Летучий Дмитрий: другие произведения.

Яблоневый дождь

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Рассказ был написан для конкурса. Не получил на нём никаких наград, ибо был снят по добровольной инициативе. Вот так вот. И да, это фанфик по игровой вселенной Готика, поэтому некоторые моменты смертному читателю могут быть непонятны, но основная суть, думаю, должна быть видимой.


   Яблоневый дождь
  
   Падальщик осторожно подкрался к добыче, шурша лапами по рыжей листве. Он уже минут десять бродил вокруг почерневшего куска мяса, окружённого мухами, издавал характерный гортанный звук, но никак не решался подойти к нему вплотную. Падальщики очень осторожны, этому их научила жизнь среди глорхов, которые умеют расставлять приманки и хорониться среди камней, выжидая, когда наивная жертва сама придёт к ним в пасть. Здесь на полмили вокруг никаких камней нет: голая равнина и деревья, которые пока что сохранили часть своего лиственного покрова, пускай и сменившего цвет. Но что-то всё равно пугало падальщика, и он не спешил заходить в уготовленную ловушку. Может быть, его смущала тонкая тростинка, торчащая рядом с приманкой, которая и должна привести в действие механизм капкана? Или шелест рядом стоящего дерева, из-за чьего ствола за ним наблюдает пара хищных глаз? Сложно сказать, что именно.
   Зверь приблизился к ловушке ещё на шаг и оказался всего в нескольких дюймах от нужного места, девушка, не сводившая с него глаз, прикусила ладонь, чтобы случайно не крикнуть от волнения и не спугнуть зверя. Падальщик наклонил голову набок, тихо, жалостно гаркнул, высовывая из клюва красноватый язычок.
   С другого конца долины прилетел звук шагов, зверь посмотрел в ту сторону, девушка тоже выглянула из-за дерева. К месту ловушки медленно приближался крупный пятнистый волк с выставленным кверху хвостом. Завидев его, падальщик ещё раз гаркнул, после чего бросился к дереву. Наблюдая, как он приближается к её укрытию, девушка растерянно попятилась и вдруг споткнулась. Падение оказалось мягким и почти безболезненным, однако наделало много шума, придавив хрустящие листья. Падальщик остановился, повернулся одним глазом к ней. Некоторое время в нём боролись страх перед хищником и голод. В конце концов голод победил; животное развернулось на худых лапах и помчалось к жертве, раскидывая в сторону пожухлую листву.
   Она схватила с земли ветку, хоть и понимала, что это ничтожное оружие. Её тело сковал страх, как будто это была отрава, насылающая слабость и неуклюжесть.
   Кусты рядом с деревом пошевелились, и из них появился волк. Рыча и брызжа слюной, он сделал несколько быстрых и коротких шагов, а затем молниеносно оттолкнулся от земли. Падальщик успел издать ещё один гортанный звук, прежде чем клыки хищника разорвали его горло.
   Девушка, не вставая на ноги, снова попятилась, пока не почувствовала спиной ствол ещё одного дерева. Волк поднял на неё серые глаза, потом спрятал зубы, заскулил. Хвост запрыгал из стороны в сторону. Она попыталась подняться, но, почувствовав сильную дрожь в ногах, снова прильнула к шершавому стволу. Волк тем временем перестал скулить, обхватив пастью тонкую шею падальщика, потащил серую тушку к ней. Увидев, как животное аккуратно положило рядом добычу и уставилось на неё миролюбивым взглядом, девушка попытался успокоиться и взять себя в руки. Страх всё ещё оставался, но ей уже было всё равно. Она выставила руку ладонью кверху, и волк облизнул её запястье своим шершавым языком.
   Потом она очень часто вспоминала то прикосновение. Ведь с него и началась вся эта история.
  
   * * *
  
   Утром орки снова атаковали, воспользовавшись завесой дождя. Крупные капли стучали по доспехам, заглушая крики, лязг мечей, всполохи магии и приказы стоять насмерть. С того времени, как какой-то предатель поднял решётку и её заклинило, это была уже пятая попытка штурма. Как и все более ранние, она закончилась провалом - орки отступили за ворота, принялись приводить в порядок свой строй, но никто из защитников замка сильно не радовался. Уже давно они все смирились со смертью. Сколько бы атак они не отбили, орков всё равно много, на каждого убитого приходились двое убитых паладинов. Если простых воинов побить не так сложно, применив магию, то элитные бойцы стали для солдат Инноса настоящим кошмаром. Их синие доспехи, длинные зазубренные мечи уже снились паладинам по ночам. Почти у каждого имелся на примете хотя бы один элитник, убивший близкого друга. На этого орка солдат глядел со стены замка с диким отвращением и непреодолимой жаждой мести.
   Своего Рик убил только что. Вынув меч из бездыханного орочьего тела, он повалился на колени и пополз к телу друга. С трудом оттопырив забрало шлема, он поглядел на лицо, запачканное кровью, на невидящие зрачки, на шрам, перечёркивающий глазницу, и тихо заплакал.
   -- Прощай, Коул.
   Командиры ходили по замку, считали потери, а Рик тихо сидел в стороне, прислонившись к каменной стенке, и даже не ответил, когда кто-то спросил его, жив ли он. В эти минуты ему казалось, что уже ничего в этом мире не имеет смысла.
  
   * * *
  
   Тихо потрескивая, костёр трогал язычками пламени тушку падальщика. Волк сидел рядом, спокойно наблюдая за этим процессом и изредка поглядывая вверх, на всполохи вулкана, а девушка стояла чуть в стороне, возле единственного в округе дерева -- невысокой яблони -- и думала, правильно ли поступила, когда показала зверю своё убежище. Не расправится ли он с ней, когда она будет спать?
   Странный это был волк. Когда ему бросили приличный кусок шеи падальщика, свежий, окровавленный, он, понюхав его, уставился на свою новую хозяйку, как на сумасшедшую. Теперь ждёт, когда падальщик зажарится, и облизывается. Прямо как человек.
   Пожелтевшие листья падали с дерева, ложась на её плечи и изредка застревая в волосах. Наслаждаясь их прикосновением, она поглядела в лужу, оставшуюся после недавнего дождя, на своё отражение. Подрагивающая вода показала мутный, неразборчивый силуэт, разбитое рябью лицо, словно танцующие на крохотных волнах контуры глаз. Глаза, как и волосы, были каштановыми -- хотя бы это удавалось разглядеть в отражении.
   Волк радостно рявкнул, сообщая, что ужин, видимо, готов. Девушка вернулась к костру, сняла вертел, пока зверь прыгал вокруг неё, потом положила пищу на свой стол -- широкий круглый камень, застеленный листьями и травой. Оторвав ногу падальщика, отдала её волку, и тот радостно принялся набивать желудок. При виде этого на губы запросилась улыбка.
   -- Ты ешь только приготовленное мясо? -- спросила она.
   -- Равк! -- ответил зверь, на секунду оторвавшись от поедания пищи.
   -- Такое чувство, как будто ты понимаешь меня.
   На сей раз волк ничего не ответил. Это успокоило девушку, и она тоже принялась ужинать.
  
   * * *
  
   Рика позвали к командиру. Он даже не стал спрашивать, зачем. Может, кто-то доложил, что он, вместо того чтобы выполнять приказ, насмерть дрался с одним единственным орком. Или, наоборот, хотят наградить его за храбрость. Какая разница! Умрёт он сегодня или завтра -- всё одно!
   Оказалось, командир всего-навсего хочет передать ему письмо, прилетевшее сегодня с голубиной почтой. Рик приободрился -- это наверняка от жены! От кого же ещё!
   Письмо и вправду было от жены. Прочитав его, паладин испытал странную смесь чувств. С одной стороны, он радовался, что она послушалась его и сделала так, как он и просил: взяла с собой их детей, уехала из Фаринга к родственникам в Кап-Дун, подальше от войны, а там нашла себе другого мужчину, который сможет прокормить её и детей. Она отпустила Рика. А он вроде бы отпустил её. Но что-то всё равно щемило сердце. Жена в письме написала "Прощай и спасибо тебе за всё", и паладин понимал, что когда она писала эти радостные строки, лицо её вовсе не соответствовало их настроению.
   Рику оставалось только умереть в бою.
  
