него не было, на тренировках стрелять из пистолета приходилось редко: их натаскивали, в основном, на работу ножом и автоматом.
   Из теории он помнил, что ни оружие, ни кисть руки, удерживающей оружие, при стрельбе из укрытия не должно касаться жесткой опоры. Упор должен приходиться на предплечье, а не на саму кисть. Укрытие или прикрытие? Между ними есть какая-то разница. Кажется, укрытие служит защитой от пуль, а прикрытие только скрывает позицию от противника. Или наоборот?
   Митя вспомнил, что прапорщик Дробычев учил, что дыхание стрелка заставляет пистолет колебаться.
   - Чтобы уменьшить или исключить влияние дыхания на результаты стрельбы, вам необходимо научиться в момент выстрела затаивать дыхание, - инструктировал Петрович на стрельбище. - После физической нагрузки дыхание лучше задерживать на полувдохе, а в спокойном состоянии - на полувыдохе. Вдох или выдох должен быть неглубоким, низом живота. При поднятии оружия на уровень мишени производится обычный вдох, при подведении оружия к району прицеливания - неглубокий выдох. Задержав дыхание, производят окончательное прицеливание, обработку спуска и выстрел.
   Теория насчет полувдоха и полувыдоха, конечно, хороша, но не учитывает того, что сердце стучит в груди как молот, а на виске бьется жилка так, что кажется висок сейчас разлетится на кусочки. К тому же липкий пот заливает глаза и мешает прицелиться глушитель. И почему-то руки немного дрожат. Может от усталости? Или кровь так сильно пульсирует? Руки дрожат, ноги ватные, а в животе холод. Что происходит с ним? Неужели так трудно выстрелить в снайпера? А ведь если промахнётся, снайпер быстро развернёт винтовку в его сторону и .... Хотя в ближнем бою винтовка против пистолета не пляшет. Но бой-то не очень близкий, поэтому может стоит приблизиться? Но как это сделать, чтобы не спугнуть?
   Вихрь мыслей обрушился на Митю, а снайпер уже начал целиться. В кого он целится? Может в Ферапонтова? Или совершенно в другого человека? Но раз целится, значит, кого-то точно убьет. А там где-то стоит Маринка со своими родителями. Как она перепугается, если снайпер завалит кого-нибудь рядом с ней! А чтобы снайпер никого не завалил, надо взять грех на душу и пристрелить его. Но какая тяжесть в руках! На мушке живой человек, который сейчас станет трупом! Стрелять в Человека и стрелять во врага - это ведь совершенно разные вещи!
   Митя, как мог, прицелился и плавно нажал на курок, чувствуя, как пот стекает по спине, как вспотели ладони. Негромкий хлопок потонул в прощальном автоматном залпе, который произвел взвод почетного караула. Пуля попала в правое плечо снайперу, и тот резко обернулся, быстро повернув дуло винтовки в сторону Мити. Но сразу его не заметил и в этот момент снова раздалась команда, взвод произвел залп и Митя дважды нажал курок. Снайпер застыл, уткнувшись носом в землю. Перекатившись на другое место, Митя осторожно выполз из бурьяна, и, не выпуская из виду снайпера, осторожно начал приближаться к нему, держа пистолет наготове. Снайпер мог лишь притвориться мертвым и Митя держал наготове пистолет, но тот лежал неподвижно. Стас неоднократно повторял на инструктаже - контрольный выстрел в обязательном порядке и Митя, испытывая отвращение к этой процедуре, подполз поближе и когда голова распластанного на земле снайпера была уже в нескольких метрах от него, нажал курок.
   Сидеть дальше в засаде не имело смысла - снайперы табунами не ходят, поэтому, дрожащими руками подобрав стреляные гильзы и спрятав их вместе с пистолетом в целлофановый пакет, он положил пакет в приготовленный кем-то тайник и прикрыл дёрном. В тайнике, как и в месте засады, кто-то рассыпал табак, перемешанный с мелко истолчённым стеклом - чувствовалось, что оборудовали засаду специалисты. Собаки-ищейки вряд ли найдет пистолет, хотя баллистики, очевидно, смогут приблизительно вычислить само место, откуда стреляли. Может быть, стоит труп снайпера немного повернуть, чтобы затруднить баллистическую экспертизу? Но кровь на земле подскажет настоящее положение, а Стас приказал ничего не трогать после ликвидации снайпера. Только что потом делать, не сказал.
   На ватных ногах Митя направился окольными путями к выходу с кладбища и бледный подошел к джипу, в котором приехал вместе с Мельниковым, Самохиным и Кондратюком.
   - Ну что, Студент, надолго там ещё? - мельком взглянув на него, спросил скучавший за рулём Петро Омельченко.
   - Не имею понятия, на кладбище не был. Возились с приятелем, ремонтировали мотоцикл.
   - Починили?
   - Да вроде бы.
   - А я предпочитаю машины. Мне мотоциклы не очень. Хотя в них что-то есть.
   Они поговорили о марках машин, о достоинствах и недостатках каждой, а минут через двадцать пришел Мельников, и они уехали, не дожидаясь Самохина и Стаса.
   Митя переодевался в кабинете у Мельникова и тот, внимательно наблюдая за ним, сказал:
   - Я прекрасно понимаю твоё состояние. Но кому-то надо встать и дать отпор. Снайпера послали люди уверенные в том, что до них не доберутся. Уверенные в том, что стоят над законом, потому что награбили достаточно денег, чтобы купить тех, кто надзирает за исполнением этих законов. Ты думай не о том, кого убил, а думай о том, кого спас. Минимум один труп был бы сегодня обязательно и ты просто сделал выбор - кто из двоих продолжит жить.
   - Я мог бы взять его живьём...
   - Ну, и что дальше?
   - Он бы выдал заказчиков...
   - Он повесился бы в тюремной камере прежде, чем его успели бы спросить. Свет не без добрых людей, помогли бы ему. И даже если он начал бы говорить, его никто бы не слушал. А тобою занялись бы очень серьёзные люди, чтобы не путался под ногами. Тобою и твоей семьёй. Так что будь мужиком и возьми себя в руки. Нас хотят нагнуть, но мы не гнёмся. Неудобные мы, но уж такие как есть. На том и стоим. Ты гильзы все собрал? Спрятал пистолет?
   Митя кивнул. Возможно, Мельников прав, но это надо пережить наедине с собою и Митя, попрощавшись, ушёл. Идти домой не хотелось, к Марине идти не стоит - ей сейчас, пожалуй, не до него. И он пошел бродить по парку, пытаясь отвлечься от мыслей о том, что произошло на кладбище. По утверждению Канта, моральный закон внутри нас и этот невидимый и неосязаемый нравственный закон будет мучить его всю дальнейшую жизнь. Всю дальнейшую жизнь он вынужден будет жить с тяжелым камнем на сердце, с нечистой совестью, фактически постоянно испытывая моральный стресс. Как может он, лишив жизни незнакомого человека, смотреть теперь в глаза другим людям спокойно и честно, когда на него давит эта страшная тайна! Убийство в мирной жизни - это злодейство, какими бы целями они ни оправдывалось!
   Но с другой стороны, а как же милиция? Милиционер, застреливший преступника, взявшего в заложники ребенка, считается героем, а ведь он тоже убил человека. Неужели так же морально мучается, как и он? А как же спецназовцы, освобождающие заложников? А если бы они боялись стрелять в террористов, потому что те тоже люди? Что бы тогда творилось в мире? Нет, нельзя быть таким прямолинейным и видеть мир только в двух цветах: в белом и черном! Всё гораздо сложнее. Правильно говорит Мельников - не застрели он снайпера, тот убил бы Ферапонтова или кого-то другого. Значит, он совершил благородный поступок, застрелив потенциального убийцу?
   Митя бродил по дорожкам парка вдали от гуляющих людей и размышлял о том, как несправедливо устроено общество, в котором, имея деньги, можно заказать убийство другого человека. Зачем кому-то понадобилось убивать Ферапонтова? Притом это уже третья попытка покушения на него! Кому этот дедуган мешает? Из-за того, что думает не так, как кому-то хочется? А, может и Климова тоже убрали? По рассказам Марины, Климов был человеком неплохим, хоть всегда при встрече донимал её дурацкими шутками.
   Митя начал думать о Марине и о том, что именно сейчас, возможно, был бы ей очень необходим, чтобы поддержать её морально. Она действительно сейчас переживает, испытывает большой психологический стресс, а он распустил нюни, и думает только о себе!
   Марину он встретил возле её дома: вместе с родителями она шла на поминки. Не стесняясь их, она припала к Митиному плечу и заплакала.
   - Ты пойдешь с нами, - сквозь слёзы сказала она и Митя не возражал.
   Он был готов сделать всё что угодно, лишь бы она не плакала. Единственно, что он не мог сделать для неё - это оживить Климова.
  
   Глава 21. Лариса и Лена в Моздоке
  
   Покинув колонну беженцев, Лариса и Лена углубились в лесополосу, с тем, чтобы отойти подальше от трассы, и шли около часа, прежде чем рискнули вновь приблизиться к шоссе. В просвете между деревьями они увидели микроавтобус, перегородивший половину дороги. Осторожно приблизившись к шоссе и прячась за деревьями, девушки рассмотрели шестерых боевиков, вооруженных с автоматами. В ожидании следующей колонны беженцев, боевики здесь же, на асфальте рассортировывали вещи, отобранные у предыдущей колонны. В микроавтобусе сидели ещё несколько человек и приглушенные рыдания, доносившиеся из микроавтобуса, подсказали, кто это.
   - Не прекратите выть, сейчас пойду и изнасилую, - с угрозой сказал один из бандитов, рассортировывавших вещи и встал с корточек.
   Остальные бандиты рассмеялись, но один из них, очевидно старший, остановил его:
   - Сначала давай закончим с делом, Саид.
   В микроавтобусе сразу стало тихо.
   - Там только девчонки, - прошептала Лена, показав головой на микроавтобус. - Ну, что, работаем?
   Лариса кивнула. Ненависть захлестывала её, но нужно было трезво оценить обстановку и она показала на дерево, находившееся метрах в тридцати слева от них.
   - Заляг за тем деревом, а я отойду вправо метров на десять и дам по ним очередь. Они откроют ответный огонь и попытаются меня окружить. Я оттяну их подальше от автобуса, а ты постарайся зайти им в тыл, - шептала она на ухо Лене и та согласно кивала. Действительно, при таком раскладе боевики не смогут воспользоваться девчонками в микроавтобусе, как заложницами или как прикрытием.
   - Главное оттянуть их от автобуса, - повторила Лариса и Лена нетерпеливо мотнула головою.
   - Да поняла я, поняла. Только ты под пули не лезь и следи, чтобы я тебя не зацепила.
   - За меня не бойся. Когда заляжешь, качни ветками кустов рядом с деревом, чтобы я знала, когда начинать,
   Лена кивнула и исчезла за кустами. Через пару минут Лариса увидела, как закачались ветви кустов около дерева, за которым должна была залечь подруга и поставила переводчик в положение одиночного огня. Прицелившись в одного из боевиков, она выстрелила и не дожидаясь, пока прицел сойдется обратно, тотчас же выстрелила в другого. Оба боевика упала, а четверо других моментально спрятавшись за микроавтобус, залегли и ответили длинными очередями в её сторону.
   Лариса поменяла позицию и больше не стреляла, выжидая. Подождав немного, боевики осторожно подползли к своим двум товарищам. Один из них был убит, потому что перевернув его, боевики не стали с ним возиться. Подняв другого, они потащили его к автобусу и Лариса снова выстрелила, добивая раненного. Четверо боевиков, что-то прокричав, снова залегли и открыли беспорядочный огонь.
   - Да это простые крестьяне, а не обученные боевики, - подумала Лариса.
   Конечно, с опытными бойцами было бы сладить непросто, а с этими - как в пионерской игре "зарница". Надо только оттянуть их на себя и Ёлик с тыла превратит их в кровавое решето.
   Двое из бандитов поползли к лесополосе и забравшись в кювет, залегли. Лариса дала короткую очередь в их сторону и быстро сменила позицию, отходя вглубь леса. Из кювета ответили длинными очередями и двое других боевиков повторили перебежку своих товарищей. Лежа в кювете, как траншее, они чувствовали себя в безопасности и поливали огнем место, откуда только что стреляла Лариса. Она не ожидала такой глупости от бандитов и отвлекая их, дала ещё раз короткую очередь в сторону, где те залегли. Кто-то из них попытается по кювету скрытно обойти ее и зайти с правого фланга, но это её не беспокоило: она видела, что Лена оказалась уже на трассе и, прячась за микроавтобус, заходит в тыл бандитам. Их песенка была спета, потому что Лене осталось уже преодолеть десяток метров до нужной позиции, из которой подружка расстреляет бандитов как на стенде.
   Лариса ещё раз дала очередь и увидела, как Лена встает на шоссе.
   - Значит, она их хорошо видит, - обрадовалась Лариса быстрому завершению боя и в этот момент Лена дала длинную очередь по кювету.
   Затем сделала четыре одиночных выстрела и Лариса поняла, что это были контрольные. Встав и отряхнувшись, вышла на шоссе и, проходя мимо трупов двух бандитов, лежащих недалеко около микроавтобуса, для надежности прострелила им головы. В этот момент из дверей выскочила девочка лет двенадцати-тринадцати, белая, как полотно. Её стошнило и следом за нею в дверях показалась другая, тоже белая как мел. На подгибающихся ногах она спустилась на асфальт, с трудом сдерживая рвотные позывы и закрывая рот обеими руками.
   - Дай вам только волю, так вы всю Чечню облюете, - недовольно произнесла Лена. - Кто вас только этому учил: блевать на радостях? Слушайте, девчонки, в километрах пяти отсюда, или немногим больше, движется колона беженцев. Кто из вас умеет водить машину, - спросила Лена, заглядывая в салон микроавтобуса.
   - Я могу немного, у нас была машина и папа учил меня водить, - сказала одна из сидевших в салоне девочек. Ей было лет пятнадцать и она выглядела самой старшей среди остальных.
   - Поведешь микроавтобус. В колонне много пожилых людей, им трудно тащить свои вещи. Пусть грузят сюда, а среди мужиков водилы найдутся.
   Лена завела двигатель и на всякий случай показала девочке, как управлять. Лихо развернув машину на узкой трассе, уступила водительское место и выскочила из микроавтобуса. Девочка медленно повела его в сторону Грозного, туда, откуда должна была двигаться колонна беженцев.
   - Это правильно, - одобрила Лариса. - Девчонки были бы для нас балластом и связали бы по рукам и ногам. Да и помощь будет беженцам. Несчастные люди, мне их жалко до слез!
   Лена подняла на неё грустные глаза.
   - Почему так получается, что мы, великий народ, с такой историей и культурой, а нас всегда и в хвост, и в гриву? - с болью спросила она. - Почему русских убивают только за то, что они русские?
   - Потому что менталитет у нас рабский. Менталитет быдла! - зло ответила Лариса. - Разве посмел бы кто-нибудь такое сотворить с американцами? Никогда, потому что знают: пощады не будет. И президентом Штатов никогда не выберут человека, предающего америкосов. А наши сволочи всегда торговали нами и торгуют, потому что можно, потому что народ такой!
   Девушки забрали три полные обоймы для автоматов и два пистолета, принадлежавших убитым боевикам и, забросив за спину автоматы, понуро побрели по лесополосе. Настроение было паршивое и усталость давала о себе знать. Они прошагали так более часа и, наконец, решились снова приблизиться к шоссе, надеясь увидеть какой-нибудь бронетранспортер российских войск. Ведь где-то должны быть войска? Так не бывает, чтобы шла война, а нигде не было войск. Однако трасса была пустынна и они уныло снова повернули в лесополосу.
   - Стой, кажется слышу шум машины, - воскликнула вдруг Лена, прислушиваясь. Лариса тоже остановилась, вслушиваясь в шум ветра, качающего деревья.
   К шуму листвы действительно примешивался какой-то другой, еле различимый, звук, исходивший со стороны Моздока.
   - Кажется машина и очень может быть, что это наши, - с надеждой сказала Лариса. - Правда, не бронетранспортер. Шум слишком легкий.
   - Я попробую проголосовать, а ты, на всякий случай, заляг здесь. Может остановятся.
   - А если это чеченцы?
   - Будем валить. Нам нужен транспорт. У меня ноги уже гудят, а топать ещё долго. Только мочи их так, чтобы не повредить машину.
   - Разумеется. Чего добро портить!
   Лариса выбрала позицию и залегла за деревом. Мысленно пристреливаясь к месту, где должна была остановиться машина, она инструктировала Лену:
   - Как только они остановятся, выходи на середину полосы. Стой перед капотом. Если это боевики, гаси водилу, а я пассажиров. Кто там спрячется, добьешь ты. Надо только, чтобы они высунулись, а то я не достану их.
   Лена локтям нащупала пистолет под курточкой, вышла на обочину и по-хозяйски подняла руку - так гаишники останавливают машины. Завизжали тормоза и машина марки БМВ цвета светлого металлика остановилась там, где и планировала Лариса. В салоне сидело трое в пятнистой форме и по их виду было ясно, что это чеченские боевики. Двое из них были украшены черными бородами и выглядели довольно страшно, но Лена отметила, что не испытывает ни тени волнения - если уж подружка залегла с автоматом у дороги, то мужчины в машине в последние минуты жизни должны думать о своей душе, а не корчить страшные рожи.
   Водитель и пассажир, сидевший с ним рядом, вылезли из машины, держа автоматы наперевес. На их лицах было написано изумление - встретить яркую блондинку в Чечне на пустынном шоссе так же необычно, как кенгуру на свиноферме советского колхоза. Третий пассажир, сидевший на заднем сидении, высунул голову из открытой двери и тоже рассматривал Лену с явным изумлением.
   - Ты кто? - недоуменно спросил бородатый водитель.
   - Я потерялась и заблудилась. А мне надо срочно в Грозный. Там меня ждут тетя Алла и дядя Джохар. Подвезете?
   - Какой такой дядя Джохар?
   - Не знаете кто такой Джохар Дудаев? И жену его, Аллу Дудаеву тоже не знаете? Вы что, разве не чеченцы?
   Водитель и пассажир переглянулись. Они ожидали всего, только не этого.
   - Я племянница тети Аллы. Разве не видно? Все говорят, что мы с нею очень похожи. Как две капли воды. У меня даже фотка есть. Мы там втроем: я, тетя Алла и дядя Джохар. Сейчас покажу, а то мне кажется, что вы не совсем верите.
   Она засунула руку под курточку и нащупала ребристую рукоятку пистолета.
   - Как же ты сюда попала?
   - Ой, рассказать кому-то, не поверят! Дурдом, одним словом. Отвезите меня в Грозный, пожалуйста. В машине все расскажу.
   - Ну, садись, подвезем, если ты действительно родственница Дудаевых. Только Джохар сейчас не в Грозном.
   - А где? Тетя Алла звонила и сказала, что они ждут меня.
   Боевики опустили автоматы и положили их в салон машины.
   - Ладно, залазь на заднее сидение. Там видно будет. А зовут-то тебя как?
   Простодушная улыбка сползла с лица Лены.
   - Называйте меня просто: девушка-смерть, - криво усмехаясь, произнесла она и, выхватив пистолет, прострелила водителю голову. Тотчас же из лесополосы раздались два одиночных выстрела из автомата - Лариса боялась повредить машину автоматной очередью.
   Пассажир с переднего места, стоявший около машины, рухнул на асфальт, а рядом вывалился из открытой двери пассажир с заднего сидения. Не теряя времени, Лена сделала два контрольных выстрела в головы пассажиров и, спрятав пистолет, оттащила трупы боевиков за ноги в лесополосу, пока Лариса, продолжая лежать за деревом, контролировала местность вокруг. Она крутила головой, внимательно следя за обстановкой. В такие моменты можно легко стать добычей тех, кто, шныряя по лесу, услышал выстрелы. Лена, оттаскивающая трупы с дороги в придорожные кусты, видна издалека и кто-то может вообразить, что она легкая добыча, поэтому Лариса была готова изрешетить любой куст, который шелохнется. А кто там прячется - зверь или человек - совершенно неважно: пока подружка занимается трупоуборочными работами, кругом должно быть абсолютно тихо и спокойно.
   Оттащив трупы в придорожные кусты и забросив автоматы боевиков на заднее сидение, Лена села на место водителя, лихо развернулась на шоссе и распахнула правую дверь.
   - Садись подруга, карета подана, - позвала она.
   Лариса быстро перебежала дорогу, вскочила в машину и Лена рванула с места, утопив ногой педаль газа.
   - Ты когда про девушку-смерть ляпнула, я едва не расхохоталась, - весело сказала Лариса. - Тебе бы, Ленка, в команде КВН выступать. Мне бы в голову не пришло с невинным видом заправлять такую тюльку насчет тети Аллы и дяди Джохара. Это надо особый талант иметь!
   - Да уж, талант - это страшное оружие! Сама себе удивляюсь: умная, красивая, находчивая, талантливая! Неужели так бывает, чтобы столько достоинств скопилось в одном человеке?
   - Дуркецело ты, Ленка, - захохотала Лариса.
   На душе стало спокойно и весело - до Моздока осталось не более двадцати километров, а у них есть транспорт и много оружия.
   - Мне пришла в голову интересная идея об экспромте. Но для хорошего экспромта нужны хорошие слушатели. И когда видишь, что тебя слушают с открытым ртом, хочется вешать, и вешать, и вешать лапшу на уши, - засмеялась Лена.
   У неё тоже значительно улучшилось настроение - уже где-то недалеко должен быть блок-пост, перекрывающий трассу перед Моздоком. А там свои, а там отдых!
  
   Производство самодельного чеченского бензина было хорошо налажено на подпольных мини-заводах, но иностранная машина марки БМВ явно не приспособлена к условиям рыночной свободы, поэтому тянула из последних сил. Девушки опасались, что она не выдержит испытание дорогой и бензином и обрадовались, когда увидели бетонные блоки и небольшое строение типа блиндажа. "Блок-пост" - догадались они. В одной телевизионной передаче, которую они однажды смотрели, речь шла о том, что офицеры федеральных войск пропили и продали за 6 тысяч долларов какой-то блок-пост. Тогда в плен попали несколько солдат и один из офицеров.
   Непонятно, как можно продать блок-пост и они считали это выдумкой журналистов. Но вот то, что офицеры "сбрасывались" и на собственные скудные сбережения покупали необходимое на войне имущество, знали наверняка. Им были известны несколько случаев закупок офицерами на свои деньги дорогостоящего оборудования и запасных частей для боевой техники. Даже слышали от знакомого капитана из разведывательного батальона 205-ой отдельной мотострелковой бригады, что офицерам пришлось вскладчину покупать комплект аккумуляторных батарей для боевой разведывательной машины. Непонятно у кого они покупали это, но иным способом оперативно решить проблему боеготовности в их подразделении не представлялось возможным. Деньги на войну выделялись большие, но бесследно растворялись в обширных карманах каких-то людей. Зашить бы эти карманы, да вот неизвестно, кто эти люди с такими загребущими карманами и большими связями в эшелонах власти. Или сами верхние эшелоны власти растворяют эти деньги, потому что у тамошних людей тоже есть карманы?
   На всякий случай девушки приготовили автоматы и медленно подкатили к блокпосту. К машине подошел молодой парнишка, солдат срочной службы. Заглянув вовнутрь и, увидев оружие, он отскочил в сторону и сдернул с плеча автомат.
   - Мы свои, солдат! - закричала Лена, но из-за бетонных блоков уже выскочили несколько человек во главе с лейтенантом.
   Блок-пост пропах свиной тушенкой, с которой поджаривали вчерашние варенные макароны. Арестованных девушек повели в блиндаж, где их ждал капитан внутренних войск, начальник блок-поста. Отложив в сторону какие-то бумаги, он внимательно посмотрел на девушек. Шифровка с описанием литовских снайперш и требованием задержать их, поступила из штаба внутренних войск ещё несколько дней назад и вот вдруг повезло! Басаевские снайперши вышли не на ингушской границе, как ожидалось, а прямо на его блок-пост.
   - Документов у вас нет, - с довольным видом констатировал он, - Вместо них автоматы и какие-то бумаги. Выбросили свои литовские паспорта? Думали, не догадаемся, что вы снайпера? А мы вас, барышни, уже давно ждем-с!
   Он начал просматривать папку, которую отобрали у девушек, и сразу же наткнулся на документы на арабском и английском языках.
   - Ого, какой улов! - злорадно рассмеялся он. - Не зря на вас пришла ориентировка!
   - Немедленно сообщите о нас в Моздок. Там должны находиться представители ГРУ, - потребовали девушки, но капитан только иронически посмотрел на них.
   - Если немедленно не сообщите в Моздок, загремите под трибунал, - жестко сказала Лена, но это не произвело впечатление на капитана.
   Он вызвал прапорщика Сорокина и приказал отвезти девушек и папку в штаб на грузовике ГАЗ-63, на котором полчаса назад привезли продукты питания.
   - Смотри, чтобы не сбежали. Я сейчас напишу сопроводилову. В ориентировке сказано, что особо опасны при задержании. Видать немало, сволочи, положили наших ребят! - с ненавистью произнес он, инструктируя прапорщика.
   - Не волнуйся, доставлю, - кивнул головой Сорокин.
   На днях снайперы убили его близкого друга и, вполне возможно, что сделала это одна из пойманных литовок. Он решил пристрелить их по дороге, потому что суд даст им по несколько лет и потом они снова будут гулять на свободе. А близкого друга Степу Стеценко не вернешь!
   Девушек заставили залезть в кузов и одели наручники. Уехали они вовремя, потому что минут через двадцать на блок-пост напала группа боевиков "Урус-Мартановского фронта". Группа ехала со стороны райцентра Знаменское и наткнулась на трупы чеченских боевиков, лежащих в лесополосе. Решив, что это сделали федералы, они направились к блок-посту с намерением отомстить.
   Выстрел из гранатомета "Муха" оказался полной неожиданностью для солдат блок-поста. Вчерашним старшеклассникам даже в голову не пришло, что в арбе, которая медленно ползла метров за сто от них, мог находиться гранатометчик. После этого по блок-посту ударили из огнемета "Шмель" и началась атака. К блок-посту мчался грузовик с основной группой боевиков, но ответный выстрел гранатомета из-за бетонного блока опрокинул его. Уцелевшие боевики залегли и начали обстрел блок-поста. Связь не работала - аппаратура сгорела и бойцы, защищавшие блокпост, были обречены. Тем не менее, они продержались почти полтора часа, пока ворвавшиеся на блок-пост боевики не прикончили всех, кто там был, в том числе и раненых.
  
   Тем временем грузовичок с девушками неторопливо ехал в направлении Моздока и через километров десять прапорщик Сорокин приказал водителю, молодому пареньку, солдату первого года службы, остановиться возле небольшой лесополосы.
   - Залезь в кузов и сними с баб наручники, - распорядился он, грузно спрыгивая на землю - прапорщик был полноват, особенно в области живота.
   - Зачем? - удивился водитель, но, увидев злые глаза Сорокина, покорно полез в кузов.
   Прапорщик взял автомат на изготовку, хотя и не ожидал серьёзного сопротивления от безоружных литовок. Водитель снял с девушек наручники и те, подозревая западню, осторожно выглянули из-за борта. Вид прапорщика с автоматом их насторожил. У водителя оружия не было, которое могло бы пригодиться в данный момент. А с голыми руками лезть против автомата самоубийственно.
   - Прыгайте на землю, - приказал Сорокин девушкам, но те отказались.
   - Прыгайте, не то буду стрелять, - рассвирепел он и дал короткую очередь в воздух.
   Расстреливать прямо в кузове не хотелось - потом смывай кровь, которая легко въедается в некрашеные доски, да и отмыть её не так-то просто. А если будут расследовать, то следы крови в кузове - улика и невозможно будет объяснить, что они застрелены при попытки бегства.
   Он ещё дал очередь в воздух и проезжавший в это время мимо грузовика уазик резко затормозил. Из него выглянул майор медицинской службы Филонов.
   - Товарищ полковник, помогите, спасите нас от бандитов, - закричала Лариса и, перемахнув, в одно касание, через борт, побежала к уазику.
   - Стоять! - заорал Сорокин.
   Он находился по другую сторону грузовика и начал оббегать его со стороны кабины, но в этот момент на него спрыгнула Лена. Она свалила прапорщика и вырвала у него автомат. Тот с трудом пытался встать на ноги, что ему плохо удавалась вследствие его грузности. Барахтался он недолго: Лена оглушила его ударом приклада по голове. Быстро обыскав его и, найдя в нагрудном кармане документы, забросила их в придорожную канаву как можно дальше. Молодой парнишка, водитель машины, растеряно стоял в кузове, не зная, что ему делать.
   - Товарищ полковник, это бандиты! Они нас захватили и хотели увезти в Чечню, продать в рабство, - тараторила Лариса и тут же подумала о том, насчет Чечни брякнула зря - ведь ехали они в другую сторону.
   Филонов поморщился.
   - Я не полковник, а майор, - поправил он назидательно тоном.
   Лариса сделала испуганный вид.
   - Ой, извините, никак не запомню, кто старше: майор или полковник. У нас в медучилище преподаватель заболел и до сих пор болеет, поэтому мы не успели сдать зачет по военке. Мы ехали на практику, товарищ полко... то есть майор...
   - Да не тарахтите вы так! - рассердился Филонов. - Кто вы такие и куда направлялись?
   - Мы студентки медучилища и направлены в военный госпиталь в Моздоке для прохождения практики...
   - Врет она всё, товарищ майор, - закричал водитель грузовика из кузова. - Это литовские снайперши, мы везем их в Моздок.
   - Товарищ полковник или майор, отвезите этого и другого бандита в Моздок в контрразведку. Я лично слышала, как этот солдат предлагал пузатому бандиту за тысячу баксов сдать блок-пост. Там где-то есть какой-то блок-пост и он хотел его продать. А тот говорит, мол, дорого просишь. Отвезите нас в контрразведку, мы с подружкой о них всё расскажем, - быстро говорила Лариса и майор, никогда не попадавший в такие ситуации, растерялся.
   Там, куда показывала девушка, действительно находился блок-пост, через который он неоднократно проезжал. Если и вправду планируется нападение на блок-пост, то девушка права: следует немедленно сообщить в контрразведку.
   Филонов вез в свою часть лекарства и перевязочные материалы, которые получил в военном госпитале в Моздоке. Возвращаться снова в Моздок не хотелось, но с другой стороны уже темнело, а ездить по Чечне в темное время суток опасно. Ему предлагали остаться в Моздоке, но он не хотел показать, что боится, а сейчас есть, вроде бы, предлог.
   - Товарищ полковник, бандит пытается сбежать, - закричала Лена с другой стороны грузовика и Филонов, выхватив пистолет, побежал к ней.
   Вслед за ним бросился сопровождавший его ефрейтор с автоматом наперевес. В придорожной пыли лежал прапорщик, а над ним стояла Лена, держа автомат за дуло как дубину.
   - Вот, хотел удрать! А я его ружьем по голове, - пояснила Лена и ефрейтор рассмеялся.
   - Девушка, это не ружье, это автомат, - сказал он и, наклонившись, обшарил карманы прапорщика.
   - Документов нет, - доложил он майору.
   - Какие документы могут быть у бандита? - возмутилась Лена. - А если бы даже были документы, так что, он бы перестал быть бандитом?
   - Да не бандит он, товарищ майор, - с отчаянием воскликнул водитель грузовика. - Прапорщик он, с блок-поста! Сорокин его фамилия. Я его лично знаю. А эти литовки - снайперши.
   - Он его пособник! - закричала Лена и направила на него автомат. - А ну, подскажите мне быстренько, что тут надо нажать, чтобы застрелить этого подонка!
   Ефрейтор, усмехнувшись, забрал у неё автомат.
   - Автомат, девушка, не игрушка, он иногда стреляет.
   - Их надо срочно в контрразведку. А мы расскажем о них всё, что знаем, всё что слышали, как они сговаривались насчет продажи блок-поста, - решительно заявила Лариса.
   - Действительно, всю эту компанию следует сдать в контрразведку, - решил майор. - И пусть там с ними разбираются специалисты.
   Он сегодня дьявольски устал, и хотелось добраться до койки и завалиться спать. Поехать в часть можно и завтра утром, а в госпитали есть возможность хорошо отоспаться. Только как четверых задержанных везти? Всех в уазик не затолкаешь, да и бросать грузовичок нельзя - украдут "мирные жители".
   - Бандитов надо в кузов и приковать друг к другу наручниками, а то они страшные люди! Сбегут и будут продолжать убивать! - возбужденно закричала Лена и Филонов поморщился.
   Он терпеть не мог криков, но она, возможно, права. Безоружных девчонок он посадит к себе уазик и сам его поведет. А ефрейтор пусть поведет грузовичок.
   - Ты только внимательно следи, чтобы эти двое не сбежали. Оружие держи при себе и чуть что, сразу стреляй на поражение, - тихо произнес майор, показывая на прапорщика и солдата. - А девиц я возьму к себе
   - Вы, товарищ майор, будьте осторожны, - озабоченно посоветовал ефрейтор. - Вдруг они действительно снайперы!
   - У меня не забалуют, - уверенно сказал Филонов и небрежным движением поправил кобуру, висевшую у него на поясе.
   Ехать одному, имея непонятно кого в кузове, ефрейтору не хотелось, но приказ есть приказ. Очнувшийся прапорщик материл и клеймил майора и ефрейтора, как преступников, угрожая трибуналом, но под дулом автомата полез в кузов.
  
   В Моздок приехали поздно вечером и в коридоре отдела военной контрразведки девушки увидели подполковника Евсеева из 16-й бригады спецназа ГРУ.
   - Александр Данилович, - бросились к нему девушки, - освободите нас!
   Евсеев изумленно смотрел на них. Группа Кривомазова перепахала пол-Чечни, генерал Овсянников прислал дополнительно ещё две группы из 16-й бригады, одну из которых приказал возглавить ему, а девушки оказывается в Моздоке!
   - Как же это так, девчонки? - радостно вопрошал он, обнимая девушек. - Мы вас всюду ищем, а вы здесь!
   И он и девушки забыли свою былую взаимную неприязнь и искренне радовались встрече.
   - Товарищ подполковник, разрешите обратиться. Это литовские снайперы. Мне было приказано доставить их в штаб, - начал прапорщик Сорокин.
   Разбитая голова жутко болела, подташнивало и сочилась кровь, стекая за уши и за воротник. Надо срочно в медчасть, но хотелось довести дело да конца и разоблачить литовок, а также их соучастника - майора медицинской службы Филонова. Но Евсеев, мельком взглянув на него, грубо оборвал:
   - Иди в жопу!
   Майор Филонов растеряно стоял, не зная, что предпринять. Хотелось попросить у подполковника документы и вообще выяснить, откуда он знает девчонок-практиканток из медучилища, но с таким грубияном не хотелось связываться.
   - Никитич тоже здесь, - рассказывал тем временем Евсеев девушкам. - Очень волнуется за вас, вот и напросился ко мне в группу.
   Они направились к леснице, ведущей вниз к выходу и Филонов решил прояснить ситуацию. Он привез прапорщика и водителя грузовика в контрразведку вместе с девушками, которые уверяли, что прапорщик бандит и готовы дать против него показания. А теперь уходят, оставив его в дурацком положении.
   - Позвольте, товарищ подполковник, куда вы направились? - решительно попытался остановить он Евсеева. - Я должен их сдать в контрразведку.
   - Ой, чуть не забыли! - воскликнула Лариса. - У этого майора наша сумка с бумагами.
   - Отдай сумку, - сердито сказала Лена, выхватывая её из рук майора. - Стоит только зазеваться, как сумки воруют! А ещё приличный с виду человек!
   Прапорщик растеряно стоял, зажимая платком рану на голове, а Филонов остановил проходящего по коридору капитана из контрразведки.
   - Я привез к вам задержанных, но какой-то подполковник их забрал, - пожаловался он, показывая на спину Евсеева.
   - Забрал, значит ему нужнее, - флегматично ответил тот, мельком взглянув на уходящего с девушками Евсеева.
   Капитану, дежурившему в отделе, было некогда - получена информация о происшествии на блок-посте и надо срочно собирать следственную группу. Да и разбираться, зачем подполковник Евсеев из ГРУ увёл с собою каких-то девиц, просто некогда и незачем. Увел, значит нужно! Но, узнав, с какого блок-поста прапорщик, немедленно вызвал конвой и отправил Сорокина в следственный изолятор.
   - Вас также прошу задержаться, - сказал он Филонову и кивком подозвал одного из солдат. - Он проводит вас к моему кабинету. Я скоро освобожусь и задам вам несколько вопросов.
   - Вы что, задерживаете меня? - возмутился майор. - На каком основании?
   - Я просто прошу вас задержаться и ответить на несколько вопросов. Блок-пост, с которого приехал прапорщик Сорокин, подвергся нападению боевиков и полностью уничтожен. Судя по времени, Сорокин уехал как раз перед нападением. Или во время нападения?
   - Ну, а я-то причем? Я его привез, сдал и дело с концом. Медсестры, которых Сорокин захватил, уверяют, что он обсуждал со своим водителем план продажи блок-поста чеченцам. Вот их вы и допрашивайте.
   - Какие медсестры?
   - Так я же вам сразу сказал, что привез задержанных: Сорокина и медсестер, а подполковник их забрал.
   - Медсестр?
   - Ну, да!
   Контрразведчик озадачено посмотрел на Филонова. Зачем подполковник забрал задержанных медсестер? Может это его знакомые?
   - А где вы нашли этих медсестер?
   - Ну, да я же вам объясняю: Сорокин, как они утверждают, захватил их и хотел продать чеченцам в рабство. А я ехал в часть и, видя такое дело, вмешался.
   - Чувствую, что здесь надо разбираться основательно. Подождите, пожалуйста, около моего кабинета. Постараюсь побыстрее освободиться и займусь этим делом.
   Он отправился искать майора Старыгина, который должен был включить своих следователей в бригаду, выезжающую на уничтоженный блок-пост для проведения следственных действий. Старыгина он нашел на лестничной клетке, где тот курил с подполковником Евсеевым.
   - Ну, и где твои люди? - обратился к нему капитан, прикуривая сигарету.
   - Уже должны сидеть в машине. А где твои оперативники?
   - Спускаются. Как только подъедет конвой на бронетранспортерах, можно будет отправлять бригаду.
   - Знакомься, это Лёня Казаков, наш главный опер, гроза шпионов и диверсантов, - представил капитана Старыгин. - А это Саша Евсеев, коллега из ГРУ, 16-я бригада спецназа.
   - А я вас знаю. Ну, что, нашли своих медсестер? Это не их ли разыскивает Генпрокуратура? - спросил Казаков.
   - А зачем она их разыскивает?
   - Здесь на днях бегал один фрукт из Генпрокуратуры. Интересовался литовскими снайпершами, утверждает, что они замочили какую-то американскую шлюшку типа правозащитницы, - пояснил Старыгин. - Военная прокуратура ознакомилась с материалами и закрыла дело за недоказанностью. Но этот фрайер из Москвы имеет, видимо, какие-то указания на этот счет и роет так, как даже не роют могилу ближнему.
   - Лёня, а почему ты решил, что они медсестеры? - повернулся Евсеев к Казакову.
   - Да их привез сюда один майор-клизмотерапевт и утверждает, что они медсестры. Видимо, так они ему представились. Он их привез и ещё прапора Сорокина с блок-поста.
   - Прапор с блок-поста? - встрепенулся Старыгин. - С того самого? Так чего ты молчишь? Он где сейчас?
   - Да на месте. Не волнуйся. Я его запер в следственном изоляторе, так что можешь работать. А клизмотерапевт ждет у моего кабинета.
   - Он мне тоже нужен. Передашь мне его для допроса. Лёня, Саша просит временно поселить девочек на какой-нибудь конспиративной хате.
   - А что, опасаешься, что их найдут? - спросил Казаков у Евсеева.
   - Думаю, девчонок надо пристроить, в надежном месте, на всякий случай, от греха подальше. А потом уже разбираться, кто ищет и зачем.
   - Тоже правильно. У нас есть одна двухкомнатная хата, нечто вроде гостинички. Там постели, холодильник, кухня. Только ненадолго.
   - Максимум несколько дней. Устроит?
   - Лады. Ключ и адрес я сейчас принесу. На нашей хате их точно никто искать не будет. Только это между нами, чтобы потом неприятности не было.
  