   * * *
  
   Девушка и волк прожили вместе почти неделю. Она перестала бояться его, а он ни разу не посмотрел на неё, как на добычу. Волк был очень умным: не сторонился воды, умел хорошо плавать, даже держать когда нужно ветку, так что они вместе рыбачили сетью, связанной из сухожилий падальщиков, в озере, которое находилось под вулканом.
   Ночами зверь, вместо того чтобы выть на луну, тихонько поскуливал во сне. Неужели волкам тоже сняться сны? Интересно, о чём? Глаза его, когда он смотрел в никуда, словно задумавшись, были настолько печальными, что, глядя в них, хотелось плакать.
   Так продолжалась их дружба, лёгкая, странная, необъяснимая, до ночи, когда с момента их встречи минула почти неделя.
   Когда девушка после очередного сытного ужина сидела под яблоней в окружении редких падающих листьев, волк вдруг забегал на месте, посматривая вверх, то ли на звёзды, то ли на луну. Он радостно рявкал, вилял хвостом, как будто чего-то ждал.
   Неожиданно взявшийся невесть откуда свет обнял зверя, засветил с большей силой, а потом погас, оставив вместо волка скорчившегося над землёй мужчину в кожаной одежде с выбритой почти на лысо головой. Увидев его, девушка попятилась спиной, как в тот день, когда впервые встретилась с волком; листья яблони слетели с её плеч и макушки и вскоре присоединились к общему красно-жёлтому ковру.
   Мужчина поднял на неё взгляд.
   -- Не пугайся, это я.
   Она выпучила глаза, потому что как раз этого факта пугалась больше всего.
   Неожиданно нахлынувшее видение ударило в голову. Рисунок на шее отражает свет ламп, пот стекает по чужой коже. Запах гнили и влаги. Некто с лысой головой поворачивается к ней, приближается, хватает за руки...
   Откуда эти воспоминания?
   -- Наконец-то! -- тем временем сказал мужчина, в которого превратился волк. ? Ты прости, что я не попытался сказать тебе. Это не так уж легко.
   Она, поражённая, молчала. Огонёк костра, всё ещё потрескивающего в темноте, бликами играл на её лице, на лужице, на кроне дерева.
   -- Ну скажи уже что-нибудь! -- разозлился мужчина.
   -- Ты должен был сообщить мне! -- выполнила она его просьбу.
   -- Волчья пасть, поверь, совсем не подходит, чтобы издавать человеческие звуки. Хватит меня упрекать! В конце концов, я спас тебя тогда от падальщика.
   -- Которого отпугнул от моей ловушки!
   Поняв, что аргумент против него был весомым, мужчина прекратил спорить. После превращения обратно в человека он испытывал жуткий голод. Пора было его утолить.
  
   * * *
  
   Рик наклонился, чтобы положить несколько монет к статуе Инноса, рядом с остальными. Он посмотрел в лицо Бога, доброе, уверенное, вселяющее надежду. Присев на колени, насколько позволяли доспехи, закрыл глаза, сложил руки в молитвенном жесте.
   -- Иннос, даруй моей бывшей семье возможность жить в мире. Пускай я и Эсика были мужем и женой лишь на словах, пускай мы не получали твоего благословения на этот союз, пускай мне не дозволено быть счастливым в браке. Но я не прошу ничего для себя, только для неё и для детей. Пусть будут счастливы они, а я продолжу бороться со злом с твоим именем на устах. До самой смерти.
   Прошу также, позаботься в царстве мёртвых о моём павшем товарище и обо мне, когда я умру. Скорее всего, это последний раз, когда я обращаюсь к тебе, о Иннос. Пожалуйста, услышь меня и мою просьбу.
   Рик ещё немного посидел на коленях, потом с трудом встал и отправился в казармы. Орки снова собирались атаковать.
  
   * * *
  
   -- Неделю назад я вышел из замка, превратился в волка, чтобы пройти мимо орков, и вскоре обнаружил, что не могу превратиться обратно. Наш маг предупреждал, что такое может случиться. Он сказал, что в таком случае через неделю зелье само по себе перестанет действовать. Так и случилось. Моё задание: забраться на вот эту скалу, -- он указал пальцем. -- И попытаться оттуда рассмотреть, что находится за частоколом орков. Что они там скрывают. К сожалению, пока что не могу. Это зелье какое-то порченное. После него чувствую слабость. Отдохну пару дней и полезу.
   Девушка слушала его, уперев взгляд в землю.
   -- А что расскажешь о себе? -- спросил её незнакомец, подкинув веток в затухающий костёр.
   -- Я здесь живу.
   -- С каких пор?
   -- Всю жизнь.
   -- А с кем ты общалась раньше?
   -- Ни с кем. Я одиночка. Всю жизнь прожила одна.
   -- Самая глупая ложь, что я слышал, -- как-то горько хмыкнул незнакомец. -- Откуда ты тогда знаешь язык? Откуда твоя одежда? Кто научил тебя охотиться? Откуда ты знаешь, что это дерево, под которым ты сидишь, яблоня? Что молчишь?
   -- Я не знаю. Я не помню.
   Тёмный рисунок на шее, отражающий свет ламп, крепкие руки лысого мужчины на её теле. "Поговори со мной" -- шепчет он.
   Она отогнала видение.
   -- Не хочешь рассказывать -- не надо, -- вздохнул незнакомец. -- Скажи, как тебя зовут?
   -- А тебя?
   Он усмехнулся.
   -- Ну хорошо. Меня зовут Коул. Твоя очередь.
   -- Я не хочу называться. Я... не обещала тебе.
   -- Ну и ладно. -- Сказал Коул. -- Всё равно я наврал про своё имя. Я разведчик, и рисковать не хочу. Можешь называть меня Коул. Но скажи хотя бы, как я могу тебя называть?
   Она молчала.
   -- Тогда придумаю сам. Может, косичка? У тебя ведь за спиной коса. Хотя, какая это коса? Скорее хвостик. Почему ты не следишь за волосами? Решено, буду называть тебя Хвостик.
   Хвостик молчала дальше.
   -- Ты против того, чтобы я остался в твоём убежище? -- спросил её Коул.
   -- Нет, -- резко ответила она. Потом так же резко добавила: -- От тебя может быть помощь.
   Мужчина хмыкнул. Он понимал, что девушке на самом деле одиноко, и поэтому она хочет, чтобы он остался. И она это понимала. А также то, что он обо всём догадался.
   Они оба всё понимали.
  
   * * *
  
   -- Эй, Рик! Проснись!
   Кто-то тронул его за плечо. Приподняв веки, он увидел Курта, Даркса и Эша.
   -- Вставай, тебе говорят!
   -- Орки нападают? -- Рик протёр глаза, покрытые каким-то слепящим туманом.
   -- Нет пока что. Мы к бабам идём. Эш тебе должен был, вот мы и решили тебя с собой позвать.
   -- По бабам? Каким?
   -- Которые на кухне. Курт с ними договорился...
   -- Последние деньги отдал, -- похвалился Курт. -- А накой они на том свете? А так, хоть что-то приятное смогу вспомнить, когда помирать буду. Если повезёт, отчекрыжим их прям там.
   -- Спасибо. Пожалуй, не пойду, -- сказал Рик. Его друзья разом ахнули.
   -- Вот как хочешь, а долг свой я тебе всё равно отплатил. А не хочешь идти -- не иди. Неужто Эсика из головы не выйдет? Ты же говорил, что отпустил её.
   -- Отпустил, -- подтвердил Рик. -- Но сейчас не до этого. Я лучше посплю. Умирать лучше бодрым.
   Он отослал своих друзей и почти сразу уснул. В бой с орками, в котором все они погибли, он, правда, так и не попал.
  
   * * *
  
   "Поговори со мной" -- шепчет лысый мужчина с рисунками на шее, отражающими свет ламп. Запах гнили и водорослей смешивается с запахом его пота. -- "Хотя бы немного". Она не пытается вырваться из его объятий, а если бы попыталась ? всё равно бы не удалось.
   Хвостик уже не спала, но все эти образы были словно во сне. Она вдруг почувствовала твёрдую руку, как ту, что в видениях. Это рядом спал Коул. Хвостик не стала отстраняться от него. Полежала ещё немного, потом поднялась и двинулась к озеру.
   Водная поверхность показала ей подрагивающее звёздное небо -- сила, запертая внутри вулкана, заставляла воду постоянно танцевать рябью. Она же, наверное, помогала яблоне часто сбрасывать листья, которые, падая, образовывали собой непрерывный дождь.
   -- Спящий! -- позвала Хвостик, опустившись на колени перед горой. -- Я слышу твой зов! Я жду твоего приказа. Я выполню твою волю, как только скажешь. Дай же мне знак своего присутствия...
   -- Ты чего там бормочешь? -- послышалось сзади.
   -- Я разговариваю со Спящим, -- ответила Хвостик.
   -- С демоном? Он ведь мёртв!
   Она посмотрела на Коула взглядом злости и презрения. Как он смеет говорить такое!
   -- Спящий не может умереть! Смертные способны лишь на время остановить его. Сейчас он заперт внутри этого вулкана.
   Мужчина проследил за её взглядом до расположенной напротив скалы громады, которую венчал красный купол. Где-то там должен зиять кратер.
   -- Это бывшее логово дракона, -- сказал он. -- Недавно один смельчак забрался туда и умертвил монстра.
   -- Сила Спящего заперта внутри, -- продолжила Хвостик, как будто не услышав Коула. ? От горы исходит волнение. Чувствуешь, как дрожит земля? Если не веришь, взгляни повнимательнее на воду...
   -- Все вулканы волнуются! На то они и вулканы!
   -- Это Спящий проявляет свою сущность! Он говорит со мной.
   -- И что он говорит?
   -- Я должна буду, когда придёт время, принести своё тело в жертву. Прийти к Спящему и освободить его своей плотью. Чтобы сила этой горы не уничтожила весь мир.
   -- В смысле, броситься в жерло? Чтобы вулкан не стал извергаться? Кто тебе наговорил всей этой ерунды про демона?
   Девушка вместо ответа прошипела, отвернувшись к озеру
   -- Иннос Всемогущий! -- простонал Коул. -- Откуда только берутся эти болотные сектанты! Ладно, забудь, что я говорил... пойдём спать.
   -- Я больше не приближусь к тебе.
   -- Тебе это тоже Спящий запрещает? Хвостик, перестань! Погода становится холоднее, если мы будем спать по раздельности, то простудимся и скоро умрём. И ты уже точно не сможешь принести себя в жертву.
   Она помедлила, но потом всё же вернулась к Коулу, легла рядом, прижалась одним боком. Только чтобы согреться. И чтобы согреть его.
  
   * * *
  
   Снова стало пасмурно, но дождь так и не полил. По другую сторону ворот орки выстраивались атакующим клином, кричали и размахивали оружием. Напрасно -- тут уже никто не боится смерти. Командир построил паладинов стеной, приказав поднять щиты над головами, чтобы не дать серокожим гадам ударить с наскока.
   Похоже, до атаки оставалось несколько минут, как вдруг Рик, стоящий в окраине строя, почувствовал на плече чью-то руку.
   -- Выходи из строя. Гаронд зовёт тебя, -- пробубнил ополченец.
   -- Что? Зачем?
   -- Если он об этом кому и скажет, то только тебе лично. Выходи же. Неужто не хочешь пожить ещё немного?
   Рик поглядел на строй орков, обеспокоенный скорой битвой, на своих друзей, пребывающих в изголовье отряда, в самом центре.
   Покинув строй, предупредил командира, который тут же поставил ему замену, и последовал за ополченцем. По приближению к замку, уже перед самым порогом он услышал гул. Это орки, наконец, атаковали.
  
   * * *
  
   Падальщик услыхал шорох, навострился, замер. Коул надавил на спусковой крючок, и тяжёлый болт засвистел в воздухе. Зверь, не издав ни звука, завалился на брюшко.
   -- Видишь! Не нужно самому натягивать тетиву, держать стрелу. Только прицелиться и нажать на крючок.
   -- Хорошая вещь! -- восхищённо протянула Хвостик, принимая арбалет из рук Коула. -- А у тебя есть ещё такой?
   -- Есть. -- Улыбнулся тот. -- В замке полно оружия. И мало людей.
   -- А не мог бы ты оставить этот мне? Пожалуйста.
   -- У меня идея получше. Может быть, ты согласишься пойти со мной в замок? Скоро мы покидаем его, и могли бы взять тебя с собой, в Хоринис...
   -- Нет, -- Хвостик протянула оружие Коулу. -- Я должна выполнить свой долг. Спящий...
   -- Да, да, я понял. Ещё передумаешь. Арбалет пока оставь.
   Он неторопливо побежал за мёртвым падальщиком. Хвостик бросила взгляд на облокоченный о дерево механизм для натягивания тетивы. Решила попытаться с его помощью взвести оружие. Вдела рогатую железку в отверстия, упёрла нос арбалета в землю, придержав ногой, потянула за ручку. У самого конца ручка сорвалась, и тетива, возвращаясь в исходную позицию, больно обожгла два пальца, которые лежали на деревянном основании арбалета.
   -- Ай! -- крикнула Хвостик. Коул подскочил к ней, опустив падальщика на пелену листьев, схватился за её руку, повернул к себе внутренней её стороной.
   -- Ерунда, -- прокомментировал он. -- У нас, было дело, тетива отрезала ребятам пальцы. А у тебя и крови нет. Только покраснело немного. Пройдёт!
   Хвостик, опустив голову, чтобы мужчина не видел выступивших слёз, угукнула.
   -- Это всё же лучше, чем учиться стрелять из лука, -- сказала она.
   -- Для тебя -- точно лучше.
   Рука уже не болела, но Коул не отпускал её. И Хвостику почему-то не хотелось, чтобы он это делал. Тепло, исходившее от его ладоней, было приятным и нежным, как бальзам. Отогнав очередное видение о лысом мужчине и болоте, она опустила голову ещё ниже.
   -- Когда ты уходишь?
   -- Тебе не хочется оставаться одной? -- ответил вопросом Коул. Хвостик разозлилась. Потому что он раскусил её. -- Не знаю. Завтра попробую залезть на гору. Послезавтра, наверное, уже уйду.
   Прошло уже очень много времени, но он так и не отпустил её руки. Почему же? И почему ей так приятно от этого?
  
   * * *
  
   -- Не знаешь, хотя бы примерно, что может быть нужно Гаронду? -- спросил Рик, оказавшись внутри замка.
   -- Я сам себе поставил правило: не интересоваться тем, что плетут серые кардиналы, -- ответил ополченец, глядя под ноги, на ровный деревянный пол, исцарапанный сапогами паладинов. -- Если орки научатся нашему языку и возьмут меня в плен, так они хотя бы ничего из меня не выпытают.
   -- Но что-то ведь ты должен был слышать? Нехотя?
   -- Может быть. Охранники Гаронда в последнее время обсуждают одну новость, которая за пределы замка, я подозреваю, пока не вышла. А новость хорошая. Лорд Хаген собрал всех своих людей, вышел из Хориниса и отправился прямиком сюда, в долину.
   -- Лорд Хаген будет здесь? -- Рик не поверил ушам. -- У него хватит войск разбить орков?
   -- Если к тому времени, как он дойдёт, от нас что-то останется и мы поможем ему с этой стороны, то определённо хватит. Главное -- не пустить орков на стены! Иначе лорду Хагену придётся захватывать замок, а не отбивать его.
   -- И что потом? Чего он хочет?
   -- Ясное дело, забрать руду! Ну, и людей спасти. Потом все вместе отправимся обратно в город. Стены Хориниса -- наша единственная надежда.
   Рик почувствовал, как сердце в груди заколотило быстрее. Надежда! Не думал он, что ещё хоть раз услышит здесь это слово.
  