Глава 22. Бригада строителей приступает к работе

  
   Самохин вошел в кабинет Мельникова вскоре после того, как ушёл Митя.
   - Слушай, Витя, ничего не пойму... Гильзы есть, пистолет был в работе, а трупа нет, - растеряно сказал он.
   - А куда же он делся?
   - Хрен его знает. Может быть, Никонов стрелял в мираж? Не могло ему почудиться?
   - Да нет, парень вполне нормальный. Вы со Стасом там хорошо смотрели?
   Самохин утвердительно кивнул и Мельников, озадаченный такой неожиданностью, сел в кресло. Не может быть, чтобы Митя инсценировал стрельбу в снайпера, а потом разыгрывал перед ним комедию. Такое не каждый артист сможет сыграть. Да и он, Мельников, не простой зритель, тоже кое-что повидал в жизни. И школа, всё-таки, есть. Куда же, в таком случае, делся труп и снайперская винтовка?
   - Слушай, а не забрали ли труп ребята Гончарова, чтобы скрыть следы? - воскликнул Самохин, хлопнув себя по лбу.
   - А это вполне возможно, - задумчиво кивнул Мельников.
   Планом предусматривалось, что Стас Кондратюк заберет оружие из тайника, если снайпера не будет. В случае уничтожения снайпера, Стас должен будет дождаться, пока уедет милиция и только после этого забрать оружие. Но в целлофановом пакете находились стреляные гильзы, а труп отсутствовал. Ни милиции, ни трупа! И земля в том месте, где, предполагалось, что заляжет снайпер, была свежевскопанная.
   Зазвонил телефон и Мельников снял трубку.
   - Виктор, хорошо, что я тебя застал, - услышал он голос Кудрявцева. - Получил факс от коллег из Новокузнецка. По их агентурным данным, у нас в городе находится некто Трутнев Валентин Борисович, 1963 года рождения, член новокузнецкой банды Лабоцкого-Барыбина /30/. Военная специальность - снайпер. Два года воевал в Афганистане. С августа 1992 года по октябрь 1993 года принимал участие в грузино-абхазском конфликте. По агентурным данным его цель - Ферапонтов. Так что, прими это во внимание и усиль охрану генерала.
   - Спасибо за информацию. Мы тоже по своим местным каналам получили информацию, что вызван какой-то киллер. Только не знали кто. Сегодня на кладбище неизвестно кем застрелен снайпер, который целился в генерала. Видимо это и есть Трутнев.
   - Отлично сработано! Труп дактилоскопирован, не знаешь? Впрочем, я сейчас это выясню в милиции.
   - Понимаешь, Толик, произошла какая-то странная накладка. Труп исчез.
   - Не понял, как это исчез?
   - Мы пока ничего не знаем.
   - А что милиция говорит?
   - Я думаю, что там ещё не в курсе.
   - Я что-то не понял ситуацию. Давай встретимся и переговорим.
   - Эта падаль, Гончаров, связался с новокузнецкими. Валить его пора, а то он нам доставляет слишком много хлопот, - сказал Мельников Самохину, положив трубку телефона. - Хотя, конечно, он просто исполняет указания своего руководства.
   - Не понимаю, почему они прицепились к Ферапонтову? - удивился Самохин. - Ну, когда он претендовал на пост губернатора, это можно было как-то объяснить. Но сейчас что им нужно?
   - Думаю, что всё из-за завода. Видимо, узнали о его роли в этом деле. И на Зою в этой же связи уже покушались один раз. Я опасаюсь, что может быть повторение.
   - Завалить Гончарова несложно, но рядом с ним наш информатор и мы можем контролировать ситуацию. А если завалим, неизвестно, кто придёт ему на смену. Будет ли у нас возможность и дальше иметь у них в службе безопасности своего человека? Кстати, есть информация, что автокатастрофа, в которой погиб Климов, подстроена лично Гончаровым.
   - Очень похоже. Не хотели Дронов с Трофимовым видеть Климова снова губернатором. Им нужно, чтобы выбрали ничего из себя не представляющее пустое место. Тогда они могли бы им легко управлять. Думаю, расчищают дорогу Бочарову. Этот Бочаров мужик глуповатый, но с завышенной самооценкой и амбициями. Будет для них землю носом рыть. А насчёт Ферапонтова, то, возможно, они не только хотят поквитаться с ним за завод, но и опасаются, что после гибели Климова, он может вернуться и продолжить свою избирательную компанию. Я опасаюсь, что на Зою тоже возобновят охоту, поэтому готовь операцию. Будем Гончарова успокаивать, а то бандюга слишком уж разошёлся.
   - А я бы за компанию Дронова с Трофимовым тоже туда же. Будут в аду соображать на троих и в карты резаться. Как ты на это смотришь, Виктор?
   - Давай пока подумаем насчёт Гончарова. Он стал очень опасен, поэтому следует устранить. И надо каким-то образом выяснить, куда делся мертвец. Никонов утверждает, что прострелил ему макушку. Но, может быть, он промазал и тот раненый, уполз?
   - И предварительно аккуратно присыпал место, где лежал, свежей землицей? И это правильно: кровь пролил, убери за собой, - усмехнулся Самохин.
   Ситуация, действительно выглядела довольно странной, если не сказать, загадочная. Ни он, ни Мельников не могли даже предположить, что двое кладбищенских рабочих, обнаружив труп, спрячут его, прельщенные винтовкой.
  
   Петр Савватич, пожилой кладбищенский рабочий и его помощник Тимофей, возвращались в контору, закончив копать могилу в пятом ряду 12-й аллеи. На следующий день в ней должны хоронить умершего от инфаркта главного инженера одного из таксопарков. Им хорошо заплатили за рытьё могилы, дав ещё сверх того две бутылки водки. Одну они сразу же оприходовали по окончанию копки, а вторую решили оприходовать у себя в каптерке, где с обеда оставалось немного закуски. Путь до каптерки они решили сократить и пошли напрямую, обходя могильные ограды.
   - Савватич, смотри, кто-то лежит, - обратил внимание старшего напарника Тимофей. - Что за народ такой нынче пошёл: то трахаются на могилах, то валяются на них пьяными!
   Подойдя ближе увидели кровь, лежащую рядом снайперскую винтовку и заволновались: покойников привозят регулярно, но уже готовыми. А чтобы здесь их же и делали, такого ещё не видели!
   - Надо бежать в контору, срочно звонить в милицию, - сказал Петр Савватич, рассматривая покойника.
   - Да подожди, Савватич, ты посмотри какой винт лежит! С оптикой! - возбужденно заговорил Тимофей. - Ты хоть знаешь, сколько такая стоит? Давай сначала винт припрячем, а потом вызовем.
   - Ты чё, паря! Попадёмся с винтом, на нас повесят убийство. Пойдём звонить в милицию.
   - Савватич, да чего ты спешишь, как голый в баню? Винт менты себе заберут, а нам даже спасибо не скажут. Мол, наш долг сообщать им. Давай лучше подумаем как быть. Может стоит трупик просто заховать? Тогда никто и искать ничего не будет.
   - А куда же мы его заховаем? Конечно, можно ту могилку, что выкопали, немного углубить, - задумчиво произнес Петр Савватич и Тимофей с энтузиазмом подхватил мысль:
   - Точно, углубим на метр, мертвяка в мешок и туда. Засыплем, утрамбуем. Кто до утра его искать будет? А утром похороны, опустят гробик, землёй засыплют и с концами.
   Тимофей наклонился над телом снайпера и, быстро обыскав его карманы, вытащил пачку долларов.
   - А ты, Савватич, хотел ментам звонить, - счастливо засмеялся он. - Смотри сколько зелени! Менты бы точно его обчистили. Давай, я сейчас сбегаю за тачкой, положим в неё покойника, накроем мешком и перевезем в ту могилку.
   Петр Савватич остался на месте, волнуясь и оглядываясь по сторонам. Он опасался, что кто-нибудь увидит его около трупа и решит, что это он убил человека. Но вскоре Тимофей прибежал с тачкой и они вдвоем засунули тело снайпера в пластиковый мешок, винтовку разобрали, положили в лежащей здесь же футляр для скрипки и повезли труп на 12-ю аллею к свежевыкопанной могиле. Углубив её, положили на дно мешок с телом снайпера и засыпали землей. Набрав немного свежей земли, поехали обратно на месте убийства и присыпали пятна крови, оставшиеся на земле и траве.
   Подсчитывали деньги, найденные в кармане снайпера, они уже в своей каптерке. В пачке было двадцать пять стодолларовых купюр и они выпили за удачную операцию. А через несколько дней продали винтовку с оптическим прицелом на вещевом рынке надежному человеку за две тысячи долларов. Надёжным человеком был чеченец по имени Абдулла Махмудов из отряда араба Абу-Умара /31/. Абдулла заплатил почти настоящими американскими долларами, производство которых хорошо налажено в Чечне.
   Абдуллу и с ним ещё двух боевиков - Муслима Джанбекова и Ахмеда Гелаева направили в Сибирь после таинственного исчезновения Камаля со своей группой. Камаль должен был достать в институте микробиологии споры сибирской язвы и документацию по их исследованию. Но группа, выйдя на каких-то людей в институте, исчезла необъяснимым образом. Смолин, обеспечивавший выход группы на институт микробиологии, был убит на пороге квартиры, в которой остановился, будучи в командировке. Квартира принадлежала некой Лолите Прохоровне Бережной, возглавляющей в администрации города Департамент информационной политики и общественных отношений. В окружении Хаттаба предполагали, что именно через неё Смолин организовал выход группы Камаля, поэтому воспользоваться тем же путём Абдулле категорически запретили. Если предположить, что именно она сдала чекистам Смолина и Камаля, то становится понятным исчезновение группы Камаля и убийство Смолина - чекисты, видимо, не хотели компрометировать свою контору связью их бывшего сотрудника с чеченскими сепаратистами.
   Абдулла, в отличие от Муслима и Ахмеда, длительное время жил в Сибири, прекрасно знал местные условия, из-за чего его и назначили старшим группы. Выйдя на предпринимателя Петра Владимировича Иванцова, владельца строительной фирмы "Атлант", Абдулла легализовал свою группу в качестве временных рабочих-строителей и снял небольшой дом на окраине поселка Южный. Хозяйка дома жила у дочки в городе, где ухаживала за новорожденным внуком и не мешала "строителям" жить своей жизнью.
   Задняя калитка небольшого сада выходила к лесу, что особенно прельщало Абдуллу. В случае опасности, через калитку можно легко исчезнуть и поминай, как звали. Ещё одна хорошая особенность снятого дома - это наличие большого сухого погреба, где можно содержать, в случае необходимости одного или двух заложников. План действий вчерне выглядел просто: захватить кого-либо из членов семьи сотрудника лаборатории, работающей по тематике сибирской язвы, и предложить обмен на споры и материалы с результатами исследований. Это казался самый простой и надёжный путь, и удивительно, что к нему не прибег опытный Камаль. Или не успел прибегнуть из-за предательства Бережной? Это предстояло выяснить, но главное - это институт и Иванцов получил задание выйти на нужных людей.
   Иванцов и его двоюродный брат Митяев были завербованы организацией "Братья мусульмане" ещё в Ираке, когда те работали на строительстве электростанции. Завербовали впрок, поэтому несколько лет от них ничего не требовали. Да и сейчас от Петра Владимировича потребовали совсем немного: оформить на работу трёх чеченцев. Причем их зарплату он мог оставить себе, чем тот и не преминул воспользоваться. Сверх того, ему заплатили десять тысяч долларов наличными и не фальшивыми, чеченского производства, а самыми настоящими. У Иванцова имелись основания быть довольным - от него не требовали кого-то взрывать, кого-то убивать, а надо просто свести с людьми из научного института, да ещё раздобыть три ствола с патронами. Со стволами проблемы нет никакой - на вещевом рынке можно купить любое оружие. Воинских складов вокруг города много и только ленивый из тех, кто имел к ним доступ, не торговал оружием.
   Иванцов созвонился с директором института и встретился с ним по вопросу ремонтно-строительных работ - предложил сделать ремонт здания за скромную цену. Однако у института на ремонт денег не было и появились они только тогда, когда Иванцов напрямую заявил, что пятнадцать процентов отката передаст директору наличными. Директор согласился на десять процентов, потому что мог выделить деньги только на косметический ремонт и десять процентов от столь небольшой суммы его не устраивали.
   - Институт в тяжелом финансовом положении, - объяснял он Иванцову. - Мы не можем делать сейчас большой ремонт, потому что денег не хватает даже на зарплату персонала института.
   Договорились ограничиться покраской стен в коридорах и на лестницах, а также привезти в порядок сантехнику в туалетах на третьем этаже, где располагалась администрация института.
   - Но туалеты для простых сотрудников тоже неплохо бы обновить, - пробовал увеличить сумму Иванцов. - У нас сейчас в наличии есть отличная итальянская сантехника и трубы из нержавейки.
   - Нет, - сказал, как отрезал, директор. - Время сейчас тяжелое, на науку денег практически не отпускают. В прошлом году в стране фактическое финансирование науки составило 55 % от предусмотренного бюджетом. У нас нет возможности оплачивать ни требуемые материалы, ни реактивы, ни потребляемые энергоресурсы, не говоря уже о зарплате сотрудников. А вы говорите об итальянской сантехнике и нержавейку во всех институтских туалетах! Будем обходиться тем, что есть.
   Иванцов выматерился про себя, но не стал настаивать, раз такая сложная ситуация в отечественной науке и они ударили по рукам, договорившись о пятнадцати процентах отката. Через неделю, после подписания договора и оформления строительным рабочим пропусков в институт, на объекте появились Абдулла, Муслим и Ахмед, вооруженные кистями и шпателями, с банками краски и шпаклёвки. Переодевались они в бытовке у Виталия Владимировича Карнаухова, пожилого электрика, работающего в институте с незапамятных времен. Будучи пенсионного возраста, он не уходил на пенсию, которую платили редко да и то с большими задолженностями. Зарплата в институте не намного больше пенсии и её тоже часто задерживали, но у него имелось небольшое подсобное хозяйство, что помогало семье выжить. Он бы хотел перейти на должность вахтера, зарплата которого почти такая же, как у электрика, зато сутки работаешь, трое дома. А за три дня в домашнем хозяйстве можно многое успеть сделать. Но все места вахтеров заняты и он ждал, когда одна из женщин-вахтерш уйдет на пенсию и освободит для него место - недавно вышедшая замуж её младшая дочь ждала ребенка и будущая бабушка готовилась посвятить всю себя внуку.
   Свой первый день работы в институте и приятное знакомство с Виталием Владимировичем строительные рабочие отметили после работы дружеской трапезой с копченой колбасой и бутылкой водки. Карнаухов был рад новым общительным и веселым знакомым и с удовольствием рассказывал благодарным слушателям различные байки из истории института.
   - В советские годы, помню, часто посылали в колхозы. То на уборку, то на прополку, то корма заготавливать. А работал у нас помощником замдиректора по общим вопросам Гриша Агранович. Он всегда руководил подобными работами. И вот отправили нас однажды в дальний колхоз на прополку. Пропалываем, значит, а на трассе возле нас вдруг останавливается черная "Волга". Это какой-то хрен из райкома или обкома приехал проверять, как идут дела. Подходит к нам и спрашивает, где у вас старший. Ну, показываем: вон, мол, Агранович, он здесь главный. Этот хрен идёт к нему через всё поле, подходит и начинает выспрашивать: что выращиваете на том поле, что на дальнем и какие виды на урожай. Гриша говорит, не знаю, мол, это нужно спрашивать не у меня, а у агронома.
   - А вы же кто?, - спрашивает партийный хрен. - Разве вы не агроном?
   - Я не агроном, я Агранович, - отвечает Гриша.
   - Агранович это кто? Помощник агронома? Как же вы, будучи помощником агронома, не интересуетесь, какие культуры выращиваете у себя на полях!, - раскричался приехавший хрен.
   Карнаухов захохотал над своим рассказом и с ним засмеялись его новые знакомые. Им хотелось бы услышать в какой лаборатории и кто конкретно занимается сибирской язвой, но электрик увлеченно продолжал рассказывать им институтские байки.
   - А был ещё у нас такой случай. Когда институт строил это здание, то сотрудников часто посылали сюда на стройку убирать мусор и мыть окна. Приходят, отмечаются у Гриши Аграновича и он дает каждому задание. А перед этим в институте организовали новый отдел и назвали отдел АСУ. Вот приходит одна девица, недавно устроившаяся на работу в новый отдел и Гриша ее спрашивает: "Вы из какого отдела?". Она отвечает: "Я с АСУ". "Это ваше личное дело! - говорит Гриша. - На вашем месте я бы постеснялся это афишировать! Я спрашиваю отдел какой?", .
   Карнаухов вновь расхохотался.
   - Веселый человек Гриша, но пару лет назад ушёл в какое-то стройуправление. Оно, конечно, и понятно: рыба ищет там, где глубже, а человек ищет там, где лучше.
   - Виталий Владимирович, у вас здесь в институте, я слышал, опасно работать, - начал Абдулла, пытаясь направить разговор в нужное русло. - Микробы, бактерии, вирусы. Это правда, что здесь чуть ли не сибирская язва есть?
   - Это точно. И не одна! Такую язву, как Дарья, это наша завхоз, ещё поискать надо, - рассмеялся Карнаухов. - Даже изоляционную ленту не могу никак у неё получить. Говорит, мол, месяц назад тебе давала, ты куда, спрашивает, её дел? А я что, кушаю эту ленту, что ли? Она ведь мне для работы нужна!
   - Нет, кроме шуток, боязно здесь работать. Подхватишь, что-нибудь, так и не вылечат потом, так и загнешься ведь!
   - Да вы ребята не дрейфьте и никаких бактерий не бойтесь, - успокоил их Карнаухов. - Мы вас им в обиду не дадим! Никто у нас ещё ничем не заразился. А в лабораторию, которая занимается той же сибирской язвой, вас и не пустят. Там всюду кодовые замки, такие меры предосторожности, что ни один микроб ни не выскочит оттуда, ни заскочит туда. Кстати там работает один парень, зовут Денис Филимонов. Так я вам расскажу сейчас про него одну историю. Он и его друг Вадик Мещерский пришли к нам работать после окончания биофака университета - парней направили к нам по распределению, как молодых специалистов. Так это ещё те хохмачи! Однажды, на первое апреля, разговаривает о чём-то Денис с завлабом и тот в шутку хлопает Дениса линейкой по голове. У того вдруг закатываются глаза и он падает на пол. Завлаб в ужасе, не знает, что делать, бегает, мечется, думает, что убил человека. Его приятель Вадим бросается к Денису с криком: "Не умирай, прошу тебя, только не умирай!". Завлаб выскакивает из лаборатории, мчится в медпункт и они с медсестрой и нашатырным спиртом бегут обратно в лабораторию. Прибегают, а там за столом спокойно сидят эти два оболтуса, и тихо о чем-то беседуют. Завлаб бросается к Денису и спрашивает: "Ну, что, всё в порядке? Пришел в себя?". А те ему удивленно:
   - А мы никуда и не уходили. Всё время здесь сидим.
   Медсестра удивленно смотрит на завлаба и говорит:
   - Виталий Викентьевич, зачем вы меня разыгрываете? У меня столько работы, а вам весело!
   Смеясь Карнаухов разлил остатки водки по стаканчикам и все снова выпили.
   - А вот ещё одна история, - сказал он, закусив огурцом. - Отдел, в котором работает Мещерский на четвертом этаж и в одной из комнат в проеме между двух окон стоял стол Горбунова Петра Романовича, доктора медицинских наук. Однажды подходят к нему Денис и Вадик и с деловым видом просят ненадолго встать. Отодвигают его стол и начинают измерять стену.
   - А что вы здесь меряете? - удивленно спрашивает Петр Романович.
   - Директор института поручил нам замерять проем. Здесь планируется сделать дополнительный выход на улицу. Сами знаете, что творится на центральном выходе после звонка с работы, - отвечает ему Вадик.
   Петр Романович возмутился, почему, мол, именно около его рабочего места будет выход на улицу и помчался к директору ругаться. Тот тоже возмутился: как вы, мол, могли поверить в эту ахинею, если сидите на четвертом этаже! Какой вообще там может быть выход на улицу!
   Карнаухов затрясся от хохота, а его гости недовольно переглянулись - электрик утомил их своими байками. Однако всё, что они хотели, узнали удивительно просто - им нужен Денис Филимонов, который работает в лаборатории, занимающейся проблемами сибирской язвы. И хорошо, что есть такие болтуны, которые бескорыстно помогают выполнить ответственное задание!
   Утром перед началом рабочего дня Абдулла подошёл к вахтерше:
   - Мне вчера сказали, что Денису Филимонову нужно поклеить дома обои. Но я не знаю, кто это такой. Не подскажите?
   - Да вот он идёт, - показала вахтерша на молодого человека, который входил в институт.
   Но выяснилась, что произошла ошибка - Денису не требовалось клеить дома обои. А вечером, после работы, Муслим и Ахмед проследили за Денисом и установили, где он живёт. Выяснить состав семьи помогли словоохотливые соседи и Абдулла решил, что брать в заложницы нужно сестру Дениса - Настю.
  
   Глава 23. Покушение на Зою Мельникову
  
   Дронов сидел в мягком вращающемся кресле за большим полированным столом и с нескрываемым раздражением смотрел на стоявшего перед столом Гончарова, которого снова срочно вызвали в Москву сразу же после неудачного покушения на Ферапонтова. Из-за его головотяпства Ферапонтов уехал с кладбища живым и здоровым, словно бы так и надо. Более того, снайпер, которому, если верить Гончарову, заплатили две с половинной тысячи долларов, исчез, так и не выполнив заказ. Это уже третий прокол с Ферапонтовым, и с Гончарова следовало бы строго спросить, несмотря на его удачную операцию с Климовым.
   Первый раз, выстрелив по машине, в которой ехал Ферапонтов, убили водителя, а тот, на кого охотились, остался жив. Людей, посланных в больницу добить генерала, кто-то поубивал, после чего, вероятно, вылез через окно и спустился по водосточной трубе вниз. Следовательно, людей Дёмина в палате ждали? Кто-то, значит, предупредил? И снова промашка, уже третья по счёту! Если Ферапонтов заколдованный, то кому он платит за колдовство? Не Гончарову ли? Будь Смолин жив, разобрался бы в этой истории! А что, если Смолина замочил не любовник этой бабёнки Лолиты, а тот же Гончаров?
   Тяжёлые подозрения лавиной рождались в голове у Дронова, которому вдруг вспомнился покойный Дёмин. Конечно, хорошо, что бывший компаньон покойный и было бы ещё лучше, чтобы к нему присоединился и Трофимов. Тогда бы он, Дронов, остался один на хозяйстве. Но не мог ли Гончаров ликвидировать Дёмина? Не мог ли именно Гончаров всё и подстроить? Как удалось пробить такую продуманную оборону?
   - Если в течение двух недель я не смогу побывать на похоронах дорогого генерала, а он мне действительно уже довольно дорого обошёлся, у меня с вами будет неприятный разговор, - жестко сказал Дронов. - И хотелось бы оплакать также и Данилину Зою Матвеевну. Так что в ваших интересах, голубчик, доставить мне это удовольствие!
  
   Гончаров уходил от Дронова, в бешенстве сжав зубы. Издевается, гад! Ничтожество, которое занималось раньше фарцовкой, а сейчас мнит из себя великого человека! Может, стоит замочить не Ферапонтова, а эту мокрицу? Трофимов более приличный человек, с ним можно иметь дело, а с этим дерьмом общаться невозможно.
   И, всё же, куда мог деться снайпер? Получил половину обещанной суммы и сбежал? Возможно, этот говнюк Дронов думает, что никакого снайпера не было и в помине, и что он, Гончаров, попросту присвоил деньги? Действительно, с этим Ферапонтовым не везёт уже в третий раз, и непонятно, чем это можно объяснить.
   Надо ликвидировать Мельникова вместе с его супругой - на небесах им вместе будет веселее! Дронова он тоже замочит, но сначала надо разобраться с четой Мельниковых, которые как кость в горле. Со снайперами иметь дело больше не имеет смысла - опыт есть. Два раза платил и два раза облом! Лучше взорвать их к чертям, как Афоню - это надежнее. Вот только куда и как подложить бомбу? Мельников таких церберов понабрал, что и не подлезешь.
   Удалось купить главного бухгалтера, что тоже большой успех. Баба хитрая, и сразу чувствуется, что та ещё пройдоха. Имеет два достоинства - любит деньги и ненавидит Данилину. Но, зараза, трусиха жуткая - копии финансовые документы выносить из фирмы боится, утверждает, что бывший мент Самохин всё контролирует так, что опасно и дохнуть не так как надо. Скорее всего, врёт! Просто боится засветиться и предпочитает сообщать данные по телефону и то из дому - предполагает, что рабочий телефон прослушивается. Это же надо так народ запугать, что информацией даже по секрету торговать боятся!
   Гончаров давно уже изучил систему безопасности компании "Сибкомпроминвест", когда ещё готовил покушение на Афонина. Но сейчас положение несколько изменилось, и необходимо время на дополнительную разведку. Только как раз времени и не было - Дронов установил слишком сжатые сроки. Неожиданно помог случай - у джипа, на котором ездила чета Мельниковых, начал сбоить датчик оборотов, и из компании позвонили на станцию техобслуживания с просьбой как можно быстрее устранить неисправность.
   Сообщение Алевтины Андреевны Кротовой, главного бухгалтера компании, оказалось очень кстати. Гончаров знал, что компания имела постоянный договор на обслуживание и ремонт своего автотранспорта именно с этой СТО. Весь персонал станции состоял из директора, двух мастеров и девяти опытных механиков. Один из мастеров с недавнего времени получал небольшое денежное содержание от Гончарова и проинформировал его сразу же, как только стало известно, что ожидается машина из компании "Сибкомпроминвест".
   Между тем, установить радиоуправляемую мину в процессе ремонта машины дело практически безнадежное. Водитель, принимающий машину после ремонта, обычно тщательно её осматривает и, безусловно, обнаружит мину. Но вот если бы ремонт производился в присутствии водителя, и он лично бы за ним наблюдал, тогда отсутствовала бы потребность в тщательном осмотре, подумал Гончаров. Следовательно, водителя надо задержать и создать у него иллюзию присутствия при ремонте.
   После некоторого размышления, у Гончарова возникла идея и он срочно связался с инспектором ГАИ лейтенантом Черняевым. С тем хитрить не имело смысла и Гончаров изложил ему план операции, пообещав заплатить в случае удачи три тысячи долларов.
  
   Петро Омельченко приехал на станцию обслуживания точно в назначенный срок, хотя по дороге машина неоднократно глохла. Поставив джип на яму, он передал ключи мастеру и собрался уходить, когда во двор СТО въехал на мотоцикле Черняев и подкатил прямо к джипу.
   - Хорошая машина, - похвалил Черняев джип, вставая с мотоцикла. - Ваша?
   - Да нет, предприятия. Вот привез на ремонт, что-то с датчиком оборотов случилось. Только набрал скорость, как срабатывает ограничитель оборотов и приходится ехать чуть ли не ползком.
   - Ну, это не беда, дело легко поправимо. Красивая машина и главное мощная, все таки 170 лошадей! Сколько за городом жрёт?
   - По паспорту должна тратить 7 литров с небольшим, но на самом деле бывает и больше восьми.
   Они подробно обсудили достоинства джипов различных марок и производителей, осмотрели днище, мешая мастеру работать, заглядывали под капот, в салон и в багажник. Таким образом, Черняев создавал у водителя иллюзию контроля машины с тем, чтобы после ремонта тому не понадобилось основательно осматривать машину. В какой-то момент Черняев ухитрился положить в багажник под лежавшую там циновку небольшую радиоуправляемую мину и водитель, осмотревший всё-таки ходовую часть и тормоза после ремонта со всей тщательностью, даже не заглянул в багажник, потому что кроме него и милиционера его никто не открывал.
  
   Зоя была уже на втором месяце беременности и испытывала тянущие боли внизу живота. Она нервничала по этому поводу, боясь самопроизвольного прерывания беременности, так как слышала, что экология такова, что у многих женщин случаются выкидыши. Однако пожилая и опытная врач женской консультации просветила её:
   - Это нормально и вызвано физиологическими изменениями организма. Под действием гормонов происходит размягчение связок и изменение взаиморасположения внутренних органов в брюшной полости. Если вы не наблюдаете кровянистых выделений, то можете не беспокоиться, это скоро пройдёт.
   Это немного успокоило Зою и она оживлённо делилась с Мельниковым тем, что узнала на лекции для молодых матерей, которую читал в женской консультации доцент медицинского института:
   - Ты знаешь, Витя, к середине второго месяца сердечко ребеночка достигает размера маленькой шишечки, а желудочек перемещается вниз на свое место в брюшную полость.
   Она заглядывала в свой конспект и перечисляла, что происходит с ребенком в это время.
   - У ребеночка развиваются кишечник, поджелудочная железа, почечный аппарат, активно формируются кости. Идет процесс формирования верхней губы и зубиков. Проявляются черты лица: две маленькие щелочки - глаза, две канавки - уши, одно отверстие для носа и одно для рта. А к концу второго месяца проявляются пальчики, начинают различаться сегменты конечностей и формируются половые железы. У мальчиков начинаются закладываться яички. Параллельно образуются мускулы и нервы, а также костный мозг.
   Мельников с удовольствием слушал её рассказы и целовал её пальчики. Он представлял себе, как пройдет ещё семь месяцев и в их семье появится новый человечек, который уже есть, но ещё не полностью сформировался.
   - И ещё он рекомендовал заниматься плаваньем в бассейне. Он считает, что плавание - такой вид спорта, в котором нагрузку испытывают практически все мышцы и это очень важно, так как при родах работает все тело, поэтому все тело должно быть сильным.
   Мельников нежно привлёк Зою к себе.
   - Я думаю, малыш, тебе надо с работой заканчивать. Эти постоянные стрессы до добра не доведут.
   - А что мне дома делать? Сидеть и ждать тебя с работы?
   - Нет, больше гулять, дышать воздухом, ходить в бассейн. Ты представляешь, каким будет ребенок, если ты постоянно нервничаешь, постоянно решаешь какие-то проблемы, всё время испытываешь стрессы? Ты о нём подумай!
   - А кто же будет вести дела?
   - Я подумываю насчет Андрея Никонова. Человек он, как мне представляется, честный, экономист очень грамотный. А ты как считаешь?
   Зоя понимала, что рано или поздно ей придется оставить свою работу, но психологически не была ещё готова к тому, чтобы сидеть дома. Между тем, неблагоприятное влияние эмоционального стресса матери на беременность и роды общеизвестно и об этом говорили и в женской консультации. Конечно, не хочется подчиняться необходимости временной самоизоляции в семье и сосредоточения на своём здоровье, однако это залог успешного развития плода. Доцент, читавший лекцию, подчеркивал, что умственное развитие у детей, чьи матери сталкивались со стрессом во время беременности, отстает от других детей. Да и может ли вообще погоня за успехом и профессиональные интересы считаться приоритетными по сравнению с материнским долгом? Абсолютно ясно, что следует отказаться от работы во имя ребенка, во имя семьи. Конечно, это для неё трудное решение, но что делать, если стрессы в последнее время следуют один за другим?
   После смерти Климова начались проблемы с администрацией области. Самохвал, бывший заместитель Климова, исполняющий ныне обязанности губернатора, поднял вопрос о признании сделки по приобретению компанией местного телевизионного канала Сибинформтиви ничтожной. Юридический отдел администрации уже готовит документы для подачи их в арбитражный суд и понятно, что делается это в интересах Бочарова и выборного штаба движения "Наш дом - Россия", которые заинтересованы взять канал под свой контроль. Понятно, что выиграть дело в арбитражном суде вряд ли смогут, но затянуть срок вынесения решения и потрепать нервы могут элементарно.
   Если одной из сторон вынесение судебного решения нежелательно, она может использовать для затягивания дела многие способы, в том числе и недобросовестные. Может, например, использовать несвоевременное представление доказательств, бесчисленное множество ходатайств на разных стадиях рассмотрения дела и тому подобные методы. А тем временем, администрация области возьмет канал под контроль до вынесения окончательного решения.
   В принципе, канал был лишней головной болью, и Зоя с удовольствием бы от него избавилась. Но проблема состояла в том, что администрация области не намерена возвращать за него деньги. Притом деньги немалые. Кроме того, начались проблемы с той частью налогообложения, которую, по договоренности с Климовым, компания планировала потратить на ремонт театра. Согласно новой интерпретации Самохвала, ремонт театра компания должна производить за свой счет в виде благотворительности, не вычитая эти деньги из налогов.
   Все эти проблемы обрушатся на Андрея Дмитриевича, совершенно не готового к хозяйственной деятельности, но другой кандидатуры не видно. Но стоит ли рисковать ребенком из-за компании?
   - Я думаю, что Андрею Дмитриевичу на первых порах будет очень трудно. Но если ты считаешь, чтобы я должна сидеть дома, не буду спорить. Как ты считаешь нужным, так я и сделаю, - сказала Зоя, положив голову Мельникову на плечо, и он поцеловал её в макушку.
   - Давай отвезу тебя сейчас, малыш, на физкультуру, а потом заеду и заберу.
   Зоя начала посещать лечебную физкультуру, но недавно в женской консультации организовали платные курсы хатха-йоги и утверждали, что это поможет сделать роды безболезненными. Сегодня Зоя должна впервые пойти на занятия и купила себе для этого красивый спортивный костюм. Мельников хотел её лично отвезти, но, как обычно не вовремя, приехал Шевчук и разыскал его у Зои в кабинете.
   - Виктор Михайлович, можешь мне уделить немного времени? Есть срочный разговор.
   У него всегда все разговоры были срочные, но отказать нельзя и Мельников, попросив Зою его подождать, повел Шевчука в свой кабинет.
   - Виктор Михайлович, совершенно неприятная информация. Некоторые чертежи с грифом "совершенно секретно" были размножены в отделе множительной техники, но прошли мимо первого отдела. И где они, неясно. Я сейчас еду к Кудрявцеву и вот по дороге заехал, чтобы ввести тебя в курс дела. Могут быть большие неприятности!
   - Как это выяснилось?
   - Я начал подготовку к передаче дел в будущий холдинг и взял книгу регистрации отдела множительной техники, чтобы вписать туда заказ на размножение. Секретарша уехала с почтой и я, чтобы её не ждать, сам отнёс бумаги на ксерокс. Полистал книгу регистрации, смотрю - знакомые номера чертежей, а подпись неразборчива. Вызвал начальника первого отдела, вместе с ним начали искать, копий нигде нет.
   - И давно сделаны копии?
   - Буквально месяц назад. Ну, когда была эта бодяга с тендером. Там Дёмин многих купил и сейчас мне надо срочно наводить порядок. Повыгоняю некоторых шустрых, малость почищу авгиевы конюшни.
   - Подожди, Степан Александрович, подметать. Надо вначале разобраться, чтобы никто никуда не делся. Что за чертежи?
   - Чертежи касаются ПЗРК - переносных зенитно-ракетных комплексов. Чертежей-то там тысячи, но сделали десятка два. Или не успели, или только эти и понадобились.
   - А что за чертежи?
   - Комплекс, как ты знаешь, состоит из транспортно-пускового контейнера с пусковым механизмом и источником питания. И в там размещается зенитная управляемая ракета с тепловой головкой самонаведения. Эти ракеты производит наш заво и главная трудность при создании такой головки - это достичь стабилизации ракеты в полете. Для этого требуется гироскоп с малыми массогабаритными характеристиками. Так вот как раз чертежи этого гироскопа, который позволяет наводить ракету методом пропорциональной навигации, и скопированы. А где копии - неизвестно.
   - Как же приняли на размножение без визы первого отдела?
   - В том-то и дело, что виза есть, но, скорее всего, поддельная. Кто-то хочет наладить их производство. Ещё бы! Такое оружие очень привлекает террористов. Кстати, если ты помнишь, в прошлом году в марте североирландские боевики обстреляли лондонский аэропорт "Хитроу" зенитными ракетами. А буквально через месяц, в апреле, ракетой переносного комплекса сбили самолет "Фалкон-50" с президентами Бурунди и Руанды. Рано или поздно на такое оружие, как ПЗРК, должны были обратить внимание террористы, вот они и обратили. Наши ПЗРК не хуже американских "Стингеров", а спереть их при нашем нынешнем бардаке легче.
   Мельников откинулся на спинку кресла и задумался. Новость действительно очень скверная. В Москве уже поднимается вопрос о том, что завод куплен несолидной компанией и надо пересмотреть результаты тендера. Теперь на заводе будет работать ФСБ, поднимется шум, у их противников появятся дополнительные и очень серьёзные аргументы. Короче говоря, скучно не бывает! Очередной стресс для Зои, хотя она к этому заводу фактически никакого отношения не имеет - он находится в её подчинении чисто номинально. Надо ускорить организацию холдинга, тогда все проблемы будут не у Зои, а у него. Но он-то выдержит, а вот на неё сейчас такая нагрузка!
   - Виктор Михайлович, я привез тебе руководящие документы по системе охраны завода. Ты их, пожалуйста, изучи и дай свои рекомендации. Система утверждена не нами, поэтому надо выявить недостатки и предложить мероприятия по её совершенствованию. Надо срочнейшим образом подготовить предложения и попробовать дискуссиями о схемах охраны объекта размыть вопрос о пропаже копий чертежей.
   - И когда это надо?
   - Самым срочным образом, а то нас закапают и аргументов у нас не будет. Да, вот ещё что: свою машину я отпустил, у водителя жена в больнице, он ей передачу повез. Так ты меня подбрось, пожалуйста, к Кудрявцеву, я уже с ним договорился и он ждёт меня.
   - Может быть, мне тоже стоит с вами поехать к нему?
   - Думаю, не имеет смысла. Лучше переговори с ним неофициально. Посоветуйся, как бы замять это дело.
   - Тогда поедете вместе с Зоей. Она едет сейчас на лечебную физкультуру и завезет вас. А я займусь материалами.
   Мельникову хотелось самому поехать с Зоей и посмотреть, как она будет делать йоговскую гимнастику, но придётся в следующий раз. А пока Шевчук едет к Кудрявцеву, имеет смысл обсудить эту новость с Толиком по телефону.
   - Так что, ты меня не проводишь? - совсем как Яночка, надула губки Зоя, и Мельников отметил, что они друг у друга перенимают не самые лучшие манеры. Удивительно, как они за это время сдружились!
   - Малыш, я постараюсь приехать к окончанию занятия и забрать тебя, - пообещал Мельников, целуя её. - А пока Петро отвезет вас со Степаном Александровичем.
  
   Он стоял около окна и смотрел, как его любимая идёт к машине, и в нём нарастало большое нежное чувство к ней. Ещё немного и их будет четверо: она, он, Яночка и мальчик, имя которому пока не придумали. Обязательно мальчик, потому что Яночка мечтает о маленьком братике, а он о сыне.
   Мельников облокотился на оконную раму и любовался стройной фигуркой жены. Она, видимо почувствовав взгляд мужа, обернулась, посмотрела наверх, на окно его кабинета и помахала ему рукой. Шевчук, уже сидевший в машине, открыл ей заднюю дверь, приглашая сесть рядом с собой. Что-то дожёвывая на ходу, к машине быстро шёл Петро. Вчера Мельников обязал его брать с собой оружие, когда сопровождает Зою. Мало ли что, неровен час, нападут. Скорее бы она отошла от дел, тогда не надо будет волноваться. Пусть сидит дома и обучается вязанию. Будет вязать носочки и шапочку их будущему ребеночку.
   Зоя ещё раз помахала рукой Мельникову и села в машину. На водительское место уселся Петро, и машина медленно тронулась, выезжая со двора. Мельников отошёл от окна и вдруг тишину разорвал взрыв. Не желая верить в худшее, он бросился обратно к окну. Машина горела ярким факелом и Мельников сломя голову, перепрыгивая через ступеньки, помчался вниз на улицу. По дороге, на лестнице, он подвернул ногу, но, не замечая боли и прихрамывая, бежал к объятой пламенем машине. Около неё Мельникова перехватил Самохин, успевший выбежать раньше его.
   - Туда нельзя, - кричал он Мельникову, с трудом удерживая его и не подпуская к горящей машине. Подбежал Стас, и они вдвоём оттащили Мельникова от машины. Тот плакал, не скрывая слёз,
   - Я должен был там быть вместо неё, - бормотал он, глотая слёзы, и Самохин молчал, прижимая его к своей груди. Что можно сказать человеку в такой ситуации?
   Из окон высовывались испуганные сотрудники и многие женщины не скрывали слёз. Прибежала Валя и, рыдая, бегала вокруг костра, в который превратилась машина, с полным 95-ти литровым баком горючего, заправленным только вчера.
  