   * * *
  
   Заря, поднявшаяся вместе с солнцем, разукрасила небо над горизонтом в рыжий оттенок, отчего крона яблони, которая была такого же цвета, смешалась с ним и стала похожа на ещё одну оранжевую тучу с бурым подбрюшьем. Ниже, под дождём, устроенным этой тучей, сидела Хвостик, поджав к подбородку колени и глядя в пустоту.
   -- Почему ты постоянно торчишь под этим деревом? -- спросил её Коул, которому стало холодно, и любопытство, наконец, заставило его подойти и спросить девушку об этом.
   Хвостик пожала плечами, на которых лежали несколько листочков.
   -- Мне нравится, когда что-то падает сверху. Когда что-то проделывает путь, чтобы коснуться меня. Это приятно. Дождь и снег холодные и мокрые, под ними долго не постоишь. Я бы хотела, чтобы с неба, вместо дождя, снега и града, падали листья.
   -- Слава Инносу, -- с улыбкой на лице выдохнул Коул. -- Это, конечно, тоже ненормально, но я уже боялся опять услышать что-то про Спящего и его сущность!
   Он думал, Хвостик снова обидится, но она всего лишь взяла его за руку и подвела ближе, под самое дерево.
   -- Попробуй же!
   Коул вздохнул, стал ровно, глядя вверх. Отсюда было хорошо видно, как пёстрые листочки, круглые, скрюченные, в пятнах пожухлых, чёрных опрелостей, раскачиваются на ветках, срываются и, крутясь, медленно оседают к земле. Один, наполовину сгнивший, отвердевший, закружился, немного изменил направление полёта и коснулся лица Коула, пробежался по щеке; мужчине пришлось закрыть один глаз. Это было по-своему приятное ощущение.
   -- Здорово, -- сказал он. -- Действительно -- яблоневый дождик.
   Хвостик молчала. Глядя в землю, продолжала сжимать его руку.
   -- Что-то случилось?
   -- Да, -- сказала девушка, не поднимая глаз. -- Я хочу подержать твою руку.
   -- Ну, хорошо -- держи, -- хмыкнул Коул.
   Девушка громко, обиженно засопела.
   -- Почему так? Почему я хочу держать твою руку? Что это такое?
   -- Так и должно быть. Если ты долго жила на отшибе, вдали от людей, то тебе не хватало внимания. Люди имеют привычку держаться ближе к другим людям. Это нормально.
   Хвостик задумалась. "Поговори со мной! Хотя бы немного" -- шепчет лысый мужчина с рисунком на шее. Свет ламп вылавливает капельки пота на его коже. Потом он берёт её за руки, подтаскивает к себе, обнимает. Его запах перебивает запах водорослей и сырости, идущий из огромного проёма позади него.
   -- Должна быть другая причина, -- сказала она, когда видение отступило.
   -- Ты хочешь сказать, что полюбила меня? -- смущённо поинтересовался Коул.
   -- Полюбила... -- тихо повторила девушка. Один из листьев упал на её макушку и запутался во всклоченных волосах, прицепившись тоненьким стебельком. Солнце поднялось чуть выше над горизонтом, тусклый свет забежал на силуэт Хвостика, выхватив и этот лист, и её смущённую физиономию. Коул почувствовал, как она ещё сильнее сжала его руку. -- Почему?
   -- Потому что у людей в природе любить друг друга. А так как я единственный человек, с которым ты повстречалась за долгое время, именно на меня ты высвободила эту потребность.
   -- Нет, -- сказала Хвостик, отпустив его руку и отстранившись. -- Всё не так.
   А потом убежала к озеру и долго сидела на его берегу.
  
   * * *
  
   Командир паладинов поднял голову, когда Рик ровно стал перед ним, весь в заляпанном грязью и прилипшими листьями железе. Глаза у Гаронда, как и гласили слухи, были голубыми, с холодным и пугающим блеском. Он медленно глянул влево, на ополченца, и тот сразу же удалился.
   -- Это ты Рик?
   -- Да, командующий.
   -- Мне сказали, ты хороший солдат.
   -- Это... не мне решать, -- Рик растерялся.
   -- Верно, -- кивнул Гаронд. -- Ты не можешь это решать, но можешь сделать так, чтобы это решили другие. И скоро у тебя будет такой шанс.
   Командующий рукой в латной рукавице потрогал шрам на правом глазу и продолжил:
   -- Совсем недавно нам стало известно, что в Долину Рудников отправился лорд Хаген со своим войском. У него есть шанс одолеть орду орков.
   -- Это очень хорошая новость! -- сказал Рик, попытавшись выдавить удивление.
   -- Вижу, ты уже знаешь, -- раскусил его Гаронд. -- Удерживать информацию в пределах замка становится всё труднее. Неважно. ? Он снова потрогал шрам. -- Те орки, что окружили бывший Старый Лагерь, довольно многочисленны. Но я подозреваю, что это не все. Не просто так они ведь построили этот частокол возле берега! Они что-то скрывают за ним! Либо ещё одну орду, чтобы мы не смогли оценить её численность, либо пустоту, чтобы мы думали, что их ещё больше. В любом случае, когда лорд Хаген войдёт в замок и спросит меня, что находится за этой стеной, я не хочу давать ему ответ "не знаю". Я уже отослал нескольких разведчиков, но никто из них не вернулся.
   -- Мне придётся отыскать лаз в частоколе?
   -- Нет, -- командующий покачал головой. -- Что там за частоколом, можно увидеть, если забраться достаточно высоко.
  
   * * *
  
   Очередной камень, за который ухватился Коул, залезая вверх, на скалу, оказался вдруг предательски скользким и ушёл из-под руки. Второй рукой, в хваткой кожаной перчатке, он смог удержаться за выступ и повис на нём, медленно покачиваясь. Хвостик, маленькая фигурка внизу, испуганно дрогнула, прижала ладони ко рту. Мужчина собрал все силы, оттолкнулся свободно висевшей ногой и ухватился за другой камень, более острый. Ещё несколько рывков, и он уже смог, подтянувшись на полке, распластаться по ровной поверхности скальной вершины. Уже сейчас можно было встать и поглядеть за орочью стену, узнать правду, но Коул не спешил и, прислонившись спиной к выступу, наслаждался последними секундами своего неведения.
   Ветер, которого не было с утра, всё усиливался, разгоняя по небу серые облака. Коул почувствовал, как стынет пот на его шее и коротко выбритой голове. Поднявшись, он приблизился к краю уступа, чтобы поглядеть на Хвостика, но увидел лишь её неразборчивый силуэт с развевающимися волосами.
   Выполнив, наконец, своё задание, полез обратно вниз. Осторожничать приходилось чуть меньше, но нашлось несколько случаев, когда он снова едва не сорвался, один раз прямо над землёй. Сразу под скалой была вода ручья, текущего от озера и превращающегося чуть дальше в водопад. Переплыв её и став на твёрдую поверхность, он огляделся. Хвостика уже не было на своём месте.
   Девушка нашлась, как и ожидалось, под деревом, отвернувшейся от Коула, лицом к ветру, и скрестившей на животе руки. Ветер наклонил яблоню и постепенно срывал с неё оставшиеся листья. Это уже было больше похоже на настоящий дождь.
   -- Что ты увидел там? -- спросила она, когда мужчина тоже стал под деревом.
   -- Ничего хорошего, -- ответил он, глядя на орочью стену. -- Худшие предсказания наших командиров сбылись. За частоколом орки прячут свои войска. Там их столько, что хватит пройтись по всей долине, сея смерть и разорение. Никто и ничто не укроется от них. Стены Хориниса тоже вряд ли долго простоят.
   Он горько вздохнул, и они какое-то время стояли молча, слушая завывания ветра и закрывая глаза от листьев.
   Хвостик вдруг опустила голову и тихонько засопела.
   -- Что такое?
   -- Ты скоро уйдёшь, -- медленно сказала она, пока крохотная слеза кралась по её носу.
   -- Да. Уйду. -- Подтвердил Коул. -- А ты можешь пойти со мной.
   Она решительно покачала головой.
   -- Не могу. Не пойду. Не хочу.
   -- Не хочешь, тогда почему расстраиваешься?
   Ветер ещё усилился. Хвостик прижала руку к груди и простонала:
   -- Я не знаю! Я ничего не знаю! Почему. Почему?
   -- Может, я всё таки не безразличен тебе?
   -- Да, -- сказала девушка и вдруг вскинула голову вверх.
   -- Почему ты мне не безразличен? -- крикнула она в никуда, громко, протяжно. А потом ветер, смешанный с листьями, подхватил этот крик и унёс ввысь, а там бросил и позволил жёлтым дождинкам осесть на землю.
   В этот раз Коул не стал ждать, когда Хвостик убежит к озеру. Он резко приблизился к ней, крепко обнял, зарывшись носом в растрёпанные каштановые волосы.
   -- Этому вовсе не нужно сопротивляться. В этом вовсе не нужно видеть что-то плохое. Это хорошо.
   -- Откуда ты знаешь?
   -- Знаю. Мы оба друг другу не безразличны, Хвостик.
  
   * * *
  
   Под конец битвы дождь всё же полил. Смешанные с кровью лужи теперь обтекали трупы паладинов и орков, сбиваясь в наиболее крупные в местах, где остались ямки после попадания огненного шара. Потери были примерно такими же, что и раньше. Но самое главное -- атаку удалось отбить. Замок пока что будет стоять.
   Рик долго ходил по полю битвы вместе с командирами, врачами и оруженосцами, пока не отыскал всех троих друзей. Драксу проломили череп тяжёлым топором, Эш умер от ранения в живот, а Курт нашёлся насаженным на меч элитного орка, с гримасой невыносимо сильной боли. Вряд ли он вспоминал о тех девушках перед смертью.
   Попрощавшись с каждым и помолившись Инносу об их упокоении, Рик отправился туда, куда его послал Гаронд -- к невысокому, в два этажа, храму слева от замка. К магу.
  
   * * *
  
   Дождь зарядил неожиданно. Коул и Хвостик спрятались под навесом вулкана и теперь, прижавшись друг к другу, смотрели, как крупные капли совместно с ветром сбивают с яблони последние листья. После их недавнего разговора девушка стала выглядеть лучше, радостнее и вела себя гораздо, гораздо легче. Часто смеясь, улыбаясь, она почти не отходила от Коула. Такая Хвостик ему нравилась больше.
   Когда на яблоне осталось совсем мало листьев, девушка взяла его за руку и повела за собой, к озеру. Там она села на край выступа, а он сел рядом. Дождь выбивал на воде тысячи мелких брызг, стучал по остаткам старой башни на островке в центре озера, скапливался на скальных выступах и ручейками и маленькими водопадами стекал в общую массу. Это было красиво. Хвостик положила голову на плечо Коула, а он свою поверх её, на подмокшие волосы.
   -- Ты красивый, ? вдруг сказала девушка.
   -- Ну спасибо, -- мужчина подивился её неумелой попытке развить с ним отношения. -- Ты тоже.
   -- Неправда. Я некрасивая.
   -- Кто тебе это сказал? Надеюсь, не Спящий?
   -- Нет, мне никто не говорил. И на самом деле я не знаю, как я выгляжу. Под вулканом вода дрожит, и я не могу разглядеть в отражении своё лицо.
   Коул задумался, каково это -- не знать, как выглядит твоё собственное лицо?
   -- Тогда тебе скажу я. Ты очень даже красивая. И если тебя это беспокоило, то теперь можешь не переживать.
   Они снова стали сидеть в тишине. Им вовсе не нужно было разговаривать, чтобы не чувствовать неловкости друг перед другом, но сейчас Коулу всё же хотелось поговорить.
   -- Ты в последнее время какая-то другая, -- сказал он так, как будто не поставил утверждение, а задал вопрос.
   -- Я... вспомнила, -- ответила она.
   -- Что вспомнила?
   -- Своё прошлое. То, что со мной было раньше.
   -- Так ты и впрямь ничего не помнила? Я думал, просто не хочешь говорить.
   Хвостик угукнула. Потом принялась рассказывать:
   -- Моим домом когда-то было большое болото на востоке. Тогда там не было этой стены и жило множество людей.
   -- Ничего себе! -- Коул поднял свою голову от её макушки. Несколько мокрых прядей остались на его щеке и теперь одна за другой отлипали. -- Так ты здесь ещё со времён барьера? Была в Болотном Лагере? Но женщин здесь тогда, как я слышал, почти не было.
   Хвостик стыдливо потупила взгляд.
   -- Я была наложницей человека по имени Ю'Берион. Он заправлял всем лагерем. Он спас меня от смерти, и у меня не было другого выбора. Я назвалась ему не своим именем, но он почти и не называл меня. Только трогал и просил поговорить с ним. Когда он умер, за мной и ещё одной девушкой пришёл один из гуру. Кор Галом. Вместе с нами он и его группа отправились в какой-то город, нам они толком ничего не сказали. Только то, что наши тела нужно принести в жертву "красной воде", потому что так просит Спящий. Когда мы дошли до этого места, он оставил меня и нескольких мужчин-воинов и сказал "ждите, когда Спящий даст свой знак". А сам вместе со второй девушкой и остальными людьми отправился дальше, в этот самый город. Мы ждали долго. Очень долго. И однажды с этой горы, где тогда ещё не было красной воды, а были какие-то руины, спустились орки. Они всех убили. Мне повезло, потому что я забралась на яблоню, за одним из последних яблок, и орки меня так и не заметили. Когда они ушли, я ещё долго не решалась спускаться, попыталась спать на дереве. И упала, больно ударившись головой. А потом ничего не помнила.
   Коул, заворожённый, слушал и не перебивал.
   -- Теперь я жду, когда же Спящий даст свой знак. Чтобы выполнить то, ради чего умерли все эти люди. Чтобы принести себя в жертву красной воде. Спящему.
   ? Я... -- прошептал Коул. -- Не знал. Твоя история просто поразительна. Но... Хвостик, -- он подождал, пока девушка повернётся к нему. -- Нет никакого Спящего. Это выдумка. Спящий был демоном, которого убили заключённые. Его больше нет. А Кор Галом всего лишь обкуренный, чёкнутый болван, который сам не знал, чего хотел. Ты не обязана умирать из-за всей этой ерунды.
   -- Обязана, -- возразила Хвостик. -- Это вся моя жизнь. Это то, из чего я состою.
   -- А как же я? Я не твоя жизнь?
   -- И ты тоже, -- голос девушки чуть надломился. -- Но это мой долг. Ты бы смог отказаться от долга, чтобы быть со мной? Смог бы плюнуть на командира, который приказал тебе залезть на гору, на Инноса, на всё это? И остаться?
   Последние слова ей пришлось выделить голосом, чтобы перекричать дождь и ветер. Очередной порыв принёс откуда-то мокрый яблоневый лист, лист прокатился по её голове и снова, как тогда, запутался в волосах.
   -- Ты права, -- сказал Коул. -- Я так уверенно корил тебя за то, во что ты веришь, и не замечал ничего со своей стороны. Я всю жизнь боролся за Инноса. Против его врагов. Каждый раз выкрикивал его имя, идя в бой. Но за что на самом деле стоило бороться? Нам всем? Я только недавно стал замечать: этот мир превратился в место, где не осталось ничего того, за что его любили. Люди больше не отвлекаются на постепенные, медленно, тонко развивающиеся отношения между собой. В мире, где каждый день твоей жизни может оказаться последним, нет времени на то, что происходит медленно. Поэтому все спешат. Берут друг от друга сразу то, что должно быть в конце. Мы с тобой редкое исключение, Хвостик. А что до Инноса. Я не понимаю, почему его война продолжается до сих пор. Зачем вообще нужно бороться за человечество, которое растеряло весь свой смысл?
   Он поглядел на девушку. Листик на её макушке дрожал под ветром, но продолжал упорно держаться. Коул захотел сначала убрать его, но потом передумал и оставил.
   -- Но знаешь, что ещё я понял, Хвостик? Пускай эта борьба давно потеряла смысл, но пока есть мы с тобой, пока я есть у тебя, а ты у меня, у нас есть смысл бороться друг за друга.
   Девушка покачала головой, и листик, сорвавшись, унёсся куда-то в сторону озера, в непроглядную серую пелену.
   -- Пока мы находим в чём-то смыслы, человечество стоит себя.
   Сказав это, она снова положила голову на его плечо. А он снова положил свою поверх.
  