   Криминальные структуры города замерли в тревожном ожидании. Они подозревали друг друга в организации взрыва, хотя не могли понять его цели. Если бы компанию обложили данью, а она отказывалась платить, естественной реакцией было бы взорвать её руководство. Но какой сумасшедший рискнёт облагать данью компанию, служба безопасности которой сплошь состоит из бывших ментов и спецназовцев?
   Этот взрыв без видимых причин мог быть провокацией одной группировки против другой, в попытке подставить противников под ответный удар Мельникова. Только надо быть вообще отмороженными, чтобы прибегать к таким провокациям, которые могут спровоцировать Мельникова на кровавую баню! "Смотрящий" Проня-китаец так разнервничался, что схватило сердце: ему поручено следить за порядком в области, а вот-вот может начаться такой беспредел, что потоки крови захлестнут город! И главная опасность в том, что какие-нибудь отмороженные фуфлыжники /32/ могут гнать Мельникову фуфло /33/, чтобы перевести стрелки на правильных пацанов. Надо срочно переговорить с Самохиным. В своё время тот был правильный мент и хоть лютовал частенько, но напрасно никого не гнобил. Так что он должен понять ответственность момента.
   - Хочу перетереть с тобой по поводу трагедии. Есть опасность, что рогатые и черти будут гнать поганку и шить нахалку тем, кто ходит по музыке /34/, - начал он, дозвонившись, в конце концов до Самохина.
   - Короче, - прервал тот Проню. - Что хотел? Нет у меня времени на дешевый базар.
   - Я собираю сегодня правильных пацанов и хочу перетереть с ними по поводу несчастья. Мы найдем во чтобы то не стало того, кто это сделал. Главное не допустить беспредела в городе.
   - Найдешь, сообщи. Сам не трогай, мы его судить будем!
   Самохин повесил трубку не прощаясь, но Проня по голосу понял, что к нему нет претензий. Ни к нему, ни к блатным и это успокаивало. Он позвонил Мартыну, чтобы сообщить о своём разговоре, но оказалось, что тот уже лично побывал у Самохина, узнав о взрыве.
   Мартын сразу понял, какая опасность может его подстерегать, если кто-то повесит на него взрыв. Надо срочно доказать, что ни он, ни его братва не при этих делах, поэтому тотчас же поехал в центральный офис компании. Однако его ни с охраной, ни без неё в здание не пустили.
   - Никого из посторонних не велено пускать, - мрачно сказал охранник на входе, и Мартын буквально физически ощутил на себе пристальный взгляд через оптический прицел расположившегося где-то снайпера. Возможно это нервное, а может просто интуиция, но чувство не из приятных!
   - Ты позвони Виктору Михайловичу, скажи, мол, Мартынов Михаил Трофимович приехал, встретиться хочет.
   Охранник позвонил Самохину и тот, спустившись вниз и встретив Мартына, повел к себе в кабинет.
   - Сегодня, как понимаешь, Мельникова не будет, я за него. Что хотел?
   Мартын знал Самохина ещё с тех времен, когда тот работал старшим опером в уголовном розыске. Помнил, как Самохин брал Проню-китайца и чуть не застрелил того. Хорошо, что ограничился тем, что расквасил ему морду. И на том, как говорится, спасибо! Крутой был мент и со временем, пожалуй, мягче не стал. Характер человека с годами мягче не становится, он только портится.
   - Я приехал, Олег Павлович, чтобы выразить Виктору Михайловичу свои соболезнования, - кашлянув, чтобы скрыть волнение, произнес Мартын. - Если нужна какая помощь, бойцами, например, только скажи. Выделю лучших пацанов, подсобим малость, если нужда в этом будет.
   - Спасибо, но мы уж сами как-нибудь справимся, - играя желваками, сказал Самохин. - Твой визит и участие запомним. Как говорится, дорога ложка к обеду. Узнаешь, ежели что, сообщи. Лады?
   - Нет вопросов! Поставлю свою сеть на уши, но информацию раздобуду. Это же надо, до чего уже беспредел доходит!
   Мартын уехал успокоенный - главное, что на него не грешат, а то, неровен час, подумают, что он стал беспредельщиком! Да и связываться с этой конторой могут только самоубийцы. Хорошо Самохин сказал: "твой визит и участие запомним". Душевно! Значит, уверен, что Мартын не имеет отношение к взрыву!
  
   Глава 24. И снова похороны
  
   Всем охранявшим Ферапонтова на кладбище очень хорошо заплатили через несколько дней после похорон Климова, а Мите заплатили даже вдвойне - за ликвидацию снайпера. Это пришлось очень кстати, так как накануне он пригласил Марину в кафе. Настроение немного подпортил не очень приятный разговоров с Самохиным, состоявшийся сразу после выдачи денег.
   - Ты не принимай близко к сердцу, но снайпер, которого ты застрелил, скрылся с месте происшествия, - хмуро сказал Самохин и Митя вначале подумал, что это шутка.
   - Как это скрылся? На месте не было трупа?
   - Представь себе. Видимо решил, что на том месте ему не место, извини за тавтологию. Хорошо ещё, что тебе попался аккуратист: даже присыпал свежей землицей место, где лежал.
   - И Виктор Михайлович думает, что я сочиняю? Что снайпера не было?
   - Нет, Студент, не думает. И я так не думаю. Под слоем присыпанной землицы мы обнаружили следы крови и оружейного масла. Видно накануне снайпер хорошо смазал винтовку.
   - Тогда я не понимаю. Уползти он точно не мог. Куда же тогда он делся? Может кто-то его забрал?
   - Может и забрал. Каких только коллекционеров не бывает! Одни коллекционируют марки, другие трупы.
   - Я что-то не пойму. Это розыгрыш?
   - Нет. Просто мы не можем понять, куда делся труп снайпера. С таким ещё не приходилось сталкиваться. Но ты не волнуйся, мы тебе верим. Даже следы нашли, подтверждающие твои слова.
   - Масло я мог сам пролить. А кровь куриная. Разве не может быть?
   - Ты, Дмитрий, не обижайся. Просто я тебе рассказываю то, что есть. Я ведь в прошлом мент, меня провести трудно. Кто-то забрал труп. Причём, очевидно, изначально тот лежал ничком, а потом его перевернули. Нам даже удалось найти волосок с кровью и что-то похожее на мозги. Вероятно, капнуло из отверстия в башке, когда его куда-то перекладывали. Хорошо хоть, что небрежно засыпали землей, а то вообще не осталось бы никаких следов.
   Мите понимал беспокойство Мельникова и Самохина. Исчезновение трупа наталкивало на мысль, что кто-то припрятал труп на кладбище, а ночью вынес. Но на ночь кладбище закрывается, следовательно, перебросили труп через каменный забор высотой два метра? Кому это понадобилось? И что за мода такая - перебрасывать трупы через забор?
   Впрочем, Мите было не до этого - исчез труп и Бог с ним. Главное, что ему, Мите, верят. Конечно, остался неприятный осадок от разговора, но компенсировало то, что на полученные деньги можно будет завтра, после проводов Ковалева, угостить Марину вкуснейшим мороженным в первоклассном кафе "Снежинка". Немного поколебавшись, Митя отдал половину полученных денег Тане на расходы, так как ей уже второй месяц задерживают зарплату и семье с каждым днём становится всё сложнее и сложнее сводить концы с концами.
   Ощутимый удар по семейному бюджету нанесло пребывание Славы в больнице. Кормежка там такая, что приходилось два раза в день приносить ему питание из дому, чтобы он в конец не отощал. В приготовлении передач активно участвовала Алёна, нисколько не скрывающая своё отношение к Славе.
   - Ты ему чуть ли не на шею вешаешься! Разве так можно с молодыми людьми? Он не весть что может о тебе подумать, - упрекнула её Таня, которую беспокоило отношение дочери к Ковалёву.
   - Джульетта в более раннем возрасте, чем я, уже закололась. А я до сих пор жива, - ответила Алёна, пожав плечами.
   - Так это о чём говорит?
   - О моей адекватности.
   - Что ты имеешь ввиду?
   - Я хочу сказать, что я полностью отдаю себе отчет в своих действиях.
   Ковалёва уже выписали из больницы и завтра утром он должен лететь в Москву, чему была рада не только Таня, но и Митя.
   - Я как подумаю, что больше тебя никогда не увижу в наших краях, так аж слеза прошибает, - сказал он Ковалеву, когда вечером перед отлетом они сидели вдвоём за бутылкой водки.
   - Не печалься, возможно я весною прилечу.
   - Нет, нет, не успокаивай меня и не прилетай. Я готов мужественно перенести разлуку.
   - Я буду писать Алёне. Мы с нею договорились переписываться.
   - Ты, Слава, пиши лучше мне. Будь уверен, я умею страдать от разлуки не хуже, чем она. И пиши, пожалуйста, чаще. Твои письма я буду читать всем своим знакомым. А их у меня много.
   - Ты неправ. Марина не намного старше Алёны, но ты к ней каждый день бегал в больницу, до позднего вечера в одноместной палате были наедине и неизвестно, чем там занимались. Алёна же приходила ко мне в палату, где больных как сельдей в бочке и ты ещё ревнуешь! Совесть у тебя есть?
   Пререкание пришлось прервать, так как бутылка закончилась и они легли спать. Завтра надо рано встать, чтобы вовремя успеть в аэропорт.
  
   В аэропорт Алёна примчалась за пятнадцать минут до объявления посадки, и, отойдя с Ковалевым в сторонку, о чём-то с ним шепталась, не обращая внимания на зверские взгляды Мити в их сторону.
   - Ты сегодня встречаешься с Мариной? - спросила Алёна, когда проводив Ковалева, они ехали в автобусе из аэропорта в город.
   - А зачем тебе знать?
   - Хочу прийти к вам на свидание и тоже бросать на вас зверские взгляды. Или ты думаешь, что только ты имеешь на них право?
   Мите молча выслушал о себе всё, что Алёна сочла нужным ему сказать. Он не хотелось спорить: Ковалёв, из-за которого у них с Алёной начались проблемы, сидел у него в печенках и хорошо, что, наконец, улетел. Алёна вскоре его забудет и они снова заживут спокойной жизнью.
   В институт он опоздывает на две пары, но их четыре, так что успеет ещё посидеть на нудных лекциях. Марина сегодня в первый раз после болезни должна придти в университет и очень жаль, что ему не удалось встретить её цветами, как планировал. Не мог Ковалев слинять на день раньше! Сколько проблем из-за него одного!
   Однако в университете Марины не было.
   - Митя, ты, случайно, не Оксану ищешь? - спросила у него Карина, увидев, что он явно кого-то высматривает, оглядывая аудиторию.
   - Марина сегодня приходила на занятия?
   - Ах, так ты Марину высматриваешь? Сегодня, кажется, не приходила. А что, у неё уже обе ножки рабочие?
   Митя со злостью на неё посмотрел и хотел отойти, но она схватила его за локоть.
   - Митя, извини, сказала не подумав. Поедем после занятий покатаемся? Можно заехать ко мне на дачу, родители в городе, мы там будем одни.
   Она бросала многообещающие взгляды, но Мите было не до неё - его беспокоило отсутствие Марины. Понятно, с какой целью Карина приглашает его к себе на дачу, но беспутные, хоть и красивые, девчонки ему не по вкусу. То, что она считала его игрушкой, раздражало. Рассчитывает, что стоит только поманить его пальцем и он сразу же помчится барахтаться с нею в постели! Однако он не подал виду, что раздражен и вежливо отказался, мотивируя отсутствием времени.
   Решив прогулять оставшиеся две пары, Митя поехал к Марине домой, волнуясь за её здоровье. Она открыла ему дверь с похоронным видом и он подумал, что с нею снова что-то случилось. Таня уверяла, что у Марины "всё зажило, как на собачке", но видимо ошиблась. Но выяснилось, что проблемы были не у Марины, а у Надежды Ивановны, её матери.
   - Маму уволили из областной администрации, - уныло сообщила ему Марина. - Хотели вообще записать в трудовую книжку формулировку: "несоответствие выполняемой работе вследствие недостаточной квалификации", но Cамохвал, исполняющий обязанности губернатора, смилостивился и уволил по собственному желанию. Двадцать лет соответствовала, а стоило только Семену Викторовичу погибнуть, как сразу же перестала соответствовать. Тот же Самохвал столько лет заискивал перед мамой, а сейчас "смилостивился", негодяй. И папа не работает. Жили раньше на мамину зарплату, а сейчас придётся жить на пособие по безработице. А оно сам знаешь какое.
   Он этого не знал, но предполагал, что прожить на него вряд ли возможно.
   - А куда-нибудь устроиться на работу она может?
   - Куда же она устроится при такой безработице? Да и не умеет она ничего. Тетя Вера обещала устроить её на фирму старшего сына, но тот в командировке.
   - Тетя Вера, это кто?
   - Жена Климова. На неё смотреть страшно. Вся почернела, а ведь какая была цветущая женщина!
   Они сидели на кухне около раскрытого окна, за которым громко и беззаботно щебетали птицы. Марина молча и грустно смотрела большое дерво за окном, в ветвях которого прятались птицы и потом, повернувшись к нему, сказала:
   - Мама пошла с отцом клеить обои. Подвернулась халтура и она будет помогать отцу. Не хочет сидеть дома. Двадцать лет проработала с Климовым, а сейчас никому не нужна. Это разве справедливо? Вот ты скажи, Митя, говорят у нас страна богатая: золото, нефть, газ, вся таблица Менделеева. А почему же народ такой нищий? И всегда был нищим. Хоть и был строй тоталитарный, зато здравоохранение было бесплатное, безработицы не было, как-то люди жили. Бедно, но жили. А сейчас свобода, демократия, а жить стало невмоготу. Почему на Западе при демократии и свободе люди хорошо живут, а у нас при тоталитарном строе ещё можно было как-то выживать, а при демократах жить невозможно? В чём же дело? Что нам мешает жить, как живут люди на Западе? Нефти у них нет, золота и алмазов тоже нет. Ничего нет, а всё есть! А у нас наоборот - всё есть, а живём в нищете. Почему так?
   Подобные разговоры велись повсеместно и Мите они уже порядком надоели. Надоели и рассуждения отца - ведь одними разговорами дело не сделаешь. В революцию ради счастья народа вырезали всех богатых, остались одни бедные. Не помогло: продолжали жить в нищете. Возможно, теперь следует вырезать всех бедных, чтобы остались одни богатые? Но за чей тогда счёт будут богатеть богатые? Кто их будет обслуживать, кто за них и на них будет работать?
   А действительно, в чем же дело? Пашем от зари до зари - богаче не становимся. Режем друг друга - тот же результат. На вопрос, "что делать?" так и не нашли ответ. Тот, кто жевее всех живых, хотел сделать всех бедных богатыми, а для начала сделал всех нищими. Бывший верный ленинец, а ныне самый демократичный либерал и всенародно избранный президент, тоже для начала сделал всех нищими, а вот будет ли продолжение - неизвестно. Пока что богатыми стали только близкие ему лица. Если сделал своих близких богатыми, значит умеет ведь! Почему же остальных не делает такими же?
   Многие студенты из группы на переменах хвастаются, сколько накануне они просадили в ресторане. Оксана рассказывала, что её папаша проиграл нужному человеку из мэрии тридцать тысяч долларов и теперь они смогут построить огромный особняк почти в центре города. Почему же его отец, человек с широким кругозором, образованный экономист с учёной степенью, умница и интеллектуал, такой нищий? А отец Оксаны, в недалёком прошлом мелкий чиновник горсовета, вдруг стал таким богатым, что только на взятку кинул тридцать тысяч баксов! Сумму умопомрачительную для семейства Никоновых!
   Афонин, отсидевший в тюряге, тоже неожиданно начал ворочать миллионами. И кого из богатеньких не возьми, все какие-то неприятные личности с темным прошлым. Одним словом "нормальные пацаны", как они сами себя называют. И эти "нормальные пацаны" прячут деньги в Швейцарии, скупают недвижимость в Испании и учат детей в Англии. А Запад, мнящий себя цитаделью морали и порядочности, такие реформы поощряет и даже аплодирует. Распалась страна - аплодирует, обобрали весь народ, пропали все деньги, которые люди копили годами - аплодирует. Мародёры разграбили народное хозяйство, отхватили себе лакомые куски промышленности, которую десятилетиями создавала вся страна - тоже аплодируют. В истории человечества мародёров всегда расстреливали, а "образцы и эталоны демократии" им аплодируют и называют это "шоковой терапией"! Так может быть на Западе у власти тоже "нормальные пацаны"? А "нормальные пацаны" с Запада таких же "нормальных пацанов" с Востока всегда поймут?
   Кажется, что "демократизация" была проведена неучами, которые, как утверждает отец, озаботились наполнением собственного кармана, но никак не благосостоянием народа. Или не неучами? Сам же отец считает, что зарубежные инженеры "шоковой терапии" пытаются на свои негласно внесенные в коммерческие банки средства получить контроль над ключевыми областями промышленности страны. Это вполне в духе " нормальных пацанов", поэтому наши пацаны и передают частным лицам самые прибыльные компании, хотя во всём мире наоборот - приватизируют только убыточные госпредприятия.
   - Несколько месяцев мучений и вы будете жить в раю! - уверяли нормальные пацаны-реформаторы, но рая не видно так же, как раньше не было видно коммунизма.
   - Митя, ты иди в университет, а мне надо сейчас ехать к тете Вере, - грустно сказала Марина, увидев, как глубоко задумался Митя.
   Она положила на его руку свою, и, дотянувшись до него, поцеловала в щёку.
   - Тётя Вера сейчас в такой депрессии, что даже кушать себе не готовит. Я ей приготовила обед и сейчас повезу. Завтра мама будет дома и поедет к ней, уберет там, кушать приготовит, а я смогу пойти в университете. Ты иди, я потом перепишу у тебя лекции.
   Когда Митя снова пришёл в университет, была перемена и около аудитории он столкнулся с Лёней Окуневым.
   - Где ты ходишь, Студент? - раздраженно споросил тот. - Приехал в университет, ищу тебя везде, а тебя нет. Дома тоже нет. Второй раз приехал в университете и уже думал уезжать.
   - А что такое? Почему такая срочность? Случилось что-то?
   - Случилось! Быстро давай в машину, тебя ждёт Самохин.
   - Зачем? У меня ведь занятия сейчас.
   - Занятия подождут. Зою взорвали!
   Ошеломлённый Митя еле поспевал за стремительно идущим к выходу Окуневым. Светло-кофейного цвета "Волга", в которой летом ездил Митя, сорвалась с места и помчалась в центральный офис компании. Недалеко около ворот расположенного позади здания двора, дымилась исковерканная взрывом машина, плакали женщины и угрюмо стояли мужчины. Там же стоял Самохин и "Волга", завизжав тормозами, остановилась рядом с ним.
   - Хорошо, что приехал. Идём ко мне, дело есть, - мрачно сказал Самохин и они быстро поднялись к нему в кабинет на третий этаж.
   - Мельников просит тебя срочно забрать Яночку из школы и отвезти её туда, где она находилась летом. Вот тебе "Макарыч" и две обоймы. В случае подозрительных обстоятельств, стреляй на поражение. Прежняя доверенность на тебя в машине в бардачке.
   - Что с Зоей? Надежда есть?
   - То, что уцелело при взрыве, сгорело.
   Голос у Самохина дрогнул и он сжал кулаки.
   - Давай, Митя, не затягивай с этим. Не дай Бог что-то ещё и с Янкой случится, Михайлыч не переживёт.
   Машина подлетела к школе очень вовремя - стайка девочек, в которой была и Яна, выходила со школьного двора. Митя позвал её и, удивившись ему, она побежала к машине.
   - Ой, Митя, вот кого я не ожидала встретить около школы, так это тебя! Ты проезжал мимо и увидел меня?
   - Нет, я специально приехал за тобой. Садись быстренько в машину, времени нет.
   Яна с удовольствием села рядом с Митей и пристегнулась. Она уже дней десять его не видела и в предстоящие выходные хотела напроситься в гости к Никоновым. Она слышала, что Алёна влюбилась в московского друга Мити, которого из-за неё чуть было не зарезали хулиганы. Теперь Алёна понимает, что такое любовь и они смогут поговорить на равных. Алёна больше не сможет иронически относится к её чувствам к Мите!
   - Мы сейчас едем в Холодный Ключ к Епихиным, - сказал Митя, когда машина, набирая скорость, вырвалась из кривых улочек на проспект Мира.
   - Ой, здорово! Я уже соскучилась по ним и тамошним девчонкам.
   Она с удовольствием вспоминала время, проведенное в августе в деревни у Епихиных. Она там даже несколько раз доила корову, но девчонки в классе ей не верили и считали, что она привирает.
   - Митя, а мы там до вечера будем? Или сразу же уедем? А зачем туда мы едем?
   Митя колебался, сказать ей сейчас о жутком происшествии или позже. Впрочем, какая разница?
   - Яна, ты останешься у них на некоторое время.
   - А что, мама опять хочет меня выкрасть? - засмеялась Яна.
   - Зою взорвали. Папа боится за тебя, поэтому ты должна немного пожить у Епихиных, пока мы не разберёмся.
   - Нет, нет! Что с ней?
   Яна так закричала, что Митя пожалел, что так сразу, без подготовки, сказал об этом. Но как надо готовить не знал - он ведь не психолог!
   - Яночка, она погибла. Постарайся взять себя в руки. Зою уже не вернёшь!
   Но Митины слова были бесполезны - Яна громко рыдала. Её била дрожь и слёзы текли у неё из глаз ручьями.
   - Яна, возьми себя в руки. Папа надеется, что ты будешь держаться молодцом!
   - Нет, это не мама! Мама так не может! - кричала Яна и он ругал себя за то, что вообще сказал ей об этом.
   - Яна, как ты могла подумать на маму! Прекрати истерику и возьми себя в руки!
   - Мы ждали ребеночка! У меня должен был быть братик!
   Митя понимал, что у неё истерика и остановил машину. Когда человек просто не может выдержать свалившегося несчастья, когда эмоции перехлестывают через край от сознания собственного бессилия и невозможности что-то изменить, надо выплакаться. Для этого и даны человеку слёзы.
   Он взял её за руку, крепко сжал
   - Это сделали бандиты. Мы отомстим за неё, но ты должна взять себя в руки и не закатывать истерики. В жизни возможны многие потери, но, несмотря на это, жизнь должна продолжаться.
   Он понимал, что говорит какие-то глупости, но что надо говорить в таких случаях? Яна постепенно начинала приходить в себя и кусала губы в попытке прекратить слёзы, но они лились помимо её воли.
   Прошло почти полчаса, пока Яна успокоилась и они смогли ехать дальше. На выезде из города машину остановил инспектор ГАИ. Проверив права, техпаспорт и доверенность, он внимательно посмотрел на Яну.
   - Почему девочка заплаканная? - спросил он, переведя взгляд на Митю.
   В городе несколько месяцев назад украли ребёнка, поэтому настороженность инспектора была вполне объяснима.
   - Котёнок убежал, найти не можем, - придумал причину Митя. - Такой пушистый, красивый котенок, перс. Убежал или кто-то украл, а он был любимцем семьи.
   Инспектор посмотрел на Яну испытывающим взглядом.
   - А котенка как звали?
   - Барсиком, - ответила Яна, всхлипнув. - Мне его совсем недавно подарили.
   - Жаль, конечно, - сказал инспектор, возвращая Мите документы. - У меня тоже есть кот, Жоркой зовут. Так он у нас, как член семьи.
  
   Домой Митя приехал поздно, но ни отца, ни Тане не было.
   - Они у Мельникова, - сказала Алёна.
   Она куталась в тёплую шерстяную кофту и её била дрожь, но, скорее всего, не от холода.
   - Андрей Дмитриевич просил тебя, как только вернешься, приехать забрать их оттуда. Я тоже хочу с тобой поехать.
   Кроме Никоновых, у Мельникова сидели Кудрявцев и Рукавишникова. Женщины прикладывали к глазам платочки и тайком всхлипывали.
   - Как там дела? - спросил Мельников, увидев Митю. - Они оставили её у себя?
   Митя кивнул. Где находится Яна, не знал никто, кроме него и Мельникова. Яне тоже строго приказали никогда не упоминать, где она летом находилась две недели. Такая конспирация себя оправдала, когда опять потребовалось её спрятать.
   - Завтра зайди, пожалуйста, на фирму с самого утра, - попросил Мельников. - Одевайся попроще, будет для тебя задание.
   Митя опять кивнул. Не хотелось снова завтра прогуливать лекции, но отказать невозможно. А как было бы здорово встретить завтра Марину у входа в университет цветами!
   На следующее утро Митя получил задание.
   - Сегодня должен решиться вопрос о выделение на кладбище места захоронения, - сказал ему Стас. - Как только станет известно, тебе его покажут и ты должен будешь находиться поблизости, чтобы контролировать к нему подходы. Есть опасность, что попытаются подложить мину или оборудовать позицию для снайпера. Через шесть часов тебя сменят. Дежурство будет круглосуточное. Сухой паёк приготовлен и сейчас тебе его выдадут.
  
   В рабочей спецовке и в старой кепке Митя патрулировал указанную ему территорию, время от времени присаживаясь около какого-нибудь памятника, делая вид, что выпивает и закусывает. Он незаметно осматривался вокруг, но ничего подозрительного не видел. Невдалеке Слава Дорохов оборудовал себе снайперскую позицию наверху заброшенной часовни, откуда сможет контролировать всю территорию, прилегающую к месту захоронения. Лёня Окунев привёз цветы и венки на чью-то могилу и оборудовал там для себя позицию - завтра утром он заляжет под этими цветами со снайперской винтовкой и вместе с Дороховым они возьмут под перекрестный контроль всю близлежащую территорию.
   Поздним вечером того же дня на кладбище ликвидировали подрывника, который перелез через забор. Отряхнувшись и оглядевшись, он направился к тому месту, где были вырыты три могилы. Сидевший в засаде Эдик Иванченко перехватил его, когда тот, что-то закопав и присыпав землёй, собирался уходить. Минёра-неудачника вывезли в лес и допросили, после чего положили на его же мину и взорвали. Мина оказалась радиоуправляемая.
  
   Хоронили всех троих на следующий день. Жена Петра Омельченко билась в истерике на заколоченном наглухо гробе, где лежали обгоревшие остатки её мужа. Жены Шевчука не было - она лежала в больнице с обширным инфарктом. Присутствовали только его дети - сын с женой и дочь с мужем. Таня и Лера тихо плакали, а рядом с ними молча стояли Кудрявцев и Никонов-старший. Алёна на кладбище не пришла - Таня боялась, что с нею случится истерика и разрешила ей остаться дома. Около гроба с останками Зои плакала её мать, которую поддерживала за плечи приехавшая из Тюмени сестра.
   Попрощаться с Шевчуком прилетели из Москвы генералы, многие из которых были в штатском. Среди них стоял и Ферапонтов. С палочкой он больше не ходил, твердо решив вернуться к избирательной компании. Наличие палочки позволило бы журналистам записать его в инвалиды, поэтому он старался ходить как можно прямее, хотя и испытывал при этом боль. Мельникову он ни слова не сказал, а просто молча пожал руку, за что тот был благодарен: ненужные слова сочувствия очень напрягают. Чтобы не принимать соболезнования от многочисленных друзей и знакомых, Мельников отключил телефон и перед этим целый день валялся дома на диване, проваливаясь в дремоту и просыпаясь с сожалением, потому что ненавидел реальность.
   С прощальными словами выступали какие-то люди из оборонной промышленности, вскользь упоминавшие неизвестных им Зою Мельникову и Петра Омельченко. Они говорили о том, каким прекрасным организатором производства был Степан Александрович и как много он сделал для обороноспособности страны.
   Потом священник читал молитву, а его помощники пели какой-то псалом. Мельников стоял с застывшим лицом, ощущая внутри себя невероятную пустоту. Мыслей не было, одни только воспоминания. Казалось, совсем ещё недавно они с Зоей стояли на этом же кладбище и она обещала зарезать его кривым ржавым ножом, если он ей изменит.
   - Почему кривым и ржавым? - спросил он тогда.
   - Кривым, чтобы больнее было, а ржавым - чтобы было не так эстетично, - ответила она, строя ему глазки.
   Неужели она отныне будет только в его воспоминаниях и он никогда больше её не увидит! Никогда не дотронется до неё, никогда не услышит от неё ни одного слова! Неужели всё пройдет и он привыкнет жить без неё, как жил и до того, как её встретил? На перстне царя Соломона было выгравировано: "Всё проходит". Вот и у них с Зоей всё прошло. Неужели имелась какая-то необходимость в том, чтобы всё так быстро прошло? Как теперь они с Яночкой будут жить?
   Он знал, что Самохин и Стас Кондратюк организовали сегодня плотную, как никогда, охрану, но ему было всё равно. В засаде, кроме Мити Никонова, сидели ещё несколько человек, а два снайпера контролировали подходы к месту прощания с покойными. Покойными! Как же так получилось, что Зоя стала покойницей?! Что же он просмотрел, что недодумал? Как же он допустил такое? Пустота внутри была горячей, она жгла сердце и он знал, что ещё не скоро оправится от удара, который нанесла ему проклятая жизнь.
  
   Глава 25. Петр Авдеев встречает гостей
  
   Джип песочного цвета выскочил с бездорожья на асфальтированное шоссе и Петр утопил педаль газа. Утреннее солнце и голубизна безоблачного неба вселяли оптимизм и расслабляли.
   - Петр, что за город, куда мы едем? - сонным голосом спросил Зубков.
   - Город называется Беэр-Шева. Это переводится как "колодец клятвы". В Библии он часто называется Вирсавия. Согласно Ветхому Завету, праотец всех семитских народов Авраам вырыл здесь колодец, чтобы напоить свои стада.
   Петр увлеченно рассказывал о том, как Авраам переселился в Вирсавию или Беэр-Шеву после того, как Бог уничтожил города Содом и Гоморру. Там же он клятвой подтвердил союз с Авимелехом, царём филистимлянского города Герары. Авимелех, параженный красотой Сара, жены Авраама, захотел взять её в свой гарем, однако похотливый филистимлянский царь не успел дотронуться до нее, потому что ночью ему явился Бог и повелел вернуть жену Аврааму под угрозой гибели всего Авимелехова дома. Испугавшись, Авимелех немедленно вернул Сару её законному владельцу.
   - Вот такие здесь происходили дела в те далекие времена. Саре тогда было девяносто лет отроду, а муж был на 10 лет старше её, - смеясь, добавил Петр и повернулся к сидевшему рядом Круглову, чтобы посмотреть, какое впечатление произвел его рассказ.
   Тот тихо спал, свесив голову на грудь. Сидевшие сзади Грачев и Зубков тоже спали и Петр с досадой подумал, что впустую рассказывал спящим интересные вещи. Он понимал, что гости ночь не спали, добираясь до израильской границы через весь синайский полуостров, но очень хотелось распросить их, как им удалось миновать многочисленные египетские блок-посты и не встретиться с бедуинами, путешествуя вдали от туристических маршрутов. В пустыне не так-то просто ускользнуть от бедуинов, среди которых много разбойников, промышляющих захватом туристов с целью получения за них выкупов. Да и с контрабандистами, которые снуют по Синаю туда-сюда, тоже опасно встречаться. Но будить гостей не стал, решив расспросить их вечером.
   Растолкал гостей он уже во дворе дома, состоящего из трех небольших комнат, кухни и санузла с душем.
   - Мы находимся на окраине города. Этот небольшой домик я снял для вас у местного араба, - объяснил Петр. - Хозяину сообщил, что вы туристы из Москвы, мои старые знакомые. Гостиница, мол, для вас дорога, поэтому ищите аппартаменты. Сейчас примите душ, перекусите, выспитесь, а вечером я вернусь и тогда обсудим наши дальнейшие действия. Кстати, я приготовил вам на первое время, как меня и просили, трусы, шорты, футболки и красовки, так что сможите переодеться.
   - Так это дом араба? - удивился Круглов. - А я слышал, что между арабами и евреями сплошная ненависть. Как нас убеждают, политики из кожи лезут, всеми силами борятся за мир, но помирить арабов и евреев никак не могут.
   - Для местных жителей мир уже наступил и пока нас не взрывают, живем тихо и мирно. А политикам нужны деньги и рейтинги, поэтому для них борьба за мир важнее нормальной жизни. В этом вся и проблема. Мужики, в ванной три полотенца, они помогут вам вернуться в цивилизованное общество. Давайте в душ по очереди, а то рядом с вами трудно дышать.
   Водные процедуры заняли больше часа и Петр, прикинув сколько воды было израсходованно, ужаснулся, но ничего не сказал - понимал, как непросто европейцам быть в шкуре бедуинов. На сегодня у него было запланировано много дел и он уехал, а гости, немного перекусив после душа, с блаженством растянулись на постелях. Круглов и Зубков уснули мгновенно, а Грачева мучили мысли о том, как ужаснулась бы мама, узнай, чем он занимается на Святой Земле! И как ужаснулась бы Наденька, если бы узнала о нём всю правду!
   Пора завязывать с такой жизнью и начинать жить, как все нормальные люди. Только что он умеет? Возвращаться во внутренние войска, чтобы воевать в Чечне? Бессмысленно! Да и не хочется служить пушечным мясом в финансовых разборках между московскими и грозненскими мафиозными группировками. Дядя Лёня, как всегда прав: нефть за границу гнали сообща, а делиться деньгами грозненские партнеры не захотели, вопреки всем воровским понятиям. Не желают чеченские "партнеры" соблюдать понятия, вот и потребовалось "навести конституционный порядок". Только московские пацаны даже этого толком сделать не могут и льется кровь непричастных, а кто-то в это время подсчитывает свои барыши! И он полезет в это дерьмо?!
   Постепенно усталость взяла свое, мысли начали путаться и Грачев уснул.
  
   Петр Авдеев спешил в город, рассчитывая поспать часик-полтора перед визитом в полицию, куда его вызвали по заведенному на него уголовному делу. История длилась уже несколько месяцев и скоро дело должны передать в суд. До вынесения судебного решения ему запрещалось работать охранником в школе, а другой работы нет, поэтому семья вынуждена жить на одну зарплату Маши, жены, работающей в больнице медсестрой. Денег катастрофически не хватает, а на адвоката большие затраты, вот и пришлось взять ссуду в банке, которую неизвестно, как потом возвращать. Неожиданно повезло - подвернулась левая, хорошо оплачиваемая, работенка: надо было собрать данные о владельцах одного тель-авивского борделя, встретить и вывести на них трех мужиков, которые должны нелегально пробраться в Израиль через Синай. Он понимал, что встревает в опасную авантюру - его нанимают, как бывшего опера, чтобы выследил кого надо. А потом приедут стрелки и ликвидируют тех, кого он выследил. Но если стрелков повяжут, то он прицепом пойдет с ними за соучастие.
   Связываться с уголовниками, которые приедут, очень не хотелось, однако финансовое положение семьи становилось всё отчаяннее и другого выхода не было видно. Хозяин квартиры уже прозрачно намекал, что долго ждать денег не намерен и у него есть желающие, которые будут регулярно и аккуратно платить за аренду жилья. Однако отдать накопившейся за два месяца долг не было никакой возможности - адвокат поглощал массу денег, присылая счета за письма, за посещение полиции, за беседы в суде. И если бы не аванс за участие в деле, то платить было бы нечем. А так, если дело выгорит, то можно будет с лихвой покрыть все расходы и на адвоката, и за квартиру, и за обучение сына в университете, и на репетитора по ангийскому языку для дочери-школьницы и на многое другое. Вот и пришлось согласиться, скрепя сердцем.
   К приятному удивлению, прибыли не уголовники, а вполне интеллигентные молодые люди, в которых он сразу почувствовал своих. Интуиция опытного опера подсказывала, что прибывшие, скорее всего, бывшие офицеры какой-то спецслужбы и от этого ему стало немного легче на душе. Это не тупые уголовники и сделают всё так, как это умеют простые люди из российских спецслужб, поэтому вероятность того, что их повяжут, достаточно мала.
   Неприятности, из-за которых он попал в столь катастрофическое положение, свалились на него одним прекрасным весенним днем, когда в частной начальной школе, в которой он работал охранником, заканчивались занятия и детвору отпускали домой. Вскоре должен был прозвенеть последний звонок и дети, как обычно, стремглав выскочат из школы и, как сумасшедшие, с диким визгом устремятся на улицу, поэтому заранее надо открыть ворота школьного двора. Выглянув в окно, Петр увидел у ворот со стороны улицы дерущуюся стайку молодежи примерно шестнадцати-семнадцати лет. В ход шли кулаки, ноги, палки, и боясь, как бы в свалке дерущиеся не покалечили детвору, когда та вывалится со двора, он бросился на улицу.
   - Парни, здесь нельзя драться! Перенесите, пожалуйства, свои боевые искусства метров на сто дальше, - вежливо попросил он дерущихся, которых было семеро - трое сабров /35/ и четверо африканцев - очевидно второе поколение нелегалов.
   Африканские нелегалы уже достали всех, кроме, разумеется, депутатов Кнессета и либералов, живущих в элитных особняках с многочисленной охраной. Политики объясняют, что нелегалов депортировать нельзя, так как надо соблюдать некие строгие юридические стандарты каких-то абстрактных конвенций ООН, так же далеких от реальности, как и от здравого смысла. И посему налогоплательщики должны кормить нелегалов безропотно и с энтузиазмом, выполняя долг страны перед чиновниками ООН.
   Связываться с африканцами в Израиле не менее опасно, чем в Европе - могут обвинить в расизме, разжигании расовой ненависти и исламофобии. Не зря толерантные шведки даже не пытаются оказывать сопротивление насильникам из Африки и Ближнего Востока - боятся столь страшных обвинений.
   Между тем, быть обвиненным в этих ужасных вещах Петр не боялся, так как считал, что был при исполнении и действовал строго в соответствии с уставом службы. А в уставе четко прописана основная задача охранника школы: физически предотвращать любые враждебные действия против учебного заведения и людей, находящихся на его территории или в ближайшей от него периферии. Но парни не вняли его просьбе - были либо пьяные, либо обкуренные. Сразу же забыв свои разногласия и объединившись, двинулись на него с угрожающем видом, размахивая палками. Наркоманы и алкоголики в Израиле считаются инвалидами, с которыми можно проводить лишь воспитательные беседы, но Петр понимал, что времени для беседы у него не остается, так как расстояние между ним и бойцами стремительно сокращалось.
   - Я вооружен, - предупредил Петр и вынул пистолет.
   "Инвалиды" не испугались его пистолета, потому что охранники государственных школ редко бывают вооружены настоящим оружием. Но это была частная школа и пистолет был настоящим. В Штатах при попытке угрожать полицейскому или штатному охраннику в предупредительных выстрелах в воздух нет нужды - закон разрешает стрелять сразу на поражение, поэтому там мало желающих угрожать им палками. Но на Израиле паразитирует либеральная демократия европейского толка, поэтому Петру пришлось дважды выстрелить в воздух, прежде чем пятки "инвалидов" сверкнули за ближайшим углом. И сразу же раздался визг тормозов проезжавшей мимо полицейской машины.
   Петр подробно описал приметы сбежавших парней и полицейские их быстро разыскали по "горячим следам". Правда, африканцев вскоре отпустили - израильские полицейские тоже опасаются связываться с национальными меньшинствами по соображениям толерантности и политкорректности, потому что правозащитники всегда начеку и левые депутаты Кнессета, готовые порвать любого "исламофоба и расиста", тоже не дремлют. Через день отпустили и сабров, а ему инкриминировали то, что выстрелы в оживленном районе вблизи школы могли привести к случайным жертвам и требовалось доказать, что стрелял он строго вертикально вверх. А как доказать? Какими фактами?
   На всё время разбирательства его лишили права работать в охране и запретили владеть оружием. Руководство школы его уволило, отказавшись платить зарплату за время простоя. Оставшись без работы, Петр ожидал суда, который должен состояться через несколько месяцев, и все накопленные ранее сбережения, а также взятую в банке ссуду потратил на адвоката, так как юриспруденция в странах либеральной демократии превратилась в запутанную систему типа болотной трясины. Оно стало искусством ради искусства и в этом болоте нечего делать без адвоката, искусника в юридическом словоблудии и специалиста по выводам, никак не вытекающим из фактов. И с каждым годом болото юриспруденции, ставшее для судей и адвокатов раем, целью и смыслом жизни, становится все шире и глубже, постоянно расширяясь трудами его творцов и засасывая в эту трясину всё остальное общество.
   Как жить дальше, Петр не очень себе представлял, поэтому, недолго размышляя, принял предложение, поступившее от знакомого. Собрать все необходимые данные о владельцах указанного борделя было несложно и узнав, что бордели используют нелегалок в качестве секс-рабынь, немного успокоился. Это было похоже не на мафиозные разборки, а на месть. А на месть людей зачастую толкает отсутствие справедливости из-за слабости государственных институтов или отсутствия нужных законов. Вроде бы законов много, но ещё древние римляне предупреждали: там где слишком много законов мало справедливости. Поэтому и приезжают посланцы восстановить справедливость и наказать виновных в тяжких преступлениях.
   Мысли начали путаться, глаза слипаться и в какой-то момент Петр поймал себя на том, что чуть было не уснул за рулем. Сегодня, ожидая гостей, он тоже всю ночь не спал, боясь проспать красный сигнал маячка, а потом, когда тот заработал, еще несколько часов напряженно отслеживал по карте движение гостей. Он немного завидовал им, безмятежно завалившимся спать, а ему через несколько часов предстояла очередная бестолковая беседа со следователем, который всё время пытается его запутать бессмысленными, не относящимися к делу, вопросами, на чем-то поймать и в чем-то обвинить.
   Петр уже устал от постоянных стрессов, связанных с этим делом, и хотел переключиться на другие мысли, но не мог. Следователь, который вел дело, попался туповатый, но большинство здешних следователей не отличается высоким интеллектом. Для успешного продвижения по службе им нужен не столько интеллект, сколько узкий лоб и морда пострашней. К тому же следак сабр, а они, как известно, недолюбливает "понаехавших в Израиль русских". Как многие сабры, он левак, а леваки ненавидят правых и причисляют к ним всех русскоязычных иммигрантов. И насколько нетерпимы леваки к русскоязычным, настолько они всепрощающе настроены к палестинским арабам и африканским нелегалам. А в этой истории он, Авдеев, шуганул не только африканцев, но и сабров, так что следователю есть от чего беситься. К сожалению, следователей, как и родителей, не выбирают, поэтому надо так понимать, что все эти неприятности надолго. Потом будет суд, а судьи из того же теста, что и следователь, и с той же левой идеологией, так как в Израиле леваком быть престижно, безопасно и денежно. Принято считать: если левак, следовательно интеллектуал, будь он даже по всем общечеловеческим меркам реальный дурак!
   От этих мыслей Петра охватила такая злость, что сонливость как рукой сняло. Подъехав к своему дому, он увидел Евгению, подругу жены.
   - Авдеев, где тебя черти носят? - недовольно воскликнула она. - Три раза звонила тебе, ты не берешь трубку. Думала спишь после ночного дежурства, приехала к вам домой, звоню, тарабаню, чуть ли не двери выношу, никакой реакции. Соседей перепугала, один с пистолетом выскочил, думал нападение.
   - А что, настолько нужен?
   - Мария попросила сходить с тобою в полицию в качестве переводчицы. Говорит: следователь так заколебал мужа, что уже пора с этим придурком как следует разобраться.
   - А кого она считает придурком? Меня или следователя? - устало пошутил Петр.
   - Авдеев, не кокетничай! У тебя назначено на одинадцать? Без десяти встречаемся около входа.
   Это была приятная неожиданность и настроение у Петра немного поднялось. Следователь намеренно говорил очень быстро и невнятно, из-за чего Петр, недостаточно владевший языком, не всегда его понимал. А брать каждый раз на допрос переводчика слишком накладно. Даже от присутствия на допросах адвоката пришлось отказаться, потому что слишком дорого. Но сегодня он пойдет в полицию не один, а с Евгенией. А где она - там победа! Во всяком случае так считает её муж, Амирам, и, как утверждает Евгения, это единственное, в чем тот прав.
   Родители привезли её из Одессы в Израиль в 1971 году после окончания школы. Евгения легко освоилась в новой стране, быстро изучила язык и поступила на медицинский факультет. Но вскоре началась война и, будучи призванной в армию, попала на альтернативную службу в полевой госпиталь. Вскоре там познакомилась со своим будущим мужем Амирамом Галеви. Молодой лейтенант-танкист из 143-й бронетанковой дивизии, форсировавшей Суэцкий канал, был в тяжелом состоянии. Он едва не сгорел в своем танке, который попал под бомбовый удар египетских истребителей-бомбардировщиков Су-7. Выхаживать Амирама пришлось так долго, что весною следующего года они сыграли свадьбу. Поначалу родственники мужа категорически возражали против этого брака, потому что невеста была из "понаехавших русских". Но быстро смирились. Как утверждала Евгения, "бунт на корабле" ей удалось легко подавить благодаря тому, что в школьные годы занималась в зоологическом кружке одесского дворца пионеров и накопила бесценный опыт работы в серпентарии.
   Сейчас она работала в больнице врачом-анестезиологом и пользовалась некоторой известностью в городе. Во всяком случае, многие пациенты и их родственники требовали, чтобы операции им делали в те дни, когда она дежурит, потому что известны случаи, когда пациенты после операций не всегда просыпаются. Или просыпаются, наркоз отходит, а потом сердце останавливается. А попадая в руки Евгении, пациенты были уверены, что будут жить и после операции. То ли она действительна была отличным специалистом, то ли это было результатом магии её воздействия на окружающих людей, но все считали Евгению человеком обстоятельным и надёжным. Она вселяла надежду на лучшее и Петру от этой неожиданной новости тоже стало как-то легче и спокойнее.
   Маша, уверенная в том, что муж нелегально подрабатывает, охраняя ночью небольшой склад вместо уехавшего в отпуск знакомого, оставила ему записку с подробной инструкцией, что именно он должен разогреть, чтобы покушать, когда вернется с дежурства. Слегка перекусив и поставив будильник, Петр завалился спать, тихо радуясь, что сегодня будет сражаться со следователем не в одиночку.
  
   Следователь встретил их как обычно неприветливо, но после того, как Евгения представилась и сообщила, что пришла в качестве переводчицы, все резко переменилось. Выяснилось, что на следующей неделе жене следователя предстоит тяжелая операция и профессор, который будет делать операцию, не ручается за жизнь пациентки из-за её алергии на некоторые лекарственные препараты.
   - Говорит, наркоз может вызвать анафилактический шок, опасный для жизни. Отказаться от наркоза невозможно, но анализы показывают, что существует большой риск поражения нервной системы и связанные с этим серьезные неполадки сосудистой системы. Да и врач-эндокринолог говорит, что с её щитовидкой анестезию делать категорически противопоказано, - сокрушенно жаловался следователь. - Пару лет назад умер её близкий родственник, не смог выйти из общего наркоза. И жена панически боится, что с нею произойдет то же самое. Из-за этой паники у неё давление подскакивает выше двухсот. Только его собъешь, как оно снова лезет вверх. А вы понимаете, как важен правильный психологический настрой!
   - Безусловно! - согласилась Евгения. - Пациент должен стремиться к максимальному спокойствию и оптимистичному настроению. Как, впрочем, и его близкие, потому что их настрой передается пациенту на подсознательном уровне. А насчет заключения эндокринолога могу успокоить: не существует абсолютных противопоказаний к общему наркозу. Лишь специалист вправе решать, какая анестезия лучше подходит в том или ином случае. Комбинируя различные препараты можно обеспечить и обезболивание, и полное расслабление мышц, и управление функциями организма, так что нет причин для чувства обреченности.
   - Вот поэтому наши приятели рекомендовали обратиться к вам, как к лучшему врачу-анестезиологу. Будьте уверены, мы отблагодарим вас!
   - Благодарю за комплимент! Завтра же посмотрю её анализы, историю болезни и затем сама переговорю с нею. А вы, в качестве благодарности, закройте это бредовое дело против моего родственника и мы с вами будем квиты.
   Петр уходил из полиции, чувствуя не то, чтобы радость, а какое-то усталое спокойствие. Ничего подобного он не ожидал и вдруг всё закончилось! Следователь обещал завтра же прислать ему бумагу о закрытии против него дела за отсутствием улик. Улик действительно никаких не было и обвинить его было не в чем, но когда дело высасывают из пальца, то никакой потребности в уликах нет.
   - Женечка, нет границ моей признательности! - восликнул Петр, обнимая Евгению, когда они вышли на улицу.
   - Авдеев, в следующий раз не стреляй в воздух, не создавай опасных ситуаций для прохожих, - отстраняясь, назидательно произнесла она. - Стреляй прямо в нарушителей и тогда будет четко видно, куда ты стрелял. Отвези меня в больницу, посмотрю, что там с его женою.
   Петр отвез её в больницу и поехал домой. Он решил доклеить, наконец, обои в гостиной, сделать жене сюрприз. Маша почти две недели пилила его за то, что полторы стены оставались без обоев, но желания заниматься ремонтом не было. К тому же сын вечерами писал реферат и не мог помочь. Но сегодня настроение было приподнятое и он, включив телевизор, развел клей и начал нарезать куски обоев нужной длины. Скоро вернется сын из университета и они вдвоем быстро наклеют обои.
   На экране телевизора известный политический комментатор противным булькающим голосом жевал "аналитический обзор" и говорил о необходимости отступления с Голанских высот. Рассказывал о том, что этим летом министр внутренних дел Эхуд Барак, будучи в Вашингтоне, встречался с Генри Киссинджером, Лоуренсом Тишем, Эдгаром Бронфманом и обещал им полное отступление с Голанских высот, если станет премьер-министром. Потом комментатор долго нахваливал Шимона Переса за то, что в декабре прошлого года сделал предложение Германии и Японии разместить их войск на Голанских высотах после того, как отступление осуществится. Комментатор нудно разъяснял, в чем мудрость данного решения и что после "приведения его в жизнь" мир уж точно установится.
   Противный голос комментатора, восхваляющего стратегию предательства страны под лозунгом израильских левых "мир в обмен на землю", вызывал у Петра злость. Всего два года назад, после подписания соглашений Осло, состоялось триумфальное возвращение Ясира Арафата на Западный берег из небытия, в котором тот прозябал, и сразу же начались изуверские теракты-самоубийства. Порой они с женой считали минуты до возвращения из школы дочери и сына из университета, и категорически запрещали им посещать дискотеки. А полтора года назад в Афуле погибли дети близких друзей, когда террорист-смертник в начинённом взрывчаткой автомобиле врезался в пассажирский автобус, наполненный людьми. Два погибших сына были смыслом жизни этой семьи и вдруг их не стало! А совсем недавно в переполненном автобусе в Иерусалиме взорвался террорист-смертник и среди полусотен раненых оказались близкие родственники соседей по лесничной клетке.
   Комментарии действовали на нервы и вызывали такую злость, что Петр хотел уже выключить телевизор, но в этот момент политкомментатор закончил отравлять эфир своим булькающим голосом и объявили время новостей. После осточертевшей информации о том, с кем встречался и кому звонил премьер-министр Исхак Рабин, какие надежды выразил министр иностранных дел Шимон Перес на встрече с Арафатом и что тот ответил, последовал обзор текущих событий. По сообщению египетской газеты "Аль-Ахрам", сегодня рано утром на Синае обнаружены трупы девяти зверски зарезанных бедуинов. В их разрезанных глотках найдены куски свиного сала, с которым, как известно, правоверных не пускают в рай и не выделяют семьдесяти двух девственниц в одни руки для пользования. И теперь из-за этого у погибших одна дорога - только в ад.
   Убитые были вооружены до зубов, но огнестрельное оружие не использовалось и это наводит на мысль о том, что их зарезали спящими. Убитые были известны полиции, как контрабандисты, поэтому, предположительно, речь идет о клановых разборках или о попытке конкурентов перехватить рынок сбыта. Однако эту версию ставит под сомнение тот факт, что груз, состоящий из оружия и наркотиков, так и остался нетронутым. Между тем, полицейские одного из блок-постов утверждают, что караван сопровождали двенадцать человек, в связи с чем следствие склоняется к выводу о том, что остальные три контрабандиста либо похищены, либо являются соучастниками преступления. В настоящее время ведутся допросы членов хомулы, к которой принадлежали убитые.
   Эта новость стала для Петра громом с ясного неба и он почему-то сразу решил, что это дело рук его гостей. Увидев их в первый раз, он обратил внимание на темные пятна на их одежде, как будто они что-то оттирали бензином и песком. Сразу же мелькнула мысль, что это могли быть остатки следов крови, но парни были веселы и здоровы, никаких ран не было и он усомнился в пришедшей в голову версии. Подумал, что если бы на них напали бедуины, то инцидент имел бы более серьезные последствия, чем пятна крови на одежде или даже легкие ранения. И вдруг выясняется, что не бедуины на них напали, а они на бедуинов! Такие вот интеллигентные ребята!
   А ведь он, наивный, ещё хотел у них узнать, как им удалось пересечь Синай и не встретиться с бедуинами. Но нет, встретили всё-таки бедуинов, только зачем резать спящих? И зачем свинина? Или это месть уродам-контрабандистам за переправку в бордель каких-то секс-рабынь? И значит его задача выследить, а их задача мочить? Веселая участь ожидает владельцев борделя и их охранников! Можно ожидать, что если такие интеллигентные ребята займутся борделем, то по результатам их работы полиция будет рыть основательно и глубоко. Так что вляпался он по самые уши! Впрочем гости, по всему видать, не дети, работают толково, профессионально, и если сделать всё чисто, хрен подкопаются.
   Настроение клеить обои пропало и, написав жене записку, что срочно вызван на склад подменить за вознаграждение знакомого охранника, поехал к гостям.
  
   Глава 26. Кухонные разговоры в Беэр-Шеве
  
   Петр ехал к гостям и в дороге размышлял, сообщать ли им о том, что догадывается об их небольшом приключении на Синае или не стоит. Сообщив им об этом, он станет как бы их соучастником, потому что знал о преступлении и не информировал о нём израильскую полицию. Но с другой стороны, это просто его догадка и быть наивным, как малое дитя, его неотъемлемое право. А то, что он собирал информацию о владельцах борделя, ничего не значит, так как был уверен, что речь идет о праве собственности на недвижимость. Конечно, теперь, зная о синайских приключениях гостей, можно с уверенностью предположить, что для владельцев и охранников борделя дело завершится резней и счет пошел на часы.
   Но ведь он про их приключения ничего не знает и гости ему ничего не сообщали о своих планах. Приехали бывшие соотечественники, интеллигентные ребята, начинающие российские бизнесмены, знакомые его знакомого. Как он мог рассмотреть в них головорезов? Так что если выяснится, что он замешан в этом деле, то только как лох и не более. Использовали вслепую, а он не догадался. Это тянет лишь на условный срок да и то вряд ли, потому что есть такое понятие, как права человека. Хотя, конечно, к этому понятию прилагаются "хорошие ребята", которые называют себя правозащитниками и которым до всего есть дело. К тому же, он не араб, а русский, поэтому ему особо полагаться на права человека не стоит, потому что "хорошие ребята" четко расово-ориентированы и белый человек у них виновен уже цветом своей кожи.
   Размышляя о этом, он вспомнил, что забыл сказать гостям о приготовленных для них в холодильнике пиве и закуске. Однако приехав к ним, убедился в их догадливости - половина пивных бутылок были уже пустыми. По российской привычке гости расположились на кухне и, завидев хозяина, обрадовались.
   - Петр, прекрасное пиво, вкусные булочки и колбаса, - радостно вокликнул Зубков. - После длительного и тернистого пути на землю Обетованную получаем поистине кулинарный оргазм! Давно не ел такую колбасу! Надеюсь она кошерная? А грузди, как домашние!
   - Значит не зря проделали долгий путь? - спросил Петр, довольный реакцией гостей на угощение. - Кстати, бытует мнение, что слово "колбаса" произошло от ивритского "коль басар". Правда, совершенно непонятно, почему истинными ценителями колбас у нас считается "русская" алия. Кстати, булочки, колбасу и соленые грузди я купил здесь недалеко в "русском" магазине.
   - А что, здесь есть русские магазины? - удивился Грачев.
   - Конечно! И численность их быстро растет, особенно с началом массовой алией /36/ из бывшего СССР. Сперва появились магазинчики типа наших деревенских сельпо, а сейчас они разрослись и стали супермаркетами.
   - Значит имеется в них потребность?
   - Потребность имеется и ещё какая! Тем более, что среди наших земляков есть такие, которые здесь уже десяток лет, но иврита не знают, поэтому всё покупают только в "русских" магазинах. Живут в доме, в котором все соседи из бывшего СССР, работают в "русских" фирмах, ходят в "русские" магазины, смотрят российское телевидение, читают русскоязычные газеты.
   - И как здесь живется? Доволен, что переехал сюда? У меня в Израиле живет друг детства, хочу навестить, если будет возможность.
   - Он кто по профессии? Врач или музыкант?
   - Почему врач или музыкант? Он инженер-строитель.
   - Видишь ли, большинство приезжающих сюда из бывшего СССР, как правило, по специальности либо врачи, либо музыканты, либо деятели искусства. Возникла даже такая поговорка: "если человек спускается с трапа самолета без скрипки - значит он пианист, а если он все-таки не музыкант, тогда он врач". Вообще-то у нас большая нужда в высококвалифицированных специалистах, но перед большинством репатриантов стоит серьезная проблема незнания языка. Однако, если твой друг строитель, значит он хорошо устроен. Строители у нас очень нужны и работа для них всегда есть.
   - А как ты устроен? Ты кто по специальности?
   - Я юрист, в прошлом майор милиции. Работал старшим оперуполномоченным уголовного розыска в Грозном.
   - В Грозном? - удивился Круглов. - Так ты из Чечни?! И как давно ты здесь? А вообще, как ты сюда попал? Вроде бы на еврея не похож...
   - Здесь я шесть лет. Понимаешь, в Израиль принимают не по фотографии, а по документам, - рассмеялся Петр. - А документы в полном порядке - у жены мать еврейка, значит жена сама еврейка по Галахе. Галаха - это совокупность законов и установлений иудаизма. Когда нам пришлось бежать из Чечни, выяснилось, что бежать-то особо некуда: нас нигде не ждали. Вроде бы огромная страна, а без денег приткнуться негде. Денег не было и хорошо ещё, что удалось захватить самое необходимое. Пытались продать квартиру, но безрезультатно. Давали гроши, а потом вообще даже предлагать перестали - понимали, сволочи, что достанется им бесплатно. Сосед, гад, ходил по квартире и указывал, что мы можем забрать с собою, а что должны оставить ему. Ещё хорошо, что вовремя сбежали из Чечни, потому что потом началось такое, что трудно поверить. Настоящий геноцид русского народа!
   - Так ведь шесть лет тому назад был ещё СССР! И что, всё равно пришлось бежать? Впрочем, в это время окраины уже пылали. Я служил во внутрених войсках, поэтому пришлось повидать. Но про Чечню думал, что там всё запылало только при Ельцине.
   - Да нет, намного раньше. Работая в уголовном розыске, я был более ни менее знаком с обстановкой. Ещё в восьмидесятые годы с началом перестройки чеченцами совершалось множество безнаказанных преступлений против русскоязычных. Откровенно нас выживали, захватывали наши квартиры, дома. Кстати, здесь в Израиле наблюдается приблизительно та же картина. Арабы скупают квартиры и дома на деньги Саудовской Аравии, а правительство не чешится - здешние либерасты мечтают о мире с арабами и не хотят замечать очевидное.
   - Знаешь, Петр, я по жизни большой романтик, хотя иногда могу показаться немного циником, - сказал Зубков, уделявший до этого большее внимание колбасе и пиву, чем разговору. - Так вот я искренне убежден, что либерализм должен кем-то хорошо оплачиваться. Как-то не очень верится в бесплатный идиотизм в государственных масштабах. Нашим либерастам платят америкосы, а кто платит вашим?
   - Несмотря на то, что ты романтик, полностью согласен с тобой, что бесплатного идиотизма не бывает, - согласился с ним Петр. - Нашим либерастам платят европейцы и американцы через разные общественные организации. Платят очень хорошо, поэтому либерасты уверены, что с баблом всегда успеют слинять в Европу, если террористы покончат с Израилем! Только вот нам, которые без бабла, куда бежать придется? Из Чечни убежали сюда, а куда отсюда бежать?
   - Мне пришлось побывать во многих горячих точках и по собственному опыту знаю: с боевиками вести переговоры нельзя! - назидательным тоном произнес Круглов. - Любые переговоры с ними опасны для жизни и здоровья. Мне пришлось похоронить многих однополчан, из-за того, что они пытались решить возникшую проблему миром. А я сразу жал на курок, поэтому жив, здоров и жизнерадостен. И вывод мой прост, как и всё гениальное: надо меньше болтать и быстрее стрелять. Вот ты, Петр, говоришь, что чеченцы выживали русских. А как же терские казаки? Не могли дать отпор? Издали вроде бы такие крутые ребята, повесили на себя погоны и всякие блестящие цацки, а на проверку жила оказалась тонка?
   - Так ведь никакой проверки толщины жилы не было! Может и дали бы отпор, но чекисты по прямому указанию из Москвы изъяли у казаков даже охотничьи ружья. Ещё в восьмидесятые годы прокурор Ростов на партактиве в Грозном поднял вопрос о том, что русских выживают, но партийные бонзы не придали этому значения. А в конце перестройки российские журналюги и либерасты всех мастей развернули шумную кампанию: мол, в Чечне царит застой, там нет демократических преобразований.
   - Да, я помню эту истерическую кампанию, - кивнул Круглов. - Безусловно, активная часть крикунов была куплена, а остальная масса состояла, как обычно, из скандальных недоумков с большими амбициями и сплошной костью вместо мозгов.
   - Так вот летом восемьдесят восьмого года демократические преобразования действительно появились: в Грозном возник Народный фронт из чеченских люмпенов и бандитов. Ну и началась такая вакханалия, что через год нам с женою и детьми пришлось бежать.
   - Вовремя вы сбежали, - кивнул Зубков, открывая очередную бутылку с пивом. - В то бурное время я служил в "Дзержинке" /37/ и когда в начале ноября девяносто первого в Грозном дудаевцы окружили и блокировали здание МВД, КГБ и военный городок полка внутренних войск, из нашей дивизии отрядили 1200 бойцов в Чечню для обеспечения режима чрезвычайного положения. Отправили и меня с моими разведчиками. А задачу сформулировали так, как могут лишь домохозяйки: "Летите в Чечню, приземляйтесь, а к утру будет объявлен указ президента о введении чрезвычайного положения". Ну, привезли нас на аэродром и мы там в течение 8 часов ждали вылета. А перед самым вылетом выяснилось, что нет военно-транспортных самолётов для переброски боевой техники. Где-то наверху какие-то мудаки напланировали перебросить технику отдельно от личного состава. В итоге нас выгрузили в Беслане, а технику в Моздоке. Причем на аэродроме нас уже ждали вооруженные до зубов чеченские боевики - им вовремя сообщили о нашем вылете. Мы три дня потоптались без оружия на аэродроме, а потом получили приказ вернуться в Москву. А ведь дудаевцы могли нас, безоружных, перестрелять просто, как куропаток.
   - Ты напрасно обижаешь правительственных пацанов, называя их мудаками, - ухмыльнулся Круглов. - Такие вещи без хороших отступных не делаются. Пацанам, очевидно, хорошо забабахали зеленью, вот они и придумали хитроумный трюк. Это люди повышенной хитрожопости, а не мудаки! Вообще, продавать родину и пушечное мясо чрезвычайно выгодный бизнес и мясоторговцы на этом делают такие деньги, которые тебе и не снились.
   - А я вам расскажу, что творилось в Грозном осенью девяносто первого, - сказал Петр. - Недавно у меня в гостях был знакомый по работе в Грозном. Сейчас в отставке, живет в Москве и приехал в Израиль как турист. Заехал ко мне, в Беэр-Шеву, посмотреть город и как я здесь устроен. В Грозном я работал в угро, а он опером в местной конторе и мы иногда пересекались по некоторым делам, которые находились у них в разработке. Так вот он мне рассказал, что происходило в девяносто первом году. В начале сентября чеченцы захватили телецентр, Дом радио, Дом политпросвещения, а из Москвы ни звука. А ведь тогда порядок можно было навести в момент, разогнав всех бандитов палками! Но московским было не до того - делили власть и собственность. Ну, и бандиты осмелели: дня через три вломились в здание, где шло заседание депутатов Верховного Совета республики. Депутатов побили, председателя горсовета Грозного выбросили из окна, а из Москвы, как будто специально, сковали чекистов по рукам и ногам: запретили любое действие и любую реакцию. Понятно, что бородатые хлопцы ещё больше осмелели и в начале октября захватили здание КГБ. Это произошло в выходной день и на дежурстве в здании оставалось всего три сотрудника: две женщины и подполковник Нажмудин Аюпов. Я с ним знаком не был, но в лицо знал. Так коллега рассказал, что утром в здании появились двое сотрудников КГБ СССР и попросили открыть все кабинеты и сейфы, где хранились вещдоки по уголовным делам. Из сейфов они забрали все изъятые по уголовным делам ценные вещи, а там были золотые изделия, рубли и валюта. И затем скрылись в неизвестном направлении. А когда Аюпов поднимался по ступенькам на верхние этажи, чтобы закрыть помещения, неизвестный, вероятно из "московских", выстрелил ему в спину. И тут же ворвались чечены и заняли здание. Аюпов получил тяжелое ранение и был госпитализирован. А местных чекистов обзвонили и приказали немедленно перейти на нелегальное положение. В этой истории интересно то, что секретные дела оперативного учета и картотека агентуры 5-го отдела /38/ были оставлены в здании, а дела других отделов и управлений заранее были переправлены во Владикавказ. Значит наверху заранее знали о нападении и сдали списки сотрудников, их адреса, сдали всех, кто сотрудничал с органами, сдали явки и владельцев явочных квартир. А ведь это измена, это предательство! Москва всех сдала и списала!
   - А как же твой гость уцелел? Вовремя перешел на нелегальное положение? - спросил Грачев.
   - Перейти на нелегальное положение в Чечне могут только чеченцы. А он русский и с такой физиономией ему в Чечне не скрыться. Просто повезло: отвозил жену в роддом во Владикавказ. Там и застала его весть о том, что здание конторы захвачено, все списки с адресами и фамилиями в руках дудаевцев. Если бы вернулся, разделил бы судьбу майора Толстенева /39/.
   В кухне установилось тяжелое молчание и больше никто не притрагивался ни к закуске, ни к пиву. Грачев, Зубков и Круглов вспоминали горячие точки, оставившие кровоточащие шрамы в их памяти, а Петр размышлял о дикой истории с ректором /40/ грозненского университета, рассказанной ему знакомым. Пересказывать её гостям не хотелось, потому что о таких ужасах трудно говорить.
   - А здесь как живется? Палестинцы не слишком достают? - первым нарушил молчание Круглов.
   - Вообще-то арабы есть разные. Есть арабы-мусульмане, среди которых встречаются культурные уравновешенные люди. С ними можно нормально жить и общаться. Есть израильские друзы и бедуины, которые служат в армии и в полиции. Есть арабы-христиане, вполне вменяемые люди, которым близки западные христианские ценности. Но между палестинскими мусульманами и палестинскими христианами дружбы не получается: христиан резали и до того, как Перес и Рабин притащили сюда арафатовскую банду. Ну, а после этого интенсивность резни христиан резко возросла. Так что арабы-христиане бегут из автономии, как русские из Чечни. Но и тамошним палестинцам-мусульманам тоже несладко: они вынуждены жить по законам арафатовской банды. Вообще-то удивительно: не спрашивая согласия палестинцев, Перес и Рабин отдали их под власть бандитов.
   - Наш провожатый, который привез нас на Синай, немного рассказывал нам про ваши дела. И про вашего Йосю, не помню его фамилию...
   - Йосю Бейлина?
   - Точно. Насколько я понял, этот Йося Бейлин - внешние мозги вашего правительства. А я расскажу про другого Йосю. Йосю из моего города. Я, вообще-то, сам из волжской деревни, но после восьмого класса родители отправили меня в город к родственникам, потому что у нас негде было учиться дальше. И вот помню, как по центру города курсировал один ненормальный мужик по имени Йося. Ему было лет этак сорок. Ходил с потрепанным портфелем под мышкой, с шарфом на шее и утверждал, что происходит из профессорской семьи. Его папа, если верить Йосе, был профессором консерватории. И должен сказать, Йосе хотелось верить, потому что речь у него была культурная и плавная. Не то, как у Миши-перестройщика или у всенародно избранного Бориса Николаевича. А главное, не в пример им, Йося говорил вполне осмысленные вещи. Причем, обращался к массам, а не к конкретным прохожим, за что те были ему благодарны, потому что не мешал им ходить. Рассказывал Йося очень интересно и было такое ощущение, что у него есть ещё много, что рассказать о себе и своем папе. Но сам знаешь, какая у нас публика - ей свои дела важнее, чем выслушивать рассказы интересного человека о себе и своих родных. А ещё по городу бродила Лёля и тоже ненормальная. В отличии от Йоси, она пугала детей в районе улицы Советской и прилегающих переулках. Причем использовала, в основном, ненормативную лексику, так что по этой части могла дать фору не только биндюжникам, но даже любому члену Политбюро ЦК КПСС. На её фоне Йося выглядел заправским интеллигентом, из-за чего не мог состоять в ленинской партии, даже несмотря на то, что был ненормальным. Как известно, коммунист обязан уметь изложить свои скудные мысли двумя-тремя чеканными словами, а у Йоси мыслей было больше, чем на два-три слова. И главное, он не умел ограничивать свои мысли узкими рамками руководящих партийных документов. А ведь для коммунистов это очень важно - уметь думать так, как того требует партия. Жаль, что Йося и Лёля не знали друг друга, иначе уже в те далекие годы в нашем городе отрабатывалась бы техника парламентских дебатов постсоветского общества.
   - Прослушал твой интересный рассказ и у меня начало зарождаться подозрение о десанте ваших ненормальных в наш Кнессет, - засмеялся Петр. - Но вспомнил, что у нас своих в избытке и стало немного спокойнее. Хотя допускаю, что ваши Йося и Лёля в нашем правительстве, возможно, лучше представляли бы интересы государства, чем местные деятели.
   - Так значит теперь, после создания автономии, Арафату легче устраивать теракты? - спросил Зубков. - Провожатый нам рассказывал, что из Туниса ему это делать было сложно из-за отдаленности местоположения.
   - Не скажу, что раньше ему было сложнее, но теперь, безусловно, легче! У нас в январе был совершен страшный теракт: десятки убитых и более сотни раненых /41/. С легкой руки наших правителей теракты нынче превратились в бизнес и хорошо оплачиваются. И почему бы не устраивать теракты, если смертную казнь отменили, а в израильских тюрьмах, как в приличных санаториях: трехразовое обильное питание, в рационе овощи и фрукты, в камерах установлены цветные телевизоры, на территории тюрем автоматы с прохладительными напитками, телефоны-автоматы, спортивные площадки, тренажерные залы. Многие палестинцы даже не мечтают дома о такой обильной жратве и таких комфортных условиях, поэтому тюремное заключение их не страшит. И ещё палестинскую молодежь привлекает возможность получить в тюрьме бесплатное высшее образование.
   - Не понял? - удивился Круглов. - Как это можно получить высшее образование, сидя в тюрьме? И притом бесплатно?
   - Бесплатно для зэков-террористов. За их образование платим мы, налогоплательщики. К этому надо прибавить ежемесячную зарплату, которую Палестинская автономия выплачивает сидящим в тюрьме террористам. Своих средств у автономии нет, поэтому платит из денег, которые перечисляют ей Штаты, Европа и сам Израиль - вот так эти государства борятся с терроризмом. А размер зарплаты зависит от тяжести преступления. Больше всех зарабатывают террористы-убийцы, они получают около 3-х тысяч долларов ежемесячно. В автономии это очень большие деньги и если один член семьи сел за убийство нескольких евреев, то вся семья может хорошо жить на его зарплату. И плюс к зарплате от Палестинской Автономии он получает пособие от израильского Национального страхования в дополнение к зарплате, которую им выплачивала администрация автономии. Так что терроризм в Израиле - это высоко оплачиваемая работа для молодых палестинцев. Вообще, тому, что происходит сегодня в Израиле, нет никакого логического объяснения и нет прецедента в мировой истории. Самоубийственное поведение Израиля - это ужасные извращения демократии, это такая мерзость, о которой невозможно говорить без содрогания. Наша судебная система все больше напоминает цирк. С помощью крючкотворства судей, словоблудия адвокатов и усилиями так называемых правозащитников размыты древнейшие общечеловеческие принципы, что наказание неотвратимо, что любое преступление наказуемо, что вор должен сидеть в тюрьме. Именно сидеть, а не вкусно есть, сладко спать и повышать свой уровень образования. За наш счет, между прочим.
   - Так погиб и Рим. Римские правозащитники защищали права Атиллы, - съязвил Зубков.
   - Очень тебя понимаю, Петр, - сочувственно произнес Круглов. - Что такое терроризм, знаю не по наслышке. Сталкивался с ним и в Средней Азии, и на Кавказе. Из-за этого ушел из внутренних войск - не хочу имитировать борьбу с террором. Знаешь, ещё Талейран сказал: целые народы пришли бы в ужас, если бы узнали, какие мелкие люди властвуют над ними. Но ваши правители ведь не с неба свалились, их избрал народ. Получается, что ваш народ сам хочет жить с террором? Может ему так веселее и неординарно? Либо считает, что пригрев террористов рядом с собою, будет в безопасности? Впрочем, наши российские политики не хуже ваших и тоже умеют вести бизнес с террористами. Я как вижу на экране телевизора морды наших деятелей, послушаю их косноязычий словесный понос, которым они поливают страну, так сразу становится тошно от понимания, что будущее наше безрадостно. Петр, мы когда займемся делом? Когда поедем в Тель-Авив?
   - Послезавтра. Завтра походите по магазинам, купите себе приличную одежду, по городу погуляйте, немного освойтесь, а послезавтра рано утром поедем в Тель-Авив. Там снял квартиру на три дня, полагаю, вам этого времени хватит, чтобы управиться с делами.
   Петр посмотрел на часы - скоро домой вернется из университета сын Павлик, а через час надо будет забрать дочь Ниночку с дополнительных занятий по английскому. Пообещав завтра заехать в десять часов утра и отвезти в город, он попрощался и поехал домой.
  
   Дома возбужденный Павлик потрясал какой-то бумагой.
   - Наконец-то получил приглашение на экзамен! - радостно бросился он навстречу отцу.
   Петр взял письмо и внимательно прочитал. Там сообщалось, что Павел Авдеев допущен к трехдневному экзамену на физическую выносливость, который должны пройти все претенденты на поступление в спецназ ЦАХАЛа. Он должен будет бегать с 30 килограммовыми мешками, отжиматься и преодолевать другие физические нагрузки. И если выдержит эти испытания, то его отправят в лагерь, где в течении полугода будет проходить спецподготовку.
   - А как же университет? - растерянно спросил Петр.
   - Экзамен будет зимой, а летом, после защиты диплома, я поеду в лагерь. Ты чего расстроился? Неужели не рад за меня?
   После окончания школы, Павел поступил в университет и ему предоставили отсрочку от армии. Скоро у него защита диплома и профессор планирует оставить его в аспирантуре, что открывает большие перспективы. Однако сын мечтает служить в боевых частях и, в принципе, его можно понять. В группе, в которой он занимается, не только все ребята, но и почти все девчонки отслужили в армии, а одна даже имеет боевую награду. Не служат только арабы, ультраортодоксы и те, у которых проблемы со здоровьем. А у Павла со здоровьем, слава Богу, всё в порядке, но в армии не служил и ему дали из-за этого обидную кличку Школьник.
   Возможно поэтому он записался в секцию крав-маги /42/ и занимается ею, как одержимый. Надеется, что тренер составит протекцию и он попадет в Сайерет Маткаль /43/. Конечно, Сайерет Маткаль это круто и престижно, но надо знать арабский и Павел начал его изучать и упросил своего школьного приятеля, бедуина Мухаммада Абу Салика, заниматься языком. Но недавно Мухаммад ушел в армию и сейчас проходит 15-месячную подготовку бойца отряда "Дувдеван" /44/. Тоже элитная часть и Мухаммад невероятно гордится тем, что станет коммандос. Наверное устроил его туда отец, который много лет служит в боевых частях инструктором по выживанию в экстремальных условиях. Ещё один удар по самолюбию Павла! Приятель почти спецназовец, а он всё еще студент. Даже как-то странно: в России все стараются откосить от армии, а здесь рвутся туда, будто там медом намазано! И даже дочка Нина недавно заявила, что не хочет быть белой вороной, как братец, и после окончания школы сразу пойдет в армию, а уж потом, отслужив, будет поступать в университет. Вот такие своенравные дети! Удивительно, что Маша не против, а даже одобряет выбор детей. Неужели не понимает, как это опасно? Хотя на дискотеках ещё опаснее - в армии хоть защититься от врага можешь, а дискотеку взорвут и никакая защита не поможет! Это зверьё боится переть на вооруженного, поэтому и взрывает только исподтишка. А то и ножичком на улице стремится пырнуть, не боясь курортных условий израильских тюрем.
   - Поступай, как знаешь, - устало произнес Петр, возвращая сыну письмо. - Ты уже взрослый, у тебя своя голова на плечах.
   Он подумал, что сын, возможно, прав. Если человек не служил в армии, то в Израиле вряд ли можно рассчитывать на хорошую карьеру. Впрочем, это и понятно: если страна со дня провозглашения своей независимости постоянно воюет с исламским террором и с идеологией исламизма, то сильная армия - это единственное средство выживания нации. Европе, которая стремительно исламизируется, ислам не страшен. Ну, наденут арийки хиджабы и пойдут стройными рядами в бордели типа гарема. Ну, отрастят арийцы бороды и перестанут жрать свинину, запивая её пивом. Ну, будет у них шариат вместо законов - ничего, выживут с надеждой, что в конце концов их снова выручат русские танки. А Израилю сдаться нельзя, потому что это означает окончательное решение еврейского вопроса. Так что может Павел и прав, что рвется в спецназ и не спешит прятаться на кафедре университета.
  
   Глава 27. Следствие по делу о взрыве
  
   Гончаров позвонил Дронову в Москву и, с трудом сдерживая радость, сообщил:
   - А у нас здесь произошла жуткая трагедия! Данилина, в смысле Мельникова, села в машину вместе с директором завода "Импульс" Шевчуком и машина взорвалась. Говорят, пылала, как факел! Вот какой кругом творится беспредел! Идёт откровенная охота на честных бизнесменов!
   - А муж что же? Разве мы не говорили с вами, что их нужно обоих? Или вы его для чего-то бережете? - ледяным тоном спросил Дронов. - И зачем Шевчука? Разве мы о нём договаривались?
   Дронова охватило холодное бешенство. Что-то у Гончарова всё выходит как-то боком. Смолин, например, работал совершенно чётко, без сбоев. Правда и подготовка у него была специальная. А у этого сплошные недоделки. Жену ликвидировал, а мужа, который сам по себе опасен, как чёрт, оставил. А если Мельников пронюхает, что это его, Дронова, заказ? Шлёпнут и никакая охрана не поможет, спаси Господи! Дёмину, например, охрана не помогла. Так до сих пор и не ясно, кто его ликвидировал. Хотя на следователей полагаться нельзя - делают вид, что ищут, а сами радуются, что человека с деньгами пришибли! Страна такая - кругом одни завистники! Правильно Дёмин говорил, пусть земля ему будет пухом - деньги надо делать здесь, а жить на Западе.
   - Произошла накладка, - оправдывался Гончаров. - Исполнитель принял его за мужа. В машине стекла затемненные, вот поэтому и ошибка вышла. Видит, сидят двое, ну и нажал кнопку. Наш человечек сообщила, что они вдвоем с мужем поедут на лечебную гимнастику, поэтому и произошла накладка.
   - Что-то часто у вас случаются накладки. Доведите дело до конца и чтобы никаких накладок!
   Дронов бросил трубку и матюкнулся, чем напугал вошедшую в кабинет секретаршу, которая принесла только что заваренное кофе.
   - Поставь и исчезни! - рявкнул он и секретарша стремглав выскочила за дверь.
   - Интеллигентку из себя, сука, строит, - пробормотал ей вслед Дронов и снова привычно матюкнулся.
   Он задумался над тем, с кем в оборонной промышленности можно переговорить насчет кандидатуры нового директора. То, что избавились от Шевчука - это с одной стороны неплохо. Договориться с ним было невозможно, но может с другим повезет?Хорошо бы, чтобы директором стал главный инженер. Человек он, кажется, разумный, деньги любит. Правда неясно, кто теперь будет принимать решение по заводу. Ведь Данилиной уже нет. Её муженёк задумал создать холдинг и стать его президентом. Только вряд ли он успеет это сделать. Надо Гончарова поторопить, ведь и в его интересах избавиться от Мельникова как можно скорее, чтобы тот не успел разнюхать и не начал мстить.
  