   * * *
  
   Маг оторвался от книги, обернулся на Рика, едва слышно фыркнул.
   -- Можешь ничего не говорить, мне всё передали, -- сказал он и уткнулся в шкаф с книгами и свитками. -- Скажи, почему именно тебя выбрали для этого задания?
   Рик, помедлив, ответил:
   -- Я раньше жил в Фаринге. Во время первой войны с орками проявил себя, когда смог залезть на верхний бастион по скале. И ударил им в спину огненным дождём.
   -- Будем надеяться, Гаронд сделал правильный выбор, -- пробурчал маг, доставая из шкафа свёрнутый и завязанный тоненьким шнурком свиток. -- Сейчас поможешь мне приготовить зелье. Оно превратит тебя на некоторое время в волка, и ты сможешь незаметно пробраться мимо орков. Будем надеяться, они не настолько оголодали, чтобы захотеть съесть тебя. -- Он развернул свиток. -- К сожалению, твоих магических способностей недостаточно, чтобы продержаться в форме зверя долго. Поэтому, мы приготовим особое зелье, с редким ингредиентом. Оно будет действовать дольше. Может случиться и такое, что ты не сможешь по своей воле вернуться обратно в человеческое обличие. В этом случае, тебе придётся выживать волком ровно одну неделю, пока действие зелья само по себе не истечёт. Придётся жрать падальщиков и крыс. Но, надеемся, до этого не дойдёт.
   -- Надеемся, -- повторил Рик.
   Когда зелье было готово, маг залил его в круглую прозрачную колбу и принялся помешивать в ней.
   -- Позволь дать ещё совет, прежде чем ты уйдёшь. Это очень важная миссия. И орки не единственные наши враги. Взять хотя бы этих охотников на драконов. Поэтому ни в коем случае не называй своё имя. У них есть шпионы в замке. Назовись каким-то другим именем или не называйся вовсе, если тебе кто-нибудь встретится.
   -- С этим как-нибудь справлюсь, -- сказал Рик.
   Маг закупорил зелье и отдал ему.
   -- Это очень важное задание, паладин, -- повторил он. -- Оденься во что-то более подходящее для лазания по скале. И возьми вот это, -- маг протянул серую руну. -- Это камень телепортации сюда, в храм. Подойди достаточно близко к замку и активируй его. Переместишься сюда.
   -- Спасибо, -- сказал Рик, принимая камень.
   -- Это очень-очень важное задание, понимаешь? Лучше возьми оба. На случай, если один потеряется. -- Маг протянул ему вторую руну.
   Поблагодарив его ещё раз, Рик удалился.
  
   * * *
  
   Его пробудила дрожь Хвостика, лежащей рядом. Проснувшись окончательно, он почувствовал, что и сам дрожит.
   Ветер уже не завывал, а дождь не стучал по камням и воде. Мёрзлый ночной воздух наполняли мириады крохотных белоснежных точек, медленно оседающих на землю и напоминающих тем самым листья яблони. Не успел Коул встать, а сонливость отступить восвояси, Хвостик уже стояла рядом с деревом, высунув язычок. Падающие снежинки таяли на нём, точно как на разогретом под солнцем камне.
   -- Снег падает, Коул, -- сказала она, и мужчина вздрогнул. Кажется, это был первый раз, когда она назвала его по имени. -- Знаешь, что это означает?
   -- Да, -- ответил он. -- Знаю. Это означает, что холода приближаются. И те орки, что прячутся за стеной, больше не будут ждать. Очень скоро они сломают стену и начнут вторжение.
   Хвостик снова спрятала язык, чтобы заговорить:
   -- Нет. Это и есть знак Спящего. Сигнал. Он зовёт меня исполнить свою волю. Освободить его. Этим утром.
   К горлу Коула подкрался твёрдый, горький комок. Он глянул на яблоню, на которой остался один единственный припорошенный снегом листик, на самой вершине.
   -- Получается, это сигнал для нас обоих, -- сказал он. -- Тебе, чтобы исполнить предназначение, мне -- чтобы отправляться в замок. Я ведь и так задержался дольше, чем рассчитывал. Мои товарищи возложили на меня большие надежды. Утром я отправлюсь назад, хочу того или нет. У меня есть второй телепорт. Ты всё таки не хочешь пойти со мной?
   -- Хочу, -- грустно сказала Хвостик, тряхнув белой от снежинок макушкой. -- Но не пойду.
   -- Хотя бы это признала, -- с улыбкой на губах отметил Коул.
   Он встал на ноги, приблизился к ней, крепко, бережно обнял. Она повернулась к нему лицом, посмотрела намокшими глазами в его намокшие глаза, хлопнула ресницами, на которых блестели снежинки. И впервые, стоя под голой яблоней, под густым и колючим снегопадом, взявшись за руки и прижавшись друг к другу, они поцеловались.
  
   * * *
  
   Рик склонился над бумажным листом, сжимая и сминая пальцами перо.
   Что же ей написать?
   "Эсика, не знаю, какой для тебя будет эта новость, хорошей или плохой, но совсем недавно стало известно, что в Долину Рудников идёт лорд Хаген со своим войском. Он может спасти нас, и тогда..."
   И что тогда? И тогда у нас снова появится шанс быть вместе? Брось, пожалуйста, своего нового мужчину? Давай будем вместе опять?
   Не мне решать, подумал Рик. Только ей. Он взял новый лист.
   "Здравствуй Эсика. Я говорил, что уже вряд ли напишу тебя хоть одно письмо, но вот это случилось. Я всего лишь хотел сообщить, что сегодня стало известно о нашем возможном спасении. Это ещё не значит, что я вернусь живым, но на это отныне есть шанс. Решай сама, как ты поступишь с этим знанием..."
   Вот так вот? Сбросить на неё всю ответственность? Поставить её перед выбором, поступить подло или поступить ещё более подло? А самому остаться невинным?
   Нет, нужно написать по-другому.
   "Дорогая Эсика..."
   Имеет ли он теперь право называть её дорогой? Имеет ли он право вообще так поступать с ней? После того своего решения?
   В ярости Рик смял бумагу и выбросил в камин. А потом встал из-за письменного стола. Он решил, что напишет Эсике: ничего.
  