   Грузнов работал уже в УБОП и история со взрывом его не очень касалась, так как не было никаких данных, что это дело рук организованной преступной группы. Тем не менее, сразу же после убийства Зои, он взялся за расследование по горячим следам, даже не дожидаясь обращения к нему Самохина. Двор здания, в котором располагалась компания, контролировался видеокамерами, но просмотр видеоматериалов, отснятых за несколько ближайших дней, ничего подозрительного не показал. Когда и кто установил мину? Машину каждый день скрупулезно проверяли, но в этот день до обеда она побывала в ремонте на СТО. Согласно инструкции водитель, забиравший машину после ремонта, должен был её тщательно проверить. Забирал машину погибший Омельченко, известный своей дотошностью. Как же тогда могло получиться, что он не заметил мину? Или установили не на СТО? А где же тогда? Машины не заражаются минами капельным путем по воздуху, их надо устанавливать при непосредственном контакте. Когда же и где произошел этот контакт?
   Грузнов приехал на СТО, чтобы переговорить с мастером, который непосредственно выполнял ремонтные работы.
   - Да, я помню эту машину, - сказал пожилой механик, неохотно отвлекаясь от текущего ремонта красной девятки. - Водителя помню. Здоровый такой амбал, метра два роста. Он поставил машину, отдал мне ключи и хотел уходить. Но подъехал какой-то гаишник и они долго околачивались около машины, мешали мне работать: то туда заглянут, то сюда.
   - А что за гаишник? - напрягся Грузнов. - Он здесь раньше бывал?
   - Раньше его не видел.
   Любознательный гаишник, после которого взрываются машины, представляет немалый интерес как личность, но механик смог описать его только в общих чертах.
   - Ну, он с погонами лейтенанта, в теплой милицейской куртке с меховым воротником. На вид ему лет тридцать с небольшим. Да я его и не рассмотрел толком. Что он, баба, чтобы его рассматривать? Мне работать надо, зарплату ведь мне платят не за гляделки, - ворчливо произнес механик, посматривая на красную девятку.
   Перед этим он обнаружил неисправность блока управления клапаном холостого хода, из-за чего "пропадали" холостые обороты двигателя. Осталось только заменить блок и всё - машина готова. Но мент пристал, как банный лист, досаждал своими дурацкими вопросами и мешал работать.
   Грузнов видел, что больше никакой толковой информации от механика получить не сможет, потому что тот является только придатком отвертки. Люди его не очень интересуют, поэтому продолжать расспросы не имеет смысла. Но даже то, что в деле появился некий разговорчивый и любознательный лейтенант-гаишник, представляло особый интерес.
   - Так вы не знаете, как этот гаишник здесь появился? - спросил напоследок Грузнов.
   - Да как появился? На мотоцикле, разумеется.
   - А номер не запомнили? - затаив дыхание, поинтересовался Грузнов.
   - Девятьсот двенадцать, - сказал механик, недовольно посмотрев на доставшего его мента. Скорее бы тот отцепился, чтобы можно было продолжить работу! Грузнов понял его желание и распрощался.
   - Если появится ещё раз здесь этот гаишник, позвоните, пожалуйста, мне, - попросил он, передавая механику бумажку с номером телефона.
   Он понимал, что человек-отвертка вряд ли позвонит, так как кроме машин, ничем не интересуется. Но то, что он запомнил номер - это большая удача!. Если, конечно, номер не фальшивый.
   Номер оказался не фальшивым. Мотоцикл с таким госномером действительно числился в ГАИ за инспектором дорожно-патрульной службы лейтенантом Черняевым. Механик опознал на фотографии того самого гаишника, который крутился около машины, когда он её ремонтировал. Однако, согласно справке, полученной из ГАИ УВД области, лейтенант Черняев в это же время находился на своём посту в двенадцати километрах от СТО. Колоть его на этом несоответствии было бесперспективно: ну, нарушил дисциплину, ну, поехал во время дежурства в СТО. Но за это наказывают не сроком, а выговором. Нет оснований даже для его допроса. Это тема только для дисциплинарной комиссии.
   Грузнов обдумывал следующие шаги, которые следовало предпринять, когда ему принесли распечатку звонков, сделанных с телефонов СТО в тот день. На станции техобслуживания установлено два телефона: в кабинете у директора и в комнате мастеров. Последним пользовались, кроме двух мастеров, ещё и девять механиков, но именно с этого телефона был сделан звонок на рабочий телефон Гончарова. Причем сделан звонок был через семь минут после звонка из компании "Сибкомпроминвест" директору СТО по поводу ремонта джипа. Если бы Гончарову звонил директор, то он позвонил бы от себя. Или специально позвонил с другого телефона, чтобы отвести подозрение? Вряд ли он так далеко заглядывал. Да и не рискнул бы он на такой шаг, если понимал, что речь идет об убийстве и предстоит следствие.
   Грузнов снова поехал на СТО и переговорил с директором, который утверждал, что дал поручение мастеру Козлову обеспечить максимально быстрый ремонт машины, которую сейчас должны пригнать. Следовательно, позвонить могли двое: директор или Козлов. Но, опять таки, не на чем их колоть. Ответ будет очень простым: не звонил и всё. О Гончарове, мол, слышал, но про того, который написал роман "Обломов". Помню в школе учительница рассказывала, а других Гончаровых, мол, не знаю.
   С большим трудом удалось получить перечень звонков с телефона Гончарова: начальник АТС категорически отказывался давать указания персоналу на этот счёт. Требовал официальный запрос, на что ушло бы два-три дня. Пришлось ехать на АТС с тремя бойцами СОБР, класть упрямца мордой на пол и объяснять разницу между милицией и УБОП. Объяснение было сразу же принято к сведению, а просьба - к исполнению.
   В полученном перечне звонков, которые сделал Гончаров, оказался звонок на радиотелефон Черняева. Таким образом, вырисовалась цепочка звонков: мастер СТО Козлов, получив информацию от директора, звонит Гончарову, а Гончаров - Черняеву и вскоре лейтенант появляется на СТО. О чём это говорит? Ни о чем. Ну, перезванивались между собой, но причем здесь мина?
   Кроме того, ещё одна неясность: если подложил мину Черняев, то где он её получил? Действуя в рамках уголовно-процессуального кодекса, никому ничего невозможно предъявить. А попробуешь предъявлять, адвокаты растерзают. Нить он нащупал, пусть теперь действует Самохин - ему не требуется брать ордер в прокуратуре и пререкаться с адвокатами.
   - Значит так, мы установим прослушку этого телефона. И если выяснится, что ты связан с организованной преступной группой, пеняй на себя! - с нескрываемой угрозой сказал Грузнов начальнику АТС, отбив у того охоту вспоминать о том, что для прослушивания телефонов необходима санкция прокуратуры.
   Прокуратура далеко и неповоротлива, а эти рядом и слишком бесцеремонны. Да и о методах УБОП ходят нехорошие слухи, поэтому лучше с ними не связываться!
   В тот же вечер Грузнов встретился с Самохиным и обстоятельно обрисовал ему ситуацию, а также всё, что удалось выяснить.
   - Спасибо, Дима! Мы тебе очень обязаны! - сказал Самохин. - Собирался тебе позвонить, но немного замотался с похоронами и другими делами.
   На СТО уже работал человек Самохина, но отследить звонки пока ещё не удавалось, поэтому полученная от Грузнова информация оказалась ценной. Понятно, что Козлов просигналил Гончарову, а тот сразу же отреагировал. И где взял мину Черняев - не так уж и важно. Все они берутся на армейских складах, а отслеживать пути их распространения замаешься. Но нельзя исключить и совпадения - мог же Козлов позвонить своему клиенту по поводу ремонта его машины. Следует внести ясность, чтобы никто из настоящих виновников не ускользнул и Самохин начал обдумывать операцию. Она должна пройти так стремительно, чтобы никто из участников не смог насторожиться и уйти в подполье. Отлавливай потом, когда разбегутся, как тараканы!
   Через пару дней Грузнов принёс Самохину записи телефонных разговоров с рабочего и домашнего телефонов Гончарова. Самохин прослушивал записи в компании со Стасом и их обоих насторожило сообщение Гончарова Дронову о том, что в компании "Сибкомпроминвест" у него есть "человечек".
   - Этот человечек знала, что Зоя должна ехать на лечебную гимнастику. Кто же это может быть? - вопросительно посмотрел Самохин на Стаса.
   - Об этом знала Валя, Петро знал, я знал, ты знал. Кто же ещё мог знать?
   - Он сказал "человечек знала". Может быть, он имел в виду Юлю из приёмной?
   - Вряд ли Зоя ставила её в известность о своих планах. Хотя, Юля могла присутствовать при разговоре Зои и Вали. Надо выяснить у Вали.
   - Ты, Стас, переговори с Валей, только не бросай тень на девчонку. А там ещё какой-то паренек к ней ходит, вроде бы учит работать с компьютером. Не могла ли она ему случайно проговориться? Или он был в комнате в тот момент, когда об этом говорили? Надо выяснить.
   - Я воспринимаю слово "человечек" как указание на какого-то маленького по возрасту или росту особу женского пола. Кто у нас подходит под эту формулировку? Юля и ещё кладовщица, она метр с кепкой. Вроде больше некому.
   - Пожалуй, я сейчас, приглашу сюда Валю и выясним, могла ли Юля и этот парень знать о намерениях Зои.
   Самохин позвонил Вале и та через несколько минут зашла в кабинет Самохина.
   - Валечка, ты не помнишь, когда тебе Зоя сказала, что собирается ехать на лечебную физкультуру? - спросил её Самохин.
   - Почему не помню. Всё помню. Пришел Шевчук, вызвал Виктора Михайловича из кабинета Зои и они вдвоем куда-то ушли. А я зашла к Зое с бумагами на подпись. Она сказала, что подписывать пока не будет, так как сейчас они с Виктором Михайловичем едут в женскую консультацию на физкультуру.
   - И кому ты об этом сказала?
   - Олег, ты в чём-то меня подозреваешь?
   - Валя, не говори глупости! Нам надо выяснить круг людей, которые знали, что Зоя собирается уезжать. Вспомни, кому ты об этом могла сказать.
   - Ну, Юля знала. Она хотела отсканировать подписанные документы и удивилась, что я вышла от Зои без бумаг. Ну, я её сказала, что Зоя сейчас уезжает и подпишет позже.
   - А куда она уезжает, сказала?
   - Зачем? Уезжает и всё. Больше она ничего не спрашивала.
   - А этот парень, который к ней ходит, он при этом присутствовал?
   - Игорь, что ли? Нет, он не приходил. Он простудился и сейчас болеет.
   - А Юля никому не звонила, после того, как ты ей сказала, что Зоя уезжает?
   - Да вы на Юльку даже и не думайте ничего! Она Зою просто боготворит за то, что та для неё сделала! Юлька такая девчонка...
   - Валя, успокойся. Мы думаем только то, что надо. Так звонила она кому-нибудь? Только честно! Нельзя исключить, что её использовали вслепую. Нам надо выяснить истину, понимаешь? Вспомни точно, она знала, куда именно уезжает Зоя?
   - Нет, я ей не сказала. Просто сообщила, что уезжает. Хотя постой, она таки знала. Позвонила Кротова и спрашивала Зою. Ну, я сказала Алевтине Андреевне, что Зоя сейчас уезжает. Она спросила, не в налоговую ли инспекцию? А я сказала, что нет, на лечебную физкультуру. А та спрашивает: Виктор Михайлович тоже уезжает? Я говорю - да. Так что, Юля знала куда уезжает Зоя. Только вы на неё ничего не думайте, она замечательная девчонка и когда узнала о взрыве, с нею случилась жуткая истерика.
   - Ладно, Валюха, мы на Юлю не думаем, успокойся.
   После ухода Вали, Самохин и Стас переглянулись. Главный бухгалтер Алевтина Андреевна Кротова давняя врагиня Зои, но после того, как Зою стала первым заместителем генерального директора, присмирела и даже заискивала.
   - Надо проверить, кому она в тот день звонила, - сказал Стас. - Хотя, конечно, под определение "человечек" со своими ста килограммами сала она явно не подходит.
   - Вполне возможно, что Гончаров вкладывает в слово "человечек" иной смысл. Это слово может иметь пренебрежительное значение. Кстати, она могла звонить Гончарову не напрямую, а через третье лицо. Баба-то она хитрющая!
   В тот день, когда произошёл взрыв, с рабочего телефона Кротова сделала восемь звонков: два звонка внутри офиса, три звонка - в подразделения компании, и три звонка посторонним лицам. Но за полчаса до отъезда Зои она сделала только один звонок и этот номер телефона Самохин продиктовал Грузнову по телефону.
   Вечером Грузнов сообщил: телефон принадлежит телевизионному ателье, в котором работает муж Кротовой. Через минуту после звонка, с этого же телефона был сделан звонок на служебный телефон Гончарова. С телефона Гончарова сразу же после этого последовал звонок на радиотелефон, установленный в машине марки BMW 316i, госномер 783, принадлежащей строительной фирме "Атлант". Видимо подрывник дежурил в машине где-то поблизости офиса, не попадая в телекамеры, и получил сообщение по радиотелефону о том, что в машину села Зоя. Он подождал, когда машина покажется на улице и, убедившись в том, что в ней пассажиры и среди них женщина, взорвал радиоуправляемую мину. Кажется, вся схема вырисовалась, только пока неизвестно, сколько человек находилось в БМВ и кто подрывник.
  
   Грузнов приехал в офис фирмы "Атлант" и направился сразу же к директору Иванцову Петру Владимировичу.
   - Ваша машина, госномер 783, проезжая в среду в 14 часов 30 минут по проспекту Мира, промчалась по луже и облила грязью с головы до ног супругу полковника Мелентьева, начальника гормилиции, - мрачно заявил он. - В химчистке утверждают, что плащ очистить невозможно. Что будем делать?
   - Да мы заплатим, нет вопросов, но эта машина не могла быть в это время на проспекте Мира. Мы можем вызвать водителя, он подтвердит. Здесь какая-то путаница!
   Водитель, вызванный к директору, клялся и божился, что его там не было.
   - Кто ещё может подтвердить ваши слова? Кроме вас кто-то ещё находился в машине?
   - Никого не было. Я ездил один. Но я точно говорю вам - меня на проспекте Мира не было, да и быть не могло!
   - Ну, хорошо, проверим. Номер, правда, был немного заляпан, возможно, произошла ошибка. Но предупреждаю, что если подтвердится и выяснится, что это ваша машина, готовьте триста баксов, - смягчился Грузнов.
   Ещё выяснить что-либо уже не имело смысла.
   - Водитель БМВ Горюнов Роман Иванович, 1963 года рождения, два года службы в Афгане, военная специальность сапер. Так что со взрывчаткой обращаться умеет, - сообщил Грузнов Самохину. - Но зацепить его невозможно. Скорее всего, путевой лист подчищен и сейчас в полном порядке.
   - Да нам путевые листы и не к чему, - играя желваками, процедил Самохин. - Мы не прокуратура и не суд.
  
   Горюнова остановил инспектор ГАИ, когда тот ехал на машине в гараж. Проверив его права и технический талон на машину, инспектор положил их в карман.
   - На угнанной машине ездите, Роман Иванович? - спросил Стас, поправляя фуражку, которая ему была явно мала. Форма по размеру подходила, хотя и немного тесновата и жала в подмышках, а вот фуражка подкачала.
   - Как на угнанной! - возмутился Горюнов. - Никогда не было никаких претензий. Машина куплена законным порядком.
   - Не было претензий, пока из Москвы не поступил перечень угнанных из Германии БМВ, - флегматично сказал Стас. - Сейчас поедем в техцентр, разберемся. Пересаживайтесь в мою машину.
   Горюнов, негодуя, сел в "Волгу", не обратив сгоряча внимания, что не ней нет ни мигалки, ни надписи "милиция". Сразу же в машину за руль вскочил Дорохов и они помчались за город.
   - А куда мы едем? - забеспокоился Горюнов. - Техцентр ведь в другой стороне.
   - А у нас другой техцентр. Правда, пока в промышленную эксплуатацию не сдали ещё, но вся аппаратура есть, - пожал плечами Стас и, повернувшись, брызнул ему в лицо струю из газового баллончика, а потом прижал к его лицу платок, смоченный эфиром. Беспокойные бодрствующие пассажиры неприятно действуют на нервы водителя, которому надо следить за дорогой.
   Заехав в лес, Стас прострелил спящему Горюнову голову и вдвоем с Дороховым, раскачав труп, бросили в болото. Летом, когда болото подсыхало и мельчало, тучи комаров охраняли его покой, из-за чего подойти к нему становится невозможным. Осенью болото вновь оживало, наполнялось водой, и на него садились стаи пролетных и кочующих птиц.
   - Лёня, посмотри какая красота, - сказал Стас, залюбовавшись красками болотных растений и окружающего леса. - Вот взять птиц, например. Живут стаями и не уничтожают себе подобных. Когда же люди научатся жить дружно и не убивать друг друга? Зоя ведь никому ничего плохого не сделала, но вот убили. Михалыч весь аж черный ходит. Как погляжу на него, сердце стискивает! За что её убили?
   - Значит, помешала чем-то Дронову. Гончаров - шнурок, приказано убить, он и убил. А завтра мы кому-то помешаем, нас захотят убить, поэтому надо быть всегда начеку. Сама форма общественного устройства сложилась у человечества таким образом, что есть люди, которые распоряжаются судьбами других людей. Они владеют деньгами и умеют конвертировать их во власть и обратно. И добровольно никогда не откажутся от своей власти над жизнью и смертью других людей. А не добровольно - означает опять войну, опять уничтожение друг друга. И уже другие люди будут отдавать приказ на убийство, и обязательно выдумают какую-нибудь идеологию, чтобы прикрыть ею жажду крови.
   - Возможно, это является следствием врожденной или изначально заложенной в человеке деструктивности? Отсюда и неправильные модели социального поведения? Но тогда вопрос: кто же заложил этот негатив в человека? Если Бог, то зачем, с какой целью?
   Они сидели в машине, открыв дверцы, и им не хотелось уезжать. Необыкновенно красивая осенняя сибирская природа, как бы трогательно прощаясь с летом в преддверье суровой зимы, рождала особые чувства, омывающие душу и вытесняющие из неё всё нехорошее и жестокое. Хотелось распахнуть омытую душу настежь для доброты и любви к ближнему. Видимо, не зря уходили святые в лес отшельниками и там постигали мудрость бытия! Видимо, там начинали видеть бытие совершенно иначе, чем в мирской жизни, становились ближе к божественной истине.
   Но необходимо было возвращаться к реалиям жестокой жизни. У мечтателей, как правило, недолог век, потому что его прерывают реалисты. Вот и приходится закрывать душу для добрых чувств и любви, застёгивать её на все кнопки и становиться реалистом.
  
   Глава 28. Арест начальника налоговой полиции
  
   Мастер Козлов, возвращаясь с работы, остановил машину около газетного киоска и пошел покупать сигареты. Вообще-то он бросал курить и постепенно свел потребление сигарет до пяти в день. Он считал это большим успехом, потому что одной пачки уже хватало на четыре дня. Жена находилась на восьмом месяце беременности и скоро в семье ожидалось прибавление. Тогда дома нельзя будет курить, поэтому он постепенно отвыкал от курения.
   Почти впритык к его машине остановилась "Волга", водитель которой быстро вышел из машины и исчез за киоском. Козлов, купив пачку сигарет, возвращался к своей машине, когда его внимание привлекла женщина с кляпом во рту, посылающая ему умоляющие сигналы с заднего сидения "Волги". Он подошел ближе и увидел, что она показывает ему связанные веревкой руки. Козлов огляделся вокруг и подергал заднюю дверь. К его удивлению, она оказалась незапертой и сразу же открылась.
   - Умоляю, помогите! - плачущим голосом попросила женщина, когда он вынул у неё из-за рта кляп. - Муж, пьяная скотина, связал меня.
   Козлов сел на заднее сидение и начал развязывать веревку, но внезапно дверь захлопнулась и на передние сидения вскочили Стас Кондратюк и Слава Дорохов. Дорохов, севший за руль, заблокировал двери и машина тронулась, набирая скорость.
   - Ты зачем связал мою жену? - мрачно спросил Стас у оторопевшего Козлова.
   - Мужики, да не связывал я её! - волнуясь, заговорил Козлов. - Она сама меня позвала. Гляжу, а у неё во рту кляп, руки связанные. Хотел помочь.
   - Раз не связывал, не тебе и развязывать. Зря лезешь не в своё дело, - философски заметил Дорохов.
   Проехав метров двести, машина свернула за угол и остановилась. Катя молча сняла с рук веревку. Она дорабатывала на фирме последнюю неделю и это была её последняя операция. Да и то, поучаствовать в ней она согласилась только из-за произошедшей трагедии. Её жгла обида за то, что Мельников и пальцем не пошевелил ради её освобождения, когда она сидела в СИЗО. Заверения Стаса о том, что они, прежде всего, обеспечили ей в камере неприкосновенность, а потом занялись поисками адвоката, её не убеждали. Она надеялась на Стаса и Мельникова как на каменную гору, а выходит зря. Если бы её не вытащил Антон, так и сидела бы дальше. Работу она себе найдёт, а вот найдут ли они такую, как она, это вопрос.
   Катя вышла и направилась к троллейбусной остановке, а на её место, рядом с Козловым, сейчас же сел Лёня Окунев.
   - Мужики, что вы от меня хотите? У меня денег нет, - обеспокоено произнес Козлов. Эта история начинала быть опасной.
   - Нет денег, значит тебе их не надо. А у нас их не проси, всё равно не дадим, - повернулся к нему Стас. - Ты лучше расскажи нам, зачем Гончарова навёл на нашу машину?
   "Волга" выезжала на проспект Мира и Козлов догадался, что они едут в сторону шоссе. Им овладел ужас, так как он понял, что в лесу за городом его могут прикончить. Он и так ночь не спал, когда узнал о взрыве и догадался, зачем Гончаров просил дать ему знать, как только в ремонт поступит какая-нибудь машина компании "Сибкомпроминвест". Каким же он был дураком, что за мизерные деньги согласился поставлять информацию Гончарову! Кто же теперь будет содержать его семью? Ведь он единственный кормилец!
   - Мужики, жена у меня на восьмом месяце. Не губите, а, мужики? - осипшим голосом просил он умоляюще.
   - А ты ведь сгубил беременную женщину и теперь пощады просишь? - жестко сказал Стас. - И лучшего друга моего взорвал. Что же ты тогда не думал о жене? Рассчитывал, что останешься безнаказанным? Что отомстить за убиенных тобою будет некому?
   - Да не знал я для каких целей ему понадобилось информация о ваших машинах! - с отчаяньем выкрикнул Козлов. - Детьми своими клянусь, не знал!
   - Кому ему?
   - Гончарову! Сука он последняя, подставил меня за гроши! Чтобы он сдох, гад проклятый!
   - Гончаров, говоришь, просил?
   - Да. Клянусь, я даже не догадывался зачем. А как случилось это, ночи не сплю, место себе не нахожу. Не губите, мужики!
   Дорохов остановил машину.
   - Ладно, выходи. Но учти, если подобное повторится, пощады не жди. Понял? И вот ещё что: никому о нашей встрече ни слова. Да и сам должен понимать: сболтнёшь, тебя Гончаров и замочит, как свидетеля.
   Козлов благодарно закивал, открыл дверь и с облегчением выскочил на шоссе, а "Волга" помчалась дальше. Никогда ещё в жизни ему не пришлось пережить такого стресса, как сейчас и он благодарил Бога за то, что спасся чудесным образом. Встревать в такие разборки смертельно опасно, но мог ли он предположить, что Гончаров его так подставит?
  
   В узком месте, где шоссе обступили деревья, "Волга" заехала в лес и остановилась. Начинало смеркаться и вскоре лейтенант Черняев должен ехать домой с дежурства на отведенном ему участке трассы. Через шоссе Кондратюк, Дорохов и Окунев протянули тонкую стальную проволоку, привязав один конец к стволу ели. Предварительно ствол обмотали брезентом, а сверху толстым войлоком, чтобы не оставалось следов. Второй конец опустили на асфальт и редкие машины проскакивали, не замечая лежащей на шоссе проволоки.
   В этом году осень случилась теплая и метеорологи утверждали, что средняя температура на три градуса выше, чем обычно. Обычно метеорологи предсказывают погоду на завтра с такой же точностью, как экстрасенсы далекое будущее, но в данном случае они немного промахнулись. В это время года всегда уже лежал снег и стояли морозы, а в этот день снег только срывался и маленькие снежинки, кружа, ложились на землю, делая проволоку ещё незаметнее.
   Кондратюк в бинокль следил за шоссе. Скоро должен появиться мотоцикл Черняева, но Стас беспокоился, что в эту сырую и промозглую погоду Черняев пересядет на "Жигули" и финт с проволокой не пройдет. Тогда придется придумывать что-то новое. Впрочем с утра погода была неплохая и даже прорывалось солнце из-за туч, а испортилась она только после обеда.
   Завалить мента можно по-простому, без всяких выкрутас, не ломая себе голову. Но тогда начнут копать с озверением, поэтому проще представить Черняева как жертву простого хулиганства. В хулиганской среде агентурной сети нет и когда полстраны хулиганов, то искать замаешься.
   Стасу на радиотелефон в машине позвонил Эдик Иванченко - только что Черняев снял ветровое стекло, положил его в коляску и готовится ехать дальше.
   - Молодец Черняев, что в такую погоду не изменил мотоциклу, - обрадовался Стас.
   Значит, не зря послал Эдуарда, чтобы тот из рогатки разбил ветровое стекло. Хоть оно пластмассовое, и, вроде бы, не хрупкое, но на большой скорости при столкновении со стальной гайкой М10 пошли, очевидно, такие трещины, что пришлось снять. Скорость, конечно, он уменьшил, но не настолько, чтобы стальная проволока не сработала.
  
   Мотоцикл Черняева показался минут через пятнадцать. Лейтенант был в шапке ушанке, куртке с поднятым меховым воротником и больших, похожих на "авиаторские", очках.
   - Едет! - предупредил Стас остальных. - Как только махну рукой, выпускайте кролика и натягивайте проволоку.
   Серый кролик, оказавшись на свободе, помчался через дорогу и Черняев в наступавших сумерках не заметил проволоку, так как внимание отвлек заяц, перебегавший дорогу. Расчет высоты оказался верным: проволока как ножом, срезала его голову и мотоцикл с безголовым инспектором помчался дальше, врезавшись коляской на повороте в столб указателя ограничения скорости. Быстро убрав проволоку и сняв брезент и войлок с дерева, все трое сели в машину и поехали в сторону города.
   Ещё больше сгустились сумерки, усилился снег и редкие машины проносились мимо, не обращая внимание на аварию. И только один из дальнобойщиков сообщил милиционерам на посту ГАИ на въезде в город об аварии на дороге. Милицейские "Жигули" помчались к месту происшествия и инспекторы, убедившись, что их не обманули, вызвали следственную группу. Следователи и эксперты самым тщательным образом выполнила все необходимые в таких случаях следственные действия, однако обследование ближайших деревьев не показало никаких следов проволоки на них.
   - Но ведь совершенно ясно, что кто-то натянул проволоку! - горячился следователь прокуратуры. - А следов нет!
   - Разве можно в сумерках обнаружить следы? Завтра утром при дневном свете надо взять оперов и внимательно поискать, - рассудил майор из областной милиции. - Неизвестно, где именно это произошло, поэтому следует обследовать участок метров тридцать, а деревьев на нём вон сколько! Да и что это даст для следствия?
   - Ну, как же! Если не найдём следы, то это не просто забавы подростков или месть водителей. Это подготовленное преступление. При этом совершали его опытные люди.
   - Если совершали опытные люди, то тем более никого не найдешь, - философски заметил милицейский чин и, махнув рукой, пошёл к своей машине.
   Было сыро и холодно, снег усиливался и хотелось быстрее добраться домой. Жена сегодня сделала цыпленка-табака и спекла пирог с яблоками в честь двадцатилетия их бракосочетания. А из-за какого-то инспектора ГАИ приходится торчать на ветру. Видимо притеснял водителей сверх меры, вот и снесли ему башку. Случаи, когда разъяренные водители по-тихому расправляются с излишне ретивыми мздоимцами, не редкость. А тем более, такие крутые водилы, как дальнобойщики, которых Черняев, видимо, прижимал по-черному. Понятно, что у преступников не было огнестрельного оружия, иначе они бы не стали возиться и просто прострелили бы Черняеву башку. Не зря о нём шла дурная слава, вот и дождался! А здесь ищи, не ищи - хрен найдешь!
  
   На следующее утром Самохин имел серьёзный разговор с Катей. Ему не хотелось, чтобы она уходила. Деньги ей платят приличные, такую зарплату она вряд ли найдет. Да и работа не от зари до зари, график свободный.
   - Ты, Катюша, зря уходишь в такой трудный для нас момент. Обижаешься, думая, что мы тебя бросили. Но об этом даже и речи быть не может. Мы своих в беде не бросаем. А вот ты нас бросаешь.
   Но его аргументы на неё не действовали.
   - Вы справитесь и без меня. Справлялись, когда я сидела в СИЗО на нарах, справитесь и сейчас.
   - Ну, что же, задерживать тебя не буду. Но Михалычу сейчас очень плохо и когда наши люди начинают разбегаться, это ещё больше давит на психику. И ты это прекрасно понимаешь. Не то ты выбрала время. Не хочу упрекать, но когда твоей матери нужна была операция...
   - Я так и знала, что мне это вспомнят! Разве я не отработала?
   Голос дрогнул и на глазах выступили предательские слёзы. Это подло вспоминать о том, что они заплатили за операцию. Разве она не сполна отработала эти деньги?
   - Ладно, Катя, можешь быть свободна. Я тебя не упрекаю, каждый сам для себя выбирает дорогу. Мы тебе не подходим, что же, это твой выбор!
   Она выскочила из кабинета Самохина и побежала в туалет. Слезы душили её и она смывала их вместе с тушью под струей холодной воды.
  
   Самохин, позвав Стаса, пошел в кабинет к Мельникову, где они втроём размышляли над операцией по ликвидации Гончарова.
   - Что Катя? У неё есть какие-нибудь предложения? Или она всё-таки решила уходить? - спросил Мельников, посмотрев на Стаса.
   - Она на распутье, - опередив Стаса, сказал Самохин.
   Ему не хотелось усугублять настроение Мельникова ещё и тем, что Панченко твердо решила их покинуть.
   - Пусть не валяет дурака и подключается к работе, - устало произнес Мельников. - Время сейчас такое, что мы должны сосредоточиться на защитных мероприятиях. Что Грузнов?
   - Согласно поступившей к нему информации, налоговая полиция готовит налёт на нашу фирму.
   - Основание?
   - Они подозревают нашу компанию в налоговых преступлениях и планируют выемку документов и арест компьютеров.
   - Просто подозревают или есть какие-то данные?
   - Данные они получили два дня тому назад и Грузнов полагает, что информация исходит от Кротовой. Он предполагает, что она подбрасывает ложную информацию по заданию Гончарова. Пока будет выясняться, насколько информация правдива, пройдет много времени и фирма понесёт колоссальные убытки. Возможно, в этом и состоит план. Но не исключено, что во время налёта, когда всю службу безопасности положат на пол, может что-то произойти.
   - Например?
   - Например, тебя, или меня, или Стаса, а может всех троих в суматохе прикончат. Кто стрелял, будет неизвестно, так как оружие у всех полицейских окажется чистым. Вообще-то, непонятно, как Олейников стал начальником налоговой полиции. За дружбу с Сапогом, что ли?
   - Сейчас он водит дружбу с Мартыном. От Олейникова можно ожидать любой подлости.
   - Грузнов собирается предпринять акцию против Олейникова, которая заставит его отложить налет. Но предупреждает, чтобы мы не затягивали решение проблемы Гончарова.
   - Это точно, затягивать не следует, но надо сделать всё чисто. Завтра мы должны получить технические средства контроля над перемещением транспортных средств. Поступят радиомаяки и средства их дистанционной пеленгации. Ты, Стас, продумай, как прикрепить радиомаяк к машине Гончарова. А ты, Олег, попробуй установить, сколько Кротова получила от Гончарова и в каком банке она хранит эти деньги.
   - Я уже подготовил эти данные. На эти деньги она купила дачу в дачном кооперативе "Преображенское". Неплохая дачка в два этажа. Щедрый, однако, Гончаров.
   - Дачу купила, а что указала в налоговой декларации? Где деньги взяла?
   - Думаю, что не указала. Если посчитать баланс зарплаты её и мужа, деньги на счету в сберкассе и затраты на жизнь, то излишек будут солидный. Может и срок схлопотать за неуплату налогов.
   - Вот и надо привлечь внимание налоговой инспекции. А когда в СИЗО попадёт, озадачим Проню-китайца. Он ещё жив?
   - Проня-то? Да что с ним сделается? Воры-рецидивисты народ живучий.
   - Когда она попадет на нары, пусть позаботится о ней. Чтобы в камере не скучала. Ей там будет о чём задуматься. Ведь нехорошо-то государство обманывать, налоги не платить. Может быть, ещё и раскаяться успеет?
   - Боюсь не успеет, - пожал плечами Самохин. - Не зря пишут в газетах о беспределе в камерах следственных изоляторов. Не создают там людям необходимых им санаторных условий.
   - И ещё, мужики, продумайте насчёт Дронова. Гончаров исполнитель, а заказчик-то Дронов. Он заказал Зою, поэтому его надо...
   Мельников сделал ясный жест рукой.
   - Думаю, Михалыч, ему не очень туда хочется, - криво усмехнулся Стас.
   - Хочется или не хочется, это не разговор! Есть такое слово - надо! - с ненавистью произнес Мельников, сжав кулаки.
  
   Начальник налоговой полиции подполковник Кирилл Филиппович Олейников получил от Гончарова двадцать тысяч долларов за предстоящий налёт на центральный офис компании "Сибкомпроминвест". Основанием служило заявление от главного бухгалтера компании Кротовой Алевтины Андреевны об искажениях в бухгалтерской отчетности, которые вынуждала её делать ныне покойная заместитель генерального директора компании Мельникова Зоя Матвеевна.
   Это заявление освобождало Кротову от ответственности, так как она проходила как информатор налоговой полиции. Олейников не сомневался, что донос лживый, но если за организацию налёта платят хорошие деньги, то почему бы и не сделать одолжение? Цель акции понятна: пока будет разбирательство с кучей документов, пока адвокаты докажут необоснованность изъятия документов, пока эксперты придут к заключению, что сигнал ложный, компания лопнет. Видимо на это и рассчитывает руководство ГОК'а, ведь просто такие деньги не платят! Только непонятно, зачем это им нужно? Вроде бы работают в разных отраслях и не конкуренты, но если деньги платят, значит зачем-то нужно.
   Налёт Олейников назначил на 14 часов, когда сотрудники компании вернутся с обеда, поэтому он, неторопливо пообедал в "Шашлычной" у азербайджанца Мамеда, кормившего его бесплатно. Шашлыки, как всегда, были отличные, а марочный коньяк "Юбилейный" вообще великолепный. Десять лет выдержки и 43 % спирта слегка ударили в голову и подняли настроение. В таком приподнятом настроении Кирилл Филиппович в половине второго вернулся к себе в управление и решил проверить готовность отряда полицейских к операции. Но вдруг в кабинет ворвались люди в масках.
   - Работает СОБР! Руки на стол! - заревел один из бойцов СОБР и, подскочив к Олейникову, приставил дуло автомата к его голове.
   Потрясенный Олейников послушно выполнил команду. Он и не думал сопротивляться, зная крутой нрав мужиков из СОБР. Вроде бы есть надежные связи среди чиновников и милицейских чинов, но бойцу рассказывать об этом не станешь. Да и слушать он не будет, а просто даст прикладом по башке и потом ищи управу на него и на СОБР!
   В кабинет зашёл Грузнов и, подойдя к Олейникову, молча и быстро обыскал его. Ключ от сейфа лежал в боковом кармане пиджака и Олейников вспомнил, что в сейфе у него лежат семьдесят три тысячи долларов. Если их сейчас найдут, ему крышка - придётся объяснять, откуда они. А на ум ничего путного не приходило, хотя хмель уже улетучился.
   Однако Грузнову никаких объяснений и не требовалось - из этих семидесяти трех тысяч долларов двадцать тысяч он лично пометил и передал кассирше Алле из Центрального коммерческого банка, как только стало известно, что Гончаров едет туда менять деньги. Хорошее это дело - миниатюрные подслушивающие устройства! Муж уборщицы Евдокии Кузьминичны, убирающей в кабинете Гончарова, устроил на днях пьяный дебош с мордобоем в пивной, зайдя туда после получки. Как водится, перевернул пару столиков, разбил кое-какую посуду, но главное выбил пару зубов своему собутыльнику. За это ему грозило три года, если бы Грузнов его не отмазал. Поэтому Евдокия Кузьминична была готова выполнить любую просьбу доброго человека, а не только прикрепить какие-то мелкие штучки в различные места кабинета.
   Пачку из двухсот штук стодолларовых банкнот, номера которых Грузнов аккуратно переписал за два дня до этого, он узнал их сразу.
   - Я всё объясню, - несколько осипшим от волнения голосом произнес Олейников, видя, как выемку долларов снимают на видеокамеру. - Это не мои...
   - Не спеши, позже нам расскажешь, - добродушно похлопал его по плечу Грузнов. - Только придумай что-нибудь душещипательное, чтобы до слез прошибало. Я жутко сентиментален!
   Грузнов раскладывал доллары на столе, а один из сотрудников снимал процесс на видеокамеру. Список банкнот, завизированный начальником УБОП, находился у них в управлении, а доллары здесь. Это была чистая работа и Грузнову стало весело. Он опасался, что Олейников хранит деньги где-то в другом месте и двадцать тысяч, полученные им под расписку для проведения операции, исчезнут. Но всё, слава Богу, обошлось. Как хорошо, что у Олейникова есть в кабинете сейф, в котором он так надежно хранит деньги!
  
   Дронов метался по кабинету Трофимова и буквально истекал злостью.
   - Ты только подумай, какая мразь этот Гончаров! Ссучился, паскуда, а мы ему так доверяли! Такие деньги этой падле платим! С большим трудом посадили Олейникова в кресло начальника налоговой полиции, а этот сучёнок ему меченные доллары подсунул!
   Трофимов исподлобья, поверх очков, сползших на нос, наблюдал за Дроновым. Бывший аппаратчик ЦК КПСС сам никогда не ругался и не любил, когда при нём ругаются. Не любил он этого, работая в ЦК КПСС, хотя там принято было крыть матом, подражая членам Политбюро. Не любит и сейчас, хотя нынче мат прочно обосновался не только в коридорах власти, но на подмостках эстрады.
   Дронов, который был лет на тридцать моложе его, осилил только среднетехническое образование, с трудом окончив машиностроительный техникум. Кто-то пустил по Москве шутку, что во время вступительных экзаменов мимо машиностроительного техникума опасно проходить: из него выскакивают здоровенные мужики, хватают под руки, затаскивают в техникум и заставляют писать заявление о приеме на учёбу.
   Но даже в техникуме Дронов не смог осилить науку, потому что занимался не столько учёбой, сколько фарцовкой возле магазинов "Березка". Во время перестройки он быстро развернулся, подвизавшись в райкоме комсомола и отмывая деньги для комсомольских деятелей. Трофимов не понимал, что связывало Дёмина с этим недалёким человеком, почему пригласил его в состав учредителей компании.
   - Да не метельши перед глазами! Сядь и толком объясни, что собственно, произошло? - сердито прикрикнул Трофимов на Дронова.
   Сняв очки, он положил их перед собой на стол и, откинувшись на спинку кресла, приготовился слушать.
   - УБОП взял Олейникова прямо в кабинете и у него в сейфе обнаружили двадцать тысяч меченых долларов, которые ему утром передал Гончаров. Деньги передал перед обедом, а в обед уже налетел УБОП.
   - Так что, ты хочешь сказать, что он связался с УБОП? Он сам-то как объясняет этот случай?
   - Про то, что деньги меченные, он не сказал. Позвонил и сообщил только, что Олейникова взял УБОП. А за что и как неизвестно. Это я уже по своим каналам в прокуратуре выяснил, что доллары оказались меченными, а номера банкнот были предварительно переписаны. Вот уже до чего дошло!
   - Если он связался с УБОП, то может и нас потянуть. Гончаров, ведь, кажется, бывший мент?
   - Он бывший капитан внутренних войск. Служил командиром роты охраны исправительно-трудовой колонии строгого режима в Красноярске. Но в октябре 1991 года осужденные устроили бунт, в результате которого в зоне воцарилась анархия. Несколько десятков заключенных были убиты. Вот и уволили его из внутренних войск, а мы подобрали на свою голову. Смолин тогда его рекомендовал. Теперь подозреваю, что именно он и замочил Смолина. Отблагодарил, так сказать, паскуда!
   - Пусть не мент, но всё равно из той же системы. А тебе не кажется, что мы с его лёгкой руки можем оказаться под колпаком у органов? И Климова, возможно, он ликвидировал именно в интересах Ферапонтова. А нас пытается выставить дураками, утверждая, что не может никак достать Ферапонтова! Ты уверен, что он не записывал ваши телефонные разговоры на магнитофон?
   Дронов удивлённо посмотрел на Трофимова. А ведь прав дедуган, на сто пудов прав!
   - Ты его срочно вызови в Москву, - распорядился Трофимов.
   - У меня здесь никого нет, что бы его...
   - У тебя нет, а у меня есть. Пусть Гончаров самым срочным образом летит в Москву!
   Когда Дронов вышел, Трофимов задумался. С Дроновым, этим недоумком, надо расставаться. Заигрался в вершителя судеб людей - то одного ликвидирует, то другого. Причём кому поручает, дурачок?! Понятно, что Гончарова на чём-то сломали, прежде чем он начал сотрудничать с бандитами из УБОП. Но если начал с ними сотрудничать, то обязательно сдаст Дронова, а от того цепочка протянется к нему, Трофимову. УБОП - это не прокуратура и не милиция, с этими сволочами не договоришься. И если пока ещё не пришли, значит, готовят какую-то западню. Они это умеют! Олейникова поймали как цыплёнка и Дронова тоже подловят. Таких придурков ловить не сложно. Умный был мужик Дёмин, а вот такого дегенерата пригрел!
  
   У Трофимова был разработан прекрасный план перехвата компании с тем, чтобы стать единоличным владельцем. Ещё год назад он, Дронов и Дёмин открыли на Бермудских островах оффшорную компанию, которой продавали продукцию ГОК'а по допинговым ценам, гораздо ниже мировых. Оффшорная компания перепродавала продукцию дальше, а деньги переводила на счета в швейцарском банке.
   Там же на Бермудских островах Трофимов и Дёмин, в тайне от Дронова, открыли страховое общество, единственным клиентом которого стал сам ГОК, и по самым высоким ставкам застраховали всё имущество ГОК. Плата за страховку текла в карман двух компаньонов, значительно снижая балансовую прибыль ГОК'а. Однако и без этого снижения прибыль компании оказалась такой мизерной, что уже три месяца нечем будет платить рабочим зарплату, так как деньги за отгруженную продукцию на ГОК не поступают и он уже находился на грани банкротства.
   После гибели Дёмина, дирекция оффшорной компании, состоявшая, в основном, из близких к Трофимову людей, отозвала назад перечисленные в Швейцарию деньги и перевела их на личный счёт Трофимова в американском банке. Поэтому, в случае банкротства ГОК, Трофимов сможет через подставных лиц выкупить комбинат и стать его единоличным владельцем. А неудавшиеся бизнесмены с дипломом машиностроительного техникума могут идти с протянутой рукой к трём вокзалам. При разработке такой виртуозной операции Трофимов получал наслаждение от игры своего ума, от силы своего интеллекта. Но чрезвычайные обстоятельства, сложившиеся в связи с вмешательством УБОП вследствие предательства Гончарова, не оставляло времени. Дронова надо убирать вместе с Гончаровым и как можно быстрее.
   В тот же вечер Трофимов встретился с человеком, которого когда-то знал по работе в аппарате ЦК КПСС. Этот человек, бывший сотрудник КГБ, часто привлекался для нелегальной перевозки денег иностранным компартиям, но после многочисленных перетрясок спецслужб, остался не у дел. Трофимов дал ему денег и помог открыть охранное агентство, в надежде, что когда-нибудь тот пригодится. И вот момент настал.
  