   * * *
  
   К утру заметно потеплело, хотя ветер всё ещё обдувал кожу на лице жгучими резкими порывами.
   Коула разбудила сварливая галка, прокричавшая с голой ветви дерева. Открыв глаза, он увидел, что за ночь ветер разогнал с неба все тучи, и теперь оно было девственно синим, как поверхность моря. Снег растаял, но оставил после себя мокроту.
   Хвостика рядом не было. И, оглядевшись вокруг, он не обнаружил никаких следов её присутствия. Уже ушла, понял он и молча и спокойно принялся собираться в дорогу. Упаковывать рюкзак, натягивать перчатки, завязывать шнурки сапог и ремешки связок, держащих оружие. И потом, немного спеша, побрёл прочь из долины.
   Уходя, он поглядел на яблоню и заметил, что последний лист на ней всё ещё держится.
   Хвостик нашлась недалеко. Когда мужчина покидал косогор после яблони и повернул голову влево, то увидел её, стоящую в начале длинного пути -- тонкой тропинки в камне, ведущей на вершину вулкана. Девушка была повёрнута к нему спиной, но, понятное дело, прекрасно знала, что он стоит позади.
   -- Уходишь по зову Спящего? -- осторожно спросил он.
   -- Да.
   -- Тогда почему всё ещё не ушла? Мы ведь уже попрощались?
   -- Сейчас уйду, -- заявила Хвостик, мотнув хвостиком. -- А ты не попытаешься меня остановить?
   -- Это твоё решение. Я бы отдал всё что угодно, чтобы ты не делала этого. Но я не имею права забирать у тебя самое важное в жизни -- свободу. Ты одна вольна решать, что тебе делать. Именно этому человечество учил Аданос. Свобода -- высшая ценность. Вот почему он пытался прекратить войну между Инносом и Белиаром. Я это понял только недавно. Вот за что нужно бороться: за свободу. Поэтому я хочу, чтобы ты сделала то, что сама считаешь нужным. И потом... ? он долго помедлил. -- Ты ведь не пойдёшь туда. К вулкану. Ты сама уже решила так, хоть и пока не признаёшься в этом даже себе. Если до сих пор не ушла, то уже не уйдёшь. Ты хочешь пойти со мной.
   Хвостик повернулась к нему.
   -- И куда же мы пойдём? -- с горькой усмешкой поинтересовалась она. -- В замок, к твоим командирам? В твой вулкан? Какая разница? Почему тебе не пойти со мной? Почему нам обоим не принести свои тела в жертву Спящему? Тогда мы вместе отправимся в чертоги Спящего, где всегда будем рядом, и нас уже никто не сможет разлучить? Почему?
   -- Потому что в моём случае мы останемся жить. Помнишь, что ты сказала? Пока мы находим в чём-то смыслы, человечество стоит себя. Мы вдвоём стоим того, чтобы бороться за нас и наш союз. Я хочу бороться, потому что вижу в этом смысл. Пока есть хоть какой-то шанс, его нужно использовать.
   Коул приблизился к Хвостику и протянул ей ладонь.
   -- А у нас с тобой есть шанс, -- сказал он.
   -- Клянёшься? -- спросила она.
   -- Клянусь, -- кивнул мужчина и почувствовал в ладони её руку.
  
   * * *
  
   -- Собираешься уходить?
   Рик обернулся к ополченцу, вышедшему откуда-то из внутреннего двора. Это был тот самый, что провожал его к Гаронду.
   -- А тебе зачем? Ты же не интересуешься тем, что плетут серые кардиналы.
   -- Тоже верно, -- усмехнулся ополченец. -- Я здесь, только чтобы сообщить тебе кое-что. Командующий сказал, возможно это подбодрит тебя.
   Рик напрягся.
   -- Если ты преуспеешь с этим заданием, то, когда мы вернёмся в Хоринис, тебе разрешат отправиться вместе с кораблём и рудой на материк. Там ты сможешь сам выбрать свою судьбу.
   -- Клятва паладина пожизненная.
   -- Да, но ты сможешь выбрать, какой город тебе защищать. Может, ты захочешь пойти в свой родной Фаринг. Или куда-то ещё. Никто не знает, когда кончится эта война и сможем ли мы победить. Но ясно одно: этот остров обречён. Все, кому удастся покинуть его -- счастливчики. А у тебя есть шанс стать одним из таких счастливчиков. Держи это в голове.
   Рик, обделив ополченца ответом, молча выпил зелье. Спустя секунду на его месте уже стоял крупный пятнистый волк и вилял хвостом.
   Ему предстоял невероятно долгий путь.
  
   * * *
  
   Взявшись за руки, Коул и Хвостик неслись по широкой дорожке, обозначенной рядками деревьев, наперегонки с подгоняемыми ветром опавшими листьями. Помимо листьев под ноги им попадались ветки, еловые шишки, а иногда и грибы.
   -- Не устала? -- спросил на бегу Коул.
   -- Нет, -- соврала девушка. Это ведь она предложила пробежаться.
   Так и не догнав ни одну группку листьев, они свернули с дороги, промчались через лесок, пахнущий мокрой древесиной, и выскочили на просторный пригорок, с которого открывался вид на далёкий замок с очень высокой башней в центре.
   -- Отсюда, думаю, уже можем телепортироваться, -- переводя дыхание, сказал Коул. -- Хвостик. Что бы не случилось, всегда держись меня. Поняла?
   Она кивнула. Они вместе взялись за телепорты, активировали их, и яркий свет ударил обоим в глаза.
   Потом они оказались в центре нарисованного на полу странного символа в виде шестиконечной звезды. Рядом с рисунком, испуганный донельзя, стоял маг в красной мантии.
   -- Это ты! -- сварливо пробурчал он, потом перевёл взгляд на Хвостика. Не успел он сказать ещё хоть слово, Коул выпалил:
   -- У меня к тебе дело, волшебник!
  