   Получив телеграмму от Дронова, которой его срочно вызывали в Москву, Гончаров обрадовался: наконец, всё-таки, оценили его! Похоже, вызывают для того, чтобы показать квартиру, которую собираются купить для него. Во всяком случае, Дронов на это намекал. Это правильно, а то купят, а ему не понравится. Не продавать же потом!
   Дронов, вероятнее всего, будет его ругать за то, что акция с налётом на "Сибкомпроминвест" откладывается, но это ведь не по его вине. В соответствии с разработанным планом, полицейские должны были вывести Мельникова и Самохина во двор в наручниках, для того, чтобы посадить в микроавтобус. Место, где должен стоять микроавтобус, выбрано таким образом, чтобы снайперу удобно было работать. Жаль, конечно, что операция откладывается. А ведь он неоднократно предупреждал Олейникова, чтобы не прессовал мелких предпринимателей, так как это может выйти боком. Денег от них мало, а шума много и вот, дождался! В результате сорвалась хорошо продуманная операция!
   Но проблема должна рассосаться, в этом не приходится сомневаться. Начальник налоговой полиции - это не мелкий фраер, чиновникам такого уровня многое сходит с рук. Сойдёт и Олейникову. Да и Бочаров заявил, что эта провокация УБОП незамеченной не пройдёт. У него давние счеты с организатором этого наезда - Грузновым, поэтому можно ожидать, что скоро Олейникова отпустят.
   Гончаров оформил командировочное удостоверение и поехал домой собирать дорожную сумку.
   - Я тебе позвоню из Москвы, - пообещал он жене, целуя ее на прощание. - Надеюсь будет чем тебя обрадовать, но заранее не хочу говорить.
   И действительно, обнадёживать не надо. Понравится квартира, вот тогда уж стоит открыть секрет. В отличном расположении духа, в аэропорту Домодедова Гончаров прошел через ряды встречающих и уже на выходе из здания аэровокзала его остановил человек в кожаной куртке, в котором угадывался водитель.
   - Николай Прохорович? - улыбаясь, спросил он. - Дронов поручил мне вас встретить.
   Новенькая БМВ сорвалась с места и, обогнав маршрутку, помчалась к шоссе.
   - Мы едем не в офис, а к нему на дачу. Там будет и Трофимов, поэтому мне поручили привезти вас к ним.
   Чести побывать на даче у Дронова он ещё никогда удостаивался. Это новый этап в его карьере! Гончаров, улыбаясь, откинулся на заднем сидение на мягкую кожаную спинку удобного сидения. Умеют немцы делать автомашины!
  
   Из Москвы Гончаров не позвонил домой жене. И в офис тоже не приехал. На третий день Дронов позвонил жене Гончарова и попытался выяснить, где муж. Узнав, что он вылетел в Москву три дня назад, Дронов обратился в милицию с заявлением о пропаже сотрудника.
   - Вот так и пропадают у нас люди, - усмехнулся Трофимов.
   - Да ещё какие люди! - засмеялся Дронов.
   Они были довольны - теперь можно было не опасаться неудобного свидетеля и никто не сможет связать их с убийством Климова, Шевчука и Зои Мельниковой.
  
   Глава 29. Крутиков в контрразведке
  
   Чистый воздух из приоткрытого окна наполнял гостиничный номер Крутикова осенними ароматами. Утреннее солнце нежно золотило верхушки начавших желтеть деревьев. Утренняя прохлада отбивала охоту вылазить из постели, но Крутиков всё же заставил себя вскочить и включил небольшой телевизор. Телевизор был старый, советский, в деревянном корпусе под ореховое дерево. В то время, когда страну наполнила южнокорейская аппаратура в пластмассовых корпусах причудливо изогнутых форм, этот мастодонт выглядел музейной редкостью. Хоть трубка немного подсела, но он работал.
   Крутиков вспомнил, как его соседка по дому этажом выше запустила новым, недавно приобретенным, телевизором в мужа, когда, неожиданно вернувшись с работы, застала его в постели со своей подругой. Не то, чтобы она была скандальная женщина, а просто, видимо, не любила, когда гости без спроса ложатся в её постель. Пластмассовый корпус, конечно же, не выдержал и после того, как супруги помирились, им пришлось покупать новый телевизор. А вот таким мастодонтом редкая женщина сможет запустить в чью-то голову. Умели в СССР делать телевизоры!
   - Предусмотрительные кореяшки должно быть изучили нравы наших женщин, поэтому и делают пластмассовые корпуса у телевизоров, - лениво подумал Крутиков.
   Лично он подруг жены никогда не приглашал в семейную постель, так как у всех у них есть свои квартиры. Поэтому и телевизор целый, несмотря на то, что тоже в пластмассовом корпусе и тоже фирмы "Самсунг".
   Мчатся куда-то по делам не хотелось, тем более в субботу и он обратно нырнул под одеяло, решив посмотреть утренние новости. По телевизору передавали скучные аналитические обзоры. Согласно опросам, на предстоящих выборах президента шансы Александра Лебедя и Григория Явлинского в сентябре почти сравнялись, при этом лидер "Яблока" существенно обогнал премьера Черномырдина по числу возможных голосов избирателей. Какие-то два экспертов по Ближнему Востоку с умным видом проанализировали шансы избрания Саддама Хусейна на предстоящих выборах в Ираке, хотя для бывших советских людей было ясно и так, что за него отдадут свои голоса почти 100% избирателей /45/. А надо будет, так отдадут голоса и большее число избирателей.
   Эксперты о чем-то ещё немного скучно поспорили, будучи согласны друг с другом. Искусство спора по поводу точки зрения, которую разделяют оба спорщика, перекочевало из советской эпохи в демократическую и передаётся так же, как японское искусство икебаны от поколения к поколению. Что-то доказав друг другу, они уступили место телерепортеру, подробно осветившему ход строительства храма Христа Спасителя. Телерепортер взял интервью у высокопоставленного московского чиновника, восторженно рассказавшего, что возрождение Храма Христа Спасителя является переосмыслением истории страны, искуплением вины народа перед Богом и самим собою, а также началом восстановления традиционного для России православия, пришедшему на смену зловредной советской идеологии.
   Крутиков со злостью выключил телевизор. Он запамятовал фамилию чиновника, но помнил, что против того полгода назад было возбуждено уголовное дело за хищение в особо крупном размере, но дело вскоре закрыли на настоянию московских властей. Всего несколько лет назад этот чиновник числился "настоящим" коммунистом, потом перекрасился в демократа и стал известным либералом. И вот теперь превратился в набожного православного христианина.
   Впрочем, в развитой способности чиновников к мимикрия нет ничего удивительного - именно она обеспечивает непотопляемость каждой конкретной особи. Однако в данном случае она мешала многим сотрудникам Генпрокуратуры, в том числе и Крутикову, выдвинуться. В прокуратуре на полках и в столах пылилось много материалов на тех, кто толпится у власти, и запуск уголовных дел в производство сразу привлечет внимание общественности, а это известность, это карьерный рост. Но он не строил иллюзий: пройдет немало времени, прежде чем этим делам дадут ход. А может и никогда не дадут. При этом его волновала не абстрактная справедливость, а отсутствие справедливости по отношению к нему. Чем он хуже этого чиновника, который перекачал на свои заграничные счета такие суммы, от которых голова идёт кругом?
   И теперь, конечно, можно порассуждать об искуплении народом вины перед Богом, о переосмыслении истории страны с помощь строительства храма. Тем более, что само строительство - это такой родник, от которого заграничные счета чиновника пухнут со скоростью надувных мячиков. И не только его счета. Он не один такой умный и не самый главный, среди тех, кто качает деньги, как насосом. А у него, у Крутикова, за границей нет ни одного счета. А тот, который в Сбербанке, вообще не счет, а просто посмешище. Однако связь с Соловцевым может оказаться именно тем шансом, который дает ему судьба. Только надо разыскать двух девиц и завести на них уголовное дело. Это по его части, поэтому нельзя залеживаться, а надо вставать и включаться в работу.
   Почувствовав прилив энергии, Крутиков вскочил, принял душ и, наскоро перекусив в гостиничном буфете, отправился в местную прокуратуру. Солнце уже немного прогрела воздух. Было градусов пятнадцать тепла и легкий ветерок шевелил на асфальте опавшую листву. Согласно прогнозу погоды, в Москве +12 градусов, и тоже тепло и сухо. Сейчас поехать бы с женою и детьми на дачу! Сбор грибов в ближайшем лесу, шашлыки, общение с соседями по дачному кооперативу, рыбалка ранним утром...
   А вместо этого надо сидеть в далеком провинциальном городишке и ловить неизвестно кого! Ведь следователь - это мозг расследования и не должен гоняться за преступниками. Для этого есть оперативники, и удивительно, что Соловцев не понимает таких простых вещей. Надо бы подключить к работе милицию, но в Чечне такой практически не существует. Да и как искать в Чечне, если там кругом бандиты? Басханова Бека Мовсаровича, назначенного в феврале прокурором Чеченской республики, он знал лично, неоднократно встречался с ним на совещаниях, но сейчас здесь творится такое, что и милиция, и прокуратура не более, чем пустой звук.
   - Вам бы лучше подойти в понедельник, - сказали Крутикову в прокуратуре. - Сами понимаете, сегодня суббота, день не рабочий, многих нет на месте...
   Однако он был настойчив и старший следователь, оказавшийся на месте, согласился обрисовать ему оперативную обстановку в соседней республике. Визит чиновника из Генпрокуратуры не вызывал у него энтузиазма, потому что своих дел по горло, продохнуть некогда. Планировал сегодня спокойно поработать, потому что в рабочие дни постоянно дергают. Но приперся черт из Москвы и хочешь не хочешь, а отказать в консультации нельзя. Может обидеться и потом строить пакости из Москвы.
   - Ну, что я могу рассказать об оперативной обстановке в Чечне? Она очень сложная, - начал следователь. - Вы уже, очевидно, слышали, что неделю назад, 6 октября произошло покушение на генерала Романова? Ехал в УАЗике в составе колонны внутренних войск. И когда колонна находилась уже в тоннелепод железнодорожным мостом на площади Минутка, в замкнутом пространстве взорвался фугас, эквивалентный 30 килограмм тротила. Взрывная волна в бетонной коробке тоннеля наделала много бед. Трое убитых, восемнадцать получили ранения и контузии. А УАЗик Романова буквально разнесло в клочья. Среди погибших Романова даже не сразу удалось найти. Опознали лишь по ремню с генеральской пряжкой. Говорят, у него серьёзная черепно-мозговая травма. Сейчас лежит в коме в Бурденко. Вот такие здесь дела. Понятно, что переговорный процесс прерван и по чеченским сёлам немедленно нанесли "удары возмездия". Но толк-то какой? Те, кто взрывал, под бомбы не попадают. Бомбят только непричастных и невинных. А ведь в селах дети, беременные женщины, беспомощные старики! Никто не понимает, зачем мстить мирным жителям за действия боевиков. Ведь именно из-за таких действий и началась партизанская и диверсионная война!
   - Я слышал о покушении на Романова. Не знал подробностей, но в прессе об этом только и говорят. И "удары возмездия" тоже не одобряю. Они не только аморальны, но и преступны! Но я здесь, собственно, по другому делу. В Чечне убили американскую правозащитницу и мне поручено расследовать это дело. Можете мне подсказать, к кому мне обратиться насчет проведения оперативно-розыскных мероприятий?
   - Могу вам открыть общеизвестную тайну: в Чечне хозяева - дудаевские боевики. Федеральные силы контролируют только самые важные транспортные магистрали. Да и то, блокпосты каждую ночь подвергаются нападениям. И хоть они контролируют магистрали, чеченские боевики и контрабандисты легко преодолевают границу по проселочным дорогам. Особенно вольготно они чувствуют себя в Ногайской степи, по которой приличная машина проходит и без всякой дороги. С понедельника сняли апрельский мораторий на применение вооруженной силы и снова дали отмашку военным действиям, но взять под контроль республику федеральные войска не в состоянии. Российские законы там не действуют, поэтому и расследовать там ничего вы не сможете. Пустой номер!
   Крутиков был несколько обескуражен. До этого разговора у него теплилась небольшая надежда, что осетинская прокуратура поможет ему выйти на нужных людей в соседней республике, которые, может даже не бескорыстно, но посодействуют в поимке преступниц или хотя бы помогут ему выяснить кто они и где их искать. Но только сейчас он полностью осознал всю бесполезность затеянного Соловцевым дела. Конечно, если бы "биатлонистки" сами вышли на какой-нибудь российский блокпост... Но зачем им на него выходить?
   Из прокуратуры он ушел часа через три - за чаем с печеньем они беседовали со старшим следователем о работе, о жизни, о том, что творится в стране и обществе, об обстановке в Москве. Осетина очень интересовали последние московские сплетни, а Крутиков мог порассказать многое, тем более, что спешить ему было некуда: контрразведчики назначили встречу на шесть часов вечера из-за какой-то проводимой операции.
  
   Пообедав в ресторане и отдохнув пару часиков у себя в номере, Крутиков пошел в контрразведку. Там чувствовалось некоторая напряженность и он решил, что случилась какое-то ЧП.
   - Слышали, что сегодня произошло в Москве? - подтвердил его догадку заместитель начальника.
   - Нет. А что случилось?
   - Террористы вообще оборзели. Сегодня на Васильевском спуске возле Кремля неизвестный мужик, вооруженный пистолетом и в маске, ворвался в автобус "Интурист" и объявил заложниками всех, кто в нём находится. А там 27 сотрудников фирмы "Хендай" из Южной Кореи. И российских граждан двое: водитель и экскурсовод-переводчик. А у одного нашего сотрудника жена работает экскурсоводом-переводчиком и как раз с корейцами. Её мать, российская кореянка, с детства учила дочь корейскому языку. Приехала девушка в Москву из Владивостока поступать в институт, но на сочинении засыпалась. И вместо института вышла замуж за моего коллегу. Любовь у них была, я вам скажу, сумасшедшая! Да и как не влюбиться в такую - представляете сочетания тонких славянских черт лица с восточными? Он места себе не находит, уже несколько раз звонил домой, никто трубку не берет. Так и неизвестно, в автобусе она или Бог миловал. И мы тут все на нервах, переживаем и за неё и за него.
   - А какие требования у террориста?
   - Почти стандартные: предоставить 10 миллионов долларов, оружие, автомашину и самолет в одном из аэропортов Москвы. Его требования уже передали группе "Альфа" и те готовятся удовлетворить мужика по полной программе. Только бы при штурме не погибли люди! /46/
   Собеседник замолк и Крутиков, понимая его чувства, тоже не нарушал молчания.
   - По делу американской правозащитницы Мадлен Форрестер есть кое-какие материалы у нашего сотрудника, майора Старыгина, - сказал хозяин кабинета после непродолжительного молчания. - Я его просил оказать вам содействие в меру своих возможностей.
   В кабинете, куда его направили, за столом, заваленным многочисленными папками, сидел человек в штатском.
   - Вы по делу Мадлен Форрестер? - поднял он на Крутикова усталые глаза. - Из Генпрокуратуры?
   - Да. Старший следователь по особо-важным делам Крутиков Иван Ильич. Я должен провести расследование по этому делу и хотел бы получить копии имеющихся у вас материалов.
   - Могу передать вам не копии, а оригиналы. Они мне не нужны, этим делом мы не занимаемся. Им должна заниматься прокуратура Чеченской республики, но у них сейчас шариатские законы, поэтому, сами понимаете, они тоже не занимаются.
   - Но материалы, всё-таки, у вас есть? Откуда же?
   - Нам шлют многочисленные свидетельства очевидцы преступления. Даже привезли тело убиенной и путаясь в подробностях, описали жестоких убийц. Видимо, описание убийц выучили как стихи, потому что излагали одними и теми же словами. По другим делам нам приходится вкалывать как рудокопам, разгребая тонны макулатуры, чтобы добыть крупицу истины, а здесь свидетельства сыпятся, как из рога изобилия.
   - А кто привез тело?
   - Мирные чеченские жители. Согласно их показаниям, вырисовывается такая версия. Две прибалтийские биатлонистки приехали в отряд Басаева подзаработать немного деньжат. Проявили себя у Басаева очень хорошо, но потом узнали, что Мохаммад Фатхи держит у себя в сейфе большие деньги.
   - Мохаммад Фатхи? Это кто такой?
   - Иорданец чеченского происхождения. Воевал с нами в Афганистане, теперь воюет с нами здесь у нас. Распределяет деньги между бандформированиями, поступающие от арабских спонсоров. Деньги немалые, вот у девиц, видимо, и поехала крыша. Решили спортсменки взять бедолагу Мохаммада на гоп-стоп. Каким-то образом пробрались к нему в кабинет, отобрали ключ от сейфа, а самого Фатхи почти убили. И здесь, как в известном анекдоте, на сцене в белом костюме появляется российский орел, журналист и правдоискатель из Би-Би-Си Антон Черницкий. Ну, девки, понятное дело, журналиста испугались и удрали. Да и как его не испугаешься, малый-то известный борзописец!
   - Это такая шутка?
   - Нет, такая нам подсовывается версия.
   - А что, этот Фатхи был без охраны?
   - Такие люди без охраны даже в туалет не ходят. Охрана спохватилась, но девки уже удрали. Выслали за ними погоню, но те замочили погоню и взорвали их джип. Потом ворвались со своими, невесть откуда взявшимися подельниками, в горный аул, вырезали мирную семью, забрали машину и мотоцикл. По дороге встретили эту самую Мадлен Форрестер, мирно ехавшую с двумя приятелями-чеченцами по каким-то своим правозащитным делам. Девки убили Мадлен и её обоих приятелей. Потом немного постреляли по дороге: одно чеченца ранили, а четырех подростков, катавшихся на мотоциклах, попросту замочили. Увидели мирно ехавших в автомашине "Волга" троих чеченцев, в их числе одну женщину, и тоже замочили. Вот такие дела творят на просторах чеченской республики Ичкерия прибалтийские биатлонистки. Так что лучше Басаеву не принимать в свой отряд девушек из Прибалтики, а то эти стервы разнесут всю их Ичкерию к едреней фене!
   - Ваш юмор понимаю, но я по серьёзному делу, - начал Крутиков, выслушав дикую версию майора.
   Если в контрразведке все такие юмористы, то ждать помощи от них не приходится.
   - Я просто изложил версию преступления в том варианте, в котором нам подсовывают чеченские режиссеры, - прервал его Старыгин. - Не шлялась бы здесь эта американская мадам, была бы жива. Здесь гуляют все, кому не лень! Чеченские агенты, включая сотрудничающих с ними украинских националистов, действуют под прикрытием Красного Креста и других подобных организаций. И это позволяет им проникать на российские позиции и получать детальную информацию. Да и войсками практически не соблюдается режим секретности при сеансах связи во время боевых действий. К тому же, многие российские военные просто продают информацию чеченским боевика. Вот такой бардак здесь творится. Вы хотите чай? Есть черный индийский чай и свежие вафли.
   Крутиков согласно кивнул головой. Чаепитие сближает и помогает поддерживать разговор. А собеседнику явно необходимо выговориться.
   - Вы не подумайте, что мы не хотим вам помочь. Если что-нибудь выясним, обязательно сообщим. Приходиться просеивать горы информации, чтобы выловить что-то полезное, - сказал Старыгин, показая на папки, наваленные на его рабочем столе. - Через фильтрационные пункты проходят потоки беженцев, среди которых скрываются боевики. Под видом беженцев они стремятся проникнуть на территорию Ингушетии, Северной Осетии. Ставропольского края и Дагестана с целью выполнения различных заданий. А некоторые просто хотят пересидеть лихую годину на российских харчах. Ведь войска снова берут под контроль территорию республики, вот они и пытаются скрыться на российских просторах. Поэтому приходится выполнять комплекс мероприятий по выявлению скрывающихся бандитов и их пособников. Надо проводить беседы с беженцами с целью получения информации, которая может быть полезна наступающим подразделениям федеральных сил. Кроме того, много работы по расследованию актов насилия и мародерства боевиков, переодетых в форму российской армии. В нашей форме они совершают убийства и записывают их на видеопленку. Одним словом, у нас дел выше крыши и помочь вам ничем не можем.
   Беседа ничего не дала Крутикову и он, вернувшись усталым в гостиницу, завалился спать. Утром решил позвонить Соловцеву и сообщить о бесполезности здешнего сидения. Ждать, когда "биатлонистки" появятся на каком-нибудь блокпосту, бесмысленно. Он заказал разговор с Москвой, но Соловцева по этому номеру не оказалось.
   - Все нормальные люди проводят воскресенье на дачах, на природе и только я такой неудачник, - со злостью подумал Крутиков и в этот момент зазвонил телефон.
   - Иван Ильич? Для вас есть интересная информация. Я сейчас еду в Грозный. Там в помещении автотранспортного предприятия по Петропавловскому шоссе размещен фильтрационный лагерь. Если хотите, могу за вами заехать и взять с собою.
   - А что за информация, если не секрет?
   - Задержан один мужик, который, как выяснилось, пропавший летом офицер внутренних войск. Был похищен бандитами и продан в рабство. Бежал, был пойман в Грозном и снова возвращен его рабовладельцу. Он рассказывает интересные вещи о двух девицах и такое впечатление, что это именно те, кого вы ищите.
   Крутиков даже не мечтал о такой удаче и через десять минут уже ждал Старыгина возле входа в гостиницу. В УАЗике он был третьим на заднем сидении и хотя было тесно, но встреча с человеком, который хотя бы что-то мог прояснить насчет "биатлонисток", стоила этих неудобств.
   - Чем закончилась вчерашняя история с захватом автобуса в Москве? - спросил Крутиков Старыгина, вспомнив о разговоре накануне. - Я утром не успел посмотреть новости. Как там супруга вашего сотрудника? Она была в автобусе?
   - А вы откуда знаете о супруге? - повернул голову Старыгин, сидевший на месте. - Вам заместитель начальника сообщил? Волнения оказались напрасными. У неё был выходной и она с детьми поехала на дачу к сватам.
   - А что с террористом?
   - С ним тоже уже все в порядке. Денег не дали, ограничились только пулей. Вот так и рухнули его мечты о счастье. Злые мужики из "Альфы" не любят фантазеров.
   - Кстати, забыл вчера спросить. Вы сказали, что биатлонистки почти убили Фатхи. Что значит почти? Всё-таки: убили или нет?
   Старыгина усмехнулся.
   - Убили не до конца. Насколько нам известно, у него случилась остановка сердца. Но врачи оказались на месте и оказали срочную медицинскую помощь. В Чечню приезжает много разведчиков, и, в основном, как иностранные корреспонденты. Однако много их и в составе многочисленных благотворительных и правозащитных организаций, в том числе и под крышей организации "Врачи без границ". И надо же такому случиться, что там среди шпионов оказались действительно врачи! А в этой "Врачи без границ" такие, мягко говоря, ребята, что спасают всех без разбора, не делая различия между террористами и их жертвами. Считают, видите ли, своим долгом помочь всем пациентам, даже если некоторые из них, поправив свое здоровье, продолжат убивать невинных. И объясняют эти, так называемые врачи, своё стремлении помочь убийцам снова встать в строй и продолжить лить кровь беззащитных людей проявлением гуманизма. Зло всегда прикидывается Добром, чтобы вызвать у людей добрые намерения, которыми вымощена дорога в Ад.
   Начав с иронического тона, Старыгин закончил свой рассказ очень раздраженно и отвернулся.
   - Если бы не эти ублюдочные врачи, одним финансистом террора стало бы меньше, - сказал сидевший рядом с Крутиковым капитан. - Фатхи и Хаттаб конфликтуют между собой и есть версия, что Хаттаб организовал нападение на Фатхи. Он мог использовать "биатлонисток", накрутив их насчет больших бабок в сейфе главного финансиста. Хотя нельзя исключить, что за нападением стоит Басаев, в отряде которого, согласно показаниям свидетелей, состояли эти "биатлонистоки".
   - А какой же смысл Хаттабу или Басаеву организовывать нападение? - удивился Крутиков. - Если Фатхи финансирует банды, то зачем его устранять?
   - Финансирование будет независимо от того, останется жив Фатхи или нет. Но Хаттабу, безусловно, хочется замкнуть на себя финансовые потоки. Басаеву с этим сложнее, так как арабы не доверят чеченцу свои нефтедоллары, выделяемые для финансирования джихада. Поэтому вполне возможно, что между Хаттабам и Басаевым имеет место сговор, хотя их отношения не безоблачны. Тогда становится понятным использование басаевских снайперш и то, что чеченская охрана так вяло отреагировала на проделки этих девок.
  
   Фильтрационный лагерь поразил Крутикова своей вонью и антисанитарией. На первом этаже производственного здания автопредприятия были оборудованы восемь камер с металлическими решетками изнутри вдоль всех стен. Ни кроватей, ни, хотя бы, нар, не было и стало понятно, что людям приходится спать на полу.
   Встреча с Воробьевым, офицером внутренних войск, побывавшим в рабстве у чеченцев, ничего существенного не дала. Оказывается Мадлен Форрестер, к которой он обратился после бегства из рабства, сдала его чеченцам и Воробьев вновь попал туда, откуда бежал. Его хотели казнить, но басаевские снайперши, заблудившись в горах и случайно попавшие в рабство в ту же чеченскую семью, что и Воробьев, устроили там резню и остальные рабы, воспользовавшись случаем, тоже взбунтовались. Они казнили всю рабовладельческую семью и сбежали, вооружившись найденным в доме оружием. Как зовут девиц, кто они и откуда, Воробьев не знал. Называли друг друга какими-то нелепыми именами и он подозревает, что эти имена иностранные.
   - Может быть прибалтийские? - спросил Крутиков. - Вы можете вспомнить как они называли друг друга?
   Воробьев пожал плечами:
   - Я таких имен никогда не слышал. Да и мне было не до запоминания.
   - Ну, хотя бы приблизительно. На что эти имена были похожи?
   - Имя блондинки какое-то странное и напоминает слово "ель".
   - Они говорили на русском с акцентом?
   - Нет, без акцента.
   - Многие прибалты тоже говорят на русском без акцента.
   - Да, но произношение чуть-чуть другое и речь немного замедленная. А они разговаривали так, как говорят в центральной России. Это точно.
   - Вам известно, кто убил американку?
   - Мадлен Форрестер?
   - Да.
   - Меня уже об этом допрашивали. Мы ехали по дороге, а навстречу нам машина с чеченскими боевиками. Мне показалось, что на заднем сидении была Мадлен Форрестер. Боевики сигналили нам, чтобы мы остановиться, но мы прибавили скорости и хотели от них удрать. Те начали стрелять, ну мы, понятное дело, ответили. Они от нас отстали и мы поехали дальше. Это все, что мне известно.
   - То есть, когда вы оторвались от боевиков, Мадлен Форрестер была жива?
   - Понятия не имею. Они стреляли, мы стреляли.
   - У вас ведь были личные счеты с Мадлен Форрестер. Может вы её убили?
   - Я же вам говорю: мы только отстреливались, потому что избегали связываться с боевиками. Не были уверены, что к ним не подоспеет помощь.
   - А те девицы, они ехали с вами?
   - Нет. Они выехали на мотоцикле раньше нас, но потом зачем-то вернулись.
   - То есть, они могли ехать за вами?
   - Возможно.
   - Их видели недалеко от станицы Ассиновская на той же машине, на которой ехала Мадлен Форрестер. Вы допускаете, что они убили её и сопровождавших чеченцев, чтобы завладеть машиной?
   - Понятия не имею. Если они ехали на той же машине, что и она, то вполне возможно. Во всяком случае, это непростые девки. Когда меня готовились казнить, одна из них в мгновение ока зарезала двоих чеченцев их же кинжалом. Те даже шелохнуться не успели. А вторая в прыжке чуть не сбила ногою третьего. Я только в кино видел, чтобы так прыгали на людей.
   - Значит, вы считаете, что они вполне могли убить Мадлен Форрестер?
   - То, что могут убить, никаких сомнений нет. Но убили или нет, я не знаю.
   Допрос в виде беседы продолжался часа два и Крутиков время от времени возвращался к главному вопросу, пытаясь поймать Воробьева на неточностях. Но тот был скользким и никак не удавалось его прижать, хотя Крутиков чувствовал его неискренность. У Воробьева был мотив для того, чтобы замочить американскую мадам - месть за то, что из-за неё он снова попал в рабство и его собирались казнить. Но стоит ли приобщать его к этому делу после того, что он пережил? Тем более, что Соловцеву нужны именно эти девицы, а не офицер российских войск. И так либералы свирепствуют и СМИ терроризируют войска, а подай им жареные факты, вообще замордуют и в прессе, и в Госдуме. Так что лучше уж пусть девицы будут убийцами, хотя неясно, были ли у них мотивы для убийства американки.
   Крутиков догадывался, зачем Соловцеву нужны именно прибалтийские "биатлонистки": на эту историю накладывались конфликты российского правительства с правительствами прибалтийских государств, дискриминация проживающего в Прибалтике русскоязычного населения и нерешенность ряда территориальных вопросов. Поэтому с этой точки зрения Воробьев, как обвиняемый, был не нужен и даже попросту мешал бы. А вот преступления прибалтийских наемников в Чечне и убийство ими американской гражданки - это громкое дело! Заодно и вносит нехороший привкус в отношения между прибалтийскими государствами и Штатами.
   Крутиков чувствовал себя участником одной из игр большой политики и понимал, что от него ждут, поэтому он ни в коем случае не должен промахнуться, так как это путевка наверх и другого такого случая уже не будет.
  
   Уезжали в Моздок поздно вечером, потому что у контрразведчиков было много дел.
   - Наша головная боль - это контрактники, - говорил Старыгин, когда они покинули пределы Грознова и помчались по шоссе в сторону Моздока. - В основном это бывшие уголовники, которые сидели за убийства, грабежи, изнасилования. При заключении контрактов их заверяют, что, мол, будут получать двойной оклад, "окопные" в размере сорока пяти тысяч рублей в сутки и выслуга один месяц за три и они на это хорошо клюют. С одной стороны, это кажется выгодным: чем больше этих контрактников в Чечне убьют, тем меньше будет преступников, деньги будут сэкономлены. А с другой стороны, у них нет никаких идеалов, нет патриотизма, нет стремления защитить родину, сохранить ее целостность. У них одно желание: побольше награбить, нажиться, заработать свои деньги и уехать обратно. Кто-то из них продает военные секреты, кто-то торгует патронами и гранатами, меняя их на водку и наркотики. Они отличаются жестокостью и уже стало привычным делом убийство мирных жителей, изнасилования, мародерство, беспричинное уничтожение жилых домов из БТРов и гранатометов. Конечно же, это вызывает ненависть населения к российской армии и даже те чеченцы, которые устали от дудаевских бандитов и ожидали, что с приходом российской армии в республике установится порядок, сейчас выступают с оружием в руках на стороне боевиков. Найдутся ли в Москве умные люди, которые найдут какой-то выход из этого тупика?
   Он говорил это Крутикову, но в разговор вмешались два остальных офицера, сидевших в машине, и разгорелся бурный спор. Контрразведчики обсуждали между собой ситуацию, высказывая накипевшее на душе, и Крутиков не вмешивался, слушая их дебаты вполуха. Он вновь и вновь обдумывал допрос Воробьева, пытаясь понять, что тот хотел скрыть и с какой целью. Ещё перед выездом в Моздок, просматривая документы по этому делу, Крутиков отметил про себя, что непохоже, чтобы девицы были простыми спортсменками.
   - Если верить рассказам Воробьева, никакие спортсменки, будь они трижды биатлонистками, не состоянии так работать холодным оружием и владеть рукопашным боем в такой степени, - убежденно заявил он Старыгину, дождавшись окончания спора контрразведчиков. - Ясно, что они прошли солидную подготовку. Не удивлюсь, если эти девицы из каких-то спецподразделений.
   - В Чечне шарит много разных разведок, почва здесь для них благодатная, - пожав плечами, заметил Старыгин.
   - Иностранных разведок? Однако непонятно кому и зачем понадобилось убирать Фатхи, кроме нашего ФСБ?
   - Будь они нашими, нам бы обязательно сообщили, - уверенно сказал Старыгин.
  
   Крутиков вернулся в гостиницу с головой, опухшей от мыслей и впечатлений. Чтобы как-то разобраться в ситуации, он набросал на листе бумаги ставшие ему известными по делу факты и возникшие вопросы. Вопросов набралось много из-за большого количества неясностей. Почему охрана Фатхи так свободно пропустила к нему биатлонисток? Может потому, что они из отряда Басаева? Но с другой стороны ходят неясные слухи, что нападение на Фатхи совершили иностранные журналистки. Так почему же охрана Фатхи гонялась за прибалтийскими биатлонистками? Может не было никаких иностранных журналисток, а напали литовские снайперши, работающие на Басаева, и это был обычный междусобойчик в борьбе за финансовые потоки? Конечно, Хаттабу и Басаеву хотелось бы самим управлять этими потоками, вот и подослали девиц. Вот только неясно, где девицы проходили такую подготовку?
   Крутиков лег спать, но не давал заснуть вопрос, который назойливо лез в голову: как такое может быть, что простые биатлонистки мочат боевиков с такой легкостью, как хозяйки квасят капусту? Ответ возник как озарение: на этих биатлонисток вешают чужие грехи! Не могли они убить трех чеченских боевиков, возвращавшихся из Моздока, куда отвозили документы по поручению Масхадова /47/ - слишком опытными были эти боевики, прошедшие огонь войны в Абхазии в отряде Басаева. Кроме того, зачем им убивать боевиков из отряда Басаева, если девицы тоже из того же отряда?
   Прапорщик Сорокин утверждает, что биатлонистки примчались на блок-пост на машине посланцев Масхадова. А вскоре после их приезда на блок-пост началась атака, в результате которой тот был полностью уничтожен. Следовательно они проводили разведку? Получается, что они с одной стороны мочат чеченских боевиков, а с другой стороны заодно с ними мочат российских военнослужащих? Но такое не может быть и следовательно, на литовских снайперш вешают преступления контрактников, бывших уголовников, о которых рассказывал Старыгин.
   Такая версия объясняла многое и чтобы отделить одни преступления от других надо поработать с литовками. Вот пусть контрразведка и ловит их. А пока девиц не поймали, ему, Крутикову, здесь делать нечего. С этими мыслями он и заснул, а рано утром его разбудил телефонный звонок.
   - Иван Ильич, сегодня же вылетай в Москву. Там тебе сидеть уже нет необходимости. Девки опознаны, можно заводить дело, - услышал он голос Соловцева.
   Новость была радостной. Он и сам хотел сегодня позвонить в Москву и сообщить о том, что накопал и попросить отозвать его, потому что нечего сидеть и ждать у моря погоды. Да и бессмысленно ожидать, что литовки сами заявятся на российский блокпост, поэтому пусть контразведка не спит, а ищет их!
  
   Глава 30. На конспиративной квартире
  
   Утомленных сверх меры Ларису и Лену подполковник Евсеев отвез на конспиративную квартиру военной контрразведки, находившуюся в одном из многоэтажных домов на улице Центральная. Квартира была ухоженная: пыли нигде не было, а постели в спальне сверкали белизной. Евсеев ожидал увидеть у девушек радость, но они отнеслись к этому равнодушно. Их охватила апатия и безразличие, потому что отпала необходимость быть в состоянии постоянной мобилизации и силы покинули их. Навалилось чувство психической усталости и физической разбитости.
   - Вы пока располагайтесь, а я схожу куплю продукты. И зайду в аптеку за эфирным маслом гвоздики, - сказал Евсеев, понявший их состояние. - Оно хорошо восстанавливает душевные силы после нервного и физического перенапряжения. Проверено на собственном опыте.
   Он ушел, а девушки, сбросив грязную, пропахшую потом, одежду прямо на пол, побрели в ванную комнату. Там стояла автоматическая стиральная машина, но стирать одежду не стали - не было сил. Они залезли в ванну и, стоя под сильной струей душа, с наслаждением растирали себя душистым жидким мылом и шампунями, найденными на полках. Потом принимали ванну с горами пены, и задремали, расслабленные теплой душистой водой.
   Минут через сорок вернулся Евсеев с покупками и, увидев в гостиной на полу ворох одежды, понял, что девушки в ванной. Положив продукты в холодильник, он тихо вышел из квартиры - надо было срочно доложить генералу Овсянникову, что девушки нашлись. Брошенная на пол грязная одежда подсказала ещё одну проблему: им нечего носить и нужно, чтобы из Москвы привезли им одежду.
   - Как им нечего носить? - удивился Овсянников. - Они же в чем-то одеты?
   - Одеты, но в своих нарядах напоминают бомжих.
  