   * * *
  
   Лорд Хаген остановился на пригорке, чтобы посмотреть, как его войско, похожее на огромную змею, спускается по длинной и узкой тропе Прохода. Обернувшись к другой стороне, он увидел полчище орков, ощетинившееся поднятыми вверх топорами и мечами.
   Поглядев после этого на чистое небо и яркое солнце, принеся молитву своему богу, паладин вернулся в изголовье "змеи" и вместе с ней пересёк мост. Орки были уже недалеко, и Хаген принялся строить людей в боевое расположение.
   -- Воины Инноса! -- громко заговорил он, когда строй был, наконец, создан. -- Вот они -- перед вами! Те, кто хотят разрушить ваш родной город, разрушить и растоптать алтари нашего Бога, поработить ваш народ! Они -- порождение хаоса! Созданный Белиаром механизм торможения прогресса! Они дикари, пришедшие, чтобы нести свои дикие, бесчеловечные порядки в наш мир! В наше общество! Вот почему Иннос просит нас остановить их! Вот почему мы должны послушаться его! Если эти твари добьются своего, мы не просто потерпим поражение. Мы позволим им стереть в прах труды наших потомков! Тысячи лет развития, которое вели наши деды и прадеды! Мы не можем им позволить сделать это! Вот почему мы должны победить их, или умереть, пытаясь это сделать! Вот почему сегодня мы снова должны отправиться в бой с именем Инноса на устах! Возможно, последний раз!
   Воинство ответило ему одобрительным, бодрым криком. С другой стороны орки вопили, "Морра! Морра!", чем ещё сильнее подзадоривали солдат короля.
   Взявшись за меч, Хаген повёл паладинов в бой, в бездну, кричащую, шипящую, оскаленную клыками. А потом всё было, как обычно. Звенели мечи, слышался хруст ломаемых костей, скрежет мнущегося железа, свистели болты и стрелы. Из замка им на помощь пришёл отряд Гаронда, ворвавшись в строй орков, как раскалённый нож в масло.
   Потери были огромными, но победа всё таки осталась за людьми. Генерал сам расправился в бою с шестерыми орками, получил ранения в плечо и ногу. Когда всё закончилось, он увидел, как паладины из замка яростно и безжалостно добивают выживших орков, крича и размахивая оружием. "Сколько они натерпелись от этих тварей" -- подумал он и, приказав не оставлять пленных, зашагал в замок.
   Возле ворот тоже шла битва. Хаген и ещё несколько его людей помогли своим товарищам из стана Гаронда расправиться с последними орками. Один из серокожих мерзавцев долго сопротивлялся, блокируя удары генерала своим топором, отступая и не желая сдаваться. За широкой спиной орка мелькнула тень, и спустя секунду из его груди вырвался клинок, а сам он завалился, позволив Хагену видеть стоявшего за его спиной паладина в помятом доспехе.
   -- Молодец, рыцарь, -- похвалил его генерал.
   Тот кивнул.
   -- Коул! Ты выжил!
   Невесть откуда выскочила девушка с каштановыми волосами и глазами и бросилась в объятья к этому паладину, а он принял их, обняв её в ответ.
   Недовольно фыркнув, Хаген обошёл их стороной и зашагал в замок. Охрана вытянулась по струне, когда он приблизился. Не обращая на них внимания, он прошёл из прихожего зала во вторую комнату, где в самом конце увидел сидящего на внушительном кресле Гаронда. Командующий замком сначала так же вальяжно, как и, стоит полагать, всегда, повернул голову, но, увидев, что это Хаген, вскочил с трона и вытянулся точно так же, как остальные.
   -- Генерал! Вы очень быстро смогли разбить орков!
   -- Было бы ещё быстрее, если бы ты и твои охранники помогли в битве. Слезь с этого стула и больше никогда не садись на него! Полководец должен стоять рядом со своими войсками, а не рассиживать в удобных креслах!
   Гаронд послушно отошёл от своего привычного места.
   -- А теперь ответь мне, что здесь происходит? Сколько руды вам удалось добыть? Что это за чёртова стена на востоке?
   -- Докладываю! Мы добыли столько, сколько я и указывал в письме: десять ящиков! Больше ничего не удалось, все шахты были разрушены. Стену построили орки! Но я предусмотрительно отправил разведчика и выяснил, что за ней орки прячут крупные войска. Там их в десятки раз больше, чем было до этого.
   -- Тогда нечего больше здесь ждать, -- сказал Хаген, облокотившись на стол с разложенными на нём картами. -- Забираем руду и немедля отправляемся обратно в Хоринис.
   Гаронд кивнул и куда-то убежал. Хаген, бросив короткий взгляд на проклятый трон, снова опёрся о стол.
   -- Генерал! -- прибежал ополченец с испуганным до бела лицом. -- Там... там... посмотрите сами...
   Он повёл Хагена на улицу, через двор, на стену, смотрящую в восточном направлении. Взобравшись, генерал поглядел, что же ему хотел показать этот солдат. И увидел.
   Частокола, который ещё недавно высился неприступной громадой над всем восточным берегом, больше не было. Он валялся под ногами орды, вышагивающей неровным, беспорядочным строем в сторону замка. Их были тысячи, огромная туча, закрывающая горизонт. Часть орков уже отправилась на север и перекрыла Проход.
   Лорд Хаген не сказал ни слова. Лишь молча посмотрел на ополченца, на других солдат, стоящих на стене, и они поняли всё из его взгляда, побежали отдавать приказы, возводить укрепления перед воротами, собирать отряды. Генерал же с гримасой холодной непоколебимости прошёл обратно в замок, отыскал и занял деревянный неудобный трон.
   Он просидел на этом троне весь день и за весь день не произнёс больше ни слова. Хотя это был последний день его жизни.
  
   * * *
  
   Недалеко от замка, чуть западнее, если спуститься по едва заметной за расщелиной дорожке, была долина, а в долине, уже с северной её стороны стоял ветхий, но крепкий и вместимый домик с красной крышей. Именно там двое волков и превратились обратно в людей, в девушку и мужчину.
   Мужчина вошёл в дом, у которого, оказалось, не было двери, проверил его, потом принялся осматривать окрестности. За хижиной была пещерка, но в ней уже давно никто не жил, и там можно было прятаться во время дождя, если он вдруг будет проникать через крышу.
   По другую сторону дома росла высокая яблоня, рассечённая на три ствола, словно трёхпалая длань. Навес оврага закрывал яблоню с востока, и поэтому недавний ветер обошёл её стороной и не смог лишить листвы. Однако теперь поднимался другой ветер, южный, и Хвостик уже стояла под раскидистой кроной, ожидая, когда дождь из яблоневых листьев окатит её с головой. Коул подошёл к ней ближе и заметил её покрасневшее лицо, а на нём широкую улыбку.
   -- Отчего ты улыбаешься? -- спросил он, отмахиваясь от листьев, норовивших ударить по лицу.
   Девушка же стояла ровно, позволяя им это делать.
   -- Не знаю, -- сказала она, пытаясь перестать улыбаться, но у неё никак не выходило.
   Коул тоже бросил закрываться от листьев. Ветер поднялся чуть более крепкий и закидал листвой его всего, от макушки до пят. Как же всё таки приятно! Как же Хвостик была права!
   -- Что теперь будет? -- неожиданно спросила девушка, растерянно скрестив руки, но не перестав улыбаться. -- После того, как ты ушёл от своих товарищей?
   -- Ничего не будет. Лорд Хаген, Гаронд и мои братья обречены. Мне жаль их. Орки захватят всю долину, а потом и весь Хоринис. Вся эта борьба, как я и говорил, не имела смысла. Теперь даже некому будет обвинить меня в дезертирстве.
   -- Нас орки тоже найдут и убьют?
   -- Я не знаю. Не могу знать. Сможем ли мы спастись, сможем ли покинуть остров, и если сможем, будем ли мы всегда вместе, сохраним ли нашу любовь... Но мне кажется, что всё это не важно. А важно то, что мы поняли кое-что очень значимое. И что мы были друг у друга хоть какое-то время. И важна каждая секунда, пока мы всё ещё вместе.
   Он обнял Хвостика.
   -- Ты пожалел, что так поступил?
   -- Если ты спрашиваешь, поступил бы я по другому, будь у меня второй шанс, то нет. Видят Боги, я любил всех своих братьев, каждого из них. Я бы хотел для них лучшей участи, чем смерть в замке по приказу командира. Но они умирают за свои идеалы. А я когда-нибудь умру за свои.
   -- Мы ведь так и не назвали наши настоящие имена, -- вдруг заметила Хвостик.
   -- Точно. Меня зовут Рик. А тебя?
   -- Я Сара. Так, по крайней мере, меня называли до того, как я попала за барьер.
   -- Вот мы и узнали друг о друге всё, что было нужно.
   Мужчина прижался щекой к её макушке, чтобы его лицо трогали также и её волосы.
   Ветер задул ещё сильнее, срывая с яблони жёлтые, буро-красные и ещё даже зеленоватые листья и вовлекая их в общий круговорот, а Коул и Хвостик, которых звали Рик и Сара, продолжили стоять, обнявшись, под деревом, наслаждаясь тем, как круговорот тоже обнимает их, опутывает и осыпает своими сухими дождинками. И этот яблоневый дождь обещал быть долгим.

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Ртуть "Попала, или Муж под кроватью"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) А.Робский "Охотник: Новый мир"(Боевое фэнтези) Ю.Ларосса "Тихий ветер"(Антиутопия) В.Старский "Интеллектум"(ЛитРПГ) А.Кочеровский "Баланс Темного"(ЛитРПГ) Н.Видина "Чёрный рейдер"(Постапокалипсис) Д.Куликов "Пчелиный Рой. Вторая партия"(Постапокалипсис) М.Шмидт "Волшебство по дешёвке"(Антиутопия) Е.Кариди "Черный король"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"