   Штурмовик Су-25 гонялся за БМВ, в котором Лариса и Лена удирали от боевиков. В самолете сидели тетя Алла и дядя Джохар Дудаевы и выпущенная ими ракета с противным воем неслась к машине.
   - Подумай только, какие сволочи! - ругалась Лена, отчаянно маневрируя на изрытой колдобинами трассе. - В собственную племянницу ракетами швыряются!
   - Раньше надо было думать! Почему не предупредила свою тетку, что ты её племянница? - укоряла её Лариса, удивляясь про себя, что у Ленки вдруг нашлись родственники.
   Ракета приближалась, готовая вот-вот взорваться и Лариса проснулась в холодном поту. Продолжительный звонок в дверь в тишине квартиры давил на психику.
   - Кого это черти носят? Не успели лечь спать, как уже кто-то припёрся, - сонно пробормотала Лена и с головою накрылась одеялом.
   Звонок прекратился, но вскоре снова начал звенеть громко и противно.
   - Это наверное Александр Данилович вернулся из магазина, - догадалась Лариса, переворачиваясь на другой бок.
   - Ларик, может откроешь? Я не могу оторвать голову от подушки, - жалобно заныла Лена.
   Ларисе тоже не хотелось вставать, но звонок действовал на нервы и она спустила ноги на пол, не открывая глаза. Поняв, что голая, попыталась сообразить, что бы надеть, но мысли вяло ворочались в голове. Вся одежда грязная, а чистой нет, поэтому одевать совершенно нечего.
   Звонок замолк и Лариса, успокоенная, опрокинулась на постель. Но через несколько секунд он зазвонил вновь, продолжительно и противно. Завернувшись одеялом в белом пододеяльнике, она побрела в прихожую, с трудом приоткрыв один глаз.
   - Ну, чего звонить? Иду я, уже иду, - сердито крикнула она, возмущенная бесцеремонностью подполковника Евсеева.
   Заглянув в глазок и увидев шинель, приготовилась высказать ему свое недовольство и резко распахнула дверь. На пороге стоял генерал Овсянников.
   - Здравствуй, Лариска! Долго же вы, девчонки спите! Полчаса уже трезвоню, - воскликнул он, обнимая Ларису.
   - Дядя Петя, а мы не знали, что вы в Моздоке, - радостно повисла у него на шее Лариса, придерживая одной рукой одеяло. - Мы долго не открывали, потому что недавно легли и крепко уснули. Только около шести часов вечера добрались до постелей. А сейчас сколько?
   Услышав голос Овчинникова, в прихожую прибежала Лена и радостно вскрикнув, тоже бросилась ему на шею.
   - Володя, заходи, - крикнул он кому-то на лестничной клетке и в дверях показался сержант, кативший два больших чемодана.
   - Ставь сюда и жди меня в машине, - распорядился генерал и повернулся к девушкам. - Уснули, говорите, около шести часов? А сейчас уже почти три часа. Что же вы ночью делали?
   - Какой ночью? Как может быть сейчас три часа, если мы легли в шесть вечера? - озадачено спросила Лена.
   Прихожая хорошо освещалась солнечным светом, лившимся из гостиной и девушки удивленно переглянулись.
   - Получается, мы проспали больше двадцати часов? - удивилась Лариса. - Теперь понятно, почему хочется так кушать, что даже живот прилип к позвоночнику!
   - Девчата, вы очень похудели! Щеки прямо таки ввалились. Ничего, сейчас начнете отъедаться. Берите чемоданы с вашими вещами и марш одеваться. Как только Евсеев доложил, что вы нашлись и своей одеждой напоминаете бомжих, я сразу же попросил тетю Лиду собрать ваши чемоданы.
   - Подполковник Евсеев сказал, что мы напоминаем бомжих? - возмутилась Лена.
   - Он имел ввиду только вашу одежду. Поэтому я и привез два чемодана нарядов. Скоро похолодает...
   - А зачем нам здесь ждать, пока похолодает? - подозрительно посмотрела на него Лариса. - Нам в Москву надо. Мы хотим отпуск взять, у нас есть неотложные личные дела...
   - Насчет ваших дел, я в курсе. Ничего, женихи вас больше ждали, подождут ещё немного, - рассмеялся Овсянников.
   - Откуда известно, кто нас ждет и ждет ли вообще? - застеснявшись, негромко пробормотала Лариса, но Овсянников её услышал.
   - Я вам всё расскажу, только не в прихожей. Берите чемоданы, идите оденьтесь и поговорим за столом. Вы голодные, я голоден, так что давайте в темпе приводите себя в порядок.
   Девушки покатили чемоданы в спальню, с беспокойством гадая, зачем им придется здесь задержаться. Особо настораживало, что Лидия Афанасьевна положила в чемоданы даже их домашние тапочки и халаты. Они планировали, что сегодня-завтра вылетят в Москву, возьмут отпуск, положенный им после такой тяжелой операции, и полетят в Сибирь. Но туманные высказывания Петра Васильевича и такая предусмотрительность, как домашние халаты и тапочки в чемоданах, оптимизма не внушали. И откуда дяде Пети известно о женихах? Или это он просто в шутку, а они решили, что ему что-то известно?
   - Девчата, я в кухне, идите сюда, - позвал Овсянников, услышав, что они вышли из спальни. - Пока вы одевались, я проверил содержимое холодильника и убедился, что Евсеев правильно понимает ваши потребности в еде. Вам следует срочно обрасти немного мясом, а то женихи вас не узнают. А я, со своей стороны, привез вам очень вкусный ирландский ликер. Называется Шериданз ориджинал. Пробовали?
   - Вау! - воскликнула Лена, войдя в кухню и увидев заставленный тарелками с нарезанной колбасой, бужениной, сыром и овощами стол. - Как мы несправедливы к Александру Даниловичу! А он такой душка, что не хватает слов благодарности!
   - Ленка, нам нельзя сразу много есть, а то будет несварение желудка, - предупредила Лариса, жадно глядя на закуски.
   - А вы кушайте не спеша, тщательно прожевывая пищу и запивайте ее чудесным ликером. Знаете, как рекомендуют йоги: жидкое жевать, твердое пить, - засмеялся Овсянников и одев очки, стал рассматривать этикетку на бутылке ликера. - Видите, бутылка делится на две части. Одна из них содержит ванильный ликер, крепостью 17 оборотов, а другая - шоколадно-кофейный ликер, крепостью 19,5 оборотов. При наливании в бокал оба ликера смешиваются, и вкус, должно быть, получается специфический! Уверен, вы ещё такого не пробовали. Хотя я тоже не пробовал, но мне его рекомендовали специально для вас.
   - Я неоднократно видела такой ликер и тоже никогда не пробовала. Но мне лучше налейте водку и смешайте её с ликером. А то закусывать буженину сладким не очень полезно, - сказала Лена, усаживаясь за стол.
   - Это хорошо, что вы понимаете, что полезно, а что не полезно! Ну, что, девчата, давайте выпьем за ваше счастливое возвращение, - поднял рюмку Овсянников. - Сразу хочу вас обрадовать: тетя Лида летала к тете Таи в Сибирь и познакомилась с вашими женихами.
   Девушки покраснели и опустили глаза. Им было неудобно обсуждать с дядей Петей глубоко личную тему, но он не придал их смущению никакого значение.
   - Какие вы уже стали взрослыми, девочки! - расчувствовался он и, чокнувшись с ними, опрокинул в рот рюмку "Смирновской". - Кажется ещё совсем недавно бегали с косичками, в школьных фартушках, и вот уже невесты!
   Девушки покраснели еще больше. Дядя Петя никогда не отличался тактичностью, но уж таковы все мужчины. Тетя Лида никогда бы так напрямую, по-солдафонски, не касалась этой темы.
   - Как там Таисия Тихоновна поживает? - негромко спросила Лариса, не поднимая глаз.
   - И Вадим хороший парень, - засмеялся Овсянников. - Тетя Лида запомнила его, когда ему было годика три. И как быстро он возмужал! Стал почти взрослым. Так и быть Лариска, отдадим тебя за него замуж! Тетя Лида согласна, а это главное.
   Он наколол вилкой кусок буженины, отправил его в рот и хитро посмотрел на Лену.
   - А тебя разве не интересует, как поживает Денис?
   - Интересует.
   Лена с тревогой взглянула на Овсянникова.
   - Хорошо поживает. И тетя Лида на него тоже согласна, - ещё пуще засмеялся Овсянников, которому доставляло удовольствие наблюдать смущение девушек.
   - А когда мы полетим в Москву, дядя Петя? - спросила Лариса.
   - Понимаете, девчонки, нехорошая катавасия получилась. Генпрокуратура завела дело по поводу убийства некой Мадлен Форрестер из американской правозащитной организации "Human Rights Watch". Она числилась там наблюдательницей в республике Ичкерия, хотя явно работала на ЦРУ. И обвиняют в этом убийстве именно вас. Согласно показаниям "мирных", так сказать, чеченцев, вы, кроме того, беспричинно расстреляли четырех подростков, катающихся на мотоциклах недалеко от райцентра Знаменское. А потом ещё троих чеченцев, находившихся в проезжавшей мимо машине "Волга". В их числе женщину, мать троих детей. Очевидцы утверждают, что пассажиров "Волги" вы устранили, мол, как ненужных свидетелей жестокого убийства подростков. Военная прокуратура проверила их показания и закрыла дело в связи с отсутствием улик. Оказывается, мнимые очевидцы в это время сражались в отряде Басаева за многие километры от места происшествия. Но Генпрокуратура, по чьему-то указанию свыше, дескать, по политическим мотивам, вновь возобновила расследование и сейчас вас ищут. Все блок-посты в Чечне получили ориентировки на вас и приказ о задержании. Необходимо некоторое время, чтобы разобраться, кто конкретно за всем этим стоит. Дайте мне хотя бы недельку или дней десять, чтобы снять эту проблему. А до этого вам не стоит показываться в Москве. Там вас ждут с распростертыми объятьями и большим нетерпением дяди из Генпрокуратуры. Да и не только оттуда.
   - Дядя Петя, как же так получается? Мы выполняем задание, рискуя жизнью, а в это время Генпрокуратура ведет за нами охоту? - возмутилась Лена. - Это российская прокуратура или дудаевская? И что это за "политические мотивы" такие?
   - Если нас ищут, то разве не лучше ли нам исчезнуть отсюда подальше? - спросила Лариса. - Во глубину сибирских руд, например?
   - Нет, Лариска, здесь вы на конспиративной квартире военной контрразведки, поэтому никто не додумается вас здесь искать. Но, на всякий случай, я оставляю в Моздоке группу подполковника Евсеева. Помимо других важных дел, она будет вас оберегать и устранит угрозу ареста, в случае возникновения таковой. А насчет Генпрокуратуры я вам так скажу: кто-то на самом верху будирует этот вопрос и я подозреваю, что работает он на чеченцев. Положение с этой войнушкой очень сложное. Бросили в огонь наспех сколоченные полки и дивизии, набранные с бору по сосенке, и, конечно же, войска несут чудовищные потери, устилая своими телами дорогу к победе. Это вопиющее преступление существующей власти перед народом! Только власть у нас не привыкла нести перед народом какую-либо ответственность.
   Овсянников отправил в рот ещё один кусочек буженины.
   - Малость проголодался я, девчонки. С утра ничего не ел, - пояснил он.
   - Дядя Петя, кушайте колбаску, буженинку. Давайте ещё выпьем. Ликер такой вкусный! - сказала Лена, наливая рюмки. - Давайте выпьем за то, чтобы нашу армию горемычную не добили окончательно!
   Все трое дружно выпили за этот тост и Овсянников, закусив слегка, одобрительно посмотрел на Лену.
   - Ты, Ленок, хорошо сказала: "наша горемычная армия", - произнес он. - Трагедия армии началась не сегодня, а ещё со времен шеварднадзевско-горбачевских сокращений групп войск. Рушились округа, разгонялись армии, стирались с карт корпуса и дивизии, списывались "в никуда" десятки военных городков. А нынешние реформаторы вообще завершают уничтожение армии. Такого в истории России еще не бывало! Многие либералы из правительства и Государственной Думы открыто, нисколько не скрываясь, сотрудничают с дудаевским режимом. Не говоря уже о том, что воры, называющие себя предпринимателями, имеют в Чечне свои собственные экономические интересы, идущие в разрез с государственными. Они повязаны с Дудаевым преступным бизнесом и имеют большое влияние в Кремле. Ещё в начале декабря прошлого года наши спецы предложили военному и политическому руководству страны практически бескровное решение чеченского вопроса, но наверху решили выпороть публично /48/. Ну, и вот что получилось. Кроме того, в свое время Советский Союз слишком тесно был повязан с арабами, чтобы у ближневосточных спецслужб не осталось концов в России. Вот они и пытаются контролировать ситуацию через своих агентов влияния. А таких агентов у них достаточно. Особенно сейчас, когда всё продается и покупается. У арабов горы нефтедолларов, поэтому нельзя исключить того, что вам хотят отомстить за покушение на Фатхи.
   - Что значит покушение? Старикашка уже на том свете с гаремом из семидесяти двух прекрасных девственниц. Или сколько им там положено согласно их религии? - усмехнулась Лена. - Это называется не покушением, а ликвидацией.
   - Да вот в том то и дело, что выжил ваш клиент, - покачал головой Овсянников. - Врачи, сволочи, вовремя подоспели и подсуетились. Появись они на пару минут позже, тогда и утешался бы он девами на том свете. Но эти негодяи испортили нам всю обедню, а его оставили без райских дев!
   - Не может быть! Какие врачи? Откуда? Я сама видела, что он был мертв. Мертвее не бывает, - расстроилась Лена.
   Она уже поняла, что Овсянников не шутит и, значит, напрасны все их мучения. Операция закончилась полным провалом и в этом их с Лариской вина. Но как такое могло получиться? Она встретилась с подругой взглядом и увидела, что та обуреваема такими же чувствами. В том, что не промахнулась и попала в нужную точку, Лена была уверена. Но как получилось, что старикан выжил? Скорее всего, дело в том, что удар пришелся по касательной, так как они с Фатхи двигались на пересекающихся направлениях. Не зря Вася Буланов всегда ругает их с Ларисой за то, что забывают добивать. Ей стало обидно - столько усилий, столько потрачено средств, они так рисковали и с таким трудом вырвались из Чечни, а результата нет.
   - Здесь нет вашей вины, девочки, - попытался успокоить девушек Овсянников, видя, как они расстроились. - Видите ли, врачи различных гуманитарных организаций, героически трудящиеся в горячих точках мира, не все, к сожалению, сотрудники спецслужб, выполняющие разведывательные функции. Есть среди них и такие негодяи, которые действительно врачи по профессии и спасают террористов, чтобы они имели возможность продолжать убивать невинных!
   Состояние девушек ему было знакомо из личного опыта - ведь не все тайные операции секретных служб заканчиваются удачей. И здесь ничего не поделаешь. Как тщательно не планируй, но если не легла карта, то и удачи нет. К спасению Мохаммада Фатхи, у которого Лена вызвала инфаркт миокарда, врачи-гуманисты прилагали огромные усилия, но, несмотря на это, у того возник коллапс, сопровождающийся острой сосудистой недостаточностью. Резко снизился сосудистый тонус и объем циркулирующей крови, упало артериальное и венозное давление. И только с помощью вовремя доставленных из Европы современных лекарств, а также благодаря постоянным телефонным консультациям с коллегами из европейских специализированных клиник, врачи смогли вытащить Фатхи /49/ буквально с того света.
   Овсянников налил себе ещё одну рюмку водки, выпил, закусил и продолжил:
   - Притом спасают, зная что их пациент террорист! Да ещё гордятся тем, что спасли человеку жизнь. Своё стремлении помочь убийцам снова встать в строй и продолжить лить кровь беззащитных людей, эти врачи объясняют клятвой Гиппократа и проявлением гуманизма. Они хитрят, когда утверждают, что искренне, дескать, считают, что делают добро. Негодяи работают за бабки, большие бабки, а спонсируют их спецслужбы, использующие эту организацию для прикрытия своих агентов. Эти врачи - убийцы мирных, ни в чем не повинных людей. Только убивают не сами, а руками своих пациентов. В этом и заключается особая подлость: ведь их невозможно судить, их невозможно привлечь к ответственности за то, что возвращают террористов в строй.
   - А знаете, в чем ошибка? - задумчиво произнесла Лариса. - Всё дело в том, что мы были жестко настроены на ликвидацию под видом сердечной недостаточности. Ведь идея заключалась в том, чтобы нас не заподозрили в ликвидации Фатхи. Но когда этот журналист, Чернецкий, нас разоблачил, то обстоятельства изменились и можно было валить Фатхи открыто, не прибегая к маскараду. Мы не сумели сориентироваться и продолжали так, как будто ничего не произошло, будто операция проходит по плану. А ведь мы могли его замочить без всяких хитростей! В них уже не было необходимости. Но не смогли на ходу перестроиться, потому что нет достаточного опыта, нет профессионализма.
   - Ничего, не стоит отчаиваться, - похлопал ее по плечу Овсянников. - Вы добыли очень важные документы, так что операция не прошла даром.
   Он не сообщил девушкам, что изъял некоторые документы из выкраденной папки, после того, как начальник ГРУ отписал ему срочный запрос из Генпрокуратуры. В списке агентов влияния Дудаева в Москве числились лица, находившиеся в такой близости к Президенту, что эти документы представляли опасность даже для него, генерала. Проще сделать вид, что они утрачены в Чечне в боестолкновениях. А вот девчонки должны хотя бы на время исчезнуть из вида, пока он не обсудит сложившуюся ситуацию с надежными людьми из ФСБ.
   - Дядя Петя, там в бумагах есть фамилии известных людей. Их будут судить? - спросила Лена.
   Овсянников задумался. Рассказывать девочкам о неприглядных фактах или не стоит? Смогут ли они после этого принимать участие в будущих операциях, узнав об измене и грязи в высших эшелонах власти? Сейчас они считают, что служат Родине, а узнают о реальном положении дел, то поневоле задумаются о том, кому служит Президент и его близкое окружение.
   Но надо ли вообще им принимать и дальше участие в рискованных предприятиях, чтобы потом свои же вели на них охоту? Может правильно требует Лида, чтобы они вернулись на учебу? Пусть выходят замуж и живут спокойной семейной жизнью замужних дам. Появятся у них дети и будут как внуки им с Лидочкой. Только как девчонки смогут вернуться в свою Академию, если за ними идет охота? До тех пор, пока он не разберется с теми, кто инициирует эту охоту, девочки вынуждены будут скрываться. А где скрываться и на что им жить?
   - Никто их судить не будет, Леночка, - вздохнув, решился на тяжелый разговор Овсянников. - Их судили бы в любой стране, только не в псевдодемократической России. В Чечне у них особые интересы, не связанные с таким понятием, как честь, Родина, патриотизм. Даже после того, как Дудаев объявил о выходе республики из состава России, прекратил платить налоги в общий бюджет и закрыл въезд в республику для сотрудников российских спецслужб, ему продолжали совершенно официально перечислять деньги. Регулярные транши шли из Пенсионного фонда и Центробанка. В России не платят пенсии и зарплаты бюджетникам, потому что, мол, нет денег, а в Чечню гонят сумасшедшие средства! Недавно узнал, такие цифры: в проекте федерального бюджета девяносто третьего года на Чечню, закладывалось десять с половиной миллиардов рублей! Для сравнения: на Калининградскую область всего 140 миллионов. И вплоть до декабря прошлого года, то есть до самого начала войны, в мятежную республику совершенно безвозмездно поступала российская нефть. Никакой оплаты за поставки не шло, хотя Дудаев тут же перепродавал наше "черное золото" за рубеж. Ну, чего там больше: по официальным бумагам только в этом году с января по октябрь на восстановительные работы в Чечне истрачено более 7 трлн. рублей или 1,5 млрд. долларов. И что же восстановили на эти деньги? Есть в Чечне где-то что-то, что построено в этом году?
   Девушки молчали, потрясенно глядя на него.
   - Дядя Петя, так ведь это измена, - широко распахнув глаза, тихо сказал Лариса, отложив вилку, несмотря на свой голод - после таких разговоров ничего не лезло в рот. - Ведь об этом надо сообщить Президенту!
   - Ларочка, не будь наивна. В свое время говорили, что Сталин ничего не знал и не ведал о творимых беззакониях. Не может глава государства не знать, что делается в стране. Да, это измена. Измена по всем человеческим понятиям и законам. Но в условиях "демократического либерализма" это называется бизнесом. "Непобедимость" и безнаказанное мародерство "мятежной" Ичкерии легко объясняется большими дивидендами от совместных операций с чеченскими подельниками. Посылают, например, в Чечню два железнодорожных эшелона для планового разграбления местными жителями, а на бумаге списывают на форс-мажорные обстоятельства груз десяти эшелонов. Только федеральная сторона "освоит" капиталовложения, выделенных для восстановление объектов народного хозяйства, разрушенного боевиками, как на следующий день после подписания акта о сдаче объекта в эксплуатацию неблагодарные чеченцы снова "взрывают" объект, о чем составляется новый акт и можно приступать к "освоению" новой порции денег из федеральной казны. Да, девочки, к сожалению такова неприкрытая правда. Идёт мощнейшее лоббирование интересов чеченских сепаратистов в самых высоких кабинетах федеральной власти. Неудивительно, что чеченские лидеры нередко оказываются информированными о сверхсекретных решениях по чеченской проблематике буквально сразу же после совещаний у Президента или министра обороны.
   Овсянников замолчал. Молчали и девушки, ошеломленные неприкрытой правдой.
   - Вас ищут ещё и потому, что знают о бумагах, которые оказались в ваших руках, - после некоторого молчания произнес генерал. - Поэтому поживите немного на этой квартире, а как только появится возможность, я вызову вас в Москву.
   Он провел с девушками не более двух часов и расставался с ними сожалением. Но завтра в 10 часов утра в Генштабе должно состояться совещание, на котором он выступал в качестве содокладчика и следовало ещё раз просмотреть текст и сгладить острые высказывания, приведя их в соответствие с установившимися нормами либерального словоблудия, иначе его запишут в закостеневшие ура-патриоты со всеми вытекающими из этого последствиями.
  
   Для Ларисы и Лены потянулись скучнейшие, наполненные бездельем, дни. Неоднократно они порывались пойти позвонить своим женихам, но Евсеев категорически им это запретил.
   - На совещании в городской прокуратуре по вашему вопросу с участием военной контрразведки было принято решение о взятии ментами под контроль банков, сберкасс и переговорных пунктов, - предупредил он. - Уже имеются случаи ошибочного задержания местных жительниц. Ваших фотографий нет, а фотороботы, поступившие из Чечни, некачественные. Вот и хватают чуть-чуть похожих девушек и тащат в пункты охраны правопорядка для проверки. Поэтому сидите здесь и никуда не рипайтесь, Кстати, мужики из контрразведки даже отправили в отпуск женщину, которая убирает в этой квартире, чтобы никто не знал о вашем пребывании здесь. Иначе они могут не только лишиться погон, но и загреметь под трибунал. Вот как серьёзно обстоят дела.
   - Ради чего же они так рискуют? Им-то зачем это надо? - недоверчиво спросила Лариса.
   - Есть такое понятие: офицерская честь. Слышала о нём? Для русского офицера это не пустой звук, - жестко ответил Евсеев.
   - Ах, как патетически, ах, как здорово! Хочется исполнить гимн, только непонятно какой, - глумливо воскликнула Лена и осеклась под зверским взглядом Евсеева.
   - Не обижайтесь, Ленка просто стесняется громких слов, - примирительно сказала Лариса и подполковник несколько смягчился.
   - Если бы это сказал кто-то другой, не знаю, чтобы я сделал. Вам сейчас кажется, что вас предает родина. Ваши чувства понятны, только предает вас не родина, а люди, сами её предавшие, - произнес Евсеев. - И, поверьте, девчонки, придет время и всё назовут своими именами и воздадут всем по заслугам.
   - Ну, допустим, воздадут по заслугам: выбросят виновных из могил, как это делается на Руси. Но нам-то что до этого? Мы сегодня живем. И должны прятаться, забиваться в щель, как тараканы. А с теми, кто убивает русских, ведутся переговоры, их уговаривают, перед ними заискивают, как Черномырдин перед Басаевым, - со злостью выкрикнула Лена и в сердцах швырнула на пол попавшуюся под руку книгу.
   - Да, трудно прятаться от правды. Группа "Альфа" была готова к штурму, но вместо этого началась катавасия с попытками заработать себе политические очки. Депутаты, пиарясь, выстроились в очередь пообщаться с Басаевым, Черномырдин чуть ли не плачущим голосом беседовал с террористом по телефону на глазах у всей страны. Так стыдно за свою страну мне никогда ещё не было! - с болью кивнул головою Евсеев.
   Он пожалел, что завел этот разговор, но легче заранее предупредить девушек, чем потом отбивать их у ментов. Согласно устного приказа генерала Овсянникова, в случае задержания девчонок, его группа должна была под видом чеченских боевиков напасть на отделение милиции и освободить их. В таком бардаке, который творится здесь, никто не усомнится, что действовали боевики. Только если его мужики начнут работать по-серьезному, то трупы придется вывозить КАМАЗом. А ведь там свои, хоть и менты!
   - Но я все равно прошу вас, девушки, перекантуйтесь, пожалуйста, в этой квартире. Не подводите мужиков из контрразведки! - помолчав немного, сказал Евсеев. - Продукты я вам доставляю, смотрите телевизор, читайте, здесь есть несколько книг, оставшихся от бывших хозяев. А если вам нужны другие, скажите мне и я куплю.
   Дни, похожие один на другой, были наполнены гимнастикой, медитацией и телевидением. Два центральных канала и один местный вызывали у девушек безудержную зевоту. Американские боевики и латиноамериканские сериалы сменяли концерты, в которых принимали участие начинающие, восходящие и зрелые звезды российской эстрады. Юные певицы, пытающиеся компенсировать свои недостающие вокальные данные минимумом одежды, пели что-то пошлое и бесстыдное. Начинающие худосочные певцы, старательно косившие под голубых, так как это входило в моду, что-то мурлыкали тонкими голосами кастратов под непонятные мелодии из трех-четырех нот. Завзятые юмористы, зрелые, созревающие и совсем начинающие, несли бред, наполненный сексуальными намеками. И этот бред, выдаваемый за юмор, пользовался успехом у зрителей, обладающих специфическими физиономиями, и они хохотали до изнеможения.
   - Ларик, я чувствую, что скоро чокнусь, - жалобно произнесла Лена.
   Она нашла в книжном шкафу среди боевиков и детективов книжку про любовь и пыталась растянуть её чтение. Но все проходит и книжка тоже подошла к концу. Лена посмотрела на Ларису, которая, удобно устроившись в большом кресле, училась вязать. В кладовке обнаружился моток пряжи и две спицы, а в книжном шкафу - журнал по вязанию, и теперь Лариса проводила время с пользой для себя. Время от времени она поднимала глаза на экран телевизора: концерт внезапно кончился и какой-то чудик с заплетенной косичкой неторопливо и привычно бил смертным боем Ван Дамма. У того никак не появлялось второго дыхания, однако было ясно, что скоро оно все таки появится и тогда чудику несдобровать.
   - А я, Лен, уже почти освоила вязание шнурообразной декоративной кромки, - похвасталась Лариса. - Вязать, оказывается, не так-то просто, как кажется.
   - Ларик, будешь вязать носки своему Вадику и шапочку ребеночку.
   Лариса отложила в сторону вязание.
   - Не только шапочку. Ещё носочки и рукавички. Накуплю розовый мохер и буду вязать.
   - Почему розовый, а не голубой?
   - Потому что хочу девочку. С такими голубенькими глазками, как у Вадика. Если, конечно, дядя Петя не пошутил и меня действительно ждут.
   - Не тебя ждут, а нас ждут! - поправила Лена. - Лично я в этом нисколько не сомневаюсь. Где они найдут таких же умных, красивых, нежных и обаятельных, как мы!
   - Ленка, ты, как всегда, в своем репертуаре, - расхохоталась Лариса.
   - А ты разве сомневаешься в нашей привлекательности? Вот мне один немец рассказал, почему его немецкие женщины не привлекают. Говорит, русские женщины красивые, добрые, заботливые, терпеливые, хорошие хозяйки, верные жены и любящие матери.
   - Так он же не знал, что ты русская. Или расколол тебя?
   - Ничуть не расколол. Свой небаварский выговор я объяснила том, что перебралась в Мюнхен с Восточной Германии. Поэтому он и начал расхваливать русских женщин. А вот в июне я смотрела передачу о принцессе Диане, когда она приезжала к нам в Москву. Так должна сказать, что любая наша Дунька с бензоколонки смотрится не хуже. А некоторые ещё и фору ей дадут.
   - Ну, с тобою она точно не сравнится!
   - Кто бы сомневался! - не выдержала Лена и тоже захохотала.
  
   Глава 31. Дорога в Ришон-ле-Ционе
  
   В гостиной было душно и влажно - Петр закрыл все окна и двери, чтобы избежать малейших сквозняков.
   - Петя, вы с Нинулей можете подрабатывать клейкой обоев, - удовлеторенно заключила пришедшая с работы Маша, рассматривая только что наклеенные им с дочерью обои. Обои приклеились ровно, без пузырьков и рисунок четко соблюдался.
   - Я могу зарабатывать не только клейкой обоев, - скривился Петр, усмотрев в её замечании некоторую язвительность из-за отсутствия у него постоянной работы. - Завтра рано утром еду в Тель-Авив. Владелец склада просил отвезти туда товар и кое-что закупить. У него экспедитор заболел, вот он обратился ко мне с просьбой. Обещал хорошо заплатить. Пробуду там дня три, надо выбрать товар подешевле,
   Не хотелось врать жене, используя её доверчивость, но и посвящать в свои темные дела нельзя.
   - Кстати, трое туристов, путешествующих автостопом, просили меня подбросить их в Тель-Авив. Тоже неплохо заплатят, - добавил Петр, подумав, что это будет хорошей отмазкой, если кто-то увидит его в компании незнакомцев и сообщит жене.
   - Что за мужики? - встревожилась Маша. - Надеюсь не арабы? А то завезут в свою деревню и линчуют. Ведь уже известны такие случаи!
   - Ну, причем здесь арабы? - деланно рассмеялся Петр. - Голландцы. Мы с ними немного пообщались на английском, нормальные мужики. Просто поняли, что здесь им не Европа и опасаются сесть не в ту машину. Они ещё не могут отличить арабов от местных евреев, а арабский язык от иврита.
   - Точно голландцы? Не британцы? А то пойди нынче разберись в британском халифате кто у них там террорист, а кто пока ещё на него учится!
   - Точно голландцы. Из Амстердама. Так что не волнуйся, - успокоил жену Петр.
   Беспокойство жены было понятно - совем недавно в арабскую деревню, расположенную недалеко от Беэр Шевы, по ошибке заехал сотрудник больницы, в которой работала Маша и его там едва не линчивали. Группа молодых людей, скорее всего арафатовские боевики, разбили в машине стекла и пытались его вытащить, чтобы побить камнями, но к счастью мимо проезжал армейский джип и линчиватели бросились наутек. А перед этим двое неизвестных попросили проезжавшую мимо девушку подвезти их. Её нашли через несколько дней недалеко от этой деревни изнасилованной и убитой.
   - Ты, папа, такими вещами не шути. Сам знаешь, что сейчас творится! - сердито сказала Нина. - Арафаты распоясались так, что вообще никакой управы на них нет. Мы сейчас по истории проходим XIII век. Так оказывается, когда монголы пришли на Ближний Восток, им рассказали о существовании в Иране страшной секты исмаилитов, от чьих кинжалов погибли три халифа, шесть визирей и Раймон Первый с Конрадом Монферратским. Монголы удивились тому, что все знают про секту и боятся её. А потом, недолго думая, вырезали всех исмаилитов, сняв таким образом проблему ассасинов /50/.
   - Нинуля, ты у нас слишком грамотная! И кого же ты предлагаешь резать? - спросила Маша.
   - Разве непонятно? Арафатовская организация - это те же ассасины. Вот их и надо уничтожить. Конечно же вместе с их подпевалами в нашем правительстве.
   - Ты стала очень крутой, дочь! Боюсь, что тогда мы останемся и без правительства, и без Кнессета. Вот только уничтожать террористов и их подпевал некому, монголов здесь нет. Да и времена нынче другие: за успехи в терроризме не режут, а дают нобелевскую премию мира. На этом дебаты закончиваем и переходим к ужину, - решительно произнес Петр и направился на кухню.
  
   В шесть часов утра Петр заехал за гостями. Вопреки его ожиданиям, ждать их не пришлось, они были уже собраны и, побросав в багажник небольшие спортивные сумки, сели в машину.
   - Долго ехать до Тель-Авива? - спросил Круглов.
   - Порядка ста километров. Но мы едим не в сам Тель-Авив, а в его южный пригород. Называется Ришон-ле-Цион. Ехать около часа с небольшим, если пробок не будет, - ответил Петр.
   Джип выскочил из города на шоссе 406 и помчался на север. Михаил неожиданно вспомнил, что в этом Ришон-ле-Цион живут его бывшие соседи Якобсоны. Женька Якобсон учился в паралельном классе и занимался музыкой, из-за чего во дворе его видели крайне редко и только слышали, как он мучает скрипку. Отец Женьки был доктором физико-математических наук и работал в лаборатории маминого брата академика Возницына. По рассказам дяди Коли, Женькин отец занимался у него математическим моделированием протекания термоядерного синтеза. Дядя безуспешно пытался объяснить своему бестолковому племяннику, что это такое, но Михаила это мало интересовало, да и терминалогия была слишком загадочна. Он только понял, что Женькин отец выдающийся математик, в чем, собственно, никогда не сомневался, потому что Якобсон-старший ходил в больших роговых очках и его взгляд всегда был обращен в себя, как будто медитировал на ходу. Видимо это свойственно всем большим ученым, потому что дядя Коля тоже часто уходил в себя настолько, что тёте Соне порой стоило больших трудов усадить его кушать, когда всё уже стояло на столе. Правда, когда приходил Михаил с бутылкой крымского коньяка, дядя Коля легко возвращался из своей медитации в реальность.
   - Хорошо бы увидеться с Женькой, узнать, как он здесь устроился, - подумал Грачев и поинтересовался у Петра:
   - А зачем нам надо в Ришон-ле-Ционе?
   - Там на небольшой вилле находится дорогой элитный бордель, в котором содержалась внучка заказчика. Тем же хозяевам принадлежат ещё два борделя, но в Тель-Авиве. Они расположены вблизи рынка в районе старой центральной автобусной станции. По здешнему это Тахана мерказит ха-яшана. Два года назад открылся новый автовокзал, а старый забросили и он превращается в пристанище нелегалов, наркоманов и проституток. Район очень нехороший, криминальный. Там расположены дешевые бордели по 5-6 проституток. Эти бордели посещают, в основном, иностранные рабочие. Но нас интересует, главным образом, бордель в Ришон-ле-Ционе. Хозяева борделей в Тахан мерказит ха-яшану не ездят, а в этот бордель приедут. Кстати, для справки: бордели у нас иронически называют "махонами". "Махон" - это специальная школы для религиозных девочек.
   - А что известно о наших клиентах?
   - Их двое: некий Ицик Захави, еврей иранского происхождения, и палестинский араб Акрам Аджабария.
   - Вот она, реальная дружба народов! Так значит всё же есть что-то, что объединяет евреев и арабов! - засмеялся Зубков.
   - Этот Аджабария тесно связан с арабским криминальным кланом Харири /51/, который контролирует подпольный игорный бизнес на севере страны, - продолжил Петр, проигнорировав ироническое замечание Зубкова. - Аджабария дважды сидел, но сроки получал небольшие, вытаскивали евреи-адвокаты. А Ицик Захави известный пропалестинский активист, член организации "Бецелем".
   - "Бецелем"? - повторил Круглов и, пытаясь что-то вспомнить, потер лоб. - Что-то знакомое! Буквально недавно где-то слышал это название. Возможно в наших новостях. Ведь для российских СМИ нет ничего важнее в мире, чем события в Израиле. Даже о Штатах меньше говорят и пишут, чем об Израиле.
   - По этому поводу у нас ходит старый анекдот, - рассмеялся Петр. - Недавний репатриант из СССР объясняет, почему продолжает в Израиле читать советские газеты. Говорит, не могу читать израильскую прессу, в ней постоянно пишут, что в Израиле инфляция, коррупция, деморализация, и вообще страна накануне полного краха. То ли дело советские газеты! Читаешь и видишь, что Израиль мощная держава, захватившая половину земного шара и собирающаяся захватить вторую! А "Бецелем" - это одна из наших леворадикальных организаций. Если кому-то нужно полить Израиль помоями, без этой "Бецелем" никак не обойтись. Там собрались, так сказать, помойных дел мастера. Называют себя интеллектуалами и пытаются выглядеть правозащитниками, но защищают, почему-то, только палестинских террористов. Такое впечатление, что права человека легитимны лишь для террористов. Вообще-то в Израиле есть десятки организаций, выдающих себя за правозащитные. Это такой их бизнес. А содержат эти организации европейские и арабские страны типа Катара и Саудовской Аравии. Отстегивают им большие бабки и надо признать трудяги-правозащитники отрабатывают их с таким остервенением, что с ними не сравнится никакая пятая колонна. Впрочем, они и есть "пятая колонна".
   - А что этот Ицик тоже интеллектуал? - спросил Зубков.
   - Ицик то ли искусствовед, то ли литературовед. Хрен поймешь. Он пописывает статейки о литературной и театральной жизни, а также о моральных ценностях демократического общества. Одним словом, мутит воду в нашей гуманитарной выгребной яме. Я его статейки не читал, но не эта его деятельность главная. Он ещё трудится и на политической ниве. Три года назад чуть было не стал депутатом Кнессета. Но пролетел. Не туда встрял, потому что избирался по спискам партии МАПАМ /52/. Есть у нас такая леворадикальная марксистко-ленинская проарабская партия. Но мужику не повезло: марксисты-ленинцы получили очень мало депутатских мест. Интересно, что голосовали за неё лишь очень немногие израильские арабы.
   - Значит марксисты для арабов тоже как заноза в заднице? - засмеялся Зубков.
   - Марксисты в политическом спектре Ближнего Востока - это как совет ветеранов уголовного розыска из рецидивистов-уголовников. Кстати, должен заметить, необходимо учитывать, что этот Ицик Захави достаточно проблемный гусь. Будучи левым активистом, он активно борется за права палестинцев, поэтому в любой акции против него "правозащитники" усмотрят попытку правых разобраться со своими противниками и вцепятся в это дело, как клещи весною. Да и полиция с прокуратурой переполнены леваками, так что будут искать настойчиво и серьезно. Тем более, что полицейские крышуют бордели и нападение на один из источников их прибыли будет воспринято, как личное оскорбление. Так что сработать надо настолько чисто, чтобы всё выглядело, как случайность.
   - Петр, ты говоришь, что полиция крышует бордели? Тогда я не понял: проституция в Израиле узаконена или нет? - спросил Круглов.
   - Проституция узаконена, но только лишь политическая. А вот насчет сексуальной не всё так просто. Бордели маскируются под "лечебные центры" или "массажные салоны", хотя всем известно, что это такое. Проституция вроде бы не узаконена, но и не запрещена. Практически так же, как и в России: в законе о наказаниях нет ни единой статьи, запрещающей проституцию, поэтому у нас она не является уголовным преступлением. Но зато есть статья, которая предусматривает лишение свободы на срок до пяти лет тех, кто содержит или руководит местом для занятия проституцией. Например, если проститутка принимает клиентов у себя дома, то она считается содержательницей места для занятия проституцией и подлежит уголовному преследованию. А если она этим занимается в бордели или предлагает свои услуги, например, на улицах или на пляже, то её невозможно привлечь к уголовной ответственности. Но несмотря на то, что содержание места для занятия проституцией считается уголовным перступлением, владельцы борделей тоже практически неподсудны, потому что есть указание государственной прокуратуры, в котором рекомендуется возбуждать уголовные дела в отношении деятельности притонов только лишь в случае, когда они причиняют своей работой неудобства соседям. Ходят слухи, что сутенеров предпочитают использовать, как стукачей в расследовании других дел. Лично я в это охотно верю, потому что российская милиция использует те же методы. Это я знаю по прежней своей работе. Кстати, за нелегальный ввоз женщин в страну статьи тоже нет, следовательно это тоже не считается уголовным преступлением. Как говорил Горби: разрешено всё, что не запрещено, поэтому торговля "живым" товаром здесь процветает вовсю /53/.
   - Как может быть, что в такой демократической стране торговля людьми не является уголовным преступлением? - удивился Грачев.
   - Ничего удивительного в этом нет, - пожал плечами Петр. - Владимир Жаботинский, один из отцов сионизма, говорил, что евреи станут нормальной нацией как все, когда будут еврейские воры и проститутки. И таки стали нормальной нацией, потому что в Израиле есть и те, и другие, и сверх того настоящие еврейские наркоманы, педерасты, левые либерасты и даже толерасты.
   - Прости Петр, что перебиваю. Вопрос по терминологии. Кто такие либерасты я знаю. А кто такие толерасты? - спросил Зубков.
   - Толераст - это патологически толерантный человек до умственного помешательства. В России либерастов нынче стало много, а вот с толерастами пока плоховато. Она, как обычно, отстает от западной культуры. Но всё ещё впереди, демократия европейского стиля на пороге. Будут в России и толерасты, и педерасты, и парады гордости, и однополые браки. А мы в Израиле идем с Европой вровень: либерасты и толерасты у нас так сильны, что подмяли под себя СМИ, судебную систему, прокуратуру, полицию и Кнессет. А там, где правят либерасты с толерастами, там начинается дурдом. Вы в России пока не понимаете, что либерализм - это некая новая форма фашизма. Только немного наоборот. Философия их проста: максимальная свободы индивидума при полном отсутствим всяких обязательств и ограничений. Идет размывание всех моральных устоев и примат права индивида над правами общества. А скажешь слово против, тебя сразу объявляют рассистом и фашистом со всеми вытекающими последствиями. Как это часто происходит, любая чистая и благородная идея со временем вырождается в свою полную противоположность. Превращается в пародию на самое себя.
   - Это точно! - согласился Зубков. - Знаешь, Черчилль как-то сказал: "Если ты не либерал в двадцать лет, у тебя нет сердца, если ты не консерватор в сорок лет, у тебя нет ума". Свобода для рабовладельцев означает её полное отсутствие для секс-рабынь. Но как же демократия? Как же цивилизованное общество? И вот что интересно: толерантность прививают только белым. Например в Штатах белого можно назвать "белым", а негра назвать "черным" нельзя. Только афроамериканцем. А почему-то белых не называют евроамериканцами. Теперь я знаю, как это называется. Это и есть толерастия!
   - Знаешь, я думаю, что для правящих элит толерастия удобное состояние общества. Терпеливые и послушные толерасты-поданные - это некий новый вид рабов. Но мы отвлеклись от дела. Давайте перейдем к конкретике, - предложил Петр. - В интересующем нас бордели ориентировочно работают до десятка проституток. Точнее установить затруднительно. Дежурят четыре или пять охранников-вышибал. Время от времени там появляются владельцы, но четкого расписания нет, это происходит в разное время. Возможно они приезжают только, чтобы снять кассу. И понятно, почему вдвоем - не доверяют друг другу.
   - Логично. Может ли либераст доверять уголовнику? Но если хозяева появляются в разное время, значит мы не можем прогнозировать их появление? Я правильно понял? - спросил Круглов.
   - Правильно. Это главная проблема, - кивнул головой Петр.
   - А почему бы не заставить охранников позвонить своим хозяевам, чтобы срочно приехали? Мол, пришли полицейские иммиграционной службы и проверяют документы, - предложил Зубков.
   - Кто будет объяснять охранникам, что от них требуется? Они скорее всего не знают английского, а вы не знаете ни иврита, ни арабского. Кроме того, вы не сможете проконтролировать, что они скажут хозяевам. Нет, это отпадает! - решительно отверг предложение Петр.
   - Проклятый языковый барьер! Этой ночью он уже помешал нам полюбовно договориться с контрабандистами и сейчас очень мешает, - рассмеялся Грачев.
   - Петр, адреса хозяев известны? - спросил Круглов. - Можно ведь навестить их дома.
   - Адреса известны, но у каждого семья, дети. Не хотелось бы пугать детей. У меня появилась другая идея. Несмотря на то, что уже осень, последние несколько дней стоит жара. Поэтому многие израильтяне выходят гулять поздно вечером, когда жара спадет. Если и наши клиенты выходят гулять, то есть шанс захватить их по-тихому.
   - Нет, по-тихому нельзя, - покачал головой Круглов. - Надо их захватить и отвезти в бордель. А если не гуляют, то надо их каким-то образом выманить из дому. Надеюсь, ты знаком с требованиями заказчика: женщин освободить, охранников и владельцев запереть и поджечь.
   - Вот это меня и беспокоит. Поджарить владельцев вместе с охраной? Полиция безусловно догадается, что пожар возник не случайно. Хотя, поджоги здесь нередкость. Бывают бросают в окна борделей бутылки с зажигательной смесью и есть случаи, когда бордели сгорели вместе с проститутками. Женщин-то мы освободим, но зачем жечь охранников? Хозяев понятно, а охранники-то чем провинились? Ведь они просто наемные работники.
   - Да нет, Петр, не просто наемные работники. Просто наемные работники охраняют школы и магазины, а эти сторожат секс-рабынь. То есть они гаранты рабовладения. Кроме того, внучку заказчика бросили собакам именно охранники. Понятно, им приказали хозяева, но бросали они и за это должны понести наказание. Короче, принцип простой: заказчик всегда прав, так что поджарим владельцев вместе с их охраной, - тоном, не допускающим возражения, произнес Круглов.
   - Остаюсь при своем мнении. Мы это еще обсудим. Кроме того, не ясно, что делать с женщинами. Куда они денутся, когда их освободим? Документов у них нет, жилья нет. Идти в полицию? Их сразу же арестуют и посадят в тюрягу. А когда установят их личности, депортируют, как нелегальных иммигранток. Таких каждый год депортируют сотнями. Но для начала допросят, кто освободил, при каких обстоятельствах и тогда мы засветимся по полной программе.
   - А может есть какие-нибудь общественные или социальные службы, которые осуществляют поддержку женщин сбежавших от сутенеров? Эти женщины могли бы обратиться туда, - предложил Грачев.
   - Разговоры о необходимости таких служб идут, но пока дальше разговоров дело не движется. Нам самим надо думать, куда их деть. Кроме того, надо будет разобраться, кто по доброй воле, а кто секс-рабыня, кто нелегалка, а кто гражданка. Так что проблем я вижу много и надо заранее продумать все варианты развития ситуации.
   - А если передать их какой-нибудь правозащитной организации?
   - Забудь! Правозащита напоминает мне историю христианства. Первые правозащитники были мучениками, как и первые христиане. А когда христианство стало государственной религией, в него полезли лоснящиеся от жира, пузатые, не во что не верящие циники. Так нынче и с правозащитой. Циничные дельцы, выполняющие политические заказы. Зачем им эти женщины, если здесь нет политики? Кто заплатит им за лишние беспокойства. Кроме того, зачем им связываться с криминалом? Им легче по-тихому вернуть этих женщин криминалу или, на худой конец, выдать полиции. Нет, нам надо думать, что делать с женщинами.
  
   Квартира, которую снял Петр, находилась недалеко от парка аттракционов "Суперленд" и через открытые окна доносился шум, детские крики и музыка.
   - Здесь, конечно, немного шумно и многолюдно, но в тихом месте мы будем на виду у местных жителей. А когда многолюдно, то отдельные люди не так заметны, - пояснил Петр, заметив не очень довольные выражения лиц гостей.
   - Надеюсь, ночью аттракционы не работают? - скривившись спросил Зубков, засовывая свою спортивную сумку во встроенный шкаф в коридоре.
   - Думаю, что нет, - немного раздраженно ответил Петр.
   Он с трудом нашел эту квартиру и предполагал, что они одобрят его выбор. Но гости мало знакомы с методами конспирации. Им то что - они сделают дело и уедут, а ему здесь жить!
   - От родителей друга детства, они были у него в гостях в Хайфе, я слышал, что израильские вина очень вкусные. Может продегустируем? - произнес Грачев, пытаясь сгладить возникшее напряжение.
   Конечно, Вовка Зубков зря так откровенно проявляет недовольство. Петр сделал все, как надо и спасибо ему, что старается облегчить им задачу. В чужой стране без такого опытного человека вряд ли можно выполнить столь сложное задание.
   - Да, вина здесь отличные! - согласился Петр, благодарно взглянув на Грачева, так естественно переключившим разговор на более приятную тему. - Кстати, Ришон ле Цион славится своим вином. Будем в городском парке, обязательно посетим винодельческий завод и продегустировать местное вино. Он как раз примыкает к парку и его винные погреба открыты для посещения. А сейчас поедем перекусим. В старой промышленной зоне есть улица Моше Беккер, на которой множество ресторанов, в том числе и русский. Там неплохо кормят. Ну, а для тех, кто любит суши, можно заглянуть в японский ресторанчик. Перекусим, посетим погреба, а ближе к вечеру поедем взглянем на интересующий нас бордель и обсудим план операции.
   Они долго искали автостоянку, а возвращаясь из русского ресторана, забыли, как пройти к ней и снова долго её искали. В винные погреба не поехали, решив не откладывать знакомство с объектом операции.
  
   Машину Петр остановил около какого-то здания, расположенного метрах в тридцати от виллы, окруженной высоким каменным забором с металлическими воротами и видеокамерой над ними. Все четверо внимательно рассматривали виллу из машины.
   - Ещё три камеры установлены на крыше, - сказал Петр. - Ворота хорошо охраняются, а по примыкающему к дому участку вокруг дома бегают три здоровенных ротвейлеров. Очень злые псы, поэтому перелезть через забор нельзя, загрызут в момент.
   - Побывал уже там? Откуда это тебе известно? - спросил Зубков.
   - Для того, чтобы наблюдать, что происходит за этим забором, не надо проникать внутрь. Есть места, откуда это можно сделать проще. Мы сейчас поедем туда.
   - Не слишком ли вилла укреплена для простого борделя? - задумчиво произнес Круглов.
   - Есть основания считать, это бордель для богатых извращенцев. Многие политики, высокопоставленные чиновники, банкиры, юристы, судьи страдают нарушениями психики и являются тайными садомазохистами. Возможно акты подчинения или унижения действуют на них, как своеобразный регулятор внутреннего душевного равновесия. Нечто вроде клапана, позволяющего спустить пар. Поэтому женщинам из этого борделя свобода никогда не светит. Если они даже и выживут после встречи с извращенцами, то их никогда не выпустят оттуда. Ведь они опасны, как свидетельницы.
   - Если этот бордель действительно для извращенцев, то женщин, после освобождения, надо направить в редакцию какой-либо газеты. Или телестудии, - предложил Грачев. - Журналисты вцепятся в это дело зубами и полиции не удастся его замять. И полиция, которая крышует этот бордель, окажется вся в дерьме и ей будет не до нас.
   - Хорошее предложение, - немного поразмыслив согласился Петр. - Даже если полиция и не крышует этот бардель, но это всё равно окунет её в дерьмо и замять это дело не удастся. Так что наверное будет правильно поручить женщин заботам прессы. А сейчас поедем посмотрим место, откуда этот цирк виден, как на ладони. Через три улицы стоит жилая высотка и оттуда в бинокль можно всё рассмотреть. Бинокль у меня с лазерным дальномером, так что всё увидим, всё измерим.
  
   Входная дверь в подъезд внезапно открылась и оттуда выскочил щенок, едва не сбивший Круглова с ног, а вслед за ним мальчик лет десяти. Мальчик страшно кричал на щенка, требуя, очевидно, вернуться, но тот, весело помахивая хвостом, игнорировал приказы хозяина и подбежав к дереву, поднял ногу.
   - Им обоим не до нас, - удовлетворенно сказал Петр, удерживая дверь, чтобы не закрылась и пропуская остальных. - Сейчас в лифт и на последний этаж.
   На последнем этаже небольшая лесенка вела на чердак, на дверях которого висел большой черный замок.
   - А вот и проблема! - озабоченно потрогал замок Круглов.
   - Это проблема не наша, - усмехнулся Петр, доставая ключ и открывая им дверь на чердак. - Я заранее заменил старый замок на свой, а то, знаете ли, нервирует скверная привычка некоторых людей запирать нужные двери ржавыми замками и забирать ключи.
   - Вижу в тебе настоящего хозяина здешних чердаков, - рассмеялся Зубков.
   - В нашем деле небрежности даже в мелочах не должно быть, - осклабился Петр.
   Чистый ветерок с запахом моря хорошо освежал и резко контрастировал с жарким уличным воздухом внизу, пропахшим горячим асфальтом, чебуреками и чем-то ещё.
- Мужики, посмотрите какая красота вокруг! Какая панорама! - озираясь вокруг, восхищенно воскликнул Зубков. - Как жаль, что нет фотоаппарата!
   - Здесь надо поставить билетера и продавать билеты туристам, - усмехнулся Круглов. - А внизу красочный плакат и надпись на иврите, английском и русском: панорама города Ришон-ле-Циона по доступной цене!
   - И обязательно на арабском в целях политкорректности. У нас с этим строго, - добавил Петр. - Господа поджигатели, прошу взглянуть в бинокль на интересующую нас виллу. Бинокль с лазерным дальномером. Отсюда до ворот ровно 247 метров.
   - Прекрасно! Хорошая снайперская винтовка легко бы решила нашу собачью проблему, - одобрительно сказал Зубков.
   - Понимаешь, Петр, наш друг - любитель прекрасного, но немножечко фантазер, - иронически заметил Круглов. - Впрочем, понять его можно: такая чудесная панорама не может не навевать мысль о снайперской винтовке. Однако где её взять?
   - В багажнике моей машины. Американская винтовка М21 с оптикой и лазерным целеуказателем, - с подчеркнутым безразличием произнес Петр, вызвав веселое удивление у спутников.
   - Значит ты тоже любитель прекрасного? - рассмеялся Грачев.
   - Во всяком случае не чужд этому, - улыбнулся Петр, довольный произведенным впечатлением. - Когда в первый раз побывал на этой крыше и любовался природой, мне тоже пришла в голову мысль о прекрасной возможности решить собачью проблему отсюда. Решить тихо и спокойно, без порванных брюк и скандалов. Кстати, видеокамера над воротами и две камеры на крыше виллы тоже надо будет отстрелить перед началом операции. На всякий случай.
   - А сбоку камер точно нет? - спросил Круглов.
   - Они там не нужны - слева и справа соседские виллы. Наиболее приемлемый вариант пробраться к стене через участок справа. Над воротами этого участка одна видеокамера и её тоже надо отстрелить.
   - Вижу у тебя уже готов план штурма?
   - Я снял отсюда окружающую местность на видеокамеру и когда вернемся на квартиру, подробно обсудим план. А сейчас заедем на новую центральную автобусную станцию. Я вспомнил, что недавно читал в газете об открытии какого-то приюта для беглых проституток. Вроде бы там им предлагают ланч, чистую одежду, возможность принять душ и отдохнуть. Но из-за нехватки добровольцев приют работает неполный день, а в какие часы и где он расположен, не знаю. Попробую позвонить в справочную, может там знают номер телефона и адрес.
  
   Номер телефона приюта для беглых проституток Петр разыскал довольно быстро и позвонил из автомата в одном из переулков недалеко от новой автостанции, проверив предварительно отсутствие видеокамер на ближайших к этому месту кафе. Но взявшая трубку пожилая, судя по голосу, дама его разочаровала.
   - Понимаете, у нас острая нехватка добровольцев, - объяснила она. - Поэтому мы работаем только с десяти утра до пяти вечера. Может когда нибудь начнем работать круглосуточно, но пока только так. А если нас навещают бандиты, вызываем полицию и девочкам приходится срочно удирать, потому что многие из них иностранки без паспортов.
   - Да, проблема на ровном месте! - озабоченно почесал затылок Круглов. - Куда же девать женщин?
   - Поехали на квартиру, посмотрим отснятое кино и может придет что-нибудь в голову, - решительно сказал Петр. - Но предварительно надо купить что-нибудь поесть. В ресторанах светиться не будем, лучше посидим по-старому обычаю на кухне. Что будем покупать? В чисто русских магазинах можно купить все привычные для нас продукты. И даже вяленую рыбу к пиву, морепродукты. Одним словом, там есть всё, к чему мы привыкли и что не продается в обычных магазинах: свиные колбасы, окорока, "Советское" шампанское, красная и черная икра, грузинская минеральная вода, печень трески, шпроты и даже килька в томате. Но здесь как карта ляжет: мои здешние знакомые травились красной икрой, водкой, печеньем, колбасой, капустой, тортами. Вы чем хотите отравиться?
   - А может что-нибудь менее экзотическое? Понимаешь, хотелось бы ещё немного пожить. Лучше давай купим что-нибудь такое, знаешь ли, кошерное, как здесь у вас говорят, - предложил Зубков.
   - А где же чувство патриотизма? Ослабло с отказом от советского образа жизни? усмехнулся Петр, вынимая из кармана бумажку. - Ну ладно, вот мне знающие люди рекомендовали хорошие молочные продукты из кибуцей в магазинах на улицах Герцля. Ещё есть свежая рыба в магазине "Мельник". Это на углу Герцля и Ротшильда.
   - Давай что-нибудь простое, сытное и чтобы не надо было долго готовить. Типа пельменей, колбасы или готового мяса.
   - Тогда поедем в ближайшую промзону и том в любом супермаркее некошерной сети "Тив Там" выберем, что вам понравится. Слава Богу, у нас в Израиле со жратвой проблем нет. Но главное, купим баночку хумуса. Попробуете прославленное израильское блюдо.
   - А хумус это что такое? - спросил Грачев.
   - Хумус - это паста из нута или турецкого гороха. Зерна перетираются со специями, заправляется оливковым маслом и тхиной - это паста из кунжута. Если намазать на свежий хлеб да ещё с соленым огурчиком, да ещё под ледяную водочку - это невозможно описать, это надо пробовать!
   - Соленый огурчик! Ледяная водочка! Не томи, поехали быстрее туда, где можно купить это счастье, - почти простонал Зубков.
  
   Глава 32. Встреча с бывшими учителями
  
   Петр подключил видеокамеру к телевизору и все четверо внимательно рассматривали отснятый им ролик. По двору виллы бегали мощные ротвейлеры и время от времени на крыльцо выходили покурить охранники.
   - Охранников всего четверо, - подытожил Круглов.
   - Четверо курящих охранников, - уточнил Грачев. - А сколько всего неизвестно.
   Неожиданно на крыльцо, что-то истерически крича, выскочила голая девушка. Её перехватил куривший на крыльце охранник и вслед за ней выскочил полуголый мужчина с плетью. Он хлестнул девушку по спине плетью и задел охранника. Видно было, что охраннику стало больно и тот начал что-то эмоционально говорить клиенту, размахивая руками. Девушка выскользнула из рук охранника и с плачем рванулась вниз по лестнице, но, испугавшись бросившихся к леснице псов, замерла на месте. Охранник сбежал за нею вниз, схватил девушку за волосы и потащил наверх. Там он передал её клиенту и тот, хлестая её плетью, потащил в дом.
   - Вот так-то, господа, - проговорил Петр сквозь сжатые зубы. - Как мы видим, это не простой бордель. Это бордель для садомазохистов.
   - Несчастные девчонки! Больно смотреть! - сказал Круглов. - А ты говоришь, не надо жечь охранников. Надо, Петя, надо! Заказчик сказал: сжечь дом вместе со всеми находящимися в нём мужчинами. Если раньше я немного сомневался, то сейчас понимаю мудрость данного решения.
   - Как человек, выросший в семье врачей, могу сообщить, что среди методов врачебного воздействия в случаях преступлений, совершаемых под влиянием садомазохистских побуждений, рекомендуется хирургическая кастрация, - мрачно произнес Грачев.
   - Очень научно! И как предлагаешь их оперировать: топором или скальпелем? - живо повернулся к нему Зубков.
   - Ни в коем случае! Я говорю это просто в порядке критики. Метод хирургической кастрации ещё в начале века подвергался критике. И я тоже считаю его нецелесообразным. Тем более, что оперируя не в клинических условиях можно легко занести инфекцию.
   - То есть с гигиенической точки зрения всё же лучше сжечь? Значит ты, Мишаня, согласен с тем, что заказчик прав? - осклабился Зубков.
   - Заказчик всегда прав! Это неотъемлемое правило успешного бизнеса, - произнес Круглов, играя желваками.
   - Господа бизнесмены, может продолжим просмотр ролика дальше? - прервал обсуждение Петр, которому был неприятен черный юмор гостей.
   - Давай продолжим, - согласился Круглов. - Правда, не хотелось бы, чтобы просмотр этого ролика разрушил наши слабые нервные системы.
   Они несколько раз просмотрели ролик, намечая план штурма виллы и вечером отправились на рекогносцировку. Сидя в машине метрах в пятнадцати от виллы, наблюдали за приезжающими на виллу клиентами на дорогих машинах, но так и не смогли понять, как охрана опознает кого можно пропускать, а кого нельзя.
   - Возможно охрана знает всех клиентов в лицо, - предположил Грачев, но Круглов не согласился.
   - А как тогда быть с новой клиентурой? - возразил он. - Скорее всего действует система паролей. Возможно клиенты где-то предварительно оплачивают услуги и получают пароли,
   - Но в этом случае неясно, зачем три раза в неделю сюда приезжают Захави и Аджабария, - сказал Петр. - Если приезжают забирать деньги, то это означает, что оплата на месте. А если оплата на месте, то как и где клиенты получают пароли?
   - А насколько это важно для нас? Надо ли нам вникать, есть пароли или нет, и где производится оплата? - задумчиво произнес Круглов. - В принципе расклад понятен: Вован за снайпера на крыше, Петр в машине, а мы с Михой штурмуем виллу.
   - Не всё так просто, - возразил ему Петр. - Во-первых, к моменту штурма в доме должны находиться Захави и Аджабария. И, во-вторых, штурм должен быть настолько быстрым, чтобы охрана не успела вызвать полицию. А система связи с полицией нам неизвестна. Может для этого достаточно нажать тревожную кнопку.
   - Твои предложения? - повернулся к нему Круглов.
   - Надо проникнуть вовнутрь, не провоцируя охрану на вызов полиции. Это можно сделать либо прикинувшись клиентами, либо захватив владельцев и вступив с охраной в переговоры об их выкупе.
   - У меня есть предложение лучше. Я звоню Ицику в роли возмущенного клиента и жалуюсь на охрану, - предложил Грачев. - Дескать, обнаружил, что из моего партмоне украли 500 шекелей. Сделать это мог только кто-то из охраны. Хотел выяснить у охранников, кто это сделал, а они меня чуть ли не взашей вытолкали на улицу.
   - И на каком языке будешь изъясняться? - иронически спросил Петр.
   - На английском. Я норвежец, иврита не знаю. Приехал к друзьям, они мне порекомендовали этот бордель. Если Ицик занимается политической деятельностью, то он хотя бы немного должен знать английский.
   - Но Ицик перезвонит охране и выяснит, что ничего такого не было.
   - Безусловно перезвонит. И охрана будет всё отрицать. Мол, ничего не было, ничего не знаем, впервые слышим об этой истории. А разве они признаются в том, что обокрали клиента? Что выбросили его из борделя? Нет, по телефону ничего не выяснишь. Значит надо ехать и лично разбираться.
   - Резонно, - согласился Петр. - А как же компаньон Ицика? Его тоже надо выманить.
   - Думаю, что Ицик сам не поедет. Ведь он просто писака и болтун, а здесь надо конкретно разбираться с охранниками. Уверен, охранники люди араба, раз тот тесно связан с криминалом, как ты говоришь. Обратил внимание на морды охранников?
   - Да, мордами похожи на арабов. Но могут быть и сефарды /54/. Ну, хорошо, допустим они приедут оба. Что дальше?
   - Дальше они вместе со мною заходят в бордель для выяснения обстоятельств.
   - Правильно! Хорошая идея! - обрадовался Круглов. - Миха заходит в бордель, а Вован в этот момент расстреливает видеокамеры и псов. Я сигаю через забор с двумя узи: своим и Мишкиным. И там мы вдвоем быстренько наводим порядок. Впрочем, на видеокамеры даже отвлекаться не стоит. Всё равно пожар уничтожит видеозаписи.
   - Уничтожит или нет ещё вопрос, а для верности расстрелять камеры надо. Как говорится: береженного Бог бережет, - сказал Петр. - Кроме того, рассерженного клиента надо украсить бородой, усами и бровями, как у Брежнева. Хорошо бы ещё шрам наклеить и родинки нарисовать. Завтра утром поедем в магазин, купим театральный рекизит и вечером приступим к делу. Надо спешить, потому что послезавтра вас ждут на израильско-египетской границе.
  
   Маленький тесный магазинчик был переполнен театральным реквизитом всех эпох и на любой вкус. В дополнении к усам и бороде Грачев купил парик с лысиной на темени, низким лбом и большими густыми бровями. А также бородавку на лоб, пару родинок на щеки и клей. Когда он переходил улицу, направляясь за угол, где стояла машина Петра, его окликнул знакомый в юности голос.
   - Миша? Грачев? Или я ошибаюсь?
   Грачев быстро повернулся и узнал своего постаревшего школьного учителя истории.
   - Лев Наумович? Вот так встреча! - радостно воскликнул он. - В Москве никогда не встречались, а вот не успел приехать в Израиль, как встретил вас!
   - Миша, что же ты хочешь, Израиль маленькая страна. А ты каким образом здесь? Турист? Или у кого-то в гостях?
   - Нет, командировка. Бизнес.
   - Позволь, какой бизнес? Насколько я знаю, ты профессиональный военный.
   - Был. Но сами знаете, что значит в России сейчас быть военным. Ушел на вольные хлеба и работаю нынче в инвестиционной компании. Вот прислали разведать, куда лучше вложить инвестиции. В хай-тек или в сельскохозяйственные технологии. Слышал я, что Израиль в области сельскохозяйственных технологий впереди планеты всей. Ну, совсем как Россия в области балета!
   - Правильно слышал, Миша. Раньше эта земля была безжизненной пустыней, но понаехали евреи со всего мира и сделали здесь цветущий сад. Миша, если у тебя есть время, пойдем ко мне, отметим встречу. И Полина Николаевна будет рада тебя увидеть!
   Тёплые и нежные воспоминания о школьных годах стиснули Грачеву сердце. Полина Николаевна преподавала в школе физику и была у них классным руководителем. Весь девятый класс с большим интересом следил за развитием романа между нею и Львом Наумовичем, преподававшем историю. Оба были одиноки - жена Льва Наумовича умерла от рака, а муж Полины Николаевны в пьяном виде попал под поезд. Некоторые девчонки из класса строили планы разрушить их отношения, так как считали, что такая злючка, как Полина, испортит милейшего Лёву. Другие девчонки полагали, что она злючка из-за того, что одинока, а выйдет за Лёву замуж и станет нормальной бабой. И тогда всему классу станет хорошо и спокойно.
   Главные дебаты по этому вопросу развернулись однажды на свободном уроке, когда заболела химичка и контрольная, которой она долго угрожала классу, не состоялась.
   - Ещё Фрейд писал о связи женской невротичности и нехватки секса. Выйдет замуж, станет другим человеком и поймет, наконец, что законы Ньютона не самое главное в жизни, - обосновывала свою позицию Леночка Зеленина, глава партии "Браку Полины и Лёвы быть!".
   Леночка не любила физику и математику и утверждала, что настоящей женщине эти науки нужны, как рыбке зонтик.
   - Возможно Полина из-за того и несчастна, что физичка. Посмотрите на неё и попробуйте доказать, что я не права! - утверждала она и с нею никто не спорил, потому что спорщику не всегда удавалось уклониться от летящих в его голову учебников.
   Настоящие мужчины из их класса никакого участия в этих обсуждениях не принимали, чтобы не отвлекаться от игры в бридж, который они активно осваивали. В СССР эта карточная игра была запрещена, как и каратэ, а значит играть в неё было так же круто, как и заниматься в подпольных школах восточных единоборств. Но Зеленина не давала им сосредоточиться.
   - Уроды, неужели вам безразлична судьба Полины? - гневно вопрошала она, пытаясь отобрать у них карты.
   - Изыди сатана! - яростно замахал на неё руками Гоша Бусыгин, но остановить разъяренную Зеленину ещё никогда никому не удавалась.
   Её бережно вынесли в коридор под одобрительные возгласы девчонок из противоборствующей партии "Защитим Лёву от порабощения" и протестующие крики девчонок из Леночкиной партии. Дверь в класс закрыли ножкой стула и не открывали, несмотря на её буйство в коридоре.
   Потом Леночка долго обижалась на него, Грачева, из-за того, что тот не вмешался, когда её выносили в коридор. Она была его соседкой не только по парте, но и по дому. Они ходили в одну группу детского садика и он всегда защищал её, из-за чего их дразнили "жених и невеста". Может поэтому она всегда считала его своим защитником и вдруг он впервые не пресек хамское отношение к ней!
   - Но тебя выносили ведь нежно, - оправдывался он, но она упорно не прощала его.
   И только на контрольной по математике сменила гнев на милость, потому что жизненные принципы не должны мешать самой жизни. А смысл школьной жизни в успешной учебе, поэтому она заставила его решать в первую очередь её задачи, а потому уже свои собственные.
   - Куда уходит детство! - с грустью подумал охваченный сентиментальностью Грачев, и воскликнул, трогательно заключив в свои объятия старого учителя:
   - И Полина Николаевна тоже с вами? Вот не думал здесь встретить вас!
   - А где же ей быть? Конечно же тоже здесь, - рассмеялся Лев Наумович.
   - Как вам живется? Вы нисколько не изменились! И даже выглядите моложе!
   - Как же мне не молодеть, если живу, Миша, как в санатории. Знаешь, однажды, лет двадцать назад, профсоюз выделил мне путевку в крымский санаторий. Часть стоимости заплатил профсоюз, а часть я. И в свободное время от промывания желудка, клизм, массажа, грязи и ванн я загорал на пляже. В комнате нас было четыре человека, но я был по-настоящему счастлив двадцать один день. А здесь как в санатории, но намного круче. И море чище, и пляжи роскошнее. Продукты качественные и в таком изобилии, что порой не знаешь, что выбрать. Главное, чтобы деньги были, потому бесплатно ничего не дают.
   - И как у вас с деньгами?
   - В Израиле с деньгами хорошо, но проблема в том, что не у всех они есть. Социальная помощь мизерная, на неё даже квартиру не снимешь. А социальных квартир очень мало и в очереди на такую квартиру можно стоять десятки лет.
   - А где же вы живете?
   - Живем в небольшой двухкомнатной квартирке сына. Он купил её и как бы нам сдал, а сам уехал в Штаты. Слава Богу, хорошо там устроен и помогает нам деньгами.
   - А чего здесь не захотел жить?
   - Несколькими словами, Миша, это не объяснишь. Сын приехал в Израиль на шесть лет раньше, чем мы с Полиной. Поначалу у него все было замечательно. Поучил язык в ульпане, так называются языковые курсы. Потом нашел себе работу на заводе. Он у меня специалист высшего класса в области машиностроения. На работе с людьми вначале были замечательные отношения. Как в большой семье. На работу везли за полсотни километров, вкусно кормили, медицина приличная. Вначале все было очень по-доброму. Но потом возникли проблемы. Здесь хорошо быть специалистом низшего или среднего класса, тогда все в порядке. А он со станками с ЧПУ работает на высшем уровне. Не сразу, но его все-таки подпустили к такому станку. А для него все это просто. Вник, разобрался и по своей инициативе изменил программу. Другие там три десятка клавиш в определенной последовательности нажимали и это было непреложное правило. А он упростил, завел в память все последовательности и стал нажимать только две. Продукция того же качества, все на выходе то же самое, но коллеги подследили, что жмет всего две клавиши. И донесли. Началась разборка. Он все объяснил и вроде бы отстали, но ревность и зависть у людей остались. Понимаешь, если ты приехал и ведешь себя, как второй сорт, тогда все в порядке - сердечная обстановка, если не слишком умный. А он у меня слишком умный. И ещё одна проблема - платят мало, а налоги сдирают большие. Конечно, лучше наоборот, но здесь так. Побегал он по разным производствам и понял, что везде одно и то же - сердечное отношение и мало денег. Плюнул, в конце концов, на этот рай и поехал в Штаты. Там получает нормальные деньги, взял кредит, купил себе шикарный коттедж с бассейном и нам ещё помогает. К сожалению, не все пенсионеры имеют возможность нормально жить. Одна наша знакомая, по специальности инженер-строитель, приехала сюда в предпенсионном возрасте. Дети её поехали в Канаду, а она сюда. Так и не смогла устроиться на работу и подрабатывает нянькой и уборщицей. Сил у неё уже нет, но на съем комнаты в квартире и лекарства уходит всё пособие по старости и на питание почти ничего не остается. Поэтому приходится ей ходить в бесплатную столовую за горячими обедами. Иногда мы её к себе на обед приглашаем, но она частенько отказывается - говорит, неудобно ей. А что это мы беседуем посреди улицы? Идём к нам, посидим, поговорим. Как раз сегодня утром Поля спекла очень вкусный пирог и у нас есть что выпить.
   - С удовольствием. Я только отнесу покупки в машину. Она стоит за углом. И скажу приятелю, что приду попозже. И ещё по дороге давайте зайдем куда-нибудь, где можно купить цветы для любимого классного руководителя.
  
   Полина Николаевна, как фокусник, доставала откуда-то запечатанные в банках соленья и кабачковую икру, одновременно поджаривая на сковородке куски индейки. Через полчаса стол был уставлен до боли знакомыми домашними закусками, своим видом и запахами вызывавшими у Грачева обильное слюноотделение после стольких дней питания казенной и незнакомой пищей.
   - А вот и соленые огурчики с водочкой, - торжественно объявила Полина Николаевна, ставя на стол тарелку с огурцами и бутылку с какой-то надписью на иврите. - Попробуешь огурчики, сама солила. Знаешь, Мишенька, Антон Павлович Чехов утверждал, что ученые двести лет бились над проблемой лучшей закуски, но ничего лучше соленого огурца придумать не могли. И я в это верю. Водка - это исконно русский напиток и он прекрасно подходит к нашему застолью. Во-первых, при смене блюд водка смывает жир и удаляет из полости рта привкус предыдущего кушанья. Кроме того, освежает и притупляет чувство насыщения в желудке. И, во-вторых, помогает усвоению пищи. А чтобы водка полнее раскрыла свои чудесные свойства, бери соленые и маринованые грибочки, селедочка под луком и рис с индейкой. На хлеб мажь хумус, это очень популярное в Израиле блюдо. Лёва разливай, отметим встречу!
   Грачев кушал и не мог остановиться, испытывая чувство неловкости за свой чрезмерный аппетит. Но закуска была настолько вкусная, что надо было обладать чудовищной силой воли, чтобы прекратить насыщение. К тому же Полина Николаевна, умиленно глядя на него, подкладывала ему на тарелку новые куски мяса и он прекратил борьбу с собою - сдался на потребу желудка.
   - Знаешь, Мишенька, мы с Лёвой часто вспоминаем ваш класс, - сказала Полина Николаевна, пододвигая ему маринованные грибы. - Видишься с кем-нибудь из одноклассников?
   Лев Наумович снова наполнил рюмки водкой и потекли воспоминания о школьных днях, о памятных эпизодах школьной жизни, о родителях Грачева и жизни в Израиле.
   - А вы как относитесь к ословским соглашениям? Я слышал много негативных отзывов о ваших деятелях: Пересе, Бейлине, Рабине. Вы тоже считаете ошибкой создание палестинской автономии? - спросил Грачев и сразу же пожалел об этом, вспомнив наставление Абу Салема.
   - Не знаю, надо было её создавать или нет, - вдруг помрачнев и скривившись, произнес Лев Наумович. - Пожалуй это единственный случай в истории, когда условия мира продиктовали побитые бандиты из небытия. И то, что в Израиле, который постоянно подвергается террористическим атакам, отменена смертная казнь, как и в благополучной Европе, это чудовищно! Негодяй может убить сколько угодно людей и спокойно жить в санаторных условиях израильских тюрем, ожидая освобождения в рамках очередной сделки нашего правительства с террористами. Их частенько выпускают в качестве, так называемых, жестов доброй воли. Придумали, сволочи, термин: жест доброй воли! И терористы возвращаются домой героямм, получают высокую пожизненную песнию из средств спонсоров -- Штатов и Европы. Эта постоянная готовность нашего правительства освободить из заключения убийц с руками, обагреными кровью невинных людей, формирует перевернутую картину мира. Важность человеческой жизни теряет смысл и её ценность становится разменной монетой! /55/ А выпущеные из тюрем террористы немедленно возвращаются к террору. Это какой-то непрерывный кошмар, нормального объяснения которому нет. По любой логике в подобной ситуации террористам имеет прямой смысл продолжать террор. Разве государство, которое освобождает убийц женщин и детей в качестве политического жеста, может иметь морального права рассуждать о справедливости и судить своих граждан?!
   Бурная реакция хозяев была неожиданна для Грачева, который уже понял, что затронутая им тема слишком болезнена для "русских" израильтян. А ведь Абу Салем предупреждал, что не следует касаться этих вещей!
   - Понимаешь, Миша, Арафат со своими бандитами делает деньги на терроре, поэтому заключение договора с ним совершенно бессмысленный акт, - немного помолчав, продолжил Лев Наумович. - Террористическая война - это средство существования террористов, иначе не видать им арабских нефтедолларов, как своих ушей. Следовательно, отказ от терроризма для Арафата подобен небытию, ибо деньги поступают на его счета за войну с Израилем. Не случайно Арафат, из-за опасения, что кредиторы его неправильно поймут и перестанут платить, сразу же после заключения ословских соглашений начал разъезжать по арабским странам и разъяснять, что относится к договору с Израилем, как пророк Мухаммад относился к договору с племенем Курейши. - Лёва, откуда Миша может знать эту историю? - сказала Полина Николаевна и повернувшись к Грачеву, пояснила:
   - Согласно преданию, Мухаммад искал дружбы с могущественным аравийским племенем курейшитов и подписал с ними мирный договор на десять лет. Но через два года разорвал его и вырезал все племя.
   - А разве Перес и Рабин не понимали с кем имеют дело?
   - Это не простой вопрос, Миша, - задумчиво произнес Лев Наумович. - Знаешь, Медина во времена Мухаммада называлась Ясриб. Много веков в нем жили евреи и, несмотря на равные силы с мусульманами, они хотели мира с Мухаммадом, который призывал к их уничтожению. У евреев не было единства, потому что среди них были "миротворцы", которые надеялись поладить с Мухаммадом и в конце концов все евреи Ясриба были уничтожены. Однажды Уинстон Черчилль сказал: "Миротворцы - это те, кто кормит крокодила в надежде, что он их съест последними". Это образно, но не точно, потому что в действительности "миротворцы" - это неотъемлема часть пятой колонны и в их задачи входит сломить волю народа к сопротивлению. Переса у нас называют "голубем мира" и для этого есть веские основания - как известно, голуби признаются самыми беспощадными по отношению к соплеменникам. Они обдирают своих нелюбимых соседей до последнего пера. Такая вот психология у нашего символа "мира". У левых, Миша, отсутствуют моральные стандарты, а там, где их нет, безнравственный человек считается не грешником, а праведником.
   - Извини, Лёва, что я тебя перебиваю, но проблема не столько в Пересе, Бейлине или Рабине, сколько в том, что благодаря "миротворчеству", страну заволакивает левачество и пост-сионизм, - горячо заговорила молчавшая до этого Полина Николаевна. - Я, конечно, не еврейка и не сионистка, но мне со стороны ясно видно, что пост-сионизм - это серьезное психическое заболевание, приводящее к распаду личности. В результате этих тенденций происходит процесс превращения израильской политики в синекуру, в которой крутятся серости, оказавшиеся в нужное время в нужном месте. Но что бы трио наших серых "голубей" могло сделать, если бы избиратели не привели партию "Авода" к власти? А там, где у власти "рабочие" партии - там мерзость, страдания и кровь. И такие мерзости, как большевизм и сталинизм, выросли из левачества. И фашисткая гадина тоже выросла из левачества. Тупой малограмотный слесарь Антон Дрекслер основал рабочую партию Германии социалистического толка и Гитлер стал в ней ответственным за партийную пропаганду. А вскоре партию переименовали в национал-социалистическую рабочую партию и он стал её главою. Вроде бы фашизм и коммунизм уничтожили, а левачество, их основа и главная идеологическая база, продолжает жить. Гуляет по европам, заползло в Штаты, готовит миру очередную трагедию. И этому изо всех сил способствуют европейские и израильские левые. Так что большой вопрос, сумеем ли мы выстоять под напором всемирной левой гадины, сумеем ли противостоять человеконенавистнической левой идеологии.
   - Полина так горячится, потому что сейчас у нас главное - это физическое выживание, - с горечью произнес Лев Наумович, терпеливо дождавшись, когда Полина Николаевна закончит свою речь. - Знаешь, как тяжко выглядывая в окно, считая минуты до возвращения из школы внучки, как напрягает необходимость с подозрением всматриваться в лица случайных попутчиков в автобусе, как трудно заходить в пиццерию, опасаясь взлететь в воздух с "исламикадзе", как сложно жить в обстановке, когда собственное правительство тебя предает, как ужасно быть предметом торга политиканов! "Голуби" торгуют нами за нобелевские премии мира, предают за тридцать серебренников, за то, чтобы их похвалил Клинтон, чтобы лестно отозвался о них какой-нибудь газетный писака. А мы для них быдло, расхожий материал. Наши "голуби" заботливо создают инфраструктуру террора, называя это "мирным процессом". Но если есть инфраструктура террора, то обязательно будут и террористы. Ицхак Рабин обещает "бороться с террором, как будто нет мирного процесса, и продвигать мирный процесс, как будто нет террора". Такое словоблудие он называет своим кредом, а за этим кредом кровь невинных людей, горе тысяч семей! Знаешь Миша, Израиль - прекрасная страна, но окружена со всех сторон врагами. Казалось бы, в такой обстановке народ должен сплотиться, но нет! Левая гадина разъедает общество, вносит в него сомнения в своей правоте и прикрывает свою подлую деятельность "миротворческими" лозунгами. Это очень мерзко и горько!
   Снова немного помолчав, Лев Наумович добавил:
   - Пожив здесь, я понял, что главная проблема Израиля, да и не только Израиля, заключается в отсутствии нравственных стандартов правления, которые обязывали бы руководителей и высших чиновников соблюдать моральные нормы. А в безнравственной атмосфере законы являются только лишь инструментом для обслуживания сиюминутных политических интересов правителей. И тогда ложь и словоблудие тоже являются инструментом управления государством, потому что всегда скажут, что ложь была необходима для блага государства. Ведь на самом деле Арафата с его бандой притащили сюда исключительно из-за нобелевской премии мира и страха потерять свои кресла. Нашим серым "голубям" нобелевская премия, а нам террор и ежеминутный страх потерять близких людей! Да и палестинцам сейчас тоже несладко - они полностью во власти арафатовской банды. Бизнесмены обложены данью, рэкет, беспредел...
   - Ну, значит совсем, как у нас. У нас свои арафаты, поэтому тоже нынче рэкет, беспредел, реки крови. Только более обильные, не сравнить с израильскими масштабами, - заметил Грачев, жалея, что забыл наставления Абу Салема и причинил своим вопросом боль гостеприимным хозяевам.положив себе в тарелку большой кусок сочной индейки.
   Между тем, Полина Николаевна, заметив, что на его тарелке появилось свободное место, положила ему большой кусок сочной индейки. Хотя он уже наелс, но не остановил её и подумал, что такой вкусной жаренной птицы не ел даже дома, несмотря на то, что мать прекрасно готовит. Может здесь индейки другие? Может кормят их апельсинами?
   - Возможно ты прав. Большая страна, большие реки. - согласился с его замечанием Лев Наумович. - Не открою тебе большую тайну, если скажу, что в дальнейшем Россию ждут не менее серьезные проблемы с исламом, чем у Израиля. Причем Россия наступает на собственные грабли - ведь механизм современного международного исламского терроризма был создан ещё в конце 60-х годов специалистами из КГБ. Цель-то была в организации террористической войны против Израиля, но джина выпустили из бутылки и за это время механизмы терроризма настолько развились и усовершенствовались, настолько обросли связями, источниками финансирования и поставки оружия, что ещё очень много лет мир ничего не сможет поделать с этим явлением. И пока нужна будет нефть, терроризм будет подпитываться арабскими нефтедолларами для реализации планов создания всемирного халифата. А без России всемирного халифата не получится. И не только из-за территории. Суть в том, что в Европе мусульманские мигранты пришлые, а в России целые мусульманские республики коренные. В России двадцать миллионов мусульман! Как же без них строить всемирный халифат? Значит вначале будет Кавказ, далее полыхнет Поволжье, Урал, Сибирь. А дальше выход на Казахстан, среднеазиатские республики, Китай, Индию. И раскинется исламский халифат от Атлантического океана до Тихого.
   - Но в России совсем другие мусульмане! - горячо возразил Грачев. - Вы же помните, что в нашем классе были татары, были дагестанцы. И один чеченец. А Гиляна Бадаева - калмычка. Нет, всё же российский ислам не очень-то исламский, извините за тавтологию.
   - Да, ты прав. В России другой ислам. Он мирный. Пока. И в Чечне война тоже пока не религиозная, а вроде как бы за независимость. Но арабские эмиссары-ваххабиты уже там, они уже ведут работу. И обученные в свое время КГБ арабские боевики тоже уже там. Так что требуется немного время, чтобы идея всемирного халифата получила своих адептов среди российских мусульман. Нужно время, чтобы ваххабизм прочно обосновался в мусульманских республиках. А ваххабизм очень опасная идеология! Он крайне нетерпим к инакомыслящим и оправдывает их убийство.
   - Впрочем, как и европейское христианство в средние века. Мы же помним про инквизицию, про крестовые походы...
   - Согласен. Но сейчас европейскому христианству приходит конец. Европа стремительно обрастает мусульманами. Причем Арафат прямо говорит, что его самое сильное оружие - это матка арабской женщины. Охотно верю! При столь высокой плодовитости мусульман на фоне падения рождаемости коренного населения они очень скоро станут большинством в Европе.
   - А кто же выключил матки европейским женщинам? - осклабился Грачев.
   - Левые, - не раздумывая, ответил Лев Наумович. - Нормальные семьи нынче в Европе стали немодными. Там в ходу так называемый гражданский брак: сошлись, пожили, разбежались и никаких обязанностей. А при таком браке дети только обуза. Но особо сейчас широко пропагандируются гомосексуальные и лесбиянские отношения и легализуются однополые браки. А это прямой путь к человеческой депопуляции. Одним словом, пресловутыми "правами человека" опрокинули все моральные нормы и общечеловеческие ценности. Уверен, все это щедро оплачивается арабскими нефтедолларами.
  
   Грачев уходил под сильным впечатлением этих разговоров. Такси не взял, а пошел пешком по пути, которым вез его Петр. Размышляя над тем, что услышал от Льва Наумовича, он допускал, что, возможно, старый учитель где-то натягивает в силу обстоятельств здешней жизни, но в целом его доводы выглядели более чем убедительно. Однако волновало его не то, что происходит с Европой и не её будущее, а будущее России. Действительно, рождаемость среди русского населения падает, а среди мусульманского стремительно растет, поэтому угроза перекройки страны становится всё реальнее. И ещё один путь демографической катастрофы - это наполнение страны мусульманскими нелегалами-гастарбайтерами. Пока они удобны власти тем, что этой покорной массой легко править, а предпринимателями тем, что их можно легко эксплуатировать. Но существует правило критической массы и это может вылиться в такую же гражданскую войну между российскими христианами и мусульманами, как в Ливане.
   Грачев никогда не был религиозным, но не представлял Россию мусульманской, Россию без Пушкина и Лермонтова, без Чайковского и Глинки. Зато с шариатом, муэдзинами и имамами. Возможно такие же чувства испытывала и Полина Николаевна, когда посещала русскую православную Церковь Святого Александра Невского в Иерусалиме. Ведь тоже никогда не была религиозной, а в Израиле вспомнила, что православная! Может потому, что места святые, а может потому, что угроза исламизации как нигде реальна и сильна? И Грачев твердо решил, что первым делом посетит православную церковь, когда вернется в Россию. Может правы Лев Наумович и Полина Николаевна и "общечеловеческих ценностей", о которых прожужали уши по радио и телевизору, слишком мало для того, чтобы любить свой народ и защищать родину? И разве могут придуманные людьми, к тому же не самыми умными, так называемые "общечеловеческие ценности" заменить заветы Священного Писания? Хорошая страна Израиль, но надломлена этими "общечеловеческими ценностями", а с ними выжить не просто.
  
   Глава 33. Контрразведка просит помощи
  
   Ларисе и Лене так надоело затворничество, что они решили нарушить предписание подполковника Евсеева и выйти погулять. Они решили, что Моздок, как прифронтовой